ЭСБЕ/Германцы, племя
Германцы — племя, входящее в состав индоевропейской семьи. Древнейшая научно установимая родина германского племени обнимала системы рек Эльбы и Одера, т. е. бо́льшую часть северной плоской полосы нынешней Германии, между морями Немецким и Балтийским на С, Тюрингервальдом и горными цепями, окаймляющими Богемию — на Ю. На З граница проходила, вероятно, между Эльбой и Везером, так как многие восточные притоки последней реки носят явно кельтские названия. На В она не доходила до Вислы: последнее имя, вероятно — славяно-литовского происхождения. Ближайшими соседями германцев были на З и Ю кельты, на В славянобалтийцы, к которым присоединились впоследствии — но еще в доисторическое время — финны в Прибалтийском крае и в южной Скандинавии. Этим центральным положением германского племени объясняются многие факты языка и древнейшей культуры Г. Много лексических заимствований сделано было славянами и финнами у Г. и наоборот, хотя не в такой сильной мере, Г. у славян и финнов. Множество кельтских слов, входящих в состав германского лексикона, доказывает также сильное культурное влияние кельтов на Г. Когда именно Г., выделившись из общеиндоевропейской семьи, заняли эти области, и каковы были причины, побудившие их к этому — мы не знаем. Прямые известия о Г. начинаются лишь с IV в. до Р. Х. К этому времени Г. уже успели расширить пределы своей области на З до нын. С. Голландии, на Ю и ЮЗ — до Майна и среднего Рейна. В IV в. кельты-волки (volcae), занимавшие средненемецкие возвышенности и область Майна, двинулись на Ю и их владения были заняты Г. (хаттами и маркоманами). Воспоминание об этих доисторических соседях, волках, сохранилось у всех германских народностей в названии, которым они обозначают то кельтов (ср. англ. Wales, Cornwales), то романцев, явившихся преемниками кельтов (нем. welsch = романский, Welschland = Италия); это же слово перешло от Г. и к славянам: влах, волох. — Когда именно Г. перешли на Датские острова и в Скандинавию — неизвестно. Первое известие о Г. принес античному миру Пифей, грек из Массилии, около 330 г. до Р. Х.: на берегах нын. Гельголандского залива он познакомился с народом тевтонов, которые двумя столетиями позже двинулись на Ю, вместе с кимврами. Но еще до этого первого серьезного столкновения Г. с Римом, греки успели познакомиться с представителями германского племени на дальнем В, именно с бастарнами (см. III, 161), которые незадолго до 182 г. двинулись — вероятно, со средней или верхней Вислы — на Ю. но скоро слились с сарматами и славянами, в нын. южной России. С нашествия кимвров и тевтонов на Италию (113—101 г. до Р. Х.) уже почти не прекращаются известия римских и греческих историков о Г. Юлий Цезарь, завоевывая Галлию, хорошо узнал Г., успевших к этому времени проникнуть на западный берег Рейна. Для предупреждения нашествий Г. на новые римские владения в Галлии, он предпринял ряд наступательных походов за Рейн, с таким успехом, что могла возникнуть мысль завоевать и подчинить римскому господству всю «Germania magna», Великую Германию (как называлась римлянами нын. Германия между Рейном и Эльбой). Друз, пасынок Октавиана, победоносно проник до Эльбы, повсюду проводя дороги и строя укрепления. Бестактный образ действий недостойных преемников Друза († 9 л. до Р. X.) вызвал со стороны Г. возмущение, во главе которого стоял херусский князь Арминий, или Герман, разбивший (9 г. по Р. X.) римского полководца Вара (см. V, 569). Победа Арминия имеет огромное значение в истории германского мира: она спасла западную Г. от романизации, уже начавшейся очень успешно, и навсегда уничтожила надежду римлян на завоевание этой области. Германику (VIII, 478) удалось восстановить честь римского оружия и отомстить херускам (в 16 г.); но уже Тиберий навсегда оставил план завоевания Германии. Если римляне и вступают иногда в область Г., то исключительно с целью защиты собственных земель, доходивших до Рейна и Дуная. Для сокращения и укрепления огромной пограничной линии была создана, в период времени между Тиберием и Адрианом, искусственная граница, в виде вала и укреплений — так наз. limes. Две главные ее части — задунайская (limes transdanubianus) и зарейнская (transrhenanus) — шли не параллельно обеим рекам, а перерезывали южную Германию почти диагонально с ЮВ на СЗ, так что значительная часть нын. Баварии, Вюртемберга и Бадена оказалась по сю сторону вала, под властью римлян. Это — так наз. agri decumates, которые подверглись сильному римскому влиянию, так как оставались во власти Рима до начала IV в. Многочисленные развалины, надписи и археологические находки свидетельствуют и теперь еще о прежнем господстве римлян в этих областях.

Переход римлян от наступательной политики к оборонительной и вызванная ею постройка вала надолго остановили движение Г. на Ю и З. Принужденные оставаться в своих прежних границах, давно уже ставших узкими для многочисленного населения, они по необходимости должны были перейти к более интенсивной обработке почвы, к более оседлому образу жизни. Юлий Цезарь знает их еще полуохотниками, полуземледельцами, легко перекочевывающими с места на место. Г. времен Тацита — народ уже вполне земледельческий и оседлый. Вследствие этого развилась и окрепла также государственная жизнь. Возникли новые племенные группы, с новыми названиями. Плиний и Тацит дают довольно ясную картину распределения германских народностей, хотя в подробностях они сильно расходятся между собой. Сопоставляя их известия и принимая в расчет результаты, полученные исследованием древнейших германских наречий (см. ниже), мы получаем, как наиболее вероятную, следующую картину германских народов и географического расположения их в конце I в. по Р. Х. Все германские народности распадаются на три большие группы: западную, восточную и северную. Западно-германская группа занимает почти всю нынешнюю Германию, Голландию и часть Ютландского полуострова. Народности, входящие в ее состав, связаны общим этногоническим преданием: они ведут свой род от бога  (Tuisto?), y которого был сын  (первый человек), имевший, в свою очередь, трех сыновей, родоначальников трех ветвей западно-германской группы: ингевонов, герминонов и истевонов (имена их эпонимов, восстановляемые различно, представляют собой, вероятно, прозвища богов Fro, Zio и Wuotan). Ингевоны живут на берегу Океана (т. е. Немецкого моря); они составляют зерно позднейшей «нижненемецкой» ветви, и в их состав входят, между прочим, фризы (в нынешн. северной и средней Голландии и на В, за Эмсом), хауки (также на берегу Немецкого моря между Эмсом и нижней Эльбой), саксы (на правом берегу нижней Эльбы), англы (к С от саксов?). Герминоны занимают среднегерманскую полосу (впоследствии средне и верхненемецкие народы?). В их состав входит могущественное племя свевов (имя которых сохранилось в Швабии), делившееся на много мелких народностей, связанных общим религиозным культом; центр этого культа находился в нын. Бранденбурге, где жили свевы-семноны. К свевам принадлежали, между проч., маркоманы (в Богемии, занятой ими в начале I в. по Р. Х.) и квады (в нын. Моравии и северо-западной Венгрии). В состав герминонской группы входят еще гермундуры, занимавшие обширную область между средним и верхним Майном и средней Эльбой (из них вышли потом тюринги). Наконец, герминонскими же народностями следует, вероятно, считать лангобардов, на левом берегу средней Эльбы, и херусков, от Тевтобургского леса до Гарца. Название истевонов обнимало, вероятно, прирейнских германцев, между которыми следует отметить, как наиболее сильные народности, хаттов (на правом берегу Рейна; предки позднейших гессенцев), убиев (главный город — нын. Кёльн, древн. Ubiorum civitas, с 50 г. по Р. Х. Colonia Agrippinensis) и батавов (на островах, образуемых нижним Рейном); сюда же относятся множество мелких народностей — хамавы, тубанты, тенктеры, сигамбры, бруктеры, ангриварии и т. д. Они все появляются в области нижнего Рейна и вошли впоследствии в состав салийских и рипуарских франков. Восточно-германская группа занимает области между Одером и Вислой, несколько заходя за первую реку на Ю и за вторую — на С. Важнейшими представителями ее являются готы (на В от нижней Вислы, приблизительно до Немана; они еще не распались на ост- и вестготов) и ближайшие их родичи — гепиды (около устьев Вислы); на З от последних — ругии (в нын. северной Померании), южнее — бургунды (между средней Вислой и Одером, в нын. Познани); еще южнее — лугийские народы, к которым принадлежат вандалы в нын. Силезии. К той же восточной группе принадлежат, вероятно, бастарны (см. выше) и скиры. Северно-германская, или скандинавская, группа (у Плиния — Hilleviones) занимает южн. области Скандинавского полуострова (средние и северные заняты еще финнами), Датские острова и северную Ютландию. В ее состав входят гауты (в южной Швеции, нын. Götarike; они ничего общего с материковыми готами не имеют), свеи (севернее гаутов), даны (на Датских островах), герулы (впоследствии выселившиеся на материк) и юты (?). Это расположение германские народы сохраняют до второй половины II века, если не считать незначительных передвижений на З. Цепь укреплений на прирейнской и придунайской линиях сдерживала германские народности в прежних границах. Но быстрый рост населения заставил, наконец, германцев прорвать эту цепь. Наступательное движение, продолжавшееся до шестого века включительно, носит название великого переселения народов (см. V, 826). Успех движения был обеспечен переменами, происшедшими в государственной жизни Г.: вместо множества мелких народностей I века мы находим к началу III века в западно-германской группе лишь несколько племенных названий: алеманов — на Майне и среднем Рейне (с 213 г.), франков, на нижнем Рейне (ок. 242 г.), саксов, в более широком значении (в конце III в.), тюрингов — на месте древних гермундуров (в начале V в); наконец, последними выступают баювары (баварцы) на среднем Дунае, в конце VI в.

Процесс разъединения и бесконечной дифференциации, который необходимо связан с кочевой жизнью при возможности расширения внешних границ, заменился процессом единения, сплочения. Единение это не случайно и не произвольно: решающее значение имели ближайшее соседство и родство по языку и религиозному культу. Древние народности не погибли и не уступили места новым: они вошли в состав новых племенных союзов, которые, впрочем, не представляют еще твердого политического единства, а управляются рядом независимых князей, лишь на время войны выбирающих общего предводителя (herizogo = Herzog). Римлянам часто удается расторгнуть союз врагов, заключая мир с одним из князей и продолжая борьбу против другого. Великое переселение народов закончилось занятием Г. всех западно-римских областей. Дальнейшие судьбы германского мира принадлежат уже истории отдельных обособленных народов. Самое широкое распространение германское племя получило в начале VI веке, когда в его руках оказалась вся западно-римская империя, не исключая и африканской ее провинции. Впоследствии границы его опять сузились. В настоящее время ему принадлежат, кроме центральной Европы от моря до Альп, еще Голландия, Англия (за исключением Валлиса, Ирландии и Шотландии), Дания и Швеция с Норвегией. В промежуток временя от великого переселения народов до наших дней многие германские народы бесследно исчезли в борьбе с античным миром (например все восточные Г.), другие слились с чуждым туземным населением (франки, в нынешней Франции), третьи, наконец, в смешении с новыми элементами, переродились в новые народные типы (англичане). — Точные известия о внутреннем быте древних Г. начинаются со времени Цезаря. Носителем высшей законодательной и политической власти повсюду является вече (VII, 697). Выбираемые им представители исполнительной власти у некоторых (восточно-германских) народов уже с древнейших времен облечены королевским саном. Они ответственны перед народом и власть их de jure не наследственна, хотя на самом деле она обыкновенно оставалась в известном роде, если и не переходила от отца к сыну. Попытка создать закон правильного престолонаследия встречается лишь в V в. у вандалов. Родовое начало, лежащее в основе древ негерманского общественного и военного быта, сказывается и в способе разделения земли между членами народности (Герм. право). Религиозная жизнь Г. основывается на началах, выработанных еще на почве индоевропейского пранарода. Вследствие этого основные черты германской мифологической системы общи всем германским народностям, что отражается в общих названиях главных божеств (западно-германск. Wôdan, Wuotan = скандин. Odinn, зап. Zio = сканд. Туr, зап. Frô = сканд. Freyr и т. д.). Но уже в древнейшую, доисторическую эпоху религиозная жизнь получает самостоятельное развитие среди отдельных народностей и народных групп (этногонический миф западных Г., общесвевский религиозный культ). Подробности этого развития не сохранены нам традицией, по крайней мере для Г. материка, среди которых христианство распространилось сравнительно рано (с III в.), тогда как религия скандинавского севера, куда христианство проникает лишь с VIII—IX века, нам лучше известна. Сравнительное изучение остатков древнегерманских религиозных верований не достигло еще точных результатов.

Имя германцев несомненно кельтского происхождения и обозначает «близко живущих соседей» (гальск.-кимрск. ger — сосед); оно употреблялось кельтами первоначально (еще в эпоху Цезаря) для обозначения некоторых кельтских же народностей на левом берегу нижнего Рейна. Но уже в I в. до Р. Х. оно было перенесено и на германцев в нашем смысле, после чего первоначальное значение слова скоро исчезает. В эпоху Тацита понятие германцев, а вместе с тем и новое значение этого слова, вполне уже установилось в римской историографии и географии; с этого времени Г. никогда уже более не смешиваются с кельтами, как это бывало еще во время кимвро-тевтонского нашествия.

Нравы и обычаи германцев. Одежда Г. состояла из шерсти, полотна и звериных шкур; мужчины носили плотно прилегавший кафтан, поверх которого накидывали кусок грубой шерстяной материи или шкуру. Одежда женщин состояла из рубашки без рукавов и полотняного плаща с застежкой и поясом. Обувь употреблялась только богатыми. Дома строились деревянные, с крышей из соломы, тростника или досок; они располагались обыкновенно поселками; каждый дом был окружен двором или садом. Позднейшие города возникли отчасти из римских поселений, отчасти из небольших крепостей, к которым с течением времени примыкали дома. Жизнь германца проходила в охоте и войне; домашние и сельские работы лежали на обязанности женщин, рабов, стариков, словом — всех неспособных носить оружие. Семья германца держалась всецело на власти отца семейства или ближайшего кровного родственника. С детства Г. приучали тело к труду и лишениям. Юноша получал в народном собрании от отца или знатного человека свое первое оружие, с которым никогда уже не расставался; но полное гражданство давала только собственность. Женщина никогда не выходила из опеки: сначала она всецело подчинялась главе семейства, а с выходом замуж поступала в полное распоряжение супруга, который покупал у ее родственников, свадебным даром, опеку над ней. Однако, положение женщины у Г. было почетное: брак почитался священным, многоженство не встречалось, прелюбодеяние строго наказывалось. В доме полной хозяйкой была жена, и муж слушался ее совета. Жены сопровождали также Г. на войну и нередко своим криком удерживали бегущих. В качестве «вещих» женщины объявляли волю богов и влияли на судьбу целого народа. Впрочем, Тацит склонен вообще идеализировать характер Г., как противоположность нравам тогдашних римлян; он прославляет их гостеприимство и честность, простодушие, целомудрие, правдивость и любовь к свободе. Члены одного рода составляли между собою теснейший союз: они были связаны круговой порукой перед судом, кровной местью друг за друга. Судебное значение имели по преимуществу собрания округов. Суд производили т. наз. скабины, выбранные тут же народом из своей среды. Свободные Г. не могли быть подвергаемы телесному наказанию. Единственным наказанием был денежный штраф, по отношению к которому все родичи были связаны между собой круговой порукой (см. Вергельд, VI, 15).

Делению народа в мирное время соответствовало деление на войне: и здесь также Г. сражались, распределенные по родам. Натиск Г. отличался стремительностью, но страдал недостатком стойкости. Нападение открывалось диким боевым криком (barditus), наводившим ужас на римлян. Бегство с поля битвы налагало несмываемый позор; оттого поражение сопровождалось всегда громадными потерями. Главным оружием были копье и короткий меч, иногда лук со стрелами. Панцири и шлемы были редкостью. Главная сила была в пехоте. Только у некоторых племен — тенктеров и хауков — существовала конница. Особый военный институт составляла дружина (см.). Все Г. считались равными между собой, но это не исключало существования у Г. немногочисленной знати («Adalinge» или «Ethelinge»), производившей свой род от мифических героев и пользовавшейся уважением и влиянием; политических преимуществ она не имела, но короли — где они были — всегда принадлежали к знатному роду. Кроме того, у Г. был класс полусвободных, или литов; это, вероятнее всего, — потомки покоренных туземцев, не имевшие политических прав и не владевшие поземельной собственностью, но за известный оброк пользовавшиеся землей. Был также многочисленный класс рабов из военнопленных; они рассматривались как вещи, но обращение с ними не было сурово; они обыкновенно сидели на земле своего господина или составляли его домашнюю прислугу. Особого сословия жрецов, подобного друидам, у Г. не встречаем. Однако жрецы, в распоряжении которых было письмо (руническое, см. Руны), пользовались большим уважением и обладали обширной карательной властью по отношению к нарушителям мира, когда предстояло народное собрание или война со внешним врагом. У Г. существовали гадания по внутренностям жертвенных животных, по полету птиц, по ржанию священных коней. Храмов и изображений богов не было; в священных рощах воздвигали алтари, на которых приносили жертвы. Искусства находились у Г. еще в зачаточном состоянии, хотя поэзия, музыка и отчасти медицина не были им чужды. Ремесла были очень несложны, так как ни потребности, ни торговля не были развиты. Оружейное дело и кузнечное ремесло считались особенно благородными. Искусство обработки железа и меди было хорошо известно. Оружие нередко покрывалось золотом и серебром и украшалось резьбой. Прочие ремесла находились в руках рабов. Некоторым племенам было знакомо мореплавание. Употребление денег было известно только пограничным с римлянами народам. Римляне, по свидетельству Плиния, вывозили из Германии шкуры, мед, янтарь, перья, пух, скот, рабов; ввозили вино, которое начали возделывать на Рейне только со времени имп. Проба, одежду и некоторые предметы роскоши.

Язык германцев. Первые по времени образцы языка древних Г. дают греческие и римские писатели, в собственных личных именах германских князей и полководцев; древнейшие из них относятся ко II в. до Р. X. Не очень богатый, но чрезвычайно ценный материал для древнейшей истории германских языков дают рунические надписи (с III или IV вв.); они же дают древнейшие образцы скандинавских наречий (с V в.). К эпохе, предшествующей нашествию гуннов, т. е. IV в., относится первый памятник связной германской речи: перевод Св. Писания на готский язык (см. Вульфила, VII, 453). Лишь с VII—VIII вв. начинается связная литературная традиция на материке и среди англосаксов в Британии, а еще позже, если не считать рунических надписей, среди скандинавов. Сравнительное изучение древнегерманских наречий дает возможность воссоздать в общих чертах прагерманский язык, т. е. язык, на котором говорили предки позднейших германских народов в эпоху непосредственно предшествующую распадению их на группы и народности. Древнейшие рунические надписи часто дают формы совпадающие с теми, которые предполагаются наукой как прагерманские. Любопытны в этом отношении также слова, в древние времена заимствованные у германцев финнами. Как фонетика, так и морфология и лексикон прагерманского языка доказывают принадлежность последнего к индоевропейской семье. Из других ветвей этой семьи наиболее близка к германской ветвь славяно-литовская. Совпадения тут настолько значительны, что приведи к гипотезе о едином славяно-германском пранароде и праязыке (она впервые высказана Zeuss'ом, за ним пошли Я. Гримм, Шлейхер и др.). Гипотеза эта, однако, критики не выдерживает; даже наиболее веские, по-видимому, ее основания легко объясняются многовековым географическим соседством и указывают лишь на живое общение германцев со славянами, более живое, чем с финнами, кельтами и античным (римским) миром, еще в доисторическое время. Греческих слов в прагерманском языке очень мало, да и те могли проникнуть в германский язык сравнительно поздно, через готов; они все относятся к области церковной. Совокупность германских наречий выделяется из общеиндоевропейской семьи рядом фонетических и морфологических нововведений. Сюда относится, между прочим, в области консонантизма так называемый первый, или общегерманский, перебой согласных (Lautverschiebung) и своеобразное отражение праиндоевропейских плавных и носовых сонантов; важные звуковые изменения повлекли за собой также перенесение акцента во всех словах на коренной слог. В области морфологии характерными для прагерманского языка являются развитие так наз. сильного склонения имен прилагательных, образование так наз. слабого глагольного типа и др.

Рядом с этими чертами, общими всем германским наречиям, уже очень рано зарождаются среди последних особенности местные, которые ведут впоследствии к распадению прагерманского языка на ряд самостоятельных ветвей. Эта дифференциация получает резкую форму в эпоху Великого переселения, когда на З образовались новые союзы алеманов и др. Около этого времени германские наречия уже распались на три ясно очерченные группы: 1) восточную — языки готов, гепидов, вандалов, ругиев и др. мелких племен; сюда же относится язык древних бургундов, который составляет, однако, уже переход к зап. группе. Группа вост. часто называется также готской, или вандальской; она вся погибла в эпоху переселений; 2) северную, или скандинавскую, которая распадается на ветви датскую, шведскую и норвежскую, с исландской, и 3) западную, которая, в свою очередь, делится на ветви древневерхненемецкую (с наречиями алеманскими, франкскими и т. д.), древнесаксонскую (от которой произошли нынешние нижненемецкие наречия, так наз. plattdeutsch), древненижнефранкскую (вошедшую отчасти в состав нынешнего голландского языка), древ нефризскую (вымирающую теперь) и англосаксонскую (лежащую в основе нынешнего английского яз.). В общем эта группировка остается без изменения до настоящего времени. Литературных языков германский мир выработал семь: готский, датский, шведский, исландский, верхненемецкий, голландский и английский.

См. К. Zeuss, «Die Deutschen und die Nachbarstämme» (Мюнх., 1837); J. Grimm, «Geschichte der deutschen Sprache» (Лпц., 1848); K. Müllenhoff, «Deutsche Altertumskunde» (Б., т. I, 1870, 2 изд., 1890, II, 1887, III, 1892); W. Arnold, «Deutsche Urzeit» (3 изд., Гота, 1881); см. также литературу о Великом переселении народов, V, 826. Хозяйственный быт и право: Th. von Inama-Sternegg, «Wirtschaft», и K. von. Amira, «Recht», в «Grundriss der german. Philologie», изданн. v. Paul (II том, Страсбург, 1889); там же подробные библиографические указания. Мифология: J. Grimm, «Deutsche Mythologie» (4 изд. Берл. 1875—78); E. H. Meyer, «Germanische Mythologie» (Б., 1891); Mogk, «Mythologie», в «Grundriss» Пayля (I т., 1889). — Язык: J. Grimm, «Deutsche Grammatik» (1819—1837); Förstemann, «Geschichte des deutschen Sprachstammes» (Нордгаузен, 1874—75); Noreen, «Utkast till Föreläsningar i urgerman Judlära» (Упсала, 1888); Kluge, «Vorgeschichte der altgerman. Dialekte», в «Grundriss» Пауля (I том).

ЭСБЕ:Народы