РБС/ВТ/Попугаев, Василий Васильевич
Попугаев, Василий Васильевич, писатель; родился в 1779 г. и был сыном художника; по окончании курса в гимназии при Императорской Академии Наук, он занимался некоторое время педагогией, в 1797 г. определился на службу в С.-Петербургскую Цензуру, откуда в декабре 1802 г. поступил в комиссию составления законов, где пробыл до августа 1811 г., сначала в должности помощника редактора во 2-ой Экспедиции, а потом (с 1809 г.) — начальника архива комиссии; 18-го июня 1812 г. П. перешел на службу в Экспедицию Путей Сообщения, где сначала исполнял должность столоначальника разряда сухопутных сообщений, а затем (с 1816 г.) был переводчиком в Канцелярии Главного Управления. Точных сведений о дальнейшей его жизни не сохранилось; по воспоминаниям Н. И. Греча, П. умер в 1816 г. и, будто бы, в Твери. По словам того же Греча, П. был "пламенный, эксцентрический поэт, неистовый друг правды и гонитель зла, непостоянный, вспыльчивый, благородный и простодушный", служивший нередко "предметом насмешек со стороны людей, не понимавших и не стоивших его. Литературная деятельность П. была непродолжительна (10—12 лет), но, несмотря на это и на скромные ее размеры, П., как писатель, личность весьма любопытная: он один из немногих, но ярких выразителей того политического направления, которое зародилось у нас при Екатерине II, не успело заглохнуть при Павле и с новой силой пробивалось в литературу и жизнь в начале царствования Александра I. Не будем останавливаться на первых литературных опытах П. — его повести "Аптекарский Остров, или бедствия любви" (СПб. 1800) и на той группе его сентиментальных стихотворений, в которых он заявил себя Карамзинистом, и которые ничем не отличают его от множества современных ему поэтов. Гораздо важнее проследить деятельность его с момента вступления его в члены им и отчасти по его же мысли основанного "Общества любителей изящного" (открывшего свои заседания 15-го июля 1801 г.), два года спустя официально утвержденного под названием "С.-Петербургского Вольного Общества любителей словесности, наук и художеств". Общество это на первых порах имело в виду преследовать цели исключительно самообразовательные, но вкусы основателей его — И. М. Борна и в особенности В. В. П. — скоро придали занятиям общества некоторый специфический характер: интересы чисто литературные должны были скоро уступить место социально-политическим, причем и литературная струя принимала зачастую политическую окраску. Душой этого Общества в первые годы его существования был П.: он был первым его секретарем, цензором, представителем, вербовавшим новых членов, самым усердным докладчиком и сотрудником изданий Общества. Личность, без сомнения, даровитая энергичная, с значительной эрудицией, П., по верному замечанию Греча, "вдохновенный самыми чистыми намерениями, равнодушный к суждениям света и житейским отношениям, бросался во все стороны, начинал многое и не кончил ничего". Он начал усердно упражняться в писании стихов легкого и серьезного содержания и повестей, но постепенно перешел к публицистическим рассуждениям; изучал и переводил западных философов и юристов, занимался филологией, историей, наконец, физикой; писал доклады и статьи по всем названным предметам. По следам, оставленным Попугаевым в литературе и в делах Общества, можно составить о нем довольно определенное представление. Это был человек серьезного ума, строгий к себе и другим, страстный, увлекавшийся, воспитывавший себя на литературе французских теоретиков — "вольнодумцев" XVIII в. и сам ставший "вольнодумцем": его идеалом общественного устройства была древняя республиканская Спарта, со всеми ее суровыми установлениями, особенно по части воспитания; самым дорогим для него званием было "титло гражданина"; лучшим богатством — личная свобода; наибольшим злом он считал бездеятельность, честолюбие, тиранию и рабство. Все эти взгляды ясно, а порой и резко П. успел высказать и в своих страстных стихотворениях на "гражданские мотивы". Как и прочие сотрудники Общества, он приветствовал новое царствование, обещавшее покровительствовать "просвещению", но не упускал случая напомнить, что сильные должны "блюсти законы", "хранить счастие людей", "шествовать стезями правды", заботиться о мирном развитии государства, ибо "где крови лавр, — там терн и ель"; кроме того, в стихах его постоянно слышится призыв к общественной деятельности, просвещению, гуманности. Но всего резче гражданские идеалы П. сказались в его речах перед Обществом, в докладах и статьях, — напр. в ряде статей под общим заглавием: "О политическом просвещении" и из последних особенно в статье "О публичном общественном воспитании и влиянии оного на политическое просвещение" где П. проводит идею об объединении, путем воспитания, интересов разных классов общества, о настоятельной необходимости искоренить эгоистические и сословные предрассудки и воспитать в молодом поколении будущих граждан сознание святости общенародной пользы. В вопросе о воспитании, который усердно трактовался в то время в нашем обществе вообще, а в частности сочленами П., последний держится следующих убеждений: "граждане могут жить, как им угодно, но просвещаться в одних Правлением (т. е. правительством) признанных и утвержденных местах"; "общественное воспитание", по образцу Спарты, должно быть предпочтено перед "семейственным"; "всякому гражданину необходимо знать отношения и обязанности, связующие его с обществом: обычаи, законы и права суть первая и основная связь политических обществ и политики", посему изучение законов и истории должно быть поставлено на первом месте в деле воспитания; но история, как предмет воспитания, должна служить не столько наукой, обогащающей ум фактами прошлой жизни, порою, сведениями о "делах обыкновенных", но она должна быть преподаваема в "философическом духе", она должна быть "полезна для граждан единой нравственностью"; словом, "история должна быть зерцало дел великих, которая бы, как в картине, представляла питомцам бессмертия образцы для подражания и средства достигнуть до славы, ими предполагаемой или превзойти оную". Что касается политических убеждений П. — следует отметить, что он сочувствовал космополитизму; он готов был "любить, как братьев, все народы", но это не мешало ему быть пламенным патриотом с явными демократическими тенденциями. Ненавидя рабство и воспевая в своих стихах вольность, он пишет повесть "Негр", в которой объявляет, что "воля не есть продажная и никакой тиран ею располагать не должен", восхваляет спартанцев и героев древности — борцов за свободу личности, пишет доклад "об участи земледельцев", в котором обрушивается на крепостничество, составляет в 2-х частях "Опыт о благоденствии народных обществ", который предлагает Обществу для издания; впрочем, члены почти единогласно нашли, что тон статьи слишком резок, даже и для того времени, когда "само правительство, сам Государь у нас занимался способами облегчения участи земледельцев"; наконец, следует упомянуть, что П. был одним из горячих поклонников Радищева, память которого свято чтилась членами Общества; он же первый подал мысль (много обсуждавшуюся членами Общества, но не осуществленную) о сооружении памятника Минину и Пожарскому...

Конечно, молодость и горячность, а также и благоприятные условия первых годов царствования императора Александра I-го придавали П. смелость, но дело ограничилось одними словами. Широкие идеи, долженствовавшие "породить новый свет", новые взгляды на вещи и обновить общественный организм, сгубили П.: он скоро впал в противоречия, к которым его привели, с одной стороны, туманные и разноречивые теории XVIII в., с другой — отсутствие опытности и увлекающийся темперамент. Самое Общество, в котором стали возникать одно за другим различные недоразумения, и направление деятельности которого, данное Борном и Пниным, заменялось направлением чисто литературным, поворот в направлении мнений Александра I — все это не могло не ослабить энергии П. С одной стороны, не желая мириться с новым течением дел Общества, с другой — не чувствуя в себе достаточно сил на борьбу, П. оставил Общество (в марте 1811) и, кажется, прекратил совсем свои литературные занятия, к коим мало-помалу охладевал и до сего момента. С уходом Попугаева из Общества, последнее потеряло и многих других талантливых сотрудников, — между прочим и второго основателя его — И. М. Борна.

Из трудов П. находится в отдельном издании повесть "Аптекарский Остров, или бедствия любви" (СПб. 1800), а также сборник стихотворений под названием "Минуты Муз" (СПб. 1801, кн. I; второй, кажется, не выходило). Так как литературная деятельность П. тесно связана с историей Вольного Общества любителей словесности, наук и художеств, то в изданиях и делах этого Общества (а отчасти и в изданиях некоторых членов Общества) и следует искать его произведений. Так, в и и II кн. "Свитка Муз" (СПб. 1802 и 1808 г.) находим несколько стихотворений П., из которых обращают на себя внимание: "Пигмалион", "Стихи на случай великодушного поступка Ангерстейна", "Письмо к Борну", "К друзьям"; кроме того, в "Периодическом Издании Вольного Общества Люб. Словесности, Наук и Художеств" (ч. I., СПб. 1804) П. поместил несколько стихотворных и прозаических произведений; из последних отметим: "Негр" (выдан за перевод с испанского), "Достоинство старого воспитания в России", "О политическом просвещении вообще", "О публичном общественном воспитании и влиянии оного на политическое просвещение", "О постепенности Училищ и соображении с сей постепенностью политических предметов воспитания", "Об истории, как предмете политического воспитания", "Заключение о преподавании в общественном воспитании других отраслей наук"; затем, в журнале члена Общества Н. Ф. Остолопова — "Любитель словесности", 1806 г., III, помещены его "Русские анекдоты" (историч.); в сборнике члена Общества Бенитцкого — "Талия" (1807 г.) — несколько стихотворений. Наконец, несколько произведений П. сохранились в рукописи, иные мы знаем лишь по заглавиям, уцелевшим в архиве Общества; из ненапечатанных произведений П. следует отметить его переводы из Вольнея, Филанджиери, Макиавелли, Тацита и др. ("Общий план законоположения", "О влиянии просвещения на законы и правление", "О феодальном правлении", "Юридическое рассуждение о умерщвлении младенцев", "О монархии" и мн. др.); оригинальные сочинения: "Спартанцы", "Несчастное семейство", "О поэзии", "Рассуждение о цветах радуги", "Опыт о благоденствии народных обществ" и др.

Архив Вольного Общества любителей словесности, наук и художеств (в библиотеке С.-Петербургского Университета); Архив Минист. Путей Сообщения; "Сев. Пчела" 1857 г., № 125; "Весть" 1864, № 15; "Благонамеренный" 1826 г., ч. 33, № 3 (см. также "Сочинения А. Е. Измайлова", т. 2, M. 1890, стр. 315); В. И. Срезневский,"Заметки А. X. Востокова о его жизни", СПб. 1901; его же, "Из воспоминаний А. X. Востокова" — "Русск. Стар." 1899 г., т. 97, март; "Сочинения Батюшкова" (ред. Л. Н. Майкова). СПб. 1887, т. I; А. П. Пятковский, "Из истории нашего литератур. и общественного развития". СПб. 1889, т. II; Н. Колюпанов, "Биография А. И. Кошелева", т. I, кн. I, М. 1889; "Журн. Минист. Нар. Просв." 1890, ч. 268, III; "Сборник 2-го Отд. Акад. Наук", СПб. 1873, т. V, вып. 2-й.

РБС:*