РБС/ВТ/Шуазель-Гуфье, Марей-Габриэль-Флоран-Огюст
Шуазель-Гуфье, Марей-Габриэль-Флоран-Огюст,  происходил из известного старинного рода Франции. Вторую половину фамилии (Гуфье) он прибавил после женитьбы на наследнице этого рода, и этой прибавкой он всегда отличался от других членов своей фамилии. Ш. родился в Париже 27 сентября 1752 г. Образование получил в колледже Даркура под руководством лучших профессоров. По окончании курса в колледже он продолжал свое учение дома; преподавателем у него здесь был очень образованный аббат Барталоми, который был постоянным гостем и ученым другом герцога Шуазеля, первого министра Людовика XV. Аббата Барталоми особенно интересовала история Афин, и он очень много ею занимался. В своем молодом воспитаннике он нашел сочувствие к своим любимым занятиям. и Ш. с чисто юношеским жаром увлекался всем тем, что составляло славу этой страны: свобода, патриотизм, искусство, литература и громкие военные победы. Все это он ставил необходимым условием успешного процветания всякой страны. Занятия с аббатом имели решающее значение в намерении Ш. посетить славную Грецию. Но вследствие женитьбы и поступления на военную службу поездку на некоторое время пришлось отложить. На военную службу Ш. поступил не из любви к ней, а потому, что этого требовало его положение в обществе и фамильные традиции; здесь он получил чин полковника. Военная служба налагала на него много обязанностей и ставила в необходимость вращаться в великосветском обществе, что очень тяготило Ш., поэтому он при первой же возможности бросил военную службу (1776 г.) и уехал из Парижа, чтобы вполне отдаться своим любимым занятиям. Достигнув заветной цели своего путешествия, Ш. с жаром предался научным исследованиям: изъездил всю Грецию и часть Азии, изучал народы, их нравы, учреждения, разыскивал древние памятники, разузнавал про те, которые были уже разрушены и заставлял оживать в своих исследованиях все то, что украшало эту классическую страну искусств и великих мужей. При своих исследованиях он пользовался трудами известных географов, историков и путешественников, проверяя их на месте. После этого путешествия Ш. возвратился опять во Францию. В Париже он опубликовал результаты своей поездки в роскошно изданном сочинении, к которому для пояснений были приложены многие иллюстрации. Сочинение это, озаглавленное "Voyage pittoresque de la Grèce", появилось в 1782 г. Этот труд был известен еще раньше его появления в печати по тем отрывкам, которые Ш. читал среди членов Академии надписей и изящной литературы. И члены этой академии, не дожидаясь напечатания этого труда, избрали Ш. своим членом, а в 1784 г. Ш. был избран и членом Французской Академии. Это избрание повлекло за собой одно недоразумение. Во Франции был обычай, что члены Академии надписей ее изящной литературы давали обещание никогда не добиваться избрания во Французскую Академию. Ш., который был принят в последнюю без всякого домогательства со своей стороны, был обвинен в нарушении своего обещания, и ему грозили судом маршалов. Но Ш. не пришлось фигурировать в качестве обвиняемого, и никогда еще до тех пор не было такого блестящего заседания во Французской Академии, как при вступлении в нее Ш.

В том же 1784 г. Людовик XVI назначил Ш. послом в Константинополь.

Это назначение было очень приятно Ш., так как давало ему возможность дополнить свое сочинение. С этой целью он взял с собой ученых, художников и аббата де Лиля. Но кроме этого у Ш. было и дипломатическое поручение — достигнуть влияния Франции при Константинопольском дворе, способствовать французской торговле в Ливанских портах и заботиться об ограждении интересов подданных Людовика XVI, живущих в Турции, а также и подданных других христианских государств. Ш. оказался на высоте своего призвания при выполнении возложенных на него обязанностей. Особенно он много сделал по отношению к христианам, жившим в Турции. Своим влиянием он сумел достигнуть того, что турки начали относиться значительно лучше и мягче к христианам. Когда была объявлена война между Портой и Россией, то по турецким обычаям русский посол был заключен в так называемый Семибашенный замок. Но Ш. удалось добиться освобождения его, он отправил его на французский корабль, который и доставил его в Триест. Еще более посчастливилось Ш. по отношению к австрийскому нунцию, — он предупредил его заключение, когда эта держава объявила себя против Порты и стала на сторону России. Ш. много хорошего сделал и по отношению многих русских и австрийских офицеров и солдат, взятых турками в плен и заключенных в тюрьмы Константинополя. Он тщательно распределял между ними все получаемое от их правительств и их семей, не редко прибавлял от себя и даже выкупал некоторых на собственные свои средства. Но все это не мешало Ш., как послу Франции, поддерживать и укреплять дружественные отношения между Францией и Турцией. Он понимал однако, что союзник может быть только тогда полезен, когда он силен и могуществен, поэтому он всеми силами старался содействовать развитию культуры и цивилизации в Турции и тем самым оживить старое тело этой державы. Когда в 1789 г. вспыхнула французская революция, положение Ш. стало весьма затруднительным, так как он объявил себя верным Бурбонской династии. В 1792 г. была перехвачена его переписка с осужденными братьями короля и вследствие этого он также был осужден, как приверженец Бурбонов. Узнав об этом, Ш. покинул Турцию и эмигрировал в Россию, где он был уже известен как искусный дипломат и ученый путешественник. Императрица Екатерина II, несмотря на его предисловие к "Voyage pittoresque", в котором он недоброжелательно высказался по отношению к России во время войны ее с Турцией, приняла его с большим почетом и выказала большое участие в его судьбе. При вступлении на престол императора Павла I Ш. еще более был приближен ко двору. Император сделал его своим частным советником и, кроме того, назначил его вице-президентом Академии Художеств и директором всех императорских библиотек и даровал ему чин тайного советника. Десять лет он прожил в России, однако, несмотря на это, Ш. не покидало желание скорее вернуться опять на родину. И как только были отменены суровые законы против эмигрантов, он сейчас же выехал во Францию. Здесь он посвятил себя научным занятиям, обрабатывая материалы, собранные им в бытность послом в Константинополе. В эпоху реставрации он был восстановлен в правах, сделан пэром и назначен министром. После реорганизации институтов Наполеона Ш. снова вошел членом в Французскую Академию и Академию надписей, в изданиях которой поместил: "Mémoire sur l'Hippodrome d'Olympie" и "Mémoire sur Homere". Коллекция собранных им памятников хранится в Лувре. Умер Ш. 20 июня 1817 г.

"Древняя и Новая Россия" С. Т. "Виже Леброн в России" 1876 г., т. III. — "Русская Старина", тт. XVI, XX — Hoefer "Nouvelle biographie générale", т. 10. — Larousse "Dictionnaire universel", T. 4. — L. Pingaud "Choiseul-Gouffier, la France en Orient sous Louis XVI", Paris. 1887.

 РБС:Учёные