РСКД/Tetralogia
Tetralogĭa, . Со времен Эсхила в Афинах установилось правило, чтобы во время состязаний в праздники Диониса каждый состязающийся поэт представлял 4 драмы. При Эсхиле эти 4 пьесы, представляемые одна за другой, состояли из 3 трагедий и одной сатирической драмы и все вместе назывались Т., . Мы не имеем ни одной полной Т. из какой-либо эпохи аттической трагедии, и только от «Орестеи» Эсхила сохранились три трагедии: «Агамемнон», «Хоефоры», «Евмениды», принадлежавшая же к ним сатирическая драма, «Протей», утеряна. Из случайных заметок нам известны заглавия следующих Т.: Эсхила- 1) «Персидская Т.» («Финей», «Персы», «Главк», «Прометей»), 2) «Ликургея» («Едоняне», «Бассариды», «Юноши», «Ликург»), 3) «Эдиподея» («Лай», «Эдип», «Семеро против Фив», «Сфинкс»). Одновременно с этой последней давалась Т. поэта Аристия, из которой известны заглавия трех пьес: «Персей», «Тантал», «Борцы», последнее — была сатирическая драма, написанная Пратином и поставленная на сцену сыном его Аристием. Кроме того, упоминается еще Т. Ликургея без обозначения заглавий отдельных ее пьес. О Софокловых дидаскалиях, или постановках пьес на сцене, не существует никаких подобных преданий. Из Т. Еврипида известны заглавия: 1) «Алкестидской Т.» («Критянки», «Алкмеон в Псофиде», «Телеф», «Алкестида»), 2) «Медийской Т.» («Медея», «Филоктет», «Диктий», «Жнецы»), 3) «Троадской Т.» («Александр», «Паламед», «Троянки», «Сизиф»). При постановке этой Т, выступил против Еврипида Ксенокл с Т.: «Эдип», «Ликаон», «Вакханки», «Афамант». Еще упоминается о «Пандиониде» Филокла, которая, по-видимому, была тоже Т. вроде эсхиловых, хотя заглавия отдельных пьес неизвестны. К Т. принадлежит также, судя по заглавию, сочинение трагического поэта Мелета — «Эдиподея». Наконец недавно сделалось известно из одного примечания к «Финикиянкам» Еврипида, что пьеса эта представлялась одновременно с «Эномаем» и «Хрисиппом». Заглавие же четвертой пьесы этой Т. не сохранилось. Точно так же известны только заглавия трагедий, составлявших Т. Еврипида, поставленную уже после его смерти, а именно: «Ифигения в Авлиде», «Алкмеон в Коринфе» и «Вакханки». На основании этих тетралогических представлений, охватывающих все время процветания аттической трагедии, можно почти с полной достоверностью утверждать, что всем трагическим дидаскалиям от Эсхила и вплоть до Еврипида присуща была тетралогическая форма. Это можно доказать и другими обстоятельствами. Впрочем, никто и не сомневался в постоянном существовании этого обычая и только на основании одной заметки Свиды о Софокле: , можно бы было предположить, что иногда ставилась одна или несколько отдельных трагедий вместо полной Т. Но достоверность этой заметки очень сомнительна, так как слово  основано на догадке (в рукописи  или ) и вся заметка, вероятно, по ошибке отнесена к Софоклу. Может быть (так как едва ли когда-либо удастся разрешить удовлетворительно этот вопрос), в истории трагедии от Эсхила, ставившего на сцене в первые годы также отдельные трагедии, и до Софокла произошли три постепенные перемены трагических дидаскалий: 1) расширение одной драмы в три больших трагедии, соединенные между собой общностью мифа, к которым присоединялась сатирическая драма; таковы были трилогии и Т. Эсхила. — 2) уничтожение внутренней мифической связи трагедий и разделение цельного материала на три независимые одна от другой пьесы, за которыми следовала сатирическая драма или какая-нибудь другая, заменявшая ее. Представление было в обоих случаях одинаковое: все 4 пьесы одной Т. представлялись беспрерывно одна за другой. — 3) уничтожение и прекращение порядка дидаскалий, так что отдельные драмы состязавшихся поэтов чередовались между собой (нововведение Софокла). Обычай представлять три трагедии одного поэта одну за другой развился, вероятно, из расширения одной драмы в трилогию, т. е. в три, имевшие между собой связь, трагедии. Образчиком подобной трилогии служит «Оресфея» Эсхила, состоявшая из «Агамемнона», «Хоефор» и «Евменид». Внутренняя связь сюжета составляет, по-видимому, отличительный признак трилогии и к ней, как прежде к одной трагедии, присоединялась сатирическая драма, которая, составляя веселый конец представления, имела целью загладить мрачное впечатление трагедии, не соответствовавшее обычному веселью дионисовых праздников. Отсюда делается понятным, каким образом Еврипид напал на мысль заменить сатирическую драму «Алкестидой», пьесой с веселой и забавной развязкой, и очень вероятно, что это был не единственный пример подобной Т.