РБС/ВТ/Ряполовский, Семен Иванович
Ряполовский, князь Семен Иванович, боярин; сын князя Ивана Ивановича; женат на княжне Марье Ив. Патрикеевой, дочери кн. Ив. Юрьев. Патрикеева. В 1477 г. предводительствовал суздальцами и юрьевцами во время похода Иоанна III в Новгород. Подойдя к Новгороду, он был послан к Юрьеву монастырю с несколькими воеводами и с войском; они перешли через Ильмень по льду и отняли городище и все монастыри под городом. После этого кн. Р. был с войском по Пидбе и на Стипе. В 1478 г. пожалован в бояре. В 1487 г. воевода передового полка в Казанском походе, содействовал кн. Холмскому во взятии Казани. В 1488 г. на место выселенных из Великого Новгорода в разные области бояр, именитых граждан и купцов были посланы служилые люди и гости из Москвы; между прочим, в Вотскую пятину перевезены послужильцы кн. Р.: Сарыевы, Теткины, Зеленины, Берюлевы, Битюговы, Амбучевы. В 1491 г. на его долю выпало исполнить весьма тягостное поручение Иоанна III. Осенью этого года приехал из Углича в Москву брат вел. князя, Андрей Васильевич. Хотя вел. князь был недоволен братом за то, что он не послал весною своего войска против татар, тем не менее принял его радушно, а на следующий день позвал к себе обедать. Ласково встретив Андрея Васильевича, Иоанн III отослал его бояр в другую комнату, где велел взять их под стражу. Князь Р., по приказанию вел. князя, явился со многими боярами перед Андреем. Не будучи в состоянии побороть внутреннего волнения, князь Р., заливаясь слезами, сказал дрожащим голосом: "Государь князь Андрей Васильевич! поиман еси Богом да государем, великим князем Иваном Васильевичем всея Руси, братом твоим старейшим". Андрей встал и с твердостью ответил: "Волен Бог да государь, брат мой; а Всевышний рассудит нас в том, что лишаюсь свободы безвинно".

В 1494 г. (17-го января — 12-го февраля) к Иоанну III приехало посольство от вел. кн. Литовского Александра, для заключения мирного договора и для сватовства дочери Иоанна III, Елены. В числе бояр, которые вели разговоры с Литовскими послами, находился кн. Р.; 27-го января послы обедали у него. 9-го марта того же года кн. Р. был послан вместе со своим шурином, кн. Вас. Ив. Косым Патрикеевым, в Литву для переговоров с вел. кн. Александром по поводу его сватовства на дочери Иоанна III. Князю Р. поручено было передать вел. кн. Александру поминки от вел. кн. Софьи Фоминишны, от сыновей великого князя — Василия, Юрия и Дмитрия Ивановичей, и от его внука, кн. Дмитрия Ивановича (сына умершего Иоанна Младого, от первого брака Иоанна III с Тверской княжной). 18-го апреля Московские послы прибыли в Вильну, а 23-го обедали у вел. кн. Александра. Они должны были настаивать на сохранении вел. княжною Еленою греческого закона, а Александр, заключив мирный договор, упомянул, между прочим, в грамоте относительно вероисповедания своей будущей жены, что он не станет принуждать ее к перемене веры, но в случае, если она сама захочет принять римскую веру, то он не может помешать ей. Московские послы не соглашались на такое изменение и отказались взять грамоту. Девять лет спустя, весной 1503 г., отправляя снова посольство в Литву к вел. кн. Александру, Иоанн III в наказе, данном послам, как они должны держать себя во взаимных отношениях, между прочим, упомянул с укоризной к памяти кн. Р.: "а не так бы есте чинили, как кн. Семен Ряполовский высокоумничал над князем Васильем княжим Ивановым сыном Юрьевича (т. е. над кн. Вас. Ив. Патрикеевым), ...а розни бы меж вас ни в чем не было, чтоб есте своею ровнью мне нечти (т. е. бесчестья) не учинили, а делу бы моему в том порухи не было".

В августе того же 1494 г. снова приезжало в Москву посольство от вел. кн. Александра для объяснений и дальнейших переговоров, и послы обедали у кн. Р.. 13-го января 1495 г. вел. княжна Елена Иоанновна была отпущена родителями из Москвы в Литву для венчания с вел. кн. Александром. За ней приехали Литовские бояре, а из Москвы даны в провожатые бояре: кн. Р. и Мих. Яковл. Русалка, с их женами. В "памяти", данной кн. Р., сказано, чтобы по пути останавливаться и заказывать молебны в Звенигороде, Можайске, Смоленске; в случае плохого состояния моста в Витебске — не придется быть у молебна в соборе; в Полоцке следует заказать молебен в Софийском соборе. Кн. Ряполовская и боярыня Русалка должны сидеть в течение пути в повозке с великой княжной, а во время остановок для обеда — быть при ней. По приезде в Вильну бояре, дьяк и дети боярские должны явиться к вел. кн. Александру с поминками; уговариваться с панами относительно венчания будут только бояре. В тайном наказе, данном Р., как главному из сопровождавших вел. княжну бояр, высказано требование, чтобы она венчалась в греческой церкви, в русской одежде. При совершении брачного обряда, на вопрос католического епископа о любви ее к Александру, она должна ответить: "люб ми, и не оставити ми его до живота никоея ради болезни, кроме закона; держать мне греческий, а ему не нудить меня к римскому". После венчания боярам вменялось в обязанность послать к Иоанну III такого гонца с грамотою, который бы "умел великому князю и словом сказать", как ехали, где были встречи, как въехали в Вильну, как были у венчания, где и кто венчал. Бояре и другие, сопровождавшие вел. княжну, согласно желанию Иоанна III, должны были остаться в Вильне, с разрешения Александра, до тех пор, пока вел. кн. Елена "обойдется", т. е. привыкнет.

В феврале 1495 г., после венчания, была послана Иоанну III князем Р. запись, из которой видно, что в Вязьме, Смоленске, Витебске и Полоцке были встречи, причем кн. Р. "являл панов" вел. княжне. Возле постов кн. Р. и Русалка выходили из саней и пешком сопровождали вел. княжну, ехавшую в повозке, до соборов. Во время остановки в Смоленске, кн. Р. подавал в светлице вел. княжны Смоленскому епископу и Литовским боярам, а кн. Р. подносила вино вел. княжне. Со Смоленска начались уже переговоры относительно венчания. Вел. кн. Александр встретил свою невесту в Немежах, в трех верстах от Вильны; сойдя с лошади, он приветствовал Елену, затем подал руку боярыням, снова сел на коня, и все вместе поехали в город. В тот же день произошло венчание в католической церкви. Боярыни (кн. Р. и Русалка) расплели перед венчанием вел. княжне косу, причесали ее, положили на нее кику и осыпали хмелем. Католический епископ и вел. кн. Александр усиленно возражали против того, чтобы приехавший с вел. княжной Еленой русский поп Фома читал в церкви православные молитвы, а кн. Р. держала бы над Еленой венец; но кн. Р. настоял на исполнении того и другого.

Отпуская обратно кн. Р. и Русалку, Александр заявил, что не может поставить для своей жены греческую церковь "на переходах", как того желает Иоанн III, потому что в "правах" написано, чтобы не увеличивать количества греческих церквей; в городе есть греческая церковь — и вел. княгиня может посещать ее. В мае 1495 г. приехал от Александра посол Петряшкевич к Иоанну III благодарить за присылку Елены, объявить о нападении на Литовские владения воеводы Молдавского Стефана и, в конце концов, принести жалобу на московских послов, кн. Р. и Русалку, которые будто бы по пути из Вильны в Москву грабили жителей на две мили по обе стороны дороги, а также и встречных купцов. Иоанн был во многих отношениях недоволен своим зятем, что и высказал Петряшкевичу; по поводу жалоб на кн. Р. и Русалку последовал ответ, что они не грабили, а, напротив, во всем терпели недостаток во время пути.

В 1498 г. в походе против шведов кн. Р. был вторым воеводой в передовом полку под Выборгом. Вследствие просьбы о помощи со стороны Казанского царя Магмет-Аминя, которого согнал с Казанского царства ногайский хан Мамутек, — вел. кн. Иоанн III убавил воевод в Шведском походе и приговорил на весну послать воевод в Казань: воеводой в судовой рати в большом полку был кн. Р.. В том же году произошло сильное изменение в отношениях к жене Софье Фоминишне, к сыну от брака с нею Василию, к невестке (вдове кн. Иоанна Младого) и к внуку Дмитрию Ивановичу, и это изменение явилось пагубным для кн. Р., враждебно настроенного против Софьи Фоминишны и Василия Ивановича. Это враждебное отношение обусловливалось известной распрей из-за вопроса о Московском престолонаследии между двумя партиями, образовавшимися в Москве не только среди бояр и царедворцев, но и среди посадских людей. Когда верх взяла партия Софьи Фоминишны и Василия Ивановича, то Иоанн III произвел жестокую расправу с знатнейшими боярами, обличенными в крамоле, в том числе и с кн. Р.. Князья Патрикеевы, Ив. Юрьев. и старший сын его — Василий Косой, избегли смертной казни благодаря заступничеству митрополита Симона, архиепископа Ростовского и других святителей, но должны были постричься в монахи. Кн. Р. был обезглавлен 5-го февраля 1499 г. на берегу Москвы-реки. Не спасло его от гнева Иоанна III воспоминание о важной услуге, оказанной отцом кн. Семена Ивановича, кн. Иваном Ивановичем, и дядьями его, как самому Иоанну, так и Василию Васильевичу во время утеснения их Шемякою. Имя кн. Р. записано в синодике Патриаршей Ризницы.

Никон. Лет., VI; Соф. Временник, II; Царств. Летописец; Др. Рос. Вивл., XIV, XX; "Отеч. Зап." 1830 г., ч. 44; "Чт. М. О. И. Д. Р." 1902, І; Сб. Имп. Р. И. Общ., т. 35; Карамзин, Ист. госуд. Рос., VI, X; Соловьев. Ист. России, V; Экземплярский, І; Петров; Бантыш-Каменский, Словарь достоп. людей, изд. 1836 г., т. IV.

РБС:*