Кустарные промыслы Нижегородской губернии/11 Бердо
Выделкой берд занимаются по нескольким уездам. В Макарьевском уезде промысел встречается в селениях Летневе (100 раб.), Саревке (17) и Шипилове (13); в Арзамасском уезде — в д. Охлопкове (150 чел.); в Нижегородском уезде — в д. Красногорке (около 20); в Лукояновском уезде — в сс. Сергиевском, Верхней Ладке и с. Хилкове (до 20 лиц), всего в общей сложности до 420 человек.

Когда возник промысел, достоверно неизвестно; но нет сомнения, что начало его восходит или к началу XIX столетия, или второй половине XVIII века. В прежнее время, как рассказывают старожилы, выделка берд производилась из калины, а иногда и из камыша; с „машинкой“ были незнакомы, но зато делали берда прочнее. Сбыт изделий обыкновенно производился самими кустарями, которые почти вовсе не знали, что такое скупщик. В настоящее же время (1894 г.) рисуется иная картина производства берд. И прежде всего, теперь берды стали выделываться исключительно из берёзы, материала более хрупкого, отчего цена на изделия значительно упала. Так, лет 25 тому назад (1879 г.) бердо средней величины продавалось по 20—25 к., большое же за 30—50 в. штука; в настоящее же время (1894 г.) цена берда первой категории 6—7 в., второй 10—12 в. Далее на месте производства берд появились скупщики, которые, выждав удобный для себя момент — момент безысходной нужды кустарей — скупают у них берда по самой дешёвой цене.

Работают берда в обыкновенных жилых избах, при помощи очень несложных и недорогих инструментов (остроконечного ножа, наструга, „нашивки“, употребляющейся для обтёсывания зубьев, клещей, скобелка, „мырялки“, гнетка, стоящих всего рубля полтора). Материалу для берд — берёзы (для зубьев) и ели (на рамы к бердам) — требуется также очень немного; покупается он обыкновенно поленьями, стоящими 5—6 коп. штука. В год этого материалу на одного взрослого рабочего выйдет рублей на 12 — 15; кроме того, смолы для просмаливания вервины (бичёвки), которою прикрепляются берда к раме, потребуется на 2—3 рубля, да пряжи, из которой сучится вервина, рублей на 7—8.

Весь процесс выделки берд настолько прост, что его легко усвоить всего за несколько дней; главное же, что здесь ценится всего дороже, — это быстрота, приобретаемая продолжительной практикой и разделением труда. Мужчины обыкновенно колют чукалочки и зубья, обрезывают и облаживают зубья; мальчики тешут зубья на станке, женщины сшивают зубья дратвою. Итак, в производстве берд почти всегда и везде участвует всё население, начиная с 8-летнего ребенка и кончая дряхлыми стариками. Кустарь со своей семьёй (женой и ребёнком) в рабочий день, продолжающийся обыкновенно с 3 часов утра до 10 часов вечера с незначительными перерывами, может сделать берд 7—8 средней величины, причём материала на них пойдёт копеек на 6 ½ — 8. За десяток таких берд кустарь получает от скупщика копеек 50 — 60 и то нередко натурою (солью, крупой и т. п ), а не деньгами.

В каждом селении, где производятся берда, есть свои известные во всей округе „богачи“-скупщики, оперирующие солидными суммами, часто на несколько тысяч рублей. Эти скупщики берд разъезжают весной по Нижегородской и Вятской губерниям, спускаются до Казани и сбывают их по мелочам. Иногда скупщики приезжают и со стороны; так, в Охлопкове нередко можно встретить скупщиков из Владимирской губернии, из Егорьевского уезда Рязанской губернии, из города Чембара Пензенской губернии и других мест. Впрочем, некоторые (весьма немногие) кустари в Макарьевском уезде, отчасти в Арзамасском, сбывают свой товар и сами, разнося его по деревням на себе в котомках за плечами или развозя на салазках. Распродавая берда, такой кустарь-офеня в то же время починяет и старые, причём за починку берёт весьма недорого, — копейку или ½ копейки.

В Макарьевском уезде за последние 5-10 лет (1884-1894 гг.) возник новый способ сбыта изделий — это изготовление берд по заказу. Условия такого производства и сбыта следующие: лучина даётся заказчиком, а дерево на рамы, смола, пряжа и инструменты — кустаря. Сотня изготовленных берд ценится от 5 до 6 рублей, причём половина денег платится работающему вперёд. В Лукояновском же уезде бердовый промысел за последнее время стал принимать характер отхожего промысла, именно, хилковцы для выделки берд уходят на сторону: придя в какое-нибудь селение, кустарь принимает заказы местных жителей, помещаясь для производства работы в доме какого-нибудь крестьянина с платою по 15 к. в день. Покончив с работою здесь, он переходит в другое селение для такого же исполнения заказов.

Будущность этого промысла обеспечена ещё на долгое время, так как она всецело зависит от характера нашего домашнего тканья полотен: пока будут существовать ручные станы, до тех пор будет спрос и на деревянные берда. Поэтому было 6ы весьма полезно, чтобы кустари рассматриваемого промысла имели возможность дешевле приобретать материал для производства, а при сбыте своих изделий были ограждены от скупщиков.

 Источники 
 Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России, т. VI; производство берд в д. Охлопкове, стр. 512— 715. 
 Нижегородский сборник. т. X. Выделка берд, стр. 209 — 225 т. III. Кузнечно-токарный и бердовый промысел в д. Красногорке Нижегородского уезда, св. А. Борисовского, стр. 235—39 т. IX. Выделка берд А. И. Звездина, стр. 399—406.
 Памятная книжка Нижегородской губернии на 1890 г., стр. 40 и 43.
 Неизданные материалы статистического отделения Нижегородской губернской управы.

Кустарные промыслы Нижегородской губернии