МСР/ВТ/Осмогласие
Осмогласие есть система употребления четырех древних автентических и четырех к ним плагальных гласов или ладов, по которым излагаются как тексты отдельных групп православных церковных песнопений, так и мелодии их. Древность о-я восходит по крайней мере к 4-му веку, когда на востоке отцы церкви свв. Василий Великий, Иоанн Златоуст и др., в заботах об упорядочении церковного пения, выделили преимущественное значение некоторых греческих ладов для богослужебного пения. Сначала это были — четыре основных лада: дорийский, фригийский, лидийский и миксолидийский. Тогда же, и в связи с этим, было установлено непременное требование диатонического рода пения и запрещение хроматического и энгармонического (в том значении, какое имели эти термины в древнегреческой музыке). На западе в 4-м же веке по образу восточных церквей устраивает пение св. Амвросий Миланский (см.), положивший в основу теже четыре автентических лада. — Несомненным доказательством того, что о. было принято в это время церковью, служат произведения св. Анатолия, Константинопольского патриарха, и св. Романа т.н. Сладкопевца (5-й в.), расположенные по осмогласной системе и доселе еще входящие в православное богослужение. Когда именно и кем была расширена система четырех ладов присоединением к ним еще четырех — побочных, неизвестно, но на востоке такое расширение произошло не позже 5-го, а на западе не позже конца 7-го века (папа Григорий Вел., cм.). Окончательное установление о. на востоке принадлежит св. Иоанну Дамаскину, который привел его в стройную теоретическую систему и дал по полному кругу церковных песнопений, на целую неделю каждый. Восемь кругов этих песнопений, расположенных попарно (1-й и 5-й, 2 и 6, 3 и 7, 4 и 8-й гласы), составляют книгу — Осмогласник или Октоих (древне-русский Октай, Октайки). Составитель Октоиха имел цель — сообщить порядок и единство музыкальной стороне богослужения и удалить из него произвол и чрезмерную искусственность пения. — Теоретическия подробности осмогласной системы доселе не раскрыты, тем более, что в дальнейшей своей истории о. пережило не мало изменений. На Западе оно скоро развивается в своеобразную систему церковных ладов (см.), и позже дополняется Глареаном (см.). На Востоке еще в 11—12-м в. о. принимает изменения в сторону искусственности, а к 14-му в. ослабляется значение основы о-ия — диатонизма (См. Византийская музыка). По-видимому в более чистой форме о. сохраняется в песнопениях православной русской церкви, которые до 17-го в. неизменно оставались верны диатонизму. С 17-го века, или несколько ранее, появляется не столь строгое соблюдение осмогласия под влиянием увлечений мелодиями, прежде бывшими непременною принадлежностью одного какого-либо гласа. Неумелое употребление таких мелодий и прибавление к ним вновь сочиненных — не строго-диатоничных — повело к упадку, а затем и к забвению точных теоретических оснований русского осмогласия. Древние образцы осмогласных напевов становятся, однако, стереотипными формами современного о-ия. В 18-м в. вырабатываются неизменные формулы гласов (особенно в т.н. кратких распевах) с точно определенною и также неизменною мелодией каждого гласа. Таковы воскресные напевы на „Господи воззвах“ — для стихир, на „Бог Господь“ — для тропарей, напевы канонов — для всех ирмосов, прокимнов. Исследования в области теории о-ия, не имеющие однако окончательного значения, сводятся к отысканию начальных, средних — господствующих, и заключительных звуков каждого гласа. Практические исследования русского о-ия состоят в анализе каждого гласа по его попевкам, т.е. наиболее употребительным в области гласа, или лада, мелодическим строкам. Те и другие исследования в настоящее время должно считать не пришедшими еще к окончательным выводам, так как в русском о-и до сих пор не открыт забытый закон модуляций из одного гласа в другой в пределах одного песнопения. (Анализ о-ия cм. в соч. Д. Разумовского, Ю. Арнольда, И. Вознесенского, В. Металлова и др.). .