ВЭ/ДО/Милитаризм
МИЛИТАРИЗМЪ, въ практ. его опредѣленіи — госуд. политика, направленная къ усиленію воен. могущ-ва страны; въ болѣе широк. значеніи М. м. б. опредѣленъ какъ признаніе въ теоріи и на практикѣ войны и вооруж. силы единственно авторитетною основою политич. существованія гос-твъ; наконецъ, въ болѣе узк. смыслѣ подъ М. разумѣется чрезмѣр. увлеченіе войной и воен. службой. Т. обр., понятіе М. нераздѣльно съ понятіемъ "война" и, слѣд-но, принцип. обоснованіе идеи М. лежитъ въ понятіи война (см. это). Народившаяся вмѣстѣ съ человѣчествомъ, идея М. въ практ. своемъ примѣненіи временами получаетъ большую напряженность, временами же, наоборотъ, ослабляется подъ напоромъ какъ противоложн. ему идейныхъ теченій (см. Антимилитаризмъ), такъ и цѣлаго ряда политич., экономич. и соціальныхъ факторовъ въ жизни гос-твъ. Впрочемъ, подоб. колебанія при соврем. условіяхъ междунар. жизни не столь замѣтны, т. к., съ возник-ніемъ постоян. армій и развитіемъ междунар. отношеній, самая идея М. пріобрѣла болѣе узкое значеніе и разсматривается не столько какъ чрезмѣр. увлеченіе войной и воен. службой, сколько какъ стремленіе прав-ствъ къ всемѣрному и постоян. увеличенію и усиленію вооруж. силъ гос-тва, что влечетъ за собою и огромное финансов. и экономич. напряженіе страны. Поэтому экономич. точка зрѣнія на М. пріобрѣтаетъ все большее значеніе, отодвигая на 2-й планъ всѣ прочія принцип. и этическія соображенія. Однако, игнорировать и умалять ихъ, какъ это дѣлаютъ антимилитаристы, нельзя, разъ взаим. отношенія гос-твъ привели ихъ къ сознанію необходимости содержать милліон. арміи даже въ мирн. время и къ т. наз. вооруж. миру, т.-е. къ такому положенію, когда миръ обезпечивается готовностью гос-твъ къ войнѣ. Выражаемая прежде всего колич-вомъ штыковъ, орудій и воен. судовъ, готовность эта д. включать въ себя и воинств. духъ націи, — ея готов-сть къ жертвамъ для защиты госуд. интересовъ оружіемъ не только кровью своихъ гражданъ на поляхъ сраженій, но и колич-вомъ ихъ, выставляемыхъ подъ знамена, и деньгами, потребными на всю орг-зацію госуд. обороны. Итал. ученый Ферреро ("Милитаризмъ", М., 1900), разсматривая М., какъ воинственность, даетъ слѣд. характеристику М. главнѣйш. европ. гос-твъ. Первенствующее мѣсто онъ отводитъ Турціи, затѣмъ въ убывающ. прогрессіи, — Франціи, Италіи, Германіи и Англіи, гдѣ М., по его мнѣнію, доведенъ до минимума. Турція, по его мнѣнію, сохранила до сихъ поръ черты воинств-сти варваровъ и мало чѣмъ и теперь еще отличается отъ воинственности гунновъ временъ Аттилы. Во Франціи, по мнѣнію Ферреро, идеи М. донынѣ имѣютъ значит. популярность, особенно среди образов. классовъ, к-рые думаютъ, что побѣдонос. война, не взирая на ея мотивы, славна для народа, что умѣнье заставить другіе народы признавать силу своего оружія составляетъ величіе націи, и что могущ-во и слава Франціи растутъ вмѣстѣ съ ростомъ ея тер-ріи. Къ тому же во Франціи существуетъ совершенно обособленная воен. каста, создавшаяся исторически, сплоченная традиціями Наполеон. войнъ и спеціал. воен. воспитаніемъ, и она оказываетъ громад. вліяніе въ госуд. жизни. Итал-скій М. Ферреро разсматриваетъ какъ "попытку" ввести франц. систему, но считаетъ его слабымъ, потому что въ народѣ нѣтъ воен. патріотизма, средн. классы бѣдны и разорены, а въ самой арміи крайне бѣдны традиціи побѣдъ. Герман. М., по мнѣнію Ферреро, лишь кажущійся, хотя по общему представленію "Пруссія — казарма, Германія — страна, куда надо ѣздить учиться иск-ву вести войну и одерживать побѣды". Считая, что "воен. характеръ гос-тва измѣряется не колич-вомъ солдатъ, к-рое оно держитъ подъ ружьемъ, а популяр-тью, к-рою идеи и чувства воен. славы пользуются среди образов. классовъ, той долей вліянія, к-рую воен. каста имѣетъ при опредѣленіи внѣшн. и внутр. политики страны", Ферреро приходитъ къ выводу, что, несмотря на всѣ старанія Бисмарка, убѣжденнаго милит-ста, создать "воен. традиціи, доставить воен. кастѣ нравств. госп-во въ народѣ, буржуазн. идеалы всегда брали верхъ въ герм. общ-вѣ, и Германія, б. м., нація военная, но не воинст-ная; она военная по всеобщ. привычкѣ къ почти солдат. дисциплинѣ, но не воинст-ная, п. ч. нигдѣ въ Европѣ буржуаз. духъ не силенъ до такой степени". Англ. М., по мнѣнію Ферреро, нынѣ сведенъ до минимума, хотя ни въ одной странѣ нѣтъ столькихъ воен. памятниковъ и ген-ловъ, какъ въ Англіи, ни въ одной странѣ не развита настолько, какъ въ Англіи, воен. беллетристика. Мало того, временами, англ-не даже обнаруживаютъ чрезвычайно воинств. настроеніе. И все-таки М. въ Англіи "минимальный", п. ч. въ Англіи нѣтъ настоящаго, спец. воен. духа, п. ч. "мораль воен. касты, ея законы, ея міровозрѣніе тѣ же, что въ гражд. классахъ, среди к-рыхъ она живетъ". Англ. оф-ры совершенно не проникнуты спец. корпоративн. воен. духомъ и представляются госуд. чиновниками буржуаз. типа, наравнѣ съ проч. госуд. чинами. Равн. обр., обуржуазены въ Англіи и солдаты, к-рые, какъ взятые по найму, не проникнуты воен. и кастов. духомъ. И если въ боев. отношеніи англ. армія представляетъ силу, то, лишь благодаря прекрас. профессіонал. воспитанію, к-рое она получаетъ". Близкую къ Ферреро оцѣнку воинст-сти соврем. гос-твъ даетъ и авторъ извѣстной англ. книги: "Великое заблужденіе", Норманъ-Энджель (рус. перев., М., 1912). Располагая страны въ порядкѣ воинст-сти, Энджель даетъ слѣд. таблицу: Аравія и Марокко, Турція, Балкан. гос-тва, Россія, Испанія, Италія, Австрія, Франція, Германія, Скандинавія, Голландія, Бельгія, Англія. Хотя Германія считается обычно лучшей воен. націей въ Европѣ, но больш-во взросл. нѣмцевъ никогда не видѣло сраженія и, весьма вѣроятно, никогда не увидитъ; за послѣд. 40 лѣтъ только 8 т. нѣмцевъ въ теченіе 12 мѣс. сражались съ голыми дикарями. Франція не только участвовала въ знач-но больш. колич-вѣ сраженій, но ея населеніе знач-но болѣе подвержено воен. вліянію. Болѣе воинст-ной является Россія, а еще болѣе Турція, въ особенности ея окраины — Аравія и Албанія. И Ферреро и Энджель стремятся, въ сущ-ти, доказать, что идеи М. не свойственны націямъ и прививаются имъ искусст-но политикой ихъ прав-ствъ, но нельзя отрицать, что эти идеи имѣютъ за себя и болѣе безпристраст. судей, к-рые разсматриваютъ и оцѣниваютъ ихъ въ связи съ друг. явленіями соціальной жизни. Индустрія и коммерція, по мнѣнію милит-стовъ, также полны жестокостями, куда болѣе распространенными и утонченными, хотя, м. б., и менѣе замѣтными, менѣе дѣйствующими на обществ. воображеніе. Мирн. промышл-сть, говорятъ они, безусловно взимаетъ большую пошлину человѣч. кровью, чѣмъ война, — фактъ, подтверждаемый статистикой. Наряду съ этими мирн. жертвами "цѣна войны" незнач-на, и ясно, что тѣ, на комъ лежитъ забота объ интересахъ націи, не д. уклоняться отъ уплаты этой цѣны, если только, дѣйств-но, охрана этихъ интересовъ того требуетъ. Пацифисты выдвигаютъ морал. положеніе: мы не имѣемъ права брать что-либо при помощи силы. Но общее положеніе промышл. конкуренціи говоритъ, что "большой человѣкъ" извлекаетъ пользу изъ всѣхъ слабыхъ сторонъ "маленьк. человѣка", его бѣдности и даже болѣзни, дабы побѣдить его въ борьбѣ за сущ-ніе. Борьба вообще, и война въ частности, является однимъ изъ условій человѣч. жизни. И война съ оружіемъ въ рукахъ — вовсе не самая жестокая изъ формъ борьбы за сущ-ваніе. Въ этомъ и лежитъ причина явной неудачи пропаганды мира и причина того, что обществ. мнѣніе европ. странъ само толкаетъ прав-ства на все бо́льшіе расходы на вооруженіе. Обществ. мнѣніе считаетъ твердо установленнымъ, что націон. могущ-во обозначаетъ и націон. благосостояніе и преуспѣяніе; что расширен. тер-рія обозначаетъ большія удобства для промышл-сти; что сильн. нація м. гарантировать своимъ гражданамъ тѣ возм-сти, к-рыхъ слабая дать не можетъ. Такъ, Дугласъ Оуэнъ, оправдывая М., говоритъ, что все то, что приносятъ богатыя земли, нов. гавани, богат. промышлен. территоріи какому-либо гос-тву, обогащаетъ сокровищницу и тѣмъ самымъ всю націю, а также и отдѣл. гражданина. Проф. Вилькинсонъ въ своей книгѣ "Britain of Bay" пишетъ: "Никто не думалъ, когда въ 1888 г. амер. публицистъ кап. Мэхэнъ издалъ книгу о вліяніи мор. владыч-ва въ исторіи, что и др. націи, кромѣ британской, прочли въ этой книгѣ урокъ, что побѣда на морѣ приноситъ съ собою процвѣтаніе, вліяніе и величіе, к-рыхъ нельзя добиться иными способами". Гаррисонъ, одинъ изъ видныхъ англ. публицистовъ, утверждаетъ, что коммерч. и воен. мощь націи совпадаютъ, и что вооруженія оправдываются ихъ необходимостью для обезпеченія торговли, какъ ея "страхованіе". Съ этими мнѣніями "штатскихъ" публицистовъ совпадаютъ сужденія и воен. мыслителей. Клаузевицъ училъ Германію, что война является необходимой частью политики, а политика — это система добиваться преимущ-въ или вести переговоры, опираясь на вооруженіе. Фонъ-деръ-Гольцъ утверждаетъ, что война является резул-томъ опредѣл. законовъ, какъ всѣ велик. процессы человѣч. развитія. Страна придерживается наступ-ныхъ и оборонит. дѣйствій соотвѣт-но своей наступ-ной или оборонит. политикѣ. И то и другое диктуется ей историч. послѣдов-стью. Мы видимъ это съ больш. ясностью въ древн. мірѣ, на примѣрахъ персовъ и римлянъ. Мы видимъ какъ ихъ стратегич. роль слѣдуетъ за ихъ историч. ролью. Америк. ген-лъ Гомеръ Ли доказываетъ, что война не только неизбѣжна, но что всякая систематич. попытка ее предотвратить будетъ нарушеніемъ законовъ міра. "Каждый разъ, когда подобная попытка дѣлалась, исходъ былъ оч. печаленъ". Междунар. столк-нія являются резул-томъ тѣхъ неизбѣж. усилій, к-рыя, рано или поздно, влекутъ за собою войну, именно, закона борьбы за сущ-ніе и закона сохраненія вида, к-рыхъ нельзя ни обойти, ни отрицать, ни нарушить" ("Упадокъ воинственности"). Извѣстный юристъ проф. бар. К. ф.-Штенгель считаетъ войну испытаніемъ политической, физич. и интелектуал. мощи страны. "Страна, корни к-рой подгнили, м. еще нѣк-рое время процвѣтать въ мирѣ, но война обнаружитъ ея слабость. Лучше тратить деньги на вооруженіе и воен. к-бли, чѣмъ на роскошь, автомобили и др. прелести чувствен. жизни". Мольтке, въ одномъ письмѣ къ Блюнчли, писалъ, что "постоян. миръ есть мечта, и даже не прекрасная мечта. Не будь войны, міръ выродился бы и исчезъ въ трясинѣ матеріализма". Э. Ренанъ также находилъ, что "если бы безуміе, лѣность, небрежность и близорукость гос-твъ не влекли за собою столк-ній между ними, то трудно себѣ представить, до какой степени вырожденія снизошли бы человѣч. расы. Война является однимъ изъ условій прогресса, тѣмъ бичемъ, к-рый не позволяетъ націи погрузиться въ сонъ и заставляетъ самодовольную посредственность пробуждаться изъ апатіи. Человѣкъ существуетъ лишь благодаря усилію и борьбѣ. Въ тотъ день, когда человѣч-во создастъ велик. мирн. Римскую имперію, не имѣющую внѣшн. враговъ, въ тотъ день его нравств-сть и умъ подвергнутся величайш. опас-ти". Бывш. през-тъ С.-Ам. Штатовъ Рузвельтъ въ своихъ рѣчахъ и статьяхъ неоднократно высказывался, что "въ этомъ мірѣ страна, не подготовленная къ воен. дѣят-сти и миролюбивая, принуждена погибнуть скорѣе, чѣмъ тѣ націи, к-рыя не утратили мужеств-сти и отваги. Только въ войнѣ можемъ мы пріобрѣсти тѣ мужеств. качества, к-рыя необходимы для того, чтобы побѣдить въ суровой жизн. борьбѣ". Блечфордъ, Бисмаркъ, Ницше и др. мыслители были не менѣе вѣскими и краснорѣч. проповѣдниками М., а проф. В. Джемсъ такъ обобщаетъ всѣ приведенныя выше милитар. воззрѣнія: "Сторонники войны безусловно правы, утверждая, что воен. доблести, пріобрѣтенныя раньше народами, благодаря войнѣ, остались лучш. и вѣчн. достояніемъ человѣч-ва. Они не отрицаютъ ни жестокости, ни ужасовъ, ни разорит-сти войны; они утверждаютъ только, что этимъ исчерпывается лишь половина вопроса". Со всѣмъ этимъ антимилит-сты, конечно, спорятъ, но каковъ же резул-тъ ихъ теоретич. возраженій? Тотъ же самый авторъ "Великаго заблужденія", Нордманъ-Энджель, опровергая съ больш. остроуміемъ и строгой логичностью доводы милит-стовъ, въ практич. исходѣ своихъ разсужденій приходитъ къ слѣд. выводу: "Ясно, что, доколѣ націи вѣрятъ, что воен. и политич. подчиненіе другихъ можетъ принести имъ, какимъ-нибудь образомъ, ощутимое матеріальное преимущ-во, мы постоянно будемъ подвергаться опас-ти вторженія. Вслѣдствіе этого я полагаю, что и мы (англ-не), какъ и всякая др. нація, имѣемъ право принимать мѣры къ оборонѣ, чтобы избѣжать подоб. нашествія; я не высказываюсъ за разоруженіе, независимо отъ дѣйствія другихъ странъ. Доколѣ политич. философія Европы остается той же, что и сейчасъ, я не сталъ бы настаивать на уменьшеніи нашего воен. бюджета хотя бы на одну копѣйку". Итакъ, Энджель въ концѣ концовъ приходитъ къ признанію основ. принципа М.: "если хочешь мира, готовься къ войнѣ". Стремленіе, съ одной стороны, подготовить въ политич. отношеніи успѣхъ будущ. войны, а съ другой — надежнѣе сохранить миръ привело гос-тва къ созданію ими оборонит. союзовъ или соглашеній между собою, и, т. обр., будущая война будетъ имѣть коалиціон. характеръ; въ Европѣ, напр., въ наст. время (1913) такихъ коалицій двѣ: съ одной стороны тройств. союзъ Германіи, Австро-Венгріи и Италіи, и съ другой — тройств. согласіе Великобританіи, Франціи и Россіи. Возмож-ть войны сводится, т. обр., къ учету вооруж. силъ этихъ гос-твъ. Въ этомъ учетѣ и выражается ростъ соврем. М. Поэтому обратимся къ цифрамъ, располагая ихъ соотвѣт-но политич. группировкѣ главнѣйшихъ европейскихъ гос-твъ:

Вѣроятн. числит-сть вооруж. силъ Великобританіи въ воен. время (мы не имѣемъ въ виду штатную) опредѣлить чрезвычайно трудно, но во всякомъ случаѣ она не менѣе итальянской. Въ такомъ случаѣ вѣроятн. числит-сть вооруж. силъ тройств. союза и согласія, въ случаѣ большой европ. войны, превыситъ 20 милл. Чтобы представить себѣ эту колос. армію, слѣдуетъ ее сравнить съ народонаселеніемъ этихъ гос-твъ и, гл. обр., съ колич-вомъ трудоспособ. (отъ 21 до 60 л.) муж. ихъ населенія; тогда получимъ слѣдующее:

Так. обр., въ случаѣ большой европ. войны въ кажд. гос-твѣ будетъ отвлечено въ ряды войскъ отъ ⅓ (Франція) до 1/7 (Россія) всего работоспособн. населенія страны. Если принять данныя, приводимыя проф. Янжуломъ о цѣнности средн. ежегодн. производства, приходящагося въ разл. гос-твахъ на 1 рабочаго, за основаніе для опредѣленія суммы цѣнностей, теряющейся для народн. хозяйства отъ уменьшенія рабоч. рукъ въ силу привлеченія ихъ въ ряды арміи въ мирн. даже время, то ежегод. общ. экономич. потеря гос-твъ выразится слѣд. цифрами:

Въ случаѣ же больш. европ. войны, когда вѣроятн. числит-сть вооруж. силъ больш-ва гос-твъ почти удесятерится, потери эти будутъ уже исчисляться милліардами рубл. Къ этимъ колоссальнымъ потерямъ надо еще прибавить непосред-ные расходы на содержаніе армій, а именно:

Итакъ, призывъ и содержаніе вооруж. силъ въ случаѣ европ. войны обойдется кажд. гос-тву отъ 3 до 5 милліард. руб. въ ½-годіе; въ общей же слож-ти для 6 главнѣйш. европ. гос-твъ это составитъ до 30 милліард. руб. въ полугодіе, т.-е. вдвое превыситъ ихъ товарообмѣнъ, к-рый по даннымъ 1911 г. опредѣляется въ 28 милліард. въ годъ. Этотъ подсчетъ и является въ настоящее время главнымъ доводомъ аргументаціи противъ войны, но ростъ числ-сти европ. арміи краснорѣчиво говоритъ, что обезпеченіе мира идетъ, гл. обр., за счетъ роста М.:

Еще рельефнѣе выразится ростъ вооруж. силъ гос-твъ, если сопоставить вѣроятную числит-ть ихъ въ воен. время при полномъ ихъ напряженіи за тотъ же періодъ времени:

(Данныя почерпнуты изъ соч.: Molard, Puissance militaire des Etats de l’Europe, изъ The statesman’s Year-Book, Löbell’s Jahresberichte и изъ офиціал. источниковъ). Т. обр., за 43 г. (съ 1869 г.) общая числ-сть армій глав. европ. державъ въ мирн. время увеличилась болѣе чѣмъ на половину, а вѣроятн. числ-сть ихъ армій въ воен. время при полн. напряженіи борьбы, по приблизит. подсчету, утроилась. Развитіе и ростъ М. стоятъ въ прямомъ отношеніи и съ числомъ обученныхъ в-обязанныхъ, подлежащихъ призыву въ воен. время, т. к. отъ числ-сти послѣднихъ зависитъ воен. могущ-во страны, какъ моральное, такъ и матеріальное. Въ стремленіи достигнуть maximum’а обученныхъ в-обязанныхъ всѣ европ. гос-тва перешли къ минимал. срокамъ дѣйствит. воен. службы въ томъ соображеніи, чтобы провести черезъ ряды армій въ мирн. время возможно большее число молод. людей и создать т. обр. наибольш. контингентъ обученныхъ воен. дѣлу в-обязанныхъ. Первый орг-заторъ системы соврем. устр-ва армій, Шарнгорстъ считалъ, что, при полн. напряженіи въ воен. время, въ рядахъ арміи, въ к-рую будутъ призваны всѣ обученные в-обязанные, д. находиться не болѣе 1/15 части всего мужск. населенія страны, иначе госуд. хозяйство д. придти въ полн. разореніе. Въ наст. время норма эта превышена повсемѣстно: въ Германіи, напр., восемнадцать уже лѣтъ тому назадъ (1896) изъ числа 12,1 милл. мужчинъ рабоч. возраста в-обязанныхъ числилось около 8, 4 милл. ч.; если не считать въ Германіи ландштурма (4.300 т. ч.), а въ Австро-Венгріи изъ 5 милл. ландштурма считать лишь 600 т. обучен. воен. дѣлу, то мы для 1896 г. получимъ слѣд. таблицу числ-сти обучен. в-обязанныхъ, подлежащ. призыву въ воен. время: 

Числительность населенія во Франціи приведена, принимая во вниманіе населеніе и Алжира, а въ Россіи — всей имперіи, не исключая азіатской ея части (Редигеръ, Компл-ніе и устр-во вооруж. силъ, ч. I). Принимая во вниманіе не все населеніе страны, а лишь, какъ разумѣлъ Шарнгорстъ, мужского рабоч. возраста (т.-е. отъ 21 до 60 л.), получимъ слѣд. картину:

Так. обр., уже 18 л. назадъ главн. европ. державы, за исключеніемъ одной лишь Россіи, знач-но превзошли норму Шарнгорста; тѣмъ не менѣе, заботы всѣхъ гос-твъ и нынѣ направлены къ дальнѣйш. увеличенію колич-ва обученнаго воен. дѣлу мужск. населенія страны. Соотвѣт-но росту вооруж. силъ соврем. европ. державъ растутъ и расходы воен. и мор. ихъ мин-ствъ (см. Военный бюджетъ). Но всѣмъ этимъ не исчерпывается ростъ М. Войны XX ст., рельефно обнаружившія моральн. преимущ-во націй, сильныхъ воинствен. духомъ, пробудили въ общ-вѣ сознаніе необход-сти поднятія націон. чувства и развитія въ народн. массѣ воинств-сти; школа выдвинула вопросъ о необходимости физич. развитія; сѣть спортивн. и сокольническихъ орг-зацій покрыла материкъ Европы; въ школѣ сознана необходимость военныхъ подготовит. упражненій для пріученія молодежи къ стройнымъ массов. движеніямъ, требующимъ вниманія и дисц-ны. Слѣд. этапомъ въ этой обществ. эволюціи явились орг-заціи "бойскоутовъ" (Англія) и потѣшныхъ (Россія), направленныя къ воен. подготовкѣ молодежи. Отмѣтимъ, наконецъ, что даже представ-ли труда и соціализма — этихъ двухъ интернац. силъ, противуполагаемыхъ обык-но М., начинаютъ заметно проникаться идеями М. или, какъ нѣк-рые называютъ, "нео-милитаризма". Еще въ 1907 г. на Штутгартскомъ конгрессѣ соціалистовъ, когда обсуждались практич. способы прекращенія войны при помощи вмѣшат-ва междунар. трэдъ-уніоновъ, принципъ подобн. вмѣшат-ва единогласно б. принятъ конгрессомъ; между тѣмъ, нынѣ во Франціи представ-ль соціалист. партіи Жоресъ отъ ея имени выступилъ съ законопроектомъ о реорг-заціи франц. арміи, к-рый сводится къ идеѣ сохраненія постоян. арміи, т.-е. къ отказу отъ преж. стремленій соціалистовъ къ замѣнѣ ея милиціей. Съ своей стороны, и крайніе революц-ры во Франціи прекратили свою пропаганду уклоненія отъ воин. пов-сти и дезертирства, и ихъ представ-ль Густ. Эрве рекомендуетъ ("Guerre Sociale") всѣмъ молод. людямъ непремѣнно являться къ отбыванію воин. пов-сти и служить возможно усерднѣе. Жоресъ и Эрве въ партійныхъ интересахъ теперь сошлись въ томъ, что слѣдуетъ усилить армію, лучше организовать резерв. войска и милитаризовать всю націю. Они требуютъ обученія дѣтей въ школѣ воен. дѣлу, по меньшей мѣрѣ, гимнастикѣ, маршировкѣ и стрѣльбѣ, чтобы каждый новобранецъ являлся въ казарму уже на-половину обученнымъ и м. быть отпущеннымъ въ запасъ послѣ 6-мѣс. службы. Не вдаваясь въ оцѣнку политич. основаній къ такому воинствующему соціализму, нельзя не отмѣтить, что явленіе это само по себѣ служитъ вящшимъ подтвержденіемъ всеобщаго въ наст. время торжества М.