РБС/ВТ/Пассек, Василий Васильевич (1772—1831)
Пассек, Василий Васильевич (старший) (род. в 1772 г., ум. в 1831 г.) — автор весьма интересных записок, помещенных в "Русском Архиве" 1863 г. под заглавием: "Отрывок жизни Василия Пассека, им самим сочиненный"; сын Василия Богдановича Пассека и его двоюродной сестры Елиз. Ильин. Обруцкой. Вас. Богд., увлекшись своей кузиной, не мог, конечно, иначе вступить с ней в брак, как тайно; брак этот был обставлен рядом романтических обстоятельств. Оставив на берегу реки одежду, чтобы подумали, что она, купаясь, утонула, Елиз. Ильин. была отправлена женихом в его украинское имение под именем Надежды Петровны; там он обвенчался с ней в присутствии своего родного брата, Петра, которого очень любил. Остальные родные считали Елизавету Ильинишну умершей и узнали истину только по смерти Вас. Богд., который сделал духовное завещание в пользу жены и сына, а душеприказчиками назначил графа Ив. Сем. Гендрикова и своего брата Петра Богд. Пассека (см.). К несчастью для пятилетнего в то время Вас. Вас., гр. Гендриков вскоре же скончался, и он остался на исключительном попечении П. Б. Пассека, который всячески старался принудить вдову Вас. Богд. не отыскивать своих прав; а довольствоваться тем, что он будет ежегодно выдавать ей. Однажды, в отсутствие Елиз. Ильин., Петр Богд. приказал не впускать ее в дом, когда она возвратится. Так и было сделано, и Елиз. Ильин. переехала из с. Спасского к своим родным, а Вас. Вас. был отдан в 1781 г. в Петербург, в пансион Масона, где учился четыре года, но Петр Богд., решив пресечь его дальнейшее развитие, взял его из пансиона, увез с собой в Могилев, где был генерал-губернатором, и отдал в Вологодский мушкатерский полк под именем Паскова, сказав ему, что это произошло по ошибке писаря и что по приезде в Петербург он ее исправит, а сам, между тем, одним говорил, что В. В. — его племянник, а другим, что приемыш.

В 1787 г. В. В. выпущен был из Конной гвардии в Рижский карабинерный полк ротмистром, потом определен кн. Потемкиным в Сумский легко-конный полк и взят им к себе на дежурство. В. В. был во время осады и при взятии Измаила, за что произведен в майоры, пожалован похвальным листом и знаком отличия, но вскоре был выключен из числа произведенных в дежурстве кн. Потемкина, вследствие приязненных отношений П. Б. Пассека с Вас. Степ. Поповым, известным домашним секретарем и "конфидентом" Потемкина. В 1787 г. П. Б. продал принадлежавшее В. В. смоленское имение М. С. Салтыковой, на которой впоследствии женился, выдавая это имение за свое собственное, и, чтобы легче устроить продажу, выхлопотал В. В-чу дозволение на поездку в чужие края, средства на что дала гр. Анна Родионовна Чернышева, двоюродная сестра В. В., с признательностью вспоминавшая отношение к ней Вас. Богд., бывшего ее опекуном по смерти ее родителей.

По возвращении В. В. в Россию в 1792 году, он рассчитывал скоро получить свое собственное, доставшееся по наследству от отца состояние, чтобы затем ехать учиться в какой-нибудь заграничный университет, а затем поступить на службу.

В 1793 г. граф Суворов-Рымникский известил П., что дядя его Петр Богд. едет в Дубоссары для размена пленных, и советовал ему ехать с ним для устройства своих дел. В. В. последовал этому совету, и при встрече с дядей подал ему письмо, прося известить, какое наследство осталось после его отца и когда он его получит? Дядя вместо имения предложил выдать В. В. обеспечение вексель, соразмерный его наследству, или передать ему имение с тем, чтобы В. В. принял на себя 26000 из его долгов.

Опасаясь, чтобы императрица не узнала о его действиях, Петр Богд., по выражению В. В., "скопил над его головой ужасную бурю", вследствие которой и начались его бедствия. Правитель Екатеринославской губ. Каховский, передавший В. В. назначенную ему в награду землю в Очаковской степи, внезапно переменил о нем мнение, и, несмотря на просьбы В. В. о расследовании его невинности, в начале 1794 г. послал донесение императрице, сообщая, что образовалась партия людей, опасных для отечества, в числе которых будто бы находится и В. В. Мнимые заговорщики были задержаны, а В. В., желая избегнуть той же участи, захватив с собой из-под ареста одного из обвиненных, тайно уехал с ним в Яссы, думая найти там законную защиту у генерального консула. Однако, вышло иначе: их обоих заковали в цепи и повезли в Петербург, в Тайную экспедицию, состоявшую в ведении гр. А. М. Самойлова. Кроме допросов по доносу Каховского, В. В. понапрасну обвиняли и в написании акростиха, порицающего императрицу; он был написан в Могилеве неким Симоновичем, который дал прочитать его В. В., а тот забыл возвратить автору, и, не желая погубить семейного человека, скрыл истину, когда акростих был найден в его бумагах. Но гр. Самойлов, убедившись в том, что B. В. принял на себя чужую вину из великодушия, освободил его из тюрьмы, где он пробыл, однако, шесть месяцев.

Между тем, П. Б., чтобы лишить племянника возможности хлопотать о своем наследстве, представил его императрице шалуном и мотом, которого следует усмирить; поэтому ему запрещен был въезд в столицы.

В. В. отправился в Гродно, где одно время служил дежурным при командовавшем войсками кн. С. Ф. Голицыне. После кн. Голицына командующим был назначен Обресков, свояк Петра Богд.; желая быть от него подальше, В. В. выпросил у него дозволение съездить в полк и медлил возвратиться из отпуска. В это время полку было велено идти в поход. Петр Богд. распустил между тем слух,что В. В. — якобинец, делавший фальшивые ассигнации и чеканивший рубли и прощенный императрицей будто бы по его просьбе. В Вильне В. В. был схвачен и без исследования и объявления причины, по повелению императора Павла, в декабре 1796 г. посажен в Дюнаминдскую крепость; пробыв здесь 4 года и 3 месяца, он стал хворать и совершенно поседел на 26-м году от роду. Между тем, дядя пользовался его наследственным имуществом. В бытность свою в Дюнаминде Павел I спросил у коменданта: "Где Пассек? Как он себя ведет, и нет ли за ним прежних замашек?" — Кроме доброго, я не могу ничего донести о нем вашему императорскому величеству. "Спросите у него, чего он желает?" — Быть суждену. "Более ничего?" — Ничего, государь. "Он молод! Пускай еще посидит: сей урок пригодится ему для переду". В январе 1798 г. В. В. получил известие, что его друзья Валуевы отвезены в Тайную экспедицию вследствие доноса на них и на В. В., сделанного поручиком Высоцким, (которого В. В. совсем не знал), будто бы они умышляют на жизнь императора. Валуевы оправдались, их произвели в следующие чины, запретив всякие сношения с П., а ему, в свою очередь, не дозволили употребление пера и чернил.

Так как письмо В. В., писанное ранее того из крепости на имя императора, осталось без всякого ответа, то В. В. начал изыскивать другие средства для получения свободы: он был должен бежавшему из Риги казначею Шемилину более 1000 p., и заявил, чтобы подано было ко взысканию. Когда лифляндский губернатор спросил В. В., как он может произвести уплату, В. В. отвечал, что он пока не может уплатить, так как имение его еще не вышло из-под опеки дяди его Петра Богд. Отнеслись к Петру Богд.; тот дал отзыв, в котором говорил о В. В., как о приемыше, не участвующем в имении Пассеков. В. В. просил, чтобы истребовали от дяди завещание его отца. Тогда Петр Богд., более 20 лет скрывавший завещание брата, представил его Смоленскому Губернскому Правлению в марте 1799 г., причем утверждал, что В. В. приемыш и что Вас. Богд. только назвал его своим сыном и т. под. Только три месяца спустя, в июле 1799 г., ему дозволено было написать возражение. Впоследствии В. В. добился получения из Тайной экспедиции копии с важных бумаг, касающихся права его собственности, и увидал, что доклад Павлу был сделан генерал-прокурором Беклешовым в выгодах дяди, а его доказательства были пропущены.

В. В. был освобожден из крепости 25-го марта 1801 г. Александром I, который объявил его невинно-пострадавшим и произвел в чин надворного советника. В. В. хотел поступить в Иностранную Коллегию и обратился с этой просьбой к вице-канцлеру графу Н. П. Панину, который приходился ему двоюродным племянником, но тот отклонил эту просьбу под благовидным предлогом неимения свободных вакансий.

При восшествии на престол Александра I. Петр Богд. подал ему прошение, чтобы воспитаннику его брата Паскову были даны герб и фамилия Пассеков, и чтобы было утверждено за ним украинское имение, принадлежащее будто бы самому Петру Богд. Когда В. В. приехал в свое имение, то оказалось, что оно совершенно разорено, а библиотека и все ценные вещи похищены дядей.

В. В., несомненно, сумел бы доказать несправедливость дяди по отношению к нему, но окончательно погубил себя одним необдуманным поступком. Двоюродный брат В. В. — князь Д. К. Кантемир, просидев за сумасбродство 17 лет в Ревельской крепости, помешался на том, что он владетель Молдавии и Валахии. Еще до заключения в крепость, кн. Кантемир обвенчался в конце масляницы, что не дозволено православной церковью, а потому брак его и дети не были признаны законными. Желая угодить гр. Анне Род. Чернышевой (двоюродной сестре кн. Кантемира и В. В. Пассека), эстстляндский губернатор Лангель уговаривал кн. Кантемира, чтобы он просил императора узаконить его детей, но настойчивость Лангеля до такой степени рассердила князя, что он и слышать об этом не хотел. Тогда В. В., думая сделать добро, написал кн. Кантемиру шуточное письмо, в котором говорил, что его несчастья растрогали государя и что он скоро потребует у турецкого султана Молдавию и Валахию и советовал кн. Кантемиру просить государя об узаконении детей. В. В., не изменяя своего почерка, подписал под письмом "П. Волконской". Кн. Кантемир, действительно, подал прошение императору об узаконении своих детей, а В. В. был обвинен в оскорблении величества и в противозаконных поступках и сослан в Сибирь с лишением всех прав состояния. Т. П. Пассек так отзывается о своем свекре в воспоминаниях своих: "Вас. Вас. был лучший из людей, как я слышала об нем не только от его семейства, благоговейно чтущего память этого страдальца, но от многих людей, достойных уважения, коротко знавших его. Все вспоминали с любовью об его уме, благородстве, любезности и добросердечии.

"Осужденный несчастливец, с женой и двумя малолетними сыновьями: Евгением и Леонидом, отправился в Сибирь, где и прострадал с лишком 20 лет. Когда Евгений и Леонид достигли юношеского возраста, тогда, тайно от родителей, написали прошение императору, в котором просили освободить их родителей и рожденных от них в Сибири детей, предлагая самим остаться за них на всю жизнь в Сибири. Узнав, что государя ожидают в Екатеринбурге, они отправились туда частью пешком, несмотря на пятьсот верст расстояния, достигли до Екатеринбурга и лично подали государю прошение. Вследствие ходатайства и личного доклада генерал-губернатора западной Сибири Капцевича, в 1824 году всемилостивейшим повелением В. В. Пассек со всем своим семейством был возвращен из Сибири по прошению его детей". Что касается прав дворянства, то таковые были возвращены Пассекам лишь в 1836 году.

Будучи в Дюнаминдской крепости, В. В. написал несколько статей: "Каким образом завести лучшего разбора скот, так, чтобы это ничего не стоило казне и обывателям"; "Правила народного просвещения"; "Улучшение воспитательных домов, больниц, смирительных домов и институтов"; "Улучшение земской полиции для произведения дешевизны без угнетения кого-либо" и несколько статей по отношению к преступникам.

Кроме нескольких записок из его жизни, осталась краткая выписка из его оправданий, под которой он означил: "Екатеринбург, февраля 1825 года. Василий Пассек, возвращающийся на родину свою"; в очерках России Вадима Васильевича Пассека был помещен отрывок из воспоминаний Василия Васильевича под заглавием: "Записки моего отца. Картина Сибири 1804—1809 г." (т. I, СПб., 1838 г., стр. 118—124) с подписью "—ъ". "Русск. Архив" 1863 г.; "Из дальних лет". Воспоминания T. П. Пассек, СПб., 1878 г., т. I, стр. 370—374; т. II, стр. 237—252.

РБС:*