Летопись крушений и пожаров судов русского флота 1713—1853/1855 (ВТ:Ё)/1812 г. Корабль Саратов
1812 год. Корабль (66 пушек) Саратов. Командир капитан 2 ранга Ф. И. Языков. (Финский залив.) Выходя из Свеаборга с эскадрою вице-адмирала Кроуна, причём на каждом корабле был свой лоцман, в 3½ часа после полудня 27 октября, корабль этот шёл со свежим боковым ветром ONO под двурифленными марселями и напираемый сзади следующим за ним кораблем, Трёх Иерархов, был принуждён приспуститься, пропустив вперёд следовавший за ним корабль. В половине пятого, когда проходили Грогару, ветер зашёл к OtS, и капитан спросил лоцмана: можно ли миновать остров с настоящими парусами? Лоцман отвечал, что курс хорош и пройти можно. Но когда поравнялись с этим островом, находясь от него в полдлины корабля, ветер зашёл ещё на один румб, паруса сделались левентиг, и командир приказал ставить фок и грот. Не успели еще осадить галсов этих парусов, как корабль прижало к камням и волнением стало сильно бить. На палубе едва можно было держаться на ногах; потому, затрудняясь уборкою парусов, их обрезали и спустили на низ, убрав только крюйсель. Спущенный для завоза баркас повредили буруны, так что люди едва не погибли на нём; затем ограничились только посылкою в порт за вспомоществованием. Вода между тем в корабле прибывала, и к восьми часам вечера было её около девяти футов. К этому только времени подоспели присланные из порта баркас и два катера. Но тогда командир, сознавая близкое потопление корабля, приказал: поставив гребные суда между кораблём и берегом, положив на них брам-стеньги и настлав доски, перебираться на берег. Между тем корабль был прикреплён к острову кабельтовыми, чтобы не повалило набок. В ночи ветер начал стихать, но было пасмурно и чрезвычайно холодно, а к утру подмёрзло. В 8 часов утра воды в корабле было уже 14 футов. К полудню все перебрались на берег, и вода возвысилась в нём до 16 футов. Подошедший 30-го числа портовой транспорт, перевёз команду в Свеаборг. Корабль был разобран.

На донесении об этом приключении, государь император написал: «Капитана Языкова арестовать военным судом; дело же кончить в течение недели». Суд оправдал командира, обвинив лоцмана, слишком близко ведшего корабль, присовокупляя еще и то к оправданию командира, что сам он никогда не бывал прежде в Свеаборге, а входил туда с своим кораблём ночью. — Государь император при поднесении этого дела на высочайшее утверждение, приказал ещё спросить мнения вице-адмирала Кроуна, который уже 28 июля 1814 года отвечал: «К крайнему сожалению о потере оного корабля полагаю, что оная произошла более от того, что имел он малые паруса». Поэтому Аудиториатскому департаменту было повелено вновь пересмотреть следственное дело. Но Аудиториатский департамент, переизследовав, остался при своём прежнем заключении, прибавив только, что если б и сделано было какое-либо упущение командиром, то по силе шестнадцатой статьи высочайшего манифеста 30 августа 1814 года, он подлежал бы освобождению от суда. — Языков, находившийся доселе под арестом, был освобождён от него указом Адмиралтейств-коллегии в декабре 1814 года, а 20 января 1816 года последовало высочайшее решение: капитана 2 ранга Языкова, как не признанного виновным, от штрафа освободить. О лоцмане было сообщено непосредственному над ним начальству, в Финляндию.