НЭС/Отрицание
Отрицание — логический акт, противоположный утверждению. Познание истины заключается в образовании таких утвердительных суждений, в которых отражались бы связь и строение действительности; но достижение этой цели возможно только при участии в мышлении О. Всякое О. заключает в себе неопределенное утверждение, а во всяком утверждении заключен целый ряд О. Путем О. можно достигнуть точно определенного утвердительного суждения, если все возможные решения какого-либо вопроса известны, и относительно всех их, за исключением одного, может быть показано, что они не соответствуют действительности; в таком случае получается вполне доказанное утверждение, что остающееся решение и есть истинное. Закон исключенного третьего гласит, что из двух противоречащих суждений, т.-е. двух суждений, различных по качеству и количеству, но одинаковых по содержанию, одно непременно должно быть истинным, другое — ложным; таким образом между утвердительным и отрицательным суждениями одинакового содержания, но различного количества и качества, полагается полная непримиримость. Однако, не должно думать, что между утверждением и О. нет посредствующих звеньев, по крайней мере, в сфере психологической. Целый ряд психических состояний, занимающих посредствующее положение между уверенностью в существовании или отсутствии какого-либо факта, выражается соответственными суждениями, различной логической ценности: напр., состояния неполной уверенности, различной степени вероятности, сомнения, допущения возможности нескольких решений известного вопроса находят выражение в суждениях условных и разделительных, отличающихся от категорических тем, что в них можно указать некоторый элемент О. По существу всякое О. есть не что иное, как утверждение небытия, отсутствия чего бы то ни было; поэтому оно должно выражаться в суждении, а так как нерв суждения заключается в связке (есть, не-есть), то О. должно заключаться в связке или в глагольной форме (сказýемом), заменяющей связку. Однако, есть суждения, в которых О., повидимому, находится в подлежащем (определяемом) или же в дополнении (напр., не он зовет меня; он зовет не меня) — но в этих случаях мы имеем дело с суждениями, имеющими лишь форму отрицательных, а по существу представляющими утвердительные суждения неопределенного содержания; эти суждения могут быть, без ущерба для выраженной в них мысли, преобразованы в утвердительные. Подобно тому, как некоторые суждения только по форме отрицательные, в действительности же выражают coбой утверждение неопределенного вида, так некоторые понятия, несмотря на отрицательную форму, указывающую на историю возникновения понятия, имеют положительное содержание. Напр., в понятии неорганического мыслится не только отсутствие жизни, но и положительное содержание. Форма этого понятия указывает лишь на то, что оно возникло путем сравнения с организмом, благодаря которому найден признак, отсутствующий в неорганическом миpe. Часто, однако, действительно отрицательное понятие замещает собой положительное; им пользуются как принципом объяснения реальных явлений, забывая его отрицательный характер, и таким образом впадают в ошибки. Напр., в понятии бессознательного мыслится только отсутствие сознания; тем не менее, некоторые психологи пользуются бессознательным, как принципом объяснения явлений; Гартман сделал это понятие даже основой своей философской системы. В некоторых случаях отсутствие какого-либо условия принимают за действующую причину (напр., отсутствие ухода за больным считают причиной его смерти); такая ошибка легко устранима. Понятия однородного содержания, но представляющие как бы два противоположных полюса, часто выражаются одно — утвердительным, другое — соответственным отрицательным, при чем второе иногда и считается отрицательным, тогда как в действительности оно обозначает столь же реальное явление (например, счастье и несчастье, добро и зло). Насколько произвольно это обозначение, видно из того, что Шопенгауер старался в сфере нравственных явлений придать положительному понятию значение отрицательного, и наоборот: он полагал, что наслаждение есть только отсутствие страданий и обозначает собою, таким образом, отрицательное понятие (психологически это, несомненно, ошибочно). О. в философских системах играло весьма разнообразную роль. Гераклит, напр., видел в О., в борьбе сущность бытия; такое же важное значение имеет О. и в диалектическом развитии понятий, ибо благодаря ему одно понятие переходит в противоположное ему (бытие — в небытие). Самый процесс О., будучи объективирован, дает понятие небытия, роль и значение которого в философских системах чрезвычайно разнообразны. Демокрит, напр., считает небытие столь же реальным, как и бытие, подразумевая под небытием пустое пространство, нереальность которого была впоследствии показана Декартом. Платон называет не существующим (οὐκ ὄν) мир явлений, в отличие от реально существующих идей. В этом случае понятие небытия обозначает собой лишь низшую степень реальности — видимость, имеющую местопребывание лишь в сознании человека, а не в объективном миpe. Для Канта, наоборот, мир действительного бытия, мир предметов самих по себе, представляет собой как бы небытие, ибо о нем мы можем сказать только, что он существует, но знать о нем ничего более не можем.