Летопись крушений и пожаров судов русского флота 1713—1853/1855 (ВТ:Ё)/1819 г. Транспорт Св. Николай
* 1819 год. Транспорт Св. Николай. Командир чиновник 12 класса А. Д. Калимера.(Чёрное море.) Грек, поступивший в нашу службу при открытии Турецкой войны 1787 года в звании шхипера на собственном судне, участвовавший во многих битвах с турками, имевший аттестат Суворова в «отличном мужестве и храбрости» при осаде Измаила, бывший ещё в кампании на Средиземном море 1804—1810 годов под командою, сам командовавший судами с 1810 по 1814 год и в 1816 году получивший настоящее судно; старик лет шестидесяти, — следственно, довольно опытный. Отправленный из Таганрога в Севастополь с грузом железа, взяв ещё в Керчи для отвоза 20 матросов, с сентября прошлого года имел плавание чудное: сначала занесён крепким противным ветром в Константинополь, где прозимовал; по выходе оттуда в январе настоящего года зашёл в Одессу; выйдя из неё вернулся; потом ещё укрывался в Козлове; наконец по выходе из Козлова 28 февраля опять встретил крепкий противный ветер и спустился назад; наутро следующего дня увидел перед собою берег близко Севастополя и, не зная обстоятельно места, стал на двух якорях. Но якоря не задержали, судно ударилось о камни и вскоре наполнилось водою. Отправленные к берегу баркас и шестёрка, чтобы закрепить на нём перлинь, загрузили разными товарами, поспешая спасти их, и в торопливости, вместо того чтобы сперва завести тонкий конец, по которому легко было бы вытянуть перлинь, взяв конец самого перлиня, вытягивали его за собою; эта операция, разумеется, не удалась: баркас разбился в бурунах и люди едва спаслись. А между тем командир, опасаясь потопления судна, отрубив канаты и поставя паруса, пошёл прямо в берег. Это ему тоже не удалось: ветер переменился, и полузатопшее судно остановилось на последнем якоре, с привязанным к нему тросом. «Не будучи изучен морской теории, говорит командир, я делал то, чему опыты и долговременная практика меня научили». Опыты же и практика научили его сделать плот из бочек, на котором подали тонкий конец на берег, по нём вытянули перлинь, положили верп и начали перетаскивать имущество. К вечеру ветер скрепчал (сделавшись опять с моря), развело большое волнение, и командир с семью человеками команды остался на судне. Ночью понесло густую метель. Бывшие на берегу не имели достаточного огня, и один из них замёрз; из остававшихся на судне также один замёрз, а другой утонул в трюме. Все остальные в следующее утро перевезены на берег. Точное место крушения не означено; журнал погиб. Несколько дней тихой погоды позволили спасти часть груза, и спасённая команда отправилась в Севастополь. Следствие тянулось до 1822 года. Главный командир Черноморского флота, вице-адмирал А. С. Грейг, три раза возвращал дело о нём в комиссию Военного суда: «Не для того, писал он, чтобы чиновник Калимера был обвинён, но дабы сколь возможно доказана была со стороны его невинность, как равно и упущение не оставлено бы было без обнаружения с должною справедливостью». Замечательно однакож, что комиссия не обвинила командира: ни за медленность его плавания, явно умышленную, приписав её неблагоприятным ветрам и дурным качествам судна, ни за распоряжения при крушении, явно ошибочные. Главный командир согласился с этим приговором; только подтверждая мнение флотского в Севастополе начальника, контр-адмирала Быченского, определил: «Чиновника Калимера, как не учившегося морским наукам, никуда не определять командиром». А комиссии Военного суда сделано строгое замечание за дурное производство дела. Судно это было куплено в 1816 году, и очень неудачно: ветхое, потребовавшее больших исправлений, с вооружением, за 68918 рублей; длина 87½ футов, ширина 28 футов, глубина 12¾ футов.