РБС/ВТ/Стрешнев, Иван Филиппович
Стрешнев, Иван Филиппович, ум. в 1613 г. В царствование Иоанна Грозного был разрядный дьяк Иван С.; при царе Феодоре Ивановиче и при Борисе Годунове он, по выражению H. П. Лихачева, "как-то стушевывается", а при Дмитрии Самозванце выделяется думный дьяк Иван Филиппович, пожалованный затем в думные дворяне и бывший в Смутное время воеводой в Устюге Великом. Основываясь на предположении Н. П. Лихачева, что дьяк Иван С. и думный дворянин Иван Филиппович С. одно и то же лицо, приводим все сведения, которые нам удалось собрать об этом лице или лицах за время с 1577 по 1613 г.

В 1577 г., в Ливонском походе, С. был дьяком "у розряду" вместе с Василием Щелкаловым. В 1578 г. в числе других дьяков сопровождал государя в Ливонском походе. 7 июня 1579 г. скрепил грамоту от царя из Новгорода, посланную воеводам в Мариенбург, и в том же году был отправлен царем в Дорогобуж вместе с дворянином Воейковым, чтобы встретить там Лопатинского, посланного Баторием с грамотой, и привезти эту грамоту, так как бояре считали, что царю "невместно" принять самого Лопатинского. В 1580 г. С. сидел в Разряде вместе с дьяком Курбатом Грамотиным и выполнял между прочим особое поручение царя, касающееся государственных оброчных рыбных ловель. Сопровождая Грозного в военных и богомольных походах, в качестве разрядного дьяка, С. решился осенью 1580 г., во время пребывания с царем в Троице-Сергиевом монастыре, сделать самовольное распоряжение относительно места стоянки воевод. Выяснилось это при разборе трех местнических дел, возникших из-за жалоб обиженных. Тогда же о нем возникло и другое дело — о самовольной посылке грамот. Когда боярин кн. Фед. Мих. Трубецкой с товарищами расспрашивал С., по государеву ли приказу или по боярскому приговору он писал из Троице-Сергиева монастыря грамоту в Москву боярину Петру Вас. Морозову, С. повинился: "Как государь пошел с Москвы к Троице в Сергиев монастырь, и пришли ко государю с Москвы от бояр грамоты вестовые — не упомню к Троице, не упомню в Тимофеевской, и яз по тем вестям такову грамоту от государя к Москве к бояром писал вскоре, а государя доложити не успел, а писал такову грамоту для промыслу — в том ведает Бог да государь". Как доказывали заинтересованные в деле лица, С. писал самовольную грамоту, "дружа" Михаилу Безднину, с которым был в свойстве и которого "величал, как хотел", Из позднейшего местнического дела, бывшего между Романом Алферьевым (из рода Бездниных) и кн. Григорием Засекиным, выяснилось, что "государь за те грамоты на Ивана кручинился и велел бы ему за то и руку отсечь, то ведомо всем бояром..." Угроза эта, однако, не была приведена в исполнение, и неизвестно, подвергся ли С. какому-нибудь взысканию за самовольства. Чему приписать милостивое отношение Иоанна IV к дьяку С. в то самое время, когда, больной и раздражительный, он не знал удержу своему гневу и предавал смертной казни бояр, — трудно решить. Можно лишь сделать предположение, что он ценил его, как дельца, необходимого в Разряде.

В 1581 г. приезжал в Московское государство Антоний Поссевин, посол папы Григория XIII. Иоанн находился в это время в Старице, и при нем был С., что видно из пометы, сделанной на грамоте царя приставу Волохову: "приезд Истомы Шевригина взять у дьяка у Ивана Стрешнева". Это значит, что посольские дьяки отметили получение от С. документов о приезде Шевригина, ездившего гонцом в Рим к папе и в Прагу к цесарю Рудольфу. 31 августа, после второго приема Антония Поссевина царем в Старице, в государевой "избе", — происходил прием его в дьяческой посольской избе, где ему отвечали думные дворяне Вас. Гр. Зюзин и Роман Мих. Пивов, да дьяки Андрей Щелкалов, Афанасий Демьянов и С. В 1583 г. приезжал в Москву английский посол Еремей Баус, чтобы испросить у царя исключительное право торговли во всех "колмогорских" пристанях и жалованную грамоту английским купцам на беспошлинную торговлю. При приеме царем Бауса, в "другой" встрече, против угла Золотой палаты, был в числе других лиц и С. В предшествии "встречников", Баус прошел в столовую избу, где сидел государь. После краткого приема, приставы провели посла в набережную золотую палату, а когда стол был готов, те же самые "встречники" встретили его в сенях и шли с ним в столовую избу. За обедом послу было указано сидеть в кривом столе, а против был посажен С. вместе с Ф. А. Бутурлиным; оба они подчивали посла и после стола. Баус провел в Москве несколько месяцев, и на одном из приемов у царя, когда велись переговоры о сватовстве Иоанна к племяннице английской королевы Елизаветы, Марии Гастингс С. был в числе немногих лиц, присутствовавших при этом.

Затем о С. в течение более 20 лет нет никаких известий. Можно было бы предположить, что он умер, если бы в 1605 г. снова не появился разрядный дьяк Иван С. при разборе местнических дел. В этом году он участвовал в суде "в отечестве" между Гавр. Гр. Пушкиным и кн. Феод. Андр. Звенигородским; за его же приписью выдана Тимоф. Сем. Пушкину "невместная" грамота на князей Юр. Мещерского, Ивана Мезецкого и Сем. Вяземского. В 1606 г. С. сказано думное дворянство. С 1608 г. до мая 1610 г. С. был воеводой в Устюге Великом. В царствование Шуйского, когда большинство русских людей колебалось, не зная, за кого стоять и кому служить, когда не только отдельные лица, но и целые города присягнули Тушинскому вору, — северные области Московского государства собирали ратных людей на помощь царю Василию Ивановичу. Устюг, Пермь, Вятка, Сольвычегодск и другие города "обсылались" грамотами, обмениваясь известиями, получаемыми из разных мест. В конце ноября 1608 г. С. сообщал вычегодцам о разорении Ростова литовскими людьми, о пленении митрополита Филарета, о присяге Ярославля, Вологды и Тотьмы второму Лжедмитрию, о решительном намерении всех устюжан не изменять царю Василию Ивановичу и просил прислать выборных людей из Усольской земли для принятия мер против мятежников. "А наша мысль то — говорится между прочим в отписке С.: — будет вы к нам приедете и стоять с нами заодин похотите, и нам им в том крест целовать, что нам с вами, а вам с нами и ожить и умереть вместе". Уведомляя вычегодцев о получении в Устюге из Вологды крестоцеловальной записи на верность Тушинскому вору, о разорении тушинского лагеря кн. Скопиным-Шуйским, о походе Шереметева из Астрахани к Москве с многими воинскими людьми и об усердии галичан и костромичей к царю, С. просил поспешить присылкою отписки, чью сторону держат усольские города, и убеждал их не спешить присягою самозванцу. "Пожалуйте, помыслите с миром крепко, а не спешите креста целовати: не угадать на чем совершитса". В начале декабря 1608 г. С. писал тем же вычегодцам, чтобы они собрали ратных людей и прислали бы их с головами в Устюг и в Тотьму; им же он поручал сообщить об этом на Вымь, Вятку и Пермь Великую. Сколько успели собрать ратных людей в Устюге — тех С. немедленно отправил в Вологду. В половине мая 1609 г. он сообщил в Пермь, что устюжане отправили в Ярославль в половине апреля пятую рать, состоящую из 500 человек, и что продолжают и еще собирать. При таком ревностном отношении к делу, С. больно было видеть, что некоторые города медлят с высылкой ратных людей. В отписке к пермичам он не удержался по этому случаю от укора. "А наперед сего мы к вам писали многажды о ратных людях, чтоб вы посылали к государю на помощь; и от вас всего объявилось ратных людей 82 человека, а больше того ратных людей не объявливалось, и вы-то делаете мысля, делайте, смотря по нынешнему времени, помня души, на чем крест целовали". Вследствие просьбы вятчан о помощи С. послал туда людей с Устюга; пошли ратные люди и из Соли-Вычегодской; только Пермь по-прежнему не особенно спешила с отправкой подмоги; это можно заключить из отписки С. пермичам в декабре 1609 г.: "А ведаете, господа, и сами: только, по грехам, воры Вятцкою землею завладеют, а Устюжская и Усольская земля и Поморские городы подошли от них близко и крепостей немного; и вам бы, господа, Вятке и нам помогати. A ко государю мы о том и в полки к государевым болярем и воеводам, ко кн. Мих. Вас. Шуйскому с товарищи, писали о большом указе: и вам бы нас и Вятчан, до большого государева указу, вором не подати и стать с нами заодин; а мы вам челом бьем". В феврале 1610 г. в Устюге было получено известие о смерти Тушинского вора и об успешных действиях московских отрядов. С. распорядился отслужить по этому поводу благодарственный молебен и послал пермскому и верхотурскому воеводам отписку кн. Мих. Вас. Скопина-Шуйского, поручив им переслать ее в описке во все сибирские города. Одновременно с этим С. отправил на Верхотурье хлебные запасы, собранные с Устюга, с посада и со всего Устюжского уезда.

В конце февраля 1611 г. С. подписался под грамотой московской Боярской Думы, данной послам — ростовскому митрополиту Филарету и кн. Вас. Вас. Голицину с товарищами, отправленным к королевичу Владиславу. В том же году С. назначен был вместе с кн. Григ. Петр. Ромодановским в Судную избу на Москве судить русских людей с литовскими и чинить между ними расправу. Это известие является последним о его деятельности.

"Др. Рос. Вивл.", XIV, стр. 325, 350; т. XX, стр. 78, 88. — "Акты Ист.", т. II, стр. 139, 160, 163, 221, 252, 254, 325, 334—335, 337—338, 383; т. III, стр. 125. — "Доп. к Акт. Ист.", т. I, стр. 181—182. — "Акты Арх. Эксп.", т. І, стр. 389; т. II, стр. 179—182, 184—186, 201—202, 269. — "Рус. Ист. Сб.", изд. Погодина, М. 1842 г., т. II, стр. 94—96 и т. XVI. — "Памятники дипломат. сношений", т. X, стр. 74, 75, 111—113, 123, 124, 134, 146, 151, 170, 188, 195, 235, 248, 267, 282, 285, 295. — "Архив. ист.-юр. свед.", т. II пол. I, стр. 132. — "Чтен. Моск. Общ. Ист. и Др. Рос.", 1907 г., II, стр. 34, 40, 76, 78; III, стр. 106, 116, 204, 221. — "Сб. Имп. Рус. Ист. Общ.", т. XXXVIII, стр. 82, 83, 104, 129. — Щербатов, V, кн. ХIII, стр. 163. — Карамзин, IX, стр. 254, прим. 516, 518, 621. — Лихачев, "Разрядные дьяки XVII века", СПб. , 1888 г., стр. 218—222. — Его же, "Дело о приезде в Москву Антония Поссевина", СПб. , 1903 г., стр. ХХII, ХХIV. — "Древние акты, относящиеся к истории Вятского края", Вятка, 1881 г., стр. 60, 64, 86, 88, 90.

    

 РБС:Дьяки