РСКД/Grammatici
Grammatici. I)  грамматики. Уже рано у греков проявилось стремление рассматривать и разбирать законы языка относительно их внутренней связи. Уже у Платона, у которого впервые ясно показывается это стремление, встречаются выражения ), которые сперва, конечно, относились лишь к сочетанию букв, . Преподаванием так называемых , не бывших в особенном почете у греков, начиналось первое элементарное обучение. Вскоре пошли в этом преподавании дальше одного механического чтения, а если преподаватели желали объяснять ученикам содержание прочитанного, то они должны были обладать некоторой ученостью и быть в состоянии представить правильный текст, напр., гомеровских песен; таким образом, к грамматике присоединились критика и герменевтика, хотя в начале еще не было настоящих ученых, доалександрийских времен, когда изучение языка сделало значительные успехи. Занятия Г., , теперь уже обнимали всю науку о древности, a  — были сокровища литературы в формальном и реальном смысле. Так, Цицерон говорит (de or. 1, 42): in grammaticis conclusa est puëtarum petractatio, historiarum cognitio, verborum interpretatio, pronuntiandi quidam sonus. Таким образом, , как учитель языка, обозначал то же, что и  и  в более точном смысле; на долю первого приходились преимущественно исторические сведения и объяснение слов и предметов, на долю последнего — философская деятельность при исправлении слога. Грамматику разделяли на три части: , т. е. критику и грамматику в боле узком смысле, , объяснение и предметов и слов и . Дионисий Фракиец (см. , 5) называет 6 отделов: произношение, объяснение содержания, краткое толкование слов и предметов, этимологию, аналогию и критику. Вскоре стали также различать высшую и низшую грамматику. При универсальности александрийских ученых легко понятно, что их деятельность не ограничивалась отдельными грамматическими исследованиями, но что они также старались установить рецензию целых сочинений, преимущественно гомеровских песен; они же и составляли списки писателей, считающихся классическими. Замечательнейшие Г. были: Зенодот (280 г. до Р. Х.), Аристофан Византийский (221—180 гг.), Аристарх (ок. 160 г.), Кратес Маллосский, противник александрийских ученых (ок. 170 г.), Дионисий Фракиец (60 г.), Дидим Александрийский (30 г.), Зоил, Асклепиад, Трифон Александрийский в правление императора Августа, Элий Дионисий Галикарнасский, с 31 г. до Р. Х. в Риме, Аполлоний Дискол Александрийский в правление императоров Адриана и Антонина, сын его Элий Геродиан, Дракон Стратоникийский, Гефестион, учитель императора Вера, Дионисий Кассий Лонгин (ок. 250 г. от Р. Х.), Прокл, Аркадий, Досифей, Лесбонакт, Георгий Хойробоск. Изд. Aldina (1495—1524, 6 т.) anecdota graeca ed. Villoison, I. Bekker, L. Bachmann и Cramer и в сочинениях Lehrs’a, Friedländer’a и Lenz’a. Начато критическое издание в Лейпциге (Teubner) в 1878 г. (Apollonii scriptaminora a Rieh. Schneidero édita). II)  грамматики. В Риме занятие грамматикой, если не считать случайных исследований по этому предмету, встречающихся у древнейших историков, было впервые возбуждено греческим Г. Кратесом, который в 159 г. до Р. Х. прибыл в Рим с посольством Аттала, царя пергамского, и в течение продолжительного своего пребывания в Риме читал лекции о греческом и латинском языках. Замечательные государственные люди посвящали свой досуг ученым занятиям, а кроме того, образовался особый класс ученых, которые занялись устным преподаванием и стали писать научные сочинения о предметах, касающихся грамматики. Но специальные грамматические исследования долго уступали первое место антикварным и литературно-историческим занятиям и ограничивались обыкновенно толкованием отдельных писателей и объяснением устарелых, труднопонятных форм слов. Замечательнейшие Г. этого древнейшего периода суть: Аврелий Опилий, известный объяснением древних поэтов и грамматическим сочинением Musae; Элий Стилон Преконин, обращающий внимание преимущественно на этимологические исследования, и более всех его ученик М. Теренций Варрон, который, благодаря своей обширной учености, дал и грамматическим занятиям новый, долго действовавший толчок. Подобной ученостью, как Варрон, около того же времени отличался П. Нигидий Фигул, который написал, кроме нескольких философских и антикварных сочинений, еще commentarii grammatici; затем Сантра (de verborum antiquitate), Синний Капитон, известный, кроме других грамматических сочинений, толковым сборником пословиц, и Атей, прозванный philologus. Цезарь пытался положить основание учения о формах языка в своем сочинении de analogia ad M. Terentium Varronem. В период Августа грамматические занятия в связи с антикварными продолжались преимущественно Веррием Флакком и Юлием Гигином (Hyginus). Как толкователь сочинений Цицерона, в то же время отличался Квинт Асконий Педиан (родом из Педума в Лации). Критика и толкование поэтов, в особенности Вергилия, были замечательно развиты под конец 1 в. ученым-грамматиком М. Валерием Пробом из города Берита, под именем которого сохранился комментарий к сочинениям Вергилия Bucolica и Georgica. Около того же времени был знаменитым учителем грамматики Квинт Реммий Палемон, и о грамматических занятиях Старшего Плиния свидетельствуют его libri dubii sermonis, от которых сохранились многочисленные отрывки. Упоминаются и несколько грамматических сочинений Светония. Новая эпоха занятий грамматикой начинается со времен Адриана, который особенно покровительствовал школам Г. С этого времени более и более выступают на первый план сочинения систематические, занимающиеся исключительно языком; вместе с тем ученые стали ограничиваться извлечением и сопоставлением для учебной цели трудов своих предшественников, вместо того чтобы добывать новый материал самостоятельными исследованиями. В таком виде грамматические сочинения простираются от позднейших времен Римской империи до середины средних веков, и на таких компиляционных извлечениях и обработках главным образом основывается наше знакомство с учением римских Г., так как из древних сочинений ни одно не сохранилось полностью. Они важны для нас не столько сохранившимися в них словами древней теории, сколько встречающимися там цитатами из древних писателей и архаистическими формами слов. Большая часть этих сочинений содержит систематическое изложение грамматики, которая обыкновенно обозначается названием ars. Эти учебники почти исключительно ограничиваются учением о формах слов, разделяя их по теории, выработанной Г., на 8 частей речи: nomen, pronomen, verbum, adverbium, participium, coniunctio, praepositio, interiectio. К этому присовокупляется часто изложение метрики и просодии, фигур речи (de tropis et figuris) и ошибочных выражений (de barbarismo et soloecismo). Важнейшие Г. этого рода суть: Флавий Сосипатр Харисий, вероятно, в 4 в. Его ars grammatica в 5 т. (к сожалению, сохранившаяся не полностью) почти вся состоит из весьма неумелого соединения выдержек из древнейших грамматиков, а именно Коминиана, Палемона и Юлия Романа, из которых в особенности последний богат важными цитатами из древней литературы. Немного позже, кажется, Диомед написал 3 тома de arte grammatica, которые во многих местах дословно согласны с сочинением Харисия, но расположены по гораздо лучшему плану. Важнее всех третья книга. Присциан Кессарийский в начале 6 в., учитель грамматики в Константинополе, оставил, кроме нескольких мелких грамматических сочинений, institutiones grammaticae в 18 томах, из которых 2 последних тома de constructione, занимаются синтаксисом; это самое распространенное сочинение из всех сохранившихся до нас сочинений о латинской грамматике и долго читалось с усердием, как главный источник знания латинского языка. После него ни один из всех латинских Г. не имел такого значения для позднейших времен, как Донат (4 в.), известный автор уцелевшего комментария к Теренцию. Ars, в двух отделах (editiones), носящая его имя, дает весьма краткий обзор обыкновенной грамматической системы, но именно по этой причине долго употреблялась как учебник и объяснялась и дополнялась многими, отчасти весьма пространными комментариями. Замечательнейшие из числа этих комментариев — несколько сочинений, носящих имя Сервия (Maurus Servius Honoratus, автор одного комментария к Вергилию), сочинения Сергия и многословное commentum Помпея. Под именем Проба, кроме мелких статей, существуют: одна ars, представляющая пространное и хорошо распределенное изложение грамматики без особенной учености, и извлечение из этого сочинения, institutiones grammaticae, в 2 томах. Но и то и другое сочинение, кроме имени, ничего не имеют общего со знаменитым Г. 1 в. То же самое следует заметить и о плохой ars grammatica Палемона. В роде названных здесь сочинений написаны, отчасти весьма поздние, artes M. Клавдия Сацердота, Кледония, Аспера, Августина и др. Некоторые разбирают только отдельные части всей системы, напр., Фока de nomine et verbo, Конзенций de nomine et verbo и de barbarisme, Евтихий, de discernendis coniugationibus, Макробий de differentiis verbi graeci et latini. Преимущественно метрикой занимается книга Теренциана Мавра de literis, syllabis, pedibus et metris, сочинение в 3000 стихах разных размеров, вероятно, не раньше 3 в. Еще более распространяется об этом предмете Марий Викторин, знаменитый ритор 4 в. (libri IV artis grammaticae). Краткие сочинения, касающиеся метрики, сохранились под именами: Мария Плоция Сацердота, Цезия Бассы, Атилия Фортунациана, Максима Викторина, Руфина, Маллия Феодора и Беды. Учебником метрики долгое время служила книга Сервия de centum metris, сухое перечисление разных размеров стихов с присовокуплением образцов. С особенной тщательностью в позднейшее время разбирался отдел de orthographia, к которому присоединялись легкие этимологические и грамматические заметки. Сюда относящиеся сочинения, в которых перечисляются и разбираются сомнительные слова в алфавитном порядке, носят имена Флавия Капра, к сочинению которого прибавляется, в виде дополнения, статья Агреция (Agroecius), затем Теренция Скавра (знаменитого грамматика времен императора Адриана), Велия Лонга, Кассиодора, который представляет свод относящихся к орфографии извлечений из двенадцати более древних грамматиков, и Беды. Из сочинений древних глоссографов составлена книга невежественного и поверхностного Нония, de compendiosa doctrina per literas, сопоставление старинных форм и выражений, приведенное по отделам в алфавитный порядок; книга эта составлена без всякого знания дела, но весьма важна по причине богатого собрания примеров из древних писателей (изд. Mercier 1583 и 1614; Gerlach u. Roth, 1842). Последнее сочинение, основанное на чтении древних источников — origines Исидора, епископа севильского в 7 в., род энциклопедии всех наук в кратком изложении, соответствующем требованиям того времени. Старинные сборники латинских Г. Godefroi (Gothofredus) (1595) и El. Putsche (1605); новейшие: Lindemann (1830), ныне критически исправлен (с 1857) H. Keil (7 т.) и дополнен Hagen (1870).