ЭСБЕ/Епископ
Епископ (Έπίσκοπος — буквально надзиратель, блюститель) — в древней Греции это имя носили политические агенты, которых Афины посылали в союзные государства для наблюдения за выполнением ими союзных договоров. В христианском мире это название усвояется третьей, высшей степени церковной иерархии, совмещающей в себе всю полноту апостольской власти. Не только в Святом Писании, но и в творениях отцов церкви II и III века, по причине не установившейся еще терминологии, название епископа часто усвояется пресвитеру, а иногда (например, Деян., I, 20) апостолам и даже (например, I Петр., II, 25) самому Иисусу Христу; наоборот, пресвитерами нередко именуются епископы и апостолы. Несомненно, однако, что епископство, как особая, высшая степень церковной иерархии, учреждено еще в век апостольский. По блаженному Иерониму, название епископа, в специальном смысле слова, получило начало после беспорядков в коринфской церкви (около 60 г.), вызвавших Послания апостола Павла к коринфянам. В послании Климента Римского (6 9 г.) имя Е. употребляется еще в применении и к пресвитерам. Игнатий Антиохийский († в 107 г.) и Тертуллиан (около 200 г.) употребляют название епископа в нынешнем значении этого слова. Уже в так называемых пастырских Посланиях апостола Павла к Тимофею и Титу, писанных в 65 и 66 годах, епископство является ясно очерченным во всех существенных своих чертах, с вполне обозначенными отличиями его от пресвитерства, как и от апостольства. Оно представлено здесь как завершительный акт устроения церкви, выразившийся в образовании поместных церквей (коринфская, галатийская, фессалоникийская, ефесская, критская), для которых и были поставлены епископы, с их отличительным правом поставлять, через рукоположение, пресвитеров и диаконов. В отличие от пресвитеров, управлявших общинами под непосредственным наблюдением апостолов, Е. являются самостоятельными и полномочными правителями церквей. От апостолов, с другой стороны, они отличаются тем, что призванием первых было устроение церкви вселенской, для чего им даны были чрезвычайным благодатные дарования от самого Иисуса Христа (Лук., VI, 13), а епископам, призванным к управлению церквами поместными, дана, через апостолов, лишь полнота благодатных даров таинства священства. В первый момент истории церкви апостолы (например, апостол Иаков в Иерусалиме), сначала всецело, а потом большей частью, сами отправляли в церкви функции епископского надзора и пресвитерского служения, имея при себе лишь диаконов; затем они учредили степень пресвитеров (о ней в первый раз упоминается через десять лет после учреждения диаконов; Деян., XIV, 23), а после всего уже епископов, как своих заместителей и преемников в основанных ими поместных церквах. Эти первые епископы были вполне независимы в своих действиях, образуя, под верховной властью апостолов, один чин равных друг другу высших представителей церквей. Строгого разграничения епископий в первое время не было. Средоточием церковного управления сначала был Иерусалим (Деян., XI, 22; XV, 2, 22; XXI, 17-19; Гал., II, 12 и др.). Позже, вне Иудеи особенным уважением пользовались церкви, основанные непосредственно апостолами. Свои названия эти церкви заимствуют или от гражданских округов (например, церкви азийские), или от части округа или провинции (например, церкви македонские), или от главного города округа (например, церкви фессалоникийская, ефесская). Среди нескольких епископов целой области еще при апостолах епископ главного ее города представляется главным. Так, оставляя церкви Азийского округа, апостол призывает к себе пастырей главного их города — Ефеса, чтобы через них преподать наставления для всех пастырей округа; желая дать распоряжение для церквей Ахаии, он обращается с речью к церкви ее главного города, Коринфа. Существенной принадлежностью епископского управления в век апостольский является существование при нем совета пресвитеров (πρεσβυτέριον), который, впрочем, не имел сам по себе ни законодательной, ни судебной, ни церковно-административной власти, а был совещательным и исполнительным органом епископского управления. В следующий за веком апостольским период церковной истории каждая этнографическая разновидность, из вошедших в состав Греко-Римской империи, составляет отдельную поместную церковь, которая имеет в своем составе несколько епископских округов, состоящих из так называемых парикий (παροικια) — епископий наименьших размеров, так что епископии имелись не только в главных городах провинций, но и в малых городах и даже иногда в незначительных селениях (см. Епархия). Число их, чем дальше, тем больше умножалось, по мере увеличения числа христиан среди той или иной народности. В конце IV века соборами Лаодикийским (правило 57) и Сардикийским (правило 6) было запрещено без особенной нужды умножать число епископий и ставить епископов в малые города и селения. Хотя и равные между собой, епископы каждого народа отдают преимущество чести первому между нами, каким считался сначала старший по времени рукоположения, позже — старший по важности города, в котором он епископствовал (в церковном или в гражданском отношении). Преимущество чести перешло в преимущество власти: апостольское правило (39-е) усваивает старейшему епископу право наблюдения за тем, чтобы правящая деятельность каждого епископа не выходила за пределы его епископского округа, хотя в то же время и первенствующему епископу правила эти запрещают делать какие-либо распоряжения, касающиеся целой церкви поместной, без согласия всех ее епископов. Так возникли в церкви учреждения: с одной стороны — первенствующего епископа (примаса), с другой стороны — соборов, как высшей инстанции в управлении поместной церкви, прототип которой был дан еще в апостольском иерусалимском соборе (в 51 г.). В первобытной церкви существовало выборное начало при поставлении епископов. Народ и клир епископии после предварительного совещания намечали кандидата на сиротствующую кафедру и представляли его собору епископов области, который, по удостоверении в его добрых качествах, требуемых церковными правилами, посвящал его в епископы. Это участие клира и мирян в избрании Е., чем дальше, тем больше ослабевало. В конце VI века оно было ограничено участием в выборах лишь клира и лучших граждан, которые избирали трех кандидатов и представляли их митрополиту, для выбора и постановления одного из них. В XII в. избрание епископов происходило уже вовсе без участия мирян и клира, собором одних епископов, который выбирал трех кандидатов и представлял, для окончательного избрания одного из них, митрополиту; при замещении кафедры митрополита — патриарху; при замещении кафедры патриаршей — императору.

В русской церкви до середины XV в. митрополиты избирались в Константинополе. После падения Константинополя русские митрополиты, а потом патриархи, избирались собором русских пастырей в том порядке, какой соблюдался в Константинополе. Избрание епископа в удельно-вечевой период зависело от митрополита с собором и стольного князя. В Новгороде избрание «владыки» было делом веча и высшего духовенства города: окончательный выбор из трех кандидатов, избранных вечем, производился посредством жребия. Со времени утверждения в России единодержавия, все епископы избираются высшей церковною властью (прежде — соборами, под председательством митрополита или патриарха, ныне — св. синодом) и утверждаются Высочайшею властью. Память о существовавшем в первобытной древности участии клира и мирян в избрании Е. доселе живет в существующем чине епископского посвящения, а именно в троекратном пении клиросом (изображающим при богослужении народ) слова: аксиос, т. е. достоин (избранный — епископства).

Епископская власть, как она предначертана в св. Писании и первоначальных, основных, канонах церкви, в древности всегда была предметом особенно заботливой охраны со стороны церкви. «Без епископа ни пресвитер, ни диакон ничего да не совершают». «Без Е. нет церкви». «Кто не с Е., тот не со Христом». Позже Е. усвояется название начальников церкви — principes ecclesiae, άρχοντες έκκλησιών. После того как христианство получило покровительство светской власти, разные права Е. и взаимные их отношения начинают занимать много места в соборных постановлениях. Подробная регламентация иерархических отношений была совершенно необходима, ввиду значительного числа епископов и дробления епархий. Из первоначальной, церковно-общинной, формы, когда Е. управляет епископией отечески, широко пользуясь содействием не только совета пресвитеров, но и самой паствы, возникает мало-помалу сложная организация, в которой власть Е. является обставленной целой системой бюрократических должностей и учреждений («эконом» и «великий эконом», «скевофилакс» и «великий скевофилакс», «хартофилакс», «великий хартофилакс» и т. д.). Эта поместная (византийская) форма церковного управления в позднейшее время (в России) изменилась в епископально-консисториальную, в которой первоначальный образ Е., как он предначертан в посланиях апостольских и разъяснен в последующих канонических постановлениях соборов вселенских и поместных, сохранен ненарушимо.

Развитие внешнего иерархического строя всей церкви совершалось, с древнейших времен, в следующих формах. Вышеупомянутые первенствующие Е., если они получали свои преимущества чести и власти, потому что были епископами главных областных городов, называвшихся, на гражданско-административном языке, митрополиями, получали титул митрополита, который, по мнению одних, был им усвоен лишь со времени Никейского собора (профессор Н. Заозерский), по мнению же других (профессор Н. Суворов, вслед за анонимным автором статьи «Православного Собеседника», 1858 г.: «Обозрение форм поместного управления») — значительно раньше. Несомненно, что те права и преимущества, какие соединены были с этим титулом, были присущи некоторым областным Е. еще в III в. Киприан, кроме Карфагена, считал под своего властью Нумидию и обе Мавритании; Ириней Лионский был областным иерархом всей Галлии; епископы Александрии управляли церквами Египта, Ливии и Пентаполя. Е. ефесский имел местное значение в церквах малоазийских, кесарийский — в палестинских, римский — в западных. 1-ый вселенский собор название митрополитов усвоил Е. Рима, Антиохии, Александрии и Кесарии, недостаточно точно разграничив при этом пределы их областей, которые не раньше как 2-м вселенским собором были приурочены к гражданско-административному делению Греко-Римской империи. Митрополичьи преимущества чести (но не власти) были усвоены также Е. новой столицы — Константинополя. Чтобы согласовать права митрополитов разных категорий (митрополитов епархий и митрополитов диоцезов), второй вселенский собор определил важные церковные дела в каждой области решать собором всех Е. области. Права митрополитов были следующие: 1) он наблюдал за церковным порядком всей провинции и за своевременным замещением в ней вакантных епископских кафедр и управлял делами последних до избрания Е.; при избрании совершали рукоположение вместе с Е. области; 2) созывал поместные соборы и председательствовал в них; 3) принимал жалобы и доносы на Е. области и устанавливал порядок суда над ними; принимал апелляции на суд епископский, даже на решение нескольких Е.; 4) Е. области ничего важного не могли предпринимать без его согласия и должны были возносить его имя в своих молитвах; 5) он имел право посещения и обозрения всех епископий своей области; 6) никто из духовных лиц без дозволительной грамоты за его подписью не имел права являться ко двору; 7) он объявлял в своей области царские постановления по делам церковным. В то же время власть митрополита имела ограничения: он не должен был простирать своих притязаний далее пределов своей области; в делах, касающихся целой области, он ничего не мог сделать без согласия собора Е. области, на котором, в случае разногласия, дела решались не его голосом, а большинством голосов; он не мог судить Е. без собора, сам же был и поставляем, и судим собором своих Е.; его приговоры, хотя бы постановлены были совместно с собором, подлежали апелляции к большему областному собору (позже — к патриарху). Кроме Е. главных городов, волей императора в звание митрополита были возводимы Е. и малых городов, хотя это звание было в таком случае лишь титулом. Когда при новом административном делении Греко-Римской империи (при Константине Великом) главные города области сделалась столицами диоцезов, Е. этих столиц, имевшие власть над другими Е. целого диоцеза, получили, кроме звания митрополита, титул архиепископа. Если в диоцезе было несколько подведомственных архиепископу митрополитов, перед которыми он имел преимущества места и чести, то он носил название экзарха (у западных канонистов — primas dioceseos). Наконец, когда влияние экзархов (см.) на ход церковных дел в диоцезе, имевшее сначала характер обычая, развилось до степени права, вселенские соборы утвердили за старейшими митрополитами диоцеза полную церковную власть над всеми Е. диоцеза и создали новую высшую степень иерархии — патриаршество. Во время второго вселенского собора титул патриарха был еще лишь почетным названием. Окончательно экзархи обратились в патриархов, т. е. получили власть безапелляционно и в последней инстанции решать все церковные дела целого округа, не раньше как на Халкидонском соборе, в 451 г. Собор этот не установил каким-либо особым правилом ни титула, ни сана патриарха — но он употребил этот титул, и с тех пор вошло в обычай в церкви титуловать именем патриарха пять иерархов, совмещающих в себе права высшей церковно-правительственной юрисдикции. Каким бы титулом, впрочем, ни именовался Е. — архиепископом, митрополитом, экзархом, патриархом и т. д. — и как бы ни видоизменялось его гражданское положение, первоначальное догматическое учение о нем, как о представителе высшей, третьей степени церковной иерархии, остается неизменным. При избрании и посвящении его неизменно соблюдаются правила, постановленные на этот предмет в древних церковных канонах. Согласно 12 правилу VI вселенского собора, он должен быть безбрачен, хотя это и не значит, что он должен быть непременно посвящен в монашество (что, впрочем, вошло в обычай с давних времен). Особенным правом и должностью епископского сана служит право рукополагать в диаконы, пресвитеры и Е., поставлять в низшие должности клира, освящать св. миро для совершения таинства миропомазания, освящать храмы, с возложением в них мощей, и антиминсы. Власти Е. подчинены все члены церкви, находящиеся постоянно или временно в пределах его епископии, все учреждения православной церкви, духовно-учебные заведения и церковно-приходские школы, отчасти и школы других ведомств, монастыри епархии (за исключением так называемых ставропигиальных), братства и церковно-приходские попечительства. Епархиальный архиерей выдает священникам и диаконам ставленные грамоты; постригает или разрешает постригать в монашество; разрешает построение церквей в селах и городах (кроме столиц) и перестройку обветшавших храмов, за исключением древних (которые могут быть возобновляемы лишь с разрешения и при участии Императорской археологической комиссии), устройство домовых храмов (кроме столиц), молитвенных домов и часовен. Перемещение Е. из одной епархии в другую совершается не иначе как по инициативе святейшего синода; по силе 14 и 15 правил апостольских, просить о том самому Е. запрещается.

Ср. проф. Н. Заозерского, «О священной и правительственной власти и о формах устройства православной церкви» (М., 1891); проф. Н. Барсова, «О времени учреждения иерархии в церкви» (в журнале «Вера и Разум», 1888); А. С. Павлова, «Об участии мирян в делах церкви» (Казань, 1866); «Устройство церковной иерархии» и «Обозрение древних форм поместного церковного управления» (в журнале «Православный Собеседник», 1858); «О степенях священства» и «Происхождение новозаветной иерархии» («Православный Собеседник», 1868).

.

ЭСБЕ:Христианство