РБС/ВТ/Раевский, Николай Николаевич (генерал-лейтенант)
Раевский, Николай Николаевич (генерал-лейтенант), генерал-лейтенант, начальник Черноморской береговой линии, сын генерала от кавалерии H. H. Раевского, родился в Москве в 1801 г., получил очень тщательное домашнее воспитание под надзором своей матери, Софьи Алексеевны, урожденной Константиновой, внучки М. В. Ломоносова. Зачисленный подпрапорщиком в Орловский пехотный полк (10-го июня 1811 г.), он был взят отцом на театр военных действий и таким образом, еще ребенком, участвовал в нескольких сражениях достопамятного 1812 года, находясь при своем славном отце; так, он был в делах при м. Мире, при Романове и, 11-го июля, при Дашковке (Салтановке); как известно, это участие юных детей Раевского в важном сражении, когда войска наши, одушевленные их примером, удержали корпус маршала Даву и содействовали соединению двух русских армий, было воспето Жуковским, Пушкиным и другими писателями, запечатлено во множестве картин и описано в различных исторических сочинениях; затем он был свидетелем и участником славного боя отца под Смоленском, при Дорогобуже, в Бородинской битве, под Тарутиным, а затем во множестве дел при бегстве Наполеона из России: у Вязьмы, при Царевом Займище, при Красном и далее за границей (между прочим под Лейпцигом), вплоть до взятия Парижа, за отличие в сражении при коем награжден был орденом Владимира 4-ой ст. с бантом. Произведенный за дело при Дашковке в подпоручики (21-го декабря 1812 г.) с переводом в 5-й Егерский полк, Раевский 18-го мая 1814 г. был переведен в л.-гв. Гусарский полк с назначением адъютантом к генерал-адъютанту И. В. Васильчикову; живя в Царском Селе, он познакомился и сдружился с лицеистом Пушкиным, и отношения их навсегда остались очень близкими, хотя приятели, после совместного путешествия в 1821 г. на Кавказ и в Крым, виделись уже редко (в 1829 во время войны, в 1832 в Москве и в 1834 в Петербурге); в 1819 г. (апреля 24-го) Раевский получил чин ротмистра, а в 1821 г. (23-го октября) определен адъютантом к начальнику Главного штаба барону И. И. Дибичу. 12-го декабря 1823 г. Р. был произведен в полковники с переводом в Сумский гусарский полк, но уже 1-го января 1824 г. перешел в Курляндский драгунский, а 14-го июня 1825 г. — в Харьковский драгунский полк. Близкие, даже родственные отношения его со многими декабристами (его зятья — М. Ф. Орлов и князь С. Г. Волконский, дядя В. Л. Давыдов и др.) повели за собой арест его по подозрению в участии в их замыслах, но допрос в Петербурге, куда он был привезен вместе со своим братом Александром, выяснил его невиновность. С назначением (16-го сентября 1826 г.) командиром Нижегородского драгунского полка (которым в 1792—1797 гг. командовал его отец) началась полная блестящих отличий боевая служба P., придавшая вполне заслуженную славу и его полку, с которым, едва успев стать во главе его, он принял участие, сперва под начальством Ермолова, в усмирении Нухинской и Ширванской провинций, а затем, по прибытии на Кавказ Паскевича, — во всех виднейших делах Персидской кампании, как-то: при Нахичевани, Джеван-Булахе (за это лихое дело он получил орден Георгия 4-й ст.), Аббас-Абаде, Сардар-Аббаде, при Эривани и при взятии ее, и в других более мелких сражениях. За участие в Персидской войне Р. получил еще орден Анны 2-й ст., а полк, покрывший себя славой под его начальством, — георгиевские штандарты. Открывшаяся в апреле 1828 г. война с Турцией снова вызвала к деятельности Нижегородский полк и Раевского. Находясь с полком под личным начальством Паскевича, он принимал участие во взятии Карса (за что получил Анну 2-й ст. с алмазами), Ахалкалак (за что награжден орденом св. Владимира 3-й ст.) и Ахалцыха (за что получил чин генерал-майора — 1-го января 1829 г.). 4-го марта 1829 г. он получил Высочайшее благоволение за особенное усердие и деятельность при исполнении возложенного на него поручения войти в сношение с лезгинами, обитавшими на границе Кахетии, и склонить их к прекращению грабежей и возвращению захваченного. Успешная служба Р. и его блестящие военные дарования возбудили нерасположение к нему Паскевича, и он, обвинив его пред Имп. Николаем в сношениях с сосланными на Кавказ декабристами, добился его устранения от должности. В это тяжелое для P. время он лишился своего нежно любимого отца и, будучи назначен, 14-го декабря 1829 г., состоять при начальнике 5-й Уланской дивизии, еще около двух лет пробыл на Кавказе в хлопотах по сдаче Нижегородского полка своему преемнику, испытывая ряд неприятностей в сношениях своих с Паскевичем, находившимся тогда на верху своей славы и влияния на Императора. 29-го мая 1831 г. Р. был назначен "состоять по кавалерии", вскоре приехал в Петербург добиваться восстановления своих прав, утерянных вследствие столкновения с Паскевичем, — и 24-го декабря был назначен состоять при начальнике 4-й гусарской дивизии, а затем (2-го июня 1833 г.) командиром 2-й бригады 2-й Конно-Егерской дивизии и жил то в Москве, то в своих имениях в Киевской губернии, то в Петербурге, то, наконец, в Крыму, в своем поместье Тессели, после того как 14-го марта 1833 г. был снова "отчислен по кавалерии". Только в 1837 г., с назначением (21-го сентября) Начальником 1-го Отделения Черноморской прибрежной линии, P. снова получил возможность найти применение к живому делу своих богатых сил, энергии и знаний. Быстро ознакомившись с новым для него краем, на который тогда было обращено особенное внимание Имп. Николая, стремившегося окончить замирение Кавказа, — Р. в самом непродолжительном времени проявил свои блестящие дарования военачальника, администратора и дипломата. Успешные высадки наших отрядов у Туапсе (1838), Субаши, Псезуапе (1839) и других пунктов Черноморского побережья, возведение целого ряда укреплений (между прочим форта Раевского, названного так по Высочайшему повелению, — в 1839), а одновременно дипломатические сношения с горцами и стремление замирить их посредством установления торговых сношений и развития цивилизации, заботы о солдате, о боевых и других запасах для пехоты и флота, — вся эта сложная работа кипела в руках P.; к сожалению, однако, он встречал постоянные препятствия при исполнении своих широких и смелых планов в лице гр. П. X. Граббе, кн. А. И. Чернышева и других лиц, кои не без зависти смотрели на успехи молодого генерала. Имп. Николай, вскоре и лично убедившийся в знаниях и способностях Раевского и наградивший его (9-го августа 1838 г.), за отличие в делах против горцев, чином генерал-лейтенанта, 28-го августа того же года орденом Белаго Орла при рескрипте, а 12-го августа 1839 г. назначивший его Начальником всей Черноморской Береговой линии, — в скором времени поддался влиянию врагов Раевского, который, чувствуя невозможность успешно работать при враждебном отношении к нему петербургских властей, устранился от дел: сперва он отчислился по кавалерии (6-го февраля 1841 г.), а затем (26-го ноября того же 1841 г.) и окончательно вышел в отставку. Женившись (22-го января 1839 г.) на фрейлине Анне Михайловне Бороздиной, он занялся сельским хозяйством в своих обширных имениях, с особенною любовью предаваясь трудам по садоводству; этим вопросом он занимался с молодых лет, культивируя различные растения в Крыму, в поместье своем и жены; он состоял членом нескольких специальных обществ и находился в постоянных письменных и личных сношениях с известными садоводами X. X. Стевеном, Ф. Б. Фишером, Ф. Фальдерманом, Н. Гартвисом и др. Захворав, по дороге в Москву, в своем имении "Красненьком", Воронежской губернии, он скончался здесь 24-го июля 1843 г., всего 43 лет от роду; здесь он и погребен.

Лица, знавшие Н. Н. Раевского, оставили о нем самые благоприятные отзывы. Пушкин сошелся с ним, как сказано было выше, еще будучи лицеистом, и очень ценил его литературный вкус и образование (см. письмо P. к Пушкину 1825 г., в книге Л. Н. Майкова "Пушкин", СПб. 1899 г., а также их переписку в Акад. издании, т. І и II); в 1888 г. брат поэта — Лев, состоял адъютантом при P., а в Персидскую и Турецкую войны 1827—1829 гг. служил в Нижегородском полку под его начальством. Граф M. C. Воронцов был в очень дружеских отношениях с Р. и вел с ним деятельную переписку, равно как адмирал М. П. Лазарев (переписка его с Раевским напечатана в "Русск. Архиве" 1882, кн. II, стр. 133—143) и многие деятели на военном поприще в 1826—1841 гг. Особенно тепло отзывается о Р. в своих "Воспоминаниях" Г. И. Филипсон, служивший при нем с 1838 года и оставивший любопытные подробности о деятельности Раевского за этот период на берегах Черного моря. По его словам, "H. H. Раевский был высокого роста, смугл, крепко сложен и вообще массивен; черты лица его были выразительны... он очень хорошо владел французским языком, знал его литературу, много читал... способности ума его были более блестящи, чем глубоки. У него было много остроумия и особливо доброй и простодушной веселости. В его обращении всегда видно было что-то искреннее и молодое; он говорил и писал очень хорошо... Физически он был крайне ленив, но ум его всегда был в работе. В обществе его невозможно было не заметить... В служебных делах и отношениях он не напускал на себя важности и все делал как бы шутя..." Вообще это была очень оригинальная и очень богато одаренная личность, которой не дали достаточно развернуться сперва недоброжелатели, а потом ранняя смерть.

Формулярный список; "Воспоминания Г. И. Филипсона", M. 1885, стр. 147—245; В. Потто, История 44-го драгунского Нижегородского полка, СПб. 1894, т. III; Сочинения Пушкина и Переписка его; Л. Майков, Пушкин, СПб. 1899; "Русск. Стар.", т. VI, стр. 261, т. VII, стр. 122 и 379, т. VIII, стр. 235, т. IX, стр. 764—770; 1897, июнь, 465; "Русск. Арх." 1866, стр. 1101, 1115, 1120, 1136, 1140, 1213—1214, 1258; 1867, стр. 590; 1874, кн. І, стр. 388—389; 1877 г., кн. III, стр. 95; кн. І, стр. 328, 332, 334, 339; кн. III; Соч. К. Н. Батюшкова, т. II, стр. 328—329; П. Анненков. Материалы для биографии Пушкина, СПб. 1855, стр. 71—72; А. Заблоцкий-Десятовский, Граф Киселев и его время, т. IV, стр. 35, 36, 39, 41; М. Довнар-Запольский. Тайное Общество декабристов, стр. 61; Записки Д. И. Завалишина, Мюнх. 1904, ч. II, стр. 35, 36; "Былое" 1906 г., № 10, 11; Н. Ушаков, История военных действий в Азиатской Турции в 1828 и 1829 гг., ч. II, СПб., 1836, стр. 216, 228; Записки А. О. Смирновой, ч. I, стр. 44; Щукинский Сборник, т. IV, стр. 289—300 (письма к нему отца, 1825—1829; перепечат. в "Русск. Арх." 1908, № 3, март); "Русск. Арх." 1880 (Зап. М. В. Юзефовича); "Русск. Стар." 1887, т. 56, стр. 267; 1900 г., № 11, стр. 450; Воспоминания А. С. Гангеблова — "Русск. Арх." 1886, кн. II, стр. 259—262; "Русск. Вестн." 1869, кн. IV, стр. 701; "Русск. Стар." 1882, т. 35, стр. 444, 445; 1893, т. 78, стр. 579—578, т. 79, стр. 566; 1896, окт., стр. 107—108; 1901, II, 400; 1903 г., т. 114, стр. 487—491; "Русск. Арх." 1873, стр. 786; 1874 г., І, 381—417, II, 639—683; 1879, II, 269; 1883, III, 267...; Соч. А. И. Герцена, СПб. 1905, т. II, стр. 131; Дневники В. А. Жуковского, стр. 354, 361; "Пушкин и его современники", вып. II, стр. 14—24 (ст. Б. Л. Модзалевского "Из семейного архива Раевских"); "Кубанск. Областн. Вед." 1890, № 48—52 ("Описание Вост. берега Черного моря", сост. H. H. Раевским); "Стар. и Новизна", кн. VI; "Сборн. Имп. Русск. Ист. Общ.", т. 122; "Акты Кавк. Археогр. Ком.", т. VII, IX; Записки Ф. Ф. Вигеля; Соч. Д. В. Давыдова; Записки князя С. Г. Волконского и княгини М. Н. Волконской.

РБС:Генерал-лейтенанты