История одного изобретения (Котельников)/1938 (СО)/Глава IV
Парашюты Бланшара и Гарнерена. Елизавета Гарнерен.

О том, как успешно опустился на своем парашюте Ленорман, узнал парижский механик Бланшар. Это был человек, сведущий в воздухоплавании. Он сам уже построил воздушный шар, а теперь решил сделать такой парашют, который мог бы опустить и гондолу с людьми.

Гондолу, в которой находятся люди во время полета, нужно подвесить не к самому аэростату, а к парашюту, а парашют прицепить к шару. Вели с шаром произойдет какое-нибудь несчастье и людям придется спасаться, то парашют легко отделить от шара, и, значит, люди, сидящие в гондоле, опустятся на парашюте благополучно на землю.

Сначала Бланшар изготовил небольшие модели парашюта и сбрасывал на них с аэростата домашних животных. А в 1784 году он построил уже большой парашют и прикрепил его под баллоном аэростата. Это был жесткий парашют со спицами; раскрытый, он имел вид настоящего зонта.

Еще через год, 7 января 1785 года, Бланшар с помощником, доктором Джефрисом, поднялся на своем аэростате из замка Дувр на берегу Англии, чтобы перелететь пролив Ламанш. Смелым воздухоплавателям надо было лететь 30 километров, которые отделяют Англию от Франции. Ветер был попутный, и аэростат пролетел уже половину пути. Вдруг путешественники заметили, что шар начал заметно опускаться. Надо было немедленно выбросить из гондолы балласт, чтобы аэростат снова поднялся. Но вот уже и весь балласт выброшен, а шар снова медленно идет вниз.

—Бросайте корзину с провизией! — скомандовал Бланшар. — Бросайте книги!

Шар немного поднялся, но затем снова стал опускаться. Берег Франции, между тем, заметно приближался.

—Нам остается продержаться немного, — сказал Джефрис, — смотрите: берег уже недалеко. Бросайте все, что у вас в карманах!

И за борт полетели часы, ножи, кошельки, все что было в карманах. А шар неуклонно шел вниз.

—Последнее средство: скорее раздевайтесь!

Они сняли с себя платье, сапоги и выбросили их за борт. Шар в последний раз поднялся и долетел до берега. На берегу шар настолько уже опустился, что цеплялся гондолой за деревья молодого леса. В это время Бланшар выпустил газ из оболочки шара, а Джефрису удалось ухватиться за ветки, и они сошли на землю.

Бланшар и Джефрис не хотели воспользоваться парашютом. И они были правы. Несмотря на потерю газа, шар все-таки еще мог держаться в воздухе и лететь, то опускаясь, то поднимаясь. Но если бы Бланшар и Джефрис отцепили парашют, их гондола опустилась бы прямо в волны Ламанша.

Месяца через четыре после Бланшара воздухоплаватели Пилатр де-Розье и Ромен отправились в полет. Это был тот самый Пилатр де-Розье, который первый в мире поднялся и летал на воздушном шаре. Теперь Пилатр де-Розье хотел совершить перелет через Ла-манш на шарльере. Но готовясь к полету, смельчаки не позаботились взять парашют. Зато, помня пример Бланшара, Пилатр взял с собой жаровню-монгольфьер. Он думал: если начнется утечка газа, мы нагреем воздух жаровней, наполним оболочку нашего шара горячим воздухом, и наш шарльер будет лететь, как монгольфьер.

Но едва Пилатр и Ромен поднялись метров на триста, как шар их вдруг лопнул. Гондола с воздухоплавателями на глазах громадной толпы зрителей стремительно полетела вниз. Пилатр и Ромен погибли из-за собственной неосторожности. Они поместили жаровню вблизи оболочки шара, наполненного горючим газом — водородом. От этого и произошел взрыв. После этой первой катастрофы воздухоплаватели стали чаще употреблять парашют.

Прошло еще двенадцать лет. Появился новый, более удобный парашют. Это был мягкий, без каркаса, без всяких спиц парашют молодого французского воздухоплавателя Гарнерена.

Осенью 1797 года в назначенный день парижане собрались в парке Монсо на поляне. Они пришли посмотреть на невиданное зрелище: прыжок отважного Гарнерена с аэростата на парашюте. Все с любопытством рассматривали аэростат, слегка покачивавшийся на помосте между двумя столбами.

В это время шар наполнили газом, и Гарнерен взошел на помост. Он осмотрел все веревки и сел в корзину аэростата. Все было готово к полету. Шум толпы совершенно стих. Все затаили дыхание.

Раздалась команда Гарнерена, и люди, удерживавшие аэростат, выпустили из рук веревки. Получив свободу, аэростат рванулся вверх и стал быстро удаляться от земли, подвигаясь в сторону кладбища. Дальше было уже открытое поле. Шар уходил все выше и выше. Тысячи глаз следили за полетом.

Вдруг у всех вырвался крик ужаса: корзина, в которой сидел Гарнерен, оторвалась от шара и полетела вниз. Но в следующий момент над ней уже раскрылся зонт, а Гарнерен развернул национальный флаг. Напряженно следили граждане Парижа, как, опускаясь, раскачивалась корзинка. Казалось, Гарнерен вот-вот выпадет из нее. Однако он опустился вполне благополучно в поле за городом.

Чтобы успокоить зрителей, Гарнерен сейчас же прискакал в парк на лошади, и граждане встретили его бурными овациями.

Так впервые опустился человек на парашюте с воздушного шара.

После первого опыта Гарнерен спускался много раз на своем парашюте. Но всегда его гондола сильно раскачивалась. Это было неприятно и опасно. Долгое время Гарнерен не мог понять, почему так сильно раскачивается корзина. Что могло раскачивать гондолу? Ведь, кроме воздуха, ничто не окружало гондолу с парашютом? Может быть, воздух, скопляясь под куполом парашюта, сгущается и приподнимает то один край купола, то другой? Что если попробовать выпускать воздух через середину купола — его полюс?

Гарнерен так и поступил: в середине купола своего парашюта он сделал отверстие. Но и этого ему казалось мало: снаружи, над отверстием, Гарнерен еще пришил короткий рукав вроде трубы. Он думал, что с такой трубой на куполе парашют будет меньше раскачиваться.

Спускаясь в первый раз на парашюте с отверстием, Гарнерен убедился, что поступил правильно: гондола почти перестала раскачиваться. Позднее, однако, Гарнерен увидел, что важно лишь отверстие. Это отверстие в куполе парашюта сохранилось и теперь, и его называют — полюсным. Труба была не нужна, и скоро ее совсем перестали делать.

Последние парашюты Гарнерена очень похожи на наши современные воздухоплавательные парашюты. О такими парашютами можно было безопасно спускаться. Тогда же начал развиваться парашютный спорт.

У Гарнерена была племянница Елизавета Гарнерен. Она стала первой женщиной парашютисткой-спортсменкой. За несколько лет она спустилась на парашюте с аэростата около шестидесяти раз, и все ее спуски были вполне удачны.

 Примечания