ЭСБЕ/Землевладение в Западной Европе и России
Землевладение в Западной Европе и России (статистика). Землевладение во Франции. Все количество подлежащих обложению земель страны равнялось (по исследованию 1882 г.) 62,8 млн. гектаров (гектар — несколько более 1/10 дес.), а именно:

Землевладение государства не перестает уменьшаться путем отчуждения домен в частные руки (с 1814 по 1870 г. отчуждено их более 1/4). Общинные земли редко обрабатываются самими общинами; чаще они эксплуатируются под разными титулами частными лицами.

Земледельческая площадь страны = 49,6 млн. гект., разделяется на 12115 млн. участков (côtes agraires) = 125 млн. парацелл (делянок) и принадлежит 4,83 млн. собственников. Принимая, по Янсону (Ср. Стат. I, 90), на 1 хозяйство во Франции 3,71 душ, получаем класс собственников с их семьями равным 18 млн., т. е. 49% всего населения страны.

Указанная площадь разделяется по размерам владений следующим образом:

Или:

Итак, почти половина территории франц. землед. площади принадлежит небольшой группе соб-ков — 2½%, почти треть — двенадцати их процентам, и только четверть остается на долю всех остальных 85% соб-ков, из которых почти половина (38,2% всего числа) имеют, в сущности, лишь одни дома, так как никаким правильным хозяйством нельзя заниматься на участке, средняя величина которого = 0,5 гектара. Существует мнение, что размельчание собственности во Франции ведет свое начало со времен первой революции: при конфискации и распродаже земель эмигрантов и церкви и при усиленном отчуждении государственных имуществ масса французских крестьян обратилась в собственников. Признавая этот факт, новейшие исследования возводят, однако, начало явления к более ранней эпохе. Покупки земель мелкими участками встречаются уже в конце XVI в. Артур Юнг, путешествовавший по Франции до революции, видел уже множество мелких владений. И в настоящее время господствует тенденция к все большему раздроблению земельных участков.

Число côtes foncières изменялось следующим образом:

Увеличение за 46 лет — на 42%, или более чем на 2/5. К причинам этого явления прежде всего следует отнести семейные разделы по смерти отца между всеми детьми поровну. Французский кодекс освятил в этом случае лишь старый народный обычай. В том же направлении действуют усиленные покупки земли рабочими, лишь только они получают к тому какую-либо возможность (напр. при возвышении заработной платы). Указывают также и на то, что Франция по почве и климату способна более всего производить такие продукты, возделывание которых особенно соответствует мелкой культуре (напр. виноградную лозу).

Такая тенденция франц. З. возбуждает беспокойство относительно будущности земледельческого промысла в стране. Распространение весьма мелких собственников грозит упадком техники сельского хозяйства и широким развитием в стране земледельческого пролетариата. Рабочий, приобретший в собственность лишь одну усадьбу, принужден все-таки добывать себе средства к жизни путем заработков на стороне; продолжительность его обладания собственностью сомнительна. Еще кн. Васильчиков указывал на систематические продажи и уступки участков беднейшими собственниками их более зажиточным соседям.

Землевладение в Англии с Валлисом. Общее пространство страны = 37,3 млн. акров (акр — почти 889 кв. саж.), из которых в собственности частных и юридических лиц находится 33,0 млн. Общая сумма собственников — 973000 .

Из них:

Первые две группы (ок. 85% собственников) наполняются владельцами городской собственности, вилл, садов, парков, фабрично-заводских и всякого рода промышленных заведений (средний доход лиц первой группы — 12040 фр. с гект.). Этим собственникам принадлежит всего 0,63 млн. акров = 2% вышеуказанного пространства. Остальные 98%, т. е. площадь земледельческой обработки, распределяются между ничтожной группой — 15% собственников. Выгодами З. пользуются, таким образом, лишь 3,2% населения страны. Между ними собственность разделяется так:

Или:

Среди последней группы собственников находятся 400 пэров Англии с средним владением в 14332 акр. каждый и 1238 других крупных владельцев с средн. влад. в 6598 акр. каждый. Мелкая собственность сохранилась лишь в ничтожных количествах в графствах Линкольн, Корнваллис, Девон, Страффорд, Сомерсет (огородное хозяйство), в Южн. Валлисе (молочное) и др., но и та уменьшается ежегодно и близка к уничтожению. Мелкие собственники, не обладая капиталами, спешат сбывать свои участки, нередко завещают продать землю и разделить деньги между детьми. Нассе приводит в пример превосходное имение в 25000 акр., составленное путем скупки смежных мелких участков. Господство очень крупной собственности имеет в Англии особо важное значение, так как население этой страны гуще всех остальных стран Европы, кроме Бельгии и Голландии. Концентрация собственности, по словам того же Нассе, вызывает в остальной части населения чувство гнетущей подчиненности, тем более сильное, чем больше людей группируется на небольшом пространстве. Лендлордам принадлежат целые крупные части городов; они влияют на духовенство, ремесленников, фермеров, рабочих — на все население, живущее на данной территории.

Землевладение в Шотландии и Ирландии. В Шотландии общее количество земли, принадлежащее частным собственникам, = около 7,58 млн. гектаров и разделяется между 132,1 тыс. собственников; в Ирландии = 8,0 млн. гект., между 68,7 тыс. собственников. По разрядам последних земля распределяется следующим образом:

Отбрасывая первую группу землевладельцев (так как она состоит из лиц, земледелием не занимающихся, — собственников торгово-промышленных заведений, городской недвижимости, вилл, парков, садов и пр.), находим, что сельскохозяйственной культуре подвергаются в Шотландии 7,57 млн. гект., принадлежащие 14,5% всего числа собственников (19100 человек), а в Ирландии почти 8,0 млн. гект., принадлежащих 47,4% всего числа собственников (32600 человек). Выгодами землевладения пользуются всего в Шотландии 2,5%, в Ирландии — 3,36% всего населения. Собственность распределяется между ними следующим образом:

Последняя категория собственников составляет в Ирландии около 0,4%, а в Шотландии — менее 1/4% всего населения страны. Средний доход этой группы — 9210 ф. ст. = более 92000 руб. ежегодно от каждого владения. Из 1758 крупных землевладельцев в Шотландии 326 владеют, в среднем, по 16280 гект. Там же 26 владельцам принадлежишь более 2 млн. гект. = около 85½ тыс. гект. в среднем каждому (= 31% площади страны). В Ирландии крупнейшим собственникам принадлежит более 3/4 той же площади.

Землевладение в Германской империи. По почвенным и климатическим, а отчасти и по народохозяйственным и политическим причинам З. Германии представляет пеструю картину. Есть местности с безусловным преобладанием крупной собственности, другие — с господством мелкой; в третьих существуют одновременно оба типа, в иных, наконец, преобладает средний размер владений. Менее плодородная почва, скупость природных богатств и более экстенсивная полевая культура, требующая при проч. равных условиях больших земельных пространств, — таковы причины, объясняющие господство крупного землевладения в большей части С. и С.В. Германии, в особенности в Померании, Силезии, обоих Мекленбургах, Лауэнбурге, Познани, провинц. Пруссии, Голштинии и др. местах. Территория эта была населена позднее других и представляет сравнительно много неудобных к обработке пространств; здесь поздно наступает весна и рано — осень, сокращая размеры сельскохозяйственного года. Здесь сохранились еще в значительной степени такие отношения между землевладельцами («аграриями») и земледельцами, которые заключают в себе некоторые переживания крепостного права. Среднее и мелкое З. уничтожено здесь почти вполне во многих местах; в других оно еще существует, но лишь в небольших размерах, рядом с крупным. Более всего поглощение остальных видов собственности крупною заметно в Померании и Мекленбургах. В старых провинциях Пруссии З. казны, общин, корпораций, церкви, городов и пр. — словом, земли, не принадлежащие частным собственникам, — составляют менее 23%. Остальные 77% с лишним составляют частную собственность. Эта часть распределяется между отдельными категориями владельцев следующим образом:

Из последней группы почти 9/10 собственности принадлежит крупным собственникам (более 150 гект. у каждого), составляющим всего 0,85% всего числа собственников. Общее число лиц, владеющих недвижимой собственностью в стране, достигало всего с небольшим 1½ млн. человек (с семьями — 31,6% населения). В соседних Мекленбургах нет даже остатков мелкой и средней собственности. В Мекленбург-Шверине земля разделяется между:

Здесь крестьянское З. отсутствует вовсе. Крупных имений 1008, принадлежащих всего 656 собственникам. Аналогичные условия имеют место и в Мекленбург-Стрелице. Где земля плодороднее, климат умереннее и не требуется, след., такого широкого применения разделения труда, там утвердилось господство мелкой собственности. Это З. и Ю.З. страны: части Вюртемберга и Баварии, Баден, Гессен, Нассау, Рейнская пров. Пруссии, Тюрингия. В остальных местностях империи этот вид З. встречается лишь в виде исключения. «Zwergwirthschaft» (см. Землевладение крупное, среднее и мелкое), как неразлучный его спутник, составляет здесь предмет особого внимания и жалоб исследователей. Особенно сильное распространение «карликовые участки» получили в Вюртемберге; во всем районе замечается вообще весьма сильное парцеллирование, несколько парализуемое лишь усиленными выселениями. Земельная собственность распределяется в Вюртемберге следующим образом:

В Бадене в частной собственности находится около 95% территории, которая распределяются так:

Крупной собственности в стране нет, кроме 21 владения более 180 гект. каждое, расположенных в Шварцвальде.

В Баварии средняя величина частного владения (в гектарах):

в среднем по Баварии 6,32; землевладельцы составляют 52,3% населения.

Между очерченными двумя областями расположен в Германии огромный район господства среднего крестьянского землевладения. Тип этот встречается и в Пруссии (Бранденбург), и на юго-западе (даже в Бадене и Вюртемберге), но в этих местах он представляет исключительное явление среди крупной и мелкой собственности. Преобладающим он является в центральной полосе, идущей от северо-запада на юго-восток: в частях Шлезвиг-Голштинии, Ганновера, Брауншвейга, Ольденбурга, Вестфалии, в обоих княжествах Липпе, в Вальдеке, в части Гессена. Здесь земли принадлежат чаще всего состоятельным крестьянам и обрабатываются не только семьями хозяев, но и наемными рабочими, с значительными капитальными затратами на полеводство. Такие землевладельцы резко отличаются от «Zwergwirth’ов» юго-запада и составляют предмет идеализации для многих исследователей. Ein tüchtiger gesunder Bauerstand (обеспеченный, здоровый крестьянский слой) представляется надежнейшим залогом общественного спокойствия. Возражением является, однако, скопление довольно крупных участков в руках одного класса и низведение остального сельского земледельческого населения на степень батраков. Почти во всей Шлезвиг-Голштинии и особенно на западном ее берегу господствует крестьянская собственность величиной 40—500 моргенов (10—125 гект.). В Ганновере крупная собственность занимает не более 12% общего пространства, средняя — 69%, мелкая — 19%. В Брауншвейге в частной собственности находится около 60% пространства, которые (за исключением городской собственности) распределяются следующим образом:

Из всех этих владений — не крестьянских лишь 71, с пространством в 14 с небольшим тысяч гектаров.

В Ольденбурге в частной собственности находится 72% пространства, которые распределяются так:

В Саксонии в частной собственности находится почти 89% всей площади, которые распределяются следующим образом:

В настоящее время во многих местах Германии замечается упадок среднего крестьянского слоя. В местностях господства крупного З. средняя собственность отчасти поглощается им, отчасти парцеллируется под влиянием возрастающего спроса на земли, не удовлетворяемого крупными владельцами; в местностях, приближающихся к господству мелкой собственности, средняя быстро раздробляется. Еще недавно крестьянин обходился весьма малым количеством денег и довольствовался тем, что доставляло ему его хозяйство. Привлечение наемного труда, возвышение денежной заработной платы, рост налогов, быстрое развитие в деревне менового хозяйства — все это требует денег. Рядом с этим падают и цены на продукты хозяйства вследствие усиливающейся конкуренции не только других стран Европы, но и других частей света. Отсюда средние хозяйства в Германии теряют устойчивость и стремятся преобразиться в какую-либо из крайних форм.

Землевладение в Австро-Венгрии. В Цислейтании число соб-ков с семействами = 44% населения. Maximum крупного З. находится в Силезии. Там оно занимает 50,5% производительной площади. Затем следуют Буковина, Галиция, Моравия и Чехия (40—30%). Minimum — в Далмации (1,0%) и Береговой земле (2,5%). За ними следуют Тироль, Каринтия, Крайна. — В Транслейтании земли казны и юридических лиц составляют 34,56% всего пространства; в частной собственности — 65,44%. Эта площадь разделяется так:

Средний размер владения первых — 3,68 гект., вторых — 58,10 гект. Среднее владение собственников третьей группы, имеющих менее 10 тыс. иохов, — 1577,72 гект., среднее владение собственников (числом 231), имеющих более 10 тыс. иохов, — 9779,35 гектар.

В Италии количество землевладельцев с их семействами определяется в 5,7% населения. Несмотря на малые размеры этой цифры, дробление земли в некоторых частях страны достигает весьма значительных размеров. Количество «Zwergwirth’ов» возрастает, рядом же увеличивается и число латифундий. Крупная собственность и владения юридических лиц распространены в бывшей Папской Области, Романье, Тоскане, Неаполе и на равнинах Ломбардии.

В Испании, где собственники составляют 16% населения, встречаются те же земельные контрасты и обширные владения юридических лиц, в особенности в гористых местностях, с экстенсивным пастбищным хозяйством.

Лишь немногим мельче З. в Португалии где число собственников поднимается до 21,3% населения.

В Швеции

т. е. ⅔ собственников принадлежат к средним и ¼ — к мелким. Более крупные участки встречаются на Ю.В. страны, в части более свободной от гор.

В Норвегии в частной собственности находится 98,15% всей земли. Распределение этой площади:

Крупная собственность почти отсутствует, господствует средняя, причем размеры последней несколько крупнее, чем в Швеции.

Гораздо мельче З. Дании, где до 6,6 гект. имеют 99,1% собственников (из них до 0,55 гект. — 64,3%). Более крупные составляют ничтожную группу, менее 1%.

В Бельгии:

Господство мелкой собственности и «Zwergwirth’ов».

В Голландии имеются данные лишь для хозяйств больше 1 гект. Их распределение:

Надо думать, что остальные 95,27% земледельческой территории заняты хозяйствами ниже 1 гект. Получается картина весьма сходная с той, какую видим в Бельгии и Франции.

В Румынии господство очень крупной собственности и слабое земельное обеспечение сельского населения вызвало в конце 80-х годов издание закона о наделении крестьян участками казенных земель в 10 и 5 гектаров, на праве частной собственности. Выкуп этих участков должен быть закончен в течение 32 лет. Получившие большие участки вносят сразу ¼ цены и затем выплачивают ежегодно 5% росту и 2% погашения; получившие меньшие платят 5% росту и 1% погашения и получают от государства на обзаведение ссуду по 450 фр.

Земледельческая площадь Соединенных Штатов Северной Америки = 216 млн. гект. = 28,9% площади страны. Это пространство распадается на 4 млн. хозяйств, по 54,12 гект. (= около 50 дес.) в среднем на каждое.

Крупные и мелкие участки встречаются сравнительно редко, а господствуют средние (почти 9/10).

Землевладение в России. Общее количество поземельной собственности в 49 губерниях Европ. России (без Донской Области), по обследованию статистическими учреждениями Мин. вн. дел в 1877 и 1878 гг., простирается до 391,1 млн. дес. По имевшимся до того времени данным полк. Стрельбицкого, сумма эта определялась в 417,5 млн. дес. Первая цифра представляет недочет в 6,3%, объясняемый пропуском некоторых неудобных пространств, земель под кочевьями и т. п. Распределение этого пространства по разрядам владельцев:

Итак, кроме земель удела и учреждений (вместе 4,1%), государственные имущества занимают почти 2/5 Европ. России, оставляя 3/5 для пользования прочих собственников. Между последними владеющие землей крестьяне пользуются территорией почти в 1½ раза больше состоящей во владении некрестьян.

а) Землевладение казны  распределяется следующим образом: леса составляют 69,3%, земли неудобные 28,1%, земли удобные 2,6%. Казне принадлежат почти все неизмеримые лесные пространства С. и С.В. В губерниях Архангельской, Вологодской, Олонецкой и Пермской имеется более 100 млн. дес. леса, принадлежащего почти исключительно государству. — Большое количество неудобных земель у казны объясняется тем, что государству вообще принадлежат пространства, не принадлежащие никому другому. Сюда входят, след., и тундры, и болота, и хребты гор, и проч. Наибольшее количество их имеется в губ. Астраханской (56% — солончаки и пески) и Архангельской (50% — тундры). За ними следуют губернии приозерной области, западные и белорусские. Удобная казенная земля (менее 4 млн. дес.) расположена, главным образом, в тех местностях, где население и без того сравнительно несколько более обеспечено землей — в степных южных и восточных губерниях: в Екатеринославской (90%), в Херсонской и Бессарабской (89%, Таврической (70%), Харьковской (67%), Самарской (62%), Саратовской (50%), Оренбургской и Уфимской (30%). К ним примыкают губ. Эстляндская (49%), Лифляндская (26%) и Воронежская (22%). Во всех остальных губерниях процент удобных казенных земель весьма мал и спускается до 0,2% в Вологодской губ. и 0,01% — в Архангельской. — Географическое расположение казенного землевладения крайне неравномерно. Три северные губ. (Арх., Олон., Волог.) принадлежат почти целиком казне (97,3%, 90,3% и 83,0% пространства губ.), две восточные (Пермская 51,0% и Вятская 48,0%) — наполовину. В этих 5 губ. казенных земель насчитывается свыше 133½ млн. д. = более 88½% всего государств. землевладения. — Резкий переход к губ. второй группы (Казан., Курлянд., Костром., Нижегородской, Новгород. и Гродненской): здесь казенные земли занимают не более 1/5 части площади (кроме Казан. — 26,3%). Затем госуд. земель в 17 губ. от 15 до 5%, 18 губ. — от 5% до 1%, 3 губ. — менее 1%, причем менее всего их имеется в некоторых южных и подмосковных губ. — Земельные казенные оброчные статьи географически располагаются аналогично с расположением удобных казенных земель.

b) Земли удела расположены в 29 губ. Европ. России. Из них по абсолютному количеству удельных земель выделяются две сев. губ. (Арханг. и Волог.) и Симбирская — в каждой более 1 млн. дес. Наименьшее их количество находится в губ. южных (Таврич., Херсонской и Харьк. — от 10000 до 1000 дес.) и в Виленской (230 дес.). — Относительно площади губерний только в одной Симбирской губ. удельное землевладение представляет заметную величину (24,5%); в 4-х других оно = 8% — 6% (Новгор., СПб., Костр. и Самарская); в 11 губ. — от 5 до 1% и в 13 губ. — менее 1%.

c) Земли учреждений юридических лиц имеются во всех губ., но составляют везде ничтожную часть пространства. Из 49 губ. Европ. России только в одной Оренбургской этот разряд земель занимает 21,1% площади, затем — в Астраханской 6,9% (в обеих — войсковые казачьи земли), в Бессарабской 6,6% (земли иностранных монастырей); во всех остальных — не более 5%, из них в огромном большинстве менее 1%.

З. юридических лиц в России состоит почти исключительно из земель церквей (см Церковь), монастырей (см. Монастырь) и городов. Остальные представляют весьма небольшую величину. З. городов и посадов, по данным «Статистики поземельной собственности», в 49 губ. Европ. России равняется 1929367 дес., т. е. 0,5% общей площади. Эти цифры (и абсолютные, и относительные) весьма невысоки, что указывает на сравнительно слабое развитие у нас городской жизни. Только две губернии выделяются по крупному абсолютному количеству в них городских З. — Херсонская (236,3 тыс. дес.) и Саратовская (216,8). За ними следуют: Лифляндская (99,6), Таврическая (73,6), Екатеринославская (67,9), Самарская, Новгородская и Архангельская (в последних трех — от 50 до 60 тыс. дес. в каждой). В этих восьми губерниях сосредоточено 44,3% всего количества городских земель; на долю остальных 41 губ. остается всего 55,7%. — Минимальными абсолютными размерами городских З. характеризуются губернии Эстдяндская (9,1 т.), Рязанская (7,9 т.) и Курляндская (5,7 т.). — Следующую группу (от 10 до 30 т. дес. в каждой) составляют 24 губ., принадлежащие к полосам центральной земледельческой, московской, промышленной, литовской, белорусской, отчасти малороссийской, заволжской и приуральской. От 30 до 40 тыс. дес. имеют 9 губерний, расположенных на В. и С. от только что очерченной области (сюда же примыкает и губ. Минская). Наконец, от 40 до 50 т. заключают в себе губ. Черниговская, три юго-западных и Симбирская. — Городские З. составляют следующую часть площади:

Отсюда видно, что относительные размеры городского З. уменьшаются у нас от запада и юга к востоку и северу. Более развитая городская жизнь западной окраины, входившей большею своею частью в состав польско-литовского королевства, с одной стороны, и наличность сравнительно большого количества городов портовых по берегам Черного и Азовского морей и по берегам судоходных рек в Новороссии — с другой объясняют увеличение цифры городского З. для 1, 2, 4, 5 и 6-й полос приведенной таблицы. В седьмой то же явление обусловливается большим количеством фабрично-заводских центров (городов и посадов) с Москвою во главе. В третьей также имеется сравнительно немалое количество более или менее крупных городов и посадов по Волге. В полосах 11 и 12-й чрезвычайная лесистость, суровые климатические условия, слабая населенность, почти полное отсутствие улучшенных путей сообщения влекут за собою разбросанность поселений и незначительное развитие городской жизни. Пахотная земля составляет в среднем 17,8% всей площади городского З. Цифра эта колеблется по полосам следующим образом:

Таким образом, губернии всей западной окраины (кроме Прибалтийских), новороссийского юга, юго-востока и востока до Урала имеют в составе городских земель пахоты более средней величины, а меньше средней — север, Приозерная и Прибалтийская области на западе, Приуралье на востоке, центр и Малороссия. В отдельных губерниях уклонения от средней еще более резки. В четырех губерниях (Архангельской, Оренбургской, Таврической и Бессарабской) городской пахотной земли нет вовсе; с другой стороны, в губ. Минской распахано 62,3% городской земли, а в четырех других — от 40 до 50% (Гродненская, Подольская, Екатеринославская и Симбирская).

d) Земли крестьян составляют 1/3 всей площади Европ. России. Подавляющее количество их расположено на В. от линии, идущей от Архангельской губ. до берегов Каспийского моря. В 11 губерниях, лежащих почти исключительно в этой области (Оренб., Самарск., Уфимск., Вятской, Пермск., Астрах., Вологодск., Воронежск., Казанск., Саратовск. и Тамбов., от 11,4 до 3 млн. дес. в каждой), их имеется более 61 млн. дес. = более 46%, т. е. почти половина. Менее всего крестьянских земель в двух прибалтийских (Эстл. и Курл.) и в двух северных губ. (Арханг. и Олонец.). — По отношению удобной крестьянской земли к площади губерний первые места занимают полосы центральная земледельческая, отчасти центральная промышленная и восточная. В 12 губ. этого района (Ворон., Уфимской, Курск., Оренбургской, Казанской, Харьковской, Пензенской, Московской, Рязанской, Тамбовской, Тульской, Калужской) крестьян. удобная земля охватывает от половины почти до 2/3 пространства. Изобилие лесов и неудобных земель вообще на С., С.В., С.З. и в Белоруссии сокращает там весьма значительно и относительную цифру удобных крест. земель (Пермской 18,0%, Вологодской 8,5%, Олонецкой 4,8%, Арханг. — 0,4%). — Неудобные крест. земли = 10,5% всего крест. землевладения. Относительно площади губ. размеры их особенно выдаются в Астраханской губ. — 51,8%, затем более 5% (до 10%) имеют две западные (Витебск, и Могил.) и 4 восточные и юго-восточные (Оренбург., Самар., Саратов. и Уфим.). Соединяя вместе цифры удобной и неудобной крестьянской земли, получаем отношение всей крест. земли к площади губ. (см. картограмму № 1).

Полосы центральная земледельческая и промышленная, юго-восток и отчасти восток представляют господство крестьянских надельных земель. Они занимают здесь от 1/2 до 2/3 площади каждой губ., а в иных — от 2/3 до 3/4. Степной юг, Малороссия и Запад дают цифры между 1/3 и 1/2. Менее всего крестьянское владение распространено в трех губ. Крайнего Севера. Кроме земель надельных, у крестьянских обществ имеются еще земли прикупленные («купчие»). Вышеобозначенная цифра последних устарела, так как в нее не вошли земли, прикупленные при помощи крест. банка. Общее количество купчих земель, однако, весьма невелико сравнительно с численностью крестьян и с размерами их наделов. По сведениям Центр. стат. комит., приобретено крестьянами за свой счет до 1877 г. всего 762,7 т. дес., а из отчетов Крест. банка видно, что при его помощи с 10 апреля 1883 г. по 1 января 1892 г. приобретено крест. 1742 т. дес. (в том числе сельскими обществами — 797 т., товариществами 924 т. и отдельными лицами 21 т. дес.). Следовательно, всего этими путями перешло в руки крест. около 2505 т. дес. = 0,64% всей площади земельной собственности Европ. России и 1,96% площади крестьянского землевладения. Из губ., где имели место покупки земель до 1878 г., выдается Тверская (121 т. дес. = 2,3% площ. губ.)., затем следуют Костромская, Владимирская, Ярославская и Новгородская (100—50 т. д. в каждой).

Общее число крестьянских общин, наделенных землей в 49 губ., — почти 140 тыс., с 22396069 ревизских душ, получившими в надел удобной земли 116854855 дес. Среднее на 1 душу — 5,2 дес.; цифра эта по губерниям колеблется весьма значительно — от 25,1 до 2,3 дес. (см. картограмму № 2). Не считая Крайнего Севера, находящегося в особых хозяйственных условиях, наименее обеспечены землей крестьяне губ., расположенных сплошной массой в центре Европ. России. Сюда входит большая часть сев. черноземной полосы и часть московской промышленной. Это малоземельное ядро имеет отросток на юго-запад через губернии малороссийские к границам Галиции. Очерченная территория окружена почти сплошным кольцом губерний, наделы в которых значительно крупнее. Последние растут, таким образом, от центра к окраинам, на восток быстрее, чем на запад. Указанные средние величины колеблются, далее, по разрядам крестьян. Это видно из следующих общих данных:

Уже здесь можно усмотреть, что менее всего обеспечены землей крестьяне бывшие владельческие, затем — бывшие государственные и более всего — крестьяне проч. разрядов. Первые два разряда составляют почти 90% всего крестьянского населения. Что касается до формы З., то о ней имеются следующие данные:

В подворном владении находятся все 100% крестьянской земли в губ. Ковенской и Виленской; оно же является преобладающим в губерниях: Гродненской, белорусских, Полтавской, Черниговской и у четвертных владельцев («лапотные дворяне» — бывшие служилые люди) некоторых губ. сев. части черноземной полосы. В остальных чисто русск. губерниях эта форма З. встречается лишь в виде исключения. Разряд крестьян бывших владельческих состоит из 10 млн. ревизских душ, с удобной надельной землей в количестве 33755759 дес., что составляет в среднем 3,3 дес. на ревизскую душу. Колебания — от 9,4 до 1,7 дес. Максимальные наделы (выше 5 дес.) — в губерниях: Астраханской, Олонецкой, Новгородской, Вологодской, Минской и Таврической. Минимальные (ниже 2,5 дес.) — в губерниях: Подольской, Харьковской, Воронежской, Курской и Полтавской. Характерной чертой является здесь более слабый рост наделов от центра к вост. и южн. окраинам, чем того можно было бы ожидать на основании общей схемы (картогр. № 2). Объясняется это тем обстоятельством, что в южн. и особенно вост. губерниях встречается наибольшее число четвертных (даровых) наделов, малые размеры которых сильно влияют на погубернские средние земель крестьян бывших владельческих. Только в двух губерниях получили даровые наделы более 100000 ревизских душ, и обе они расположены на востоке — Саратовская и Пермская. Почти все губернии, в которых на четвертном наделе поселено более 10000 ревизских душ, принадлежат также бассейну Волги и Камы, с одной стороны, и степной южной окраине — с другой (Вятская, Нижегородская, Казанская, Симбирская, Пензенская, Самарская, Уфимская, Оренбургская, Херсонская и Екатеринославская). Вне этих областей лежит лишь одна губерния — Курская. Во всех остальных губерниях, в которых встречаются даровые наделы и которые расположены почти исключительно в центре, на сев.-западе и севере, количество таких наделов ничтожно по сравнению с вышеуказанным. Отношение количества земель крестьян бывших владельческих к общему количеству надельной удобной земли крестьян всех наименований колеблется по губерниям от 80% до 0,8% и изображено на картограмме № 3. Очевидно, эта картограмма противоположна картограмме № 1. Губернии с наибольшим количеством крестьянских земель вообще обладают наименьшим количеством земель крестьян бывших владельческих, и наоборот. Объясняется это историческим процессом образования русского государства. В центре и на Ю.З. оно началось; здесь скучивалось население, здесь образовался и класс помещиков, владевший крестьянами. Отсюда преобладание бывших крепостных над всеми остальными разрядами, отсюда и малоземелье. На окраинах южной и особенно восточной происходила крестьянская колонизация; класс помещиков там сравнительно позднего происхождения. Поэтому там слаб разряд бывших владельческих крестьян, а развиты разряды бывших государственных и удельных; поэтому и земельное обеспечение крестьян там выше.

Крестьяне бывшие удельные состоят из 900486 ревиз. душ, с наделом в 4333261 дес. = в среднем по 4,8 дес. на ревизскую душу (на 46% более соответствующей величины для бывших владельческих). Цифра эта по губерниям колеблется между 7,7 дес. (Астраханская) и 2,1 дес. (Московская), причем восточн. и северн. окраины (кроме губ. Архангельской) дают наделы большие, чем юг и центр. Удельных крестьян совсем нет в 82 губерниях. Из остальных 27 наибольшее их число находится в губерниях: Симбирской (235 т. ревизск. душ), Самарской (119 тыс. ревизских душ), Вятской (74 тыс.) и Костромской (63 тыс.). В названных четырех губерниях общее число рев. душ этого разряда крестьян превышает 490 т. = почти 55% всего их количества.

Разряд бывших государственных крестьян состоит из 9643606 рев. душ, с наделом в 57130141 дес. = в средн. 5,9 дес. на рев. душу (на 80% более среднего надела бывших владельческих и на 23% более ср. надела бывших удельных). Колебания по губерниям — от 16 дес. (Астраханск.) до 2% (Архангельская). Общая картина этих колебаний аналогична той, которая знакома уже из картограммы № 2. Сравнительное малоземелье в центре и на юго-востоке (равно и в губернии Архангельской) и увеличение наделов к окраинам — к востоку и югу быстрее, чем к западу. Девять губерний, имеющие максимальные наделы (более 7 дес. на рев. д.), почти все расположены на Ю., В. и Ю.В. (Астраханская, Оренбургская, Самарская, Вологодская, Таврическая, Уфимская, Бессарабская, Новгородская, Саратовская); к ним весьма близко подходят Херсонская, Вятская, Екатеринославская, Пермская. Из шести губерний с минимальными наделами четыре принадлежат юго-западу (Киевская, Подольская, Полтавская, Черниговская). Близки к ним Московская, Рязанская, Орловская, Симбирская, Тульская и Архангельская. Относительное количество земель бывших госуд. крестьян обратно пропорционально числу крестьян бывших владельческих и возрастает от запада к востоку и северу. Максимальную группу составляют губернии Вятская, Олонецкая (наделы бывших госуд. крестьян составляют более 90% всего пространства крестьянской земли), Казанская, Астраханская, Воронежская, Харьковская (90—80%). Минимальное количество земель бывших госуд. крестьян — в губерниях Минской и Могилевской. Незначительное количество их в Симбирской губ. объясняется господством там крестьян бывших удельных, а в Уфимской и Оренбургской — господством казачьих земель.

В состав разряда «остальных» крестьян входит сравнительно небольшая группа в 1,8 млн. ревизск. душ, с наделом в 21635694 дес. = в среднем на душу 12,0 дес. Сюда относится инородческое крестьянское население прибалтийских губ., Бессарабии и друг. и казаки Оренбургской и Астраханской губ. Этот разряд совсем не встречается в 21 сев. и центральных губ. Всего больше земель этого разряда в губерниях прибалтийских (100% всей площади крестьянского З.), Бессарабской (95%), Оренбургской и Уфимской (более 40%); в остальных — от 82,0% (Таврич.) до 0,06% (Новгородская). Кочевниками занято в Астраханской губ. около 4/5 площади, а в Ставропольской — более 2-х млн. дес. В Уфимской губ. до конца 70-х годов башкирские земли занимали около 1/2 пространства (количество это затем весьма значительно уменьшилось). В Донской Обл. около 80% земли составляли запасный фонд Войска. В 80-х гг. часть этой земли уже перешла в частную собственность.

В частной собственности имеется в Европ. России 93,4 млн. дес. = около 1/4 площади (23,8%); из них 1,8 млн. дес. (0,4%) — в собственности обществ и компаний. Колебания по губерниям весьма значительны — от 58,5% (Минская) до 0,01% (Архангельская). Восемь губерний с максимальным содержанием частновладельческих земель (более 50%) расположены по преимуществу на западе и отчасти на юге (Минская, Эстляндская, Могилевская, Херсонская, Смоленская, Витебская, Псковская и Таврическая) семь губерний с минимальным (менее 20%) содержанием этих земель — на востоке и севере (Казанская, Оренбургская, Астраханская, Вятская, Вологодская, Олонецкая, Архангельская). Из картограммы 4 очевидно, что в противоположность распределению земель крестьянских, землевладельческий элемент развит слабее всего на севере, востоке и юго-востоке. Из относящихся сюда 14 губерний в одной Курской в личной собственности имеется больше 1/3 пространства, в шести — от 1/4 до 1/3 и в шести — менее 10%. Нигде в Европ. России этот тип З. не превышает 60%; более половины он занимает лишь в 8 губерниях — двух южных, пяти западных и одной прибалтийской. Типичным отношением для всех остальных 27 губерний (центральных, юго-западных и частью западных) является от 1/2 до 1/3 площади каждой губернии. Земель обществ и компаний всего больше в губернии Пермской (755 т. дес.), затем в Новгородской (145 т.) и Олонецкой (132 т.). В сумме названные три губернии заключают в себе земель этого разряда 1320000 дес. = около 75% всего их количества. Остальная 1/4 распределяется малыми количествами между прочими губерниями.

Средний размер русского частного З. составлял в 1878 г. 190 дес. На черноземе этот размер (207 дес.) немногим больше, чем в нечерноземной России (185 дес.). Средний размер владения у дворян — более 600 дес. (638), у купцов — 775 дес., у мещан — 33 дес., у крестьян — 18 дес. В силу экстенсивного характера земледелия русскими статистиками принимаются весьма расширенные границы для классификации размеров собственности. Мелкою принято считать собственность до 100 дес., среднею — 100—1000 дес., крупною — выше 1000 дес. На основании этого деления получаются следующие данные о размерах нашего частного З.:

По губерниям в среднем приходится на одного владельца:

1) более 1000 дес. — в губ. Пермской (более 17 тыс.), Лифляндской, Астраханской, Оренбургской, Эстляндской и Курляндской; 2) 1000—500 дес. — в губ. Уфимской, Екатериносл., Самарской, Херсонской и Саратовской; 3) менее 100 дес. — в губ. Калужской, Гродненской, Владимирской, Рязанской, Черниговской, Вологодской, Полтавской, Курской, Тверской, Ярославской и Архангельской; 4) 600—100 дес. — в остальных 27 губ. Итак, окраины (кроме северной) дают более крупный размер владения, чем центр. Первое место занимает восток и губ. прибалтийские; затем следует юг. Малороссия, некоторые центральные губ. и больше всего север дают минимальный средний размер владения. Крупная собственность занимает в губ. вост. и прибалтийских 3/4 пространства, во всех остальных полосах — не менее 1/2 (Малороссия — 49%), мелкая встречается более всего там, где менее распространена крупная (до 21% на севере в Малороссии и центре), и наоборот (до 1% — в приуральских и прибалтийских губ.); средняя следует мелкой в своем географическом распространении: minimum в прибалтийских губ., на Нижней Волге (7%) и губ. приуральских (2%), maximum — в Литве (33%), Малороссии (36%) и центре (31—37%).

Эта табличка проще выражается следующим образом:

По сословиям частное З. распределяется следующим образом:

Дворяне составляют менее 1/4 всего числа собственников, владения же дворянские — 4/5 собственности. Крестьяне и мещане — почти 70% собственников, владения же их — около 7½% собственности. Купцы составляют весьма малую группу собственников, но владеют 10% собственности. Дворянам и купцам вместе принадлежит 9/10 всей площади частного З. Европ. России.

Дворянству принадлежит более 9/10 пространства в губ. прибалтийских, Виленской, Ковенской, Минской, Киевской и Подольской; менее 60% — в губ. Владимирской, Олонецкой, Вологодской; особо стоит Архангельская с ее 0,7% дворянского владения; во всех остальных губ. отношение это больше 60%, но меньше 90%. Купеческое З. распространено значительно (более 20%) в губ. Олонецкой, Владимирской, Вятской и Самарской; во всех остальных губ. — в гораздо меньших размерах; особенно мало во всей зап. полосе (Ковенская 0,5%, Виленская 0,2%) и губ. Архангельской. З. мещан развито там, где ничтожны владения купеческие (кроме губ. Архангельской), на западе (более 30% — Гродненская, Волынская, Минская, Витебская, Могилевская), а менее всего — на юге. Личная крестьянская собственность составляет 97% площади частного владения в губ. Архангельской; maximum для всех остальных губ. — в губ. Вологодской (26,6%); близки губ. Ярославская (23,3%) и Тверская (20,5%); менее 1% — в Киевской, Херсонской, Волынской, прибалтийских и Пермской (Подольская и Бессарабская — по 1%). Итак, кроме Архангельской губ., личная крестьянская собственность составляет вообще небольшую часть всей частной собственности. Заметнее она на севере, менее всего — на юго-востоке; возрастает в местах наименьшего влияния дворянского З. Наконец, собственность «остальных» владельцев достигает своего maximum’a в Таврической губ. (12,5%); близки губ. Бессарабская, Херсонская, Олонецкая и Екатеринославская. В южных степных губ. большое количество земель этого разряда объясняется изобилием колонистов и иностранных подданных разных национальностей.

Дворянское З. постепенно уменьшается. Этот процесс замечен и в центральных, и в поволжских, и в южных губ. и продолжается постоянно с начала 60-х гг. Купеч. З., наоборот, имеет стремление увеличиваться. Весьма распространены за последнюю четверть века покупки купцами имений с коммерческими целями (для сруба леса, для ломки камня и т. д.). По достижении этой цели земля нередко перепродается. Отсюда происходит замечательная неустойчивость купеческого владения. Этот вид собственности встречается чаще вокруг столиц, больших городов, сплавных рек и т. п. Наконец, крестьянское личное З. стремится к увеличению на счет дворянского, хотя абсолютные и относительные размеры его, как указано, невелики. В Московской губ. в период 1865—85 гг.

Указанные потери дворян возрастали и во времени: в 1865—1876 г. — по 1,6% ежегодно, а в 1876—1885 г. — по 2,0%. Особенно сильно уменьшение дворянского землевладения в уу. Богородском, Дмитровском и Коломенском, где потери эти превышают половину пространства (62,1%, 50,8% и 53,5%). В первых двух покупателями выступали исключительно купцы. В Тамбовской губ. за время 1866—1886 гг. разные категории владельцев потеряли 310,3 т. дес., из которых 99% принадлежали дворянам. Приобретателями этих земель были:

В Екатеринославской губ. количество дворянских земель уменьшилось в первое же пятилетие со времени крепостной реформы (1861—1866) с 3,0 млн. дес. до 2,6 млн. (= более 2,0% в год), а к 1 января 1888 г. — до 1,8 млн., т. е. на 39%. В Полтавской губ. за 8-летний период (1870—77) из рук разных категорий владельцев ушло 80,5 т. дес., из них дворянских — 98,8%. Покупателями были:

Следующая табличка проф. Фортунатова (по земско-статистическим данным) показывает процент ежегодной убыли в среднем дворянского З. за период со времени крестьянской реформы до половины 80-х годов (около четверти века):

Только в одном Царицынском уезде замечено увеличение дворянского землевладения ежегодно на 0,33%. В своей «Статистике» тот же автор принимает средний ежегодный процент убыли земель дворян около трех, а наибольший — выше пяти (в губ. Орловской, Смоленской, Витебской, Самарской и Вологодской).

Землевладение в Финляндии. Территория великого княжества распределяется по разрядам владельцев след. образом:

Обрабатываемые дворянские и казенные земли раздаются в пользование крестьянами же. Таким образом, почти вся земля находится или в собственности, или в льготном пользовании землепашцев. Собственников свыше 100 т., но распределение между ними собственности не поддается точному определению. В стране существует особая земельная единица — mantal, означавшая прежде величину участка, который мог быть обработан крестьянским двором. Теперь единица эта потеряла фактическое значение, но мы имеем средние количества собственников по губерниям на 1 mantal, что проливает некоторый свет на определение размеров собственности. А именно:

Величина mantal’a на юго-востоке — 100—150 гект., а на севере — в 10—20 раз больше. Размеры собственности, таким образом, гораздо меньше на Ю.В., чем на С. и С.З. Можно, однако, думать, что разница эта сильно сглаживается тем обстоятельством, что площадь удобной к обработке земли (составляющая вообще в стране ничтожную величину — менее 3%) увеличивается от севера к югу. Общая картина финляндского З., вероятно, имеет много общего с картиной скандинавского, т. е. характеризуется господством средних размеров собственности.

Землевладение в Привислянских губерниях. Территория этих губерний распределяется след. образом:

Количество собственников в двух первых крупнейших категориях землевладельцев едва превышает 650000 чел.

Из них:

Среднее крестьянское хозяйство = 7,19 дес, Колебания 11,9 дес. — 4,9 дес., уменьшаясь от границы русских губерний к западу.

В частности имеется:

Таким образом, около 4/5 польских крестьян имеют земельное обеспечение меньшее, чем в среднем наши бывшие владельческие крестьяне, но несколько большее, чем крестьяне наших западных и юго-западных губерний. Из дворянских земель около 1/2 млн. дес. принадлежит мелкой шляхте, с размерами владения не свыше 50 дес.

Из этого класса:

Все вместе они владеют не более 10% дворянской земли. Остальные 90% распределяются следующим образом:

т. е. в крупной собственности находится более половины этих земель, а в средней — немного менее. Последняя получила в Привислянских губ. несколько сильнейшее развитие на счет крупной, чем в собственно русских губерниях. З. остальных видов собственников распространено там сравнительно слабо. За вычетом земель крестьян и дворян на их долю остается менее 15% земельной собственности. Это пространство занято более всего государственными имуществами, затем — владениями купцов и мещан и лишь в небольшой части владениями посадов и юридических лиц.

Землевладение крупное, среднее и мелкое. — Эта классификация земельной собственности принадлежит к числу спорных в литературе. Рошер думает, что различие между крупною, среднею и мелкою поземельною собственностью лежит не столько в пространстве участков, сколько в степени интенсивности хозяйства, с одной стороны, и в общественном положении, которое занимает хозяин участка, — с другой. По этим основаниям он разумеет: 1) под крупной собственностью — такую, которая принадлежит лицу из «высшего» класса, и распоряжение которою не оставляет хозяину времени для личной ее обработки; 2) под среднею собственностью — такую, распоряжение которою оставляет хозяину возможность и время принимать личное участие в работах, причем хозяин принадлежит к такому классу общества, которому не чуждо занятие физическим трудом; 3) под мелкою собственностью — такую, которая заставляет хозяина и его семью лично исполнять все работы и в то же время занимает этими работами все время хозяйской семьи. К этим трем общепринятым видам собственности Рошер присоединяет еще четвертый, а именно столь мелкую собственность, что хозяин ее с семьей не в состоянии занять всего своего времени работой на своем участке и принужден еще искать заработков на стороне. Все это деление носит характер случайности и представляет лишь обобщение условий, существующих в Германии. Не занимающийся физическим трудом собственник виллы, дачи — все же землевладелец мелкий. Крупные собственники часто разбивают свои владения на участки разной величины и сдают их в наем. Участки средние и мелкие далеко не всегда обрабатываются лично собственниками: в аренду сдаются владения разных величин. Наделы уходящих на заработки крестьян, наделы недоимщиков сдаются в другие руки. При равной величине участков один, по местным условиям, может быть причислен к одной категории, другой — к другой (напр. участок в 200 дес. в малоземельной полосе России — к крупными, в многоземельной — к средним). Pay ставит другой критерий — воловую или лошадиную запряжку. Мелкою собственностью он называет такую, которая занимает лишь одну запряжку; среднею — такую, которая занимает несколько запряжек, но которую обрабатывает сам хозяин; наконец, крупною — такую, на которой заботы по администрации отнимают у хозяина возможность принимать личное участие в работах. По определению Пасси, мелкая собственность не может занять всей работы одного плуга, средняя — занимает от одного до двух, а крупная — больше двух. Хотя хозяйственный инвентарь стоит в связи с размерами З., тем не менее, классификации Pay и Пасси также не чужды произвольности: почему, напр., одна запряжка, один плуг должны характеризовать мелкую собственность, а не две запряжки, два плуга? Точный критерий крупного, среднего и мелкого З. едва ли может быть установлен ввиду крайнего разнообразия хозяйственных условий, в которых находятся собственники земли. Количество земли, которое можно приурочить к тому или другому виду собственности, изменяется весьма значительно в разное время, в разных странах, даже в разных частях одной и той же страны в зависимости от доходности земли, от цен на сельскохозяйственные продукты, от удобства их сбыта и т. д. Собственность можно назвать мелкой, если средний чистый доход ее не удовлетворяет потребностям средней семьи земледельца; крупной — если, сверх такого удовлетворения, семья получает еще избыток, средней — всякую, занимающую середину между первою и второю.

Защитники крупной собственности видят в ней прежде всего единственную форму землевладения, способствующую дальнейшему развитию интенсивности хозяйства. Крупный собственник имеет от своего участка относительно больший чистый доход, чем мелкий собственник. Он может обладать сравнительно меньшим сельскохозяйственным инвентарем в скоте, орудиях; постройках и пр., чем все мелкие, вместе взятые, на том же пространстве земли; следовательно, издержки производства у первого меньше, чем у последних. Вторым преимуществом крупного землевладения выставляется возможность большого разделения труда. В мелком хозяйстве работы исполняются лично хозяином и его семьей, в крупном — наемными рабочими, при многочисленности которых разделение труда может быть доведено до возможного в земледелии maximum’a. Третьим преимуществом крупной собственности признается возможность введения разного рода улучшений, недоступных по отсутствию капитала и кредита для собственника мелкого. Защитники мелкой собственности указывают на то, что с расширением запашек на мелких участках, с подъемом цен на хлеб, с развитием сбыта продуктов земледелия разница в размерах чистого дохода собственников обоих типов должна сглаживаться, в особенности если хозяйство ведется крупным собственником не самолично, а через съемщиков, арендующих у него землю мелкими участками. Если отдельный мелкий собственник лишен крупных капиталов, то на помощь ему может явиться союз лиц, находящихся в одинаковых условиях. Известны примеры весьма больших затрат, делаемых совместными усилиями общин и компаний (борьба с океаном в Голландии и Бельгии, покупка дорогих земледельческих машин в Бельгии, Германии и т. д.). Еще важнее то, что работу человека на себя нельзя сравнивать по интенсивности с работой на другого. Производительность труда сильно возрастает, когда принадлежность орудий и плодов труда обеспечена за работником. Между тем, только при господстве в стране мелкой собственности масса земледельческого населения обрабатывает землю на себя. Производительность сельскохозяйственного промысла в стране повышается в этом случае весьма заметно. По вычислению Рейхеншпергера, труд 3 собственников равняется труду 5 наемных рабочих. В гл. VI т. I «Оснований политической экономии» Д. С. Милля собрана масса блестящих примеров производительности труда мелких собственников в Норвегии, Бельгии, Прирейнской области, Швейцарии, Италии и других странах. Все они показывают, что мелкий собственник достигает высшего благосостояния, если размеры его собственности позволяют ему сколько-нибудь прочно обставить свое хозяйство. Более равномерное распределение собственности имеет следствием усиление количества производимых продуктов.

Бесспорно слабой стороной мелкого З., однако, должно быть признано его стремление к чрезмерному дроблению. Вследствие размножения населения, семейных разделов, продажи участков по частям, выделов приданого и т. п. этот тип собственности сокращается до минимальных размеров, позволяющих землевладельцу поместить на собственной земле лишь усадьбу, иногда с огородом, но не дающих возможности иметь ни собственной пахоты, ни сенокосов, ни выгонов. Для такого З. на русском языке не создано особого термина, отвечающего немецкому Zwergwirthschaft (карликовое хозяйство). Выгоды обладания такою собственностью сводятся лишь к даровому помещению; она не может ни доставить занятия хозяину и его семье в течение года, ни дать им какого-нибудь обеспечения. В некоторых странах, где широкое распространение мелкой собственности еще недавно считалось симптомом более равномерного распределения богатств, количество таких необеспеченных собственников значительно возрастает. По словам Фридриха Листа, средняя собственность мало-помалу обращается в мелкую, а мелкая — в Zwergwirthschaft, вследствие чего уже в его время в некоторых частях Германии замечалась тенденция обратить «в пыль» (in Staub) территорию страны. Таково положение З. в Вюртемберге и некоторых соседних местностях, в Бельгии, во многих частях Франции и друг.

Для того, чтобы имелись на лицо сельскохозяйственные выгоды крупного З., нет надобности, чтобы собственником было непременно лицо физическое, а не коллективное; они могут быть получены и тогда, когда крупное хозяйство ведется союзом мелких хозяев или общиной. Ничем не доказана, следовательно, народно-хозяйственная выгодность разделения территории на большие участки, сосредоточенные в руках ограниченной группы крупных собственников. Полезные результаты крупной культуры не зависят от того, ведется ли она на участке, принадлежащем одному лицу, или на соединенных участках, принадлежащих многим лицам. Невыгодна не мелкая собственность сама по себе, а только дробление сельскохозяйственной культуры. Законы о неделимости наследств, существующие в некоторых странах как противовес этой тенденции, могут задерживать процесс дробления лишь до некоторой степени. Никакое законодательство не в состоянии ни предотвратить продажу участков по частям в случаях неурожая, голодовок, неудач и т. п., ни воспрепятствовать стремлению родителей обеспечить остальных детей хоть путем назначения легатов, падающих на наследника участка. Установление минимальных земельных участков, не подлежащих разделу (Бавария, Нассау, Дармштадт, Швеция и др.), лишает часть населения благ, сопряженных с пользованием землею, и обрекает ее на положение сельского или фабричного пролетариата. Образуется класс безземельных, даже бездомовых, класс обездоленный, судьба которого приносится в жертву интересам немногих избранников, владеющих землей. Иную попытку борьбы с Zwergwirthschaft сделало прусское правительство, ставя законодательные затруднения чисто формального характера к переходу участков из рук в руки; но эти меры, не предупреждая дробления земли, вели лишь к путанице отношений между заинтересованными лицами, к возникновению споров, процессов и пр. Рано или поздно мелкие участки должны обратиться в «карликовые», если только они раньше не консолидируются в крупные владения в руках капиталистов. Образование больших имений путем систематической скупки мелких — явление, встречающееся везде, где имеются налицо указанные условия. Таким образом, сравнительно равномерное распределение земельной собственности, всего более симпатичное в режиме мелкого З., является в конце концов фиктивным. Ни консолидация участков в руках небольшой группы капиталистов, ни обращение территории «в пыль» не могут представляться желательными с народно-хозяйственной точки зрения. Мелкая собственность затрудняет развитие земледельческой техники. Слишком много земли, напр., уделяется для дорожек и межников; не всегда имеется достаточное количество необходимых угодий; отсутствие лугов и выгонов влияет на сокращение животноводства ; больше труда тратится на присмотр за скотом; усиливается чересполосица и пр. Расходы производства увеличиваются, а удобства земледельческих операций при мелком хозяйстве сокращаются. Образование союзов мелких хозяев требует совокупности благоприятных условий, встречающихся не часто. Необходим, прежде всего, капитал, хотя бы и небольшой, с которым отдельный собственник мог бы войти в союз. Для покупки, напр., жатвенной машины десятью хозяевами нужно иметь каждому хоть 15 р. для взноса в складчину. Осушка болота потребует от каждого еще гораздо больших пожертвований, приобретение паровой молотилки — также. Кроме того, для такого совокупного предприятия необходимо развитие корпоративного духа, полная солидарность членов и большое доверие их друг к другу. Качества эти, без сомнения, встречаются, как показывает опыт коллективных предприятий; но между людьми вполне независимыми в хозяйственном смысле один от другого, не имеющими общего земельного фонда, они представляют далеко не заурядное явление. Только большая опасность, только настоятельная нужда может пробудить такой корпоративный дух. Едва ли для этого достаточно одного желания произвести какой-нибудь опыт с сомнительным успехом. Вот почему мелкие хозяйства едва ли могут в массе воспользоваться выгодами крупной культуры, развивающей доходность сельскохозяйственного промысла и способствующей возвышению интенсивности полеводства. Хозяйство собственников, владеющих землей на праве не частной, а общинной собственности, представляет гораздо более благоприятную почву для соединения выгод равномерного распределения земельного фонда с выгодами, происходящими от крупной формы его обработки и с разделом продуктов между участниками.

Литература: «Statistique agricole de la France» (Нанси, 1887); De Foville, «La France economique»; Eheberg, «Agrarische Zustände in Italien» (Лпц. 1886); Jacini, «Frammenti dell’inchiesta agraria» (Рим, 1883); Reitzenstein u. Nasse, «Agrarische Zustände in Frankreich und England» (Лпц., 1889); «Bäuerliche Zustände in Deutschland» (Берлин); «Владение и пользование землей в различных странах» (перевод сборника статей, изданных Кобденским клубом в Лондоне; СПб. 1871); Aug. v. Miaskowski, «Das Erbrecht u. die Grundeigenthumvertheilung im Deutschen Reiche» (Лпц., 1882); Reichensperger, «Die Agrarfrage in Preussen und die Rheinprovinz» (Трир, 1847); Emile de Laveleye, «Essai sur l’économie rurale de la Bélgique» (Нар., 1875); Em. de Laveleye, «La Lombardie et la Suisse» (Нар., 1869); Em. de Laveleye, «La Néerlande» (Пар., 1865); Léonce de Lavergne, «Economie rurale de la France» (Пар., 1877); Léonce de Lavergne, «Economie rurale de l’Angleterre» (Пар., 1855); Дж. С. Милль, «Основания политической экономии», т. I, кн. 2; W. Roscher, «System der Volkswirthrschaft», т. II: «Nationaloekonomik d. Ackerbaues» (9 изд., Штутг., 1878); G. Schönberg, «Handbuch d. Politischen Oekonomie», т. II.: «Volkswirthschaftslehre» (3-е изд. 1891), K. Walcker, «Handbuch der Nationaloeconomie», т. II: «Landwirthschaftspolitik» (2 изд. Лпц., 1888); «Статистический временник» (сер. III, вып. 10), Янсон, «Сравнительная статистика», т. II; «Статистический временник» (сер. III, вып. 14); Ignatius, «Le Grand-Duché de Finlande. Notice Statistique» (2 изд.); Фортунатов, «Сельскохозяйственная статистика Европейской России» (М., 1893).

.

Примечания 

ЭСБЕ:Право
ЭСБЕ:Статистика