ЭСБЕ/Россия/Просвещение/Учебное дело
А. Учебное дело. 1) Исторический очерк развития учебного дела в России. Первые дошедшие до нас сведения о массовом образовании старой Руси рисуют картину весьма печальную. Известны жалобы новгородского архиепископа Геннадия (XV в.), относящиеся к тому сословию, для которого образование — или хотя бы простая грамотность — было, по-видимому, совершенно необходимо. Обращаясь к митрополиту Симону, Геннадий убедительно просит его «печаловаться» перед государем, «чтоб велел училища учинити». На Стоглавом соборе (1551) те же жалобы повторяются чуть не слово в слово. Собор постановил устроить в домах лучших городских священников училища, в которых бы проходились «грамота, книжное письмо, церковное пение и налойное чтение». В состав учеников должны были входить, главным образом, дети духовенства. Что было сделано для исполнения распоряжений собора — неизвестно. Может быть, в больших городах вроде Москвы или Новгорода и в крупных монастырях вроде Сергиевской лавры и были попытки устроить правильную элементарную школу; но в общем положение дела изменилось мало. По словам Маржерета (начало XVII в.), «невежество русского народа есть мать его благочестия; он не знает ни школ, ни университетов; одни священники наставляют юношество чтению и письму, и этим занимаются немногие». Прошло еще полвека после Маржерета. Собор, осудивший раскол, снова поднял вопрос о грамотности — но не о грамотности народа, а лишь о грамотности духовенства. «Повелеваем, чтобы всякий священник детей своих научил грамоте», — решает собор, исходя из установившегося факта наследственности духовных мест. — В Р., как и в других странах, потребность в высшем образовании получила удовлетворение раньше, чем потребность в среднем или низшем образовании. Первым высшим учебным заведением в Р. была Киевская академия (основ. в начале XVII в.). В 1682 г. открыта в Москве Заиконоспасская школа, зародыш будущей Славяно-греко-латинской академии. Петр Великий основал в Москве в 1700 г. математическую школу («школу математических и навигацких наук») для дворянских и приказных детей и поручил ее англичанину Фарварсону. Вслед за этой школой были открыты школы адмиралтейская, артиллерийская, инженерная и (на Урале) две горные. Как и прежде, наука и школа должны были служить практическим потребностям государства. Изменилось только понимание этих потребностей: вместо исправления церковных книг и охранения веры речь шла теперь о преобразовании армии и флота. В 1715 г. школа навигацких наук была переведена в Петербург и получила название «Морской академии». Обе академии, «морская» и «славяно-греко-латинская», сделались исходными пунктами целой сети низших школ, учрежденных Петром в провинции; по отношению к этим школам академии сыграли роль учительских семинарий. Наоборот, для столичных заведений провинциальные школы стали служить подготовительной ступенью. Низшая светская школа давала предварительные математические сведения, низшая духовная — познания словесные. В год переселения навигацкой школы в Петербург Петр разослал в губернии по два ученика этой школы, выучивших геометрию и географию, «для науки молодых ребяток из всяких чинов людей». В 1716 г. было открыто в разных городах Р. 12 школ; к ним в 1720—22 гг. присоединилось еще тридцать. Новая школа обучала арифметике и геометрии, почему и получила название «цифирной школы». По сведениям, собранным в 1727 г., набрано было в эти школы учеников, охотой и силой, несколько более 2000 чел., по сословному составу распределявшихся на следующие группы:

Вскоре, однако, посадские люди стали просить освободить их от обязательной посылки детей в школы, так как детям надо сидеть за прилавком, приучаться к отцовскому ремеслу. Правительство удовлетворило требование горожан (1720), и цифирные школы лишились части своих учеников. Духовная школа в провинции явилась вследствие предписания духовного регламента, обязавшего архиереев открывать школы при архиерейских домах (1721). В 1721—25 гг. открыто было до 46 епархиальных школ, так что в последние годы царствования Петра почти каждый (теперешний) губернский город имел по две школы, светскую и духовную. Между ними началась борьба за учеников. Синод потребовал, чтобы дети духовного сословия были возвращены в епархиальные школы, после чего в четырнадцати цифирных школах совсем не осталось учеников, и их пришлось закрыть. В уцелевших школах учились почти исключительно дети приказных; в 1727 г. их было всего 500 чел. В 1744 г. заведование цифирными школами перешло от адмиралтейской коллегии к военной. Поводом к этому послужил указ 1732 г. об учреждении при гарнизонных пехотных полках гарнизонных школ, сослуживших некоторую службу русскому просвещению: еще в первые годы царствования Екатерины II учителей математики можно было достать только из гарнизонных школ. Духовная школа оказалась, в общем, устойчивее, чем светская, вероятно потому, что необходимость подготовки кандидатов на священнический сан признавали люди всех направлений, не исключая противников реформаторской деятельности Петра. Почти не сокращаясь в количестве, полсотни епархиальных школ дожили до того времени, когда началось превращение их в семинарии. Указ об этом был издан в 1737 г.; но значительность расходов, сопряженных с введением нового типа духовной школы, во многих местах задержала учреждение семинарий до воцарения Екатерины II. Полный курс был введен к этому времени только в восьми семинариях. — Задумав основание Академии наук («для славы среди иностранцев»), Петр Великий по совету европейских ученых решил присоединить к академии университет и гимназию. С первых же шагов оказалось, что слушать лекции было некому; для исполнения устава, требовавшего чтения лекций, профессора, выписанные из Германии, оттуда же выписали себе восемь студентов (на 17 профессоров). Впоследствии лекции вовсе прекратились. Несколько удачнее началась деятельность гимназии. В первый год (1726) поступило в нее 120 учеников, во второй — 58, в третий — 56, в четвертый — 74 ученика. Чтобы остановить быстрое падение числа учеников, пришлось и здесь принять искусственные меры. В 1729 г. в гимназию вербовали детей солдат, мастеровых, даже крепостных. Дети среднего сословия скоро сделались единственными учениками академической гимназии, так как в 1730 г. открылся сухопутный шляхетский корпус, и дворянских детей стали отдавать туда. Ученики гимназии обыкновенно ограничивались прохождением низших классов, и университет все-таки оставался почти без слушателей. Не помогло и учреждение стипендий для гимназистов и общежития для казеннокоштных студентов, набранных притом не из гимназии, а из семинарий. В 1753 г. лекции в академическом университете прекратились (вторично). Неудачные попытки устроить общеобразовательные учебные заведения в Петербурге побудили правительство сделать такой же опыт в Москве, ввиду существовавшей там потребности в образовании, о которой свидетельствовало «великое число домашних учителей, содержимых помещиками в Москве». В 1755 г. в Москве был учрежден университет и при нем две гимназии: одна — для дворян, другая — для разночинцев. Соответственно этому двоякому составу учащихся университет должен был удовлетворять зараз двум целям, которым в Петербурге служили два разных типа учебных заведений: шляхетский и академический. Гимназист, становясь студентом, получал шпагу и с ней дворянское достоинство; кончая университет, студент выходил из него с обер-офицерским чином. Через три года после основания университета и гимназии в Москве такая же гимназия или, вернее, такие же две гимназии (для дворян и для разночинцев) были основаны в Казани. Несмотря на все поощрения, до университета доходили лишь весьма немногие из гимназистов. В первые годы пришлось наполнить университет учениками духовных семинарий и академий, да и потом университет (московский) нуждался в слушателях, хотя и здесь были введены казенные стипендии. В 1765 г. на всем юридическом факультете был только один студент; в 1768 г. то же самое случилось на медицинском факультете. Преподавательскими силами оба эти факультета также не были богаты. До первых годов царствования Екатерины II, т. е. до возвращения молодых русских профессоров из заграничной командировки, весь юридический факультет сосредоточивался в одном профессоре Дильтее, медицинский — в одном профессоре Керштенсе. Только третий, философский факультет (совмещавший физику с гуманитарными науками) имел около шести преподавателей. Екатерина II интересовалась, по крайней мере в первую половину своего царствования, вопросами воспитания и даже мечтала посредством школы «создать новую породу людей». В этих видах она считала нужным начинать воспитание возможно раньше и по возможности парализовать влияние семьи. Это — главная причина предпочтения, которое оказывала она закрытым мужским и в особенности женским учебным заведениям. В академической (петербургской) гимназии и в шляхетском корпусе были открыты малолетние отделения, куда принимали детей 4—5 лет. При Смольном монастыре было основано (в 1764 г.) закрытое женское учебное заведение с двумя отделениями — одно для благородных, другое для мещанок. Этим было положено начало женского образования в Р. В то время, при крайней грубости и отсталости русского общества, учреждение таких учебных заведений было, несомненно, большим шагом вперед. Еще важнее было открытие (в 1782 г.) так наз. «Комиссии об учреждении народных училищ». Исходя, гл. образом, из проекта, составленного сербом Янковичем де Мириево, комиссия выработала в 1786 г. «устав о народных училищах», утвержденный императрицей. Предполагалось открыть в губернских городах главные училища, в уездных — малые, причем и те, и другие имели довольно разнообразный круг предметов обучения; но для новых училищ не было назначено никаких средств, обязанность содержания их возлагалась на приказы общественного призрения. Да и охотников учиться оказывалось немного; местные власти должны были прибегать к разным принудительным средствам, чтобы навербовать достаточное число учащихся; в число учеников новых училищ очень редко попадали «благородные». Огромное большинство учеников «главных училищ» были дети купцов, мещан и солдат, которые не находили нужным доводить их до окончания курса; старшие классы почти пустовали. Еще хуже обстояло дело с «малыми народными училищами»; потребность в образовании чувствовалась в небольших городах еще слабее, а открытие школ поставлено было в зависимость от щедрости местных городских дум. На первых порах малых училищ открылось сразу довольно много, но скоро думы начали тяготиться содержанием училищ; не только новых школ открывалось гораздо меньше, но и раньше открытые стали местами закрываться. Так, в 1790 г. обыватели Лебедяни, Шацка, Спасена и Темникова подали губернской власти следующие почти одинаковые заявления: «купецких и мещанских детей в школах не состоит, да и впредь к изучению в училища отдавать детей мы не намерены. Того ради содержать училища желания нашего не состоит и мы не видим для себя от оных пользы». Училища были закрыты. Козловский купец, смотритель местного училища, шел еще дальше: он находил, что вообще все училища вредны и что «оные полезно повсеместно закрыть». О развитии в это время народного образования можно судить по следующим цифрам:

В духовных школах в 1783 г. училось 11329, в 1807 г. — 24167 чел. В общем один школьник приходился приблизительно на 800 душ.

Царствование Александра I составляет эпоху в деле развития и особенно в деле организации народного образования в Р. В 1802 г. было учреждено особое министерство народного просвещения. Шестеро из членов главного правления училищ назначались вместе с тем попечителями шести «полос», или «округов», на которые делилась вся империя по отношению к учебному управлению. В трех округах университеты уже существовали (Московском, Виленском  и Дерптском), в трех других (Казанском, Харьковском, Петербургском) их предстояло еще учредить, что считалось одною из главных задач попечителей этих округов. Уже в 1804 г. были основаны университеты в Казани и в Харькове; в то же время получили высочайшее утверждение устав Московского, Харьковского и Казанского университетов и устав учебных заведений, подведомых университетам. В Петербурге в том же 1804 г. был учрежден так наз. Педагогический институт, преобразованный в университет лишь в 1819 г. Университетский устав 1804 г. на бумаге обещал очень много. Профессора составляли совет — автономную корпорацию, выбиравшую ректора и деканов; эти выборные лица заведовали хозяйственными делами в «правлении». Организация преподавания была отдана всецело в распоряжение совета. Для своих членов университет имел собственный суд, на который жаловаться можно было только Сенату. Ближайший начальник, попечитель, жил в Петербурге, далеко от университета. Очень скоро, однако, все добрые намерения устава 1804 г. оказались иллюзией. При первой же попытке совета настоять на одном из своих постановлений, незаконно кассированном попечителем, профессоров, подписавших протест, велено было призвать в Харьковское губернское правление и сделать им строжайший выговор, с подтверждением, что ежели впредь окажут подобное непослушание, то будут преданы суду. Выборы отменялись, ученые степени раздавались по усмотрению попечителя. Не богаты были новые университеты и слушателями: в первое десятилетие их существования студентов насчитывалось всего по нескольку десятков, и только со второго десятилетия число студентов в новых университетах стало переходить за сотню (в старом московском университете в 20-х годах числилось от 700 до 900 студентов). Дворяне отдавали своих детей преимущественно в военные школы; кто заботился не столько о карьере, сколько о хорошем воспитании, тот помещал детей в частные пансионы. В университет поступали, главным образом, те, кто хотел быть учителем — а педагогическое поприще мало кому казалось привлекательным. Даже казенные стипендиаты старались всячески уклониться от учительской службы. С 1804 г. начинается постепенное преобразование главных народных училищ в гимназии и основание новых гимназий. «Губернские училища или гимназии» предполагалось иметь в каждом губернском городе, причем наблюдение за гимназиями было предоставлено университетам. Директор гимназии был вместе с тем и директором уездных училищ (заменивших «малые народные училища» Екатерины II), которых предполагалось иметь по крайней мере по одному в каждом уездном и губернском городе. Наконец, смотритель уездного училища был, в свою очередь, начальником приходских училищ своего уезда. Замечательна преемственность курсов перечисленных учебных заведений: в уездном училище уже не учили тому, что преподавалось в приходском, в гимназии предполагалось известным то, чему учили в уездном училище. В приходской школе учили Закону Божию, чтению, письму и арифметике; в уездном училище, кроме этих предметов, преподавались геометрия, география, история, начатки физики и естественной истории. В гимназии ни Закон Божий, ни русский язык уже не проходились; этим освобождалось место для целого ряда новых предметов, входящих в наше время в состав университетского курса (логика, психология, этика, эстетика, естественное и народное право, политическая экономия). Расширены были программы физико-математических и естественных наук; преподавались также коммерция и технология. Гимназия становилась путем в университет, а университет обещал в будущем обер-офицерский чин. В 1809 г. вышел знаменитый указ, требовавший от всякого желавшего получить чин коллежского асессора выдержания экзамена в университете. Все это, однако, не очень содействовало процветанию гимназий и университетов, тем более, что с течением времени, когда ослабели либеральные веяния начала царствования, правительство стало открывать «благородные пансионы» не только при гимназиях, но даже и при университетах; такой пансион при петербургской гимназии был превращен на время в привилегированное «высшее училище», уравненное в правах с университетом. Самая программа преподавания также изменяется; главной целью гимназии признается подготовка молодых людей к жизни, а не к слушанию лекций в университетах. В гимназиях вводится преподавание Закона Божия, значительно усиливается преподавание языка русского, исключаются науки философские и общественные. К гимназии присоединяются три низших класса, чем устраняется необходимость предварительного прохождения курса в приходском и уездном училищах и уничтожается отмеченная выше преемственность учебных заведений; разрывается связь низшей и средней школы, остающихся разобщенными и до наших дней. В том же 1817 г., когда совершились все эти перемены, была введена плата за учение в учебных заведениях Петербургского округа, а с 1819 г. она стала вводиться и в других округах. Число гимназий и уездных училищ и учащихся в них в самом конце царствования Александра I видно из следующей таблицы:

Следовательно, всех гимназий было 48, с 5491 учениками, а уездных училищ — 337, с 29479 учениками. К этому следует прибавить учебные заведения, занимавшие середину между гимназиями и университетами, а именно так наз. «высшее училище» в Петербурге, Ярославский лицей («Ярославское Демидовское высших наук училище»), лицей Кременецкий , Нежинское высшее училище (так наз. «гимназия высших наук»), коммерческое училище в Таганроге, одесский «Ришельевский» лицей. Всего в этих шести училищах было 1308 учеников. Среднее число учащихся в гимназии в Казанском округе было 69, в Московском 72, в Петербургском 79, в Харьковском 97; лишь в Виленском округе, где преобладала польская культура, на одну гимназию приходилось 415 учеников. В Петербургском округе число учащихся в гимназиях во второй половине царствования Александра I даже несколько уменьшилось.

Исключительные условия, при которых вступил на престол имп. Николай I, весьма скоро сказались на судьбах учебного дела. Уже в 1826 г. был учрежден «комитет устройства учебных заведений», с целью ввести единообразие в учебную систему и затем «воспретить произвольные преподавания учений по произвольным книгам и тетрадям». Новый устав, обнародованный в 1828 г., касался приходских училищ, уездных училищ, гимназий и частных учебных заведений. Общий характер реформы выясняется из следующих слов докладной записки, представленной министром народного просвещения, адмиралом Шишковым: «при назначении постепенности учебных заведений должно иметь в виду потребности тех состояний, которые должны получить в них окончательное образование… Приходские училища должны у нас существовать преимущественно для крестьян, мещан и промышленников низшего класса; уездные — для купечества, обер-офицерских детей и дворян, гимназии — преимущественно для дворян». Другие члены комитета, выработавшего устав 1828 г., шли еще дальше Шишкова; так, напр., гр. Ламберт находил, что дети, принадлежащие к разным сословиям, не могут быть воспитываемы вместе. О программах, установленных для уездных и приходских училищ, сказано ниже, так как в Р. есть еще до сих пор приходские и уездные училища, учебный и воспитательный режим которых регулируется уставом 1828 г. В 1830 г. были утверждены Общее Положение и Устав для военных учебных заведений, в силу которых «губернские кадетские корпуса» имели целью «доставление возможности малолетним дворянам различных губерний воспитываться для службы военной» вблизи их семейств. В течение 30-х и 40-х годов шло увеличение числа кадетских корпусов (при Александре I их было всего три) и было образовано Главное управление военно-учебных заведений. Гимназии остались общесословными учебными заведения и при Николае I, но «для устранения вредной смеси» при них устраивались «благородные пансионы». Одна губерния за другой ходатайствовали об открытии «дворянских институтов», т. е. пансионов с гимназическим и притом сокращенным курсом. Появились особые 5-классные дворянские училища; (гимназии по уставу 1828 г. имели семь классов) — нечто вроде прогимназий; из ста учеников дворянских училищ довершал свое образование в гимназии только один. Открытие пансионов и институтов «для благородных» при гимназиях шло так быстро, что в 1849 г. их было уже 47 (в течение последующих 15 лет новых пансионов было открыто всего 4). Были, кроме сословных предубеждений, еще другие причины, побуждавшие дворян определять детей в кадетские корпуса или в благородные пансионы. По уставу 1828 г. состав предметов, преподаваемых в гимназиях, был совершенно изменен. Центром тяжести занятий проект устава предполагал сделать древние языки, причем на латинский язык назначалось во всех классах 70 часов, на греческий — 50. С этим не согласился имп. Николай (на которого, может быть, не осталась без влияния известная записка Пушкина), и в окончательной редакции устава на долю латинского языка было оставлено 39 часов, на долю греческого — 30. При этом, отчасти вследствие недостатка в учителях с соответственным образованием, греческий  язык (преподавание которого начиналось с IV класса) вводился сначала лишь в немногих гимназиях, а в остальных часы, назначенные на греческий язык, делились между математикой и новыми языками. Но и в таком виде курс гимназий казался слишком «трудным», и это способствовало стремлению дворян определять своих детей в благородные пансионы, где дозволялось проходить «учебные предметы, ближе принадлежащие к образованию высшего сословия»: во многих таких пансионах было введено преподавание французского языка, танцев, музыки, фехтования, верховой езды. В общем, однако, несмотря на реформу в курсе гимназий, несмотря на увеличение платы за ученье, потребность русского общества в образовании в 30-х и 40-х годах сделалась настолько значительной, что число учащихся в гимназиях, падавшее в конце царствования Александра I и в начале царствования Николая I, стало опять возрастать. Это не замедлило вызвать опасения. «При возрастающем повсюду стремлении к образованию, — писал в 1840 г. министр нар. просвещения гр. Уваров, — наступило время пещись о том, чтобы чрезмерным этим стремлением к высшим предметам учения (здесь разумелся, очевидно, переход из гимназий в университеты) не поколебать порядок гражданских сословий, возбуждая в юных умах порыв к приобретению роскошных (т. е. излишних) знаний». Прошло еще пять лет, и министр в своем «предложении» (попечителям округов) выражался так: «принимая во внимание, что в высших и средних учебных заведениях через меру умножился прилив молодых людей, рожденных в низших слоях общества, для которых высшее образование бесполезно, составляя лишнюю роскошь и выводя их из круга первобытного состояния без выгоды для них самих и для государства», необходимо «не столько для усиления экономических сумм учебных заведений, сколько для удержания стремления юношества к образованию в пределах некоторой соразмерности с гражданским бытом разнородных сословий, повысить плату за ученье». Это было уже второе при Николае I повышение платы за ученье в гимназиях. В 1844 г. из гимназий устранены последние остатки философских и общественных наук, уцелевшие после реформы 1828 г. Преподавание статистики и географии было предписано соединить, «отсекая от статистики всякие рассуждения, имеющие ближайшую связь с политическими науками». Под влиянием реакции, наступившей в 1848 г., классицизм, который незадолго перед тем считался гарантией против «дерзновенных мечтаний», сделался вдруг подозрительным. Молодые люди — говорилось теперь — не уважают законов, потому что не знают действующего законодательства и увлекаются республиканскими учреждениями древнего мира. Исходя из этих положений, попечитель Петербургского учебного округа Мусин-Пушкин предложил разделить гимназический курс, начиная с IV класса, на два отделения: одно — для тех, кто готовится перейти в университет, другое — для желающих из гимназий идти прямо на службу. Впоследствии классическая система была еще более ослаблена; греческий язык был оставлен лишь в девяти гимназиях университетских городов, для подготовки в студенты филологического факультета. Вместо греческого языка новым министром (князем Ширинским-Шахматовым) были введены (в некоторых гимназиях) естественные науки, которые, как выражался министр, «составляют потребность современного образования, преподаются в военно-учебных заведениях и институтах и могут ощутительно облегчить подробное и основательное изучение естественных наук для студентов физико-математического и медицинского факультета». Знание греческого языка в России стало такою редкостью, что в 1856 г. министр был вынужден разрешить прием в студенты историко-филологического факультета Казанского университета молодых людей, не знавших греческого языка. Из высших учебных заведений вновь открыты в царствование Николая I в 1831 г. Технологический институт в Петербурге и в 1834 г. университет св. Владимира в Киеве. В 1835 г. издано было новое положение об управлении округов, которым университеты были устранены от заведования гимназиями, директоры гимназий — от заведования низшими школами. Вслед за тем издан новый университетский устав, покончивший с фикцией академической свободы. Попечитель был обязан жить в том городе, где находится университет. Ректоры и деканы остались выборные, но власть совета была ограничена. Судебные функции были вовсе отняты у университета; административные и хозяйственные дела по-прежнему ведались правлением, но начальником его был не совет, а попечитель. Попечителю принадлежал и надзор за дисциплиной в университете; инспектор студентов из выборного и ответственного перед советом лица превратился в чиновника, назначаемого попечителем и притом не из профессоров, а из посторонних университету «военных или гражданских служащих». Студентам дана была форма. Богословие, церковная история и церк. право сделаны обязательными предметами для всех факультетов. «Авторитарный» устав 1835 г. не помешал, однако, расцвету университетов, обязанных им в особенности молодым профессорам, посланным в Дерпт и за границу для подготовки к ученому званию (Неволин, Редкин, Пирогов, Крюков, Грановский и др.). Кругом профессоров собралась многочисленная аудитория, проникнутая идеальными стремлениями. Ввиду этого нового факта — переполнения аудиторий — отношение к студентам совершенно изменилось. Прежде был дорог каждый студент; ему платили, смотрели сквозь пальцы на его большие и малые грехи, всячески поощряли его научное рвение, чтобы довести его до окончания курса и получить в нем нужного работника. Теперь, под влиянием опасений, вызванных событиями 1848 г., в 1849 г. был установлен комплект в 300 студентов для каждого университета. Принимая эту меру, правительство прямо признавало, что было бы лучше, если бы «дети благородного сословия искали преимущественно, как потомки древнего рыцарства, службы военной перед службой гражданской». В 1849 г. должность ректора перестала быть выборною; министру было предоставлено увольнять деканов и назначать их помимо выборов (так, напр., вместо выбранного Грановского был назначен Шевырев). В 1850 г. деканам предписано было наблюдать, «чтобы в содержании программ (представляемых каждым профессором перед началом занятий) не укрылось ничего несогласного с учением православной церкви или с образом правления и духом государственных учреждений», а также следить за тем, чтобы чтения соответствовали программам; о малейшем отступлении, «хотя бы и безвредном», они были обязаны доводить до сведения ректора. Государственное право европейских держав, «потрясенных внутренними крамолами и бунтами в самых основаниях своих», было исключено из предметов университетского преподавания (1849). Та же участь постигла в 1850 г. и философию, которая была признана, «при современном предосудительном развитии этой науки германскими учеными», бесполезной, за исключением логики и психологии. Чтение этих последних наук было поручено профессорам богословия, которые должны были «сроднить» их с истинами откровения. Значительно увеличена была плата за слушание лекций. От лиц податных сословий, желающих поступить в университет, стали требовать увольнительных свидетельств от обществ, что тогда было соединено с большими затруднениями. Следующая таблица показывает, как изменялось число студентов в наших университетах в последние годы дореформенной эпохи.

Со вступлением на престол имп. Александра II университетам постепенно возвращались отнятые у них права. В ноябре 1855 г. разрешен неограниченный прием в университеты, вследствие чего число студентов в шести университетах (С.-Петербургском, Московском, Харьковском, Казанском, Киевском и Дерптском) с 3547 в 1854 г. поднялось к январю 1860 г. до 4998. Восстановлены упраздненные кафедры государственного права европейских держав и истории философии и возвращено университетам присвоенное им по уставу 1835 г. право выписывать из-за границы книги ученого содержания без цензурного рассмотрения. В 1858 г. студенты вне университета стали пользоваться одинаковыми правами с прочими гражданами и подчинены надзору полиции на общем основании; в 1861 г. была отменена для студентов форменная одежда. Университетский устав 1863 г. явился результатом пятилетнего предварительного обсуждения, в котором принимали участие советы провинциальных университетов, особая комиссия из попечителей учебных округов и 8 профессоров, Ученый комитет Министерства нар. просв. и, наконец, русская печать, так как проекту реорганизации университетов была дана небывалая еще у нас в таких случаях гласность. Кроме того, проект университетского устава был переведен на языки французский, немецкий и английский и разослан многим иностранным ученым с целью воспользоваться их замечаниями. Автономия профессорской корпорации — вот основная идея устава 1863 г. Власть попечителя ограничивалась общим контролем. Совету возвращались права, которые он имел до 1835 г., и он снова становился центром корпоративной жизни университетов. Факультеты были его учебными органами, ректор — исполнительным, правление — хозяйственным и административным, инспектор — полицейским, особая комиссия профессоров — судебным. За университетом сохранен суд по студенческим проступкам в стенах университета. Не только распределение текущего преподавания, но и перемены во внутренней организации факультетов — напр. замена одной кафедры другою — зависели от совета. Ученые степени присуждались университетами окончательно (прежде необходимо было утверждение попечителя). Ректор избирался советом университета из ординарных профессоров на 4 года, деканы — факультетскими собраниями на три года; университетскому совету принадлежало также и избрание профессоров. Новый министр народного просвещения, гр. Д. А. Толстой, уже в 1872 г. предложил университетам высказаться относительно желательных перемен в уставе 1863 г. Семидесятые годы прошли в обсуждении разными комиссиями проекта, выработанного министерством. Преемники гр. Толстого, А. А. Сабуров и барон Николаи, не видели надобности в реформе, и только с назначением И. Д. Делянова пересмотр устава 1863 г. снова был поставлен на очередь. Число студентов в царствование Александра II увеличилось на 4 1/2 тыс. (в 1854 г. — 3547 студ., в 1880 г. — 8193). В царствование Александра II открыты два новых университета: в 1865 г. — Новороссийский (преобразован из так наз. Ришельевского лицея) и в 1869 г. — Варшавский (преобразован из т. наз. «Главной школы»), два историко-филологических института (в 1867 г. в Петербурге и в 1874 г. в Нежине, вместо прежнего лицея кн. Безбородко), так наз. Лицей цесаревича Николая, более известный под именем «Катковского лицея» (1869 г.), Институт сельского хозяйства в Новой Александрии (1869), Археологический институт (1877). Вопрос о средней школе был вновь поставлен на очередь в начале 60-х годов. После гимназической реформы 1849—51 гг. в России было только 12 гимназий с 2 древними языками; в остальных 65 учили только латинскому (и то лишь с 4-го класса). Из этих 65 гимназий в 36 греческий язык был заменен естественными науками, в 29 — законоведением. В спорах, которые велись в то время в разного рода комиссиях и в печати, вопрос о преимуществах классического и реального образования был подвергнут самому тщательному и всестороннему обсуждению. Крайние сторонники классицизма были везде в меньшинстве. Даже Ученый комитет министерства предполагал ввести лишь несколько гимназий с двумя древними языками, отдавая предпочтение «реальным гимназиям» с одним латинским языком. Проект, выработанный министерством, делил гимназии на «общие», с (необязательным) латинским языком, и «классические», с двумя древними языками, которые, как сказано в журнале Ученого комитета, «назначаются преимущественно для желающих получить высшее образование в университетах, особенно по историко-филологическому факультету». Лицам, не учившимся ни одному древнему языку, предоставлялось право поступать в университет по физико-математическому факультету. Проект не предрешал, какое число гимназий будут иметь «общий» и какое — «классический» курс: это должен был показать опыт. Государственный совет, обсуждая проект министерства, постановил, что половина всех русских гимназий должна быть обращена в гимназии с одним латинским языком. Остальную половину он разделил между сторонниками крайних мнений: четверть должна была сделаться реальными, четверть — вполне классическими (т. е. с обоими древними языками). Одновременно с утверждением устава 1864 г. министру нар. просв. было предоставлено преобразовать гимназии в классические и реальные сообразно местным в тех и других потребностям. В самый год назначения министром народн. просвещения гр. Д. А. Толстого министерство обратилось к попечителям с предложением представить соображения о неудобствах, оказавшихся при применении устава 1864 г., и о способах их устранения: затем в министерстве выработан был проект нового устава гимназий и реальных училищ. В «особом присутствии», назначенном для предварительного рассмотрения проекта, мнения разделились. Меньшинство не только настаивало на сохранении правил 1864 г. относительно реальных гимназий, но предлагало даже устроить по этому типу половину гимназий и дать окончившим курс (если они учились необязательному латинскому языку) право поступления на математический и медицинский факультеты. В общем собрании Государственного совета это меньшинство превратилось в большинство (29 против 19). Утверждено было, однако, мнение меньшинства Госуд. совета, и 30 июля 1871 г. был обнародован новый устав гимназий, а в следующем году — устав реальных училищ. Этими законами в общем регулируется наше среднее образование и до настоящего времени. Устав 1871 г. предоставил воспитанникам классической школы монополию доступа в университеты, и следовательно, в известной мере и монополию доступа к так назыв. либеральным профессиям. Реалистам предоставлялось право поступать в высшие технические училища, число которых до последнего времени было крайне ограничено. — В 1863 г. было упразднено особое ведомство военно-учебных заведений и управление ими введено в систему центральных учреждений военного министерства, во главе которого с 1861 г. стоял Д. А. Милютин. В 1864 г. началось преобразование кадетских корпусов в военные гимназии, курс которых был сделан более общеобразовательным; в качестве преподавателей и воспитателей, наряду с офицерами, появились и невоенные лица, хорошо подготовленные к педагогической деятельности; наряду с пансионерами, были допущены и приходящие (были основаны даже две военных гимназии исключительно для приходящих); ослаблены сословные и другие ограничения для вступающих в военные гимназии. К концу царствования Александра II в Р. считалось 18 военных гимназий и 8 прогимназий. — Женское образование, до тех пор доступное лишь небольшому числу девушек и притом преимущественно дворянского сословия, делается доступным для большинства, становится всесословным и распространяется по всей Р. Первые открытые «женские училища» с среднеобразовательным курсом были основаны (при выдающемся участии Н. А. Вышнеградского) Ведомством учреждений императрицы Марии. В 1858 г. было высочайше утверждено положение о женских учебных заведениях ведомства Министерства народного просвещения, в 1869 г. замененное действующим доныне положением о женских гимназиях и прогимназиях. В 1880 г. числилось 76 женских гимназий Министерства народного просвещения и 27 — Ведомства императрицы Марии, т. е. всего в три раза более, чем институтов (30). Для высшего женского образования к 1880 г. существовали женские курсы в Петербурге (Бестужевские), в Москве (проф. Герье), в Казани и в Киеве; из них только одни петербургские пережили кризис высшего женского образования, наступивший в половине 80-х годов. В 1872 г. открыты «курсы для ученых акушерок», переименованные впоследствии в «женские врачебные курсы» и закрытые в 80-х годах. — Организация начального народного образования в Р. тоже относится к эпохе великих реформ. Раньше о распространении начального обучения серьезно заботилось только министерство госуд. имуществ, которое довело число сельских школ для госуд. крестьян почти до 3000, с 150000 учащимися (не считая школ грамотности и иноверческих). Со вступлением в министерство народного просвещения А. В. Головнина к обсуждению реформы начальных училищ было приступлено в том же порядке, как и к обсуждению устава среднеучебных заведений. Одновременно с ученым комитетом работал еще особый комитет из членов всех ведомств, в которых были народные училища. Особый комитет проектировал сделать учреждение народных школ обязательным для городских и сельских обществ; Ученый комитет предоставлял открытие училищ свободной инициативе самих обществ (городских и сельских). Проект «Положения о народных училищах» до представления его в Госуд. совет был рассмотрен в особом совещании. Здесь А. В. Головнин предложил организовать постоянное управление народными училищами из представителей заинтересованных ведомств — народного просвещения, внутренних дел, а также учреждений, которые содержат школы. В Госуд. совете против этого предложения выступил барон М. А. Корф, поддержанный бывшим министром нар. просв. Е. П. Ковалевским. Оба они присоединились к мнению нижегородского и петербургского дворянских собраний, полагавших, что управление школами должно быть всецело передано нарождавшемуся тогда земству. Госуд. совет избрал средний путь: он удержал предложенные министром «училищные советы» в уезде и в губернии, но в состав их ввел двух представителей от земства. Земству предоставлялась с самого начала почти исключительно забота о материальном обеспечении открываемых им школ; контроль и наблюдение за учебной частью оставляло за собой мин. нар. просвещения. В 1869 г. были введены во всех губерниях, земских и неземских, инспекторы народных училищ; в 1874 г., одновременно с изданием нового положения о начальных училищах, учреждены должности директоров народных училищ, которым подчинены инспектора. Во главе губернских и уездных училищных советов положение 25 мая 1874 г. поставило предводителей дворянства, которые должны были ограждать народную школу «от тлетворных и пагубных влияний». За министерством народного просвещения осталось право открытия «образцовых» одноклассных и двуклассных сельских училищ. В 1872 г. вышло положение о так назыв. «городских училищах», которые должны были постепенно заменить уездные училища с их устарелым уставом 1828 г. До сих пор, однако, одна треть уездных училищ остается непреобразованной. Несмотря на скромную сравнительно роль, которая была отведена земству, оно сумело создать русскую начальную школу. Ему же принадлежит инициатива основания учительских семинарий и устройства периодических съездов учителей. — В 1880 г. (20 марта) было произведено единовременно обследование начальных учебных заведений всех ведомств в 60 губерниях Европ. Р.: их оказалось 22770, с 1140915 учащимися обоего пола (904918 мальчиков и 235997 девочек) и 36955 учащими (законоучителей 12566, учителей 19511 и учительниц 4878). Общий расход на народные училища составлял в 1879 г. 6158150 руб. (по 59 губерниям). Училищ для детей обоего пола было 17431 (или 77 %), для одних мальчиков 4728 (21 %), для одних девочек 611 (2 %). По размерам расходов на содержание училищ первое место занимали земства (в земских губерниях — 53 % общей суммы расходов), затем сельские общества (34 % расходов по всем губерниям и 28 % в земских губерниях); на долю государственного казначейства приходилось только 12 % всех расходов (в земских губерниях 9 %), на долю частных лиц 6,4 % и на другие источники 3,7 %. 9108 училищ были содержимы земством (в земских губерниях — 70 %), несколько более одной трети — сельскими обществами (38 %, в земских губерниях только 15 %); министерством народного просвещения и другими правительственными учреждениями при участии земств, сельских обществ и частных лиц были содержимы 3182 школы, т. е. несколько более 1/8, церковно-приходскими попечительствами и духовенством — 1062, или около 1/20, частными лицами 741 (около 3 %). Из всех 22770 училищ 4622, или только около одной пятой, были открыты до 1861 г. В среде земства рано возникла мысль о всеобщем обучении; проф. Карышев насчитывает 22 земских ходатайства, возбужденных по этому предмету в конце 1860-х и в 1870-х гг.

В царствование имп. Александра III главным деятелем в сфере учебного дела был назначенный в 1882 г. на пост министра народного просвещения И. Д. Делянов. Он внес на рассмотрение Государственного совета проект университетской реформы, выработанный гр. Толстым. Большинство членов Государственного совета высказалось против проекта, но утверждено было мнение меньшинства (13 авг. 1884 г.) Основная черта нового устава — ограничение университетского самоуправления. Власть попечителей округов в отношении университетов значительно расширена. Ректор не избирается советом, а назначается министром народного просвещения; он может делать профессорам указания, напоминания и замечания. Компетенция университетского совета и факультетских собраний в значительной степени ограничена. Деканы назначаются попечителем. Должность проректора упразднена; надзор за исполнением в университетских зданиях как студентами, так и посторонними слушателями установленных правил возложен на инспектора, определяемого министром по представлению попечителя учебного округа. Университетский суд уничтожен; функции его переданы в ведение отчасти инспектора, отчасти ректора, отчасти правления университета. Экзамен оканчивающим курс студентам производится в особых государственных комиссиях. К испытаниям допускаются только те студенты, которым зачтено установленное число семестров. Крупным нововведением является система гонорара, получаемого профессорами сверх жалованья. Плата за ученье в общем удвоилась (в среднем ее вместе с гонораром можно считать в 100 руб. в год). В 1885 г. вновь введена для студентов форменная одежда. При импер. Александре III открыто два высших учебных заведения: Харьковский технологический институт (1884) и университет в Томске (1888), сначала в составе одного медицинского факультета. К нынешнему царствованию относится открытие Женского медицинского института в СПб., политехнических институтов в Киеве и Варшаве и инженерного училища ведомства мин. путей сообщения в Москве. В области среднего образования частные реформы, произведенные в уставе гимназий (1891) и реальных училищ (1888), не изменили существенно характер этих учебных заведений. В гимназиях, как мужских, так и женских, увеличена плата за ученье. Вновь открыт один женский («Ксениинский») институт. Военные гимназии вновь преобразованы в кадетские корпуса; все воспитатели невоенные заменены офицерами. Условия приема в корпуса изменены в смысле предоставления больших преимуществ сыновьям военнослужащих, особенно же убитых и раненных на войне офицеров. Военные прогимназии закрыты. Морское министерство преобразовало «морское училище» (в Петербург) в «морской кадетский корпус». В 1883 г. в составе министерства народного просвещения учреждено отделение промышленных училищ, но новых учебных заведений этого рода (по уставу 1888 г.) пока открыто мало, так как министерство открывает их лишь при условии гарантирования более или менее значительной части основных и текущих расходов городскими и другими общественными управлениями. В 1894 г. открыто отделение по заведованию коммерческими учебными заведениями при департаменте торговли и мануфактур министерства финансов. Этим отделением в 1896 г., т. е. уже в настоящее царствование, выработаны два типа коммерческих учебных заведений (коммерческие училища и торговые школы), организована инспекция коммерческих учебных заведений и основано несколько новых. Министерством земледелия и государственных имуществ принимаются меры для улучшения сельскохозяйственных учебных заведений, как высших, так и средних и низших. — В сфере начального образования 80-е годы характеризуются стремлением к передаче народных школ в ведомство православного исповедания, или, иначе, Св. синода. В 1884 г. изданы правила о церковно-приходских школах и школах грамоты, замененные подробными правилами 1891-го г. В 1894 г. образовано Высшее управление церковными школами при Св. синоде. В состав местной их организации входят епархиальные училищные советы и их уездные отделения. Ассигнования госуд. казначейства на начальные школы, состоящие в ведении духовенства, достигли 4953841 р., а с 1 января 1900 г. к этой сумме предположено добавить еще 1800000 руб. С 1884 по 1894 г. ассигнования по министерству народного просвещения на начальное образование возросли с 4700000 всего до 5200000 р., причем большая часть этой суммы идет на содержание инспекции, учительских семинарий и институтов и т. п. Непосредственно на содержание начальных школ из государственного казначейства в 1880 г. было отпущено 1168126 руб., в 1891 г. — 1480397 р. Затраты общественных органов на нужды начального образования и в 80-х годах непрерывно росли. С 1880 по 1891 г. расходы городов на этот предмет возросли с 1444000 до 3008000, сельских обществ — с 2462000 до 3790000, земств — с 3236000 до 5307000, частных лиц и обществ — с 659000 до 1163000 руб. В настоящее время (1899) больше всего тратит на народные школы земство (более 7 милл. руб.). Число школ, подведомственных министерству нар. просв. (включая, следовательно, и земские), с 1884 по 1894 г. увеличилось с 30164 до 41967, т. е. на 30 %, а число учащихся в них — с 1639837 до 2347534 (т. е. также ок. 30 %).

2) Характеристика главных типов существующих учебных заведений (высших, средних и низших). Учебные заведения Р. представляют собою в высшей степени сложную систему, которую весьма трудно привести в какой-нибудь один планомерный порядок. Так, напр., если делить учебные заведения на общеобразовательные и специальные, относя к первым университеты, то придется включить в число общеобразовательных учебных заведений и так назыв. Лазаревский институт восточных языков (ввиду существования в петербургском университете соответствующего факультета), специальные юридические школы (училище правоведения, Демидовский лицей в Ярославле), Военно-медицинскую академию и т. д. Столь же трудно вполне определенно распределить учебные заведения на высшие, средние и низшие, так как есть учебные заведения, стоящие между этими разрядами (напр. военные училища, которые выше средних и, однако, в известной мере готовят своих воспитанников к стоящим еще выше военным академиям). Не всегда надежным критерием могут быть здесь и льготы, предоставляемые окончанием курса того или иного учебного заведения по отбыванию воинской повинности. К женским учебным заведениям такая мерка и вовсе неприменима; кроме того, они и во многом другом стоят совершенно особо. Всего удобнее распределить существующие в Р. учебные заведения на следующие категории: 1) так назыв. общеобразовательные учебные заведения, 2) медицинские, 3) юридические, 4) технические, 5) педагогические, 6) сельскохозяйственные и лесные, 7) коммерческие, 8) военные, 9) морские, 10) духовные, 11) межевые и топографические, 12) для изучения восточных языков, 13) художественные, музыкальные и для изучения драматического искусства и 14) женские учебные заведения. Рассматривая каждую категорию учебных заведений, мы, где это возможно, будем делить их на высшие, средние и низшие.

Общеобразовательные учебные заведения. Единственными высшими общеобразовательными учебными заведениями считаются университеты, хотя при современной организации занятий это мнение может быть принято лишь с оговорками. В университеты допускаются молодые люди, имеющие аттестаты зрелости [В Томский, Юрьевский и Варшавский университеты допускаются и окончившие курс в духовной семинарии по первому разряду, если они выдержат при университете поверочное испытание.], т. е. окончившие все восемь классов классических гимназий или выдержавшие окончательное испытание, к которому допускаются и посторонние лица. В настоящее время в Р. (не считая Финляндии) 9 университетов: Петербургский, Московский, Юрьевский (бывший Дерптский), Св. Владимира в Киеве, Новороссийский в Одессе, Харьковский, Варшавский, Томский, Казанский. Университеты состоят из 4 факультетов: историко-филологического, юридического, физико-математического и медицинского. В петербургском есть факультет восточных языков и нет медицинского факультета. В Юрьевском университете есть, кроме названных четырех факультетов, богословский (лютеранский). В Томском университете пока два факультета: медицинский и юридический. Распределение студентов по университетам и по факультетам видно из следующей таблицы, данные которой относятся к 1 янв. 1898 г. (к этому времени не были еще открыты медицинский факультет в Новороссийском унив. и юридический в Томске):

Средними (мужскими) общеобразователеными учебными заведениями считаются у нас классические гимназии (и прогимназии, т. е. неполные гимназии, большею частью 4-классные) и реальные училища. И те, и другие открыты для всех сословий. Курс гимназии продолжается 8 лет, реальных училищ — 6; желающие могут проходить седьмой дополнительный класс, что необходимо для допущения к экзамену в высшие технические учебные заведения. В случае надобности с V-го класса реальных училищ допускается образование особых коммерческих отделений. Об отношении курсов гимназий и реальных училищ можно судить по следующим цифрам, показывающим число уроков, назначенное на каждый предмет в гимназиях и реальных училищах (цифры последних — в скобках): Закон Божий 16 (14), русский язык 29 (28), латинский язык 42, греческий язык 33, математика 29 (31), физика 7 (10), история 13 (14), география 8 (12), французский язык 19 (18), немецкий язык 19 (32) , чистописание и рисование 10 (в реальных училищах на чистописание назначено 8 уроков, на рисование и черчение 31); сверх того, в реальных училищах на естественную историю назначено 9 часов. К 1 января 1898 г. в России числилось 180 (мужских) гимназий, 48 прогимназий и 98 реальных училищ . По частным сведениям, к 1 июля 1899 г. состояло 196 гимназий, с 70766 учениками, 44 прогимназии, с 6869 учениками, и 117 реальных училищ, с 34056 учениками. К числу общеобразовательных средних учебных заведений можно с полным основанием отнести и так назыв. кадетские корпуса (сведения о них помещены в отделе военных учебных заведений, чтобы нагляднее представите постановку учебного дела в военном ведомстве). Система низших общеобразовательных учебных заведений представляет большой хаос, разобраться в котором удается с большим трудом даже людям, специально изучающим дело народного образования (см., напр., работу Ф. Ольденбурга «Народные школы в Европ. России в 1892—93 г.»). Под контролем министерства народного просвещения находятся: «приходские училища» по уставу 1828 г. (около ста; подробных данных о них нет даже в отчетах министра народного просвещения), земские и начальные городские училища, курс которых рассчитан на три года, т. е. по необходимости ограничивается самыми элементарными сведениями, и городские училища по уставу 1872 г., нормальный курс которых рассчитан на 6 лет. К 1 января 1898 г. в Р. было 124 уездных училища старого типа и 527 городских по уставу 1872 г. Наиболее значительная часть начальных школ, состоящих в ведении министерства народного просвещения, нормируется положением о начальных училищах 25 мая 1874 г. Сюда относятся, прежде всего, школы, содержимые земством и городскими управлениями, равно как и народные школы, содержимые частными лицами. По последним сведениям, опубликованным министерством народного просвещения («Статистические сведения по начальному образованию», 1898) начальных училищ, содержимых земствами, сельскими обществами и сословиями, было 27373. Положением 1874 г. нормируются и фабричные школы, устраиваемые некоторыми фабриками и заводами для своих малолетних рабочих. В конце 70-х и начале 80-х годов имелось в виду сделать учреждение таких школ обязательным для фабрик, пользующихся трудом малолетних; впоследствии, однако, эта мысль была оставлена. По сведениям мин. нар. просвещ., в Р. считается 219 школ, содержимых фабриками и заводами, а по более точным данным министерства финансов (см. «Вестник финансов», 1898, № 29, «Врачебная помощь и школьное обучение за счет фабрик и заводов») — 471 (в 1894—95 г.), с 37108 учащихся (из них 8259 в то же время работали на фабриках; остальные были большею частью дети работающих на фабриках). На содержание фабричных школ израсходовано фабриками 678880 руб., что составляет (по вычислению «Вестн. финансов») 0,15 % оборотов фабрики. Школы устроены лишь при незначительном числе фабрик (0,4 %), главным образом при очень крупных промышленных заведениях, со средним числом около 700 рабочих в каждом. — В 1875 г. вышла инструкция для так называемых "одноклассных и двухклассных сельских училищ, открываемых министерством народного просвещения (при участии в расходах по устройству и содержанию их со стороны общественных учреждений). Курс этих училищ определен не менее 3 лет для одноклассных и 5 лет для двухклассных. По последним официальным сведениям, таких «образцовых» (они так и названы в официальных «Статист. сведениях по начальному образованию», 1898) сельских училищ в Р. считается 2268; сколько между ними двухклассных — нам неизвестно. В восьмидесятых годах совершилась передача в ведение мин. нар. просвещ. конфессиональных школ — католических, протестантских, еврейских и др., — равно как и так назыв. инородческих школ. По последним официальным сведениям, таких инославных конфессиональных начальных школ в Р. считается: 158 католических, 2580 протестантских, 97 еврейских, 91 магометанских и 91 иных исповеданий, всего около 3000. Общеобразовательные начальные школы, содержимые ведомством Св. синода, принадлежат к двум главным типам: школы грамоты и церковно-приходские школы. По последнему отчету обер-прокурора Св. синода (за 1894—95 гг.), в Р. считается 18865 школ грамоты. Церковно-приходские школы могут быть одноклассные и двухклассные (последние — с четырехлетним курсом). По последнему отчету (за 1894 и 1895 гг.) показано 12970 церковно-приходских школ. Общее число учащихся в школах грамоты и церковно-приходских школах почти достигает миллиона (981976, из которых 173075 девочек). В ведении духовенства состоят и воскресные школы, учреждаемые в виде самостоятельных учебных заведений (см. Воскресные школы).

Медицинские учебные заведения. К высшим учебным заведениям, дающим медицинское образование, относятся, во-первых, существующие для врачей: Клинический институт вел. княг. Елены Павловны в Петербурге, Гинекологический институт при Московском университете, Бактериологический институт при Ново-Екатерининской больнице в Москве, акушерские курсы для врачей при Имп. клинич. институте в Петербурге, курсы глазной лечебницы в Петербурге, курсы для врачей при бактериологической станции Харьковского медицинского общества. О числе лиц, пользующихся этими курсами, нет данных, кроме Клинического института вел. княг. Елены Павловны, где 1 января 1898 г. числилось 403 слушателя. Врачи в Р. получают свое образование в университетах на медицинских факультетах, которые в настоящее время имеются во всех университетах (при Новороссийском универ. медицинский факультет учрежден лишь в 1896 г.), кроме петербургского, в СПб. взамен медицинского факультета существует военно-медицинская академия. Число слушателей на медицинских факультетах показано выше (в таблице студентов университетов); в Военно-медицинской академии (по положению 1890 г.) число студентов определено в 750 чел. На медицинских факультетах (и в Военно-медиц. академии) курс продолжается не 4, а 5 лет. Для приготовления женщин-врачей существует в СПб. Женский медицинский институт. К числу высших учебных заведений, дающих медицинское образование, относятся и ветеринарные институты, с четырехлетним курсом; их четыре — варшавский, казанский, харьковский и юрьевский. К 1 января 1898 г. в первом было 147 слушателей, во втором 408, в третьем 298; в четвертом 262, всего 1015. Трудно сказать, к какому разряду учебных заведений (т. е. средних или низших ) следует отнести так наз. фельдшерские школы, тем более, что они далеко не одинаковы по уровню преподавания. К лучшим относятся 4 фельдшерские школы военного ведомства (в Петербурге, Москве, Киеве и Тифлисе) и одна морского ведомства (при Кронштадтском морском госпитале). Всего имеется 23 мужских и 13 женских фельдшерских школ; большая их часть содержится земством. При ветеринарных институтах, кроме варшавского, есть ветеринарные фельдшерские школы. К числу средних учебных заведений, дающих медицинское образование, следует отнести, далее, зубоврачебные школы (в Петербурге Одессе, Варшаве и в Москве). Это — частные учебные заведения; для получения диплома слушатели и слушательницы должны держать экзамен при медицинских факультетах университетов или Военно-медицинской академии. Частные школы для изучения массажа и врачебной гимнастики существуют в Петербурге (2), Москве и некоторых провинциальных городах. Имеются, затем, 8 школ для приготовления акушерок (повивальное училище, Повивальный институт, повивальная школа, акушерские курсы и т. п.) и 24 школы для образования так наз. «сельских повивальных бабок».

Юридические учебные заведения. Для юридического образования существуют лишь высшие учебные заведения; при некоторых из них есть и подготовительный общеобразовательный курс (Александровский лицей и училище правоведения). Кроме юридических факультетов, входящих в состав всех университетов, существуют Демидовский лицей в Ярославле, училище правоведения и Александровский лицей в СПб.; последние два доступны лишь для детей привилегированных классов. К высшим учебным заведениям, дающим юридическое образование, относится и Военно-юридическая академия (см. ниже).

Технические учебные заведения. Высшее техническое образование получается в Р. в следующих учебных заведениях, имеющих обыкновенно пятилетний курс (исключения указаны): а) Технологический институт имп. Николая I в Петербурге. Число слушателей в последние годы около 850. Институт имеет два отделения — механическое и химическое; такие же отделения существуют и в других аналогичных учебных заведениях (Харьковский технологический институт, Московское техническое училище). б) Харьковский практический технологический институт; число слушателей к 1 января 1898 г. — 686. в) Московское техническое училище; в 1898 г. 729 слушателей, г) Технологический институт в Томске; для него в настоящее время возводятся необходимые постройки. д) Рижский политехнический институт (учрежден в 1862 г. на средства рижского городского общества), имеющий шесть отделений: сельскохозяйственное, архитектурное, химическое, инженерное, механическое и коммерческое. В 1898 г. в институте было 1370 слушателей (56 на архитектурном отделении, 205 на инженерном, 340 на механическом, 344 на химическом, 210 на сельскохозяйственном и 215 на коммерческом). Курс четырехгодичный, исключая коммерческое отделение, где курс трехгодичный. Все только что перечисленные высшие технические учебные заведения находятся в ведении министерства народного просвещения. В ведении министерства земледелия состоит «Горный институт императрицы Екатерины II», в 1898 г. имевший ок. 450 слушателей . В ведении министерства внутренних дел находится «Институт гражданских инженеров императора Николая I», основанный в 1842 г. как «строительное училище». В 1898 г. было 370 слушателей. В том же ведомстве находится (при Главном управлении почт и телеграфов) электротехнический институт, с 5-летним курсом; слушателей 120. В ведомстве путей сообщения находится «Институт инженеров путей сообщения императора Александра I», основ. в 1810 г. одновременно с учреждением особого Главного управления путями сообщения (в конце 1897 г. слушателей было 860), и «Московское инженерное училище», с трехлетним курсом. Ввиду крайней недостаточности высших технических учебных заведений министерство финансов решило открывать, при материальной поддержке местных обществ и крупных промышленников, так назыв. политехникумы. Пока их открыто два: в Киеве (с отделениями механическим, химическим, инженерным и сельскохозяйственным) и в Варшаве. Еще менее удовлетворена потребность населения в среднем и низшем техническом образовании. В настоящее время насчитывается всего 10 средних технических училищ, из которых половина основана после 1894 г., 11 низших технических училищ и 21 ремесленное училище, основанные по преимуществу в 80-х и 90-х годах, при содействии общественных учреждений и частных лиц, и, наконец, 12 «школ ремесленных учеников» для мальчиков 11—14 лет. Эти школы имеют целью заменить столь тяжелые обыкновенно годы ученичества в ремесленных заведениях. Для сельских местностей, где развиты кустарные промыслы, выработан в 1895 г. тип «низшей ремесленной школы»; таких школ теперь 15. В ведении министерства народного просвещения находится, сверх того, около 60 аналогичных учебных заведений, имеющих каждое особый устав. Наконец, при 464 начальных училищах (в том числе 62 городских) организованы ремесленные отделения и классы, в которых дети (числом до 11 тыс.) учатся разным ремеслам: столярному, токарному, сапожному, слесарному, кузнечному. В ведении министерства путей сообщения состоят 32 «технических железнодорожных училища», с трехлетним курсом; они имеют целью образование (по преимуществу из детей железнодорожных служащих) второстепенных техников для железнодорожной службы (машинистов, дорожных мастеров и т. д.).

Педагогические учебные заведения. В двух историко-филологических институтах (в Петербурге и Нежине) получает подготовку значительная часть преподавателей древних языков и русского языка в наших средних учебных заведениях. Это — закрытые учебные заведения, куда принимаются на казенное содержание окончившие курс гимназии или духовной семинарии . Для практики будущих учителей при институтах учреждены гимназии. Трудно сказать, к какому разряду учебных заведений следует отнести так назыв. учительские институты (по отбыванию воинской повинности они относятся к первому разряду) в первый раз появившиеся у нас в 1872 г. вместе с «городскими училищами», для которых они должны подготовлять учителей. Это — закрытые учебные заведения, с трехлетним курсом. В 1898 г. их было 10, учащихся — около 700. К семидесятым годам относится также основание большей части учительских семинарий, где подготовляются будущие учителя начальных школ. Это — открытые учебные заведения, с трехлетним курсом. В 1894 г. считалось 60 учительских семинарий и учительских школ, с 4600 учащимися, из которых 613 женского пола. В указанное число вошли 3 семинарии в Сибири, одна в Туркестанском крае и школы для подготовки учителей из инородцев: симферопольская татарская, бирская инородческая, оренбургская киргизская, казанская инородческая, казанская татарская и симбирская чувашская. К 1 янв. 1898 г. числилось 62 учительских семинарии и школы (о числе учащихся сведений нет).

Сельскохозяйственные и лесные учебные заведения. Московский сельскохозяйственный институт, учрежденный в 1894 г. (взамен Петровской земледельческой и лесной академии) в Петровском-Разумовском, близ Москвы, имеет два отделения: сельскохозяйственное и сельскохозяйственно-инженерное. Курс продолжается 4 года; все студенты (в 1898 г. их было 186) должны жить в общежитии. Институт сельского хозяйства и лесоводства в Новой Александрии учрежден в 1869 г. и преобразован в 1893 г.; курс четырехлетний; в 1897 г. 263 слушателя. Лесной институт в Петербурге, с четырехлетним курсом; в конце 1897 г. числилось 467 слушателей, часть которых жила в общежитии. Сюда же относятся сельскохозяйственные отделения упомянутых выше политехнических институтов в Риге и в Киеве. «Высшие курсы по виноделию» при Никитском ботаническом саде, в Крыму, основаны в 1888 г.; занятия длятся 2 года. В 1898 г. числилось 13 слушателей. Средние сельскохозяйственные, или «земледельческие», училища функционируют на основании положения 1878 г. Курс учения 6-летний. Таких училищ к началу 1898 г. считалось 11, учащихся почти 1500. В то же время в Р. было 105 низших сельскохозяйственных школ 1 и 2 разряда, с курсом четырехлетним и двухлетним (в том числе 4 женских сельскохозяйственных школы чисто практического характера); число учащихся во всех низших школах около 3500. В ведении лесного департамента находятся низшие лесные школы (в 1896 г. — 23) для приготовления так наз. «лесных кондукторов» (помощников лесничих). Курс этих школ двухгодичный и носит чисто практический характер. Средних учебных заведений для изучения лесоводства со времени закрытия Лисинского училища в Р. не существует.

Коммерческие учебные заведения. Для коммерческого образования у нас есть лишь средние и низшие учебные заведения, регулируемые положением 1896 г. Средние коммерческие учебные заведения — так назыв. «коммерческие училища» — бывают двух типов: семиклассные, которые дают общее и специальное образование, и трехклассные, дающие только специальное образование. Остальные коммерческие учебные заведения — торговые школы, торговые классы и коммерческие курсы. Торговые школы имеют целью в 2—3 года подготовить учащихся к занятно низших должностей в торговом деле. «Курсы коммерческих знаний» и «торговые классы» предназначаются для слушателей самого разнообразного состава и по возрасту, и по положению, и по предварительной подготовке. Как новые, так и прежние коммерческие учебные заведения сосредоточены главным образом в столицах и крупных центрах: в Петербурге их 14, в Москве 11, в Киеве 6, в Варшаве 9, в Привислянском крае 7, в Одессе 4, в Харькове 3, в Риге 2. На всю остальную Р. приходится около десяти коммерческих учебных заведений разных типов (преимущественно курсов). Во всем Поволжье до сих пор открыты всего две торговых школы (одна общественная в Ярославле и одна частная в Нижнем Новгороде и частные курсы в Саратове. Между тем, потребность в коммерческом образовании очень велика. В Петербурге желающих учиться в торговых классах явилось свыше тысячи человек, в Москве — более 1300 человек.

Военные учебные заведения. Для высшего военного образования служат военные академии, в которые принимаются по экзамену лишь офицеры, прослужившие несколько лет в строю: Николаевская академия Генерального штаба, Михайловская артиллерийская, Николаевская инженерная и Александровская военно-юридическая. В первых трех академиях курс двухгодичный, по окончании которого часть слушателей откомандировывается в свои части, а лучшие по успехам оставляются на годичный дополнительный курс и затем назначаются к службе по Генеральному штабу, в технические артиллерийские заведения и в военные инженеры. Военно-юридическая академия имеет трехлетний курс (два общих юридических и один посвященный специально военно-юридическому образованию). К высшим учебным заведениям относятся по закону и «военные училища», которых 8: 4 пехотных, одно кавалерийское, два артиллерийских и одно инженерное. Для подготовки офицеров, которые могли бы производить топографические работы, существует военно-топографическое училище. В училищах артиллерийских и инженерном курс длится три года, в других военных училищах — два года. Все эти училища — закрытые учебные заведения; воспитанники (юнкера) считаются на действительной службе. К числу средних учебных заведений военного ведомства относятся кадетские корпуса (числом 23), с семилетним курсом. Особо стоят так наз. юнкерские училища; с окончанием в них полного курса (двухлетнего) не соединено никаких особых прав по государственной гражданской службе, и окончившие курс выпускаются не офицерскими чинами, а подпрапорщиками. В настоящее время существуют 7 пехотных юнкерских училищ, два кавалерийских и два казачьих. Для нижних чинов военное ведомство имеет школы ротные, батальонные, эскадронные, батарейные, телеграфные, понтонные и т. п., а также школы для начального обучения солдатских детей, школы писарей и др. Всего в ведении военного министерства состояло в 1896 г. 10270 низших школ всякого рода, с 301093 учащимися, из которых около 50000 женского пола. На содержание всех этих школ в том же году было затрачено 2648300 руб. («Статист. сведения по начальному образованию за 1896 г.», СПб., 1898, изд. мин. нар. просвещения), т. е. больше, чем тратит на содержание начальных школ само министерство народного просвещения, если не принимать во внимание затраты последнего на инспекцию народных училищ и на содержание учит. семинарий и институтов.

Морские учебные заведения. Высшее морское образование дает Николаевская морская академия, куда по экзамену принимаются офицеры флота. Академия имеет четыре отделения: гидрографическое, механическое, кораблестроительное и военно-морское; первые три имеют двухгодичный курс, последнее — одногодичный (в 1898 г. 37 слушателей). Морской кадетский корпус — закрытое учебное заведение, имеющее 6 классов: три общеобразовательных и три специальных. К высшим учебным заведениям относится и находящееся в Кронштадте Морское инженерное училище имп. Николая I, с четырехгодичным курсом и двумя отделениями, кораблестроительным и механическим. Существуют еще офицерские классы минный и артиллерийский. Морское ведомство имеет начальные школы для детей матросов, но в небольшом количестве. На запрос министерства народного просвещения морское ведомство дало сведения о семи подобных школах, с 585 учащимися (данные об учащихся даны для шести школ); на содержание этих школ затрачено было в 1896 г. 23805 руб. Из этих данных несомненно явствует, что сюда не вошли сведения об обучающихся грамоте новобранцах . Для нужд торгового флота учреждены так наз. мореходные классы трех разрядов. Их всего 41, но число учащихся весьма незначительно. С 1898 г. мореходные классы перешли в ведение министерства финансов.

Духовные учебные заведения. К «духовно-учебным» заведениям в России причисляются духовные академии, духовные семинарии и духовные училища. Духовных академий четыре: киевская, московская, петербургская и казанская; управляются они на основании устава 1884 г. Полный академический курс 4-летний. Согласно последнему отчету (за 1894 и 95 гг.) обер-прокурора Св. синода, во всех четырех академиях числились 904 студента. Главная масса священнослужителей православной церкви получает свое общее и богословское образование в духовных семинариях, причисляемых к средним учебным заведениям. Семинарии имеют 6 классов. Преобладают в учебном курсе семинарий науки богословские, но в значительном объеме преподаются и науки общеобразовательные, входящие в курс классических гимназий (до конца 70-х годов окончившие курс семинарий имели свободный доступ в высшие учебные заведения наравне с гимназистами; в последнее время лучшим из окончивших курс семинарий дозволено поступать в Варшавский, Томский и Юрьевский университеты). По последнему отчету обер-прокурора, в Р. 58 семинарий, в которых почти 19000 воспитанников. Так назыв. «духовные училища» предназначены «для первоначального образования и подготовления детей к служению православной церкви и находятся в живой и нераздельной связи с семинариями». Училища имеют четыре класса, программа которых приближается к программе четырех классов гимназии. По последним официальным сведениям, в Р. считается 186 духовных училищ, с 31215 учащимися, о школах грамоты и о церковно-приходских школах, как относящихся к системе общих начальных школ страны, см. выше; о женских учебных заведениях, содержимых духовным ведомством, будет сказано ниже. Лютеранский богословский факультет Юрьевского университета подготовляет лютеранских пасторов. Католическое духовенство имеет как высшее богословское учебное заведение (римско-католическая духовная академия в Петербурге), так и средние — так назыв. семинарии. Для армянской церкви имеется Армянская духовная академия в Эчмиадзине (Эриванской губ.). Для подготовления караимских газанов и вероучителей в Евпатории состоят 5-классное Александровское караимское училище. Мусульманское духовенство получает образование в многочисленных медресе, которые содержатся на средства от вакуфов.

Межевые и топографические учебные заведения имеют целью подготовлять специалистов по межеванию, производству съемок, составлению карт, планов и т. п. Таких учебных заведений 6: одно высшее — Константиновский межевой институт в Москве — и 5 землемерных училищ. Константиновский институт состоит из 4 общеобразовательных классов, соответствующих III—VI классам реальных училищ, и специальных курсов. При переходе на специальные курсы учащиеся выбирают отделение землемерное (3-годичный курс) или инженерное (курс двухлетний). Землемерные училища имеют три класса. Все перечисленные учебные заведения находятся в ведении министерства юстиции.

Учебные заведения для изучения восточных языков — факультет восточных языков в Петербургском университете и так назыв. Лазаревский институт восточных языков в Москве. Последний состоит из 8 гимназических классов и трех специальных классов, где изучаются языки арабский, турецкий, персидский, армянский (обязательный для армян) и грузинский (для грузин). При Азиатском департаменте Министерства иностранных дел учреждено особое «учебное отделение», куда допускаются для дальнейшего (преимущественно практического) усовершенствования лица, окончившие по 1 разряду арабско-турецко-персидское отделение факультета восточных языков (петербургского университета) или специальные классы Лазаревского института. Здесь же занимаются офицеры, желающие изучить восточные языки (допускаются по особому конкурсному экзамену). В 1899 г. учрежден во Владивостоке «восточный институт для подготовления к службе в административных и торгово-промышленных учреждениях восточно-азиатской России и прилегающих к ней государств»; курс четырехлетний и, начиная со второго учебного периода, делится на 4 отделения: китайско-японское, китайско-корейское, китайско-монгольское и китайско-маньчжурское. Для поступления в институт требуется окончание курса в одном из средних учебных заведений.

Художественные и музыкальные учебные заведения не имеют систематической организации; большею частью они содержатся обществами или частными лицами. Важнейшие из художественных учебных заведений: Высшее художественное училище в Петербурге при Императорской академии художеств, с двумя отделениями; 1) живописи и скульптуры и 2) архитектуры (в 1896 г. в обоих обучалось 388 чел., из которых 34 женщ.). Центральное училище технического рисования бар. Штиглица в Петербурге имеет целью образование рисовальщиков, живописцев и скульпторов для надобностей художественно-промышленных производств, а также учителей и учительниц рисования и черчения для средних и низших учебных заведений. В 1896 г. числилось 189 учащихся, из них 84 женщины. Курс пятилетний. Аналогичные задачи преследует Строгановское учил. технического рисования в Москве. Имеются, затем, училище живописи, ваяния и зодчества в Москве и рисовальные школы в Петербурге Саратове, Харькове, Киеве, Вильне и Казани. Низшую степень художественного образования дают вечерние и воскресные классы, посещаемые преимущественно ремесленниками, а также лицами, имеющими надобность в приобретении элементарных навыков в области графических искусств. Сюда относятся: 1) начальная школа рисования при Центральном училище бар. Штиглица. 2) Классы рисования Имп. общества поощрения художеств для рабочих СПб. и его окрестностей, 3) Классы технического рисования и черчения Имп. российского технического общества (при вечерних классах для рабочих в Петербурге и окрестностях). 4) Классы технического рисования и черчения Общества распространения технических знаний в Москве. Для музыкального образования служат петербургская и московская консерватории, Варшавский музыкальный институт (для приготовления учителей и учительниц музыки), придворная певческая капелла (имеет общеобразовательные классы, инструментальный класс и регентский класс), синодальное училище церковного пения в Москве, несколько музыкальных училищ Имп. музыкального общества и весьма значительное число частных музыкальных школ. Для изучения драматического искусства служат два театральных училища, в Петербурге и в Москве, музыкально-драматическое училище Московского филармонического общества и несколько драматических курсов и курсов выразительного чтения, содержимых частными лицами.

Женские учебные заведения имеют в Р. совершенно особую организацию: совместное обучение обоих полов допускается лишь в начальных народных училищах (причем девочки должны быть не старше 12 лет) и в некоторых специальных учебных заведениях (напр. в музыкальных консерваториях, рисовальных школах, зубоврачебных курсах). К высшим женским учебным заведениям относятся «высшие женские курсы» в С.-Петербурге, действующие на основании устава 1889 г. Занятия длятся 4 года. Два отделения: историко-филологическое и физико-математическое. В 1898—99 учебном году на курсах числилось 960 слушательниц, из которых 719 на историко-филологическом отделении. Всего окончило курс (с 1882 по 1896 г.) 1346 женщ. На «педагогических курсах с.-петербургских женских гимназий» занятия продолжаются три года, из которых последний — в значительной степени практический, для чего при курсах есть женская прогимназия. Педагогические классы, организованные при некоторых институтах, имеют курс двухлетний. К числу высших женских учебных заведений можно с некоторым основанием отнести и педагогические курсы Фребелевского общества, потому что лица, не окончившие среднего образования, принимаются на курсы лишь в качестве вольнослушательниц. Курсы имеют целью дать теоретическую и практическую подготовку руководительницам детских садов. Существуют еще педагогические курсы Моск. общества воспитательниц и учительниц. В Женском медицинском институте (в Петербурге) к 1 января 1898 г. было 186 слушательниц, составлявших первый курс института (ученье продолжается 5 лет). Среднее образование женщины получают в женских гимназиях министерства нар. просвещения и ведомства учреждений имп. Марии, в институтах того же ведомства и в епархиальных училищах. Гимназии министерские имеют 7 классов и 8-й педагогический, гимназии ведомства имп. Марии — 7 классов. В 1894 г. в Р. было 161 женская гимназия и 176 (трехклассных или четырехклассных) прогимназий ведомства министерства народного просвещения и 30 гимназий ведомства имп. Марии; в первых учащихся было 71781 , во вторых 9945. Кроме гимназий, ведомство имп. Марии имеет институты, т. е. закрытые учебные заведения, в которые принимаются только девицы из привилегированных сословий, тогда как в женские гимназии принимаются дети всех сословий без изъятия. Курс институтов 7-летний. Всех институтов 31 (из них половина в Петербурге и Москве), воспитанниц в них около 8000. К числу средних женских учебных заведений относятся и так наз. «женские епархиальные училища», находящиеся в ведении Св. синода и назначенные главным образом для дочерей лиц духовного звания. Курс их 6-летний. В 1895 г. женских епархиальных училищ было 51, с 13186 учащимися (из них 11141 были дочери лиц духовного звания). В училищных общежитиях помещалось 10492 воспитанницы и только 2694 были приходящими ученицами. При большинстве (31) училищ учреждены образцовые школы для педагогической практики старших воспитанниц . Низшее образование девочки получают в начальных школах, большею частью совместно с мальчиками, хотя иногда, по преимуществу в городах, устраиваются и отдельные школы для девочек. В начальных школах девочки составляют несколько менее четвертой части учащихся. — К числу женских учебных заведений специального характера относятся курсы фельдшериц и лекарских помощниц, с различной продолжительностью курса и разными условиями приема. Еще большее разнообразие по своей организации и по требованиям общеобразовательной подготовки представляют разные курсы для акушерок, повивальных бабок, «повивальные институты» и т. п. Крайне трудно было бы подвести итоги и охарактеризовать типы женских профессиональных школ. В «Справочной книжке по женскому профессиональному образованию в Р.», изданной в 1898 г. Обществом поощрения женского профессионального образования, заключается перечень почти 200 школ «профессиональных», «рукодельных», «ремесленных», «хозяйственных», «кулинарных», «школ домоводства», «кройки и шитья» и т. п. Большинство этих школ ограничивается обучением традиционным женским рукоделиям с присоединением общего образования, редко заходящего за пределы курса трехклассной женской прогимназии. Первое в Р. «женское коммерческое училище» основано при так наз. «доме Анатолия Демидова» (в Петербурге). Курс его восьмилетний; пять лет идет на общее образование и три года на специальное коммерческое. Окончившие курс получают звание «ученых конторщиц».

3) Статистика учебного дела в Р. Высшее образование. Всех высших учебных заведений в Р. (в 1896 г.), не считая Вел. княжества Финляндского, было 52. Из общего числа учащихся в высших учебных заведениях (в 1893—94 г.) — 25166 — женщин было 983, или 4 %. Более подробные данные оказывается возможным дать лишь относительно университетов. Вот как изменялось число студентов в университетах за период времени между 1880 и 1894 годами.

Если исключить богословский факультет, имеющийся только в Юрьевском университете, то распределение слушателей в 9 университетах по факультетам выразится в следующем виде:

Таким образом, число студентов на юридических факультетах увеличилось за счет историко-филологических и медицинских, причем медицинские факультеты все-таки удержали за собою первое место по числу слушателей. Общая сумма расходов на содержание университетов выражалась в 1880 г. — 3157 тыс. р., в 1894 г. — 4300 тыс. р., а вместе с Томским университетом — 4544 тыс. р.; в том числе из госуд. казначейства затрачено в 1880 г. 2547 тыс. руб., в 1894 г. — 3300 тыс. р., а вместе с Томским унив. — 3508 тыс. руб. В 1880 г. на одного слушателя приходилось расходов казны 311 р., в 1894 г. — 244 руб. Отношение между казенными и прочими средствами университетов за 14 лет почти не изменилось; значительно повысился % поступлений от платы за слушание лекций и сильно понизилось количество поступлений в виде пособий от земств, дворянства, городских обществ, частных лиц и из прочих источников. Это видно из следующей таблицы:

Все расходы на одного студента университета в 1880 г. составляли 385 р., в 1894 г. — 318 руб. Громадное большинство высших учебных заведений содержится главным образом на государственные средства. Наиболее резким исключением являются Высшие женские курсы, существующие исключительно на доход от платы за слушание лекций и на проценты с капиталов и другие источники (правительство дает только субсидию в 3000 руб., идущую на жалованье директору курсов, назначаемому правительством).

Среднее образование. В 1894 г. в России считалось 177 муж. гимназий, 58 мужских прогимназий, 104 реальных училища, 55 духовных семинарий, 186 духовных училищ, 163 женск. гимназии мин. нар. просв., 61 женских епархиальных и духовных училищ, 30 институтов, 30 женских гимназий Ведомства имп. Марии и 34 военно-учебных заведения с общеобразовательным курсом (кадет. корпуса). Из этого числа в столицах и губернских городах находилось 91 % семинарий, 84 % епархиальных женских училищ, 74 % женских гимназий, 68 % мужских гимназий, 59 % реальных училищ, 24 % мужских прогимназий; иными словами, большинство средних учебных заведений сосредоточено в губернских и столичных городах (исключение составляют только прогимназии). Распределение средних учебных заведений гражданского ведомства (т. е. мин. нар. просв. и ведомства имп. Марии) весьма неравномерно, как видно из следующей таблицы:

Одно среднее учебное заведение гражданского ведомства приходится в Рижском округе на 136000 душ населения, в Туркестанском — на 2 1/4 милл. В среднем одно среднее мужское учебное заведение приходится в Р. на 405000 душ обоего пола и на 53000 кв. вер., а женское — на 640000 душ обоего пола и на 88000 кв. вер. Если принять во внимание духовные и военные учебные заведения, то одно мужское среднее учебное заведение придется на 192000 душ обоего пола (одно женское — на 415000) и на 30000 кв. вер. (одно женское — на 68000). Учащиеся между средними учебными заведениями разного рода распределяются так (данные относятся к 1894 г., кроме учебных заведений духовного ведомства; данные о последних — 1893 г.): в мужских гимназиях и прогимназиях 63420, в реальных училищах 23991, в женских гимназиях (минист.) 44157, в институтах 7706, в женских гимназиях ведомства императрицы Марии 9945, в духовных семинариях 49512, в женских епархиальных училищах и духовных училищах 13745, в военных учебных заведениях 11701, итого в мужских 148624, в женских 75553, а всего около 225000. Приблизительно можно сказать, что одно лицо, учащееся в высших учебных заведениях, приходится в Р. на 5000 населения, одно, учащееся в средних учебных заведениях всех ведомств, — на 500 душ населения .

Сравнение числа учащихся в средних учебных заведениях ведомства министерства народного просвещения в 1885 и 1894 гг. (других данных нет) приводит к следующим выводам:

Таким образом, общее количество учащихся в мужских гимназиях значительно сократилось (на 8488, или 13 % прежнего числа), а количество учащихся в реальных училищах увеличилось на 15 %; но так как убыль равняется (в гимназиях) 8488, а прибыль — всего лишь 3038, то в общем получается убыль в 5450 чел. В женских учебных заведениях за то же время прибавилось более 10000 учащихся, или почти 29 %. В 1891 г. 5,4 % выдержавших приемный экзамен в мужские гимназии и 5,7 % — в реальные училища не были приняты в эти учебные заведения исключительно по недостатку места.

Распределение учащихся по сословиям видно из следующей таблицы:

Как изменялся вероисповедный состав учащихся за тот же период — это показывают следующие данные:

Вероисповедный состав учащихся в женских гимназиях и прогимназиях министерства народного просвещения не подвергался за тот же период существенным колебаниям. В 1892 г. из всех учащихся в этих заведениях 76 % были православные, 5,8 % католички, 7,1 % лютеранского и реформатского исповедания, 8,3 % еврейки и 2,8 % прочих исповеданий. В 1894 г. всеми ведомствами, кроме военного, расходовалось на среднее образование 25451099 руб., из них по министерству народного просвещения 14573890 руб. (57 %), по духовному ведомству 6314088 руб. (25 %) и по ведомству имп Марии 4563121 руб. (18 %). Эти средства были получены из следующих источников (в % к общей сумме расходов):

Если принять во внимание, что на содержание кадетских корпусов в 1894 г. тратилось около 4 милл. руб., то расходы на содержание средних учебных заведений можно определить приблизительно в 30 милл. руб. Расходы на содержание средних учебных заведений министерства народного просвещения уменьшились между 1884 и 1894 г. с 16148000 до 14574000 руб. (для мужских гимназий — с 8924000 до 7543000 р., для мужских гимназий с прогимназиями — 10477000 до 8748000 руб., для реальных училищ — с 3193000 до 3042000 р.; для женских гимназий расходы увеличились с 2478000 до 2784000 руб. Средняя стоимость содержания мужской гимназии (в 1894 г.) — 45997 руб., реального училища — 39406 руб., женской гимназии мин. нар. просв. — 22633 р., женской гимназии ведомства императрицы Марии — 30470 р., духовной семинарии — 48411 руб., института — 131400 руб.). Средняя стоимость обучения одного лица в мужских гимназиях 145 руб., в реальных училищах 140 руб., в женской гимназии мин. нар. просв. 76 руб., в женской гимназии ведомства имп. Марии 90 руб., в духовных семинариях 142 руб., в институтах (закрытые учебные заведения) 470 руб. Средний размер платы за ученье в мужских гимназиях 36 руб. (колеблется от 10 до 70), в реальных училищах 28 р. (10—76), в женских гимназиях министерства народного просв. 40 руб. (от 10 до 80), в женских гимназиях ведомства имп. Марии 74 руб., в институтах 185 р. (с содержанием). На содержание гимназий 47 % идет из государственного казначейства, 28 % дал сбор за ученье (3278761 р.), 10 % плата за содержание своекоштных и разных ведомств воспитанников, 15 % получены из др. источников. На содержание реальных училищ: 40,8 % из сумм государств, казначейства, 26,8 % — сбор за ученье, 10,6 % — от городских обществ, 6,9 % — от земств, 4 % — из войсковых сумм, 10,9 % — из разных источников.

Начальное образование. Относительно начального образования уже приведены выше некоторые статистические данные (распределение затрат на содержание начальных школ между земством, ведомством православного исповедания и министерством народного просвещения). По весьма тщательному подсчету Ф. Ф. Ольденбурга, в 1892—93 г. в Европейской России в народных училищах всех наименований и ведомств обучалось около 2800000 детей (из них с лишком 3/4 мальчиков); остальные обучались в селениях (см. таблицу I к ст. Начальное народное образование). В работе А. Я. Острогорского, помещенной в сборнике «Производительные силы России» и основанной на данных, относящихся к 1 января 1894 г., мы находим следующую сводную таблицу (исправленную согласно указаниям г. Острогорского в «Образовании» 1897 г., № 9):

«Статистические сведения по начальному образованию», опубликованные Мин. нар. просв. в 1898 г., относятся к 1896 г. Здесь мы находим общий итог учащихся в начальных школах всех ведомств 3801133, при населении в 126369000; на основании этих данных можно принять 3 за показатель начального образования для всей Р. (такой же показатель для С.-А. Соединенных Штатов выражается цифрой 21). Мы воспроизводим из вышеупомянутого издания несколько таблиц наиболее общего характера. Кроме упомянутых в них школ, ведомство учреждений имп. Марии имеет 319 низших учебных заведений, с 16769 учащимися; Человеколюбивое общество — 45 школ, с 2906 учащимися; министерство двора — 39 школ, с 1836 учащимися; министерство внутренних дел — 459 школ, с 21315 учащимися; министерство финансов — 3 школы, с 203 учащимися; морское министерство — 7 школ, с 585 учащимися (деятельность военного министерства представлена в таблице V).

В апрельской книжке «Русского богатства» за 1899 г. («По поводу наших школьных дел», Ф. Ч.) напечатана следующая таблица, показывающая на основании отчетов обер-прокурора Св. синода и министра народного просвещения источники содержания начальных и низших школ этих обоих ведомств.

«Таким образом, — читаем мы в цитированной статье, — 82 % всех расходов по содержанию начальных училищ (двух названных ведомств) несут у нас общество и общественные учреждения, около 14 % — государство (госуд. казначейство) и около 2 % — церковь и церковные учреждения». Как видно из «Статистических сведений по начальному образованию в Российской империи за 1896 г.», на содержание начальных и низших школ всех других ведомств израсходовано несколько более 6 1/2 милл. руб. (6561617 руб.), из которых более половины (3393000 р.) приходится на долю начальных и низших школ ведомства учреждений имп. Марии (преимущественно на содержание приютов), более одной трети (2648321 руб.) — на долю начальных и низших школ военного ведомства. Приблизительно расходы на содержание начальных и низших учебных заведений всех ведомств могут быть определены, следовательно, в 32 милл. руб.

Литература. а) История русской школы. 1) Сочинения общие. Лучшее и новейшее обозрение истории русской школы вообще дает 2-я часть «Очерков по истории русской культуры» П. Милюкова (2 изд., 1899), где в конце каждой главы приведена и библиография. Другие соч.: Н. Владимирский-Буданов, «Государство и народное образование в Р. XVIII в.» (Ярославль, 1874); Аристов, «Образование в Р. при Александре I» («Известия Истор.-филол. института в Нежине», 1879); Сухомлинов, «Материалы для истории просвещения в Р. в царствов. Александра I» (1866); Феоктистов, «Материалы для истории просвещения в Р.» (1865); А. С. Воронов, «Историко-стат. обозрение учебн. завед. СПб. учебного округа с 1715 по 1828 г.» (СПб., 1849—54); «Сборник материалов для истории просвещения в Р.», т. I и II, СПб., 1893, 1897 г.); Н. Лавровский, «Рассуждение о древнерусских училищах» (Харьков, 1854); А. Окольский, «Об отношении государства к народному образованию» (1872). 2) История высшего образования. Ферлюдин, «Историч. обзор мер по высшему образованию в Р.» (Саратов, 1893); Иконников, «Русские университеты в связи с ходом общественного образования» («Вестник Европы», 1876, №№ 9—11). 3) История средней школы. E. Шмидт, «История средних учебных заведений в Р.» (СПб., 1878); «Материалы для истории и статистики наших гимназий» («Журн. Мин. нар. пр.», т. CXXI); Е. Лихачева, «Материалы для истории женского образования в Р.»; Овцын, «Развитие женского образования в Р.» (1887); Песковский, «Образование женщин у нас и за границей» (1887); Ладаев, «Историч. очерк военно-учебных заведений» (1880—92). IV) История низшей (народной) школы. Погодин, «О народном образовании в древней Р.»; Воронов, «Янкович-де-Мириево или народная школа в Р. при Екатерине II» (1858); гр. Д. А. Толстой, «Взгляд на учебную часть в Р. в XVIII ст. до 1782 г.»; его же, «Городские училища в царствование имп. Екатерины II»; К. И. Арсеньев, «Историко-статист. очерк народной образованности в Р. до конца XVIII века» (1854); С. Миропольский, «Школа и государство. Обязательность обучения в Р.» (1876).

б) Современное состояние учебного дела в Р. (кроме соч., приведенных в тексте статьи): «Minerva, Jahrbuch der gelehrten Welt» (ежег. изд. в Страсбурге); Ф. Гельбке, «Календарь для учителей» (выход. ежегодно); «Труды 2 съезда русских деятелей по техническому образованию»; О. Южаков, «Вопросы просвещения» (1897); В. Вагнер, «Университеты и средняя школа» («Рус. мысль», 1898, № 2); гр. Капнист, «Классицизм как необходимая основа гимназического образования» (1891); А. С. Пругавин, «Законы и справочные сведения по начальному народному образованию» (СПб., 1898); В. Петров, «Вопросы народного образования в Московской губ.» (1897, вып. II 1899); «Материалы по вопросу о введении всеобщего обучения в селениях Петербургской губ.» (1897, изд. губ. земства); «Очерк состояния начального нар. образования в Полтавской губ.» (Полтава, 1897); Е. Ковалевский, «Народное образование на выставке в Н. Новгороде» (СПб., 1897); «Положение народн. образования в Саратовской губ. за время существования в ней земских учреждений» (Саратов, 1898); И. Белоконский, «Народное начальное образование в Курской губ.» (1897); «Сборник статист. сведений и материалов по народн. образованию в Орловской губ.» (1897, изд. Орловского земства); Д. П. Жбанков, «Некоторые данные о народном образовании в Смоленской губ.»; В. Воскресенский, «Педагогический календарь» (три вып., 1890—93). В скором времени должно появиться обширное исследование о положении начального образования, предпринятое еще бывшим СПб. комитетом грамотности и продолжаемое Имп. вольным экономическим обществом (см. «Отчет о положении исследов. народн. образования в Р., производ. Имп. вольн. экономич. общ.» — доклад, читанный гг. Фальборком и Чарнолусским в общем собрании Вольного экономич. общества).

.

Примечания

Приложения 

 I. Начальные училища ведомства Министерства Народного Просвещения

по всей Империи (кроме Финляндии)

 II. Число учащих в начальных училищах ведомства Министерства Народного Просвещения

по всей Империи (кроме Финляндии)

 III. Число учащихся в начальных училищах ведомства Министерства Народного Просвещения 

По всей Империи (кроме Финляндии)

 IV. Церковно-приходские училища и школы грамоты, находящиеся в ведении Св. Синода

 V. Начальные и низшие учебные заведения Военного Ведомства

 VI. Общее число начальных и низших училищ всех ведомств, а равно число учащих и учащихся в них 

 VII. Число училищ и учащихся в начальных училищах ведомства Министерства Народного Просвещения и ведомства Св. Синода по губерниям и областям

ЭСБЕ:Россия
ЭСБЕ:Образование
ЭСБЕ:Статистика