Летопись крушений и пожаров судов русского флота 1713—1853/1855 (ВТ:Ё)/1827 г. Транспорт Ревнитель
1827 год. Транспорт Ревнитель. Командир лейтенант З. Н. Талаев. (Чёрное море.) Спущенный на воду в 1825 году и, подобно многим из своих собратий, имевший дурные качества, послан был в настоящем году из Севастополя в Керчь с лесами. В восемь часов вечера 10 марта, когда был в двадцати милях западнее мыса Теклы, встретил крепкий юго-западный ветер; и в полночь, по предложению мичмана Камараша и штурмана Васильева, сделанному ещё в восемь часов, привёл к ветру на правый галс, оставаясь по крепости ветра под одними стакселями, теперь уже в двенадцати милях на SW  от того ж мыса. Ветер усилился до унтер-зейля: транспорт лежал в восьми румбах от ветра, имея ходу два узла, дрейфу три румба. Ночь была ненастная. Поутру на другой день открылся берег, до которого считали шестнадцать миль. Командир, вопреки счисления, показывавшего место выше Анапы, принял это место за Анапу, спустился чтобы укрыться в нём, вскоре увидел свою ошибку и снова привёл; но как волнение всё сбивало его под ветер, то в половине третьего часа он стал на два якоря, уже в трёх милях от берега, в пятнадцати выше Анапы; через час сорван с якорей и брошен на мель. Для облегчения ударов срубили мачты. Двое суток команда держалась на разбивавшемся транспорте и только тринадцатого числа, когда ветер начал стихать, стали перебираться на берег. Ещё на другой день крушения сделали было плот из бочек и разных штук дерева, чтобы передать завоз на берег; но этот плот с мичманом Камарашем и шестью нижними чинами опрокинулся; и бывшие на нём едва спаслись. Теперь же матрос Николай Шалабатов вызвался на отважный подвиг: с привязанным под руки лаглинем, взяв в руки шлюпочный крюк, пустился вплавь к берегу и, с крайним трудом достигнув его, перетащил с судна привязанный к лаглиню перлинь, который закрепил на берегу, дав этим способ к спасению. Транспорт был снят с мели и исправлен. Обвинённый за неискусные распоряжения курсами командир по приговору суда долженствовал быть «арестованным на один месяц с содержанием на гауптвахте и служить одну кампанию под командою»; но главный командир Черноморского флота адмирал Грейг, представлявший, что хотя командир не обвинён в умышленности или пренебрежении, однако ж действуя как офицер, не знающий совершенно своего дела и вопреки благоразумным представлениям своих офицеров, «дабы чрез излишнее и вредное для службы снисхождение не ослабить во мнении офицеров той ответственности, какой каждый, не исполнивший своего долга, подвергаться должен», приговорил арестовать командира на год, с исключением этого времени из службы; по определению ж Адмиралтейств-совета положено ему: быть «арестованным на гауптвахте на шесть месяцев и отставленным от службы». Государь император собственноручно конфирмовал: «Быть по мнению адмирала Грейга, а лейтенанта Талаева перевести в ластовые экипажи поручиком». — Касательно же отличного подвига матроса Шалабатова, по всеподданнейшему об этом подвиге докладу государю императору, государь император изволил написать собственноручно ж: «Дать обыкновенную медаль, произвесть в унтер-офицеры и дать 500 рублей».