Пословицы русского народа (Даль)/Изуверство — Ханжество


Изуверство — ханжество 

 Ересь да ощера несогласно живут.
 Лоскут на ворот, а кнут на спину (о раскольниках при Петре I).
 Расползлись, как слепые щенята от матери (о раскольниках).
 Что мужик, то вера; что баба, то устав (о раскольниках).
 Что дом, то содом; что двор, то гомор; что улица, то блудница (о раскольниках).
 Макушки стрижены, усики не тронуты (о раскольниках).
 Он молится образу св. предтечи в шерсти (о раскольниках).
 По старой вере, да по новой моде (о раскольниках).
 Поп, да переделанный (или: исправленный, переправленный).
 Во Ржеве и в горшке крестят (насмешка о раскольниках).
 Образ божий не в бороде, а подобие не в усах.
 Борода — трава, скосить можно.
 Кто курит (или: нюхает) табачок, тот Христов мужичок.
 В скитах, да в тех же суетах (о раскольниках).
 У святых отцов не найдешь и концов.
 Прости Христа ради за прошлое, да и напредки тож.
 Ой вы, матери-келейницы, сухопарые сидидомицы!
 К вам старик во двор, а и где вы? — В часовне часы читаем.
 Ой вы, матери-келейницы, сухопарые сидидомицы!
 К вам молодчик во двор, а и где вы? — По кельям лежим.
 Всяк крестится, не всяк молится.
 Кто всуе Бога призывает, всуе свой век проживает.
 Черные ризы не спасут, а белые не погубят.
 Аминь, аминь — а головой в овин (т. е. на распутство).
 Это игумен вокруг гумен. Такой игумен, что ходит по гумнам.
 И черт под старость в монахи пошел.
 Не всяк монах, на ком клобук.
 Пойду в монастырь, где много холостых.
 Близко церкви, да далеко от Бога.
 Колокольный звон не молитва (а крик не беседа).
 Не авраамься, не исаакся, не иаковься (т. е. не ханжи).
 Не для Иисуса, а ради хлеба куса.
 Не для хлеба куса, ради самого Иисуса.
 Хоть долбилом, хоть кадилом, а хлеба (или: деньгу) добыть.
 Иной по две обедни слушает, да по две души кушает.
 Часто (или: Густо) кадишь — святых зачадишь (или: задымишь).
 Что больше народу в церкви, то он (ханжа) выше руку заносит.
 Больно свято звонишь: чуть на небе не слышно.
 Спереди — блажен муж, а сзади — вскую шаташася!
 Спасается, а кусается. Богослов, да не однослов.
 Есть деньги — так в свайку, нет денег — так в схиму.
 Со спаса дерет, да на Николу кладет.
 Он и Богу-то норовит угодить на чужой счет.
 Церковь грабит, да колокольню кроет.
 Шасть, на божью часть.
 Не строй семь церквей, пристрой семь детей (т. е. сирот).
 Пост приводит ко вратам рая, а милостыня отворяет их.
 Нам не гоже, так вот тебе, боже!
 Божница домашня, а совесть продажна.
 Ох, мой Бог, болит мой бок девятый год, не знаю, которое место!
 Свят муж: только пеленой обтереть, да в рай пустить.
 Борода апостольская, а усок дьявольский.
 Лучше не понедельничать, да не бездельничать. Бес хлеба не ест, да не свят.
 Смиренен духом, да горд брюхом.
 Молока не хлебнет в пятницу, а молочнице и в великую субботу не спустит.
 Ну, порося, обратись в рыбу карася (сказал монах).
 Он не кот, молока не пьет, а от винца не прочь.
 Искусство — половина святости. Уменье — половина спасенья.
 Свят, свят, да не искусен (т. е. уличился в ханжестве).
 Каков Бог, такова ему и свеча.
 Читает: «Да будет воля твоя!», а думает: «Когда б то моя !»
 Хоть бы та избушка сгорела, в которой я заговела!
 Утаи, боже, так, чтобы и черт не узнал!
 Добрый вор без молитвы не украдет.
 Ладан на вороту (т. е. в ладанке), а черт на шее.
 Великий учитель! Пролог наизусть.
 Колокол в церковь сзывает, а сам в церкви не бывает.
 Украв часовник (часослов), да: «Услыши, Господи, молитву (правду) мою!»
 Господи, прости, в чужу клеть пусти; пособи нагрести да и вынести!
 Помилуй, Господи! а за поясом кистень.
 Пошла бы в монастырь, да много холостых (т. е. жаль их).
 Мы, кого обидим, того зла не помним.
 Волк в овечьей шубе (или: шкуре). Волк в овчине.
 Волк и в овечьей шкуре не укроется. Знать волка и в овечьей шубе (шкуре).