ВЭ/ДО/Константин Павлович, Цесаревич и Великий Князь
КОНСТАНТИНЪ ПАВЛОВИЧЪ, Цесаревичъ и Великій Князь, сынъ Имп. Павла I и Имп-цы Маріи Ѳеодоровны, братъ Имп. Александра I, род. 27 апр. 1779 г. Его бабка Имп-ца Екатерина II, увлекавшаяся въ то время идеей возстановленія Греч. монархіи, прочила К. П. въ Имп-ры будущей Византійской имперіи, назвала его К., приставила кормилицу гречанку и дядьку грека (впослѣдствіи другъ К. П. — ген. Курута), окружила сверст-ками-греками и учредила въ Спб. Греч. кад. к-съ. Нужно сказать, однако, что все это нисколько не расположило К. П. къ Греціи; онъ сталъ «классикомъ» поневолѣ и охотно говорилъ по-ново-гречески только съ Курутой, а впослѣдствіи войну за освобожденіе Греціи считалъ политич. ошибкой, а грековъ — бунтовщиками противъ своего закон. гос-ря, султана. Главн. восп-лемъ Вел. Князей Александра и К. П. б. назн. въ 1783 г. гр. Н. И. Салтыковъ, но уже съ 5 л. К. П. попалъ подъ рук-ство Цезаря Лагарпа, не сумѣвшаго, однако, примѣниться къ жив. и порывист. характеру своего воспит-ка и внушившаго ему непреодолимое отвращеніе къ наукѣ и къ своему политич. образу мыслей. Жалуясь на крайнюю живость, упрямство, неспособность сосредоточиться и внезап. бурн. «вспышки самаго необузданнаго гнѣва» К. П., но, вмѣстѣ съ тѣмъ, отмѣчая у него «прекрасное сердце, много прямоты душевной, вѣрное нравств. чувство» и «дарованія и способность легко схватывать», Лагарпъ правильно очертилъ основы характера К. П. Съ 1794 г. усилилось сближеніе К. П. съ отцомъ и проявилась его природ. склонность къ воинск. упражненіямъ.  Получивъ въ команду сперва 15 ч. гатчин. войскъ, а затѣмъ грен. б-нъ майора Палицына (въ 1796 г. влитъ въ л.-гв. Измайлов. п.), К. П. всецѣло предался ихъ обученію и навсегда воспринялъ гатчинское педантично строгое, но и высоко добросовѣстное отношеніе къ службѣ. Начало дѣйствител. воен. службы К. П. по формуляр. списку считалось съ 5 мая 1795 г., когда онъ б. назн. полк-комъ Спб. Грен. п. 15 фвр. 1796 г. 17-лѣтн. К. П. вступилъ въ бракъ съ принцессой Саксенъ-Заальфельдъ-Кобургской Юліаной-Генріетой-Ульрикой, принявшей имя Вел. Кн. Анны Ѳеодоровны, но неровный его характеръ, а главное вмѣшат-во въ супруж. жизнь матери, Имп-цы Маріи Ѳеодоровны, быстро и навсегда испортили отношенія между супругами. По вступленіи на престолъ Павла I К. П. б. назн. Шефомъ л.-гв. Измайл. п. Вмѣстѣ съ тѣмъ для подготовки къ посту ген.-инсп-ра кав-ріи К. П. б. поручено команд-ніе 5 эск-нами кон. гвардіи, въ Цар. Селѣ, гдѣ онъ и занимался ихъ обученіемъ. Напряженная, суровая и весьма отвѣтств. служба, постоянно на глазахъ отца, передъ которымъ К. П. преклонялся и вмѣстѣ съ тѣмъ трепеталъ, окончат-но сформировали изъ К. П. суроваго, требоват-го, исполнит-го и знающаго служаку. О взглядахъ К. П. уже въ то время на воен. службу свидѣтельствуютъ его собственноруч. замѣтки, найденныя въ бумагахъ Лагарпа и относящіяся къ 1794 г. Въ нихъ онъ писалъ, что "оф-ръ есть ничто иное, какъ машина; все, что ком-ръ приказываетъ своему подчиненному, д. б. исполнено, хотя бы это была жестокость. Примѣняя эти взгляды на практикѣ, К. П. бывалъ часто строгъ и грубъ въ обращеніи со всѣми, переходя гр-цы представленныхъ ему уставомъ правъ. Тѣмъ не менѣе, подчиненные любили его за искрен. доброту и всегдашнюю заботу о нихъ и если что вредило его популярности, то это страхъ передъ отцомъ, побуждавшій его иногда заискивать у фаворитовъ. Въ 1799 г. К. П., согласно его просьбѣ, разрѣшено б. отправиться волонтеромъ въ армію Суворова въ Италіи. Сопровождать его б. назн. г.-л. Дерфельденъ, г.-м. Сафоновъ, полк. Комаровскій и др. Измайловцы, по словамъ Ростопчина, плакали, прощаясь со своимъ шефомъ. Прибывъ къ Суворову подъ Валенцу, К. П. уже на другой день разъѣзжалъ подъ пулями, а 19 апр., въ бою при Басиньяно, лично водилъ роты въ атаку и успѣшно распоряжался арт-ріей; однако, излишняя пылкость К. П. была одной изъ причинъ неудач. исхода этого боя, что вызвало крайнее неудовольствіе Суворова, обрушившееся какъ на К. П., такъ и особенно на его свиту. «Молодо — зелено, и не въ свое дѣло прошу не вмѣшиваться», — неоднократно повторялъ ему Суворовъ. К. П. подчинился этимъ требованіямъ и своими мужественными, но уже болѣе спокойн. дѣйствіями въ послѣдующ. бояхъ заслужилъ полное одобреніе великаго полк-дца. Такъ, 6 іюня при Тидоне, по отзыву Суворова, К. П. «изъ усердія къ пользѣ общаго блага, быстро привелъ съ неутомимостью передовыя… войска, внушая имъ храбрость и расторопность, командировалъ оныя къ подкр-нію слабой части и тѣмъ способствовалъ побѣдѣ». На друг. день, при Требіи, К. П. находился при Суворовѣ, а 4 авг. при Нови распоряжался въ передов. цѣпи, разставлялъ орудія и, по словамъ Суворова, «обрѣтался при передов. войскахъ, когда же выступили они на баталію въ боев. порядкѣ, то…. изволилъ идти съ ними и во все время баталіи присутствовалъ, гдѣ, мужествомъ своимъ поощряя войска, приводилъ ихъ къ неустрашимости». Въ остал. время кампаніи К. П. усердно занимался обученіемъ войскъ, а во время походовъ и на бивакахъ несъ всѣ тягости наравнѣ съ солдатами, нерѣдко совершая тяжелые переходы пѣшкомъ. Незаурядное муж-во, выказанное К. П. въ Итал. кампанію, засвидѣтельствовано не только донесеніями Суворова и записками Комаровскаго, но и отзывами др. лицъ; такъ, Ростопчинъ писалъ о К. П., что «Онъ преисполненъ храбрости и думаетъ лишь о томъ, чтобы дѣлать только добро». Австр. драгуны Карачая, бывшіе подъ ком. К. П. при Нови, заявили, что «такою честью полкъ навсегда будетъ гордиться… и готовъ свидѣтельствовать о мужествѣ и храбрости, оказанныхъ Его Выс-вомъ въ этомъ дѣлѣ». Имп. Павелъ I наградилъ К. П. алмаз. знаками орд. Св. Іоанна Іерусалим. Въ послѣдующемъ затѣмъ Швейцар. походѣ К. П. явился уже болѣе зрѣл. воиномъ. На воен. совѣтахъ онъ выказывалъ недюжин. пониманіе воен. дѣла; такъ, онъ предложилъ употребить для перевозки вьюковъ и арт-ріи казач. лошадей и отстаивалъ рѣшеніе идти отъ Муттена къ Гларису. Во все время знаменитаго по своей трудности 16-дневн. похода К. П. большею частью шелъ пѣшкомъ въ ав-рдѣ кн. Багратіона и съ замѣчат. твердостью переносилъ всѣ лишенія и тягости. На С.-Готардѣ и при овладѣніи Чертовымъ мостомъ К. П. проявилъ обычное муж-во. Во время Муттенскаго совѣта, когда Суворовъ въ экстазѣ бросился къ ногамъ К. П. со словами: «Спасите честь Россіи и Гос-ря. Спасите сына нашего Императора», К. П. принялъ всѣ мѣры, чтобы успокоить взволнован. старца. При Гларисѣ К. П. съ негодованіемъ отвергъ предложеніе отъѣхать къ резерву и, въѣхавъ въ боев. линію, обратился къ солдатамъ со словами: «Мы со всѣхъ сторонъ окружены непр-лемъ, но вспомните, что завтра день радостный для цѣлой Россіи — день рожденія нашего Гос-ря и моего Родителя. Мы должны прославить этотъ день побѣдою или умереть со славою». Воодушевивъ войска и дѣйствуя съ ними въ самыхъ опасн. мѣстахъ, К. П. заслужилъ одобреніе Суворова, к-рый въ донесеній Гос-рю писалъ: «Его Выс-во всю нынѣш. многотруд. кампанію и нынѣ на вершинахъ страшн. швейцар. горъ — гдѣ проходилъ мужест-но всѣ опасности, поощряя войска своимъ примѣромъ къ преодолѣнію трудностей и неустрашимой храбрости — изволилъ преподавать полезные и спасител. совѣты. Всегдашнее присутствіе Е. В-ва передъ войсками и на гибел. стремнинахъ горъ оживляетъ ихъ духъ и бодрость. Исторія увѣковѣчитъ его похвал. подвиги, к-рыхъ я имѣлъ счастье быть очевидцемъ». Манифестомъ отъ 20 окт. 1799 г. Имп. Павелъ I объявилъ: «Видя съ сердеч. наслажденіемъ, яко Гос-рь и отецъ, отличные подвиги храбрости и примѣрное муж-во, которое во все продолженіе нынѣш. кампаніи противъ враговъ царствъ и вѣры оказывалъ любезнѣйшій сынъ нашъ Е. И. В. Вел. Кн. К. П., во мзду и вящшее отличіе жалуемъ ему титулъ Цесаревича». Согласно «Учрежденія Имп. Фамиліи» (5 апр. 1797 г.) титулъ этотъ присваивался лишь Особѣ, к-рая «дѣйствительно въ то время Наслѣдникомъ Престола назначена». Т. обр., К. П. б. поставленъ какъ бы выше своего старш. брата Вел. Кн. Александра Павловича. Изъ Итальянско-Швейцар. похода К. П. вернулся уже не тѣмъ теоретикомъ, какимъ сдѣлала его мирная Гатчин. школа, но новые взгляды его на воен. дѣло при первыхъ же своихъ проявленіяхъ вызвали гнѣвъ Имп. Павла, который усмотрѣлъ въ нихъ возвращеніе къ порядкамъ Екатеринин. эпохи. Съ особою любовью занялся К. П. по возвращеніи изъ похода кавал. службою и 28 мая 1800 г. б. назн. Шефомъ л.-гв. Кон. п. Онъ всецѣло отдался обученію полка и былъ вообще крайне заботл. нач-комъ, горячо отстаивая своихъ конно-гвардейцевъ передъ отцомъ. Такъ, когда одинъ изъ оф-ровъ полка (Милюковъ) «совершенно невинною оплошностью вызвалъ столь жестокій гнѣвъ Павла Петровича, что приказано б. даже наказать оф-ра палками», К. П., выбравъ удобную минуту, на колѣняхъ испросилъ оф-ру прощеніе; Гос-рь не хотѣлъ ему возвращать чина, какъ наказанному палками, — К. П. признался, что это приказаніе Гос-ря не б. выполнено, и тогда Павелъ Петровичъ «согласился на его просьбу вполнѣ». Вообще же К. П. искреннѣе относился къ отцу, чѣмъ его старш. братъ, полнѣе раздѣлялъ его увлеченіе строемъ и пользовался большею любовью и довѣріемъ Имп. Павла, чѣмъ Александръ Павловичъ. Осенью 1800 г. К. П. б. посланъ Государемъ инспектировать полки легк. кав-ріи на австр. гр-цѣ. Только въ послѣдніе дни своего царст-нія, вслѣдствіе тонкой интриги Палена, Имп. Павелъ лишилъ К. П. довѣрія и 11 мрт. 1801 г. привелъ его, вмѣстѣ съ Александромъ, къ повторн. присягѣ, а затѣмъ подвергъ ихъ аресту. Событія послѣдующ. роковой ночи застали К. П. врасплохъ и глубоко его потрясли. По свидѣт-ву Саблукова, подъ первымъ впечатлѣніемъ извѣстія о трагич. смерти отца, у К. П. вырвались слова: «послѣ того, что случилось, братъ мой м. царствовать, если хочетъ, но если бы престолъ достался мнѣ когда-нибудь, то я, конечно, никогда его не приму». Не имѣя самообладанія брата, К. П. свою скорбь о кончинѣ отца и негодованіе противъ виновниковъ ея выражалъ гораздо менѣе сдержанно. По свидѣт-ву де-Санглена, К. П. при видѣ гр. Зубова и кн. Яшвиля громко сказалъ: «Я бы ихъ всѣхъ повѣсилъ». Совершенно отдѣляя личность своего старшаго брата отъ событія 11 мрт., К. П. все послѣдующее время былъ вѣрн. его другомъ и предан. помощникомъ. Сохраняя лишь прежнія званія Шефа кон. гвардіи и нач-ка кад. к-совъ (по нѣк-рымъ даннымъ и Ген.-Инсп-ра кав-ріи, по формуляру же званіе это онъ получилъ лишь 30 авг. 1807 г.), К. П. явился душою всѣхъ воен. реформъ начала царствованія, дѣят-но работалъ во главѣ воинск. к-сіи, учрежденной 24 іюня 1801 г. и разработавшей рядъ нов. положеній о реорг-заціи вооруж. силъ, а съ 21 мрт. 1804 г. — и во главѣ совѣта о воен. к-сахъ. 11 снт. 1803 г. К. П. испросилъ соизволеніе на учрежденіе въ нашей кав-ріи уланъ и дѣятельно занялся форм-ніемъ улан. имени своего полка изъ только что учрежденнаго Одесскаго гусарскаго. Рядъ приказовъ К. П. по полку свидѣтельствуетъ, что онъ прекрасно понималъ кавал. дѣло. Къ этимъ же годамъ относится дѣят-сть К. П. по орг-заціи и обученію выдѣленной подъ его команду (оконч-но 27 апр. 1805 г.) гв. кон. арт-ріи. Въ камп. 1805 г. К. П. командовалъ гвардіей. Въ сраж. подъ Аустерлицемъ она д. б. составить общій резервъ и стать сзади 5-ой колонны (Лихтенштейна) у Блазовица. Согласно диспозиціи К. П. повелъ туда свой отрядъ, но встрѣтилъ тамъ к-цу не Лихтенштейна, а Мюрата, поддержанную 2 д-зіями пѣхоты, к-рыя и встрѣтили отрядъ К. П. совершенно неожиданно огнемъ. Въ это время подошелъ запоздавшій Лихтенштейнъ, имѣя во главѣ рус. уланъ Цес-ча. Обрадованный К. П. крикнулъ полку: «Ребята, помните, чье имя вы носите, — не выдавай». И, не дожидаясь построенія австр. кав-ріи въ боев. порядокъ, онъ двинулъ своихъ уланъ въ атаку. Стремит. натискомъ уланы опрокинули 3 линіи франц. к-цы и прорвали линію пѣхоты, но вынуждены б. затѣмъ отойти правѣе, къ отряду Багратіона. Остал. части к-са Лихтенштейна, встрѣченныя жесток. огнемъ съ Праценск. высотъ, отошли къ Аустерлицу. К. П., оставшись одинъ съ 6-ю б-нами и 10-ю эск-нами, двинулся къ Працену, но фр-зы окружили его; густ. колонны ихъ нѣск. разъ бросались въ атаку, однако, б. отбиты Преображенцами и Семеновцами. Безпрерыв. атаки к-цы б. прекращены блестящею атакою кон. гвардіи. Все же продвинуться къ Працену не удалось, и К. П. сталъ пробиваться къ Аустерлицу.  Фр-зы стали насѣдать съ особой ожесточ-стью, но лихая атака Кавалергардовъ и Л.-казаковъ остановила ихъ натискъ и дала возм-сть гвардіи отойти въ порядкѣ. Изъ общ. разгрома рус. гвардія, предводимая К. П., вышла съ честью, и онъ б. награжденъ орд. Св. Георг. 3 кл. Въ слѣд. камп. 1806—07 гг. К. П. также командовалъ гвардіей и принялъ довольно замѣтное участіе въ сраж. при Гейльсбергѣ, руководя замѣной частей боев. линіи свѣжими войсками, а затѣмъ по просьбѣ Беннигсена отправился въ глав. кв-ру Гос-ря, въ Тильзитъ, для доклада о положеніи дѣлъ. Въ виду крайне тягостн. положенія арміи и недостаточ-сти резервовъ, К. П. явился сторонникомъ прекращенія неудач. кампаніи. Но доводы его на этотъ разъ успѣха не имѣли, и только новая неудача наша подъ Фридландомъ склонила Александра къ миру. Во время Тильзитск. и Эрфуртск. свиданій К. П. былъ предметомъ особой любез-ти со стороны Наполеона, к-рому К. П. поклонялся, какъ воен. генію, и они обмѣнялись шпагами. Въ 1809—11 гг. подъ рук-ствомъ К. П. совершилось разверт-ніе гвардіи. Пѣхота б. доведена до состава д-зіи въ 6 пп., для чего л.-гв. Егерскій и Финлянд. б-ны б. развернуты въ полки и сформированъ новый л.-гв. Литовскій п. Улан. п. Цес-ча еще въ 1809 г. б. раздѣленъ на 2 гв. полка: Уланскій и Драгунскій. Весной 1812 г. осуществлена б. корпус. орг-зація, и К. П. б. назн. ком-ромъ V пѣх. к-са (резервный), въ к-рый вошли гв. пѣхота и арт-рія, 1-я кирасир. и 1-я сводногрен. д-зіи. Отдавшись любимой организаціон. и инструктор. работѣ, К. П. не принималъ участія въ Шведск. и Тур. войнахъ. По нѣк-рымъ даннымъ, К. П. и въ нач. 1812 г. являлся однимъ изъ немногихъ сторонниковъ мирн. переговоровъ съ Наполеономъ и даже самъ вызывался ѣхать къ нему для этой цѣли. Когда же начались воен. дѣйствія, К. П. громко осуждалъ планъ войны Барклая-де-Толли, при арміи к-раго находился. Тогда Барклай отправилъ К. П. въ Москву со словесн. докладомъ Гос-рю, но К. П. поспѣшилъ вернуться къ арміи и участвовалъ въ бою у Смоленска. Новыя слишкомъ пылкія и откровенныя осужденія имъ Барклая вызвали вторичную высылку К. П. изъ арміи въ Спб. подъ предлогомъ важн. порученій. Къ арміи К. П. вернулся лишь въ дкб., въ Вильну, и снова принялъ команд-ніе гвардіей. Въ сраж. подъ Бауценомъ отрядъ К. П. блистат-но выдержалъ натискъ самого Наполеона. Въ осен. камп. 1813 г. К. П. командовалъ рус.-прус. резервами, составившими одинъ изъ 3 к-совъ Богемск. арміи Барклая. Во главѣ этихъ войскъ К. П. принялъ участіе въ сраж. подъ Дрезденомъ и за отличіе б. награжденъ зол. шпагою съ алмазами и надписью: «За храбрость». Подъ Лейпцигомъ резервы К. П. влились въ боев. линію, при чемъ особенно выдѣлились дѣйствія арт-ріи его к-са. За Лейпцигъ К. П. б. награжденъ орд. св. Георгія 2 кл. Подъ Фершампенуазомъ К. П., во главѣ своихъ шефскихъ полковъ (Кон. гвардіи и Л.-Драгунъ), произвелъ обходъ лѣв. фланга прот-ка и стремит-но ударилъ на него. Эта атака историками считается одною изъ наиб. блестящихъ во всю эпоху наполеонов. войнъ. Во главѣ гвардіи К. П. вступилъ въ Парижъ. Оттуда онъ б. посланъ Гос-ремъ въ Спб. возвѣстить о счастлив. окончаніи войны. Отклонивъ чест-ніе Спб. дворянства и купечества, К. П. просилъ собранныя деньги отдать въ пользу раненыхъ при Фершампенуазѣ и Парижѣ. 2 апр. 1814 г. Имп. Александръ, милостиво принявъ депутацію Польск. войскъ герц-ва Варшавскаго, объявилъ ей, что Польская армія сохранитъ свое прежнее устр-во. Свою рѣчь Гос-рь закончилъ словами: «Командовать вами будетъ Мой братъ». И дѣйств-но, послѣдующіе годы жизни К. П. б. всецѣло посвящены непрестан. работѣ по орг-заціи и совершенст-нію Польск. арміи. Уже 12 апр. 1814 г. К. П. представилъ польск. войска на смотръ Гос-рю въ С.-Дени, а 17 снт. торжественно ввелъ въ Варшаву к-съ Польск. войскъ и къ 1815 г. довелъ его почти до штатн. состава въ 35 т. (см. Польская армія). Въ 1817 г. К. П. занялся орг-заціей Литовск. к-са, составленнаго изъ польск. уроженцевъ Литвы и запад. губерній. Подъ его нач-вомъ сосредоточились: Польск. армія (2 пѣх. и 2 кав. д-зіи, съ соотвѣтств. арт-ріей), Литовскій к-съ (2 пѣх. и 1 кав. д-зіи съ арт-ріей) и резерв. к-съ (польск. гвардіи — грен-скій и к.-егер. пп. и 2½ б-реи, польск. сап. б-нъ; рус. гвардіи — 2 пѣх. и 2 кав. пп. и 2 артил. роты; Литовск. к-са — 2 грен. и 1 караб. пп. и 2 грен. арт. роты). К. П. всецѣло предался обученію Польск. и Литовск. войскъ. Польск. армія скоро достигла такого соверш-ва, что любоваться ею и учиться у нея пріѣзжали въ Варшаву не только русскіе, но и иностр. ген-лы и принцы. Горячо полюбивъ Польшу и отстаивая интересы поляковъ, въ особ-сти Польск. арміи, К. П. блюлъ въ то же время и интересы Россіи, борясь съ намѣреніемъ Имп. Александра ввести литовск. и зап.-рус. области въ сферу вліянія Царства Польскаго. Кромѣ того, ненавидя политиканство и крайне не сочувствуя развитію конституционализма въ Польшѣ, К. П. создалъ себѣ много враговъ среди вліят. круговъ польск. общ-ва и въ особ-сти среди либерально настроенной молодежи. Немало враговъ среди польск. оф-ровъ создали К. П. вспышки его гнѣва, но солдаты его любили, называли его: «нашъ старушекъ» (старичекъ), и не даромъ главари возстанія 1830 г. считали необходимымъ прежде всего убитъ К. П., т. к. опасались, что его обаяніе среди войскъ удержитъ послѣднія отъ нарушенія долга. Во время пребыванія въ Варшавѣ въ личн. жизни К. П. произошли событія, повліявшія на дальнѣйш. его судьбу. Плѣнившись на балу намѣстника ген. Заіончека молодою дѣвушкою изъ хорошей польской фамиліи Іоанною Грудзинскою, 40-лѣтн. К. П., несмотря на противодѣйствіе Имп-цыМатери, добился развода съ Вел. Кн. Анною Ѳеодоровною, уже ок. 20 л. жившею безвыѣздно за гр-цею, и прервалъ долголѣт. связь съ г-жею Фридрихсъ, отъ к-рой имѣлъ сына (П. К. Александрова, см. это). Бракъ К. П. съ Грудзинской б. совершенъ 20 мая 1820 г. безъ всякой торжественности и былъ счастливымъ. Супруга К. П. получила титулъ Свѣтл. Княгини Ловичъ, но какъ она, такъ и дѣти, к-рыя м. появиться отъ этого брака, б. лишены великокняж. правъ. Вліяніе кн. Ловичъ, чуждой всякой политики и интригъ, на К. П. было самое благотворное и знач-но смягчило неровности его характера. Въ связь съ этимъ бракомъ К. П. ставятъ его отреченіе отъ правъ на наслѣд-ніе рос. престола. Однако, рѣшеніе это зародилось еще въ ужасн. ночь 11 мрт. 1801 г., росло и крѣпло подъ вліяніемъ боготворенія старшаго брата и сознанія трудности замѣстить Его, второй же бракъ лишь оконч-но закрѣпилъ это рѣшеніе. Объ отреченіи К. П. отъ правъ на престолъ б. составленъ особый актъ, к-рый хранился въ Успенск. соборѣ въ Москвѣ и подлежалъ оглашенію «только тогда, когда настанетъ время». Это сохраненіе въ тайнѣ и оказалось роковымъ, явившись одной изъ причинъ печальн. декабр. событій 1825 г. Какія соображенія побуждали къ соблюденію тайны, рѣшить трудно; м. лишь сказать, что дѣлалось это, повидимому, по желанію Имп. Александра, столь не любившаго безповорот. рѣшеній и столь склоннаго окутывать свои дѣйствія тайною. Въ этомъ отношеніи крайне знаменат-но, что, подписавъ 16 авг. 1823 г. особ. манифестъ объ отреченіи К. П., Гос-рь оставилъ въ полной неизвѣс-ти о немъ тѣхъ лицъ, к-рыхъ онъ касался болѣе всего, т.-е. К. П. и Николая Павловича. Манифестъ б. составленъ Филаретомъ, и его содержаніе б. извѣстно только кн. Голицыну и Аракчееву.  Въ апр. 1825 г. Имп. Александръ послѣд. разъ посѣтилъ Варшаву. Извѣстія тревожн. характера о болѣзни гос-ря начали получаться въ Варшавѣ съ начала нбр. Любившій брата до обожанія, К. П. скорбѣлъ и волновался, но хранилъ получаемыя извѣстія въ тайнѣ. Рапортъ Дибича о кончинѣ Гос-ря достигъ Варшавы 25 нбр. Потрясенный К. П. сообщилъ печал. вѣсть кн. Ловичъ и Вел. Кн. Михаилу Павловичу и сказалъ имъ: «Теперь настала торжеств. минута доказать, что весь прежній мой образъ дѣйствій не былъ личиною, и кончить дѣло съ такою же твердостью, съ к-рою оно б. начато. Въ намѣреніяхъ моихъ, въ моей рѣшимости ничего не перемѣнилось, и моя воля отказаться отъ престола болѣе, чѣмъ когда-либо, непреложна». Намѣренія К. П. несомнѣнно были чисты, но избранные имъ способы дѣйствія оказались крайне неудачными и только усложнили положеніе, и безъ того тягостное, благодаря тайнѣ, к-рою почившій Гос-рь окружилъ отреченіе К. П. Собравъ окружающихъ, К. П. объявилъ имъ печальн. вѣсть, объяснилъ причину отреченія и сообщилъ, что не принялъ присланныхъ ему изъ Таганрога присяжн. листовъ и рапортовъ и самъ писалъ Николаю Павловичу, какъ Имп-ру. Начавшіе прибывать изъ разн. мѣстъ курьеры съ пакетами, адресованными на имя Его Вел-ва, стали вызывать все возраставшее раздраженіе К. П. Пакеты съ надписью «Его Вел-ву» онъ не распечатывалъ. Ад-ту моск. ген.-губ-ра Демидову К. П. съ гнѣвомъ сказалъ: «Скажите кн. Голицыну, что не его дѣло вербовать въ Цари». Ночь на 26 нбр. К. П. посвятилъ писанію писемъ Николаю Павловичу и Императрицѣ Маріи Ѳеодоровнѣ. Не зная о манифестѣ 1823 г., К. П. офиціальнымъ письмомъ еще разъ подтвердилъ въ нихъ свое отреченіе. Отвезти письма въ Спб. б. поручено Вел. Кн. Михаилу Павловичу, к-рый пробылъ въ дорогѣ съ 26 нбр. по 3 дкб. Между тѣмъ, вѣсть о кончинѣ Имп. Александра б. получена въ Спб. 27 нбр., и Вел. Кн. Николай Павловичъ первый присягнулъ Имп-ру К. и привелъ къ присягѣ войска Петербург. г-зона. Хотя Вел. Кн. Николай Павловичъ и узналъ содержаніе манифеста въ засѣданіи Гос. Совѣта, но убѣдилъ членовъ Совѣта также принести присягу К. П., а К. П. просилъ прибыть въ Спб., гдѣ уже б. объявлено о вступленіи его на престолъ, изданы его портреты съ подписью: «Имп-ръ Всероссійскій» и отчеканены рубли съ изображеніемъ Имп-ра К. П. Прибытіе Михаила Павловича съ письмами К. П. поставило Николая Павловича въ извѣстность объ окончат. отреченіи К. П. 5 дкб. Михаилъ Павловичъ снова отправился въ Варшаву, чтобы уговорить К. П. прибыть въ Спб., но послѣдній не согласился на это, считая необходимымъ свое пребываніе въ Варшавѣ и опасаясь, что прибытіе Его въ Спб. м. б. объяснено, какъ попытка получить корону. Произошелъ обмѣнъ еще нѣск. письмами, прежде чѣмъ Николай Павловичъ принялъ бразды правленія. К. П. служилъ своему младшему брату съ тѣмъ же усердіемъ, какъ и Имп. Александру, но въ его характерѣ еще болѣе усилилась склонность брюзжать и критиковать петербург. порядки и новшества. Такое настроеніе начало развиваться у него еще знач-но ранѣе. Сохранивъ пожизн-но званіе ком-ра Гв. к-са, К. П. съ переселеніемъ въ Варшаву утратилъ непосредств. вліяніе на ходъ обученія и упр-нія имъ. Изъ писемъ К. П. къ ген. Сипягину видно критич. отношеніе опытн. инструктора къ крайностямъ и увлеченіямъ экзерцирмейст-вомъ, столь развившимся въ послѣд. 10-лѣтіе царст-нія Имп. Александра. Въ письмѣ отъ 7 янв. 1817 г. онъ писалъ: «Дивлюсь и не надивлюсь, что за новый учебн. б-нъ у васъ. Хорошо сдѣлать учебн. б-нъ для такихъ полковъ, к-рые въ отдаленности, и собрать съ оныхъ людей для показанія единообразія, но изъ такихъ войскъ, к-рыя подъ носомъ и всегда на глазахъ, — это удивительно; развѣ въ гвард. полкахъ не умѣютъ уже учить?» Въ новое царст-ніе недовольство К. П. новшествами еще болѣе усилилось, онъ все чаще сталъ жаловаться на старость, поговаривать о своемъ желаніи уйти на покой. Однако, такое настроеніе не мѣшало К. П. съ прежнимъ рвеніемъ заниматься порученными ему войсками. Кромѣ того, со смертью намѣстника Заіончека въ 1826 г., на К. П., хотя и не офиц-но, легло все бремя гражд. упр-нія, осложненнаго необходимостью производить разслѣд-ніе о тайн. польск. общ-вахъ и объ участіи въ заговорахъ ряда лицъ (въ связи съ слѣдствіемъ о декабристахъ). К. П. рыцарски отстаивалъ своихъ подчиненныхъ и писалъ: «Я ручаюсь за польск. нач-ковъ, они умѣютъ чувствовать милость Государя». Горячо отстаивая интересы поляковъ, К. П. вмѣстѣ съ тѣмъ не считался съ ихъ политич. строемъ и, не стѣсняясь въ выраженіяхъ, грозилъ «задать конституцію» провинившимся оф-рамъ. Не долюбливалъ онъ и католич. дух-ва и, какъ человѣкъ прямой, не умѣлъ это скрывать. Конечно, это усиливало неудовольствіе противъ него и уничтожало впечатлѣніе отъ всѣхъ его заботъ о полякахъ. Въ нач. 1830 г. Имп. Николай прибылъ въ Варшаву для торжеств. вѣнчанія польск. короною. Во время пребыванія Гос-ря состоялась сессія сейма, противъ созванія к-рой горячо ратовалъ К. П., предвидѣвшій оппозиціон. настроеніе деп-товъ. Между тѣмъ, искры Іюльск. революціи во Франціи стали долетать въ Варшаву, и давно накапливавшійся горюч. матеріалъ былъ воспламененъ. Подъ впечатлѣніемъ блестящ. состоянія войскъ, К. П. не придавалъ должн. значенія тревожн. признакамъ и докладамъ нач-ка польск. жандармеріи ген. Рожницкаго и през-та г. Варшавы Любовицкаго. Заговоръ созрѣлъ, — и первой жертвой б. намѣченъ самъ К. П. 17 нбр., къ 6 ч. в., двѣ партіи заговорщиковъ, подпрап-ковъ и студентовъ, одна въ 14 чел., а другая въ 6, собрались у Бельведера, и по условленному сигналу первая партія ворвалась во дворецъ, не охранявшійся карауломъ, и бросилась въ покои К. П. Въ одной изъ комнатъ находились през-тъ города Любовицкій и ген. Жандръ. Увидѣвъ заговорщиковъ, они бросились къ покоямъ К. П., чтобы предупредить его. К. П. спалъ. Разбуженный камердинеромъ, онъ пріоткрылъ дверь въ коридоръ. Любовицкій успѣлъ лишь крикнуть ему: «худо, Ваше Выс-во», какъ палъ подъ ударами штыковъ. Камердинеръ захлопнулъ дверь, заперъ ее на задвижку и увлекъ К. П. изъ кабинета въ комнату подъ крышей. Не найдя К. П., заговорщики спустились внизъ, гдѣ 2-я партія встрѣтила ихъ извѣстіемъ, что К. П. уже убитъ. Убитъ же б. ген. Жандръ, к-раго 2-я группа заговорщиковъ приняла за К. П. Въ это время на спасеніе отца прискакалъ П. А. Александровъ съ эск-номъ Подольскихъ кирасиръ, въ рядахъ к-рыхъ онъ служилъ, затѣмъ къ Бельведеру собралось 3 полка рус. кав-ріи (Подольск. кирасиры, уланы Цес-ча и Гродн. гусары), польск. гв. К.-егеря и нѣск-ко польск. орудій и егер. ротъ. Окружившіе К. П. ген-лы уговаривали его рѣшит. ударомъ прекратить мятежъ, но К. П. приказалъ выводить войска изъ Варшавы. Отступленіе прикрывали польск. к.-егеря и егеря. Утр. 18-го подошли Литов. и Волын. пп., а затѣмъ и рус. гв. б-реи. Ген-лы Даненбергъ и Герценшвейгъ умоляли К. П. двинуться на Варшаву, но К. П. упорно стоялъ на своемъ, что русскимъ нечего дѣлать въ «польск. дракѣ». 20 нбр. къ К. П. прибыла депутація отъ времен. прав-ства, к-рая потребовала возстановленія конституціи 1815 г. въ первонач. видѣ, присоединенія Литвы и полн. амнистіи. К. П. холодно отвѣтилъ ей, что эти вопросы подлежатъ рѣшенію Гос-ря, что онъ не намѣренъ нападать на Варшаву, согласенъ отпустить бывшія при немъ польск. войска и желаетъ лишь спокойно отойти съ рус. войсками въ рус. предѣлы. Деп-ты завѣрили К. П., что отрядъ не будетъ потревоженъ, и 21 нбр. К. П. двинулся съ рус. войсками къ гр-цамъ Имперіи, 1 дкб. перешелъ черезъ замерзшій Бугъ и 4 дкб. сталъ въ окрес-тяхъ Бреста, позади сохранившаго вѣрность Литов. к-са. К. П. б. глубоко подавленъ событіями, разрушившими плоды его 16-лѣт. трудовъ и искреннихъ его усилій связать интересы Польши и Россіи. Проявленную къ нему неблагодарность поляковъ К. П. относилъ лишь къ небол. группѣ недовольныхъ и явился усердн. ходатаемъ передъ Гос-ремъ о снисхожденіи къ полякамъ и польск. арміи. Чувствуя, что рус. общ-во считаетъ его однимъ изъ глав. виновниковъ случившагося, сознавая, что хотя команд-ніе небол. отрядомъ его варшав. гвардіи не соотвѣтствовало его рангу, но врученіе ему команды надъ Гвард. и Литов. к-сами, к-рыхъ онъ былъ номинал. нач-комъ, при этихъ обстоят-вахъ было бы неумѣстнымъ, К. П. отдалъ себя въ полное распоряженіе фельдм. Дибича, съ к-рымъ у него до того были натянутыя отношенія. 25 янв. рус. войска вступили въ Царство Польское, и 5 фвр. отрядъ Толя наткнулся близъ Калушина на польск. войска Жимирскаго. К. П., шедшій въ резервѣ, получилъ приказаніе фельдм-ла атаковать поляковъ. И хотя это порученіе было ему крайне непріятно, но онъ рѣшит. ударомъ опрокинулъ Жимирскаго. 13 фвр. произошло сраженіе при Гроховѣ, первонач. успѣхъ к-раго не б. использованъ Дибичемъ, внезапно остановившимъ войска, двинувшіяся на общій приступъ Варшавы. Эта нерѣшимость фельдм-ла обратила Польск. походъ въ затяжн. и упорн. войну. Бенкендорфъ въ своихъ запискахъ утверждаетъ, что Дибичъ на смертн. одрѣ сказалъ гр. Орлову: «Мнѣ дали пагубн. совѣтъ, послѣдовавъ ему, я провинился передъ Гос-ремъ и Россіей, гл-щій одинъ отвѣчаетъ за всѣ свои дѣйствія». Дибичъ не назвалъ лицо, давшее ему этотъ совѣтъ, но молва обвинила заступника поляковъ, К. П., и положеніе К. П. стало столь тягостнымъ, что фельдм-лъ отпустилъ его къ больн. супругѣ въ Бѣлостокъ. Когда же К. П. собрался вернуться къ арміи, Гос-рь указалъ ему, что онъ уже выполнилъ болѣе того, что требовалъ отъ него долгъ, и что онъ отнюдь не д. возвращаться къ арміи, чтобы занять то «незначит-ное и не соотвѣт-щее его знанію положеніе», к-рое онъ занималъ послѣд. время. Между тѣмъ, польск. отряды Гелгуда и Хлоповскаго появились въ переходѣ отъ Бѣлостока, и К. П. пришлось спѣшно его покинуть подъ прикрытіемъ небол. конвоя. Вмѣстѣ съ своею больн. женою К. П. двинулся къ Слониму, а оттуда черезъ Минскъ (21—23 мая) къ Витебску, гдѣ его ждалъ новый врагъ — холера. Чрезвыч. физич. утомленіе послѣ усилен. переходовъ верхомъ, непрестан. тревога за больн. жену, угнетен. душевное состояніе надломили силы К. П. 13 іюня онъ почувствовалъ нездоровье, но 14-го ему было лучше, и онъ вечеромъ долго оставался на воздухѣ, несмотря на свѣж. вѣтеръ и легъ спать съ открыт. окномъ. Съ 4 ч. у. появились острые желудоч. припадки, и въ 7 ч. 30 м в. 15 іюня 1831 г. К. П. скончался. Тѣло К. П. оставалось въ Витебскѣ до 16 іюля, 31-го привезено въ Гатчину и 14 авг. погребено въ Петропавлов. соборѣ. Въ виду карантина погребеніе состоялось безъ обыч. торжест-сти. К-ня Ловичъ, сердечно принятая Гос-ремъ и Его Семьей, поселилась въ Царск. Селѣ и скончалась 17 нбр. 1831 г. въ годовщину Варшав. возстанія. — Разсматривая К. П., какъ человѣка, нельзя не отмѣтить, что онъ унаслѣдовалъ отъ отца, вмѣстѣ съ неуравновѣшен. характеромъ и склонностью къ вспышкамъ бѣш-ва, рыцар. благородство и прямодушие. Добрѣйшій человѣкъ внѣ службы, чрезвычайно скромный и невзыскательный въ личн. жизни, хотя и обладавшій доходомъ въ 500 т. р. въ г., онъ не любилъ парад. пріемовъ, не далъ въ Варшавѣ ни одного бала, чѣмъ сильно разочаровалъ польск. знать, донашивалъ стар. сюртуки и всѣ свои деньги раздавалъ бѣднымъ оф-рамъ и солдатамъ, навѣщая ихъ запросто, крестя у нихъ дѣтей, шутя и балагуря съ ними; за то на службѣ, предъ фронтомъ, онъ б. грозенъ, какъ его отецъ. Его груб. поступки переходили тогда всѣ гр-цы. Такъ, онъ однажды сорвалъ съ головы одного оф-ра фуражку. Всѣ оф-ры полка подали въ отставку, — и К. П. пришлось предъ ними извиниться. Обожая своего старш. брата, Имп-ра, К. П. являлся въ то же время полною ему противополож-тью во всемъ. Александръ — всегда выдержанный, ровный, обаятельный въ обращеніи, умѣюшій скрывать свои мысли и чувства, ставя ихъ въ независимость отъ своихъ словъ; К. П. — «душа на распашку», человѣкъ, у к-раго что на умѣ, то и на языкѣ. Александръ — мистикъ, метафизикъ, любившій говорить на отвлеченныя темы возвышен. языкомъ, К. П. — реалистъ, весь земной, шумный, любившій «крѣпкія словца», каламбуры, анекдоты. Одинъ — щеголь, желавшій всѣмъ нравиться, особенно — женщинамъ; другой — небрежный въ своемъ туалетѣ, любившій показать, что онъ — солдатъ. Также различны были ихъ взгляды въ области политики. Александръ ненавидѣлъ Наполеона, К. П. преклонялся предъ нимъ, предъ его воен. геніемъ. Александръ готовъ былъ на все для Пруссіи, К. П. не любилъ пруссаковъ. Александръ вѣрилъ Англіи, К. П. б. увѣренъ, что эта меркантильная нація всегда и всѣхъ можетъ предать и продать. Александръ мечталъ о конституціи для Польши, Финляндіи, Грузіи, К. П. грозилъ «задать конституцію» каждому либеральному прапорщику. Какъ военач-къ, К. П. являлся замѣчат. войсков. орг-заторомъ и инструкторомъ, умѣвшимъ сдѣлать врученныя ему войска первыми среди всѣхъ европ. армій. Особое вниманіе онъ удѣлялъ кав-ріи и достигъ въ отношеніи ея огромн. резул-товъ, какъ въ отношеніи одиноч. ѣзды, такъ и массовой ея обученности. Какъ боев. ген-лъ, К. П. проявилъ недюжин. дарованія и усвоилъ изъ Суворовской школы — быстроту и натискъ. За то, какъ политикъ и госуд. дѣятель, К. П. проявилъ отсутствіе дарованій и гибкости и своею прямотою, несмотря на горяч. любовь къ полякамъ и заботы объ ихъ благѣ, создалъ себѣ больше враговъ, чѣмъ друзей. К. П. явился создателемъ, или хотя бы Шефомъ и инструкторомъ, цѣлаго ряда гвард. частей, а именно полковъ лейбъ-гвардіи: Измайловскаго, Егер., Москов., Финлянд., Литов., Волын., Кон., К.-Грен., Уланск. Его и Ея Вел-ва и отчасти Кирас. Его Вел-ва (въ к-рый влитъ Подольскій кирас. п.).  Кромѣ того, онъ былъ Шефомъ гусар. п. въ австр. арміи и кирас-го въ прусской. Изъ числа заново имъ сформированныхъ войсков. частей Литов. к-са донынѣ уцѣлѣли лишь Несвижскій и Самогитск. грен. полки и 3-й сапер. б-нъ. При л.-гв. Улан. Его Вел-ва п. (въ Варшавѣ) существуетъ музей имени Цес-ча К. П. (Довольно подробный библіографіч. списокъ литературы приведенъ у Н. Чечулина въ «Рус. Біогр. Словарѣ», Спб., 1903. Здѣсь же указываются лишь главнѣйшіе, а также появившиеся за послѣднее 10-лѣтіе труды: Е. Карновичъ, Цес-чъ К. П., Спб., 1899; Жизнь Е. И. В. Цес-ча и Вел. Кн. К. П., Москва, 1831; Вел. Кн. Николай Михайловичъ, Имп. Александръ I, Спб., 1912; Н. Шильдеръ, Имп. Александръ I, Спб., 1898; Его же, Имп. Николай I, Спб., 1903; Е. Комаровскій, Журналъ похода 1799 г., «Воен. Журн.» 1810 г. Полная рукопись въ В.-учен. архивѣ; В. Квадри и Г. Габаевъ, Свита Имп. Александра I Польской арміи — оттискъ изъ «Исторіи Император. Гл. кв-ры», Спб., 1905; Н. Корфъ, Восшествіе на Престолъ Имп. Николая I, Спб., 1857; Ф. Смитъ, Исторія польск. возстанія и войны 1830—31 гг., Спб., 1863; К. Военскій, Имп. Николай и Польша въ 1830; Записки Вылежинскаго, Спб., 1905; Приказы К. П. по Польск. арміи, Сбор. Варшавск. отдѣла Имп. Рус. В.-И. общ., 1910, вып. I; П. Люце, Цес. К. П., какъ Инсп-ръ кав-ріи, — въ томъ же сборникѣ; С. Гулевичъ, Исторія л.-гв. Финлянд. п., Спб., 1909; Формуляр. списокъ К. П.; Его же, Участіе Имп. Фамиліи въ форм-ніи госуд. ополченія, «Журн. Рус. В.-И. общ.», 1910; Борисевичъ, Л.-гв. кон. арт-рія въ войнахъ 1805 и 1807 гг. и въ Отеч. войнѣ 1812 г., Спб., 1912; Переписка К. П. съ Имп. Николаемъ Павловичемъ въ «Сб. Имп. рус. истор. общ-ва» 1910 г., т. 131 и 1911, т. 132, и съ ген. Курутой въ «Сб. Варшав. отд. Имп. В.-И. общ.» 1910 г., вып. I).