РБС/ВТ/Иосиф (патриарх)
Иосиф, пятый патриарх московский и всея Руси, преемник Иоасафа І и предшественник Никона, умер 15 апреля 1652 г. Уроженец г. Владимира на Клязьме, он избран был на патриаршество 20 марта 1642 г. из архимандритов московского Симонова монастыря, по закрытому жребию, из шести избранных царем Алексеем Михайловичем кандидатов. Деятельность его на патриаршем столе была направлена прежде всего на заботы и мероприятия для благоустройства церкви. В 1646 г. пред началом великого поста патриарх разослал «окружной наказ» миру и мирянам о том, чтобы пост был всеми соблюдаем во всей строгости, чтобы все приходили в церковь неопустительно и стояли в ней благочинно, молясь со слезами о своих грехах; сборщиков, которые ходили по церквам с блюдами и образами, а равно нищих, которые иногда заводили в церкви брань и драки, приказано было не впускать в церковь во время богослужения. Священнослужителей, которые «почнут ходить безчинно и пьянствовать», патриарх грозил «смирять большим смирением», а о мирянах, которые будут непослушны духовным отцам, приказывал доносить ему, патриарху, после чего «на всех тех непослушных будет государев указ». В 1647 г. состоялось постановление патриарха и целого собора иерархов о том, чтобы, начиная с благовеста к вечерне накануне всех воскресных и праздничных дней и в эти самые дни затворять торговые ряды и бани, прекращать всякую работу и всем православным собираться в храм для молитвы; открывать торговлю в воскресенье и праздники дозволялось лишь с четырех часов вечера; исключение делалось единственно для торговли кормом скоту. Подобным же образом запрещена была торговля во все продолжение крестных ходов, пока с крестами не придут в соборную церковь. — Наиболее важным событием патриаршества Иосифа было издание богослужебных и церковноучительных книг, — в таком количестве, в каком они не издавались ни при одном из его предшественников, — отчасти прежде издававшихся, отчасти новых, причем иные издания в его патриаршество повторены были по нескольку раз (Псалтырь, богослужебная и вместе учебная — восемь раз, другие богослужебные книги — от двух до пяти раз; всего было издано 19 богослужебных книг). Из книг церковно-учительных замечательны издания житий русских святых (Саввы, Сергия и Никона Радонежских), творений отцов церкви (Ефрема, Феофилакта болгарского, Дорофея, Анастасия Синаита, Василия Великого, Григория Богослова, Григория Двоеслова, Иоанна Дамаскина, Епифания Кипрского, Златоуста, Кирилла туровского и многих других); издаваемы были также книги апологетические и полемические — против латинян и протестантов (сборник творений святых отцов о почитании икон, «Кириллова книга», «Книга о вере» и другие), канонические («Собрание о артикулах веры», «Кормчая» и другие), — всего 36 названий книг, в том числе 14 раньше не издававшихся на Руси. Книги печатались с прежних славянских списков, иногда с значительными переменами и прибавлениями, но без сличения с греческими подлинниками; и хотя для этого дела избраны были «лучшие» люди из тогдашнего московского духовенства (Иоанн Наседка, Михаил Рогов, архимандрит Сильвестр, протопоп Иоаким, старцы Савватий, Евфимий и Матфей, миряне Шестой Мартемьянов, Захарий Афанасьев, Захарий Новиков), но по причине малой образованности этих «справщиков», число неисправностей и погрешностей в книгах в это время значительно увеличилось сравнительно с прежними изданиями и, что особенно важно, в это время в них внесены были те ошибочные мнения, которые составляют учение раскола. По выражению архиепископа Филарета, справщики «не оставили в покое почти ни одной строки в прежних книгах». Учение о двуперстии для крестного знамения до Иосифа существовало лишь в «большом катихизисе», Лаврентия Зизания издания 1627 года, при Иосифе оно внесено было также в предисловие к «псалтири», книге особенно распространенной, в «следованную псалтирь», в «Кириллову книгу», в «книгу о вере» и в «малый катихизис». Учение о сугубой аллилуйи до Иосифа в богослужебных книгах не существовало, а при нем оно внесено в «служебник», «часослов» и другие. Неизвестно, не замечал ли только престарелый патриарх этих новшеств, положившись всецело на своих справщиков, или и разделял эти мнения сам. Не прежде, как после указания бывшего в Москве в 1649 г. иерусалимского патриарха Паисия, у царя и патриарха Иосифа возникла мысль о необходимости сличения печатаемых славянских книг с греческими подлинниками, а равно русских обрядов с обрядами церквей восточных, для чего и был отправлен на восток Арсений Суханов, который с своими наблюдениями и заключениями по этому предмету и с массою — свыше 700 — старинных греческих книг возвратился уже по смерти патриарха Иосифа. В конце патриаршества Иосифа обнаружилось решительное движение против изменений, внесенных в богослужебные книги справщиками, и стремление надавать эти книги не иначе, как по сличении их с греческими подлинниками, чему способствовало влияние бывших в России греков, а также Никона, в это время новгородского митрополита. Такое же происхождение имело и еще одно важное предприятие, впрочем неосуществившееся в это время — издание славянской библии, исправленной по греческому тексту, для чего были присланы из Киева, согласно воле царя Алексея, Арсений Сатановский и Епифаний Славинецкий. В патриаршество же Иосифа боярин Ртищев основал близ Москвы монастырь, в котором до тридцати прибывших из Киева ученых монахов преподавали желающим славянскую и греческую грамматику, риторику и философию — что было, по-видимому, плодом внушений царю со стороны Никона: патриарх дал свое «благословение» одновременно с царским на то «изволением». По инициативе царя, несомненно под влиянием Никона, поднят был вопрос об отмене, так называемого «хомового» или «раздельно-речного» пения и многогласия (т. е. одновременного пения и чтения несколькими лицами) различных частей церковной службы — например шестопсалмия и кафизм — ради скорейшего ее совершения); патриарх Иосиф открыто противился этому нововведению, отстаивая старину. Узость своих взглядов и недостаточное знание правил церковных патриарх Иосиф особенно ясно обнаружил в своем послании «о великих церковных потребах» к Константинопольскому патриарху Парфению, писанном в 1650 г.; в этом послании он спрашивал указаний по таким вопросам, ясные ответы на которые имелись в cуществующих церковных канонах и даже в Священном Писании, как например: «можно ли многим архиереям и иереям служить литургию на двух потирах»? «могут ли муж и жена произвольно оставлять друг друга для поступления в монастырь кого-либо из них»? «может ли священнослужитель жениться на вдове»? «следует ли в службах церковных соблюдать единогласие»? Патриарх Парфений ответил на эти вопросы отчасти разъяснениями, которые содержались уже в готовом виде, в церковных книгах, отчасти простыми указаниями на соответствующие церковные правила. Что касается отмены «многогласия» в церковных службах, то патриарх настолько решительно отстаивал его, что понадобилось составить собор иерархов для решения этого вопроса, и только когда собор единогласно высказался за отмену многогласия, патриарх не противоречил более. — Наконец бывшие в Москве при патриархе Иосифе догматические споры московских богословов, протопопов Никиты и Михаила, ключаря Ивана Наседки, с протестантским пастором Матвеем Фильгобером, прибывшим в Москву, в свите датского королевича Вольдемара, представляют весьма интересный факт в истории русского богословия. Речь шла об обливательном крещении, о таинстве священства, о почитании святых и икон, и русские богословы выказали большое знание дела и начитанность, а от лица патриарха составлено было и общее изложение догматов православной веры. Наконец при Иосифе, без всякого его противодействия, учрежден был Монастырский Приказ, причем духовенство было по всем гражданским и уголовным делам сделано подсудно мирским чиновникам; против этого Приказа впоследствии, как известно, сильно восставал Никон. От патриарха Иосифа сохранилось «поучение архиереям и священноинокам и мирским иереям», которое он при самом вступлении на патриаршескую кафедру напечатал и разослал всему духовенству. Оно состоит из трех частей: в первой речь обращена специально к духовному чину; во второй — к князьям, судьям и всем православным; в третьей опять обращает речь к иереям — с изложением канонов церковных, относящихся к их служению. По обилию мыслей и всесторонности изложения обязанностей пастырей церкви, а также и обязанностей мирян по отношению к церкви — послание Иосифа одно из лучших произведений этого рода; но, без сомнения, оно было составлено не самим патриархом, а кем-либо из близких к нему людей. — По выражению митрополита Макария, как правитель церкви Иосиф не оставил по себе доброй памяти. Он отличался пристрастием к накоплению богатств. После него одной «келейной казны», составлявшей его личную собственность, осталось 13400 руб. и множество ценной серебряной утвари; домовой же патриаршей казне им собрано было до 15000 руб., суммы, потому времени весьма значительной. — Жалуемые царем драгоценные материи, парчи и т. п. Иосиф продавал и обращал в деньги, имея в виду купить большие земельные владения. Духовенство патриаршей области жаловалось на него за то, что всем ставленникам для поставления, а также попам, имевшим надобность в перехожих грамотах, он велел являться к нему в Москву, хотя бы из самых отдаленных мест области, которая простиралась более чем на 800 верст, вместо того, чтобы дозволять им, как было прежде, посвящаться у ближайших к местам их служения архиереев, — что разоряло священнослужителей и их семьи и обогащало патриарших подъячих. Скончался патриарх Иосиф среди тяжких огорчений, испытанных им от споров о «хомовом» пении, во время которых все были против него. Патриарх Иосиф, подобно своему предшественнику титуловался не «государем», а только «великим господином».

Митр. Макарий, «История русск. церкви», т. XI; Филарет, архиеп. черниговский, «История русск. церкви»; Соловьев, т.т. IX—X; Мансветов, «Как правились на Руси церковные книги»; Белокуров, «Арсений Суханов».

РБС:Патриархи