ЭСБЕ/Декламация
Декламация или выразительное чтение. — С давних пор были известны практические приемы Д., передававшиеся выучкой «с голоса» при совершенно субъективных и бессистемных указаниях учителя. Лишь с недавнего времени устанавливается взгляд на Д. как на самостоятельную отрасль знания, могущую быть предметом систематического изучения и преподавания. Колыбелью декламации была Греция, где, начиная с эпохи трагического театра Фесписа, Фриниха и особенно Эсхила, это искусство получает определенные формы, регулируясь известными правилами. Там оно имело значение государственное: к сценической деятельности допускались лица, сдавшие требовавшийся для того государственный экзамен; назначались правительственные судьи, ребдофоры, следившие за исполнением правил искусства; актерское звание было почетным: из актеров назначались стратеги и посланники (Неоптолем, Аристодем, Ахиас); многим из них ставились памятники. Искусство Д. преподавалось в гимназиях наряду с другими предметами. В средние века искусство Д. отодвинулось на задний план, и лишь с возрождением классической трагедии, в эпоху ложноклассического театра Людовика XIV, Д. возвратило себе прежнее место, ограничиваясь, однако же, в течение долгого времени лишь сферой театра. Условные приемы театральной Д. XVII и XVIII ст. с ее чуждым реальной естественности пафосом и ложной преувеличенной выразительностью послужили причиной, что даже до сих пор слово Д. часто понимается как напыщенное, ложночувствительное чтение или произнесение. Знаменитый французский трагик начала XIX века, Тальма, явился первым поборником естественной, правдивой выразительности в Д., и с тех пор реальное направление постоянно борется со следами ложноклассической эпохи. Наряду с настояниями о включении выразительного чтения в число предметов, преподаваемых в первоначальном семейном и школьном обучении, в средних и высших школах, начала создаваться литература о теоретических основах искусства чтения, зиждущихся на началах физиологии, психологии, акустики и фонетики: во Франции труды Легуве («L’art de la lecture» и «La lecture en action») и Арсена Пти («La grammaire de la lecture à haute voix»); в Германии соч. Р. Бенедикса («Der mündliche Vortrag» и др.), Паллеске («Die Kunst des Vortrags»), Л. Девриента, Таузинга, Брюкке, Дистервега, Эйертмана, Оппеля и проч.; у нас труды академика Я. Грота, П. Д. Боборыкина, В. П. Острогорского, М. Бродовского, Д. Коровякова и др. В Северной Америке и в Париже выразительное чтение включено в число обязательных предметов первоначального обучения. Некоторые отдельные попытки распространения обучения этому предмету обнаружились и у нас, и сознание значения Д. в последнее время делает постепенные успехи. 

Наиболее распространено мнение, что читать следует так, как говорят; но, во-первых, не следует смешивать поняния разговаривать и говорить, а во-вторых, говорят обыкновенно, допуская такие неправильности, которые в художественном чтении неуместны. Чтобы научиться правильно говорить, единственный способ — выучиться правильно читать. Объект искусства чтения с трудом поддается наименованию на русском языке. По-немецки он называется Vortrag, по-франц. débit. Употребляемое в русск. языке слово «дикция» (diction) выражает лишь ту часть задачи, которая касается технических и логических условий искусства. Наиболее полно и правильно было бы наименование «декламация», если бы это слово не давало повода к вышеупомянутому превратному толкованию его значения; тем не менее его можно употреблять наравне с русским наименованием искусства выразительного чтения. 

Слушая чтение какого-либо произведения изящной словесности, мы отличаем три стадии восприятия читаемого: а) органами слуха мы слышим речь, б) органами мышления понимаем логический смысл ее содержания и в) с помощью воображения, фантазии сочувствуем художественным красотам, переиспытываем изображенные в произведении настроения и чувства. Сообразно этим трем стадиям располагаются и три группы средств, иначе говоря, три группы условий искусства выраз. чтения: 1) технические, 2) логические и 3) художественные условия. Согласно этому объект иск. выраз. чтения есть устное, правильное и приятное для слуха воспроизведение читаемого в полном объеме его логического и художественного содержания согласно намерениям автора или же от его лица. А) Технические условия. 1. Голос представляет собою не только материальную сторону звуков речи, но и главное средство выразительности ее содержания. Разнообразие звуковых изменений голоса неисчерпаемо. Не только голос одного человека различается от голоса другого, но и у одного и того же обнаруживаются различные виды звуков — тембр в тесном смысле. Разнообразие и выразительность звуковых изменений голоса так велики, что даже междометиями могут быть переданы весьма многие понятия, настроения и ощущения. Голос, обладая известным регистром звуков низких, средних и высоких, должен быть воспитан и настроен, как всякий инструмент, чтобы отвечать требованиям виртуоза. Для художественной речи голос должен удовлетворять требованиям: благозвучности, объема, силы, выдержанности и подвижности. Благозвучность, помимо прирожденной человеку красоты звука, достигается правильной постановкой голоса, полнотой и чистотой его. Постановка голоса должна определить количество наиболее приятных и сильных звуков в среднем регистре, служащем главным материалом чтеца, так как низкие и высокие ноты употребляются реже и в исключительных случаях. Полнота голоса (металл) и его чистота зависят от свойства голосовых связок, но также могут быть развиваемы упражнением в громком чтении грудными нотами. Объем голоса зависит от количества находящихся в нем нот, или относительных тонов. Упражнения могут увеличить до некоторой степени объем голоса, прибавляя несколько новых нот, особенно в нижнем регистре. Чем обширнее диапазон, тем богаче средства чтеца. Сила голоса определяется тем пространством, которое звук должен наполнить, и вырабатывается упражнениями, как и выдержанность, т. е. способность долго и не утомляясь говорить или читать полными, чистыми звуками. Выдержанностью называется также способность говорить на известном относительном тоне, не опуская и вообще не изменяя его. Подвижность голоса есть способность произвольно, легко и свободно изменять относительный тон по трем его измерениям (см. ниже), а равно изменять строй или лад последовательных голосовых звуков и тембр, т. е. характер самих звуков. 2) Дыхание. Правильное и свободное изменение голосовых звуков возможно лишь под условием умения дышать, приобретаемого упражнением. Искусство дыхания состоит в умении поддерживать постоянно равномерный воздушный запас в легких и в уменье равномерного и экономного расходования этого запаса. Запас воздуха никогда не должен быть доводим до конца, что непременно отразилось бы на изменении звука голоса. Вдыхания должны быть производимы намеренно, в благоприятные для того моменты, незаметно для зрения и слуха слушателя. Полное вдыхание производится при более крупных перерывах речи; в остальное время запас поддерживается малым или нижним дыханием, т. е. движениями диафрагмы. 3) Относительный тон и его изменения. Каждый звук человеческой речи, чтобы быть доступным слуху, должен быть известной высоты, продолжительности и силы, или, иначе говоря, звук может изменяться только по этим трем измерениям, т. е. повышаться или понижаться, ускоряться или замедляться или усиливаться и ослабляться. В этих шести видах изменений относительного тона, справедливо называемых «рычагами Д.», заключаются все без исключения способы выразительности человеческой речи, начиная от членораздельных звуков, слогов, слов, предложений, периодов и кончая самыми крупными частями изложения. Большую важность имеют поэтому упражнения способности свободно, без усилий и по произволу изменять высоту, продолжительность и силу речи, наиболее удобный для них материал — строки гекзаметра. Путем таких упражнений достигаются 4) общие технические качества речи: гибкость, подвижность, сила и мелодичность ее. Гибкость речи в противоположность однообразию, монотонности, заключается в разнообразии и легкости надлежащих повышений и понижений от основного тона, в изменениях строя или лада звуков речи и изменениях тембра сообразно логическим или художественным требованиям читаемого. Подвижность речи — это способность управлять скоростью ее ритмического движения, с темпами, переходя свободно и произвольно от самых медленных, протяжных, до самых быстрых, стремительных. Способность доводить речь до высшей степени быстроты без всякого ущерба отчетливости, ясности и правильности произношения называется волюбилитетностью. Сила речи подчиняется внешним условиям пространства, в котором речь произносится, и внутренним условиям логического и художественного содержания речи. Чем больше пространство, тем значительнее должна быть общая сила речи и тем медленнее скорость движения речи. Способность говорить на медленных темпах и слабой силе, сохраняя полную отчетливость и правильность произношения, при котором согласные звуки артикулируются энергично, а гласные — чисто, назыв. портаментом. Мелодичность речи подразумевает чистоту речи от вставки каких-либо посторонних звуков, тривиальности, вульгарной манеры и пр. 5) Произношение должно быть беспорочно, правильно, отчетливо и красиво как применительно к звукам русской речи, так и к слогам и к целым словам. Беспорочность подразумевает отсутствие заикания, картавости, гнусавости, шепелявости, вялости языка, тягучести или скороговорки речи и т. п. Пороки произношения, приобретенные привычкой, исправляются известными специальными упражнениями; органические же могут ожидать помощи только от врачебного искусства. Правильность произношения есть соблюдение не столько грамматических, сколько фонетических условий живой литературной русской речи, так как в ней звуковое воспроизведение слов зачастую разнится от их грамматического начертания. При разнообразии говоров различных местностей России нормальным признается обыкновенно говор московский. Необходима также правильная постановка слогов. ударений. Место нахождения ударн. слога определяется практикой правильной русской речи. Отчетливость произношения требует, чтобы гласные звуки произносились чисто, а согласные артикулировались при энергичном участии подлежащих органов: чтобы в слове отчетливо слышались все слоги, его составляющие, чтобы рот был раскрыт надлежащим образом и голосу придавалась нужная сила. Красота произношения соприкасается с мелодичностью голоса и правильностью произношения; она требует возможно чистого произнесения гласных в ударных слогах и легкого, неопределенного — в неударных. Она страдает от слишком усиленного произношения согласных, в особенности шипящих, свистящих, зубных, при злоупотреблении вибрацией в p и носовыми оттенками в н и м. 

Б) Логические условия. Для придания определенного, точного смысла целому ряду слов, составляющему предложение или период, недостаточно одних грамматических форм этих слов; нужна помощь логического тонирования. Оно состоит из выделения слов логическими ударениями и разделения их паузами и допускает различные степени. Все эти приемы суть виды применения все тех же шести рычагов тона. Для отыскания ударного слова, которым может быть любое из слов предложения, следует анализом раскрыть авторское намерение; попытки определить места логических ударений путем грамматическим совершенно несостоятельны. В простом предложении возможно только одно логическое ударение; в распространенном, сложном или периоде — несколько ударений или равной силы, как в антитезах, или же одно превышает остальные (главное — второстепенные). Паузами отделяются одна от другой все подробности мысли или содержания. Продолжительность пауз подчиняется общему главному закону логической перспективы, по которому все наиболее важное тонируется, и большей значительностью всех приемов, а стало быть и пауз. Кроме молчания, в каждой паузе замечается другой элемент — изменение высоты тона в последующем звуке. Изменения эти, сравнительно с основным тоном, различны, смотря по характеру и важности пауз. Логические паузы, совпадающие с грамматическим разделением предложений, означаются графически знаками препинания, остальные же на письме не изображаются. Точка, заканчивая мысль, представляет собой паузу наибольшей продолжительности, соединенную с понижением тона под основной. Запятая — наименее продолжительная пауза; тон остается почти на основном, с едва уловимым повышением. На точке с запятой и на двоеточии простановка более крупная, чем на запятой, а повышение тона более значительное на первой и еще более значительное на втором. Остальные из принятых знаков, строго говоря, — показатели интонаций, а не знаки препинания. Так, вопросительная и восклицательная интонация сосредоточивается на словах с логическим ударением вопроса или восклицания, а не на словах, непосредственно предшествующих знаку. Скобки, кавычки и курсив обозначают необходимость тонирования слов как вводных, второстепенных или как усиленных. Тире заменяет собой или запятые, или скобки, или обозначает паузу. Крупные деления содержания, абзацы и изменения основного тона обозначаются наиболее крупными тональными паузами. Патологические, или экспрессивные, паузы, служащие для особенного усиления следующих за ними слов или слова, могут быть поставлены в любом месте сообразно воле и вкусу говорящего. Степени логического тонирования служат для рельефного оттенения частей содержания согласно логической перспективе. Все более значительное требует и большей силы, высоты, продолжительности (более медленного темпа), и все менее значительное — наоборот. Разрозненные части одинакового значения связываются одинаковой степенью тонирования, а вставки оттеняются от окружающего иной степенью тонирования. Совокупностью технических и логических условий достигается чтение толковое, но еще не художественное. 

В) Художественные условия иск. выраз. чтения имеют задачей придание надлежащей художественной выразительности отдельным словам, предложениям или целым периодам. Выразительное произнесение слов достигается надлежащим их окрашиваньем, худож. выразительность ряда слов путем надлежащего художественного тонирования дает те или другие интонации, заключающие в себе понятия о колорите, ладе, темпе, ритме и тембре; интонациями управляет внутреннее намерение, цель автора в данном периоде, в данном месте — этический акцент этого места. Совокупность художественных условий объединяется в понятии тона в высшем смысле как эпического, лирического или драматического тона. При применениях окрашивания (колорита), темпа, лада и тембра человек руководится инстинктивно присущим ему чувством символичности, с одной стороны, и подражанием, наблюдениями над окружающей действительностью — с другой. Каждое слово может быть произнесено просто, предметно или выразительно, отражая один из трех видов окрашивания. Если произнесение символически отражает сущность самого понятия, с этим словом соединенного, то такое окрашивание есть объективное; при нем лицо говорящего ничем не проявляется и остается в стороне. Если в произнесении слова отражается настроение, чувство, аффект, вообще отношение говорящего, то окрашиванье будет субъективным. Если же, кроме всего, этого, будут отражены личные, характерные свойства и особенности говорящего, то окрашивание будет индивидуальным. Все бесконечное разнообразие таких окрашиваний подходит под несколько видов общих, или основных, окрашиваний. Их насчитывается шесть пар: темное и светлое, сжатое и открытое, тяжелое и легкое, твердое и мягкое, спокойное и живое, холодное и горячее. Способ произнесения слов с целью какого бы ни было окрашиванья приводится в техническом отношении к применению все тех же рычагов тона, которые служат и для образования всех остальных приемов художественного тонирования. Чувством символического соответствия руководится человек и при выборе подходящих, по его мнению, темпа, т. е. скорости движения речи, лада, т. е. строя голосовых звуков, и тембра, т. е. характера самих звуков (Ton-farbe). Что касается до степени тонирования, которой связуются и объединяются все художественные приемы в одно гармоничное целое, то ею должны быть уловлены все подробности содержания путем соответственных увеличений или уменьшений тонирования, т. е. применением в большей или меньшей степени известных комбинаций всех тех же рычагов тона. Как в логическом тонировании степени его следовали законам логической перспективы содержания, так в художественном тонировании степени его должны строго соответствовать большей или меньшей важности тонируемой части в общем плане авторского намерения, большей или меньшей близости к конечным художественным целям. Все оттенки художественного намерения могут быть переданы только известными увеличениями или уменьшениями приемов художественной выразительности. Таким образом, все бесконечное разнообразие человеческих интонаций, подчиняясь тем или другим этическим акцентам, представляется не чем иным, как известными сочетаниями изменений относительного тона — как единственного доступного человеку средства выразительности. 

.

ЭСБЕ:Театр