РБС/ВТ/Светов, Василий Прокофьевич
Светов, Василий Прокофьевич, род. 14 апреля 1744 г. в С.-Петербурге, в солдатской семье, среди очень непривлекательной домашней обстановки. Отец его, каптенармус Астраханского полка, вел жизнь нетрезвую, ссорился с женою, и мальчику С. часто приходилось водворять мир между враждующими родителями (и впоследствии, находясь за границей, в командировке, он пишет им в письме: «живите только между собою согласнее: непристойно уже старым вздорить»). 11-ти лет С. отдан был в академическую гимназию (в 1755 г.). По отзывам наставников Академии, он учился изрядно и прилежно и оказал хорошие успехи в классах: верхнем-российском, катехизическом и географическом. 26 августа 1764 г. он был произведен в студенты, получил шпагу, приведен к присяге и в июне 1765 г. отправлен за границу для довершения своего научного образования. В выборе его для посылки за границу участвовали преимущественно академики Шлецер и Котельников. С. послан был в Геттинген для усовершенствования в иностранных языках и, главным образом, для изучения исторических наук, «чтобы по возвращении в отечество мог участвовать в сочинении русской истории». Первым руководителем его в избранной им отрасли знаний был Шлецер. Он составил подробную инструкцию, чем и как заниматься молодому студенту; он же отправился с С. и другими тремя студентами в Геттинген и следил за их успехами. С. занимался преимущественно историческими науками; он должен был слушать курсы истории (древней и новой), статистики, геральдики, нумизматики, дипломатики и т. д. Он слушал также курс русской истории у Вестфельда. На глазах у С. Шлецер работал над своим Нестором. В письме к Тауберту Шлецер пишет, что труд его подвигается вперед, и скоро появится предисловие, которое списывает С. В июле 1768 г., по распоряжению Академии, С. возвратился в Петербург и сделан был учителем гимназии, а в 1770 г. назначен переводчиком. В этих двух должностях учителя академической гимназии и переводчика он оставался до самой своей смерти (1 марта 1783 г.). В последнее время своей жизни, с учреждением Комиссии о народных училищах, он принимал деятельное участие в ее трудах: составил грамматические таблицы, занимался переводами и держал корректуры издаваемых Комиссиею учебных книг. Памятниками литературной деятельности С. служат его труды по русскому языку и переводы из древних и новых писателей, с латинского и немецкого языков. Вот перечень его сочинений и переводов: 1) «Османское государство в Европе. Из географии Бюшинга». 1770. 2) «Известия византийских историков», собранные Стриттером. 4 части. 1770—1775. 3) «О положении Германии, Тацита» 1772. 4) «Опыт нового российского правописания». 1773. 2-е изд. 1787. 5) «Начертание истории главнейших государств Европы, Ахенваля». 1779. 6) «Некоторые примечания о языке российском». 1779. 7) «Таблицы о познании букв, о складах, о чтении и правописании». 8) «Краткие правила к изучению языка российского» 1790. 2-е изд. 1795. Переводил С. довольно ровно, гладко и с большим умением. Переводами Бюшинга и Стриттера он оказал современному обществу большую услугу, так как наша литература по географии и истории Византии отличалась в то время чрезвычайною скудостью. Что касается ученой деятельности С., то его заслуги в разработке русской грамматики очень важны. Значение трудов его по русскому языку признавалось и признается, как современниками автора, так и последующими учеными, занимавшимися исследованиями в области языкознания. Блюстительница чистоты и правильности отечественного языка, Российская Академия, собираясь составить «непременные правила» правописания, положила в основу своего труда грамматику Ломоносова и «Опыт о правописании» С., считавшийся в то время образцовым. По мнению Я. К. Грота, в трудах С. обнаруживается «редкое для того времени понимание законов языка».

Сухомлинов, «История Рос. Академии», IV, 298—327. — Митроп. Евгений, «Словарь светских писателей», 162 (1845). — Грот, «Филологические разыскания», 2 изд., 1876, II, 191.

РБС: