История Петра I (Пушкин)/1706 (Вторая половина года)
1706 (Вторая половина года) 

Петр отрядил в Саксонию Меншикова со всею регулярною и нерегулярною конницею. Получил от нашего посланника в Дании Измайлова известие, что слух есть, будто бы Россия заключила со Швецией перемирие на три года, не включая в договор короля Августа; Петр писал к нему, уверяя в искренности своего союза. Кн. Василию Лукичу Долгорукому, капитану гвардии, пребывающему при Августе в качестве министра, писал: 1) о 20 000 регулярной и о столько же нерегулярной конницы, посланной в Саксонию, за коими последует и пехота, 2) о замедлении, происшедшем от изнурения войска в Гродне, 3) обещался писать к папе, просил короля чаще с ним сноситься, для чего учредил он и тайную почту через Волосскую землю. Наконец для бога, просил достать поносительное о нем письмо Аренштета, не жалея для того тысячу-другую червонцев.

Вслед за тем 5000 пехоты отправлены. А с ними гвардии капитан Иван Измайлов; Петр через него просил Августа, чтоб пехота русская, от границ далее 50 миль не отдалялась, дабы не быть ей отрезанной. Петр советовал употреблять более конницу.

Из-под Могилева 3000 конницы отправились в Великую Польшу; и у Львова разбили кн. Любомирского, а в Люблине отбили шведскую контрибуцию и взяли в плен 600 человек.

Генерал-майору фон Вердену поручены границы от Смоленска до Пскова. Ему инструкция: 1) идти в Полоцк и оттоль разведовать паче через шпионов о движениях Левенгаупта и стараться вредить ему без генерального сражения, 2) в случае нападения и крайности разорить полоцкий замок и уступать к границе, 3) непрестанно сноситься со Смоленском и Псковом и действовать оборонительно, 4) в Ригу ничего не пропускать, 5) сноситься с дерптским комендантом Нарышкиным etc.

Петр писал к тайному секретарю Шафирову и к графу Головину о возможности мира через англичан, в случае если мы вступили бы в союз противу Франции (см. у Голикова ответ Шафирова. Ч. II — 323, примеч.).

Август прислал к Петру генерал-майора Гольца с предложениями:

1) Дать 8 полков конницы и 4000 калмыков, и нерегулярных отдать в начальство генералу Броузе, а пехоте действовать близ рубежей (на сие Петр с удовольствием соглашается).

2) О субсидиях. Петр пишет, что они зело тягостны; ибо содержит он по иным краям более 60 000 войску, кроме гарнизонов, именно: в большом корпусе 35 000 пехоты и 21 000 драгун; в Полоцке 5000 пехоты и 3000 драгун, в Ингерманландии 22 000 пехоты и морских и 5000 конницы. — Однако же повелено уже в Архангельске о продаже хлеба с голландцами заключить условия, и требование Августа скоро исполнено будет.

3) О Паткуле; Петр требует, чтоб его ему выдали на суд etc., etc.

Наследственная война между Францией, с одной, а с Австрией, Англией и Голландией — с другой стороны, была во всей силе. Полагали, что Карл, вступая в Шлезию и в Саксонию, действовал по тайному союзу с Францией. Он пошел к Саксонии с Лещинским и в 22 000 войска, в Польше оставя Мардофельда с сильным (?) корпусом.

Петр своему министру в Вене спешил повелеть, чтобы он предложил цесарю его союз, о чем объявлено и посланникам английскому, датскому и польскому.

При сем он приказывал ему стараться о найме добрых генералов, особенно двух для пехоты и для кавалерии, искусных и из знатных родов, чтоб можно было их и в советы призывать, обещая им (тайно) сверх жалования 1000 и 2000 рублей. Также повелевает пресечь союз, будто бы начинающийся между Швецией и Ганновром и Пруссией.

Шафирову Петр писал о том же; предписывая ему якобы от себя спросить у английского посланника, не надобно ли будет России вступить в союз противу Франции, и в случае согласия объявить, что указ о том он уже имеет.

Устав о жаловании войску: получать оное из ратуши по наряду Военного приказа к комиссарству — на 44 полка солдатских и драгунских по 849 870 руб. 93 коп. в год (сюда не включены морские, гарнизонные и отдаленные полки. По свидетельству Штелина, армия состояла из 200 000 и более — сверх того гвардия, инженерные и артиллерийские корпуса и морские полки).

Петр определил рекрут отдавать конных Меншикову и пеших — Репнину. Росписи же рекрутам закреплять судье Военного приказа — Стрешневу.

От 4 июля до 20 августа Петр разослал более 50-ти повелений.

В ответ на одно из них Ромодановский отвечает, что некрепкого железа остается мало, а что ни в Большой Казне, ни в артиллерии (Артиллерийский приказ?) денег нет.

В другом князя Кропоткина, взятого под стражу за измену его племянника, Петр повелевает не пытать etc.

В Петербург к Брюсу послал он повеление тайно приготовлять в Котлине все нужное для взятия Выборга.

К Меншикову пишет наставления, особенно о провианте; повелевает судить Розена по доносам Боура и Кикина. К Успенью ожидает Меншикова в Киев etc.

Стрешневу повелевает с негодных в службу москвичей и с девок и вдов брать оброк, противу новогородских. Помещикам готовиться на отпор неприятеля, с которой стороны вступит — etc., etc.

К Стельсу в Архангельск писал о шпанском табаке и о двух стенных часах (для Петербурга) и о паре веергласов (для Киева) etc.

К Любсу о сте мортир; и о найме типографщиков.

К корабельному мастеру Скляеву о лилеях для Петербургского сада.

К Шафирову о цветах, и звал его в Киев.

В Архангельск к Яковлеву о бобровых покрышках на сумы Преображенского полка.

От 2 августа Петр извещал Апраксина о смерти графа Федора Алексеевича Головина: «сея недели генерал-адмирал и друг наш от сего света пресечен смертию в Глухове, того ради извольте, кроме Посольского приказа, который он ведал, присмотреть, а деньги и прочие вещи запечатать до указу. Сие возвещает печали исполненный Петр».

Петр в день Успения богородицы заложил новую, по собственному плану, крепость около Печерского монастыря. Повелел оную кончить гетману с малороссийскими войсками и дал ему в помощь полковника Гейсена, а до того не отлучаться.

В августе Карл вступил в Саксонию, взяв со всего народа контрибуцию. Петр послал к Августу прибывшего в Киев Меншикова; армию поручил Шереметеву и Огильвию (по условию), дал в особую команду 13 полков.

В Киеве для скорейших сношений с Августом и проч. оставил он виц-канцлера Гаврилу Ивановича Головкина при армии неотлучно; также и Аренштета. Шафирова послал в Москву, где пребывали прочие иностранные министры. Мазепе предписал сноситься с Головкиным.

Ромодановский произвел Петра из капитанов в полковники в бытность государя в Киеве. За сию фарсу Петр его благодарил письменно. 20 августа Петр отправился в Петербург через Стародуб, Смоленск, Великие Луки и Нарву, куда прибыл 4 сентября и морем отправился в Петербург. У Котлина осмотрел флот и 8 сентября прибыл в Петербург.

Фон Вердену в Полоцк повелел он, буде нет в том опасности, подаваться к Динабургу.

К Меншикову, между прочим, что было в Петербурге наводнение и вода в покоях его стояла на 21 дюйм, что по улицам ездили на лодках, что продолжалось три часа etc. Кланяется всем, как оружие носящим, так и иглу имеющим (Екатерине).

В Архангельск к Яковлеву (хозяйственные распоряжения).

Хованскому в Астрахань о перемещении двух Керейтовых полков в Казань и о переводе с Терка московских стрельцов в Астрахань.

К Апраксину о гнили, оказавшейся в кораблях Наевой работы (потому что не вовремя с соком леса рублены).

О липах для Петербурга (Корсакову (куда)?).

К майору Глебову — повелевает казнить беглых астраханских стрельцов.

К Ромодановскому — о перелитии старых пушек etc.

Повелевает выдать князю Дмитрию Голицыну на оплату его долгов 500 руб.

(Багинетами назывались штыки.)

По требованию (довольно наглому) Аренштета Петр через Головкина отвечал, что немедленно к Дубне приближится (с пехотою).

Что четыре моста на Днепре и Припяти будут устроены.

Что кавалерия русская соединится у Люблина с кавалерией саксонской.

Что к папе послом назначен голландский наш министр князь Борис Куракин (или другой).

О деньгах и о русских рекрутах обещает поговорить при свидании.

Аренштету, на просьбу его, отвечать, чтоб об отпуске своем снесся он со своим королем, а в случае, если не захочет он дождаться ответа, то взять с него расписку в том, что едет он от нашего двора по своей доброй воле.

В том же письме государь повелел от службы своей уволить Огильвия (который однажды только рассудил явиться к Шереметеву за паролем). Петр повелел заплатить сполна ему все жалование, также сердится на присылку какого-то венецианского проходимца Контия; утешает Головкина о кончине его матери, умершей в преклонных летах, и проч. etc. В другом письме посылает образцовую к папе грамоту.

К Шафирову о Лите (Лит), нашем поверенном при прусском дворе, о принятии его в нашу службу. Повелевает Матвееву из Парижа ехать в Голландию, а оттоле в Англию (главное место всего аллианса). Измайлова из Дании послали мы в Пруссию (для подтверждения неутралитета).

О Книпере и других шведах; не пускать их в Немецкую слободу — и пастора для молитвы дать им на дом. Книпера не худо и отпустить, ибо он только что в России не родился и есть лучший для шведов шпион etc.

Целию посольства в Лондон был мир со Швецией.

NB. (Смотри Инструкцию в Голикове, ч. II. — 352.)

Pierre faisait bon marché d’Auguste. Il ne demandait pas mieux à ce qu’il parait d’élire un autre roi1) (с согласия союзников), мира же хотел он искренно и готов был заключить его на одном даже условии: иметь единый порт на Балтийском море. Вообще инструкция есть chef d’oeuvre дипломатии и благоразумия.

Петр, отправя под Выборг войско под командою генерал-майора Брюса и бригадира Шонбурга, дал им инструкцию, которая сделалась законом. Петр подписал ее 3 октября.

Пред отъездом своим в Выборг Петр послал к Меншикову бланкет и 4 октября отправился в путь. За милю от Выборга неприятель в двух шанцах при двух пушках остановил наш авангард при переправе. Но русские заняли шанцы, пушки взяли и неприятеля прогнали.

Пехота пришла под Выборг 12-го числа.

Петр писал виц-адмиралу Крейсу, чтоб он отправил пять или более бригантин в море до Беркен-Ейланта для перенятия семи шкут, вышедших от Выборга, etc.

Того числа отряженные Преображенского полку сержант Михаил Щепотев, бомбардир Автоном Дубасов и флотские офицеры Скворцов и Синявин на пяти лодках с 48 солдатами вместо купеческих судов напали в туман на адмиральский военный бот «Эсперн» и оным овладели, побив 5 офицеров и 73 солдата, остальных заперли под палубу. — Синявин и 4 других одни остались живы.

Петр тела их препроводил в Петербург и приказал Зотову погребсти с воинским торжеством.

Осадная артиллерия стала на дороге в глубокой осенней грязи. Воинским советом положено поворотить ее в Петербург, а под Выборг привезти одни мортиры.

22 октября началось бомбардирование, продолжавшееся четверо суток. Но за неимением артиллерии и морских судов положено оставить осаду до весны. Петр досадовал на тех, которые ему не доставили настоящих сведений о местоположении Выборга.

Подполковнику Керхину Петр повелел отпускать офицеров только до 25 декабря, не позже, под опасением потери чести и живота.

К Мусину-Пушкину писал, справляясь, по скольку старцы получают жалования. 23 октября Петр написал план отступления, повелевая 1) за день до прекращения действий три мортиры отпустить вперед с нерегулярными на волах. 2) Отступить вечером, а где огни, там, заготовя дров на сутки, дабы по отступлению пехоты конница их раскладывала, офицера с барабанщиком на рассвете послать в город (для ложных переговоров). Коннице, не мешкав, идти прочь. 3) В первый день идти как можно дале, прочие дни — по воле, мосты портить, в узких местах делать засеки.

Сего же 23 октября Петр отправился в Петербург и, повстречав артиллерийские снаряды, обратил их назад.

Прибыв в Петербург (по «Журналу Петра Великого» 4 ноября, а по «Запискам государя» — 24 или 25 октября), Петр спустил бригантин своего изобретения.

К Меншикову послал он тайно предложение английского посланника, приказывая ему разведывать тайно же мнение о том австрийского двора.

Шафирову приказал Петр разменять Книпера и о освобождении Паткуля всевозможное приложить старание. О мире со Швецией повелевает непременно переговоры вести с иностранными министрами и довольствоваться, что от них определится, хотя б мы и великую победу над шведами одержали.

К Стрешневу — о доходах и о продажных товарах etc., требуя ведомость о том к будущему январю.

То же и Автоному Иванову etc.

Петр ездил по морю на своем бригантине и потом, быв им доволен, заложил еще два.

Петр благодарил Нарышкина за разбитие неприятеля высланным из Дерпта отрядом.

Петр получил известие о перемирии (sic) Августа с Карлом и писал о том Меншикову, предписывая ему быть весьма осторожным. Советует ему с пехотою вступить в Литву, загнать Левенгаупта в Лифляндию и, расположась близ Риги, весною ее бомбардировать. В декабре Петр думал быть у Меншикова etc.

Чамберсу и Вердену пишет, чтоб, в случае нападения Левенгаупта на Полоцк, они, соединясь, до того его не допустили.

Керхину повелевает беглых расстреливать в Могилеве, Полоцке и в большой армии. Если же будет их более 20, то по жребию — одному казнь, другому — каторга, — также о треугольных шляпах, о петлях, обшитых золотом у гобоистов, о полумесяцах на их же плечах, о золотых галунах, о шерстяных (у барабанщиков) etc.

Между тем уже в августе месяце король Август посылал тайно к Карлу Имгофа и Фингстейна, уполномоча их для переговоров. Министр наш при польском дворе тайный советник фон Паткуль, узнав о том, воспротивился. Он зазван был тайно саксонскими министрами для совещания, схвачен и посажен в Зонненштейнскую крепость. Ему предложили свободу на следующих условиях: 1) не мстить Августу, ни его министрам, 2) из Саксонии выехать не прежде года и 4 месяцев. Паткуль не согласился. Петр через своего министра кн. Дмитрия Голицына протестовал, но тщетно.

Наконец в Альтранштадте, главной квартире Карла, заключен трактат, коего главные условия:

1) Августу отказаться от польского престола, признав королем Станислава Лещинского,

2) отступить от союза с Петром,

3) выдать изменника и беглеца Паткуля в руки Карлу,

4) остаточное помощное русское войско выдать же ему.

Вследствие сего Паткуль в оковах был 9 сентября выдан шведскому королю и в следующем, 1707 году, колесован. Ренцеля ожидала та же участь, но правительство саксонское выслало его с войском его заблаговременно; по свидетельству других писателей, Ренцель ушел тайно через Богемию и Шлезию, за что Карл XII у Иосифа I требовал еще удовлетворения. По прибытии его в Россию Петр пожаловал в генерал-майоры, а потом и в генерал-поручики.

Меншиков, еще ничего не ведая о договоре, заключенном Августом, донес Петру о некоторых успехах, полученных нашими отрядами в Польше. Наконец и о славной битве под Калишем.

Генерал Мардофельд, начальствующий над шведскими и польскими войсками, отступая несколько времени от нас, перешел Просну и стал в крепком месте, окруженном реками и болотами. Меншиков перешел Просну же и 18 напал на неприятеля. На правом крыле стал Меншиков, а на левом король Август с своими саксонцами. С русскими находился гетман Ревуцкий (Ржевуцкий?), с саксонцами гетман Синявский. Корпус неприятеля состоял из шведов, а по крылиям из поляков при воеводе киевском Потоцком и троцком <Сапеге>.

В 2 часа пополудни началось сражение. Наша кавалерия смешалась было от натиска шведской пехоты, но Меншиков с несколькими шквадронами драгунов успел остановить неприятеля и с правого крыла велел ударить коннице своей. Через три часа все было кончено. Часть неприятельской конницы успела спастись, прочее перебито и взято в плен. Шведов было (по Меншикову) — 8000 (а по «Журналу Петра» — 7000) да поляков до 20 000. Шведов убито до 5000 да поляков и волохов до 1000. В числе их шведский генерал Красов. В плен взят Мардофельд, 4 полковника, 6 подполковников, 5 майоров, штаб- и обер-офицеров 142, унтер-офицеров и рядовых — 1788, в том числе 493 француза, весь обоз etc.; в преследовании и в Калише взято еще 829 шведов. На другой день взяты почти все поляки с их предводителями. Наших было регулярных 10 000, отряд казаков, да саксонцев и поляков 13 000.

Август был в затруднительном положении. Он столь же боялся Карла, как и Петра. Не зная, что делать, он сообщил Мардофельду планы Меншикова, объявил ему о своем замирении с Карлом и советовал в сражение не вступать. Мардофельд, не быв предуведомлен, ему не поверил. После сражения Август взятых польских предводителей освободил и Меншикова уговорил отдать ему и шведов, будто бы для размена, что и обещал он совершить в три месяца, в противном случае обязываясь возвратить их. Он письменно просил у Карла прощения в своей победе. В замешательстве своем заехав в Варшаву, отпел он, однако ж, благодарственный молебен, а потом, 16 декабря прибыв в Лейпциг к Карлу, предался его воле, обедал у него со Станиславом Лещинским и 20-го подписал вышеупомянутый трактат.

Петр три дня праздновал победу своего любимца, благодарил Меншикова, велел в честь его выбить медаль и приказал, не упуская случая, отрезать Левенгаупта от Риги.

Август, однако, требовал еще денег. Но Петр уже ему их не посылал; и, не зная еще о его трактате, подозревал, что польские пленники дали ему за себя выкуп.

Об Левенгаупте, который в Вильню так дерзновенно пришел (письмо Петра к Головкину), Петр писал и к Шереметеву и к генералам Алларту, Рену, Чамберсу и князю Голицыну.

Петр приказал ему же разгласить о скором своем прибытии в армию для обозрения Августовой стороны.

Кн. Ромодановскому приказал прислать в Киево-Печерскую крепость 136 пушек.

В Смоленск губернатору Салтыкову — о судах, подъемных для 150 000 пудов к весне.

Указ дан о наряде 15 000 работников для Петербурга.

Указ во всей России заступов не делать и не продавать, а делать лопаты.

Указ Стрешневу собрать с городов, кроме низовых, 4579 <рекрут>. Провиант поставить в Петербург, о запасах в Азов etc.

Кудрявцева уведомляет, что башкирцы просятся в союз к крымскому хану etc.

Купцу Любсу пишет о домашних потребах etc.

Апраксину дал указ о производстве по морской службе: первые чины за выслугу лет, а верхние по рассмотрению.

10-го декабря Петр уехал в Нарву, дав подробный Брюсу указ касательно укреплений петербургских, строения домов, приуготовлений к осаде Выборга, о рекрутах, наконец, о провианте, яко о главном деле.

Из Нарвы Петр хотел отправиться в Москву, но, получив накануне письмо от Меншикова, коим уведомлял он его о союзе Карла с Августом, Петр немедленно поскакал в Польшу, взяв с собою царевича Алексея.

В Смоленске Петр, осмотрев город, дал несколько повелений.

24 декабря прибыл в Киев — и в ту же ночь отправился в Острог и в Дубну, где стоял кн. Репнин.

Из Дубны приехал он в Жолкву, где находился Шереметев, Меншиков etc.

 Указы 1706 года 

Несколько подтверждений о бурмистрах, о беглых людях, о книгах для записей, о приложении руки, о торгах, об оброке вод.

О постройке мостов в Немецкой слободе на счет той слободы.

О записке недорослей из дворян в драгуны.

 (В разное время) 

О рекрутских наборах:

1) крестьянских, бобыльских с 300 дворов по человеку,

2) с дворян — со 100 дворов по человеку,

3) с бояр и окольничих с 300 по человеку,

4) (по указу 1705 — с 20 дворов по человеку) брать деньгами, хлебом и одежей.

NB NB. (В год на прокормление человека 1½ рубл.)

 Примечания 

История Петра I (Пушкин)