ЭСБЕ/Куэнь-лунь
Куэнь-лунь, Куэн-лунь, Кун-лун (Kouen-loun, K.-lun, Kuo-lun и Koul-koun — франц. географов; Künlun, Kuen-Luen, Kwen-lun — немецких, Kuenlün, Kwenlun — английских). — Название К.-лунь встречается в летописях (книга Sükung) китайской истории за 2300 лет до Р. Хр., как название горной страны в области между Куку-нором, Цай-дамом и нынешней провинцией Гань-су; впоследствии китайские ученые относили это название, в тесном смысле, то к хребту Баян-хара, в горах которого берет начало Желтая река, то ко всей горной стране в верховьях Желтой реки, то, наконец, к хребтам к Ю от Хотана, считая за истоки Желтой реки Яркенд — дарью или Тарим. Европейская наука относит это географическое название ко всей совокупности горных хребтов, поднимающихся в середине Азиатского материка между высокими нагорьями Тибета и Таримским бассейном и продолжающихся далеко на восток во внутренний Китай между бассейнами Желтой реки (Хуан-хэ) и Голубой реки (Ян-цзы-цзян). Первое знакомство европейцев с горами К.-луня относится к средним векам, когда в 1220—75 Марко Поло совершил свое знаменитое путешествие; к этому же времени относятся и рассказы арабских путешественников. Из путешественников, проникших в самую глубь Центральной Азии с полов. XVII до половины нашего столетия, особенно замечательны: капуцинский монах Дезидери, Муркрофт (1812) и его спутник Мирза-Иззет-Улах, миссионеры Гюк и Габэ. Новейший период путешествий, коснувшихся западных частей К.-луня, начинается знаменитым путешествием братьев Шлагинтвейтов (1856); далее следует Джонсон, Хайорд, Шау, Форсайт со своими спутниками Кэри, Юнггезбендом, Доверном (1889—80). Целый ряд русских путешественников обнимает своими исследованиями западный и средний К.-лунь: Пржевальский (1870—85), Потанин (1884—86), братья Грум-Гржимайло (1889—90), Громбчевский (1888—90), Певцов со своими спутниками (Богданович, Роборовский, Козлов, 1889—90) и Обручев (1892—94). В то же время продолжаются исследования англичан и путешественников Западной Европы и в других частях К.-луня: Пундит Кришна, Кэри и Дальглейш, американец Рокхиль (Rockhill, 1891), экспедиция принца Орлеанского и Бонвало (1889—90), наконец, в 1894 г. погибает среди хребтов среднего К.-луня смелый француз Дютрейль де-Рен (1891—1894). Восточный К.-лунь исследован лучше всех остальных частей этой системы трудами Рихтгофена (1866—72) и экспедицией гр. Сечени (1877—80). Наконец, экспедиция англичан Боуэра и Торольда (1891—1893) дает важные материалы для географии К.-луня. Главное северо-западное направление системы К.-луня близко совпадает с направлением хребтов Гиндукуша и дальше на запад хребтов передней Азии; отсюда возникло представление географов древности о проходящей на параллели о-ва Родоса горной цепи, которая делит материк Азии на две части. Гумбольдт, опираясь на замечательный параллелизм между хребтами средней Азии, разделил их на пять систем, из которых четыре широтных: Гималайская, К.-луньская, Тянь-шаньская, Алтайская и одна меридиональная: Бодорская. Из них система К.-луньская, поражающая непрерывностью и неизменностью своего направления, «позвоночный столб» Азии по выражению Гумбольдта, и продолжается на запад в Гиндукуш и Эльбурс. Исследованиями русских географов (Федченко, Мушкетов) было доказано, что самостоятельных меридиональных поднятий в средней Азии не существует. Рихтгофен, отметив на материке Азии проявление северо-восточного и северо-западного направлений гор, распределил хребты средней Азии в различные системы определенных направлений; в основу своих орографических представлений о К.-луне он положил прямолинейность северо — западного (WNW) простирании этой системы. Мощная система хребтов К.-луня занимает срединное выдающееся положение на Азиатском материке; к С от нее находятся впадины (бывшее Хан-ханское третичное море), а к Ю — нагорье Тибета. Система К.-луня простирается от 74½° до 118° в. д. от Гринича на протяжении почти 3850 км. Постепенно все расширяясь к ЮВ, но оставаясь неизменно между 30-й и 40-й параллелями, система этих гор достигает в средней их части, на меридиане Куку-нора, ширины 800 км. (отношение длинной и короткой осей 1:4,7). Уступая Гималаям по высоте отдельных вершин, К.-лунь превосходит их средней высотой своего гребня (ок. 6000 м.). Как горизонтальное, так и вертикальное расчленение К.-луня не одинаково для различных его частей, хотя в общем прямолинейность простирания и однообразный вид гор, поднимающихся на подобие гигантских стен с ровным гребнем, являются отличительными чертами этой системы. Согласно Рихтгофену, можно разделить К.-лунь на западный, средний и восточный; в первом и втором из них выделяются еще пояса: собственно западный К.-лунь, окраинные горы северо-западного Тибета, Нань-шань и средний К.-лунь. Западный К.-лунь протягивается приблизительно между 74½° и 89° в. д. от Гринича. Эта часть системы представляет дугообразно изогнутый пояс гор, ограничивающий Таримский бассейн, Восточный Туркестан, с Ю и ЮЗ. Часть этого пояса, ограничивающая Таримский бассейн с ЮЗ, может быть выделена в особую группу собственно западного К.-луня (к З от 82° в. д. или прорыва Керийской реки), характеризующегося направлением WNW — ESE и NW — SE. Система гор с простиранием ENE — WSW, начинающаяся приблизительно от прорыва Керийской реки и отделяющая Вост. Туркестан от нагорья Тибета, может быть выделена в иную группу или пояс окраинных гор северо-западного Тибета (Вегенер, Богданович). Собственно западный, К.-лунь представляет ряд параллельных хребтов, отороченных на сев.-вост. их стороне широкой полосой предгорий; перевалы через эти параллельные хребты повышаются от 9—10 т. фт. (Ак-корум, Улугат, Тамзун-даван) до 16—17 т. (Кокелан, Тахта-корум, Чирах-салды). Хребет, через который ведут последние три перевала, а дальше на ЮВ — перевалы Янги-даван и Наяхан (19½ и 18½ т. ф,.) представляет для этой части системы главную цепь простирания WNW — ESE, резко ограниченную с юга продольной долиной, различные части которой заняты верхними течениями Яркен-дарьи (здесь Раскем — дарья) и Каракаша. От истоков Каракаша на ЮВ до верховий Керии — дарьи страна, ограниченная на С этим главным поднятием К.-луня, представляет плоскую возвышенность абсолютной высоты от 15½ до 17 т. футов; низкие бесснежные горы рассеяны здесь среди мертвых равнин с солеными и горькими озерами (долины Линзи-тан, или К.-луньская, Содовая и Белая, или Аксай-чин). Вообще покатая к СЗ, возвышенность эта переходит в этом направлении в сложное поднятие К-луня и Каракорума. Но до сих пор нельзя с точностью установить, где начало зап. К.-луня. Рассматриваемый отрезок К.-луня продолжается к ESE, от р. Юрункаша под названием Керийского хребта, до прорыва Керийской реки, где начинает обнаруживаться изменение простирания в ENE; с таким простиранием продолжаются горы вдоль южной окраины Таримского бассейна, и пояс гор собственно западного К.-луня сменяется поясом окраинных гор северо-западного Тибета. Средняя высота гребня в собственно западном К.-луне несколько возрастает от СЗ к ЮВ, превышая между 77 и 81 меридианами 20000′. Между 77 и 78 меридианами находится высшая из вершин, измеренных тригонометрически в западном К.-луне, именно К. — 22374′ (6819 м.). Средняя высота перевалов через главный хребет изменяется от 15000′ до 19500′ и средние высоты гребня и проходов мало отличаются от средней высоты вершин; только глубокие долины Каракаша около Шахидулла-Ходжи, Яркенд-дарьи и др. понижены до 12300′ (Шлагинтвейт, Громбчевский). Хотя западный К.-лунь относится к областям, не имеющим стока к морю, но значительная речная система Тарима с притоками, отчасти уже его не достигающими (Хотан-дарья, Керия-дарья), оказывает еще настолько сильное противодействие сглаживающему влиянию ветра, что эта часть горной системы далеко не представляет такого безжизненного вида, как горы, ограничивающие северо-западный Тибет; вероятно, сюда доходят водяные пары из Индии. Этим, может быть, объясняется, и относительное обилие ледников в части К.-луня между 77 и 80 меридианами. По определению Шлагинтвейта, нижний конец ледника в проходе Ильчи опускался до 14000′; приблизительно на такой же высоте наблюдались старые морены в долине р. Пахпу (Громбчевский, Богданович). Снеговая линия в западном К.-луне проходит (Богданович) на южном склоне на средней высоте 16800′, а на северном склоне ниже на тысячу футов; по Шлагинтрейту, для более восточной части высота снеговой линии на южном склоне, 15800′, а на северном 15100′ и проч. Северный склон западного К.-луня отличается замечательным обилием летних дождей, приносимых северными ветрами, чем и объясняется (Шлагинтвейт, Пржевальский) понижение снеговой линии в части гор между Керией-дарьей и Яркенд-дарьей, т. е. между 82 и 77 меридианами. Пояс окраинных гор северо-западного Тибета начинается приблизительно около 82° в. д. Русским хребтом Пржевальского, или Ак-кар-чэкыл-тогом (Белоснежный скалистый хребет) туземцев, который постепенно к В принимает более широкое развитие, снеговым является лишь один хребет, причем снеговыми горами являются то передний (Астын), то задний (Узю) хребет. Непосредственным продолжением к востоку Русского хребта нужно считать (Певцов) хребет Акка-таг, восточнее известный под именем хребта Пржевальского. От прорыва Керийской рек параллельные цепи Русского хребта простираются в направлении ENE к WSW. Долина р. Кара-мурена как бы ограничивает на С наибольшую выпуклость дугообразного изогнутия при слиянии хребтов Русского и Акка-тага. В своде этого дугообразного изогнутия приходятся массивные снеговые гранитные группы Ширманлай и Сарыкол. К С от свода дугообразного пояса хребтов Русского и Акка-тага, в вершинах р. Кара-мурена, начинается снеговой хребет Токуз-дабан NE простирания; пологой дугой он потом направляется к SE до хребтов южной окраины Цайдама. В средней части дугообразный пояс гор раздвояется. Южная часть соединена была Пржевальским под названиями хребтов Московского и Колумба, а северная — Цайдамского. Севернее этого пояса, при выходе Черчен-дарьи из гор, начинается следующий, также двойной пояс: южная ветвь — Сулам-таг и Юсуп-алык-таг, или Чимеп-таг, а северную ветвь его составляет Алтын-таг Пржевальского (Астын-таг); снеговыми горами является только южная ветвь. Простирание на ENE около 64° в. д. начинает переходить в EW, и дальше появляются более значительные высоты западных окраин Нань-шаня. Каждый из изгибающихся поясов сложен из отдельных хребтов, оконечности которых кулисообразно заходят одна за другую. В местах слияния отдельных хребтов, как и слияниях (или раздвоения) поясов, замечаются или массивные поднятия гранита (Темирлык-таг или Шапка Мономаха, Тохта-пера или Кремль и др.) или наоборот — удобные проходы (Музлук, Кара-чука и др.). В месте прорыва Керийской реки, к Ю от Полу, можно предполагать (по съемкам Кишен-синга и Кэри) кулисообразное отношение оконечностей Русского хребта и хребта Керийского, и здесь также замечаются мощное поднятие в виде снеговой группы Люш-таг (Царя-Освободителя; 6000 м.) и в то же время проход через горы. Полоса предгорий зап. К.-луня, суженная в Керийском хр., к В от прорыва Керии-дарьи сменяется широким покатым подножием с грядами и увалами (так наз. кыры). Слагающие их мощные отложения продуктов разрушения горных пород и послетретичные речные образования погребают здесь незначительные гребни, параллельные главной цепи гор, и поднимают подножие Русского хребта до высоты 7½ и даже 10 т. футов. На меридиане Лоб-нора от подножия гор начинается относительно крутой спуск до высот 2800—2600 фт. (Лоб-нор). С южной стороны горы, отделяющая впадину Таримского бассейна от нагорья сев.-зап. Тибета, поднимаются такой же неприступной стеной, как и горы западного К.-луня над плоской возвышенностью Линзи-тан. У подножия окраинных гор расстилается высокая (15—17 т. фт.) щебнево-каменистая пустыня. Высота отдельных вершин в окраинных горах, по-видимому, много не превосходит высоты 20000′ — 21000′ (Люш-таг, Ширманлай). По высоте гребня (ок. 20000′) и по высоте снеговой линии на южном склоне (19229′) среди рассмотренных хребтов значительно выделяются Ак-кар-чэкыл таг, в своей наиболее суженой части к Ю от Нии, и хребет Аккатаг. Следующие к С дугообразно изогнутые хребты обнаруживают менее значительные высоты гребней (около 18—18½ тыс. футов), более пониженное положение снеговой линии на южном склоне (17000′), но в общем более значительное развитие вечных снегов. Вместе с тем уменьшается и разница в высотах снеговой линии на северном и южном склонах: вообще эта разница тем значительнее, чем пояс этих гор является более суженным, именно в Русском хребте; редкость широких и пологих мульд в снежных областях гор составляет одно из главнейших условий незначительного здесь развития ледников и малой их величины. С расширением пояса окраинных гор развитие вечных снегов усиливается (хр. Акка-таг, Токуз-да-бан, Юсуп-алык-таг), увеличивается и количество ледников даже при меньшей абсолютной высоте гор. Южный склон окраинных гор и прилежащие грядовые цепи северо-западного Тибета, остающиеся при высотах 18—19000′ непокрытыми вечными снегами, служат скудными источниками верховий рек, теряющихся среди галечных и щебневых отложений подножия северного склона и песков пустыни Такла-макан-кум (Ния-дарья, Толан-ходжа, Кара-мурен и другие). Мертвые щебнево-каменистые пустыни северо — западного Тибета как бы продолжаются в продольные долины между хребтами рассматриваемого пояса системы К.-луня (долины р. Сарык-туса, оз. Даши-куль, озер Ачик-куль и Аяк-кум-куль), а с С несутся пылевые туманы, покрывающие все возрастающим лессовым покровом северный склон гор до 10—12 т. футов. Как самый пояс окраинных гор, так страны до обе стороны их составляют непосредственное продолжение соответствующих элементов западного К.-луня, а приблизительно уже около 90° в. д. мы переходим без какой— либо резкой границы к той части системы, за которой давно уже утвердилось название среднего К.-луня.

Средний К.-лунь представляет систему параллельных хребтов WNW — ESE простирания; среди них можно отличить хребты первого порядка по высоте и протяжению, разделенные широкими плоскими понижениями, и промежуточные хребты, так сказать второго порядка, разделенные узкими продольными долинами. В настоящее время в системе этих гор можно отличить от речки Напчу, политической границы Тибета, до пустыни Гоби, одиннадцать цепей: 1) Дзунгулун (Самтын-кансыр), 2) Тан-ла (Номкун-убаши), 3) Кан-гин, Дачим-Дажим, 4) Думбурэ, 5) Куку-шили, Баян-хара (Чи-ши-шань китайских географов), 6) Марко-Поло, Шуга и Бурхан-Будда, 7) Угуту, Сан-си-пей и Джупар, 8) пояс Куку-норских гор, 9) пояс хребтов Риттера, Су-лей-хэ, Ха-и-шань, 10) пояс хребтов Гумбольдта, имп. Александра III, Малинг-шань, 11) пояс хребтов Рихтгофена, Та-Сюэ-шань и Тхолошань.

Из этих цепей или поясов многие состоят из парных хребтов, напр. Марко-Поло и Бурхан-Будда, Угуту и Сан-си-пей, а пояса 8—11 составляют отдельную систему хребтов Нань-шауя, где вечно снеговые горы перемежаются широкими долинами и промежуточными горными грядами От С к Ю увеличивается абсолютная средняя высота хребтов среднего К.-луня, как и высота их основания; последняя возрастает сильнее, так что относительные высоты гребня и вершин уменьшаются от С к Ю, потому южные склоны обыкновенно короче и круче северных. Исключение представляют горы среднего К.-луня замечательной котловиной Цайдама, юго-вост. часть которой имеет высоту 2700 м., т. е. ниже Куку-нора (3260 м.), продольная долина Су-лей-хэ, между хребтами Риттера и имп. Александра III (по Обручеву, вост. продолжение хребта Гумбольдта) 3500—3700 м., и долина Та-пей-хэ, между хребтом имп. Александра III и хребтами к С от него 3500 м. Наибольшей абсолютной высоты хребты системы Нань-шаня достигают в зап. части, поднимаясь выше 20—21000 фт. (хребты Рихтгофена, Гумбольдта, Риттера и Зюсса, по Обручеву). В зап. части Нань-шаня, по Крейтнеру и Лечи, средняя высота гребня 18000—198000 фт., а снеговая линия на сев. склоне на высоте около 17000 фт. По Обручеву, в средней части Нань-шаня в хребте Су-лей-нань-шань (вост. продолжение хребта Риттера) горы достигают 22000 фт. На З к равнинам Сыртына и Цайдама через хребет Гумбольдта ведет проход вышиной 13200 фт. между снеговыми группами в 17000—19000 фт.; следующая к Ю цепь (хр. Риттера) понижается к равнине Сыр-тын до высоты 12000 фт.; Южно-Кукунорские горы к котловине Цайдама пересечены Пржевальским пологим перевалом в 12400 фт. В вост. части Нань-шаня хребты этой системы к 102° — 103° в. д., в месте пересечения их течением Желтой реки, высота перевалов не более 3700 м., а к В от Желтой реки, к Ю от Ала-шани и Ордоса, расстилается холмистая страна не более 2000 м. средней абс. высоты. Котловина Цайдама, по Пржевальскому, отделяет систему хребтов Нань-шаня от сев. хребтов окраинного Тибетского нагорья (Бурхан-Будда, Шуга и Марко-Поло с их расчленениями). Хребет Марко-Поло (Бухалыкнын-таг) к СЗ непосредственно продолжается в хребет Акка-таг; пояса хребтов Акка-таг и Токуз-дабана отступают друг от друга в средней своей части и снова почти сливаются на ЮВ. В этой сближенной их части высота и напряженность поднятия напоминает гигантские высоты западного К.-луня в вершинах Кара-каша. Но к В гребень хребтов редко где поднимается выше снеговой линии. Горы крутой стеной относительной высоты 2300—2700 м. поднимаются под Цай-дамом, выдающиеся вершины отсутствуют совершенно, и только безжизненные глубокие ущелья расчленяют северный склон окраиной цепи. Перевалы через хребты Бурхан-Будда, Шуга и Гурбунайджи проходят на высотах 4900, 4560 и 4280 м. (Пржевальский); следующий к Ю хребет Марко-Поло при средней высоте гребня 4850—4970 м. представляется местами совершенно погребенным под щебнем. К Ю отсюда начинаются пространства, получившие от тибетцев общее название «Чанг-танг», т. е. сев. равнины, протягивающиеся однообразно до сев.-зап. Тибета и долины Линзи-тан; это — широкие долины, усеянные высохшими руслами, солеными озерами и грядами низких холмов (30—450 м. отн. выс.), среди которых поднимаются массивные и однообразные горные цепи. Средняя высота этих равнин не менее 4200 м., а горные цепи средней высоты около 4800—5000 м., изредка достигают высот 20000—25000 фт. (6000—7500 м.), поднимаясь выше снеговой линии (5000 м.), напр. мощная вершина Гату-джу в хребте Баян-хара. Из следующих к югу хребтов поднимается выше снеговой линии только гребень хребта Думбурэ. Цепь Тан-ла представляет высшую часть Тибетского нагорья, поднимаясь в виде широкого пологого поднятия (перевал 5100 м.) со слабо выраженным хребтом, вечно снеговые горы которого достигают высот 6000 м. (Пржевальский, Кришна). К Ю от Тан-ла начинается спуск к населенным уже владениям Далай-ламы. Маршрут принца Орлеанского открыл продолжение к З хребтов Тан-да и Куку-шили, это — цепи Dupleix (6000—8000 м.) и Crevaux. Значительнейшие реки вост. Азии берут начало в системе Среднего К.-луня; хребет Баян-хара служит водоразделом вод Хуан-хэ и Мур-усу, вершины Янцзы-Цзяна, а на южн. склоне Тан-ла начинаются вершины Меконга. Поперек всей системы Среднего К.-луня от С к Ю можно проследить различие между частями, относящимися к области, лишенной стока, и частями периферическими. К первым относится зап. Нань-шань и нагорье сев.-вост. Тибета, составляющие по своей природе продолжение прилежащих частей сев.-зап. Тибета, хотя уже менее резко выраженного характера; ко вторым — живописные и разнообразные по своей фауне и флоре вост. Нань-шань и страна на В от Баян-хара, где начинаются уже горные страны Индо-Китая. Для развития ледников благоприятнее сближенные и более расчлененные в вертикальном отношении хребты Нань-шаня, чем обособленные и плоско-выпуклые хребты К.-луня в сев.-вост. Тибете. Уже пояс Кукунорских гор отличается более высоким положением снеговой линии и менее живописными видом гор, чем более сев. хребты Нань-шаня. Весьма вероятно, что здесь сказывается влияние влажных муссонов, проходящих через пониженные части К.-луня к В от Куку-нора.

Восточный К.-лунь или китайский представляет хотя значительное число хребтов, но примыкающих к одному главному, так что часть системы на пространстве от меридиана г. Лань-чжоу (102°) до меридиана 112° резко и определенно разделяет сев. Китай (бассейн Хуан-хэ) и южн. Китай (бассейн Ян-цзы-цзяна). Южн. Китай представляет обширную область параллельных хребтов простирания SW-NE (Синийская система); сев. Китай представляет область Столовых гор, различные части которых разнообразно сдвинуты и сброшены относительно друг друга. Под различными названиями Тао-хуа-шань, Фу-ниу-шань, Цзун-лин-шань и Мин-шань китайский К.-лунь можно проследить до р. Дао-хэ, к З от которой на территории Тибета начинаются уже отроги хребтов Бурхан-Будда и Баян-хара, т. е. среднего К.-луня. Гребень вост. К.-луня в зап. части достигает наибольшей высоты 3080 м., а к В он постепенно понижается до холмов Хуай. Со вступлением в область периферических частей хребты К.-луня оживляются разнообразной флорой и фауной. Значительнейшие пространства западного и среднего К.-луня не имеют даже кочевого населения; только искатели золота и охотники за диким яком изредка пересекают хребты К.-луня. На громадном протяжении К.-луня можно встретить тем не менее оседлых и кочевых представителей самых разнообразных племен: киргизов, таджиков Тизнаба и Каракаша, аборигенов Таримского бассейна — мачинцы Русского хребта, монголов Цай-дама и Куку-нора, тангутов сев.-вост. Тибета и китайцев вост. К.-луня. Вост. окраина Тибета, где начинается переход к более низкому и теплому Китаю, известна под общим именем Амдосского нагорья. Здесь среди хребтов К.-луня на окраине Тибета и в подгорных провинциях Срединной империи — Гань-су и Сычуани, проходит, по выражению П. П. Семенова, «грань между оседлой жизнью древне-культурной земледельческой китайской нации и кочевой жизнью разноплеменных номадов средней Азии». В этом углу нагорной Азии находился естественный спуск на китайскую низменность. В системе К.-луня из полезных ископаемых наибольшее распространение представляет золото, добыча которого с древнейших времен ведется до сих пор; медь, железо (мало), каменный уголь, соль и нефрит служат предметами добычи в различных частях этих гор. Положение К.-луня на границе двух областей, существенно различных в своем развитии, придает им особенное географическое значение. Древность известного пространства земли определяется временем окончательного освобождения этого пространства от покрытия морем (Зюсс); с этой точки зрения система К.-луня представляет древнейшую часть азиатского материка, так как наиболее новыми из отложений, принимающих участие в составе ее горных хребтов, являются каменноугольные образования. К концу мезозойской эры в областях, прилежащих с Ю к зап. и среднему К.-луню, движения, по всей вероятности, закончились образованием континентальной суши; к С же от К.-луня продолжало существовать меловое и третичное Хан-хайское море, омывавшее и подножия Тянь-шаньских высот. Дальнейшее развитие суши, захватившее и пространство Хан-хайского моря, сопровождалось новыми нарушениями залегания, приподнявшими красные хай-хайские прибрежные отложения, напр. в Нань-шане до высоты 12—13000 фт. (Обручев). Различные части, выделенные выше в системе К.-луня, оказываются, следовательно, неодинаковыми по древности; более юной является вся система Нань-шаня. Несмотря на такое различие, все эти части связаны между собой тем, что к С от них находятся области опускания, а к Ю — области сжатия; вся разница только в степени резкости проявления основного характера К.-луня. Подобно тому, как на вост. окраине системы сливаются сев. и южн. Китай, так в области среднего К.-луня в поясе Нань-шаня как бы теряется резкое различие между К.-лунем и расположенной севернее системой Тянь-шаня (горная страна Бей-шань), а на зап. окраине последовательно примыкают к К.-луню: Каракорум (триасовой древности) и Гималаи (эоценовой древности). Строение отдельных хребтов и взаимное их расположение (параллелизм, раздвоение, слияние) показывают, что К.-лунь относится к типу складчатых хребтов.

Исследования Лёчи и Обручева выясняют сложное строение Нань-шаня, в образовании которого можно подозревать боковое давление не с С, а с Ю; следовательно, можно предполагать важное генетическое значение Цайдама, отделяющего от окраинных гор Тибета, составляющих систему К.-луня, пояс гор к С: Нань-шань и его продолжение к З пояс Алтын-тага. В гигантских поднятиях на 3 от Раскем— дарьи (западная оконечность К.-луня) сталкиваются три величественные поднятия Азии: Тибета, Памира и Ирана. Главная цепь Каракорума, Мустаг, сливается с главным хребтом Иранской горной системы — Гундукушем, в виде целого пояса горных хребтов, относительно пониженных так назыв. Пушты-хар (Pusht-i-khar — ослиный хребет); к СВ от этого скучивания находится и соединение К.-луня с хребтами Памирского нагорья. Рихтгофен полагал, что меридиональный хребет Гумбольдта, Болор, составляет продолжение цепи Дапсангской, как части системы Гималая, хребты которого, изменившие свое направление в WNW — OSO при слиянии с К.-лунем (в долине Каракаш-дарьи), снова принимают направление SO — NW и с таким простиранием, огибая западную оконечность К.-луня (около. 76½), подступают к хребтам Памира (простир. WSW — ONO), с которыми образуют, быть может, такое же окучивание (Донгнын-баш-памир), как Мустаг с Гиндукушем. С этой точки зрения меридиональный хребет Болор, или Кизил-арт (Кашгарские горы), представляет как бы совокупность оконечностей расчлененной системы параллельных хребтов Памира простирания WNW — ESE. Зюсс, отметив, что хребты Гималая при столкновении с Гиндукушем отклоняются к SW, т. е. в направлении этого хребта, а параллельные цепи Памира продолжаются почти непрерывно до Кизил-арта, высказал иной взгляд на западную оконечность К.-луня, который от своего первоначального WNW — ESE направления, изгибаясь к С в NW — SE, образует Кизил-арт. Новейшие исследования (Богданович) подтверждают такое представление. Согласно таким воззрениям, западную оконечность К.-луня приходится передвинуть дальше к СЗ, почти до 74½ в. д. и 40° с. ш., где к оконечности К.-луня, примыкают складки Заалайских и Тянь-шаньских гор. Такое же нарушение прямолинейности К.-луня, как только что указанное для западной оконечности, обнаруживается, по новейшим данным Лечи, и на восточной оконечности, где система К.-луня, обнаруживая изменение своего простирания из SE в EW и ENE, находит свое естественное продолжение в поясе Японских о-вов.

Литература. Richthofen, «China» (1877 г.; I, стр. 223—272 и многие другие; II, 1882, стр. 17, 517, гл. XII и другие; атлас); Schlagintweit, «Reisen in Indien und Hochasien» (1880, IV и V; природа, высоты, астр. пункты); Cl. Markham, «Travels in great Tibet» («Geogr. Magazine», 1875) — резюме путешествий пундитов; Wichmann, «Die Reise des Panditeu A.-K. durch das östliche Tibet» (1878—82; «Peterm. Mittheilungen», 1885, стр. 1; с картой значительной части Тибета); Пржевальский, «Монголия и страна тангутов» (1876); «От Кульджи за Тянь-шань и на Лоб-нор» (1876); «Третье путешествие в центральной Азии» (1883 г.; карта); «Четвертое путешествие в центральной Азии» (1888 г.; карта); Suess, «Das Antlitz der Erde» (1885 г., седьмой отдел, общие выводы): Wegener, «Versuch einer Orographie des Kwen-lun» (1891; литература, карты, общие выводы); Богданович, «Геологические исследования в Восточном Туркестане» («Труды» тибетской экспед. Певцова, II, 1892); Певцов, Богданович, Громбчевский, Грум-Гржимайло — карты, съемки, схематические изображения, высотные данные, астроном. пункты в «Изв. Имп. Геогр. Общ.». T.XIV (1889, вып. VI; т. XXVI, 1890, вып. 1: т. XXVII, 1891, вып. IV и VI; т. XXVIII, 1892, вып. I); Bonvalot, «De Paris au Tonkin à travers le Tibet inconnu» (1892, природа, карта, высоты); Wegener, «Die Entschleierung der unbekanntesten Teill von Tibet und die tibetische Centralkette» («Festschrift Ferd. Freiherrn von Richthofen», 1893, стр. 385—418; там же карта Fischer’a: Osts-Asien, 1 : 10000000 для обозрения восточного К.-луня и части среднего).

.

ЭСБЕ:Горы