НЭС/Ольвия
Ольвия (Ὀλβίη или Ὀλβία, «счастливая») — древнегреческий город на правом берегу р. Буга (др. Гипанида), колония ионийского города Милета. У греков, живших в собственной Греции и Мал. Азии, О. называлась Борисфеном, или городом и портом Борисфенитов. Плиний сообщает еще два имени О.: Olbiopolis и Miletopolis. Расположенная в стране скифов, О. была одним из самых важных торговых центров на северном берегу Черного м. Через нее происходили сношения Скифии и далеких северных и восточных стран с культурными греческими областями юга. Основана О. во второй половине VII в. до Р. Хр., в эпоху высшего развития колонизаторской деятельности Милета. Многочисленные обломки расписных греческих ваз древнейших стилей (милетского, навкратийского, родосского, самосского, клазоменского), найденные при раскопках на месте О., доказывают, что О. действительно существовала со второй половины VII в. до. Р. Хр. На месте О. найдены при раскопках полигональная стена, архаические терракотты в могилах близ О. — навкратийские, самосские, протокоринфские сосуды и аттические стиля Вурва и черно-фигурные (VII и VI в. до Р. Хр.) и изделия из алебастра и фаянса. Несколько интересных художественных памятников из О. принадлежат периоду строгого стиля (см. статьи Л. А.  и Б. В.  в «Изв. Имп. Археол. Комисс.», в. XXXIII, XL и LVIII). Известны и памятники классического периода (см. статьи О. Ф. , К. В.  и Б. В.  в «Изв. Имп. Арх. Ком.», в. XIV, XVII, XXIII, LIV и LVIII). Главная масса находок на территории О. относится к более поздним периодам; к ним же принадлежат большею частью надписи, открытые в О. Методическое расследование почвы О. началось только очень недавно, и потому для истории О. (особенно для древнейшей) до сих пор материала имеется еще очень мало. Попытку дать общую историю города, поскольку то дозволяет материал, который был известен до 1886 г., представляет книга В. В. Латышева, вышедшая в 1887 г.; в ней указана и вся старая литература. Материал, сделавшийся известным после 1887 г., дает иногда весьма существенные дополнения к собранному в книге В. В. Латышева. Главную массу нового материала составляют, кроме вновь открытых надписей, вещественные памятники и развалины ольвийских сооружений. По свидетельству Геродота (едва ли побывавшего в О. лично) О. была большим, богатым городом, имевшим стены (с воротами) и башни, оказывавшим культурное влияние на жившие по соседству скифские племена, нередко вступавшие в кровное родство с греками. В городе находился дворец образованного по-эллински скифского царя Скила, который любил жить в О. Дворец украшен был мраморными статуями грифонов и сфинксов. Отношение О. к скифским царям в V в. остается не вполне ясным; можно думать, что О. по видимости, по крайней мере, сохраняла независимость. Во второй половине V в. О. может быть в течение некоторого времени входила в состав афинского морского союза. С самого начала своего существования О. вероятно была республикой. С конца VI в. до Р. Хр. аттические товары в О. заметно вытесняют все другие. Во вторую половину V в. из Афин вывозилось в О. громадное количество разных изделий художественной промышленности, среди которых выдаются краснофигурные вазы стилей развитого «прекрасного» и «роскошного». Обломки этих ваз в очень большом количестве находятся при раскопках городища О. Таким образом, все указывает на то, что в V—IV вв. О. находилась под сильным культурным влиянием Афин. Из IV в. имеются в О. ряд надписей, свидетельствующих, что там было прочное демократическое устройство; в существенных чертах оно оставалось в О. и во все последующие времена неизменным. В надписях IV в. часто идет речь об охране коммерческих интересов города. Во второй половине IV в. О. находилась уже не в особенно цветущем состоянии. Осада О., около 330 г., Зопирионом (вероятно — полководцем Александра Вел.), о которой сообщают Макробий и Павел Оросий, застала О. в тяжелом положении и еще более способствовала падению ее благосостояния. Сравнительно больше известно о состоянии О. в III в. до Р. Хр. Приблизительно к 279—213 гг. должен быть отнесен декрет в честь Протогена, дающий живую картину О. в это время. Положение О. было весьма печально; ее окружают со всех сторон враждебные племена, которые приходится отражать оружием или умилостивлять дарами и данью. О. теперь платила дань Саитафарну и скифским царям. К III—II в. до Р. Хр. относится большая часть памятников, найденных до сих пор в О. Керамика этого времени носит типичный эллинистический характер. Могилы III—II в. вообще небогаты; большая часть населения была, повидимому, бедна. В искусстве О. преобладает теперь влияние эллинистических центров — Александрии и Пергама. Интересным памятником раннего эллинистического времени является чашка с наговором (изд. Э. В. Дилем в «Изв. Импер. Арх. Комм.», в. LVIII). В 1902—03 гг. при раскопках открыты развалины дома половины II в. Дом этот, по типу перистиля с тремя портиками («Изв. Импер. Арх. Комм.», XIII, табл. X), представляет близкую аналогию с греческим домом, описанным у Витрувия. Развалины двух эллинистических домов раскопаны в 1909—1910 гг. в прибрежной части города (см. рис. 3). Открытая в 1904 г. часть городской стены в одном месте обнаруживает эллинистическое происхождение; древняя стена была починена, очевидно, в римскую эпоху (II—III в. по Р. Хр.). В 1907—08 гг. открыты остатки стен, башен и главных городских ворот эллинистической эпохи на С О. В. В. Латышев ко II в. до Р. Хр. относит ольвийские монеты с именами царей и полагает, что О., уже давно платившая дань и посылавшая дары скифским царям, теперь должна была и формально подчиниться им, и ставить их имена на своей монете. Результаты раскопок 1894, 1896, 1900—1912 гг. говорят против такой датировки названных монет: все заставляет думать, что во II в. О. не находилась в зависимости от скифских царей. Как показывает одна вновь найденная надпись, О. во II—I в. до Р. Хр. входила в состав царства Мифрадата Евпатора (ср. М. И. Ростовцев, «Мифрадат Понтийский и О.», в «Изв. Имп. Арх. Комм.», в. XXIII). К первым десятилетиям I в. до Р. Хр. относится декрет в честь Никерата Папиева, которому воздвигнута была конная статуя. Из этого документа видно, какую упорную борьбу должны были вести ольвиополиты с окружавшими их варварами. Предоставленная самой себе после падения Мифрадата, О. около 50 г. до Р. Хр. подверглась страшному разгрому со стороны гетов, предводительствуемых царем Вурвистой. Об этом разгроме О. говорит Дион Хрисостом (посетивший О. приблизительно в 83 г. по Р. Хр.), в 36-й речи, сказанной вероятно около 100 г. по Р. Хр. Из речи Диона видно, что после гетского разгрома О. на некоторое время прекратила существование; греческие купцы перестали приезжать туда, не находя соплеменников, с которыми они могли бы вести сношения. Вскоре, однако, разбежавшиеся при нападении гетов греки снова явились в О., как замечает Дион — по желанию скифов. Ольвийские монеты с именами скифских царей должны быть отнесены скорее всего к эпохе О. после гетского разгрома. Гетский разгром разделяет историю О. на два периода: древний — греческий и поздний — римский. Как долго О. оставалась покинутою греками, неизвестно, но по всему контексту у Диона следует заключить, что едва ли это могло продолжаться долее жизни одного поколения. Очень может быть, что вассальной зависимости О. от скифов настал конец с появления на сев. побережье в I в. по Р. Хр. римлян, когда О. подпала под власть этих новых завоевателей. Римское влияние в О. ясно заметно с эпохи Тиберия. Весьма сомнительно, чтобы О. осталась незанятою римскими войсками во время похода (при Нероне) Т. Плавтия Сильвана на Таврический полуостров. В эпоху Траяна в О. имеются римские граждане. Число их значительно увеличивается при Адриане. Траян поручил защиту О. боспорским царям. При Антонине римские войска освобождают О. от новых врагов — тавроскифов. В это время О. все еще остается civitas libera. Уже с эпохи Адриана, может-быть, римляне держали в О. постоянный отряд. Стоявшие в О. солдаты были фракийского племени. Теперь О. была обеспечена от варварских нападений. В царствование Септимия Севера О. окончательно подчиняется Риму. Она была присоединена к римской провинции Нижней Мезии и была поставлена в разряд stipendiarii. О. не чеканит теперь собственной серебряной монеты, а на медной ставит изображения римского императора или членов императорского дома. В 248 г. по Р. Хр. О. еще существовала и охранялась римским гарнизоном. Известия об О. доходят до VI в. по Р. Хр. По мнению Кеппена римские монеты, находимые в развалинах О., доходят до времени Отацилии (Marcia Severa), жены импер. Филиппа (244—249). Граф Уваров нашел в О. монету Юстина II (565—578). После VI в. нет никаких свидетельств об О. — Со времени водворения в О. римского гарнизона в надписях появляются известия о сооружении целого ряда зданий и о реставрации зданий прежнего времени.  Очевидно, с этого времени город начинает снова развиваться и процветать. Целый ряд монументальных сооружений II—III в. по Р. Хр. обнаружен раскопками. К этой эпохе относятся два роскошных каменных склепа, под курганами. Один из них был выстроен, по свидетельству найденной в нем надписи, Еврисивием и Аретой еще при их жизни. Второй склеп выстроен был на месте города эллинистического времени. Вокруг кургана, возвышающегося над этим склепом, сохранилась часть каменной монументальной стены, отделанной рустикою и имеющей облицовочную кладку с кордонами на ребро. В 1904 и 1905 гг. открыты части римской цитадели О., сооруженной, вероятно, при Адриане или М. Аврелии. На С цитадели находился храм Аполлона Простата. Здесь найдено много посвящений Аполлону коллегии стратегов II—III в. по Р. Хр. Здесь же найдена мраморная статуя нагого мальчика, держащего в руках мех; статуя была украшением фонтана; вода проходила через мех и выходила из его отверстия в бассейн. Значительные остатки сооружений и домов римской эпохи обнаружены в прибрежной части О., где находился, судя по одной надписи, храм Сараписа, Исиды, Асклепия, Гигиеи, Посейдона и Амфитриты, сооруженный при Александре Севере. В поздне-римскую эпоху существовали сношения у О. с Востоком, на что указывают найденные в О. парфянские костяные рельефные пластинки. Интересными памятниками художественной промышленности из О. римской эпохи являются стеклянная чашка, украшенная росписью (издана М. И. Ростовцевым в XLIX в. «Изв. Имп. Арх. Ком.»), и гемма с изображением Геракла.

 древней О. (рис. 1) на правом берегу р. Буга, при впадении его в Буго-Днепровский лиман, в 35 в. к Ю от гор. Николаева и 28 вер. к СВ от гор. Очакова, в местности, известной у крестьян соседнего с. Парутина под именем «городка», установлено было уже в конце XVIII в. Палласом и Сумароковым. На местонахождение О. указывали извлекаемые из земли вещественные памятники с именем О., а также свидетельства Геродота и Диона. У других древних писателей положение О. указывается не вполне точно. Уже давно ученые занимались вопросами топографии О. Сюда относятся труды Бларамберга, Р. Рошетта, Кёппена, Муравьева-Апостола, барона Кёне, Кёлера, графа А. С. Уварова. Оценку и разбор всех этих трудов дал В. В. Латышев («О.», стр. 23 сл.). О значении работ графа А. С. Уварова, ср. «О.» (1915). На более прочную почву исследования топографии стали с тех пор, как стали производиться в местности О. раскопки. Раскопками 1873 г., производившимися И. Е. Забелиным и бар. Ф. Г. Тизенгаузеном (см. «Отчет Имп. Археол. Ком.», 1873 г., XVII слл.), приблизительно выяснено было положение города и его некрополя. Раскопки В. Н. Ястребова (1894), Б. В. Фармаковского (1896) и Ю. А. Кулаковского (1900) доставили новые данные насчет размеров ольвийского некрополя и отчасти насчет истории его. С 1901 г. Императорская археологическая комиссия приступила к систематическим раскопкам О., поручив ведение их члену своему Б. В. Фармаковскому. Раскопки О. еще не закончены. Достигнутые до сих пор (1916) результаты сводятся к следующему. Город несомненно никогда не выходил за пределы треугольной площади ABC (на плане, рис. 2). Кругом в степях кое-где были открыты ничтожные загородные постройки. На ЮЗ границею города служила довольно глубокая, с обрывистыми сторонами «Заячья» балка (линия AB); на С его ограничивала другая балка по линии BC, на В. — р. Буг, которым прибрежная часть города частью разрушена и поглощена.  В нижней, приречной части города (линия EC), повидимому (раскопки 1909—14 гг.), были расположены главная и торговая части города. В местностях, отмеченных цифрами IX, XII—XVII, XXI—XXIII, открыты остатки построек разного времени (наиболее значительны остатки эллинистических построек в XXIII местности: два дома, улицы, мозаика и т. д.). В IX-ой местности развалины дома II в. до Р. Хр. с мозаичным полом. В эллинистическую эпоху О. занимала всю треугольную площадь ABC. В местностях XII—XIV открыты древние городские стены и башни. Остатки стен римской цитадели II—III в. по Р. Хр. найдены в местностях XV, XVI и XVII. Треугольник ADE представлял площадь римской цитадели, обнесенную стенами. В местности Х-ой следов древней городской стены не оказалось. Может-быть, в римскую эпоху древняя стена была разобрана на постройку римской цитадели. В римское время в местностях IX, XXII и XXIV был пустырь; здесь тогда стали хоронить покойников, и здесь, между прочим, был воздвигнут курган, под которым оказался кам. склеп II—III в. по Р. Хр. Склеп Еврисивия и Ареты (тоже II—III в. по Р. Хр.) находится под курганом в местности XI. В эпоху Диона город был расположен только в местностях близ позднейшей цитадели ADE (в XXI и XXIII); на месте цитадели, вероятно, было укрепление с ничтожными, плохими стенами, о которых упомянул Дион. Далеко отстоявшие от римского города башни древнейшей О., о которых говорит Дион, находились в местностях XII и XIII. Остатки кладки архаической эпохи констатированы в местности IX-ой.  Кругом О. расположено его кладбище-некрополь (I—VI, VII, VIII, XVIII—XX). Древнейшие могилы VII—VI в. лежат далеко от О. на З (VIII). Могилы VI—IV вв. найдены в местностях XIX, XX и на территории с. Парутина (к С от XVIII и XI). Могилы IV—I вв. и первых веков по Р. Хр. лежат ближе к городу (I—VI, VII, XVIII, XI). Их много и на территории Парутина; встречаются они и в других местностях среди древнейших могил. О типах могил в О. ср. Фармаковский, в «Изв. Имп. Арх. Комм.» (VIII). Из древнейшего времени неизвестно ни одного погребения, над которым был бы насыпан курган. Курганы в О., по свидетельству раскопок до 1916 г., появляются не ранее IV века до Р. Хр. В самое древнее время до начала VI в. покойников бол. частью сожигали, а урны с пеплом закапывали во дворах домов, в особых ямах. Из найденных в О. многочисленных предметов древности (до 1916 г. раскопки дали приблизительно 40 тысяч №№ инвентаря) большая часть еще не издана. Много древностей из О., добытых частью раскопками до 1901 г., частью случайными находками, рассеяно по разным государственным и общественным музеям и частным коллекциям. Лучшие вещи — в Императорском Эрмитаже в Петрограде, в историческом музее в Москве и в музее общества истории и древностей в Одессе. Ольвийские древности есть еще в музеях университета, историко-филологического института и училища барона Штиглица в Петрограде, в музее гор. Херсона, в музеях искусства московского и одесского университетов. Из частных коллекций наиболее богаты вещами из О. коллекции графа А. А. Мусина-Пушкина (собственника земли, на которой находится О.), Б. И. и В. Н. Ханенко, Н. Ф. Романченко в Петрограде, графа В. А. Мусина-Пушкина (бывшая графа Кушелева-Безбородко) в с. Стольном, Черниговской губернии, г. Курис в с. Покровском, Одесского уезда, графини П. С. Уваровой в с. Поречье, Московской губ., гг. Конельского и Шиманского в Одессе, великого князя Александра Михаиловича в Ай-Тодоре в Крыму, Бертье-Делагарда в Ялте. Большая, прекрасно подобранная коллекция Фогеля в Николаеве была распродана за границей: ее предметы разошлись по разным музеям Европы и Америки и по частным коллекциям. В музеях Западной Европы ольвийские древности имеются в берлинском и боннском музеях, в Лувре. В Америку, в Бостон, ольвийские древности поступили из коллекции Пирпойнта Моргана. Находившаяся в Лувре золотая тиара царя Саитафарна из О. теперь удалена оттуда, так как доказано, что это подделка современных фальсификаторов из Одессы. Предметы древности, находимые при раскопках, поступают в Императорскую археологическую комиссию, которая распределяет их, после изучения и издания, по различным музеям; перечневые описи вещей печатаются, и в них отмечается, в какой музей каждая вещь назначается (см. «Изв. Импер. Археол. Ком.», VIII и XIII; ср. «Отчеты Императ. Археол. Комиссии»). Издается находимое при раскопках в «Отчетах Имп. Арх. Ком.» и в «Известиях Комиссии». Открываемые случайно в О. древности часто расходятся и теперь по разным коллекциям. Поступающие в одесский музей издаются большею частью в «Записках Одесск. Общества Древностей», где уже собран богатый материал. Общего труда, посвященного древностям из О., пока не имеется, и до окончания ведущихся в О. раскопок такой труд невозможен. Надписи, найденные в О., собраны В. В. Латышевым в «Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti Euxini graecae et latinae» (том I, выходящий новым изданием в 1916 г.). Вновь находимые надписи издаются греческие В. В. Латышевым, латинские — М. И. Ростовцевым в «Изв. Имп. Арх. Ком.». Керамические надписи из О. приготовляются к изданию Е. М. Придиком в III т. «Inscript.» В. В. Латышева. Монеты собраны у Бурачкова, «Общий каталог монет» (Одесса, 1884). — См. Б. В. , «Архаический период в России» (№ 34 «Материалов по археологии России», изд. Имп. Археол. Ком.); , «Ольвия» (М., 1915); Э. В. , «Ольвия» («Гермес», 1914); , «Choix de médailles antiques d’Olbiopolis ou Olbia» (П., 1822); v. , «Königliche Museen zu Berlin, Beschreibung der antiken Münzen» (I, Б., 1888); , «Die antiken Münzen Nordgriechenlands» (I, Б., 1898); исследование В. В.  в «Изв. Имп. Арх. Ком.», в. LI; , «Scythians and greeks, Olbia»; , «Samml. Vogell» (1908); исследование , «Об ольвийских культах», переведено В. В. Латышевым в «Изв. Имп. Арх. Ком.», в. XXVII. Планы (ср. , «О.», 33, пр. 1) местности, где расположена О., имеются в трудах , графа А. С. ,  (лучший; с него сделаны план Бларамберга и наш, помещенный в настоящей статье). Новый генеральный план местности и план местности города, с нивелировкой, сделан Императорскою археологическою комиссиею (пока еще не изданы).