РСКД/Religio
Religĭo. I.  была в древнейшие времена, в так называемый пеласгический период, обоготворением природы; но не сами предметы природы, как они представляются нашим чувствам, считались божественными существами и почитались как таковые, но живущие и действующие в них силы представлялись людям как нечто божественное, были понимаемы как духовные силы и возводились в личности. Человек создал себе своих богов по своему подобию и, заставляя их думать и действовать по-человечески, он при помощи живой фантазии, которая преимущественно действует у отдельных личностей и народов, находящихся на первых ступенях развития, объяснял все случающееся в окружающем его мире участием своих богов. Таким образом произошли многочисленные религиозные мифы греков. Эти боги, как олицетворение сил природы, постепенно, по мере того как народ приближался к более духовной жизни, все больше и больше выделялись из природы и делались представителями нравственных сил, существами духовно свободными, нравственными, не только творящими и поддерживающими порядок и законы природы, но устраивающими человеческую жизнь и управляющими ею. Таким образом, напр., , мать-земля, дающая урожай и снабжающая людей хлебом, мало-помалу преобразовалась, как изобретательница и покровительница земледелия, в основательницу оседлости, брака, государства и образования. Это постепенное преобразование религиозных представлений, продолжавшееся, без сомнения, целые столетия, совпадает с эпохой, в которой, через пробуждение героического духа вследствие переселений и битв, развилась из патриархальных нравов жизни пеласгов и древних греков жизнь настоящих греков-эллинов. Ко времени переселения дорийцев это преобразование было уже окончено, и на это переселение можно смотреть как на границу между периодом пеласгическим и веком эллинов. У , стоящего на рубеже века эллинов и, без сомнения, более своих предшественников имевшего влияние своей поэзией на религиозные представления, божества выступают перед нами как ясные, вполне образовавшиеся личности, как нравственные свободные существа; только кое-где встречались намеки на древнюю натуралистическую символику. Гомер служил в религиозном отношении, как и во многих других, основанием греческого образования; в общих и главных чертах его религиозные представления удержались в продолжение всего последующего чисто греческого периода, хотя там и сям и переменялся в чем-нибудь характер какого-нибудь бога или удерживались более древние представления местного культа. Гомер и позднейшие, подражавшие ему поэты, между которыми особенно следует упомянуть Гесиода, образовали единую национальную религию и мифологию, в противоположность особенностям местных культов. Ибо хотя основание греческой религии в общем было одно, но тем не менее на этом общем основании выросло, вследствие особенностей племен и разнообразных свойств местностей, большое количество культов богов, не зависящих один от другого, так что в одном месте одни, в другом — другие боги почитались главными божествами, и не было объединительной связи между ними. Но, во всяком случае, идея, будто бы первоначально в каждой отдельной области почитали единого бога и что только впоследствии посредством постепенного соединения местных культов произошел политеизм, неверна. Политеизм основывается на существе языческих религий, коренящихся в культе природы. Воззрение, будто бы греки приняли своих богов и все свое религиозное учение извне, от азиатских народов или от египтян, не может быть принято, хотя нельзя отрицать связи греков с их восточными соседями в древние времена и нужно смотреть на многие религиозные представления как на общие с этими народами. Отдельные божества, как, напр., Афродита, в древности действительно перешли к грекам из Азии, но дух греческого народа сумел переработать чужое в национальное, так что и эти божества должны быть признаны национальными греческими богами. Во времена упадка древнего греческого мира, разумеется, уже не происходило подобного преобразования вторгавшихся извне богов. — Греки изобразили контраст между древнейшими божествами природы и богами периода эллинов в мифе о борьбе титанов; они верили, что перед почитаемыми ими богами правили другие, Кронос и титаны, представители грубых, беспорядочных сил природы, но что эти были побеждены в борьбе за владычество олимпийцами,  и его приверженцами, богами порядка, правосудия и закона. После победы Зевс разделил со своими двумя братьями,  и Гадесом, власть над миром, титаны же отчасти были низвержены закованными в тартар, частью же подчинились Зевсу и служили при новом порядке вещей. В этом новом царстве богов прежние божества природы, связанные с физическим существованием и не могущие изменить свой характер (речные и морские боги и т. д.), остаются в их первоначальном отношении к природе, но они подчинены высшему началу, закону Зевса. Это олимпийское царство богов устроено и управляется у Гомера совершенно по образцу тогдашнего земного государства, так что во главе его стоит, как царь, Зевс, но наряду с ним стоит , совет, составленный из других высших богов, права которых признаются и уважаются властителем; эти боги, кроме живущего в море Посейдона, суть действительные, живущие с Зевсом на Олимпе олимпийские боги: , , Гефест, Гермес, , , Артемида, . Иногда Зевс созывает собрание (Hom. Il. 20, 4 слл.), на которое приглашаются все боги, не исключая нимф и речных богов. — Число двенадцати олимпийских богов, имена которых приводит Энний по-латыни (, , , , , , , , , , , ), составлено позднее. Оба брата Зевса, Посейдон и Гадес, в своих царствах, море и преисподней, представляют копии с Зевса: там они властвуют как Зевс на Олимпе, но так, что признают верховную власть более могущественного и (у Гомера) старшего брата. По образцу раздела мира между тремя братьями можно разделить на три части и весь мир богов: 1) олимпийские боги (царство Зевеса), 2) боги вод (царство Посейдона), 3) боги преисподней (царство Гадеса). К этому последнему разряду подземных богов мы причисляем и таких богов, которые имеют отношение к почве и растительности, так как они имеют соединение с подземным миром. Подземные боги прямо противоположны богам Олимпа; последние обращены к свету и жизни, первые же к тьме и смерти и к земле, как местопребыванию тьмы, и этот противоположный характер выражается и в их культе. Названные три разряда богов могут быть разделены на богов главных и второстепенных. Последние по большей части представляют отдельные черты богов, как, напр., Мойра, , ,  со стороны Зевеса,  — со стороны Афины; Геба представляет главное качество всех богов. Эти второстепенные боги отчасти суть действительно индивидуализированные, имеющие основание в самих себе существа, с древних времен имевшие, как и главные божества, свой культ (Хоры, Хариты), отчасти простые олицетворения без культа. В позднейшие времена и эти олицетворения получили по местам культ, но никогда в такой мере, как у римлян. Боги Гомера были в Греции всеми признаны и почитаемы; но отдельные боги имели более или менее распространенное почитание, смотря по тому, с давних ли времен бог был почитаем у того или другого племени. Обыкновенно каждая местность почитала какое-нибудь главное божество, которое почиталось с большим усердием, чем другие (в  — Афина, в  — Аполлон, в  — Гера и т. д.). — С течением времени мало-помалу обнаруживались недостатки в представлениях богов народной религии; они были уж слишком очеловечены и вдались во внешность, так что, с одной стороны, они не удовлетворяли пытливому разуму, с другой — не удовлетворяли потребности более глубокого религиозного чувства. Особенно нападала на существующую религию пробудившаяся в колониях ок. 600 г. до Р. Х. философия, но в метрополии и вообще в простом народе религия не так скоро подверглась опасности со стороны философских учений; во время Персидских войн и последующего славного периода, боги, доказавшие спасением отечества от чужеземного рабства чудесным образом свое могущество, почитались с непоколебимой верой. Но со времени Пелопоннесской войны, положившей начало также и политическому падению Греции, наступил общий упадок религии и нравов. Сомнения философских учений получили доступ в народ и породили неверие; но об руку с неверием шел его постоянный спутник — суеверие, в особенности питаемое мистической сектой орфиков и мистериями (см. ). Ср. . — II)  находилась первоначально в родстве с греческой, почему в позднейшие времена и произошло так легко слияние обеих религий. Древнейшие обитатели Рима, латинцы, сабиняне, происходили, как и греки, от пеласгов. От них происходит большая часть римских богов; этруски же, кажется, имели более внешнее влияние на религию римлян, через развитие их религиозной обрядности. Народы Италии, родственные грекам, преобразовали на почве Италии их религию на свой образец, а именно они, и в особенности римляне, по недостатку творческой фантазии, не создали того богатства мифов, которым обладали греки, но по той же причине они не низвели своих богов до ограниченности и слабостей человеческого существования. Их ум, направленный более на практическое и внешнее, преимущественно разработал практическую сторону религии; почтенные и серьезные боги почитались с добросовестностью и точностью, соблюдавшей малейшие подробности в словах и действиях. — Обитатели Лациума, из которых произошло население Рима, были пастухами и земледельцами, с простыми, патриархальными нравами; их религия носила также характер сельской простоты и домовитости; они почитали преимущественно богов природы, полей и лесов, производящих умножение стад и урожай плодов (как Фавн, Вертумн, Сатурн, Опс), и домашних и семейных богов (Лары, Пенаты). — Культы этих богов с самого начала были перенесены в Рим и удержались, вследствие склонности римлян к домашней, семейной и сельской жизни, в продолжение всего римского времени, во многих сельских и домашних празднествах с древними обрядами, как Сатурналии, Луперкалии и т. д. Наряду с богами земледелия, скотоводства и домашней жизни, в Риме с самого начала почитались боги-хранители государства, которые выдвинулись с течением времени на первый план. Юпитер, основатель и хранитель Римского государства, стоит во главе мира богов, наряду с ним Марс, отец Ромула и римского народа, как высший заступник государства, и Квирин, обоготворенный Ромул. Второй триумвират защитников государства составляли: Юпитер, его супруга Юнона и его дочь Минерва. Наряду с ними высоко чтилась Веста, богиня домашнего очага, основания государства. Культ упомянутых богов, особенно богов-хранителей государства, составлял главную сторону римской государственной религии, основателем и устроителем которой считался царь Нума. В меньшей мере было развито почитание отвлеченных, в особенности нравственных понятий (, , ), признаваемых также за божества; оно произошло скорее от соображения и благоусмотрения отдельных личностей, и обоготворение таких отвлеченностей зашло так далеко, что всевозможные качества, обыкновеннейшие предметы и рода деятельности и даже случайные отношения заведовались особыми божествами, которым платилась дань религиозного почитания (Orbona, защита от осиротения и утешение в нем, Fessonia, защита от усталости,  (см. сл.), ). — Поименованные три элемента, природный, государственный и нравственный, составляли три главные составные части римской религии и образовали во времена процветания крепкое, защищаемое государством целое. Но с тех пор как римляне по распространении их владычества в Нижней Италии пришли в соприкосновение с греками и их религией, они ввели у себя также греческие культы. Таким образом, они уже рано признали бога-оракула, Аполлона Дельфийского, и построили ему, как богу-защитнику от чумы, храм (первый в 432 г. до Р. Х.); Диоскурам был построен храм в 301 г. до Р. Х.; Эскулапа привезли из Эпидавра в 291 г. до Р. Х. Эти чужеземные культы, введенные и признанные государством, оставались, пока образование римлян было национальным, отделенными от древнеримской государственной религии, так что не могли оказывать на нее разрушительного и растлевающего влияния. Но со времени 2-й Пунической войны, составляющей поворотный пункт в истории римского развития и нравственности, потому что с этого времени в необыкновенно короткий срок римский народ подвергся влиянию греческого образования и обычаев, в Риме получили полную свободу религиозные представления греков. Хотя большей частью остались римские имена богов и обряды их культа, но под римскими именами и обрядами вкрались греческие понятия; главным образом литература получила по отношению к религии и мифам греческий отпечаток. Несчастьем для Рима было то, что он воспринял греческую религию и обычаи в такое время, когда Греция уже находилась в периоде упадка религии и нравственности. Через это он перенял и неверие и кощунство тогдашних греков и чужеземные, уже и греками перенятые, таинственные культы Азии и Египта, с их суеверными и подчас безнравственными обрядами, которые государство, желавшее хотя наружно сохранить религию предков, тщетно старалось изгнать. Август старался поддержать падающую религию через восстановление многих древних обрядов и праздников, через построение новых великолепных храмов и устранение чужих культов; но религия и нравственность не возвратились в распадавшийся Рим ни его усилиями, ни усилиями многих последующих императоров.

Religio