Повесть о Мартирии, основателе Зеленой пустыни
Месяца Марта въ 1 день.

Житіе и жизнь преподобнаго отца Мартириа игумена, составльшаго обитель Живоначальныя Троицы въ пределехъ Великаго Новаграда, въ некоеи пустыни, aже нарицается Зеленая, въ лета державы благочестиваго государя царя и великаго князя Іоанна Васильевича, всея Русіи самодержца.

Бе блаженныи сей и преподобныи отецъ Мартиріи отъ пределъ Великаго Новаграда, отъ града нарицаемаго Великихъ Лукъ. Бяше же тогда градъ сей многочеловеченъ зело, славою и богатствомъ иныя грады превосходящъ. Въ немъ же житіе имяше мужъ некіи благочестивъ и боголюбивъ, богатствомъ и добродетельми цветущь, именемъ Козма; бяше же у него супружнеца именемъ Стефанида, отъ нихъ же родися сей блаженныи отрокъ, и нарекоша имя ему Мина; второе же породиша его банею святаго крещенія и въ добре наказаніи воспиташа. Достигшу же ему осмаго лета возраста своего, вдаша родители его въ наученіе грамоте. Сему же книжное ученіе бе неспешно. Егда же изучися псалмомъ, тогда родителіе его отъ житія сего преставистася къ Богу; сей же блаженный отрокъ со псалмы и песньми надгробными гробу ихъ предаде и въ землю скры; прослезився же, рече: се отецъ мой и мати моя остависта мя, Господь же воспріятъ мя, и ныне кто терпеніе мое — не Господь ли? и спасеніе мое — не Богомати ли? И тако отрокъ онъ ко Крепцей Помощнице зъ Богомъ всю надежду и упованіе возложивъ, ко спасительнымъ стезямъ направися: неотступно пребываше во храме Божіей Матери, честнаго Ея и славнаго Благовещенія.

Бе же тогда храма того служитель іерей некій именемъ Борисъ. Сей убо, яко пастырь добрый, всегда печашеся о порученнемъ ему стаде, и вся люди наказуя, учаше отъ Божественныхъ писаній, въ разумъ истиныи приводя. Блаженныи же Мина, видевъ таковое іерея непрестанное прилежаніе и поученіе къ людемъ, Божественныя любве наполняяся, и духовную ревность, яко елень желаше присно наслаждаюшаго источника немутныя воды, и неленостно прилежаше того ученію день и пощъ, безпрестани спасительная словеса на сердце си влагаше, плодствуя въ себе семя духовное. Сей же прежде реченный іерей Борисъ, видевъ таковое тщаніе юноши ко ученію, дивляшеся вельми, и во единъ отъ дніи отъ некоего откровенія проразуме хотящая сему быти напоследокъ и рече: да возсіятъ ти, чадо, светъ разума отъ ныне и до века. Отвещавъ же отрокъ, и рече: Буди имя Господне благословено отъ ныне и до века! вемъ убо, честныи отче, яко Спаситель нашъ Христосъ Светъ истинныи, просвещаетъ и освещаетъ всякаго человека грядущаго въ міръ, такоже и вечнаго света и вышняго живота присно ищущихъ и желающихъ наставляетъ і управляетъ на путь разума, на стези царствія; азъ же грешныи зело прегрешихъ, но несть греха, егоже не побеждаетъ человеколюбіе Божіе; сего ради и азъ не отчаяваюся своего спасенія. О сицевыхъ словесехъ удивися іереи и рече: блаженъ еси, чадо, и добро тебе будетъ! уповай на Бога, и Той тя наставитъ на вся полезная; проразумехъ мудрость души твоея и доблесть мужества твоего, еже къ Богу, — немедленно будеши пріяти иноческіи образъ отъ недостойныхъ рукъ моихъ. Отрокъ же, поникъ и долу зря, дивляшеся о таковомъ прореченіи іерея, и рече: Отче, прости мя грешнаго и помолися о моемъ недостоинстве. И тако разыдостася. И паки на многи дни совокупльшеся ко оному іерею ради поученія многъ народъ, такоже и блаженныи Мина не оставляшеся, но съ великимъ тщаніемъ послушаше его, и въ домъ часто къ нему притекая, духовнаго отца его себе учинити сподобися, сему же іерею паствящу люди многая лета не яко наемнику, но яко истинному пастырю, по преданію святыхъ отецъ. Видевъ же его таковое устроеніе і еже о людехъ попеченіе, и въ молитвахъ совершенное исправленіе, спасенія всехъ рачитель и всевидецъ Богъ, восхоте того на большіи подвигъ привести и светлейша светильника себе поставити, яко да чистейше себе злато явитъ огнемъ искушенно. Во единъ отъ дніи супружница его впаде въ телесный недугъ и мало поболе, вечнымъ сномъ yспе. Онъ же безъ всякаго сумненія, благодаря Бога, тело ея песньми почетъ, въ землю скры, самъ же именіе свое все раздая нищимъ, удалитися хотя міра и всего яже въ немъ пристрастія, желаше иноческимъ житіемъ присвоитися Богу, еже и бысть. По мале убо времени, изыде изъ града, якоже Авраамъ отъ отчества своего, и достиже обители святыхъ чюдотворецъ и безсребренниковъ Козмы и Даміана, яже имеетъ малое разстояніе отъ града, и тамо остризаетъ власы главы своея, вкупе же и долу влекущая мудрованія; и нарекоша имя ему Боголепъ. И нача тамо жестокимъ постнымъ житіемъ тело свое удручати: любяше выше меры келейное правило и всенощное стояніе, и на земли леганіе и коленное поклоненіе, слезы же ему быша яко источникъ непрестанно кипящій; бяше же и безлобивъ и всехъ послушаше во всемъ, и никомуже вопреки глаголаше что. Сего ради отъ всехъ любимъ бяше: начаша похваляти его, дивящеся добродетелемъ его, и во образъ имеяху его себе. Блаженный же Мина часто прихождаше къ нему и духовная ученія пріимаше. Іерей же той никогдаже его тща отпущаше, но съ радостію поучаше, видяше бо на немъ благодать Божію сіяющу. И по мале, того Боголепа начаша сущіи тогда тамо игуменъ и братія умоляти, яко да пріиметъ первый чинъ священства. Сему же не хотящу, но Богу наставляющу, яко да явитъ себе служителя избранна, и некоея ради вины абіе священства сподобляется, и всегда недостойна себе самого мняше, большимъ подвигомъ себе вдаде. И въ таковемъ устроеніи пребысть въ томъ монастыре неколико летъ: и таковой добродетели его сіяющи, промчеся слава о немъ всюду, и на виденіе его мнози собирахуся. По смотренію же Божію бысть ему иное дело на пользу человекомъ: яко да той возведетъ съ собою къ Богу многи души спасаемыхъ.

Есть бо во стране той другій монастырь, въ немъ же церковь преподобнаго отца нашего Сергія Радонежскаго. Бысть же той монастырь людскаго ради небреженія и живущихъ ту иноковъ въ запустеніи. И советомъ тамо тогда сущихъ начальниковъ именитыхъ людей, паче же Божіимъ изволеніемъ и преподобнаго отца Сергія чюдотворца молитвами и посещеніемъ, взяша того преподобнаго священноинока Боголепа изъ монастыря святыхъ чюдотворцевъ Козмы в Даміана, и поставиша строителя монастырю преподобнаго Сергія, и кіиждо по силе вдаша ему отъ именія своего сребра на строеніе монастырское. Той же, яко наставляемъ, со всяцемъ тщаніемъ непрестанно труждашеся, и вся потребная монастырю своима рукама приготовляше, и нача тамо жесточайшимъ житіемъ жити. Видевше же людіе добродетельное его и равноаньгелоподобное житіе, къ сему же и монастырское строеніе, начаша къ нему отвсюду приходити и во иноческій образъ отъ него облачахуся. Онъ же никогдаже сумняшеся, но съ радостію вся пріимаше и любовію утвержаше ихъ, еже не отпадати отъ Бога и всю надежду спасенія своего Нань полагати, учаше и о всехъ печашеся, яко чадолюбивый отецъ, къ пути истинному наставляше вся. Симъ же тако бывающимъ, нача обитель распространятися, и бысть многочеловечна зело.

Блаженный же Мина ревноваше во всемъ учителю своему и вся въ наказаніе себе пріемля, и къ своему наставнику прихождаше духовныя ради беседы, и многими словесы отъ преподобнаго Боголепа учимъ бываше, еже воспріяти иноческій образъ и темъ присвоитися Зиждителю. Онъ же вся глаголы учителя своего съ радостію пріимаше и плодствоваше въ себе. По неколицехъ убо днехъ божественныя ревности исполнися и рече къ себе: добре убо Владыка мой и Господь рече: аще и весь миръ пріобрящетъ человекъ, а душу свою отщетитъ, никаяже польза ему есть, и ныне никтоже, возложивъ руку свою на рало и зря вспять, управленъ будетъ въ Царство Небесное; сего ради возму крестъ свой и во следъ пойду Спасителя, и Той ми поможетъ, и совричтуся учителю своему. Сія же же ему помышляющу, бысть къ нему гласъ глаголющій: дерзай, Мино! Онъ же яко услыша се, иде въ домъ свой съ радостію и взя отъ именія своего потребная, прочая же вся нищимъ разда, изыде изъ града, яко же великіи Моисей бежа отъ Египта, и пресече страстное море житія сего жезломъ безстрастія веры своея, земли обетованныя, въ нейже хотяше вселитися, доиде — до обители преподобнаго Сергія, идеже учитель его блаженный Боголепъ живяше; и пришедъ къ келіи его, сотворивъ молитву по обычаю. Онъ же, отверзъ двери келіи своея, съ радостію пріятъ его и благословенію сподоби. Седе же абіе и начатъ вопрошати его, глаголя: чесо ради, чадо, пришелъ еси ко мне грешному, и чесо у мене требуеши? Блаженный же Мина отвеща: пріидохъ, отче, сего ради, яко да спасеши душу погибшую и да сподобиши мя пріяти ангельскій образъ; хощу бо сожитель быти твоей святыне, якоже предреклъ еси; добро бо есть и полезно и всякія благости исполнено есть житіе се, сего ради со тщаніемъ притекохъ ко твоей святыне, яко да не лишенъ буду Царствія Небеснаго и да не буду отъ злаго зверя діявола злымъ зверемъ похищенъ и твоего благословенія удаленъ: многами бо волнами житія сего погружаемъ, пристанища же благоутишна не имамъ разве твоея любве. Преподобныи же Боголепъ умиленнымъ лицемъ воззревъ на юношу, и рече: чадо, вижу тя, яко не своею волею на се благое теченіе устремился еси, но отъ некія Божествевныя силы наставляемъ пришелъ еси ко мне семо; не скрый убо отъ мене грешнаго отца своего, но повеждь ми, аще истинно хощеши къ сему христоносному пріити житію? Блаженный же Мина, прослезився, и рече по ряду вся яже о себе: и како пріиде ему о семъ благій помыслъ на сердце, и како пріиде, услыша божественныи онъ свыше гласъ дерзати о семъ повелевающъ. Преподобныи же Боголепъ, услышавъ таковый юноши здравый смыслъ и слово пріятно иноческаго житія, и рече: ныне убо, чадо, истинно отъ твоего произволенія добре уведехъ; но убо мужайся и дерзай, яко да победиши міра и вся яже въ немъ; верую бо Богови, яко имаши наследовати блаженство древнихъ преподобныхъ отецъ и воздвигнути имаши храмъ въ непроходней пустыни, и въ ней многія дyши спастися имуть тобою; благословенъ Богъ, Иже вся на пользу ко спасенію нашему строя! И абіе по обычаю огласивъ его, облече во иноческій образъ и нарече имя ему Мартирій.

Вся постническаго житія подвиги и труды собою показоваше, церковная же пенія и келейныя молитвы и коленопоклоненія творяше и духовная ученія всячески сказываше ему, і яко въ сихъ пребывающіи не отпадоша славы Божія, вся же искушенія діяволя, прескорбнаго и теснаго пути озлобленія и напасти, доблестнее пребывати Царствія ради Небеснаго. Онъ же со всяцемъ вниманіемъ послушаше отца своего во всемъ, не презирая ни единагоже словесе, но вся собою исправляше. Преподобный же Боголепъ виде во иноческомъ житіи искусна, повеле ему у себя вкупе съ собою въ келіи пребывати и постави его въ церкви ключехранителемъ. И начаша единодушно всячески подвизатися къ Богу, другъ друга преспевающе въ добродетехъ. Въ молитвахъ же сицева бяху исправленія ихъ по вся дни и нощи: по совершеніи убо вечерняго соборнаго пенія вшедше въ келію, сотвориша начало, глаголюще пaвечерню, таже уреченныя 4 каноны, и надъ сими еще прилагающе два, аще кому хотяще, и потомъ тысящу молитвъ, иже есть: «Господи Ісусе Христе, Сыне Божій» и протчее, и двесте Пресвятей Богородице, посемъ шестьсотъ поклоновъ и молитвы спальныя, яже отъ подвижнейшихъ иноковъ глаголются; по совершенія же всего правала, преподобный Боголепъ блаженному Мартирію возлещи повелеваше; егда же ради поспешенія хотяше ему особнаго правила помощи, онъ же глаголаше ему: чадо, постави своя жерновы, і еже хощеша мели, или пшеницу или ячмень или плевелы, и яково мелеши, таково пріимеши; не подобаетъ убо намъ ленитися о своемъ спасеніи, занеже се есть путь и вождь во Царство Небесное, Владыка бо нашъ и Господь призываетъ ны, глаголя: пріидете ко Мне вси труждающіися и обремененіи, и Азъ покою вы, и паки рече: яко тесенъ и прискорбенъ есть путь вводяи въ животъ, многими бо скорбьми подобаетъ намъ внити въ Царствіе Небесное. По скончаніи же умереннаго своего правила, возбужаетъ блаженнаго Мартирія, и все правило повелеваше глаголати, еже глаголаше самъ, и почиваше мало, донележе глаголетъ ученикъ его; и по совершеніи востаетъ и глаголетъ полунощницу, и паки повелеваетъ Мартирію препочинути; по скончаніи же, возбудивъ Мартирія, повелеваше ему такожде глаголати, самъ же кадило вжегъ, каженіе творяше; егда же блаженному Мартирію полунощную службу скончавшу, тогда повелеваше ему къ соборному пенію клепати; таже соборное утренее пеніе начинаютъ пети.

Всегда обычай имаше блаженный Боголепъ на утренни глаголати шестопсалміе внимательно со воздыханіемъ и со слезами. Во единъ отъ дній глаголющу ему по обычаю шестопсалміе, Мартиріи же во олтари стоя, отягченъ бяше дреманіемъ; пріиде убо ему злыи помыслъ о первомъ своемъ житіи, како въ міре живяше и како прелестная міра сего виде и како удалишася отъ него, смятеся о семъ зело и истнннаго наставника, святаго старца своего непрестанныя подвиги и труды и прилежное его поученіе тяжко си вмени. Обаче сіе помышляше, идеже бы обрелъ легкое пребываніе и непрестанный покой; и тако отъ своего благаго учителя восхоте отъити желанно во инъ монастырь на пространный покой. Святый же старецъ Боголепъ вся яже уведе о семъ: такова бо его Богъ прозорлива дарованія сподоби, яко и тайны человеческія сведети и будущая яко настоящая предзрети. По скончаніи же шестопсалмія вниде во олтарь и узревъ Мартиріа стояща, и рече къ нему: чадо, останися сего злаго помышленія и никакоже пріими ни единаго совета отъ помысловъ сихъ, сицевая бо помышленія уловляютъ душы человекомъ и вратомъ ада низводятъ; помысли убо, рече, иное отъ Господа во святомъ Его евангеліи еже есть: безумне, въ сію нощь истяжутъ душу твою отъ тебе, а яже уготова, кому будутъ? Мартиріи же отвеща: отче святый, что глаголеши и кое зло сотворихъ твоей святыни? Рече же ему: не рекъ ли ти: не пріемли сего злаго помысла, да не горее ти будетъ; имаши отъ нихъ обладанъ быти! Мартирій рече: которіи суть помыслы моего недостоинства? Преподобный Боголепъ рече ему вся, яже бе помысливъ онъ яже о себе. Падъ на землю, прошаше прощеніе. Онъ же рече ему: Господь да проститъ тя моимъ недостоинствомъ и да укрепитъ тя во страсе своемъ; но моли за мя грешнаго, яко укорихъ тя, да разумееши, яко укорихъ; но не твоею волею сія ти случишася, но отъ перваго запинателя и губителя, врага душъ нашихъ, сіе искушеніе пріиде на тя, но Владыка и Господь, общій нашъ Покровитель, Той насъ да сохранитъ отъ всякихъ злобъ его молитвами святыхъ отецъ. По отпусте же утрени паки въ келію вхождаше и поя часы по единому кіиждо особь, якоже и преди рекохомъ; посемъ глаголаше преподобный Боголепъ обычное правило ко святому причащенію, блаженному же Мартирію повелеваетъ клепати къ Божествонной литургіи: отнележе бо вселися во обитель преподобнаго Сергія священный сей Боголепъ и братіи многое число совокупишася къ нему, но не бе въ нихъ священника разве сего блаженнаго; сего ради священницы не прихождаху ту: слышаху бо отъ многихъ, яко жестокое житіе святый старецъ приходитъ и на трапезе пища скоудостію бываетъ — хлебъ обычный и мало зелія отъ плодовъ земныхъ, питіе же бяше вода, услаждающаго же брашна отнюдь не бяше, и та обычная брашна точію въ девятый часъ ядяху единою днемъ, по яденіи же исхождаху вси вне монастыря и делаху своими рукама потребная; трудолюбивъ бо бяше преподобный, образъ и братіи во всемъ учителю своему терпеніемъ и труды последоваху и вси другъ друга преспеваху въ добродетелехъ; егда же который братъ начнетъ изнемогати яковымъ недугомъ, онъ же безпрестани прихождаше къ нему, и постелю умягчевая, струпы и гноенія своима рукама очищаше і омываше телеса ихъ и во всемъ служаше, и о душахъ ихъ печашеся; егда же кій начнетъ къ смерти приближатися, тогда убо блаженный по вся дни причащаетъ того божественныхъ пречистыхъ таинъ. Вопроси же его о семъ преподобный Мартирій: повеждь ми, отче, что се твориши, яко по вся дни болящихъ причащаеши святыхъ таинъ, понеже бо азъ о семъ недоразумеваю, ни отъ когоже слышахъ? Блаженный же Боголепъ, воздохнувъ, и рече: чадо, повемъ ти о семъ комканіе, якоже научи насъ Господь: ядый Мою плоть и піяй Мою кровь, во Мне пребываетъ и Азъ въ немъ; сего ради и азъ грешный тщаніе и попеченіе имею о душахъ ихъ, дабы каяждо душа въ часъ исхода своего не лишена была таковаго дарованія Божія; сіи бо душы понесуть во устехъ своихъ великаго Царя, якоже печать и многоценное сокровище, и многое храненіе отъ сего бываетъ ей на воздушныхъ мытарствахъ: никтоже бо можетъ прикоснутися ей, но якоже попаляетъ вся полки вражія и безъ возбраненія можетъ дойти Царствія Небеснаго; сія ти, чадо, вмале поведахъ, да не усумнишися, яко тако творю; егда же ты сподобишися чину священства пріяти, не обленися сице творити.

Во единъ же отъ дней блаженный старецъ Боголепъ впаде въ телесный недугъ и зельне боляше: приспевшу некоему празднику Господа нашего Ісуса Христа, святый же о семъ вельми печашеся, еже бы храма преподобнаго Сергія безъ Божественной литургіи не было, и посла ученика своего блаженнаго Мартирія во градъ Великихъ Лукъ, дабы іерея призвалъ во обитель Божественную службу совершити. Иде же святый по повеленію отца своего и не улучи желаемаго; вся бо священницы во граде непраздна суще, кіиждо бо литоргисаше во своей церкви. Возвращся, и поведа сіе учителю своему; блаженный же Боголепъ, яко услыша таковая, оскорбися зело, и воздохнувъ отъ сердца, прослезися и рече: многое множества беззаконій моихъ предъ Тобою, Владыко Господи, обаче же буди Тебя милосердаго Создателя воля; но Господи, Господи пречюдный Царю, молюся благости Твоей, покажи на мне убоземъ милость свою, годе ли есть Твоего угодника храму въ сицевыи праздникъ пресвятаго имени Твоего безъ святыя литургіи быти? Сія глаголя, зря на Спасовъ образъ, абіе гласъ пріиде, глаголя сице: рабе Мой Боголепе, не оставилъ Мя еси ныне, і азъ тебе днесь не оставлю. Преподобный же Боголепъ, яко услыша сицовый гласъ бывшій къ нему, рече въ себе: востани, Господи, въ помощь мою и укрепи мя силою Твоею, Твое бо есть еже миловати и спасати и Тебе славу возсылаемъ Отцу и Сыну и Святому Духу и ныне и присно и вo веки векомъ, аминь. И абіе едва воставъ на колену отъ постели своея, таже укрепився, начатъ обычное свое правило глаголати, якоже и прежде обыклъ бе, и отъ того часа здравъ бысть, якоже николиже болевъ. По совершеніи же повеле святому Мартирію глаголати по обычаю, якоже преди рекохъ ти, посемъ паки работаша Господеви Богу. Литургію же непрестанно по вся дни самъ служаше; во вся же божественныя службы отъ очію его яко источникъ истекаше слезъ желанныхъ. Бе же у него во святомъ олтари на десной стране убрусецъ, имже слезы утираше, на левой же стране таковъ же имеяше, имже устне утираше. Видевъ же преподобный Мартирій тщаніе учителя своего, еже ко Господу Богу въ большій страхъ вдаяше себе, день и нощь безъ сна пребываше и урочнаго сна пріимати не хотяше, еже бе во дни и въ нощи разделено единому бдети, другому же хвалу Богови воздавати, и тако въ жесточайшемъ житіи пребывая, яко блаженному Боголепу дивитися о немъ. Ненавидяи же добра діяволъ завидя добродетели ихъ и еже къ Богу присвоенію, всегда ищетъ души наша уловити въ непріязненныхъ своихъ сетехъ, яже всегда простираетъ на правоверныя. Некогда убо имъ случися рекою ехати во градъ къ начальнымъ града, да потребы ради монастырскія исправятъ тамо, еже бе дано въ монастырь преподобнаго Сергія, имеяху бо съ собою ковчежецъ, въ немъ же царскіе грамоты сохранены; отдаде же ихъ Мартирію на соблюденіе; онъ же пріимъ и внезапу некако близъ реченныя быстрины едва не повреди ихъ глубина. Боголепъ же, видевъ, нача его словомъ стязати: не веси ли, безумне, яко сія грамоты отъ царскія десницы вданы суть и се есть утверженіе монастырю и всемъ намъ о Бозе крепость; ты же почто тако просто къ симъ дерзаеши и о сицевыхъ честныхъ небрежеши? О таковыхъ словесъ и наказанія позавиде ихъ любве врагъ: возненавидеша другъ друга! Сице бо діяволъ приразися имъ, последи же и самъ отъ нихъ победися: въ вечеръ бо по обычаю не пріиде Мартиріи ко старцу, но особь кіиждо беста; таже во умиленіе оба пріидоста, уразумеша бо кознь вражію быти. Во утріи же, приспевшу времени святыя литургіи, Мартирій же пріиде, прося отъ него благословенія ко клепанію. Онъ же благослови его, но еще кіиждо не бе въ нихъ прощенія, кійждо бо мысляше въ себе сицевая: доколе съ нами братися козни сей вражіи? победимъ ю о Христе Бозе и победивше до конца темную власть ихъ. Егда же приступи блаженныи Боголепъ, хотя святый агнецъ заклати, Мартирій же по обычаю держаше въ сосудехъ воду и вино. Возревъ же на него Боголепъ, восплакася и рече: брате Мартиріе, чадо Христово, прости мя грешнаго, елико ти зла сотворихъ, яко по ненависти діяволи во гневе глаголахъ ти. И хотяше до земли поклонитися. Мартирій же предваривъ и падъ на землю, такожде со слезами рече: святче Божій, ты мя прости Господа ради: согрешихъ убо предъ твоимъ преподобіемъ невежествомъ своимъ и неразуменіемъ на гневъ подвигохъ тя! И тако другъ отъ друга прощенія сподобишася и паки первыя любве сопрягоста себе, и на козни вражія ополчишася выше меры человеческаго помысла, и изволиста всенощне бдети и молитися Богови.

И въ таковемъ имъ устроеніи живущимъ во единой келіи седмь летъ, во единый же день пріиде къ нимъ во обитель преподобнаго Сергія отъ нарочитыхъ града мужъ некій богобоязнивъ, именемъ Афанасій, молитвы ради ко преподобнымъ. Уведевъ же доброе ихъ по Бозе житіе, и многа беседова съ ними; они же многими душеполезными словесы утешиста его, постнаго житія любленіемъ веліе къ Богу присвоеніе исповедаша, мірская же тленна суща и непостоянна ни во чтоже вменити научиша, и ина многа духовная словеса глаголаста: и умягчиша, душевную его ниву хотящу воспріяти божественную(нная). Помале же мужъ той пріиде къ нимъ и моляше ихъ, дабы возложилъ нань ангельскій образъ. Видевъ же блаженный Боголепъ усердіе и веру мужа того, абіе сподобляетъ его ангельскаго образа о воспріятіи и нарече ему имя Авраамій, и поручаетъ его преподобному Мартирію, яко да научитъ иноческому житію, видяше бо его въ добродетелехъ превосходяща паче себе, и повеле има жити во иной келіи и даде ключехраненіе божественныя церкве, Мартирія же свободи отъ таковыя службы, яко да сего накажетъ на благій подвигъ, и рече: чадо Мартиріе! имей о себе веліе попеченіе, паче же о брате семъ; не мози отъ перьваго обычая нимало подвига оставити, но вся совершенна по вся дни твори и сего научи, якоже виделъ еси мене творяща, да пріимеши отъ Бога милость въ семъ веце и въ будущемъ; аще ли сего добре не соблюдеши, имаши ответъ дати Богу на праведнемъ суде о души своей и брата сего: того ради не мози обленитися никогда. Мартирій же рече: отче святый, чаю помощи Божія быти себе; не буди же ми ни единой черте оставити отъ поученія твоего! Таже глагола Авраамію: ты же, чадо, сего послушай во всемъ, яко отца, и повеленная отъ него со усердіемъ твори, да того радо явишися сынъ правды и наследникъ Царствія Небеснаго, многими бо скорбми подобаетъ намъ внити въ вечную жизнь. И ина многа отъ святаго писанія поучивъ и благословенія сподобль, отпусти ихъ съ миромъ. Мартирій же много прилежаніе творяше къ новоначальному брату и весь искусъ иноческаго житія собою явственне сему показа, якоже бе обыклъ у преподобнаго Боголепа. Авраамій же прилепляше себе къ сему обычаю и помале вся добре извыче иноческаго житія уставу. Довольны же дни поживъ у преподобнаго Мартирія въ послушаніи, и въ некое время идущу Авраамію къ келія божественнаго Боголепа благословеніе пріяти ко утрени клепати, последи обычнаго своего всенощнаго правила, и возвысився мыслію на святаго, и рече въ себе: яко и намъ старецъ тяжкій уставъ правила предаде, а самъ ничесоже отъ сихъ исправляетъ, но почиваетъ и малая отъ сихъ совершаетъ; насъ же ради хощетъ себе отъ Бога мзду пріяти. И се размышляя, идя же, зря на келію его, абіе виде келію его отъ всехъ четырехъ странъ пламенемъ огненнымъ горящу. Онъ же ужасенъ бысть о семъ, мняше бо его спяща въ сенехъ тоя келіи, и абіе скоро претече и веліимъ гласомъ молитву вопіяше, хотя его возбудити отъ огненнаго пламени ужасно поядающа. Сему же Авраамію у сеней стоящу, изъ келіи во оконце рече: аминь, и даде ему благословеніе, и абіе огнь невидимъ бысть. Авраамій же отъиде отъ келіи его, чюдяся бывшему, и поведа вся отцу своему преподобному Мартирію прилучившаяся по ряду. Онъ же рече ему: чадо, сіи есть огнь — молитва его бесомъ палительна, юже виделъ еси творимая имъ прежде соборнаго пенія, а не огнь сей, явльшійся ти во увереніе, да не уничижиша праведнаго. Авраамій же просяше о своемъ согрешеніи прощенія, глаголя: яко неведеніемъ сія помыслихъ о праведномъ; и посемъ безъ ползновенія живяше во всемъ, стопамъ ихъ последоваша.

По неколицехъ же днехъ разболеся Авраамій зельнымъ недугомъ, яко быти ему близь смерти, и въ болезни своей многи обеты полагаше чюдотворному образу Пресвятыя Богородицы иже на Тихвине, слышавъ отъ многихъ, яко отъ тоя иконы многочюдесныя многа исцеленія различными недуги одержимыма бываютъ и мертвымъ воскресеніе даруется, и абіе исцеленіе пріятъ по обещанію своему и со многимъ тщаніемъ долгаго пути шествію касается. Егда же достаже многочюдеснаго образа и дoлжны молитвы и благодаренія о своемъ исцеленіи воздавъ, паки во свой монастырь возвратитися хотяше, въ то же время повеленіемъ благочестиваго царя и великого князя Іоанна Васальевича всея Русіи и благословеніемъ святевшаго Макарія, митрополита Московскаго и всея Русіи, и советомъ всего сигклита и освященнаго собора, пріиде отъ Великаго Новаграда и Пскова и съ нимъ многихъ честныхъ монастырей архимаритъ, игумены и иноковъ начальницы, и сотвори архіеписковъ со освященнымъ си соборомъ начало, монастыря того перваго игумена постави именемъ Кирилла и многіе ему иноки вручи, ведущія искусъ монастырскаго житія и строенія; сего Авраміа къ нимъ же причте и даде ему службу церковнаго ключехраненія; и тако Божіею благодатію и Пресвятыя Богородицы милостію и благоволеніемъ пречестный и общежительный на Тихвине монастырь устроися въ лето 7068-го (1560).

Сего же царскаго устроенія Пречистыя обители Богоматери на Тихвине аки некое тогда чюдное образованіе бысть преподобнымъ Мартиріемъ виденное сице. Егда убо ученикъ(ку) преподобнаго Мартирія прежде реченнаго Аврамію на Тихвину оттоле отшедшу, тогда преподобному по немъ во своемъ монастыре оставшуся, службы со благоговеніемъ проходящу, возшедшу же некогда на высокое зданіе колокольное благовестія ради и внезапу воздремавшу, и виде во стране той, иже къ Тихвине, столпъ огненъ стеящь, у столпа же того бе въ высоту образъ Пресвятыя Богородицы подобенъ Тихвинскія мерою образъ той зело пространенъ и сему подобенъ, иже на Тихвине въ соборной церкви на левомъ столпе стоитъ, аки бы сей и явися. Преподобному же недоумевающуся, како прибегнути къ нему и целовати его, и некако чюдесно видеся ему, яко притекъ и любезно его целова, потомъ и приложися. Бяше же образъ онъ отъ столпа онаго, огненнаго теплоты исполненъ и ничимъ вредимъ, паче же превысокою благодатію сіяющь. Возбнувъ же отъ сна преподобный и во ужасе бывъ отъ виденія онаго, осязавъ лице свое, и такоже ощути e теплоты исполнено; отъ сего времени преподобному огнь желанія въ сердцы его возгореся, яко да получитъ виденное во сне: виде яве пречистому и чюдотворному Богоматере образу помолитися желанно и въ новоустроенной обители Ея и чюдесно ему явленно поработи прилежно, и аможе оттуду Пресвятая Богородица наставитъ, тамо и ити и житіе имети. И тако преподобный съ сицевымъ желаніемъ на Господа Бога и на Пречистую Богородицу надежду и упованіе возложивъ, совещая съ некимъ мужемъ на путное шествіе ко исполненію рачительнаго житія и желанія; тогда пріиде ко преподобному въ келію некій благородный именемъ Михaилъ, глаголя къ нему: Мартиріе, иди единъ въ пустыню: потомъ же иде единъ къ человеку оному, съ нимъ же о пути совещася, и рече ему: иди единъ въ пустыню. Преподобный же слышавъ сія, непщевавъ, яко повелевый сіе имъ сотворити отъ Бога посланъ бысть, и тако неуклонно на путь прострошася, утаяся всехъ изыдоша изъ монастыря, глаголюще: Господь просвещеніе мое и спаситель мой — когося убою, Господь защититель животу моему — отъ когося устрашу! Сице все упованіе обративше ко Всемогущему Богу и Пречистей Матери крепкой Помощнице, отшедшу пути отъ обители своей яко шестьдесятъ поприщъ, и обретоша пустыню глубоку; и близъ некоего потока ископавше себе пещеру, и трудолюбно подвизатися въ ней начаша, отъ всея души Богови прилежно молитися, да подастъ имъ милосердый Господь милость свою и наставитъ на вся благая и спасительная. Повеле же преподобный Мартирій дойти мужу оному до некія веси потребы ради, онъ же по повеленію блаженнаго въ весь отходитъ и единому отъ христіянъ о преподобнемъ поведаетъ и о его трудолюбномъ житіи и безмолвномъ пребываніи, самъ же не возвратися къ нему таковаго ради жестокаго житія и пустыннаго озлобленія. Христіянинъ же нача приходити ко преподобному, посещая его; святыи же въ пустыни живяше, питаяся рукоделіемъ своимъ, со онемъ бо христіяниномъ соделанная посылаше продаяти; ведущіи же его сами собою привошаху ему потребная, онъ же приносимая имъ со благодареніемъ пріимаше, непрестанно Богови моляся о нихъ.

Сице же ему живущу въ пустыни, многа страхованія отъ бесовъ пріемляше, прихождаху убо къ нему и зело стращаху его. Во едину убо отъ нощей приступиша лукавіи демони ко дверемъ вертепа его, вопіюще; спитъ убо сей! И тако единъ отъ нихъ со дерзновеніемъ вниде въ малый его вертепъ, вельма раззсвирепився на святаго, хотя его неначаянно поглотити; преподобнаго же непрестанно изходящая изо устъ къ Богу молитвы бездельна сотвориша: вне пещеры въ мегновеніи ока студно обретеся вселукавый; предъ дверми же стоящія демони, укоряюще его, глаголаху: чесо ради не дерзаеши на старца сего? Онъ же отвеща: азъ убо отъ васъ единъ къ нему свирепо внидохъ и ни съ чимъ изыдохъ; вы же безчисленни и страшни, идите и дерзайте! Преподобный же не оставляше молитвы еже ко Господу Богу, но теми крепляшеся и къ нимъ глаголаше: о всескверніи губителіе! что убо во злая ополчаетеся и что ми хощете лукавымъ насиліемъ своимъ бездельно поругатися? надеюся азъ грешный на Господа нашего Ісуса Христа, воскресшаго изъ мертвыхъ и поправшаго силу вражію и даровавшаго намъ крестъ свой честный на прогнаніе всякаго супостата. И тако крестнымъ знаменіемъ ограждаяся, вопіетъ и псаломски глаголя: да воскреснетъ Богъ, и разыдутся врази его, и протчая. Лукавіи же демони сими словесы божественными до конца побеждени быша и безъ вести отбегоша.

Посемъ же блаженному отъ многаго прежде реченнаго труда и всенощнаго бденія мало воздремавшу и паки возбнувши, христолюбецъ же некій, аки Богомъ наставляемъ, пріиде къ нему, посещая его, нося потребная. Святый же со благодареніемъ пріимъ отъ него, хваля Господа Бога, дающаго пищу алчющимъ; посемъ уреченное свое правило и молебныя каноны совершивъ, постави трапезу, предложи принесенная, зазирая себе, глаголаше: о окаянный и недостойный, недостоинъ еси за леность свою и хлеба ясти и воды пити, нежели сея потребная издалеча принесенная! И паки паче слезами обліяся, глаголаше: Господи небесе и земли, Царю превечный, Ты реклъ еси ученикомъ своимъ, яко духъ бодръ есть, плоть же немощна; сія убо бодрость и немощь, праведный Господи, праведными Твоими духовно исправляется; азъ же окаянный и недостойный непрестанно сей угождаю, всегда суетныхъ желаю; но, о Победителю Царю, свободи мя отъ сихъ привременныхъ и тяжкихъ, укрепи мя силою креста Твоего отъ всехъ козней діявольскихъ и божественными Твоими сицевыми словесы дерзновенно на нихъ вооружи. И глагола: Отче нашъ, Иже еси на небесехъ, да святится имя Твое, да пріидетъ цартвіе Твое, и прочее. И тако преподобный отъ сицеваго желанія и молебныхъ словесъ ничесоже ино вкусивъ, точію хлебъ и воды, и того съ воздержаніемъ.

Сицево бяше преподобнаго терпеніе и воздержаніе, сицево уничиженіе праведныя души! уничижаше бо плоть свою выну и ничесоже достойну нарицаше ю, отъ всехъ брашенъ полезныхъ отлучаше ю. И паки пріиде во умъ преподобному, яко безъ воли отца своего и благословенія изыде въ пустыню сію, непщуя, яко угодно ли Богу пустынное его житіе, понеже безъ благословенія отца своего начальнаго начатое. Посемъ преподобный писаніе посла ко отцу своему блаженному Боголепу, яко да подастъ ему благословеніе о пустынномъ пребываніи и безмолвномъ житіи. Блаженыи же Боголепъ восписа къ нему сице: иди, господине, во общее житіе жити, да многъ плодъ приобрящеши и не токмо себе единаго спасеши, но и многія души во спасеніе приведеши! Преподобный же Мартирій, нехотя преслушати отца своего повеленія, но желаше прежде Пресвятей Владычице, многочюдесной иконе Ея, иже во граде Смоленске, прежнее свое обещаніе исполнити; и тако упованіе свое на Сію возложи, изыде изъ пустыни своея, отъиде во градъ Смоленскъ, притекаетъ усердно къ чюдотворному Ея образу, благоговеетъ и поклоняется, и великимъ чюдотворцемъ, преподобнымъ Авраамію и Ефрему, припадаетъ, моляся о желанномъ, еже бы обрести покой старости своей. Велицыи же чюдотворцы являются ему въ виденіи, глаголюще сице: Мартиріе, подобаетъ ти жити въ пустыни, идеже Господь благоволитъ и Пресвятая Богородица наставитъ. Посемъ преподобный паче благаго желанія наполнився, воспомяну бывше(е е)му чюдное явленіе столпомъ огненнымъ и иконою Богоматере, иже на Тихвине, и абіе иде во страну ту, идеже столпъ онъ явися, и желанно пріиде въ пречестную обитель Богоматери, иже на Тихвине. Беже ту во обители прежде воспомянутый ученикъ его Авраамій, милости ради Пресвятыя Богородицы неотступно живяше, ключехраненіе службу церькви Богоматери добре со усердіемъ храняше; и сице подъ кровомъ Богоматере паки вкупе сошедшеся, во единой келіи жити наченьше, славяще и благодаряще Господа Бога и Пресвятую Богородицу, приведшую иже ко своему чюдотворному и ангелоговейному образу и ко святому общежительному иноческому пребыванію. И тако начаша житіе проходити жестокое, послушаніе имеюще ко всемъ, не высокая мудрствующе, но смиренными соотводящеся, поминающе Господа, смирившагося даже до рабія образа, и хотяща быти велика — послушна всехъ быти научающа. И сего ради отъ всехъ сущихъ ту иноковъ славими бываху. Преподобный же Мартиріе не хотяше славы отъ человекъ, рече ко ученику своему: брате Аврааміе, аще Богъ благоволитъ и Пречистая Богородица помощи подастъ, еще желаю паки поискуситися въ пустынномъ жительствіи: помышляю ити во страны Поморскія, дабы незнаемъ былъ отъ человекъ. И отвещавъ Авраамій ко преподобному, рече: не ходи, отче, во страны Поморскія, но иди въ пустыню, юже Господь Богъ твоихъ ради молитвъ сице ине показа: изшедшу убо мне некогда отъ чюдотворнаго образа Богоматери изъ соборныя церкве во время вечера, идущу ми въ трапезу, и абіе восія велика луча на небеси на западной стране; мне же вельми ужасну и трепетну бывшу и со страхомъ на высоту возревшу, и видехъ на небеси крестъ звездами сіяющь надъ тою страною, идеже бе пустынное то место, егоже посемъ видети восхотехъ, и трудно обретохъ и видехъ истинно и разсмотрехъ, разумевая о семъ, яко не зело просто место сіе; аще Богъ благоволитъ, возможно славитися пресвятому имени въ Троице Святей славимому во веки векомъ, аминь; такоже и инокомъ подвизатися тамо зело угодно и вельми не мятежно, округъ его блатами аки моремъ окружено; место же то бяше, аки некій островъ.

Отъ сихъ словесъ веліи пламень въ сердцы преподобнаго возгореся, еже бы получити поведаемое. Приходитъ и припадаетъ къ чюдотворному Богоматере образу, слезы многи проливая, милости и помощи Ея прося о своемъ помышленіи; еже и настоятеля обители со усердіемъ моляше о семъ и благословенія у него прошаше. Егда же испроси, безъ закосненія пути касается; пустыннаго же ради благополученія и по Бозе тамо вселенія взятъ съ собою две равныя иконы малою подобною мерою, едину Всесвятыя и Едивосущныя Неразделимыя Троицы, другую Пресвятыя Богородицы одигитрію Тихвинскія, и пріиде въ некую весь за четыре поприща отъ тоя пустыни глаголемую, Буборины, и вопроси о пустынномъ томъ месте. Христолюбивецъ же некіи именемъ Іосифъ поведа ему вся о месте томъ. Преподобный же скоро понуди и умоли показати ему место то. Немедленно вкупе пути касаются; блатная же места желанна прохождаютъ и со многимъ тщаніемъ пустыню достизаютъ, поя блаженныи блаженнаго пророка гласъ: се удалихся бегая и водворихся въ пустыни, чаяхъ Бога спасающаго мя! Посемъ преподобный христіянину аки отъ жалости рече: Богъ да спасетъ тебе, христолюбивый брате, яже привелъ еси мя на место сіе благое и немятежное, крестовидною зарею свыше вернымъ прежде показанное; токмо ныне не скорби о семъ, яко въ доме твоемъ неначаемая кончина дщери твоей случися; мню убо, яко позавиде сему душетленный змій въ непроходимую сію пустыню нашему пришествію, обаче единъ всемогій весть токмо; ты возложи упованіе на Господа Бога о семъ, или Его тако праведный судъ — сей же мученическій конецъ, онъ Всеведецъ и Творецъ всехъ, за вся твоя скорбная воздастъ тебе благая со вторицею, мученическую же кончину пострадавше и страстотерпическая воздаянія. Христолюбецъ же онъ егда пріиде въ домъ свой, тогда поведа ему, яко дщерь твоя иде на кладезь почерпсти воды и внезапу впаде въ кладезь и утопе. Онъ же слышавъ сія, прослезися и рече: согрешихъ предъ Тобою, Господи, согрешихъ, прости мя грешнаго! Посемъ поведаша ему и про вола его, иже бысть въ доме его, ныне несть и невесть, како или отъ кого въ лесу обретеся и бе тамо вознесенъ на крепкая древеса и сквозе ихъ неправость и высоту аки въ вилахъ главою въ древе укрепленъ, никомуже прикоснутися, или досягнути могущу; страшно и ужасно зрети сего кознодейственнаго вражія навета! Мужъ же онъ, слышавъ сія и видевъ, зело въ скорби воспомяну же и препобнаго жалосная словеса, еже ему рече и еже отъ Господа за сицевая воздаянія печальная сторичная ему. И тако христолюбецъ онъ злоковарныя наветы діяволи ни во чтоже вмени, токмо упованіе на Господа Бога возложи и Пресвятую Богородицу и на преподобнаго молитвы, дерзновено ополчающіяся на нихъ; паче же и преподобный, разумевъ наветы лукаваго, яко сначала вселенія его окрестъ пустыни сей душетленныя сети душегубителя простираютъ; блаженный же всю надежду возложи на единаго душеспасителя Христа, жалостно и благочестно вселися въ пустыни той и зело зъ Богомъ на враги воополчися, малу некую хижу постави на первый подвигъ и покой, потомъ же и часовню на славу и благодареніе Господу Богу и Пресвятей Богородице. Многи же подвиги и труды преподобный онъ ту полагаше и безмолвное житіе жестокое въ пустыни той прохождаше, страхованія же и кознодейства отъ бесовъ и повсечастная лаянія лукаваго божественными словесы и непрестанныма ко Господу Богу славословіи дерзновенно отреваше; никакоже возмогоша свирепіи зверіе твердаго сего адаманта преподобнаго Мартиріа поколебати, непремолчныхъ ради его еже ко Пресветей Троице молитвъ, всегда безвестни отъ него изчезаху; родъ же православный и боголюбезный радостно и желанно ко преподобному устремляхуся, ничесоже страшащеся, непроходимую пустыню усердно проходяще, сію похваляюще, яко Пресвятыя и Единосущныя Троицы благодать пресветлая въ блатней тишине ненадеянно возсія и яко непремолчное славословіе отъ нея непреставно къ высоте небесней, къ вышней славе благоговейно возсылашеся и дивно и немятежно, аки ангельское. Сего ради и Христолюбивіи желанно въ ню притекаху. Отъ нихъ же некій преждереченный христіянинъ, Іосифъ именемъ, иже прежде преподобному пустыню сію показа, той и ныне пріиде, усердно благословенія прося и прощенія, глаголя сице: сего убо месяца, святый отче, въ 30 день, идущу ми въ клеть свою некія ради потребы, и въ пустыни сей столпъ огненъ отъ земля и до небеси, изъ столпа же оного рука простерта аки человека, изъ нея же искры огненыя изхождаху; видехъ и во ужасе быхъ велице, и немедленно пріидохъ къ твоей святости, яко да подаси ми прощеніе о сицевомъ моемъ неисправленіи, еже ти исповедаю, честный отче; согрешихъ предъ Господемъ Богомъ и предъ Пречистою Богородицею и предъ тобою, честный отче: бывшу ми некогда грехъ ради моихъ вельми болезненому и близъ смерти сущу, и ради облегченія и здравія обещахся тебе въ пустыню неколико хлеба преподати и тогда со обещаніемъ здравіе получихъ, последи же о семъ раскаяхся, къ себе глаголя: чесо ради дати ми ему толикъ хлебъ? зане не онъ, но Господь Богъ помилова мя и сице исцелехъ; такожде и дщери моей егда въ пустыню его приведохъ, онъ же безвестную ей смерть прорече, еже и збысться, еще же ми тогда провеща сице, еже ныне тебе скорбная въ дому твоемъ наведошася, не скорби о семъ, но на Господа Бога упованіе возложи и Господь Богъ со вторицею тебе воздастъ; еже по его словеси Божіею милостію изобильно сего воспріяхъ, и чада и хлеба и всехъ потребныхъ; и то все отъ Вседетеля всехъ Бога, а не отъ него; аще онъ и святъ и праведенъ, но отъ насъ же грешныхъ посещенія ожидаетъ и требуетъ; таковая, отче честный, богопротивная помышленія нанесе ми вселукавый, яко да тебе конечно возненавижду и никогда къ тебе; въ сихъ же неистовыхъ помышленіихъ и неистинныхъ ми исправленіи показа ми всемилостивый Господь ужасное тогда прежде реченное виденіе: мню яко въ наказаніе неисправленія моего. Преподобный же, слышавъ сія, прослави Бога, снабдевающаго непроходимую пустыню, дающаго пищу алчющимъ. И тако человекъ онъ обещаніе свое сугубо исполни, и отъ того времени нача часто преподобнаго посещати, принося къ нему потребная, отъ него же воспріимая божественныя поученія, всегда веселящая душы и сердца и паче хлеба укрепляющая.

Къ таковому же божественному душеспасителному веселію и душепитателному укрепленію возжелеша правоверніи отъ окрестныхъ странъ приходити ко преподобному, яко да сподобляетъ ихъ иноческаго чина и наставляетъ ихъ на путь разума, еже по Бозе благаго жительства. Преподобный же непреложною верою и делы ко Всемогущему Богу преспеваше и пришедшихъ къ нему учениковъ своихъ со усердіемъ на се понуждаше, пенія и непрестанныя молитвы ко Святей Троице съ ними возсылаше, соборнаго же ради пенія и всенощнаго бденія храмъ Пресвятыя Троицы воздвиже и вся подобная благолепіемъ устроивъ, посемъ преподобный повеле святыя иконы изъ часовни въ новосозданную церковь преносити, вземъ убо преподобный Живоначальныя Троицы чюдотворный образъ, и подаде на руце единому отъ инокъ, именемъ Гурію, самъ же, вземъ образъ Пресвятыя Богородицы Одигитрія и внесше въ церковъ, нача въ церкви строити места на поставленіе святымъ икoномъ; инокъ же той Гурій изыде изъ церкви и горе возре, виде на небеси крестъ сіяющь таковымъ образомъ, яко и на церкви Пресвятыя Троицы. Инокъ же той удивися преславному тому чюдеси, и преподобному поведа о семъ. Преподобный же возрадовася радостію духовною и прослави Господа Бога о преславномъ чюдеси, и сего ради веліе усердіе воспріимъ о строеніи церковнемъ. Всевидецъ Богъ всемилостивый и всещедрый не оставляетъ рабовъ своихъ, усердно во благихъ делехъ подвизающихся, исполняетъ чюдесно веру и желаніе ихъ, якоже а сіе потщаніе являетъ.

Отъ многаго убо слышанія преславныхъ чюдесъ и благихъ богоугодныхъ делъ, въ непроходной сей и блатней пустыни дивно содевающихся, обещается некто царевъ мужъ Великаго Новаграда, именемъ Феодоръ, Сырковъ нарицаемъ, яко да сей некосное строеніе непроходней пустыни присовокупивъ; еже и бысть. Поставися убо по его повеленію во славу Божію и Его Богоматери церковь съ трапезою древянымъ зданіемъ во имя Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Маріи, честнаго и славнаго Ея Благовещенія, яко да соборное предстояніе и прилежное славословіе и теплыя молитвы ко Господу Богу немятежно отъ всехъ возсылаются, братіи же и всемъ православнымъ присный покой, общежительное пребываніе сущее о Бозе благоустроися. Отъ сицеваго убо потщанія и великихъ трудовъ преподобному Мартирію мало покоя о сихъ пріимаше и братію на се укрепляя бяше. Некогда же ему мало воздремавшу, виде въ виденіи девицу благообразну, честну паче человека, въ келію его пришедшу и благочестно вседшу близь святыхъ иконъ, зрящи на нихъ прилежно; благолепна убо сія виденіемъ и мало окружна лицемъ, очи вельми добролепны, на главе же ея венецъ златъ многоразличными цветы украшенъ, яко не возможно сего человечю роду и во умъ вместити; и тако блаженному неуклонно зрящу на милостивое ея и благодатное лице, такожде и она на честныя иконы и на его седины взираше, и невидима бысть. Преподобный же, возбнувъ отъ сна, слыша гласъ, къ нему глаголющь: подвизайся, рабе Мой, узриши бо и не ту едину благодать. Блаженный же отъ гласа оного ужасенъ бысть и радостенъ, возже свещу отъ светильника масленнаго и пріиде ко иконе Богоматери, иже стояше въ келіи его, и видевъ и познавъ, яко явися темъ образомъ Пресвятая Богородица, и тако отъ великія радости многа благодаренія Господу Богу а Того Рождьшей воздаде и на вящшее всенощное бденіе себе подвиже, яко присный отецъ о спасеніи всехъ пекіися. Братія же сущая пустынной обители сей, видяще, его таковое по Бозе житіе и пребываніе и попеченіе о всехъ, моляху его, дабы имъ пастырь былъ и игуменства чинъ воспріялъ. Преподобный же едва повинуся моленію ихъ, иде въ Великій Новъградъ и тамо отъ архіерея хиротонисанъ бываетъ въ презвитерскій чинъ и пастырства жезлъ пріемлетъ, и паки въ пустыню приходитъ, идеже и прежде трудолюбнаго житія и крайняго безмолвія основанія положи. Братія же его ту и вси правоверніи случившіися сретоша вси честно и воспріяша съ любовію, аки отца и учителя, во всемъ повинующеся ему яко Христу; онъ же нача пасти стадо Христово словесныхъ овецъ, но яко истинный пастырь, последуя во всемъ истинному Пастырю — Христу, Спасителю нашему.

Овоскресеніи царевича.

Некоея же ради потребы прилучися преподобному отцу игумену Мартирію итти во царствующій градъ Москву въ царство благочестиваго царя и великаго князя Іоанна Васильевича всея Русіи въ лето 7103 (1595); достигшу же ему Тверь градъ, въ немъ же царю Симеону Булатовичю, бывшему Казанскому, жительству имеющу, понеже градъ сей изволеніемъ благочестиваго царя данъ бысть ему во участіе жительства. Вниде же преподобный во градъ Тверь. Въ то убо время случися сыну царя Симеона царевичю Іоанну болезнію лютою обдержиму быти. Печаленъ же бывъ царь, яко сынъ его царевичь при вратехъ смертныхъ на празе стоитъ, призываетъ священниковъ, яко да милостива Бога о немъ сотворятъ. Симъ же молящимся о преждереченнемъ и ничтоже успевшимъ, возвестиша цареви о преподобнемъ Мартиріи и его благоугодномъ житіи. Абіе посла царь ко преподобному, моляше его пріити къ себе. Преподобный же, повинувся прошенію цареву, немедленно иде ко царю; и яко виде царь преподобнаго къ себе грядуща, самъ изыде во сретеніе и прія отъ него благословеніе. Въ тоже время абіе сыну его царевичю Іоанну внезапу умершу, царь же печали великія исполнися и слезами многими себе облія, и въ толико отчаяніе себе вверже, яко и житія своего ненавидети ему. Преподобный же утешаше его, глаголя: не скорби (рече), царю; но упованіе возложи на всещедраго с всеславнаго Бога во Святей Троице присно славимаго и Его Пресвятую Богородицу; силенъ бо есть Богъ все сотворити и Его всемогущая Матерь насъ недостойныхъ благоволитъ послушати, аще съ верою молимся. Имеяше же преподобный съ собою образъ Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и другій образъ Пресвятыя Богородицы Одигитрія, подобіемъТихвинскія. Помолився убо преподобный, положи ихъ на перси умершу, самъ же молебная пенія сотворивъ и воду освятивъ, абіе чюдо преславно показася и радости исполнено: внезапу царевичь яко отъ сна возбнувъ и воста. Видевъ же царь сицевое милосердіе всесильнаго Бога и милость неизреченную Пресвятыя Богородицы, отрока же своего царевича Іоанна скорое отъ смерти на животъ премененіе, радости многія исполнися, съ великимъ усердіемъ благодареніе возсылаше Господу Богу и Пресвятей Богородице, преподобнаго же аки вожда къ Богу и ходатая непостыдна прославляше и съ великою любовію почиташе и усердно моляше, яко да возметъ у него сребра довольно на созданіе каменнаго храма во имя Пресвятыя Богородицы Одигитрія у себе во обители. Преподобный же отрицашеся сего, зане убо ко старости бе; и едва отъ царя умоленъ бываетъ, неколико пріемлетъ и тако церьковъ каменну созда во своей блатней пустыни во имя Пресвятыя Богородицы честнаго Ея Одигитрія Тихвинскія, присовокупи же къ ней храмъ во имя святаго Іоанна Златоустаго, Богу убо во всехъ благихъ делехъ помогающу ему и во устроеніе дивно поспешествующу. И отъ того времени царь Симеонъ велію веру стяжа къ Живоначальней Троице и ко Пресветей Богородице, и много даяше отъ именія своего на строеніе святаго того места, преподобнаго же игумена вельми почиташе, ведяше бо его о всехъ благихъ прилежаща, тщаніемъ не ленива суща, духомъ горяща, Богови работающа. Преподобный же подаемая имъ аки отъ руки ангеловы со благодареніемъ пріимаше и вся добре строяше, якоже духа благодать наставляше его.

И на последокъ же летъ живота своего крайнее возлюби безмолвіе и вышнее желаніе посту и молитве, и нощному стоянію въ честныхъ сединахъ паче вдадеся, и тако добре и богоугодне поживе лета довольна, достиже во глубокую старость. Тогда преподобный предивно непрестаннаго любомудрія касается и сіе объемлетъ и любезно облобызаетъ. Ископа убо себе ровъ глубокъ и гробъ тамо своима рукама устроивъ, и хождаше въонь, якоже хотяше седя при гробе умильно плачася, желанное чрезъ лето и месяцъ шесть сице препроводи, презирая и провождая отъ себе жизнь сію привременную и скоро погибающую, поминая псаломское пеніе: обратитеся, сынове человечестіи; яко тысяща летъ предъ очима Твоима, Господи, яко день вчерашніи, иже мимо иде; и паки псаломопевца слово: лучьше день единъ во дворехъ Твоихъ, паче тысящь. И тако блаженный предуготовляяй себе на всякъ день, возводя умъ на лучьшая, отъ тленныхъ на нетленная, отъ временныхъ на безконечная.

Егда же убо преподобный игуменъ Мартирій уразуме свое отъ земли преставленіе, призываетъ братію, глаголаше слезная: се убо, о отцы и братіе, по благодати Божіей отхожу света сего, васъ же предаю въ руце Господни и духовне молю: имейте надежду во всемъ на Пречистую и Живоначальную Троицу: Отца и Сына и Святаго Духа, все же упованіе возложите на Пресвятую Богородицу, якоже и азъ недостойный на сію верно уповахъ. Сія будетъ и о васъ ко Пресвятей Троице Предстательница и во всемъ Помощница; азъ убо молитвами Ея и ходатайствомъ, еже желахъ у Господа, сіе и воспріяхъ; такожде и вы аще мoлитеся Ей о чемъ, веруйте, яко молитвами Ея пріимете и будетъ вамъ Она во всехъ благихъ делехъ всемъ вернымъ Помощница, Она всемъ печальнымъ Заступница, Она всемъ всемогущая Владычица, Она вышняго Бога Мати преблагословенная, Царица небесе и земли, не земнаго, но небеснаго Царя Сына своего и Бога всехъ о всехъ насъ умоляетъ, казнь на милость ходатайствомъ си прелагаетъ, вместо смерти животъ даруетъ, истинно же Богу работающимъ спасительная устрояетъ и присносущная благая вечно даруетъ. Таковымъ небеснаго Царя и Владычицы милосердымъ благодеяніемъ внимающе, братіе, пребывайте неотступно во святей обители сей и трудолюбно подвизайтеся за благочестиваго государя царя и его благочестивую царицу и ихъ благородная чада и за христолюбивое воинство и за вся православныя христіяны: всегда Бога молите, да подастъ имъ Всемилостивыи вся благая и спасительна; приходящимъ во обитель сію блази и щедри ко всемъ бывайте, смирени и милостиви, всегда воспоминающе Христовъ гласъ спасительный, глаголющій сице: будите милостиви, якоже и Отецъ вашъ небесный милосердъ есть; къ сему же не забывайте и святаго великаго Іоанна Предотечю, слова реченнаго ко старцу: сей есть вертепъ лучьши Синайскія горы, аще съ верою живеши въ немъ; тако и вы, братіе, съ верою поживите во обители сей, труждайтеся своими руками и отъ своихъ трудовъ питайтеся и требующимъ подавайте; сами же егда отъ кого подобная воспріемлете или милостыню отъ благочестиваго царя или отъ иного кого или на свещу и фиміанъ или на икону какову потребну монастырю, то со благодареніемъ пріимайте, яко отъ Светодавцевы десницы: Онъ Всеведецъ все благое устрояетъ; азъ же ныне по милости Его временныхъ всехъ отлучаюся, токмо еще вамъ конечно, о отцы и братія, обещеваюся: аще ныне и теломъ отхожу отъ васъ, но духомъ присно буду съ вами; ныне же вместо мене недостойнаго избирайте себе пастыря, не яко хищника, не яко наемника, но яко истиннаго, путь пустынный истинно знающаго, не дающаго по блатомъ словеснымъ заблуждьшимъ овцамъ утопати, и по непроходимымъ дебремъ убиватися; но правымъ путемъ къ вечнымъ и вышнимъ обителемъ немятежно ихъ направляющаго; подобно есть и сіе разумети: аще милость Господня на мне недостойнемъ обрящется, тогда вся благая и спасительная во блатней сей уединенной обители, аки во пречестней и славней, предивно умнoжатся; аще ли кто отъ васъ во обители сей отъ жизни сея отъидетъ, азъ имамъ Господа Бога желанно и любезно о семъ молити, о спасеніи и упокоеніи души его. Братія же и вси ту случившіися, слышавше сія имъ подобная, возопиша, глаголюще: о отче нашъ святый, пастырю и наставниче преблагій, хотели быхомъ днесь не остатися тебе и вси готови погребени быти съ тобою, но несть то воли нашея, токмо ныне тебе прилежно молимъ: не забывай и по своемъ еже къ Богу отшествіи любезно посещати, яко да сія блатная пустыня благими и богоугодными делы возрастати не престаетъ, такожде и насъ недостойныхъ чадъ своихъ и всехъ правоверныхъ не оставляй сирыхъ; но всегда управляй на горняя желанія, побеждая кознь душетленнаго врага. Блаженный же, благодарствуя, рече: благословенъ Господь Богъ Израилевъ, яко посети и сотвори избавленіе людемъ своимъ. И тако преподобный, поучивъ ихъ довольно, причастися святыхъ и пречистыхъ Христовыхъ таинъ, посемъ отъ духовныя радости последнее братіи благословеніе подавъ и желанно правовернымъ миръ всемъ изрекъ, предаде святую душу въ руце всехъ Бога въ лето 7111 (1602), месяца марта въ 1 день. Братія же честно спрятавше честное и трудолюбное тело отца своего и учителя и песньми надгробными почетше, погребоша e близъ церкви Богоматери, юже преподобный самъ созда повеленіемъ и верою царя Симеона, бывшаго Казанского, во славу Единосущныя и Неразделимыя Троицы Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и вo веки векомъ, аминь.

 Примечания 

Жития святых
Древнерусская литература