ВЭ/ДО/Поединок
ПОЕДИНОКЪ (дуэль, Duel, Zweikampf), въ соврем. пониманіи есть бой между двумя лицами на смертоносн. оружіи, съ соблюденіемъ взаимно-условленныхъ или общепринятыхъ правилъ боя. П., какъ единоборство, извѣстенъ съ древнѣйш. временъ. И въ Греціи и въ Риме отмѣчены исторіей факты единоборства (Гекторъ и Ахиллъ, Гораціи и Куріаціи), также и въ древн. Руси (Янъ Усмовичъ и печенѣгъ; Мстиславъ и Редедя). Но эти П. имѣли по сравненію съ соврем-ми совершенно иныя причины и цѣль, ими отстаивались публич. интересы гос-тва, война разрѣшалась боемъ 2 лицъ, жертвовавшихъ собой во имя не личнаго, а общ. дѣла. Не только отсутствовали правила П., но допускалась всякая хитрость, даже вѣроломство. Поэтому ставить современные П. въ историч. преемств. связь съ только что указанными было бы глубоко ошибочно. Больш-во изслѣд-лей вопроса объясняютъ современные П. происхожденіемъ отъ двухъ правовыхъ явленій древн. міра и средн. вѣковъ — кровавой мести и судебныхъ П., или ордалій. Это объясненіе лишь частично вѣрно. Дѣйств-но, институтъ кров. мести, не только за обиду, а за всякое причиненное зло, хотя бы и имуществ. характера, имѣетъ точки соприкос-нія съ соврем-ми П., к-рые, выражая несомнѣнно мстител. настроеніе обиженнаго, отличаются отъ своего первое образа цѣлью, — охраной невеществ. блага — чести. Существенное же отличіе П. отъ кров. мести заключается въ томъ, что послѣдняя далеко не всегда предполагала открыт. бой, а допускала и убійство и даже истязаніе обидчика. Распростр-сть же мнѣнія о преемств. связи соврем-го П. съ судебнымъ П. средн. вѣковъ м. б. объяснена сходствомъ названій, но несомнѣнно заключаетъ въ себѣ недоразумѣніе. Судебный П. (поле, судъ Божій), появившійся среди германцевъ въ VI в. (т. наз. Бургундскій законъ Гомбетта 501 г.), исходилъ изъ мистич. идеи о покров-ствѣ божества правому; онъ явился какъ коррективъ противъ злоупотребленій очистит. присягой, нерѣдко приносившейся ложно. Но, какъ справедливо указано редакціон. к-сіей по составленію угол. улож. 1903 г., между судебнымъ и соврем. П. есть глубок. различіе. "Судебный П. есть доказат-во, на основаніи коего постановляется рѣшеніе; дуэль есть само рѣшеніе; П. (судебный) есть актъ правомѣрный, входящій въ составъ судебн. разслѣдованія спора; дуэль есть актъ самовольн. захвата судебной власти, частн. месть; судебнымъ П., какъ особымъ видомъ доказат-ва, могъ воспользоваться всякій тяжущійся, всякій обвиняемый — дуэль составляла привилегію высш. сословія, исключ-но имѣвшаго право носить оружіе". Историческ. связь судебнаго и соврем. П. существуетъ, но не въ смыслѣ отождествленія, а скорѣе противоположенія этихъ институтовъ. Ордонансомъ Филиппа Красиваго 1306 г. примѣненіе судеб-го П. б. ограничено, допустимость его б. обусловлена разн. формал-стями (въ томъ числѣ разрѣшеніемъ лишь одного Парижск. парл-та), а самые П. обставлены торжеств-стью и пышностью, требовавшими больш. расходовъ, падавшихъ на вызывающаго. Уже это обстоят-во лишало возможности широкіе классы населенія пользоваться П., какъ судебн. доказат-вомъ. Съ др. стороны, по вѣрн. замѣчанію Cauchy, "существенное различіе между владѣльцемъ-сюзереномъ и подданнымъ заключалось въ томъ, что подданные, какъ скоро между ними возникалъ юридич. споръ, д. б. обращаться къ властителю, к-рый давалъ имъ правду, а сами властители разрѣшали споры силою оружія. Требовать правосудія у владѣт. лица значило признать себя его подданнымъ, а сдѣлаться самому мстителемъ за обиду значило проявить незав-сть, властность". Отсюда возникновеніе т. наз. частн. войнъ среди высш. служебн. класса, вассаловъ, позднѣе дворянства, или родов. аристократіи. Когда феодал. строй разрушался, обѣднѣвшіе или покорен. феодалы, лишенные возм-сти вести частн. войны, сохранили, однако, какъ сознательный или безсознат. протестъ противъ королев. власти, П., но не какъ судеб. доказат-во, а какъ способъ рѣшенія споровъ, к-рые не укладывались въ формал. рамки судеб. процесса и уголов. кодекса. Такими спорами были именно споры о чести, столк-нія по поводу оскорбленій. Этими историч. причинами возник-нія П., какъ средства охраны чести, объясняются: репресс. мѣры противъ него, квалификація его въ послѣдующее время какъ оскорбленія величества или посягательства на авторитетъ судеб. власти и, наконецъ, отсутствіе П. въ современ. смыслѣ, въ древ. Руси и въ Моск. гос-твѣ до нач. XVIII в. Эволюція вопроса о П. представляетъ удивит. картину. Первонач-но П. б. установленъ закономъ и введенъ въ судебн. процессъ. Когда же эта процессуал. форма вымерла, то переродившійся частный П. навлекаетъ на виновныхъ тяжкія кары. Объясненіе этому надо искать въ слѣд. обстоят-вахъ. Судебн. П. въ первые же годы его установленія вызвалъ настойч. осужденіе со стороны христіан. церкви. Еще при Гундобальдѣ, авторѣ закона Гомбетта 501 г., вѣнск. архіеп. Авитъ возставалъ противъ судеб. П.; при Людовикѣ Кроткомъ требовалъ его отмѣны архіеп. ліонскій Агобардъ; 3-й соборъ въ Валенсіи въ 885 г. осудилъ П., признавая убійцей того, кто лишитъ другого жизни на П., виновный отлучался отъ церкви, а убитый лишался церков. погребенія; Тридентскій соборъ въ 1563 г. объявляетъ П. учр-ніемъ дьявола. И въ древн. Руси въ 1410 г. митрополитъ Фотій по поводу судеб. П. ("поля") запрещалъ причащать идущихъ на "поле" и хоронить убитыхъ, а оставшихся въ живыхъ запрещалъ причащать въ теченіе 18 л. Съ друг. стороны, парал-но съ вымираніемъ судеб. П. умножались частные П. непокорн. вассаловъ, что ставило ихъ въ положеніе политич. преступниковъ и вызывало суров. репрессіи. Начиная съ изд-го впервые въ Кастиліи въ 1480 г. карат. закона противъ частныхъ П., появляется въ Зап. Европѣ рядъ аналогичн. запретовъ. Таковы законы, изданные въ Неаполѣ въ 1520 г., во Франціи въ 1566 г., въ Пруссіи въ 1570 г. Заслуживаетъ вниманія, что ордонансу Карла IX 1566 г. предшествовала въ 1560 г. поданная королю подъ вліяніемъ католич. дух-ства просьба франц. дворянъ о запрещеніи П. По этому ордонансу П. карался смертью, а для устраненія поводовъ къ П. б. учреждены для разсмотрѣнія дѣлъ объ оскорбленіяхъ суды маршаловъ и въ провинціяхъ губ-ровъ. Въ 1575 г., по ходат-ву генерал. штатовъ, Генрихъ III ордонансомъ De Blois П. приравнялъ къ убійству, а участіе секундантовъ объявилъ оскорбленіемъ велич-ва. Но, несмотря на суров. законы, съ 1598 по 1608 г. б. убито во Франціи на П. 8 т. ч. Генрихъ IV, какъ бы уступая укрѣпившемуся обычаю, прибѣгаетъ къ странной, съ политич. точки зрѣнія, мѣрѣ. Подтвердивъ ордонансомъ 1609 г. значеніе суда коннетаблей и маршаловъ въ дѣлахъ чести, онъ предписываетъ испрашивать у него, короля, разрѣшеніе на каждый П. Онъ не далъ такого разрѣшенія ни разу, а ослушниковъ строго каралъ. Видное мѣсто среди законовъ противъ П. занимаетъ эдиктъ о дуэляхъ Людовика XIV 1679 г. (Edit Du Roy, portant Règlement général sur Les Duels). Измѣнивъ орг-зацію и порядокъ произв-ва судовъ чести, законъ этотъ назначалъ дуэлистамъ смертн. казнь и конфискацію имущ-ва. Убитый лишился погребенія, и имущ-во его также конфисковывалось. Секунданты подвергались такимъ же наказаніямъ. Законъ этотъ б. распространенъ и на армію, при чемъ доносителямъ о готовящемся дуэли обѣщалась награда; солдатъ освобождался отъ службы и получалъ 150 ливровъ. Повидимому, Людовикъ XIV достигъ цѣли. По крайн. мѣрѣ въ 1704 г. онъ объявляетъ: "Мы имѣли счастье замѣтить, что въ наше царст-ніе совсѣмъ перестали существовать эти пагубн. сраженія, к-рыя практиковались въ нашемъ гос-твѣ въ силу укоренившагося предразсудка, к-рый царилъ съ давн. временъ въ умахъ народа". Историч. правда обязываетъ, однако, отмѣтить свидѣт-во соврем-ка, гр. Тулузскаго, что при суров. отношеній Людовика XIV къ П. онъ, однако, увольнялъ отъ службы оф-ровъ, к-рые при какомъ-либо столк-ніи не умѣли выйти изъ него сообразно существовавшему въ общ-вѣ взгляду на честь. Въ Священ. Римск. имперіи въ 1651 г. при Фердинандѣ III и въ 1682 и 1687 гг. при Леопольдѣ I б. изданы законы, запрещавшіе подъ страхомъ наказанія П. Карлъ VI въ 1718 г. для ограниченія П. запретилъ обычн. ношеніе оружія. Іосифъ II относился съ презрѣніемъ къ защитникамъ дуэли, приравнивалъ дуэлянтовъ къ римск. гладіаторамъ и требовалъ преслѣд-нія "этого варварск. обычая временъ Тамерлана и Баязета". Въ Пруссіи законами 1652 и 1688 гг. вел. курфюрста Фридриха-Вильгельма каждый участникъ П. карался смертью, а убитый лишался погребенія. Нѣк-рую двойств-сть взглядовъ, въ особ-сти въ отношеніи оф-ровъ, проявлялъ въ этомъ вопросѣ Фридрихъ В. Признавая, съ одной стороны, П. "варварск. обычаемъ", основаннымъ на "ложномъ чувствѣ чести", и называя дуэлянтовъ "палачами, к-рыхъ ему не нужно въ арміи", онъ, съ друг. стороны, въ уставѣ 1741 г. угрожалъ увольненіемъ отъ службы оф-ра, к-рый не дастъ отпора за нанесеннаго ему обиду, а въ "Ordre Zur Erhaltung Der Disziplin" 1744 г. допускалъ требованіе соотвѣтствующей "сатисфакціи" оф-ромъ, получившимъ оскорбленіе дѣйствіемъ со стороны своего нач-ка, однако, лишь по оставленіи первымъ службы; если же оскорбленіе б. нанесено нач-комъ словесное, то вызвавшій нач-ка на П. подчиненный карался или пожизн. заключеніемъ, или смертн. казнью. Наконецъ, уже въ XIX в., а именно при Фридрихѣ-Вильгельмѣ III въ 1828 и 1829 гг. послѣдовали слѣд. приказы по арміи. "Въ послѣд. годы", говорилось въ первомъ изъ нихъ, "предразсудку дуэли, нерѣдко по ничтожн. поводамъ, принесены не малыя жертвы, лишившія армію оф-ровъ, подававшихъ больш. надежды, и внесшія въ семьи горе и слезы. Жизнь оф-ра посвящена защитѣ престола и отеч-ва, а тотъ, к-рый жертвуетъ ею ради незначит. ссоры, доказываетъ, что онъ не знаетъ своего первѣйшаго назначенія, не понимаетъ надлежащ. поведенія, к-рое покоится на нравств-сти и истин. чувствѣ чести. К-съ оф-ровъ, к-рый цѣлесообразн. разрѣшеніемъ такихъ дѣлъ чести устранить дуэли, по праву заслужитъ моего благоволенія и докажетъ, что въ немъ живетъ истин. честь. Я ставлю нач-камъ въ особую обяз-сть бдит-стью и своимъ вліяніемъ бороться съ этимъ вредн. предразсудкомъ". Во 2-мъ приказѣ б. сказано слѣд.: "Если нанесено оскорбленіе, к-рое "по господств. мнѣнію" настолько существенно посягаетъ на личн. честь оф-ра, что м. б. смыто только кровью, то оказавшійся способнымъ нанести такое оскорбленіе не достоинъ болѣе оставаться въ своемъ званіи, и его увольненіе есть достаточное удовлетвореніе для несправедливо оскорбленнаго, что и я во всѣхъ случаяхъ признаю". — Въ Россіи П. появились лишь въ концѣ XVII и въ XVIII в., съ появленіемъ въ рус. воен. службѣ иностранцевъ и иностр. обычаевъ, и до XIX в. были явленіемъ крайне рѣдкимъ. Высказывается предположеніе, что первымъ П. въ Россіи былъ П. въ 1666 г. въ Москвѣ между Гордономъ и майоромъ Монгомери. Можно отмѣтить указъ 25 окт. 1682 г., к-рый, устанавливая право служилыхъ людей носить оружіе, подтверждаетъ запрещеніе П., изъ чего можно заключить, что въ это время П., если не были явленіемъ зауряднымъ, то во всякомъ случаѣ привлекали уже къ себѣ вниманіе правит. власти. Петръ I, несмотря на свое пристрастіе къ европ. порядкамъ и обычаямъ, съ первыхъ же шаговъ своей законодат. дѣят-сти вступаетъ въ борьбу съ П. Уложеніе Шереметева 1702 г. жестоко карало за самый вызовъ; "Краткій Артикулъ" 1706 г. наказывалъ смертью за П., даже не имѣвшій никакихъ вредн. послѣдствій. Въ "Уставѣ Воинскомъ" 1715 г. П. посвящена особая 49-я глава, подъ заглавіемъ: "Патентъ о П. и начинаніи ссоръ", имѣвшая въ виду именно армію, что несомнѣнно изъ ея содержанія. Установивъ суров. наказанія за обиды и оскорбленія, "Патентъ" провозглашаетъ принципъ: "Никакое оскорбленіе чести обиженнаго никакимъ образомъ умалить не можетъ", и опредѣляетъ порядокъ "сатисфакціи" для оскорбленнаго. Послѣдній, а равно каждый присутствовавшій при оскорбленіи, обязывались безотлагат-но донести о томъ воен. суду, при чемъ каралось даже промедленіе этого донесенія. Вызовъ на П. навлекалъ на сдѣлавшаго его лишеніе чиновъ, объявленіе его "негоднымъ", штрафъ и конфискацію части имущества. За выходъ на П. и обнаженіе оружія, если продолженію П. помешли постороннія лица, какъ дуэлянты, такъ и секунданты подвергались смертн. казни и конфискаціи имущ-ва. Тождественное по существу правило изложено въ арт. 139 и 140 "Артикула Воинск.". Борьба Петра В. съ П., повидимому, дала положит. результаты. Д. И. Фонвизинъ, разсказывая въ своемъ "Чистосерд. признаніи въ дѣлахъ и помышленіяхъ" о своемъ отцѣ, говоритъ, что послѣдній считалъ вызовъ на П. "дѣломъ противу совѣсти". "Мы живемъ подъ законами, — говорилъ онъ, — и стыдно, имѣя таковыхъ священныхъ защитниковъ, каковы законы, разбираться самимъ на кулакахъ или шпагахъ, ибо шпаги и кулаки суть одно, и вызовъ на дуэль есть ничто иное, какъ дѣйствіе буйствен. молодости". Однако съ теченіемъ времени, съ ростомъ вліянія на рус. жизнь иностранцевъ при Аннѣ Іоанновнѣ и подчиненіемъ франц. модѣ при Елисаветѣ Петровнѣ, П. снова участились и вызвали со стороны Екатерины II въ 1787 г. манифестъ о поединкахъ", сохранявшій свою силу до изданія Свода Законовъ 1832 г. и Свода Воен. Пост. 1839 г. Манифестъ, признавая П. чужестраннымъ для Россіи насажденіемъ, видитъ способъ борьбы съ нимъ, гл. обр., въ соотв-щихъ винѣ наказаніяхъ за обиды. Вызовъ и выходъ на П. навлекали на виновныхъ, "яко ослушниковъ закону", уплату штрафа ("безчестія") судьѣ, "судъ коего они презрѣли". Обидчикъ, начавшій П. и обнажившій шпагу, "яко нарушитель мира и спокойствія", подвергался ссылкѣ въ Сибирь пожизненно. За раны, увѣчье и убійство, какъ послѣдствія П., виновные отвѣчали, какъ за умышленно совершенныя эти дѣянія. Такова исторія П. Однако, самыя суровыя кары не смогли искоренить П. Причинъ этому несколько. Одной изъ нихъ являются свойства человѣч. натуры: ей свойственно зло, мстительность, пренебреженіе къ опас-ти вообще и къ опас-ти наказанія въ частности. 2-ой причиной живучести П. слѣдуетъ признать привяз-сть къ нѣк-рымъ традиціямъ высшихъ сословн. классовъ, видящихъ въ этихъ традиціяхъ остатки былыхъ привилегій, отмежевывающихъ ихъ отъ низш. классовъ. 3-ю причину надо видѣть въ томъ, что П., появившись среди лицъ, имѣвшихъ исключит. право носить оружіе (феодалы, дворяне), лицъ, естественно образовавшихъ классъ воиновъ, б. перенесенъ въ среду войска, воспитываемаго въ принципахъ чести, мужества, пренебреженія къ смерти, всемогущества оружія и неоспоримости права, имъ завоеваннаго. Четвертая причина, въ отношеніи к-рой сходятся всѣ изслѣд-ли этого вопроса, заключается въ недостаточ-ти со стороны закона охраны чести отъ посягат-въ на нее. Несовершенство угол. закона, карающаго за оскорбленіе, незначит-сть наказаній за эти посягат-ва, несовершенная форма суда, — всѣ эти факты понуждали оскорбл-го обращаться къ завѣщанному предками способу охраны чести. Наконецъ, въ ряду причинъ жизненности П. надо отмѣтить и недостаточно искреннюю, а потому непослѣд-ную, борьбу власти съ этимъ явленіемъ. Не безъ вліянія на живучесть П. было и разногласіе въ наукѣ права, отражавшей взгляды защитниковъ и противниковъ П. Общія идеи защитниковъ П. можно выразить словами рус. криминалиста Спасовича: "Обычай П. является среди цивилизаціи, какъ символъ того, что человѣкъ можетъ и д. въ извѣстн. случаяхъ жертвовать самымъ дорогамъ своимъ благомъ — жизнью — за вещи, к-рыя съ матеріалистич. точки зрѣнія не имѣютъ значенія и смысла: за вѣру, родину и честь. Вотъ почему обычаемъ этимъ нельзя поступаться. Онъ имѣетъ основаніе то же, что и война". Среди защитниковъ П. можно указать еще въ рус. лит-рѣ Лохвицкаго (криминалиста) и воен. писателей Калинина, Швейковскаго и Микулина, а въ иностранной Богуславскаго и Дангельмейера. Противниками П. среди авторовъ, посвятившихъ этому вопросу спец. изслѣд-нія, слѣдуетъ отмѣтить Драгомирова и Шаврова (воен. юристъ), а въ нѣм. лит-рѣ — Биндинга (извѣстн. криминалистъ) и гр. Чернина. По мнѣнію Наполеона I, "никто не имѣетъ права рисковать своей жизнью ссоры ради, т. к. жизнь кажд. гражданина принадлежитъ отечеству; дуэлистъ — плохой солдатъ". Швейковскій приводитъ мнѣніе по тому же вопросу Имп-ра Николая I: "Я ненавижу дуэль. Это — варварство. На мой взглядъ въ ней нѣтъ ничего рыцарскаго. Герцогъ Веллингтонъ уничтожилъ ее въ англ. арміи и хорошо сдѣлалъ". Первыя три четверти XIX в. не дали Россіи ничего новаго въ смыслѣ законодат. нормировки П-ка. Св. Зак. Угол. 1832 г. и Уст. Воен.-Угол. 1839 г. въ измѣненной редакціи воспроизводило лишь соотв-щія постановленія "Артикула" 1716 г. и манифеста 1787 г. Можно отмѣтить лишь установленную закономъ новую обяз-сть войсков. нач-ковъ — "стараться примирять ссорящихся и оказывать обиженному удовлетвореніе взысканіемъ съ обидчика". Но отсутствіе законодател. новеллъ по дан. вопросу отнюдь не доказываетъ, что П. въ Россіи къ этому времени прекратились. Напротивъ, на основаніи архивн. матеріаловъ и данныхъ историч. и изящной лит-ры, характеризующей бытъ высшаго и, въ час-ти, военнаго и офицерск. общ-ва, является несомнѣннымъ, что 40-е и 50-е годы прошл. столѣтія были эпохой расцвѣта, культа П., нѣск-ко вышедшаго изъ жизн. обихода въ 70-хъ и 80-хъ гг., чтобы достигнуть вершины своего торжества послѣ закона 1894 г., о к-ромъ будетъ сказано ниже. Помимо историческихъ П., Пушкина съ бар. Геккернъ-Дантесомъ въ 1837 г., Лермонтова съ бар. де-Барантомъ въ 1840 г. и съ Мартыновымъ въ 1841 г., окончившихся гибелью нашихъ велик. поэтовъ, заслуживаютъ быть отмѣченными: за историческое имя одного изъ участниковъ дуэли, П. поэта-декабриста Рылѣева съ кн. Шаховскимъ 1824 г.; по тому волненію въ общ-вѣ, к-рое вызвалъ П., дуэль Новосильцева съ Черновымъ въ 1825 г., окончившаяся смертью обоихъ; по сложн. разслѣд-нію, вызванному подозрѣніемъ въ убійствѣ или измѣннич. дуэли, закончившемуся лишь въ сенатѣ въ 1860 г., — дуэль Беклемишева и Неклюдова, принадлежавшихъ оба къ аристократич. столичн. общ-ву. Воинств. духъ царст-нія Имп. Николая I, несмотря на его личное отрицат. отношеніе къ П., не м. не отразиться на числѣ ихъ въ воен. средѣ. Бытов. очерки воен. жизни того времени свидѣтельствуютъ, что П., въ особ-сти въ кав-ріи, были зауряднымъ, неизбѣжн. явленіемъ, и войсков. нач-ки прозрачно намекали молод. корнетамъ, какъ они должны отстаивать честь, чтобы быть достойными своей части и своихъ товарищей. На ряду съ этимъ заслуживаютъ вниманія 2 факта: отсутствіе дуэльн. кодексовъ и вообще регламентовъ П. и крайняя суровость условій П. Ни въ одномъ дѣлѣ о П. не встрѣчается ссылокъ на какой-либо кодексъ; за рѣдчайшими исключеніями отсутствуютъ даже протоколы условій самого П. Болѣе того, нѣк-рые основн. обычаи рѣзко нарушаются: такъ, встрѣчаются случаи, когда П. не обставлялся никакими условіями, а зависѣлъ отъ усмотрѣнія самихъ дуэлянтовъ; въ друг. случаяхъ эти послѣдніе непосред-но вели переговоры объ условіяхъ, нерѣдко секунданты были лишь по одному съ кажд. стороны, а встрѣчаются П. и совсѣмъ безъ секундантовъ; врачи во многихъ случаяхъ не приглашаются на мѣсто поединка. По нѣк-рымъ отрывочн. даннымъ можно судить, что какіе-то неопредѣл. обычаи или правила П. были извѣстны общ-ву того времени, но источникъ этихъ правилъ опредѣлить невозможно. Оружіемъ во всѣхъ случаяхъ былъ пистолетъ. Что касается условій П., то суровость ихъ представляется съ соврем. точки зрѣнія чрезв-ной. Лишь въ исключит. случаяхъ назначается дистанція въ 25 шаг.; преобладаетъ дистанція въ 15 шаг., но въ отдѣл. случаяхъ она достигаетъ 10—8 и даже 3 шаг. (дуэль Рылѣева и кн. Шаховского); встрѣчается условіе стрѣляться "до повалу"; П. при нахожденіи одного изъ прот-ковъ по очереди на краю пропасти, спиной къ ней, также едва ли есть продуктъ фантазіи поэта ("Герой нашего времени"). Что касается отношенія власти къ П., то по этому вопросу не столько м. быть констатировано, сколько предполагаемо, двойствен. отношеніе органовъ подчиненнаго упр-нія (въ частности воен. нач-ковъ): внѣшнее, формальное преслѣд-ніе ихъ, въ особ-ти въ виду суров. отношенія къ дуэлянтамъ Имп. Николая I, и, съ друг. стороны — внутреннее сочувствіе обычаю П. и даже признаніе его необходимости и неизбѣжности. Косвен. доказат-вомъ этому м. служить нѣк-рыя соображенія высшаго судебн. учр-нія, сената, по поводу П. Беклемишева и Неклюдова. Сенатъ, м. пр., говоритъ: "Что касается условій о томъ, чтобы П. имѣлъ мѣсто на пистолетахъ, на разстояніи 10 шаг., выстрѣлы слѣдовали разомъ, а промахи вовсе бы не считались, то, конечно, эти условія хотя и представляются нѣск. тяжелыми; но однако же, не исключаютъ возм-сти и друг. послѣдствій П., кромѣ смерти одного изъ прот-ковъ". Далѣе въ соображеніяхъ сената по тому же дѣлу сказано: "Званіе преступника и степень образов-сти его (обстоят-ва, отягчающія по общ. правилу вину) не могутъ имѣть никакого вліянія при сужденій дѣлъ о П., ибо преступленіе это столь связано съ понятіемъ, свойственнымъ исключ-но людямъ образованнымъ, что указанныя обстоят-ва представляются въ семъ случаѣ скорѣе причиной, объясняющей, а слѣд-но, уменьшающей преступность. Условія П. д. б. соотвѣтствовать вполнѣ обидѣ и быть тѣмъ тяжелѣе, чѣмъ больше самая обида; притомъ же, если бы и б. доказано, что Беклемишевъ настойчиво стремился къ своей цѣли, то подобн. настойч-сть м. бы быть поставлена ему въ вину и отнесена къ его жестокости тогда только, когда бы онъ не имѣлъ никакого повода къ П. и если бы онъ, вызывая своего прот-ка на П., тѣмъ самымъ не удовлетворилъ необходимости слѣдовать побужденіямъ чувства чести и общ. обычаю". Уголов. репрессіи, по конфирмаціи верховн. власти, постигала въ большинствѣ случаевъ не только дуэлянтовъ, но и секундантовъ, и лишь присутствовавшіе врачи освобождались отъ отвѣт-ности. Съ изданіемъ ул. о наказ. угол. и испр. 1845 г. отвѣт-ность за П., будучи попрежнему обособлена отъ отвѣт-сти за убійство и нанесеніе ранъ, б. понижена и даже при смертельн. исходѣ П. не превышала заключенія въ кр-сти отъ 6 до 10 л. Въ отношеніи секундантовъ законъ также сталъ снисходит-нѣе, угрожая имъ наказаніемъ лишь въ случаѣ непринятія ими всѣхъ возможныхъ мѣръ для предупрежденія или прекращенія П. При проектир-ніи въ 1859—61 гг. положенія о судахъ общ-ва оф-ровъ, вошедшаго затѣмъ въ "Положеніе объ охраненіи воинск. дисц-ны и взысканіяхъ дисципл-хъ" 1863 г., нѣк-рыми войсков. нач-ками б. предложено возложить на суды общ-ва оф-ровъ обяз-сть разсмотрѣнія ссоръ между оф-рами и вопросовъ о П. Но противъ этого б. указано, что неудобно узаконять право на П. черезъ предоставленіе общ-ву оф-ровъ обсужденія необходимости П. и, въ случаѣ утвердительнаго его разрѣшенія, обязывать съ тѣмъ вмѣстѣ воен. судъ смягчать положенное за П. наказаніе. "Законъ, говорилось далѣе, не м. дать такого права общ-ву и дозволять кровопролитіе, ибо самоуправство вооруж. рукой никогда не д. б. формально разрѣшаемо". Въ виду этихъ возраженій указанное предположеніе не получило осущ-ленія. Но въ 1891 г. возникъ вопросъ о необходимости прекратить, въ цѣляхъ поднятія общ. уровня понятій о чести въ офицер. средѣ, замѣчавшіеся иногда случаи оставленія въ рядахъ арміи офицеровъ, оскорбившихъ своихъ товарищей и не давшихъ имъ за то должнаго удовлетворенія, а равно оф-ровъ, потерпѣвшихъ такое оскорбленіе и не позаботившихся принять соотв-щія мѣры къ возстановленію своей чести. Т. к. объявленіе П. дѣяніемъ не преступнымъ и не наказуемымъ б. признано невозможнымъ, а также б. признано безцѣльнымъ и пониженіе отвѣт-ности или установленіе ея лишь для оскорбителя, то б. рѣшено, не измѣняя постановленій угол. закона, карающаго за П., и не объявляя о дозвол-сти П., установить особ. порядокъ разбират-ва ссоръ въ офицер. средѣ и особый порядокъ направленія судныхъ дѣлъ о П., поставивъ въ каждомъ отдѣл. случаѣ вопросъ объ отвѣт-ности дуэлянтовъ отъ соизволенія Выс. Власти. Въ согласіи съ этими началами послѣдовалъ 20 мая 1894 г. пр. по в. в. № 118, содержавшій "Правила о разбират-вѣ ссоръ, случающихся въ офицерск. средѣ", вошедшія при 4-мъ изданіи уст. дисц. 1913 г. въ 4-ю его главу въ ст. 130, 174—177. Содержаніе этихъ правилъ въ современной ихъ редакціи заключается въ слѣд. О всякомъ оскорбленіи, нанесенномъ или полученномъ оф-ромъ, нач-къ части передаетъ на разсмотрѣніе суда чести (новое наим-ніе суда общ-ва оф-ровъ, — см. эти слова). Судъ чести м. постановить: 1) если признаетъ примиреніе согласнымъ съ достоинствомъ оф-ра и съ традиціями чести, — о примиреніи поссорившихся, или 2) если находитъ, что П. является единствен. средствомъ удовлетворить оскорбленную честь оф-ра, — о необходимости П. Если, по объявленіи рѣшенія суда чести о необходимости П., кто-либо изъ поссорившихся оф-ровъ откажется отъ вызова на П. или не приметъ мѣръ къ полученію удовлетворенія путемъ П., то, въ случаѣ неподачи имъ самимъ прошенія объ отставкѣ, нач-къ части по истеченіи 2-нед. срока входитъ съ представленіемъ объ увольненіи такого оф-ра отъ службы безъ прошенія. По окончаніи П., судомъ чести производится дознаніе о поведеніи дуэлянтовъ и секундантовъ, при чемъ разсматриваются и составленныя послѣдними условія П. (этого послѣдн. постановленія въ "Правилахъ" 1894 г. не было). Одновр-но съ изданіемъ "Правилъ" 1894 г. ст. 553 уст. воен.-суд. (кн. XXIV С. В. П.) б. дополнена примѣчаніемъ слѣд. содержанія: "Слѣдств. произв-во о П. между оф-рами препровождается вмѣстѣ съ заключеніемъ прокурор. надзора подлежащему нач-ку, отъ к-раго вмѣстѣ съ бывшими по дан. случаю постановленіями судовъ общ-ва оф-ровъ (нынѣ судовъ чести) представляется по командѣ воен. мин-ру, для всеподд. доклада Гос-рю Имп-ру тѣхъ изъ дѣлъ, к-рымъ не признается возм-сть дать движеніе въ установл. судебн. порядкѣ". Аналогичное правило б. внесено въ прим. къ ст. 1243 уст. угол. судопр-ва. Приказомъ по в. в. того же 1894 г., № 119, въ дополненіе къ предыдущему б. опредѣлено, что особ. порядокъ направленія предвар-наго слѣдствія о П. и прекращеніи возникшихъ по нимъ обвиненій распространяется и на тѣ случаи, когда П. состоялся помимо (а также и вопреки) постановленія суда общ-ва оф-ровъ. Т. обр., новый порядокъ дѣят-сти суда чести въ отношеніи П. и порядокъ разрѣшенія судныхъ о нихъ — дѣлъ, не узаконяя П. и не отмѣняя общ. правила о запрещенности ихъ, обусловилъ отвѣтственность ихъ мнѣніемъ воен. нач-ка и соизволеніемъ Верховн. Власти. Какъ показала практика, съ 1894 до 1913 г. ни одно дѣло объ офицерскомъ П. не дошло до судебн. разсмотрѣнія, т.-е., друг. словами, П. оф-ровъ фактически не караются. Для сужденія о вліяніи закона 1894 г. на распростр-ніе въ рус. арміи П. можно привести слѣд. данныя: за періодъ съ 1876 по 1890 г. до суда дошли 14 дѣлъ объ офицерскихъ П., изъ нихъ 2 кончились оправданіемъ, въ остал. случаяхъ виновные понесли наказанія отъ дисциплинарнаго до заключенія въ кр-сти. За такой же періодъ съ 1894 по 1910 г. было 322 П.; изъ нихъ 256 состоялись по постановленіямъ суда общ-ва оф-ровъ и 19 помимо такихъ постановленій, остальные же — съ разрѣшенія нач-ка. Изъ содержанія приведенныхъ выше правилъ явствуетъ, что судъ чести уполномоченъ въ отношеніи ссоръ и оскорбленій между оф-рами лишь на одно изъ двухъ постановленій: или признать возможнымъ примиреніе, или признать необходимымъ П. Судъ не м. разрѣшать П. или запрещать П., а также не имѣетъ права принимать на себя обяз-ти секундантовъ, вести переговоры между дуэлянтами или вырабатывать, утверждать или отвергать установленныя секундантами условія П. Судъ чести обязанъ лишь послѣ П. изслѣдовать поведеніе дуэлянтовъ и секундантовъ во время П. и выработанныя послѣдними условія П., исключ-но для оцѣнки дѣйствій указанныхъ лицъ съ точки зрѣнія достоинства офицер. званія и для устраненія возм-сти какъ "бутафорскихъ", такъ и преступно жестокихъ П. Вскорѣ послѣ изданія закона 1894 г. возникла мысль о выработкѣ технич. правилъ П., т. к. на рус. языкѣ таковыхъ не было, а иностранные дуэльн. кодексы не вполнѣ отвѣчали условіямъ рус. воен. быта. Выполненіе этой работы было возложено на г.-л. А. А. Кирѣева, и составленный имъ проектъ б. внесенъ въ 1895 г. на разсмотрѣніе особ. к-сіи подъ предсѣд-вомъ ген. отъ кав. А. П. Струкова, к-рая, отвергнувъ почти полностью проектъ г.-л. Кирѣева, выработала нов. проектъ. По полученіи заключеній по нему отъ войсков. нач-ковъ, установленіе окончат. правилъ б. возложено на нов. к-сію подъ предсѣд. ген. отъ кав. Д. П. Дохтурова (см. Комиссіи временныя), но работы ея не б. доведены до конца, а затѣмъ б. признано неудобнымъ изданіе офиціал. правилъ о П., п. ч., несмотря на законъ 1894 г., П. сохранилъ значеніе дѣянія преступнаго и наказуемаго. Изложенныя правила объ офицерскихъ П. и объ особ. направленіи судныхъ о нихъ дѣлъ не распространяется на случаи вызова младшимъ старшаго (въ смыслѣ 100 ст. воинск. уст. о наказ.) и подчиненнымъ нач-ка или П. между этими лицами. Въ этихъ случаяхъ отвѣт-сть дуэлянтовъ всегда опреділяется на основаніи ст. 99 воин. уст. о наказ. По даннымъ, собраннымъ ген. Микулинымъ о П. съ 1894 г. по 1910 г., участвовало въ П. на основаніи закона 1894 г.: ген-ловъ — 4, шт.-оф-ровъ — 14, кап-новъ и шт.-кап-новъ — 187, пор-ковъ, подпор-ковъ и прап-ковъ — 367, граждан. лицъ — 72. Въ теченіе одного года число П. колебалось отъ 4 до 33, а въ среднемъ равно 20 П. въ годъ. На 99 П. по поводу "оскорбленій" 9 окончились тяжкими пораненіями или смертью и 73 были безкровные; на 183 П. по поводу "тяжкаго оскорбленія" 21 П. окончилисъ тяж. пораненіями или смертью, и 131 были безкровные. Изъ 322 П. 315 происходили на огнестр. оружіи. Въ отношеніи условій П. можно отмѣтить слѣд. данныя. Въ 241 случаѣ прот-ки обмѣнялись лишь одной пулей, въ 49 случаяхъ — 2 пулями, въ 12 случаяхъ — 3 пулями, въ 1 случаѣ — 5 пулями и въ 1 случаѣ — 6 пулями. Дистанціи колебались отъ 12 до 50 шаг. Промежутки времени между оскорбленіемъ и П. колебались отъ 1 дня до 3 л., преобладали сроки отъ 2 дн. до 2½ мѣс. Рус. законъ 1894 г. б. заимствованъ въ его существѣ изъ Германіи, гдѣ аналогич. законъ установленъ 2 мая 1874 г. Но этотъ законъ лишь измѣнилъ прус. законъ по тому же вопросу 20 іюля 1843 г. Согласно этому послѣднему, оскорбленный оф-ръ обязанъ б. о полученномъ оскорбленіи сообщить совѣту чести (Ehrenrath), на к-рый возлагалась обяз-сть склонить поссорившихся къ примиренію; при безуспѣш-ти, дѣло передавалось суду чести (Ehrengericht). Послѣдній не дѣлалъ, однако, никакого постановленія о П., к-рый зависѣлъ исключ-но отъ желанія оскорбленнаго, но судъ чести командировалъ на П. одного изъ своихъ членовъ. Т. обр., съ одной стороны, П. происходилъ въ присутствіи офиціал. лица, и, съ друг. стороны, не оставался безнаказаннымъ по угол. закону. По закону 1874 г. измѣненіе означеннаго порядка заключалось въ томъ, что суду чести сообщалось не объ оскорбленіи, а о вызовѣ и принятіи его. При безуспѣш-ти примиренія судъ чести д. б. повліять на возможное смягченіе условій П., докладывалъ о предстоящемъ П. нач-ку части и присутствовалъ въ полн. составѣ или черезъ своего представ-ля на самомъ П. Въ приказѣ, при к-ромъ б. изданъ этотъ законъ, имп. Вильгельмъ I, объявилъ: "Я не потерплю въ арміи оф-ровъ, способныхъ преступнымъ образомъ задѣть честь своего товарища, также какъ и оф-ровъ, не сумѣвшихъ защитить свою честь". Такая формула приказа дѣлала во мног. случаяхъ П. фактически обязат-нымъ, хотя дуэлянты не освобождались отъ угол. отвѣт-ности. Въ 1891 г. послѣдовало запрещеніе П. семейн. оф-рамъ, а также тѣмъ, к-рые уже трижды дрались на П. Указомъ 1 янв. 1897 г. былъ въ значит. степени возстановленъ, въ цѣляхъ сокращенія числа П., порядокъ, бывшій по закону 1843 г. Въ 1912 г. б. разъяснено, что отказъ отъ П. по религіозн. мотивамъ не подлежитъ разсмотрѣнію суда чести, но оказавшійся д. покинуть службу. При объявленіи закона 1897 г. имп. Вильгельмомъ II б. высказаны слѣдующія пожеланія: "оф-ръ д. признать несправедливымъ всякое посягат-во на чью либо честь; если же онъ вслѣдствіе раздраженія или необдуманности въ этомъ отношеніи погрѣшитъ, онъ поступитъ по рыцарски, сознавъ свою неправоту и протянувъ обиженному руку примиренія. Съ друг. стороны, оскорбленный д. принять протянутую руку, насколько это допускается добрыми нравами и сословн. честью". За періодъ съ 1897 г. по 1901 г. въ герман. арміи было 25 П. Особое положеніе П. во Франціи обусловливается тѣмъ обстоят-вомъ, что въ отличіе отъ угол. кодексовъ мног. гос-твъ, франц. Code pénal не предусматриваетъ П., какъ самостоят. преступленія, а потому возможно было толковать законъ въ смыслѣ безнаказ-сти П. Этой практики и придерживались франц. суды до 1837 г., когда кассац. судъ, согласившись съ заключеніемъ ген.-прок-ра Дюпена, приравнялъ П. къ умышл. убійству или нанесенію ранъ. Въ своемъ заключеніи Дюпенъ, м. пр., высказалъ слѣд. соображенія: "Признавать безнаказ-сть дуэли на томъ только основаніи, что она предразсудокъ, к-рому невольно подчиняются, — невозможно: тогда надо признать и всѣ друг. предразсудки. Признать безнаказ-сть дуэли значитъ разрушить обществ. порядокъ, значитъ предоставить каждому творить самому судъ и расправу". Въ дѣйств-ности же суды присяжныхъ въ больш-вѣ случаевъ оправдываютъ дуэлянтовъ. Это обстоят-во м. б. отчасти объяснено тѣмъ, что въ наст. время П. во Франціи фактически получили формальн. характеръ и кончаются ничтожн. послѣдствіями или даже совсѣмъ безъ послѣдствій, а самое число П. уменьшается. Для арміи никакой особой регламентаціи П. нѣтъ, но на практикѣ вопросъ разрѣшается слѣд. обр. При отсутствіи между дуэлянтами субординаціонныхъ отношеній они отвѣчаютъ по общему угол. закону, но фактически воен. суды ихъ оправдываютъ. При субординаціон. отношеніяхъ младш. дуэлянты отвѣчаютъ за нарушенія субординаціи, при чемъ, однако, и въ этихъ случаяхъ воен. суды, постановляя обвинит. приговоры по этому воинск. преступленію, оправдываютъ за послѣдствія П. Секунданты младшаго изъ дуэлянтовъ отвѣчаютъ, какъ соучастники нарушенія субординаціи. Отказъ оф-ра отъ П. формально не вызываетъ репрессій, но фактически отказавшійся навлекаетъ на себя подъ какимъ-либо друг. предлогомъ невыгодныя по службѣ послѣдствія. Вопросъ о П. въ Австро-Венгріи представляетъ интересъ не по юридич. квалификаціи этого явленія, а по тому движенію противъ него, к-рое возникло тамъ съ 1900 г., послѣ двухъ нашумѣвшихъ тамъ случаевъ отказа отъ П. подъ вліяніемъ религіозн. убѣжденій и запрета П. католич. церковью, угрожающій дуэлянтамъ отлученіемъ отъ Св. Причастія. Въ обоихъ случаяхъ отказавшимися были оф-ры, именно, лейт. маркизъ Таколи и полк. гр. Ледоховскій. Въ обоихъ случаяхъ основанія отказа отъ П. б. признаны судомъ чести неосноват-ми (даже ничтожными), а названные оф-ры недостойными носить офицер. мундиръ. Возникшая по этому поводу страстн. полемика въ печати и даже въ парламентѣ имѣла однимъ изъ своихъ послѣдствій письмо, получившее широк. распространеніе въ публикѣ, испан. наслѣдн. принца Дояъ-Альфонса, послужившее толчкомъ къ образованію среди австр. аристократіи антидуэльной лиги. Піонерами этого движенія были въ Австро-Венгріи Сигизмундъ Бишофсхаузенъ, въ Германіи — кн. Карлъ Левенштейнъ-Вертхеймъ, во Франціи — Іосифъ де-Биргъ и въ Италіи — марк. Крисполти. Къ концу 1901 г. число членовъ лиги достигало въ Австріи 1.500 ч. Въ Германіи и Франціи число членовъ мѣстн. лигъ также быстро возрастало. Цѣлью лиги, согласно ея уставу, офиц-но дѣйствующему въ Австріи съ 4 дкб. 1902 г., была борьба съ П. Средствами для этого лига установила, помимо пропаганды своей идеи, образованіе судовъ чести для разсмотрѣнія дѣлъ объ оскорбленіяхъ и защиту чести въ госуд. судахъ. Судъ чести или отвергаетъ наличность оскорбленія, или признаетъ, что оно б. снято достойнымъ образомъ (путемъ, напр., извиненія), или что оно объявляется незаслуж-мъ, и этимъ дается оскорбленному удовлетвореніе. Первонач-но служебн. положеніе лица не препятствовало быть членомъ лиги, но приказомъ австр. воен. министра 1903 г. даже не состоящимъ на дѣйствит. службее оф-рамъ запрещено участіе въ лигѣ, вступившимъ же въ нее ранѣе предписано покинуть ее. Т. обр., движеніе противъ П. въ Австріи не встрѣтило сочувствія со стороны руков-лей арміи. Практич. резул-ты дѣят-сти антидуэльн. лиги въ Австріи и въ друг. гос-твахъ пока установить невозможно за отсутствіемъ статистическихъ данныхъ. Имѣются лишь свѣдѣнія для Италіи, гдѣ подъ вліяніемъ антидуэльн. лиги П. въ арміи знач-но сократились. Въ 1901 г. было П: среди оф-ровъ — 17, между офицерами и гражд. лицами — 8, среди у.-оф-ровъ — 33, и между у.-оф-рами и гражд. лицами — 2, всего 60. Въ 1910 г. это число понизилось до 13. Особенно энергично вели борьбу съ П. воен. мин-ры Педотти и Казана. Въ Англіи П. можно считать прекратившимися, т. к. послѣдній П. въ Англіи былъ въ 1845 г. между лейт-ми Сатономъ и Баукеемъ, но движеніе противъ П. началось ранѣе, именно въ 1843 г., послѣ П. полк. Фожета съ пор-комъ Монро. По иниц-вѣ супруга королевы Викторіи, пр. Альберта, б. образовано Antiduelling Association, въ к-рое вошли представ-ли аристократіи и арміи. Въ королевск. деклараціи 1844 г. б. сказано: "Мы объявляемъ наше полное одобреніе поведенію тѣхъ, к-рые, имѣвъ несчастіе нанести другому оскорбленіе, рѣшаются откровенно объясниться и извиниться, равно какъ и поведеніе тѣхъ, к-рые, имѣвъ несчастіе получить обиду, дружелюбно соглашаются на принятіе извиненія. Если же кто откажется дать или принять объясненіе или извиненіе, то дѣло д. б. передано на рѣшеніе ком-ра полка, и мы объявляемъ избавленными отъ всякаго упрека въ безчестіи всѣхъ оф-ровъ и солдатъ, к-рые будутъ расположены сдѣлать или принять извиненіе и откажутся отъ дуэли, п. ч. въ такихъ случаяхъ они поступаютъ, какъ прилично честн. людямъ и воинамъ, покорнымъ дисциплинѣ". (Неклюдовъ, Рук-ство по особен. части рус. угол. права; Калмыковъ, Учебникъ угол. права; Лохвицкій, Курсъ угол. права; Бернеръ, Учебникъ угол. права; Фойницкій, Курсъ особ. уч. угол. пр.; Спасовичъ, Сочиненія, т. V; Таганцевъ, О прест-ніяхъ противъ жизни; Грошевой, Дуэль по рус. праву, "Ж. Юр. Общ-ва" 1897 г., кн. 6; Дружининъ, Честь, судъ и поединокъ, "Ж. Юр. О-ва" 1897 г., кн. 1—2; Е-скій, Соврем. движеніе противъ П. въ Зап. Европѣ, "Ж. Мин. Юст." 1902 г., кн. 7; Зыковъ, Юридич. конструкція поединка, "Вѣстн. Права" 1901 г., кн. 2; Калининъ, Дуэли въ офицер. средѣ, "Воен. Сб." 1894 г., № 8; Ахшарумовъ, О судахъ чести въ прусск. арміи, "Воен. Сб." 1863 г., № 9; Г. Курнатовскій Дуэль; М. Л-нъ, Дуэль, ея происхожденіе и соврем. характеръ; Ливенсонъ, П. въ законодат-вѣ и наукѣ; В. Шавровъ, Нормировка правилъ дуэли въ законѣ; В. Набоковъ, Дуэль и угол. законъ, "Труды Юрид. Общ-ва при Спб. унив-тѣ" 1911 г., т. II; П. Швейковскій, Судъ чести и дуэль въ войскахъ Россійской арміи, 1912; Микулинъ, Пособіе по веденію дѣлъ чести въ офицерск. средѣ; В. Дурасовъ, Дуэльный кодексъ, 1912; А. А. Суворинъ (Алексѣй Порошинъ), Дуэльный кодексъ, 1913; А. Любавскій, Рус. угол. процессы, 1866—68 г., т. I, II и IV; Н. Фалѣевъ, Дуэли, Спб.; Е. Cauchy, Du Duel Considéré Dans Ses origines et Dans L’état actuel De Nos moeurs; Decons De La Peyrière, De La Législation et De La jurisprudence en ce qui Concerve Le Duel; Fougeroux De Champigneullés, Histoire Des Duels Anciens et modernes; Leteinturier-Fradin, Le Duel à travers Les âges; Saillet, Histoire Des Duels célèbres; A. Thomas, Du Duel, L’église Catholiue et L’armée; Châteauvillard, Essai sur Le Duel, 1836, — библіографич. рѣдкость, основн. кодексъ, послужившій образцомъ для всѣхъ позднѣйшихъ; Du Verger Saint Thomas, Nouveau Code De Duel. Histoire. Législation. Droit Contemporain, 1879; А. Tavernier, L’art Du Duel; Croabbon, La science Du point d’honneur; Pr. G. Bibesco et Duc F, d’Esclands, Conseils pour Le Duel à L’épée, Au fleuret, Au Sabre et Au pistolet, 1900; Nachschlagebuch Bei Austragung von Ehrenhandeln für Des Offizier als Kartell-Träger, Sekundant. Unparteicher, 1891; Conventionelle Gebrauche Beim Zweikampf Unter Berichtsichtigung Des Offizier-standes, 1893; Levi, Zur Lehre von Zweikampfverbrechen; Thümmel, Der Geriehtliche Zweikampf Und Das heutige Duell; Below, Das Duell in Deutschland. Geschichte Und Gegenwart; Liepmann, Duell Und Ehre; Binding, Der Zweikampf; Bogyslawski, Die Ehre Und Das Duell; Его же, Der Ehrbegriff Des Offizierstandes; Gr. Czernin, Die Duellfrage; Bataillard, Du Duel Considéré sous Le rapport De La morale, De L’histoire, De La Législation et De L’opportunité d’une loi répressive).