НЭС/Океан
Океан (Ὠκεανός) в греческой мифологии. — 1) В глубокой древности существовало представление об «» (Ogenês, Ogygios, Okeanos — этимология не вполне ясна) боге влажной стихии, который кругосветной рекою держит в своих объятиях землю и оживляет ее своими родниками и реками. Так как родник по-гречески женск. рода (krênê), а река — мужеского (potamos), то родники — дочери, реки — сыновья Океана. Благодаря этим дочерям (Океанидам, числом 3000) и сыновьям совершается вся жизнь на земле, от О. происходят все боги и люди, вообще все. Женою «искони-рожденного» естественно представлялась «бабка» всего сущего, Тефия (Têthys), т.-е., скорее всего, земля. Так как для глаза ясно, что родники происходят из недр земли, то под О. пришлось разуметь не только кругосветную, но и подземную влагу; земля представлялась плоским диском, плавающим на О. Это до-гомеровское представление потом воскресил, облекая его в философскую форму, Фалес. Отсюда Еврипид («Ипполит», 121) заимствовал свое представление о «струящей влагу Океана скале». Влага эта была пресная; Океаниды — нимфы пресных вод, так же, как Нереиды — морских. Но при универсальном характере «искони-рожденного» Океаниды — не только нимфы вод: ведь «все» возникло при их посредстве. Не удивительно поэтому, что среди перечисленных Гесиодом («Феог.», 349 сл.) 41 из них мы находим не только водные существа, но и Европу и Азию, богинь материков, и Стикс, богиню преисподней, и Тиху, богиню судьбы, и Метиду и Пифо̀, богинь знания и убеждения, т.-е. хотя и без всякой системы, клочки физического и духовного мира. — 2) Когда эта космогоническая система была соединена с религиею Зевса (см. Юпитер), О. был отодвинут на задний план; он стал одною из сил сраженной Зевсом Земли, одним из титанов, но все-таки, в виду своего первоначального самобытного существования, занял среди них особое и в сущности двусмысленное положение. Так как нельзя было представить себе бога кругосветной реки свергнутым в Тартар, то пришлось допустить, что он во-время заключил союз с новым властителем. Отсюда двусмысленная роль О. в мифе о Прометее. Но он был ограничен своей ; его Океаниды, отрезанные от него, мало-по-малу исчезли из народного сознания и были заменены наядами, дочерьми Зевса (см. Нимфы). Как кругосветная, это река «вспять текущая». Из нее на крайнем востоке поднимается солнце, и в нее же на крайнем западе оно погружается; в этих двух местах живут, в непосредственной близости с солнцем, «огнеликие» (эфиопийцы), которых поэтому Гомер называет «разделенными на-двое». За О. — обитель душ, которых туда уносят ветры; по естественной причине и все сказочное помещается по соседству с О. Особого рода загадку представляло отношение пресноводного О. к соленому (Средиземному) морю. Она была разрешена предположением, — заимствованным, вероятно, у финикиян, — что первоначально между ними была преграда, но Геракл ее разрушил («Геркулесовы столбы»). Оттого-то Одиссей и мог на корабле проникнуть в О. и к царству мертвых. — 3) Географические открытия исторической эпохи разрушили представление о пресноводной кругосветной реке, но поставили на его место перешедшее и к нам представление о , которое и унаследовало имя О. Наиболее несомненной частью этого кругосветного моря казалась западная — та самая, в которую Геракл открыл доступ пловцам. Так как этот его подвиг был поставлен в связь с приключением у «вечерних» Гесперид, локализованных на крайнем западе — при чем Геракл временно сменил Атланта, поддерживавшего небесный свод, — то западной горе было дано имя Атланта, а западному океану — Атлантического. Фьордом северного О. долго считалось Каспийское море, северный берег которого был установлен лишь поздно. О восточном О. сведений не было, но не было и причин его отвергать. Была ли связь и на юге, об этом в александрийскую эпоху спорили; Эратосфен и др. ее признавали, но Гиппарх считал Индийский О. замкнутым и лишенным связи с прочими частями кругосветного моря. Все же в римскую эпоху мнение Эратосфена возобладало и к концу античной истории учение об О., как о связном кругосветном море, могло считаться установившимся. Философы-провидцы, подобно Сенеке, допускали существование материка и по ту сторону (Атлантического) О., но полагали в то же время, что его открытие будет делом «новых Аргонавтов» далекого будущего («Мед.», 375 сл.).