Летопись крушений и пожаров судов русского флота 1713—1853/1855 (ВТ:Ё)/1740 г. Дубель-шлюпка Якутск
1740 год. Дубель-шлюпка Якутск. Командир лейтенант X. П. Лаптев. (Ледовитое море.) Будучи на съёмке берегов Таймурского полуострова и проведя зиму в Хатангской губе, по выходе из неё, 13 августа, в 9 часов утра, в широте около  затёрт льдами. Несколько часов носимое с ними судно наконец остановилось, совершенно сжатое, на глубине 12 сажен. Ветер был свежий, от востока; пасмурно, дождь и снег. Спущенные со всех сторон в воду брёвна не помогли: борта были помяты и форштевень надломлен; течь открылась большая. В следующее утро, «видя что спасение судна не в нашей воле», стали выгружать провиант, и в 9 часов вечера, когда судно снова понеслось со льдами по течению к OSO, все сошли на лёд. Сделав из вёсел и реев санки, с помощью бывших на судне нескольких собак на другой день отправились к берегу, отстоявшему миль на пятнадцать, которого достигли уже около полудня 16-го. Отыскав на нём несколько плавничного лесу, обогрелись и отдохнули после трёхсуточного беспрерывного труда; потом построили юрты, а между тем перевозили провиант. Морозы стояли жестокие; половина команды были больные, все остальные изнурены. Послышался наконец ропот, и некоторые покушались не оказать уважения к власти, говоря что «одна смерть;» но мужество начальника смирило возмутившихся. Только чрез полтора месяца, 21 сентября, несчастные могли отправиться к месту прежней зимовки, до которого едва добрались в половине октября.

Прибавление

1740 год. Дубель-шлюпка Якутск. Командир лейтенант X. П. Лаптев. (Ледовитое море). Для полнейшего объяснения обстоятельств этого необычайного крушения, совершившегося под  северной широты в Ледовитом море, представляю здесь более полную выписку из шканечного журнала его, найденного мною впоследствии:

«13 августа. Первый час пополудни. В начале сего часа стало льдом тереть дубель-шлюпку, и одною льдиною, прижав, надломило форштевень, такожде и всеё дубель-шлюпку помяло; хотя подле бортов были бревна запущены, токмо то не помогало, и учинилась великая течь; того ради мы, поставя три помпы, стали выливать воду, а дрова из интрюма, воду (пресную) и провиант, выбрав наверх, стали искать течи, вырубая подтоварник (нижняя палуба) в носу и между кнопами (кокоры, связывающие штевни с килем, заменяющие дейдвуд и старн-кницу).

Второй час. Засыпали мукою и пеплом; в тоже время погрузило у дубель-шлюпки корму, а нос на льдину приподняло; и мы с наружной стороны на носу то место законопатили. Выливали из дубель-шлюпки воду в три помпы и ведрами; токмо воды не убывает.

Третий час. Сделали доску и наложили небольшой мешок муки на то место, где течь пробилась, с наружную сторону, у надломленного форштевня.

Четвертый час. Положили на носу драй, чтоб не так льдом ломило нос, и лили воду в три помпы и ведрами в грот- и фор-люке; токмо от упомянутой течи воды в дубель-шлюпке не убывает, а больше прежнего еще прибывает.

С пятого часа ветер затих. Туман и снег. Беспрерывно отливали воду, а вода все не убывала. Наступила ночь.

Одиннадцатый час. В начале сего часа стало очень тереть дубель-шлюпку льдами, и мы запускали около бортов балки, которые льдом приломало, и отломило у дубель-шлюпки, пониже ватерштага, весь форштевень, из нутренних и наружных досок, от киля и по ватер-штаг, и выбросило на лед; отчего течь учинилась больше прежнего, и нос погрузило, а корму приподняло; и вдруг воды в дубель-шлюпке прибыло очень много.

В это время стало свежеть от NNO; льды тронулись, и дубель-шлюпку понесло вместе с ними к западу; через час времени ее прижало к стоячей льдине. Течь все усиливалась. «Поврежденное место засыпали мукою с пеплом и закладывали старою парусиною; токмо от того помочи не имели.

14 августа. Третий час ночи. Течь стала становиться весьма велика, так что уже более половины налилась дубель-шлюпка и потопила весь погруженной в ней провиант; а льдом корму высоко подняло и нос очень погрузило; и мы, искав способу, подвели под нос грот-стаксель и засыпали между им и дубель-шлюпки мукою, и наложили грунтов, чтоб льдом не так стирало долой. Токмо тем способом не получили, чтоб унять течь; но вяшще умножается.

Четвёртый час. Выливали из дубель-шлюпки беспрестанно воду; токмо течь весьма велика стала, и льдом наклонило дубель-шлюпку на правой борт очень низко. Того ради, сняв фока-рей и гик, подвели (их) под тот борт близ форштевня.

Ветер между тем все становился свежее, а течь все усиливалась. Утро наступило весьма морозное, и в тоже время не переставал идти снег.

Седьмой час. Видя, что спасение судна не в нашей воле, стали доставать из трюма, какой было можно достать провиант, выкидывая его на лед и продолжая в тоже время отливать воду. Так прошел целый день. К вечеру вода налилась уже по самую палубу.

Девятый час вечера. Ветер (NtW) велик. Сего часа прибылою водою и ветром тронуло лед и понесло дубель-шлюпку со льдом к OSO, ибо туда течение воды. Того ради командующий с унтер-офицерами сделав консилиум, что дубель-шлюпки спасти никак уже невозможно, и дабы спасти хотя людей, сошли все служители на стоячий лед».

Всё остальное приключение несчастливых пловцов, рассказано при описании этого крушения в тексте. Здесь только прибавлю, что с места берега, на который прибыли около полудни 16 августа, отправились к месту предшествовавшего зимовья 21 сентября, сперва командир с геодезистом, подлекарем, боцманматом и восемью рядовыми; потом, вслед за ними остальные нижние чины, и только трёх человек, больных и потому не могших следовать с другими, оставили на месте, с одним при них здоровым служителем, за которыми уже по прибытии к зимовью посланы нарты с собаками, на которых они и были привезены.

Размерения дубель-шлюпки были следующие: длина 70 фут, ширина 15 фут, глубина 7 фут. Команды около 50 человек.