РСКД/Vergilii
Vergilĭi или Virgilĭi. 1) , народный трибун в 87 г. до Р. Х. привлек к суду Корнелия Суллу. Cic. Brut. 48, 179. — 2) , в 61 г. в качестве пропретора управлял Сицилией и оставался там до 58 г., когда Цицерон должен был удалиться в изгнание. В 46 г. он с большой храбростью защищал Фапс в Африке против Цезаря (Caes. b. Afr. 28. 26. Ср. Cic. ad Qu. fr. 1, 2, 2). — 3) , знаменитый поэт, родился 15 октября 70 г. до Р. Х. в деревне Андах около Мантуи, где у его отца было небольшое имение. Первоначальное воспитание В. получил в соседней Кремоне; затем, достигнув 16-летнего возраста и надев по римскому обычаю мужскую тогу, он отправился в школу в Милан, потом уехал в Неаполь, где был учеником греческого поэта и грамматика Парфения, и наконец в Рим, где слушал эпикурейского философа Сирона. Из Рима он возвратился на родину и в уединении изучал греческих поэтов. Здесь он познакомился и подружился с Азинием Поллионом, который в то время управлял в качестве легата Антония транспаданской Галлией, чрезвычайно интересовался литературой и был оратором, историком и поэтом. Скоро, однако, военные события нарушили спокойную жизнь Вергилия. Октавиан после сражения при Филиппах захотел наделить своих ветеранов землями в Италии; в числе городов, окрестности которых предназначались для этой цели, была также и Кремона. И так как солдаты часто своевольно захватывали и соседние земли, то и родине В. угрожала серьезная опасность (Ecl. 9), в особенности когда Азиний Поллион должен был отправиться сначала на Перузийскую войну, а потом в походы в Иллирию и его место занял Алфен Вар. Два раза В. ездил в Рим, и лишь с трудом при содействии Мецената ему удалось заручиться обещанием Октавиана (Ecl. 1, 42), что имение у него не будет отнято или же, в случае потери его, он будет вознагражден поместьем в Кампании (Gell. 6, 20, 1). Между тем эти обстоятельства обратили внимание влиятельных лиц на молодого поэта и доставили ему знакомство с ними. К этому времени кроме его первых поэтических опытов, которые не дошли до нас, относятся 10 эклог и буколик. В них В., по образцу идиллий Феокрита (Ecl. 6, 1), описывает жизнь сицилийских и италийских пастухов. Этим вымышленным описаниям, далеко уступающим своим греческим образцам в правде и естественности, он придал особенную привлекательность тем, что под покровом пастушеской жизни изобразил лица и события своего времени. Эти стихотворения принесли ему известность; с тех пор он проживал то в Риме, то в Неаполе, мягкий климат которого, говорят, он особенно ценил вследствие своего слабого здоровья. Здесь он окончил свое второе и самое обработанное сочинение, Georgica, дидактическое стихотворение, разделенное на 4 книги по главным отраслям сельского хозяйства Италии: земледелию, садоводству, скотоводству и пчеловодству, с наставлением о каждой из этих отраслей в отдельной книге. Сам по себе сухой материал, служивший, однако, в древности часто предметом поэтической обработки (В. называет своим предшественником Гесиода. Georg. 2, 176., хотя не подражает ему в частностях), изложен в них с большим искусством, так как поэт при своем тонком понимании природы, усвоенном под влиянием греческой философии, с большой любовью к предмету сумел слить отдельные наставления в наглядные картины и оживить удачно вставленными эпизодами. Выбрать такой предмет, который не был обработан до В. ни одним из римских поэтов, побудила его, кроме собственной привязанности к сельской жизни, и патриотическая цель — снова возбудить в римлянах любовь к земледелию, угасшую вследствие многолетних войн и бывшую, по его мнению, крепкой опорой древнеримской жизни (2, 143). Семь лет (37-30 гг.) он работал над этим произведением. После его издания он взялся за свой последний и величайший труд, «Энеиду», о котором давно уже мечтал с особенной любовью (Georg. 3, 46). Проработав над ним 11 лет, он окончил внешним образом свое произведение, но придать ему законченность и отделку помешала смерть. В 19 г. до Р. Х. он предпринял путешествие в Грецию, но вследствие продолжительной болезни возвратился в том же году по просьбе Августа вместе с ним в Италию, где вскоре и умер в Бурундузии, 22 сентября, и был похоронен около Неаполя. Оставшиеся незаконченными стихотворения после смерти поэта издали его друзья Варий и Тукка, не позволив себе никаких прибавок или изменений (вследствие чего в «Энеиде» встречаются несколько неполных стихов, которые В., вероятно, устранил бы при последней обработке). Своими замечательными поэтическими трудами и благородным характером В. приобрел всеобщую любовь и уважение. Он был дружен почти со всеми современными поэтами, поставившими себе целью развитие римской поэзии по правилам греческого искусства, и считался в кружке образованных мужей, сгруппировавшихся вокруг щедрого покровителя этого направления, Мецената, одним из самых выдающихся его членов. Нападения сторонников старого направления, между которыми В. называет Бавия, Мевия и Анзера (Ecl. 3, 90. 9, 36), не могли затмить славу его имени. Поэтическая слава В. основывалась особенно на «Энеиде», хотя в художественном совершенстве она далеко уступает Георгикам. Большую долю чрезвычайного успеха, который имела эта столь нетерпеливо ожидаемая поэма между современниками, нужно приписать удачному выбору сюжета. Описывая судьбу Энея, В. изображал не только начало римского народа, но и происхождение рода Юлиев, родоначальником которого считался сын Энея, Асканий или Юл и который в то время достиг в лице Августа высочайших почестей. Вместе с тем он выставляет своего героя идеалом истинного римлянина: безгранично храбрым и усердным почитателем богов. Подражание Гомеру замечается как во многих отдельных местах, так и в общем плане «Энеиды». В., стараясь соединить в одной поэме преимущества «Илиады» и «Одиссеи», в первых шести книгах описывает блуждания Энея, в остальных борьбу за обещанную власть. Материал для первой части он заимствовал большей частью из греческих эпиков, которые обработали предание о Троянской войне с чрезвычайной обстоятельностью, во второй части главным источником служило римское предание, изложенное учеными, особенно Катоном и Варроном. Искусство, с которым В. умел выбирать из огромного материала все нужное для своих целей, и художественно обработанный стих заслуживают полного удивления. Главное же достоинство поэмы состоит в искусном сочетании национального содержания, отчасти заимствованного из прежних поэтов, особенно из Енния, с формой изложения, основанной на правилах греческого искусства. У римлян «Энеида» тотчас заняла место национального эпоса, читалась, как поэмы Гомера у греков, в школах и наравне с ними служила основанием научных и антикварных исследований. Далеко в средние века продолжалось почитание славного поэта, которого не только прилежно читали, но и почти суеверно почитали, приписывая ему разные чудеса. Произведения В. уже в древности стали предметом изучения ученых, и потому его стихотворения очень рано были объяснены учеными грамматиками и снабжены богатыми грамматическими и историческим комментариями (см. Ribbeck, Proleg, crit. p. 114 слл.). Из этих толкований образовался богатый содержанием комментарий, дошедший до нас под именем Сервия (см. , 4). Кроме него существует еще комментарий к георгикам и буколикам под именем Валерия Проба, ученого грамматика 1 в. от Р. Х., который издал критическое издание сочинений Вергилия. Гораздо меньшее значение имеет риторический комментарий Доната к Энеиде. Небольшие стихотворения Culex, Ciris, Сора, Moretum и так называемые catalecta Vergilii не принадлежат В., хотя обычно издаются вместе с его сочинениями. Они были написаны в разные времена. Изд. Burman (1746), Heyne (1767 слл.), Forbiger (1872 слл.), Wagner (1861), Ladewig, Kappes (1873 слл.) Ribbeck (1859, важное критическое изд.). Изд. текста: Jahn (1850), Süpfle (1847), Haupt (1873), Paldamus (1854), Ladewig (1866), Ribbeck (1867); изд. эклог Glaser (1876); георгик Glaser (1872), «Энеиды» Thiel (1834 слл.), Hofmann-Perlkamp (1843), Gosrau (1875). Русское издание «Энеиды» Нагуевского и Классовского. — 4) некоему Вергилию или Виргилию Гораций посвятил одну оду (od. 4, 12). Согласно схолиям, это был торговец благовонным товаром, а может быть, врач.

РСКД