РСКД/Funus
Funus.

I) : . Торжественно хоронить мертвых и считать их могилы святыми было у греков религиозною обязанностью и вкоренившимся обычаем, основанным на их веровании в блуждание непогребенных. Какие глубокие корни сознание в этой обязанности пустило уже в древнейшие времена, непреложные доказательства тому мы имеем у Гомера и вообще в древних сказаниях. Так, Антигона ставит эту обязанность, налагаемую неписаными, нерушимыми законами богов, гораздо выше человеческих постановлений Креонта; так, умирающий Гектор умоляет, чтобы разгневанный победитель не отказал ему в погребении, и Приам подвергает свою жизнь опасности, чтобы получить труп сына и оказать ему последние почести. Даже относительно чужеземцев соблюдалась эта обязанность; на непогребенного, которого находили и не могли похоронить, бросали землю. Также и павшие в бою враги были погребаемы (частные исключения, вызванные особым ожесточением, не опровергают общего правила). Самым замечательным примером служит следующий случай: афиняне приговорили к смерти возвратившихся в 406 г. от Аргинузов победоносных полководцев своих за то, что они не собрали (вследствие бури) и не похоронили павших в бою воинов. Xen. Hell. 1, 7, 1 слл. Что касается до обычаев при погребении ( или ), то варварские обычаи древнего времени были совершенно уничтожены главнейшим образом законами Солона (Demosth. Macart., p. 1071). Тотчас после смерти мертвому клали в рот обол, называвшийся также , для Харона, как плату за проезд в ад. После этого покойника омывали ближайшие родственники, особенно женщины, намазывали маслом, увенчивали еловыми ветвями, и особенно сельдереем (), и облекали в белые одежды. Упоминают также, что мертвому давался в гроб пирожок из меда (), чтобы задобрить Кербера. Затем следовало обыкновенно на второй день после смерти выставление тела () на  в передней части дома так, что мертвый лицом и ногами лежал к двери дома. Родственники и друзья покойного находились в доме, а родственницы (посторонним женщинам, которые имели менее 60 лет, это было запрещено законом Солона) сидели вокруг постели усопшего плача. Чрезмерное выражение печали, как, напр., царапание щек, были запрещены законом Солона (ср. Aesch. Choeph. 20 слл.). Рядом с постелью ставились , глиняные разрисованные сосуды, а при входе дома стоял сосуд с водой, которая не должна была быть взята из дома, где был умерший, как считавшегося нечистым, для омовения () выходящих. Выставление и все остальное сначала исполняли сами родственники, но впоследствии и посторонние лица за плату. На следующий день перед восходом солнца происходил вынос тела,  на  в сопровождении наемных плакальщиков () или флейтщиц, равно как родственников и друзей. Труп или сжигали, как это бывало обыкновенно в героическое время, или, как это бывало впоследствии, наряду со сжиганьем — хоронили (; общее — ). Трупы клались в гробы (, в древние времена также урны для праха), которые приготовлялись из дерева, часто из глины, также из камня. Места для погребения (, ср. Sepulcrum) находились в большей части городов вне города (в Спарте внутри), преимущественно вблизи дорог. В Афинах даже кенотафии павших воинов, тела которых не могли быть найдены, были вне города. Часто мертвые хоронились в своих имениях. Но были также места, предназначенные специально для погребения мертвых, в афинах местности перед конными воротами (; см. , 14). Памятники, или холмы (), или столбы (), колонны (), храмообразные здания (), или четырехугольные лежащие надгробные камни () были собственностью семьи (ср. ), так что даже на суде право собственности на место погребения служило доказательством родства. В могилу давалась всякая утварь, как-то: сосуды и т. п.; этим объясняется большое количество раскрашенных глиняных сосудов, сохранившихся до наших времен. В позднейшие времена обычай этот прекратился. За погребением следовала тризна (), на которую родственники собирались в дом покойного. На 3-й день совершалась жертва по усопшем, , главная жертва — на 9-й день, ). Внешние признаки печали, обстриженные волосы, отсутствие украшений, черная и, в некоторых местностях, белая траурная одежда (), продолжались еще дольше, в Афинах, вероятно, 30 дней, когда снова приносилась жертва . Забота о могилах была постоянна, и в известные дни происходили празднества в честь умерших, соединенные с увенчиванием и украшением могил повязками (), равно как с жертвами ; кровавые жертвы, , в Афинах были запрещены. (Приносить жертвы называлось .) Такими праздниками были  в день рождения умершего, затем в день смерти и, наконец, общий праздник , у афинян в 5-й день месяца Боедромиона, называвшийся тоже . Впрочем, также и в другие, не назначенные дни происходили подобные празднества. Без торжественного погребения хоронились на том месте, где были поражены, убитые молнией (поражение богами, ), иногда они оставались и совсем непогребенными. При многих преступлениях, особенно при измене отечеству, смертная казнь еще была усиливаема лишением погребения. Особые формальности бывали при погребении павшего от руки убийцы. Перед процессией неслось копье и втыкалось на могиле, как символ лежавшей на родственниках обязанности преследовать убийцу. Если тело умершего не могло быть найдено, напр., если кто-нибудь погиб на море, или после битвы не было отыскано тело, то устраивались похороны для виду и воздвигалась пустая могила, . Ср. v. Stackelberg, Gräber der Hellenen (1827) и Becker, Charikles, т. III, стр. 83 слл.

II) : funus. Когда умершему закрывали глаза, начинался громкий плач (conclamabatur). Затем погребальщик (см. ) посылал уборщика, pollinctor, который омывал труп, намазывал его маслом, одевал в тогу и клал после этого на парадную постель (lectus funebris). Рядом стояла курильница, acerra, turibulum, а в прихожей — ветви от picea и cupressus. На 8-й день следовало обыкновенно погребение или вынос (funus) тела при торжественных проводах (exsequiae) печального собрания, и это совершалось или торжественно по провозглашении глашатая (funus indictivum), или просто и без шума. Обыкновенное время погребения знатных было дообеденное. Сопряженные с дальнейшими торжественностями и пышностью проводы (pompa) устраивал designator, которому помогали lictor и accensus. Сначала шли музыканты (liticines, редко cornicines), потом плакальщицы (praeficae), певшие похвалы умершему (naeniae), и актеры, исполнявшие нередко комические сцены из жизни умершего. Далее следовали восковые маски предков (см. ) и картины, изображавшие деяния усопшего, особенно если он приобрел славу военными подвигами. Окруженный курильницами, труп лежал, головой повыше, на lectus или lectica, покрытый пурпурным с золотом покровом. Погребальные носилки (feretrum) несли родственники или вольноотпущенные рабы, у знаменитых мужей — также сенаторы и всадники. Бедных носили vespillones (носильщики) в ящике, sandapila. За трупом следовали наследники, родственники, вольноотпущенники и др. лица, все в траурных одеяниях. На форуме процессия останавливалась, и один из родственников говорил надгробную речь (laudatio funebris), по окончании которой снова двигалось шествие, чтобы или сжечь труп (crematio), или похоронить его (humatio). Laudatio funebris заслуженных государственных людей упоминается еще со времен основателя свободы, Брута; оказывать женщинам эту честь разрешено было после нашествия галлов (Liv. 5, 50), но впервые оказана она была Попилии, матери Катула (Cic. de or. 2, 10, 44). Эти речи произносились или в сенате или pro rostris; говорили их юноши. Вредное влияние этих похвальных речей на верность исторического предания сознавали сами римляне (Cic. Brut. 16, 62. Liv. 8, 40). Обычай этот существовал также в семьях; так, Цезарь говорил речь своей тетке Юлии и своей первой супруге (Suet. Caes. 6), и нечто подобное рассказывают про Октавиана и Тиберия, когда они были отроками. Две такие частные речи дошли до нас в виде надписей — речь консула А. Лукреция Веспиллона в честь его супруги Турии (умер между 8 и 2 гг. до Р. Х.) и императора Адриана в честь Матидии Старшей (изд. Th. Mommsen, Berl., 1864). Место, где происходило crematio, называлось ustrina, ustrinum, сам костер — rogus. Сначала на костер бросали цветы, венки и т. п., затем поджигали его, поднимали плачь и лили на него вино или благовония (odores, liquores, unguenta и др.). Когда костер сгорал, тушили тлеющую золу и собирали кости умершего, которые окропляли вином и молоком, высушивали и запирали прах в ящик или урну. Эту урну опускали в могилу (см. ), a вместе с тем и мази и масло в банках и благовония. Труп, который хоронился, клали в гроб из камня или из дерева (см. ) и затем опускали в склеп или в землю. Бедные и рабы хоронились на Эсквилинском холме, богатые имели свои sepulcra. На 9-й день после погребения происходили novemdialia, feriae novemdiales, жертвоприношение и угощение умершего, которое ставилось на могиле и называлось cena feralis. Вместе с тем устраивался большой пир или на самой могиле, что бывало в древние времена и называлось silicernium, или в доме умершего, куда являлось много гостей. Иногда даже угощался весь народ или получал так называемую visceratio (см. сл.). Происходили, бывало, игры и гладиаторские бои (funebres ludi, см. ). И после этого долго вспоминали об умерших с благоговением и доказывали это различными способами, напр., общими праздниками в честь умерших (feralia) или частными (parentalia). При таких случаях могилы украшались, увенчивались, окроплялись и т. п. О трауре см. .

РСКД:Обряды
РСКД:Смерть