ЭСБЕ/Евмениды
Евмениды (, подразум. ) — милостивые, благожелательные (богини) — одно из названий женских божеств, наиболее известных под именем эриний, у римлян фурий, что значит гневные, яростные, богини-мстительницы; именуются также величавыми (), досточтимыми (). По Гезиоду, Е. — дочери земли, оплодотворенной каплями крови старейшего божества Урана, оскопленного сыном его, Кроном. Это — объяснительный миф позднейшего происхождения, приурочивающий родословную Е. к первому в мире насилию против родителя. По Эсхилу, Е. — дочери Ночи; Софокл называет их детьми мрака и земли. В мифах, к ним относящихся. Е. — земные божества, находящиеся в теснейшей связи с исконными правилами и устоями человеческого общежития. Они неусыпно наблюдают за тем, чтобы от века установленные отношения между старшими и младшими, родителями и детьми, богатыми и бедными, благоденствующими и несчастными и т. п. не были нарушаемы к выгоде одной стороны на счет другой. Есть Эринии отца, матери, родителей; также детей, нищих, т. е. всякого, кто обижен и чья обида вопиет о мщении. Воплям и проклятиям жертвы внемлют богини и преследуют виновного без устали и пощады не только на земле, но и в преисподней после смерти, пока мера мщения не исполнится. Уже в Илиаде богини-мстительницы живут в преисподней. «Бродящими во мраке», где гнездятся преступления, «жестокими», «свирепыми», «гибельными» называются они у Гомера. Одна из Е. носит имя Мегеры. В рисунках на вазах Е. неоднократно изображаются в роли наказующих божеств в преисподней. Наружный вид богинь, свирепых, кровожадных и беспощадных, внушал жертвам ужас и отвращение. Старые, седые, с злобным кровавым взором, со змеями в волосах, Е. или лают как собаки, или ревут, как разъяренные быки; змеи обвивают их туловище, ползут по плечам или в руках богинь шипят и с открытою пастью тянутся к жертве; иногда Е. изображаются с бичом в руке, с факелом, освещающим путь в погоне за виновным. Пифия в ужасе бежит из святилища Аполлона при виде Е., расположившихся у жертвенника. Аполлон гонит их из своего храма туда, где виновных казнят, где раздаются стоны измученных преступников. Не одною смертью карают богини: с момента совершения преступления они неотступно преследуют виновного, причиняя ему мучительнейшие страдания, физические и душевные, даже за гробом. Кровь убитой матери еще не засохла на руках убийцы — а Орест испытывает уже терзания совести, и надвигающиеся «свирепые собаки матери» повергают его в невыразимый ужас. Е. — божества «быстрые», «многорукие», «многоногие», «с медными ногами» и т. п. По словам Гераклита, Е. зорко следят за тем, чтобы и во внешней природе все оставалось в своих границах. Е. карают клятвопреступление и всякое нарушение положенной человеку меры (Ил. IX. 454, 569; XIX, 86, 259, 418. Од. XV, 235, XVII, 475; XX, 66—78). Отсюда сопоставление Е. с богинями судьбы. «Человеку с чистыми руками не должно страшиться нашего гнева; жизнь его протекает мирно. Мы, вездесущие и мощные богини, памятуем содеянное зло, внушаем страх злодею и недоступны мольбам его. Чти алтарь правды и не попирай его нечестивой ногой, соблазняясь корыстью, ибо за преступлением последует наказание и возмездие. Чти родителей, радушно принимай странника под кровом твоим. Праведник не будет несчастлив». Трагедия Евмениды, откуда извлечены эти слова, заключает собою трилогию Эсхила Орестию, обильнейший источник наших сведений об Е. Богини жаждут крови матереубийцы Ореста, они гонятся за ним из Аргоса в Дельфы, из Дельф в Афины, и только вмешательство «юных» божеств, Аполлона и особенно Афины, сострадательных, различающих побуждения к действию, смиряет ярость «старейших» божеств и спасает Ореста, отмстившего за смерть отца по внушению Аполлона. Первое умилостивление богинь, карающих здодеяние без внимания к его мотивам, трагик относит ко времени учреждения древнейшего судилища излюбленных граждан. У следующего за Эсхилом трагика, Софокла, те же богини милостиво принимают в своей роще подле Афин другого страдальца, Эдипа, искупившего невольную вину бедствиями и душевными страданиями (Эдип в Колоне). Под именем милостивых Е. чествовались в Сикионе и в других местах Пелопоннеса. По мере смягчения нравов беспощадные мстительницы-богини сами находят возможным во внимание к душевному состоянию виновного и к условиям правонарушения освободить от наказания вопиющие по внешнему виду преступления. У Еврипида (Орест) Е. — терзания возмущенной совести преступника. В мифах об Е. трудно подыскать основания для сведения этих образов к утренней заре (М. Мюллер) или к облакам (Кун, Мангардт, Рошер); первоначальная основа мифологических представлений об Е. — бытовая и психологическая. Кроме общих сочинений по мифологии, см. O. Müller, «Aeschilos Eumeniden» (Бр., 1833); Schömann, «Aesch. Eum.» (1845); Nägelsbach, «De religion. Orestiam Aeschyli continentibus» (Эрл., 1843); Rosenberg, «Die Erinyen» (В., 1874); Hild, «Elude sur les démons dans la litterat. et la religion des Grecs» (П., 1881, стр. 143 сл.).

ЭСБЕ:Греческая мифология