Курган Мариси (Мицкевич; Минаев)
Чужеземец.

Там, где Неман в берег плещет,
Там, где луг прибрежный блещет
Под росой, — курган зелёный
Вижу, снизу окружённый
Как венком густою кущей
Роз, малиною цветущей,
И увенчанный цветами
Да черёмухи кустами.
Три дорожки от кургана
Разбежались, беспрестанно,
Как три змейки извиваясь
То налево, то направо;
Третья, — к хате направляясь.
И хотелось бы мне, право,
Знать, красавица, что это
За курган? Я жду ответа.
На вопрос мой отзовися.

Девушка.

Вся деревня не забыла:
В хате той жила Марися
Этот холм — её могила.
По одной тропинке милый
Ходит плакать над могилой,
По другой же — мать седая,
А подруга молодая
По дорожке третьей бродит…
Вот и солнышко восходит:
Все они сберутся вскоре,
Их привычка неизменна.
Спрячься в куст, и непременно
Сам ты их увидишь горе.
Вот, смотри, идёт и милый,
Неутешный и унылый.
И старушка,
И подружка —
Все несут цветы и плачут.

Ясь.

Что такое это значит!
В голубой небесной выси
Уже солнце заблистало,
А всё нет моей Мариси.
Ил она ещё не встала?
О, Марися дорогая,
Жду тебя! Иль рассердилась
Ты за что и, избегая
С милым встречи, быстро скрылась?
Нет не то. Ты не забыла
Про меня и не сердилась,
Нет, взяла тебя могила;
Ты со мною распростилась,
И из нас один другого
Не увидит в мире снова.
Спать ложился я бывало и был весел бесконечно,
Зная, что опять с Марисей завтра встречусь я конечно,
И тогда спалось мне сладко. А теперь здесь спать я стану,
Головой склонясь к кургану,
И её во сне увижу, может быть, закрывши веки;
Может статься, здесь придётся мне глаза закрыть навеки.
Прежде много я трудился:
Всюду Яся поспевает! —
Мною мой отец гордился,
А теперь он голодает;
Я же… Эх, мне до того ли!..
Пусть хлеба погибнут в поле,
Пусть в стогах сгнивает сено,
Пусть нет в хате дров полена,
Перегрызли волки стадо —
Без Мариси мне не надо
Ничего! Напрасно сваты
У моей толкутся хаты,
Нет! С тоской моей глубокой
Я отправлюсь в путь далёкий,
И никто, хоть мир обрыщет,
В нём скитальца не отыщет.
За горами, за полями,
Буду биться с москалями,
Чтоб они меня убили.
Ты, Марися, спишь в могиле!..

Мать.

Для чего я поздно встала?
В поле уж людей немало…
Ты, Марися, как бывало,
Мать свою не будишь ныне…
Я всю ночку прорыдала,
Волю дав своей кручине,
И лишь утром задремала…
Мой Семён встал до рассвета
И уж косит в поле где-то,
А меня, знать, пожалел он
Разбудить, — не пил, не ел он
И ушёл… Коси, работай,
Я ж останусь здесь с охотой,
Для меня наш дом — постылый.
Кто к обеду всё наладит?
С нами кто за стол присядет?
Нет на свете дочки милой!
При тебе, когда жила ты,
Не ушла бы я из хаты.
Были в хате вечеринки,
Собирались хлопцы, девки,
Были веселы зажинки,
Веселей ещё досевки…
Без тебя ж вкруг нелюдимо.
Люди все проходят мимо,
Лучше их к себе не кликай;
Двор зарос травою дикой,
И о нас все позабыли…
Дочь моя лежит в могиле.

Подруга.

Рано утром как подруги
Здесь бывало мы болтали,
И друг другу поверяли
Наши тайны на досуге.
Ранней утренней порою
Не придёшь сюда ты снова.
Душу я пред кем раскрою,
Горе высказать готова?
Мне с тобою как с сестрою
Грустью, счастьем не придётся
В мире этом поделиться:
Грусть всё грустью остаётся
Да и в счастье мне сдаётся,
Не могу я веселиться.

Чужеземец, эти речи
Слыша, втайне прослезился
И, вздохнув о грустной встрече,
В лодку сел и удалился.

Поэзия Адама Мицкевича
Польская поэзия, малые формы
Переводы, выполненные Дмитрием Дмитриевичем Минаевым

pl:Poezye/Kurhanek Maryli