ЭСБЕ/Заем
Заем (mutuum, le prêt, Darlehn) — договор, по которому одна сторона предоставляет другой в собственность вещи известного рода и количества или известную сумму денег с обязанностью получателя по истечении определенного времени возвратить столько же вещей того же рода и качества или такую же сумму денег. От имущественного найма З. отличается тем, что предметом последнего может быть только движимое имущество, поступающее притом в собственность заемщика (mutuum — ex meotuum); отдавать же в наем можно всякое имущество, как движимое, так и недвижимое, но исключительно в пользование, за определенную наемную плату. От договора ссуды З. отличается тем, что с ссудою соединено лишь право пользоваться вещью; получатель обязан возвратить ту же самую, индивидуально определенную вещь (ст. 2064 и 2067 гр. зак.). Юридическое значение такого различия проявляется в вопросе о риске сторон. При случайном уничтожении вещи (напр. во время пожара), если она предоставлена по ссуде, убыток несет хозяин вещи, а если она предоставлена по З. — заемщик (ст. 2068). Ссуда по существу своему безмездна; З. может быть и безвозмездный, но, вообще, возмездность его предполагается, так как пользование деньгами всегда имеет известную рыночную ценность, выражаемую процентом. В Св. Зак. и в позднейших узаконениях слово ссуда часто, впрочем, употребляется в смысле займа. Вместо передачи вещи или денежной суммы от заимодавца должнику допускается при заключении З. обмен или зачет ценности, образовавшейся из прежних отношений (ст. 568, 2017 и 2045 зак. гр.).

Личная способность вступать в договор З. подвергалась и подвергается ограничениям. Еще около 70 г. по Р. Х. вышел римский закон (sc. Macedonianum) о безусловной недействительности З., которые совершались лицами, состоящими под отеческою властью (см. Несовершеннолетие). В древнем русск. праве первые постановления о договоре З. встречаются в пространной «Русск. Правде». Предметом З. могут быть деньги, мед, жито, причем дозволяется условие о платеже роста (см.). З. совершался без всякого письменного акта, но, по общему правилу, в присутствии свидетелей. Ко времени Иоанна IV при совершении договора займа стали входить в употребление письменные акты. Рассрочка платежа долга делалась князьями посредством грамот, называвшихся полетными. Купец, который, взявши деньги или товар в долг для торговли, пропил или другим безумием погубил свой товар, выдавался истцу (заимодавцу) головою. Псковская судная грамота требовала, чтобы заем был обеспечен закладом и утвержден записью; по наступлении срока заимодавец должен явить запись правительству; он может требовать данных в ссуду денег и до наступления срока; точно так же должник может возвратить долг до срока. По законам Иоанна IV давать заемные обязательства (кабалы) могли только лица, которым исполнилось 15 лет от роду. В Уложении царя Алексея Михайловича говорится о З. денег, хлеба и других тому подобных вещей. Условие о платеже процентов в случае денежного З. совершенно запрещено, как противное правилам св. апостол и св. отец. Без письменного акта о З. нельзя производить иска. В случае неплатежа в срок производится в установленном порядке взыскание (см.). Заемную кабалу на деньги можно передавать другому лицу. Законы, изданные после Уложения, говорят только о денежном З., не упоминая о З. хлеба и других вещей. Запрещалось брать деньги в З.: несовершеннолетним, неотделенным детям и крестьянам (государственным, помещичьим, дворцовым, синодальным, архиерейским и монастырским), без дозволения родителей, опекунов, управителей, помещиков и мест, в ведомстве которых крестьяне состоят. Это запрещение распространено было в 179 6 г. на нижних воинских чинов. В 1754 г. разрешено было условливаться при З. о платеже процентов, но не свыше 6 на сто в год. З. определено считать ничтожным, если по суду найдено будет, что он безденежный (см.), что он учинен подложно во вред конкурса, что он произошел по игре или произведен для игры с ведома о том заимодавца. Постановления действующего русского законодательства о З. заимствованы из Банкротского устава 1800 г. З. разумеется в качестве преимущественно денежной сделки, но предметом З. могут быть вообще веяния заменимые вещи (прим. к ст. 2013, 2045; кас. 1626 — 73 г.). Для совершения З. необходима право— и дееспособность кредитора и должника. Недействителен поэтому З., заключенный, напр., несовершеннолетним, безумным, сумасшедшим, а также должностным лицом, производящим следствие, у лица, прикосновенного к делу (ст. 222, 376, 2025 зак. гр.). Недействительность З. исключает лишь юридические последствия договора, но взявший без законного основания имущество или деньги обязан возвратить их собственнику (ст. 574 и 609, кас. 820 — 74 г.). Законом 6 марта 1879 г. размер роста предоставлен взаимному соглашению сторон; при отсутствии такого соглашения рост полагается по 6 %. Если условленный рост превышает 6 %, то должник имеет право во всякое время, спустя 6 месяцев по заключении З., возвратить занятый капитал с тем, однако, чтобы заимодавец был письменно предупрежден об этом не менее, как за 3 месяца. По закону 24 мая 1893 г. о ростовщичестве рост, не превышающий 12 % в год, ни в каком случае не почитается чрезмерным. Договор З. считается заключенным с момента передачи или зачета ценности кредитором должнику. Без этой передачи или зачета З. является беспредметным, называется безденежным и признается ничтожным (ст. 2014). Безденежность долгового акта, не совершенного и не засвидетельствованного установленным порядком, может быть доказываема свидетельскими показаниями (кас. 1951 — 70 г., 704 — 72 г., 181 — 76 г. и мн. др.). Не считаются безденежными заемные письма, выданные вместо наличного платежа за работу, услуги, товары и изделия, а также в удовлетворение взысканий, проистекающих из договоров, или вследствие дара, предшествовавшего совершению заемного письма (ст. 568, 2017; кас. 130 — 73 г., 597 — 74 г., 473 — 75 г.). Заемное обязательство может быть выдано на имя и в пользу третьих лиц, хотя бы в самом договоре и не упоминалось о мотивах выдачи такого обязательства; оно не признается безденежным, разве бы безденежность его была доказана другими фактами (кас. 262 — 78 г.). Прямым доказательством З. служит обыкновенно письменное обязательство, называемое заемным письмом. Уже в Банкротском уставе содержатся по этому предмету те же правила, которые вошли в действующее законодательство, с незначительными лишь дополнениями и изменениями. Законными формами для заемных обязательств признаются: а) крепостное заемное письмо (с введением Нотариального пол. едва ли остается место для совершения крепостн. заемного письма); б) домовое заемное письмо, которое дозволено писать на дому, на установленной гербовой бумаге, и которое представляется к явке у нотариуса заемщиком или его поверенным и в) подписанный должником счет за работу и услуги, забранные изделия или товары и т. п. Счет не должен превышать 150 р. и в течение 6 месяцев должен быть представлен ко взысканию или превращен в заемное обязательство (ст. 2031, 2033—2036, 2045 и 2046). Написание заемного письма не в тех именно выражениях, какие употреблены в приведенных в законе образцах для крепостных и домовых заемных писем (прил. к ст. 2034 и 2036), не влечет за собою недействительности акта (кас. 108 — 72 г., 415 — 75 г.). Долг за работы, услуги, забранные изделия или товары может быть доказываем не только счетом, но и другими доказательствами (кас. 6-91 и мн. друг.). Несоблюдение установленных для З. форм, а также подписание счета свыше 150 руб. имеют существенное значение в том случае, когда должник впал в несостоятельность; тогда домовое заемное письмо, явленное установленным порядком, пользуется преимуществом перед неявленным заемным письмом и перед счетом, «продержанным в безгласности» долее 6 месячного срока. Кроме того, по неявленному заемному обязательству кредитор не имеет права на законную неустойку (ст. 2039 и 2047). Действительность самого обязательства не обуславливается явкою его к засвидетельствованию или написанием его на гербовой бумаге (кас. 113 — 75 г., 510 — 76 г. в др.). Всякая форма заемного обязательства, лишь бы она была письменная, может служить доказательством существования договора З. (кас. 118 — 71 г., 221 — 75 г.).

З. делается обыкновенно на срок, означенный в самом договоре; но может быть и бессрочный З., впредь до востребования. В первом случае просрочка начинается с истечением срока, в последнем случае — со времени предъявления требования. Когда условие о процентах прямо не выговорено, проценты полагаются только со дня просрочки, а по бессрочным обязательствам — со времени требования (процент умедления). При неопределении в заемном акте, заключенном на несколько лет, сроков платежа процентов, они должны быть уплачиваемы ежегодно по истечении года (кас. 32 — 82 г.). Срок З. может быть по соглашению сторон продолжен, для чего составления нового акта не требуется. О такой отсрочке заимодавец делает надпись на самом обязательстве или подает о том прошение в присутственное место, где акт находится, или же выдает должнику особую расписку. С отсрочкою платежа капитала отсрочивается и платеж процентов. Отсрочка может быть дана и отдельным договором, не в виде заемного письма (ст. 2040—2044; кас. 29, 429 — 68 г., 1172 — 73 г.). Закон допускает одностороннюю передачу или уступку требования по З. (cessio). О такой передаче заимодавец (цедент) делает надпись (передаточную) на заемном письме с обозначением, кому и когда оно передается (передача может быть выражена и в особом акте: кас. 1001 — 71 г.). Цессионарий (лицо, которому передано право) вступает во все права цедента по отношению к должнику, причем в случае неисправности или несостоятельности последнего цедент не подлежит никакой ответственности («без оборота на заимодавца»). Но если переданное заемное обязательство окажется по существу недействительным или кредитор до передачи получил уже удовлетворение, то цедент обязан возвратить все им незаконно полученное цессионарию (ст. 2058—2060 и 2063; кас. 840 — 71 г., 414 — 72 г., 361 — 75 г., 246 — 76 г., 101 — 88 г.). Таковы, в существе, и постановления прав римского и франц. По прусскому и австрийскому законодательству передатчик отвечает перед цессионарием в том, что во время передачи уступаемое заемное обязательство имело ту самую ценность, какая в нем значилась или за какую оно было уступлено. По иностранным кодексам действие передачи для должника начинается с того момента, когда она стала ему известна посредством заявления со стороны приобретателя; до тех пор действительна произведенная им добросовестно уплата цеденту. Исполнение по договору З. заключается главным образом в удовлетворении (solutio), т. е. в возвращении должником кредитору на указанных в договоре условиях имущества такого же качества и количества, какое было занято. Кроме того, З. прекращается и другими способами, свойственными всем договорам, напр. отречением кредитора от своих прав, зачетом, давностью и т. п. Платеж производится кредитору, его законному преемнику или представителю. Платеж долга не заимодавцу, а кредитору его не соответствует понятию о З. и не считается погашением долга (кас. 242 — 76 г.). Платеж производится лично должником, его преемником или представителем. За должника может заплатить третье, постороннее лицо, заинтересованное в платеже вследствие особенного юридического отношения к должнику по этому обязательству (напр. поручитель или совокупный должник); в этом случае плательщик сам становится на место кредитора (subrogatio, paiement avec subrogation, nothwendige Cession). Платеж может быть также произведен сторонним лицом, прямо не заинтересованным в деле, без уполномочия должника. Если он произведен с дарственным намерением, тогда плательщик не имеет права на возмездие; где не видно дарственной цели, платеж является добровольною деятельностью в чужом интересе (negotiorum gestio; см. X, 817-8). Платеж долга производится в определенном договором З. месте. Если место исполнения не указано, то в силу общих начал права и по смыслу ст. 2055, Х т. 1 ч. должник обязан произвести платеж в месте нахождения заимодавца, а в случае отсутствия его или же невозможности произвести платеж самому заимодавцу или его поверенному платеж может быть представлен в судебное место (ibid.). Закон различает платеж всего долга от уплаты части его. Доказательством платежа по З. признается платежная надпись заимодавца на самом акте З., хотя бы он оставался в руках у заимодавца (ст. 2050—2052). Наддранное заемное письмо само по себе не служит еще доказательством платежа, но создает только предположение в пользу должника, когда акт З. находится в руках его. Такое предположение должно иметь место и в случае нахождения у должника заемного акта, хотя бы и не наддранного. Нахождение наддранного акта в руках кредитора само по себе не служит доказательством платежа, но может быть принято судом в соображение в связи с другими обстоятельствами, указывающими на погашение долга (кас. 1665, 1882 — 70 г., 111 — 76 г., 119 — 84 г.). Доказательством погашения долга служит также отдельная платежная расписка за подписью заимодавца, если в ней ясно означено, по какому обязательству платеж произведен; при сомнении она должна быть подтверждена другими документами (ст. 2054 зак. гражд.; ст. 280 Уст. суд. торг.; кас. 557 — 75 г., 159 — 76 г.). К числу актов, свидетельствующих об уплате, относятся также официальные бумаги присутственных мест и должностных лиц, производивших взыскание по заемному обязательству (кас. 667 — 73 г.). Наконец, доказательством прекращения долга по заемному письму может быть признан и зачет обязательства (см.).

Литература. Змирлов, «Договор займа по нашим законам» («Журн. гражд. и угол. права», 1882 г., кн. 5); Муллов, «Заемное письмо и вексель» («Журн. Мин. юстиции», 1863 г., № 4, стр. 3-18); Пахман, «История кодификации гражд. права» (т. II, стр. 280—235); Беляев, «Лекции по истории русского законодательства» (стр. 417—429).

.

Заем денег у нижних воинских чинов со стороны офицеров и унтер-офицеров составляет по военно-уголовным законам (ст. 125 Воинск. уст. о нак.) уголовно наказуемое правонарушение. Для ответственности офицеров безразлично, существовали ли между занявшим и нижним чином, у которого им заняты деньги, отношения подчиненности. Унтер-офицеры могут подлежать ответственности лишь в случае займа денег у подчиненных им нижних чинов. Нормальным наказанием в законе положено дисциплинарное взыскание; в случае безуспешности этих взысканий офицеры подвергаются отставлению от службы, нижние чины — заключению в военной тюрьме до 4 месяцев.

ЭСБЕ:Финансы
ЭСБЕ:Право