Машенька (Афиногенов)/Сцена пятая

 Акт второй. Сцена пятая 

. Маша! Машенька!

 (поднял голову от стола). Что случилось? Почему так тихо?

. Шампанское принесли, Машенька!

. Куда это все? Куда? И так еды на сто гостей.

. Все съедим, Машенька! Все выпьем. За каждого гостя — тост. Необыкновенной силы я сочинил тосты!

. Я тоже хочу сегодня что-нибудь сказать. Что-нибудь ужасно радостное. Чтобы всем было весело, Kaк мне.

. А вам уже весело?

. Еще вчера стало весело.

. И сегодня скажете мне причину?

 (смутившись). Вам? Нет... да... почему?

. Потому что я тоже скажу вам одну вещь!

. Вы? (Страшно смутившись.) Нет... Вы... (Села от растерянности.)

. Не рассаживайся, мать моя, гости на носу. Поди соус к рыбе отбей.

. Она устала, Мотя.

. Поди, поди, хозяйка последняя устает.

 (встает). Все как будто во сне. (Леониду.) Вы тоже скажете?.. Тоже?

. Непременно, Машенька.

. Устанешь тут, когда цельные дни ноты пишет — не разогнется. А начну выговаривать — «пожалуйста, не мешай». (Уходит в кухню.)

. Василий Иванович, это чудовищно! Оказывается, Маша все еще переписывает эти ноты! Зачем вы позволяете?

. Секундочку! Коллекция отживших понятий растет. (Перечитывает вслух.) Оказывается: «Мощи — сушеный поп. Нечистый дух — это когда в комнате много курят. Горничная — это комната. Лакей — подхалим. Записано на беседе в школе». Хм! (Леониду.) Что же касается нот, то Нина Александровна заявила, что переписка носит срочный характер и Маше не надо мешать.

. О, если Нина Александровна, — умолкаю. (Видит, что Окаемов, вошедший в столовую, хочет приподнять лист с числом.) Нельзя, нельзя! В полночь сорвем — увидите. (Берет Окаемова за талию.) А помните наш прошлый Новый год?

. Хм. Да-с. Я сидел за стаканом чая, а вы позвонили с опозданием на полчаса и, как всегда, перепутали. Вместо нового года пожелали спокойной ночи.

. Ну, уж сегодня я не перепутаю. Это все Машенька, Василий Иванович! (Широким жестом обводит стол.) Ее вторжение. Я и то помолодел духом, а вы совершенно юношей стали. После вашего дебюта шестого ноября вы уже выступали в Доме пионеров, потом на каком-то слете, и все с таким же успехом.

. Да-с. С гораздо большим, признаться, чем мои лекции по палеографии. Вторая профессия — рассказчик о темном прошлом. (Усмехается.) И ведь отказать нельзя — просят очень.

. Размечтались, а шампанское не во льду! (Берет бутылки, уходит.)

. Ай-ай-ай, Василий Иванович! Ай-ай-ай!

 (смущенно). Да я, право...

. Извольте к елочке, к елочке.

. Милый Василий Иванович! У нас с Машей новогодний секрет. Покиньте, пожалуйста, столовую.

. Хм, в собственной квартире швыряются тобой, как пешкой, из угла в угол. (Посмеиваясь, уходит в кабинет.)

 (берет сверток). Машенька, здесь дедушкины книги. (Видя изумление Маши.) Ты уже заработала двести рублей. Я одолжила тебе остальную сумму и взяла книги. Подари их Василию Ивановичу на Новый год.

 (берет книги, растерянно). Вы свои деньги дали?

. Ты отдашь их мне. Потом, постепенно. Не все ли равно?

 (бурно обнимая Нину). Ниночка! Я тебе очень скоро отдам. Я быстро работаю! Дедушка!

. Тcc... Положи книги под салфетку.

 (бежит к столу, прячет книги). Ой, Нина Александровна, милая! Я даже вас на «ты» назвала от радости...

. А ты зови.

. Можно? Спасибо вам... то есть тебе. (Смеется.) Весь день смеюсь. Вроде Гали. Ох, дедушка удивится! Какая вы... ты добрая, Нина... Отчего ты такая добрая? Знаешь, я тебе скажу по секрету, теперь можно... Когда Витька сказал, что вы с Павлом Павловичем поженитесь, я тебе письмо написала. Длинное. (Тихо.) Чтобы вы не выходили за него замуж, потому что...

. Я понимаю, девочка.

. А когда узнала, что вы даже совсем не собираетесь, ох, я обрадовалась!

. Ты, значит, от этого такая веселая?

. И от этого, и еще от одной вещи. Только это ужасная тайна, Нина. Я даже дневник себе завела — туда ее записать. И никому не могу сказать.

. Конечно, если это тайна, не говори.

. Но тебе я скажу ее. Я решила. Закрой глаза.

(Обняв ее за шею, шепчет.) Скажи, если очень любишь, можно ждать три года?

. Чего ждать?

. Нет-нет, не смотри на меня, пожалуйста. Ну, ждать вообще. Чтобы дожидаться, кого любишь.

. Конечно, можно, девочка.

 (еле слышно). Я... я скажу сегодня, чтобы он подождал три года. Только три года. Пока мне исполнится восемнадцать лет.

. Кто «он»?

. Ты знаешь.

 (открыв глаза). Леонид Борисович?

 (быстрым шепотом). Он хочет мне сегодня одну вещь сказать... Тоже про «это», наверное. Мне ужасно страшно. И сердце колотится, ты послушай. (Прикладывает руку Нины к своему сердцу.) Но все равно, я решила. (Смотрит на Нину.) Что с тобой?
. Голова немного болит. Пройдет.

. А я знаю, знаю, о чем вы шепчетесь!

(Вслед.) Шучу, шучу, Машенька. Представления не имею. Здравствуйте, Нина Александровна! Ох, какое на вас платье, необыкновенной силы! (Идет к кабинету.) Машенька, не смущайтесь, я каждый раз попадаю впросак со своими шутками.

 (останавливая его). Особенно потому, что речь шла о вас.

. «Меж юных жен, увенчанных цветами, шел разговор веселый обо мне».

. Леонид Борисович, Маша вас любит.

. Надеюсь.

. Я говорю о большой любви. Настоящей.

. Что?

. Маша призналась мне. Она хочет просить вас подождать три года. До ее совершеннолетия.

. Подождать три года? Нет, вы серьезно? (Поймав ее взгляд.) Так. Понимаю. (Весело.) Я с восторгом подожду и пять лет...

. Нет, Леонид Борисович, нельзя смеяться над первой любовью девочки. Для Маши сейчас весь мир счастлив и радостен, как она сама. Она верит только своему сердцу. И в этом сердечке — вы. Для нее сейчас не существует ни сомнений, ни вопросов, она также уверена в вашем чувстве, как и в своем. И с этим играть нельзя.

. Да-да. Понимаю. Благодарю вас... за Машу. За ваше отношение к ней. (Пауза.) Я, кажется, растерялся. Как мне ей объяснить? Может быть, вы... укажете ей на разницу лет, характеров...

. Я? (Растерянно.) Нет... я не могу.

. Именно вам она поверит больше всего.

. Я не могу.

. Хорошо, попробую сам. Вот что. Я скажу ей, конечно осторожно, подготовив, что я, к сожалению, уже люблю другую женщину. Вас! Тем более, что я действительно в вас влюблен.

. Вы?

. Я влюбился в вас с первой встречи, помните, в поезде. Я даже хотел объясниться, но вовремя удержался. Я и сейчас еще вас люблю — вы простите меня и не обращайте внимания, это скоро пройдет.

 (тихо). Если это пройдет, я вам никогда не прощу.

 (после паузы). Что-о-о? (Схватив ее за руку.) Извольте объяснить ваши слова...

. Нужно ли? (Смотрит на него.)

 (почти кричит, схватив ее за руку). Вы отдаете себе отчет в том, что вы сейчас натворили?

. Молодое поколение прибыло.

. А? (Схватив ето за руку.) Дорогой старик! Я даже сперва не понял, что, собственно, произошло. Как будто в меня угодил метеорит... Я ощутил вдруг невыносимый подъем всех чувств... что-то такое требовательное, чему бесполезно сопротивляться... И я не сопротивляюсь. Я просто еще не совсем верю... но она же сама сказала — вот тут, где стоите вы, и я держал ее за руку, как вас. Это было! Было!

(Вскочил.) Слышите? Она просит всех в кабинет. (Бросается к кабинету и возвращается.) Все влюбленные — эгоисты! И я — тем более. Дорогой старик, объясните Маше... расскажите ей... но так, чтобы и она была счастлива... я хотел сам, но не могу, я слишком глуп сейчас, и у меня все в голове смешалось. Я уже пьян. Вы понимаете? Не делайте удивленного лица, конечно, вы понимаете. (Спешит в кабинет.)

. Я... дедушку позову. (Затворяет за собой дверь.) Дедушка! (Бросается к нему, не в силах сдержать слез.)

. Хм-хм. Что случилось? Маша? Ну-ну...

. Дедушка, я уйду... ты скажи им — у меня голова болит, я уйду...

. Хм-хм... Вот-с изволите видеть.. Ффффy!

Машенька... расскажи мне.

Ты хочешь уйти. Тебе неприятно с товарищами?

Со мной?

С Ниной Александровной, может быть?

Неужели с ней — твоим лучшим другом?!

 (подымает к нему лицо и снова прячет). Зачем она... его любит? Зачем?

 (понявший все). Хм-хм. Разве он плохой человек и его нельзя полюбить?

И разве она — плохая женщина? Ты их обоих любила и любишь, как лучших своих друзей. Но дружба, Маша, проверяется не словами. Если ты — настоящий друг, ты должна им помочь. Как до сих пор они помогали тебе. Ведь, правда, помогали?

 (тихо). Да.

. Сейчас тебе грустно расстаться со своей мечтой... Но твоя грусть пройдет, поверь мне. Пройдет. Растает, как снег в апреле. Ты сама, как апрель. Вчера — грело солнце, а сегодня — снег. Утром было тепло, а к вечеру снова мороз. Но апрельские морозы не страшны. Потому что за апрелем обязательно наступит май. И твой май — впереди, Машенька. Поэтому я так смело и говорю: эта грусть пройдет. А их будущее может сломаться на всю жизнь. Ты ведь не хочешь этого?

 (тихо). Нет.

. Я это знал. И мы встретим Новый год вместе с Ниной и Леонидом. Поздравим их с Новым годом и новым счастьем. Пусть их новый год начинается сразу со счастья. А?

 (грустно вздохнув). Пусть.

. И радость наших друзей будет нашей радостью. (Подходит к дверям кабинета и распахивает их.)

А теперь — пожалуйте!

. Тсс, не мешайте!

 (стоит посредине кабинета с платком в руках). Внимание! Я подбрасываю платок. Пока он летит — все должны смеяться.

. Ха-ха-ха...

. Галина, остановись! Но как только платок коснется пола, все должны замолчать. Кто не замолчит, с того штраф. Понятно?

. Понятно, понятно...

. Раз, два, три! (Подбрасывает платок.)

. А-а-а, штраф, штраф!

— Какой штраф?..

— Спеть вдвоем.

— Стать на руки...

— Нет, нет, сплясать.

— Да, сплясать. Ха-ха-ха!

– Лезгинку!

. Но, позвольте, я не умею

. Дедушка... спой лучше.

. Что ты, Маша... Я лет сорок не выступал перед аудиторией.

. Спойте, спойте...

. Ну, что с вами делать? Придется. (Сел, перебрал клавиши, запел.)

. Маша, Леонид Борисович, разливайте шампанское. Никто за стол не садится — все встречают Новый год на ногах.

. Десять... (Отбегает к картону с цифрой.) Одиннадцать. Двенадцать. Дорогие друзья! Поздравляю вас с Первым мая. Ура! Ой!

: Галя, с Новым годом!

— Леля, поздравляю!

— Маша, где ты?..

— Леонид Борисович...

— Василий Иванович, а со мной? Со мной, Василий Иванович!

 (подойдя к Маше). Мария! Вернись, я все прощу, упреки, подозренья... и как там дальше поется... Словом, будем в новом году дружить по-новому. И если я начну хамить по-старому, ты меня беспощадно крой. Твое здоровье, Мария!

. Спасибо, Витя.

 (тем временем поднял салфеткy, увидел книги). Позвольте! Книги?

Я же их продал. Откуда они снова здесь? Откуда книги, я спрашиваю?

 (видя, что Маша молчит). Это подарок Маши. К Новому году. Вам.

. Мне? Но позвольте! Откуда у Маши деньги? Маша, где ты? Поди сюда! Откуда ты взяла деньги?

. Ноты, ноты, Василий Иванович. Срочная Переписка нот.

. Что?.. (Стоит, пораженный.) Ноты?.. Хм...

С Новым годом, внучка! Спасибо! С новым счастьем, которое я нашел. (Обнял ее, потом торопливо отер глаза и, отвернувшись, вышел в кабинет.)

. Да, с новым счастьем! Вы — наше счастье, Машенька. Вы наполнили наши жизни собой, и от этого они стали чище, лучше, достойнее!.. Друзья мои! Вы пришли в этот дом вместе с Машенькой. Вместе с нею я обнимаю всех вас. Здравствуй, племя молодое, но знакомое!