ЭСБЕ/Колизей
Колизей — самый большой из древнеримских амфитеатров (см.), и одно из самых замечательных зданий в целом мире. Находится в Риме, в ложбине между Эквиллинским, Палатинским и Целиевским холмами, на том месте, где некогда был пруд, принадлежавший к «Золотому Дому» Нерона. Постройка этого здания начата императором Веспасианом, после его побед в Иудее, и окончена в 80 г. после Р. Х., императором Титом, который ознаменовал его открытие устройством в нем игр, продолжавшихся сто дней и стоивших жизни многим сотням гладиаторов и 5 тысячам диких зверей. Первоначально К. назывался, по фамилии упомянутых государей, амфитеатром Флавиев, нынешнее название (лат. Colosseum, Colosaeus, итал. Coliseo) утвердилось за ним впоследствии, начиная с VIII в., и произошло либо от колоссальности его размера, либо от того, что поблизости от него стояла колоссальная статуя, воздвигнутая Нероном в честь самого себя. Долгое время К. был для жителей Рима любимым местом увеселительных зрелищ, каковы бои гладиаторов, звериные травли, примерные морские сражения (наумахии). При Макрине он сильно пострадал от пожара, но был реставрирован Александром Севером. В 248 г. император Филипп еще праздновал в нем большими представлениями тысячелетие существования Рима. Гонорий, в 405 г., запретил гладиаторские битвы, как несогласные с духом христианства, сделавшегося, после Константина Великого, господствующей религией римской империи; тем не менее, звериные травли продолжали происходить в К. до смерти Феодорика Великого. После этого, для амфитеатра Флавиев наступили печальные времена. Нашествия варваров привели его в запустение и положили начало его разрушению. С XI в. и до 1132 г. он служил крепостью для знатных римских родов, оспаривавших друг у друга влияние и власть над согражданами, особенно для фамилий Франджипани и Аннибальди. Последние, однако, были принуждены уступить К. императору Генриху VII, который подарил его римским сенату и народу. Еще в 1332 г. местная аристократия устраивала здесь бой быков, но с этой поры началось систематическое разрушение К. На него стали смотреть как на источник добывания строительного материала, и не только отвалившиеся от него камни, но и нарочно выломанные стали идти на новые сооружения. Так, в XV и XVI столетиях папа Павел II брал из него материал для постройки так называемого венецианского дворца, кардинал Риарио — дворца канцелярии (Cancelleria), Павел III — паллацо-Фарнезе. Однако, это увеченье не могло вконец разорить К., и значительная часть его уцелела, хотя и обезображенной. Сикст V намеревался воспользоваться ею для устройства суконной фабрики, а Климент IX на самом деле превратил К. в завод для добывания селитры. Лучшее отношение пап к величественному памятнику древнего зодчества началось не прежде середины XVIII столетия, и первым, принявшим его под свою защиту, был Бенедикт XIV (1740—58). Он посвятил его Страстям Христовым, как место, обагренное кровью многих христианских мучеников, и приказал водрузить посреди его арены громадный крест, а вокруг него поставить ряд алтарей в память истязаний, шествия на Голгофу и крестной смерти Спасителя. Этот крест и алтари были удалены из К. лишь в 1874 г. Папы, следовавшие за Бенедиктом XIV, в особенности Пий VII и Лев XII, продолжали заботиться о сохранности уцелевших частей здания и подкрепили контрфорсами места стен, грозившие падением, а Пий IX исправил в нем некоторые из внутренних лестниц. Еще с большим вниманием охраняется К. нынешним итальянским правительством, по распоряжению которого, под руководством ученых археологов, многие валявшиеся обломки сооружения, где оказалось это возможным, вставлены на прежние места, а на арене произведены любопытные раскопки, приведшие к открытию подвальных помещений, которые служили некогда к тому, чтобы выдвигать на арену группы людей и животных, деревья и другие декорации, или наполнять ее водой и поднимать вверх корабли, когда представлялись наумахии. Несмотря на все невзгоды, испытанные К. в течение веков, его развалины, лишенные былой внешней и внутренней отделки, до сей поры производят сильное впечатление своей суровой величественностью и дают достаточно ясное понятие о том, каковы были его расположение и архитектура.  Подобно другим римским амфитеатрам, он представляет в плане эллипс, середина которого занята ареной, также эллиптической формы, и окружающими ее концентрическими кольцами мест для зрителей. От всех сооружений одного с ним рода К. отличается громадностью своей величины. Наружная его окружность равняется 524 м, большая ось — 187,77 м, малая ось — 155,64 м, длина арены — 85,75 м, ее ширина 53,62 м; высота его стен простирается от 48 до 50 м. При таких размерах он мог вместить в себе до 87000 зрителей.  Он построен из крупных кусков травертинского камня, которые некогда были соединены между собой железными связями; но для внутренних частей употреблены в дело также местный туф и кирпич. Дыры, видимые ныне в различных местах стен, суть гнезда упомянутых связей, исчезнувших в Средние века — эпоху, в которую железо очень ценилось и повсюду разыскивалось. С внешней стороны, здание представляло три яруса арок, покоящихся на пилястрах. К каждой пилястре, в середине, примкнута полуколонна, в нижнем ярусе — дорического, в среднем — ионического и в верхнем — коринфского стиля. В пролетах арок среднего и верхнего ярусов стояло по статуе, как о том свидетельствуют изображения К. на дошедших до нас древних монетах. Над верхним аркадным ярусом шел еще четвертый, более высокий этаж, представлявший сплошную стену, расчлененную коринфскими колоннами на компартименты и имевшую по четырехугольному окну в середине каждого компартимента. На оконечностях большой и малой осей эллипса находились четыре главных входа, в виде трехарочных ворот. Двое из этих ворот, на оконечностях малой оси, со стороны Эквиллинского и Целиевского холмов, были назначены для императора; остальные служили для торжественных шествий перед началом представлений, для впуска зверей и для ввоза необходимых машин. Зрители входили в амфитеатр из-под арок нижнего этажа, помеченных цифрами от I до LXXVI, и поднимались к своим местам по лестницам, которых было также 76. Эти места были расположены вокруг всей арены, в виде рядов каменных скамей, поднимающихся одна над другой (gradus). Нижний ряд, или подий (podium), был назначен исключительно для императора, его семейства, сенаторов и весталок, причем император имел особое, возвышенное седалище (pulvinar). Подий отделялся от арены парапетом, достаточно высоким для того, чтобы обеспечивать зрителей от нападения выпущенных на нее животных. Далее следовали места вообще для публики, образующие три яруса (maeniana), соответственно ярусам фасада здания. В первом ярусе, заключавшем в себе 20 рядов скамей (теперь совершенно разрушенных), сидели городские власти и лица, принадлежащие к сословию всадников; второй ярус, состоявший из 16 рядов скамей, предназначался для людей, имеющих права римского гражданства. Стена, отделявшая второй ярус от третьего, была выше обыкновенного, скамьи же третьего яруса были расположены на более крутой наклонной поверхности; это устройство имело целью дать посетителям третьего яруса возможность лучше видеть арену и все, что происходит на ней. Зрители третьего яруса принадлежали к низшим сословиям. Над этим ярусом находился портик, опоясывавший всю окружность здания и примыкавший одной своей стороной к его внешней стене. На его крыше, во время представлений, помещались матросы императорского флота, командированные для натягивания над амфитеатром огромного тента (velarium), в защиту зрителей от палящих лучей солнца или от непогоды. Тент этот прикреплялся, с помощью канатов, к мачтам, расставленным по верхнему краю стены. Во многих местах внешнего карниза еще до сей поры видны отверстия, через которые проходили такие мачты, упиравшиеся своим нижним концом в выступающие из стены камни, как бы кронштейны, доныне уцелевшие там, где еще сохранился четвертый этаж. Места для зрителей подпирались снизу мощной сводчатой конструкцией, заключавшей в себе проходные коридоры (itinera), камеры различного назначения и лестницы, ведшие в верхние ярусы. Под ареной, у фундамента внутренней стены, находились клетки для зверей, а ближе к середине арены обнаружено, как уже было сказано выше, множество стен, столбов и сводов, поддерживавших арену или служивших для мгновенного появления из-под нее людей, животных, машин и декораций. Хотя новейшие раскопки распространились больше чем на половину всего пространства арены, однако назначение многих из этих стен и столбов еще не разъяснено в точности. Приложенные к настоящей статье вид и план могут способствовать ближайшему знакомству с К.

В дополнение к его описанию, остается прибавить, что он утратил вообще две трети своей первоначальной массы; тем не менее, она и поныне беспримерно громадна: один архитектор, в XVIII столетии, дал себе труд приблизительно вычислить количество заключающегося в К. строительного материала, и определил его стоимость, по ценам того времени, в 1½ миллиона скудо (около 8 млн. франков). Поэтому К. издревле считался символом величия Рима. «Пока К. стоит» — говорили пилигримы в VIII столетии — «будет стоять и Рим, исчезни К. — исчезнут Рим и, вместе с ним, весь мир».

Ср. Maragoni, «Delle memorie sacre e profane dell’Anfiteatro Flavio» (Рим, 1745); Nibby, «Roma antica» (т. I, Рим, 1838); и F. Gori, «Le memorie storiche, i giuochi e gli scavi dell’Anfiteatro Flavio» (Рим, 1874).

</div>

ЭСБЕ:Архитектура
ЭСБЕ:Рим
ЭСБЕ:Древний Рим