Витязь в тигровой шкуре (Руставели; Петренко)/Сказ 46
Взяв Асмат, помчались братья, лишь взошло светило дня,
До границ страны сажали за собою на коня.
Там купец им продал лошадь, хоть недешево ценя.
Находил спаспет дорогу, провожатых заменя.

С пастухами Нурадина братья встретились потом,
Лошадей табун узрели на просторе полевом
Тариэль сказал спаспету: «Дай подшутим над царём
И охотиться за стадом Нурадиновым начнём.

Царь услышит, что чужие скот угнали, налетев
Мигом в поле он поскачет совершать кровавый сев,
Но узнает, удивится, позабудет лютый гнев.
Даже гордый станет весел, шутку добрую узрев».

Жеребцов забрали царских нагоняющие жуть.
Пастухи зажгли светильник, поспешив огонь раздуть,
Закричали: «Кто вы, сталью пролагающие путь?
Наш владыка дерзновенным свой клинок вонзает в грудь».

Тут взялись они за луки и погнали пастухов.
Пастухи кричали громко, был отчаянным их зов:
«Помогите, удержите необузданных бойцов!»
Шум поднялся, царь услышал донесение рабов.

На коня вскочил державный и тяжелый меч вознёс;
Перекличку совершая, строй воителей возрос;
Приближались ратоборцы, не страшившиеся гроз;
И забралами скрывали пышноцветность нежных роз.

Тариэль, узнав Придона, молвил: «Вот кто нужен мне».
Снял тут шлем он, засмеялся, отблеск сея в вышине,
И добавил: «Знать, приход наш нежелателен стране,
И скупой на хлеб хозяин приготовился к резне».

Соскочил с коня державный, совершил земной поклон,
И друзьями дорогими был в объятья заключён.
К небу руки простирая, прославлял Творца Придон.
Солнцеравных целовали охраняющие трон.

Царь сказал: «Не мало ждал я, что же мешкали вы там?
Разве стану я лениться, услужить желая вам?»
Солнц двоих с луною встреча здесь мерещилась рабам.
Быстро пастбища покинув, все направились к дворцам.

Вместе спешились у дома, что убранством знаменит.
Мулгазарец Автандила усадить с собой спешит,
На престоле Тариэлю расстелили аксамит.
Поднесли Придону братья те доспехи, меч и щит.

«Кроме этого, — сказали, — что дадим тебе, герой?
Но у нас ещё богатства есть и в местности другой».
Отвечал Придон, к ногам их припадая головой:
«Мне скорее подобает поднести вам дар такой».

После отдыха ночного предложил купанье им,
И подарками осыпал их радушный побратим.
Одарил он их обоих одеяньем дорогим,
Перлы в чаше драгоценной дал товарищам своим.

Он сказал: «Хоть это слово мне не радостно ничуть,
Хоть отъезд гостей хозяин и желал бы оттянуть,
Промедление — смертельно, лучше ехать в дальний путь.
Если каджи подоспеют, не позволят и вздохнуть.

Лучше с малым, но хорошим вдаль отправиться полком.
Человек примерно триста с нами двинутся верхом,
Сокрушим и завоюем мы Каджетию мечом
И, сердца людей томящий, тополь стройный обретем.

Я бывал у каджей прежде, их твердыня ранит взгляд,
Все подходы там скалисты, не исчислите преград.
Если двинемся открыто — нас, конечно, отразят;
Там скользящий незаметно, малый надобен отряд».

Побратимы с мулгазарцем согласились под конец.
И Асмат гостеприимство оказал тогда дворец.
Триста всадников забрали озарители сердец.
Напоследок даст победу всем страдающим творец.

Через море побратимы переправились втроём;
Путешествовали ночью, путешествовали днём.
И сказал Придон: «Мы скоро до Каджетии дойдём.
Чтобы враг не заприметил, ночью двинемся тайком».

Те послушали Придона, мудрой речь его была.
Их задерживало утро, им сопутствовала мгла
Скоро стены показались и охрана без числа,
И гудела часовыми окруженная скала.

У прохода десять тысяч охранявших увидав,
При луне узрели братья город с множеством застав
И шептали: «Мы обсудим, чем смирить их лютый нрав.
Сотня тысячу осилит, средства лучшие избрав».

Витязь в тигровой шкуре (Руставели; Петренко)