РБС/ВТ/Симеон Иоаннович (Гордый)
Симеон Иоаннович, прозвищем Гордый, сын великого князя Иоанна Даниловича Калиты, великий князь Московский. 31 марта 1341 г. не стало вел. князя Иоанна Даниловича Калиты. Русские князья спешили в Орду, где должен был решиться вопрос о преемнике скончавшегося великого князя. Симеон с братией (Иваном и Андреем), Константин Тверской, Константин Суздальский, Василий Давидович Ярославский и «прочии князи Рускии» летом 1341 г. были уже в Орде, а «тое же осени выиде из Орды на великое княжение князь Ceмен Иванович» и «все князи Рускиа под руце его даны». 1 октября 1341 г. в. князь С. И. «седе на столе в Володимери». С. И. вступал на великокняжеский стол при очень счастливых для себя условиях. Московское княжество, выдержав тяжелую борьбу с Тверью за права на великокняжеский стол, несомненно занимало уже первенствующее положение между всеми русскими княжествами. Счастливое географическое положение гарантировало Москве быстрый прирост населения. Умело поставленное частное великокняжеское хозяйство обеспечивало все возраставшее благосостояние княжества. Трудами Иоанна Даниловича упрочились вполне дружественные отношения между Москвою и Ордою. Наконец, предшественники С. И. в общих чертах наметили ту политическую программу, следуя которой великий князь обеспечивал благосостояние и верный рост Московского княжества. Личными своими качествами С. И., как нельзя лучше, отвечал запросам времени. Проникнутый всецело традициями своих предшественников, умудренный практической деятельностью отца, имея и сам уже достаточный навык в делах правления, С. И. имел все данные, чтобы с блеском продолжать дело первых московских князей-собирателей. Деятельность московских князей-собирателей представляет из себя вполне законченное целое. И в этом целом деятельность каждого отдельного московского князя — звено, прочно скрепленное со звеньями последующим и предыдущим. Вступая на великокняжеский стол, московский князь, сообразно с установленною предшественниками практикою, разрешает ряд вопросов, составляющий широкий круг обязанностей великого князя всея Руси, и ввиду потребностей своего времени намечает новые задачи. Наиболее важным и сложным делом для него было установить отношения к Орде, удельным князьям русской земли и В. Новгороду. В этом направлении деятельность С. И. особенно интересна: являясь в общем прямым продолжателем отца, он вместе с тем вносит много нового в установление отношений Москвы к удельным князьям русской земле и В. Новгороду. Отсутствие междоусобий в Москве, дружба с братьями и добрые отношения с Ордой дают С. И. возможность являться властным государем на Руси. По духовным грамотам отца, написанным еще в 1328 году, С. И. получает лишь 26 городов и селений. Братьям же его завещано Калитою 44 города и селения, остальные 26 селений отданы по завещанию вдове Иоанна Даниловича с младшими детьми. Москва дана в общее владение всем трем братьям. Но несмотря на то, что завещание Калиты давало, по-видимому, всем братьям равное значение в самом московском княжестве, — С. И. на самом деле имеет исключительное перед ними положение. Интересен в этом отношении договор, заключенный братьями «у отня гроба». (Время заключения этого договора точно неизвестно, хотя многие относят его к 1341 г.). Договариваясь о распределении между собою доходов по отдельным статьям хозяйства и условливаясь относительно владения своими волостями, братья целуют крест на том, чтобы С. И. иметь во отцево место, иметь общих друзей и врагов, ни с кем «не канчивать» без общего соглашения. Сущность договора сводится к отстаиванию младшими братьями своих частновладельческих прав: великокняжеские же права всецело признаются младшими братьями за старшим. За все время великого княжения С. И. братья жили вполне дружно, постоянно действуя по воле старшего брата. В основании таких отношений безусловно лежали нравственные начала. Вторым обстоятельством, дававшим С. И. большое значение среди удельных князей Руси, было умелое обращение его с ордынскими ханами. Еще при жизни отца завязываются у него отношения в Орде. В 1339 г. два раза ходил он к хану по делу тверского князя Александра Михайловича. Летом ходил с отцом, а осенью с братьями. Поручение отца С. И. выполнил и в Орде обратил на себя внимание: его с братьями отпустили с пожалованием. По смерти отца в 1341 г. ходил в Орду добывать великое княжение: «все князи Рускиа под руце его даны». В 1342 г. в Орде произошли большие перемены. По смерти Узбека, Чанибек убил своих братьев и «седе на царстве». Летом того же года «князь великий Семен Иванович поиде в орду к поганому царю Чанибеку». Несмотря на суровый нрав нового хана, С. И. благополучно вышел на Русь, хотя отстоять митрополита Феогноста ему и не удалось. Через два года (1344 г.) С. И. снова был в Орде, где в это время были все русские князья. В третий раз к Чанибеку С. И. ходил в 1347—1348 годах, и на этот раз окончательно поладил с ханом, ибо был отпущен с пожалованием. Поэтому, когда в следующем году (1349) произошла большая ссора между Ольгердом Литовским и С. И., хан принял сторону московского великого князя. Последнее свое путешествие в Орду, по счету седьмое, С. И. совершил в 1351 г. Конечно, богатые поминки играли большую роль при установлении добрых отношений с Ордою, но и ловкость князя в этом отношении занимала не последнее место. Властность С. И. проявилась прежде всего в столкновении его с В. Новгородом. Еще у Ивана Даниловича вышло большое размирие с новгородцами в 1340 г. Калита умер, а С. И. пришлось ехать в Орду. Между тем новгородские «молодци» повоевали Белозерскую волость — куплю Калиты. Став великим князем всея Руси, С. И. прежде всего напомнил новгородцам их вины перед Иоанном Даниловичем. С. И. послал бояр своих в Торжок «дани брати, и начаша силно деяти». Новоторжцы послали с поклоном в В. Новгород. Новгородские бояре пришли в Торжок, перехватали наместников великого князя и с семьями посадили их в заключение. Из В. Новгорода отправили они к великому князю, посла со словами: «еще, господине, на столе в Новегороде еси не сел, а уже бояре твои силно деют». Прошел месяц со времени насилия над великокняжескими наместниками, а помощь из Великого Новгорода не приходила. Новоторжцы взволновались. «Почто призывали есте новгородцев, кричала чернь своим боярам, а они князей поимали? а нам в том погибнути?». Чернь бросилась на боярские дворы, грабила дворы и села пустошила. Семена Внучка убили на вече, новгородцев выгнали из города, а княжеских наместников освободили. Бояре новоторжские бежали в Новгород, «только душею кто успел». Между тем великий князь собирался в поход. По одному известию (Татищев), предварительно собрал он в Москву всех князей «мислити о деле земском», представил князьям вину новгородцев, доказывал им, что сильна будет Русь при единой крепкой власти, призывал всех князей «быти за един». Зимою 1341 г. С. И. выступил на новгородцев «со своею ратию и со всею низовскою землею». «Новгородци же почаша копити всю волость Новгородскую в город, а к великому князю Семену Ивановичю послаша с челобитьем владыку Василья и Авраама тысяцкого со иными бояры; и даст им мир по старым грамотам, и крест целоваша и даша великому князю Семену Ивановичю черьный бор по всем волостем Новгородцким да тысящу рублев на Новоторжцев; и посла князь великий Семен наместники своя в Новгород». Размирье с новгородцами кончилось и более за все время великого княжения С. И. не повторялось. Зимой 1346 г. С. И., по приглашению новгородцев, три недели пробыл в Новгороде. В следующем году у новгородцев произошло столкновение со шведским королем Магнусом. Новгородцы звали великого князя оборонять свою отчину. «Рад аз ехати, отвечал великий князь, но зашли ми дела царевы». На помощь В. Новгороду С. И. отправил брата своего Ивана, сам же пошел в Орду. С удельными князьями С. И. жил вполне мирно. Его слушали, в распри с ним не вступали и даже обращались к нему с случаях внутренних междоусобий. Например, в походе его на В. Новгород принимали участие: Константин суздальский, Константин ростовский, Василий ярославский и иные князья Низовской земли. В Твери с половины пятидесятых годов ХІV столетия происходит междоусобие: Константин Михайлович теснит князя холмского, Всеволода Александровича, захватывает силою его бояр и слуг. Всеволод Александрович от притеснений уходит в Москву к С. И. Отношения между Москвою и Тверью вполне дружественные. Дружба эта еще более закрепляется путем двух браков: в 1347 г. С. И. женился на тверской княжне Марии, дочери Александра Михайловича, а в 1349 г. дочь С. И., Василиса, вышла замуж за Михаила Васильевича, князя кашинского, племянника Александра Михайловича. Поступок С. И. с дочерью Феодора Святославича, кн. смоленского, показывает, что великий князь московский начинает крайне самовластно обходиться с незначительными удельными князьями. «В лето 6853 (1345), рассказывает Русский Временник, князь великий Симеон Иванович женился у князя Феодора Смоленского, поя дщерь его Евпраксею, и жил с нею два года, и не бе има чад, и отосла ее, и даде ее за князя Феодора Красного, и преступи закон Божий, женися у князя Александра Тверского: и занеже сам бе неплоден, и от тоя не бысть ему чад, не восхоте бо соблюдением закона Божия и милостынею умолити Бога, но преступлением закона восхоте получити желаемое: сего ради и не получи, точию грех себе приобрете». Рассказ этот дополняется повествованием Родословной книги князей и дворян российских и выезжих: «И как князь великий Семион Иванович Гордой женился у князя Феодора Святословича, и князь великий его перезвал к себе, и дал ему вотчину Волок совсем, и великую княгиню на свадьбе испортили, ляжет с великим князем, а она ему покажется мертвец, и князь великий великую княгиню отослал к отцу ее на Волок, а велел ее дати замуж, и князь Феодор Святославич дал дочь свою замуж за князя Феодора за Красного за большого Фоминского». Единственное столкновение, о котором упоминает летопись, произошло у С. И. со Смоленском в 1351 г. Впрочем, причин столкновения летопись не указывает. Великий князь с братьями и многими русскими князьями при большой рати дошел до реки Угры; здесь пришли к нему смоленские послы; «он же, стояв на Угри осмь дней, и своя послы посла в Смоленск, и, взя мир, возвратился к Москве». При С. И. впервые происходит столкновение Москвы с Литвою: при преемниках С. И. отношения к Литве делаются для Москвы таким же насущным вопросом, как и отношения к В. Новгороду, удельным князьям Руси и Орде. Летопись не указывает поводов, по которым произошло столкновение между Ольгердом и С. И. в 1349 г. Ольгерд посылает в Орду брата своего, Кориада, с просьбою помочь ему против московского великого князя. Хан Чанибек принял сторону С. И. В следующем году С. И. примирился с Ольгердом. Этот последний прислал в Москву послов, «прося мира и живота братии своей, князем литовским: Кориаду и Михаилу и всей дружине их». С. И. отпустил литовцев. Примирение с Литвой закреплено было брачными союзами: Ольгерд просит у в. князя московского разрешения жениться на Ульяне Александровне, дочери Александра Михайловича тверского; князь, посоветовавшись с митрополитом, дает свое согласие на брак; в один год с Ольгердом (1350 г.) женится и князь волынский, Любарт Гедеминович на сестричне С. И., дочери Константина Васильевича ростовского. (Константин Васильевич женат был на одной из сестер С. И.). Дружественные отношения между Москвою и Литвою подтверждены были в 1351 г. Когда С. И. шел в поход на Смоленск, на Поротве, между Вереею и Боровском, встретили его послы Ольгерда. Поднеся большие дары, послы просили о мире; «он же (С. И.), не оставя слова Ольгердова, мир взя». Дела церкви немало заботили великого князя московского. В начале пятидесятых годов XIV столетия в Галиче была открыта особая митрополия с подчинением ей всех епархий на Волыни. Открытием новой митрополии нарушилось единство русской церкви. С. И. и митрополит Феогност обратились в 1346 г. к константинопольскому патриарху с просьбой не допускать нежелательного для Руси нововведения. В августе 1347 г. император издал золотую буллу, которою упразднил новую митрополию. В грамоте своей император указывал, что делает это он по просьбе великого князя С. И. и всех князей русских, а также ради «добродетельной и богоугодной жизни» митрополита Феогноста. Единство митрополии было в значительной степени единственной еще связью раздробленной Руси; понятно, почему так горячо С. И. и митрополит Феогност восстают против отдельной волынской митрополии. Незадолго до своей смерти С. И. отправил послов в Константинополь с просьбой от своего имени и от имени митрополита Феогноста назначить на московскую кафедру, в случае ее вакантности, владимирского епископа Алексия. Окончательные ответы императора и патриарха не застали уже в живых ни С. И., ни митрополита Феогноста. Личными своими склонностями С. И. напоминает своего отца: он любил благолепие церковное, строил храмы, лил колокола, украшал церкви и монастыри; крайне дорожил святынями православной церкви. В частной жизни С. И. был хорошим хозяином: мелочность его в распредении различных «путей» доказывает это. С. И. был женат три раза. В 1333 г., еще 17-летним юношей, С. И. женился на литовской княжне Айгусте, в крещении Анастасии Гедеминовне. От брака с нею у него были два сына: Василий, Константин и дочь Василиса. По смерти Анастасии († 1345 г.). С. И. вступил в брак со смоленской княжною Евпраксией Феодоровной, но в следующем году развелся с нею. Наконец, в 1347 г. С. И. вступил в брак с тверскою княжною Марией Александровной, от брака с которой имел 4 сыновей: Михаила, Ивана, Симеона и Даниила. Все сыновья С. И. скончались в младенчестве. В пятидесятых годах XIV столетия страшная болезнь, известная под именем «Черной смерти», посетила Европу. Болезнь обошла всю Европу, заглянула и в Россию. Надо полагать, что она не миновала и Москвы. «В лето 6861 (1353), марта в 1, преставися преосвященный Феогност митрополит всея Русии... А на той же недели преставишася два сына великого князя Семена: Иоанн да Семен. Тое же весны априля в 27, преставися великий князь Семен Иванович, и положен бысть в церкви святого Архангела Михаила на Москве». В 1508 г. прах С. И. был перенесен с места своего упокоения в новый храм Архангела Михаила, заложенный Иоанном III Васильевичем. Почти все исследователи, занимавшиеся временем С. И., при оценке деятельности этого московского князя приходят к убеждению что С. И. видная личность среди первых московских князей-собирателей. Он умело продолжал дело, начатое его предшественниками. Он зарождающийся тип того московского государя, который окончательно выработался в XVI веке. Особняком стоит в оценке личности С. И. профессор В. И. Сергеевич. Рассматривая завещание С. И. и указывая, что С. И. весь свой удел, полученный им от отца и увеличенный собственными куплями в Переяславле, Юрьеве, Владимире, Костроме и Дмитрове, отдал жене своей Марии, урожденной княжне тверской, профессор В. И. Сергеевич замечает: «далее этого едва ли может идти пренебрежение интересами династии Даниловичей и разложение московской территории. Завещание Семена Гордого есть крайний пункт, которого достигает последовательное развитие начал завещания Калиты».

«П. С. Р. Л.», т. I, стр. 230; т. II, стр. 349, 350; т. III, стр. 79, 80, 81, 83, 84, 86, 131, 132, 225, 226, 227; т. IV, стр. 53, 54, 55, 57, 58, 59, 60, 62, 191; т. V, стр, 90, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228; т. VI, стр. 53, 121, 130, 198, 247; т. VII, стр. 204, 205, 206, 207, 209, 210, 211, 214, 215, 216, 217, 220, 237, 238; т. VIII, стр. 26, 27, 72, 248. — «Собр. Гос. Грамот и Договоров», т. І, №№ 21, 22, 23, 24. — «Русский Временник, сиречь Летописец, содержащий Российскую историю от 6370 (862) до 7189 (1681) лета», Москва, 1820 г. Часть первая, стр. 208—211, 215. — «Родословная книга князей и дворян российских и выезжих». Часть II, Москва, в Типографии Н. Новикова, 1787, стр. 207—208. — Герберштейн, «Записки о Московии» (перевод И. Анонимова), Спб., 1866 г., стр. 17. — Татищев В. Н., «История российская с самых древнейших времен». Книга IV, 1784, стр. 144—176. — Карамзин, «История Государства Российского» (Издание Эйнерлинга), Спб., 1842, по указателю. — Арцыбашев, «Повествование о России», т. ІІ, М., 1838 г., стр. 92—109. — Соловьев С. М., «История России с древнейших времен» (Издание «Общественной Пользы»), по указателю. — Бестужев-Рюмин, «Русская История», I, Спб., 1872, стр. 396—397. — Иловайский Д. И., «История России», т. II (Московско-Литовский период или собиратели Pycи), Москва, 1884 г., глава І, стр. 31, 32, 35—40, 47, 48, 50—51, 537 (прим. 10, 13). — Макарий, «История русской церкви», т. ІV, Спб., 1866 г., стр. 25—32, 129, 131, 176, 179, 250, 300, 314—318. — Костомаров, «Северно-русские народоправства во времена удельно-вечевого уклада», Спб., 1863 г., т. І, глава VIII, стр. 120—122. — Сергеевич, «Русские юридические древности», т. І, Спб., 1890 г., стр. 60—62 (между прочим см. примечание). — Полежаев П. В., «Московское княжество в I половине ХІV века». Исторический этюд, Спб., 1878 г., главы VІ и VII, стр. 62—89.

РБС:Князья