БСЭ1/Вече
ВЕЧЕ (от «вещать» — говорить, совещаться), так в древней Руси назывались всякого рода народные сходки и сборища как явные, так и тайные. В узком смысле, В. называлось народное собрание — орган верховной власти, выражавший волю народа в решении государственных дел; иногда термин В. заменяется термином «совет». О существовании таких народных собраний у славян рассказывают византийские писатели Прокопий и Маврикий еще в 6 в. хр. э., а по данным русских летописей, вечевые собрания до середины 13 в. были повсеместны в древней Руси. В своем историческом развитии В. прошло две стадии: стадию племенного В., на котором решались вопросы, касавшиеся всего племени, — так, например, «думали поляне» о дани хозарам — и стадию городского В., явившегося на смену племенному с развитием военно-торговых городских общин. Такое именно городское вече имеет в виду летописец 12 в., когда пишет: «новгородци бо изначала, и смоляне, и кыяне, и полочане и вся власти якоже на думу на веча сходятся; на что же старейшии сдумают, на том же пригороди станут». Летописные известия (до 50) рисуют такую картину вечевых порядков. Правом участия на В. пользовались все свободные совершеннолетние мужчины области. Фактически же осуществить это право могли только жители старшего города области. Главную массу на В. составляли простые граждане, «люди» (в Новгороде — и меньшие, и черные люди, и смерды); кроме того, на В. участвовали: духовенство, бояре, а часто и князь. Жители пригородов появлялись на В. более или менее случайно. В. обычно созывалось (через бирючей — глашатаев или звоном особого вечевого колокола) князем, митрополитом, боярами или кем-либо из граждан. Каких-либо вечевых регламентов, определявших сроки созыва В., его кворум, порядок обсуждения, подсчет голосов и т.д., не было, как не было и определенных мест для В. Так, в Киеве оно собиралось на «Торговищи» или около княжеского терема; в Новгороде — на дворе св. Софии или на Ярославовом дворе; собиралось В. и в походе. Председательствовал князь, посадник или другое лицо, собравшее В. С речами, выражавшими мнение В., выступали «лучшие» (т. е. наиболее состоятельные) люди, к-рые и руководили В. По силе высказываемого народом одобрения или неодобрения старались определить то или иное решение В. Считалось, что решение В. принято единогласно («однодушно», «едиными усты»), но большинство, его предложившее, должно было заставить своих противников подчиниться, при чем оно не останавливалось перед применением силы, отсюда драки и побоища, которыми очень часто заканчивались вечевые собрания. Обладая верховными правами, В., однако, рассматривало немногие вопросы. Прежде всего, оно распоряжалось княжеским столом — приглашало князей на княжение и «указывало путь» неугодным из них (прогоняло их); иногда В. заключало с князьями «ряд» — договор; вообще же, для занятия того или иного княжеского стола необходимо было согласие В. Избрав князя, В. сохраняло за собой руководящее влияние в направлении политики всей области — его ведению подлежали вопросы, касающиеся войны и мира. Иногда В., считая войну для себя невыгодной, отказывалось итти за князем; наконец, В. само заключало мирные договоры. В вопросы управления В. вмешивалось редко, за исключением Новгорода, где В. обсуждало деятельность избранных им князя, посадников и епископов; иногда и в других княжениях В. требовало у князей смены должностных лиц. Т. о., В. было направляющим органом в государстве, и его главная задача состояла в контроле над деятельностью князя и его управлением. Значение В. в разных областях древней Руси было неодинаково и стояло в прямой зависимости от классового соотношения сил. Так, в южной и юго-западной Руси (земли Галицкая и Волынская, отчасти Киевская), где вследствие экономических условий рано сложился мощный класс бояр-землевладельцев, влияние В. было незначительно; бояре распоряжаются княжеским столом (известен случай захвата княжеской власти боярином, т. е. лицом не княжеского происхождения), и попытка князя Даниила Галицкого использовать В. для борьбы с боярством окончилась неудачей. В сев.-вост. Руси (в земле Суздальской, отчасти Рязанской и Черниговской), в стране по преимуществу земледельческой, колонизованной князьями и церковью, решительный перевес с конца 12 в. берет княжеская власть, которая становится наследственной, а сам князь начинает именовать себя Великим князем. Здесь В. исчезает во второй половине 13 в., и впоследствии именем В. называются восстания и заговоры. Наибольшего развития В. достигает в сев.-зап. Руси — Новгороде, Пскове, вост. новгородских колониях (Вятка) и в Полоцке. В Новгородской земле, где природные условия земли и ее колонизация весьма благоприятствовали развитию торговли и образованию торгово-промышленного класса и где В. становится ареной ожесточенной классовой борьбы (см. ), к половине 13 в. право вечевого самоуправления укрепляется формальными договорами (1265, 1270); ограничивается административная и судебная власть князя — он не может назначать правителями волостей не граждан новгородских, не имеет права смещать должностных лиц без суда, не может судить без посадника; В. избирает своего представителя при князе — посадника, власть к-рого почти равна власти князя; во внешнюю сторону вечевых собраний был внесен нек-рый порядок — в Новгороде была «изба» — канцелярия веча, вечевые дьяки (секретари), особая печать Великого Новгорода. С некоторыми изменениями вечевые особенности повторяются и в Пскове и в Вятке. Конец вечевым порядкам положило татарское нашествие во 2-й половине 13 в., но оно не было единственной причиной падения В.; более важной причиной был упадок городских общин, в связи с общим упадком древнерус. торговли. В Новгороде В. прекратило свое существование в 1478, в Пскове — в 1510, по завоевании обоих городов Москвой.

Лит.:  С. М., Об отношении Новгорода к великим князьям, M., 1845; , История России, книга 1, изд. «Общ. польза», СПБ, без года;  В. И., Вече и князь, М., 1867 (основное исследование);  Н. И., Северно-русские народоправства, т. I—II, СПБ, 1863;  А. Е., Княжое право в древней Руси, СПБ, 1909;  M. Н., Русская история с древнейших времен, т. I, 7-е изд., ГИЗ, М., 1924; Русская история в очерках и статьях, под ред. М. В. Довнар-Запольского, т. I, М. (без года);  M. Ф., Обзор истории русского права, 6-е изд., Киев, 1909;  М. А., Очерки общественного и государственного строя древней Руси, 4-е издание, ГИЗ, Москва, 1926;  А. Н., Учебник истории русского права, издание 4-е, Москва, 1912.