РСКД/Tribuni plebis
Tribūni plebis. 1) После 1-й сециссии в 494 г. до Р. Х. патриции, сделав народу уступку, согласились на выбор народных Т., обязанность которых была защищать плебеев от притеснений патрициев и консулов. Ср. Leges sacratae. Народных Т. сначала было 2 или 5 (Liv. 2, 33. 58. Cic. r. р. 2, 34), а в 457 г. до Р. Х. число их было увеличено до 10 (Liv. 3, 30). Однако патриции, давая свое согласие, поставили условием, чтобы нельзя было выбирать одних и тех же лиц дважды. Круг деятельности Т. вначале был ограничен, но вскоре им удалось расширить его и усилить, чему немало содействовала дарованная им неприкосновенность (см.  и . Liv. 2, 33. 3, 55. 4, 3). Старейшее и на первых порах единственное их право было auxilium, право защиты плебеев, впоследствии также и патрициев, состоявшее в том, что они могли воспрещать (veto, intercedo, prohibeo) мероприятия должностных лиц или сената против отдельных личностей. Эта «помощь» применялась обыкновенно: а) при dilectus (Liv. 3, 11. 4, 53); b) при распределении податей (Liv. 4. 60. 5, 12); с) в суде, где трибуны могли вмешиваться не только в гражданские, но и в уголовные дела как до приговора (sententia), так и после него, чтобы, напр., помешать какой-нибудь несправедливости или чтобы поддержать aequitatem против неумолимой буквы закона. Но встречалось также немало несправедливых вмешательств. Впрочем, veto T., прекращавшее судебное разбирательство, имело силу только до истечения служебного года вмешавшегося, и если преемник его не вмешивался снова, то разбирательство опять могло возобновиться. Кто нуждался в подобной помощи, должен был призывать T. (appellare, Liv. и Cic. часто), и они собирались, рассматривали дело и принимали решение (decretum), в котором или соглашались оказать помощь, или отказывали в ней. Liv. 3, 3. 4, 53. 38, 52, сл. 60. Cic. Quint. 7, 20. 28. — 2) из этого права помощи вскоре развилось право вмешательства Т. во все административные мероприятия и действия должностных лиц (консулов, цензоров и даже других трибунов. Cic. legg. 3, 4) в SCons. и во все предложения, предназначавшиеся для внесения в комиции. Во всех комициях Т. могли intercedere, impedire, moram facere, так что приходилось иногда откладывать даже выборы должностных лиц. Liv. 6, 35. 7, 21. 27, 6. 32, 7. 34, 5 и т. д. — 3) по отношению к сенату Т. вначале не пользовались никакими правами, но вместе с правом вмешательства в Scons. они получили также право присутствовать в заседаниях сената. Вначале они сидели у входа в курию и, угрожая оттуда своим auxilium против приведения в исполнение Scons. (особенно касательно dilectus и tribulutum), мало-помалу присвоили себе право вмешиваться во все дела (Liv. 4, 6. 36, 43. 50, 57. 9, 8 и т. д.), заняли место в среде прочих сенаторов и, вероятно, вскоре после lex Valeria, сделавшей решения триб обязательными для всех римлян, могли даже докладывать ему. Вследствие этого цензоры при первой же lectio приняли в сенат и всех бывших Т. — 4) правом созывать сходки (см. ) и председательствовать на них Т., вероятно, пользовались уже сначала, но гораздо важнее было полученное ими право созывать comitia tributa и председательствовать в них, особенно после lex Valeria, Publilia и Hortensia. В этих собраниях не только производили выборы на многие должности и творили суд, но и совещались о важнейших делах и подавали голоса о законах, имевших величайшее значение (напр., о leges agrariae, о распределении провинций, о командовании войском и т. д., см. ). — 5) право назначать пеню на непокорных и пользоваться prehensio (т. е. арестовать граждан или должностных лиц) Т. получили скоро и часто злоупотребляли им самым недобросовестным, деспотическим образом; они даже консулов заключали в темницу или угрозами принуждали их к уступчивости (Liv. 4, 26. 5, 9. 29, 20 и т. д.). — 6) Т. также ежегодно издавали указы (edictum), в которых, вероятно, определяли, когда намерены привести в действие свое auxilium и т. п. Производить ауспиции они вначале не имели права, впоследствии же им дано было и это право, но только относительно менее торжественных случаев. О принадлежащих им spectio de coelo и obnuntiato см. , 21, Obnuntiatio и Lex Aelia и Fufia. Власть Т. сначала была только благотворна; они своим противодействием обуздывали власть консулов, сената и патрициев, и внутренняя жизнь Римского государства могла развиваться правильно, пока Т. оставались на законной почве. Но когда они стали злоупотреблять своими правами и сделались в позднейшие времена ярыми демагогами, Римское государство подверглось величайшей опасности (Cic. legg. 3, 8 слл. pestifera sc. potestas trib.). Законные ограничения трибуната, как, напр., необходимость единогласия между всеми Т., без которого они не могли решать, если хотя один из них протестовал (Liv. 2, 43. 44: unum adversus omnes satis esse. 56. 3, 59. 4, 58 сл.), так что несогласный всегда имел перевес, — оказывались недостаточными; выбор диктатора тоже не достигал более своей цели с тех пор, как и против него допускалась provocatio. Plut. Cam. 42. Поэтому Сулла, считая трибунат наинесноснейшим орудием тиранических и охлократических замыслов, преобразовал его в пользу оптиматов. Изданный им, в бытность его диктатором в 80 г., закон lex Cornelia de tribunicia potestate почти совсем уничтожил трибунат (он сделался imago sine re, Vell. Pat. 2, 30): он ограничил ius cum plebe agendi, обусловил право Т. предлагать законы в комициях триб и право привлекать в суд — согласием сената; далее, он низвел право вмешательства, главный источник всех прочих прав tribuniciae potestatis, к первоначальному значению auxilii lationis adversus imperium (Cic. legg. 3, 9) и, наконец, запретив бывшим трибунам занимать какую-нибудь курульную должность, уничтожил приманку, которою до тех пор обладал трибунат для честолюбивых демагогов. Тотчас же после смерти Суллы начались попытки восстановить трибунат; сначала они были безуспешны, но уже в 75 г., в силу lex Aurelia (консула Аврелия Котты), трибунам возвращено было право быть избираемыми в консульские должности; а через 5 лет, в 70 г., Помпей и Красс, нуждавшиеся для своих планов в трибунате, восстановили его во всей его силе. Vell. Pat. 12, 30. Sall. Cat. 38, Dio Cass. 38, 30. С этих пор трибунат снова вступил на тот путь, по которому следовал до Суллы. Достаточно упомянуть имя П. Клодия, чтобы дать понятие о тех ужасах и смутах, которым трибуны и демагоги подвергали в те времена государство. В эпоху императоров трибунская власть образовала средоточие императорской potestas (см. ), и хотя Т. продолжали еще существовать, но потеряли всякое значение, их право помощи в суде ограничивалось императорской инстанцией. Место в сенате и право вмешательства они сохранили, но право налагать пеню было сильно уменьшено. Tac. ann. 13, 28. Зато они получили в свое ведение устройство августалий (см. , 9), требуемые для трибуната условия и выборы. Эта должность была доступна одним плебеям, и притом только свободным гражданам, что, однако, в эпоху императоров не всегда строго соблюдалось. Определенного возраста не требовалось, но обыкновенно трибуны раньше занимали должность квестора и плебейского эдила, а когда, вероятно по постановлению Суллы, должны были быть выбираемы из сенаторов, тогда во всяком случае — квестора. Первые Т. выбраны были на Священной горе, после же lex Publilia, в 471 г. до Р. Х., выборы стали производиться в комициях триб; о промежутке между этим временем не известно ничего точного. В должность они вступали 10 декабря, незадолго до которого происходили выборные комиции. Особых знаков отличия августалии не имели. Слуги их были viatores, scribae и praecones, которые остались и во время императоров.