НЭС/Новогрузинская литература
Новогрузинская литература. — В начале XIX в. в грузинской литературе (VIII, 123) господствовал романтизм, развитию которого способствовало общественное разочарование, вызванное неисполнившимися надеждами на новую жизнь под покровительством России, а также воспоминания об утраченной независимости. Не чужды были поэтам этой эпохи и мотивы Анакреонта: в вине и женщинах они искали забвения тяжелого общественного горя. Первым поэтом-романтиком этой эпохи был князь Александр Чавчавадзе (1786—1846), сын одного из крупных грузинских феодалов, бывшего министром при предпоследнем царе грузинском Ираклии II. Ал. Чавчавадзе стоит на рубеже двух эпох грузинской литературы, напоминая как по форме, так и по содержанию литературу того периода, когда она находилась под влиянием персидской, и отражая в себе в то же время влияние новых европейских веяний. Довольно долго Александр Чавчавадзе считался певцом «розы и соловья», и грузинская критика относилась к нему отрицательно. Корифеи грузинской литературы, Илья Чавчавадзе и Акакий Церетели, впервые постигли его «стихов пленительную сладость» и поняли трагическое настроение, скрытое в его поэзии. Даровитая, глубоко чувствующая натура его не могла ни успокоиться, ни забыться; в каждой строфе его эротических стихотворений чувствуется отчаяние, имеющее более глубокие корни, чем разочарования светского Дон-Жуана. Вторым выдающимся поэтом романтической эпохи был князь Григорий Орбелиани (1801—1883). Его поэзия порвала связи с влиянием востока и обратилась к западу. Единственная его поэма — «Заздравный тост» — написана под влиянием Жуковского. В его поэзии ясно проглядывает «тоска по утраченному», печаль о гибели самостоятельной Грузии. Любовь и дружба, воспеваемые им, проникнуты глубоко-христианским духом и далеки от чувственности Александра Чавчавадзе. В сборнике Тхоржевского имеется перевод одного стихотворения Григория Орбелиани, «Вечер разлуки», очень характерная для его лирического настроения и дарования. Гр. Орбелиани был выслан из Кавказа за перевод Рылеевской: «Исповеди Наливайки». Позже он оказал большие услуги русскому войску в деле покорения Кавказа и занимал некоторое время видный пост при наместнике Кавказском; его «Заздравный тост» представляет собою восторженную оду Николаю I. Полного расцвета романтическая поэзия достигла у Бараташвили (1816—1846), сумевшего передать настроение грузинских мыслящих людей того времени. Поэзия Бараташвили полна пессимизма, в котором отразились горечь, тоска грузина, очутившегося без крова и жилища у себя на родине. В своем стихотворении «На могилу царя Ираклия II», отразившем в себе «веру» грузин-романтиков старшего поколения, в русского царя, поэт отдает должное Ираклию II за его решение связать судьбы родины с христианским и культурным Западом в лице России; но на ряду с этим в поэме «Судьбы Грузии» ясно выражено понимание положения родины и ее «судьбы» в руках новых правителей России. Представителем переходного периода от романтизма к реализму явился кн. Вахтанг Орбелиани (1812—1891). Внук царя Ираклия II по матери, он принадлежал к передовой молодежи того времени и был, вместе с двумя братьями и матерью, царевной Феклой, сослан в Тульскую губ. за участие в заговоре 1832 г. В лучшем своем произведении: «Надежда» поэт, оплакивая судьбы родины, далеко не преклоняется пред политическим решением своего деда, хоть и старается оправдать его. С Вахтангом Орбелиани оканчивается блестящий период грузинской романтической поэзии. Эпоха романтизма была эпохой растерянности в общественной жизни. Старое было разрушено, новое еще не налаживалось. С середины XIX в. грузинская литература стала проникаться определенными национальными и демократическими идеалами. Родоначальником нового реалистического направления в грузинской литературе является кн. Г. Д. Эристов (1811—1864), создатель грузинского театра. Он написал много комедий, трагедий, драматических поэм, фарсов и водевилей. Его комедии имеют характер политической сатиры, острие которой обращено на разлагающееся грузинское дворянство. Его комедия «Раздел» пестрит типами этого вырождающегося сословия. В комедии «Спор» Эристов, описывая невежество, мздоимство и развращенность «переводчиков», «стряпчих» и других чинов магистратуры, дает яркую характеристику тогдашнего русского чиновничества. Комедия «Скупой» написана в подражание Мольеру. Другим, менее даровитым представителем нового направления был Л. Ардазиани в своем рассказе: «Соломон Меджгануашвили», давший картину обогащения мелкого торгаша. Расцвет грузинской литературы начинается в 1860-х гг. Плеяда молодых людей, получивших в России образование в духе идей 60-х гг., вернулась на родину и принялась за единственную возможную в те времена культурно-общественную работу — работу литературную. Вождем этой молодежи явился кн. Илья Чавчавадзе (1837—1907). В продолжение почти полувека он был главным руководителем грузинской жизни. Илья Ч. автор «Отшельника», одного из самых блестящих произведений грузинской поэзии, он же прозаик-сатирик, создавший эпопею отжившего грузинского феодального дворянства в повести: «Да человек ли сын Адама?», критик, давший лучшую до сих пор характеристику грузинского лирика Бараташвили, публицист, день за днем следивший за развитием грузинской жизни и, общественный деятель, положивший начало многим культурным грузинским начинаниям. Первым врагом своим он, как истый шестидесятник, объявил крепостное право и дал «Да человек-ли сын Адама?» — замечательную по красочности и реальности картину типов барства, создавшегося на почве крепостничества, обрисовав, вместе с тем, тип крестьянина, в котором те же условия развили чувство сострадания к «униженным и оскорбленным». В повести «Разбойник Габро» Чавчавадзе дает описание того же дворянства, но на сцену выводит теперь новое поколение — родного сына Луарсаба и Дареджаны. Если Луарсаб и Дареджан являлись воплощением единственной страсти — обжорства, то в Датико эта страсть облеклась в другую форму — страсть половую. Это произведение Чавчавадзе имело огромное влияние на грузинскую литературу; герои повестей — «Первый шаг» Г. Церетели, «Герои наших дней» и «Симона» Ниношвили, «Царство тьмы» Мелания — более или менее верные копии с Датико. Через четверть века по освобождении крестьян Чавчавадзе пишет повесть «Вдова Отара», эпилог эпической трилогии, имеющий сюжетом отношения между помещиками и крестьянами. «Вдова Отара» рисует фигуру грузинского крестьянина, глубоко преданного своему долгу, гордого, самолюбивого и трудолюбивого. Лириком реалистической поэзии является кн. Акакий Церетели (1840—1915). Характер его лирики определяется в стихотворении «Ни земли, ни небес я ни сын, ни певец». В грузинской литературе он как лирик не имеет соперников. Неподражаемая, сладкозвучная лира поэта служит измученной, обманутой, закованной в цепи родине. Пятидесятилетний юбилей его литературной деятельности, отпразднованный в 1908 г. в Тифлисе, был грандиозным национальным торжеством. Еще торжественнее были его похороны. Представителем крайнего реализма, так назыв. натурализма является в грузинской литературе Георгий Церетели (1842—1900), один из сотоварищей Ильи Чавчавадзе и Акакия Церетели. В своих прозаических произведениях он скорее публицист, нежели художник. Он был фотографом обыденной, повседневной жизни. Главные сюжеты произведений Георгия Церетели — быт мелкопоместного дворянства («Тетка Асмати», «Эдишер Келбакиани», «Киколика»), со всеми его отрицательными сторонами, и быт разбогатевших разночинцев («Первый шаг»). Последний роман, самое зрелое произведение автора, изображает также жизнь грузинского великосветского круга, разгульного, бездельного, развращенного и беспринципного, и высшей, подкупной и циничной, чиновней аристократии. Для грузинской литературы значение Георгия Церетели, как создателя нового литературного направления, оказавшего влияние своей манерой на последующих беллетристов, все же немаловажно, несмотря на недостатки его художественного творчества. В 1880-х гг. в грузинской литературе возрождается неоромантизм, который имеет в прозе представителем Александр Казбек, а в поэзии — Важа Пшавела. Александр Казбек (1848—1893) неподражаемый мастер в описании художественных красот кавказской природы. Его герои-горцы живут в восторженном единении с окружающей их природой. Он рисует картину беспощадной борьбы, которая велась русской властью с местными особенностями, с вековыми обычаями страны. На ряду с общественной стороной этой борьбы он изображает душу народа, насильственно оторванного от родной почвы, гибнущего или постепенно приспособляющегося к новым порядкам. Герои Казбека не цари и не полководцы, а простая серая демократическая масса; это дети природы — пастухи и крестьяне, которые всей силой своей непосредственной натуры связаны с окружающей их природой и общественной организацией. Преемником Казбека был поэт Важа Пшавела (Лука Разикашвили; 1861—1915). Его поэмы и стихотворения являются сплошным протестом против мещанства и обывательщины. Грузия это — «раненый орел» среди «стаи ворон», нападающих на истекающего кровью царя птиц. Его «состарившийся лев» все же величествен и внушает чувства уважения. Важа Пшавела внес в грузинскую литературу мотивы символистической поэзии. Особенного внимания с этой точки зрения заслуживает поэма Важа Пшавела: «Вкусивший змия». Важа Пшавела — мастер художественного слова. Его художественные приемы разнообразны и оригинальны. Из писателей девяностых годов мы должны отметить Шио Арагвиснирели, примыкающего к неоромантической литературной школе Казбека и Важа Пшавела, Игнатия Ниношвили, являющегося продолжателем реалистического направления Ильи Чавчавадзе, и Давида Клдиашвили, писателя того же направления, как и Илья Чавчавадзе, но внесшего в него много своего, оригинального. В творчестве Шио Арагвиснирели заметно влияние Мопассана. Произведения его проникнуты глубоким пессимизмом. Разложение нравов захватило все слои общества. С одной стороны — нужда и невежество, с другой — безделье, пресыщение и пустота жизни. Игнатий Ниношвили — бытописатель неустройства крестьянской жизни. Бессовестная эксплоатация труда крестьянина, представителями капитала, такая же эксплоатация крестьянского невежества власть имущими, пренебрежение всех человеческих прав крестьянина — основные мотивы произведений Ниношвили («Озеро Палеостом», «Писарь Мосе», «Рыцарь наших дней», «Симона»). Искренность и теплота чувства автора, его наблюдательность и знание описываемой жизни скрашивают недостатки его манеры письма, часто отдающей репортажем, и делают его одним из популярнейших писателей. Давид Клдиашвили в своих произведениях дает эпопею духовного и экономического вырождения мелкопоместного сельского дворянства. Картины обнищавшего дворянства, его безграничной спеси, его неприспособленности к трудовой жизни — полны у него блестящего юмора. К школе Арагвиснирели относятся Уа Екаладзе, Андрей Деканозишвили и Иван Здрабишвили. Произведения их полны безграничного отчаяния; как-будто цепи столетнего рабства родины наложили на их душу неизгладимые следы страдания и горя. Натуралистическую манеру Георгия Церетели довел до крайних пределов Меланиа, в своих «Четках». Реалистическую манеру усвоили также Эристова-Хоштариа, Дуту Мегрели и Илья Элентеридзе. Поэты последних годов XIX ст. — братья Разикашвили, Цахели, Гандегили и Евдошвили также отличаются пессимизмом. Грузинская литература последних годов XIX ст. отражала черные тучи, собиравшиеся на политическом горизонте и бывшие «буревестником» начала нового века. Революционная эпоха пробудила к жизни новые силы; современная грузинская литература является отражением новых жизненных течений. Характерная черта этой литературы — радость жизни: поклонение солнцу (Абашели), восторги любви (Гришашвили), обожествление жизни (Шаншиашвили). Поэты эти довели форму грузинского стиха до небывалой высоты; они дали глубокие и разнообразные изображения душевных настроений в своей лирике. Самый даровитый из них, Шаншиашвили, воскресил эпос Руставели; Гришашвили, с успехом соперничающий с ним, дал необыкновенное разнообразие грузинского стихосложения. Вместе с тем, писатели эти в своих произведениях отражают современные литературные течения — модернизм, декадентство и отчасти футуризм (Гришашвили). Среди прозаиков начала текущего века выдаются Адамишвили, Чумбадзе, Джорджикиа, Лорткипанидзе и Малакиашвили, являющиеся выразителями современных литературных течений — символизма, эстетизма, психологизма. Они также отличаются жизнерадостностью и юношеской восторженностью пред красотой мира, красотой человека и эстетической ценностью художественных форм.