РСКД/Μοῖρα
. Слово это обозначает, первоначально, часть (Hom. Od. 20, 171), затем предопределенный человеку срок жизни ( Hom. Il. 4, 170), далее предназначенную ему в жизни участь и смерть. Hom. Il. 3, 101. Od. 2, 100. Это понятие является у поэтов отчасти безличным, отчасти божеством, олицетворенною судьбою. У Гомера  не является железным, неограниченно-властвующим роком; в её распоряжения может вмешиваться Зевс и другие боги, могут дать им направление, остановить их (Il. 16, 434 слл. 20, 115 слл.), и сам человек, благодаря своей свободе, может иметь влияние на судьбу (Od. 1, 34 слл.). Но отношения мойры к Зевсу и другим богам у Гомера не определены точно. С одной стороны, Зевс считается богом, в руках которого находится судьба людей, добро и зло (Od, 4, 234. Il. 24, 527), с другой стороны, его воля не совпадает всецело с волей рока; взвешивая судьбу людей, он выведывает неизвестную ему волю мойры (Il. 8, 69. 22, 209); Зевс и другие боги являются то исполнителями и орудием её, то противниками. Поэтому Зевс и другие боги являются у Гомера то равноправными с этим таинственным существом мойры, то подчиненными ему. Греки веровали во множество сильных богов, управляющих жизнью людей, но ограничивающих друг друга, так как каждый бог пользуется самостоятельностью и свободой; таким образом, даже самый высший, совершеннейший бог — Зевс, владыка богов и людей, не имел решительной, неограниченной власти. Поэтому человек чувствовал потребность поставить над этим ограниченным миром богов еще другую, единую, высшую власть, простирающуюся на всех. Но человеческий дух не мог дать живой образ этой отвлеченной силе, вследствие чего она могла бы бороться, энергично и сознательно, с существующими божествами и побеждать их. Мойра оставалась таинственною, непонятною и безжизненною силою; человек постоянно обращался к своим богам, полным жизни, и предоставлял им решения своей участи. Это противоречие, встречающееся у Гомера, тянется через всю греческую древность и никогда не было разрешено язычеством. Мойра представлялась то неограниченно властвующею над богами и людьми, то подчинялась воле богов, то считалась железным, неизбежным, жестоким и завистливым роком, то (как у трагиков) совпадала с высшим нравственным мировым порядком. У Гомера мойра является обыкновенно в единственном числе, но встречаются и  во множ. числе (Il. 24, 49), они прядут человеку нить жизни (Il. 24, 209) и называются поэтому прядильщицами,  (Od. 7, 197). Но олицетворение их не дошло еще до того, чтобы число их, имена, признаки и происхождение были определены. Гесиод уже (theod. 217. 904) называет трех:  — прядущая,  — определяющая участь,  — неизбежная; они дочери Ночи или Зевса и Фемиды. Впоследствии их представляли с жезлом в руках, строгими, возвышенными богинями, которые управляют рулем необходимости и дают власть карающим эриниям, или же как представительниц продолжительности человеческой жизни. Они определяют время рождения человека (потому их ставят иногда наряду с илифиями, , богинями родов), они прядут человеку нить жизни и определяют кончину его. Как богини смерти, они находятся в связи с керами (). Предопределяя судьбу людей, они знают ее уже наперед и, следовательно, могут предвещать ее. Ov. met. 8, 452 слл. trist. 5, 3, 25. Hor. с. s. 25. Plat. r. p. 10, p. 616. Поэты представляют мойр иногда в виде безобразных старух (Catull. 64, 306. Ov. met. 15, 781); художники же изображают их в виде строгих дев: Клофо с веретеном, Лахезис с шаром, на котором она намечает участь людей, или же со свертком, содержащим определения судьбы, Атропа с весами, ножницами, которыми она отрезает нить жизни, солнечными часами, на которых она показывает час смерти, и т. п. Они имели святилища в Коринфе, Спарте, Олимпии и др. местах. —  почти то же, что мойра и обозначает, первоначально, также — часть; она прядет (в олицетворении), подобно Мойре, нить жизни человека при его рождении (Hom. Il. 20, 127. Od. 7, 197); но она еще более, чем мойра, осталась отвлеченным понятием. — Римские  () в период развития римской литературы были тождественными с греч. мойрами; в более древнее время римляне имели, вероятно, лишь одну Парку. Слово  стоит в связи с словом pars и имеет, следовательно, то же значение, как и . — Под словом  римляне разумели волю богов, открытую каким-либо богом, особенно Юпитером, ясно высказанное определение (fari, ), то неизбежный, неизменный рок, то хороший или дурной жребий, и конец жизни, смерть. Во множественном числе  обозначает или судьбы отдельных лиц, или, подобно паркам, - божества судьбы, которые записывают участь людей при их рождении; это — те , которых призывали в последний день первой недели после рождения ребенка.

РСКД:Мифологические персонажи