Бельт (Вяч. Иванов)/7


Примечания 

Поэзия Вячеслава Ивановича Иванова
Русская поэзия
Стихотворения
Четырёхстопный ямб
Поэзия 1910 года
Бельт (Вяч. Иванов)
Восьмистишия

<!--

Бельт
 1. «С утра стучит и числит посох…»
 2. «Но ты всё та ж, душа, что встаре!..»
 3. «Гул ветра словно стон по елям…»
 4. «Где не с лампадой рудокопа…»
 5. «Ни тьма, ни свет: сестры и брата…»
 6. «Душа, прими и Север серый…»
 7. «До хмурых сосен, в сумрак бледный…»
 8. «В тебе ли всё, что сердцу светит…»
 9. «Цветёт по зарослям прибрежным…»

Цикл на одной странице:

БЕЛЬТЪ.

1.

Съ утра стучитъ и числитъ посохъ
Покорность вѣрную шаговъ.
Ужъ остываетъ въ тусклыхъ росахъ
Истомный червленецъ луговъ.

И чашу хладныхъ водъ Психея
Къ запекшимся несетъ устамъ;
И Весперъ, слезно пламенѣя,
Зоветъ къ покою и къ звѣздамъ.

2.

Но ты все та жъ, душа, что встарѣ!
Гляжу на эти берега,
На море въ розовомъ пожарѣ,
На усыпленные луга,

На смутные косматыхъ елей
Въ безсонныхъ сумеркахъ шатры, —
Какъ черезъ облако похмелій
Мы помнимъ яркіе пиры.

3.

Гулъ вѣтра, словно стонъ по елямъ
Протянутыхъ воздушныхъ струнъ,
И бѣлой ночью къ плоскимъ мелямъ
Бѣгущій съ рокотомъ бурунъ. —

Не сборъ ли дѣдовъ свѣтлоокихъ
Изъ крѣпкаго заклепа рунъ,
Изъ волнъ глубокихъ, дней далекихъ —
Арконскихъ тризнъ сѣдой канунъ?

180
4.

Гдѣ не съ лампадой рудокопа
Читаемъ библію временъ,
Гдѣ силлурійскаго потопа
Илъ живоносный обнаженъ, —

Осталось въ бытіи, что было, —
Душа благую слышитъ вѣсть, —
Окаменѣло и застыло,
Но въ вѣчно сущемъ вѣчно есть.

5.

Ни тьма, ни свѣтъ: сестры и брата
Волшебный бракъ... Отъ ихъ вины
Земля безуміемъ объята,
Глаза небесъ отвращены.

Не хочетъ небо звѣзднымъ блескомъ
Благословить нагихъ усладъ;
И лишь цвѣты по перелѣскамъ
Лиловый расширяютъ взглядъ.

6.

Душа, прими и Сѣверъ сѣрый,
Гдѣ древле сладкая вода
Отмыла отъ гранитовъ шкеры
Безбрежнымъ половодьемъ льда,

Растопленнаго новолѣтьемъ
Солнцъ медленныхъ; гдѣ духъ вѣтровъ
Съ водой и камнемъ входитъ третьимъ,
Какъ свой въ семьѣ, подъ хвойный кровъ.

181
7.

До хмурыхъ сосенъ, въ сумракъ блѣдный,
Отъ свѣтлыхъ и сладимыхъ струй —
Какъ люто змій взвился побѣдный,
Огня летучій поцѣлуй!

Но глыбамъ обомшѣлымъ вѣдомъ
Сообщникъ стародавнихъ чаръ,
Какъ родичъ-папоротникъ дѣдамъ,
Почуявшимъ купальскій жаръ.

8.

Въ тебѣ ли все, что сердцу свѣтитъ,
Таилось отъ начала дней,
И всѣмъ, душа, что взоръ отмѣтитъ,
Себя ты познаешь вѣрнѣй?

Или, по знаменьямъ неложнымъ
Гадая: „здѣсь моя любовь,“ —
Ты въ души посохомъ дорожнымъ
Стучиться, входишь, — ищешь вновь?

9.

Цвѣтетъ по зарослямъ прибрежнымъ.
Что крадутъ моря янтари,
Шиповникъ цвѣтомъ бѣлоснѣжнымъ,
То цвѣтомъ крови иль зари.

И мнится: здѣсь живая Роза,
Моя, раскрылась! здѣсь цвѣтетъ!..
И долго нѣжная заноза
Шиповъ любви не отдаетъ.