БЭЮ/Павленков, Флорентий Федорович
Павленков, ., издатель прогрессивного направления, являющийся всецело произведением движения 1860-х гг. Род. в 1839, ум. 1900. Воспитывался в первом кадетск. корпусе. Затем, окончив курс в михайл. артил. академии 1861, служил сначала в киевск. и брянском арсеналах, затем воспитателем в одной из спб. военных гимназий, но служба ему не удалась по неуменью ладить с начальством. Некоторое время он сотрудничал в „Артилерийск. журнале“, „Фотографе“ и „Журнале мануфактур и торговли“ (1863—65). 1865 П. познакомился с Писаревым, и знакомство повлияло на содержание всей жизни П. Увлекшись проповедью Писарева популяризации положительных знаний, П., не медля приступил к осуществлению этого дела, и с 2000 р. в кармане перевел и издал „Полный курс физики Гано“ (1866). В следующем 1867 он выступил издателем полного собрания сочинений Писарева, при чем ему пришлось подвергнуться судебному процессу, по поводу второй части издания. 1868 он был выслан в Вятку за то, что открыл подписку на памятник Писарева без разрешения начальства. Но и в ссылке не прекращал П. свою издательскую деятельность: он перевел в Вятке несколько книг по физике, составил „Наглядную азбуку“, за которую получил почетный отзыв на венской всемирной выставке 1873, и издал литературный сборник „Вятскую Незабудку“, за которую подвергся 1877 новому судебному преследованию, в результате которого была ссылка в Ялуторовск (Тобольской г.). Лишь по возвращении в Спб. 1881 П. имел возможность снова энергически приняться за свою издательскую деятельность, которую и не покидал до самой своей смерти, успевши издать в течение 20 лет до 500 книг на сумму ок. 2 милл. руб. При этом, верный завету Писарева, распространять в обществе естественно-научные, антропологические и социологические знания, П. избегал специально-научных изданий, предпочитая издания популярные и общедоступные. И действительно, так и веет „Русск. Словом“ и „Делом“ от изданий его Вундта, Брема, Ланге, Липперта, Летурно, Ломброзо, Мантегацца, Милля, Моссо, Нимейера, Нордау, Пейо, Рибо, Сигеле, Тарда, Уарда, Фламмариона и пр. Не пренебрегал П. и беллетристикой, русской и иностранной, как могучим средством возвышения умственного уровня масс. Так он издал избранные сочинения Диккенса, В. Гюго, В. Скотта, Сервантеса, Эркман-Шатриана и пр. Пользуясь истечением 50-летн. сроков со дня смерти писателей, он выпустил дешевые издания Пушкина, Лермонтова, Белинского. Сверх того издал Писарева, Шелгунова, Гл. Успенского, Потапенка, Скабичевского; последним была написана „Новейшая история рус. литературы“ по его же заказу. Не ограничиваясь одною интеллигенцией, П. предпринимал массу изданий и для народа. Таковы были издание народного календаря, „Популярно-научной библиотеки“, „Популярно-юридической библиотеки“ и пр. Не упустил П. из вида и изданий для детей. Таковы — сочинения Андерсена, Засодимского, Круглова, Конради, Ламе-Флери, В. Острогорского и др. В последние годы жизни он был озабочен изданием „Биографической библиотеки“ (180 книжек биографий замечательных людей по 25 к. каждая), и карманным „Энциклопедическим словарем“. Не менее важна деятельность П. тем, что, стараясь издавать книги как можно дешевле, он сделал доступными их массам бедного люда. Так он первый доставил возможность иметь Пушкина или Лермонтова за рубль, не говоря уже о том, что сверх того пустил 40 сочинений Пушкина и 30 Лермонтова в раздробительной продаже под общим названием Пушкинской и Лермонтовской библиотек. По словам знавших его, это был фанатик, весь ушедший в свое дело. Жизнь он вел вполне спартанскую, не позволяя себе ни малейшей роскоши или наслаждений; с утра до вечера сидел за письменным столом, заваленным книгами, бумагами, рукописями, клише и пр. Лишь под конец жизни, борясь с чахоткою, он принужден был зимы проводить в Ницце, где и скончался. Похоронен он был на Волковом кладбище, на литературных мостках. Оставшиеся после него 150 тыс. он распределил так: 100 т. предназначил на организацию 2 т. школьных библиотек при народных школах; 30 тыс. оставил литер. фонду; 5 тыс. союзу писателей и 10 т. племяннице. Что касается оставшихся после него изданий, находящихся в продаже или готовящихся к выходу в свет, то душеприказчикам было поручено продолжать его деятельность и постепенно ликвидировать ее в течение 7 лет; деньги же, какие останутся по ликвидации, в свою очередь употребить на устройство училищных библиотек.