Летопись крушений и пожаров судов русского флота 1713—1853/1855 (ВТ:Ё)/1806 г. Транспорт Св. Николай
1806 год. Транспорт Св. Николай. Командир штурман В. И. Кожевин. (Охотское море.) Возвращаясь из Нижнекамчатска с одними пассажирами, нагруженный только балластом, 19 сентября находился уже близко Охотска, в виду мыса Марикан; но командир по ошибке в счислении полагал себя на 120 миль восточнее, у мыса Мотыклейского, и продолжал лавировать к западу. Чрез десять дней лавирования он, однако же, убедился, что снесён значительно южнее Охотска, и потому обратился в ту сторону. Но ветер стоял противный, так что в целую неделю не могли ничего выиграть и 7 октября «с общего совета команды и пассажиров», принимая в расчёт позднее время года, плохое вооружение транспорта, недостатки в воде и провизии, решились спуститься к удскому берегу, на зимовье. 12 октября остановились пред устьем реки Уды, в одной от него миле, на глубине 4 сажени. Посланный для промера фарватера штурманский ученик ещё не успел воротиться, как сделался крепкий ветер от ONO, и транспорт понесло на камни. Бросив другой якорь, до утра следующих суток продержались между камней, ударяемые довольно легко; но как ветер свежел и несло снег, а посланная шлюпка не возвращалась, то опасаясь при отливной воде окончательного разбития, решились, опять с общего совета, идти прямо на отлогий берег. Вынув один якорь и отрубив канат другого, с помощью поставленного паруса вышли благополучно, оставшись, при наступившем отливе, совершенно на суше. Транспорт был разгружен, а при следующих приливах втянут ещё далее.

Место выхода было повыше реки Уды, у речки Варбот. Спасшиеся от крушения около двух лет проживали в удском остроге. Управлявший в то время охотским портом капитан Бухарин, зная об этом крушении, скрывал его и показывал транспорт числившимся в кампании. Только по смене Бухарина, в 1808 году, лейтенантом Бабаевым немедленно было послано судно на место крушения, которое и привезло бедствовавших в Охотск; а транспорт по ветхости его сожгли. Следственная комиссия обвинила Кожевина в неверности счисления и в сделанных исправлениях в журнале. Сверх того, на него были жалобы его подчинённых, оставшиеся не исследованными. Впрочем, капитан 2 ранга Миницкий, представляя это дело в Аудиториатский департамент, рекомендовал подсудимого как человека «хорошего поведения, усердного, честного и потому заслуживающего снисхождения». Кожевин утонул прежде произнесения над ним приговора, в 1812 году.