РБС/ВТ/Оболонский, Демьян Васильевич
Оболонский, Демьян Васильевич, малороссийский генеральный судья; сын сотника Сосницкого (1715) Василия Ивановича Оболонского и Анастасии Мануйловны Мануйлович, сестры генерального есаула Ивана Мануйловича. Впервые имя Оболонского встречается в числе писарей Генерального Суда, в каковой должности он состоял в 1736 году и приобрел здесь известность дельца своего времени. На уряде писаря Суда Генерального Оболонский оставался по 1741 год, когда назначен был генеральным бунчужным на место Ивана Бороздны. В 1744 году Оболонский был осыпан милостями императрицы Елизаветы Петровны, проехавшей летом этого года через Малороссию, а с этих пор начался рост его благосостояния. Известный Яков Маркович, автор "Записок", рассказывает в последних, что императрица, проездом в Киев, остановилась в Глухове на два дня и изволив, между прочим, "веселиться танцами старшинских жен, польскими и казацкими", обратила особое внимание на жену Оболонского, найдя в ней громадное сходство с своей матерью — Императрицей Екатериной I. Это и было причиной того, что Оболонский получил от императрицы большие имения. Так, на обратном пути из Киева в Глухов, императрица, именным указом Сенату от 13 сентября 1744 года, пожаловала Оболонскому два села: Вишняки на p. Хороле и Горошин на р. Суле. Этим, однако, милости императрицы к Оболонскому не ограничились. По прибытии в Глухов (20 сентября) императрица остановилась в нем опять на два дня, была восприемницей дочери Оболонского, пожаловала жене его четыреста червонцев, крест и "полштуки штофу" и пригласила ее в Петербург. Оболонский с женой приехали в Петербург в начале 1745 года и прожили там почти целый год, причем жене Оболонского было отведено помещение во дворце. Возвратившись в Глухов, Оболонский занят был ведением своих имущественных процессов; милости императрицы и поддержка "великороссийских" членов Генерального Суда дозволяли направлять их в свою пользу. Затем, Оболонский присутствовал 22 февраля 1750 года в Глухове на церемонии избрания в гетманы К. Г. Разумовского, будучи со всеми бунчуковыми товарищами и малороссийским шляхетством, и ездил во главе посольства, отправленного Малороссией в Петербург для принесения благодарности императрице по сему случаю и состоявшего из него, нежинского полковника С. В. Кочубея и бунчукового товарища И. В. Журмана. 24 апреля этого года им дана была публичная аудиенция, на которой речь от лица малороссиян говорил Оболонский, а граф Головкин объявил депутатам, что императрица утверждает сделанное малороссиянами избрание. При чтении же Высочайшей грамоты об избрании в гетманы Разумовского, Оболонский стоял с гетманским бунчуком. Впоследствии, во время гетманства Разумовского, Оболонский был генеральным есаулом (1750) и служил то в Генеральной Канцелярии, то в Генеральном Суде, а под конец жизни получил уряд генерального судьи. Награжденный большими имениями от императрицы и выиграв много имущественных процессов, Оболонский составил себе огромное состояние (более 7000 душ крестьян), которое перешло к его сыну и дочери.

Умер Оболонский в начале 1758 года и в сентябре этого года на его место был избран в генеральные судьи И. В. Журман.

Дело Архива Департамента Герольдии Правительствующего Сената о дворянстве Оболонских; Ал. Лазаревский, статья об Оболонских, в "Киевской Старине" 1887 г., август, стр. 631—35; А. Лазаревский: "Описание Старой Малороссии", т. II, полк Нежинский, Киев. 1893, стр. 161, 424, 488, 503; Д. Бантыш-Каменский: "История Малой России", издание 3-е, Киев, 1903, стр. 451, 454, 455, 458; примечания 238, 455 к 3-й части; Записки Якова Марковича, т. II, стр. 210, 213, 216, 217, 230, 233—235.

РБС:*