Про Чапая (Коргуев)
Вот не́ в котором царстве, не в котором государстве, а именно в том, в котором мы с тобой живём, жил-был крестьянин, звали ёго Иваном. И у ёго было троё детей. Старшего звали тоже Иваном, среднего Петром, а младшего Василием. Василий Иванович по прозванию Чапаев. Жили они бедно́ очень, так что своих ловушек не имелось и также не было своих посудин, на которых нужно было выезжать на лов.

И вот крестьянин этот по́жил немного и помер. Осталась вдовка одна с детьми. И вот, когда выросли дети, в это время слуцилась война. Этих старших сыновей забрали на войну, остался один только младший Василий; и этому тоже приходила очередь идти на войну, потому что всех брали поголовно, кто только был трудоспособен к военному действию, не считались не́ со старым и не́ с малым. И вот когда очередь дошла до младшего сына, конечно, ёму пришлось идти тоже на войну. Распростился он с матерью и отправился на при́зыв. Вот идет он себе по деревне, а надо было ёму проходить мимо тетки. Жила тут же недалёко евонная тетка, ма́терина сестра. Он и думает сам себе: «Давай, — думает, — зайду к тетушке, прощусь, может, и не вернусь с войны».

И зашел. «Здравствуй, тётя!» — «Здравствуй, здравствуй, племянник, куда пошел?» — «Да вот, тетушка, на войну надо идти, старшие братья уж воюют, ну и мне приходится». Она ёму и говорит: «Слушай, племянник, вот я даю тебе кольцо, и это кольцо у меня еще от мужа, принес с турецкой войны. И в этом кольце такая волшебная сила, что никакая тебя пуля не возьмет и никакой тебя меч не сечет. Ну, кольцо будет действовать только на суше, а уж на воды́ такой силы у нёго не будет, так что остерегайся воды».

И так он пошел дальше. Вот приходит он на при́зыв, и стали их обучать военному действию. Когда он выучился к военному действию, то начал участвовать в боях. И так он выучился быстро и так был си́лен, что уж ёго произвели в офицеры. И никакая пуля ёго не берет. Так. Вот он прослужил на войне три года, и эта война уництожилась. Приезжает Василий Чапаев домой, и вот у нёго только была одна мать, братьев убили на войне. Пришлось ему жениться. Мать, конечно, не препятствовала. И вот взял он из своей деревни тоже у одного крестьянина дочерь. Сыграли свадьбу, и стал Василий Иванович жить со своей женой. Вот прожили там год или два, родилось у них двое детей.

Так. Да, вот прошло немного времени, и прослышал Василий Иванович, что перешла власть Колчаку и Деникину, настала власть белая. Стали притеснять вольную большевицкую власть и гнать ее от силы орудия. Тут Василию Ивановичу стало очень обидно, что погинет весь трудовой народ, перейдет власть белая. Подумал Василий и размыслил сам: «Нет, лучше я еще раз пойду на войну, а уж не дам погинуть своей родине. А пуля меня все равно не возьмет». Да и говорит своей матери: «Ну, маменька родимая, я еще пойду на войну спасать трудовой народ, защищать власть советскую». Говорит ему мать со слезами: «Эх, ты сын мой, была ты у меня последняя опора при старости. Было́ у меня три сына, вернулся только один да опять хочешь идти. Все поклали тама головы, и тебе покласть придется, коль походишь второй раз». — «Ну, мать, все равно пойду, не оставь ты моих малых деточек, если я умру на войне».

Распростился он с матерью и с женой, оседлал своёго́ ворона́ коня и поехал в Красную Армию.

Приезжает он в войска советские к красным командирам, поклонился и говорит: «Здравствуйте, красные командиры советские, я хочу служить в Красной Армии, хочу помочь своей родине, прогоню Колчака и Деникина, чтобы освободить трудовой народ». Командиры и говорят: «Здоро́во, молоде́ц, а кто ты есть такой? Много бывает всяких, натреплют языком, а там глядишь и поминай как звали». — «Нет, командиры, я хочу доказать на деле, а языком трепать не охоч. А есть я вот из такой деревни, по имени Василий Ивановиц, по прозванью Чапаев». — «Молодец, Василий Ивановиц, ну, возьмем тебя в Красну Армию, только помоги нам».

Так. И вот наступил бой кровавой. Тогда скочил Чапай на коня и пустился на неприятеля, и нача́л он бить, как траву́ косить, колчако́вичей и дени́кинцей. И так он сильно их бил, и мецём рубил, и копьём колол, приходилось и из нагана бить. Не переставал он бить их ни минутоцки. И не прошло даже шесть часов, как всё поле было усеяно войсками. И этот Колчак не удержался и убежал с остальным своим войском.

Тогда вся Красная Армия поверила, и командиры все на деле видели. Вот солдаты и говорят: «Мы с Чапаем пойдем куды хошь в бой и никогда с ним не погинем».

Да, и вот не прошла неделя, как этот Колчак собрал опять войска́, даже в два раза больше, и пошел опять на Красну Армию. Вот пошел опять Чапай на второй бой, скоцил на своёго коня и в саму середину заехал вражеска войска, где стоял сам Колчак на передней линии. И нацал так жестоко бить, как и в первой раз. И мечом рубил, и копьем колол, и носился как вихорь. И бил он их целы сутки. И ёго войска́, конечно, тоже помогали. Всё полё засеяли телами, но своих войсков потери было мало. Больше половины колчако́вичей убили, кого в плен взяли, сам Колчак еле-еле успел скрыться.

Вот после боя отдохнули, конечно, поели, попили, и пошел Чапай к Фрунзе. Фрунзе ёму и говорит: «Ну, Чапай, молодой ерой, вот даю тебе армию, иди теперь командиром на другой фронт. Уж Колчак опять войска́ набирает».

Да. Вот пошел Чапай со своим войском к реке Белой. И располо́жил он свои войска у одной деревни, ну, где белые находятся — не знают. Ну, надо во что ни стало узнать, где штаб Колчака. Вот и говорит Чапай своим войскам: «А что, ребята, кто пойдет со мной на вылазку, узнаем, где енерал Колчак стоит, а потом и все войско поведем за собой».

И вот много, конечно, вызвалось идти с ним, ну, он отобрал там так цёловек пятьдесят или там сто, и поехали. А уж дело к вецеру было. И стречает он по дороге одну там, одним словом, женщину. «Эй, тетка, куда идешь?» — «Да вот иду, командир, проведать мужа своёго́ в Красну Армию; да сбилась с пути, голодна, иду уж вторы сутки, не знаю, куда и попадаю». — «Ну, иди, тетка, мы тебя накормим».

И приказал Чапаев взять ей с собой и накормить. Вот и идет она с нима́. А эта женщина, она была полячка, обманула Чапая, она была послана от Колчака шпионкой. Ну, он этого ничего не знал.

Да. И вот доехали до одной деревни, как раз деревня на берегу реки Белой стояла. А уж там им мужики и рассказали, где колчако́вичи стоят, тут недалёко за лесом, так верст с десяток будет. Василий Ивановиц и говорит своим войскам: «Дак вот что, ребята, ночуем здесь, уж ночь нас застала, а наутри пойдем за своима́ войсками».

Вот располо́жил Чапай свои войска и посты, а сами стали на отдых, отдохнуть нать перед боем. Вот заснули, и Василий Ивановиц спит, остался только один каравул стоять. А эта полячка не спит, дожидает. Дождалась, как Чапай уснул, и скорей к Колчаку прибежала и обсказала, где войско Чапаево стоит, а что главного войска с ним нету. Колчак, конечно, обрадел и сейчас дает приказ своим енералам поикать Чапая живого или мёртвого. Собрали енералы свои войска и окружили Чапая с трех сторон. Сняли посты и напали на них в ноцную пору, когда спал Василий Ивановиц крепким сном. Когда приступили белые к ихнему штабу, скочил Чапай со сна, видит себя окруженным и закричал: «Ставай, ребята, измена!»
Скочили чапаевцы — и за оружие. Ну, что, их, может, сотня и была, а колчако́вичей нагнано — тьма! Ну, красные в избах, дак держатся, отстреливают, ну, к себе не подпускают. А уж патронов совсем мало осталось. Вот и дает Чапай такой приказ: «Бежите, ребята, к реке, с суши не прорваться нам будет, а уж за рекой и войска наши близко, опять на Колчака пойдем».

Кинулись чапаевцы плыть через реку́, чтобы прорваться через белых. Увидал Колчак, что Василий Ивановиц с войском бросились в реку́. Кричит своим енералам: «Стреляй по реке, а уж если переплывут реку Белую, соберут свои силы, то нам всем живым не быть».

Вот колчако́вичи сейчас пулемет повернули и давай палить. Долго плыл Василий Ивановиц, а потом ёго в руку ранило, на воде уж кольцо не действовало, дак! Ну, он все равно не переставал плыть. Кругом стреляют, много тогда красных поло́жили, а Колчак всё кричит: «Как мож, добивай Чапая, чтобы он не перебрался; стреляй по нему по одному».

Вот и второй раз пуля попала, покрыла вода ёго голову. Тут Василий Чапаев и преставился. А уж недалёко было от берега. Да, а уж свои войска на помогу шли. Собрали подкрепленья и ударили на колчако́вичей и дени́кинцей, разбили Колчака наголову и прогнали с советской земли.
Прославился Василий свет Иванович, по прозванию Чапаев. И почитают ёго по всей нашей земле. А семье ёго и матери дали пособие, не оставили в обидушку.

И теперь о нем все славится, ну, назад Василий не воротится.

На этом она и концилась.
Русская проза
Рассказы
Матвей Михайлович Коргуев
Литература 1938 года