РБС/ВТ/Кудрявцев, Никита Алферович
Кудрявцев, Никита Алферович, ум. 13 февраля 1728 г. в глубокой старости. Он начал службу жильцом, в 1692 г. был стольником, в 1695 и 1696 гг. участвовал в походах Петра Великого под Азов, а с 1697 г. до самой смерти прослужил в Казани последовательно в должностях товарища воеводы, воеводы, коменданта и вице-губернатора. В 1697 г. воеводой в Казань был назначен окольничий кн. Петр Лукич Львов, а товарищем к нему Кудрявцев. В царском наказе, данном им, внимание их обращается на кораблестроение, на положение в крае инородцев — татар, чувашей, черемисов, мордвы и вотяков, бывших в то время еще опасными воинственными врагами русской власти, на иноземцев, поселенных в крае и находившихся там на службе, и на медное рудокопнее дело, начатое в Казани и ее окрестностях в 1653 г. В 1699 г. кн. Львов получил другое назначение, а Кудрявцев остался в Казани самостоятельным воеводой, с подчинением лишь Приказу Казанского дворца, бывшему в Москве. Особенно поручено было его заботам сохранение корабельных лесов в Казанском крае, и разработка и сплав корабельного леса из Казани и ее окрестностей Волгой и Доном в Азов. Кроме того, он должен был отправлять рабочих из казанских инородцев в Ингрию для постройки Санкт-Петербурга и набирать людей и лошадей в драгунские полки.

Самыми трудными годами в службе Кудрявцева были 1705—1709 гг., когда вспыхнули инородческие движения во всем среднем и нижнем Поволжье и Приуралье. Башкирский бунт возник в 1705 г. из-за произвольных поборов с инородцев уфимских воевод, в особенности воеводы Сергеева, астраханский бунт в том же 1705 г. из-за преобразований Петра Великого, причем зачинщиками были стрельцы, сосланные на службу в Астрахань после московского мятежа 1698 г. Для усмирения восставших башкир и астраханцев царь послал находившегося в то время в Курляндии фельдмаршала Б. П. Шереметева. Он прибыл в Казань лишь в конце 1705 г. и еще на пути туда предпринял ряд мер, не согласных с распоряжениями, сделанными уже Кудрявцевым. Шереметев и Кудрявцев не поладили между собой: Кудрявцев не намерен был беспрекословно исполнять приказаний фельдмаршала, и Шереметев писал, между прочим, адмиралу Ф. А. Головину: "Я в Казани живу как в крымском полону. Писал я к самому капитану (т. е. государю), чтобы указал мне быть к себе; ныне подай помощи, чтобы меня взять к Москве". Кудрявдев со своей стороны в письме к кн. А. Д. Меншикову подробно изложил все обстоятельства уфимских неурядиц и жаловался на послабления башкирам со стороны фельдмаршала. Следствием этого письма был царский приказ Шереметеву спешить по Волге к Астрахани, предоставив все казанские дела Кудрявцеву. После этого Кудрявцев отправился в Москву для личных переговоров с Тихон. Никит. Стрешневым, который, за нахождением Петра Великого на театре военных действий, управлял всем внутренним распорядком государства. Кудрявцев остался доволен своей поездкой в Москву: он был назначен комендантом в Казань, но, при этом скромном звании, получил от царя "полную мочь" относительно башкирских и астраханских дел, с подчинением ему всех местных воевод низовых городов: Петр Великий считал Кудрявцева "вящше сведущим в тамошних делах". К половине 1706 г. Шереметев прекратил возмущение в Астрахани, а волнение среди башкир разгоралось все сильнее и сильнее, и была даже попытка основать независимое башкирское ханство. В начале 1708 г. Кудрявцев писал царю, что "башкирское воровство умножается", что к башкирам пристали татары Казанского уезда и осадили несколько пригородов, людей побили или взяли в плен, а поселений пожгли. В феврале 1708 г. толпа мятежных башкир была в 80 верстах от Казани. Присланный Петром Великим с войском боярин к П. И. Хованский вступил в переговоры с бунтовщиками и этим, конечно, только ухудшил положение дела; бунтовщики шли вперед и, наконец, были уже в 30 верстах от Казани, но, благодаря энергичным распоряжениям Кудрявцева, Казань была спасена, а вся восточная часть теперешней Казанской губернии усмирена. Хотя Кудрявцев не советовал кн. Хованскому вступать в переговоры с башкирами и татарами, хорошо зная их "воровство", но кн. Хованский тем не менее отправился в башкирскую землю с войском и обещал мятежникам прощение, под условием выдачи султана, во имя которого они подняли знамя бунта. Султан был выдан и казнен, а мятежи в Башкирии все-таки не прекратились. Вместо награды за свою деятельность Кудрявцев получил от царя выговор: вероятно, Петр Великий приписал произвольные действия уфимских воевод, вызвавшие бунт, его нерадению, а Шереметев и кн. Хованский усилили недовольство царя своими наветами.

В 1708 г., при введении в России губерний (на первое время всего восьми), в состав Казанской губернии вошли все низовые города и Башкирия. Первым губернатором в Казани был окольничий П. М. Апраксин, а Кудрявцев, управлявший Казанью уже одиннадцать лет, и товарищ его Вараксин, не получили никакого назначения. Это побудило их написать кн. А. Д. Меншикову, — и Кудрявцев был по-прежнему оставлен комендантом в Казани. В 1712 г. он назначен главнозаведующим корабельными лесами во всем Поволжье, от устья Оки до Каспийского моря, а в 1714 г., оставаясь при корабельных лесах, назначен казанским вице-губернатором и сохранил эту должность при трех губернаторах: П. С. Салтыкове, его сыне А. П. Салтыкове и А. П. Волынском. С 1714 г. Кудрявцев вступил в деятельную переписку с Петром Великим по части кораблестроения, заготовки и сплава по Волге корабельных лесов. В 1718 г., когда в Казани было основано адмиралтейство для строения судов, Кудрявцев сделался не только заведующим корабельными лесами, но в главным кораблестроителем, так как под его наблюдением, по подробной инструкции Петра Великого, строились в Казани "рейс-шифы" (расшивы) и "гортгоуты". Несмотря на то, что с учреждением адмиралтейства, дела у Кудрявцева прибавилось, Петр Великий счел возможным дать ему еще поручение заготовлять в Казани 15000 пудов соленого свиного мяса для русского флота. Кудрявцев тяготился обязанностью наблюдать за соленьем свинины, не имея никаких сведений по этому предмету, и в письме к Петру Великому выражал опасение, что навлечет на себя его гнев какой-либо неисправностью, тем более, что при Казанском адмиралтействе состоял особый "мясосольный мастер", голландец Класс-Геретсин. Были у Кудрявцева разные столкновения с Сенатом; вследствие того, что Казанская губерния считалась богатой, Сенат требовал от нее больше, нежели сколько она могла дать. Вероятно, Кудрявцев получил не одно замечание за неисполнительность, прежде чем решился написать в 1717 г. кабинет-секретарю Макарову следующее: "Я послал Царскому Величеству особое просительное письмишко, чтоб меня помиловал за бедную мою дряхлость и беспамятство, указал меня от губернаторских дел освободить: несносно стало, по указам от правительствующего сената трудно поправляться. Другия губернии милуют, а на нашу все прибавляют, и когда их превосходительству приносим оправдание, здраваго рассмотрения не чинят и не принимают; одно затвердили, что наша губерния богата: она так богата сделалась, что перед другими губерниями с дворов все вдвое сбираем и всеконечно опустеет; а переменить нельзя: хотя чего малаго не дошлем, все штрафы, да раззоренье". — В 1722 г. Петр Великий предпринял поход в Персию и проездом по Волге к Каспийскому морю, был в Казани и остался весьма доволен состоянием адмиралтейства. — В последние годы своей жизни Кудрявцев не мог относиться к своим служебным обязанностям так же энергично, как прежде, и незадолго до смерти был подвергнут штрафу в 500 руб., за неисполнение предписаний Верховного Тайного Совета.

Источники указаны при биографии M. Н. Кудрявцева.

РБС:*