РБС/ВТ/Геннади, Григорий Николаевич
Геннади, Григорий Николаевич, известный библиограф и библиофил; родился 18 марта 1826 года в С.-Петербурге. Предки его были греки. Дед, Александр Геннади, переселившись в Россию, служил при дворе Императрицы Екатерины II. Он числился в списках Семеновского полка и одно время заведовал мехами, привозившимися в Кабинет. Любопытно, что покупщики прозвали эти меха «геннадиевыми», из чего будто бы сделали наконец «енотовые». В 1810 г. Александр Геннади получил диплом на дворянское Российской Империи достоинство и герб. Отец, Николай Александрович, служил переводчиком в канцелярии Министерства Иностранных Дел. В 1820-х годах он вышел в отставку, в чине коллежского советника, после чего жил преимущественно в Москве, где владел домом в Колпачном переулке. Женат он был на урожденной Плеске. Последняя жила, отдельно от мужа, в Лебяжьем переулке. Детство свое Г. провел в отцовском имении, селе Юшине (Смоленской губ., Сычевского уезда). Начальное образование он получил в Сычевском уездном училище, а затем воспитывался в Москве, в известном образцовом пансионе Чермака. Отсюда он поступил в Московский университет, на юридический факультет, но скоро перешел в Петербургский университет, где в ноябре 1847 г. окончил курс со степенью действительного студента с чином губернского секретаря; в июне 1851 г. Г. поступил на службу в С.-Петербургскую палату государственных имуществ канцеляристом, но уже осенью того же года покинул эту должность, будучи назначен (22 ноября) почетным смотрителем Сычевского уездного училища.

С 21 мая 1861 г. до 10 декабря 1863 г. он служил мировым посредником 2-го участка Сычевского уезда, занимая в то же время с 27 октября 1861 г. должность директора Сычевского отделения тюремного комитета. Впоследствии он работал в земстве в качестве гласного. Дослужившись до чина надворного советника, Г. вышел в отставку.

Когда умер отец, Г. сделался обладателем весьма крупного состояния (между прочим 10000 десятин в Смоленской губ. и почти такого же числа в Ярославской губ.) и женился на фрейлине, княжне Елизавете Александровне Куракиной. После женитьбы он поселился в С.-Петербурге, в собственном доме на углу Надеждинской улицы и Ковенского переулка (рядом со зданием Государственного Коннозаводства), но затем покинул Россию и жил то в Берлине, то в Дрездене, посещая, впрочем, довольно часто Москву и Петербург, где у него был большой круг друзей и знакомых.

В свой последний приезд в С.-Петербург, в конце 1879 года, Г. простудился. Простуда эта осложнилась воспалением легких, от которого он и умер 26 февраля 1880 г., в гостинице «Виктория» (на Большой Конюшенной). Погребен он в С.-Петербурге, на кладбище Новодевичьего монастыря. Потомства после него не осталось. По описанию, сохранившемуся в бумагах покойного Я. Ф. Березина-Щиряева, Г. был роста среднего, с продолговатым, несколько худощавым лицом, со светло-русыми волосами, с небольшой бородкой и бакенами. Своими манерами он производил впечатление светского человека. Русская речь его была правильной и отчетливой, но в произношении чувствовалось влияние французского языка, ему более привычного.

Из портретов Г. широким кругам известен лишь один, резанный на дереве А. И. Зубчаниновым и воспроизведенный в «Российской Библиографии» Э. Гартье (1880 г., № 60). С этого же оригинала существует портрет-заметка, работы гравера Кастелли (на LII таблице «Медалей частных лиц», изд. Ю. Б. Иверсена, и в отдельных отпечатках в «Альбоме» последнего, 1880 г.). Но, кроме этого портрета, сохранилась еще фотография более раннего периода (у издателя «Русского Архива» П. И. Бартенева).

Геннади рано сделался библиофилом. У его отца была весьма порядочная библиотека, и Г. с самых ранних лет пришлось вращаться среди книг, к которым он мало-помалу и пристрастился. Сам он собрал отличную библиотеку в несколько тысяч томов русских и иностранных книг (наиболее полными отделами были: библиография, история литературы и материалы для биографий русских писателей) и большое количество русских гравированных и литографированных портретов (до 4000 листов). Эти собрания после его смерти продавались в Дрездене и были куплены случайно оказавшимся проездом в этом городе владельцем петербургского эстампного магазина А. Фельтеном за 12000 рублей и распроданы им по частям. Из своего собрания Геннади при жизни пожертвовал немало книг Императорской Публичной библиотеке и Чертковской библиотеке в Москве. Кроме того, он основал библиотеку для чтения при Сычевском уездном училище, для которой лично составил и каталог.

Любовь к книге привела его к знакомству со многими известными библиографами и библиофилами… Назовем из них: С. A. Соболевского, С. Д. Полторацкого (предложившего его в члены Общества Любителей Российской Словесности), М. П. Полуденского, M. H. Лонгинова, П. П. Пекарского, В. И. Саитова, П. А. Ефремова, Н. П. Дурова, Н. П. Собко, П. И. Бартенева, графа M. А. Корфа, Я. Ф. Березина-Ширяева, В. И. Межова. Упомянув об Обществе Любителей Российской Словесности, надо, кстати, сказать, что Геннади, кроме того, числился членом еще следующих обществ: Русского Географического, Русского Археологического, Истории и Древностей Российских при Московском университете и Распространения полезных книг.

В печати Г. впервые выступил в 1849 г. в «С.-Петербургских Ведомостях», с небольшой рецензией о книге Перевлесского «Избранные сочинения князя А. Кантемира». Затем он участвовал в целом ряде периодических изданий и органов ученых обществ. Кроме множества статей, заметок, биографических очерков, рецензий, библиографических указателей по разным вопросам, рассеянных по журналам и газетам, Геннади выпустил в свет несколько крупных, отдельно изданных работ. Среди них первое место занимает его «Справочный словарь о русских писателях и ученых, умерших в XVIII и XIX столетиях, и список русских книг с 1725 по 1825 г.». Труд этот был задуман им еще в конце 1850-х годов и осуществлялся постепенно, главным образом путем собирания био- и библиографических сведений об умерших писателях и ученых и вообще лицах, так или иначе причастных к литературному и издательскому делу. Накоплявшийся материал он опубликовывал, в виде некрологов, в «Библиографических Записках» Афанасьева (с 1858 г.), а по прекращении этого журнала — в «Русском Архиве» (с 1864 г.). Кроме того, материалом для «Словаря» послужили ранее изданные словари: Новикова, митрополита Евгения, Бантыша-Каменского, Снегирева, энциклопедические лексиконы, каталоги и книжные росписи, газетные статьи и т. п. При жизни Григория Николаевича вышли только 2 тома (т. І, А—Е, Берлин, 1876, и т. II, Ж—М., с дополнениями Николая Собко, Берлин, 1880); предпоследний, третий (Н—Р) том издан в 1906—1907 гг. Имп. Обществом Истории и Древностей Российских, с предисловием А. А. Титова (Чтения Имп. Общ. Ист. и Древн. Рос., 1906 г., кн. IV, и 1907 г., кн. I и IV), а конец так и остался в рукописи. Биографическая часть «Словаря» скудна, библиографическая же — указания на сочинения авторов и литературу о них — обработана лучше, но предмета далеко не исчерпывает. Геннади и сам прекрасно сознавал, что подобный труд не под силу одному человеку. Начав свою работу «в более обширных размерах», он потом сузил ее рамки и ограничился «самонужнейшими краткими указаниями», чтобы скорее ее окончить и издать, и «таким образом дать возможность дополнять ее показания и утвердить со временем библиографические факты, им собранные». Несмотря на все недостатки «Словаря», он тем не менее является ценным приобретением для русской библиографии.

Наряду со словарем Геннади следует назвать его «Литературу русской библиографии. Опись библиографических книг и статей, изданных в России» (СПб., 1858) и «Русские книжные редкости» (СПб., 1872) как наиболее известные в книжном мире труды Григория Николаевича.

В первом из них он задался целью «привести в известность и указать в систематическом списке по возможности все, что печатано в России по предмету библиографии, в книгах, брошюрах и статьях в журналах и газетах». Хотя задачу эту он выполнил лишь отчасти, список его и в таком неполном и несовершенном виде не лишен значения; за справками к нему прибегают и в настоящее время, несмотря на полувековую давность этого списка.

Второй из названных трудов был предпринят Григорием Николаевичем «в надежде угодить русским библиофилам и библиотекарям» при справках о редко встречающихся книгах. Этот список, в который вошло 246 названий большей частью случайных, иногда вовсе не редких книг, поныне в большом почете у букинистов и антиквариев, каталоги которых так и пестрят ссылками на этот указатель. Он же вызвал массу собирателей исключительно «редких» книг, независимо от содержания последних. Среди библиофилов такие собиратели известны под названием «библиофилов геннадиевского толка».

Не вдаваясь в подробный разбор остальных трудов Геннади, заметим, что в общих чертах все они, хотя не лишены характера случайности и других недостатков, все же являются полезными пособиями. (Многие из них теперь, понятно, уже устарели.) Но отдавая должное полезной деятельности Геннади, нельзя, вместе с тем, по справедливости не заметить, что он не отличался особенным трудолюбием при своих изысканиях, доказательством чему служат неполнота, ошибки и промахи, зачастую грубые, в его работах. У него не доставало терпения тщательно и всесторонне разрабатывать тот или другой предмет; не соображаясь с силами, он часто чрезмерно расширял рамки своих трудов и, вдаваясь в мелочи, «не примечал слона», так что в конце концов он был не более как дилетантом в области библиографии. Чем же иначе объяснить, что, например, в «Списке сочинений Гоголя», указав всех «Глечиковых», «Аловых» и проч., он пропустил «Мертвые души». По словам П. А. Ефремова, это подало повод Н. А. Некрасову написать своего «Раздраженного библиографа». Репутацию «дилетанта» особенно усилило еще неудачное редактирование Григорием Николаевичем двух исаковских изданий «Сочинений Пушкина» (1-е издание в 1859 г., 2-е издание в 1869—1871 гг.), вызвавшее известную эпиграмму Соболевского:

Многие из своих статей Геннади подписывал псевдонимом «Григорий Книжник», другие сокращенно: «Г.», «Г. Г.» или «Г-ди».

Список трудов и изданий Геннади напечатан в труде У. Г. Иваска «Григорий Николаевич Геннади (обзор жизни и трудов). Издание Л. Ф. Бухгейма. Москва, 1913.» (с 2 портретами).

«Книга адресов столицы Москвы», изд. фон Метелеркампом и К. Нистремом, М., 1839 г., ч. ІІ, стр. 72. — Формулярный список Г. на 1866 г. — «Смоленские Губернские Ведомости», 1860 г., № 32. — «Книжный Вестник», 1861 г., № 7, стр. 132; 1904 г., № 14, стлб. 407, и № 18, стлб. 533. — «Библиографические Записки», 1861 г., т. III, № 10, стлб. 314—315. — «Необходимое дополнение к настольному словарю» фон Толля, стр. 124. — «Русский энциклопед. словарь» Н. И. Березина. — «Российская Библиография» Э. Гартье, 1880 г., № 60 (8), стр. 225, 229—235. — «Новое Время», 1880 г., № 1437. — «Петербургский Листок», 1880 г., № 41. — «Газета А. Гатцука», 1880 г., № 11. — «Голос», 1880 г., № 59. — «Варшавский Дневник», 1880 г., № 51. — «Исторический Вестник», 1880 г., т. I, кн. IV, стр. 884—885. — Я. Березин-Ширяев, «Последние материалы для библиографии», СПб., 1884 г., стр. 182—183. — «Знакомые. Альбом М. И. Семевского», СПб., 1888 г., стр. 46, 54, 83. — «Русский Архив», 1888 г., т. III, № 9, стр. 176, и № 11, стр. 469—470; 1909 г., т. II, кн. 6, стр. 296. — Д. А. Ровинский, «Подробный словарь русск. гравированных портретов», СПб., 1889 г., т. І, стлб. 477. — Энциклопед. словарь Брокгауза и Ефрона, 1892 г., т. VIII, стр. 338—339 и в статье «Библиография». — «Библиограф» Н. М. Лисовского, 1892 г., № 2, стр. 53, 57. — П. Н. Полевой, «История русской словесности», СПб., 1900 г., т. III, стр. 162. — С. А. Венгеров, «Источники словаря русских писателей», СПб., 1900 г., т. І, стр. 724—725. — В. Даль, «Толковый словарь живого великорусского языка», СПб., 1903 г., т. І, стлб. 1294—1295. — «Московские Ведомости», 1905 г., № 58. — В. Лукомский и С. Тройницкий, «Списки лицам, Высочайше пожалованным дипломами с гербами…», СПб., 1911 г., стр. 21. — «Русский Библиофил» Н. В. Соловьева, 1911 г., № 6, стр. 74—75. — «Словарь членов Общества Любителей Российской Словесности при Московском Университете», М., 1911 г., стр. 75.

РБС:Библиографы