ЭСБЕ/Мариво, Пьер-Карлэ
Мариво (Пьер-Карлэ де Шамблэн de Marivaux) — известный франц. драматург (1688—1763), принадлежал к нормандской судейской аристократии. Образование получил довольно небрежное. Рассеянная жизнь и потеря на бумагах при банкротстве Ло скоро сделали его бедняком. Это побудило его пуститься в литературу; он принял горячее участие в споре о преимуществах литератур древней и новой, утверждая, что надо следовать духу времени и обходиться без авторитетов. М. откровенно признавался, что ему лично Фонтенель несравненно более близок, чем Виргилий, а старика Гомера он охотно променяет на Ла-Мотта. Введенный в литературный кружок г-жи де Тансэн, М. представил на суд его шуточные поэмы, написанные в осмеяние древних классиков («L’Homère travesti, ou l’Iliade en vers burlesque», 1716; «Télémaque travesti», 1736). Произведения эти в публике успеха не имели, равно как и трагедии «Смерть Аннибала» и комедия «L’amour et la vérité» (1720). Эти неудачные попытки убедили М., что строить творчество на одной выдумке нельзя, не рискуя смешаться с толпой заурядных писак, но следует искать вдохновения в наблюдательности. В ожидании накопления жизненного материала М. сотрудничает в «Меркурии», подписывая свои статьи псевдонимом: «современный Теофраст», а с 1722 г. предпринимает периодический сборник «Spectateur français» (по образцу английского «Spectator»), скоро прекратившийся, в 1727 г. возобновленный ненадолго под заглавием «L’Indigent philosophe», а в 1734 г. опять появляющийся под новым названием: «Le Cabinet du philosophe» и окончательно прекращающийся на 11-м листе. Несмотря на отрывочный и афористический характер статеек, журналы М., в общем, остроумны и заключают в себе немало самобытных мыслей. Истинным призванием М. был, однако, театр. Comédie Française придерживалась в то время серьезного репертуара, преимущественно трагического, и давала пьесы Кребильона отца, Дюфрени, Детуша и Вольтера. В одном из предместий ютился так наз. «Ярмарочный театр», в который поставляли веселые комедии с куплетами даже такие авторы, как Лесаж и Пирон. Середину между обеими сценами занимал Театр итальянский. Первоначально итальянцы давали представления по-французски и по-итальянски, наполовину импровизируя их по определенному заранее плану; но публика относилась к Comedia dell’arte (см.) холодно, и итальянцы покинули Париж. Регент, в 1715 г., призвал их опять, и они стали играть заранее написанные французские пьесы, от прежней же Comedia dell’arte удержали неизменные прозвища для разных типических амплуа — Арлекина, Коломбины и т. д. Этому Итальянскому театру М. был обязан первыми успехами. Первая комедия М. в самобытном роде носит название «Surprise de l’amour» (1722). Автор долго еще бродит ощупью, прежде чем достигает совершенства в создании маленьких изящных произведений. Сначала Théâtre Français упорно отказывался ставить на своей сцене прозаические комедии М., так как, по старинным заветам, допускал в своем репертуаре лишь высокую комедию, обязательно в 3-х актах и в стихах; тем не менее, и он принужден был уступить общественному мнению. «Le triomphe de l’amour», «Les serments indiscrets», «L’école des moeurs», «L’heureux stratagème», «La Méprise», «Le Leg», «Les fausses confidences» и «L’épreuve» проявили в полном блеске изящество таланта М. и признаются за образцовые творения в литературном жанре, созданном М. Сам М. определяет своеобразное творчество свое как «тщету (néant), более или менее остроумную», а Вольтер говорит, что М. забавляется взвешиванием невесомого на весах, сплетенных из паутины. Действительно, в противоположность Мольеру, М. в подробности отмечает тончайшие оттенки чувствований своих действующих лиц; вместе с тем, у него господствует постоянно один и тот же слог, крайне необычный. Если у Мольера всякая сцена воплощает самую природу, то М. является как бы комментатором к природе. При подобных приемах, конечно, в комедиях его остается мало простора для действия и чувства. По верному определению Сент-Бёва, «в комедиях М. часто все вертится на простом недоразумении, ловко затягиваемом и осложняемом. Узел, с которым играет автор, теребя его во все стороны, в сущности, мог бы быть развязан в любую минуту, если бы только приняться за дело основательно, но это не входит в расчет М. — и вот, эта-то именно игра, усеянная изящными эпизодами, и нравится изощренным умам». Тот же критик заметил, что М. особенно охотно изучает действие самолюбия на любовь. Изредка М. восстает против привилегий, осмеивает знать и денежных тузов, но лучшие и многочисленнейшие его комедии посвящены изучению «сердечных тревог». У Реньяра, Детуша и Мольера женщина редко появляется на первом плане; М., наоборот, сосредоточивает свое изучение именно на женщине, как на центре, к которому тяготели все интересы суетной и рафинированной жизни салонов XVIII в. М. хорошо знает царство кокетства и освещает в нем малейшие закоулки. Отсюда излишество в характеристиках, описаниях, размышлениях, слоге; отсюда бесконечные извивы, через которые М. проводит всякую свою мысль. Навык кропотливо разглядывать мелочи делает М. близоруким. Постигая тонкости и изощренности, он превращается в хемницеровского метафизика: ему словно неведомо истинно поэтическое чувство, величие, возвышенность. В действительности сердечная жизнь М. сложилась очень скромно: он женился на девушке из почтенной семьи, потерял ее после двух лет счастливого брака, сильно горевал, а впоследствии, затрудняясь воспитанием и устройством единственной дочери-бесприданницы, согласился на вступление ее в монастырь, куда за нее сделал внос герцог Орлеанский. Кроме приятельских отношений М. к салонам г-ж де Тансэн, Жоффрен, Гельвециус, скандальная хроника не отмечает за ним ни единой интриги или серьезной связи. Не без успеха выступал М. и в области романа. В «Marianne ou les aventures de la Comtesse ***» (1731—36) верно и тонко изображена светская жизнь. «Le Paysan parvenu» (1735) имел крупный успех в публике. «Le Don Quicliotte Moderne» (1737) — переделка на современные нравы бессмертного произведения Сервантеса. — Несмотря на непростительные с точки зрения пуристов новшества и особенную нетерпимость в этом отношении Французской академии, М. попал в «бессмертные» в 1743 г., покровительствуемый кружком г-жи де Тансэн. На вступительную речь нового академика отвечал санский архиепископ Лангэ де Жержи, сказавший между прочим: «Кто читал ваши сочинения, утверждает, что они превосходны; что до меня, то я и не хочу, и не должен с ними знакомиться». Эта клерикальная выходка была тем менее уместна, что М., составляя исключение из современных ему писателей, нигде в сочинениях своих не проявляет чувственности и цинизма. Вступление в Академию совпало для М. с полным почти прекращением литературной деятельности. — Человек безусловно честный и до щепетильности правдивый, в начале жизни робкий, самолюбивый и испытавший ряд неудач, М. замкнулся в своей скорлупе. Равнодушный к общественным интересам, он не искал ни почета, ни богатства и довольствовался пенсиями, которые ему предоставили Людовик XV и откупщик Гельвеций. Произведения М. ныне большей частью забыты, но лучшие из салонных его комедий держатся еще на французских сценах и смотрятся, при хороших исполнителях, с удовольствием; они нашли себе изящные подражания в некоторых произведениях Альфреда де Мюссэ и Октава Фелье. «Oeuvres complètes» М. появились в 1781 г.; в более полном виде были переизданы Duviquet в 1827—30 гг.; избранные сочинения повторены в 1862—65 гг. Ср. Мариводаж. См. «Esprit de M. ou Analectes de ses ouvrages» (Пар., 1769); d’Alembert, «Eloge de M.» (в «H. des membres de l’Ac. Fr.», т. VI); De Barante, «La littérature fr. pend. le XVIII s.»; Duviquet, «Notice s. M.» (в его издании «Oeuvres de M.»); S.-Beuve, «Causeries du lundi» (т. IX); G. Larroumet, «Marivaux, sa vie et ses oeuvres» (1882); J. Fleury, «Marivaux et le marivaudage» (1881); Brunettère, «L’Evolution des genres dans l’histoire de la littérature» (1890); Faguet, «Dixhuitième siècle, études littéraires» (1890).

ЭСБЕ:Персоналии
ЭСБЕ:Драматурги
ЭСБЕ:Французская литература
Пьер Мариво