РБС/ВТ/Ромодановский, Григорий Петрович
Ромодановский, князь Григорий Петрович, боярин, известный деятель Смутного времени; он был старшим сыном Петра Меньшого Борисовича Ромодановского, внуком князя Бориса Васильевича, правнуком князя Василия Феодоровича Стародубского-Ромодановского (родоначальника князей Ромодановских) и старшим братом князя Ивана Петровича. В 1586 и 1587 г. был 1-м воеводой на Михайлове с наместником Василием Вердеревским, а в 1587—88 г. — 1-м воеводой на Воронеже с Юрием Дмитриевым. В 1590—91 году, когда приказано было быть воеводам "полковым по берегу", князь Григорий Петрович был 2-м воеводою левой руки при князе Андрее Ив. Голицыне в городе Кашире. Там же, но только одним воеводою левой руки, оставался он, когда 10-го июля "большие" воеводы были отпущены из полков. В том же году была роспись полковых воевод в Новгороде, на Наровское устье, за 10 верст от Ям-Города, — и князю Ромодановскому велено было быть 1-м воеводою сторожевого полка с князем M. M. Путятиным. Вследствие этого назначения у него было два местнических дела: одно против окольничего М. Гл. Салтыкова, как 1-го воеводы передового полка, а второе было возбуждено против него (Ромодановского), как 1-го воеводы сторожевого полка, от князя Александра Феодоровича Жирового-Засекина, как 2-го воеводы передового полка. В этом году в Новгороде Великом было несколько полковых росписей (от 1-го сентября, 20-го октября, 5-го декабря), причем по последней росписи (посланной в Новгород с разрядным дьяком Сапуном Авраамовым), ему велено быть воеводою передового полка с князем Влад. Кольцовым-Мосальским, которым и возбуждено было местническое дело.

В 1597 г., в мае — июне, Р. был "приставом" у Цесарского посла Авр. Бургграфа Даневского (Abraham Burggraf zu Dohna). Сначала был назначен Петр Никитич Шереметев, но затем, вследствие возникшего местнического дела, Шереметев был заменен князем Г. П. Ромодановским. В том же 1697 году, когда Государь послал на берег воевод по полкам, то князь Г. П. назначен был 3-м воеводою левой руки. В 1598—99 году он был послан с князем Григ. Конст. Волконским воеводою в Белгород, где был до 1601—02 г. В 1602 году он участвовал во встрече жениха царской дочери Ксении Борисовны Годуновой, Датского королевича Иоганна, сына Датского короля Фридриха II и брата царствовавшего тогда короля Христиана IV. Иоганн, прибывший с целью женитьбы, умер до свадьбы в том же (1602) году в Москве. В том же году, когда были назначены воеводы по украинным городам, князь Григорий Петрович назначен был воеводою сторожевого полка на Орле, с князем Дан. М. Барятинским, а оттуда послан был на Горских Черкас (на Кавказ), на Терек (Терки), — "городов ставить". В 1606 г. он принимал участие в заговоре против Лжедимитрия І и в мятеже (15-го мая), когда решено было убить Лжедимитрия, приверженцев его или, в крайнем случае, также Поляков, живших во дворце по случаю свадебных торжеств. Когда же чернь, опьяненная кровью, начала избивать и других поляков, живших в Москве, врываясь в дома, так что в течение семи часов перебили свыше 200 человек, бояре решили принять меры безопасности для послов Польского короля Сигизмунда (Олесницкого, Гонсевского и других): к посольскому двору отрядили 500 стрельцов, а с уверением в личной безопасности послов были присланы П. Н. Шереметев и князь Ромодановский. От имени всех бояр они просили послов и их свиту не опасаться ничего, но безопасность эта давалась только под тем непременным условием, чтобы они не вмешивались в дела других поляков, то есть, тех, которые приехали с воеводой Сандомирским. Послы, успокоенные этим заявлением, выразили Шереметеву и Ромодановскому свою благодарность. В том же (1606) году князь Гр. Петр. Ромодановский был пожалован в окольничие. В 1608 году, 17-го января, в день свадьбы Царя Василия Ивановича Шуйского, окольничий князь Г. П. Ромодановский назначен был "ездить дозирать по воротам в Кремле". В том же 1608 г. (в июне) когда Лжедимитрий 2-й, в намерении угрожать, столице, остановился и укрепился в с. Тушине (на С.-З. от Москвы, в 12-ти верстах по Волоколамской дороге), Царь Василий Ивановича Шуйский для защиты столицы выставил войско на Ходынке, под начальством воевод большого полка князя M. В. Скопина-Шуйского и Ив. Ник. Романова, причем окольничий князь Гр. Петр. Ромодановский был 2-м воеводой передового полка. Поляки, находившиеся при Лжедимитрии во главе с князем Ромодановским, спасались нападать на Ходынский лагерь: в Москве, ведь, находились князь Юрий Мнишек с дочерью и послы короля Сигизмунда (Олесницкий и Гонсевский). Когда же они, под предлогом мирного договора, выманили их из Москвы, то обстоятельства изменились. Лагерь Ходынский раньше принимал большие меры предосторожности, но, когда начались переговоры, бдительность стала уменьшаться, Рожинский выведал об этом и ночью на 24-е июля напал на лагерь, захватил обоз и пушки, многих сонных и безоружных вырезал в лагере, другие же бежали. Когда они добежали до Пресни (предместья Москвы), их встретило высланное царем из Москвы свежее войско; оно приняло беглецов и соединенными силами ударило на Поляков. Произошла ожесточенная битва, — и Поляки вынуждены были отступить и прогнаны были до Ходынки. В этих военных действиях принимал участие и Ромодановский. В конце июня число поляков увеличилось на 7000 человек конницы, приведенных князем Яном Петром Сапегою. Сначала Сапега рассчитывал действовать совместно с князем Рожинским и приступом взять Москву, но Рожинский медлил, рассчитывая на скорую измену. Разладив с Рожинским, князь Сапега отделился от него, чтобы захватить и разграбить Сергиево-Троицкую Лавру, славившуюся своим богатством. Царь Василий Шуйский, услышав о намерении Сапеги, отправил в погоню младшего брата своего, князя Ивана Ивановича Шуйского (по прозвищу "Пуговку"). окольничего князя Гр. П. Ромодановского (воеводу передового полка) и Ф. Вас. Головина (воеводу стороженого полка); они настигли его между селами Здвиженским и Рахманцовым и дали бой. Русские не только выдержали две стремительные атаки, но многих побили, взяли в плен и даже захватили пушки ("тако их побили, яко и наряд у них поймали"), а Сапега был сильно ранен в лицо. Однако, это не удержало ему: он не прекратил боя, а наоборот даже еще стремительнее напал на русских. Во время этой атаки князь Гр. Петр. Ромодановский лишился своего старшего сына Андрея, который пал в битве, находясь подле отца. Это, однако, не остановило князя, и он продолжал битву. "Храбрость и дородство", говорит летописец: "показал боярин и воевода передового полку князь Гр. Петр. Ромодановский; туто же у нево и сына его убиша князя Андрея". Битва была проиграна только тогда, когда "грех же ради наших", как выражается летописец, дрогнул со своим полком Ф. Вас. Головин, в смятении смял половину большого полка и побежал, несмотря на усилия князя Гр. Петр. Ромодановского поддержать битву. В этой ожесточенной битве погибло много народу, многие были взяты в плен; воеводы пошли в Москву, войско же не пошло в Москву, а тотчас же разошлось по домам, и Сапега беспрепятственно подступил к Лавре.

В 1609 г. окольничий князь Гр. Петр. Ромодановский сделан был воеводою Каширским. В 1610 г., после знаменитой Клушинской битвы, решившей участь Царя Василия Шуйского, многие города стали отпадать от Шуйского, а в числе их и Коломна, которая присягнула "Тушинскому вору". Воеводы Коломенские князь Мих. Самс. Туренин и князь Фед. Тим. Долгорукий с коломенскими жителями стали писать по другим городам, призывая их присягнуть Самозванцу. Одна такая грамота попала и в Каширу, до того верную Царю Шуйскому: жители этого города отпали и присягнули Лжедимитрию, Ромодановского же, отказавшегося присягнуть, едва не убили, а затем силою заставили его присягнуть и, мало того, послали силою к "Тушинскому вору". Однако, Ромодановский не держал сторону самозванца и тотчас после свержения с престола Царя Василия Шуйского (17-го июля 1610), когда стали бояре присягать королевичу Владиславу, Ромодановский также присягнул. В 1611 г. (в мае), когда первое ополчение (Ляпуновское) стояло под Москвою и действовало против Поляков, туда же явился и Сапега, заявляя себя другом России и объявив при этом условия, при соблюдении которых он желал бы помогать ополчению. Условия не были приняты, и тогда Сапега стал делать нападения на ополчение, но нападения его были отбиты. Гонсевский, запершийся с поляками в Москве, считая действия Сапеги вредными для выполнения задуманного поляками плана, решил удалить его от Москвы. Он дал ему в помощь отряд поляков из 1500 человек под начальством пана Косяновского, с тем, чтобы он двинулся во внутрь России, грабил там и тем тревожил осаждающих Москву, а ввиду того что в ополчении было большинство людей из Рязанских мест, то Сапега отправлен был прежде всего в Переяславль-Рязанский. Кроме поляков, боярами Московскими был придан и русский ратный отряд под начальством окольничего князя Гр. Петр. Ромодановского (он же мог служить и руководителем). Однако, Ромодановский вряд ли долго был с Сапегою. Во время осадного сидения сначала от 1-го Ляпуновского, или Рязанского ополчения, а затем и от 2-го, Нижегородского, когда поляки заперлись в Кремле, то волею-неволею пришлось запереться в нем патриарху, думным боярам и другим чинам Московским; среди них тогда был и князь Ромодановский. Во время осадного сидения (1611—1612) он был "1-м товарищем" у боярина Фед. Ив. Шереметева, заведовавшего Казенным Двором (2-м был князь Гр. Конст. Волконский, а затем два думных дьяка). Кроме того, он назначен был от бояр Московских в смешанную московско-польскую комиссию, которая обязана была "чинить суд и расправу в случае возникновения каких-либо между Московскими и Литовскими людьми дел. В 1613 году кн. Ромодановский подписался, как выборный человек, под грамотой об избрании на царство Михаила Феодоровича Романова. В 1614 году окольничий князь Ромодановский был послан на Крымскую посольскую размену в Ливны, причем ему поручено было провожать посла князя Гр. Конст. Волконского с дьяком Петром Евдокимовым. В следующем (1615) году, в день Рождества Христова, князь Гр. Петр. Ромодановский был пожалован в бояре. В 1615—16 г. (вероятнее, — в начале 1616 г.) боярин князь Ромодановский послан был в Казань "для сыску", "что Черемиса заворовала"; ему был дан в товарищи думный дворянин, знаменитый Кузьма Минин, да дьяк Марко Поздеев.

В 1618 году, в ожидании нашествия королевича Владислава на Москву, назначены были воеводы по воротам Московским, распределены отдельные районы Москвы и защита их вверена была этим отдельным воеводам, причем боярину князю Гр. Петр. Ромодановскому поручено было ведать Никитские ворота (они были заперты), а также пространство от Никитских ворот до Тверских, а на Никитские ворота еще был дан воевода Ф. Ф. Пушкин, Дм. Гавр. Аверкиев да дьяк Иван Мизинов. В сентябре того же 1618 года князь Гр. Петр. Ромодановский присутствовал на Земском соборе этого года, а во время осады ведал район, ранее ему назначенный. В том же году, в декабре, тотчас после ухода королевича Владислава, боярин князь Гр. Петр. Ромодановский был послан в Можайск "разбирать дворян и детей боярских", бывших там же с боярином князем Бор. Мих. Лыковым. В товарищи ему был дан окольничий Артемий Вас. Измайлов, который и поднял вследствие этого назначения местническое дело на боярина князя Ромодановского. Разбор этого местнического дела был очень "шумным": "у Артемия шум с ним был", "а браняся перед боярами, Измайлов попрекал Ромодановских разрядами", и "за то", говорят "Дворцовые разряды", был посажен в тюрьму, т. е. за непристойное поведение (а о приговоре или о бесчестии "Разряды" умалчивают). В 1619 году, в феврале, боярину князю Ромодановскому указано было "сидеть в Московском Судном Приказе "с князем Иваном Лосем Федоровичем Волконским. — В 1622 г. посланы были уполномоченные лица по разным городам разбирать дворян и детей боярских, "кому мочно быть на государевой службе по вестям Литовским", причем боярин князь Гр. Петр. Ромодановский послан был в Кострому. В 1623 г. (вероятно, в январе) он назначен был воеводою в Новгород Великий, где был воеводой до апреля 1626 г., когда он уже был в Москве, 19-го апреля присутствуя у стола Государева. При сношениях со Швецией Новгородским воеводам велено было пользоваться титулом "наместника" какого-либо из городов, причем боярину князю Гр. Петр. Ромодановскому велено было именоваться наместником "Брянским". Для встречи (2-го декабря 1626 г.) Турецких послов грека Фомы Кантакузена с товарищами, по указу государя, от высших чинов Москвы велено было дать "даточных людей", причем от боярина князя Гр. Петр. Ромодановского было на встрече 10 человек. Будучи боярином и находясь в Москве, Ромодановский принимал участие в придворной жизни. Так, он был оставляем много раз, за отсутствием Государя, среди других высших Московских чинов на Москве (1-го августа 1619 г., 24-го мая 1620 г.); много раз был приглашаем к столу Государя (21-го марта, 16-го июня 1619 г., 9-го апреля 1620 г.; 18-го апреля, 19-го и 20-го мая, 16-го августа, 24-го сентября 1621 г.; 14-го и 28-го апреля, 9-го июня, 19-го июля, 8-го и 29-го сентября 1622 г.; 12-го июля 1626 г.; 1-го сентября 1627 г.) и у Патриарха (15-го августа 21-го декабря 1622 г.). В одно из таких приглашений к государеву столу (6-го августа 1622 г.) боярин князь Ромодановский был назначен сидеть вторым, а первым боярин князь Юрий Еншеевич Сулешев. Ромодановский затеял против Сулешева местническое дело, ссылаясь на то обстоятельство, что при "Крымской размене" в Ливнах в 1614 г. для князя Сулешева Ахмет-паша ездил к нему, Григорию Ромодановскому, в шатер; было выяснено, что у него, Ромодановского, не может быть счета с Ахметом-пашою, и велено было сидеть ниже князя Юрия Сулешева; Ромодановский подчинился этому решению. Другое местническое дело из-за места во время государева стола было у князя Гр. Петр. Ромодановского в 1617 г. (8-го июня): Ромодановский был посажен на 4-м месте, а на 3-м (т. е. выше его местом) должен был сидеть князь Иван Большой Андреевич Хованский. Не желая сидеть за царским столом ниже князя Хованского, Ромодановский сказался больным и не поехал. Хованский, догадываясь об истинной причине отсутствия Ромодановского, бил челом Государю о бесчестии. За князем Григорием были посланы стрельцы; Ромодановский явился к государю, сказался, что болен от ран, но в свою очередь бил челом на Хованского, говоря, что ему "на такого князя бить челом есть чем". Однако, у стола он также присутствовал. Скончался князь Ромодановский в 1628 году.

"Акты Историч.", т. II, стр. 379, 383; т. III, стр. 64; "Акты Архивной Экспедиции", т. III, стр. 207, 218, 220, 221, 233, 262, 265; "Акты Московского Государства", т. І, стр. 138; "Собрание Государственных Грамот и Договоров", т. I, стр. 637; "Русская Историч. Библиотека", т. II, стр. 244, 355; т. IX, стр. 372, 378, 396; "Древняя Росс. Вивлиофика", т. XIII, ч. XIV, стр. 127; т. XIV, ч. XV, стр. 419; т. XX, ч. І, стр. 50, 80, 88, 94; "Сборник Императорского Русского Исторического Общества", т. II, стр. 495; "Разрядные книги", изд. 2-м Отд. Собств. Е. И. В. Канцелярии, т. І, стр. 413, 414, 511, 564, 610, 782, 922, 1031, 1042, 1134, 1239; "Дворцовые разряды", т. І, стр. 139, 142, 208, 252, 253, 282, 325, 337, 351, 352, 360, 383, 385, 390, 400, 406, 410, 432, 433, 440, 453, 466, 472, 475, 477, 483, 492, 495, 506, 508, 510, 513, 517, 521, 522, 525, 528, 530, 585, 737, 795, 811, 814, 827, 939; "Памятники Дипломатических Сношений", т. II, стр. 485, 486, 493, 494, 555, 574, 579, 627, 628, 789, 792, 794, 796, 833, 834, 836, 839, 843, 845, 846, 848, 856, 858, 860, 862, 867, 868, 874, 876, 877, 900; "Синбирский сборник", т. I, стр. 95, 102, 112, 118, 121, 123, 139, 133, 139, 142, 150, 153; Н. П. Лихачев, "Разрядные дьяки XV в.", стр. 491, 506, прил. 33; И. И. Голиков, "Деяния Петра Великого", т. ХII, стр. 229, 270, 425; Соловьев, "История России с древн. времен", т. IX, стр. 55, 366; Карамзин, "История Государства Российского", т. XI, прим. 61; т. ХII, стр. 88, 89, 98, 224, 228, прим. 198, 214, 553, 754; А. Барсуков, "Списки городов, воевод" (указ.); Н. Барсуков, "Род Шереметевых", т. II, стр. 44, 111, 247, 261; Н. Савельев-Ростиславович, статья в "Военно-Энциклопедическом Лексиконе"; П. Иванов, "Указатель к боярским книгам"; В. Н. Берх, "Списки бояр, окольничих и других чинов", СПб. 1833.

РБС:Бояре
РБС:Ромодановские