РБС/ВТ/Аксаков, Сергей Тимофеевич
Аксаков, Сергей Тимофеевич, отец Ивана и Константина Сергеевичей, род. 20 сентября 1791 года в гор. Уфе, умер 30 апреля 1859 г. в Москве. В «Семейной хронике» и «Детских годах Багрова внука» С. Т. Аксаков оставил правдивую летопись своего детства, а также характеристику своих родителей и родственников: первые изображены под фамилией Багровых, вторые — Куроедовы — под фамилией Куролесовых. Первоначальным воспитанием С. Т. Аксакова руководила его мать, рожденная Зубова, женщина по тому времени весьма образованная; четырех лет он умел уже читать и писать. Дальнейшее воспитание и образование С. Т. Аксаков получил в Казанской гимназии и в Казанском же университете, о чем так подробно рассказано им в его «Воспоминаниях». Мать с трудом решилась на разлуку со своим любимым сыном, и эта разлука чуть не стоила жизни и сыну, и матери. Поступив первоначально в гимназию в 1799 году, С. Т. Аксаков вскоре был взят матерью обратно, так как в ребенке, вообще очень нервном и впечатлительном, стало развиваться от тоски одиночества нечто вроде падучей болезни, по собственному утверждению С. Т. Аксакова. Год он прожил в деревне, но в 1801 году уже окончательно поступил в гимназию. Отзываясь в своих «Воспоминаниях» вообще неодобрительно об уровне тогдашнего гимназического преподавания, С. Т. Аксаков отмечает, однако, нескольких и выдающихся учителей, каковы: воспитанники Московского университета И. И. Запольский и Г. И. Карташевский, надзиратель В. П. Упадышевский и учитель русского языка Ибрагимов. У Запольского и Карташевского С. Т. Аксаков жил в качестве пансионера. В 1817 году Карташевский породнился с ним, женившись на его сестре Наталье Тимофеевне, на той красавице Наташе, история которой составляет сюжет неоконченной повести того же названия, продиктованной автором незадолго до смерти. В гимназии С. Т. Аксаков переходил в некоторые классы с наградами и похвальными листами и 14 лет от роду, в 1805 г., поступил уже в число студентов только что основанного Казанского университета. Для помещения последнего была отведена часть гимназии, а некоторые преподаватели назначены профессорами, и лучшие ученики старших классов произведены в студенты. Слушая университетские лекции, С. Т. Аксаков в то же время продолжал по некоторым предметам учиться в гимназии. Разделения на факультеты в первые годы существования Казанского университета не было, и все 35 первых студентов слушали безразлично самые разнообразные науки — высшую математику и логику, химию и классическую литературу, анатомию и историю. В марте 1807 года С. Т. Аксаков оставил Казанский университет, получив аттестат с прописанием таких наук, какие он знал только понаслышке и какие в университете еще не преподавали. В своих «Воспоминаниях» С. Т. Аксаков говорит, что в университетские годы «детски увлекался в разные стороны страстностью своей природы». Этими увлечениями, сохранившимися почти на всю жизнь, явились охота во всех ее видах и театр. Кроме того, с 14 лет он начал писать, а вскоре и печатать свои произведения. Первое стихотворение его помещено было в гимназическом рукописном журнале «Аркадские пастушки», сотрудники которого старались подражать карамзинской сентиментальности и подписывались мифологически-пастушескими именами: Адонисов, Ирисов, Дафнисов, Аминтов и т. п. Стихотворение «К соловью» имело успех, и, поощренный этим, С. Т. Аксаков вместе со своим другом Александром Панаевым и известным впоследствии математиком Перевощиковым основал в 1806 г. «Журнал наших занятий». В журнале этом С. Т. Аксаков явился уже противником Карамзина и последователем А. С. Шишкова, автора «Рассуждения о старом и новом слоге», отстаивая идеи первого начинателя славянофильства. Страсть к театру сказалась еще в университете тем, что С. Т. Аксаков устроил студенческую труппу, среди которой сам выделялся несомненным сценическим дарованием. В 1807 г. семейство Аксаковых, получившее большое наследство от тетки Куроедовой, переехало из деревни сначала в Москву, а в следующем году — в Петербург для лучшего воспитания дочери в столичных учебных заведениях; и здесь сценические интересы всецело овладели С. Т. Аксаковым, поступившим по совету Карташевского переводчиком в Комиссию составления законов. Страстное желание усовершенствоваться в декламации привело его к близкому знакомству с актером Я. Е. Шушериным, знаменитостью конца прошлого и начала нынешнего столетий, у которого молодой театрал в разговорах о театре и в декламации проводил большую часть свободного времени. Впоследствии С. Т. Аксаков рассказал об этом в очерке под заглавием «Яков Емельянович Шушерин и современные ему театральные знаменитости», как Дмитревский, Яковлев, Семенова и др. Этот очерк, как и прочие театральные воспоминания (1812—1830), заключает в себе много ценных данных для истории русского театра первой трети настоящего столетия. Кроме театральных знакомств С. Т. Аксаков приобрел и другие знакомства — с мартинистами В. В. Романовским, старинным приятелем семейства Аксаковых, и Лабзиным, а также с известным адмиралом А. С. Шишковым. Масонство не привлекало к себе С. Т. Аксакова, сближение же с Шишковым шло очень успешно, чему много способствовало декламаторское дарование молодого писателя. С Шишковым С. Т. Аксакова познакомил один из сослуживцев по Комиссии составления законов — известный впоследствии своими литературными связями А. И. Казначеев, родной племянник адмирала. В доме Шишкова С. Т. Аксаков неоднократно устраивал спектакли. Оставив в 1811 году службу в комиссии, которая мало привлекала молодого театрала, он уехал сначала в 1812 году в Москву, а затем в деревню, где провел время нашествия Наполеона, записавшись вместе с отцом своим в милицию. Во время последнего московского пребывания С. Т. Аксаков через Шушерина близко познакомился с целым рядом московских литераторов — Шатровым, Николевым, Ильиным, Кокошкиным, С. Н. Глинкой, Вельяшевым-Волынцевым и др. Несколько раньше этого времени он приступил к переводу Лагарпова переложения трагедии Софокла «Филоктет», предназначавшейся для бенефиса Шушерина. Эта трагедия напечатана в 1812 г. Годы 1814—1815 С. Т. Аксаков проводил в Москве и Петербурге. В один из приездов в Петербург он близко сошелся с Державиным опять-таки благодаря своему умению выразительно читать. В 1816 году С. Т. Аксаков написал «Послание к А. И. Казначееву», напечатанное впервые в «Русском архиве» 1878 г. В нем автор негодует на то, что нашествие французов не уменьшило галломании тогдашнего общества. В том же году С. Т. Аксаков женился на дочери суворовского генерала Ольге Семеновне Заплатиной. Мать последней была турчанка Игель-Сюма, взятая 12 лет при осаде Очакова, окрещенная и воспитанная в Курске в семействе генерала Воинова. Игель-Сюма умерла 30 лет. О. С. родилась в 1792 году. Тотчас после свадьбы С. Т. Аксаков отправился с молодой женой в заволжскую вотчину своего отца Тимофея Степановича. Эта заволжская вотчина — село Знаменское, или Ново-Аксаково — описана в «Семейной хронике» под названием Нового Багрова. Там у молодых в следующем году родился сын Константин. Пять лет прожил С. Т. Аксаков безвыездно в доме родителей. Семья ежегодно прибавлялась. В 1821 году Тим. Ст. согласился, наконец, выделить сына, у которого было уже четверо детей, и назначил ему в вотчину село Надежино в Белебеевском у. Оренбургской губ. Это самое село встречается в «Семейной хронике» под именем Парашина. Прежде чем переехать туда, С. Т. Аксаков отправился с женой и детьми в Москву и где провел зиму 1821 года. В Москве он возобновил знакомства с театральным и литературным миром, завязав теснейшую дружбу с Загоскиным, водевилистом Писаревым, директором театра и драматургом Кокошкиным, драматургом кн. А. А. Шаховским и др. и напечатал перевод 10-й сатиры Буало, за что его избрали в члены Общества любителей российской словесности. Летом 1822 г. С. Т. Аксаков опять отправился с семейством в Оренбургскую губернию и оставался там безвыездно до осени 1826 года. Занятие хозяйством не удавалось ему; притом подрастали дети, их надо было учить; в Москве можно было искать должность. В августе 1826 года С. Т. Аксаков простился с деревней навсегда. С этих пор до самой кончины, т. е. в течение тридцати трех лет, он был в Надежине только наездом всего три раза. Переехав с 6-ю детьми на постоянное жительство в Москву, С. Т. Аксаков возобновил еще с большей интимностью дружбу с Писаревым, Шаховским и пр. Он взялся за прозаический перевод «Скупого» Мольера (1828 г.), переведя еще раньше, в 1819 г., стихами «Школу мужей» того же автора; он явился деятельным защитником своих друзей от нападок Полевого, уговорил Погодина — издававшего в конце двадцатых годов «Московский вестник» и от времени до времени и без того уделявшего место театральным заметкам С. Т. Аксакова — завести особое «Драматическое прибавление», которое сплошь писалось им одним. Враждовал с Полевым С. Т. Аксаков также и на страницах «Атенея» Павлова и «Галатеи» Раича. Наконец, в Обществе любителей российской словесности С. Т. Аксаков прочитал свой перевод 8-й сатиры Буало (1829 г.), обращая из нее к тому же Полевому резкие стихи. Вражду с Полевым со страниц журналов С. Т. Аксаков перенес на почву цензуры, сделавшись с 1827 г. цензором вновь учрежденного Отдельного московского цензурного комитета; эту должность он получил благодаря покровительству А. С. Шишкова, бывшего тогда министром народного просвещения. Цензором С. Т. Аксаков прослужил 6 лет, несколько раз при этом временно исправляя должность председателя комитета. В 1834 г. он перешел на службу в Межевое училище. Служба эта продолжалась тоже 6 лет, до 1839 г. Сначала С. Т. Аксаков состоял инспектором училища, а затем, когда оно было преобразовано в Константиновский межевой институт, директором его. В 1839 г. С. Т. Аксаков, расстроенный службой, которая дурно влияла на его здоровье, вышел окончательно в отставку и зажил довольно богато и открыто частным человеком, получив значительное наследство после отца, умершего в 1837 г. (мать умерла в 1833 г.). В начале тридцатых годов круг знакомства С. Т. Аксакова изменился. Писарев умер, Кокошкин и Шаховской отошли на второй план, Загоскин поддерживал чисто личную дружбу. С. Т. Аксаков начал подпадать под влияние, с одной стороны, молодого университетского кружка, который составляли Павлов, Погодин, Надеждин и сын его Константин Сергеевич, с другой же — под благотворное влияние Гоголя, знакомство с которым началось с 1832 г. и продолжалось 20 лет, вплоть до самой кончины великого писателя. В доме С. Т. Аксакова Гоголь обыкновенно читал в первый раз свои новые произведения; в свою очередь С. Т. Аксаков Гоголю первому читал свои беллетристические произведения еще в то время, когда ни он сам, ни окружающие его не подозревали в нем будущего знаменитого писателя. Дружба с Гоголем поддерживалась и личными сношениями, и перепиской. Отрывки из воспоминаний С. Т. Аксакова о Гоголе напечатаны в 4-м томе полного собрания сочинений под заглавием «Знакомство с Гоголем». Под тем же заглавием в «Русск. архиве» 1889 г., а затем отдельным изданием появились не напечатанные еще черновые материалы для воспоминаний, выписки из писем, многие письма Гоголя к С. Т. Аксакову целиком и т. п. В 1834 г. в альманахе «Денница», изданном Максимовичем, известным ученым и другом Гоголя, С. Т. Аксаков поместил небольшой рассказ «Буран», который свидетельствовал о решительном повороте в его творчестве: С. Т. Аксаков обратился к живой действительности, окончательно освободившись от ложноклассических вкусов. Идя неуклонно по новому пути реалистического творчества, он уже в 1840 г. начинал писать «Семейную хронику», которая, впрочем, в окончательном виде появилась только в 1846 г. Отрывки же из нее были без имени автора напечатаны в «Московском сборнике» 1846 г. Затем в 1847 г. появились «Записки об уженьи рыбы», в 1852-м — «Записки ружейного охотника Оренбургской губ.», в 1855-м — «Рассказы и воспоминания охотника». Все эти охотничьи «Записки» С. Т. Аксакова имели огромный успех. Имя автора стало известным всей читающей России. Его изложение было признано образцовым, описания природы — поэтическими, характеристики зверей, птиц и рыб — мастерскими изображениями. «В ваших птицах больше жизни, чем в моих людях», — говорил С. Т. Аксакову Гоголь. И. С. Тургенев в рецензии по поводу «Записок ружейного охотника» («Современник» 1853 г., т. 37, стр. 33—44) признал описательный талант С. Т. Аксакова первоклассным. Ободренный таким успехом уже на склоне лет С. Т. Аксаков явился перед публикой с целым рядом новых произведений. Он принялся за воспоминания литературного и, главным образом, семейного характера. В 1856 г. появилась «Семейная хроника», имевшая успех необычайный. Критика разошлась в понимании внутреннего смысла этого лучшего произведения С. Т. Аксакова. Так, славянофилы (Хомяков) находили, что он «первый из наших литераторов взглянул на нашу жизнь с положительной, а не с отрицательной точки зрения»; критики-публицисты (Добролюбов), наоборот, находили в «С. хр.» факты отрицательного свойства. В 1858 г. появилось продолжение «Семейной хроники» — «Детские годы Багрова-внука», имевшие успех меньший. «Литературные и театральные воспоминания» обратили на себя малое внимание, хотя заключают много ценного материала и для историка литературы, и для историка театра. Для характеристики последних лет жизни С. Т. Аксакова важны сведения в «Литературных воспоминаниях» И. И. Панаева и воспоминания М. Н. Лонгинова («Русский вестник» 1859 г., № 8, а также статья в «Энциклопед. слов.», изд. русск. писат. и учеными, т. II). Лонгинов рассказывает, что здоровье С. Т. Аксакова пошатнулось лет за 12 до кончины. Болезнь глаз принудила его надолго запереться в темной комнате, и, не приученный к сидячей жизни, он расстроил свой организм, лишившись притом одного глаза. Весной 1858 года болезнь С. Т. Аксакова приняла весьма опасный характер и стала причинять ему жестокие страдания, но он переносил их с твердостью и терпением. Последнее лето провел он на даче близ Москвы и, несмотря на тяжкую болезнь, имел силу в редкие минуты облегчения диктовать свои новые произведения. Сюда относится «Собирание бабочек», появившееся в печати после его смерти в «Братчине» — сборнике, изданном бывшими студентами Казанского университета под редакцией П. И. Мельникова в конце 1859 г. Осенью 1858 г. С. Т. Аксаков переехал в Москву и всю следующую зиму провел в ужасных страданиях, несмотря на которые продолжал еще иногда заниматься литературой и написал «Зимнее утро», «Встречу с мартинистами» (последнее из напечатанных при жизни его сочинений, появившееся в «Русской беседе» 1859 г.) и повесть «Наташа», которая напечатана в том же журнале. Сочинения С. Т. Аксакова много раз выходили отдельными изданиями. Так, «Сем. хр.» выдержала 4 издания, «Записки об уженьи рыбы» — 5, «Зап. руж. охотника» — 6. Первое полное собрание сочинений, составляющих почти полную автобиографию С. Т. Аксакова, появилось в конце 1886 г. в 6 томах, изданное книгопродавцем Н. Г. Мартыновым и редактированное частью И. С. Аксаковым, который снабдил его ценными примечаниями, а частью И. А. Ефремовым, который сообщил изданию значительную полноту в библиографическом отношении.

Венгеров, «Критико-биографический словарь», выпуски 4 и 5; на стр. 149, 150 четвертого выпуска приведена подробная библиография биографических статей о С. Т. Аксакове и критических по поводу разных его произведений; «Очерк семейного быта Аксаковых», написанный И. С. и приложенный к I тому его писем, Москва, 1888; «Сергей Тимофеевич Аксаков. Библиографический указатель книг и статей о жизни и сочинениях его». Составил В. И. Межов. Спб., 1888; Апухтин, А. Л. «История Констан. межевого института», Спб., 1879; Н. П. Барсуков «Жизнь и труды М. П. Погодина», т. II, III, IV, V.

РБС: