РБС/ВТ/Затлер, Федор Карлович
Затлер, Федор Карлович, барон, артиллерии генерал-майор, генерал-интендант Южной и Крымской армий во время Восточной войны 1853—1856 гг., происходил из шведских дворян и родился в Финляндии в 1805 г. Воспитывался в Императорском военно-сиротском доме, переименованном впоследствии в Павловский кадетский корпус, и в 1825 г., по окончании курса, выпущен был прапорщиком в 18-ю артиллерийскую бригаду. Первые годы своей службы З. провел на боевом поприще: он принимал участие в Турецкой кампании 1828—1829 гг., был при осаде и взятии крепости Браилова и участвовал во многих делах при блокаде Шумлы. В 1831 г., в чине поручика, состоя в 6-й артиллерийской бригаде, он принимал участие в польской кампании и был при штурме укрепления Воли под Варшавой. Вслед за тем З. около 14 лет состоял в должности старшего адъютанта при управлении начальника артиллерии действующей армии, а в 1846 г., в чине полковника, назначен был генерал-провиантмейстером действующей армии при фельдмаршал князе Паскевиче. В 1848 г., во время восстания в Венгрии, З. был командирован в Галицию для собрания сведений о средствах края для продовольствования там значительной армии. С успехом исполнив данное ему поручение, он в следующем 1849 г., с открытием венгерского похода, назначен был князем Паскевичем в помощь генерал-интенданту армии, двинутой в пределы Австрии. Во время этой войны на З. возложено было весьма щекотливое и серьезное поручение: он был командирован в главную квартиру австрийской армии к фельдмаршалу барону Гайнау для личных переговоров с ним и для участия совместно с графом Зичи в комиссии по определению размеров той суммы, какая причиталась России за продовольствие наших войск в Австрии. За отличное исполнение этого поручения З. был произведен в « генерал-майоры и награжден австрийским орденом Железной Короны 1-й степени. В 1853 г., с назначением князя Горчакова командующим 4-м и 5-м пехотными корпусами, вступившими в Придунайские княжества, З., заслуживший уже репутацию способного и опытного генерал-интенданта, занял эту должность при князе Горчакове. Здесь его распоряжения и заботы по довольствию войск, разбросанных на всем пространстве княжеств и находившихся в беспрестанном передвижении, требовали особенной энергии и настойчивости; после же возвращения наших войск в пределы империи, когда Южная армия получила самостоятельное значение и князю Горчакову, в качестве главнокомандующего, подчинены были объявленные на военном положении шесть губерний, ближайших к театру военных действий, и северная часть Таврической губернии до Перекопа, с поручением содействовать во всем главнокомандующему в Крыму князю Меншикову, задача генерал-интенданта З. значительно расширилась и осложнилась. Снабжение Крымской армии провиантом и фуражом представляло дело большой трудности, и З. принялся за него со свойственной ему энергией. Когда же, несмотря на это, в главной квартире Южной армии, в Кишиневе, получены были сведения о том, что войска, расположенные в Крыму, терпят крайний недостаток в продовольствии, З. лично отправился в Крым и, собрав по пути необходимые сведения, подал в декабре 1854 г. князю Меншикову докладную записку о мерах, какие необходимо будет принять для лучшего обеспечения крымских войск продовольствием. В феврале 1855 г. главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами, расположенными в Крыму, назначен был князь Горчаков, по настоятельным просьбам которого З. должен был вступить в должность генерал-интенданта и Крымской армии. Главным затруднением при снабжении крымских войск необходимыми припасами являлось отсутствие удобных дорог, особенно в зимнее время, в связи с недостатком перевозочных средств. Положение еще более ухудшилось, когда Азовское море перешло в руки неприятеля. С занятием этого моря английским флотом Крымская армия лишилась единственного удобного и дешевого способа к обеспечению ее продовольствием, так как хлеб главным образом заготовлен был в Ростове, Геническе и других азовских портах. Много мешали деятельности З. в качестве генерал-интенданта и те разнообразные поручения, не входившие в круг его обязанностей, которые постоянно возлагались на него, как-то: приведение в порядок почт, посылка транспортов для перевозки больных и раненых с театра военных действий в отдаленны госпитали, доставка войскам дров и леса для постройки землянок, наконец, очистка колодцев на коммуникационных путях. З. не отказывался ни от какого дела, где мог быть полезным. Район действий его распространялся на восемь губерний южной России; ему подчинено было множество чиновников интендантского ведомства, по большей части ему незнакомых и назначенных не по его выбору, а между тем производивших значительные операции, ответственность за которые ложилась в результате на генерал-интенданта, между тем как последнему, находясь в главной квартире, очень трудно было уследить за правильным исполнением всех своих распоряжений и обнаружить вовремя злоупотребления. Если к этому прибавить, что в продолжение всей кампании З. приходилось вести борьбу с постоянным и часто неудачным вмешательством в распорядительную часть главнокомандующего центральной администрации военного министерства и интендантства, то понятно станет, почему к концу 1855 г. силы его значительно истощились и здоровье его пошатнулось; живо было только сознание служебного долга. При прощании с князем Горчаковым, отозванным в декабре 1855 г. в столицу, З. говорил: „Здоровье мое не позволяет мне оставаться генерал-интендантом, но, не взирая на то, я не покину армии, а буду распоряжаться в самое опасное, в самое страшное время, в течение зимы и весны, до наступления сухих дорог, зелени и подножного корма, то есть до времени, когда условия продовольствия войск сделаются более легкими“. И он действительно остался на своем трудном и ответственном посту и при новом главнокомандующем генерал-адъютанте Лидерсе, так же, как и его предшественник, высоко ценившем благоразумную распорядительность и необыкновенную энергию З. По свидетельству лиц, близко знавших деятельность генерал-интенданта Крымской армии, явствует, что все усилия его направлены были к сбережению армии и удержанию Крымского полуострова. В этом отношении немалую заслугу З. составляет предложение его князю Горчакову, сделанное еще в мае 1855 г., об устройстве моста через большую бухту на северную сторону Севастополя для спасения гарнизона на случай оставления им южной стороны. Мысль эта впоследствии приведена была в исполнение, и З. много способствовал тому, доставив своевременно лес для настилки моста за 300 верст от Севастополя, из Каховки. Заслуги З. в это время признавались всеми, и в продолжение Восточной войны он Всемилостивейше награжден был орденами: Станислава 1-й ст. (24 августа 1854 г.), св. Анны 1-ой ст. (6 декабря 1854 г.) и св. Владимира 2-ой ст. (30 ноября 1855 г.).

Однако по мере того, как тяжелая и неудачная для нас кампания приближалась к концу, в обществе стали распространяться слухи о хищениях и беспорядках в интендантстве; им готовы были приписать всю неудачу кампании. После войны слухи эти росли все более и более. Тогда для раскрытия истины, по Высочайшему повелению, образована была следственная комиссия под председательством князя Васильчикова. По открытии действий этой комиссии, в июне 1856 г., в г. Николаеве, начали поступать доносы как на интендантских чиновников, так и на самого З. Раздражение в обществе все увеличивалось; на бывшего генерал-интенданта возводились самые нелепые и ни на чем не основанные обвинения; а когда тотчас по окончании работ следственной комиссии учреждена была, по Высочайшему повелению, новая комиссия в Москве, под председательством генерал-лейтенанта Тучкова, периодическая печать повела против З. и интендантства целую кампанию. В „Военном Сборнике“ за 1858 г. напечатаны были, одна вслед за другой, две статьи: „Изнанка Крымской войны“ и „Изнанка Крымской войны, другая сторона“, изображавшие на основании материалов, не проверенных критически, безотрадное положение наших войск в Крыму, наглое расхищение казны и разорение края. В ответ на первую статью З. написал и послал в „Военный Сборник“ свою статью: „Изнанка на лицо“, которая, однако, не была там напечатана. Возражение на вторую статью, представленное З. князю Горчакову, с одобрения последнего, напечатано было в № 7 „Военного Сборника“ за 1859 г. Одновременно З. выступил против своих обвинителей и на страницах „Русского Инвалида“, вызвав тем целую бурю негодования в печати. В „Атенее“, в „Русском Слове“ и в других журналах и газетах помещены были резкие статьи, направленные против него. Враги З. не ограничились журналами, издававшимися в России: послана была обвинительная статья в „Колокол“, пользовавшийся большим влиянием на общественное мнение; эта же статья слово в слово была перепечатана князем П. В. Долгоруким в „La vérité sur la Russie“. Голословные обвинения достигли своей цели: в обществе ходили о З. такие ужасные слухи, что все бывшие его знакомые избегали даже его посещать. Между тем, по окончании занятий второй следственной комиссии, в декабре 1858 г., в Москве собрался, под председательством генерал-лейтенанта Муравьева (Карского), генеральный военный суд над лицами, виновными в беспорядках и злоупотреблениях по довольствию бывшей Южной армии и войск, расположенных в Крыму. Признав З., в числе многих других интендантских чиновников, виновным в преступлениях по должности, суд приговорил его к разжалованию в рядовые, лишению чинов, орденов и дворянского достоинства, с наложением денежного взыскания в размере исчисленного судом казенного ущерба». Немедленно по объявлении приговора, до Высочайшей конфирмации его, З. был арестован на своей квартире с приставлением к ней жандармов. Под таким арестом он находился шесть месяцев, когда, во внимание к его особым заслугам, засвидетельствованным обоими главнокомандующими в Крыму, князем Горчаковым и графом Лидерсом, милосердием Государя Императора приговор был смягчен и наказание ограничено исключением из службы без разжалования в рядовые, с оставлением однако денежного начета (до 1700000 руб.) в полной силе. Это несчастие глубоко поразило З. на всю его последующую жизнь, протекшую под гнетом тяготевшего на нем тяжелого обвинения, в постоянных военно-литературных трудах и тревожных заботах о восстановлении своей репутации в глазах правительства и общества. Местом своего жительства он избрал Варшаву, где его давно знали и где он пользовался общим уважением. Доказательством этого уважения может служить то, что Русское собрание в Варшаве избрало его, в 1867 г., в кандидаты старшин, а через два года в старшины собрания; еще ранее он был избран в число действительных членов Варшавского общества попечения о раненых и больных воинах. В 1863 и в 1865 гг. сперва бывший Виленский генерал-губернатор М. Н. Муравьев, а затем наместник Царства Польского, граф Берг, предлагали З. поступить на службу, но он не пожелал принять их предложений иначе, как под условием смыть с себя незаслуженный позор посредством нового пересмотра дела и признания его виновным, как нашли это главнокомандующие, только в упущениях по службе, а не в злоупотреблениях. Такой отказ со стороны З. не помешал, однако, графу Бергу впоследствии ходатайствовать о нем перед государем, и, согласно его представлению, в декабре 1869 г. Высочайше повелено было возвратить З. права, беспорочной службой приобретенные, и сложить с него казенный начет. Таким образом после десяти томительных лет З. мог вздохнуть свободнее, но усердная забота смыть с себя позорное пятно подозрения и теперь не покидала его; он поставил себе целью не лечь в могилу до тех пор, пока не оправдается перед государем и Россией, и с этой целью собирал необходимые материалы, печатавшиеся им за границей. В 1871 г. могилевский губернский предводитель дворянства, с согласия дворян, предложил ему занять место директора земского банка, но З. отказался. В 1873 г., по приглашению графа Берга, он принял участие в заседаниях особой комиссии, учрежденной в Варшаве для обсуждения вопроса о введении в нашей армии корпусных управлений в мирное время.

Военно-литературная деятельность З., которой он посвятил последние 20 лет жизни, была довольно значительна. Не говоря о газетных статьях, имевших чисто полемический характер, имя его, как военного писателя, должно стоять в ряду лучших работников на этом поприще. Он первый у нас разработал научным образом важные вопросы по продовольствию войск и уяснил своими сочинениями, какое громадное влияние оказывает на ход военных операций надлежащее устройство продовольственной части армии. К числу главнейших его трудов относятся: «Записки о продовольствии войск в военное время» (1860—1865 гг., 4 части), «О госпиталях в военное время» (1861 г.), «Несколько слов о продовольствии войск в Придунайских княжествах в 1853 и 1854 годах» (1863 г.), «Краткий критический обзор механизма армии в военное время во Франции, в Австрии, в Пруссии и у нас, преимущественно по интендантской части» (1867 г.) и «Участь раненых и больных во время войны» (1868 г.), сочинение, написанное З. безвозмездно по приглашению главного управления Варшавского общества попечения о раненых и больных воинах для ознакомления публики с характером деятельности подобных обществ за границею. Кроме оригинальных трудов, заключающих в себе военно-исторические исследования по военно-хозяйственной части, З. издал несколько переводов с иностранных языков: теоретическое сочинение Ритгофена: «Военное хозяйство в военном, политическом и экономическом отношениях» с немецкого (1866—1867 гг., 2 т.) и рассуждение Макиавелли: «Государь» (1869 г.). Как человек высокообразованный и начитанный, З. был горячим поборником и распространителем просвещения; он устраивал библиотеки (в управлении артиллерии действующей армии и в интендантском) и лично обучал грамоте своих денщиков, солдат и крестьян. Его девизом было: «человек должен каждый день исполнить то, что в силах сделать, потому что неизвестно, будет ли он в состоянии это сделать завтра». Энергичный и строгий к самому себе, он крайне снисходительно и доверчиво относился к другим, что и было главной причиной постигшего его в жизни несчастия. З. скончался в Каменец-Подольской губернии 28-го июля 1876 г.; в феврале 1877 г. тело его перевезено было в обычное и любимое им местопребывание, в Варшаву, и здесь вторично предано земле вдовой его, продолжавшей, согласно воле покойного, хлопотать о восстановлении запятнанной репутации своего мужа и после смерти последнего.

«Русская Старина» 1877 г., № 9, стр. 127—165; № 10, стр. 349—351; 1881 г., № 2, стр. 455—456. — «Русское Слово» 1859 г., № 9, стр. 88—90. — «Военный Сборник» 1860 г., т. 14, № 8, отд. IІ; 1861 г., т. 19, № 6; 1864 г., т. 36, № 3, отд. II; т. 38, № 3, отд. II. — «Русский Инвалид» 1869 г., № 263; 1860 г., № 125; 1862 г., № 255, 256; 1864 г., № 3, прибав.; 1869 г., № 150. — «Вестник Европы» 1868 г., № 2. — «Иллюстрированная Газета» 1876 г., № 44. — «Голос» 1876 г., № 298. — «Варшавский Дневник» 1869 г., № 278. — Газенкамф, «Военная администрация» 1875 г., ч. II.

РБС:Генерал-майоры