ЭСБЕ/Коллизия
Коллизия — I. К. (столкновение) юридических норм (законов или статутов) происходит в том случае, когда судье предстоит решать дело, касающееся: лиц, не имеющих местожительства в пределах действия местного права; имущества, находящегося вне этих пределов; актов или сделок, составленных и заключенных в другом округе под действием иных, чем местные, законов. При постановке решения ему приходится войти здесь в обсуждение того, какие нормы должны быть применены к этим случаям: нормы ли права, действующего в данной местности (так называемые lex fori), права, действующего в местожительстве лица (lex domicilii), или в пределах нахождения имущества (lex rei sitae), или, наконец, нормы права, действовавшего в той местности, где заключены акты и сделки (lex loci actus). Встречаясь часто в государствах, в которых действуют, кроме общего права, и местные законы, К. обыкновенное явление при решении спорных юридических отношений, в которых сторонами являются иностранцы. Исключительное применение во всех названных случаях местного или общего государственного права данной страны было бы часто несправедливостью, так как это означало бы с одной стороны обсуждение отношений вне условий их возникновения и в связи с обстоятельствами, не предвиденными сторонами, а с другой — отсутствие надлежащего уважения к праву других местностей того же или иностранного государства (или отсутствие comitatis nationum, как выражаются). Оно и не встречается ни в одном культурном государстве: применение legis fori, следовательно, ограничено. Но и применение чужого права приводит к необходимости того же выбора между остальными leges: rei sitae, domicilii и loci actus, так как эти три момента могут не совпадать: иностранец, пользующийся определенным правом, может заключить сделку в местности, где его личное право не действует, и т. п. История правосудия дает примеры различного решения этой К. В Риме существовала для таких случаев специальная подсудность претора перегринов и специальные нормы juris gentium, ставшего потом общим правом Рима. В начале средних веков мы встречаемся с личным принципом подсудности, при действии которого каждый человек судится по праву своего племени (римлянин по римскому, франк по франкскому, аллеман по аллеманскому и т. д.). Замена свободного германского государства вотчинно-феодальным территориальным верховенством отдельных областей приводит постепенно к действию территориального принципа, по которому только законы данной территории — право каждого лица, на нее вступившего. Личный принцип удерживается лишь в виде некоторых исключений (например духовенство). Развитие торговли, промышленности и оборота уничтожают, однако, и исключительность территориального принципа: ряд сделок и актов на движимости и другие отношения (наследственные, например, некоторые из семейных и т. д.) начинают обсуждаться по месту их совершения, возникновения или по личному праву лиц, их заключающих. Мало-помалу, таким образом, устанавливается смешанная юрисдикция, различная в разных случаях. На этой почве возникает и первая теория настоящей К., созданная комментаторами (см.), которые все законы делили на три группы статутов: statuta personalia, realia и mixta, соответственно тому, касаются ли права, охраняемые этими статутами, к личности, как таковой (ее status’a, дееспособности и т. д.), ее имущества или других отношений. Первые оценивались по lex domicilii (личный принцип), вторые по lex rei sitae (недвижимости, движимости же «personam sequuntur» или «ossibus inhaerent»), третьи — по lex loci actus (locus regit actus). Теория действовала в течение XVI, XVII и XVIII столетий, принята законодательствами (прусским, Code civil и австрийским) и теперь еще защищается некоторыми юристами (Дернбург), хотя, в действительности, далеко не дает руководящих принципов: имущественные права были и остаются тесно связанными с гражданским состоянием лица, его семейным положением и другими отношениями, так что часто нет возможности решить, какому началу, личному или имущественному, отдать предпочтение. Во всяком случае, в современной практике эта теория не дает никакого принципиального руководства; как показано рядом юристов (Вехтер и др.), исключений из установленных на основании этой теории общих правил оказалось гораздо больше, чем случаев, под них подходящих. Постройка новых теорий, однако, оказалась неудачной, вот почему Савиньи первый высказал мысль, что должны быть изучены, прежде всего, самые юридические отношения, подающие повод к К., и каждому из них должны быть указаны свой закон и свое место согласно его свойствам, определена его собственная юридическая сфера. Такого рода изучение выросло в настоящее время в целую особую науку частного международного права (см.), которая и занимается рассмотрением случаев К. в связи со свойствами норм, законами каждого государства, трактатами и конвенциями. Правила этой науки, за отсутствием общего законодательства по этому вопросу, и применяются к решению отдельных случаев.

II. К. гражданских прав происходит тогда, когда существует наличность нескольких прав, осуществить которые совместно невозможно без ущерба или полного уничтожения каждого. К. обыкновенно происходит при правах равной силы: нескольких залоговых или обязательных прав (например, вещь продана сразу нескольким лицам), но возможна К. и неравных прав, например в конкурсе, где встречаются претензии неравной силы и разносрочные, или по ст. 108 русских гражданских законов (т. X, ч. I): «жена обязана преимущественным повиновением воле своего супруга, хотя при этом и не освобождается от обязанностей повиновения своим родителям». Попытки юристов создать теорию для этой К. оказались до сих пор также неудачными, как и для К. юридических норм. И здесь дело решается особенностями сталкивающихся прав: большей или меньшей силой их и сопровождающими обстоятельствами. Указываются лишь некоторые принципы: а) вообще предпочитается право того, который добивается возмещения понесенного ущерба, а не одной только выгоды. На этом основании, между прочим, в конкурсе не удовлетворяются долговые претензии, вытекающие из актов щедрости; б) в вещных правах право на чужую вещь отстраняет право собственника, обязанного терпеть вторжение владельца, а отдельные вещные права, например залоговый, получают перевес друг над другом на основании права старшинства (ипотека); в) в обязательственных — право старшинства сделки не имеет значения в тех случаях, когда оно уже осуществлено одним из кредиторов (купленная вещь уже поступила во владение), право же на осуществление дает также первая сделка; г) в конкурсах руководствуются принципом частного удовлетворения pro rata.

ЭСБЕ:Право