РБС/ВТ/Стригины-Оболенские
Стригины-Оболенские, угасший княжеский род, ведущий свое начало от князей Черниговских через внука известного Всеволода Святославовича Чермного-Черниговского, Юрия Михайловича, родоначальника князей Торусских. От сына Юрия Михайловича, Константина Юрьевича, давшего начало роду князей Оболенских, в пятом колене (Иван Константинович — Константин Иванович — Иван Константинович — Василий Иванович — Иван Васильевич Оболенские) и произошел род С.-Оболенских. Таким образом, он является ветвью, именно младшею, рода кн. Оболенских, и непосредственным родоначальником его следует считать младшего представителя ХVIII-го (от Рюрика) колена Оболенских, Ивана Васильевича, прозванного Стригою, что в соединении с общим именем рода и дало новое название — Стригины-Оболенские. Немногие представители этого рода никогда не достигали ни особенно высокого положения на иерархической лестнице, ни особенного влияния на дела государства; в большинстве случаев они несли ратную службу.

1. Александр Васильевич, брат кн. Ивана Васильевича Стриги, ум. в 1501 г., князь собственно Оболенский, но почему-то за ним утвердилось прозвище его племянников, — С.-Оболенский. В 1476 г. он находился в числе бояр, сопровождавших вел. кн. Иоанна III во время первого новгородского похода. Когда пришли к Новгороду, и вел. князь распределил, где кому стать с воинскими отрядами, то А. В. досталось место в монастыре, у Николы на Мостищах. В 1478 г., во главе отряда, составившегося из калужан, алексинцев, серпуховцев, хотунцев, москвичей, радонежцев, новоторждев и глуховцев, он участвовал в новом походе на Новгород и, по повелению Иоанна III, шел между Демонской и Яжолбицкой дорогами. В казанском походе 1487 г. А. В. был воеводой правой руки в судовой рати. В 1493 г. — воевода передового полка в походе к литовским городам, Мезецку и Серпейску, предпринятом с целью отнять у Литвы эти города вместе с принадлежащими к ним волостями, перешедшими раньше к Москве, но затем вел. кн. литовским Александром взятыми обратно. В том же 1493 г. A. B. участвовал в походе в Тверь. В 1495 г. в новгородском походе был с вел. кн. московским. В 1497 г. и казанском походе, в конной рати, был воеводой Большого полка. В 1501 г. он предводительствовал передовым полком в ливонском походе и был убит в темную осеннюю ночь в сражении близ Гельмета. У кн А. В. был один сын, Василий, принявший монашество с именем Варлаама, в Троице-Сергиевом монастыре. О нем упоминает Иоанн Грозный в своем послании в Кирилло-Белозерский монастырь, писанном около 1578 г. Сравнивая прежние монастырские порядки с теми, которые установились впоследствии, когда в Кирилло-Белозерском монастыре стали делать исключения из общих правил для монахов из знатных родов, Иоанн, между прочим, писал: «И у Троицы, при отце нашем, келарь был Нифонт, Ряполовского холоп, да с Вельским с блюда едал; а на правом крылосе Лопотало да Варлам, невесть кто, а княж Александров сын Васильевича Оболенского Варлам на левом: ино смотрите того, коли был путь спасения, холоп с Бельским ровен, а князя доброго сын со страдники сверстан».

«Акты ист.», т. І, стр. 385. — «Чтения Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», 1902 г., т. І, стр. 11, 12, 15, 16, 17, 19, 24. — Карамзин, «Истор. гос. Рос.», т. VI, стр. 191, пр. 516. — Татищев, «История Российская», M., 1848 г., т. V, стр. 52. — Петров, «История родов русского дворянства», СПб. , 1886 г., т. І, стр. 30—31.

2. Александр Иванович, шестой сын кн. Ивана Васильевича Стриги. Под 1507 г. упоминается наместником Козельским; в этом году крымцы приходили на Белевские и на Одоевские места; против них-то, вместе с князьями-воеводами Иваном Холмским, Конст. Ушатым, Вас. Сем. Одоевским, Ив. Воротынским, отправился и А. И. Они побили крымцев, отняли пленных и гнались за ними до речки Рыбницы. В 1508, 1509 и 1515 гг. А. И. участвовал в литовских походах: в первом и последнем случаях был воеводой левой руки, а в 1509 г. — воеводой сторожевого полка. В 1523 г., когда ставали г. Васильсурск, он был воеводой правой руки. В 1534 г. вскоре после смерти вел. князя Василия Ивановича, ездил в Крым боярский сын Челищев с известием о восшествии на престол Иоанна III и с поручением «бить челом» Саип-Гирею о продолжении между ним и новым великим князем той дружбы, которая существовала между их предшественниками. В той речи, с которою вменялось Челищеву обратиться к хану, должно было упоминаться и имя А. И. в такой связи: «Если дашь (хан) шертную грамоту, то большой посол, князь Стригин-Оболенский, уже ждет в Путивле с большими поминками и немедленно поедет к тебе». Скоро в Крыму возникла усобица между ханом Саип-Гиреем и старшим по нем из Гиреев — Исламом, что было выгодно для Москвы, потому что силы крымцев разделились. Ислам обещал польско-литовскому королю Сигизмунду-Августу стоять с ним заодно против неприятелей, следовательно и против московского великого князя, но, желая получить денег, послал в Москву с предложением союза. Так как Саип-Гирей пограбил Челищева и всех его людей и доказал этим свое враждебное отношение к Москве, то решили послать «казну» Исламу. С нею, а также и с «большими поминками» и приказано было А. И. ехать из Путивля к Исламу в Крым; однако, дойдя до Новогрудка-Волынского, А. И. остановился и оттуда написал Иоанну III, что Ислам обманывает, называя себя царем, тогда как в действительности он «калга». Относительно посланного к вел. князю Исламом посредника Темеша с ходатайством о деньгах А. И. сообщал следующее: «Ислам отправил к тебе послом Темеша; но этого Темеша в Крыму не знают и имени ему не ведают; в том Бог волен да ты, государь: опалу на меня наложить, или казнить меня велишь, а мне против этого Исламова посла Темеша нельзя идти». В результате этого послания великий князь положил на А. И. опалу, а в Крым послал вместо него кн. Мезецкого. Турецко-татарские историки ничего не говорят о свержении Исламом Саип-Гирея, и потому следует думать, что А. И. был прав, уведомляя свое правительство, что Ислам не хан, а «калга», и что следовательно ему не за чем ехать в Крым, так как не к кому править посольство.

«От. Зап.», 1830 г., ч. 44, стр. 14. — «Чтения Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», 1902 г., т. І, стр. 37, 42, 43, 58, 59. — Карамзин, «История госуд. Росс.», т. VII, пр. 37, ст. VIII, стр. 18. — Соловьев, «История России», т. VI, стр. 24—25. — В. Д. Смирнов, «Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до начала XVIII в.», СПб. , 1887 г., стр. 401, 403. — Петров, «История родов рус. двор.», СПб. , 1866 г., стр. 30—31.

3. Андрей Иванович, в родословной не показан, но может быть сыном кн. Ивана Ивановича (5), у которого значится только один сын, Роман. В разрядах об А. И. имеются следующие сведения: в 1567 г. — воевода в Мценске; в 1570 г. — наместник в Почепе, затем воевода Передового и Сторожевого полка; отпущен «с берега» в Тулу, потом воевода в Путивле. В 1572 г. — воевода в «ертоуле» при походе против шведов.

«Др. Рос Вивл.», ч. XIII, стр. 399, 405, 406, 412, 414, 423. — Те же сведения в «Синб. Сборн.» Валуева, — Петров, с. 30—31.

4. Василий Иванович, прозвищем Шиха, пятый сын кн. Ивана Васильевича Стриги. В 1471 г. Иоанн III отправил его к Новгороду с большим войском, дав ему на помощь князей царевичевых Даньяровых со многими татарами; идти им он велел на Волочек да по Мсте. В 1486 г. казанский царь Магмет-Аминь сообщил Иоанну III, что он хотел «выдать ему братью свою», но казанские князья не дали ему воли и чуть ве убили его, вследствие чего он бежал к московским воеводам; потом, по челобитью этих князей, вернулся в Казань на царство. Получив это известие, Иоанн послал к Магмет-Аминю своих князей-воевод, Василия Тулупа, кн. Тимофея Тростенкова и В. И. В 1502 г. он — воевода в правой руке в литовском походе. В 1507 г. по казанским вестям стоял в Муроме; воевода в правой руке. В 1508 г. писал из Торопца Василию Иоанновичу кн. Вас. Юрьев. Ростовский, что к Торопцу пришли литовские люди и приводят торопчан к крестному целованью за короля литовского. Вследствие этого великий князь, велев кн. Дан. Вас. Щеня с новгородскою ратью идти из Вязьмы к Торопцу, отпустил туда же царевича Яная с городецкими татарами, послав с ним В. И. В 1515 г. — воевода в левой руке в литовском походе. В 1519 г. — воевода Передового полка в походе из-под Дорогобужа в Литовскую землю.

«Ник. Лет.», ч. VI. стр. 105. — «Царств. Летоп.», стр. 412. — «Чт. Моск. Общ. Ист. и Др. Росс.», 1902, т. І, стр. 14, 31, 33, 35, 40, 59, 67. — «Русск. Родосл. Сборн.» 2-е изд., т. II, стр. 41 — Петров, с. 30—31, — Соловьев, «История России», т. V, стр. 99.

5. Иван Иванович, меньшой, прозвищем Щетина, четвертый сын кн. Ивана Васильевича Стриги, умер в 1538 г. В 1500 г. — первый воевода правой руки. 1501 г. в ливонском походе к Дерпту, Нейгаузену и Мариенбургу — воевода левой руки, 1505 г. — участвовал в казанском походе. 1508 г. — в походе к г. Дорогобужу. 1514 г. — воевода левой руки в походе под Смоленск. В 1519 г. пожалован в бояре и в 1524 г. назначен наместником в Новгороде; к нему приезжали приближенные шведского короля Густава, Канут Эриксон и Биорн Классон, для подтверждения заключенного с Московским государством перемирия на 60 лет.

«Русск. Род. Сб.», 2 е изд. ч. II, стр. 41. — «Древн. Рос. Вивл.», ч. XX, стр. 27, — Карамзин, «История госуд. Рос.», т. VI, пр. 516; т. VII, стр. 89, пр. 9, 36, 110. — Петров, стр. 30—31.

6. Петр Александрович, сын кн. Александра Ивановича (2), умер бездетным. В 1501 г. — второй воевода в передовом полку. В 1549 г. в Нижнем Новгороде, за городом, был для береженья от прихода казанских людей.

«Русск. Род. Сб.», ч. II, 2-е изд. стр. 41. — «Чт. Моск. Общ Ист и Др. Росс.», 1902 г. т. I, стр. 134, 139. — Петров, с. 30—31.

7. Федор Иванович, прозванием Гузей, третий сын кн. Ивана Васильевича Стриги. В 1500 г. был воеводой правой руки в походе в Смоленскую область под предводительством боярина Юрия Захарьевича (деда Анастасии Романовны, первой жены Иоанна Грозного).

«Русск. Род. Сб.», ч. II, 2-е изд., стр. 41. — Карамзин, "Ист. гос. Росс ", т. VI, пр. 484. — Петров, с. 30—31.