РБС/ВТ/Ханенко, Николай Данилович
Ханенко, Николай Данилович, малороссийский генеральный хорунжий и автор записок. Сведения о его родителях сообщены в биографии М. С. Ханенко (см.). Х. род. 30 ноября 1691 г., умер в Глухове 27 января 1760 г. По смерти отца в 1697 г. и еще ранее потеряв мать, он воспитывался у ее отца, а своего деда, известного Ломиковского; учился сперва в Киево-Могилянской коллегии, где в числе его наставников был Феофан Прокопович; окончил учение около 1709 г. в Львовской академии. В 1710 г. Х. поступил в военную службу и в 1711 г. участвовал в походе, имевшем целью разорение нижнеднепровских городов. После того он служил в генеральной канцелярии, причем с 1717 г. состоял канцеляристом при гетмане Скоропадском, а в 1721 г. получил звание «реента», или старшего канцеляриста и, пользуясь у гетмана большим доверием, исполнял различные его поручения. Еще в 1719 г. Х. начал вести для памяти повседневные записки, которые продолжал до 1754 г. Когда гетман в 1722 г. отправился в Москву поздравить императора Петра Великого с заключением Ништадтского мира и кстати добиться некоторых льгот для Малороссии, Х. сопровождал его и в течение полугода вел особый дневник. Поездка гетмана была очень неудачна по результатам: учреждена была Малороссийская коллегия, и престарелый гетман с горя скончался; с письмами об этом к императору, бывшему тогда в Дербентском походе, генеральная старшина и полковники отправили Ханенко. По возвращении Х. стал близким человеком к наказному гетману Полуботку и за службы получил от него две деревни; а когда возникшее ходатайство старшины о выборе нового гетмана не было уважено и ссоры ее с председателем коллегии Вельяминовым привели, по возвращении Петра Великого из похода в С.-Петербург, к вызову туда гетмана и старшин, то Полуботок ранее отправил депутацию с просьбой об избрании гетмана, и в ней участвовал Ханенко; им же составлена была и мемория, как встретить в Малороссии Румянцова, посланного на ревизию. При аресте Полуботка и старшин арестован был и Х., а когда при восшествии на престол императрицы Екатерины малороссийские узники были освобождены, но все же должны были еще жить в Петербурге, Х. стал учителем в гарнизонной школе и затем нашел себе в Петербурге протекцию, так что даже не потерял данных ему Полуботком деревень. Вскоре по возвращении на родину Х. в 1727 г. был послан коллегией с разными поручениями снова в Петербург, где был во время смерти императрицы Екатерины, вступления на престол императора Петра II и падения князя Меншикова, а из Петербурга был назначен тогда стародубским судьею. В последующие годы Ханенко еще не раз приходилось бывать в Петербурге; так, в 1728 г. он сопровождал новоизбранного гетмана Апостола, ездившего благодарить императора; в конце 1729 г. Х. при гетмане же отправился на свадьбу государя, присутствовал при его похоронах, вступлении на престол императрицы Анны и ее коронации; очень долго проживал он в Петербурге по разным делам в 1732—1733 гг.; видимо он считался специалистом в сношениях с петербургскими дельцами. С 1736 по 1739 г. Х. исполнял различные военные поручения, участвуя не без чести в походах против турок, причем в 1738 г. был повышен сперва в стародубские полковые обозные, потом в генеральные бунчужные, а в 1739 г. служил «за полковника». По окончании турецкой войны Х. в 1740 г. был определен членом генерального суда, а в 1741 г. генеральным хорунжим, и в этом звании пробыл до самой смерти, почти 20 лет, исполняя в то же время отдельные и немаловажные поручения; так, он был членом комиссии для составления свода малороссийских законов, ему же была поручена забота об исправлении дорог, постройке дворцов и пр. во время путешествия в Малороссию императрицы Елизаветы. В начале 1745 г. Х. снова ездил в Петербург; затем он участвовал в депутации, присутствовавшей при бракосочетании наследника престола и тогда же просившей о восстановлении гетманства. Хлопоты депутации привели к положительному результату лишь через пять лет, когда явилась возможность устроить избрание в гетманы К. Г. Разумовского, и в течение всего этого времени Х. не возвращался на родину. Потом он и еще раз довольно долго жил по делам в Петербурге в 1750—1751 гг. Последние годы Х. провел в Глухове, среди генеральной старшины, пользуясь большим значением. И к гетману Разумовскому он стал так же близко, как и к его предшественникам, и получил от него в награду за службу немало деревень; гетман имел в виду доставить Ханенко один из более важных малороссийских чинов, но не успел; 27 января 1760 г. Х. умер в Глухове. Наследникам своим он оставил огромные имения в разных уездах нынешней Черниговской и частью Полтавской губернии, как полученные от предков, так и приобретенные лично им в награду за службы. Из биографии Ханенко, его дневников и переписки видно, что это был человек умный и для своего времени образованный; напр., он настолько хорошо знал латинский язык, что писал по-латыни письма к Бидло и Блюментросту; постоянно приобретал он латинские сочинения. Воспитанный на началах современного ему южнорусского образования, Х. умел ценить и западноевропейскую культуру, почему и посылал сыновей учиться за границу или к петербургским немцам. Опытный и ловкий делец, Х. умел стать близким ко всем высокопоставленным и влиятельным лицам, с которыми ему приходилось сталкиваться, и из этой близости извлекал для себя немало пользы; рисуется он в дневниках и умелым хозяином; видно также, что он был человек религиозный, но вместе с тем он был не чужд и обычных у малороссов того времени недостатков: ссорился с соседями, любил поиграть в карты, мог напиться пьяным и во хмелю подраться. Главный интерес внушает к себе Х. своими сочинениями: «Диариум», или журнал, веденный им с 1 января по 5 июля 1722 г., и «Партикулярный журнал», или для памяти повседневная записка, веденная с 9 ноября 1719 г. по 29 января 1754 г., от которой, к сожалению, сохранились лишь дневники с 3 февраля 1727 г. по 6 декабря 1733 г., с 1 января 1742 г. по 21 декабря 1749 г. и с 5 октября 1752 г. по 13 октября 1753 г., да и то не без пропусков. Дневники эти могут служить, наравне с записками Якова Марковича, превосходным источником для знакомства с жизнью Малороссии в то время, когда она, вследствие сближения с остальною Россией, стала усваивать себе новую западноевропейскую культуру, главным проводником которой был Петербург или, вернее, придворная его среда. Частое пребывание Ханенко в Петербурге и посещение им самых разнообразных придворных лиц дали ему возможность внести в свой дневник массу указаний о них, особенно о малороссах, которых было так много в Петербурге при императрице Елизавете; притом Х. был наблюдатель тонкий, только он, как и все подобные авторы записок, не всегда заносил в них то, что заслуживало бы упоминания, или заносил чересчур осторожно, зная что излишняя откровенность даже в дневнике может не повести к добру; поэтому дневники Ханенко несколько сухи; но все же историк, изучающий XVIII в., найдет в них немало ценных указаний. Дневник за 1722 г. напечатан О. М. Бодянским в «Чтен. Общ. Ист. и Древн.», 1858 г., кн. I, смесь; дневники за 1727—1753 гг. — А. М. Лазаревским в приложении к «Киевской Старине», 1884—1886 гг. и отдельным оттиском. В приложении к изданию Лазаревского («Киевск. Стар.», 1886, кн. 12) напечатано и духовное завещание Н. Д. Ханенко. Затем сохранилась еще «О службах сказка», составленная Ханенко в 1755 г. и напечатанная А. И. Ханенко в «Черниг. губ. ведомостях», 1852 г., и переписка еще не вполне опубликованная; часть ее тоже была напечатана А. И. Ханенком вместе с сказкою, часть же в извлечениях О. М. Бодянским в предисловии к «Диариуму».

Сведения о Н. Д. Ханенко главным образом собраны О. М. Бодянским и А. М. Лазаревским в предисловиях к изданиям его дневников. Предисловие А. М. Лазаревского напечатано в «Киевской Старине», 1884 г., № 2 (приложение).

РБС: