РБС/ВТ/Краевский, Андрей Александрович
Краевский, Андрей Александрович, журналист, издатель "Отечественных Записок" и "Голоса", род. 5 февраля 1810 г., в небогатой семье, в Москве, ум. 8 августа 1889 г. в Павловске, похоронен в Петербурге в Новодевичьем монастыре. Детство Краевский провел в доме известного в то время в Москве вельможи, московского обер-полицмейстера в царствование императрицы Екатерины II, Н. П. Архарова. Выдающиеся способности мальчика обратили на него внимание его покровителя и он принял в судьбе Краевского самое близкое участие. В 1825 г., пятнадцати лет, А. Краевский был помещен в Московский университет на философский (теперь историко-филологический) факультет, причем, чтобы обойти закон, требовавший для поступления в университет 18-летнего возраста, в документах Краевского было прибавлено ему два года. В 1828 г. Краевский окончил университет со степенью кандидата политических наук и поступил на службу в канцелярию московского генерал-губернатора. К этому времени относится и начало литературной деятельности Краевского: в 1828 г. он дебютировал в "Московском Вестнике", где за 1828 и следующий годы поместил несколько статей по истории литературы и философии, почти все без подписи, даже без инициалов; здесь же он вел библиографический отдел. — В это время Краевский хотел посвятить себя научным занятиям, но семейные обстоятельства его в это время резко изменились, он вынужден был оставить Москву и отправился в 1831 г., совершенным бедняком, но "с радужными надеждами", в Петербург искать себе средств к жизни. По приезде в столицу, Краевский причислился к департаменту министерства народного просвещения и давал на первых порах, уроки истории и русской литературы в частных домах. Скоро он приобрел известность талантливого педагога, вошел в круг петербургского высшего общества, и познакомился с другом М. Ю. Лермонтова — князем В. Ф. Одоевским, который ввел его в тогдашние литературные кружки Петербурга, и потом часто помогал ему в затруднительных обстоятельствах. В 1832 г. Краевский получил место преподавателя истории в корпусах Пажеском и Павловском кадетском. Одновременно он состоял сотрудником в "Журнале Министерства Народного Просвещения", где помещал компилятивные статьи по философии, а в 1834 г. был назначен помощником редактора этого журнала. В следующем 1835 г. Краевский начал сотрудничество в "Энциклопедическом Лексиконе" Плюшара, где, между прочим, поместил обширную биографию Бориса Годунова; в этой работе он выступил с оригинальным в то время мнением, что Годунов не был повинен в убийстве царевича Димитрия. Биография наделала много шума, вызвала негодование многих ученых, и когда потом во главе издания "Лексикона" стал Сенковский, он поместил под буквой "Г" статью "Годунов", опровергавшую мнения, высказанные в статье "Борис". В 1836 г. биография Бориса Годунова вышла отдельной брошюрой, за подписью автора. Тогда же Краевский издал и другую брошюру: "Об исторических таблицах В. А. Жуковского, с образцовой исторической таблицей для древней истории" и в том же году Археографическая комиссия избрала его в свои члены и ему было поручено редактирование IV тома "Актов Исторических". В это же время Краевский помогал Пушкину в редактировании "Современника". Скопив некоторые средства, Краевский в 1836 г. ходатайствовал, при посредничестве кн. Одоевского, о разрешении на издание ежемесячного, с широкой программой, журнала "Русский Сборник"; но издание не было разрешено, так как тогда новые органы периодической печати не разрешались, можно было только обновлять старые. В 1837 г. Краевский, однако, сделался самостоятельным, хотя и не гласным издателем и редактором приобретенной им от Воейкова газеты "Литературные прибавления к Русскому Инвалиду". В 1838 г. он приобрел от П. П. Свиньина прекратившиеся по недостатку подписчиков, плохие, бесцветные "Отечественные Записки" — и они под его умелым и энергичным руководительством, несмотря на скудные на первых порах материальные средства, сразу оживились и скоро приобрели симпатии общества и наконец заняли первое место в ряду других периодических органов печати. Целью "Отечественных Записок" было "способствовать, сколько возможно, русскому просвещению по всем его отраслям, передавая отечественной публике все, что только могло встретиться в литературе и жизни замечательного, и полезного, и приятного, все, что могло обогатить ум знанием или настроить к восприятию впечатлений изящного, образовать вкус". — "Отечественные Записки" выступили на журнальное поприще с программой чрезвычайно обширной, богатой и разнообразной, программой, какой до тех пор не выставлял ни один русский журнал. Краевский понял, что в обществе назрела потребность в независимом органе печати, и он привлек, для удовлетворения этой потребности, к своему журналу лучшие силы того времени, предо ставив им полный простор. Во главе с Белинским здесь подвизались в первое семилетие существования "Отечественных Записок" Лермонтов, кн. Одоевский, граф Сологуб, Хвощинская, Кольцов, Достоевский, Писемский, Страхов, а также товарищи Краевского по университету: Герцен, Грановский, Кудрявцев, Огарев, Катков, Галахов, Ешевский, Соловьев. Участие выдающихся талантов продолжалось и во все время существования этого органа, в более чем сорокалетний период времени. Много, однако, усилий нужно было прилагать Краевскому, чтобы постоянно держать свое издание на уровне с требованиями века и общественными тенденциями; Краевский сумел провести свой журнал невредимым сквозь массу препятствий и затруднений. Особенно тяжелы были для журнала 1848 и 1 849 годы, но редактор не падал духом и не переставал поддерживать свое издание даже и тогда, когда передал его Дудышкину. Только с передачей в 1868 г. негласной редакции Некрасову и, по смерти его, Салтыкову, Краевский не принимал уже никакого участия в органе, которому отдал лучшие годы своей жизни. Конечно, не его статьям "Отечественные Записки" были обязаны своим успехом, но они были обязаны ему своим существованием. В чем бы ни заключались мотивы, побудившие Краевского основать, или, правильнее сказать, обновить "Отечественные Записки", нельзя предполагать, что все его побуждения были невысокого свойства (как доказывали иногда его литературные враги), и чрезвычайно ценным представляется, во всяком случае, их результат. До разрыва с Белинским "Отечественные Записки" пользовались таким громадным успехом и имели такое влияние, каких с тех пор не выпадало на долю ни одному журналу... Основав ежемесячный журнал, Краевский не покидал и "Литературных Прибавлений к Русскому Инвалиду". В 1840 г. они были переименованы в "Литературную Газету", в 1843 г. редакция ее была передана Ф. А. Кони, но в 1844 г. Краевсвий снова взял ее на себя и издавал, с политипажами и с приложением "Записок для хозяев", до 1846 г., когда "Газета" была прекращена, а в следующем году Краевский передал ее В. Р. Зотову. Этот орган также твердо шел среди различных невзгод. С 1843 г. Краевский состоял помощником редактора, а в 1847 г. был назначен редактором "Русскогого Инвалида", каковую должность исполнял до 1852 г., когда он, совместно с Очкиным и под его фирмой, взял в аренду "С.-Петербургские Ведомости. Из жалкого листка, с трудом влачившего свое существование, не имевшего и тысячи подписчиков, Краевский в десять лет сделал прекрасную газету, с 12-ю тысячами подписчиков. "С.-Петербургские Ведомости" положили основание материальному благосостоянию их арендатора, что объясняется, впрочем, кроме умелой организации, и исключительными обстоятельствами того времени: Крымская война, подъем общественного настроения после нее, реформы нового царствования — все это привлекало многочисленный круг читателей; дела Краевского шли так хорошо, что он получал в это время до 50000 ежегодного дохода. Но когда окончился срок аренды Краевского, Академия с 1862 г. закрепила "Ведомости", на более выгодных для себя условиях, за новым редактором, В. Ф. Коршем, устранив Краевского. После этого Краевский решился основать свой собственный орган. При помощи министра народного просвещения А. В. Головнина, он очень скоро выхлопотал разрешение на издание новой политической газеты, и с 1 января 1863 г. начал выходить "Голос". Новая газета должна была назваться "Голос Народа", но это название признано было слишком притязательным и изменено. Пробудившееся в это время под влиянием новых преобразований, вызвавших новые идеи и стремления, общество сочувственно пошло навстречу "Голосу", и он скоро занял первенствующее место в русской периодической печати того времени. Множество разнообразных вопросов первой важности по всем отраслям государственных и социально-экономических знаний в их практическом разрешении, разработка вводившихся реформ, облегчение применения их к жизни — такова была цель этого органа. "Голос", созданный реформой, по мере сил и служил ей. В сравнении с "Отечественными Записками" общественная роль "Голоса" была гораздо меньше, но, все-таки, влияние его было весьма значительно. Главное свое внимание "Голос" сосредоточивал на отделе внутренних известий, на корреспонденциях со всех сторон России. В конце 1862 г. редактором был разослан род циркуляра, в котором говорилось: "Я поставил" — говорит редактор — "одной из главных задач газеты ознакомление читателя с внутренней жизнью России посредством приведения в общую известность того, что до сих пор имело так называемый местный интерес... Нужно знать, что думает Россия о своих общественных интересах, что ей нравится, что ею отвергается. Мне кажется, что настала пора гласного проявления своих нужд и стремлений, своего горя и радости; а гласным органом служит нам пока только журналистика". Программа была самая обширная, касавшаяся разных сторон народной жизни. Международная политика иностранных держав и их отношения к России получили впервые в новом органе серьезную правильную оценку и европейская дипломатия стала иногда прислушиваться к суждениям "Голоса". Много препятствий пришлось преодолеть и "Голосу" на первых порах своего существования; ему приходилось бороться и с клеветой, и с завистью конкурентов, и с недоверием администрации, и с тяжелыми материальными обстоятельствами. Но Краевский верил в успех своего дела и не изменял избранному им пути. 13 февраля 1883 г., когда "Голос", на основании временного постановления 6 июня 1882 г., после шестимесячной приостановки, должен был поступить под цензурный надзор, Краевский не пожелал издавать подцензурной газеты и "Голос" прекратился. Через два месяца после этого были запрещены также и "Отечественные Записки". — Таким образом, журнальная деятельность Краевского прекратилась. Лишенный возможности действовать в интересах народного просвещения как издатель, он стал работать на пользу народного образования и городского самоуправления. Еще в конце 60-х годов, при старой общей думе, Краевский принял участие в городском общественном управлении Петербурга; после же введения в действие городового положения 1870 года Краевский был избран гласным Петербургской думы и состоял в этом звании до самой смерти. В 1874 г. он побудил думу ходатайствовать о предоставлении ей права открывать начальные городские школы. Когда это ходатайство было удовлетворено, Краевский стал работать для развития начального образования в самых широких размерах. В начале его деятельности всех училищ в Петербурге было только 16, с 300 учеников; в 1878 г., вступая, после смерти Ф. Ф. Эвальда, в должность председателя, состоящей при Петербургской думе, училищной комиссии, он принял в свое ведение 51 училище, а под конец его деятельности их было 250, с 12000 учащихся мальчиков и девочек. По инициативе Краевского учреждено было общество для пособия недостаточным ученикам и ученицам начальных городских училищ. Кроме этого, Краевский был одним из основателей общества пособия сценическим деятелям; был членом Литературного фонда, Общества поощрения художеств, губернским гласным в Петербургском земском собрании, членом-наблюдателем в комитете кредитного общества взаимного страхования; членом Вольного экономического, Императорского Географического и Славянского благотворительного обществ, членом многих благотворительных учреждений и разных комиссий. — Такова была деятельность Краевского. Он был одним из выдающихся журналистов своего времени. Как председатель училищной комиссии, Краевский сделал весьма много для народного образования. — Умирая, Краевский довольно крупную сумму назначил на пользу просвещения: он оставил университетам — Московскому и Петербургскому по 10000 руб. на стипендии; Литературному фонду, обществу пособия ученикам городских начальных школ и обществу пособия сценическим деятелям назначил также по 10000 руб.; Обществу поощрения художеств — 6000 руб., и т. д. Богатую свою библиотеку Краевский завещал городским училищам, а все рукописи и свою корреспонденцию, имеющую большой литературный интерес — Публичной Библиотеке (часть их издана И. А. Бычковым — "Бумаги А. А. Краевского, СПб., 1893 г."). — Краевский вообще был умный и энергичный человек; но ему были чужды, или, по крайней мере, занимали в его жизни второстепенное место, те идеалистические стремления, а не практические соображения, которые волновали лучших людей в "сороковые" и "шестидесятые" годы. Краевский весьма часто выступал как руководитель и организатор. Почти не было ни одного русского выдающегося писателя, который бы не работал под его руководством. Уже в год смерти Пушкина Краевский занимал довольно видное место в нашей литературной среде; он был одним из лиц, разбиравших бумаги после смерти Пушкина, и вместе с Плетневым принял на себя издательские обязанности после великого поэта по "Современнику". Краевский был настоящим устроителем тех органов, которые издавал. Он был отличный практик, угадывал вкусы и требования публики, и успешно пользовался ими; он готов был и на компромиссы. Во время реакции после европейских событий 1848 г. Краевский написал статью. "Россия и Западная Европа", в которой проводил мысли Погодина, которые он незадолго перед этим порицал. Такая непоследовательность возмутила и самого Погодина. Лавируя между требованиями общества и внешними давлениями, он во всех своих изданиях воздерживался от крайностей и был почти постоянно представителем умеренного либерализма. В своих отношениях к сотрудникам Краевский был человеком холодным, даже суровым, смотрел на них, как на работников и требовал от них подчас крайнего напряжения сил. Особенно тяжело было положение Белинского. Много, конечно, у Краевского было и завистников, недоброжелателей, которые осыпали его часто и незаслуженными упреками и обвинениями.

В. Зотов. "А. А. Краевский, Нестор русской журналистики". "Исторический Вестник" 1889 г., т. XXXVIII, ноябрь, стр. 356—374; "Вестник Европы"; "Русская Мысль"; "Истор. Вестник", 1889 г., август — сентябрь; "Новости", 1889 г., № 217; "Hoвoe Время", №№ 4829 и 4832; "Спт. Ведомости", 1889 г., № 217; "Московские Ведомости", 1889 г.. № 222; "Всемирная Иллстрация", 1889 г., № 1074 (8); "Новь", 1889 г., № 20; "Нива", 1889 г., № 34; "Русский Архив", 1889 г., ч. II, стр. 368; "Портретная Галерея русских деятелей", изд. А. Мюнстером. Т. 2, СПб., 1869 г., "Словарь современных деятелей России"; Календарь на 1874 г. А. Гатцука; "Литературные воспоминания И. И. Панаева, от 1830—1839 г.", СПб. 1876 г., ч. I, "Знакомые. Альбом M. И. Семевского", 1867—1888.СПб., 1888 г.; "Воспоминания А. Я. Головачевой-Панаевой", СПб. 1890 г.; А. Пыпин, "Белинский, его жизнь и переписка", СПб. 1876 г.; "Записки К. А. Полевого", СПб. 1888 г., И. И. Греч, "Записки о моей жизни", СПб. 1886 г., С. Шевырев, "История Императ. Московского университета", М. 1855 г.; А. В. Никитенко, "Записки и дневник", 1826—1877. СПб. 1893 г.; В. И. Шенрок, "Материалы для биографии Гоголя", т. III, M. 1895 г., т. IV, М. 1898 г.; С. Весин, "Очерки истории русской журналистики двадцатых и тридцатых годов", СПб. 1881 г., стр. 257, 258, 345, 346; "Пятнадцатилетие газеты "Голос". СПб. 1878 г.; "Бумаги А. А. Краевского. Опись... И. А. Бычкова", СПб. 1893 г. См. кроме того: "С.-Петерб. Ведом.", 1867, № 47; 1869, №№ 187, 188; 1870, № 98; 1872, №№ 78, 81, 91, 170; "Бирж. Вед.", 1868, № 346; 1871, № 352; 1872, №№ 81, 258, 301; "Петерб. Лист.", 1869, №№ 104, 123; 1871, №№ 75, 131; "Голос", 1869, №№ 204, 242; 1870, № 34; "Иллюстр. Газ.". 1872, № 23; "Весть", 1868, № 144; 1869, №№ 39, 230; "Русский Мир", 1873, № 57; "Гражданин", 1873, № 2; "Русский Архив", 1873, № 6, 867—1017; "Всемир. Иллюстр.", 1869, № 31; "Судеб. Вестн.", 1869, № 179; "Дело", 1869, № 7, 82—93; "Современник", 1869, № 6, 293—304; "Неделя", 1868, №№ 1, 2; "Домашн. Беседа", 1875, № 13.

РБС:Журналисты
РБС:Издатели