РСКД/Epos
Epos,  I. . Гомер обозначает епические песни везде словом , в то время как  значит у него, в противоположность к , который заключает понятие о субъективном изображении и представлении исторического. Лишь позднейшие писатели, начиная с Пиндара, употребляют слово  для обозначения стихотворения епического, в противоположность лирическому. Уже то простое соображение, что такой полный и законченный епос, как гомерический, не мог появиться в народе вдруг, без предшественников, должно убедить нас, что еще до Гомера существовала епическая поэзия. Только этим можно объяснить у Гомера, между прочим, твердость и определенность представлений о мире и богах, постоянные эпитеты последних, краткие упоминания о героях и сказаниях о них, как, напр., о Персее (Il. 14, 320), о Геракле, аргонавтах (Od. 12, 66), которые, очевидно были настолько известны, что Гомер мог напоминать о них своим слушателям самыми легкими намеками. Как греческая поэзия вообще, так и епическая песнь в особенности, возникла, вероятно, у богатого песнями фракийского народа в Пиерии, под Олимпом и Геликоном, от которого по Елладе распространился культ муз, богинь песнопений, и поэты которого — Евмолп, Орфей, Мусей, Фамирис, считались отцами всякого рода поэзии. Между тем как стихотворство первых трех мифических певцов считается преимущественно жреческой поэзией мистико-ентузиастического рода, произведениями которой были космогонии, изречения оракулов, гимны и т. п.,   (Il. 2, 594) является уже более епическим певцом, вроде Фемия и Демодока. Поэзия гимнов, служащая культу, приняла мало-помалу епический характер, вследствие того, что рассказывала, как и часть гомеровских гимнов, историю богов, их деяния и страдания. С этими мифическими сказаниями о богах и их почитании слились затем родовые и племенные сказания о царях и народах и дали материал для возникновения епоса. Догомеровские певцы, выступавшие при празднествах и поэтических состязаниях и способствовавшие своим пением оживлению и веселью пиров при царских дворах, брали какое-нибудь коротенькое событие, незначительный по объему случай из богатого сокровища сказаний прежних времен и разукрашивали его своей поэтической фантазией. Так,  воспел у феаков любовь Арея и Афродиты, а из круга троянских сказаний — ссору Ахиллея с Одиссеем и взятие Трои с помощью деревянного коня (Od. 8, 74. 266. 499); , ифакский певец, воспел таким же образом печальное возвращение ахейцев из-под Илиона. Od. 1, 326. Таким образом, несомненно, что епические песнопения были в ходу в большей части Греции уже задолго до Гомера, особенно же развились они у ионического племени, которое, живя под благословенным небом Малой Азии и островов, опередило прочие племена в духовном развитии и особенно в поэзии;  а в этом племени  прежде всех довел епос до самой высокой степени развития. От древнейших певцов унаследовал он материалы и метрическую форму — дактилический гексаметр, равно как и твердо определившийся епический стиль; то и другое было Гомером развито и усовершенствовано и навсегда осталось принадлежностью греческого епоса. Однако же Гомер существенно отличается от своих предшественников: они брали предметом своих кратких песнопений лишь отдельные деяния из мира героев или же внешним образом соединяли более длинные ряды их приключений; Гомер же из массы сказаний избирал один предмет и своим художественным творчеством, развивал его, следуя закону единства, в целый круг сказаний. Так, творения его, «Илиада» и «Одиссея», сделались прототипами  и служат вообще мерилом для характеристики этого рода поэзии. Эти произведения характеризуются спокойным, бесстрастным, но в то же время живым изображением объективного мира, которым, с точки зрения героического епоса, является идеальная, полная высоких деяний мифическая древность со своими богами и героями (см. ). От обыкновенного героического епоса Гомера отличается дидактический религиозно-нравственный епос эолийца  из беотийской Аскры (жившего приблизительно на 100 лет позже Гомера) и его школы (см. ).  Напротив, теснее примыкают к гомерическому епосу так называемые  ионийцев, которые приблизительно с начала олимпиад писали в гомеровском роде, но уступали Гомеру по художественности и таланту и старались связать свои произведения с «Илиадой» и «Одиссеей» таким образом, чтобы все вместе составляли одно большое мифологическое целое из круга троянских и родственных с ними героических сказаний, ср.: Welcker, der epische Cyclus od. die homerischen Dichter (2 т., 1830 слл.,  т.,  изд., 1865). В их произведениях недоставало истинного единства, гомерической полноты и мотивировки, они обращались к аллегории, к рефлексии, и часто даже с мифологической точки зрения не соглашались с Гомером. К кикликам принадлежит  с острова Кипр, ок. ол. 1, который в  () рассказал события от свадьбы Пелея до начала Илиады;  милетский, живший около того же времени, сочинил епическое повествование, первая часть которого, «Эфиопида», непосредственно примыкает к концу «Илиады»; здесь идет речь о походе и гибели эфиопского царя Мемнона, о смерти Ахиллея и о подвигах и самоубийстве Эанта; вторая часть имеет своим предметом разрушение Трои ().  митиленский, ок. ол. 30, написал малую «Илиаду» (), как дополнение к большой, повествующую о военных событиях со спора о доспехах Ахиллея и первого выступления в битву Неоптолема до взятия города. Между произведениями двух последних поэтов и «Одиссеей» являются  (возвращение героев из-под Трои)  или  тройзенского; наконец, продолжением «Одиссеи» была «Телегония»  киренского в двух книгах, ок. 570 г. до Р. Х., где в виде непосредственного продолжения «Одиссеи» рассказывается история Одиссея со времени возвращения его до его смерти. Далее, существовала киклическая «Эдиподея» (быть может, соч. ), «Фиваида», «Эпигоны», «Алкмеонида» и т. д. Отрывки кикликов собрали Wüllner (1825), Müller (1829), Kinkel (1880).  Со времени кикликов, с которых началось для Греции время рефлексии и начала развиваться поэзия лирическая, а затем и драматическая, епос, отличительная черта которого — объективное созерцание, отступает на задний план и теряет свою популярность. То, что у Гомера было естественным проявлением счастливого творческого гения, сделалось постепенно твердым правилом, которому приходилось следовать с искусственным расчетом, и над живым, полным художественной фантазии изображением получила перевес материальная сторона мифа и истории. Наступает период переходный, период брожения, в течение которого являются произведения  из Камира на острове Родосе, ок. 648 г. до Р. Х. («Гераклея», в 2 кн., в которых он впервые систематически изложил подвиги героя),  колофонского, род. ок. 620 или 568 г. до Р. Х. ();  Галикарнасского, ок. 480 г. до Р. Х. («Гераклея» в 14 кн.) и пр. Этот период подготовил мало-помалу появление , представителем которого является  самосский, ок. 404 г. до Р. Х., написавший «Персеиду» (историю персидских войн) (ср. превосходный труд Näke: Choerili Samii quae supersunt, 1817, с прибавлением 1827 г.), — равно как и  героического  колофонского, современника Хойрила; этому поэту следовали многие поэты александрийского периода, но большая часть их брала для своих произведений небольшие по объему сюжеты. Из ряда александрийских поэтов назовем  (см.),  из Бены на острове Крит, ок. 275—195 г. до Р. Х. () и  (см.).  (см.) пытался, в противоположность со своими современниками, возвратиться к простоте Гомера, но не достиг цели. —  Ок. 5 в. по Р. Х. епическая поэзия обнаружила еще раз на короткое время признаки жизни, вследствие изучения софистики в виде так называемого . К этому времени относятся:  ()  (называемый Calaber, так как одна из рукописей его произведения найдена в Калабрии в 15 в.), бездарный подражатель Гомера в своем  (изд. Köchly, 1850; изд. текста 1853), далее  из Панополя в Египте, написал в юности, будучи язычником, епос  или  (мифы о Дионисе) и позже, уже христианином, — епическую метафразу Евангелия от Иоанна; то и другое произведения сохранились. Он является истинным поэтом того времени, который особенной обработкой гексаметра, необычным риторически-страстным языком, игривой фантазией и высокопарным пафосом произвел впечатление новизны и пробудил на некоторое время интерес даже в тогдашний дряблый век; но все качества его поэзии совершенно противоречили характеру епоса. Изд. Дионис. Gräfe (2 тт., 1819) и Köchly (2 тт., 1858); Метафразы — Passow (1834). Вероятно, к началу 6 в. относятся:  (Tryphiodoros или Triphiodoros), грамматик из Египта, написавший  (изд. Wernicke, 1819, и Köchly, 1850),  из Ликополя в Египте, от которого сохранилась  (изд. Lennep, 1747, Bekker, 1816) и , оставивший маленький епос , отличающийся изящностью и теплотой чувства; во всяком случае, это лучшее епическое произведение времен империи (изд. Passow, 1810, Möbius, 1814). , ученый, но не обладающий вкусом грамматик из Константинополя заключает греческий епос своими , в 12 в. Изд. Jacobs (1793) и Bekker (1816).  Рядом с мифическим или героическим епосом, примыкающим к Гомеру, выступает так называемый  еллинов, в духе поэзии Гесиода. К этому разряду принадлежат философические стихотворения  (),  из Елеи, род. ок. 516 г. до Р. Х. (),  из Акраганта, ок. 444 г. до Р. Х. ( и пр.), и александрийская дидактика; и тут и там поэтический элемент подчинен фактическому. Между александрийскими дидактиками упомянем  из Сол (Soli см. сл.) и  колофонского, ок. 150 г. до Р. Х., от которого сохранились  (средство против укушения ядовитых змей) и  (средство против отравления кушаньями), оба запутаны, тяжеловаты и без поэтических достоинств. Лучшее изд. O. Schneider’а (1856). В позднейшие римские времена и после Р. Х. до византийских времен продолжали являться эти сухие, чуждые поэзии медицинские, астрономические, географические и другие практического направления стихотворения. — Александрийские ученые ставили в число наилучших епических поэтов Гомера, Гесиода, Паниасиса, Антимаха и может быть Хойрила. —  II. У  епос является тотчас же с началом их литературы, потому что уже  переводил «Одиссею», а  тотчас же занялся современной историей в своем bellum punicum.  пользовался греческим дактилическим размером вместо сатурния и в своих annales дал образец обработки национальной истории. После него надо назвать ; их историко-епические произведения не сохранились.  воспел свое собственное консульство,  секванскую войну Цезаря; и в первые времена императоров не было недостатка в поэтах, возвеличивавших события своего времени в епических стихотворениях и панегириках. Позднее явились  (Pharsalia),  (Punica), пока  не закончил этого направления своими многочисленными епическими произведениями в панегирическом духе. Весьма распространенная в Риме в 1 в. до Р. Х. любовь к изучению александрийских писателей повела к занятиям героическим епосом, но большая часть того, что сделано было в этой области поэзии, утрачено; епические произведения  и др. пропали; сохранились лишь  (Thebais, Achilleis),  (Argonautica),  (raptus Proserpinae, Gigantomachia). Середину между обоими направлениями занимает Aeneis , которая заслужила всеобщее одобрение обработкой отечественных сказаний и со стороны изложения сделалась образцом для последующих поэтов. — С особенной любовью римляне во все времена занимались дидактической поэзией; здесь надо указать на обработку епикурейской философии , Georgica , поэмы ; но и в позднейшие времена писали в этом роде  (Cynegetica),  (Astronomica) и разные обрабатыватели Арата,  (земледелие),  (Mosella),  (география); наконец, в этой форме писались учебники риторики и метрики.

РСКД:Искусство