РБС/ВТ/Шах-Али
Шах-Али (Шиг-Али, Шейх-Али) — царь Казанский, сын Касимовского хана Шейх-Алей-Яра (Шиг-Авлиара), потомок Тохтамыша, внук Ахмата, умер в 1567 г.

Вместе с отцом своим он вышел из Астраханского царства и поступил на службу к великому князю Московскому.

Начал править Касимовским ханством, а также и Мещерским городком после смерти отца своего, т. е. с 1516 или 1517 годов. Однако ханом Касимовским Ш.-А. считался лишь номинально: в декабре 1518 г. умер Казанский царь Магмед-Аминь, и в преемники ему был назначен великим князем Московским Шиг-Али.

Это первое царствование Ш.-А. в Казани отличалось сравнительным спокойствием; продолжалось оно с 1519 г. по 1521 г. Впрочем Ш.-А. с первых же шагов возбудил неудовольствие народа: признавая зависимость России и опираясь на московского воеводу, находившегося при нем, он во всем предпочитал выгоду московского государя выгоде казанцев. Казанские вельможи советовали Ш.-А. отступиться от России, но он их за это наказывал, как мятежников. Ш.-А. не имел достаточно ни твердости, ни характера, чтобы упрочить свою власть в Казани, и его трехлетнее царствование завершилось очень печальным случаем. В конце 1520 года поднялся мятеж в Крымском ханстве. Крымский хан уговаривал казанцев примкнуть к нему, обещая восстановить могущество Чингисхана и, между прочим, предлагал брата своего Сагин-Гирея на казанский престол. Весной 1521 г. Сагин-Гирей явился под Казанью и казанцы впустили его в город без всякого сопротивления, а немного спустя формально признали своим царем. Ш.-А. вместе с воеводой Карповым и послом Юрьевым были посажены в темницу. Затем, однако, их выпустили и позволили выехать из Казани в Россию. Ш.-А. кое-как добрался до русских пределов, где был встречен чиновниками и народом, высланными к нему на встречу. В Москве Ш.-А. нашел очень радушный прием со стороны великого князя и, между прочим, Василий обещал отмстить за него казанцам.

Летом 1523 г. великий князь предпринял поход против казанцев, однако сам он дошел только до Нижнего Новгорода, откуда 23-го августа отправил Ш.-А. с судовой ратью и двух воевод кн. Василия Шуйского и Бориса Горбатова с прочим войском против казанцев. Ш.-А. выполнил вполне успешно возложенное на него поручение. В том же году при устьях Суры был основан город Василь-Сурск для угрозы казанцам — в основании этого города Ш.-А. принимал деятельное участие.

Весной 1524 г. был предпринят новый поход на Казань, не имевший, впрочем, никаких положительных результатов. Когда 150000 русское войско под начальством Ш.-А. приблизилось к Казани, Сагин-Гирей бежал в Крым. Однако Ш.-А. не сумел воспользоваться удобным моментом — он не взял Казани, а заключил с казанцами мир. Насколько этот мир был фиктивен, можно судить из того, что не успел Ш.-А. с войском отойти из-под стен Казани, как начались новые войны и ссоры.

В 1528 г. Ш.-А. был послан с войском разорять Литовскую Украйну.

С конца 1531 г. и до начала 1532 г. Ш.-А. простоял в Нижнем — он командовал войском, посланным на казанцев. В том же 1532 г. несколько знатных казанцев приехали в Москву и просили великого князя, чтобы он позволил Ш.-А. ехать вместе с ними из Нижнего на Василь-Сурск, откуда они будут хлопотать об избрании Ш.-А. на казанский престол. Как раз в это время казанский царь Сафа-Гирей был низвергнут с престола и изгнан из Казани. Однако казанцы не захотели иметь царем Ш.-А., а избрали его брата Дженалея, правившего в то время Мещерским городком. Великий князь, чтобы смягчить несколько горечь разочарования Ш.-А. и утешить его, подарил ему русские города Каширу и Серпухов, куда Ш.-А. и отправился 21-го сентября того же 1532 г. Однако он недолго владел этими городами — всего три месяца. Во время своего пребывания в Серпухове и Кашире недовольный Ш.-А. стал тайно побуждать казанцев, астраханцев и ногаев к мятежу против Дженалея; умыслы его были узнаны великим князем и он вместе с женой был сослан в январе 1533 г. на Белоозеро. Ссылка его продолжалась около трех лет. Возвращению своему из ссылки Ш.-А. обязан только случаю: осенью 1535 г. в Москву пришло известие, что казанцы, убив Дженалея, возвели на престол снова Сафа-Гирея; вместе с тем при великокняжеском дворе узнали, что в Казани существует партия, недовольная переменой, клонящаяся на сторону России и расположенная к Ш.-А. И действительно, эти слухи вскоре подтвердились: к великой княгине Елене пришли от казанцев послы, которые просили к себе в цари Ш.-А. Шиг-Али был возвращен из ссылки в декабре 1535 г. Покаявшись no всех своих прежних грехах и получив прощение великого князя, Ш.-А. просил свидания с великой княгиней Еленой с целью отблагодарить ее лично за все ее милости к нему и его жене. Это свидание было разрешено Ш.-А. 9-го января 1536 г.

Летом 1537 г. Ш.-А. с великокняжескими воеводами стоял во Владимире для защиты русских границ от казанцев. В 1539 г. Ш.-А. вместе с кн. Мстиславским нанес два поражения казанцам у Мурома и Костромы.

С 1540 до 1543 г. мы видим Ш.-А. снова владетелем касимовским; владел ли он до этого времени, т. е. в период от 1535 г. до 1540 г., чем-нибудь, — сказать трудно (мещерским городком он перестал владеть с 1532 г.). Вероятнее всего, что после своего возвращения из ссылки Ш.-А. жил в Москве, исполняя разные поручения великого князя.

18-го декабря 1540 г. Ш.-А., по приказанию великого князя, ходил из Касимова к Мурому против Сафа-Гирея; в Мещере настиг ногайцев и разбил их наголову. Летом 1541 г., при приближении к Москве крымского хана Сагин-Гирея, Ш.-А. было послано приказание идти с войском во Владимир. Зимой 1542 г. у Ш.-А. в Касимове стояли окольничий Беззубцев и Замыцкой. 17-го января 1546 г. Сафа-Гирей был изгнан из Казани, и казанцы прислали к Иоанну IV послов с просьбой назначить на освободившийся престол Ш.-А. В июне того же года кн. Дмитрию Бельскому было поручено утвердить Ш.-А. на казанском престоле. На этот раз Ш.-А., занимая престол, имел в виду лишь исполнить волю Иоанна IV; сам он лично не мог желать этого, так как боялся лицемерных казанцев, не раз его обманывавших и даже чуть не погубивших. Он предполагал, и не без основания, что и в этот раз казанцы затеяли какую-нибудь хитрую игру. Предчувствия не обманули Ш.-А.: едва успел уехать из Казани кн. Вельский, как казанцы пригласили из Крыма Сафа-Гирея, только что перед этим ими изгнанного. Когда Сафа-Гирей появился на Каме, Ш.-А., не полагаясь на свое влияние и свою власть, бежал тайно в Россию. На Волге он взял лошадей у городецких татар и поехал степью, где он встретил людей, высланных Иоанном IV для его охраны. Из Казани он прямо проехал к себе в Касимов, где оставался, однако, недолго. Вообще с 1547 г. до 1553 г. Ш.-А. не жил подолгу в своем царстве, а провел это время или в походах с русскими войсками, или живя в Москве при Иоанне IV.

В конце 1547 г. Иоанн IV, решив предпринять поход против Казани, приказал Ш.-А. вместе с кн. Воротынским идти из Мещеры к устью Цивили, чтобы там соединиться с главными силами. Сам же князь до Казани не дошел вследствие различных неблагоприятных обстоятельств и, поручив главное управление военными действиями Ш.-А., вернулся в Москву.

В период от 1549 г. до 1550 г. Иоанном IV было предпринято два похода на Казань — в обоих Ш.-А. принимал участие. Первый поход не дал никаких положительных результатов; следствием второго, оказавшегося в военном смысле также неудачным, было основание гор. Свияжска. Иоанн IV, простояв под Казанью 11 дней, возвратился в Москву, поручив Ш.-А. и воеводам Булгакову и Юрьеву построить город на том месте, которое он сам раньше наметил. 24-го мая 1550 г. Ш.-А. с воеводами прибыл на Свиягу и заложил крепость, окончательное возведение которой было закончено через 4 недели. Следствия заложения этого города сказались тотчас же: горные черемисы пришли к Ш.-А. с предложением подданства великому князю. Ш.-А. по поручению Иоанна IV привел их к присяге и стал уговаривать идти на казанцев. Между тем казанцы, не менее устрашенные основанием русского города рядом с их владениями, после бегства из Казани крымцев послали в Москву послов сказать Иоанну IV, что они согласны иметь своим царем Ш.-А. и отправить свою царицу Сююнбеку и царевича Утемиш-Гирея в Москву. Есть, впрочем, другое свидетельство, говорящее, что казанцы соглашались принять на свой престол Ш.-А. только под условием его женитьбы на Сююнбеке и что, будто бы, когда Ш.-А. приехал в Казань, согласившись на брак, Сююнбека два раза пыталась его отравить, почему и была отправлена им в Москву. Но, как бы то ни было, Иоанн IV согласился на просьбу казанцев и поручил Алексею Адашеву отправиться в Свияжск и объявить Ш.-А., что государь пожаловал ему Казанское царство с луговой стороной; горная же сторона должна была отойти к Свияжску. В августе 1550 г. Ш.-А. был посажен на казанский престол и, согласно условию, освободил до 60000 пленных русских.

Но Ш.-А. не оправдал тех надежд, которые возлагались на него Иоанном IV и московской партией в Казани. Он колебался между двумя партиями, не имея настолько силы характера, чтобы решительно примкнуть к одной из них. Пленных он освободил далеко не всех, боясь волнения среди казанцев, которым было крайне невыгодно это освобождение. Тот же страх волнений принудил Ш.-А. послать послов в Москву с просьбой, чтобы Иоанн IV возвратил казанцам горную сторону, сбавил ясак (подать) и поклялся жить в мире с казанцами. В первых двух просьбах Ш.-А. было отказано, третью же Иоанн IV обещался уважить, если Ш.-А. освободит всех пленных.

Недолговременное правление Ш.-А. в Казани послужило лишь поводом к возбуждению непримиримой ненависти и к самому Ш.-А., и к Москве, не дав никаких положительных результатов. При всей своей слабохарактерности, Ш.-А. умел мстить своим врагам очень жестоко; так, в ноябре 1550 г., узнав, что вельможи казанские составили против него и кн. Палецкого заговор, Ш.-А. пригласил их к себе на пир и злодейски всех перерезал (до 70 человек). Иоанн IV, услышав об этом, послал в Казань Алексея Адашева объявить Ш.-А., что ему не по душе такие зверства и что он хочет послать из Москвы войска для занятия Казани с целью ограждения жизни царя и успокоения народа. Однако Ш.-А. не согласился на это, говоря, что он лучше добровольно сойдет с престола, но что ему, как мусульманину, не подобает вводить в Казань христианские войска. Впрочем, он не отказывался помогать великому князю, чем может. В этих переговорах прошел весь 1551 г. Казань, однако, не могла оставаться в таком положении: после кровавого пира ненависть к Ш.-А. достигла высшей степени. Казанцы решились предложить даже подданство Иоанну IV, лишь бы он убрал от них ненавистного им Ш.-А., и вот в январе 1552 г. в Москву явилось посольство с челобитьем убрать Ш.-А. и назначить наместником в Казань одного из русских бояр. В феврале 1552 г. в Казань был отправлен Ал. Адашев с поручением во чтобы то ни стало свести Ш.-А. с казанского престола. Ш.-А. не забыл своего слова помочь русским: 6-го марта 1552 г., предварительно заколотив несколько пушек и отправив пищали и порох в Свияжск, он сам явился туда же, причем привел и передал русскому воеводе, в качестве заложников, 80 казанских мурз, которых он заманил в русский стан хитростью. 24-го марта 1552 г. Ш.-А. с женой, в сопровождении окольничего Морозова, был отправлен из Свияжска в Касимов, уступленный ему снова в удел. В мае того же года Иоанн IV вызвал Ш.-А. к себе в Москву, принял его очень милостиво, подарил многие села в Мещере и дал позволение жениться на Сююнбеке, пленной казанской царице.

Ш.-А. участвовал и в походе против Казани 1552 г.: его войско плыло на судах по Волге. 18-го августа Ш.-А. с своим отрядом занимал позицию на луговой стороне Волги, именно он занимал Гостиный остров. При осаде Казани ему было поручено наблюдать, чтобы к городу не могла подойти никакая помощь с левой стороны. Ш.-А. участвовал также и в военном совете русских воевод на Царском Лугу. 23-го августа отряд Ш.-А., перешедши мост через речку Ичку, занял позицию у татарского кладбища. Когда Казань была взята, Ш.-А. одним из первых явился к Иоанну IV с поздравлением.

После взятия Казани Ш.-А. очень скоро вернулся к себе в Касимов, где и прожил безвыездно с осени 1553 г. до 1557 г. В этот период жизни Ш.-А. в Касимове у него велась переписка с Иоанном IV относительно Сююнбеки. В конце 1557 г. Ш.-А. был поставлен во главе 40000-ного войска, шедшего на Ливонию.

После Ливонского похода, около 1-го сентября 1558 г., Ш.-А. приезжал в Москву, где был щедро награжден Иоанном за службу. С ноября же 1558 г. и до 1562 г. он жил у себя в Касимове. В начале 1562 г. Ш.-А. снова покинул Касимов и взялся за оружие: на этот раз Иоанн IV употребил его на войну с Сигизмундом, королем польским. Ш.-А. выступил к Смоленску 9-го марта 1562 г.; сколько времени он простоял в Смоленске — неизвестно.

В 1564 г. Ш.-А. стоял с войском в Вязьме, а в 1565 г. был в Великих Луках и на Литовской границе. Умер Ш.-А. 20-го апреля 1567 г. и похоронен в Касимове; умер он совершенно бездетным.

Баженов, "Казанская история", Казань, 1847 г.; Рычков, "Опыт казанской истории", СПб., 1767 г.; неизвестного сочинителя XVI в. "История Казанского царства", СПб., 1791 г.; Рыбушкин, "Краткая история города Казани", Казань, 1834 г.; Соловьев, "История России", II изд., кн. 1 и 2, т. V и VI; "Труды восточного отделения Императорского Археологического Общества", ч. IX. СПб., 1863 г.; Вельяминов-Зернов, "Исследование о Касимовских царях и царевичах"; Заринский,. "Очерки древней Казани", Казань, 1877 г.

РБС:*