ЭСБЕ/Россия/Экономический отдел/Промышленность и торговля
F. Промышленность и торговля России. а) Исторический очерк. В эпоху, предшествующую преобразованиям Петра I, промышленно-торговая жизнь Р. вследствие редкого населения, отсутствия правильных путей сообщения и прикрепленности к земле массы народа имела вполне патриархальный характер. Это зависело также и от континентальности страны: не имея удобных естественных путей сообщения, Р. не могла установить ближайших торговых сношений со своими соседями. Много способствовала ее замкнутости и необходимость отстаивать свою независимость с оружием в руках. В продолжение нескольких столетий почти единственным источником благосостояния государства служили земледелие и скотоводство, которые своими произведениями вполне удовлетворяли потребностям населения. Ни промышленности в широком значении этого слова, приготовляющей товары для массы потребителей, ни торговли для обмена произведениями разных мест почти не было: каждый производил собственными силами все для него необходимое. Так же точно и вся страна обходилась собственным производством и только в редких случаях пользовалась изделиями соседей. Кое-где зарождались разные промыслы, но повсеместно они имели лишь кустарный характер и только в исключительных случаях давали излишек для сбыта на сторону. В эту эпоху труд не был стеснен правительственными регламентациями. На севере, богатом девственными хвойными лесами, при отсутствии земледелия сосредоточились лесное хозяйство и занятия по обработке дерева, смолокурение, получение скипидара, выгонка дегтя, выварка поташа, приготовление вара, рогож, щепного товара и пр. Несколько южнее, в полосе, благоприятной для разведения льна и конопли, укрепилось маслобойное дело и приготовление разнообразных тканей из прядильного материала, доставляемого двумя упомянутыми растениями. Ближе к центру и югу скотоводство и ряд связанных с ним промыслов получили преобладающее значение, доставляя населению предметы для пищи и одеяния. В обширной черноземной полосе земледелие служило наиболее прочным и надежным источником благосостояния. Местами, при избытке свободных рук и благоприятных экономических условиях, некоторые промыслы могли принять более широкие размеры, но недостаток спроса, трудность и дороговизна перевозки, усугубляемые существованием разнообразных пошлинных сборов и внутренних таможен, препятствовали оживлению промыслов и развитию торговли. Правда, русские производители и купцы тоже имели возможность общения с иностранцами, которым приходилось провозить транзитом товары из ганзейских городов через Псков, Новгород Великий, Нижний и Астрахань в Персию и далее в Индию, а также из Венеции и Генуи через черноморские порты, Дон, Волгу и Астрахань в те же восточные государства; но этот транзитный путь захватывал сравнительно узкую полосу, и шедшая здесь торговля имела слишком случайный характер, чтобы привлечь целое государство к более активному участию в торговых сношениях Запада с Востоком. С открытием более скорого и дешевого морского пути из Европы в Индию упомянутый транзит европейских товаров через Россию почти совершенно потерял свое значение. К этому времени сама Ганза потеряла в Европе свой престиж; ее домогательства были отвергнуты и в Р., и сношения ее с Псковом и Новгородом совершенно ослабели. Открытие Америки также способствовало отвлечению внимания Европы от прежних путей через Р. для сношения с Индией. При Иоанне Грозном англичане с Виллоуби во главе, случайно попавшие в залив Св. Николая, пожелали завязать с Р. торговые сношения через устья Сев. Двины; царь ласково принял предложение иностранных гостей, обещав им установление правильной торговли с Англией. С этою целью он приказал заложить город Архангельск, куда вскоре стали приезжать, кроме англичан, голландцы, шведы и другие, для сбыта своих, преимущественно мануфактурных, произведений и для приобретения сырья — леса, сала, смолы, дегтя, железа и пр. Появление спроса на поименованные предметы, а также на веревки, канаты, холст несколько оживило соответствующие промыслы в местностях, ближайших к Белому морю, но на центр Р. это имело очень слабое влияние, и промышленность оставалась там в первобытном состоянии. Содействуя установлению правильных торговых сношений с иностранцами, Иоанн Грозный интересовался также и развитием промышленности внутри страны. Не находя у себя необходимый контингент подготовленных людей, он приказал доставлять в Москву пленных мастеров-немцев, «знающих добывать руду серебряную и опытных в золотом, серебряном, медном, оловянном и всяком деле». В 1567 г. выписаны из Англии доктор, аптекарь, инженер, золотых дел мастер и пробирер. Разорение Смутного времени значительно задержало промышленное развитие государства. При Михаиле Феодоровиче и Алексее Михайловиче чувствуется тот же недостаток мастеров и продолжаются заботы о вызове иностранцев, преимущественно знающих горное дело, — «рудознатцев». Государству нужны деньги, нужна добыча благородных металлов, нужно обеспечение оружием и порохом — нужны, следовательно, железная и селитряная промышленности. Вместе с тем расширяются потребности населения; является спрос и на стекло, и бархат, и ювелирные изделия, и на мн. др. Тула была известна выделкой оружия уже с XVI в., но тульского оружия далеко не хватало; оружие выписывали из Швеции. В 1632 г. основан был железный завод близ Тулы голландцем Виниусом, обязавшимся поставлять в казну все оружие и пушки; прочие товары он имел право продавать другим. Вскоре и другими иностранцами на тех же условиях были устроены железные заводы на Волге, Костроме, Шексне. Привилегии выдавались часовщикам, мастерам бархатного дела, стеклянным заводчикам, кожевникам и др. Ко второй половине XVII в. выделка кож развилась настолько, что своего сырья не хватало и русские скупали сырые кожи в Ливонии, на Украйне и т. д. Лучшие кожев. заводы находились в округах Казанском, Московском, Ярославском, в Новгородском у. и Псковской обл. В лесных областях гнали смолу, добывали поташ, который шел на мыловаренные заводы и частью вывозился за границу. В округах Ярославском, Валдайском и Каргопольском делали холст, которого вывозили за границу до 165000 арш. в год. В Холмогорах развито было производство сундуков, окованных железом, в Калуге — производство войлоков, в Ярославле — замков. В Москве из персидского шелка делали кушаки, шнурки, кошельки и т. п. Во многих местностях крестьяне изготовляли кустарным способом железные и стальные изделия, ковали гвозди и т. п. При Алексее Михайловиче основаны были иностранцами в подмосковных местностях несколько писчебумажных фабрик. Тем не менее промышленность Московской Руси продолжала сохранять свой примитивный характер. Масса товаров вовсе не выделывалась в Р. и получалась из-за границы; другие хотя и выделывались, но по качествам не могли конкурировать с заграничными или производились в недостаточном для потребностей государства и населения количестве. В таком состоянии находилась русская промышленность при воцарении Петра Великого. Придавая большое значение развитию производительных сил страны, Петр с живейшим интересом вникал в нужды промышленности и старался поддерживать всякие полезные начинания в этом направлении. Покровительствуя в общегосударственных интересах насаждению тех или других производств, он нередко прибегал к суровым запретительным мерам: чтобы дать окрепнуть поддерживаемому им по тем или другим соображениям предприятию, он запрещал другим заниматься тем же делом. В первое время все свое внимание царь обратил на те отрасли промышленности, которые имели непосредственное значение для армии и военных целей. Чтобы одеть, обуть и вооружить значительно усиленное войско, необходимо было позаботиться об увеличении производства сукон, холста и кож, о развитии горного промысла и оружейного дела. При Петре I впервые некоторые отрасли горных, сельскохозяйственных и кустарных промыслов стали получать характер фабричный, с массовым производством однообразного товара. Наибольший успех выпал на долю шерстяной и льняной мануфактур, железного и кожевенного производств, а также смолокурения и связанных с ним промыслов по приготовлению скипидара, дегтя, поташа и проч. В этой области обрабатывающей промышленности русские производители имели уже достаточный навык, и потому получаемые фабрикаты отличались не только своей дешевизной, но и хорошим качеством, благодаря чему некоторые наши товары фабричного или кустарного производства находили выгодный сбыт на иностранных рынках: дешевое и чрезвычайно прочное сукно, прекрасной выделки юфть, добротные полотна, веревки и канаты, смола, сало, железо, приготовленное из чистой руды на древесном топливе, предпочитались подобным же товарам из других стран. В половине XVIII стол. обрабатывающая промышленность Р. занимала уже 25 тыс. рук и давала разных фабрикатов на сумму около 5 милл. руб. В ее интересах учреждаются специальные правительственные органы — Берг-коллегия и Мануфактур-коллегия; предпринимателям даруется целый ряд разнообразных привилегий и льгот. Казна ссужала частных предпринимателей капиталом без процентов для устройства фабрик и заводов, снабжала их инструментами и орудиями производства; мастера выписывались из-за границы; промышленникам предоставлялось, между прочим, освобождение от государственной службы, подсудность особому суду, временные льготы от податей и пошлин, свобода от воинского постоя, беспошлинный привоз из-за границы машин и инструментов. К казенным заводам и фабрикам приписывались государственные крестьяне. Самые крупные оружейные и литейные заводы, парусно-полотняные, суконные и писчебумажные поставляли свои изделия в казну. Если какой-либо товар казне не был нужен, то сбыт его обеспечивался высокими привозными пошлинами или даже полным запрещением ввоза иностранных товаров того же рода; нередко создавались и монополии. Всякое полезное промышленное предприятие находило в Петре I покровителя; предприниматель пользовался содействием правительства в той или иной из указанных выше форм. Озабочиваясь насаждением в Р. крупной промышленности, Петр Великий принужден был заняться также вопросом об обеспечении основываемых фабрик и заводов рабочими. Все сельское население было несвободно: часть его составляли крепостные государства, часть — крепостные помещиков. При учреждении фабрики владельцу давалась привилегия свободно нанимать русских и иноземных мастеров и учеников, «платя им за труд достойную плату». При передаче фабрик от казны с ними переходили к частным владельцам и мастеровые. Затем к некоторым фабрикам и заводам стали приписываться целые села. Фабриканты и сами с большим трудом приискивали рабочих путем найма, причем приходилось набирать всякий сброд. Так, один фабрикант доносит, что набирает учеников из «убогих людей»; в привилегии другому указывается брать на фабрику «из бедных и малолетних, которые ходят по улицам и просят милостыни». Затруднения в приискании рабочих сознавались правительством и вели к целому ряду мер. Указом 10 февраля 1719 г. предписано было отослать на полотняные фабрики «баб и девок, которые, будучи на Москве, из приказов, также и из других губерний, по делам за вины свои наказаны». Указом 18 июля 1722 г. воспрещалось возвращать с фабрик законным владельцам мастеров и учеников, «чьи бы они ни были, хотя бы и беглые явятся». По указу 18 января 1721 г. «купецкие люди» получили право покупать к фабрикам и заводам населенные деревни «под такою кондицией, дабы те деревни уже всегда были при тех заводах неотлучно». Уже в 1718 г. было приказано делать мундиры на гарнизонных солдат исключительно из русских сукон; в 1723 г. велено было во всех коллегиях и канцеляриях употреблять бумагу «российского дела». Парусные и фламские полотна и юфть вывозились уже за границу в довольно значительном количестве; на шелковых фабриках выделывалось более 36 тысяч аршин тканей. После кончины Петра Великого в Р. было, по свидетельству Голикова, 195 казенных и частных заводов, кроме горных и мелких кожевенных. В числе фабрик было суконных 10, полотняных 9, шелковых 7, шляпных 2, писчебумажных 4, ленточных 3; в числе заводов — сахарный 1, красочный 1, стеклянных 2, кожевенных 5. Развивалось и горное дело на Урале и в Сибири. В 1700 г. начата разработка Нерчинских свинцово-серебряных рудников. Вызваны рудокопы из чужих стран, а также посланы русские в Саксонию для изучения горного дела. В 1721 и 1722 гг. отправлены на Урал и в Сибирь Татищев и Геннинг — последний, как сказано в его инструкции, для исправления и умножения медных и железных заводов в Сибири, выделывать сталь, жесть, лить пушки и проч., учить мастеровых частных заводов всем заводским работам, писать в сенат сколько нужно будет заводам деревень, земель и проч., построить на реке Исети г. Екатеринбург и основать здесь медный и стальной завод. При Петре I на уральских заводах уже приготовляли разное железо, проволоку, жесть, гвозди, якоря, посуду. Старинные владельцы Урала, Строгановы, просили Геннинга указать, как устроить заводы и плавить руду, и втянулись в горное дело. К концу царствования Петра I добывание нужнейших металлов достигло значительных размеров: в 1718 г. выплавлено на казенных заводах меди 28417 пд. и чугуна 868884 пд., на частных заводах меди 169100 пд. и чугуна 5772238 пд. Ближайшие преемники Петра Великого продолжали покровительствовать созданной им крупной промышленности. В 1736 г. издан указ, закрепостивший фабрикам и всех дотоле свободных рабочих, которые ко дню указа находились при них. В царствование Елизаветы Петровны одною из мер поощрения крупной промышленности является предоставление фабрикантам монополий на известное число лет. Монополии предоставлялись как русским предпринимателям, так и иностранцам, и принимали иногда странную по современным понятиям форму. Так, напр., барон Сиверс подал прошение в Сенат об уничтожении писчебумажной фабрики Ольхина, так как его собственная делает бумагу лучшую и достаточна для всей губернии. Сенат запретил Ольхину расширять его бесполезную фабрику. К концу царствования Елизаветы Петровны обнаруживается склонность к новому направлению промышленной политики, отчасти под влиянием недовольства крайнею регламентациею промышленности, повсеместными монополиями и господством крупных фабрикантов, отчасти ввиду результатов деятельности русских фабрик, построенных на принудительном крепостном труде. Вследствие чрезмерного покровительства, отсутствия конкуренции, плохого состава рабочих и принудительной формы работ промышленная техника развивалась крайне слабо. На неудовлетворительное качество сукон, поставляемых русскими фабриками для армии, указывается уже в «работных регулах на суконные и каразейные фабрики», изданных при Анне Леопольдовне. Правила эти выработаны особой комиссией, исследовавшей причины плохого состояния суконного производства и признавшей, что причины эти заключаются в неудовлетворительности и фабрик, и рабочих. Фабричные строения находимы были нередко в таком состоянии, что потолки протекали, «валящийся сквозь щели песок и сор людям работу в руках марает и портит; а полы иные не досками, нижé кирпичами или камнем не выстланы… Ткачи насилу денного света имеют, дабы тканье свое точно высмотреть, наименьше же сукну самовредительные, субтильные худобы открывать». Рабочие так плохо одеты, «что некоторые из них насилу и целую рубаху на плечах имеют». Таково было состояние одной из наиболее поощряемых отраслей промышленности. Екатерина II, не отказываясь от всей системы Петра Великого по отношению к промышленности (манифестом 1763 г. разрешено иностранцам покупать к устраиваемым ими в Р. фабрикам и заводам крепостных), принимает ряд мер к освобождению промышленности от излишней регламентации, уничтожению монополий и прекращению чрезмерного покровительства крупной промышленности. В 1775 г. устройство всякого рода промышленных заведений объявлено совершенно свободным для всех. В 1779 г. уничтожена Мануфактур-коллегия, и фабрики лишились особой подсудности. Меры Екатерины II-й пошли на благо русской промышленности. При вступлении ее на престол в Р. было 984 фабрик и заводов, кроме горных, в год ее смерти — 1161. Производительность всех русских фабрик выражалась в 1761 г. суммою в 4200000 руб., в 1776 г. она достигла 10 милл. В 1763 г. фабричных рабочих было 37862; в 1776 г. в одной Москве на 113 фабриках одних крепостных рабочих было 12681 человек. Оживлению и развитию фабрично-заводской промышленности способствовало и увеличение городского населения (в 1724 г. 328000, в 1796 г. — 1301000 человек), а также распространение оброчной системы (вместо барщины): оброчные крестьяне дали значительный контингент фабричных рабочих, и вместо покупки людей на фабрики все более стал распространяться наем рабочих. К началу настоящего столетия число вольнонаемных рабочих на фабриках уже почти равнялось числу крепостных (в 1804 г. на 95202 всех рабочих вольнонаемных было 45625). К XIX в. постепенно определились и обособились две формы крепостных фабрик и заводов: вотчинные и посессионные. Вотчинные фабрики — форма наиболее простая: помещик употреблял своих крестьян на фабричные работы точно так же, как и на барщину, но в большинстве случаев они получали некоторую заработную плату, деньгами или предметами потребления. На некоторых фабриках крепостные работали без всякой платы, «брат на брата», т. е. в две смены: один срок работала одна, другой — другая. Число помещичьих, или вотчинных, фабрик было довольно велико: в 1826 г., по отчету департамента мануфактур и внутренней торговли, всех рабочих на фабриках было 210568, в том числе помещичьих крепостных 66725. Многие из таких фабрик были весьма крупными, располагавшими до 1000 человек рабочих и более. В 40-х годах помещики, однако, убедились, что русский крестьянин работает на фабриках по принуждению, крайне плохо, и крепостная работа на фабриках стала с тех пор все более и более заменяться наемною. В 30-х годах правительство задумало улучшить положение крепостных фабричных рабочих, по почину московского генерал-губернатора князя Голицына, выработавшего особые правила для фабрик, устраиваемых помещиками в своих имениях. Проект этот передан был на рассмотрение комитета министров, который признал неудобным вмешательство правительства в отношения помещиков и их крепостных и постановил следующее высочайше утвержденное 23 декабря 1834 года положение: «поручить губернским предводителям дворянства, дабы они сами и чрез уездных предводителей обращали особое и постоянное внимание на состояние помещичьих людей и в особенности крестьян, употребляемых на фабриках и заводах, наблюдая: 1) чтобы при учреждении новых фабрик и заводов помещики, по возможности, избегали обращения пахотных крестьян, особенно же целыми селениями, к фабричным работам… 2) чтобы на фабриках и заводах не требовать работы более 3-х дней в неделю, или же чтобы работали брат на брата, так, чтобы половину месяца оставались всегда при своем собственном хозяйстве; там же, где работающие не имеют своего земледелия, полагаема была соразмерная трудам задельная плата; 3) чтобы помещики пеклись о содержании и благосостоянии людей на фабриках, не принуждая их к работам в воскресные дни, двунадесятые и храмовые праздники». О развитии другой формы крепостных фабрик см. Посессионные заводы, Посессионные крестьяне, Горнозаводские крестьяне, Горнозаводское дело. Власть фабриканта над посессионными крестьянами была несколько ограничена: он не имел права раздроблять фабрику, продавать крестьян отдельно от фабрики, переводить на другую, изменять производство или сокращать его. Рабочие посессионные могли употребляться только на фабричные работы с «достаточной» заработной платой. Размер платы, продолжительность рабочего дня, высота уроков устанавливались фабрикантом, но на постановления его рабочие могли жаловаться, и дело решалось (с 1819 г.) министерством финансов по департаменту мануфактур и внутренней торговли. Правительство могло установить и на практике иногда устанавливало весь внутренний распорядок фабричных работ и все отношения рабочих к владельцу. За неисполнение владельцем его обязанностей фабрика отбиралась в казну. За применение рабочих или неправильное употребление их труда (напр. для домашних услуг) ему грозило освобождение рабочих (закон 30 июня 1803 г.). Фабрикант имел так называемое право «домашнего наказания» рабочих, а в известных случаях, с разрешения министра финансов — и право ссылки их в Сибирь. Посессионные фабрики бывали огромные: суконная Глушковская фабрика гр. Потемкина имела более 9000 рабочих, Ярославская мануфактура Яковлева — до 4 тысяч и т. д. Рабочий день в большинстве случаев составлял 12 часов. Ночной работы вообще не было. Почти все рабочие получали плату. Рабочие имели свои дома с огородами (в деревнях) или жили в помещениях владельца или наемных квартирах (в городах). Своеобразные условия посессионных фабрик стали постепенно крайне тягостными как для владельцев, так и для рабочих. Лишение права сокращать или изменять производство, обязанность изготовлять из года в год одни и те же количества товаров, хотя бы на них и не было спроса, и оплачивать всегда одинаковую, хотя бы и ненужную, работу — все это было неудобно для фабрикантов. С другой стороны, рабочие постоянно жаловались на разные притеснения, главным образом на малую заработную плату, гораздо более низкую, нежели плата вольнонаемным, изредка и на продолжительность рабочего дня (у Яковлева подростки работали 16 часов, у Вигеля на суконной фабрике дети 10 лет от 15 до 17 часов зимой, от 14 до 16 летом), отнятие пахотной земли, выпасок и т. д. Притом рабочие не могли помириться с мыслью о закрепощении их фабрике и считали себя свободными. Вся история посессионных фабрик переполнена волнениями посессионных рабочих. Дела по таким волнениям доходили до сената и до самого государя, вызывали массу расследований, выработку «особых положений» и т. д. Законом 24 дек. 1824 г. допущено было увольнение фабричных крестьян в другие звания по просьбам владельцев, с разрешения комитета министров. В 1835 г. владельцам дано право отпускать посессионных крестьян и мастеровых по паспортам. В 1839 г. гр. Канкрин вошел в Государственный совет с проектом правил о постепенной ликвидации посессионных фабрик. Государственный совет нашел, что «уважений, по которым казна жертвовала своим достоянием в пользу частных фабрик и допустила косвенное изъятие из коренного закона о праве владения крепостными людьми, теперь решительно не существует… и что ныне, когда и в простом народе распространился дух фабричной промышленности и число вольных рабочих и мастеровых быстро увеличивается, удобнее и едва ли не выгоднее для фабрикантов иметь сих людей по найму, нежели держать собственных и приписных»; по всем этим соображениям «в мерах законодательных следует держаться того правила, чтобы постепенно придти, наконец, к решительному уничтожению в государстве заведений посессионных». 18 июня 1840 г. были высочайше утверждены правила увольнения посессионных рабочих в свободное состояние и перехода посессионных фабрик в полную собственность владельцев. Рабочие могли увольняться или приписываться в городские сословия или в государственные крестьяне, в последнем случае — с пособием на переселение от владельцев. До 1861 г. громадное большинство фабричных рабочих в Р. составляли крестьяне; лишь ничтожная часть приходилась на долю других сословий (мещане). Вольнонаемными рабочими были либо помещичьи (оброчные), либо государственные крестьяне. Некоторые помещики отдавали своих крепостных на посторонние фабрики за плату в свою пользу (так наз. кабальные рабочие). Это были самые худшие из рабочих. Выработался и еще один способ закабаления рабочих из помещичьих крестьян — способ фабрикантов села Иванова: они уплачивали гр. Шереметеву оброк за односельчан недоимщиков (75—87 рублей ассигнациями в год с тягла) и получали их как рабочих на свои фабрики (такая отдача крепостных в наем разночинцам воспрещена указами 1823 и 1824 гг., а также высочайше утвержденным положением комитета министров 16 июня 1825 г.). Малолетних рабочих доставлял и воспитательный дом на срок с 12 лет до совершеннолетия. По достижении совершеннолетия такие рабочие получали пару платья и 100 рублей. Фабрикантами в дореформенный период были купцы и дворяне, но постепенно между ними появились и крестьяне. Замечательное явление представляет в этом отношении село Иваново гр. Шереметева. С развитием хлопчатобумажной промышленности село это разрослось в большой промышленный центр. Уже в 1825 г. здесь было 125 ситцепечатных и бумаготкацких фабрик, частью весьма крупных (Гарелин — 1407 рабочих, Ямаловский — 1500 рабочих и т. д.) — и все эти фабрики принадлежали крепостным или откупившимся на волю бывшим крепостным графа Шереметева. Эти крепостные фабриканты свободно владели движимым и недвижимым имуществом (записывавшимся на имя помещика) и даже крепостными (купленными на имя помещика), в том числе и дворовыми. По Гакстгаузену, у некоторых из крепостных графа Шереметева было по 700—800 душ крепостных. То же явление замечалось в Павлове, Ворсме и других местностях Центрального промышленного района.

В начале текущего столетия, при вступлении на престол Александра I, фабрик и заводов насчитывалось в Р. 2423, с 95000 рабочих и общею производительностью в 25 милл. руб. В царствование Александра I правительство постоянно стремилось к правильной организации фабрично-заводской промышленности и торговли, которые, по замечанию графа Сперанского, «должны быть управляемы одним учреждением, потому что торговля есть только ветвь общей народной промышленности». Правительство поощряло предпринимателей, между прочим, и наградами в виде объявления благоволения, присуждения медалей и пр. «Кто откроет новую отрасль торговли и промыслов, сказано в манифесте 7-го авг. 1801 г., изобретет новую полезную машину, заведет фабрику в новом роде или в лучшем устройстве с большим действием или меньшим расточением сил и, наконец, всяк, кто представит по этим предметам сочинение, на твердом умозрении и опыте основанное, да будет удостоверен в достойном возмездии и награде пользам изобретений его соразмерной». Первая привилегия была выдана 29 мая 1814 г. инж.-мех. Пуадебарду на машину для взвода судов против течения рек. Академии наук было предложено переводить на рус. яз. сочинения об иностранных изобретениях и успехах техники. Чтобы следить за ходом торговли и промышленности в Р. и за границей, было основано несколько периодических изданий («Северная почта», «Горный журнал», «Журн. мануфактур и торговли» и др.). Чтобы дать промышленности необходимый контингент техников, учреждено несколько специальных учебных заведений; Горное училище, основанное при Екатерине II, преобразовано в высшее учебное заведение; в С.-Петербурге основаны Практический технологический институт и строительное училище. Вместе с этим оказывалось всяческое покровительство иностранным предпринимателям. К концу царствования имп. Александра I число фабрик более чем удвоилось, достигнув 5261; число рабочих также более чем удвоилось, производительность фабрик поднялась до 46½ милл. р. В 1824 г. было признано полезным открыть в С.-Петербурге первую всероссийскую мануфактурную выставку, что и состоялось в 1829 г. Экспертиза дала блестящие результаты, почему решено было повторять выставки через известные промежутки времени в главных промышленных центрах Р. — Москве, С.-Петербурге и Варшаве. Всех таких выставок было 16 (последняя — в 1896 г., в Нижнем Новгороде). В других городах устраивались местные специальные выставки. К половине текущего столетия положение нашей обрабатывающей промышленности было таково, что правительство не затруднилось принять участие в первой всемирной выставке в Лондоне в 1851 г. Экспертиза последней показала, что в области производства изделий из серебра и золота, парчи и глазета, кумача и нек. др. Р. не уступает другим народам; даже в области бумагопрядильного и бумаготкацкого производств наши товары, уступая английским и французским, оказались выше бельгийских и американских. Впоследствии Р. выступала на всех всемирных выставках с более разнообразным ассортиментом своих произведений, и международные жюри всегда давали благоприятные отзывы о наших промышленных успехах.

К середине текущего столетия число фабрик возросло до 9843, производительность их — до 167 милл. руб., число рабочих — до 518 тыс.; но по политическим и экономическим условиям предшествующего периода и промышленность, и торговля в то время находились в крайне угнетенном состоянии. С окончанием Восточной войны началась во всех сферах жизни усиленная деятельность. Освобождение крестьян, заменившее на фабриках подневольный труд вольнонаемным, пустило в обращение громадные капиталы от выкупных платежей, нашедшие себе выгодное помещение прежде всего в промышленности и торговле страны. Некоторые крупные отрасли промышленности были освобождены от откупов, монополий и привилегий, удержавшихся еще с конца прошлого столетия. Живая рабочая сила, которая прежде одна выносила на своих плечах всю тяжесть добывающей и обрабатывающей промышленности, значительно поднялась в цене (хотя и не в такой мере, как тогда опасались), и потому пришлось обратиться к механическим двигателям, машинам и усовершенствованным орудиям. При наличности свободных капиталов и недостатке необходимых знаний русская промышленность, в особенности земледельческая, была в первое время переполнена массой ценных машин, которые вскоре оказались не соответствующими условиям нашего хозяйства. Оживлению торгово-промышленной деятельности немало содействовало усиленное сооружение рельсовых путей и улучшение каналов, вызвавшие громадный товарообмен не только между отдельными пунктами сети внутренних путей сообщения, но и между Р. и иностранными державами. Когда по окончании франко-прусской войны 1870—71 гг. в Германии и Австрии необычайно оживилась торгово-промышленная и строительная деятельность, а затем последовал ряд банкротств, кризис этот отразился и на Р., тем более, что он нашел подготовленную почву в тогдашнем непомерном увлечении постройкой фабрик и сооружением новых дорог. Война с Турцией доставила Р., между прочим, превосходный Батумский порт на Черном море. Это приобретение в связи с окончанием постройки тогда же железной дороги между Каспийским и Черным морями имело существенное влияние на характер нашей торгово-промышленной деятельности. Среднеазиатская торговля нашла в этом новом пути могучий рычаг для подъема производительных сил, а сформировавшийся тогда же Добровольный флот облегчил наши торговые сношения с Дальним Востоком. Главнейшими предметами обмена в этом направлении были керосин, шедший из Батума в Индию, Китай и Японию, и чай, привозимый к нам из тех же стран. Установление перевозки чая морским путем не могло не повлиять на движение того же товара через Китай и Сибирь, а также по всей рельсовой сети, которая уже в 1880—1890 гг. получила громадное протяжение. В то же время началось сооружение Великого Сибирского рельсового пути, которому суждено в близком будущем стать связующим звеном между Западом и Востоком и вызвать к жизни немало новых производительных сил Р. Фабрично-заводская промышленность в период 1854—81 гг. развивалась сравнительно быстро: в 1854 г. имелось 9944 фабрики с 459637 рабочих и общею производительностью в 151985 тыс. руб., а в 1881 г. фабрик насчитывалось 31173 с 770842 рабочими и общею производительностью в 997933 тыс. руб., т. е. последняя увеличилась с лишком в 6 раз. Царствование имп. Александра III протекло без войн; к его концу число фабрик (без мелких) определилось в 22483, число рабочих — в 1406792, производительность — в 1759431 тыс. руб. Сопоставление хотя и не вполне удобосравнимых данных о состоянии фабричной промышленности в Р. за последние 96 лет выражается в следующей таблице:

Здесь необходимо оговорить, что до 1885 г. статистические сведения по фабрично-заводской промышленности относились лишь к губерниям Европ. Р., тогда как с этого времени статистика захватывает также и привислянские, кавказские, сибирские и среднезиатские губернии и области. Данные до 1893 г. не включают в себе производств горных и обложенных акцизом, тогда как в данных этого года включены и эти отрасли обрабатывающей промышленности.

Необходимость коренного изменения законоположения о фабричных рабочих стала чувствоваться тотчас после реформы 19 февр. 1861 г. Первым был разрешен вопрос о работе на фабриках малолетних, подростков и женщин (законы 1 июня 1882 г. и 12 июня 1884 г.). В 1884 г. положено основание институту фабричной инспекции. В 1886 г. издан закон о надзоре за заведениями фабричной промышленности и о взаимных отношениях фабрикантов и рабочих. Изложенные в этом законе особые правила о надзоре за заведениями фабрично-заводской промышленности и о взаимных отношениях фабрикантов и рабочих первоначально введены были лишь в Московской и Владимирской губ., затем в 1894 и 1896 гг. распространены на 26 губерний, а в 1897 г., когда был издан закон о продолжительности и распределении рабочего времени в заведениях фабрично-заводской промышленности, распространены на все губернии Европ. Р.; во всех этих губерниях образованы присутствия по фабричным делам и учреждены должности фабричных инспекторов. Законом 1 июня 1882 г. детям до 12 лет вовсе запрещена работа на фабриках и заводах; рабочий день детей от 12 до 15 лет мог длиться не более 8 час. с перерывом после 4 часов работы или не более 6 часов, но без перерыва; работа малолетних ночью (от 9 час. веч. до 5 час. утра), а также в воскресные и праздничные дни воспрещена. Хозяева заведений обязаны дать возможность детям кончить курс народного училища. Законом 3 июня 1885 г. была воспрещена ночная работа на хлопчатобумажных, полотняных и шерстяных фабриках женщинам и подросткам до 17 лет, но по закону 24 апр. 1890 г. ночная работа женщин и подростков может быть разрешена фабричным присутствием или губернатором, а министру финансов, по соглашению с министром внутренних дел, предоставлено разрешать работать малолетним от 10 до 12 лет. Фабрикант обязан заключить письменный договор с рабочим в форме расчетной книжки определенного образца, утвержденная фабричным присутствием; в ней указываются срок найма, размер заработной платы, размер платы за занятую рабочим квартиру, записываются заработок, взыскания и пр. Фабрикант обязан представить фабричному инспектору подробную расценку работ, вывешиваемую для сведения рабочих на стенах фабрики. Воспрещается понижать заработную плату, сокращать число рабочих дней в неделю и число рабочих часов, изменять правила срочной работы прежде окончания срока договоров с рабочими или без предупреждения рабочих, нанятых на неопределенный срок за две недели до введения предположенных изменений. Воспрещается расплачиваться с рабочими хлебом, товаром, купонами и другими предметами вместо денег. Выдача рабочим заработной платы должна производиться не реже одного или двух раз в месяц, причем из платежей рабочим воспрещается производить вычеты для уплаты их долгов. Хозяину заведения предоставлено налагать взыскания на рабочих, но они должны носить исключительно дисциплинарный характер, а не служить к возмещению понесенных убытков; определены случаи, когда могут быть положены взыскания, и указан их размер; суммы, полученные от взысканий с рабочих, идут исключительно на удовлетворение нужд самих рабочих. Открытие лавок при фабриках зависит от усмотрения фабричного инспектора, обязанного следить как за доброкачественностью отпускаемых продуктов, так и за ценой их. Законом 2 июня 1897 г. «О продолжительности и распределении рабочего времени в заведениях фабрично-заводской промышленности» основная норма продолжительности работ для взрослых мужчин установлена в 11½ час. Ночная работа не может продолжаться долее 10 часов. Рабочим временем считается время, в течение которого рабочий по договору найма находится для исполнения работ в распоряжении заведующего промышленным заведением. Сверхурочная работа допускается каждый раз по особому соглашению фабриканта с рабочими. Обязательными эти работы становятся лишь тогда, когда они необходимы по техническим условиям производства. Подлежащим министрам предоставлено право издавать подробные правила о распределении рабочего времени и учете сверхурочных работ, допускать при уважительных причинах отступления от требований закона, а при производствах, особо вредных для здоровья, уменьшать продолжительность рабочего времени. В 1899 г. (7 июня) издано положение о главном по фабричным и горнозаводским делам присутствии; его ведению подлежат заведения фабрично-заводской и горнозаводской промышленности, за исключением заведений, принадлежащих Кабинету Его Величества, Главному управлению уделов, казне и правительственным установлениям, а также железнодорожных мастерских. На Главное фабричное присутствие возлагается высший надзор над фабриками и заводами и издание правил в разъяснение действующих законоположений о соблюдении на фабриках и горных промыслах должного порядка, о найме рабочих и о взаимных отношениях промышленников и рабочих, о продолжительности и распределении рабочего времени, о мерах для охранения жизни и здоровья рабочих и пр. В силу упомянутого закона 7 июня 1899 г. учреждены 6 должностей окружных фабричных инспекторов и 80 новых должностей фабричных инспекторов, так что всех инспекторов в настоящее время 251.

В судьбе промышленного развития Р. большое значение имела таможенно-тарифная политика правительства. Со времени Екатерины II постепенно отменяются крайности покровительства и опеки промышленности и торговли, и главным средством поощрения их остается регулирование тарифов. В 1800 г. состоялось новое усиление высокого таможенного тарифа 1797 г., но уже со вступлением на престол Александра I в 1801 г. последовали многие облегчения. Последовавшее за присоединением в 1807 г. Р. к континентальной системе стеснение сбыта нашего сырья побудило правительство для установления равновесия между вывозом и привозом издать в 1810 г. тариф строго запретительного характера. Только после 1815 г. наша таможенная политика резко изменилась, что особенно выразилось в новом, чрезвычайно свободном тарифе 1819 г., по которому разрешены были к привозу все ранее запрещенные товары с назначением на них умеренных пошлин. Тариф этот держался недолго; с 1822 г. правительство возвращается к прежней системе. При дальнейших переработках тарифа до 1850 г. продолжали придерживаться строго охранительной системы, и хотя отменялись некоторые запрещения, но в то же время повышались пошлины на другие привозные товары и понижались — на отпускные. С изданием тарифа 1850 г. (общего для империи и Царства Польского) правительство переходит к более умеренной охранительной системе. При составлении тарифа этого года имелось в виду поощрить промышленность уменьшением пошлин на подлежащие обработке предметы и главные фабричные материалы, отменить ненужные запрещения и понизить такие пошлины, которые могли вредить правильной торговле. Тарифом 1857 г. отменено было еще несколько прещений и снова сбавлены пошлины. Основной чертой этого тарифа является обложение пошлинами в высшем размере наиболее употребительных изделий для ограждения тех отраслей русской промышленности, которые занимают большое число рук и удовлетворяют нуждам обширного класса потребителей, — и назначение умеренных пошлин для изделий, не представлявших опасного соперничества изделиям русским. Сбавлены были пошлины и на вспомогательные для фабрик и ремесел материалы. По тарифу 1868 г. вновь уменьшено число запрещенных к привозу статей, уменьшены пошлины по 152 статьям, уравнены пошлины по морской и сухопутной границам. Основным принципом тарифа 1868 г. оставалось обложение сырых материалов, потребляемых фабриками и заводами, наименьшей пошлиной (по отношению к цене), полуобработанных продуктов — более высокой, вполне обработанных — наивысшею. Замеченные за время действия тарифа 1868 г. изменения торгового баланса не в пользу Р. и неравномерное развитие производств, а также финансовые соображения побудили правительство возвратиться к покровительственной политике. Первым шагом в этом направлении является распоряжение о взимании с 1 января 1877 г. таможенных пошлин золотой валютой по номинальному достоинству кредитного рубля, вследствие чего пошлины сразу повысились на 25 % (и еще более при последовавшем падении курса). С 1877 г. по 1890 г. таможенные пошлины повышались огульно или по некоторым группам товаров с целью усиления средств государственного казначейства и установления более выгодного соотношения между привозом и отпуском товаров. Так, в 1881 г. последовала надбавка пошлины в 10 % по всем статьям привоза (кроме соли), в 1882 и 1884 гг. сделаны частичные надбавки пошлин по некоторым статьям, в 1885 г. — общая надбавка в 20 % с немногими изъятиями, в 1887 г. — снова частные надбавки. При всех частных надбавках имелось в виду оказать покровительство тем отраслям промышленности, которые особенно нуждались в поддержании. В 1890 г. огульно повышены на 20 % таможенные пошлины для согласования их с изменившимся положением вексельного курса. Все эти частичные надбавки таможенных пошлин указывали на необходимость общего пересмотра тарифного законодательства, что и было исполнено в тарифе 1891 г. Работы над составлением нового тарифа были направлены главным образом к тому, чтобы, во-1-х, привести в систему все сделанные в периоде 1877—90 г. надбавки и изменить редакцию статей тарифа ввиду изменившихся условия производства товаров и появления на рынке новых продуктов; и, во-2-х, новым изменением ставок оказать возможно полное поощрение тем отраслям отечественной промышленности, которые, несмотря на прежние надбавки, еще недостаточно были защищены от конкуренции иностранного ввоза. Более или менее существенное повышение пошлин произведено для сахара, виноградного вина, мягкой рухляди, кож и кожаных изделий, для высших сортов столярных и токарных изделий, для химических продуктов, зеркальных стекол, для железа, чугуна и стали, для шелковой пряжи и пр. Понижение пошлин ввиду затруднительного положения нашей земледельческой промышленности допущено для сельскохозяйственных машин и орудий. В общем повышение пошлин последовало в 164 случаях, понижение в 15, в 11 случаях введены пошлины впервые и в 173-х оставлены старые. Последовавшие затем изменения в тарифе 1891 г. были вызваны заключением новых торговых договоров с Германией, Францией и другими зап.-европ. государствами. Таможенный тариф Р. до 1890 г. носил вполне автономный характер: однородные иностранные товары, привозимые в Р., облагались одинаковыми пошлинами независимо от страны происхождения данного товара. Пока в зап.-европ. государствах пропускались без пошлины главнейшие произведения земледелия и сельского хозяйства, в сбыте которых и была главным образом заинтересована Р., система нашего тарифа не встречала на практике никаких существенных неудобств; но когда по почину Германии в среднеевроп. государствах возникло стремление к покровительству собственному сельскому хозяйству путем установления охранительных пошлин на сырье, то Р. по необходимости должна была считаться с этим новым направлением. В то это время таможенная борьба зап.-европ. государств привела к созданию системы двойного конвенционного тарифа (см.). По началам этой системы был заключен ряд новых торговых трактатов: договаривающиеся стороны делали взаимные уступки в пошлинах на товары, в получении или сбыте которых они были заинтересованы. Такие договоры были заключены между Германией, Австро-Венгрией, Италией, Швейцарией и Бельгией и вступили в действие с 1 февраля 1892 г. Германия всегда была весьма важным рынком для сбыта предметов нашего отпуска, а между тем, при новых условиях Р. совершенно теряла его, она не могла пользоваться выгодами конвенционного тарифа. Чтобы судить, как велика была разница в пошлинах по общему и конвенционному тарифам Германии, достаточно указать, что для лошадей она достигала 100 %, для яиц — 50 %, для леса — 33 %, для хлебов — 30 %. Начатые по этому предмету переговоры с Германией первоначально не привели к соглашению, и потому явилась необходимость поднять наши таможенные тарифы в той же мере, в какой это сделала Германия для стран, с которыми она не имела договоров. В среднем пошлины были повышены на 30 %, и сообразно с этим с 20 июля 1893 г. был установлен двойной таможенный тариф: общий — для стран, благоприятствующих нам, и повышенный — для всех прочих. Первый торговый договор на конвенционных началах заключен с Францией 5 июля 1893 г. Основным положением этого соглашения служит обоюдное пользование правом наиболее благоприятствуемой нации во всем, что касается ввоза, вывоза, транзита и пр.; кроме того, обе стороны обязались не допускать в пользу произведений третьего государства никаких льгот, которые бы не могли быть немедленно распространены и на произведения договорившейся стороны. Между прочим, на основании этого договора Франция понизила пошлины на очищенный и неочищенный керосин на 50 %, весовую пошлину заменила объемною и некоторыми другими мерами облегчила доступ русским нефтяным продуктам во Францию. Переговоры с Германией закончились заключением 29 января 1894 г. договора, вступившего в действие с 8 марта того же года сроком по 18 (31) дек. 1903 г. Новые договоры вызвали некоторые частные изменения в общем тарифе 1891 г. в смысле понижения: на 52 % для жизненных припасов, 17—20 % — для железа не в деле, 18 % — для машин, 20 % — для кожевенных изделий, 17 % — для писчебумажных, 12—30 % — для шерстяных, 17—20 % для гончарных и фаянсовых и некоторых других. В том же 1894 г. состоялось наше соглашение с Австро-Венгрией и заключен договор 24 июня (6 июля) 1894 г., вступивший в силу с 1 (13) июля того же года; затем такие же договоры заключены с Болгарией, Данией, Португалией, Сербией, Японией, Тунисом и др. В тех же видах содействия торговым сношениям Р. с иностранными государствами было признано полезным учреждение должностей агентов министерства финансов в главных иностранных торговых центрах для постоянного наблюдения за ходом торговли и для содействия русским торговцам и производителям к установлению непосредственных торговых сношений с чужими странами и пр. Такие агенты первоначально были назначены только в Лондоне, Париже и Берлине, а в последнее время — также в Вашингтоне, Брюсселе, Константинополе и Иокогаме. С тою же целью защиты интересов русской промышленности закрыт закавказский транзит (1883) и упорядочены торговые сношения с Финляндией (1885). В силу высочайшего повеления 21 февраля 1893 г. финляндский сенат обязан принять меры, чтобы финляндский таможенный тариф был постепенно повышаем и не позже 1904 г. достиг размеров русского тарифа. Почти одновременно с общим пересмотром таможенных тарифов урегулированы и железнодорожные тарифы (см. Пути сообщения).

б) Общая производительность фабрик и заводов, зарегистрованных в 1896 г. в сумме 2745 милл. р., по главнейшим губерниям распределилась следующим образом (картограмма I): Московская — 403 милл., С.-Петербургская — 317 милл., Петроковская — 216 милл., Владимирская — 178 милл., Варшавская — 98 милл., Екатеринославская — 97 милл., Пермская — 85 милл., Бакинская — 82 милл., Киевская — 77 милл., Лифляндская — 75 милл., Херсонская — 69 милл., Подольская — 58 милл., Харьковская — 51 милл. руб. По отдельным группам производств общее состояние обрабатывающей промышленности представляется в следующем виде (диаграмма II). 

На первом месте стоит мануфактура в широком смысле этого слова — 851 милл., достигающая трети (31 %) всей стоимости обрабатывающей промышленности. За мануфактурною промышленностью следуют производства по обработке питательных веществ — 722 милл., горная и горнозаводская промышленность со включением обработки металлов и машиностроения — 614 милл., обработка животных продуктов — 117 милл., дерева — 91 милл., керамических — 70 милл., химических — 67 милл., писчебумажных — 52 милл., особо не поименованных — 162 милл. р. Мануфактурная промышленность, в свою очередь, распадается на следующие отрасли (диаграмма III). Первое место занимает обработка хлопка (очистка, производство ватное, прядильное, ниточное, ткацкое, отбельное и ситценабивное), стоимость которой определилась в 511 милл. р. (не включая красильного производства). По главнейшим губерниям хлопкообрабатывающая промышленность распределяется следующим образом: Владимирская — 137 милл., Московская — 131 милл., С.-Петербургская — 73 милл., Петроковская — 59 милл., Костромская — 28 милл., Тверская — 17 милл., Ярославская — 14 милл. руб. Второе место занимает обработка шерсти (не включая ковровых и валяных изделий), давшая 178 милл. руб.; в том числе на Петроковскую губ. пришлось 68 милл., на Московскую — 56 милл., С.-Петербургскую — 9 милл., Гродненскую — 7 милл. Льняная мануфактура (трепальная, прядильная и ткацкая) дала 40621 тыс. р., в том числе на Владимирскую губ. приходится — 11640 тыс., Костромскую — 10100 тыс., Варшавскую — 4456 тыс., Ярославскую — 4356 тыс. р., С.-Петербургскую — 3497 тыс. р. В ряду разных отраслей мануфактурной промышленности шелковая занимает четвертое место. Производительность ее в 1896 г. определилась в 30296 тыс. руб. (со включением ленточного производства), в том числе на Московскую г. приходится 22984 тыс., Владимирскую — 2443 тыс., Елисаветпольскую — 1310 тыс. р., Варшавскую — 1288 тыс. р., Петроковскую — 709 тыс., С.-Петербургскую — 676 тыс. Пеньковая промышленность обнимает еще меньший район; общая производительность ее выразилась суммой в 13274 тыс. р., причем на Черниговскую губ. приходится 1586 тыс. р., С.-Петербургскую — 1541 тыс., Орловскую — 1349 тыс., Ярославскую — 1090 тыс. р., Херсонскую — 1 милл. руб. Наконец, джутовая промышленность, основанная на переработке исключительно привозного сырья, дала в общем фабрикатов на 3764 тыс. р., причем около половины этой суммы — 1560 тыс. руб. — приходится на Петроковскую губ., 1281 тыс. руб. на Херсонскую, 800 тыс. р. на Варшавскую. К мануфактурному же отделу следует отнести, между прочим, красильные и отделочные фабрики, находящиеся вне специальных мануфактур; совокупная производительность их выразилась цифрой 30894 тыс. руб. (Московская губ. — 17 милл., Владимирская — 7, Петроковская — 5 милл. р.). Подобно мануфактурной промышленности, группа по обработке питательных веществ слагается из нескольких очень крупных производств (диаграмма IV): мукомольное — 272 милл. р., сахарное — 176 милл., винокурение — 52 милл., водочное — 42 милл., пивоварение — 33 милл., спиртоочистительное — 25 милл. р. и др. Наиболее полные сведения о фабриках и заводах Р. с указанием действовавших на них паровых двигателей, живой рабочей силы (с подразделением на женщин, мужчин и детей), расхода топлива и пр., относятся к 1893 г. На всех фабриках в 1893 г. имелось 14485 паровых котлов с 13325 паровыми машинами в 380057 сил. Наибольшее количество паровых сил приходится на Петроковскую губ. — 59023, С.-Петербургскую — 49765, Московскую — 39512 и Владимирскую — 17745. По главнейшим группам производств распределение паровой силы представляется в следующем виде (диаграмма V): на производства по обработке волокнистых веществ ее приходится более всего — 120781 сил; на писчебумажные производства — 13164; на обработку дерева — 15235; на химические производства — 5413; на обработку животных продуктов — 3349; на керамические производства — 6727; на обработку металлов — 112907; на производство питательных веществ — 94440; на производства, не вошедшие в предыдущие группы — 8041 сила. На фабриках и заводах работало в общем итоге 1370 тыс. рабочих, в том числе 1078644 мжч. и 291481 жнщ.; сюда же включены и дети в числе 33326. По отдельным главнейшим группам производств взрослые и малолетние рабочие распределяются след. образом:

Это же распределение рабочих иллюстрировано на диаграмме VI. По отдельным губерниям распределение общего числа рабочих дает следующие результаты: более всего рабочих приходится на Московскую губ. — 221408; затем следуют Пермская — 138920, Владимирская — 122267, С.-Петербургская — 113345, Петроковская — 82539, Киевская — 43726, Варшавская — 41556, Вятская — 34300 и т. д. Сопоставление приведенных выше данных распределения производительности, паровой и живой силы по главнейшим губерниям показывает, что производительность рабочих выше в тех губерниях, где более распространена паровая сила и что в этом отношении Петроковская губ. занимает первое место: при сравнительно меньшем числе рабочих там достигаются лучшие результаты, чем в других частях империи, благодаря большему распространению механических двигателей.

Средний годовой (288 дней по 12 час.) заработок фабричного рабочего определяется в 187 р. 60 к. при колебаниях от 88 р. 54 к. до 606 р. (относительно приведенной наименьшей платы следует заметить, что она чаще выпадает на долю женщин и подростков). Труд неодинаково оплачивается не только по отдельным производствам, но и по географическим районам. Наиболее выгодное вознаграждение дает рабочему машиностроительное производство, в котором средний заработок поднимается до 525 р. Женщины обыкновенно получают половину заработка мужчин, а дети — одну треть. Порайонные колебания заработной платы в одинаковых производствах бывают иногда весьма значительны: напр., в хлопчатобумажной промышленности Московского района средняя заработная плата составляет 166 руб., в Привислянском районе она поднимается до 187, а в Прибалтийском — до 205 руб. В обработке металлов и машиностроении эта разница еще более значительна: в первом из упомянутых районов она составляет 250 р., во втором — 243, в третьем — 362 руб. В общем итоге, суммируя средние величины по всем производствам и распределяя их по трем главным фабричным районам, окажется, что наименьшая заработная плата приходится на Центральный район — 179 р., несколько выше она в Польском — 189 руб. и еще выше в Северном, или Прибалтийском — 232 руб.

Топлива в общем итоге израсходовано фабриками на 95 милл. р., в том числе дров на 31953 тыс. р., каменного угля на 30952 тыс. руб., нефти на 9991 тыс. р., кокса на 9745 тыс. руб., древесного угля на 8356 тыс. руб., торфа на 3285 тыс. руб. и т. д. В количественном отношении расход этот по главнейшим материалам выражается в следующих цифрах: 2819 тыс. куб. саж. Дров, 247 милл. пд. каменного угля, 62 милл. пд. жидкого топлива, 43 милл. пд. кокса, 62776 тыс. пд. древесного угля, 339 тыс. куб. саж. торфа. В Европейской Р. преобладает растительное топливо, в Привислянском крае — минеральное; нефтяное топливо расходится преимущественно в московско-владимирском фабричном районе.

в) Обзор отдельных отраслей промышленности. I. Обработка волокнистых веществ: 1) Хлопкообрабатывающая промышленность. Р. впервые познакомилась с хлопком и изделиями из него по товарам, привозившимся из Бухары и Персии. Они обходились вследствие дальнего пути довольно дорого и не могли конкурировать с дешевыми в Р. льняными изделиями. Обстоятельства изменились с развитием хлопководства в Соед. Штатах и изобретением там очистительных машин. Благодаря этому, цена на хлопок начала падать повсеместно (см. диаграмму VII цен на хлопок в Америке, в Англии и в Москве с 1800 по 1899 г.), и товар этот стал проникать повсюду, вытесняя местные прядильные материалы.

Р. стала получать хлопок частью из Средней Азии, Персии и Азиатской Турции, частью из Англии. Распространению хлопкообрабатывающей промышленности препятствовало у нас отсутствие хороших прядильных и ткацких станков. Машины эти приготовлялись почти исключительно в Англии, но вывоз их из этой страны был запрещен под страхом смертной казни. Все народы принуждены были покупать у англичан готовые бумажные изделия и гораздо реже приобретали пряжу и хлопок-сырец для изготовления из них домашними средствами разного рода тканей. Бумажная пряжа привозилась в Россию также с Востока, но она была ручного производства и потому грубая, тогда как английская отличалась большею однородностью и тониною. Хлопкообрабатывающая промышленность в фабричных размерах началась у нас устройством бумаготкацких мануфактур с самодельными станками, причем основным материалом служила привозная пряжа. Самостоятельное бумагопрядение началось в Р. лишь с 1808 г., когда бумаготкацких фабрик насчитывалось уже около 60. К 1832 г. число бумагопрядилен возросло в Р. до 10, а бумаготкацких — до 398. В 1842 г. было отменено запрещение вывоза машин из Англии, и с этого времени началось в Р. правильное развитие хлопкообрабатывающей промышленности. В настоящее время Р. не только обходится своими бумажными тканями, но снабжает ими среднеазиатские области и Персию, которые когда-то сами снабжали нас этим товаром. Ввоз сырого хлопка благодаря успехам обрабатывающей промышленности за все продолжение текущего столетия постоянно возрастал, и только в последнее время замечается некоторое колебание привоза, происходящее, впрочем, не от сокращения требования на него (оно, напротив, продолжает возрастать), а от успехов культуры хлопчатника в Туркестане и на Кавказе. В настоящее время окраины Р. дают около 1/3 всего потребляемого в империи хлопка. Колебание ввоза сырого хлопка и хлопчатобумажной пряжи за текущее столетие представлено графически на диаграмме (VII) и в нижеследующей таблице (в тыс. пд.):

Последний отчетный год является исключительным по привозу хлопка; это объясняется тем, что урожай 1898 г. в Америке оказался по качеству хуже урожая 1897 г. и потому в Р. поспешили закупить оставшиеся запасы предыдущего года. Хлопок — наиболее крупный предмет нашего ввоза: в 1898 г. его ввезено на 71222 тыс. руб. В самой Р. ежегодно собирается от 4 до 5 милл. пд. хлопка, преимущественно в Туркестане. Всего в 1896 г. переработано в Р. 14 милл. пд., в 1897 г. — 15 милл. пд., в 1898 г. — 17 милл. пд. хлопка.

Для точного учета хлопка, поступающего на русские мануфактуры из наших среднеазиатских владений и Персии, можно воспользоваться данными Закаспийской дороги по перевозке упомянутого груза. За три последние кампании (с 1 окт. по 30 сент.) по этой дороге перевезено хлопка: в 1895—96 г. 3475 тыс. пд., в 1896—97 г. 4294 тыс. пд. в 1897—98 г. 4782 тыс. пд. Товар последнего отчетного года по месту происхождения распределяется след. образом: туркестанского хлопка было 3342 тыс. пд., бухарского 625 тыс., кокандского 390 тыс., персидского 241 тыс., закаспийского 185 тыс. пд. Привозный по европейской границе хлопок оплачивается пошлиной в размере 3 руб. 15 коп. с пуда и получается преимущественно из Соединенных Штатов, частью непосредственно, частью через Англию; много этого товара идет также из Египта, Индии, Бразилии и др. мест. Всего в 1897 г. привезено хлопка из Афганистана 33 тыс. пд., Бразилии 7 тыс., Великобритании 104 тыс., Германии 204 тыс., Египта 2994 тыс., Китая 6 тыс., Ост-Индии 82 тыс., Персии 777 тыс., Соединенных Штатов 5744 тыс. пудов. Цены на хлопок, смотря по сорту и месту происхождения, колеблются в довольно широких пределах; высшие его сорта котировались на московской бирже в 1897 г. в 10 и более руб. Как распределяется переработка по отдельным стадиям — на этот вопрос статистический материал не дает прямого ответа: нередко весь процесс происходит на одной фабрике, иногда — на нескольких, из которых каждая представляет собою самостоятельное целое (напр. фабрики бумагопрядильные, бумаготкацкие, аппретурные, набивные, красильные). В 1896 г. всех фабрик по обработке хлопка считалось 1017 с 275893 рабочими и общим производством с лишком в полмиллиарда — 531345 тыс. руб. Главными центрами производства являются губернии:

Переработка хлопка в пряжу производится в бумагопрядильных мануфактурах, но нередко эта операция имеет место также и в особых отделениях при других мануфактурах. Напр., по данным 1893 г., всей пряжи приготовлено на 135264 тыс. руб., в том числе на 419 тыс. руб. — не на бумагопрядильнях, а при других фабриках. Бумагопрядение в настоящее время поставлено в Р. очень хорошо и в количественном, и в качественном отношении: из 102 милл. веретен, имевшихся в 1898 г. во всемирной хлопчатобумажной промышленности, Великобритании принадлежало 44900 тыс., Соединенным Штатам 19284 тыс., Германии 7884 тыс., России 6965 тыс., Франции 5300 тыс., Ост-Индии 4100 тыс., Австрии 3140 тыс., Испании 2615 тыс., Италии 1886 тыс. и т. д. Таким образом, в этой области мировой промышленности Р. занимает четвертое место. В 1842 г. у нас насчитывалось всего 350 тыс. веретен, к 1877 г. цифра эта возросла до 2740 тыс., к 1886 г. — до 3828 тыс. Годовая производительность веретена определяется у нас приблизительно в 2 пд. пряжи. В качественном отношении, по свидетельству экспертной комиссии на нижегородской выставке, достигнуты прекрасные результаты относительно высоких номеров пряжи и швейных ниток, вигоневой и аппаратной пряжи из остатков и угаров, крученой пряжи для гладкого и узорчатого тюля и пр. Тем не менее пряжа все еще продолжает получаться из-за границы, как это явствует из вышеприведенной таблицы. За 99 лет ввоз этого товара утроился. Ввозится преимущественно пряжа высоких номеров, производство которых требует весьма дорогих и сложных приспособлений и выгодно только в больших размерах. В Р. пряжи высоких номеров требуется так мало, что основывать для этого специальное производство — невыгодно. Привозная пряжа в 1897 г., на сумму 4128 тыс. руб., по главным местам происхождения распределялась следующим образом: из Австрии привезено на 136 тыс. руб., Англии на 2472 тыс. руб., Германии — на 1233 тыс. руб., Финляндии — на 99 тыс., Франции — на 78 тыс., Персии — на 52 тыс. руб. Цены на главнейшие сорта пряжи, по данным московской биржи, в 1898 г. стояли от 15,7 до 16,5 руб. за пд.

Бумаготкацкое производство хотя и переделывает не только всю пряжу внутреннего производства, но и привозную, однако, по своим размерам уступает бумагопрядильному, потому что часть пряжи из бумагопрядилен отдается на сторону для тканья домашними средствами. Такая операция производится в очень больших размерах преимущественно в Московско-Владимирском фабричном районе. В фабричном производстве мирового хозяйства всех ткацких станков насчитывается 1874 тыс., в том числе Великобритании принадлежит 660 тыс., Соед. Штатам — 352 тыс., Германии — 245 тыс., Р. — 200 тыс. Франции — 126 тыс. и т. д.; следовательно, Р. и здесь занимает четвертое место. Благодаря, с одной стороны, таможенно-тарифному покровительству по привозу сырого хлопка и затруднению привоза готовых изделий, а с другой — мерам по облегчению вывоза бумажных тканей за границу бумаготкацкое производство приняло в Р. весьма большие размеры, удовлетворяя не только чрезвычайно возросшему в последнее время внутреннему потреблению, но давая еще некоторый избыток, который направляется теперь преимущественно на Восток. Общие итоги ввоза и вывоза бумажных тканей с 1841 по 1899 г. представлены в следующей таблице (в тыс. руб.).

Хлопчатобумажные изделия получаются к нам преимущественно из Китая — на 1702 тыс. руб. (в 1897), Финляндии — 1100 тыс., Персии — 510 тыс., Франции — 133 тыс., Германии — 802 тыс., Англии — 386 тыс. руб., всего по европейской границе на 1386 тыс. руб., или 29 %, по торговле с Финляндией — на 1100 тыс., или 23 %, по азиатской границе — на 2270 тыс. руб., или 48 %. Отпуск этого товара представляется в следующем виде: по европейской границе — на 86 тыс. руб., или менее одного процента, по торговле с Финляндией — на 3884 тыс. руб., или 33 %, по азиатской — на 7943 тыс. р., т. е. 66 %. Главными потребителями наших бумажных изделий являются Китай, на 3441 тыс. руб., и Персия, на 4205 тыс. руб. При вывозе хлопчатобумажных тканей в азиатские страны экспортеры получают, смотря по роду вывозимого товара, премию в размере от 2 руб. 30 коп. до 2 руб. 80 коп. с пуда тканей. В 1897 г. без выдачи премии было вывезено товара на 4657 тыс. руб., с выдачей премии в размере 2 руб. 30 коп. — на 833 тыс. руб., с премией в 2 руб. 45 к. — на 4432 тыс. руб., с премией в 2 руб. 80 коп. — на 1990 тыс. руб. Выдача премии соразмеряется с уплатой пошлины за привозный иностранный хлопок, так что в сущности это и не есть премия, а только возврат пошлины за товар, обратно вывезенный за границу. С успехами бумагопрядильного и бумаготкацкого производств непосредственно связано развитие производств отделочного, набивного и красильного. Насколько можно было выделить красильные фабрики из мануфактур, на которых производятся все операции подряд, число их определяется в 462 с 50800 рабочими и производством на 107388 тыс. руб. Большая часть приготовляемого в Р. бумажного товара относится к дешевым сортам, особенно в Московско-Владимирском районе; высокоценный товар готовится преимущественно в Прибалтийском и Польском районах. Наши бумажные мануфактуры обставлены так, что могут следовать за всеми капризными требованиями моды. По заключению нижегородской экспертизы, едва ли в заграничной практике можно указать из области белильно-отделочных, красильных и ситценабивных производств какое-либо усовершенствование или улучшение, заслуживающее внимания, которое бы не применялось на наших фабриках. Весьма характерно стремление новых предпринимателей выйти из исторически определившихся фабричных районов и приблизиться к местам производства хлопка. Крупные бумажные мануфактуры сооружаются ныне в Петровске (Дагестанской обл.), Баку, Тифлисе и других местах с целью перерабатывать преимущественно хлопок туземного происхождения и приготовлять товар для сбыта в Персию, Западный Китай, Бухару, Афганистан и прилегающие к ним области. Обработка хлопка в Р. ведется в крупных размерах. Наибольшее число акционерных предприятий, оперирующих в Р., за исключением горнозаводских, занято обработкой хлопка: к 1 января 1898 г. число их достигало 105, с основным капиталом в 193 милл. и запасным в 50 милл. руб.

2) Обработка шерсти. В сельском хозяйстве Р. овцеводство всегда составляло весьма важную статью, но улучшение качества производимой шерсти редко шло параллельно с увеличением ее количества. Р. не могла перерабатывать у себя всей домашней шерсти, и часть ее стала выгодным предметом вывоза; но в то же время Р. не находила у себя многих ценных сортов шерсти, и они привозились извне. Данные по ввозу и вывозу шерсти сгруппированы в следующей таблице (в тыс. пд.):

В количественном отношении вывоз превышает ввоз, но по стоимости разница, в особенности в последнее время, не в пользу вывоза: напр. в 1887—91 г. шерсти вывозилось в среднем на 17729 тыс. руб., а привозилось на 5759 тыс. руб., т. е. втрое меньше, в следующее же пятилетие (1892—96) в среднем вывозилось в год на 7728 тыс. р., а привозилось на 13683 тыс. руб., т. е. почти вдвое больше; в 1897 г. вывезено на 8948 тыс. р., привезено на 13742 тыс. р.; в 1898 г. вывезено на 6736 тыс. руб., привезено на 15858 тыс. руб. Таким образом, в настоящее время в области шерстяной торговли Р. является страной потребительной, тогда как еще недавно она находилась в ряду производительных. По главнейшим странам назначения отпуск шерсти в 1897 г. распределился следующим образом: 546 тыс. пд. — в Великобританию, 186 тыс. пд. — в Германию, 131 тыс. пд. — во Францию, 160 тыс. пд. — в Соединенные Штаты, 45 тыс. пд. — в Австро-Венгрию. В поставке шерсти в Р. в том же году участвовали следующие страны: Австро-Венгрия — 31 тыс. пд., Афганистан — 54 тыс. пд., Бельгия — 126 тыс. пд., Великобритания — 145 тыс., Германия — 364 тыс., Китай — 135 тыс., Персия — 101 тыс., Франция — 68 тыс. пд. Всего среднеазиатской шерсти (включая сюда и местное производство) поступает на мануфактуры Европ. Р. в год около полумиллиона пд., главным образом по Закаспийской жел. дор. По этому пути в 1897 г. привезено 522940 пд. Главными рынками сбыта шерсти являются ярмарки: в Варшаве, Харькове, Царицыне и в Ростове-на-Дону. Наиболее значительным центром шерстяной торговли служит ростовская ярмарка, на которой ежегодно сбывается более 1 милл. пд. шерсти: в 1897 г. здесь продано 1425 тыс. пд., в 1898 г. — 1150 тыс. пд., в том числе обыкновенной 200 тыс. и шпанской 950 тыс. пд.; первая продавалась приблизительно около 4 р. 50 к. за пуд, вторая — по 9 р. На Варшавской ярмарке сбывается обыкновенно около 70 тыс. пд. шерсти, в Харькове — ок. 200 тыс. пд., в Царицыне — около 85 тыс. пд. Потребление шерсти в Р. определяется приблизительно в 10 милл. пд.. т. е. столько же, сколько в Германии (больше потребляется шерсти в Соед. Штатах — 14 милл. пд., Великобритании — 13½ милл. пд., Франции — 12 милл. пд.). В фабричных размерах переработка шерсти установилась еще в конце XVII в.; первая суконная фабрика устроена в 1698 г. в Москве. Шерстопрядильное производство в фабричных размерах установилось значительно позже; русские шерстяные мануфактуры долго пользовались преимущественно привозной пряжей. Несмотря на замечаемое в последнее время оживление в мануфактурной промышленности вообще и в том числе и шерстяной, производительность наших шерстопрядилен не может следовать за возрастающими требованиями шерстоткацких фабрик, и потому спрос удовлетворяется привозом из-за границы готовой пряжи. Данные по привозу представлены в следующей таблице:

По стоимости пряжи привоз последнего отчетного года достиг 20341 тыс. руб. Почти две трети шерстяной пряжи идет к нам из Германии, одна треть из Великобритании. В 1896 г. всех шерстеобрабатывающих фабрик было 1328 с 131459 рабочими и общею производительностью в 173 милл. руб.; обработка это сосредоточена главнейше в следующих губ.:

Техническая сторона шерстеобрабатывающей промышленности, как она выяснилась на последней всероссийской выставке, почти во всех ее отраслях поставлена хорошо. Более всего готовятся средние и низкие сорта сукон, но есть и производство высокодобротного товара. Как те, так и другие фабрики оборудованы вполне удовлетворительно; в отделке камвольных изделий, имеющих наибольшее значение, замечается большой шаг вперед. Несмотря, однако, на это, многие шерстяные изделия составляют еще предмет ввоза из-за границы. Хотя в то же время и Р. отпускает туда свои произведения, но ввоз почти втрое превышает вывоз, что видно из следующей таблицы (в тыс. руб.):

В начале рассматриваемого периода ввоз вполне отвечал вывозу; потом под влиянием слабо охранительного тарифа 1868 г. ввоз возрастает чрезвычайно, а вывоз падает; в последнее время ввоз опять сокращается, вывоз остается в том же приблизительно положении. Шерстяных изделий более всего поступает к нам из Германии — на 2949 тыс. р., т. е. половина всего ввоза, Великобритании — 1177 тыс. р., Персии — 619 тыс., Франции — 463 тыс., Китая — 337 тыс., Австро-Венгрии — 195 тыс., Афганистана — 104 тыс. р. (цифры 1897 г.). Вывоз из Р. в том же году направился главным образом в Финляндию — на 868 тыс. р., Францию — на 463 тыс., Турцию — на 362 тыс., Китай — 161 тыс., Германию — на 95 тыс., Персию — на 88 тыс. руб. Часть привозных шерстяных товаров (преимущественно ковры из Персии и Афганистана) проходит непосредственно за границу, пользуясь Р. лишь как транзитным путем.

3) Обработка льна составляет в Р. один из древнейших промыслов, и вместе с тем производимый ею лен служит предметом заграничного отпуска с самого начала наших торговых сношений с западноевропейскими государствами. На всемирном льняном рынке Р. всегда господствовала, покрывая с лишком две трети мирового спроса. Конкурирующие с нею страны — Великобритания, Австро-Венгрия, Бельгия и Франция — большую часть своего производства перерабатывают у себя же, тогда как Р. оставляет у себя лишь около половины, а остальное вывозит за границу. В последнее время Р. производит в год около 25 милл. пд. (в 1898 г. — 35057 тыс. пд.) льняного волокна, причем сбор его главнейше распределяется по следующим губ. (в 1898 г.): Екатеринославской — 4465 тыс. пд., Лифляндской — 1839 тыс. пд., Ставропольской — 2649 тыс. пд., Тверской — 1678 тыс. пд., Донской — 1987 тыс. пд., Полтавской — 1730 тыс. пд., Таврической — 986 тыс. пд., Смоленской — 1756 тыс. пд. Центром торговли являются два больших района культуры этого прядильного растения, именуемых по способу приготовления волокна моченцовым и сланцовым. В первом районе (Псковская, Лифляндская, С.-Петербургская, Новгородская, Виленская, Витебская, Ковенская и Курляндская) лен-сырец для отделения волокна от кострики вымачивается в особых мочильнях; во втором (Тверская, Смоленская, Московская, Ярославская, Владимирская, Нижегородская, Вятская) лен-сырец выстилается на луга и подвергается влиянию росы (росения). Оба района поставляют товар приблизительно в равном количестве, около 8 милл. пд. в год. Торговля льном, как внутренняя, так и внешняя, нуждается еще в правильной организации. Цены на льняное волокно, смотря по сорту товара и месту продажи, колеблются от 3 до 4 руб.; главными пунктами торговли служат СПб., Бежецк, Витебск, Рига, Варшава, Пернов. Вывоз льняного волокна показан в нижеследующей таблице:

Хотя в количественном отношении вывоз льняного волокна значительно возрастает, в особенности во второй половине текущего столетия, но по стоимости вывоз падает вследствие сильного падения цен на лен на всемирном рынке. Явление это резко наблюдается даже в последние годы: в 1895 г., напр., вывезено 13872 тыс. пд. льняного волокна на сумму 67685 тыс. руб., а вывоз 1898 г. — 13918 тыс. пд. — оценен только в 51803 тыс. руб. Русский лен направляется за границу преимущественно в Великобританию, Германию, Францию и Бельгию, т. е. в страны, которые имеют и собственную культуру льна, но обрабатывающие средства которых не удовлетворяются местным производством. Вывоз льна за последнее время по главнейшим странам назначения распределяется следующим образом:

Кроме волокна, вывозится также льняная кудель и пакля, в общем до 2 милл. пд., на сумму 4—6 милл. руб. В этой отрасли нашей внешней торговли не замечается сильных колебаний: в 1870 г. вывезено льняной кудели и пакли 1131 тыс. пд. на 2827 тыс. р., а в 1898 г. — 1699 тыс. пд. на 4533 тыс. руб. Обработка льняного волокна с целью получения пряжи и тканей в кустарном промысле Р. практикуется очень давно, в фабричных же размерах ведется не более ста лет. Первая попытка механического льнопрядения относится к 1798 г., но правильное его развитие началось лишь с 1830 г., когда за дело взялся сам изобретатель этого процесса, де Жирар, основавший для этого под Варшавой специальную мануфактуру, которая достигла громадных размеров. Обработка льна в промышленных размерах, по переписи 1896 г., производится на 160 фабриках с 40366 рабочими, на сумму 40626 тыс. руб.; распределение их по главнейшим районам таково:

В настоящее время на наших льняных мануфактурах наряду с средним ходовым товаром готовятся и тонкие ткани, платки и узорчатое столовое белье, в отношении ткачества и аппретуры почти не оставляющие желать лучшего. Прежде приготовлявшиеся в Р. льняные изделия употреблялись на месте и вывозились за границу в суровом виде, так как уменье отбеливать и отделывать распространилось у нас довольно поздно. Поэтому, несмотря на обилие у нас льна, хорошие льняные изделия все-таки получались из-за границы, что, впрочем, продолжается и по настоящее время. Статистика по этому предмету показывает льняной и пеньковый (кроме веревок) товар вместе; сопоставляя соответствующие данные за продолжительный период, можно заметить, что привоз с 1880-х гг. сильно сокращается, тогда как вывоз изменяется сравнительно меньше:

В нашем отпуске более всего отмечается холст — на 331 тыс. руб. (в 1897 г.), равентух — на 269 тыс. руб.; в привозе особенно выдаются полотно и батист — на 776 тыс. руб. (в том числе из Германии на 246 тыс. руб., Великобритании — 198 тыс. руб., Финляндия — 306 тыс. р.) и вощанка и клеенка — 242 тыс. руб., т. е. товар сравнительно ценный, мало производимый в России.

4) Историческая судьба пеньковой промышленности в общем та же, как и льняной: культура конопли имеет в Р. широкое распространение, но обработка волокна и приготовление из него изделий никогда не находились на большой высоте. Пока европ. рынок требовал товар сравнительно грубый — веревки и канаты — для парусного флота и пока всемирная торговля не знала других дешевых суррогатов пеньки, канаты и веревки русского производства ценились за границей очень высоко и имели там хороший сбыт; но по мере замены парусного флота паровым спрос на канаты уменьшился, что особенно стало замечаться с появлением металлических канатов. Одновременно с этим всемирный рынок обогатился новыми дешевыми волокнистыми веществами: манильской пенькой, новозеландским льном, индийским джутом, американской агавой и др. Все это значительно ослабило на мировом рынке интерес к русским пеньковым произведениям. В Р. ежегодно собирается около 15 милл. пд. пеньки. В 1898 г. собрано всего 13282 тыс. пд., в том числе в Орловской губ. — 1033 тыс., Курской — 943 т., Полтавской — 992 т., Черниговской — 895 т. пд. и т. д. Из общего сбора пеньки только четвертая или пятая часть вывозится за границу, все же остальное перерабатывается в самой России.

Отпуск пеньки из Р. за текущее столетие колебался в следующих пределах:

Главными потребителями русской пеньки являются: Германия, куда в 1898 г. было отправлено этого товара 1694 тыс. пд., т. е. около 70 %; затем его пошло много в Великобританию — 342 тыс. пд. и в Австро-Венгрию — 76 тыс. пд. Главными рынками для торговли пенькой служат Орел, Рига, Ливны, Фатеж, Варшава. Цены колеблются, смотря по сорту и месту, от 25 до 45 руб. за берковец. Обработка пеньки в Р. имеет преимущественно кустарный характер и фабричные размеры принимает редко. Кое-где отдельные операции этой обработки — трепание, прядение — встречаются отдельно, но в малых размерах. По переписи 1896 г., обработка пеньки в размерах, превышающих годовой оборот в 1000 руб., производилась в 435 заведениях с 15340 рабочими и общею производительностью в 13274 тыс. р. Распределение пенькообрабатывающей промышленности по важнейшим губ. показано в следующей таблице.

Главный предмет пенькоткацкого производства — вереть, мешочный холст, которого требуется в Р. для приготовления мешков громадное количество, доставляемое почти всецело внутренним производством: веретья и готовых мешков привозится из-за границы сравнительно немного. Затем в пенькообрабатывающей промышленности заслуживает серьезного внимания приготовление канатов и веревок, которое в 1896 г. производилось на 200 фабриках с 9346 рабоч. и 8298 тыс. р. стоимости фабрикатов. Наиболее крупные канатные фабрики находятся в С.-Петербургской губ. с производством в 1541 тыс. р., Ярославской — 1092 тыс. р., Херсонской — 1 милл. р., Тверской — 910 тыс. р. Хотя это производство в последнее время заметно возрастает, но приготовляемый товар находит помещение главным образом на внутренних рынках, вывоз же постепенно падает, особенно во второй половине текущего столетия: в 1800 г. веревок и канатов было вывезено 263 тыс. пд., в 1851—60 гг. в среднем вывозилось по 427 тыс. пд., а теперь эта цифра понизилась до 115 тыс. пд. в 1897 г., в том числе 49 тыс. пд. канатов, 26 тыс. пд. веревок и 39 тыс. пд. бечевок. Мировое потребление пеньки в настоящее время определяется приблизительно в 30 милл. пуд.; половину этого количества поставляет Р.

5) Шелковым товаром Р. снабжалась первоначально из Индии, Персии и Бухары, но он обходился крайне дорого, и потому были сделаны при царе Алексее Михайловиче попытки разведения в Р. шелковицы, не имевшие практических результатов. Только с присоединением к Р. южных окраин — Закавказья, Закаспийской обл. и Туркестана — явилась возможность развитии шелководства (см. выше). Спрос на шелковые изделия постоянно возрастает, а между тем таможенные пошлины на готовые ткани слишком высоки, чтобы можно было привозить их за границу в большом количестве. Вследствие этого происходит усиленный привоз сырого шелка и даже иногда коконов для переработки их в Р. и получения тканей на местных шелкоткацких фабриках. Колебание в привозе упомянутого товара за текущее столетие показано в следующей таблице:

Сырой шелк привозится в Р. преимущественно из следующих стран (в 1897 г.): Австро-Венгрии — 7 тыс. пд., Германии — 25 тыс. пд., Италии — 8 т. пд. Китая — 8 т. пд., Франции — 21т. пд., Швейцарии 9 т. пд. и пр. Сама Р. вывозит за границу шелк-сырец и особенно фризоны, бур-де-суа и т. п. шелковые очесы и сдоры, но по своей стоимости отпуск значительно уступает привозу. В 1897 г. ввезено на 8841 тыс. руб., а вывезено только на 468 тыс. руб. (29 тыс. пд)., и в том числе на 243 тыс. руб. коконов, на 151 тыс. руб. оческов, на 62 тыс. руб. грежа и на 12 тыс. руб. пряденого шелка. Шелк в коконах и оческах усиленно вывозится за границу, потому что в Р. еще нет специальных фабрик для приготовления грежа из оческов, да и шелкомотальные фабрики, особенно кавказские, во многом не удовлетворяют современным требованиям техники этого дела. Шелкокрутильное производство также требует у нас многих улучшений; пряжа местного производства ценится ниже привозной из Италии, Франции или Швейцарии, что видно, между прочим, из цен на московской бирже (в 1897 г.) на разные товары этого рода (напр. миланская основа 356 руб. за пуд, китайская основа 318 р., маргеланская основа 180 руб., нухинский уток 246 руб.).

Общие обороты шелковой промышленности в Р. (считая шелкомотальное, крутильное, ткацкое, ленточное, парчовое и позументно-галунное) в 1896 г. достигли всего 30296 тыс. руб. на 391 фабрик с 28318 рабочими. Шелкообрабатывающая промышленность сосредоточена главнейше в следующих губ.:

Из всех отраслей шелкообрабатывающей промышленности наибольшее значение имеет шелкоткацкое; дело это как кустарный промысел известно на Кавказе и в наших среднеазиатских владениях очень давно, фабричный же характер оно приняло главным образом в Московской и отчасти Владимирской и Петроковской губ. В 1896 г. всех шелкоткацких фабрик считалось 293, с производством в 25 милл. руб. (в том числе в Московской губ. 15829 тыс. руб., во Владимирской губ. — 2408 тыс. руб., с 21260 рабочими). В техническом отношении шелкоткацкое производство в Р. находится вполне на высоте современных требований и в последнее время принимает крупные размеры: наряду с превосходными шелками и бархатами у нас начинают приготовлять массу дешевого товара того же рода, на который постоянно усиливается спрос. В группе шелкообрабатывающих производств есть одно, составляющее специальность Р., — парчовое: нигде это дело не достигло такого высокого совершенства, как у нас. Спрос на художественные изделия этого рода в последнее время значительно сократился, вследствие общего стремления к дешевому товару. Часть шелковых изделий Р. продолжает еще получаться из-за границы. Данные по этому предмету с 1841 г. представлены в следующей таблице:

Шелковые изделия — фуляры, платки, ленты, бархат, шелковые и полушелковые материи — поступают на русский рынок преимущественно (в 1897 г.) из Германии — на 978 тыс. руб., Франции — 856 тыс. руб., Персии — 714 тыс. руб., Китая — 490 тыс. руб., Великобритании — 120 тыс. руб., Швейцарии — 120 тыс. руб.

6) В ряду разных волокнистых материалов, перерабатываемых в Р., особенное внимание обращает на себя джут, привозимый из Индии; материал этот, отличаясь большой прочностью при сравнительной дешевизне, идет преимущественно на приготовление веретья и вообще упаковочных тканей, а также бечевок, особенно в сельскохозяйственной практике (для сноповязалок). Джут вовсе не культивируется в Р., и потому о размерах переработки этого волокнистого материала можно судить в некоторой мере по привозу джута-сырца. Последнего в 1892 г. было получено 346 тыс. пд.; через два года цифра эта достигла 916 тыс. пд., еще через два года поднялась до 1026 и, наконец, в 1898 г. — до 1325 т. пд. (на 2911 тыс. руб.). Привоз джутовых канатов и веревок увеличился с 14 тыс. пд. в 1892 г. до 51 тыс. пд. в 1898 г. Привоз джутовых мешков благодаря изменению тарифных окладов за упомянутый шестилетний период только удвоился (с 9 до 18 тыс.). Ввоз других изделий из того же или соответствующего материала не имеет большого значения. По переписи 1896 г. джутообрабатывающая промышленность была сосредоточена на 7 фабриках с 2753 рабочими и общею производительностью в 3764 тыс. руб. Всего больше таких фабрик было в следующих губерниях:

В последнее время на русском рынке наряду с джутом стали появляться также манильская пенька, китайская крапива и т. п. прядильные материалы, которых в 1898 г. привезено в совокупности 44 тыс. пд. на 66 тыс. руб.

7) Производство готового платья началось в Р. сравнительно недавно и окрепло под влиянием таможенного покровительства. В период 1875—84 гг. ввоз готового платья сшитого, меховых изделий и белья (кроме столового) сшитого достиг в среднем 2342 тыс. руб. в год, но после поднятия пошлин привоз этого товара стал быстро сокращаться и в 1897 г. составил всего сумму в 783 тыс. руб., в том числе мужского платья на 94 тыс. руб., женского и детского — на 191 тыс. руб., меховых изделий — на 150 тыс. руб., разных предметов одеяния — на 183 тыс. руб., дамских шляп — на 39 тыс. руб. По переписи 1896 г. мастерских для приготовления платья, кроме белошвейных, оказалось 297 с производительностью в 12158 тыс. руб. и 6562 рабочими, в том числе:

Прочие производства, основанные на обработке волокнистых тканей или пряжи, — как напр. ковровое, басонное, кружевное, шляпное, трикотажное, вышивальное, белошвейное, тюлевое, брезентное, драпировочное — труднее поддаются правильному учету, так как нередко они больше относятся к ремесленным или кустарным производствам.

II. Обработка питательных веществ заключает в себе винокуренное производство со связанными с ними водочным и спиртоочистительным, свеклосахарное и рафинадное, дрожжевое, мукомольное, маслобойное, сыроваренное и др. Распределение главнейших производств, входящих в состав группы по обработке питательных веществ, представлено на диаграмме IV.1) 

Винокурение известно в Р. с древнейших времен. Во второй полов. XIX в. оно потеряло характер подсобного для сельского хозяйства промысла, так как давало выгоду только при ведении дела в больших промышленных размерах и на хорошо оборудованном заводе. Не раз делались попытки вновь установить ближайшую связь его с земледелием, но без успеха. Законом 4 июня 1890 г. винокурение подразделено на сельскохозяйственное и коммерческое; покровительствуя первому типу, новый закон несколько ограничил развитие второго. Колебание в числе заводов и размерах перекуриваемого материала, а также количества полученного спирта представлено в нижеследующей сводной таблице:

Число заводов сокращается весьма заметно, производительность же их в общем, особенно в последнее время, мало изменяется. В перекуриваемом материале замечается существенная перемена: количество перекуренного хлеба сократилось почти вдвое, но зато появился новый материал — картофель, потребление которого за то же время увеличилось с лишком в десять раз.

Современное состояние винокуренного производства в Р. представляется в следующем виде (за период 1897/8 г.). Всех заводов 2055, на которых перекурено: 15377 тыс. пд. ржи, 5880 тыс. пд. кукурузы, 237 тыс. пд. пшеницы, 756 тыс. пд. просяной муки, 123 тыс. пд. ячменной муки, 10085 тыс. пд. зеленого солода, 2390 тыс. пд. сухого солода, 98075 тыс. пд. картофеля, и из всего этого получено 74 милл. ведер сорокаградусного вина. Наибольшее количество выкурки приходится на губ.: Эстляндскую — 5108 тыс. вед., Пензенскую — 2403 тыс., Тамбовскую — 2996 тыс., Харьковскую — 2950 тыс., Минскую — 2967 тыс., Подольскую — 2293 тыс. вод. и т. д. Душевое потребление вина заметно уменьшается: в 1885 г. оно составляло 0,7 ведра сорокаградусного вина, а теперь цифра эта понизилась до 0,51 ведра. Между тем производство не сокращалось, и потому рынок переполнялся спиртом. Чтобы предупредить вредные последствия перепроизводства, правительство признало необходимым приступить к урегулированию внутреннего производства и к облегчению вывоза избытка за границу. Соотношение между производством, потреблением и вывозом за границу в текущем десятилетии представлено в следующей таблице (в тысячах ведер сорокаградусного вина):

В настоящее время главным потребителем русского спирта является Германия. По таможенным сведениям за 1897 г., отпуск спирта, в количестве 198 милл. градусов, распределился следующим образом: в Германию — 134 милл., Турцию — 50 милл., Великобританию — 7 милл., Данию — 6 милл. град. Водочное производство, равно как и спиртоочистительное, развиты сравнительно мало. Число заводов также сокращается. До введения акциза на водочные изделия, в 1879 г., разных водок было приготовлено 1747 тыс. вед.; в 1895/6 г. цифра эта понизилась до 1482 тыс. вед.; в 1896/7 г. на 205 заводах приготовлено 1421 тыс. вед., в 1897/8 г. на 180 заводах — 1245 тыс. вед.

Дрожжи готовятся либо на дрожжево-винокуренных, либо на дрожжевых без винокурения, либо, наконец, на специальных заводах для приготовления пивных прессованных дрожжей. Более всего приготовляются они на заводах первого типа. По данным 1895/6 г. всего дрожжей приготовлено 23875 тыс. фн., против 11474 тыс. фн. в 1886/7 г. По последнему отчетному 1897/8 периоду на 44 заводах первого типа приготовлено 23173 тыс. фн., на 35 заводах второго типа — 645 тыс. фн., на 2 заводах третьего типа — 72 тыс. фн. Всего жидких дрожжей поступило в продажу в 1897/8 г. 23457 вед. и 105 пд.

Фруктово-виноградно-водочное винокурение получило свое развитие преимущественно на юге, где, кроме винограда, и некоторые плоды собирают в таком изобилии, что могут служить прекрасным материалом для получения фруктового или виноградного спирта (коньяк). С целью поощрения этих производств, могущих служить подсобным промыслом для садоводства, акциз за плодовый спирт назначен в меньшем размере, чем за хлебный. Благодаря этой мере в Бессарабии, Крыму и на Кавказе развилось фруктовое винокурение и коньячное производство. На 4258 заводах (в 1896 г.) выкурено 767 тыс. вед. сорокаградусного вина против 1021 тыс. вед., в среднем, за предшествующее десятилетие; Закавказский край дал 546 тыс. вед., Бессарабия 84 тыс., Сев. Кавказ 64 тыс., Туркестан 59 тыс. вед. В 1896—97 г. считалось 3167 зав. с производством 569 тыс. вед., а в 1897—98 г. на 2504 зав. получено 668 тыс. вед. В Закавказском крае специально из туты приготовляется около 6 милл. гр., а из виноградных материалов (вина, винограда и виноградных выжимков) — около 17 милл. град. Коньячное производство также развивается медленно: в 1897 г. в Закавказском крае всего выкурено 433 тыс. гр. коньячного спирта.

2) Виноделие является в Р. весьма значительным промыслом, преимущественно для Кавказа, Туркестана, Донской обл., Крыма и Бессарабии, но спрос на вино превышает его производство, и оно привозится к нам в значительном количестве из-за границы:

По странам происхождения вина привоз 1897 г. распределяется следующим образом: всего ввезено на 8894 тыс. руб., в том числе на 436 тыс. из Австро-Венгрии, на 1431 тыс. из Германии, на 1128 тыс. руб. из Испании, на 4192 тыс. руб. из Франции, на 100 тыс. руб. из Италии, на 340 тыс. руб. из Португалии.

3) Пивоваренное производство развивается довольно медленно, хотя в последнее время в этом отношении замечается большое оживление. В первое время по уничтожении откупа пива приготовлялось около 10—11 милл. вед., к 1870 г. цифра эта поднялась до 31 милл., к 1879 г. достигла даже 48 мил., но потом вследствие усиленной конкуренции со стороны фруктовых вод производство пива стало уменьшаться и в 1895 г. упало до 39 милл., в 1896 г. — 43,6 милл., в 1897 г. — 46 милл. Всех пивоваренных заводов считается 1047. Наиболее значительною производительностью отличаются с.-петербургские, где на восьми заводах приготовлено около 7 милл. вед. пива, что составляет одну шестую производства всей империи; второе место принадлежит Лифляндской губ., где на 111 заводах получено 5434 тыс. вед. Затем следуют губ.: Варшавская — 3949 тыс., Петроковская — 2715 тыс., Московская — 3257 тыс., Виленская — 1271 тыс., Ковенская — 1089 тыс. вед. и т. д. Основной материал для пивоварения — ячмень — исключительно русский; его перерабатывается на солод в год около 10 милл. пд., причем из пуда солода получается около 5 вед. пива. Хмелю для пивоварения потребовалось 102585 пд., в том числе 68866 пд. русского (волынского 34244 пд., польского 15532 пд.), а заграничного 33719 пд.

4) Медоваренное производство в старину было гораздо более развито, чем теперь: оно почти потеряло свой самостоятельный характер и составляет только побочную статью при пивоваренном. В 1896 г. в общем итоге мед готовился в 422 заведениях, из которых 178 составляли отделения при пивоваренных заводах. Всего в означенном году получено 574605 вед. меда, на что употреблено 45 тыс. пд. сахару, 27 тыс. меду, 107 пд. хмеля, 16 фн. эссенции, 131 пд. солода, 7 пд. дрожжей, 33 пд. пряностей, 194 пд. фруктов и пр. Пиво и фруктовые воды в последнее время отовсюду вытесняют мед, который давно уже перестал оправдывать свое название.

Хмелеводство — см. выше Сельское хозяйство.

5) Масличные растения. Льняного семени ежегодно собирается около 30 милл. пудов (в 1897 г. собрано 32112 тыс. пудов, в 1898 г. — 35057 тыс. пд.), причем наиболее производительными губерниями в 1898 г. являются: Екатеринославская, давшая 4465 тыс. пд., Лифляндская 1839 т. пд., Донская обл. — 1987 тыс. пд., Тверская — 1678 тыс. пд., Смоленская — 1756 тыс., Полтавская — 1730 тыс. пд., Ставропольская 2649 тыс. пд. Конопляного семени получается в среднем около 15 милл. пд. (в 1897 г. — 11577 тыс. пд., в 1898 г. — 11215 тыс. пд.) преимущественно в Смоленской — 1062 тыс. пд., Черниговской — 1001 тыс., Орловской — 938 тыс. пд., Калужской — 858 тыс. пд., Полтавской — 619 тыс. пд. Как ни велико потребление этих семян в самой России для приготовления постного масла, но они все-таки составляют значительный предмет нашей внешней торговли еще с прошлого столетия. Вывоз того и другого семени за последние 68 лет представлен в следующей таблице, в тыс. пудов:

Вывоз 1898 г. направился преимущественно в Великобританию — 3719 тыс. пд., в Германию — 2528 тыс., Голландию — 5491 тыс., Францию — 681 тыс., Бельгию — 1252 тыс. пд., а более значительный отпуск 1897 г. нашел себе помещение преимущественно в Голландии — 10780 тыс. пд., Великобритании — 9281 тыс., Германии — 6060 тыс., Бельгии — 2676 тыс., Франции — 1506 тыс. пд. Кроме льняного и конопляного семени, и другие масличные семена в последнее время начинают принимать более оживленное участие в нашем отпуске. Так, рапсового и сурепного семян вывозится в год около 6 милл. пд., прочих масличных семян — около полумиллиона пд. Семян кормовых трав отпускается ежегодно около полутора милл. пд., так что в общем итоге торговля семенная представляет для Р. весьма значительный интерес. Десять лет тому назад, в 1887 г., разных семян было вывезено 28802 тыс. пд. на 36059 тыс. руб., а в 1897 г. первая цифра поднялась до 41631 тыс. пд., вторая — до 45354 тыс. руб.

Маслобойное производство трудно поддается правильному учету, так как заводы этого рода действуют более или менее случайно, по мере накопления материала, а в остальное время закрываются и ускользают от регистрации. В 1896 г. их подсчитано всего 575 с 8725 рабочими и общею производительностью в 31555 тыс. р., но в действительности их должно быть значительно больше. Развито это дело более всего в С.-Петербургской губ. — 6047 тыс. р., Саратовской — 2891 тыс., Лифляндской — 2731 тыс., Херсонской — 2179 тыс. руб. Получаемые при этом масла расходятся почти исключительно на месте производства; за границу они почти не имеют сбыта. Зато выжимки, или так наз. жмыхи, находят на иностранных рынках весьма выгодное помещение и вывоз их постоянно растет:

Отпуск последнего года достиг суммы 14282 тыс. руб. против 5329 тыс. руб. десять лет тому назад.

6) В группе производств по обработке питательных продуктов сахарное занимает выдающееся положение. До начала текущего столетия Р. пользовалась исключительно тростниковым сахаром, привозившимся с Вест-Индских островов в виде более или менее нечистого песка. Для употребления этого товара необходимо было подвергнуть его предварительной рафинировке; первый такого рода сахарорафинадный завод, основанный на переработке привозного сырья, устроен в С.-Петербурге в 1719 г. К концу XVIII столетия число таких заводов достигло 7. В это время в Германии нашли возможным получать сахар из свекловицы. В Р. первый свеклосахарный завод появился в 1802 г. в Тульской губернии. Несмотря на первые неудачи, свеклосахарное дело скоро окрепло в Р., так как правительство пришло к нему на помощь тарифной политикой. В 1848 г. сахар был обложен акцизом, причем для определения выхода сахара была установлена известная норма. Выход, однако, значительно изменялся от технических приемов, и потому акциз крайне неравномерно распределялся между разными производителями. Это обстоятельство вызвало стремление к улучшению производства, что и выразилось, между прочим, в сокращении числа непаровых заводов: в первый год установления акциза по норме всех сахароваренных заводов было 340, и в том числе только 40 паровых, а в последний год этой системы, в 1881 г., число заводов сократилось до 238, и в том числе паровых было 237; мелкие заводы совершенно прекратили свое существование, оставшиеся же значительно расширили производство. В год введения акцизной системы было переработано 897 тыс. берковцев сахарной свекловицы, а в 1881 г. цифра эта поднялась до 14174 тыс. берк.; в первом случае сахар был учтен по норме в количестве 269 тыс. пд., а в последнем — в количестве 3877 тыс. пд. Как возрастало затем производство сахара в Р. в связи с увеличением выхода его из берковца свекловицы — видно из следующего сопоставления:

В этой таблице особенно поражает увеличение выхода сахара за последние 17 лет на 46 %. По мере успехов внутреннего производства привоз тростникового сахара начал понемногу сокращаться; вскоре производство стало превышать спрос, и потому возник вопрос о вывозе избытка за границу. В 1876 г. был решен возврат акциза за вывезенный за границу сахар. В 1885 г. к этой мере, ввиду значительного избытка сахара на внутреннем рынке, была присоединена еще выдача особой премии. В нижеследующей таблице представлено сопоставление ввоза и вывоза сахара в текущем столетии (диаграмма XVI): 

Выдача премии за вывозимый за границу сахар не вполне достигла своей прямой цели — освобождения внутреннего рынка от избытка товара. Вследствие выгодности новых условий экспорта, производство стало еще более усиливаться; явилась необходимость принять другие меры для его урегулирования. Законом 20 ноября 1895 г. установлен дополнительный акциз на сахар, полученный сверх потребности внутреннего рынка (определяемой правительством); на заводах образован неприкосновенный запас из излишков сахара с определением наивысшей цены сахара для внутренних рынков, так чтобы в случае поднятия цен выше назначенного предела разрешался с целью их понижения выпуск сахара из запаса. Меры эти были приняты временно, только на три периода, но так как результаты получились благоприятные (цены понизились на 25 коп. с пуда), то упомянутый закон оставлен в силе на неопределенное время. Современное состояние свеклосахарных заводов по данным 1896—97 г. представляется в следующем виде: под свекловицей занято было 320 тыс. дес.; средний сбор по империи с десятины — 110 берк. (146 берк. наивысший в Радомской, 64 берк. наименьший — в Тульской губ.); всего собрано и доставлено на заводы 35691 тыс. берк.; всех сахарных продуктов учтено 38801 тыс. пд., в том числе Юго-Западный район дал 21973 тыс., Центральный 11899 тыс., Привислянский 4909 тыс. Род выпущенных из песочно-рафинадных заводов товаров показан в следующей таблице:

Значительная часть песка, кроме того, поступает еще на специальные рафинадные заводы, число которых почти не изменяется, но производительность растет постоянно: в 1885—86 гг. на 21 рафинадном заводе приготовлено 11700 тыс. пд. рафинада, в 1895—96 на том же числе заводов — 18510 тыс. пд., в 1896—97 г. — 19060 тыс. пд. Всего больше приходится (в 1895/6) на губ. Киевскую — 4509 тыс., Харьковскую — 3385 тыс., Московскую — 2627 тыс., Херсонскую — 2297 тыс., Черниговскую — 1019 тыс., С.-Петербургскую — 1176 тыс., Подольскую — 1029 тыс. Общая стоимость сахарного производства в Р., не включая акциза, за 1896 г. определяется в 176257 тыс. руб., и эта сумма по главнейшим губерниям распределяется следующим образом:

По мере усовершенствования техники производства сахара и лучшего оборудования заводов механическими двигателями число рабочих сокращается, но производительность возрастает: в 1884/5 г. рабочих было 94289, а к 1895/6 г. осталось только 89180 чел.; в первом периоде на каждого рабочего приходилось выработка 230 пд. сахара, а в последнем — 429 пд. Потребление сахара в Р. долго было очень слабое; за 1884—94 г. оно составляло в среднем около 24 милл. пд., в 1892/3 г. оно достигло 25 милл. пд., в 1896/7 — 30,9 милл. пд., в 1897/8 — 33,3 милл пд., причем сахара в виде рафинада расходится около 80 %, в виде белого песка около 20 %. Цена на сахар в зависимости от того, предназначается ли товар для внутреннего потребления или к экспорту, изменяется очень сильно: в первом случае она составляет (в Киеве) 4 руб. 60 коп. [со включением акциза в размере 1 р. 75 коп.] за пуд, а в последнем 1 руб. 75 коп. (за песок; рафинад идет приблизительно по 5 руб. 60 коп.).

7) Мукомольное дело для земледельческой Р., производящей около 3½ миллиардов пд. четырех главных хлебов — пшеницы, ржи, ячменя и овса, — представляет огромный интерес, но до конца 70-х годов оно редко где имело промышленный характер в широком значении этого слова. Оно отвечало почти везде лишь местным требованиям, так как перевозка перемолочных продуктов была затруднительна, да и большого спроса к ним ниоткуда не предъявлялось. Двигательной силой служили обыкновенно вода и ветер, которыми человек не всегда может располагать по своему усмотрению. Промышленный характер мукомольное дело стало получать лишь с введением паровых двигателей. Паровые мельницы впервые появились в Р. в первой половине текущего века; в 1860-х годах их насчитывалось 11. С 70-х годов начинается усиленное сооружение их преимущественно по Волге — благодаря, главным образом, появлению там дешевого нефтяного топлива. К 1880 г. число паровых мельниц возросло до 312, к 1890 г. достигло 862. Расширение железнодорожной сети дало возможность строить мельницы не только на пути движения горючего материала, но и вдали от него. При новых условиях работа на мельнице могла идти непрерывно, товар мог приготовляться и для отправки в другие места. Все это значительно облегчило и удешевило помол; жерновой помол был заменен вальцовым, что дало возможность получать не только высокого качества муку, но и значительно разнообразить ее ассортимент. На русском рынке стала появляться мука самых разнообразных марок; каждая мельница выпускала товары собственного образца, дробление сортов нередко доходило до 8 и 10, тогда как западноевропейская практика в этом отношении не шла далее 3—4. В последнее десятилетие началась в Р. особенно оживленная деятельность по производству приборов и орудий для вальцовых мельниц, что опять-таки содействовало их удешевлению и повсеместному распространению. И теперь, однако, вдали от железнодорожных и водных путей сообщения часто встречаются водяные и ветряные мельницы, иногда даже старого сельскохозяйственного типа; но они имеют лишь местное значение. В количественном отношении работа этих мельниц, взятых в совокупности, превышает, быть может, работу паровых мельниц с фабричным характером. Точный учет этой отрасли промышленности затрудняется тем, что с целью использовать производительность локомобилей паровых молотилок в свободное от молотьбы время их ставят по мере надобности то на мельницу, то на маслобойную, то на водокачку, то на какую-нибудь другую хозяйственную службу, и таким образом случайно региструется то паровая мельница, то паровая маслобойня. Имеющиеся налицо сведения о мельницах представляются в следующем виде:

Определение истинной производительности мельниц еще труднее, чем их числа: в некоторых случаях за нее принимают полную стоимость выпущенной муки, в других — только стоимость помола. Последняя приблизительно определяется в 10 коп., и потому, принимая во внимание общее потребление хлеба в Р. (в 1898 г. чистый сбор пшеницы и ржи в 72 губ., со включением Сибири и среднеазиатских владений, определен в 2611 милл. пд., из которых 244 милл. пд. вывезено за границу и, следовательно, в стране осталось 2367 милл. пд.), действительная производительность мельниц или стоимость помола может быть выведена приблизительно в 237 милл. р. Часть перемо́лочных продуктов вывозится за границу, преимущественно пшеничная мука, но в последнее время оттуда предъявляется значительный спрос и на отруби. Отпуск главнейших предметов этого рода представлен в следующей таблице (в тыс. пуд.):

Отруби более всего требуются в Германию, куда в 1897 г. их отправлено 16029 т. пд., а в 1898 г. — 12905 т. пд.; в Австро-Венгрию их отправлено 1015 т. пд. (в 1897 г.), Швецию — 2411 т. пд., Финляндию — 1157 т. пд. Пшеничная мука, вывезенная в 1897 г., по странам назначения распределилась следующим образом: в Австро-Венгрию пошло 19 т. пд., Болгарию — 15 т., Великобританию — 170 т., Германию — 46 т., Голландию — 17 т., Грецию — 32 т., Египет — 404 т., в Китай и Норвегию — по 14 т., Персию — 104 т., Турцию — 1105 т., Финляндию — 1799 т. пд. и т. д. Ржаная мука находить сбыт почти исключительно в Финляндию — 4211 т. пд. (в 1897 г.) и Норвегию — 394 т. пд. Вывоз муки не увеличивается. На съездах русских мукомолов отчасти выяснены нужды русского мукомолья; вместе с тем принимаются меры к устранению вредных для него условий. Основание нескольких школ мукомольного дела, исследование иностранных рынков, урегулирование железнодорожных тарифов и ряд менее значительных мероприятий в том же направлении являются следствием совместного обсуждения вопросов представителями мукомолов и органами правительства.

8) К мукомольному же делу относится производство крупы, обдирание шелухи с зерна, полировка последнего и пр. На русском рынке обращается в большом количестве крупа, различная как по материалу производства, так и по способу обработки: манная, приготовляемая из пшеницы, ячная и перловая — приготовляемый из ячменя, гречневая — из гречихи, овсяная — из овса, рисовая — из риса и пр. Готовятся эти товары преимущественно на специальных крупорушках или мельницах особого устройства. Состояние этой отрасли нашей промышленности представлено в следующей таблице:

Крупорушки расположены преимущественно в Оренбургской губ., где производятся товара на 2043 т. р., в Казанской — 947 т., Харьковской — 805 т., Варшавской — 577 т. р. Крупа не составляет значительного предмета внешней торговли: в привозе ее почти нет, а в вывозе значится преимущественно гречневая крупа. В 1897 г. крупы было вывезено всего 770 т. пд. на 787 т. р., в том числе гречневой крупы 680 тыс. пд. на 668 тыс. р.; в 1898 г. гречневой крупы вывезено только 163 т. пд. на 218 т. р. 9) Несколько большее значение имеет обдирка рисовой шелухи и полировка зерна. Риса в Р. культивируется весьма мало, в Туркестане, Закаспийской обл. и Бакинской губ.; мельницы для обделки устроены не только в Баку, но и во внутренних губерниях, с целью обработки привозного сырья. Рис ввозится в Р. как по европейской, так и по азиатской границе; в первом случае чаще всего рис поступает к нам в очищенном, во втором — в шелухе (чалтык) или полуобработанный. За последние годы всякого риса ввезено к нам:

Ввоз 1897 года состоял из 3520 тыс. пд. обделанного риса, 12 т. пд. сечки (ломанный рис) и 80 пд. в шелухе. Получается рис преимущественно из Персии — на 3289 т. руб. — и можно думать, что в необработанном виде, хотя статистика и указывает противное. Если бы из Персии получался очищенный рис, то в Р. рисообделочным мельницам нечего было бы делать, а между тем их у нас несколько, и производительность их довольно значительна: в одном Баку теперь работают 5 паровых мельниц специально для очистки риса, с общею производительностью на сумму до 3 милл. руб. 10) Солодовенное производство сосредоточено преимущественно на пивоваренных заводах, хотя имеются и специальные заводы. Солод готовится более всего из ячменя — белый, но встречается и ржаной — красный; того и другого товара производится в год около 16½ милл. пд., в том числе 9½ милл. пд. для винокурения, 6 милл. — для пивоварения, 1 милл. пд. — для дрожжевого производства. В период 1897/8 г. винокурения переработано 10085 пд. зеленого солода и 2390 тыс. пд. сухого солода; в том же периоде на дрожжево-винокуренных заводах употреблено 457 тыс. пд. зеленого солода и 794 тыс. пд. сухого. В 1896 г. солодовенных заводов считалось 61, с 512 рабочими и производительностью в 1261 тыс. руб. В 1898 г. из-за границы получено 61 тыс. пд. солода на 85 тыс. руб. 11) Крахмальное производство редко встречается в больших размерах и имеет обыкновенно характер кустарного промысла. Прежде крахмал готовился почти исключительно из пшеницы, картофеля или кукурузы, но с развитием производства обделки риса, когда на рынке появилось несколько сортов дешевой рисовой муки, крахмал стали готовить и из этого товара, являющегося отбросом при рисоочистительном производстве. Качество русского крахмала постоянно улучшается. В 1898 г. всякого крахмала получено из-за границы только 60 тыс. пд. на 215 тыс. р. В 1896 г. крахмальных заводов зарегистровано 293 с производительностью в 6170 тыс. руб. при 5349 рабочих. Крахмальная патока и крахмальный сахар относятся также к рассматриваемой группе товаров; в 1896 г. они приготовлялись на 47 заводах с 522 рабочими на сумму 762 тыс. руб.

III. Обработка животных продуктов в Р., богатой разнообразными животными, составляет выгодный промысел для массы населения. Благодаря простоте требуемых при этом процессов обработка большинства животных продуктов носит характер кустарный или ремесленный и сравнительно реже, чем в других отраслях обрабатывающей промышленности, принимает фабричный характер. Вследствие этого промышленная статистика, региструющая только фабричные заведения, не дает правильного понятия о действительных размерах производств и промыслов, относящихся к обработке животных веществ. Слабое развитие фабричной обработки этих товаров происходит, между прочим, оттого, что большая их часть обращается в торговле в сыром или полуобработанном виде. Только в столицах и других больших городах некоторые отрасли рассматриваемой группы принимают значительные размеры. 1) Кожевенное производство — одно из наиболее старых и распространенных в Р. Еще в XVIII стол. русские кожи (юфть) находили выгодное помещение за границей; в начале XIX в. всяких кож вывозилось с лишком на 5 милл. руб., а сама Р. почти не пользовалась кожами иностранного происхождения. С 1870 г. начинается усиленный привоз к нам кож и в то же время сокращение отпуска. Европа нашла в южно-американских государствах более удобный рынок для приобретения сырого товара. Отношение между ввозом и вывозом в Р. невыделанных и выделанных кож за последнее время видно из следующей таблицы:

Невыделанные кожи поступают в Р. главным образом (в 1897 г.), из Германии — на 3558 тыс. руб., Афганистана — 577 тыс. р., Великобритании — 481 тыс., Австрии — 259 тыс., Бельгии — 165 тыс., Голландии — 272 тыс., Китая — 723 тыс., Персии — 260 тыс., Румынии — 318 тыс., Соединенных Штатов — 678 тыс., Франции — 238 тыс. р. Германия, Великобритания и Франция имеют у себя слишком хорошо поставленное кожевенное производство и слишком ограниченное скотоводство, чтобы отправлять за границу свои невыделанные кожи. Гораздо вероятнее, что поименованные страны служат только посредницами между Р. и южно-американскими государствами (Бразилия, Уругвай, Аргентина), поставляющими этот товар на всемирный рынок в громадном количестве. Получаемые в Р. невыделанные кожи — сравнительно дорогой товар (1371 пд., на 8110 тыс. р.): это — большие кожи крупных животных, тогда как в отпуске Р. преобладают малые кожи. Выделанные кожи поступают к нам более всего из Германии. Привозный товар поступает в переделку преимущественно на столичные заводы, тогда как внутри страны перерабатываются более всего местные кожи. По данным 1896 г., всех кожевенных заводов считалось в империи 1760 с 27859 рабочими и производительностью в 51098 тыс. руб. В последнее время в деятельности этих заводов Сибирь начинает принимать весьма живое участие поставкой массы разнообразного товара. Производство кожевенных изделий почти повсеместно имеет ремесленный характер и только в сравнительно редких случаях принимает большие размеры, как напр. в СПб. (механическое производство обуви). Фабрик этого рода в 1896 г. было зарегистровано 336 с производством на сумму 9467 тыс. р.; в том числе собственно на производство обуви приходится более половины — 5868 тыс. р., на шорное, седельное и т. п. производства — 1249 тыс., перчаточное — 920 тыс., на прочие кожевенные изделия — 2014 тыс. р. Наиболее крупные заведения этого рода принадлежат интендантскому ведомству, которое нуждается в кожаной обуви, амуниции и шорном товаре для войска. 2) Клееваренное производство, связанное с кожевенным, еще менее поддается учету, так как оно большею частью ведется по мере накопления материала. Клей приготовляется также и на костеобрабатывающих заводах, которых зарегистровано всего 54 с производством в 1680 тыс. р. Вывезено клею в 1897 г. на 216 тыс. р., привезено на 84 тыс. р. В значительно большем количестве вывозится рыбий клей — на 354 тыс. р., но товар этот заводской обработке не подлежит. 3) Обработка костей с целью получения костяного угля, употребляемого для фильтрации соков, костяной муки, как удобрительного средства, костяного сала и масла и пр. в некоторых местах (главным образом в С.-Петербурге) приняла фабричный характер. Для нее образовались акционерные общества, которые содержат во всех концах империи агентов и собираемые повсеместно кости направляют к обрабатывающим центрам; в 1896 г. зарегистровано 40 заводов с производством на сумму 2002 тыс. руб. Продукты по обработке кости вывозятся за границу на сумму около милл. р. и ввозятся почти на такую же сумму. В последнее время вывоз несколько сократился, так как прежде кость вывозилась в сыром виде, а теперь она перерабатывается в самой Р. 4) Производство землеудобрительных туков не имеет еще такого широкого развития, какого можно ожидать при постоянно возрастающем спросе. Костяной муки на 27 заводах приготовлено 1457 тыс. пд., фосфоритной муки на 6 заводах — 675 тыс. пд., на 5 заводах — 439 тыс. пд. суперфосфатов. Ввоз природных удобрительных веществ — шлаков, фосфоритов, суперфосфатов, чилийской селитры, стасфуртских солей, гуано и т. п. — возрастает, но крайне медленно. 5) К рассматриваемой категории производств относится еще салотопление и непосредственно связанные с ним свечносальное, стеариновое и мыловаренное производства. Спрос на сало внутри Р. увеличивалось в таком размере, что местное требование не могло удовлетворяться внутренним производством и избыток требования пришлось покрывать привозом товара из других стран, иногда очень отдаленных, напр. из Австралии. Колебание во вывозе и ввозе сала за текущее столетие является весьма характерным в смысле падения первого и возрастания последнего.

Всего за текущее столетие из Р. отпущено сала 210 милл. пд., причем наиболее счастливым годом был 1833 г., когда его было вывезено 4669 т. пд. 6) Всего больше требуется сала для стеаринового и мыловаренного производств. Первое из них утвердилось в Р. лишь с 1835 г. Свечи, приготовляемые из стеарина, имели так много преимуществ перед сальными, что сразу завоевали себе прочное положение, но уже с половины шестидесятых годов на всемирном рынке появились весьма опасные для них по своей дешевизне нефтяные осветительные масла. Необычайно быстрое распространение последних вызвало сокращение спроса на стеариновые свечи. Еще более опасным для них конкурентом явилось электричество. В 1896 г. свечностеариновых заводов зарегистровано только 8 с производством в 9277 тыс. р., между тем как еще в 1880 г. их насчитывалось 13 с производством на сумму 13 милл. р. Наиболее крупные стеариновые заводы находятся в СПб. и в Казани. Во внешней торговле Р. стеариновым свечам принадлежит чрезвычайно слабое участие. 7) Мыловаренное производство не имеет еще опасных суррогатов, и основным материалом для него продолжает оставаться сало. Спрос на мыло — простое и туалетное — по мере увеличения народонаселения и возвышения его культуры продолжает расти, но ввиду простоты процесса приготовления мыла весьма затруднительно правильно учесть размеры его производства. Простое мыло приготовляется решительно во всяком городе в небольших размерах для удовлетворения местного спроса; туалетные мыла приготовляются не только на заводах, но и в разных лабораториях. В 1896 г. специально мыловаренных заводов считалось в Р. 485 с 5485 рабочими и суммой производства в 12754 тыс. р. В 1897 г. привезено из-за границы 2362 пд. туалетного мыла и 15529 пд. всякого другого, в общем на сумму 178 тыс. р., но в то же время туалетного мыла вывезено из Р. 1249 пд. и простого 9354 пд. на сумму всего 51 тыс. р. От нас вывозятся дешевые и простые сорта, а привозятся дорогие.

Маслодельное и сыроваренное производства — см. Сельское хозяйство.

IV. В области деревообрабатывающей промышленности первое место занимает лесопильное производство, которое, однако, едва ли можно назвать фабричным в строгом смысле этого слова, так как при этом процессе есть только разделение, а не переработка; но так как в то же время подготовляется материал для дальнейшей обработки, то принято и это производство включать в число фабричных. В 1896 г. всех заводов этого рода было зарегистровано 1219 с производством в 65287 тыс. р. и с 44117 рабочими. Главнейшие из них находятся в Архангельской губ., продукты которых (на сумму 8054 тыс. р.) всецело идут за границу. Большое количество лесопилен расположено также в Лифляндской и в С.-Петербургской губ., но они только частью удовлетворяют требованиям экспорта, а остальное идет на обширное местное потребление. Предметом производства являются не только бревна, доски, брусья, но и шпалы. Весь этот товар направляется преимущественно к столицам и к балтийским портам, откуда происходит наиболее оживленный отпуск разных лесных материалов. Общая стоимость экспорта этого товара за вторую половину XIX в. представляется в следующем виде:

За это время экспорт леса увеличился с лишком в 12 раз, и спрос продолжает еще возрастать, несмотря на сильную конкуренцию, которую теперь приходится выдерживать Р. на европейском лесном рынке со стороны Канады. Главными предметами нашего отпуска в последнем отчетном году были: доски (в том числе шпалы, латты и т. п. товар) на 29 милл. р., бревна сосновые и еловые — на 12 милл., брусья, балки и пр. — на 6 милл., дрова — на 781 тыс. руб. Дрова стали и предметом ввоза в пограничные области Р.; общая стоимость ввезенных в 1898 г. дров составила 1544 тыс. руб., т. е. вдвое более отпуска. Главными потребителями наших лесных материалов являются: Германия — на 22920 тыс. р. и Великобритания — на 20676 тыс. руб.; эти две страны помещают у себя с лишком три четверти нашего лесного отпуска. Доски и т. п. материал идут более всего из Кронштадтского порта — на 7236 тыс. р., второе место в отпуске леса занимает С.-Петербург — на 6649 тыс. руб., третье Архангельск — на 4861 тыс. р., четвертое Юрбург — на 2282 тыс. руб. В отпуске сосновых и еловых бревен наиболее выдаются Нешавская таможня — на 5934 тыс. р. и Юрбургская — на 3590 тыс. р. В лесопильном производстве благодаря быстро развивающейся сети железных дорог и городских трамваев спрос на шпалы возрастает чрезвычайно сильно. Этот же товар требуется в большом количестве и для ремонта старых путей. Дрова во внутреннем обращении также занимают важное место: водою в 1896 г. их перевезено в общем итоге 238 милл. пд., в том числе в бассейне Невы 93 милл. и в бассейне Волги — 87 милл. Главными потребителями их являются: С.-Петербург — 75 милл., Тверь и Киев — по 14 милл., Казань — 11 милл. В железнодорожном сообщении первое место по получению дров занимает Москва, требующая в год около 60 милл. пд. этого товара. Обработка ценных дерев для приготовления фанерок, рамок и разных столярных поделок, несмотря на богатство Р. лесом, не имеет большого развития; наиболее крупные заводы этого рода сосредоточены в Прибалтийском крае. Не так еще давно из Р. вывозились в большом количестве орех и пальма, но в последнее время этот отпуск, по-видимому, несколько сокращается вследствие назначения в 1890 г. вывозной пошлины и увеличения производительности местных фабрик. В 1898 г. орехового дерева вывезено 145 тыс. пд. на 165 тыс. р., пальмового — 47 тыс. пд. на 56 тыс. р. Оживление замечается также и в столярном и мебельном производствах: общее число заведений этого рода достигло в 1896 г. 277, производство — 9200 тыс. р., число рабочих — 9453. Наиболее значительные из них сосредоточились в столичных губерниях, а также в Варшавской и Петроковской, откуда поставляется на всю Р. гнутая мебель. Бондарное производство, оживившееся в начале 70-х годов благодаря усилению нефтяной промышленности, вскоре пережило тяжелое время вследствие усовершенствования наливной перевозки в судах и вагонах наиболее ходовых продуктов нефтяной промышленности — сырой нефти, керосина, нефтяных остатков и смазочных масел. Этот успех обратил на себя внимание торговцев спиртом, которые также нашли возможным воспользоваться перевозкой спирта наливом (пока, впрочем, только в железнодорожном сообщении). Другой удар бондарное производство получило от успехов жестяночного производства: значительное количество керосина стали отправлять в Персию и Турцию в запаянных жестянках, тогда как прежде обе эти страны получали его в деревянных бочках. В последнее время описываемое производство, по-видимому, вновь оживает благодаря успехам виноделия и цементного производства. Производство изделия из пробки постепенно начинает развиваться и принимает большие размеры, хотя оно основано исключительно на переработке иностранного сырья. Число фабрик этого рода в 1896 г. достигло 27, производительность их — 6383 тыс. р., число рабочих — 4947; здесь применены все технические усовершенствования. Наиболее значительные из этих фабрик сосредоточены в губ.: Курляндской — на 2209 тыс. р., Лифляндской — на 2065 тыс. р., Московской — на 1371 тыс. р., Херсонской — на 384 и С.-Петербургской — на 166 тыс. р. Основной материал для описываемого производства — кора пробкового дерева — получается в количестве до 900 тыс. пд. в год: в 1897 г. — 912508 пуд. на 3186 тыс. р., главнейше из Португалии — на 1164 тыс. р., Франции — на 258 тыс., Испании — на 121 тыс., Германии — на 263 тыс. р. Есть еще много производств, связанных с обработкой дерева, напр. рогожное, багетное, ящичное, корьемольное. Последнее является побочным при кожевенном, так как занято преимущественно помолом дубового и ивового корья и вообще дубильных веществ, идущих для дубления кож. Корья этого рода привозится к нам примерно на 1½ милл. р.: в 1897 г. ввезено его в неизмельченном виде 1483 тыс. пд. на 1344 тыс. р., и в измельченном виде — 7818 пд. на 8362 р. Аналогичным с корьемольным производством является древотерочное — дело совершенно новое, установившееся в Финляндии и теперь распространяющееся в С.-Петербургской и друг. губ. с развитым писчебумажным производством: дерево растирается в порошок и употребляется как суррогат тряпья при производстве оберточной и писчей бумаги, обоев, картона и т. п. изделий. Древотерочных заводов в 1896 г. считалось 22 с производством на 402 тыс. руб. и 297 рабочими. Есть основание думать, что на самом деле цифра производства по крайней мере вдвое выше.

V. Писчебумажное производство зародилось в Р. около 200 лет тому назад и благодаря обилию тряпья, в особенности льняного и пенькового, нашло у нас хорошую почву и в настоящее время стоит совершенно прочно. Чтобы еще более содействовать его укреплению, в последнее время несколько затруднен отпуск тряпья (обложением его вывозной пошлиной в размере 45 коп. с пуда). Успехи писчебумажного производства в Р. за последнее время представлены в следующей таблице:

Наиболее значительные писчебумажные фабрики находятся в губ. С.-Петербургской, Московской, Варшавской и Калужской. Близ тех же фабрик, а иногда и при них устраиваются заводы для приготовления древесно-бумажной массы и целлюлозы, употребляемой как суррогат для производства более дешевых бумажных товаров. Введением этого нового материала в писчебумажную массу техника значительно удешевила производство и увеличила распространение бумаги. Целлюлозных заводов считалось в Р. в 1896 г. 6, с производством на сумму около 2 милл. руб., в том числе в С.-Петербургской губ. — на 535 тыс. руб., Лифляндской — на 411 тыс. руб., Новгородской — на 227 тыс. руб. Спрос на целлюлозу значительно превышает ее внутреннее производство; она составляет, как и спрессованная древесно-бумажная масса, предмет ввоза из-за границы. В 1885 г. их было ввезено всего только 653 тыс. пд. на 550 тыс. руб., а в 1898 г. — 2426 тыс. пд. на 3129 тыс. руб., в том числе бумажной массы всякой на 1071 тыс. руб. и целлюлозы — на 2058 тыс. руб. Этим новым суррогатом наиболее пользуются в северном и западном бумагопроизводительных районах. Внутренние губернии пока все еще слишком богаты тряпьем, чтобы нуждаться в суррогатах. Вообще говоря, писчебумажный товар готовится в Р. более всего для массы потребителей, ходовой, посредственный; высшие сорта готовятся реже, преимущественно в столицах. По отзыву нижегородской экспертной комиссии, изделия некоторых русских писчебумажных фабрик не уступят лучшим товарам германского производства. Фабрики, работающие на суррогатах, не дают товара высокого качества; изделия их уступают германским. Обойное производство развито в Р. довольно слабо; всего считается 29 фабрик с производством на 2833 тыс. руб. По размерам оборотов заслуживают внимания еще следующие отрасли бумажного производства и связанных с ним промыслов: переплетное (производительность в 1896 г. 6324 тыс. р.), производство папиросных гильз и папиросной бумаги (на 3685 тыс. руб.), картонное (на 2093 тыс. руб.), толевое (на 2759 тыс. руб.), оберточной бумаги (на 1949 тыс. руб.), коробочное и конвертное (на 1301 тыс. руб.). В общем итоге всех фабрик по производству бумаги и изделий из нее считалось в 1896 г. 558 с производством на 51710 тыс. руб. и 39363 рабочими. Производительность их не удовлетворяет внутренним требованиям не только в количественном отношении, но и по ассортименту производимых фабрикатов. Дефект покрывается привозом иностранных, преимущественно финляндских и германских изделий: в 1887 г. ввоз писчебумажного товара составлял всего 2751 тыс. руб., а в 1898 г. цифра эта поднялась до 8584 тыс. руб. Более всего получается проклеенная бумага и разного рода тетрадки — на 4413 тыс. руб. (в 1898 г.), бумага для письма и типографская — на 559 тыс. руб., папиросная — на 480 тыс. руб. и пр. Из общей стоимости ввоза на долю Финляндии приходится 5284 тыс. р., Германии — 2315 тыс. р., Великобритании — 198 тыс. р., Франции — 311 тыс. р., Австро-Венгрии — 244 тыс. руб.

VI. Добыча ископаемых и обработка металлических изделий составляет, в сущности, одно неразрывное целое, и подразделять их на горный промысел, горнозаводскую промышленность и обработку металлов не всегда удобно. Пользование ископаемыми богатствами — дело весьма древнее в Р., но в продолжение многих столетий оно развивалось весьма слабо. Оживление его начинается только при Петре Великом; затем оно то слабеет, то вновь развивается. В 1891 г. производительность горных промыслов в Р. определена Горным ученым комитетом в 131 милл. р. (в том числе золота на 45 милл., чугуна на 42 милл., каменного угля на 20 милл., нефти на 8 милл. и т. д.); в 1896 г. то же учреждение определило ее в 186 милл. р. (в том числе золота на 42 милл., чугуна — на 63 милл., каменного угля — на 33 милл., нефти — на 31 милл.); позднейших сведений по этому предмету для всей данной группы предметов не имеется. Из отдельных предметов, входящих в состав группы, золото по своей стоимости почти в продолжение целого столетия занимало первое место; только в последние годы его оттеснил чугун на второе место, а потом нефть передвинула его на третье место. Судя по вздорожанию угля и по увеличению его добычи, можно думать, что золото в скором времени будет передвинуто на четвертое место.

1) Добыча золота началась еще полтораста лет тому назад и долго составляла монополию казны. С предоставлением частным лицам права заниматься золотопромышленностью добыча золота стала усиливаться. С 1814 г., когда впервые началась правильная регистрация, по настоящее время получение шлихового золота колебалось в следующих пределах (см. диаграмму VIII): 

Всего за 85 лет добыто в Р. 117060 пд. шлихового золота. Относительно количества и стоимости добытого в Р. чистого золота имеются данные монетного двора за менее продолжительное время:

Стоимость золота за время с 1870 по 1885 г. включительно принята в 3 р. 55 коп. за золотник, с 1886 по 1896 г. включительно — по 3 р. 67 к. за золотник, и, наконец, в 1897 г. часть оценена по 3 р. 67 коп., часть по 5 р. 51 к. Более 70 % золота добывается в Восточной Сибири, около четвертой части — на Урале, около 5 % — в Западной Сибири. Все добываемое в Р. золото должно быть представляемо в золотосплавочные лаборатории для производства учета горной подати и причитающейся промышленникам платы. Таких лабораторий три: в Екатеринбурге, Томске и Иркутске. Для добычи золота ежегодно приходится промывать около 1½ миллиарда пд. золотосодержащих песков; общее количество рабочих на золотых промыслах — около 70 тыс. чел. Беспошлинно провозятся из-за границы все машины и орудия, предназначенные для золотопромышленности. Это дает возможность производить промывку и менее богатых песков. Участие золота во внешней торговле Р. весьма велико, особенно за последнее десятилетие. Ввоз и вывоз золота в монете и слитках за упомянутый период представляется в следующем виде:

Ввоз и вывоз золота по стоимости можно показать лишь с 1871 г., так как до того времени оно считалось вместе с серебром (в тыс. руб. в 1/10 имп.):

Золото идет преимущественно на чеканку золотых монет, которых в последнее столетие (1797—1897) начеканено на полтора миллиарда руб., в том числе в царствования императоров: Павла I — на 2955 тыс. руб., Александра I — на 42241 тыс. руб., Николая I — на 327440 тыс. руб., Александра II — на 598127 тыс. руб., Александра III — на 251714 тыс. руб. и, наконец, в царствование государя императора Николая II (по 1 января 1898 г.) — на 271054 тыс. руб.

2) Р. не богата серебром; в самый счастливый год, 1831-й, добыча его достигла всего 1318 пд.; в последнее время она заметно сокращается. Регистрация ее начинается с 1822 г.; с тех пор по 1897 г. включительно в Р. выплавлено только 71918 пд., что составляет в среднем в год 956 пд.

Добыча серебра производится главным образом на землях Кабинета Его Величества, где в 1897 г. получено всего 203 пд. бликового серебра (в 1896 г. — 335 пд.); затем в небольшом количестве этот металл выплавляется в Нерчинском округе — около 50 пд. в год, в Кавказском — 25 пд., в Киргизском — 50 пд. Собственного производства серебра не хватает Р., которая только для промышленных целей требует этого металла около 5000 пд. в год, да кроме того оно нужно в большом количестве для чеканки банковой и разменной монет. За сто лет с 1797 по 1897 г. начеканено серебряной монеты на 550231 тыс. руб.; в том числе в царствования императоров: Павла I — на 13267 тыс. р., Александра I — 106571 тыс. р., Николая I — 123164 тыс. р., Александра II — 161073 тыс. р., Александра III — 28319 тыс. р. и Николая II (по 1 янв. 1898 г.) — 117837 тыс. р. За последнее десятилетие привоз и вывоз серебра колебались в следующих пределах (в пудах):

Вследствие падения цен на серебро и введения во многих государствах золотой валюты значительно усилилось употребление серебра для промышленных целей. По последней переписи в Р. насчитывалось 166 фабрик изделий из благородных металлов; производство их достигло 7435 тыс. руб. при 5683 рабочих, но в действительности эти цифры должны быть выше, так как масса этого товара переделывается ремесленниками для фабрикантов.

К рассматриваемому роду фабрик должны быть отнесены, между прочим, канительные и мишурные, которых зарегистровано 13. Часть выделываемого ими товара благодаря вывозной премии вывозится за границу, преимущественно в Турцию. В 1897 г. мишурных изделий вывезено на 261 тыс. руб., позументных работ на 73 тыс. руб.; сюда же следует отнести золото и серебро листовое — на 27 тыс. руб. Прочную постановку имеет в Р. и прядильная часть золотоканительного производства, т. е. опрядение шелка или бумажной нити золотом или серебром. Часовое производство очень слабо развито в Р.; бо́льшая часть заведений этого рода носит характер сборных мастерских. Отдельные части для часов получаются частью из Швейцарии, частью из Германии, а в последнее время — и из Соединенных Штатов. В 1897 г. часового товара было привезено на 3249 тыс. руб., в том числе из Германии на 974 тыс. руб., из Швейцарии — на 2070 тыс. руб., Франции — на 66 тыс. руб., Австрии — на 105 тыс. руб. и т. д.

3) Добыча платины производится почти исключительно в Р., которая поставляет этого товара на всемирный рынок в количестве около 90 % его требования. Добываемая в Р. платина вывозится за границу в сыром виде, за неимением у нас платинорафинировочных заведений. В Р. с 1824 по 1899 г. добыто сырой платины (диагр. VIII): 

В Р. остается платины всего несколько пудов, а остальное направляется за границу, но данные внешней торговли не всегда совпадают с действительной отправкой, так как часть товара уходит по почте и не подвергается учету. За последнее время, по таможенным сведениям, этого металла вывезено:

4) Ртутному делу в Р. не более 20 лет; оно зародилось и развилось пока в Екатеринославской губ., но в последнее время месторождения киновари, из которой в Р. получается ртуть, открыты еще в Дагестанской области. С 1887 по 1896 г. добыто в Р. всего 163448 пд., или в среднем в год 16349 пд. В 1897 г. добыча достигла 37600 пд.; она в значительной мере превышает местный спрос, так что металлическая ртуть в настоящее время сделалась предметом отпуска. За пятилетие 1891 — 95 г. ее вывезено всего 80 тыс. пд., в 1896 г. — 29 тыс., в 1897 г. — 39 тыс., в 1898 г. — 22 тыс. пд. С увеличением добычи ртути стала понижаться ее цена — с 45 руб. в 1890 г. до 36 руб. за пуд в 1898 г.

5) Медеплавильное дело в Р. до оживления промышленной деятельности в Новом Свете имело весьма большое значение для европейского рынка, снабжавшегося медью главным образом из Испании и Р. Еще при Петре I в 1718 г. в Р. было выплавлено 197517 пд., при Екатерине II, в 1767 г. — 197671 пд. И теперь продолжается вывоз меди, но уже в меньшем размере, и притом сама Р. получает медь из-за границы. Почти во все продолжение текущего столетия меди ежегодно выплавляется от 200 до 300 тыс. пд., главным образом на Урале и на Кавказе. Выплавка меди на киргизских и алтайских заводах не имеет большого значения. Сопоставление данных по добыче и отпуску меди (в пудах) показывает развитие в Р. спроса на нее:

Ввоз меди начался со второй половины текущего столетия: в 1851 г. ее было получено 14 тыс. пд., через 20 лет количество это возросло до 440 тыс., затем ввоз подвергался большим колебаниям: в 1871—80 г. он составлял в среднем 403 тыс. пд., в 1881—90 г. — 236 тыс. пд., в 1891—95 г. — 635 тыс., в 1896 г. — 960 тыс., в 1897 г. — 789 тыс., в 1898 г. — 925 тыс. пд. Производством изделий из меди в 1896 г. было занято 250 заведений с 19325 рабочими; общая производительность их определилась в 34249 тыс. руб., в том числе на меднолатуннопрокатное дело приходится 15914 тыс. руб., самоварное — 2473 тыс., мельхиоровое — 2137 тыс., колокольное — 1488 тыс., ламповое — 978 тыс. руб. Производство колокольное и самоварное принадлежат к старинным; мельхиоровое и ламповое сравнительно новы и развиваются весьма сильно, особенно ламповое, т. е. производство ламповых горелок и постаментов.

6) Добыча свинца и производство изделий из него не имеет большого значения; во внешней торговле Р. этот металл также принимает слабое участие. Добыча свинца в последнее десятилетие уменьшилась с лишком в четыре раза, колеблясь в следующих пределах:

В привозе замечается оживление, особенно за последнее десятилетие: в 1886—1890 гг. ввозилось в среднем по 1213 тыс. пд., в 1891—95 гг. — по 1644 тыс. пд., в 1896 г. — 1931 тыс., в 1897 г. — 1929 тыс., в 1898 г. — 2183 тыс. пд. Производство изделий из свинца редко имеет фабричный характер; таких заведений в 1897 г. зарегистровано 31 с производством в 1070 тыс. руб.; готовятся преимущественно трубы, кое-где отливаются пули, дробь и разные сплавы.

7) Добыча цинка и производство изделий из него также не имеют большого значения, но при общем оживлении промышленности по обработке металлов спрос на цинк возрастает. Добывается этот металл преимущественно в Петроковской губ., но руда его эксплуатируется еще в Донской области и на Алагирском серебросвинцовом заводе на Кавказе. Выплавка цинка возрастает довольно быстро, что видно из нижеследующей таблицы:

Несмотря на значительное увеличение выплавки цинка за последние годы, привоз его также возрос — с 182 тыс. пд. в 1885 г. до 672 тыс. пд. в 1898 г. Производство изделий из цинка имеет ремесленный характер и больших размеров почти нигде не принимает. Такой же характер имеет и производство оловянных изделий. Месторождений олова в Р. мало, и они не разрабатываются; поэтому все потребное количество олова Р. получается из-за границы. Производство олова, существующее в Финляндии, на единственном Питкарантском заводе, ничтожно и определяется лишь сотнями пудов, требуется же олова для Р. более 200 тыс. пд. в год, что явствует из нижеприведенных данных по ввозу этого металла из-за границы:

Значительное количество этого металла требуется для лужения посуды и разных металлических листов, а также для паяния. Для последней цели в одном Батуме, где развито производство жестянок для керосина, требуется около 20 тыс. пд. в год.

8) Марганцевая руда, преимущественно в форме пиролюзита, в последнее время получает большое значение в стальном производстве, в фабрикации так назыв. ферромангана и зеркального чугуна, в химических производствах и т. д. Не так еще давно Р. только одна поставляла на всемирный рынок этот товар, главные сталепроизводительные страны — Великобритания, Соединенные Штаты, Германия и Бельгия — получали его исключительно из Р. В настоящее время с Р. успешно конкурируют Турция, Испания, Индия, Чили и др. страны. Добывается марганец главным образом в Кутаисской губ., а в небольшом количестве — в губ. Екатеринославской, Пермской и Оренбургской. Добыча марганцовой руды возрастает следующим образом:

Сама Р. мало потребляет этого товара; хотя в ней сильно возрастает стальное производство, но она предпочитает пока пользоваться привозным ферроманганом. Вывоз марганца из Р. продолжает возрастать, особенно за последние два года:

Главным потребителями русского марганца по отчету 1897 г. были: Великобритания — 3842 тыс. пд., Голландия — 3744 тыс., Соед. Штаты — 2701 тыс., Германия — 575 тыс., Бельгия — 568 тыс., Австрия — 203 тыс. пд.

9) Железная промышленность в обширном смысле этого слова является основною для целого ряда других производств. Известна она в Р. очень давно, более или менее правильное развитие получила первоначально в Подмосковном районе, а со времени Петра I начинает развиваться и на Урале, который вскоре оставляет за собою подмосковный район. В 1718 г. было выплавлено 6641 т. пд. чугуна; к 1767 г. цифра эта возросла до 9622 тыс., а к 1806 г. — до 12212 тыс. пд. Уральская железная руда оказалась без вредных примесей, выплавка чугуна и переделка его на железо производились исключительно на древесном топливе, благодаря чему русское железо славилось на иностранных рынках своим высоким качеством и его охотно покупали, преимущественно в Англии. В 1749 г. было вывезено 579 тыс. пд. железа; к концу XVIII в. количество это возросло до 2581 тыс. пд. на сумму 3338 тыс. руб. С тех пор наш экспорт слабеет вследствие конкуренции Швеции, имевшей возможность дешевле доставлять железо, тоже приготовленное на древесном топливе и из хорошего материала, а главное — вследствие развития в Англии выплавки чугуна на дешевом там каменном угле. Однако русская и шведская руда по качеству были выше английской, и потому железу из этих двух стран все-таки продолжали отдавать предпочтение. К концу первой половины XIX в. европейская техника выработала способы получения из плохой руды хорошего металла, причем он обходился дешевле, чем в Р. и Швеции. Это существенно повлияло на судьбу железной промышленности в Р. и на участие последней в поставке железа на всемирный рынок. Когда началось в Р. усиленное сооружение рельсовых путей, спрос на железо усилился на столько, что внутреннее производство не могло удовлетворять ему и пришлось обратиться к иностранному товару. До конца 60-х гг. Урал безраздельно господствовал в русской железной промышленности, но затем железные заводы стали строиться везде, где только к тому представлялись какие-нибудь удобства. Тогда же зародилось железное дело на юге Р., в Екатеринославской губ. Заводы строились здесь по лучшим европейским образцам; наряду с этим удачно производились поиски каменного угля и новых месторождений железа. Несколько ранее железное дело стало оживляться и в Привислянском крае, богатом каменным углем. Таким образом, в силу историко-географических условий в Р. образовались четыре главных железоделательных района: Подмосковный, Уральский, Польский и Южный, занимающий теперь первое место. В общем итоге выплавка чугуна в Р. за XIX столетие возросла в 13 раз (диагр. X): 

Для характеристики участия Р. в мировом производстве чугуна и определения ее места в ряду других производительных стран может служить следующая таблица (в миллионах пуд.).

Господствующее положение на чугунном рынке занимают Соед. Штаты Сев. Америки, второе место принадлежит Великобритании, третье — Германии, четвертое — России.

Особенные успехи в производстве чугуна в Р. проявляют в последнее время Южный и Польский районы, что видно из нижеприводимого сопоставления выплавки чугуна по районам с 1870 г. (в тыс. пд.).

В одной Екатеринославской г. в 1898 г. выплавлено 58 милл. пд. чугуна. В 1898 г. зарегистровано 222 чугуноплавильных железоделательных завода, в том числе 200 частных, давших в совокупности 128879 тыс. пд. чугуна, 21 казенный, 5390 тыс. пд., и 1 Кабинета Его Величества — 92 тыс. пд. На этих же заводах преимущественно производится переделка чугуна в железо и сталь, которая в последнее время начинает вытеснять собою во многих случаях чугун и железо. Сталь приготовлялась в Р. вместе с железом еще в XVIII столетии (в 1767 г. получено 3731 пд.), но в ограниченном количестве; оживление этого производства начинается лишь в последней четверти XIX в. Возрастание выделки железа и стали с 1851 г. представлено в следующей таблице (в тыс. пд.):

Положение Р. по производству стали в ряду других государств за последнюю четверть века видно из нижеследующего сопоставления (милл. пд.):

Господствующее положение в стальном производстве занимают Соед. Штаты, Р. же принадлежит пятое место.

По главнейшим районам производство железа и стали в Р. в последнем отчетном году распределилось следующим образом: на Урале получено 15433 тыс. пд. железа и 7998 тыс. пд. стали; в Подмосковном районе — 3910 тыс. пд. железа и 6952 тыс. пд. стали; в Южном и Юго-Западном — 2696 тыс. пд. железа и 35574 тыс. пд. стали; в Польском — 3822 тыс. пд. железа и 11460 тыс. пд. стали. Господствующее положение в стальном производстве принадлежит теперь югу и Польше, а в производстве железа — Уралу. Несмотря на успех железной промышленности, требование продолжает превышать спрос, что особенно резво сказывается относительно чугуна и железа: производство стали выгоднее производства чугуна и железа, и вследствие этого первое значительно усиливается и не оставляет свободных запасов последних двух металлов. В розничной торговле постоянно чувствуется недостаток чугуна и особенно фасонного железа, чем и объясняется усиленный привоз этого товара из-за границы. Колебание в привозе трех разновидностей железа с 1851 г., а также в вывозе собственно железа представлено в нижеследующей таблице (в тыс. пд.):

Значительное колебание, замечаемое в привозе всех трех металлов в 80-х годах, находит объяснение в постепенном возвышении на них таможенных пошлин. Все эти товары поставляются к нам преимущественно из Германии, Бельгии и Великобритании: в 1897 г. чугуна получено из Великобритании 3544 тыс. пд., Германии — 847 тыс., Финляндии — 945 тыс., Швеции — 192 тыс. пд.; железа получено из Германии 10363 тыс. пд., Бельгии — 5079 тыс., Великобритании — 2250 тыс., Финляндии — 389 тыс. пд.; стали идет более всего из Великобритании — 2514 тыс. пд., Бельгии — 3751 тыс., Германии — 833 тыс. пд. Почти параллельно с ростом привоза сокращался вывоз железа, которое прежде только и служило для этой цели: в 1800 г. этого товара было вывезено 1833 тыс. пд., в первое десятилетие XIX столетия приведенная цифра поднялась до 2071 тыс. пд., а затем начинает сокращаться и в половине века падает до 788 тыс. пд.; дальнейшее колебание показано выше; в настоящее время отпуск железа колеблется около четверти милл. пд. и главными его потребителями являются Персия и Китай. Сопоставление производства, ввоза и вывоза чугуна, железа и стали показывает, что потребление их значительно возрастает (диаграммы IX, Х и XI): потребление чугуна возросло с 43 милл. пд. в 1881 г. до 141 милл. в 1898 г., потребление железа с 24 милл. до 49 милл., потребление стали — с 32 милл. до 74 милл. пд.

10) Из железообрабатывающих производств рельсовое занимает выдающееся положение. По мере успехов стального производства железные рельсы стали заменяться стальными, в настоящее время почти исключительно употребляемыми. Рельсовое производство неразрывно связано с развитием железнодорожной сети: в 1881 г. приготовлено стальных рельсов и бандажей 12612 тыс. пд., в 1890 г. — 10141 тыс., в 1895 г. — 18448 тыс., в 1896 г. — 24300 тыс. пд. Привоз рельсов из-за границы сокращается: наибольший ввоз стальных рельсов относится к 1877 г. — 10422 тыс. пд., наименьшее к 1887 г. — 15 тыс. пд.; в 1898 г. их ввезено 731 тыс. пд. Ввоз железных рельсов наибольшей величины достиг в 1870 г. — 13939 тыс. пд., наименьшей в 1887 г. — 6 т. пд.; в 1898 г. их ввезено 181 тыс. пд. 11) Чугунолитейное производство в последнее время сильно развивается благодаря целому ряду новых сооружений не только железнодорожных, но и фабрично-заводских. Всех заводов этого рода в 1896 г. считалось 256, производительность их — 21526 тыс. р., число рабочих — 21178. Наиболее значительные из них сосредоточены в губерниях столичных, Варшавской и Херсонской. 12) Производство артиллерийских орудий и снарядов сосредоточено преимущественно на казенных заводах Пермского, Златоустовского, Гороблагодатского и Олонецкого горных округов. По производству ружей особенно славятся Тульский, Сестрорецкий и Ижевский; холодное оружие более всего готовится на Златоустовском заводе (в 1896 г. — 66238 шт. холодного оружия, в том числе 25360 шашек и сабель). 13) Ножевой промысел получил особенно широкое развитие в губ. Нижегородской (село Павлово — производство ножей, ножниц, бритв и пр.; село Ворсма — производство перочинных ножей), Владимирской и Тульской. Дело это, однако, чаще носит кустарный, чем фабричный характер. Фабрики чаще всего занимаются собиранием частей, приготовленных разными кустарями (клинки, черенки и пр.). Такой же характер имеет замочный промысел. Ближе подходит к фабричному типу гвоздильное и проволочное, а также жестяночное производства: проволочное наиболее развилось в С.-Петербургской, Московской, Лифляндской и Курляндской, гвоздильное — в Виленской, Ковенской и Петербургской, жестяночное — в Кутаисской, Московской и Херсонской.

14) Машиностроение в Р. далеко еще не удовлетворяет спросу. Главной задерживающей причиной является не столько таможенно-тарифная система, сколько трудность конкуренции с иностранным производством. Машиностроение становится выгодным при массовом производстве однородного товара. Страны, завоевавшие себе в этой области известность, производят машины не только для себя, но и для распространения их по обширному всемирному рынку. Только благодаря массовому производству постройка машин обходится настолько дешево, что они могут выдерживать самые высокие пошлины. В Р. машиностроение началось притом сравнительно поздно. В последнее время оно несомненно идет вперед, но жизнь предъявляет еще больше требований, которые должны покрываться привозом товара извне. Привоз машин за второе полустолетие колеблется в следующих пределах:

Оживление мануфактурной промышленности вызвало усиленное требование на машины для обработки волокнистых веществ, получаемые преимущественно из Великобритании. В 1898 г. машин этого рода ввезено в Р. на 15380 тыс. руб. Производство земледельческих машин и орудий наиболее развито, кроме Великобритании, в Соединенных Штатах и в Германии, откуда Р. продолжает снабжаться ими; швейные и пишущие машины зародились и окрепли на американской почве, и Р. получает их преимущественно из Соединенных Штатов. Уже теперь, однако, приготовляется у нас немало машин и станков для обработки волокнистых веществ, для мельничного и типографского дела, для обработки металлов и дерева, для сахароварения, пивоварения и винокурения, для земледелия, для писчебумажного производства и пр.; равным образом и паровые двигатели, постоянные и подвижные — локомотивы, локомобили, пароходные машины и пр. — давно уже изготовляются в Р., имеющей немало хорошо оборудованных машиностроительных заводов. Общее число последних в 1890 г. определилось в 680, производительность их — 136424 т. р., число рабочих — 93860. Наиболее крупные заводы находятся в губ. С.-Петербургской — на 35307 т. р., Московской — на 17551 т. р., Лифляндской — на 14915 т. р., Орловской — на 11749 тыс. руб.

15) Судостроение составляет часть машиностроения в широком смысле этого слова. По последней переписи судов нашего морского торгового флота, относящейся к 1 января 1898 г., общая стоимость парового флота определилась в 80558 тыс. руб. парусного — в 15860 тыс. руб. Число пароходов, с указанием их тоннажа, а также места постройки и с распределением по морям, представляется в следующем виде: 

Парусный флот состоял из 2211 судов, в том числе в Белом море — 395, Балтийском — 584, Черном и Азовском — 768, Каспийском — 464. Более подробные сведения о постройке речных пароходов с подразделением их по бассейнам имеются за время с 1892 по 1896 г. включительно и представляются в следующей таблице:

В 1897 г. собственно в Европ. Р. построено 173 пароходных корпуса с общею подъемною способностью в 898 тыс. пд., 169 пароходных машин, имевших в общей сложности 9149 индикаторных сил, и 209 пароходных котлов, всего на сумму 7292 тыс. р. Тогда же непаровых судов построено 5488 с общею подъемною способностью в 148 милл. пд., на сумму 8920 тыс. руб. Сопоставляя приведенные общие сведения о постройке тех и других судов с таковыми же данными за предшествующее пятилетие, можно составить следующую таблицу:

По назначению, паровые суда постройки 1897 г. были: 40 пассажирских, 16 товаропассажирских, 15 буксиропассажирских, 99 буксирных и 3 служебных. Непаровые суда подразделяются по следующим главным типам: баржей — 581, барок — 1150, берлинок — 121, белян — 101, дубов — 5, коломенок — 172, ладей и лодок — 187, полулодок — 562, тромбаков — 6 и пр.

С целью прийти на помощь отечественным судостроителям закон 27 апреля 1898 г. изменил таможенное обложение привозных речных пароходов в смысле более правильного его распределения по емкости судов. По новому закону пошлина повышена для больших пароходов (преимущественно для наливной перевозки нефти и керосина по Каспийскому морю), свыше 700 тонн, примерно на 30—40 %; тариф повышен также для буксирных пароходов. Тем же законом 27 апреля 1898 г. допущен беспошлинный пропуск морских железных судов, привозимых в целом виде. На деревянные суда, которые строятся и в Р., оставлена пошлина в размере 8 руб. с тонны. Привоз железных судов до издания последнего закона имел следующие размеры: с 1885—89 гг. на 2542 тыс. руб. в среднем в год; в 1890—94 гг. на 5341 тыс. руб., в 1895 г. — на 4514 тыс. руб., в 1896 г. — на 9317 тыс. руб., в 1897 г. — на 9897 тыс. руб., в 1898 г. — на 9546 тыс. руб.

16) Каменный уголь открыт в Р. в 1698 г. на берегах Донца, но при тогдашнем обилии лесов и незначительном развитии промышленности на него долго не было спроса. Впервые каменный уголь ввозится в Р. в половине XVIII столетия на сумму 3162 руб. К первым годам XIX века его ввозилось на сумму около 40 тыс. руб. С этого времени начинается более оживленный ввоз каменного угля, почти исключительно в С.-Петербург, главным образом, для топки паровых котлов. К концу первой половины текущего века его привозилось уже на миллион с лишком руб. В это время и в Р. ведется разработка угольных месторождений, но правильная ее регистрация начинается лишь с 1855 г., когда общая добыча определилась в 9494 тыс. пд. Угольные залежи были открыты в разных местах и с постройкой железных дорог началась их усиленная эксплуатация, как это видно из нижеследующих данных:

Наиболее усиленная добыча в начале рассматриваемого периода происходила в Польском каменноугольном районе, но очень скоро Донецкий бассейн далеко оставил его за собою. Развитие железнодорожной сети в Центральном промышленном районе вызвало разработку угля в Подмосковном бассейне, а развитие железной промышленности на Урале и заметное уменьшение там растительного топлива заставило обратить внимание на местные каменноугольные месторождения. Таким образом, за второе полустолетие в Р. образовались четыре значительных каменноугольных района, в которых добыча возрастала следующим образом (в милл. пд.):

Наибольший успех выпал на долю Донецкого бассейна, производительность которого продолжает и теперь все еще возрастать. Вместе с каменным углем здесь добывается антрацит в количестве приблизительно 10 % всей производительности этого района, увеличившейся почти в сто раз; производительность Польского района возросла в 50 раз; производительность двух других хотя также растет, но пока не имеет большого значения. Спрос на минеральное топливо увеличивается еще сильнее, чем добыча, и потому пришлось обратиться к иностранному углю. Местная промышленность долго почти не давала кокса, а между тем развивающееся металлургическое производство требовало его в большом количестве; его стали привозить из-за границы вместе с каменным углем, как это показано в нижеследующей таблице (в тыс. пд.):

По стоимости, в 1898 г. угля ввезено на 12311 тыс. руб., кокса — на 5197 тыс. руб. Ввозится каменный уголь почти исключительно из Великобритании — 102645 тыс. пд. (в 1897 г.) и Германии — 22226 тыс. пд., а кокс получается из Германии — 9080 тыс. пд., Австро-Венгрии — 6744 тыс. пд., Великобритании — 7654 тыс. пд., Голландии — 935 тыс. пд. Потребление кокса в Р. постоянно возрастает и удовлетворяется не только привозом из-за границы, но в еще большей мере собственным производством, которое увеличивается с каждым годом: в 1891 г. его было получено 21 милл. пд. (в том числе около 90 % дает Донецкий бассейн), в 1895 г. цифра эта поднялась до 31 милл., а ныне достигла уже 40 милл. пд. В 1897 г. мировое производство каменного угля определилось в 37 милл. пд.; в том числе Великобритания дала 12532 тыс. пд., Соединенные Штаты 11084 тыс. пд., Германия — 7349 тыс. пд.; четвертое, пятое и шестое места принадлежат Франции, Австро-Венгрии и Бельгии, а седьмое занимает. Р., давшая 683 милл. пд.

17) Нефть в Р. впервые обратила на себя внимание Петра I, который знал об ее месторождениях в Архангельской губ. по р. Печоре и в Бакинской губ. Нефть проявляется и во многих других местах империи, начиная от устьев Печоры до южных пределов Туркестанского края, но промышленное значение она получила, кроме Бакинской губ., только в Терской области. Добыча нефти в Р. с 1870 г. представляется в следующем виде:

Из добычи последнего года на Бакинскую губ. приходится 486 милл. пд., на Терскую область — 27, на Кубанскую — 1½, на все остальные местности — около 1/2 милл. пд. В Бакинской губ. колоссальное количество нефти — с лишком 4 миллиарда пд. — получено на пространстве 550 дес., а такой же нефтеносной площади в той же местности геологическими исследованиями констатировано 6000 дес. По данным последнего отчетного года добыча нефти производилась в Баку из 1107 буровых скважин; средняя годовая производительность скважины составляет 424 тыс. пд. Почти весь этот товар перерабатывается на местных же заводах (около 100), преимущественно для получения осветительных и смазочных материалов, а остаток (мазут) идет на топливо, как жидкий горючий материал. Данные по выработке на заводах поименованных продуктов за текущее десятилетие представлены в следующей таблице (в милл. пд.):

Эти же продукты приготовляются еще на нескольких заводах внутри империи, перерабатывающих бакинскую нефть. В сыром виде вывозится из Баку в империю около 25 милл. пд. нефти в год. Значительная часть нефтяных продуктов расходится в самой Р., а часть вывозится за границу. Как развивалась эта отрасль нашей внешней торговли, видно из следующего сопоставления:

Из этих данных видно, что главным предметом вывоза являются осветительные масла в количестве около 80 %; смазочные продукты составляют около 15 %, на все остальные приходится не более 5 %. По количеству вывоз увеличился в шесть раз, по стоимости — всего только в два раза с небольшим, что указывает на чрезвычайное падение цен на нефтяные товары. Последние поставляются на весь мир почти исключительно из Р. и Соединенных Штатов; третья конкурирующая страна — Голландская Индия — выступила только недавно, и ее участие не превышает 3 %. Р. из 515 милл. пд. своей добычи уделяет другим странам 70 милл. пд., Америка из 386 милл. — 181 милл. пд. Мировое потребление одного керосина (не считая местного потребления его в двух упомянутых производительных странах) составляет 200 милл. пд., из которых Америка поставляет 150 милл. пд., Р. — 50 милл. пд.; мировое потребление сырой нефти и ее остатков достигает 25 милл. пд., и оно почти все удовлетворяется из Америки, так как вывоз этих предметов из Р. имеет случайный характер. Нефтяных смазочных масел мировой рынок требует в количестве 20 милл. пд., и эту поставку Р. и Америка разделяют между собою поровну. Наконец, легкие нефтяные продукты, которых требуется только 3 милл. пд., поставляются исключительно Америкой, так как русская нефть почти не содержит их. Итак, в Америке нефтью пользуются главным образом (75 %) как осветительным материалом, а в Р. — как топливом (около 70 %). Происходит это, между прочим, оттого, что в Америке каменный уголь очень дешев (около 3 к. за пуд) и нефть (пуд 24 к.) не может конкурировать с ним как горючий материал. В Р., наоборот, нефть дешева (10 к. пд.) сравнительно с углем (14 к. пд.) и потому конкурирует с ним как топливо. Из приведенных выше данных видно, что потребление нефтяных осветительных материалов возрастает в Р. довольно медленно, несмотря на значительное падение цен. Это объясняется главным образом тем, что они обложены акцизом, почти вчетверо превышающим настоящую стоимость этого товара.

18) Соляные богатства Р. заключаются главным образом в залежах каменной соли в Оренбургской, Екатеринославской, Эриванской губ. и Карсской обл., самосадочных озерах Астраханской, Таврической и др. губ. и, наконец, в соляных источниках, из которых соль получается вываркой. Богатства эти так велики, что только исследованных запасов каменной соли хватило бы на весь мир на сотни лет. Несмотря на это, добыча соли и торговля ею никогда не могли принять в Р. таких размеров, чтобы удовлетворять только нуждам самой страны, не говоря уже о вывозе за границу. Напротив, сама Р. издавна пользуется привозною солью, что продолжается и поныне: окраинам Р., преимущественно западным, выгоднее получать соль из Португалии или Великобритании, чем из Оренбургской или даже Харьковской губ. Добыча всякой соли за последнее полустолетие и привоз ее из-за границы за то же время представляются в следующем виде (в тыс. пд.):

По роду добычи приведенные общие итоги (после отмены акциза) разделяются следующим образом:

Главным источником получения соли служат самосадочные озера. По главнейшим губерниям общая добыча 1896 г. распределяется так: Таврическая — 19828 тыс. пд., Екатеринославская — 19087 тыс., Пермская — 16111 тыс., Астраханская — 11096 тыс., Херсонская — 2838 тыс. пд. В 1897 г. Южная Р. дала 46478 тыс. пд., Астраханская губ. — 19671 тыс., Пермская — 15819 тыс., Уральская и Тургайская обл. — 2718 тыс., Кавказ — 2102 тыс. пд. Потребление соли в Р. за последние 48 лет возросло с 30 милл. до 93½ милл. пд. Тем не менее душевое потребление соли у нас меньше, чем у других европейских народов: в Р. оно менее одного пуда, в Англии — ок. 3 пд., во Франции и Соед. Штатах — по 1½ пд., в Германии — с лишком 46 фн. Это, впрочем, отчасти зависит от того, что за границей соль имеет большое применение в химической промышленности, которая у нас еще очень слабо развита.

VII. В группе керамических производств по своей распространенности первое место занимает 1) кирпичное, но оно менее всего поддается правильному учету, так как редко где принимает фабричный характер. По приблизительному расчету, кирпичных заводов в 1896 г. было 1894 с производством на 23713 тыс. руб. и 58513 рабочими; но эти цифры относятся только к сравнительно большим заводам, мелких же, вероятно, десятки тысяч. В ряду материалов для кирпичного и гончарного производства наибольшее значение имеют глины — огнеупорная и фарфоровая. Первой из них добывается в год от 10 до 12 милл. пд.: в 1803 г. — 11310 тыс. пд., в 1894 г. — 7776 тыс. пд., в 1895 г. — 8633 тыс. пд., в 1896 г. — 12006 тыс. пд., в том числе на Урале 2515 тыс. пд., в Южном и Юго-Зап. районе 7758 тыс. пд., Замосковном 737 тыс. пд., Польском 724 тыс. пд. Огнеупорная глина требуется в большом количестве для приготовления огнеупорного кирпича и разной посуды; спрос на них в последнее время благодаря успехам металлургической и химической промышленности значительно возрастает, и местное производство не может удовлетворять ему. Дело это наиболее прочно укрепилось в Новгородской губ., а теперь зарождается и на Урале. Сколько в действительности вырабатывается в Р. огнеупорного товара — неизвестно, но, судя по привозу из-за границы одного только огнеупорного кирпича в количестве 11642 тыс. пд. на 3563 тыс. руб. (в 1898 г.), можно думать, что у нас существует большое требование на этот предмет.

2) Гончарное и изразцовое производства также широко распространены в Р., но более значительных заводов этого рода зарегистровано в 1896 г. только 141 с 3041 рабочим и общею производительностью в 2899 тыс. руб. (в том числе на гончарное производство приходится 1756 тыс. руб.). Заводы эти расположены главным образом в Новгородской губ. — произв. на 424 тыс., Харьковской — 319 тыс., С.-Петербургской — 319 тыс. Изразцовое производство наиболее развито в Могилевской губ. 3) Майоликовое производство, начавшееся у нас лишь около 15 лет тому назад, в настоящее время дает массу разнообразного товара для внутреннего и наружного украшения домов и церквей: орнаменты, утварь, печи, камины, декоративные украшения и пр. И в этой области промышленности Р. не удовлетворяется собственным производством; товара этого рода ежегодно получается из-за границы на сумму около милл. руб. (в 1896 г. — на 1034 тыс. руб., в 1897 г. — на 896 тыс. руб., в 1898 г. — на 1207 тыс. руб.).

4) Фаянсовое и фарфоровое производства впервые зародились в Московской и Владимирской губ., особенно в Гжели, славящейся своими глинами. Отсюда упомянутые производства распространились повсеместно и за последнее время достигли следующего развития:

Наиболее значительные фарфоровые и фаянсовые заводы находятся в Тверской, Владимирской, Лифляндской и Московской губ. Ввоз из-за границы фарфоровой и фаянсовой посуды в последнее время начинает возрастать: в 1892—96 гг. ввозилось в среднем на сумму 724 тыс. руб., в 1897 г. цифра эта возросла до 1249 тыс. руб., в 1898 г. достигла 1491 тыс. р. 5) Стеклянное производство сравнительно слабо развито в Р.; в особенности отстало зеркальное производство. Общие сведения о размерах того и другого представлены в следующей таблице:

Большие стеклянные заводы, производящие ходовой товар, сосредоточились в губ. Владимирской, Тверской, Новгородской и С.-Петербургской. Производится в Р. преимущественно посуда, реже — оконное стекло, еще реже — зеркала. Хороший товар этого рода получается нами из Германии, Франции и Бельгии на сумму около 2 милл. руб., причем эта сумма за последние 30 лет изменяется весьма мало. В 1897 г. ввезено стеклянных изделий на 1771 тыс. руб. (в том числе на 321 тыс. руб. бутылок и склянок, на 503 тыс. руб. листового стекла), зеркальных — на 531 тыс. руб.; последние получаются более всего из Бельгии — на 304 тыс. руб., Германии — на 120 тыс. руб., Швеции — на 31 тыс. руб., Франции — 23 тыс. руб., а стеклянные изделия из Германии — на 659 тыс. руб., Финляндии — на 587 тыс. р., Франции — на 161 тыс. руб., Австрии — на 145 тыс. руб. Из группы керамических производств наиболее выдается своими успехами в последнее время 6) цементное. Громадные залежи природного портландского цемента, открытые на Черноморском побережье Кавказа, представляют материал для самой широкой постановки этого дела. Во многих местах империи сооружаются заводы для приготовления искусственного цемента. Успехи цементного производства, со включением известково-обжигательного и алебастрового, видны из следующего сопоставления:

Наиболее значительные из цементных заводов (52, с производством на 9550 тыс. руб.) находятся в Московской губ. — на 1717 тыс. руб., Черноморской — 1685 тыс. руб., Петроковской — 1659 тыс. руб., С.-Петербургской — 1039 тыс. руб., Эстляндской — 1039 тыс. руб. В Р. приготовляется около 20 милл. пд. гидравлического цемента всякого рода, но все-таки его приходится получать еще из-за границы:

VIII. Химическая промышленность заключает в себе много производств, из которых иные, напр. содовое и серной кислоты, получили широкое развитие и имеют большое промышленное значение. Между химическими производствами есть такие, которые известны в Р. с древнейших времен (поташное производство, смолокурение), другие же зародились только в новейшее время (производство анилиновых красок). Общее состояние химической промышленности в Р. представляется в следующем виде:

По отдельным губерниям она распределяется следующим образом:

Из отдельных производств рассматриваемой группы наиболее выдаются собственно производство химических материалов (кислот, солей и разных препаратов) — на 26686 тыс. р., красочное — 12658 тыс. руб., спичечное — 6984 тыс. руб., лаковое и сургучное — 2820 тыс. руб. и др. Серная кислота стала производиться в Р. сравнительно недавно; ее производство наиболее широкие размеры получило в Баку, где этот товар требуется в большом количестве для очистки осветительных и смазочных дистиллятов нефти. Прежде почти вся потребная для этого кислота получалась из Англии; теперь ее ввоз значительно сократился и имеет менее постоянный характер. В 1896 г. купоросного масла, камерной и дымящейся серной кислот ввезено в Р. 15 тыс. пд., в 1897 г. — 10 тыс., в 1898 г. — 37 тыс. пд. Селитра когда-то приготовлялась в Р. в небольших размерах, но с открытием естественных ее залежей в Чили и после разработки Стасфуртских месторождений калийных солей селитряный промысел совершенно потерял у нас свое значение. Чилийской селитры в 1892—1896 г. ввозилось к нам в среднем по 783 тыс. пд., в 1897 г. — 790 тыс., в 1898 г. — 836 тыс. пд.; ввозится также в небольшом количестве и обыкновенная селитра (в 1898 г. — 12 тыс. пд.). Азотная кислота также приготовляется в Р., но ввиду ограниченности спроса лишь как побочный продукт при других производствах. Привозится ее из-за границы весьма немного: 2 тыс. пд. в 1896 г., 3 тыс. пд. в 1897 г. и 2 тыс. пд. в 1898 г. Соляная кислота также ввозится в небольшом количестве (в 1898 г. — 7 тыс. пд.); она получается на содовых заводах, работающих по Леблановскому способу, напр. в Елабуге. Там же зародилось производство белильной извести, которой ныне приготовляется уже около полумиллиона пд., но этого количества недостаточно для внутренних потребностей, и потому белильная известь составляет довольно значительный предмет привоза: в 1896 г. — 34 тыс. пд., в 1897 г. — 274 тыс., в 1898 г. — 216 тыс. пд. Содовое производство (по Леблановскому способу) зародилось первоначально в Вятской и Пермской губ. В последнее время аммиачный способ, более дешевый, начинает получать повсеместно преобладание, тем более, что он и побочно дает несколько весьма ценных продуктов. Содовое производство по способу Сольвея наиболее укрепилось в Екатеринославской губ. и распространяется в других. Несмотря на этот успех, соды и поташа все-таки привозится к нам с лишком на милл. руб. в год:

К этой же категории товаров относятся едкие кали и натр, которые не так еще давно поставляла на весь мир почти одна Великобритания. Теперь она встречает сильную конкуренцию со стороны Германии и Бельгии. В Р. также замечается стремление освободиться от влияния английского производства. Ввоз поименованных солей за последнее десятилетие значительно сократился:

В Елисаветпольской губ. находятся мощные залежи так наз. алюнита, или квасцового камня, служащего превосходным материалом для получения квасцов, которые имеют широкое применение в мануфактурной промышленности. Менее богатые залежи природного квасцового камня известны еще только в Италии близ Рима, откуда первоначально стали получаться римские квасцы. Впоследствии техника нашла способ приготовлять этот товар искусственно, путем обработки глин и боксита, и природный камень потерял свое значение в мировой промышленности; в настоящее время квасцы более всего приготовляются в странах потребительных. Р. не удовлетворяется собственным производством квасцов и получает их (вместе с сернокислым глиноземом) ежегодно в следующем количестве:

Статистика 1898 г. впервые отделяет собственно квасцы от сернокислого глинозема: из общего ввоза их в количестве 30 тыс. пд. на 38 т. р. на сернокислый глинозем приходится 24 т. пд. на 25 т. р. Наиболее крупными потребительными пунктами для квасцов являются Москва, Щелково, Окуловка, Орехово, Карабаново и др., т. е. места, где наиболее развита мануфактурная промышленность.

Производство аммиачных солей, получивших в последнее время большое распространение как прекрасное удобрительное средство, находится в зависимости от успехов нового способа их добывания (в закрытых печах, с приспособлением для улавливания аммиачных газов). С этим же производством связано еще более важное — красочное. Если в Р. будет собираться каменноугольный деготь в достаточном количестве, то у нас легко может утвердиться переработка его для приготовления анилиновых ализариновых красок, получивших ныне столь широкое распространение. Зародилось это производство в Швейцарии, сильно развилось в Германии и во Франции. Р. продолжает пользоваться иностранными готовыми изделиями или полуфабрикатами. Такого рода товаров в Р. получено в 1898 г. 69 тыс. пд. на 3488 тыс. р. Получение красок из газового дегтя может содействовать также уменьшению привоза индиго: товар этот до последнего времени поставлялся на всемирный рынок почти исключительно из Ост-Индии и Голландской Индии, но теперь техника нашла возможным приготовлять его искусственно. Прежние попытки разведения индиго в Бакинской и Елисаветпольской губ. не имели успеха; теперь за это дело принялись в Кутаисской губ., но пока результатов еще нет. Ввоз индиго продолжает возрастать и ныне стоимость его составляет около 4 милл. руб.

Увеличение привоза индиго находится в связи с успехами мануфактурной промышленности в России.

Кроме индиго, Р. получает из-за границы и другие растительные краски, которых ввезено:

Минеральным краски в значительном количестве имеются в Р., и привоз их не имеет большого значения (на сумму около 800 тыс. р.). Недавно началось производство ультрамарина, которого приготовляется ныне около 70 тыс. пд. на полмилл. руб.

Лакричное производство, вызванное усиленным спросом солодкового корня за границей, пока не имеет большого развития и встречается лишь в Закавказском крае. Экспорт солодкового корня, направляющегося главным образом в Великобританию и Соед. Штаты, несколько ослабел вследствие конкуренции Турции и Греции.

Производство лаков и сургуча чаще имеет ремесленный характер, и потому фабричная статистика регистрирует их в небольшом сравнительно числе: в 1896 г. — 40 заводов с производством на 2820 тыс. р. и 1619 рабочими. Спрос на лаки и сургуч в значительной мере удовлетворяется местным производством; привозится лаков и сургуча только на сумму ок. 150 тыс. р. В последнее время обращает на себя успех производства ваксы: до 1879 г. приготовление ваксы нигде не имело фабричного характера, но благодаря удачному почину франц. компании оно одновременно установилось в Москве и Одессе, а потом стало распространяться и по др. городам.

Пороховое производство сосредоточено всего на 6 заводах, из которых три казенных и три частных. Наиболее значителен казенный Охтенский завод в С.-Петербурге, приготовляющий в год около 80 т. пд. бездымных порохов и 6 т. пд. прессованного лекального пироксилина. Стоимость производства частных пороховых заводов составляет около 1 милл. р.

Спичечное производство до 1888 г. носило скорее кустарный, чем фабричный характер: производилось оно в небольших, плохо устроенных помещениях, пользуясь при этом в значительной мере детским трудом. Между тем, приготовление спичек в то время было сопряжено с употреблением в большом количестве, без надлежащих предосторожностей, чрезвычайно ядовитого желтого фосфора. Решено было поэтому допускать устройство спичечных фабрик только больших размеров, с необходимой гигиенической обстановкой, и оказать поддержку развитию производства бесфосфорных, так назыв. шведских спичек. По новому закону, введенному с 1 мая 1888 г., спички обложены акцизом с обязательством для фабрики выбирать бандероли на сумму не менее 3000 руб. в год, что соответствует годовому производству спичек в 90 мил. шт. С 1892 г. для производства фосфорных спичек размер акциза удвоен. Благодаря этим мерам число фабрик, выделывающих фосфорные спички, сократилось с 223 до 31, тогда как число фабрик для производства безопасных спичек возросло с 17 до 45, как и число фабрик со смешанным производством. В первый год после введения акциза было приготовлено 59,4 миллиарда спичек, в том числе фосфорных — 45,9 миллиарда, в последний же, 1897-й отчетный год всего приготовлено 181 миллиарда, в том числе фосфорных — 36,7 миллиарда шт. По отдельным губерниям производство спичек в 1897 г. распределилось следующим образом: в Новгородской губ. — 36,5 миллиарда, Черниговской — 24,4 милл., Пензенской — 17,6 милл., Минской — 11,9 милл., Вятской — 11,7 миллиарда шт. и т. д. На всех спичечных фабриках фосфора израсходовано в 1896 г. 5634 пуда, в 1897 г. — 4948 пуд. В 1897 г. общее число 14615 рабочих по полу и возрасту распределялось следующим образом: 6721 мжч., 6138 жнщ., 911 мальч. и 845 девоч.

IX. Производства, не вошедшие в предыдущие группы: 1) Табачные изделия. В настоящее время Р. не может удовлетворяться собственным производством табака (в 1897 г. 5051 тыс. пд.), который привозится в довольно большом количестве. Сама Р. отпускает некоторое количество этого товара, но по стоимости ввоз превышает вывоз. Усиленный ввоз иностранного табака происходил только до 1880 г.:

Наибольшей своей величины ввоз достиг в 1876 г. — 539 т. пд. (ввиду ожидания войны с Турцией и установления пошлины в золотой валюте); затем он начинает падать весьма быстро. За последнее время данные по ввозу и вывозу представляются в следующем виде:

Переработка местного и привозного табака производилась в 1897 г. на 272 фабриках, в том числе 165 фабрик производили переработку всякого табака, а 107 — только махорочного. По районам табачные фабрики распределялись следующим образом: Южный — 53, Северо-Западный — 44, Среднечерноземный — 39, Юго-Западный — 32, Закавказский — 17, Малороссийский — 19, Среднепромышленный — 14, Северный — 13, Привислянский — 12, Прибалтийский — 10, Туркестанский — 8, Восточный — 6, Семиреченский — 4, Западно-Сибирский — 1. За последнее время число фабрик несколько сокращается: в 1886 г. их было 371, к 1890 г. — 340, в 1898 г. — 272; производительность же хотя и медленно, но возрастает. Выработка курительного табака 1-го сорта сокращается (70 тыс. пд. в 1897 г. против 81,5 тыс. пд. в 1886 г.), выработка же 2-го сорта — 346,6 тыс. пд. и 3 сор. — 389,2 тыс. пд. остается без заметного изменения. Переработка табаку для сигар 1-го и 2-го сортов сокращается, для 3-го сорта растет; для папирос 1-го сорта количество перерабатываемого табаку почти не изменяется, тогда как для 2-го сорта оно увеличилось втрое (130,5 тыс. пд. в 1897 г. против 45 тыс. пд. в 1886 г.). Общая производительность табачных фабрик по переработке табаков высших сортов выразилась в следующих цифрах: курительного табаку трех сортов приготовлено 805,8 тыс. пд., нюхательного — 300 пд., сигар — 56 тыс. пд., папирос — 228,5 тыс. пд., сигарет 1600 пд., а всего 1092 тыс. пд. На махорочных фабриках приготовлено 2376 тыс. пд. курительной махорки, 228 тыс. пд. нюхательной и 147 тыс. пд. прессованной. Колебание в количестве выработанных сигар и папирос за последние 12 лет удобнее представить в табличной форме:

Число рабочих показано в следующей таблице:

В начале рассматриваемого периода на каждую фабрику приходилось по 91 рабочему, в конце — по 140.

2) Производство резиновых изделий, возникшее в Р. в 1832 г., сначала почти не развивалось, но с 1850 г. на подобные привозные изделия были возвышены таможенные пошлины, между тем как публика привыкла к резиновой обуви, ставшей главным предметом производства. За последние 17 лет развитие производства резиновых изделий усматривается из следующих данных:

Производство основано исключительно на переработке привозного сырья — каучука и гуттаперчи, а также резины сырой, мягкой и роговой, в листах. За последнее пятилетие колебание ввоза этих товаров представляется в следующем виде:

Необходимо заметить, что таможенная статистика до прошлого года вместе с каучуком и гуттаперчей показывала и разные смолы, камеди и т. п., так что приведенные цифры имеют лишь относительное значение. В 1898 г. каучука и гуттаперчи привезено на 7058 тыс. руб., разных смол и камеди — на 4145 р. Готовых резиновых и гуттаперчевых изделий ввозится мало, так как существующее производство не только удовлетворяет спросу, но дает еще избыток: в 1897 г. одной резиновой обуви вывезено на 2567 тыс. руб., других изделий на 136 тыс. руб., в том числе в Германию пошло того и другого рода товара на 1459 тыс. руб., в Англию — на 132 тыс. руб., в Швецию — на 447 тыс. р., в Финляндию — на 331 тыс. руб.

3) Экипажное производство установилось в Р. более ста лет тому назад, но вследствие недостаточности спроса не могло принять больших размеров. Нужда крестьянского населения в перевозочных средствах всегда удовлетворялась кустарным промыслом, городского населения — ремесленниками. Такой характер производство экипажей в значительной степени продолжает сохранять и поныне; число и производительность экипажных фабрик возрастает медленно:

В привозе товар этого рода значится только на небольшую сумму:

Увеличение ввоза экипажей, предназначенных для частного пользования, только кажущееся, так как в действительности усиливается ввоз не экипажей, а велосипедов. В последнем отчетном году ввезено разных экипажей в целом и разобранном виде на 1743 тыс. руб., в том числе велосипедов на 1268 тыс. руб. (73 %). Русского производства рессорные экипажи, повозки и т. п. отправляются за границу, также в небольшом количестве: в 1896 г. — на 44 тыс., в 1897 г. — на 42 тыс., в 1898 г. — на 84 тыс. руб.

г) Кустарные промыслы в Р. имеют обширное распространение и дают значительный заработок населению. В нижеследующем обзоре намечены лишь главные районы распространения кустарных промыслов с указанием, по возможности, их характера и размеров.

I. Обработка волокнистых веществ. Домашнее ткачество распространено в Р. повсеместно. С промышленной целью оно существует лишь в некоторых районах, где разводится сравнительно много льна и конопли на волокно. В некоторых местностях развилось и кустарное производство хлопчатобумажных тканей. Производством как льняных, так и хлопчатобумажных тканей одинаково занимаются и мужчины, и женщины. Тканье полотен распространено в Ярославской и Костромской губ., выделка скатертей, полотенец и декоративных тканей — в Кролевецком уезде Черниговской губ. и Грайворонском уезде Курской губ. Приготовлением изделий из хлопчатой бумаги занимаются кустари в Московской, Владимирской, Рязанской, Саратовской и Костромской губерниях. В этих губерниях насчитывают до 60 тыс. дворов, занимающихся бумаготкацким производством (в Московской губ. почти 10 % крестьянского населения занимаются хлопчатобумажным ткачеством). Пряжу приобретают кустари от торговцев. Орудия производства — почти все местного изделия. В Московской и Владимирской губ. замечено, что фабрично-заводское производство хлопчатобумажных тканей отнюдь не подавляет кустарного; напротив, где устраивается фабрика, возникает и кустарное производство. Многие из фабрик этого района расширяют свое производство привлечением к нему кустарей: они раздают им основы для тканья и получают от них неотделанные ткани. В Саратовской губ. сосредоточилось в Камышинском уезде кустарное производство сарпинок: им занимаются более 5700 человек (преимущественно немецкие колонисты). От нескольких предпринимателей («фабрикантов») кустари получают готовую основу и им же сдают ткани. Тканье ковров получило значительное распространение на Кавказе, в Тюменском округе Тобольской губ., в губ. Полтавской, Саратовской, Бессарабской и Курской. В Саратовской губ. (уу. Царицынский и Камышинский) все кустарное производство ковров находится в руках нескольких коверщиц — хозяек, которые одни заведуют окраской шерсти. Плетение рыболовных сетей сосредоточено преимущественно в губ. Нижегородской, Тверской, Вятской, Новгородской, Пермской, Тульской и Полтавской. Всего насчитывают до 5000 дворов, занимающихся этим делом (в одной Вятской губ. — 1500 дворов). Сети плетут из льна и пеньки. Общую стоимость производимых изделий оценивают в 600—700 тыс. руб. в год (в одной Нижегородской губ. изготовляют сетей на 250 тыс. руб.). Плетением кружев занимаются крестьянки и городские жительницы в губ. Рязанской, Орловской, Московской, Казанской, Калужской, Тверской, Новгородской, Вятской и Пермской. Всего кружевниц насчитывают свыше 30 тыс. Приготовляют они от 10 до 15 милл. аршин кружев на 2—3 милл. руб. В промышленных размерах кружевной промысел развит в Елецком уезде Орловской губ. и в Рязанской губ., в г. Скопине и его уезде. Материалы кружевницы приобретают от торговок-скупщиц, рисунки получают либо от скупщиц, либо выдумывают сами, частью по старинным образцам; сбывают кружева через тех же торговок. Канатно-веревочный промысел распространен среди кустарей Нижегородской, Калужской, Пермской и Орловской губ. Главные районы его — Горбатовский уезд Нижегородской губ., затем Ардатовский уезд той же губ. и Ирбитский — Пермской губ. Кустари вообще работают на хозяина, раздающего материал, но в своих мастерских. Кустарное производство канатов и веревок падает вследствие конкуренции фабрик.

II. Обработка дерева. Столярный промысел весьма распространен в Р. Приготовление мебели в значительных размерах встречается в губ. Московской, Вятской, Пермской, Нижегородской и Тверской. В Московской губернии насчитывают более 700 дворов (2000 человек), занимающихся производством мебели. Промысел этот зародился здесь в 1812 г., когда после московского пожара явилась громадная потребность в мебели для столицы. Сначала кустари делали только простую, некрашеную мебель (из березы), но с 30-х годов производство начало быстро улучшаться и теперь поставлено довольно хорошо. Кустари-столяры работают либо посемейно, либо с наемными рабочими (до 30 и более челов.). Сумму годового производства определяют в 500 тыс. руб. Сбывается кустарная мебель Московского района в московские лавки, частью самими кустарями, частью через знакомых купцов. В Вятской губернии считают более 2000 кустарей-столяров. Производство ценной мебели сосредоточено в Вятском уезде, где, кроме мебели, выделывают корешковые и каповые изделия, шкатулки, паркет и т. д. Мастерские — семейного характера; наемных рабочих мало. Прежде вятская мебель шла по Волге до самой Астрахани; теперь ее вытеснила конкуренция саратовской мебели (Кузнецкий уезд). В Нижегородской губернии кустарный мебельный промысел существует в Нижегородском, Арзамасском и Семеновском уездах. В Васильсурском уезде той же губернии встречается выделка мозаических столярных изделий (столешницы, доски для шкатулок и т. д.). В Семеновском уезде, а также в Макарьевском, Костромской губ., развилось производство крашеной мебели, известной под названием мебели в «русском вкусе». Работают ее столяры преимущественно по заказам, редко на рынок. В тех же местностях развито крашение мебели (и посуды). В Тверской губернии кустари готовят и простую, некрашеную и крашеную и обклеенную фанерками из карельской березы мебель. В перечисленных губерниях насчитывают более 5000 кустарей-столяров. Наиболее типичными видами токарного промысла являются ложкарное производство и точение чашек и блюд. Ложкарное производство сосредоточено в губерниях Нижегородской (у. Семеновский, отчасти Балахнинский) и Вятской. Материалом для изделий служат осиновые или березовые плахи, получаемые преимущественно из казенных лесов через скупщиков, а в последние годы — целыми деревнями или артелями через земство или непосредственно из казенных лесных дач. Работают ложкари посемейно. В прежнее время самым ходким товаром были грубые большие ложки, теперь больше спроса на более мелкие сорта тех же форм, как и прежде, но худшего качества. Окончательно отделанная, окрашенная и покрытая лаком ложка поступает к торговцам для продажи на Нижегородской ярмарке (до этого момента она проходит не менее как через 10 рук). Всего в Семеновском районе вырабатывается в год до 8 милл. ложек на сумму до 240000 руб., причем на долю кустарей остается до 160000 руб. Токарно-посудный промысел и крашение посуды развиты в уу. Семеновском Нижегородской губ. и Макарьевском Костромской губ. Кустарное производство деревянной посуды сильно развито и в Новгородской губ. Здесь, близ железнодорожной станции Подберезье, изготовлением ушатов, шаек, кухонных досок, ведер, бочонков, вальков и т. п. занимается население в 1822 человека. Прежде изделия эти сбывались скупщикам, но с начала 90-х гг. крестьянами устроены три лавки, в которые сдается товар, отправляемый оттуда в Петербург. Изготовление колес распространено повсеместно. Потребность России в колесах для простых деревенских телег и возов, составляющая не менее 20 милл. штук в год, на сумму до 20 милл. руб., удовлетворяется исключительно кустарным промыслом. По приблизительному расчету на изготовление колес тратится ежегодно до 50 милл. куб. футов дерева. Значительно распространен в России и корзиночный промысел. Встречается он в губ. Московской, Вятской, Казанской, Тверской, Нижегородской, Смоленской, Херсонской, Киевской и друг. В селениях Звенигородского у. Московской губ. плетением корзин крестьяне занимаются издавна. Прежде изготовлялись лишь грубые изделия, но в настоящее время благодаря земской образцовой мастерской кустари изготовляют по иностранным образцам всевозможные весьма изящные изделия — корзинки, ширмы, плетеную мебель, чемоданы, плетенье для экипажей и т. п., — находящие весьма обширный сбыт. Всего изготовляется здесь изделий на 80 т. р. в год. В Вятской губ. развилось производство деревянных трубок и каповых изделий. Кустарей-трубочников и чубушников насчитывают до 200. Кап добывается из лесов Глазовского и Слободского уездов скупщиками, которые продают его кустарям. Лучший кап идет на приготовление фанерок, остальной — на портсигары, папиросницы, спичечницы и проч., самые худшие сорта и куски — для трубочек, ручек для палок и т. д. Смолодегтярный промысел и садка дегтя развиты главным образом в губ. Архангельской, Вологодской, Вятской, Пермской, Казанской, Костромской, Нижегородской и Тверской. Всего насчитывают до 14000 дворов кустарей, занимающихся этим делом (в Вятской губ. — более 2000 чел.).

III. Обработка минеральных веществ. Гончарный промысел чрезвычайно распространен в России. По имеющимся в министерстве земледелия и государственных имуществ сведениям, признаваемым весьма неполными, в 25 губ. Европ. Р. насчитывается до 8000 дворов кустарей-гончаров. Во всех этих губерниях гончары распределяются довольно равномерно (глиняная посуда всегда хорошо сбывается на месте); только иногда производство сосредоточивается в некоторых районах. В Полтавской губ. гончаров-хозяев насчитывается до 920 чел., в Харьковской — до 530 чел.; сверх того, здесь занято не меньшее число наемных рабочих. Гончары вообще выделывают лишь простейшие изделия. Министерством земледелия и государственных имуществ сделана попытка снабжения малороссийских кустарей лучшими образцами посуды. В Смоленской губ. гончарство распространено в особенности в Сычевском уезде. В губ. Вятской и Пензенской оно также весьма распространено, но изделия весьма плохого качества. Кустари-гранильщики встречаются почти исключительно на Урале (главным образом в Екатеринбургском уезде). Техника гранильного дела у кустарей не делает заметных успехов; изделия вообще однообразны, грубы. Учиться гранильщикам пока негде. Предполагается открыть в Екатеринбурге учебную мастерскую со складом уральских камней для продажи кустарям.

IV. Промыслы по обработке металлов весьма распространены и весьма разнообразны. Наиболее развита выделка ножей и замков. Центром этого промысла служит Павловский сталеслесарный район — часть Горбатовского уезда Нижегородской губернии; кроме ножей и замков, здесь выделываются ножницы, подпилки, коромысла для весов и др. Всего в названном районе насчитывается до 13000 кустарей (6000 дворов); общую его производительность оценивают в 2½ — 3 миллионов рублей. Весьма многие работают по заказам фабрикантов; кустарная промышленность района является отчасти в виде домашней системы крупной промышленности. Особенно заметен переход к крупному производству в ножевом деле, в изготовлении ножниц, весовых коромысел и подпилков. Замочное производство удерживает чисто кустарный характер. В производстве ножей, вилок и ножниц в Павловском районе уже с давних пор развилось разделение труда: встречаются ковали, занимающиеся отковкой лезвия, личильщики, полирующие его, отделывальщики, на долю которых падает окончательная сборка и отделка изделий. Отдельные кустари не в состоянии обзавестись двигателями для приведения в быстрое вращательное движение наждачного круга; поэтому развились особые личильные заведения, устраиваемые предпринимателями. В этих мастерских кустари арендуют места. Предприниматель дает только место, двигатель и главный передаточный вал, все остальное — от кустаря. Замочный промысел Павловского района постепенно падает. Конкуренция замочных фабрик, изготовляющих отдельные части замков штампованием и поставляющих на рынок замки более дешевые и лучших качеств, нежели павловские, постепенно ограничивает сбыт этих последних. В самом Павлове уже появились рижские замки. Материал кустари покупают малыми количествами, большею частью плохого качества. Выделка цепей (якорных и блочных) распространена почти исключительно в Нижегородской губ. Кустари работают цепи на хозяев или подрядчиков из материала последних. Выделка ручных гвоздей весьма распространена в губ. Новгородской, Нижегородской, Тамбовской, Пермской, Вятской, Тверской. Гвоздарный промысел вследствие конкуренции машинных гвоздей и вздорожания топлива в настоящее время падает. Большею частью кустари работают на подрядчиков, из материала последних. В Нижегородской губ. они соединяются в артели: в одной общей кузнице работают по 14—16 кузнецов. Приготовление металлических тканей (из вытягиваемых медной и железной проволок) встречается исключительно в Нижегородской губ. (село Безводное). Здесь изготовляют до 780 тыс. арш. медного полотна (на 780 тыс. руб.) и до 312 тыс. железного (на 93 тыс. руб.). Вытягивание нитей из проволоки производится в жилых домах мальчиками, тканье — девушками и женщинами. Слесарно-кузнечный промысел распространен довольно значительно в Ярославской губ., особенно в селе Бурмакине, где более 1300 кузнецов и слесарей, выделывающих разные принадлежности конской сбруи — мундштуки, удила, стремена и проч., на сумму более 800 тыс. руб. в год. Ювелирный промысел сосредоточен главным образом в Костромской губ. (уу. Костромской и Нерехотский). Им занимается здесь до 3800 чел. Годовой заработок их — до 350 тыс. руб. Кустари изготовляют из золота, серебра, меди разные мелкие изделия: крестики, кольца, цепочки, браслеты и т. п. Большинство кустарей получает материал от промышленников. Существует потоварное разделение производства. Большею частью работают по старым рисункам, из года в год повторяемым. Иногда скупщики дают модель для подражания (без права пользоваться ею иначе как для давшего ее). Ювелирный промысел существует еще в Лаишевском у. Казанской губ.

V. Промыслы по обработке животных веществ. Кожевенный промысел весьма распространен в Р. как в виде самостоятельного промысла, так и в связи с шорным, сапожным и т. п. промыслами. Во многих местностях он еще сохраняет кустарный характер, в других замечается переход к производству капиталистическому, с наемными рабочими. Наиболее развит он в губерниях Нижегородской, Казанской, Вятской, Московской, Черниговской, Полтавской, Харьковской и Курской. Губернии эти представляют как бы три отдельных района кожевенного промысла, отличающихся и техникой, и способами закупки сырья и сбыта изделий, и степенью капитализации промысла. Общее для всех районов — то, что вообще кустари не бросают земледелия. В Нижегородской губ. кожевенное кустарное дело местами приняло вид мелкой заводской промышленности. Хотя машины почти не встречаются, но уже имеется много довольно значительных заводов с наемными рабочими. Самостоятельным кустарям оставлено производство низших сортов товара для местного потребления. Нижегородские кустари выделывают главным образом сборный товар (кожи собак, свиней, козлов, выростки, опойку, конину), идущий на приготовление дешевой обуви, на хомутины, седелки, стельки и т. д. Мелкие кожевники занимаются еще земледелием; крупные или избавились от наделов, или же сделались владельцами больших участков земли. Техника мелких кустарей первобытная, у более крупных — значительно выше. Особенно славятся нижегородские кожевники выделкою дубленых овчин. В Южном районе — губерниях Малороссийских и Курской — мелкий кожевенный промысел держится крепко. Крупных заводов здесь меньше, и они готовят тот же товар, что и кустари. Кожевники Московского района благодаря близости Москвы, обеспечивающей и лучший сбыт, и приобретение сырья, поставлены в лучшие условия. Здесь кустари готовят и юфть, и опоечно-лакированные изделия, и белый и крашеный опоек. Скорняжный промысел также имеет весьма большое распространение в России. Важнейшие районы его — губ. Владимирская, Нижегородская и Вятская. Благодаря особенностям техники промысел этот и расширяясь в крупное предприятие не теряет кустарного характера. Скорняжный промысел можно разделить на овчинный и выделку зверьковых шкур (беличьих, заячьих, кошачьих и друг. дешевых мехов). Большая часть кустарей изготовляет простые сорта товара; высшие сорта (каракуль, мерлушка, зверьковые меха) сбываются и за границу (в неотделанном виде). Изделия наших скорняков при отличной дубке и мягкости выделанных кож не отличаются хорошей окраской волоса вследствие грубых приемов окраски и плохих красящих материалов. Большая часть наших зверьковых шкур скупается на Нижегородской ярмарке заграничными торговцами за бесценок (по 6—7 коп. заячья шкура) и перекрашивается за границей. Сапожный промысел распространен во многих местностях империи. Главное средоточие его — Тверская губ.; затем идут губ. Вятская, Курская, Нижегородская, Пермская, Черниговская, Полтавская, Московская и др. Центр сапожного производства в Тверской губернии — село Кимры, с его районом (7 волостей Корчевского уезда), в котором насчитывают более 10 тыс. сапожников-кустарей. Производительность этого района определяют в 1½ милл. пар обуви в год, на 3,7 милл. рублей. Из этой суммы до 1,4 милл. руб. идет на вознаграждение рабочих, до 1,5 — на материалы; до 800 тысяч — барыш скупщиков и вообще посредников между кустарями и потребителями. Вся лучшая и ценная обувь изготовляется в крупных мастерских. В Вятской губ. насчитывается более 8000 сапожников-кустарей. Главный их центр — Сарапул. Общее производство вятских сапожников-кустарей оценивается в 4 милл. рублей, из которых на долю кустарей остается до 800 тыс. р. В Курской губ. центром промысла является Новооскольский уезд. Шьют до 1 милл. пар сапог в год (простые крестьянские) на 2 милл. рублей. В Нижегородской губ. главный центр сапожного дела — слобода Выезды Арзамасского уезда; более 700 дворов кустарей занимаются изготовлением крестьянских сапог, башмаков, черевичков и т. д. В Пермской губ. насчитывают до 3000 кустарей-сапожников. Шорное дело развито в губ. Нижегородской, Пермской и Вятской, особенно в Горбатовском у. Нижегородской губ., в селе Богородском. Здесь имеется 80 шорных заведений, в которых работает более 400 человек. Приготовляют они ремни, уздечки, шлеи, гужи и притом белую сбрую (некрашеную), общую сумму производства оценивают в 360 тыс. рублей. Производство роговых изделий встречается в губерниях Вятской, Вологодской, Московской и Полтавской. В Кадниковском у. Вологодской губ. с. Устье составляет главный центр промысла. Здесь занимаются изготовлением изделий из черепахи и рога более 500 чел. с заработком до 50000 руб. Сбываются изделия в магазины столиц; появились они и на ярмарках в Нижнем, Казани, Харькове, куда доставляются скупщиками, от которых кустари получают материал — черепаху и рог. В Московской губ. считают более 1000 кустарей, изготовляющих в год изделий (преимущественно гребенки) на 400 тыс. руб. В Московской, отчасти и в Рязанской губ. кустари изготовляют и роговые пуговицы, гладкие и фасонные.

Щеточный промысел. Главный и едва ли не единственный центр этого производства — Московская губ. (уу. Подольский, Клинский и Звенигородский). Кустарей-щеточников более 800 человек. В Клинском у. специально зубные щеточки изготовляют до 150 кустарей. В производстве господствует разделение труда: пильщики готовят колодки, вертельщики делают дыры для насаживания пучков щетины или травы, кустарники формуют щетки и т. д. Ведется дело и с наемными рабочими. По разным селам распределено производство разных видов щеточного товара.

VI. Смешанные производства. Производство игрушек распространено главным образом в Московской губ., гораздо менее — во Владимирской, Нижегородской и немногих других. Главный центр производства в Московском районе — Сергиевский Посад с его слободами и 5 селениями уезда. Здесь насчитывается до 2 тысяч кустарей-игрушечников, изготовляющих товара на 500 т. руб. В других уездах Московской губ. не более 200 кустарей, с производством игрушек на 30 тыс. руб. в год. В Дмитровском уезде выделываются игрушки разного рода, в других уездах Московской губ. кустари занимаются изготовлением почти исключительно токарных игрушек. В группе деревень близ самого города Дмитрова производятся металлические игрушки.

Производство сельскохозяйственных машин и орудий встречается в губерниях Рязанской, Тульской, Вятской, Пермской, Московской, Смоленской и немногих других. Один из крупнейших центров этого производства — Сапожковский у. Рязанской губ. Здесь имеется до 80 мастерских, изготовляющих до 800 машин и орудий в год на 80—90 тыс. р. Кустари готовят молотилки, приводы, веялки, просорушки, шерсточесалки и пр. Главный предмет производства — молотилки с приводами двух типов: для дешевых лесной материал берется какой попадется — старые ящики, старые доски от построек и т. д. Железа по дороговизне стараются избегать, а потому стенки делаются без прочной связи, барабан — из плохой березы и т. п. Цена колеблется в зависимости не только от качества работы, но и от степени нужды кустаря: при плохом урожае машина продается и в убыток. Молотилки подороже — от 150 до 300 р. — делаются лучше; валы круглые с точеными шейками, круги в барабане чугунные, с обшивкою из прочного дерева, зубья или штифты более прочные и т. д. Сбываются машины на месте или высылаются по заказам. Довольно значительно производство земледельческих орудий и машин и в Смоленской губ. Смоленские кустари изготовляют до 20000 плугов в год. Изготовление веялок-сортировок и молотилок здесь мало развито. В Вятской губ., особенно в Елабужском у., выделываются кустарями веялки-сортировки, молотилки, улучшенные сабаны, косули, сохи. Более всего работают малые веялки, сабаны и косули, сильно распространяющиеся в крестьянском хозяйстве. Развивается производство веялок, сортировок, отчасти молотилок и сельскохозяйственных орудий и в Пермской губ. Здесь в последнее время кустари стали изготовлять и куколеотборники, и подвижные зерносушилки, и другие довольно сложные машины.

Производство музыкальных инструментов распространено в губерниях Тульской, Вятской, Московской, Новгородской и Нижегородской, особенно в Тульской. Здесь гармонным промыслом занято до 10 тыс. чел. с производством на 700 тыс. руб. В Вятской губ. выделкою гармоний занимается около 800 кустарей; некоторые, кроме того, выделывают здесь фисгармонии, концертино и др. инструменты. В Московской губ. кустари занимаются изготовлением гитар, балалаек и скрипок. Главную роль играет производство гармоний. Тульские кустари и большинстве не умеют играть и потому не могут оценить качество своих инструментов. Немудрено, что большая часть их изделий — плохого качества. Кроме того, они вполне зависят от лиц, которым сбывают выделанные части гармоний; заработок их ничтожен. Кустари вятские более самостоятельны и зажиточны: выработка инструмента сосредоточена в одной семье. Правительственная помощь кустарной промышленности — дело сравнительно недавнее (см. Кустарная промышленность). С 1888 г. заведование кустарными промыслами возложено на министерство государственных имуществ. Меры, принимаемые министерством земледелия и госуд. имуществ для поощрения кустарной промышленности и ее усовершенствования, имеют двоякое направление: 1) улучшение техники производств и 2) улучшение экономических условий кустарей. К мерам первой категории относится устройство кустарных музеев, образцовых мастерских и школ, выставок кустарных произведений, распространение среди кустарей улучшенных моделей и рисунков изделий и необходимых для них руководств. К мерам второй категории относятся заботы об организации кредита кустарям, содействия сбыту их произведений и снабжение их на льготных условиях надлежащим материалом для их изделий. Кустарных музеев и складов имеется уже несколько; главные из них — в СПб., Москве и Вятке. Меньших размеров земские кустарные склады имеются в Рязани, Вологде, Нижнем Новгороде, Пензе, Риге, Харькове. Образцовые кустарные мастерские содержатся частью правительством, частью земствами. Из учреждений кустарного кредита выдается пермский кустарный банк губ. земства. Для облегчения сбыта кустарных изделий министерство земледелия берет на себя, через своих агентов, поставку кустарных изделий для морского и военного ведомств. Законом 26 февр. 1896 г. разрешена выдача крестьянам, в том числе и кустарям, леса из казенных лесных дач без торгов и залогов, даже отдельными деревами, с рассрочкою платежей на 12 месяцев.

Главным учреждением, в котором сосредоточены дела о промышленности и торговле Р. служит, в м-ве финансов, д-т торговли и мануфактур, который ведает фабрично-заводскою промышленностью, внутреннею и внешнею торговлею (кроме взимания таможенных сборов), торговым мореходством, коммерческим и промышленным образованием, выдачей привилегии на открытия и изобретения, клеймением золотых и серебряных изделий, а также мер и весов и т. п. При нем состоят, между прочим, следующие совещательные учреждения: совет торговли и мануфактур с отделением в Москве, мануфактурный комитет в Варшаве, комитеты торговли и мануфактур (в Архангельске, Белостоке, Иванове-Вознесенске, Киеве, Лодзи, Одессе, Ржеве, Ростове-на-Дону, Таганроге и Тифлисе), совет по делам торгового мореплавания, совет и комитет по учебным делам, комитет по техническим делам, главное присутствие по фабричным делам и биржевые комитеты.

Источники: «Производительные силы Р.» (под редакцией В. И. Ковалевского, СПб., 1896); «Историко-статистический обзор промышленности Р.» (под ред. Д. А. Тимирязева и В. И. Ковалевского); Д. И. Менделеев, «Толковый тариф»; «Отчеты департамента неокладных сборов и главного управления неокладных сборов и казенной продажи вина» (за разные годы); В. И. Покровский, «К вопросу об устойчивости активного баланса русской внешней торговли»; его же, «Внешняя торговля России в 1894 г.» (СПб., 1896); «Государственная внешняя торговля Р.»; «Виды внешней торговли»; «Обзор внешней торговли Р.»; «Военно-статистический сборник» (т. IV); Семенов, «Изучение исторических сведений о российской внешней торговле» (СПб., 1859); Небольсин, «Статистические записки о внешней торговле России» (СПб., 1835); его же, «Статистическое обозрение внешней торговли России» (СПб., 1850); «Ежегодник министерства финансов»; А. Гурьев, «Реформа денежного обращения» (СПб., 1896); «Отчеты Горного департамента и Горного ученого комитета»; М. Туган-Барановский, «Русская фабрика в прошлом и настоящем» (СПб., 1898); М. Кошкаров, «Денежное обращение в России» (СПб., 1898); В. И. Касперов, «Цены на пшеницу на современном международном рынке» (СПб., 1895); Ст. Гулишамбаров, «Нефтяная промышленность Соединенных Штатов»; его же, "Всемирная торговля в XIX в. и участие в ней Р. (СПб., 1898); его же, «Историко-статистический обзор торговли и промышленности Р.» (СПб., 1899); его же, «Международная торговля птицей и птичьими продуктами» (СПб., 1899); «Торгово-промышленная Р.» (под ред. А. Блау); Статистические сборники министерства путей сообщения; «Сводная статистика перевозок по русским железным дорогам» (изд. дпт. железнодорожных дел М-ва фин.). Издания д-та торговли и мануфактур: «Фабрично-заводская торговля и промышленность Р.» (второе изд., СПб. 1896), «Свод товарных цен», «Свод данных о торговых сборах Р.», «Статистические результаты раскладочного и процентного сборов», «Свод данных о фабрично-заводской промышленности России», «Отчет экспертной комиссии Всероссийской выставки 1896 г. в Нижнем Новгороде», «Русский торговый флот», «Исторический обзор правительственных мероприятий для развития русского торгового мореходства», «Исторический обзор торговли и промыслов в России», «Вестник финансов», «Торгово-промышленная газета» и др.

д) Внутренняя торговля Р. вследствие многочисленности предметов обмена и разнообразия его форм чрезвычайно трудно поддается даже приблизительному учету. Ежегодная производительность народного труда в Р. в области сельскохозяйственной, горнозаводской и фабричной промышленности и др. источников благосостояния населения определяется в сумме около 8 миллиардов руб. Масса произведений, конечно, остается для местного потребления и не обращается в торговле, но и та ее часть, которая получает дальнейшее движение, весьма велика и проходит через много рук как объект купли-продажи для 130 милл. населения, разбросанного на громадном пространстве. Главным предметом обмена являются сырые и полуобработанные продукты земледелия, скотоводства и горного промысла, направляющиеся к промышленным центрам, откуда в свою очередь выходят готовые изделия, расходящиеся по множеству потребительных центров. Связующим звеном между производителями и потребителями является ряд посредников, принимающих на себя, с одной стороны, собирание мелкими партиями естественных произведений земли и народного труда, с другой — распределение переработанных продуктов и готовых изделий среди массы единичных потребителей. Наиболее древнею и развитою формою общения этого рода в Р. является, с одной стороны, прасольство, с другой — офенство. Прасол собирает товар непосредственно от первых производителей, по мелочам, и направляет их в определенные торговые или сортировочные пункты, откуда однородный товар массами идет в более крупные распределительные центры. Офеня — странствующий торговец, развозящий повсюду мелочной товар, тогда как прасол — тоже странствующий торговец, но более занятый скупкою. И тот, и другой далеко не всегда, впрочем, придерживаются такого разделения занятий. Сообразно с местными условиями обе формы торговли принимают самые разнообразные оттенки, давая занятия обширному классу посредников между крестьянином и купцом. В торговых центрах формируется класс купцов по различным специальностям, ведущих торговлю оптом или в розницу, товарами внутреннего или иностранного происхождения. Как велико число торгующих в Р. или число торговых предприятий и производимых ими оборотов — можно судить по данным о торговых сборах. В московский период торговцы и промышленники облагались наравне с земледельцами одинаковой податью, которая хотя и обособилась впоследствии, но продолжала оставаться налогом, взимаемым со всего имущества торговцев и промышленников. Петру I не удалось ввести задуманный им промысловый налог: установленные им купеческие гильдии были лишь полицейско-государственным институтом. Финансовое значение гильдии получают при Екатерине II, когда взамен подушной подати и других сборов с купцов вводится специально промысловый налог — гильдейская подать в размере 1 % с объявляемых по совести капиталов. Купечество при этом было разделено на три гильдии, от записи в которые было поставлено в зависимость право на производство той или иной торговли. Гильдейская подать легла в основание всей дальнейшей системы торгово-промышленного обложения в Р. Изданным в 1825 г. «дополнительным постановлением об устройстве гильдий и о торговле прочих состояний» гильдейская подать вместо процентного сбора с прибыли обращена в неизменный оклад, взимаемый за свидетельство на право торговли. С введением этих свидетельств, а также билетного сбора с излишнего против положенного числа лавок, наше торгово-промышленное обложение принимает форму патентной системы, основывающейся на внешних признаках. Система эта вместе с сословным характером обложения перешла затем и в Положение о пошлинах за право торговли и промыслов, изданное в 1865 г. и остававшееся до самого последнего времени основным законом об обложении торговли и промыслов в Р. Налог по этому положению взимался путем выборки документов на право торговли и промыслов, при чем принимались в соображение разнообразные внешние признаки податной силы плательщиков — характер торговли, местонахождение заведения, число рабочих и др. С выборкой тех или иных документов связывались различные торговые права; сословные права предоставлялись лишь гильдейскими или купеческими свидетельствами. Чем крупнее было предприятие, тем оно, говоря вообще, несло сравнительно меньший налог. Вследствие этого наш промысловый налог далеко не давал казне того, что можно было бы от него ожидать при значительном росте у нас торговли и промышленности. В 1885 г. система эта подверглась существенному изменению введением дополнительного процентного и раскладочного сборов. Первому из них, взимавшемуся до 1892 г. в размере 3, а потом 5 %, подлежали все акционерные общества, кредитные учреждения и паевые товарищества, обязанные по закону публиковать свои отчеты, а второму — все остальные гильдейские предприятия. С 1889 г. обложение раскладочным сбором распространено на большинство негильдейских предприятий. Исключение в этом отношении составляли фабрично-заводские предприятия по производству предметов, обложенных акцизом, но с 1893 г. и они подчинены общему положению. Этими изменениями внесено в систему нашего промыслового обложения начало подоходного налога. Полное несоответствие положения 1865 г. с новым законом, в свою очередь несвободным от многих недостатков, побудило правительство предпринять пересмотр всей системы промыслового обложения, результатом чего явилось положение о государственном промысловом налоге, действующее с 1 января 1899 г. Новый промысловый налог в отличие от прежних торговых сборов за право торговли и промыслов является налогом имущественным и, как таковой, взимается с каждого торгового и промышленного предприятия, сколько бы их ни было у одного лица; кроме того, он облагает и известные роды личных промысловых занятий. В законе точно указаны те предприятия, которые не подлежат платежу этого налога. Все не освобожденные по закону предприятия уплачивают основной налог и дополнительный. Основной налог взимается по патентной системе, путем выборки промысловых свидетельств, для чего все предприятия разделены на три группы: торговые, промышленные и личные промысловые занятия. Предприятия каждой из этих групп распределены затем по видам (напр. в группе торговых предприятий — торговля, скупка, кредитные установления и т. п.; в группе промышленных — фабрики бумагопрядильные, заводы химические, мукомольные мельницы и т. д.). Предприятия каждой из этих видовых групп разделены сообразно с их размером и силой по внешним признакам на разряды. Для торговых предприятий таких разрядов установлено 5, для промышленных — 8. Внешние признаки, по которым распределяются предприятия по разрядам, разнообразны, так как для каждого предприятия брались те, которые лучше всего характеризуют его размер и силу (напр. число рабочих, количество произведенных продуктов, род торга, размер оборота и т. п. . Для каждого разряда торговых и промышленных предприятий и личных промысловых занятий установлен особый оклад основного промыслового налога, соответствующий цене промыслового свидетельства. Оклады эти остаются неизменными во всей Р. для первого разряда торговых предприятий и для первых пяти промышленных. Для остальных разрядов цена свидетельств варьирует в зависимости от четырех классов местностей, на которые разделена империя. Деление это предпринято ввиду неодинакового развития в разных местностях торговли и промыслов. Кроме промысловых свидетельств на предприятия, владельцы их обязаны выбирать свидетельства на каждое складочное помещение, содержимое сверх того числа, которое по закону остается свободным от обложения. От главного основания принятой системы обложения, по которому каждое предприятие подлежит платежу налога, закон в некоторых случаях делает отступления. Так, для промышленных предприятий в известных случаях допускается бесплатно производство оптовой и розничной торговли; затем закон предоставляет владельцам торговых и промышленных предприятий право производить поставки и брать подряды на изделия и товары без выборки ими особых промысловых свидетельств. Особые оклады налога установлены для торговых предприятий на ярмарках, продолжающихся более 14 дней; оклады эти, различные для оптовой и розничной торговли, изменяются по трем классам ярмарок. Существенным коррективом к основному налогу является дополнительный, поставленный с ним в тесную связь. Налог этот установлен в разных видах для предприятий, обязанных публичной отчетностью о своих операциях, и для всех прочих. Предприятия, обязанные публичной отчетностью, уплачивают дополнительный налог в виде налога с капитала и процентного сбора с прибыли. Налог с капитала взимается в размере 15 коп. с каждых 100 руб. основного капитала, причем в счет этого налога засчитывается сумма основного промыслового налога, внесенная предприятием по всем принадлежащим ему заведениям и складочным помещениям. Процентный сбор с прибыли взимается с излишка чистой прибыли предприятия, превышающего 3 % на основной капитал; предприятия с прибылью в 3 % совершенно освобождаются от платежа этого сбора. Прибыль от 3 до 10 % облагается прогрессивным налогом (от 3 до 6 %); с суммы же, превышающей 10 % чистой прибыли, взимается пропорциональный налог в размере 5 %. С предприятий, не обязанных публичной отчетностью, за исключением торговых 3 и 4 разряда и промышленных 7 и 8 разряда, пароходных предприятий с общею площадью нагрева паровых котлов не более 300 кв. фт., а также предприятий с прибылью ниже известного минимума (от 100 до 300 руб. по классам местностей) дополнительный налог взимается в виде раскладочного сбора и процентного сбора с прибыли. Этому же налогу подлежат и некоторые личные промысловые занятия. Общая сумма раскладочного сбора по империи, назначаемая в законодательном порядке на три года, распределяется по губерниям, а затем между податными участками или отдельными отраслями торговли и промышленности. Между плательщиками раскладочный сбор распределяется следующим образом. Учреждения, заведующие раскладкой этого сбора, — раскладочные присутствия — определяют нормальный процент прибыльности с оборота для каждой группы торговых и промышленных предприятий. Группы эти также устанавливаются присутствием. Затем на основании проверенных присутствием заявлений плательщиков об оборотах по каждому заведению или промыслу и установленной нормальной прибыльности известных предприятий вычисляется прибыль заведения или промысла, подлежащая обложению раскладочным сбором. Пропорционально вычисленным таким образом прибылям назначенная на участок сумма раскладочного сбора распределяется между всеми плательщиками. Закон предоставляет плательщикам право подавать возражения на обложение раскладочным сбором, для чего, однако, необходимо согласие плательщика на просмотр его кассовых и товарных книг и журналов председателем раскладочного присутствия. Плательщик раскладочного сбора может перейти для уплаты дополнительного налога в отдел подотчетных предприятий, если согласится выполнить требования, предъявляемые к последним, т. е. объявить сумму основного капитала, публиковать отчеты, завести бухгалтерию и пр. Сверх раскладочного сбора не обязанные отчетностью предприятия, за исключением некоторых, указанных в законе, подлежат платежу процентного сбора с прибыли. Сбор этот в размере 1 руб. с каждых тридцати рублей прибыли взимается лишь с той части исчисленной для обложения раскладочным сбором прибыли, которая превышает увеличенный в тридцать раз оклад основного промыслового налога, уплаченного за данное предприятие или личное промысловое занятие. Перестроив заново всю систему нашего промыслового обложения и совершенно устранив из нее сословное начало, Положение не коснулось, однако, сословных прав купцов: высочайше утвержденным 8 июня 1898 г. мнением Государственного совета установлено, что купцом первой гильдии становится тот, кто, имея промысловое свидетельство на торговое предприятие 1-го разряда, или на промышленные предприятия одного из первых трех разрядов, или на пароходные предприятия, за содержание которых уплачено в год основного налога более 500 руб., выберет еще сословное купеческое свидетельство стоимостью в 50 руб. Купеческое свидетельство 2-й гильдии разрешается выбирать владельцам торговых предприятий 2-го разряда, промышленных — 4-го или 5-го разряда, а также владельцам пароходных предприятий, за содержание которых уплачено в год основного налога от 50 до 500 руб. Участие земств и городов в обложении торговли и промыслов оставлено Положением на прежних основаниях: обращаемые в земские и городские доходы, а также на губернские земские повинности сборы с цены торговых документов взимаются в размере не свыше 15 % с промысловых свидетельств на торговые предприятия 1 и 2 разряда, промышленные первых пяти разрядов и пароходные, и в размере не свыше 10 % — с цены всех прочих промысловых свидетельств. Высочайше утвержденным 8 июня 1898 г. мнением Госуд. совета установлено в отличие от прежнего порядка, что городские сборы взимаются только с тех промысловых свидетельств, которые выбраны на предприятия, находящиеся в пределах городских поселений; земскими же сборами или сбором на губернские земские повинности облагаются промысловые свидетельства на предприятия, находящиеся как в пределах городских поселений, так и вне их, в уезде. Вместе с земскими и городскими сборами при выборке промысловых свидетельств взимаются также и сборы на местные надобности, касающиеся всего торгово-промышленного класса, как, напр., содержание коммерческих судов, коммерческих училищ и т. п.

Насколько упомянутые законодательные мероприятия повлияли на доходность за право торговли и промыслов, видно из нижеследующей таблицы сборов по этой статье с 1812 по 1898 г. включительно:

Последние сведения о распределении этих сборов по главнейшим статьям с указанием числа выбранных документов и рода предприятий, а также их торговых оборотов и приблизительной прибыльности, относятся к 1897 г. и представляют дело в следующем виде. Смотря по размерам и характеру торговли, выбираются разные документы: А — для крупных предприятий (документы первой гильдии), Б — для средних предприятий (документы второй гильдии), В — для мелких предприятий и Г — для приказчиков.

Установление процентного и раскладочного сборов в значительной мере урегулировало распределение рассматриваемого налога. Отношение между этими двумя статьями видно из следующей сводной таблицы (по фискальным периодам — с 1 ноября по 30 октября):

Дополнительные сборы последнего отчетного года между отдельными плательщиками распределились следующим образом: процентный сбор в размере 8794 тыс. руб. уплатили 1286 плательщиков, гильдейский раскладочный сбор в размере 5633 тыс. руб. — 114351 плательщик; с 3821 плательщика по предприятиям, подлежащим акцизному сбору, поступило 700 тыс. руб., с 380454 плательщиков негильдейских предприятий — 1218 тыс. руб. Распределение общего документного и дополнительного сборов, поступивших в 1897 фискальном году, по главнейшим частям империи представляется в следующем виде (в тыс. руб.):

При распределении всех торговых сборов по отдельным губерниям оказывается, что две столичные губернии несут четвертую часть всего налога, распределяя ее почти поровну между собою; затем следуют губ. Киевская, Варшавская и Херсонская, на которые он ложится в размере 3—4 %, Лифляндская и Пермская губ. — от 2 до 3 %, а все остальные платят менее 2 %. Распределение документного сбора по родам предприятий в 1897 г. представляется в следующем виде: 1 гильдия — 4927 тыс. руб., 2 гильдия — 12105 тыс. руб., мелочной торг — 6713 тыс. руб., промысловые свидетельства — 839 тыс. руб., приказчичьи свидетельства — 3140 тыс. руб., свидетельства на развозный торг — 259 тыс. руб., свидетельства на разносный торг — 101 тыс. руб., ярмарочные сборы — 337 тыс. руб., разного рода взыскания — 1123 тыс. руб. Что касается распределения дополнительных торговых сборов по предприятиям, то следует заметить, что процентному сбору подлежат акционерные, паевые, кредитные и т. п. торгово-промышленные предприятия, уплачивающие гильдейские пошлины и обязанные печатать отчеты о своих операциях; он взимается с чистой прибыли. Раскладочным сбором сначала (в 1885 г.) были обложены только гильдейские предприятия, но впоследствии он был распространен, хотя не повсеместно, и на предприятия негильдейские и обложенные акцизом. Общее число предприятий, подлежащих процентному сбору, со времени его введения колебалось в следующих пределах:

Не все, однако, эти предприятия участвовали в платеже процентного сбора, так как последний по существу своему распространяется только на прибыльные предприятия. Если исключить из приведенных цифр число бездоходных или освобожденных по какой-либо другой причине предприятий, то прибыльность оставшихся представится в следующем виде:

Общая прибыль за первый и последний годы рассматриваемого периода по главнейшим группам торговых и промышленных предприятий распределялась следующим образом (в тыс. руб.).

Взимание раскладочного сбора дает возможность составить себе некоторое, конечно, лишь приблизительное представление об оборотах подлежащих ему предприятий.

I. Гильдейские

II. Негильдейские

Наибольшая часть раскладочного сбора, как и документного, падает на столичные губернии: Московская губ. уплатила 19 %, С.-Петербургская — 18½, Херсонская — 11 %, Варшавская — 10 %, Петроковская — 4,8 % и пр. Таковы общие размеры оборотов внутренней торговли, насколько этот сложный вопрос может быть освещен данными о торговых сборах. Действительные ее обороты должны быть гораздо больше, так как многие ее стороны вовсе не поддаются никакому учету.

В развитии торговли и промышленности имеет весьма большое значение образование союзов, или товариществ, из отдельных предпринимателей для совместной торгово-промышленной деятельности. Из трех главных форм предпринимательских союзов — полного товарищества, коммандитного общ. и акционерного общества — в настоящее время наиболее распространенною формою является последняя. Первое акционерное общество — Российско-Американская компания — было учреждено в Р. ровно сто лет тому назад — в 1799 г.; затем в продолжение последующих 37 лет образовалось еще 9 других, действовавших на особых основаниях, и только в 1836 г. было издано первое положение о компаниях на акциях. Число ежегодно учреждаемых акционерных товариществ за последнее полустолетие обыкновенно не превышало 30—40, но за последние пять лет в этом отношении проявляется замечательное оживление: в 1893 г. утверждено 56 уставов разных обществ с капиталом в 63 милл. руб., в 1895 г. — 90 с капиталом 116 милл. руб., 1896 — 139 с капиталом 191 милл. руб., в 1897 г. — 151 с капиталом в 232 милл. и в 1898 г. — 151 с капиталом 244 милл. руб. Увеличивается не только число товариществ, но в еще большей мере возрастает капитал, вносимый ими в торгово-промышленные предприятия. К началу 1898 г. акционерных обществ считалось в Р. 1146 с капиталом в 2061 милл. р., в том числе основным в размере 1806 милл. руб. и запасным — 255 милл. руб. Из общего числа предприятий этого рода иностранных считается 115 с капиталом в 337 милл. руб.; 208 обществ, или 17,9 %, занимаются торговыми операциями (почти три четверти их относятся к кредитным, транспортным и страховым) и 938, или 82,1 %, — промышленными предприятиями, в том числе 219 занято обработкой питательных продуктов, 219 — обработкой волокнистых веществ, 134 — горными промыслами, 109 — обработкой металлов. В 1898 г. допущены к операциям в Р. 23 иностранных анонимных компании с основным капиталом в 96 милл. руб.

Ярмарки и так назыв. торжки являются в Р. наиболее древней формой общения продавцов и покупателей; прежде они приурочивались обыкновенно к местам временного скопления массы народа, преимущественно на богомольях и во время храмовых праздников. Сюда привозили с собою собственные произведения и обменивались ими с другими, так как местный сбыт всегда имел ограниченные размеры. Торговля в таких местах имела преимущественно меновой характер: каждый посетитель ярмарки или торжка одновременно был и продавцом, и покупателем; он или обменивал свои произведения на другие, или, продав их за наличные деньги, спешил приобрести на эту сумму необходимые ему товары. С течением времени вследствие неудовлетворительности путей сообщения и разобщенности населенных пунктов некоторые ярмарки приняли характер важных торговых центров, куда к определенному сроку свозились из разных мест, иногда очень отдаленных, даже из чужих стран (напр. из Персии и Бухары — на Макарьевскую ярмарку) весьма разнохарактерные товары, оттуда перераспределявшиеся в другие места. Товаром запасались обыкновенно от ярмарки до ярмарки, и к этому же времени приурочивались расчеты торговцев между собою. Наиболее крупные размеры в силу исторически сложившихся обстоятельств приняли в Р. две ярмарки — Макарьевская, переименованная впоследствии в Нижегородскую, и Ирбитская. Первая из них ведет свое начало с XVI в. и благодаря счастливому географическому положению вскоре приобрела всероссийскую известность и стала производить громадные обороты, особенно после перенесения ее в Нижний Новгород (1817). Наибольшего размера обороты Нижегородской ярмарки достигли в 1881 г. — 246 милл. руб. по привозу товаров и 243 милл. руб. по продаже их. По мере улучшения водных и сухопутных сообщений, а главное — развития рельсовой сети, кредитных и транспортных учреждений и пр. — ярмарочная торговля стала терять свое значение, так как нет необходимости запасаться товаром на целый год, когда его можно получать по мере надобности во всякое время; нет также необходимости лично ездить на ярмарку для производства расчета и выбора товара, когда это можно сделать через банки, по образцам и т. п. Успех новых учреждений подорвал значение ярмарок, которые, впрочем, пока все еще продолжают делать значительные обороты. Размеры Нижегородской и Ирбитской ярмарок с 1840 г. по привозу и продаже товаров представлены в нижеследующей таблице (в тыс. руб.):

Всех ярмарок насчитывается по переписи 1894 г. 16604. в 6830 пунктах (в Европ. Р. — 14048, Привислянском крае — 1877, на Кавказе — 143, Сибири — 447, в среднеазиатских владениях — 89). По продолжительности торговли ярмарки подразделяются следующим образом:

По размерам торговых оборотов, по привозу и продаже товаров ярмарки, о которых имеются соответствующие статистич. сведения, распределяются таким образом:

Судя по приведенным данным, крупная торговля происходит лишь на 22 ярмарках, тогда как на 6045 обороты не превышают 1 тыс. руб. и на 5601 — 5 тыс. руб. В общем итоге 70 % всех ярмарок в Р. производят торговлю на сумму не свыше 5 тыс. руб. Зарегистрованные 16 тыс. ярмарок по отдельным районам распределяются следующим образом:

Если из оборотов ярмарок Центрального, или Московского, района исключить обороты Нижегородской, а из оборотов Восточного района — обороты Ирбитской ярмарки, так как эти две ярмарки стоят особняком, то можно заметить, что в районах с развитою рельсовою сетью или водяными сообщениями и развитою промышленностью ярмарочная торговля выражается в наиболее слабой форме, а на С., В. и Ю. ярмарки все еще продолжают сохранять свой первобытный характер.

Для облегчения сношений торговцев и посредников между собою в крупных торговых центрах учреждаются биржи для покупки и продажи товаров или фондов. Первая попытка учреждения в Р. биржи по немецкому образцу принадлежит Петру I, но она не имела успеха, и русские купцы долго не могли привыкнуть к биржевым операциям. Медленное развитие биржевой торговли в Р. находится в непосредственной связи с ярмарочным торгом — с одной стороны, и с распределением народонаселения — с другой. Крупных населенных пунктов, ведущих торговлю внешнюю или внутреннюю в больших размерах, весьма немного; большинство из них теперь уже имеет биржи европейского образца. Кроме обеих столиц, биржи учреждены еще в следующих городах: в Кременчуге (1832), Рыбинске (1842), Одессе (1848, нов. уст. 1890), Иркутске (1864), Киеве (1865), Туле (1866), Риге (1866), Казани (1866), Ростове-на-Дону (1867), Харькове (1868), Самаре (1869), Ревеле и Варшаве (1872), Пернове (1874), Орле (1877), Либаве и Нижнем Новгороде (1880), Николаеве (1885), Баку (1886), Ельце и Таганроге (1888), Лодзи (1898). Независимо от общих бирж в некоторых городах для потребностей местных рынков устроены еще специальные биржи, напр. хлебные в С.-Петербурге (1895), Москве (1896) и Воронеже (1897). Значение биржи далеко не вполне усвоено нашим торговым классом; по настоящее время даже там, где имеются биржи, масса сделок совершается вне их стен, где-нибудь в трактире и пр.

К мерам для упорядочения торговли должно быть отнесено также издание положения 4 июня 1899 г. о мерах и весах, которое введется с 1 января 1900 г. Центральным учреждением для поверки мер и весов служит главная палата в С.-Петербурге, а в других городах будут открыты подчиненные ей местные палатки; она имеет точно выверенные прототипы основных российских мер с указанием их соотношения с метрическими мерами (см. Метрология). Употребление метрической системы мер допускается лишь по взаимному соглашению и не имеет обязательного характера.

Колебание товарных цен имеет весьма большое значение в экономической жизни страны. Оно вызывается не только местными условиями, но при существующем ныне тесном общении в области товарообмена Р. с другими государствами — и общим состоянием всемирного рынка. По сведениям департамента торговли и мануфактур, цены на 58 наиболее ходовых товаров, обращающихся во внутренней и внешней торговле за текущее десятилетие (1891—1898), по сравнению с средними ценами 1890 г., принятыми за единицу, поднялись в общем на 1/2 %. Наибольшее вздорожание — на 9 % — замечается на масличных продуктах, преимущественно на конопляном и льняном семенах, а также маслах из них; вздорожание замечается, хотя и в меньшей мере, также и на животных продуктах в общем на 6 %; в наиболее интенсивной форме оно проявилось в 1893 г., но затем до 1897 г. следовало понижение, а в 1898 г. вновь произошло повышение. В хлебных ценах, несмотря на необычайное поднятие их в 1891 и 1892 гг., в общем не произошло заметного изменения вследствие падения их в 1895 и 1896 гг. Наиболее значительным колебаниям подверглись цены на рожь, которые в 1891 г. поднялись на 60 % против цен предшествующего года. Понижение замечается в ценах на просо, ячмень, кукурузу и горох. Цены на прядильные материалы в общем также мало изменились: лен и пенька значительно возросли в цене в 1894 г., но затем вновь пошли на убыль, хотя и не одинаково: на лен в 1898 г. они на 5 % ниже цен 1890 г., а на пеньку — на 15 % выше цен 1890 г. Цена на хлопок в общем показывает стремление к понижению; цены на шерсть и шелк — также. Группа ископаемых продуктов в колебаниях цен показывает стремление к понижению, особенно каменный уголь и чугун — почти на 10 %; сильное вздорожание замечается относительно сырой нефти, но на готовых продуктах, напр. на керосине, оно отразилось слабо. Москательные товары в общем подешевели на 3 %, а группа колониальных осталась без изменения; по отдельным товарам понижение цен замечается для сахара, риса, пряностей и фруктов; чай поднялся в цене на 3 %. Колебание цен на 58 товаров по отдельным годам в сравнении с 1890 г. представляется в следующем виде:

Для пшеницы и ржи, как главных предметов торговли, можно привести сведения за более продолжительное время: с 1843 по 1899 г. в Одессе на пшеницу и рожь и в Риге — только на рожь. В начале указанного периода пшеница в Одессе стоила 48 коп. пуд; в первом же десятилетии она поднялась до 54,8 коп., а в последнем десятилетии дошла до 85,4 коп., т. е. поднялась на 56 %; там же цена на рожь поднялась с 35,8 коп. пуд в первом десятилетии до 65,1 коп. в последнем (1889—1899), т. е. на 80 %; в Риге цена на рожь в те же периоды поднялась с 54,7 коп. до 75,5 коп., т. е. на 38 %. Без сомнения, в данном случае большое влияние имело колебание курса серебряного рубля, но если и это принять во внимание, то все-таки в результате окажется стремление к повышению, а не к понижению, между тем как в других странах замечается обратное явление: в первом и последнем десятилетии полувекового периода 1849—1898 г. в Англии цена на пшеницу понизилась с 150 коп. зол. до 69 коп. за пуд, а в Кенигсберге — с 104 до 75 коп. зол. за пуд.

Для обмена произведениями добывающей и обрабатывающей промышленности до начала второй половины текущего столетия Р. пользовалась исключительно водяными путями и грунтовыми и шоссейными дорогами (о движении грузов по различным дорогам см. Пути сообщения). Какое место занимают в нашей торговле те или другие товары, можно судить, между прочим, из данных о движении грузов; так, прежде главными предметами перевозки служили хлеб, каменный уголь, лесные материалы, а впоследствии к ним присоединились еще нефтяные продукты; в настоящее время в совокупности они составляют около половины всей перевозки железных дорог (в 1890 г. — 58 %, в 1897 — 54,8). Соотношение между перевозками хлебов, лесных материалов и пр., а также каменного угля и нефти, особенно характерно выражается в период времени с 1890 по 1897 г.: в начале периода перевозка хлебов (пшеницы, ржи, ячменя и овса) составляла 16,7 %, а в конце 14,1 %; лесные материалы и дрова в начале составляли 14,9 %, а в конце — 12,4 %; участие каменного угля в процентном отношении не изменилось — 16,5 %, участие же нефти и керосина возросло с 5,9 % в 1890 до 7,6 % в 1897 г. Если из нефтяных продуктов выделить керосин и смазочные масла, то почти все остальные продукты идут на отопление, и перевозка их в 1897 г. составила 4,1 % всей перевозки, тогда как перевозка дров составила тогда же 5,2 % против 7,3 % в 1890 г. Из четырех главнейших хлебов первое место занимает пшеница (60 милл. пд. в 1880 т., 164 пд. в 1897 г.); наоборот, перевозка ржи по жел. дор. в общем мало изменилась (в 1880 т. 61,8 милл., к 1888 г. она возросла до 91,8 милл., а потом опять понизилась и в 1897 г. составила 60 милл.). Перевозка овса возросла за то же время с 57 милл. до 88 милл. пд., перевозка ячменя — с 14 милл. до 37 милл. пд. Перевозка водою имеет меньше значения: четырех главных хлебов перевезено 172 милл. пд., в том числе пшеницы 80 милл., ржи — 47 милл. пд., что в общем итоге составляет около 11 % всей перевозки по водяным сообщениям. Перевозка хлебных грузов приняла в Р. четыре главных направления: Беломорское, Балтийское, Западно-сухопутное и Черноморско-Азовское. Первое из них имеет значение лишь относительно отпуска овса; второе направление имело преобладающее значение для пшеницы до развития рельсовой сети благодаря связи СПб. порта с хлебородным бассейном Волги. Сооружение железных дорог, примыкающих к другим балтийским портам, а также к западно-сухопутной границе, в значительной мере отвлекло хлебные грузы от С.-Петербурга в пользу упомянутого направления. Дальнейшее развитие сети и приспособление Новороссийского порта к экспорту хлебов оживило и четвертое направление их, к югу. Отпуск хлебов за границу в 1897 г., в количестве 489 милл. пд., шел из Р. главным образом через следующие пункты: С.-Петербург — 49 милл., или 10 %, Ревель — 17,5 милл., Рига — 12,6, Либава — 24 милл., Граево — 12 милл., Млава — 6 милл., Александровск — 7 милл., Сосновицы — 5,8 милл., Одесса — 98 милл., Николаев — 70 милл., Феодосия — 12 милл., Геническ — 9 милл., Бердянск — 10 милл., Мариуполь — 12 милл., Таганрог — 16,8 милл., Ростов — 41 милл., Новороссийск — 13 милл. пд. Таким образом, новое направление нашего хлебного отпуска через азовско-черноморские порты ныне занимает господствующее положение, давая выход почти 40 % вывоза. Для упорядочения хлебной торговли в последнее время принимается ряд мер относительно очистки и сортировки зерна, а также и других сторон этого сложного дела. В этом отношении особенного внимания заслуживает распространение в Р. элеваторов и зернохранилищ при них, а также выдача ссуд под хлеб, поступивший в зернохранилища. Элеваторы, сослужившие американцам хорошую службу в борьбе их на всемирном хлебном рынке с другими поставщиками, берут на себя перевозку и хранение зерна и, ведя дело в больших размерах, значительно сокращают накладные расходы при переходе товара из рук в руки или с одного пути на другой; они ставят производителя хлеба в непосредственные сношения с потребительными рынками, что при расширении района сбыта позволяет больше выручать за товар и в то же время избавиться от массы посредников по продаже и покупке хлеба. Почин в этом деле принадлежит земству; первый элеватор с зерноподъемными механизмами, связанный с зернохранилищем вместимостью в 400 тыс. пд., был построен в Ельце в конце 1887 г. на средства местного уездного земства. Почти одновременно с этим на частные средства Борейши и Максимовича сооружен второй элеватор в С.-Петербурге. Положение 30 марта 1888 г. о товарных складах и закон 14 июня того же года, устанавливающий основания для учреждения и эксплуатации элеваторов и зернохранилищ, содействовали улучшению условий хлебной торговли. Государственному банку было предоставлено производить временно, при посредстве железных дорог, выдачу ссуд под залог хлебных грузов; затем и железным дорогам было предоставлено выдавать такие же ссуды из своих эксплуатационных средств или при помощи частных банков. На этом основании многие железные дороги получили право производить как складочные, так и ссудные и комиссионные операции. К 1 января 1898 г. всех элеваторов с механическими двигателями насчитывалось в Р. 79, вместимостью в 20 милл. пд.; кроме того имелись еще 223 зернохранилища без механических двигателей, вместимостью в 15 милл. пд. Наиболее значительный элеватор, на 3 милл. пд., принадлежит Владикавказской ж. д. и находится в Новороссийске, где кроме того имеется еще зернохранилище на 7 милл. пд. Рязанско-Уральская дорога имеет в своем распоряжении элеваторов и зернохранилищ на 12702 тыс. пд. Обороты хлеба во всех элеваторах за последнее пятилетие возросли с 17135 тыс. пд. в 1893 г. до 58821 тыс. пд. в 1897 г. Всего железными дорогами выдано ссуд под хлеб: в 1895 г. — 13307 тыс. руб., в 1896 г. — 16653 тыс. руб., в 1897 г. — 22731 тыс. руб.

Каменный уголь распределяется во внутреннем обращении из четырех указанных выше районов его добычи и кроме того из привоза заграничного угля, преимущественно к балтийским портам. Главными поставщиками и потребителями этого товара служат следующие пункты отправления и назначения (в милл. пуд.):

Привозный уголь расходится почти исключительно в портах и ближайших к западно-сухопутной границе пунктах; уголь Привислянского района потребляется почти исключительно там же; Уральский и Подмосковный районы также принимают слабое участие в снабжении других районов, так как не могут удовлетворить потребности своих районов. Только донецкий уголь получает широкое распространение. В 1898 г. из этого бассейна вывезено 316 милл. пд., в том числе для металлургических заводов — 95 милл., для промышленных предприятий — 82 милл. пд., для жел. дорог — 78 милл. пуд., для Мариупольского порта — 27 милл. пд., для сахарных заводов — 17 милл. пд., для пароходов 9 милл. пд.

Лесные строительные материалы и дрова составляют предмет обширной внутренней торговли. Собираются они преимущественно в восточных, северных и западных районах и распределяются по обширному пространству, так как лесопроизводительных мест гораздо меньше, чем лесопотребительных. Дрова и лесной материал широко пользуются услугами водяного и железнодорожного сообщения. По железным дорогам перевозка этих товаров за последние 18 лет представляется в следующем виде (милл. пд.):

В движении дров не видно особенного оживления, так как они именно за этот период потеряли обширный рынок — пароходство Волжского и Каспийского бассейнов, которое перешли на нефтяное топливо. Что же касается перевозки лесных строительных материалов, то она постоянно и сильно возрастает. Дров перевезено в 1891 г. водою — 230 милл., 1892 — 204 милл., 1893 — 202 милл., 1894 — 237 милл., 1895 — 234 милл., 1896 — 238 милл. В перевозке лесных материалов также не замечается оживления; в последние годы она определяется приблизительно в полмиллиарда пудов.

Яичная торговля в Р. в последнее время принимает весьма большие размеры благодаря быстро увеличивающемуся спросу из-за границы на русские яйца. Товар этот собирается теперь в самых отдаленных районах среди крестьянского населения путем обмена у разносчиков на разный мелочной товар. При таком способе собирания яиц об однородности их не может быть речи. Счет ведется поштучно, а не по весу, вследствие чего в одной цене сходят как мелкие, так и крупные яйца. Деревенские разносчики сбывают свой товар скупщикам, имеющим определенное местопребывание в крупных населенных пунктах, получивших название «пристаней», хотя бы они отстояли на сотни верст от действительной пристани. Здесь происходит первая грубая сортировка, и отсюда яйца направляются либо в главные экспортные пункты, либо на большие внутренние рынки, где и происходит окончательная сортировка. Лучшие яйца — так называемый «хлебный» товар — собираются весною. По железным дорогам в 1890 г. перевезено яиц 3859 тыс. пд., 1894 г. — 4580 тыс. пд., в 1897 г. — 8042 тыс. пд. Главными пунктами отправления в последнем отчетном году были: Казань —511 тыс. пд., Нижний — 452 тыс., Сагуны — 230 тыс., Белгород — 226 тыс., Козлов — 247 тыс. пд.; главными пунктами прибытия — Рига, получившая 2427 тыс. пд., С.-Петербург — 1902 тыс., Волочиск — 1109 тыс., Либава — 454 тыс., Москва — 452 тыс. пд.

Поваренная соль хотя имеет весьма широкое распространение, но расходится такими мелкими партиями, что не всегда удобно проследить за нею до окончательного места назначения. На железнодорожную сеть она попадает в количестве 65—70 милл. пд. (в 1897 г. — 69031 тыс. пд.), а на систему внутренних водяных сообщений — около половины этого количества. Наиболее отдаленную перевозку совершает донецкая соль (в 1897 г. 19321 тыс. пд. сделали 15 миллиардов пудоверст); крымская в количестве 13392 тыс. пд. сделала 6 миллиардов пудоверст, тогда как астраханская — 16395 тыс. пд. — дала их менее 2 миллиардов. Дело в том, что последняя пробегает короткое расстояние Баскунчакской дороги и затем идет водою.

Кожи невыделанные дают железным дорогам около 4½ милл. пд. груза (в 1897 г. — 4654 тыс. пд.), причем главнейшими пунктами отправления служат несколько портов (СПб. — 175 тыс. пд. и Рига — 109 тыс. пд.). в том числе иностранный — Данциг, 232 тыс. пд.; из внутренних пунктов отправления наиболее важными являются: Москва — 194 тыс., Нижний — 150 тыс., Тюмень — 134 тыс., Оренбург — 134 тыс., Петропавловск — 84 тыс., Тура — 80 тыс. пд. и др. В поставке этого товара на внутренние рынки в настоящее время, как видно из приведенных цифр, Сибирь принимает весьма живое участие. Направляется этот товар преимущественно в Варшаву — 329 тыс. пд. (в 1897 г.), Ригу — 186 тыс., Сморгонь — 140 тыс., Вильну — 139 тыс., Белосток — 126 тыс., СПб. — 120 тыс., Москву — 108 тыс. пд.

Льняное волокно перерабатывается преимущественно на месте производства, и на жел. дороги попадает лишь в количестве около одной трети: в 1897 всего перевезено 14117 тыс. пд., в том числе главными отправными пунктами служили Остров — 1105 тыс. пд., Ржев — 1007 тыс., Бежецк — 839 тыс., Витебск — 679 тыс., Сычевка — 574 тыс., Псков — 563 тыс., Рыбинск — 531 тыс. пд. а пунктами назначения: Рига — 3191 тыс. пд. (для экспорта), Ревель — 2338 тыс., Кенигсберг — 1476 тыс., СПб. — 1340 тыс., Либава — 911 тыс. пд.

Пенька в количественном отношении дает еще большую работу жел. дор.; в последнее время этого товара перевозится от 5 до 6 милл. пд.; в 1897 г. количество это достигло 5075 тыс. пд., в том числе отправлено: из Карачева — 723 тыс., Орда — 462 тыс., Ржева — 233 тыс., Рославля — 205 тыс. пд. и др. в следующие главные места назначения: Кенигсберг — 1609 тыс., Ригу — 514 тыс., СПб. — 390 тыс. пд., т. е. главным образом для экспорта. На внутренних рынках пенька не имеет широкого распространения.

Во внутренней торговле обращается еще масса других товаров, полный перечень которых занял бы слишком много места. Впрочем, о некоторых из них упомянуто выше, в обзоре промышленности, о некоторых же других будет упомянуто далее, при характеристике внешней торговли России.

Источники: «Производительные силы Р.» (под редакцией В. И. Ковалевского, СПб., 1896); «Историко-статистический обзор промышленности Р.» (под ред. Д. А. Тимирязева и В. И. Ковалевского); Д. И. Менделеев, «Толковый тариф»; «Отчеты департамента неокладных сборов и главного управления неокладных сборов и казенной продажи вина» (за разные годы); В. И. Покровский, «К вопросу об устойчивости активного баланса русской внешней торговли»; его же, «Внешняя торговля России в 1894 г.» (СПб., 1896); «Государственная внешняя торговля Р.»; «Виды внешней торговли»; «Обзор внешней торговли Р.»; «Военно-статистический сборник» (т. IV); Семенов, «Изучение исторических сведений о российской внешней торговле» (СПб., 1859); Небольсин, «Статистические записки о внешней торговле России» (СПб., 1835); его же, «Статистическое обозрение внешней торговли России» (СПб., 1850); «Ежегодник министерства финансов»; А. Гурьев, «Реформа денежного обращения» (СПб., 1896); «Отчеты Горного департамента и Горного ученого комитета»; М. Туган-Барановский, «Русская фабрика в прошлом и настоящем» (СПб., 1898); М. Кошкаров, «Денежное обращение в России» (СПб., 1898); В. И. Касперов, «Цены на пшеницу на современном международном рынке» (СПб., 1895); Ст. Гулишамбаров, «Нефтяная промышленность Соединенных Штатов»; его же, "Всемирная торговля в XIX в. и участие в ней Р. (СПб., 1898); его же, «Историко-статистический обзор торговли и промышленности Р.» (СПб., 1899); его же, «Международная торговля птицей и птичьими продуктами» (СПб., 1899); «Торгово-промышленная Р.» (под ред. А. Блау); Статистические сборники министерства путей сообщения; «Сводная статистика перевозок по русским железным дорогам» (изд. дпт. железнодорожных дел М-ва фин.). Издания д-та торговли и мануфактур: «Фабрично-заводская торговля и промышленность Р.» (второе изд., СПб. 1896), «Свод товарных цен», «Свод данных о торговых сборах Р.», «Статистические результаты раскладочного и процентного сборов», «Свод данных о фабрично-заводской промышленности России», «Отчет экспертной комиссии Всероссийской выставки 1896 г. в Нижнем Новгороде», «Русский торговый флот», «Исторический обзор правительственных мероприятий для развития русского торгового мореходства», «Исторический обзор торговли и промыслов в России», «Вестник финансов», «Торгово-промышленная газета» и др.

е) Внешняя торговля. С преобразованием высших государственных учреждений, предпринятым по вступлении на престол Александра I, связано публикование первых отчетов по внешней торговле Р. В предисловии к первому труду по этому предмету, относящемуся к торговым сношениям Р. за 1802 г., министр гр. Н. Румянцев говорил, между прочим, следующее: «неприметно из дел, чтобы соображения по торговым балансам были употребительны в Р. Все сведения по сему предмету ограничивались глухим числом привоза и отпуска товаров и количеством пошлин, которые более всего внимания привлекали. К тому же и самые сведения сии посвящались какой-то тайне, а там, где они существовали и хранились, не будучи разделены особыми статьями, мешали, есть ли смею сказать, основательным заключениям. Ныне государь повелевает довести до сведения целого государства всю систему общей нашей торговли». Таким образом, первые правильные сведения о нашей внешней торговле с указанием количества товаров, а иногда и стоимости, но без подразделения их по странам назначения и происхождения, относятся к 1802 г. Затем такие же отчеты стали регулярно появляться ежегодно, кроме четырех лет (1808, 1809, 1810 и 1811), и постоянно пополняться новыми и разнообразными сведениями. Это дает возможность представить почти полную картину развития оборотов нашей внешней торговли за текущее столетие; но при этом необходимо оговорить, что вследствие колебания курса нашей денежной единицы данные о ценности привоза и вывоза не будут отвечать действительности без соответствующих поправок по реальной стоимости рубля. На этом основании в нижеприведенной таблице слева показаны стоимость ввоза и вывоза до 1840 г. в ассигнационных рублях, с 1840 до 1897 г. — в серебряных, а с этого времени — в золотых (1/15 империала) рублях; параллельно с этим справа та же стоимость за все время с 1802 по 1898 г. включительно показана в рублях в 1/10 империала. То и другое движение представлено также на диаграмме XII: основной серебряный фон ее соответствует оборотам в серебряной валюте, сероватый — ассигнационной, а золотистое наслоение на них показывает соответствующие размеры оборотов золотыми рублями в 1/10 империала. Коэффициенты для перевода одной валюты в другую, т. е. курсы кредитного рубля в золотой валюте и золотого рубля в кредитной представлены справа на той же диаграмме.

Из таблицы видно, что вывоз чаще превышает ввоз, причем в зависимости от курса годы с превышением вывоза в кредитной и золотой валюте не совпадают. Так, напр., при счете на кредитные рубли привоз показывает превышение лишь в 1826, 1848—49, 1851, 1854—55, 1863, 1867—69, 1872—76 и 1880—81 гг., при счете же на золотые рубли превышение привоза замечается: в 1821, 1826, 1848—49, 1851, 1854—55, 1867—69, 1872—76 и 1880—81 гг. С 1882 г. отношение между привозом и вывозом установилось более постоянное: с тех пор все время превышает вывоз, даже и в наименее счастливые для нас годы общих и частных неурожаев и других народных бедствий. Для первого (1802) отчетного года отношение между привозом и вывозом было 47 к 53, для последнего (1898) — 46 к 54. В товарном обмене за это время произошла весьма существенная перемена: товары, стоявшие прежде на первом плане, отступили на задний, а некоторые даже потеряли всякое значение; зато появились новые, которых вовсе не знала торговля прежнего времени, напр. металлические суда, кокс, нефть, керосин, каучук. В 1802 г. между предметами нашего отпуска на первом месте стояло сало, которого вывезено на 9664 тыс. р. асс.; второе место занимала пенька, на 9346 тыс. р., третье — лен, на 5773 тыс., четвертое — рожь, на 5604 тыс. р., пятое — железо, на 4618 тыс. р. и, наконец, пшенице принадлежало только шестое место, на 4056 тыс. р. Между предметами привоза в том же 1802 г. на первом месте стоят хлопчатобумажные изделия — на 7383 тыс. р.; второе место занимают шерстяные изделия, на 7310 тыс. р., третье — сахарный песок, на 5218 тыс. р., четвертое — виноградные вина, на 2739 тыс. р., дальше идут шелк — на 2609 тыс. р., чай — на 1877 тыс. р., соль — на 1672 тыс. р. и т. д. Главный предмет тогдашнего отпуска — сало — сделался ныне предметом привоза; равным образом, и главный предмет привоза — бумажные изделия — сделались предметом отпуска; из предметов отпуска пшеница перешла с шестого места на первое, а железо вовсе исчезло. Из предметов привоза вовсе почти исчезли сахар и соль, виноградные вина отодвинулись далеко на задний план и пр., а первое место заняли хлопок-сырец, чай, машины, металлы. В ряду отпускных товаров видное место занимают ныне и другие хлеба (кроме пшеницы), лесные материалы, яйца, семена растений, нефтяные продукты.

Если сопоставить ввоз и вывоз по главнейшим группам товаров, то характер происшедшего за последние 70 лет (с 1825—30 по 1898 г.) изменения представится в следующем виде: в начале периода сырые и полуобработанные продукты в привозе составляли 38,45 %, а к концу поднялись до 54 %, т. е. увеличились почти в полтора раза; привоз жизненных припасов сократился почти вдвое — с 37,7 % до 17,5 %; привоз готовых изделий возрос с 22 до 28 %. В движении предметов отпуска замечается обратное явление: вывоз сырых и полуобработанных продуктов сокращается с 68,7 % в начале указанного периода до 35,4 % — в конце; зато отпуск жизненных припасов возрастает с 18 до 58 %, т. е. увеличивается с лишком втрое; втрое сокращается отпуск готовых изделий — с 12 % до 4 %. К четвертой группе товаров отнесены живые животные; как и прежде, эта группа не имеет большого значения, но в общем замечается уменьшение привоза (с 1,44 до 0,6 %) и увеличение отпуска (с 1,18 до 2,3 %).

В движении товаров по главнейшим государственным границам — европейской и азиатской — за рассматриваемый период произошла следующая перемена: в трехлетие 1802—1804 гг. вывозилось в среднем на 51577 тыс. руб., в том числе по азиатской границе — 10 %; привозилось тогда же в среднем на 34116 тыс. руб., в том числе по азиатской границе — 17 %. В трехлетие 1895—97 гг. в среднем вывозилось по всем границам на 701426 тыс. руб., в том числе по азиатской — 73713 тыс. руб., т. е. 101/2 %; привозилось за то же трехлетие в среднем на 562773 тыс. руб., в том числе по азиатской границе — 62219 тыс. руб., или 11 %. Из этого ясно, что участие Азии в процентном отношении по вывозу товаров из Р. почти не изменилось, по привозу же в Р. сократилось: многие товары, получавшиеся прежде из Бухары или Персии, стали приготовляться в самой Р. или получаться из Европы и Америки, напр. хлопок.

В распределении торговли по сухопутной и морской границам замечается усиление движения по сухопутной границе благодаря развитию сети железных дорог, примыкающих к западно-сухопутной границе; значение морского пути и по ввозу, и по вывозу ослабевает. Из отдельных морей Белое постепенно теряет значение; ослабляется и участие Балтийского моря благодаря необычайному оживлению торговли в Черном и Азовском морях. Из государств наиболее живое участие в нашей внешней торговле принимают Германия, Великобритания и Франция; в последнее время оживляется участие Голландии, Бельгии и Соед. Штатов. Первые три страны как прежде, так и теперь участвуют в нашей торговле в размере около 60 %. В продолжение первых 70 лет текущего столетия, до объединения Германии, господствующее положение в нашей внешней торговле занимала Великобритания, но с упомянутого времени она мало-помалу уступает свое место Германии; Франция же все время остается на третьем месте. Ввиду выдающегося значения этих государств, а также Австро-Венгрии, Голландии и Финляндии в нашем товарообмене полезно привести наряду с нашими сведениями и данные иностранной официальной статистики о привозе и вывозе товаров из Р. и в Р. Из Великобритании в период 1829—33 гг. ввозилось к нам в среднем на сумму 23931 тыс. руб., а отправлялось туда на 29751 тыс. руб.; спустя 20 лет, в период 1851—54 гг., привозилось к нам на 26373 тыс. руб., а отпускалось на 49315 тыс. руб. Позднейшие сведения по этому же предмету представлены в нижеследующей таблице, из которой видно, что за 70 лет, с 1829 по 1898 г., как ввоз английских товаров в Р., так и вывоз русских товаров в Англию возрос впятеро.

Судя по нашим сведениям, отправка в Англию за рассмотренный период несколько сокращается, тогда как, по английским сведениям, получение из Р. растет. В предметах нашего ввоза из Англии замечается усиление, тогда как английские сведения показывают ослабление. Главным предметом отпуска с нашей стороны являются хлеба, лен, пенька, яйца, со стороны Англии — машины, металлы, каменный уголь, хлопок. Последний товар, впрочем, пользуется Англией лишь как транзитным путем. Наиболее крупными предметами нашей отправки в Великобританию по отчету 1897 г. являются хлеба — на 72683 тыс. руб. (в том числе пшеницы на 41 милл. руб.), яйца — 5445 тыс. руб., лесные материалы — 21948 тыс. руб., семена — 12053 тыс. руб., жмыхи масличные — 2498 тыс. руб., лен — 15645 тыс. руб., нефтяные продукты — 2807 тыс. руб. В вывозе 1898 г. наиболее выдаются: хлеба — 64993 тыс. руб., лес — 20676 тыс. руб., лен — 15243 тыс. руб., нефтяные продукты — 4307 тыс. руб., яйца — 7776 тыс. руб. Из английских товаров наибольшее значение имеют для нас: чай — на 6079 тыс. руб., сало — 3659 тыс. руб., каменный уголь и кокс — 9771 тыс. руб., каучук — 4905 тыс. руб., металлы не в деле — 16641 тыс. руб., машины — 14807 тыс. руб., суда — 6375 тыс. руб., шерсть пряденая — 5676 тыс. руб. В привозе 1898 г. наиболее выдаются: машины на 25731 тыс. р., шерсть чесаная — 6108 тыс. руб., пряжа бумажная — 2129 тыс. руб., железные и стальные изделия — 2398 тыс. руб.

Торговля с Германией, по немецким и нашим источникам, представляется в следующем виде:

По нашим сведениям, получение из Германии не показывает стремления к увеличению, тогда как по немецким отпуск Германии в Р. увеличился слишком в полтора раза. Отпуск наш в Германию растет весьма сильно. Наиболее крупным его предметом служит хлеб: в 1897 г. — на 54369 тыс. руб., а в 1898 г. — 63030 тыс. р.; второе место занимает лен — 13945 тыс. руб. (в 1898 г.), затем идут лесной товар — 22920 тыс. руб., яйца — 10372 тыс. руб., пенька — 7945 тыс. р., птица живая — 5451 тыс. р., кожи — 4162 тыс., щетина — 4053 тыс., семя льняное и рапсовое — 3280 тыс. руб. В привозе из Германии главное место занимают машины — 36206 тыс. руб., шерсть пряденая — 10560 тыс. р., шерсть непряденая — 6525 тыс., железные и чугунные изделия — 7049 тыс. руб.

Русско-французские торговые сношения за последние 70 лет значительно оживились: в период 1829—33 г. ввоз из Франции составлял в среднем 3348 тыс. руб. сер., вывоз из Р. во Францию — 2881 тыс., т. е. мы больше получали оттуда, чем сами отправляли туда. Ныне мы отпускаем во Францию в 2½ раза больше, чем сами получаем оттуда, как это явствует из нижеприводимой таблицы:

Во Францию от нас идут преимущественно жизненные припасы (на 43790 тыс. руб., в 1898 г.) и сырые полуобработанные продукты (в 1898 г. — на 23648 тыс. руб.). Одних хлебов в 1897 г. отправлено туда на 38831 тыс. руб. (в том числе пшеницы на 31865 тыс. руб.), лесных материалов — на 3701 тыс. руб., семян — 2475 тыс., льна — 11523 тыс. руб. Франция поставляет нам более всего вин — на 5475 тыс. р., шелка — 2458 тыс., шерсти — 1654 тыс. руб.

Сношения наши с Австро-Венгрией показаны в следующей таблице:

В Австро-Венгрию мы посылаем почти вдвое больше, чем получаем оттуда; главными предметами нашего отпуска служат: хлеба — 14824 тыс. руб. (в 1897 г.), яйца — 7607 тыс. руб., нефтяные продукты — 1587 тыс. руб., лен — 4204 тыс. р., семена — 1332 тыс. р. Между предметами привоза видное место занимают: лесной товар — 1465 тыс. р., кокс — 1046 тыс., индиго — 1213 тыс., металлические изделия и машины — 2850 тыс. руб.

Русско-голландские торговые сношения в последнее время заметно оживляются, в особенности по экспорту русских произведений в Голландию, что видно из следующего сопоставления общих итогов по ввозу и вывозу:

За рассматриваемый период наш отпуск в Голландию увеличился в десять раз, тогда как в привозе из этой страны почти не произошло никакого изменения. Главным предметом вывоза служат хлеба — 66063 тыс. руб. (в 1897 г.); много вывозится также яиц — 825 тыс. руб., лесных материалов — 5595 тыс. руб., семян — 11733 тыс. руб. Прочие европейские государства не имеют для нас такого серьезного значения.

Финляндия, входя в состав Р., имеет свой особый таможенный тариф; торговые обороты с нею представляются в следующем виде:

Главным предметом нашего отпуска в Финляндию служат сырые и полуобработанные продукты и жизненные припасы: хлебов вывезено на 8967 т. р. (в 1897 г.). сахара на 3010 т. р., табаку — 1863 т. р., нефтяных продуктов — 1402 т. р., хлопчатобумажных изделий — 3884 т. р. Главные статьи привоза из Финляндии: лесной товар — 1947 тыс. р., металлов не в деле — 1122 тыс. р., древесно-бумажная масса — 1261 т. р., бумага — 3581 т. р.

Из азиатских государств наибольшее значение в русском товарообмене имеет Китай, с которым Р. ведет торговлю очень давно, но вследствие неудобств сухопутного сообщения наша торговля с этой страной никогда не могла принять больших размеров. Некоторый успех, замечаемый в этом отношении, особенно по привозу, за последнее время, объясняется установлением морского сообщения между китайскими и черноморскими портами. В 1802—1804 гг. в Китай вывозилось в среднем на 1457 т. р., а привозилось оттуда на 3353 тыс. руб.; в последнее трехлетие вывозилось в среднем на 5 милл. руб., привозилось на 40 милл. руб. Наиболее значительным предметом привоза из Китая служит чай — на 32 милл. руб. (в 1897 г.), шелк — 988 тыс. руб., шерсть — 607 тыс. р., бумажные изделия — 1702 тыс. р. и пр.

Торговля с Персией за текущее столетие возросла значительно: в 1802—1804 г. наш отпуск определялся в 96 тыс. руб., а ныне он доходит до 15 милл. руб.; привоз в первом случае составлял 708 тыс. руб., в последнем — 18 милл. руб. Главным предметом привоза служат: фрукты и овощи — 4542 тыс. р. (в 1897 г.), рис — 3365 тыс. руб., рыба — 844 тыс. р., хлопок — 3601 тыс. руб., шерсть — 544 тыс. руб., шелковые изделия — 714 тыс. руб., шерстяные изделия — 619 тыс. руб. Р. снабжает Персию преимущественно сахаром — на 7356 тыс. руб. (в 1897 г.), хлопчатобумажными изделиями — 4205 тыс. руб., греной (яички шелковичных червей) — 653 тыс. руб., металлами и металлическими изделиями — 771 тыс. руб., льняными и пеньковыми изделиями — 405 тыс. руб., стеклянными изделиями — 363 тыс. руб., нефтяными продуктами — 339 тыс. руб. Торговля с другими азиатскими странами, особенно с Японией и Индией, начинает оживляться только в последнее время. Среднеазиатские владения, с которыми прежде поддерживались торговые сношения, ныне большею частью входят в состав Р. и потому не упоминаются здесь особо; Афганистан является очень слабым участником в нашей торговле, как по ввозу — 2 милл. руб., так и по вывозу — 1/2 милл. руб. Участие прочих государств в нашей торговле и участие Р. в торговле важнейших государств за последний отчетный год представлено на диаграммах (XIII и XIV). Справа (XIII) показаны обороты Р. по ввозу и вывозу, с подразделением их по границам, по группам товаров и по государствам.

На той же диаграмме слева (XIV) показаны ввоз и вывоз за тот же 1897 г. для главнейших иностранных государств по официальным данным каждой страны, причем в каждом отдельном случае отмечено участие Р. как по ввозу, так и по вывозу, в том именно виде, в каком оно зарегистровано местной статистикой.

В дополнение к характеристике участия Р. в международном товарном обмене можно привести еще сведения о положении Р. на всемирном рынке, торговые обороты которого простираются до 33½ миллиардов руб. В ряду других государств Р. занимает здесь видное положение: первое место принадлежит Великобритании, обороты которой составляют около 20 % всех оборотов всемирного рынка; второе место принадлежит Германии, обороты которой достигают 11 %; третье место принадлежит Соединенным Штатам — 10 %, четвертое Франции — 8 %, пятое Голландии — 7 %, шестое Р. — 6 %; затем идут Австро-Венгрия — 5 %, Бельгия — 5 %, Индия Британская — 4 %, Италия — 3½ %, Бразилия — 3 %, Китай — 2½ % и пр. Хотя по общим своим оборотам Р. занимает шестое место на всемирном рынке, но в некоторых отраслях международного товарного обмена ей принадлежит господствующее положение, напр. по поставке льна, пеньки, масличных семян, масличных жмыхов, ячменя, гречихи, марганца, платины, лошадей, спирта, птицы, яиц.

Переходя к обзору отдельных главнейших предметов внешней торговли, прежде всего следует остановиться на хлебах как наиболее крупном предмете отпуска. Правда, не всегда они занимали первое место, что обусловливалось частью состоянием всемирного хлебного рынка и урожая в Р., частью политическими обстоятельствами или таможенно-тарифными соображениями; но в общей массе вывозимых из Р. товаров они являются наиболее важными. В группе хлебов наиболее выдаются четыре — пшеница, рожь, ячмень и овес; только в последнее время оживленное участие начинают принимать кукуруза и отруби. Данные по отпуску поименованных четырех товаров сгруппированы в нижеследующей таблице:

Колебания в отпуске четырех упомянутых хлебов представлены на диаграмме XV. 

Главными факторами, регулирующими отпуск упомянутых товаров, служат, без сомнения, урожай в Р. и состояние всемирного хлебного рынка. Пока в международном хлебном обмене участвовали лишь ближайшие страны, спрос и предложение не подвергались значительным колебаниям, но с облегчением перевозки хлебов на дальние расстояния, удешевлением фрахтов, заменою перевозки в мешках и кулях ссыпкой многие страны, имевшие возможность производить хлеб в избытке для снабжения других, стали принимать деятельное участие во всемирной хлебной торговле, и на потребительных рынках Европы появился хлеб преимущественно из Америки (Соединенные Штаты, Канада, Аргентина и др.). Спрос потребительных стран оказался меньше предложения производительных; с течением времени предложение стало еще более превышать спрос, и на всемирном хлебном рынке началось падение цен, что особенно резко стало обозначаться с 1880 г. (на диаграмме XV представлено колебание цен на пшеницу, ячмень и овес в Англии с 1800 по 1899 г.). Оно заметно отразилось и на внешней торговле Р., как видно из следующего сопоставления данных отпуска пшеницы и ржи по количеству и стоимости за последние 15 лет:

Для выяснения участия Р. в мировом производстве пяти главнейших хлебов можно привести следующие средние итоги за последнее пятилетие 1894—1898 гг.: пшеницы собиралось в главнейших странах Нового и Старого Света в среднем 4142 милл. пд., в том числе Р. дала 616 милл. пд., или 15 %; всемирный урожай ржи в том же пятилетии составил 2114 милл. пд., в том числе Р. дала 1167 милл.; урожай ячменя выразился в сумме 1176 милл. пд., в том числе в Р. — 344 милл.; мировое производство овса составило 2609 милл. пд., в том числе на долю Р. пришлось 611 милл.; урожай кукурузы достиг 3677 милл. пд., в том числе Р. дала 50 милл. пд.

В настоящее время пшеница составляет главный предмет отпуска Р. — от 1/3 до 1/2 чистого ее сбора; ее получается, смотря по урожаю, от 300 до 600 милл. пд. За последние 10 лет наиболее плохой урожай приходится на 1891 г. — 301 милл. пд. наилучший, в 1893 г. — 627 милл. пд. Данные за прежние годы относятся лишь к 50 и 64 губ. Европ. Р.; за последние два года имеются уже более полные сведения по 72 губ. (включая сибирские и среднеазиатские). В 1897 г. общий сбор пшеницы составил 565 милл. пд., а в 1898 г. — 763 милл. пд.; около 20 % оставляется на семена, а остальное составляет чистый сбор. За границу вывозится от 30 до 40 % чистого сбора пшеницы: в 1889 г. процента этот поднялся до 56, в 1891 г. спустился до 27. Главным потребителем русской пшеницы остается Великобритания, куда этого товара отправлено в 1887—1891 г. в среднем 72760 тыс. пд., в 1892—96 г. — 50418 тыс. пд., в 1897 г. — 45232 тыс. пд., в 1898 г. — 24647 тыс. пд. Столь резкое падение нашего отпуска в Великобританию обусловливается не только усиленной конкуренцией Соединенных Штатов, Британской Индии, Канады и Аргентины, но в некоторой мере и сокращением там спроса на этот товар: по местным сведениям, в 1896 г. ввезено в Англию 70 милл. центнеров пшеницы, в 1897 — 62740 тыс., в 1898 г. — 65228 тыс. центнеров. Русская пшеница находит выгодное помещение на голландском рынке, причем здесь даже замечается усиление спроса: в 1887—91 г. отправлялось туда в среднем по 12138 тыс. пд., в 1892—96 г. — по 19015 тыс. пд., в 1897 г. — 41996 тыс. пд., в 1898 г. — 27819 тыс. пд. Отпуск пшеницы в другие страны выразился в следующих цифрах:

Рожь является главным хлебом Р.; чистый сбор ее составляет обыкновенно около миллиарда пд. (в 1891 г. — только 569 милл.). В 1897 г. в 72 губерниях чистый сбор ржи достиг 812 милл. пд., в 1898 г. — 915 милл. пд. Этот хлеб остается преимущественно на местное потребление; за границу вывозится не более 10—12 % чистого сбора, главным образом в Германию, Голландию, Великобританию и Швецию с Норвегией:

Ячменя собирается в Р. обыкновенно около 300 милл. пд.; в 1889 г. цифра эта понизилась до 142 милл. пд., в 1893 г. поднялась до 396 милл. пд. В 1898 г. общий сбор ячменя в 72 губ. достиг 408 милл. пд. Из этого количества от 35 до 40 % вывозится за границу (на сумму около 45 милл. руб.):

Овес является также весьма значительным предметом отпуска: в 1892—96 г. в среднем вывозилось его на 38564 тыс. руб., в 1897 г. — на 26265 тыс. р. Собирается его около полумиллиарда пд.; в 1893 г. цифра эта поднялась до 826 милл. пд., а в 1898 г. в 72 губ. общий сбор достиг только 609 милл. пд. За границу вывозится его не более 10—15 %, преимущественно в Великобританию — 15411 тыс. пд. (в 1897 г.), Голландию — 11780, Германию — 9370, Бельгию — 2108, Францию — 2107 тыс. пд. и пр. Из прочих хлебов наибольшего внимания заслуживает кукуруза, которой собирается около 50 милл. пд. в год; в 1897 г. в 72 губ. общий сбор ее достиг 81 милл., а в 1898 г. — 74 милл. Вывозилось ее за границу: в 1892—96 г. в среднем 26865 тыс. пд. на 15461 тыс. руб., в 1897 г. — 21160 тыс. пд. на 10249 тыс. руб., в 1898 г. — 46313 тыс. пд. на 23440 тыс. руб., в том числе в Великобританию — 8906 тыс. пд., Германию — 2997 тыс. пд., Францию — 3876 тыс. пд., Австро-Венгрию — 9243 тыс. пд., Бельгию — 3038 тыс. пд. Картофель во внешней торговле пока принимает слабое участие (его вывозится в последнее время около 3 милл. пд. на сумму около 800 тыс. руб.), но весьма вероятно, что оно скоро оживится, судя по увеличению производства. В настоящее время картофеля получается в Р. около полутора миллиарда пд., причем значительная часть его идет на винокурение. К поименованным хлебам следует прибавить еще муку, крупу, отруби, о торговле которыми уже говорилось выше, при обзоре мукомольного производства. В общем итоге вывоз хлебов по стоимости составлял в 1887—91 г. в среднем 366809 тыс. руб., в 1892—96 г. понизился до 299928 тыс. руб., в 1897 г. вновь поднялся до 353876 тыс. руб., а в 1898 г. — до 370450 тыс. руб.

Из других предметов нашего отпуска наиболее важное значение имеют лес, лен, пенька, нефтяные продукты, а в последнее время — и яйца. Об отпуске четырех первых товаров уже говорилось выше, при описании их фабричной обработки. Отпуск яиц — дело сравнительно новое: еще в 1856 г. яиц было вывезено всего 417 тыс. шт., на 4 тыс. руб.; через 10 лет количество это возросло до 1150 тыс. шт., т. е. увеличилось слишком в два с половиной раза; затем отпуск яиц из Р. непрерывно и довольно быстро возрастает как по количеству, так и по стоимости:

Кроме яиц в скорлупе, вывозятся еще яичные белки и желтки: в 1887—91 г. этого товара вывозилось в среднем 72 тыс. пд. на 322 тыс. руб., в 1892—96 г. — 74 тыс. пд. на 362 тыс. руб., в 1897 г. — 91 тыс. пд. на 431 тыс. руб., в 1898 г. — 75 тыс. пд. на 361 тыс. руб. Наиболее значительными потребителями русских яиц являются Австро-Венгрия, Великобритания и Германия. Австро-Венгрия сама поставляет на всемирный рынок почти такое же количество яиц, как и Р.; если она нуждается еще в русских яйцах, то это объясняется тем, что из Р. идет дешевый яичный товар, которым удовлетворяется австрийский потребитель и освобождает тем свой, более ценный, вывозимый к требовательным потребителям — англичанам. По упомянутым важнейшим странам назначения экспорт русских яиц распределяется следующим образом:

В международном товарном обмене в последнее время яйца принимают весьма деятельное участие благодаря усовершенствованным фригориферам и рефрижераторам, позволяющим производить перевозку яиц на дальние расстояния. Кроме Р. главными поставщиками яиц на всемирный рынок были Австро-Венгрия — на 34679 тыс. руб., Италия — на 12194 тыс., Дания — на 6711 тыс., Франция — на 6585 тыс. руб. Щетина вывозилась из Р. еще в прошлом столетии и продолжает вывозиться и поныне, но теперь русская щетина встречает на всемирном рынке опасную конкуренцию со стороны китайской. В первое десятилетие текущего столетия щетины вывозилось из Р. в среднем до 41½ тыс. пд.; наибольшей величины вывоз ее достиг в 1889 г. — 169 тыс. пд., а в 1897 г. ее вывезено 157 тыс. пд. на 6974 тыс. руб. Наибольшее помещение русская щетина ныне находит на германском рынке — 71 %, британском — 17 % и австрийском — 12 %.

Предметы ввоза в Р. представляют больше разнообразия, чем предметы вывоза. Главнейшие из них (в 1897 г.): хлопок-сырец — на 70,9 милл. р., машины — 54 милл. р., чай — 42 милл. р., металлы, химические и фармацевтические материалы. Об участии некоторых товаров во внешней торговле Р. уже говорилось ранее, при обзоре соответствующих статей обрабатывающей промышленности; остается только отметить обороты торговли рыбой, чаем и кофе. Рыба, преимущественно сельдь, составляет весьма давний предмет ввоза: главные рыбоводные области Р. — устья Волги, Куры и Дона — отстоят слишком далеко от центра, столиц и западной окраины, и эти местности при затруднительности перевозки рыбного товара на дальние расстояния не всегда могли пользоваться отечественной рыбой. Привозимая морем рыба обходилась гораздо дешевле, и это положение в значительной мере сохранило свою силу и по настоящее время. В трехлетие 1802—1804 г. в среднем всякой рыбы ввозилось в год на сумму 510 тыс. руб.; через полвека, в 1851—1854 гг., цифра эта возросла до 2306 тыс., а ныне, спустя еще 45 лет, она достигла 11537 тыс. р. Колебания во ввозе всякой рыбы за последнее время и участие в этой торговле сельди (привозимой почти исключительно по европейской границе) видно из следующего сопоставления:

Торговля чаем начинается с установления торговых сношений Р. с Китаем в XVI в., но в очень скромных размерах — как вследствие дальнего пути (через Кяхту), так и по незнакомству народа с этим предметом, а также по недостатку и дороговизне сахара. В 1749 г. было привезено в Россию 90 пд. чая, на 4287 руб., а в 1898 г. получено 2992 тыс. пуд., на 41932 тыс. руб. Кофе появилось у нас гораздо раньше чая и поставлялось исключительно англичанами; потребление его росло гораздо медленнее, чем чая: в 1749 г. привезено кофе 4200 пд., на 71 тыс. руб., а в 1898 г. — 504 тыс. пд., на 6262 тыс. руб. Пока чай привозился только сухим путем, спрос на него возрастал сравнительно слабо, но с установлением морского сообщения, скорого и дешевого, значительно увеличилось потребление, несмотря даже на неоднократное повышение пошлин. В 1800 г. с байхового чая взималось от 5 до 10 р. ассигнациями с пуда, а с кирпичного — только 1 р. ассигнациями с пуда. Впоследствии байховые чаи облагаются неодинаково, смотря по качеству, а также смотря по направлению привоза. Сухопутная торговля чаем через Сибирь поощрялась настолько, что ввоз чаю по европейской границе нередко вовсе запрещался (напр. по тарифам 1850 и 1857 гг.). И поныне чаи всякие, без отношения к их качеству и стоимости, ввозимые по европейской границе, оплачиваются по 31 руб. 50 к. с пуда, тогда как чаи, привозимые по азиатской границе, платят: байховый — 19 р. 50 к., плиточный — 15 р., кирпичный — 3 р. 75 коп. Несмотря, однако, на такую существенную льготу в пользу чая, привозимого по азиатской границе, европейская торговля постоянно возрастает. По этому новому пути привозятся не только китайские чаи, но и японские, яванские, индийские, цейлонские и другие. В последнее время чай начинают успешно культивировать на Черноморском побережье Кавказа. В какой мере возрастал привоз чая и кофе в текущем столетии, видно из нижеследующей таблицы (см. также диаграмму XVI).

За рассмотренный период потребление чая увеличилось с лишком в 40 раз, потребление кофе — только в 7½ раза.

Торговое мореходство не имеет в Р. большого развития, несмотря на громадное протяжение морской границы. Большая часть морской границы по географическим и топографическим условиям неудобна для развития торгового мореходства. Вполне удобных для последней цели мест в Р. сравнительно немного, да и они не все еще принимают живое участие в торговле вследствие отвлечения грузов железными дорогами к сухопутным границам. По мере развития железнодорожной сети уменьшается (сравнительно) внешняя торговля через морские границы:

В начале рассматриваемого периода морская торговля составляла 72 %, сухопутная — 28 %, а в конце его на морскую приходится 65 %, на сухопутную — 35 %.

Судов заграничного плавания, без отношения к морям и флагам, в 1844 г. было 5843, в 1897 г. 11005; всего больше их было в 1879 г. — 16686. Несмотря на столь значительные колебания, в общем замечается сокращение числа судов, но при этом увеличивается средняя их вместимость, которая в 1844 г. составляла всего 1108 тыс. рег. тонн, а в 1897 г. — 9062 тыс. рег. тонн; в 1844 г. средняя вместимость судна определялась в 189 тонн, а в 1897 в 824, т. е. с лишком в четыре с половиной раза больше. Данные по этому предмету по отдельным морям представляются в след. виде:

На Белом море число судов увеличилось слабее емкости, средняя вместимость судна увеличилась почти втрое; на Балтийском она почти учетверилась, а на Черном и Азовском увеличилась еще более — с 254 тонн до 1100 тонн. В общем числе 11005 судов по приходу, находившихся в заграничном плавании во внешних морях в 1897 г., общею вместимостью в 9062 тыс. тонн, пароходов было 8736 (79 %) вместимостью в 8673 тыс. тонн (95 %). По сравнению данных 1887 и 1897 гг. оказывается, что число судов уменьшилось на 8 %, но вместимость их увеличилась на 37 %; число пароходов возросло с 7625 до 8736, число парусных судов сократилось с 4275 до 2269. В общем движении судов участие русского флага подвергается некоторому колебанию: в 1887 г. оно составляло 12,6 %, в 1892 г. — 15,3, в 1895 г. — 11,3, в 1898 г. — 14,5 %. По вместимости судов участие русского флага выражается еще слабее: в 1887 г. оно составляло 8½ %, потом понизилось до 7, а в 1898 г. поднялось до 14 %. Относительно распределения числа и вместимости судов с товарами и без них (по приходу) данные представляются в следующем виде: число судов с товарами возросло с 5361 в 1887 г. до 5764 в 1898 г., вместимость же их поднялась с 2746 тыс. до 4090 тыс. тонн. В 1898 г. из числа всех пришедших судов с товарами иностранных было 4505 с общею вместимостью в 3357 тыс. тонн. Отношение вместимости приходящих с товарами судов к общей вместимости всех судов колеблется около 41 %, тогда как для судов, отходящих с товарами, процент этот поднимается почти до 90. По отдельным морям участие русского флага в торговом мореплавании выражается неодинаково: в Белом море половина судов приходит под русским флагом, но по вместимости они составляют лишь 14½ %. В Балтийском море под русским флагом приходит всего по числу 13 %, а по вместимости — 8 %. В Черном и Азовском морях число русских судов в процентном отношении еще меньше — 9,6, но по вместимости больше — 11,5; цифры эти, относящиеся к 1898 г., за последнее десятилетие изменялись сравнительно слабо. В процентном отношении числа судов под флагами других национальностей первое место занимает британский флаг — 35 % (среднее за 1892—96 гг.); затем идут шведско-норвежский — 11,4, германский — 10,7, датский — 10, греческий — 7, турецкий — 5,7 %. По вместимости британскому флагу принадлежит 52,9 %, датскому — 8,4, германскому 7,8, шведско-норвежскому — 7, греческому — 5 %. По отдельным главнейшим портам вместимость судов по приходу распределяется следующим образом:

По вместимости приходящих судов Одесский порт занимает первое место, второе принадлежит С.-Петербургскому, затем следуют Рижский, Батумский и др.

В каботажном плавании движение судов заметно оживляется: в большом каботажном плавании в 1897 г. находились 130 судов общею вместимостью в 191682 тонн против 101 судна вместимостью в 137926 тонн в 1893 г. Наибольшее оживление замечается в движении из Черного моря в Тихоокеанские порты: общая вместимость возросла с 27882 тонн в 1887 г. до 78202 тонн в 1897 г. Из Черного моря в Балтийское увеличение составило 42111 тонн (против 31868). Балтийско-Беломорско-Мурманское сообщение пока не имеет большого промышленного значения. Установленный недавно возврат пошлины за проход судов под российским флагом через Суэцкий канал вероятно будет содействовать усилению движения в этом направлении, но пока этим пользуется только Добровольный флот, который получает из казны около полумиллиона руб. в возврат пошлины. Движение судов в русские порты Дуная (Рени, Измаил, Килия и Вилков) увеличилось в 1897 г. по численности до 222 пароходов против 153 в 1892 г., а по вместимости — до 62269 тонн против 27772; движение баржей также увеличилось, с 47 до 55. В малом каботажном плавании в 1897 г. находилось всех судов 46495 с общею вместимостью в 18416 тыс. тонн; в том числе на Белое море приходится 1027 судов вместимостью в 176 тыс. тонн, на Балтийское — 9255 судна вместимостью в 941 тыс. тонн, на Черное и Азовское — 36213 судна вместимостью в 17299 тыс. тонн. В общем числе судов пароходов было 29624 вместимостью 17360 тыс. тонн, парусных судов — 16871 вместимостью 1056 тыс. тонн. Большое значение имеет каботажное плавание и для Каспийского моря; дело это там сильно развивается благодаря оживлению нефтяной промышленности. В 1897 г. всех судов в каботажном плавании находилось 18561 (в том числе пароходов — 14752) общею вместимостью в 9436 тыс. тонн (в том числе пароходы — 8410 тыс. тонн). Всего большим каботажем в 1897 г. перевезено 7075 тыс. пд. против 6347 тыс. пд. в 1892 г., на сумму 25338 тыс. руб. против 16073 тыс. пд. Наиболее значительное грузовое движение происходит между Черным и Балтийским морями или, короче, между Одессой и С.-Петербургом. Главнейшими предметами перевозки в большом каботажном плавании служат (1897): табак и табачные изделия — на 5835 тыс. руб., железо и стальные изделия — на 3649 тыс. руб., сахар — на 2864 тыс. руб., резиновые изделия — на 2284 тыс. руб., писчебумажный товар — на 1155 тыс. руб. В малом каботаже характер грузового движения неодинаков в разных морях. По всем морям в 1897 г. перевезено 535 милл. пд., в том числе по Каспийскому — 318 милл., Черному и Азовскому — 173 милл., Балтийскому — 39 милл., Белому — 5 милл. пд. На Каспийском море главными предметами перевозки являются нефтяные продукты — 267 милл., лесные материалы — 11 милл. пудов; в черноморско-азовском каботаже хлеб — 57 милл., соль — 11 милл., железо — 30 милл., лес — 9 милл., нефтяные продукты — 9 миллионов пудов. В балтийском каботаже первое место занимает перевозка лесного строительного материала и дров — 18 милл. пд., кирпича — 2 милл., цемента — 2 милл. пудов. В беломорском сообщении первое место также занимают лесные материалы и дрова — 2495 тыс. пд. и хлеба — 1193 тыс. пд.

В дополнение к обзору внешней торговли Р. следует сказать еще несколько слов о транзитном движении иностранных товаров через Р. и русских товаров через иностранные государства. В движении первого рода наибольшее участие принимают Германия, Австро-Венгрия и Румыния; всего этим путем провезено 11602 тыс. пд. на 4627 тыс. р., преимущественно из Австро-Венгрии в Германию, более всего лес. Этого товара прошло транзитом в общем на 4426 руб. (одних еловых досок на 3144 тыс. руб.). Иностранных товаров провезено из-за границы в Финляндию через Европ. Р. всего 251 тыс. пд. на 88 тыс. руб., главным образом машины и их части на 36 тыс. руб., металлические канаты — на 10 тыс. руб., серного колчедана 74 тыс. пд., огнеупорного кирпича 27 тыс. пд., соли поваренной 122 тыс. пудов на 23 тыс. руб. Через Кавказский край из Персии проходит в Европу разных товаров на сумму до 2 милл. руб., преимущественно шерсть, шелк и изделия из них. Часть российских товаров при передвижении иногда пересекает территории соседних государств, преимущественно Германии и Австрии; в общем итоге эта перевозка составляет около 1 милл. пд. на сумму около 1/4 милл. руб. В 1897 г. этим путем прошло через Германию на 266 тыс. р. разных товаров, в том числе на 145 тыс. руб. бревен, балок, досок и шпал, муки — пшеничной и ржаной на 59 тыс. р., каменного угля на 34 тыс. р. и пр. Гораздо большее значение имеет транзит российских товаров из Балтийских и Черноморских портов в порты Восточной Сибири. Товарное движение в этом направлении возрастает чрезвычайно сильно: еще в 1887 г. общая стоимость перевезенных в этом направлении грузов составляла 5644 тыс. руб., а в 1897 г. поднялась до 24915 тыс. руб., в том числе из Одесского порта на 23586 тыс. руб. В ближайшем будущем этому делу предстоит еще большее развитие, когда будет окончена Великая Сибирская железная дорога. Равным образом и основание в текущем 1899 г. нового города — Дальнего, на положении порто-франко, неминуемо должно повлиять на увеличение товарообмена между западной, южной и восточной окраинами России.

Главным учреждением, в котором сосредоточены дела о промышленности и торговле Р. служит, в м-ве финансов, д-т торговли и мануфактур, который ведает фабрично-заводскою промышленностью, внутреннею и внешнею торговлею (кроме взимания таможенных сборов), торговым мореходством, коммерческим и промышленным образованием, выдачей привилегии на открытия и изобретения, клеймением золотых и серебряных изделий, а также мер и весов и т. п. При нем состоят, между прочим, следующие совещательные учреждения: совет торговли и мануфактур с отделением в Москве, мануфактурный комитет в Варшаве, комитеты торговли и мануфактур (в Архангельске, Белостоке, Иванове-Вознесенске, Киеве, Лодзи, Одессе, Ржеве, Ростове-на-Дону, Таганроге и Тифлисе), совет по делам торгового мореплавания, совет и комитет по учебным делам, комитет по техническим делам, главное присутствие по фабричным делам и биржевые комитеты.

Источники: «Производительные силы Р.» (под редакцией В. И. Ковалевского, СПб., 1896); «Историко-статистический обзор промышленности Р.» (под ред. Д. А. Тимирязева и В. И. Ковалевского); Д. И. Менделеев, «Толковый тариф»; «Отчеты департамента неокладных сборов и главного управления неокладных сборов и казенной продажи вина» (за разные годы); В. И. Покровский, «К вопросу об устойчивости активного баланса русской внешней торговли»; его же, «Внешняя торговля России в 1894 г.» (СПб., 1896); «Государственная внешняя торговля Р.»; «Виды внешней торговли»; «Обзор внешней торговли Р.»; «Военно-статистический сборник» (т. IV); Семенов, «Изучение исторических сведений о российской внешней торговле» (СПб., 1859); Небольсин, «Статистические записки о внешней торговле России» (СПб., 1835); его же, «Статистическое обозрение внешней торговли России» (СПб., 1850); «Ежегодник министерства финансов»; А. Гурьев, «Реформа денежного обращения» (СПб., 1896); «Отчеты Горного департамента и Горного ученого комитета»; М. Туган-Барановский, «Русская фабрика в прошлом и настоящем» (СПб., 1898); М. Кошкаров, «Денежное обращение в России» (СПб., 1898); В. И. Касперов, «Цены на пшеницу на современном международном рынке» (СПб., 1895); Ст. Гулишамбаров, «Нефтяная промышленность Соединенных Штатов»; его же, "Всемирная торговля в XIX в. и участие в ней Р. (СПб., 1898); его же, «Историко-статистический обзор торговли и промышленности Р.» (СПб., 1899); его же, «Международная торговля птицей и птичьими продуктами» (СПб., 1899); «Торгово-промышленная Р.» (под ред. А. Блау); Статистические сборники министерства путей сообщения; «Сводная статистика перевозок по русским железным дорогам» (изд. дпт. железнодорожных дел М-ва фин.). Издания д-та торговли и мануфактур: «Фабрично-заводская торговля и промышленность Р.» (второе изд., СПб. 1896), «Свод товарных цен», «Свод данных о торговых сборах Р.», «Статистические результаты раскладочного и процентного сборов», «Свод данных о фабрично-заводской промышленности России», «Отчет экспертной комиссии Всероссийской выставки 1896 г. в Нижнем Новгороде», «Русский торговый флот», «Исторический обзор правительственных мероприятий для развития русского торгового мореходства», «Исторический обзор торговли и промыслов в России», «Вестник финансов», «Торгово-промышленная газета» и др.

Приложения

Дополнения 
 Промышленность
 Внешняя торговля

Примечания 

ЭСБЕ:Россия
ЭСБЕ:Промышленность
ЭСБЕ:Статистика