РБС/ВТ/Разумовский, Кирилл Алексеевич
Разумовский, граф Кирилл Алексеевич, камергер, младший сын графа Алексея Кирилловича и супруги его Варвары Петровны, урожденной Шереметевой, род. в 1777 году и с раннего детства удивлял своими необыкновенными способностями. По просьбе дяди он в 1799 г. был пожалован в камергеры, после чего был отправлен отцом своим в Петербург для представления ко двору. Приехав в Петербург и очутившись на свободе, молодой граф увлекся развлечениями, доступными богатой молодежи. Отец его был крайне недоволен его образом жизни и в 1804 г. вытребовал его обратно в Москву. У графа Кирилла Алексеевича в 1804 г. в Москве проявились первые признаки умопомешательства. Вскоре он прибыл снова в Петербург, чтобы ехать в Шотландию лечиться с некиим шевалье де Берн; из-за границы он возвратился вполне сумасшедшим. Рассказывали, что во время этого путешествия гр. Разумовский вступил в сношения с иллюминатами, что он имел какие-то бумаги, указывавшие на его сношения с опасною сектою и т. д.

Скоро по своем возвращении из-за границы граф отправился в 1806 г. из Москвы в Пензенские имения отца и дорогой производил разные бесчинства, как об этом было донесено Его Величеству. Государь Император, «чтобы отвратить дальнейшие последствия, во вред как другим так и ему самому обратиться могущие», повелеть соизволил 21-го августа 1806 года заключить графа Разумовского в Шлиссельбургскую крепость. Эта мера принималась также и ввиду удобности, которая может доставить молодому человеку пособие врачей по близости к столице… Пензенскому губернатору Вигелю был послан указ об отправлении графа Разумовского в Шлиссельбургскую крепость, причем предписывалось принять все меры, чтобы захватить бумаги, при нем имеющиеся, и арестовать графа, когда он будет вне дома. Все это было в точности исполнено, но никаких бумаг у Разумовского найдено не было. Цель путешествия из Пензы до Петербурга оставалась тайною для Разумовского и капитана Францова, его сопровождавшего; последнему было приказано вскрыть врученный ему пакет только в Новгороде. В сентябре 1806 года они прибыли в Шлиссельбургскую крепость. Коменданту крепости предписано было отвести графу приличные покои, без особого Высочайшего разрешения никого к нему не допускать, снабжать приличным содержанием без всякого излишества и наблюдать, чтобы находящиеся при графе люди были ограждены от всяких с его стороны телесных наказаний и жестокостей.

Тем временем отец заключенного, граф Алексей Кириллович, послал в Петербург своего доверенного человека, масона князя Николая Михайловича Козловского, который должен был по возможности чаще доносить ему о всем, происходившем в Шлиссельбурге; в помощь Козловскому был дан швед Цедергольм, доктор, взявшийся за лечение молодого узника. Но они оба — и Цедергольм, и Козловский — занялись не столько лечением, сколько исправлением больного, лишив его первоначальных удобств жизни и приставив к нему часового в его комнате. Заключенному было запрещено сообщать о каких-либо новостях, у него отобрали все, чем бы он мог себе повредить, и на него старались беспрестанно действовать нравственными угрозами. Добродушный комендант Плуталов старался в письмах своих изобразить несчастного сына в лучшем свете, — но без всякого успеха. Среди родни Разумовского в Петербурге содержание несчастного Кирилла Алексеевича возбудило ропот; многие из них открыто выражали свое неодобрение и даже, как говорили, подали Государю записку об освобождении заключенного. Это еще более раздражило старика отца, безусловно доверявшего всему, что писали ему Козловский и Цедергольм. Наконец, решено было в конце 1807 года перевести узника из Шлиссельбургской крепости в Петропавловскую для освидетельствования. Окончилось это освидетельствование тем, что князь Лопухин 13-го мая 1808 г. уведомил графа Алексея Кирилловича, что его сын по Высочайшей воле отправлен за надлежащим присмотром в Спасо-Евфимиев монастырь с поручением тамошнему архимандриту стараться об исправлении узника, иметь за ним самый рачительный присмотр, заботиться о внушении ему спасительных правил религии. Присмотр за узником был поручен директору училищ во Владимире, Дмитревскому, который нередко писал о нем графу Алексею Кирилловичу. Из этих писем усматривается, что суждения узника по большей части были странны и непонятны; что он находился в положении непонятного ожесточения к себе и хладнокровия ко всему в мире, даже не оказывает желания к перемене места. У несчастного больного бывали видения; он внезапно приходил в ярость, и каждое полумесячье с ним делались припадки бешенства; признаки сумасшествия все усиливались, хотя в светлые минуты он говорил мало, но здраво. После кончины старика-графа Репнины и Уваров поспешили перевести узника во Владимир. Несчастный Разумовский вышел из монастыря идиотом и первое время жил в доме владимирского губернатора графа Петра Ивановича Апраксина, был спокоен и тих. При нем находился добросовестный и попечительный доктор Лонг. Над страдальцем была устроена опека, его скоро перевезли в Харьков, где он и умер в 1829 году.

А. А. Васильчиков. Семейство Разумовских, т. II; Сведения о графе Кир. Алек. имеются в различных семейных бумагах, хранящихся в архивах: графа Уварова, кн. Разумовского, кн. Н. В. Репнина (письма Цедергольма), графа Шереметева; «Русский Архив» 1875 г., ч. III, стр. 452; Архив кн. Воронцова, т. XIX, стр. 189.

РБС:Придворные