РСКД/Gladiatores
Gladiatōres. Гладиаторские игры первоначально у этрусков были погребальными играми, заменившими собой человеческие жертвы в память умершего (Tertull. despect. 5, 6); но у римлян это значение вскоре исчезло перед удовольствием, которое им, как людям чрезмерно гордящимся своей свободой, доставляло зрелище агонии рабов, не имеющих, по их понятиям, ни нравственного, ни общественного достоинства (vile damnum Tac.). Большему водворению этих игр способствовало также и желание воспитать и сохранить воинственный дух граждан, в которых через эти зрелища подавлялось всякое человеческое чувство относительно врагов, а кроме того, эти гладиаторские игры представляли удобное средство расположить к себе толпу. Такими софизмами Цицерон (tusc. 2, 17), Плиний (pan. 33) и Сенека защищают гладиаторские игры против тех, которые называли их жестоким зрелищем, оскорбляющим всякое человеческое чувство. В виде похоронных игр mimera gladiatoria в первый раз в Риме являются в 265 г. до Р. Х.; они были устроены Марком и Децием Брутами в честь покойного их отца, на площади forum boarium, Liv. ep. 16. Val. Max. 2, 4, 7. Затем упоминается еще ряд гладиаторских игр, устраивавшихся на похоронах знаменитых мужей; но развитие этого учреждения относится собственно к последним временам Республики. Цезарь также устроил гладиаторские игры на форуме (Plin. 15, 20), и при основании новых городов в Италии главная площадь всегда приспосабливалась к гладиаторским играм. Под конец Республики (впервые Гаем Скрибонием Курионом в 53 г. до Р. Х.) стали строиться особые амфитеатры (см. , 17) с открытой ареной. Г. были обыкновенно военнопленные, которые в прежние времена передавались хозяину (lanista), чтобы их приготовить к отважному, ловкому и во всех отношениях интересному способу искусной борьбы. Вскоре эти ланисты стали содержать на свои средства большое число Г. (familiae gladiatorum, lanistarum, ludi gladiatorii) и давали напрокат или продавали их тем лицам, которые желали дать народу такое зрелище. Да, каждый влиятельный или богатый римлянин содержал Г., которые в смутные и беспокойные времена, предшествовавшие установлению императорской власти, угрожали большой опасностью государству и причиняли много бедствия отдельным лицам, как это явствует, между прочим, из распри Милона с Клодием. Во времена Империи образовались императорские школы Г.; так, напр., Домициан основал подобные заведения в столице. В Помпеях раскрыли гладиаторскую казарму, внутреннее устройство которой заставляет предполагать, что она рассчитана была на 122 Г. В школе Г. должны были соблюдать известную диету (sagina gladiatoria Tac. hist. 2, 88. Plin. 36, 69), и оттого они по своей пище, состоявшей из ячменной муки, назывались также hordearii (Plin. 18, 14). Не было особенного, равного у всех оружия; достаточно было, если гладиатор упражнялся и отличался в каком-либо одном роде борьбы. Новичок (tiro), успешно окончив первое публичное представление, получал дощечку из слоновой кости (tessera gladiatoria) с надписью SP., SPECT. или SPECTAT. (spectatus); таких дощечек, по исследованиям Ричеля (Ritschl, Tesserae gladiatoriae der Römer, 1864) сохранилось большое количество. Если гладиатор своей храбростью и ловкостью, доказанной на нескольких играх, приобрел расположение народа, то, по требованию публики, хозяин (lanista) или тот, кто давал игры (editor munerum), дарил ему rudis (см. сл.), вследствие чего он освобождался от дальнейшей гладиаторской службы, хотя и не получал еще полной свободы. Такой назывался rudiarius и посвящал свое прежнее оружие в храм Геркулеса. Hor. ep. 1, 1, 2 слл. Иногда эти люди вновь нанимались для гладиаторских игр за большую наемную плату, auctoramentum (см. сл.). Suet. Tib. 7. Бывало, люди свободного состояния, лишившиеся своего имущества, даже из числа знатных семейств (Iuv. 2, 143), за подобное auctoramentum участвовали в играх в качестве Г. Эти auctorati; однако, до своего выхода на арену должны были дать клятвенное обещание не щадить своей жизни в борьбе. Иногда в виде исключения бывало, что даже женщины состязались на арене (Suet. Damit. 4. Tac. ann. 15, 32) и также, к особенному увеселению народа — карлики (nani, ср. Stat. silv. 1, 6, 57). Представление игр (munus gladiatorium) публиковалось лицом, дающим игру (editor), через вывешенное объявление (edictum), иногда с изображениями борцов (Hor. sat. 2, 7, 95 слл. Plin. 35, 7); дальнейшие распоряжения содержала программа (libellus), заранее издававшаяся и рассылавшаяся по провинциям; в позднейший период Империи это извещение помещалось также в правительственных ведомостях. Программы содержали повод к празднеству, напр., в Помпеях No. 1196: pro salute domus Augustae, имя эдитора, число выходящих пар, доходящее в Помпеях до 30-ти, и день; кроме того, обозначалось, какого рода будут состязания. В день торжества Г., выстроившись попарно, отправлялись в амфитеатр; здесь, на арене, ланиста назначал отдельные пары и представлял эдитору оружия для проверки. Suet. Tib. 9. Затем Г. некоторое время увеселяли публику притворной борьбой тупым оружием (arma lusoria), бросали и ловили (ventilatio) дротик (hasta), но когда подобная игра начинала надоедать народу (Sen. ср. 117), то трубой (tuba) давался знак к началу серьезной борьбы. Команда была: ponite iam gladios hebetes, pugnetur iam acutis. Затем ланисты размеряли место, в пределах которого должен был происходить бой. Пораженный в том случае, если рана не была смертельна, мог просить пощады у народа (misericordiam populi tentare, provocare ad populum, exorare populum), подымая указательный палец; исполнение этой просьбы называлось missio и выражалось зрителями так, что они подымали правую руку, складывая ее в кулак и прижимая большой палец (pollicem premere, Hor. ep. 1, 18, 66. Plin. 28, 2); отказ в помиловании произносился протяжением руки (verso pollice. Iuv. 3, 36). Однако лица, осужденные на смерть (ad gladium), если они должны были выходить на арену борцами, не могли быть помилованы. Плиний (в упоминаемом месте) рассказывает, что люди, страдавшие тяжкими болезнями, иногда пили кровь убитых. Трупы вытаскивались крюками (unci) с арены через porta Libitina в spoliarium и тут же погребались. Editor muneris (называемый также munerarius), если он был частное лицо, во время игр пользовался правом налагать на себя знаки должностных лиц. Впоследствии, в правление императора Тиберия, после несчастия, происшедшего при Фиденах, где обрушился театр, плохо выстроенный Атилием, и убито было более 50.000 человек, право давать народу гладиаторские игры предоставлялось только действительно богатым людям (ne quis gladiatorium munus ederet, cui minor quadringentorum milium res, Tac. ann. 4, 62 сл.). В последнем веке Республики для некоторых магистратов стало почти обязательным устраивать для народа гладиаторские игры. Народ их требовал в виде признательности и вознаграждения за покровительство, оказанное избранием, и должностное лицо, не исполнившее этого ожидания, легко могло лишиться покровительства народа, тем более что законом, принятым по инициативе Цицерона (de ambitu), воспрещалось давать таковые игры с целью расположить к себе народ в течении двух лет до соискания должности. Cic. Vat. 15. Преимущественно эдилы были обязаны, тотчас после поступления на должность, выразить свою благодарность и просьбу относительно будущего посредством munera aedilium. Этим объясняется то явление, что, так как один старался пересилить другого, в гладиаторских играх число представляемых пар борцов достигало огромных размеров, и, кроме того, прибавлялась для разнообразия борьба зверей между собой и зверей с людьми (ср. Bestiarii). Эти munera aedilium сохранились до позднейших времен периода Империи, то в более широком, то в более сокращенном виде, смотря по расположению императоров. Август также издал законы об императорских играх (он ограничил число пар 60-ю), сделал представление таких игр зависимым от разрешения сената, поручил главный надзор над всеми играми и торжествами преторам, обязуя вместе с тем их самих давать на свой счет гладиаторские игры. С этой целью им из казны выдавалась известная сумма в виде пособия, и, чтобы предупредить всякую конкуренцию, было установлено, чтобы один претор не расходовал на этот предмет больше другого. Тиберий постановил еще дальнейшие ограничения (Suet. Tib. 37. Tac. ann. 4, 62), которые, однако, при последующих императорах вновь были отменены. При определении различных наименований Г. следует отличать общие названия от более частных. Gladiatores meridiani и bestiarii увеселяли народ в то время, когда не происходила борьба настоящих гладиаторов (ordinarii); bestiarii сражались утром или до полудня с дикими зверями (на что решались даже императоры, но обыкновенно борцами были только преступники, осужденные на смерть, или рабы, совершившие побег), meridiani — в полдень (Suet. Claud. 34) после окончания так называемой venatio. Они были одеты в короткую тунику и не имели никакого оборонительного оружия, вследствие чего приходилось их принуждать к борьбе силой и ударами. Sen. ер. 1, 7. Gladiatores bustuarii сражались около могилы (ad bustum, rogum), cubicularii во время пира в покое (cubiculum), обычай перенесенный в позднейшее время из Кампании в Рим (Liv. 9, 40). Ordinarii назывались так в противоположность и к упомянутым meridiani, не снабженным никаким порядочным оборонительным оружием, и к так называемым catervarii, которые сражались друг с другом толпой (catervatim, gregatim pugnantes). Из слов Светония (Dom. 10) сделали заключение о существовании названия gladiator munerarius одинакового значения как и Ordinarius; но там имеется в виду editor muneris, т. е. сам Домициан. Gladiatores postulaticii и fiscales (в позднейший период императоров) были императорские Г., отличавшиеся во всех отношениях, о представлении которых народ просил императора громкими заявлениями под конец торжества. Suet. Dom. 4. Они назывались также Caesariani, aulici. Упоминаемые Светонием (Gal. 26) pegmares были старые, отставные Г., которых Калигула велел поставить на деревянные подмостки (pegma) и предать диким зверям. Ординарная гладиаторская борьба происходила таким образом, что противники боролись друг с другом различными оружиями. Пару составляли retiarius и secutor; первый из них был снабжен сетью, которую он старался накинуть на голову противнику, и держал в левой руке трезубец (fuscina), для поражения противника запутанного в сеть; голова у него была непокрыта, и одет он был в одну тунику (Suet. Cal. 30. Claud. 34. Iuv. 2, 143), а второй был вооружен шлемом, щитом и мечом. Если retiarius дал промах, накидывая противнику сеть на голову, то ему приходилось бежать от своего преследователя (secutor); но обыкновенно он одерживал верх благодаря своей ловкости, приспособляя во время бегства сеть, чтобы вновь кинуть ее. Впоследствии, вместо этих retiarii, явились laquearii, имевшие кроме короткого меча еще аркан, который они подбирали искусно, чтобы накинуть его на голову противника; но они сражались и между собой. Retiarius получал иногда в противники так называемого murmillo (по изображению рыбы, , украшавшему его шлем). Он был, по свидетельству Феста, вооружен на галльский лад, шлемом, щитом (scutum) и мечом. Но обыкновенно с таким murmillo состязался Thraex, имевший фракийское вооружение, круглый щит, parma, и короткий изогнутый меч, sica. Гладиаторы, называемые Samnites, по их самнитскому оружию, были вооружены весьма полным образом; у них был щит (scutum) с широким верхним краем, суживающейся вниз клинообразно, чтобы не препятствовать быстрому движению сражающегося, латы, наголенник на левой ноге и шлем, украшенный султаном. Liv. 9, 40. Хотя они принадлежали к числу так называемых ordinarii, которые всегда боролись с противником, иначе вооруженным, но нет известия об этих противниках. В период Империи это название более не встречается, вероятно, они назывались тогда hoplomachi (Suet. Cal. 35). Изображения таких состязаний на мозаичном паркете, найденном в местечке Nennig, изд. von Wilmowsky в Бонне: важен также найденный в Помпеях большой барельеф, изображающий различные моменты гладиаторских состязаний (Zangemeister No. 1182). Ср.: Overbeck, Pompeii, стр. 164 слл., 3-е изд. Кроме упомянутых, встречаются еще (равного вооружения): essedarii, подражание галльским воинам, на колеснице, запряженной двумя лошадьми, essedum (Caes. b. g. 4. 33. Suet. Cal. 35); andabatae, верхом на лошади (Cic. Sest. 56), со шлемом, покрывавшем все лицо, которые с копьем (spica) в руках, не видя ничего, мчались друг на друга (Cic. ad fam. 7, 10; оттого пословица: andabatarum more pugnare, Mart. 5, 24. для обозначения двух противников, не выяснивших себе, о чем собственно они спорят); наконец, dimachaeri, в позднейшее время имевшие в каждой руке по короткому мечу. Кроме жезла (rudis, см. сл.), бывшего всегда главной наградой гладиатора, победителю давалась еще palma gladiatoria, просто как знак победы (Suet. Cal. 32. Cic. Rose. сот. 6, 17), во время Августа и позже — также деньги. Suet. Oct. 45. В правление императора Коммода упоминается особая касса, из которой до выхода на арену Г. выдавались небольшие суммы, а самому Коммоду уплачивались большие деньги. Гладиаторские игры уже довольно рано из Рима были перенесены в провинции, напр., Сципионом в Карфаген. Liv. 38, 21. В Италии преимущественно Кампания была родиной гладиаторских школ. Неоднократно эти школы, вследствие громадного количества рабов, обучавшихся в них управляться с оружием, представляли большую опасность и большое бедствие для Рима. Спартак, бежавший вместе с Криксом и Эномаем из школы Лентула, здесь нашел убежище и собрал около себя из различных гладиаторских школ Кампании, особенно Капуи, в короткое время 10.000 человек, которых римляне уничтожили только с величайшим усилием и после больших потерь и нескольких поражений. Второй раз Рим был испуган восстанием Г. пренестинских в правление императора Нерона. Tac. ann. 15, 46. В междоусобные войны между Отоном и Вителлием Г. принимались и в войска и, благодаря своему умению обращаться с оружием, оказывали важные услуги, когда дело доходило до рукопашного боя. Впрочем, ими часто пользовались как орудиями для совершения убийств. Suet. Dom. 17. Гладиаторские игры сохранились до позднейших времен; даже христианская вера не была в состоянии их совершенно уничтожить, так как политические причины и ненадежность владения престолом принуждали императоров домогаться этим средством расположения народа, а толпа, как и прежде, требовала panem et circenses. Ср.: Friedländer, Sittengeschichte Roms, 2 часть, стр. 186 слл.

РСКД:Военное делоРСКД:СоревнованияРСКД:Чины и должностиРСКД:ПрофессииРСКД:Смерть