БСЭ1/Эпидемии психические
ЭПИДЕМИИ ПСИХИЧЕСКИЕ, понимаются в психопатологии как особые состояния, охватывающие приблизительно одновременно целые людские группы и проявляющиеся в основном однотипно: они носят характер особых религиозных исступлений, панических состояний и т. п. Известны исторические факты, описываемые как Э. п.; таковы напр.: т. н. пляска св. Витта, наблюдавшаяся в 1374 в Ахене как массовое явление; пляска св. Иоанна; в Италии примерно в то же время т. н. тарантула — массовая болезнь, которую связывали с боязнью укуса тарантула. Известны также т. н. эпидемии бесоизгнания, бесоодержимости, т. н. истеро-демонопатии и т. п. Нет никакого сомнения, что во многих этих случаях имела место подмена понятием Э. п. ряда особых психических заболеваний и болезней нервной системы, позже отдифференцированных, — как , ,  (см.). Нередки случаи, когда под понятие Э. п. пытались подвести народные «волнения», самоубийства и т. п. явления, носившие либо принимавшие массовый характер, психопатологизируя таким образом общественные явления в реакционном, классовом смысле. Что касается собственно психопатологических состояний, известных под собирательным названием Э. п., то в силу того, что эти состояния передаются от одного к другому и принимают массовый характер, они получили обозначени (передающихся, заражающихв. При Э. п. имеют место легкое восприятие, повышенная внушаемость, наклонность к подражательным действиям и поступкам. Ряд исследователей считает, что в моменты катастроф, стихийных бедствий люди действуют также по законам примитивных реакций; внушаемость, тревожность и неуверенность вызывают к жизни «механизмы» «глубоких слоев». Здесь не только не учитываются психоневротические особенности отдельных людей, подвергающихся воздействию стихийных бедствий, но также отсутствует разграничение вопроса Э. п. от аффективных состояний, проявлений автоматизма, инстинктивных действий и т. п. факторов, обнаруживающихся при катастрофических явлениях.

По существу совр. психопатология в отношении Э. п. стоит еще на позициях старых, гл. обр. франц., исследователей (Морандон де-Монтье и др.), к-рые в свое время дали формальную классификацию индуцированных психозов (т. н. «помешательства вдвоем»). Эта классификация заключается в следующем: все виды «помешательства вдвоем» разделяются на: 1) сообщенное помешательство, 2) одновременно протекающее помешательство и 3) спровоцированное помешательство. Это разделение не дает понимания сущности самого процесса, своеобразия его течения и условий развития. Идя не от личности к обществу, а, наоборот, понимая самую личность как продукт общественного развития, мы сможем понять, каким путем и при каких условиях получают свое движение индуцированные психозы. Бредовые идеи, рассматриваемые как причина распространения Э. п., по существу обычно лишь закрепляются определенными классовыми интересами. Так напр., в дел бредовая концепция «Богородицы» была закреплена и поднята на ступень «пророчества» классовым интересом кулацкой группы федоровцев. Освоение целыми людскими группами (акцептация) бредовых идей имеет социально-классовую основу. Это не исключает момента своеобразия отдельных индивидов, в большей или меньшей степени подвергающихся соответствующему воздействию при Э. п., но само это воздействие обусловлено социальными моментами. Своеобразными проявлениями Э. п. являются: истерические стигмы (стигмы христовы в монастырях средневековья), зафиксированные двигательные акты (мяречение), псевдогалюцинаторные или бредового характера представления (разного рода видения, вещие голоса, мессианские идеи и т. п.) и пр.

Лит.: ., Сочинения, т. III, M.—Л., 1929; ., Мэнэрин и эмиряченье, «Материалы Комиссии по изучению Якутской СССР», вып. 15, Л., 1929; ., О значении стихийных бедствий в этиологии некоторых нервных и психических заболеваний, «Журнал невропатологии и психиатрии имени С. Корсакова», М., 1914, № 1—2; ., Порча, кликуши и бесноватые, Новгород, 1910.