РБС/ВТ/Шармуа, Франсуа-Бернар
Шармуа (Charmoy), Франсуа-Бернар (Франц Францевич), статский советник, известный ориенталист, родился в Эльзасе в 1793 году, умер во Франции в 1869 году. Приехав в Париж, Шармуа стал обучаться восточными языкам у знаменитого ориенталиста Сильвестра де-Саси и в то же время проходил юридический факультет. По окончании курса учения Шармуа поступил адвокатом в Парижский Королевский Суд (Cour Royale de Paris), но оставался там недолго, получив вскоре возможность посвятить себя любимым наукам. Когда при Петербургском Педагогическом Институте была учреждена кафедра арабского и персидского языков, учебное начальство обратилось к Сильвестру де-Саси, как авторитету в своей специальности, с просьбой указать достойных преподавателей арабского и персидского языков. Де-Саси указал на двух лучших своих учеников — Шармуа и Деманжа, которые и были приглашены в Петербург и с 1-го сентября 1817 года были определены профессорами в Педагогический Институт; Шармуа занял кафедру персидского языка. В том же 1817 году Шармуа был причислен к Государственной Коллегии Иностранных Дел. В это же время он сделался наставником в доме графа Нессельроде, а впоследствии у гг. Молчановых. Когда в 1822 году Педагогический Институт был преобразован в Императорский С.-Петербургский Университет, Шармуа перешел на службу в Азиатский Департамент Министерства Иностранных Дел. При учреждении при этом Департаменте в 1823 году Учебного Отделения восточных языков, Шармуа был определен туда профессором персидского и турецкого языков. По Высочайшему повелению, в начале 1881 года Шармуа снова был утвержден профессором персидского языка при Петербургском Университете, продолжая в то же время занимать профессорскую кафедру в Учебном Отделении восточных языков при Азиатском Департаменте. Помимо профессуры, Шармуа с 1829 года занимал должность почетного библиотекаря Императорской Публичной Библиотеки и с 1835 года — цензора. В октябре 1829 года Шармуа был избран членом-корреспондентом Императорской Академии Наук, и в мае 1832 году был утвержден в звании адъюнкта Академии по части восточной словесности. Впоследствии, при увольнении Шармуа от звания адъюнкта, он был избран в почетные члены Академии. В октябре 1829 года Шармуа уехал в отпуск во Францию, откуда возвратился в следующем году. Слабость здоровья принудила Шармуа через пять лет оставить службу: в сентябре 1835 года он вышел в отставку и снова возвратился во Францию, где и умер.

За продолжительное время своего пребывания в России Шармуа не переставал углубляться в изучение восточных языков (арабского, турецкого и особенно персидского) и расширять свои познания в них. Занятия и частые сношения Шармуа с мирзой Джафаром Топчибашевым немало способствовали тому, что в последние годы своей жизни в России Шармуа являлся одним из лучших знатоков персидского языка в Европе. Несмотря на сложность своих служебных занятий, Шармуа умел находить время для литературных работ, для списывания различных восточных рукописей и для особых занятий, которые на него возлагало начальство. Так, он постоянно составлял отчеты по отделению восточных языков при Азиатском Департаменте; в 1827 году он составлял описания отбитых у персов знамен и переводил находившиеся на них надписи; в 1829 году, вместе с академиком Х. Д. Френом, он занимался разбором и описанием известной Ардебильской библиотеки. Литературные работы Шармуа представляли собой, главным образом, сочинения, относящиеся к изучению восточных языков, а также переводы с персидских текстов; переводы эти отличаются большой точностью и снабжены огромным количеством вариантов, основанных на сверке большого числа рукописей. В бытность свою адъюнктом Академии Наук Шармуа немало потрудился над изданием имеющих то или другое отношение к России рукописных сочинений восточных народов. Главнейшими из трудов Шармуа являются: "История курдов", перевод персидского сочинения по истории Курдистана курдского князя Шеферэддина, перевод эпизода из персидской эпической поэмы "Искендер-Наме", относящегося к предполагаемому походу Александра Великого в землю русских славян, "Персидская грамматика" и др. Шармуа имел ордена св. Владимира 3-й и св. Анны 2-й степени с алмазами. Кроме Императорской С.-Петербургской Академии Наук, он состоял членом Парижского и Лондонского Азиатских Обществ.

П. С. Савельев, "О жизни и трудах Ф. Ф. Шармуа", С.-Петербург, 1845 г.; "С.-Петербургские Ведомости", 1843 г., № 47; "Современник", 1843 г., том XXX, № 5, стр. 173—177; Отчет Императорской Академии Наук за 1872-й год; "Журнал Министерства Народного Просвещения", 1842 г., том XXXVII, отд. III, стр. 41; "Ученые труды Ф. Ф. Шармуа" ("Журнал Министерства Народного Просвещения", 1876 г., часть XLIX, № 3, стр. 45—48); "Настольный энциклопедический словарь" т-ва Гранат, 4-е изд.; "Энциклопедический Словарь Ефрона", т. 77, стр. 182.

РБС:*