РБС/ВТ/Севергин, Василий Михайлович
Севергин, Василий Михайлович, ординарный академик Академии Наук по кафедре минералогии и член многих ученых обществ; род. 8 сентября 1765 г. и по происхождению был сыном «вольного человека», служившего придворным музыкантом. Находясь при отце, С. выучился не только русской грамоте, но приобрел также начальные сведения из латинского, французского и немецкого языков. 5 сентября 1776 г. он, по просьбе отца, был принят в Академическую Гимназию, состоявшую тогда в непосредственном ведении ее инспектора — академика И. И. Лепехина, и с этих пор имя С., в течение полувека, неразрывно связано с Академией Наук. 14 февраля 1782 г. С., на основании лестного о нем отзыва Лепехина, был переведен из своекоштных в казенные воспитанники, и через два года, в 1784 г., произведен в студенты. Недюжинные дарования С. и его выдающееся прилежание обратили на него внимание тогдашнего директора Академии Наук — кн. Е. Р. Дашковой, и молодой студент был избран ею, еще с тремя товарищами, к отправлению за границу для довершения там своего научного образования. С. избрал предметом изучения минералогию; из университетов был избран Геттингенский, и 8 июля 1785 г. четверо молодых людей, снабженные инструкцией, составленной их руководителем Лепехиным, покинули Петербург. Пробыв за границей 3½ года, в течение которых геттингенские профессора, например Кестнер, Гмелин и Лихтенберг, неоднократно присылали в Академию самые лестные отзывы о работах С., последний 30 апреля 1789 г. возвратился в Петербург и вскоре же был подвергнут поверочному испытанию в приобретенных им познаниях. Успех этого испытания был таков, что лучшие академики-естественники того времени: Паллас и Лепехин, равно как и академики Крафт и Георги, засвидетельствовали, что С. с пользой провел время за границей и, сверх того, выразили мнение, что он имеет положительное призвание к ученым занятиям и исследованиям. Последнему убеждению содействовали, главным образом, работы (обе на латинском языке) по минералогии и химии, которые С. написал за границей и представил по возвращении на суд академиков: 1) о свойствах и образовании базальта и 2) о щелочных солях. Эти работы рассматривались академиками Палласом, Георги и Соколовым, причем первый, по поводу сочинения о базальте, сказал, что она так хороша, что он, если бы из устных ответов С. не убедился в его познаниях, то «готов был бы признать ее произведением другого, гораздо более опытного ученого». Вследствие такого успеха С., по предложению кн. Дашковой, был избран адъюнктом по кафедре минералогии (18 июня 1789 г.), а 16 мая 1793 г. был возведен в звание академика или профессора минералогии. В этом звании С. до самой своей смерти неустанно трудился на учено-литературном поприще, с редкой энергией работая на пользу отечественной науки и просвещения. Его многочисленные сочинения, стоявшие всегда на высоте современного ему развития науки, оставили после себя несомненный след в специальной литературе естествознания, тем более, что они обыкновенно помещались в наших периодических изданиях, и лишь немногие оставались в рукописях. Чаще всего С. печатал свои сочинения на страницах «Новых Ежемесячных Сочинений» (1790, 1792, 1793, 1795 и 1796 гг.) в «Трудах Вольно-Экономического Общества» (1792 и 1795 гг.), «Академических сочинениях» (1801 г.), «Ученых известиях Академии Наук», «Записках деяний Вольно-Экономического Общества» и в «Технологическом журнале» (1804—1826 гг.), редактором которого состоял со времени его основания и до своей смерти (1804—1826). Нет возможности перечислить здесь все громадное количество мелких статей С.; они приведены в его биографии, написанной академиком М. И. Сухомлиновым; можно сказать только, что главным предметом их является минералогия, затем: физика, химия, технология, сельское хозяйство и т. д. Широко образованный и с громадными познаниями в области естествознания, С. постоянно и деятельно работал над различными научными вопросами, следуя в своих самостоятельных изысканиях тогдашним корифеям науки: Гайю (Haue) и Вернеру — в области минералогии, Лавуазье — в химии и др. Считая, что распространение в обществе различных научных познаний есть одна из главнейших обязанностей академиков, С. летом 1792 г. открыл при Академии Наук публичные лекции по минералогии; подобные же курсы он вел в 1796—1802 гг., ставя предметом чтений сообщение сведений о платине, золоте, серебре, меди, железе, свинце, олове, ртути и т. п. Успех этих лекций, имевших в виду, главным образом, изучение России и произведений ее природы, был очень велик и, между прочим, послужил к скорейшему повышению С. в звание академика.

Начиная с конца прошлого столетия, С. издал кроме многих переводных несколько выдающихся самостоятельных трудов по минералогии и химии. Первой такой работой были: «Первые основания минералогии, или естественной истории ископаемых тел» 2 книги (СПб. 1798 г.), в основу которых были положены записки, составленные для чтения публичных лекций. Сочинение это разделяется на две части: 1) всеобщие рассуждения о ископаемых телах и 2) практическая часть, содержащая в себе систематику и описание ископаемых тел по классам, родам, видам и т. д., причем образцом служила система Вернера. В 1806—1807 г. С. издал «Подробный словарь минералогический, заключающий в себе подробное изъяснение всех в минералогии употребительных слов и названий». В предисловии автор приводит причины, побудившие его к изданию этой книги, служащей как бы продолжением «Оснований минералогии». Ископаемые тела, расположенные в азбучном порядке, приводятся «по различным их наименованиям, с приличным показанием как наружных признаков, так физических и химических их свойств»; при описании некоторых минералов С., насколько мог, приводил «во всей подробности места, где описуемые тела находятся в России, также различную их пользу и употребление». Значение этого сочинения, помимо его внутренних достоинств, усугубляется еще тем, что это была первая попытка в своем роде, сделанная в России, принесшая, притом, несомненную пользу. Не менее замечательным было и следующее, изданное С. в 1809 г., сочинение: «Опыт минералогического землеописания Российского государства» (СПб., 2 части), в котором автор задался целью привести в систематический порядок наблюдения над ископаемыми, сделанные разными учеными в России, но разбросанные в их сочинениях. К этим сообщениям С. присовокупил еще новые, выведенные из своих собственных наблюдений «либо на месте, либо по доставляемым штуфам», постоянно делая указания в тексте на те места, где и в каком количестве названные минералы находятся в России. В 1816 г. напечатана «Новая система минералов, основанная на наружных отличительных признаках» (СПб., 306 стр.). Наконец сюда же надо отнести «Новое систематическое описание минерального кабинета Императорского Вольно-Экономического Общества» (СПб. 1815) и «Краткую опись минеральному кабинету Императорской Академии Наук» (СПб. 1821). Держась того убеждения, что изучение химии необходимо и важно для развития минералогии, как науки, С. составил и издал несколько подобных сочинений по хими, как-то: «Пробирное искусство, или руководство к химическому испытанию металлических руд и других ископаемых тел» (СПб. 1801), составленное отчасти по лекциям, читанным автором в Горном Корпусе еще в 1799 году; «Словарь химический, содержащий в себе теорию и практику химии, с приложением ее к естественной истории и искусствам» (СПб. 1810—1813, 4 части с фигурами), в основу которого положен «Химический словарь» Шарля Луи Кадета (Cadet); сочинение это было издано С. с тою целью, чтобы облегчить «для всякого любителя наук» способ приобретения познаний по тому предмету химии, который его интересует; слова расположены в азбучном порядке и заключают в себе свод всего, что было известно о том или другом веществе. «Главное затруднение в издании сего труда», говорит С. в предисловии, «состояло в химических терминах, кои во всей обширности на российском языке столь слабо определены, что всякий почти употребляет свою номенклатуру, а многие слова вновь сочинять должно». Здесь уместно будет заметить, что многие термины, впервые введенные С., настолько удачны, что удержаны наукой до сих пор; к числу их относятся следующие: окись, окисл, щелочь, окисление; соли: сернокислые, углекислые, кремнезем и многие другие. Установление единства терминологии и удачный перевод иностранных слов на русский язык С. считал делом первостатейной важности: «мы ныне, пишет он в 1815 г., к сожалению должны учиться более словам, нежели самому делу. Можно достоверно сказать, и читатель сам сие усмотрит, что на приведенных здесь (в „Химическом словаре“) трех языках одна и та же вещь имеет иногда даже до тридцати особых названий. Что подумает учащийся? Куда не устремит свое внимание, везде задерживают его названия; везде останавливается; везде учит слова вместо самой вещи! Учащийся теряет время, наука — цель свою, а общество — пользу, от оной ожидаемую». И С. много потрудился в этом отношении, твердо памятуя, что наука не должна быть исключительным достоянием узкого класса ученых, но должна служить пользе насколько можно большего числа людей.

Как бы в дополнение к «Химическому словарю» 1810—1813 г., С. в 1815 г. издал, при помощи Вольно-Экономического Общества, «Руководство к удобнейшему разумению химических книг иностранных, заключающее в себе химические словари латинско-российский, французско-российский и немецко-российский, по старинному и новейшему словозначению».

Из числа оригинальных сочинений С., имеющих отношение к медицине, можно назвать: «О добывании минеральной щелочной соли» (СПб. 1796); «Способ испытывать минеральные воды, сочиненный по новейшим о сем предмете наблюдениям» (СПб. 1800 г.) и «Способ испытывать чистоту и неподложность химических произведений лекарственных» (СПб. 1800 г.); «Сочинение сие», говорит С., «произошло из записок, кои необходимо должен я был делать при преподавании химических наставлений в Медико-Хирургической Академии, дабы купно обращать внимание слушателей на приклад феории к самой практике».

Весьма важными трудами являются путевые впечатления и записки, веденные С. во время трех поездок его по разным местностям России. Таких путешествий он сделал три: первое, продолжавшееся с 15 февраля по 5 июня 1802 г., было совершено для осмотра и отправки в Московский университет минералогического кабинета княгини Яблоновской, жены бывшего Брацлавского воеводы. С. посетил Ямбург, Нарву, Дерпт, Ригу, Митаву, Ковно, Вильну, Гродно, Минск, Смоленск, Дорогобуж и друг. местности. Описание своего путешествия С. издал в 1803 г. под заглавием: «Записки путешествия по западным провинциям Российского государства, или минералогические, хозяйственные и другие примечания» (СПб., 8°, 224 стр.). Второе путешествие было совершено С. в 1803 г., по поручению тогдашнего президента Академии Наук и попечителя Петербургского Учебного Округа Н. Н. Новосильцева, — в Новгородскую и Псковскую губернию для осмотра тамошних училищ. Наблюдения свои в отношении к ориктогнозии, физическому и хозяйственному состоянию и т. д. губерний Новгородской, Псковской, Могилевской и Витебской, С. издал в 1804 г. под заглавием: «Продолжение записок путешествия по западным провинциям Российского государства, или минералогические, технологические и другие примечания» (СПб., 8°, 168 стр. с 4 чертежами). Во время этих путешествий С. заметил недостаток, который испытывали училища в учебниках на русском языке. Это побудило его издать (1804 г.) для народных училищ руководство по минералогии. Наконец в 1804 г. С., тоже по предложению Новосильцева, совершил путешествие по Финляндии для обозрения ее в минералогическом отношении. Отчеты о путешествии читались, по мере их присылки, в собраниях Академии, а в 1805 г. изданы отдельно с заглавием: «Обозрение российской Финляндии, или минералогические и другие примечания, учиненные во время путешествия по оной в 1804 году», с приложением финляндской ориктографии. На первом плане во всех этих записках являются предметы, относящиеся к области минералогии; а затем уже сообщаются разнообразные наблюдения по части других наук, как-то: зоологии, ботанике, физике, а сверх того находится описание нравов жителей, их умственного развития, образа жизни, приводятся статистические данные и т. п. Немало пользы извлек С. и из своего непродолжительного путешествия в Осташковский и Кашинский уезды Тверской губернии для исследования тамошних минеральных вод (1809 г.), по возвращении из которого он читал в ученом собрании Академии результаты сделанных им минералогических наблюдений. Впоследствии С., как опытному ученому путешественнику, Академия поручала составлять инструкции для лиц, предпринимавших путешествия по России или другим странам.

Сверх вышеназванных оригинальных трудов, С. принадлежат еще следующие переводные: 1) Кирвана, «Начальные основания естественной истории, содержащие царства животных, произрастений и ископаемых» с английского языка (в 4 част., 1791—1794; 2) И. М. Ренованц, «Минералогические, географические и другие смешанные известия о Алтайских горах, принадлежащих к Российскому владению» (СПб. 1792) с немецкого языка; 3) «Описание, каким образом новоизобретенными машинами бывающий в рудниках нечистый воздух очищать можно», сочинение В. Беберта (1797 г.) с немецкого; 4) «Начальные основания физики г-на Кузеня (I. А. І. Cousin), с присовокуплением некоторых по химической части примечаний и добавлений» (1800 г.), перев. с французского языка; 5) «Наставление о делании стали» (1800 г.), с французского, из сочинений Вандермонда и Бертолле; 6) «Начальные основания всеобщей и врачебной химии, сочинение И. Жакина», перевод с французского М. Парпуры, под редакцией и с примечаниями Севергина (СПб. 1800 г.); 7) «Химические основания ремесел и заводов И. Ф. Гмелинга», перевод с немецкого с некоторыми примечаниями Севергина (СПб. 1803); 8) «Феория и практика прививания коровьей оспы, сочинение г-на Ранка», с французского, (СПб. 1801 г.); 9) «Наставление о плавлении руд посредством каменных углей, Жансана», перевод с французского (СПб. 1806 г.); 10) «Каия Плиния Секунда, Естественная история ископаемых тел, преложенная на российский язык, в азбучном порядке и примечаниями дополненная», с латинского (СПб. 1816); этот труд Плиния высоко ценился в кругу просвещенных русских людей XVIII столетия и признавался имеющим важное образовательное значение.

С., подобно многим другим ученым своего времени, не ограничивался кругом своих специальных наук, но трудился и в других областях литературы. Так он в 1803—1807 г. занимался, по поручению Российской Академии, переводом с французского 5-ой части сочинения Бартелеми: «Путешествия младшего Анахарсиса по Греции» (СПб. 1808); 10 глав подлинника, составляющие 5-й том сочинений, содержат в себе путешествие в Аттику, обзор достопамятных происшествий в Греции и Сицилии в половине V века до P. X.; описание Элевзинских таинств и т. д. Затем, в 1811—1814 г. С., также по поручению Российской Академии, принимал участие в переводе с немецкого языка известного в то время «Словаря изящных искусств» Зульцера: «Allgemeine Theorie der schönen Künste» (1771—1774 г.), представив в Академию ряд статей на буквы от К. до Я. Перевод этот напечатан в «Сочинениях и переводах, издаваемых Российскою Академиею» за 1813 г. Наконец С. пробовал свои силы и в области изящной литературы: ему принадлежит стихотворение на коронацию Александра I, напечатанное в «Московских Ведомостях» и два похвальных слова: Ломоносову и Минину и Пожарскому; оба были написаны по вызову президента Российской Академии А. А. Нартова. Первое из них, читанное в торжественном собрании Российской Академии 25 ноября 1805 г., напечатано в том же году и заключается в изложении данных, относящихся до жизни и учено-литературных трудов Ломоносова в области поэзии, риторики, минералогии, химии, физики и т. д. Второе слово посвящено описанию патриотических подвигов Минина и кн. Д. М. Пожарского (СПб. 1807 г.). Как то, так и другое написано под влиянием преимущественно Ломоносова и отчасти Карамзина. Кроме того, С. принимал постоянное участие в трудах тех обществ, которых членом он состоял, особенно же трудился в Вольно-Экономическом Обществе, в котором одно время был секретарем, и в Российской Академии, где был членом Комитета для издания словаря, (в котором, между прочим, включены многие предложенные им слова, заимствованные и переведенные им с иностранных языков), членом Комитета для издания «Ежемесячных сочинений», членом Комитета для рассмотрения ответных сочинений, шесть раз был избираем членом Комитета правления Академии Наук и Вольно-Экономического Общества и т. д. За свои ученые труды С. был избран членом Вольно-Экономического Общества, где трудился особенно ревностно (19 сентября 1791 г.); корреспондентом Геттингенского ученого общества (13 сентября 1795 г.), членом Российской Академии (29 сентября 1795 г.), членом: Общества земледелия в Лондоне (20 февраля 1798 г.), Минерального Общества в Йене (3 мая 1799 г.), Стокгольмской Академии (4 ноября 1801 г.), Виленского Университета (1803 г.), Физико-медицинского Общества в Москве (15 октября 1804 г.), Общества естествоиспытателей в Москве (20 августа 1805 г.), Медицинского Совета (9 августа 1807 г.), Веттеравского Общества естественных наук в Ганау (30 ноября 1808 г.); Вернерианского Общества натуральной истории в Эдинбурге (20 марта 1811 г.), Медико-Хирургической Академии (1814 г.); почетным членом: Беседы любителей русского слова (1815 г.), Вольного Общества любителей Словесности, Наук и Художеств (1815 г.), Минералогического Общества в Петербурге (31 октября 1817 г.), Московского Университета (12 февраля 1819 г.) и Фармацевтического Общества в С.-Петербурге (29 марта 1819 г.). С. умер действительным статским советником в Петербурге 17-го ноября 1826 года и погребен на Смоленском кладбище. Многие его сочинения до сих пор остаются неизданными и хранятся в архиве Академии Наук.

Акад. М. И. Сухомлинов, биография В. М. Ceвергина в «Истории Российской Академии», т. IV, стр. 6—185 и 339—395, СПб. 1878. — Кашпирев, «Памятники новой русской истории», т. І, СПб. 1871, отд. 2, стр. 58. — «Русская Стар.», 1882 г., т. ХХХV, стр. 428. — А. Н. Пыпин, «История русской этнографии», т. І, СПб. 1890, стр. 111—112. — «Московский Телеграф», 1826 г., ч. 12, № 22, стр. 121—123. — «Московские Ведомости», 1826 г., № 97, стр. 3883. — «Русский Инвалид», 1826 г., № 286, стр. 1156. — Месяцесловы с росписью чиновных особ.

РБС:Геологи