РБС/ВТ/Сенявин, Дмитрий Николаевич
Сенявин, Дмитрий Николаевич, генерал-адъютант, адмирал, сенатор. Род С. происходит от выехавшего из Польши в Россию в XVI веке некоего Алехна Сенявского. Еще в царствование Петра Великого двое из Синявиных, Иван и Наум Акимовичи, известны как одни из первых русских моряков, получивших морское образование не за границей, а в России. Сын одного из них и дядя Дмитрия Николаевича, Алексей Наумович Сенявин, выдвинулся как моряк в царствование Екатерины II, принимая участие в первой турецкой войне. Морская служба была, таким образом, известной семейной традицией в роду Сенявиных. Дмитрий Николаевич С., сын майора Николая Феодоровича, родился 6 августа 1763 г. в с. Комлеве, Боровского уезда Калужской губернии. Не будучи принят в сухопутный корпус и пройдя курс первоначального образования в городской школе вместе с солдатскими детьми, С. поступил в 1773 г. в Морской корпус, откуда и был выпущен в чине мичмана в 1780 г. Еще будучи гардемарином, он совершил уже некоторые плавания; так в 1779 г. под начальством капитана Берка он ходил из Кронштадта в Ревель, а оттуда в Северный океан к мысу Нордкап и обратно. Производство его в офицеры совпало с заключением «вооруженного нейтралитета» и в первый же год службы ему пришлось совершить плавание от Кронштадта до Лиссабона, порта, имевшего такое огромное значение в его личной жизни гораздо позднее. По возвращении из этого плавания С. был назначен в азовский флот. Он служил здесь на корабле «Хотин», на котором бежавший из Крыма хан Шагин-Гирей, искавший защиты России, был перевезен в Воронеж. В 1783 г. состоялось присоединение Крыма, и С. служил адъютантом при контр-адмирале Макензи, укреплявшем Ахтиарскую бухту, будущий Севастопольский порт. Здесь С. стал известен создателю «греческого проекта» кн. Потемкину. В 1786 г. для излечения от лихорадки С. был послан в Константинополь, с именем которого связывались тогда у многих мечты о воссоздании независимой Греции. В следующем году он — свидетель путешествия Екатерины II в Крым, представлен императрице и ею обласкан. В этом же году началась вторая война с Турцией, не примирившейся с потерей Крыма; в этой войне С. принимал видное участие. Благодаря его личной энергии, хладнокровию и неустрашимости был спасен от шторма около берегов Варны корабль «Преображение», на котором он был флаг-капитаном при контр-адмирале гр. Войновиче. С. участвовал также в сражении с турками севастопольской эскадры, выведенной в море для отвлечения турецких сил от осажденного Потемкиным Очакова. Наиболее видный подвиг его в эту войну — была экспедиция к южным берегам Черного моря. Пройдя от Синопа до Кафы, он разрушил много береговых укреплений и потопил до 12 турецких кораблей. Полученная им за это награда — Владимир 4 степени — первый случай жалованья орденов с бантом в знак особого отличия. После заключения мира с турками С. продолжал служить в Черноморском флоте. С конца 1800 г. по 1803 г. он был капитаном Херсонского порта; с 1803 по 1804 г. — Севастопольского. В этом году, уже в чине контр-адмирала, он был назначен флотским начальником в Ревель, где и оставался до 1805 г. Практическою морскою школою С. было, таким образом, Черное море; ответы на все связанные с этим морем вопросы нашей политики определяют в значительной мере и взгляды С. Турция и христианский восток — его главные интересы. Выступивший на служебное поприще в годы присоединения Крыма и мечтаний об изгнании турок из Европы и воссоздания Греции, С. на восточный вопрос смотрел всегда с точки зрения поддержания христианского населения Турции Россиею и честного исполнения перед ними этою последнею, как крупною европейскою державою, своего долга. Идеалист-политик национального направления, С. пытался провести на практике свои взгляды, как самостоятельный деятель, несколько позднее, когда началась борьба России и Европы с Наполеоном, но когда она еще не приняла определенно национального характера. Еще в 1798 г. С., как командир корабля «Св. Петр», участвовал в экспедиции вице-адмирала Ушакова, посланного на освобождение от французов Ионических островов одновременно с походом Суворова в Италию. С. был взят остров Св. Мавра, и ему же было поручено устроить на этом острове правильную администрацию. В 1804 г., когда С. был уже флотским начальником в Ревеле, при известии о замыслах Наполеона овладеть Ионическими островами и о приготовлении для этого тулонского флота, С. было поручено отправиться к Корфу для принятия под свое начальство всех сухопутных и морских сил Ионической республики, ожидавшей помощи от России. Эскадра С., состоявшая из одного 84-пушечного, четырех 74-пушечных кораблей и одного 32-пушечного фрегата, шла 10 сентября 1805 г. из Балтийского моря в Портсмут и должна была двинуться оттуда на соединение с эскадрою адмирала Нельсона, разбившего в это время французский флот при Трафальгаре. Благополучно избегнув перед Гибралтаром столкновения с уцелевшими от трафальгарского поражения французскими кораблями (эскадра Рошфора), С. вышел в Средиземное море и 18 января 1806 г. достиг Корфу. С. было предписано: 1) защищать республику Ионических островов от Наполеона; 2) не допускать французов к владениям греческим или турецким; 3) оказать помощь генералу Лесси, защищавшему Неаполитанское королевство. Последний пункт этого предписания после аустерлицкого поражения делался невозможным и по удалении из Средиземного моря ген. Лесси С. был здесь главнокомандующим всех наших сил, как сухопутных, так и морских, имея при себе 13000 сухопутных войск, около 8000 матросов и более 1000 пушек. Положение дел усложнялось тем, что по Пресбургскому миру между Австрией и Францией, к которому не присоединилась Россия, Далмация уступалась Франции. С. приходилось иметь дело с двумя врагами: явным — французами и тайным — нашими прежними союзниками австрийцами. Имея в виду, главным образом, упрочение русского влияния среди славянского населения Балканского полуострова, С. старался воспользоваться недоверчивым отношением далматинцев и черногорцев к австрийцам и к славянам. Утвердившись на острове Корфу, С. составил план занять для уничтожения французского влияния Бока-ди-Катаро, блокировать все порты, уступленные Австрией Наполеону, и не допускать французов в Рагузу. План этот начал он успешно приводить в действие, занял Бока-ди-Катаро и встретил полное сочувствие со стороны местного населения, главным образом, в лице черногорского митрополита Петра Негоша; местные жители снарядили до 30 кораблей и выставили до 12000 добровольцев. Действия С. приняли настолько внушительный характер, что ему удалось заставить австрийцев отпустить наши суда, задержанные ими по указанию Наполеона в Триесте, и он уже строил план перенести театр военных действий с Корфу в Далмацию и, отрезав сообщение морем этой страны с Испанией, тем самым расстроить замыслы Наполеона относительно Греции. С самого начала, однако, С. встретил значительное затруднение со стороны нашей дипломатии. Еще в марте 1806 г. он получил Высочайшее повеление покинуть Адриатическое море и отправиться с эскадрою в Черное, что не помешало ему продолжать военные действия против французов. В самый разгар этих действий в Рагузе, в июне пришло повеление сдать Бока-ди-Катаро австрийцам для передачи этими последними Наполеону. Население, узнав об этом распоряжении пало духом, и С. решился на крайнюю меру. Он предложил черногорцам послать депутацию к государю просить об отмене решения, а до тех пор обещал продолжать борьбу с французами. Это чрезвычайно подняло его значение среди жителей далматинского побережья, и осада французских войск, засевших в Рагузе, продолжалась. К концу июля, несмотря на извещение, что государь одобряет образ действия С., положение сделалось однако еще более затруднительным; из Петербурга шло известие об одобрении, а из Парижа русский уполномоченный Убри сообщил, что он подписал договор России с Францией на условиях передачи Франции Бока-ди-Катаро, неприкосновенности Рагузинской области и независимости Ионических островов; эта независимость и неприкосновенность не была, однако, ничем гарантирована. С. решился не обращать внимания на действие Убри в Париже, отклонился от каких бы то ни было сношений с австрийцами и французами и объявил, что будет ждать приказаний от самого государя. В конце июля ему уже было возвещено, что государь не утвердил мирных условий, подписанных Убри, и приказал их пересмотреть, поставив непременным требование независимости Далмации и Бока-ди-Катаро. Борьба продолжалась, С. подвигался на север по Адриатическому морю и начал занимать уже группу островов Курцоло, Брацо и Лиезино, лежащих севернее Рагузы. Борьба С. с французами возбудила против него неприязненные действия со стороны Али-Паши Янинского, турецкого наместника в Греции, а 18 декабря 1806 г. Турция, по настоянию Франции, открыто объявила войну России. Эскадра С. перенесла свои действия в Архипелаг и Мраморное море, где она должна была быть союзниками англичан. Появление ее здесь привело в такое же движение греческое население Мореи и Архипелага, в какое были уже приведены далматинцы и черногорцы. Новые успехи С. должны были содействовать усилению этого движения. С. занял остров Тенедос, отдававший в его руки вход в Мраморное море и около острова Ибиброса разбил 21 июня 1807 г. турецкую эскадру. Начавшиеся переговоры в Тильзите должны были повлечь за собою и мирные переговоры с Турцией; С. было предписано воздержаться от дальнейших наступательных действий. По условиям этого мира С. должен был оставить Архипелаг, предоставив французскому правительству посредничество при заключении мирного договора между Россией и Турцией. А так как Тильзитским миром подтверждались условия Пресбургского, то и Далмация и Бока-ди-Катаро должны были быть переданы французам. Все сделанное С. уничтожалось, Россия уступила свое место в Средиземном море Наполеону, и 5 октября 1807 г. пройдя Гибралтар, эскадра С. вышла в Атлантический океан. По выходе в океан С. сделал остановку в Лиссабонской гавани. Причиною этого была и неблагоприятствующая погода, и обстоятельства политического характера. Англия, не принявшая посредничества России в переговорах ее с Францией, после Тильзитского мира обнаружила неприязненное отношение к России. С., очевидно, пришлось бы столкнуться с английским флотом, который вряд ли бы согласился пропустить его в Балтийское море, и для этого ему нужно было озаботиться починкою своих судов. По отношению к нашим новым союзникам, французам, он держал себя, однако, крайне самостоятельно. Отъезд в Бразилию португальского принца регента, спасавшегося от Наполеона, не встретил со стороны С. никакого препятствия. Действовать заодно с французами С. согласился только после личного распоряжения Государя Императора, сделанного ему через морского министра П. В. Чичагова; да и после этого он резко старался разграничить враждебные действия французов против англичан от их стремления утвердить свое владычество в Португалии и Испании. Помогая им в первом случае, он держал себя совершенно пассивно в последнем. — Неудачи французов в Испании повлекли за собою и в Португалии капитуляцию англичанам маршала Жюно, заодно с которым и приходилось, главным образом, действовать С. Еще ранее ему было Высочайше повелено бороться с англичанами до последней возможности и лишь в крайнем случае, высадив на берег экипаж, сжечь корабли. При капитуляции Жюно С. старался выговорить, чтобы для русских кораблей лиссабонский порт считался нейтральным. Когда же это условие не было принято англичанами, С. все-таки удалось добиться того, что русская эскадра была сдана англичанам лишь на хранение и считалась как бы в залоге у английского корабля до заключения мира, адмирал ее и весь экипаж получали право свободного возвращения в Россию, и русский флаг не должен быть опущен, пока адмирал не покинет корабля (Лиссабонский договор 23 и 24 августа 1807 г.). 26 сентября того же года С. в сопровождении английской эскадры прибыл в Портсмут, причем в продолжение всего времени плавания английский адмирал Коттон уступал ему старшинство и отдавал почести по чину. В Англии С. оставался около года и 24 сентября 1809 г. прибыл в Петербург, совершив путь от Англии до России на английском транспортном судне: император Александр I принял его крайне холодно. «Твердость и самостоятельность, оказанные адмиралом С. при неотдаче Бока-ди-Котаро, — говорит в своих записках Шишков, — прогневали Наполеона и отразились на отношениях к нему самого Русского Императора. По требованию Наполеона С. был запрещен даже вход во дворец». Только в 1811 г. он был назначен командиром Ревельского порта. Его намерение поступить в годину Отечественной войны в ополчение было отклонено государем, и 21 апреля 1813 г. он был уволен в отставку по прошению. Только после восшествия на престол Николая І С. снова поступил на службу. Он был произведен в генерал-адъютанты; с 1826 г. присутствовал в комитете о раненных, а 6 декабря 1826 г. был назначен сенатором. Когда в 1827 г. возгорелась турецкая война, С. мечтал увидеть себя в знакомых водах Черного моря лицом к лицу со своим старым врагом; он надеялся получить командование черноморским флотом. Вместо этого ему было только приказано провести наши суда от Кронштадта до Портсмута и обратно. Последующие годы С. плавал по Балтийскому морю. Последнее свое плавание он совершил от Ревеля до Кронштадта в сентябре 1828 года в крайне ненастную погоду, причем сам вел свой корабль, не покидая ни на одну минуту руля. С. скончался в Петербурге 5 апреля 1831 г. Прекрасно образованный, хорошо знающий свое дело С. оставил по себе память человека тяжелого характера, но крайне самостоятельного и независимого по своим взглядам, свидетельством чего служит его деятельность 1805—1809 гг. Деятельность эта имеет историческое значение; она является интересным, хотя и малоизвестным эпизодом из истории, франко-русских отношений начала XIX века до 1812 г. и хорошо иллюстрирует то положение, в какое попадали деятели, воспитавшиеся на политических традициях Екатерины II, в царствование ее внука.

Рукописная биография Д. Н. С., принадлежит Имп. Русскому Истор. Обществу. — Формулярный список. — «Русская родословная книга», изд. «Русской Старины», т. І, стр. 293. — Словарь Бантыш-Каменского. — «Биографические очерки лиц, изображенных на памятнике тысячелетия России», изд. 1862 г. — «Российский гербовник». — Биография С., написанная Арцимовичем, в «Морском Сборнике», 1855 г., №№ 4, 5, 8, 10, 12; 1861 г. № 9. — «Записки адмирала Шишкова». — Вейдемейер, «Двор и замечательные люди России во второй половине ХVІII в.» — «Жизнеописание первых российских адмиралов, или Опыт истории Российского флота». — Аркас, «История черноморского флота». — В. Б. Броневский, «Заметки морского офицера». — П. П. Свиньин, «Воспоминания о флоте».

РБС:Адмиралы