РБС/ВТ/Зайончек, Иосиф
Зайончек, князь Иосиф, наместник царства Польского, родился на Украине в 1752 г. и происходил из бедной дворянской семьи, которая не в состоянии была позаботиться о его образовании; юношеские годы провел в Каменец-Подольске, где воспитанием его отчасти руководили Сапеги, отчасти кружок местной военной молодежи, в среду которой рано попал Зайончек. Впрочем об этой эпохе его жизни сохранилось очень мало сведений; известно только, что он находился в рядах Барских конфедератов, а когда волна конфедераций силою русского оружия была подавлена, молодой Зайончек, около 1773 г., оказался выброшенным на берег Сены. Надо предполагать, что в Париж он прибыл вместе с возвращавшимися на родину французскими войсками, союзниками конфедератов. Здесь в кружке соотечественников-эмигрантов он занялся пополнением своего образования, которое действительно было очень скудным. Любопытный в этом отношении эпизод рассказывал сам Зайончек впоследствии: вскоре по прибытии в Париж ему случилось в одном из тамошних музеев увидеть прекрасную статую Венеры; не имея никакого представления о классическом искусстве, он принял ее за изваяние Богоматери и положил пред нею низкий земной поклон. Одаренный от природы недюжинными способностями, энергичный и увлекающийся, Зайончек, однако, скоро сделал большие успехи в своем развитии; он усердно изучал французскую "просветительную" литературу и одно время зачитывался творениями Руссо, который забросил в него, по мнению его противников, первые зародыши его будущего "якобинства". Вряд ли, однако, это влияние на него французской литературы было так сильно; в политическом отношении, по крайней мере, он в эти годы оставался консерватором, что помогло ему сблизиться с коронным гетманом Ф. К. Браницким, около этого времени, по делам Речи Посполитой, посетившим Париж. Браницкому понравился умный, энергичный и исполнительный молодой офицер, он сделал его своим адъютантом и увез с собою в Польшу. Здесь Зайончек вскоре произведен был в полковники и назначен командиром конного полка булавы "wielkiej koronnej". Благодаря покровительству коронного гетмана, Зайончек с 1786 г. заседал на сейме, в качестве депутата от Подолии, и являлся здесь горячим защитником прав военного сословия на народное представительство. Враг короля Станислава-Августа, подобно многим своим современникам, он по вопросам политическим сперва был вполне солидарен с Браницким, стоявшим за сохранение в Польше старого порядка. Постепенно, однако, пламенные речи Коллонтая, одного из самых выдающихся руководителей партии реформы, увлекли и Зайончека; "благо отечества", как полагал он, заставило его разойтись с коронным гетманом и перейти в лагерь его противников. Разгоралась внутренняя борьба: партия реформы на сейме 3 мая 1791 г. провела новую конституцию Речи Посполитой; консервативные круги в защиту прав "золотой вольности" составили Тарговицкую конфедерацию во главе с Браницким, Феликсом Потоцким и польным коронным гетманом Ржевусским; они просили помощи у императрицы Екатерины II ввиду того, что новая конституция, вопреки договору 1768 г., была введена без соглашения с Россией. В 1792 г. императрица Екатерина послала в Польшу большое войско, которое должно было поддержать конфедератов. Зайончек принимал участие в этой междоусобной войне в чине генерал-майора и командовал дивизией под начальством Иосифа Понятовского, но после присоединения короля к Тарговицкой конфедерации вышел в отставку и уехал за границу. Второй раздел земель Речи Посполитой (в 1793 г.) и последовавшее затем восстание побудили, однако, его вернуться в Польшу. Он присоединился к восставшим и принимал участие в нескольких сражениях (в 1794 г.), но, проиграв битву под Холмом, отступил в укрепленный лагерь под Варшавой, где, командуя левым крылом польских войск, удачно отражал приступы пруссаков; а по удалении неприятеля временное правительство, руководимое диктатором Тадеушем Костюшкой, назначило Зайончека президентом трибунала, установленного для суда над виновниками народного бедствия, и комендантом Варшавы. Между тем для усмирения восставших, на помощь генералу Ферзену, уже раньше посланному императрицей Екатериной в Польшу, шел Суворов. Костюшка, задумав предупредить соединение Суворова с Ферзеном, сразился с последним при деревне Мациовицах, но был разбит и взят в плен; место его занял генерал Вавржецкий, поручивший Зайончеку оборону Варшавского предместья Праги, к которой подступил Суворов. Во время кровопролитного штурма Праги Зайончек был ранен ружейною пулей и отвезен в Варшаву, откуда после капитуляции отправлен был в Австрию и некоторое время содержался здесь в качестве узника в г. Ольмюце. Политические враги Зайончека несправедливо обвиняли его в том, будто он сдал Прагу по партийным соображениям. Получив свободу в 1795 г., Зайончек уехал в Париж и здесь издал анонимно свои воспоминания о только что пережитом важном историческом моменте своего отечества, — это его "Histoire de la révolution de Pologne en 1794 par un temoin oculaire". Одна глава этого труда посвящена описанию кампании 1792 г., и во всем сочинении слышится нота раздражения против тех соотечественников автора, которые объясняли последние неудачи, понесенные защитником Варшавы, его изменою национальным интересам.

В Франции Зайончек поступил на военную службу, участвовал в кампаниях 1796—1797 гг. и при посредстве князя Сулковского зачислен был в Египетскую экспедицию Наполеона, в чине бригадного генерала; в Египте он отличился при обороне Александрии (в 1801 г.), а по возвращении во Францию остался служить в войсках республики. Наполеон, лично знавший Зайончека, брал его с собою в походы в 1805 и в 1806 гг. и после битвы при Иене назначил его генералом дивизии так называемого Северного легиона, составленного преимущественно из поляков и находившегося под начальством Иосифа Понятовского. В 1807 г. Зайончек находился с французскими войсками в Италии; в 1809 г., во время вторжения австрийцев в княжество Варшавское, потерпел поражение под Едлинском, а в 1812 г., командуя одной пехотной дивизией, вместе с армией Наполеона вступил в пределы России: был при штурме Смоленска, участвовал в Бородинском сражении, дошел до Москвы и после крушения планов Наполеона разделял тягости отступления великой армии. При знаменитой переправе через Березину, стоя во главе пятого корпуса, Зайончек 27 ноября вступил в горячий бой с авангардом генерала Чичагова и был ранен гранатою в ноги. Генерал упал; он думал, что все кончено для него, и эту мысль даже высказал подоспевшему к нему на помощь адъютанту. Взятый затем в плен, он был отвезен в царских санях в Вильну, где ему пришлось ампутировать обе ноги. По выздоровлении он был отправлен, по одним известиям, в Киев, по другим — в Полтаву, но уже в начале 1814 г. опять прибыл в Варшаву. Здесь он стал лично известен великому князю Константину Павловичу, и последний вполне оценил ум и высокие нравственные качества старого генерала, который, будучи прикован к креслу, тем не менее не терял бодрости духа и обнаруживал большую энергию. Великий князь привлек его к заседаниям военного комитета, учрежденного для устройства польского войска, после присоединения бывшего герцогства Варшавского к России; он часто беседовал с ним; они сблизились, и по желанию цесаревича Зайончек уже в конце 1814 г. был намечен императором Александром Павловичем в наместники Царства Польского; 27-го ноября 1815 г., ровно через три года после того, как шальная граната искалечила Зайончека, состоялось это назначение к общему удивлению всех и безграничному негодованию князя Адама Чарторыйского, которого все думали видеть на этом почетном посту. В 1818 г. Зайончек был возведен в княжеское достоинство. В качестве наместника Царства Польского он пользовался широкими полномочиями; председательствовал в совете министров, которые имели только совещательный голос, руководил сеймом, наблюдал за администрацией края; ему принадлежало право помилования по суду во всех случаях, за исключением смертных приговоров. Он пользовался этой властью исключительно имея в виду благо своего отечества, и как некогда верно служил делу Речи Посполитой, так теперь был преданным слугою императора Александра и конституции, дарованной императором его народу. Он был доволен этой конституцией и полагал, что под ее покровом прежде всего надо заботиться о материальном довольстве страны и культурном ее развитии. И действительно, благосостояние Польши стало быстро возрастать. По словам самих поляков: "Польша никогда не была так счастлива, как в эту пору", и если бы продолжала идти по этому пути, то скоро забыла бы 200 лет своей анархии и стала бы наряду с образованнейшими государствами Европы." Так думал и Зайончек, но соотечественники не понимали или не хотели понимать его. Уже с первых лет своего наместничества он должен был вступить в борьбу с некоторыми членами верховного совета, стремившимися не только извратить дух "учредительной хартии", но даже буквальный смысл ее. Так, например, в польском переводе "органического статута" умышленно были изменены ими некоторые статьи, особенно статья 7-ая, касавшаяся ответственности министров. Зайончек не мог согласиться на такое нарушение монаршей воли, и его несговорчивость возбуждала ненависть против него в рядах оппозиции. Темные интриги врагов довели его до того, что, по собственным словам, он "дрожал" над каждой бумагой, подносимой ему для подписи. В числе недоброжелателей Зайончека находился и бывший любимец императора Александра I, князь Адам Чарторыйский, который всячески старался очернить наместника Царства Польского в глазах монарха. "Генерал Зайончек, писал он государю, не имеет ни воли, ни мнений, словом отказывается от всякой самостоятельности, как скоро заходит дело о великом князе (Константине Павловиче). Потому ли, что он считает себя его креатурой, генерал убежден, что признательность его не должна иметь никаких границ, или потому, что во всех приказаниях великого князя видит выражение воли Вашего Величества, — несомненно только, что он подчинится до раболепия великому князю, если не будет остановлен вовремя" ... "он готов нарушать конституцию ежедневно, если только это угодно великому князю". Несомненно, что князь Чарторыйский имел, как сказано выше, свои личные мотивы к ненависти и клевете, но в данном случае он действовал и как представитель известной политической партии, которой Зайончек был неугоден. С годами оппозиция увеличивалась; целая сеть тайных обществ покрыла Литву, Белоруссию, Подолию; члены этих обществ, агитируя повсюду, мечтали о восстановлении вполне независимой Польши, и деятельность наместника мешала осуществлению их планов. Зайончек возбуждал против себя запальчивые обвинения в отсутствии "патриотизма" только потому, что не был способен на интригу и презирал несбыточные мечтания ложных патриотов, а из изучения истории сделал вывод, что "если нельзя победить нескольких противников, то нужно соединиться с самым сильным из них". Характерно для него в этом отношении, что еще в 1812 г., состоя в армии Наполеона, обещавшего восстановить Польшу, он не захотел переменить французского мундира на польский, говоря: "Все это не приведет ни к чему, рано или поздно, а мы сделаемся москалями". Впоследствии подчинившись новому порядку вещей, Зайончек верно исполнял свой долг перед императором Александром І и его представителем в Царстве Польском — великим князем Константином Павловичем. Скончался Зайончек в Варшаве в 1826 г. Ненависть врагов пережила его, но еще хуже то, что и бывшие друзья его отшатнулись от него. Один из них, Немцевич, даже опозорил его память недостойным пасквилем.

В 1862 г. Жупанским изданы были в Познани "Воспоминания" Зайончека, раньше уже напечатанные по-французски, — "Раmiętnik albo historya rewolucyi czyli powstanie roku 1794 przekładu H. Kołłątaja"("Pamiętniki do ХVПІ w.", t. II). Кроме того, известны еще две печатных работы Зайончека: "Organizacya sądow municypalno-woyskowych" (1794 г.) и "Zbiór krótki przyczyn и zdarzeń, które sprowadziły rozbiór Polski" (Варшава, 1812 г.).

"Album biograficzne zasłużonych polaków и polek wieku XIX", Варшава, 1903 г., т. II, стр. 430—439. — "Encyklopedyja Powszechna", Варшава, 1868 г., т. 28 и 1878 г., т. 11 (?). — Военный энциклопедический лексикон, т. V, стр. 512. — Вел. кн. Николай Михайлович, "Имп. Александр I", т. I, стр. 171, 209; т. II, стр. 419. — Шильдер, "Имп. Александр І", т. III, стр. 356, 402; т. IV, стр. 62, 332, 455. — Е. М. Феоктистов, "Польские интриги в первой четверти нынешнего столетия" ("Русский Вестник", 1865 г., № 7). — Его же, "Польша после 1815 г." (там же, № 8).

РБС:*