РБС/ВТ/Рождественский, Иван Викторович
Рождественский, Иван Викторович, педагог, писатель; родился в Москве 18 мая 1861 года и был сыном протоиерея В. П. Рождественского (см.). Болезненный от природы, с самого детства страдавший сильным ревматизмом и заиканием, мальчик не имел товарищей и большую часть времени проводил дома, в одиночестве, что отразилось на образовании его характера: рано развило в нем серьезное, вдумчивое отношение к жизни и выработало в нем любовь к мирной домашней обстановке, среди которой он предавался любимым своим фантазиям. Сады, окружавшие дом, в котором он жил, также оказали на него большое влияние, развив в нем любовь к природе. Рано выучившись читать, P. проводил время за чтением газет, получавшихся отцом и уже девяти лет сам задумал издавать журнал или газету. В 1870 году поступил он в частную гимназию Фр. Креймана, но занятия его в гимназии шли крайне неровно: сначала чтение газет, а потом близкое участие в делах газеты, редактированной его отцом, а также возникшего в то время Братства св. Марии Магдалины и Общества Любителей Духовного Просвещения — отвлекали его от учебных занятий. В последний год пребывания в гимназии к этим препятствиям присоединилась еще болезнь, но, несмотря на это, в мае 1881 года он выдержал экзамен на аттестат зрелости и в августе того же года поступил на историко-филологический факультет Московского Университета. К 1881 году относится начало его публицистической деятельности. Уже в гимназических сочинениях P. замечалась зрелость мысли, сила и живость восприятия, было видно стремление "составить собственный взгляд". Таковы его мнения о "Домострое", об Ивана Грозном, о Гоголе. Кроме того, все сочинения его проникнуты искренним патриотическим чувством. Живой интерес к общественным событиям побудил P. еще во время пребывания в гимназии напечатать по поводу Самарского голода горячее воззвание, в котором он призывал сограждан к дружной помощи голодающим. В феврале 1881 года, глубоко потрясенный смертью Достоевского Р. написал стихи на его кончину, в которых ярко отразилось его религиозное, почти аскетическое настроение. Став постоянным сотрудником "Московских Церковных Ведомостей", — преобразованных в 1879 г. из "Московских Епархиальных Ведомостей" при его ближайшем участии и получивших, по его проекту, свое новое название, — он до конца жизни помещал в этой газете статьи самого разнообразного содержания, откликаясь на все вопросы современности. В №№ 23 и 24 за 1881 год он поместил критическую статью о детских журналах, отозвавшись с похвалой о возникших в то время "Игрушечке" и "Детском Чтении". В 1882 г., под псевдонимом "И. Дмитриев", он полемизировал с газетой "Восток", отмечая ее недостойные выходки против митрополита Московского Макария; 21 февраля, по случая тридцатипятилетия со смерти Гоголя, он написал горячую статью, в которой высказал свои задушевные мысли об этом писателе, протестуя против общепринятого взгляда на последний период деятельности Гоголя и называя неоцененным и неоценимым сокровищем "Переписку Гоголя с друзьями"; писал он в защиту церковно-приходских школ, касался польского вопроса, ратуя за защиту от поляков православного населения в "многострадальной Западной Руси", дал (в статье "Фарисеи-публицисты") серьезную характеристику современной публицистики, отметил толки печати о свободе слова, причем доказывал, что учить, обличать и карать нельзя позволить всякому; высказал взгляд на "русский дух", который он считает "жизнью России прошедшей, настоящей и будущей" и который, по его мнению, сливается с духом веры Христовой; ратовал за обновление школы и с грустью отмечал лживость прессы и беспринципность ее деятелей. Из статей Рождественского, написанных в 1883 г., особенное внимание обращают на себя посвященные вопросу о расколе, об обучении сельскому хозяйству в семинариях, о воскресных чтениях и др., которые он помещал, главным образом, во введенном во второй половине 1882 г., при его содействии, отделе: "Заметки и сообщения о печати". С № 2 1884 г. Рождественский начал новый отдел: "Общедоступные медицинские советы" и в том же году он выступил с обличительной статьей по поводу "мирной" нашей политики, отдавшей в руки Австрии Герцеговину и Боснию; написал ряд статей, касавшихся истории народных школ, положений дел в Западном крае, нового Университетского Устава, штундизма и, наконец, с радостью приветствовал предстоявшее чествование памяти св. Мефодия. Те же вопросы занимали Р. и в 1885 году, и, сверх того, он писал о необходимости большего распространения в народе листков духовно-нравственного содержания, большего сочувствия делу Миссионерского Общества; о состоянии учебной части в женских епархиальных училищах, о сектантстве и веротерпимости, причем высказывал взгляд, что "безусловная свобода веры возможна только там, где есть безусловное равнодушие к вере". — В 1886 году Рождественский писал меньше: в этом году, последнем пребывания его в Университете, он работал над изданием лекций по истории церкви и вообще большую часть времени посвятил университетским занятиям. Однако, его занимали и прежние вопросы: о положений католичества в Западном крае, о церковно-приходских школах и об улучшении постановки епархиальных женских училищ, в курс которых он находил необходимым ввести обязательное преподавание иностранных языков. В том же году он выступил против распространения брошюр графа Л. Н. Толстого, которые считал несогласными с учением Православной церкви. — Болезнь помешала Рождественскому сдать экзамены весной, а выздоровев, он стал хлопотать о разрешении прослушать курс Духовной Академии в два года. Не получив этого разрешения и не решившись поступить в Академию на 4 года, P. осенью 1886 г. сдал кандидатский экзамен и стал хлопотать, но неудачно, об учительском месте. Неимение определенных служебных занятий сильно тяготило Рождественского, и ради заработка он должен был в 1887 году усиленно писать для "Московских Церковных Ведомостей". В № 4 он поместил библиографическую заметку о книге Брентано: "Древние и современные софисты", причем с новой силой раскрыл уже раньше проводимую им мысль об уловлении читателя в сети литературной партии. В № 7, под влиянием мрачных событий на Балканском полуострове, Рождественский доказывал, что вопрос болгарский, сербский, западнославянский суть наши внутренние вопросы, и упрекал русское правительство и общество за то, что оно ничего не сделало для славян, упуская из виду, что "не чужие раны должно лечить нам, а свои собственные, не чужие сердца облегчать от беспокойства, а свои родные: и нет поэтому оправдания для нашего бездействия". В том же № он поместил заметку по поводу выходки одного из Петербургских литераторов на праздновании 50-летия со дня смерти Пушкина. — Частью и ранее составляя миссионерские обозрения, Рождественский в 1887 году особенно тщательно и ревностно занимался миссионерскими вопросами и призывал к поддержке Миссионерского Общества. — Во второй половине 1886—1887 учебного года Рождественский занял место учителя немецкого языка в Мариинском Епархиальном Училище и таким образом смог лично содействовать правильной постановке преподавания иностранных языков, о необходимости которой писал раньше. Энергично принявшись за дело преподавания, он начал вырабатывать программы и, задаваясь мечтаниями о будущей широкой постановке дела, собирал и рассматривал учебники, грамматики и хрестоматии немецкого языка, формулировал правила, составлял переводы и т. п. В то же время он продолжал усиленно работать в газете, напечатав, между прочим, статьи: "О деятельности Общества восстановления православного христианства на Кавказе", "К истории развития буддизма в Забайкальском крае", "Препятствия к распространению христианства среди инородцев Иркутской губернии", "Краткие заметки о религиозно-нравственном состоянии народонаселения Сибири" и ряд передовых статей. В 1887—1888 учебном году Рождественский почти всецело отдался Училищу, в котором постарался поставить преподавание иностранных языков на твердую почву, но возобновившаяся болезнь прервала его занятия и заставила его отправиться для лечения на Одесские лиманы. По пути он заезжал в Киев, а из Одессы поехал в Крым, который повлиял очень хорошо на его расстроенное здоровье. — Вернувшись в начале сентября в Москву, где опять он принялся за преподавание, — но уже не немецкого языка, а истории, он в январе 1890 г. был командирован депутатом от Общества Любителей Духовного Просвещения на Археологический съезд в Москве. В своем приветственном адресе съезду он указал на глубокую церковную и народную основу археологической науки в России. В том же году он написал статью о профессиональном образовании для дочерей духовенства и стал собирать материалы по организации профессионального образования. Лето 1890 г. Рождественский в последний раз провел на даче в окрестностях Москвы. Его любовь к природе находила себе там полное удовлетворение, но здоровье его слабело. Он начал кашлять, но не обращал на это должного внимания, постился, чем еще более ослаблял себя. В то же время явилось у него намерение сделаться священником, но, не желая жениться, он отложил его осуществление до 40-летнего возраста, дожить до которого ему не пришлось: 23 ноября 1890 года он скончался.

Кроме печатных трудов, в бумагах Рождественского осталось много стихотворений, статей, заметок, в свое время читанных им и представляющих значительный интерес. Так, в 1880 г. он написал стихотворение, посвященное Пушкину по поводу открытия памятника ему. Впоследствии он посвятил важному значению Пушкина для России особый очерк, в котором защищал великого поэта от обвинений в безнравственности и, указывая на то, что в Пушкине русский народ обрел свое самосознание, доказывал, что инстинктивно почувствовавшие в поэте врага бездушные русские иностранцы, теснящиеся около власти, погубили народного поэта. — Скорбными стихотворениями откликнулся Рождественский на событие 1 марта 1881 года и на смерть M. Д. Скобелева. Страсть к поэзии коренилась в поэтичности его собственной природы. Стихотворения его выливались сразу под влиянием сильного чувства, что заметно иногда по некоторой неровности техники и в том, что обыкновенно в них нет никаких помарок. Много стихотворений посвящено изображению гнетущей тоски, овладевавшей Рождественским в тяжкие минуты болезни. Из других статей более всего в бумагах Рождественского встречается посвященных народной школе. Встречаются также эпиграммы, басни; в стихотворении по поводу чествования памяти святителя Алексия он выражает уверенность в том, что новое светило, выросшее из жизненной искры любви, согреет русскую землю светом правды. При всем патриотическом настроении Рождественский чужд был шовинизма. Его характеристика России чрезвычайно любопытна. "Не блеском славы и богатства и не силой войска и флота славна и сильна Россия", говорить он: "Бывали времена, когда чело ее покрывало бесславие, а войско развеяно бывало по полям сражений, и что же, гибла ли она? Нет, еще прекраснее, еще свежее бывало ее чудесное обновление. В ней скрыт был, скрыт и теперь и невидимо бьет и струится таинственный ключ жизни, утоляющий жажду каждого, к нему приходящего".

Неожиданное известие о смерти Рождественского глубоко поразило его сослуживцев и учениц. Отпевание его носило необычайно торжественный характер, а епископ Виссарион, отметив необыкновенные почести, воздаваемые памяти столь молодого человека (Рождественский скончался 29 лет), указал на то, что в своей житейской миссии Рождественский уподобился Христу, всю свою недолгую жизнь отдав на служение ближним. Похоронен Р. в Москве, в Донском монастыре.

"Московские Епархиальные Ведомости" 1881—1890 гг. (passim); "Иван Викторович Рождественский. Описание жизни и деятельности. Составил С. P. С приложением надгробных речей, избранных сочинений, портрета и снимка", Москва. 1893; "Московский Некрополь", т. III.

РБС:Педагоги