ЭСБЕ/Дмитриев, Иван Иванович (баснописец)
Дмитриев (Иван Иванович) — известный баснописец, род. 10 сентября 1760 г., в имении отца, селе Богородском, Симбирской губ., Сызранского у.; ум. 3 окт. 1837 г. в Москве. На 8-м году он был отдан в Пансион, сперва в Казань, а затем в Симбирск, где ученье его ограничивалось только первыми правилами франц. и нем. языков. На 11-м году Д. был взят из Пансиона и дальнейшее образование продолжалось под руководством его родителей. Бунт Пугачева заставил его отца со всем семейством переселиться в Москву, в которой Д. пробыл два года. Тут он был свидетелем казни Пугачева, описание которой, оставленное им в его записках («Взгляд на мою жизнь»), было впоследствии внесено Пушкиным в «Историю пугачевского бунта». На 14-м году Д. отправился в Петербург на службу в гвардейский семеновский полк и вскоре принялся сочинять стихи. Первые его опыты «в рифмовании» были так слабы, что автор сам их уничтожил. Дружба с одним из сослуживцев, Ф. И. Козлятевым, человеком прекрасно образованным и большим знатоком литературы, стала для Д. «эпохой», с которой он «начал выбираться на прямой путь словесности». Пользуясь обширной библиотекой и указаниями Козлятева, Д. основательно ознакомился с произведениями всех лучших писателей французской литературы, а также и с римскими и греческими классиками во франц. переводах. Вслед за тем Д. сблизился с Карамзиным и Державиным. Знакомство с последним, по словам Д., «открыло ему путь к Парнасу»; в доме его он перезнакомился почти со всеми современными писателями. В Карамзине Д. нашел не только друга, но и руководителя в литературных занятиях, советам и указаниям которого безусловно подчинялся. Молодые друзья вскоре выступили на литературное поприще переводами с французского. Вслед затем были возобновлены и прерванные опыты «в рифмовании», и в 1791 г. в «Московском Журнале», который издавал Карамзин, появился целый ряд произведений Д., из которых обратили на себя особенное внимание публики и заслужили величайшие похвалы критики его сказка «Модная жена» и песня «Голубок». Последняя тотчас же была положена на музыку и получила самое широкое распространение. Вслед за «Московским Журналом» Карамзин приступил к изданию «Аглаи» и «Аонид», в которых Д. также принял участие. 1794 г., по собственным словам Д., был для него самым «пиитическим годом». В этом году написаны лучшие его произведения: сказки — «Воздушные башни», «Причудница», оды — «К Волге», «Глас патриота на взятие Варшавы», «Ермак» и сатира «Чужой толк», сразу доставившие ему почетное место среди современных ему поэтов. В 1795 г. вышло первое издание его стихотворений, под заглавием «И мои безделки». В том же году Д. приступил к изданию песенника, в который вошли как его собственные песни, так и песни других поэтов, и который вышел в 1796 г., под заглавием: «Карманный песенник, или собрание лучших светских и простонародных песен». В конце 1796 г. Д., по собственному желанию, был уволен в отставку, с чином полковника. Он собирался представиться импер. Павлу и принести ему благодарность за производство в чин, как вдруг в день Рождества Христова, рано утром, к Д. явился полицеймейстер и отвез его во дворец, где он встретил своего сослуживца штабс-капитана Лихачева, также только что уволенного в отставку. Вскоре вышел император, который объявил им, что вследствие анонимного доноса, будто они злоумышляют на его жизнь, он приказал до отыскания доносителя содержать их под арестом. Нелепость доноса выяснилась через 3 дня, и случай этот имел самые благоприятные последствия для Д. Вызванный в 1797 г. в Москву на коронацию Павла I, он был осыпан милостями государя и получил звание товарища министра в новоучрежденном департаменте удельных имений. В том же году он был переведен обер-прокурором 3-го департамента сената, а в следующем пожалован в действительные обер-прокуроры. В 1799 г. Д. вышел в отставку, награжденный чином тайн. сов., и переселился в Москву. В течение 7-летнего пребывания его в отставке, кроме нескольких басен и стихотворений (между прочим «Путешествия N. N. в Париж и Лондон», небольшого шуточного стихотворения, написанного по поводу предполагаемого отъезда В. Л. Пушкина за границу), им не было написано ни одного крупного произведения. Выпуском в 1805 г. первого полного собрания своих сочинений Д. закончил свое литерат. поприще и с этого времени не писал уже ничего нового. В 1806 г. он назначен сенатором, причем ему поручено было обревизовать действия губерн. начальств по исполнению высочайшего манифеста о наборе земского ополчения. В 1808 г. Д., по повелению императора, ревизовал Рязанскую и Костромскую губ., а в 1810 г. был почти одновременно назначен членом государственного совета и министром юстиции. Вступив в управление министерством, Д., по собственным словам в его Записках, «при первом же обзоре увидел, что многого не достает к успешному ходу этой машины». Излишние инстанции, проволочка дел, состав чиновников, совершенно не подготовленных к службе — все это, по мнению Д., требовало коренного изменения. «Обращая особенное внимание к сенату, — говорит Д. в своих Записках, — долженствующему быть образцом для прочих судилищ, я горел желанием охранить его достоинство, возвратить ему прежнюю важность». Но предположенным Д. реформам не суждено было осуществиться. Встреченные неодобрительно, они, по случаю начинавшейся войны 1812 г., были отложены на некоторое время. Начавшиеся вскоре служебные неприятности заставили Д. оставить службу. В 1814 г. он был уволен в отставку и в том же году уехал в Москву, где с 1816 по 1819 г. состоял председателем комиссии для оказания помощи жителям Москвы, пострадавшим от нашествия французов. Исполнив это последнее поручение императора Александра I, за успешное выполнение которого он был награжден чином действ. тайн. сов. и орденом Владимира I степени, Д. окончательно оставил служебную деятельность. Последние годы своей жизни Д. провел почти безвыездно в Москве, отлучаясь лишь на короткое время на родину, и в 1836 г. посетил Дерпт, куда ездил к семейству Карамзина. С живым интересом следил он за новостями современной литературы, посещал научные и литературные общества, пополнял свою богатую библиотеку, вел деятельную переписку со всеми лучшими представителями нашей литературы и составил записки, дающие богатый материал для знакомства со многими современными ему лицами и событиями, в особенности же с литературой того времени. Они были изданы уже после его смерти, в 1866 г., под загл. «Взгляд на мою жизнь».

Басни и сказки Д., хотя они почти все переведены с французского, считались лучшим украшением его литературного венка, чему сильно способствовали внешние их качества — легкий язык, свободная и плавная версификация. Настоящим уделом его таланта была, несомненно, сатира. Сатирическое направление видно во многих его произведениях, но особенно резко оно выразилось в «Чужом толке». Сатира эта была вызвана распространившейся тогда страстью писать оды. Осмеивая одописцев, Д. имел в виду не Ломоносова или Державина, а их многочисленных подражателей, из которых большинство не только не обладало поэтическим дарованием, но даже не понимало, в чем заключается сущность поэтических произведений вообще. Историческое значение сатиры Д. громадно. Она уничтожила страсть писать оды и содействовала упадку ложноклассического направления в лирической поэзии. Не меньшей известностью пользовались и его мелкие стихотворения — эпиграммы, эпитафии, надписи к портретам и, наконец, сентиментальные романсы, так пришедшиеся по вкусу эпохи. Стараясь освободить стихотворный язык от тяжелых и устарелых форм, придать ему легкость, плавность и привлекательность, Д. явился преобразователем русского стихотворного языка. В этом отношении в истории литературы имя Д. стоит наряду с именем Карамзина, преобразователя прозаической речи.

Изданий сочинений Д. с 1795 г. по 1893 г. было семь. В 1825 г. вышла небольшая книжка его «Апологов в четверостишиях», из которых большая часть были переведены из Mollevaut. Затем с 1798 г. по 1893 г. было пять изданий его «Басен, сказок и апологов» (последние присоединялись с издания 1838 г.).

ЭСБЕ:Персоналии
ЭСБЕ:Поэты
ЭСБЕ:Баснописцы
ЭСБЕ:Русская литература
ЭСБЕ:Государственные деятели
ЭСБЕ