Кустарные промыслы Нижегородской губернии/5 Корзины
Производство корзин представляет собою широкое поле для введения усовершенствованных приёмов и улучшенных изделий — вот почему мы считаем необходимым остановиться на существующих в Нижегородской губернии формах его, хотя производство это не отличается здесь особенным развитием. Почти везде, где мы его встречаем, промысел возник, будучи вызван нуждами какого-либо другого господствующего в местности промысла. Так, плетение ивовых корзин в окрестностях села Богородского Горбатовского уезда возникло в интересах местного кожевенного производства: в Богородском выделывается много кожевенных вещей, обуви, рукавиц, шорных изделий, хомутов — для укладки и отправки которых были необходимы корзины. В Семёновском уезде короба и плетюхи служат для укладки деревянной посуды или ложек, а корзины используются для гвоздей — т.е. предметов, выделываемых в окрестных волостях. Но раз возникнув, промысел оказывается настолько выгодным, что нередко приносит лучший заработок, чем тот промысел, в интересах которого он создался.

Плетением корзин из ивовых прутьев в окрестностях села Богородского занимаются дд. Кожевино Дуденёвской волости, Шопово и Песошново Высоковской и отчасти Заозёрье Подъяблонской волости Горбатовского уезда. Плетением занимаются мужчины, женщины и дети, начиная с 13 лет, — всего около 500 человек (начало 1880-х годов). В Семёновском уезде промысел разбросан в разных местах: в деревне Одинцове Кантауровской волости (плетюхи из сосновых пластин), дд. Святицы и Астафьево Хахальской волости (короба), д. Задорино, Афонасьево, Глибино и др. Хохломской волости (короба), дд. Сухарёнки, Матрёнино и др. Зиняково — Смольковской волости (корзины из тала). Всего промысел, по данным статистического исследования 1889 г., встречается в 45 общинах (Хохломской — 18, Зиняконо-Смолькковской — 11, Чистопольской — 6, Хвостиковской — 7, Хахальской — 3), обнимая 190 дворов и 266 человек (216 работников-мужчин, 21 старик, 18 подростков, 8 детей и 3 женщины). Кроме того, по данным статистического исследования 1888 г., приготовлением яблочных коробов занималось до 15 дворов и 22 лиц в д. Баранове Воскресенской волости Макарьевского уезда, а также некоторые селения Сосновской и Елизаровской волостей Горбатовского уезда, заготовляющие короба для укладки павловского товара.

Подробнее всего промысел исследован в сс. Богородской волости Горбатовского уезда г. Карповым. (См. Труды комиссии, вып. IX). В селениях этого района — Кожевине, Шопове и Песошнове — женщины плетут корзины из прутьев ивы. Плетение корзин после земледелия — главный промысел населения. Распространению промысла способствовало проведение железной дороги, отправка по которой кожевенного товара потребовала укупорочных изделий. Именно с тех пор круглые корзины — плетюхи, плетюшки — которые употреблялись лишь, главным образом, в домашнем обиходе и плетением которых в Кожевине занимались исстари, заменились ящикообразными корзинами, так называемыми „чечнями“. Плетут корзины с половины сентября и до Пасхи, т. е. в продолжение семи месяцев (около 160 дней) в обыкновенных жилых избах. Инструментов при этом никаких, кроме ножа и топора, мастеру не требуется. Материал плетения — тальник — в изобилии растёт в долинах реки Оки у сс. Чёрного, Сокола, Растяпина, Дуденева, в 8 — 10 верстах от с. Богородского и, хотя ива растёт в наделе этих селений, кустари пользуются ею почти безвозмездно. Так, кожевенцы платили Дуденевскому обществу 8 р. в год за пользование участком зарослей, но границами при этом не стеснялись. Таким образом, стоимость ивы заключается почти в одной перевозке. В течение рабочей недели один день употребляется на поездку за ивой, а остальные 5 дней плетут корзины. Более исправные хозяева запасаются материалом с осени на всю зиму. Большая четырёхугольная корзина с крышкою, называемая „чеченью“, ценится на рынке от 80 коп. до 1 р. Плетюшки или плетёнки продаются зимою по 60 коп., летом — 1 руб. десяток, маленькие плетюшки 1—3 коп. штука. Большинство покупателей корзин — богородские кожевники, которым „чечени“ нужны для укладки кожевенных изделий, а плетюшки — для носки корья и подзола; меньшинство покупателей — окрестные крестьяне, которым плетёнки нужны, преимущественно, летом и осенью для разных хозяйственных надобностей. Один мастер в неделю, употребляя день на перевозку материала и пять дней на плетение, сплетёт 5 больших чеченей или 25 средней величины плетёнок; следовательно, он заработает в неделю 2 —2,5 р., а в день — около 35 к. Если один работник сплетёт в день 3 плетёнки, то все 500 мастеров описываемой местности сплетут в 160 рабочих дней 240000 корзин на сумму 14000 руб., если корзину оценить средним числом в 6 коп. Так как запрос на плетёные корзины всегда есть, а материал дёшев и находится под рукою, то описываемый промысел находится в относительно хороших условиях.

Приготовление корзин из тала распространено также в некоторых селениях Зиняковской и Борской волостей Семёновского уезда. Ведётся оно между делом, не безвыгодно. Однако следует сказать, что выгодность промысла в значительной степени поддерживается тем, что материал не покупной: его набирают, проще сказать, воруют в борских лугах. Короба в сс. Хохломской и Хахальской волостей Семёновского уезда выделываются из сосновой древесины. В дд. Святицы и Астафьево Хахальской волости зимою и осенью плетут короба, которые сбываются потом в Семёнов ложкарям. За материалом — сосновым деревом — далеко ходить не приходится: под рукою Лыковская лесная дача. У скупщиков „делянок“ покупают подходящий лес подеревно — 1 руб. 50 в.—2 руб. за дерево. Из такого дерева выйдет коробов 40, которые семья кустаря при старании может сделать в неделю и продать рубля за 4. Промысел служит для уплаты податей. — В д. Одинцове Кантауровской волости занимаются изготовлением плетюшек из сосновых пластин. Лес покупают в лесной даче Смирнова, за дерево в 5 вершков платят 1 руб. 50 коп. Употребляется только сопорах. В голодный 1891 год в Московский кустарный музей было принято на 13000 руб. товару от корзинщиков, и товар этот расходился в лучшие магазины Москвы. Кустарь охотно и скоро выучивается делать весьма сложные и совершенно новые для него вещи,—цветочные корзины, мебель и пр., когда производство их ему оплачивается, но никакой скупщик не станет озабочиваться обучением кустаря новому производству, наполняя свои склады только тем товаром, который кустари уже привыкли делать и который всего дешевле ценится. Задачу улучшения изделий и распространения производства в смысле сбыта может взять на себя только земство или другое общественное учреждение, поставившее своей задачей содействие кустарной промышленности.
 Источники 
Свод материалов по кустарной промышленности, Вып. XVIII, стр. 289.
Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России, Вып. IX, отделение. II, Плетение ивовых корзин в окружности села Богородского, А. Карпова, стр. 2432 — 2438.
Материалы к оценке земель Нижегородской губернии, вып. XI. Семёновский уезд, стр. 184, 206.

Кустарные промыслы Нижегородской губернии