РБС/ВТ/Чернышев, Захар Григорьевич
Чернышев, граф Захар Григорьевич, генерал-фельдмаршал, наместник Белоруссии, главнокомандующий гор. Москвы; третий сын Григ. Петр. Ч., родился 18-го марта 1722 г., умер 29-го августа 1784 г.

Тринадцати лет он был записан в военную службу в 1735 г., а в начале 1741 г. пожалован капитаном. В следующем 1742 г. был отправлен в Вену дворянином посольства к бывшему в то время там чрезвычайному посланнику Людвигу Лапчинскому. Это пребывание в Вене расширило его умственный кругозор и обогатило разными познаниями, так как свободное время он употреблял на изучение иностранных языков и быта австрийцев.

По возвращении графа на родину мать его, графиня Чернышева, пользовавшаяся расположением императрицы Елизаветы Петровны, без труда поместила сына к великому князю камер-юнкером, с чином армейского полковника.

Ум графа, любезность и ловкое обращение обратили на него внимание великой княгини Екатерины Алексеевны, умевшей различать людей.

В конце 1745 г. Ч. был отправлен во Франкфурт на имперский сейм министром от великого князя Петра Феодоровича, как герцога Шлезвиг-Голштинского, для охранения его прав. Однако через несколько месяцев он должен был возвратиться в Петербург, не приступив даже к исполнению возложенного на него поручения, вследствие того что, как православный, он встретил на сейме много препятствий и затруднений, служивших во вред интересам великого князя.

Возвратившись в Петербург, граф Чернышев не потерял за кратковременное отсутствие своего значения, которым пользовался при дворе, где и пробыл до 1748 г. В этом году, однако, он заслужил неудовольствие императрицы по следующему случаю.

Однажды императрица выехала на санях из дворца, как вдруг подошел к ней какой-то солдат, унтер-офицер, с прошением на голове. Это была коллективная жалоба солдат на полковника, князя Г., разорившегося и желавшего поправить свои финансы на счет полка. Государыня передала прошение Чернышеву и приказала исследовать дело. Ho родственники полковника склонили его к тому, чтобы он замял дело, для чего он солдата отправил в отдаленный сибирский полк, а следствие прекратил. Однако императрица не забыла об этом прошении и, узнав в чем дело, уволила Чернышева в С.-Петербургский армейский полк в том же чине.

За участие в походе на Рейн граф Захар Григорьевич, как командир С.-Петербургского полка, который был отправлен в поход, получил в 1750 г. чин генерал-майора, потому что неоднократно принимал участие в сражениях и был полезным членом военных советов.

"В Прусскую войну перед сражением при Коллине между австрийцами и пруссаками, — говорит в своих записках кн. Ф. Н. Голицын, — граф Захар Григорьевич подал преважный совет фельдмаршалу Лаудону, при котором находился волонтером..."

В 1757 и 1768 гг. Чернышев находился при австрийской армии, разбившей наголову пруссаков. В 1758 г. произведен в генерал-поручики и получил орден св. Александра Невского. Участвовал в знаменитой Цорндорфской битве, где командовал гренадерами. В этой жестокой битве граф Чернышев переменил двух раненных под ним лошадей, потерял своих адъютантов и, наконец, был захвачен в плен около Корштена. Когда после битвы Захар Григорьевич, Салтыков и другие взятые в плен генералы были представлены Фридриху, то он, кинув презрительный взор и отвернувшись от них, сказал: "У меня нет Сибири, куда бы их можно было сослать; так бросьте их в казематы кюстринские. Сами они приготовили себе такие хорошие квартиры, так пусть теперь и постоят в них".

Несмотря на протесты графа Чернышева, приказ был исполнен в точности. Однако в эту же осень, по договору об обмене пленных, он вернулся из плена и в 1769 году командовал отдельным корпусом, а в 1761 г. взял Берлин.

"Шестнадцать дней будучи все в походах и движениях, — пишет он гр. М. Л. Воронцову, — успел исполнить порученную мне комиссию, Берлин взял, в нем был; контрибуция и прочее с него собрано, неприятеля от него принудил отступить, арьергард разбил... я весьма счастиивым почитаю, что сие так удачно учинилось и действительно со славою оружия милосердой нашей государыни. Марши же такие делал, что по семь миль в день проходил... теперь опять иду к соединению в Гроссен".

За удачный поход на Берлин граф Чернышев получил польский орден Белого Орла.

Со смертью императрицы Елизаветы Петровны ход дел внезапно изменился. Император Петр III заключил перемирие с Фридрихом Великим, а войска, вверив командование над ними графу Чернышеву, присоединил к прусской армии. Фридрих Великий возложил на графа орден Черного Орла.

По воцарении императрицы Екатерины II граф З. Г. Чернышев в августе 1762 г. получил приказ от императрицы о возвращении войск из Пруссии в Россию. Приказ этот был получен им в Богемии, где Фридрих Великий готовился атаковать Дауна, укрепившегося в горах Богемии.

Приказ императрицы сильно огорчил короля, так как совсем его ослаблял и лишал возможности одержать победу над австрийцами. Поэтому он просил Чернышева дня два или три не объявлять об этом повелении императрицы никому, а, скрыв его, постоять с корпусом своим в назначенном ему Фридрихом месте, хотя бы даже и без дела. Чернышев решился исполнить эту просьбу короля и поставил корпус в таком месте, что не знавшие еще ничего австрийцы принуждены были отделить значительную часть армии против мнимого неприятельского корпуса, чем значительно ослабили свои силы, а Фридрих, имея перевес, принудил неприятеля оставить почти неприступные Богемские горы.

Таким образом Чернышев, не приняв участия в сражении, оказал Фридриху великую услугу, за что щедро был одарен им.

Императрица пожаловала графа генерал-аншефом, а в день коронования, при котором Ч. исполнял должность верховного церемониймейстера, — кавалером ордена св. апостола Андрея Первозванного (24-го сентября 1762 г.). С этого времени деятельность графа приняла другое направление. Период его военной деятельности заканчивается и начинается второй — гражданской деятельности, открывший широкое поле его необычайным административным способностям.

Удостоенный особенной доверенности императрицы в 1763 году, граф Чернышев был назначен вице-президентом Военной Коллегии. 6-го октября этого же года на конференции, держанной у двора, был читан его проект о занятии Польши русскими войсками на случай смерти короля Августа III. Эту идею он всеми мерами старался привести в исполнение даже до смерти короля.

Рассказывают, будто после знаменитого разговора императрицы с принцем Генрихом по случаю занятия австрийцами нескольких польских земель на границе Венгрии граф Чернышев подошел к нему и сказал: "Пруссии следует завладеть Вармийским епископством. Надобно, чтобы каждый что-нибудь да получил".

Однако спустя несколько времени после чтения его проекта Чернышев был уволен по прошению, по причине неизвестной. По мнению С. М. Соловьева, очевидно, Чернышев думал, что его станут удерживать, но обманулся, — ему дали отставку. Он стал просить представиться императрице, думая поправить свое дело при личном свидании и надеясь привести на память прежнюю благосклонность к нему императрицы Екатерины, когда она была еще великой княгиней. Но в этом ему было отказано.

Тогда Чернышев написал покорное письмо, просил прощения и высказал готовность поступить снова на службу. Он был принят на службу в следующем году и получил прежнее место вице-президента Военной Коллегии. 22-го сентября 1773 года Захар Григорьевич получил чин генерал-фельдмаршала и должность президента Военной Коллегии, хотя уже в следующем году (1774) должен был подать в отставку, так как помощником у него был Потемкин, который тогда уже был в силе и не любил быть подчиненным. Более десяти лет граф Чернышев управлял Военной Коллегией с большим успехом и искусством. При нем изданы штаты, положения и инструкции для полков, водворены в войсках лучший порядок и благоустройство.

После присоединения Белоруссии, которому он много содействовал, граф Захар Григорьевич назначен был наместником Полоцкой и Могилевской губерний. Тут он не щадил трудов, чтоб поднять благосостояние и благоустройство вверенного ему края, и добился желаемого. Белоруссия была приведена в цветущее состояние как по внешнему своему виду, так и по внутреннему устройству.

Вначале жители были недовольны новым правительством, и графу пришлось принять крутые меры, так как в крае была полнейшая анархия. Но в то же время он употребил все меры для благоустройства края. Новоприсоединенная область была соединена как с обеими столицами, так и с соседними губернскими и уездными городами прекрасными прямыми и широкими дорогами, окопанными по обеим сторонам канавами и обсаженными в два ряда березами; по непроходимым местам и болотам устроены были гати; через реки устроены прочные мосты и безопасные переправы; на почтовых станциях были выстроены домики, снабженные простой, но достаточной мебелью, так что каждый проезжий находил не только спокойный ночлег, но и все необходимое.

Граф склонил владельцев тех селений, где учреждены были почтовые станции, взять на себя, за выгоднную для них плату, содержание почтовых зданий, лошадей и почтальонов, одетых пристойно, по прусскому образцу. В губернских и уездных городах выстроены были присутственные места, каменные, в два этажа, удобно расположенные и приличной архитектуры; также дома для губернатора, вице-губернатора и председателей палат, а в уездных городах — дома для городничих; в доме для государева наместника устроена была большая зала, в которой поставлен был трон и могло поместиться для выборов все дворянство. Все эти меры привели край в такое состояние, что Императрица Екатерина, проезжая по вверенным графу губерниям, сказала: "Если бы я сама не видела такого устройства в Белоруссии, то никому бы не поверила; а дороги ваши, как сады".

Впоследствии, когда все эти работы были закончены, отношение местных жителей к Ч. изменилось: неудовольствие перешло в уважение и признательность. Угрюмый, по утрам даже неприступный, он был добрым, сердечным человеком. Трудолюбивый, дальновидный и справедливый, в делах был строг и требовал точного исполнения обязанностей. Хотя он не был одарен блистательными качествами полководца, но среди администраторов занимал первое место и всегда имел голос в советах государственных.

При свидании императрицы Екатерины с австрийским императором Иосифом II в Могилеве в 1780 году его ожидали милость и расположение государыни. Со дня въезда (24 мая) императрица пробыла в Могилеве до 30-го мая. Встреча была устроена великолепная. В трех верстах от города была устроена триумфальная арка, где встретил ее граф Чернышев с чинами губернии и дворянством с их предводителями. Однако на второй день пребывания императрицы в Могилеве между графом Чернышевым и Потемкиным произошел инцидент, лишивший и самого графа, и его подчиненных царских милостей. Он состоял в следующем: граф первым к награде панагией представил епископа Георгия через Потемкина, который тогда был в силе. Потемкин, желая сделать приятное графу, доложил государыне, вынес панагию и сказал: "Извольте отнести сами желаемое вами награждение епископу".

Гордый и самолюбивый граф ответил: "У вас есть на то адъютанты, а я уж стар для рассылок".

Потемкин, обидевшись на его ответ, пожаловался государыне; она разгневалась на Чернышева и стала обращаться с ним холодно. Щедрые награды орденами и чинами, которые были приготовлены для чиновников белорусских губерний, остались неутвержденными.

Честный и откровенный граф не скрыл от подчиненных, что он был виновником очевидного нерасположения императрицы, и спустя несколько дней после ее отъезда сказал: "Ну, друзья мои, виноват, что никто из вас не награжден; признаюсь, некстати погорячился; ну вот, по крайней мере, жалование государыни жене моей разделю с вами", — и... разорвал жемчужное ожерелье сидевшей рядом с ним жены и разделил между присутствующими.

В следующем 1781 году наследник престола великий князь Павел Петрович с великой княгиней проезжал через Могилев за границу, и граф Чернышев удостоился принять их высочества в своем местечке Чечерске и угостил своих высоких гостей великолепно.

В 1782 году граф Чернышев был назначен главнокомандующим города Москвы. Вот что гласит рескрипт императрицы Екатерины от 4-го февраля 1782 года: "По случаю смерти нашего генерала князя Долгорукого-Крымского, мы всемилостивейше препоручаем вам главную команду и попечение о сохранении доброго порядка во время отсутствия нашего в столичном нашем городе Москве и во всей Московской губернии, повелевая вам присутствовать Сената нашего в пятом департаменте, принять в команду вашу московскую дивизию и все войска, кои под ведением покойного князя Долгорукого-Крымского по сему месту находились, и управляя на основании постановлений и указов предместникам вашим данных, ежечасно доносить нам о состоянии города и губернии, о тишине и безопасности в оных и добром устройстве... По многим опытам усердия вашего к службе нашей мы совершенно уверены, что вы сие служение, из особливой нашей доверенности на вас возлагаемое, исправите ко благоугодности нашей".

Как и везде, граф Захар Григорьевич и в Москве проявил свои административные способности. Москва ему обязана тоже многим. К тому времени скопилась масса бумаг по делам "колодников", которые, вследствие нерадения чиновников, слишком затягивались. Это очень тяжело отражалось как на обвиняемых, так и на соответствующих учреждениях, которые должны были содержать этих лиц в заключении. Первым делом графа Чернышева было испросить разрешение у государыни "о более скором решении дел о колодниках".

Он немало заботился о внешнем виде города. Так, при нем были починены стены Китая-города, закончена в Кремле постройка присутственных мест; починены земляной и компанейский валы, построены каменные караульни у Варварских, Ильинских и Никольских ворот, ремонтированы рынки. Ему Москва обязана и многими украшениями. Простой московский народ говорил о нем простым купеческим тоном: "Хотя бы он, наш батюшка, два годочка еще пожил; мы бы Москву-то всю такову-то видели, как он отстроил наши торговые лавки и другие публичные здания".

Граф Чернышев был награжден орденом св. Владимира в день его учреждения.

Скончался он в Москве 29-го августа 1784 года, на 63-м году от рождения.

1) С. М. Соловьев, "История России с древнейших времен", тт. XXIV, XXV. 2) Костомаров, "Русская история в жизнеописаниях ее главных деятелей". 3) Лонгинов, "Новиков и московские мартинисты". 4) Воспоминания Ф. П. Лубяновского, "Русский Архив", 1872 г., №№ 1, 3, 4. 5) Письма и рескрипты Екатерины II к моск. главноком., "Русский Архив", 1872 г., №№ 2, 3, 4. 3) Письма Екатерины II к гр. Чернышеву, "Русский Архив", 1874 г., № 9. 7) Записки кн. Голицына, "Русский Архив", 1874 г., № 5. 8) Выписки, извлечения из решетил. архива, бумаги кн. Долгорукого-Крымского, "Русский Архив", 1865 г. 9) Иконников, "Граф Н. С. Мордвинов". 10) Переписка гр. Чернышева об учреждении в Белоруссии новициата для учреждения орд., "Сборн. отд. русск. яз. и слов. Имп. Акад. Наук", т. 9. 11) Анучин, "Граф Панин, усмиритель пугачевщины", "Русский Вестник", 1869 г., т. 80, №№ 3, 4, 5, 6. 12) Анучин, "Первые успехи Пугачева и экспедиция Кара", "Военный Сборник", №№ 5, 6. 13) "Генерал-фельдмаршал кн. А. А. Прозоровский", "Военный Сборник", 1868 г., т. 72, №№ 7, 8; т. 73, № 9; т. 74, № 11. 14) Рескрипты и письма Имп. Екатерины II к гр. Чернышеву, "Заря", 1871 г., № 2. 15) А. Н. Энгельгардт, "Воспоминания". 16) Архив кн. М. Л. Воронцова, кн. VI. 17) Архив военно-походной канцелярии гр. Румянцева-Задунайского, 7, 1—4, "Чтения в общ. истории и древн. российских", 1865 г., № 1; 1866 г., № 1; 1875 г., № 4. 18) Рескрипты и письма имп. Екатерины II, "Пам. нов. русс. ист.", 1872 г., т. 2. 19) "О сооружении монум. ген.-фельдм. гр. Чернышеву", "Журн. Деп. Нар. Просв.", 1821 г., ч. 2. 20) Письма к ген. Кречетову гр. Чернышева, "Чтения в Имп. общ. истории и древн. российских", кн. 4, отд. І. 21) Плакат. Белорус. ген.-губ. гр. Чернышеву. "Чтения в Имп. общ. истории и древн. российских", кн. I, отд. V. 22) Бантыш-Каменский, "Биографии генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов", кн. II. 23) Н. С. Кутайсов, "Из исторических судеб Западного края", "Исторический Вестник", т. XXXIV, 1890 г. 24) "Черты из жизни Екатерины II", "Древняя и новая Россия", 1871 г. 25) "Записки шведского дворянина", "Древняя и новая Россия", 1880 г. 26) "Черты характера ген.-фельдм. Чернышева", "Журнал для чтен. восп. воен.-учеб. завед.", 1841 г., т. 31, № 122. 27) Записки А. Т. Болотова. 28) "XVIII век" сборник Бартенева. 29) Исторический сборник Михайлова. 30) Кашпирев, "Памятники новой русской истории". 31) Бильбасов, "Первыя полит. письма Екатерины II". 32) Бильбасов, История имп. Екатерины II", т. II. 33) Батюшков, "Белоруссия и Литва", СПб., 1890 г. 34) Мартынов, "Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества". 25) Масловский, "Русская армия в Семилетнюю войну. Поход Апраксина в Вост. Пруссию". 36) П. Ф. Карабанов, "Историч. расск. и отд. записки со слов именитых людей", "Русская Старина", 1872 г., т. V. 37) Добрынин, "Истинное повествование", "Русская Старина", 1871 г., IV. 38) Архив кн. М. И. Голенищева-Кутузова-Смоленского, письма М. П. Голенищева-Кутузова к жене, "Русская Старина", 1870 г., т. І и II; 1871 г., т. III и IV. 39) "Имп. Иосиф II в России". Донесение шведского посл. Нолькена, сообщ. акад. Я. К. Грот, "Русская Старина", 1883 г., т. ХХХХ. 40) "Евгений Петрович Кашкин, один из сподвижников Екатерины II", "Русская Старина", 1882 г., т. XXXV. 41) Сборник Имп. Русского Истор. Общества, тт. 4, 5, 6, 7, 9, 10, 12, 13, 18, 19, 20, 22, 27, 28, 32, 36, 37, 42, 43, 44, 46, 48, 51, 57, 67, 68, 72, 73, 87, 97. 42) Полное собрание законов, тт. XVI, XVII, XVIII, XIX, XX, XXI, №№ 11774, 11780, 11935, 12181, 12468, 12557, 12899, 13329, 13378, 13390, 13807, 13850, 13865, 13866, 13879, 13911, 13918, 13923, 13938, 13957, 13964, 13971, 14073, 14102, 14106, 14113, 14122, 14222, 14312, 14582, 14689, 14941, 14962, 15015, 15021, 15028, 15403, 15473.

РБС:Фельдмаршалы