РБС/ВТ/Пронский-Шемякин, Юрий Иванович
Пронский-Шемякин, князь Юрий Иванович, ум. в 1554 году, безд.; сын кн. Ивана Васильевича Шемяки; в 1547 г., на первой свадьбе великого князя Ивана Васильевича с Анастасией Романовной Захарьиной, он держал колпак и спал у постели, а на другой день свадьбы мылся в мыльне с великим князем. В 1549 г. он — кравчий, а в 1549—50 г. — рында в Казанском походе и в 1550 г. — стольник; на первой свадьбе кн. В. А. Старицкого с Евдокией Александр. Нагой он нес вино в церковь; в 1551 г. был полковым воеводой в Нижнем Новгороде, а затем на Михайлове; в 1551 г. был одним из начальников ертоула в Казанском походе. В летописи за это время он называется просто кн. Шемякиным, но в «Сказаниях» кн. Курбского, который сам был участником похода под Казань, он назван кн. Пронским; там мы читаем: «княжато Пронский Юрий, юноша зело храбрый». Ертоул выступил 15-го июля из Мурома, а через месяц (16—19-го августа) все войска переправились против Свияжска на левый берег Волги. 23-го августа рано утром, когда полки двинулись для обложения Казани, ертоул, в составе 7000 пеших и конных воинов, под начальством кн. П. и кн. Троекурова, беспрепятственно достиг верховьев р. Булака, близ озера Кабана, навел мосты и, переправившись, стал подниматься к Арскому полю по склону крутой горы. Когда часть ертоула уже поднялась на вершину горы, казанцы (5000 всадников и 10000 пеших) неожиданно напали на середину колонны, прорвали ее и произвели сильное замешательство среди стрельцов, на помощь которым, к счастью, подоспели кн. П. и кн. Троекуров с другой частью ертоула, состоявшей из детей боярских и отряда стрельцов, и заставили казанцев отступить к городу. 25-го августа ертоул получил приказание передвинуться с Арского поля на правый берег Казанки и соединиться с полком правой руки, под начальством князей Щенятева и Курбского. Лишь только ертоул выступил по назначению, как был атакован казанцами, сделавшими вылазку из города: перевес и в этом сражении, благодаря передовому полку, прибывшему под предводительством кн. Хилкова со свежими силами, остался на стороне русских, потери которых были невелики и состояли главным образом из раненых. Кн. П. тоже был ранен, но так как 30-го августа мы встречаем его на поле битвы, то из этого можно заключить, что рана не была серьезна. В день штурма Казани, 2-го октября 1552 г., кн. П. предводительствовал частью ертоула и должен был идти на пролом в Збойливые ворота. По взятии Казани, он стоял с большим полком в Калуге.

Вслед за покорением царства Казанского, царь Иван Васильевич задумал покорить царство Астраханское. Весной 1554 г. царь собрал боярский совет, на котором было решено отомстить Астраханскому хану за неисполнение договора, заключенного с его посланником, кн. Ишимом, и за ограбление московского посла: это служило, конечно, лишь благовидным предлогом для похода московского войска к Астрахани. Как только прошел лед, 30-тысячное войско, под начальством кн. П., село на суда и поплыло по Волге; туда же отправились и Вятские служилые люди, с кн. Александром Вяземским во главе. 29-го августа 1554 г., когда царь Иван Васильевич, по обыкновению, праздновал в с. Коломенском свои именины, в кругу духовенства и бояр, прискакал гонец от кн. П. с вестью о взятии Астрахани. Кн. П. писал, что 29-го июня они пришли к Переволоку (между Волгою и Доном), и что отправившийся вперед кн. Вяземский встретился с астраханцами выше Черного острова и разбил их наголову. Пленные сказали воеводам, что царь Ямгурчей послал их проведывать про московские войска, что сам он стоит в пяти верстах от Астрахани, а что в городе людей мало и все сидят по островам. Кн. П., оставив большие суда, поспешил к Астрахани, а кн. Вяземского отпустил к Ямгурчееву стану. Оказалось, что Ямгурчей бежал к Азову, а жен и детей его удалось перехватить в судах на море. Астрахань сдалась кн. П. без малейшего сопротивления, потому что защитники ее обратились к бегство при первом появлении московского войска. Через несколько дней московские воеводы настигли толпы астраханцев, спасавшихся бегством; часть их была побита, другие взяты в плен, причем было освобождено много русских невольников. Жители, оставшиеся в Астрахани, прислали к воеводам с челобитьем, чтобы государь их пожаловал, — не велел побивать и разводить, а велел бы служить себе и Дербыш-Алею. Воеводы согласились на их челобитье, с условием, чтобы все русские невольники были освобождены. Царя астраханского Дербыш-Алея кн. П. обязал клятвою давать ежегодно московскому царю по 40000 алтын и по 3000 рыб и даром дозволять московским рыболовам ловить рыбу в Волге от Казани до Астрахани. В случае смерти Дербыш-Алея, астраханцы должны были бить челом московскому царю и его детям о пожаловании им царя. По утверждении этих условий шертною грамотою, воеводы отправились в Москву, отпустили всех астраханских пленных, а с собою взяли только цариц с детьми и русских пленных. В том же 1554 г. кн. П. должен был по росписи стоять в Калуге с передовым полком, но, вследствие сделанного изменения, стоял в Рязани.

«Никон. лет.», т. VII, стр. 210, 216—223; «Древ. Росс. Вивл.», кн. VIII, стр. 4; кн. XIII, стр. 29, 33, 34, 55; кн. XX, стр. 36; «Сказания кн. Курбскаго», стр. 17, 54; Арцыбашев, «Повествование о России», т. II, кн. IV, стр. 222, 226—229; А. Барсуков, «Род Шереметевых» т. I, стр. 147; Карамзин; Соловьев, т. VI, стр. 125, 127; Трофимов, «Поход под Казань, ее осада и взятие в 1552 г.», Казань. 1890 г., стр. 43, 47, 63, 69, 73, 77; «Чт. Моск. Общ. Ист. и Др. Росс.» 1902 г., кн. I.

РБС:Воеводы