ЭСБЕ/Мировые судьи
Мировые судьи. — Это название в разных странах носят мало сходные учреждения. В Англии М. судьи созданы были при Эдуарде III (1360) как единоличная власть, призванная охранять общественный мир. Постепенно расширяясь, их компетенция уже в XV в. охватила все местные судебно-полицейские функции и все местное хозяйственное управление. М. судьи были с самого начала представителями и ставленниками короля; первоначально в мировую комиссию (commission of the peace) каждого графства входили крупные местные землевладельцы и профессиональные юристы, но в течение веков поместное дворянство (gentry) вытеснило из комиссий чиновников, частью само приобретая нужные юридические познания, частью отказываясь от всякого вознаграждения за свою службу. Безвозмездность службы и в особенности личное несение ее без права замещать себя не дали М. судьям выродиться в феодальное учреждение. До реформы 1888 г. деятельность в должности М. судьи составляла для поместного дворянства жизненное призвание, к которому молодежь готовилась со школьной скамьи. Нынешний размер ценза, необходимого для внесения в мировую комиссию графства (доход от недвижимости в 100 фунтов или право в будущем на недвижимость с доходом в 300 фунтов), установлен при Георге II. В мировой комиссии графства значатся сотни имен, но должность М. судьи занимают только лица, получившие специальное назначение от лорда-канцлера, по представлению лорда-лейтенанта графства. Квалификация (quorum — обладание юридическими познаниями), необходимая для права участия в решении важнейших дел, фактически присуща всем М. судьям. Звание М. судьи пожизненное и бессменное. М. судьи функционируют вообще единолично; однако во многих случаях — преимущественно когда судья затрудняется решить дело — они действуют в составе двух (малый съезд, petty session). Специальный съезд (special session) всех (не менее двух) М. судей подразделения графства (прежней сотни) отличается от «малого» тем, что созывается формально, тогда как малый съезд может составиться экспромтом. На четвертные (по четвертям года) съезды (quarter sessions) съезжаются М. судьи всего графства (не менее двух). Значение М. судей радикально изменилось вследствие закона 1888 г., который реформировал местное управление в демократическом духе. У М. судей остались их судебные функции, но все административно-хозяйственные полномочия перешли в руки новых выборных графских советов (county council) и подчиненных им участковых советов (district councils), а заведование полицейской силой графства перешло от четвертных съездов к соединенному комитету (joint committee) из представителей старого съезда и нового совета. До этой реформы в руках четвертных съездов сосредотачивались все дела графства, которые у нас, например, относятся к ведению как губернского и уездного земских собраний или городской думы, так и полицейского управления и различных других местных административных и фискальных учреждений: четвертные съезды составляли бюджет графства, вводили налоги и заключали займы, управляли имуществами графства, заведовали мостами, дорогами и общественными зданиями, тюрьмами и домами для умалишенных, ссудными и сберегательными кассами, ведали санитарную часть, выдавали патенты на разные роды торговли — словом, на них лежала необъятная масса так называемых дел графства (county business). Секретарь четвертного съезда, так называемый мировой секретарь (clerk of the peace), был приблизительно тем, что у нас — непременные члены М. съезда и губернского присутствия, прокурор, члены земской управы, тюремная инспекция, акцизный надзор и т. д. Единоличный М. судья и специальные съезды ведали также все дела, но только с менее обширными полномочиями. В современном своем виде, после реформы 1888 г., единоличный М. судья является судебно-полицейской властью; он охраняет мир, т. е. принимает меры предупреждения и пресечения (арест или поручительство) против всех нарушителей общественного спокойствия и порядка. В составе двух судей, а иногда и единолично, М. судья производит предварительные следствия по делам, которые идут на суд ассизов или четвертных съездов. Наконец, единоличный М. судья творит суд по уголовным проступкам, за которые на практике налагается штраф не свыше 5 фунтов и тюрьма до 3 месяцев (в теории — право наказания выше). Гражданская юрисдикция М. судей незначительна и распространяется главным образом на дела, не допускающие отлагательства: восстановление владения, иски о заработной плате, о квартирных и арендных деньгах и т. п. и на суммы не свыше 5 или 10 фунтов. Четвертные съезды после реформы 1888 г. являются: во-первых, уголовным судом первой инстанции с присяжными заседателями, компетенция которого распространяется на преступления менее тяжкие, чем компетенция ассизов; во-вторых, апелляционной инстанцией для дел, решенных единоличным судьей и специальным съездом. Функция апелляционного суда М. судей сравнительно новая (со времен реставрации Стюартов); прежде апелляционной инстанцией были суды королевской скамьи и канцлерский. Все изложенное относится к М. судьям в графствах: в больших городах судебно-полицейская власть организована иначе. От судей здесь не требуется земельного ценза; достаточно принадлежать вообще к числу плательщиков городских налогов. В Лондоне, Манчестере, Ливерпуле, Лидсе, Бирмингеме и др. судьи получают жалованье из городских средств, но, за исключением Лондона, на всю Англию не приходится и 20 местных судей на жалованье — так много лиц, готовых отправлять правосудие безвозмездно. В городах, где более 50000 жителей, имеются также четвертные съезды, но они только по названию похожи на съезды в графствах: это — периодический суд специального должностного лица, recorder, с участием присяжных заседателей; городские судьи в этих съездах не участвуют.

Хотя и заимствованные из Англии, М. судьи в Североамериканских Соединенных Штатах искони являются исключительно органами судебной или судебно-полицейской власти. В 1890 году они в 34 штатах и территориях избирались, при общих политических выборах, на разные сроки: от 2 до 5 лет; в 6 штатах они назначались губернатором на сроки от 2 до 7 лет. Для занятия этой должности не требуется никакого ценза; нужно быть только гражданином Соединенных Штатов и местным жителем. В некоторых штатах городской мэр является М. судьей ex officio, с уголовной юрисдикцией. Почти во всех штатах М. судья перед вступлением в должность обязан представить залог или поручительство в обеспечение сумм, которые могут поступать в его распоряжение по должности, и убытков, которые могут быть причинены его грубой небрежностью; ошибочное решение не влечет за собой ответственности. В качестве уголовного судьи М. судья, во-первых, принимает меры предупреждения и пресечения, дает приказы об аресте, требует поручительства в сохранении мира, распоряжается обысками и, во-вторых, судит виновных в мелких правонарушениях, причем всякий обвиняемый имеет право требовать, чтобы его дело было рассмотрено при участии присяжных заседателей. Компетенция М. судей разнообразна: в одних штатах максимум штрафа, к которому М. судья может приговорить, — 500 долларов, в других — 100, в третьих — только 10; в одних штатах он может посадить в тюрьму на год, в других — только на месяц. В качестве гражданского судьи М. судья некомпетентен в спорах о правах на недвижимости; компетенция в делах по личным искам и о движимости не превышает 13,33 долларов в одном штате и доходит до 1000 долларов в другом. Наконец, в силу своей так называемой «юрисдикции ех officio», М. судья в различных штатах вынимает из урны записки с именами присяжных заседателей, заключает браки, исполняет обязанности нотариуса, приводит должностных лиц к присяге и т. д. В немногих южных штатах существуют съезды М. судей наподобие английских quarter sessions, для коллегиального решения некоторых уголовных и полицейских дел; они называются судами графства (county courts). Апелляционные суды (circuit courts, district courts) состоят не из М. судей. Как и всякий другой американский судья, М. судья, прежде чем применить закон, вправе проверить его согласие с конституцией.

Во Франции М. судьи созданы в 1790 г. учредительным собранием, которое желало заменить ими существовавшие до революции сельские суды; при этом за образец были взяты не английские, а голландские суды. Первоначально М. судьи функционировали вместе с двумя заседателями, но уже в IX году (1801) М. судья сделался судьей единоличным, при всех действиях которого, однако, обязательно присутствует секретарь. С 1802 г. (конституция Х года) М. судьи не выбираются более местным населением, а назначаются, прежде государями, теперь президентом республики, из трех кандидатов, представляемых первым председателем и прокурором апелляционного суда. Для занятия должности М. судьи не требуется никакого образовательного или имущественного ценза; нужно только иметь 30 лет от роду. Отсутствием всякого ценза объясняют, что М. судьи одни в ряду судей не пользуются правом несменяемости. М. судьи состоят в каждом кантоне, а в городах — в каждом муниципальном округе. Они подчинены надзору окружных судов и дисциплинарной власти председателей окружного и апелляционного судов. Должность М. судьи — платная (от 1800 франков в маленьких кантонах до 5000 франков в больших городах и 8000 франков в Париже); она несовместима с должностями муниципальными, полицейскими и др. В качестве гражданского судьи М. судья решает дела по личным искам и о движимости до 100 франков окончательно и до 200 франков в качестве первой инстанции, споры путешественников с содержателями гостиниц и перевозчиками — до 1500 франков; дела о взысканиях за потравы, квартирных и арендных денег, а также споры между хозяевами и служащими подсудны мировому судье без ограничения ценой иска. Кроме того, ему подсудны дела о нарушении границ, владения и сервитутов. Апелляционной инстанцией для решений М. судьи являются окружные суды. Кассация возможна только в случае превышения власти. Гражданская компетенция М. судьи в существе регулируется законом 1838 г. Начиная с 1860 г., в парламент вносится ряд проектов о расширении компетенции М. судей на счет окружных судов; последний проект о расширении ее до 1500 франков по всем делам внесен в палату в марте 1894 г. М. судьи являются, далее, инстанцией, перед которой должна быть совершена формальность склонения к миру сторон почти по каждому делу (исключая дел фискальных, торговых, с участием нескольких ответчиков, с участием малолетних и др.), до рассмотрения его в окружном суде. В качестве уголовного судьи М. судья ведает дела о правонарушениях, за которые максимум наказания — 15 франков штрафа и 5 дней ареста; окончательно он приговаривает только к штрафу в 5 франков. Апелляционной инстанцией являются суды исправительной полиции (trib. correctionnel). Сельские М. судьи исполняют также некоторые обязанности судебных следователей по уголовным делам; они принимают сообщения о преступлениях, производят обыски, осмотры и т. д. М. судьи председательствуют в семейных советах, приводят к присяге некоторых должностных лиц, удостоверяют отсутствие препятствий к браку и т. п.

В России учреждение М. судьи составляло часть судебной реформы 1864 г. Отделение судебной власти от административной создавало потребность в особом судебном органе для разбора мелких уголовных проступков и для решения несложных и неважных по цене спорного предмета гражданских дел. Законодатель ясно сознавал, что «маловажность» дел нисколько не оправдывает пренебрежительного отношения к ним. Дело неважное, если его сопоставить с другими судебными делами, может быть чрезвычайно важно для тех, кого оно непосредственно касается, — а так как маловажные дела захватывают всю область повседневной жизни, то они приводят в близкое соприкосновение с судом самые обширные круги населения; поэтому дурная организация суда для мелких дел чаще дает шире знать о себе, чем недостатки общих судов. Особенно в России необходимо было создать для уголовных дел такой орган, который положил бы конец переполнению тюрем узниками, ожидавшими окончания своего дела, — переполнению, неизбежному при волоките в старых коллегиальных инстанциях. Эта потребность в связи с соображением, что во множестве мелких гражданских дел спор является только следствием недоразумения, которое легко устранить при участии посредника, — привела к мысли создать единоличного судью. Свойство большинства маловажных дел таково, что их следует решать скоро и, кроме того, с пониманием местных условий; судья поэтому должен быть местным в смысле близости к населению. Единоличный местный судья получил название «мирового», как охранитель мира от уголовных нарушителей и водворитель мира среди тяжущихся. Для достижения этих высоких целей нужно было, прежде всего, обеспечить судье уважение и доверие со стороны населения. Отсюда сама собой вытекла необходимость сохранить для замещения должности М. судьи выборное начало, которое до тех пор применялось к назначению членов почти всех судебных учреждений в России. Найти сразу огромный контингент людей, с уверенностью в их способности и добросовестности, было задачей для правительства неосуществимой, и оно предпочло возложить заботу о приискании людей на самих местных жителей; законодатель находил, что местные жители реально заинтересованы в том, чтобы судья, который будет решать их маловажные дела, был хорош, и что вместе с тем они ближе знают достойнейших людей. Но, в отличие от дореформенных судей, этот выборный судья должен был явиться избранником не от сословий, а от всесословного земства. На земство легла также и финансовая сторона учреждения. Органом для избрания М. судей явились уездные земские собрания (в столицах — городские думы). От М. судей требовались два условия: образование и материальная независимость. Образовательный ценз был ограничен требованием среднего образования; специальное юридическое образование казалось совершенно излишним там, где для судьи необходимы преимущественно здравый смысл, жизненный опыт и честность; не имела успеха в комиссиях, подготовлявших реформу, и мысль сделать изъятие для столиц и здесь требовать от кандидатов юридического образования. Имущественный ценз (стоимость в 15000 руб. для сельской, в 6000 руб. для столичной и в 3000 руб. для городской недвижимости) определился после борьбы мнений; первоначально хотели требовать только чистого дохода в 500 руб., а большинство юристов государственной канцелярии стояло за понижение ценза до 100 руб. дохода. Земскому собранию предоставлено было право избирать единогласно лиц, не имеющих ценза. Первоначально (соединенные департаменты государственного совета) хотели примирить выборное начало с несменяемостью так, чтобы однажды избранный судья оставался на месте пожизненно; позже проектировали (государственная канцелярия), чтобы М. судьи утверждались верховной властью и чтобы затем каждые 3 года сенат вычеркивал неудовлетворительных судей и тем и открывал вакансии для новых выборных; в конце концов решено было, что тем же местным жителям, которые выбирают судей, нужно предоставить и право сменять не оправдавших доверия, и постановлено было, что М. судьи избираются на 3 года и утверждаются в должности первым департаментом сената. Независимость М. судьи от влияния администрации была обеспечена законом, по которому они, как и члены общих судов, не могли быть увольняемы иначе как по суду, за преступление (см. Несменяемость судей). Уезд (столица) составил М. округ (местами — несколько округов); округ разделился на участки. Рядом с участковым М. судьей, но не в помощь ему, а для содействия вообще целям М. юстиции, создан был почетный М. судья — чтобы заменять участкового судью в случае его отсутствия, присутствовать в качестве члена в заседаниях М. съезда и судить всякое частное дело по просьбе обеих сторон. Мысль предоставить звание почетного мирового судьи некоторым сановникам в силу их должности не была принята; несовместимыми с этим званием признаны были должности прокурорские, полицейские и по казенному управлению. Участковый М. судья должен был иметь определенное местопребывание, но закон обязал его принимать просьбы везде и во всякое время. М. судьи составили учреждение, обособленное от общих судов. Этой обособленности сначала боялись; опасались даже, что М. судьи, предоставленные самим себе, будут бесконтрольны и станут смотреть на себя как на привилегированное сословие, стоящее вне закона; опасались, что если апелляционной инстанцией явится коллегия из тех же М. судей, то на судьбу дела будет влиять тот судья, который решил его в первой инстанции. Вследствие этих причин первоначально хотели (соединенные департаменты государственного совета) сделать апелляционной инстанцией окружные суды, рассчитывая на полезное влияние профессиональных юристов; но в конце концов было решено, что М. судьи одного округа должны составлять, как апелляционную инстанцию, М. съезд — периодическое собрание М. судей с постоянным председателем, избранным судьями из своей среды, и непременным членом для управления канцелярией. Профессиональный юрист введен был в состав М. съезда в лице товарища прокурора, обязанного давать заключения (юридические разъяснения, а не обвинения) при разборе всех уголовных дел и некоторых гражданских. Связь с общими судами создана была только в лице кассационных департаментов сената; мысль создать кассационную инстанцию в лице судебных палат была отвергнута. Компетенция М. судьи, как судьи уголовного, была определена в особом «Уставе о наказаниях, налагаемых М. судьей». Единоличному судье предоставлено было право приговаривать окончательно (без права апелляции) к 15 руб. штрафа и 3 дням ареста. Существовало опасение, чтобы это право не сделалось дискреционным и чтобы наклонность к произволу не сделала М. судью «объектом общественного негодования и ненависти». Это опасение не нашло себе выражения в законе, и, как показала практика, оптимизм законодателя был основателен; случаи злоупотребления дискреционной властью со стороны М. судьи неизвестны. Наоборот, некоторая идеализация общества сказалась в предоставлении судье права произносить нравственное осуждение за проступки, совершенные по неосмотрительности и законом специально не караемые; на практике этим правом судьи пользовались редко. Компетенции М. судьи, как судьи гражданского, предоставлены были иски о восстановлении владения и споры о движимости и по договорам ценой до 500 руб. В последнем отношении компетенция М. судей также явилась результатом борьбы мнений: хотели (государственная канцелярия) ограничить ее спорами до 100 руб., опасаясь, что иначе процесс перед М. судьей утратит характер примирительного разбирательства (так как дела о 500 руб. уже не могут считаться маловажными) и что окружным судам почти нечего будет делать. Последнее опасение было напрасно; первое было отчасти справедливо, но правосудие нисколько не потеряло от того, что в практике М. судей подверглись разработке важные юридические вопросы, разрешенные в кассационном порядке сенатом. М. судье предоставлено было право решать, с согласия общих сторон, всякие дела, независимо от цены иска. Свободный и легкий доступ к судье был обеспечен населению тем, что производство у М. судьи было безвозмездно и судья обязан был принимать просьбы и словесные. М. судья получил право рассрочивать уплату присужденного взыскания, в зависимости от имущественного положения должника. Право окончательного решения ограничено было исками о 30 руб. Кассационной инстанцией для дел, решаемых окончательно, сделался М. съезд. Предполагалось, что на М. судью будут возложены обязанности опекунских установлений, но реформа этих установлений до сих пор не осуществилась. Кроме судебных функций, на М. судью легла обязанность охранять наследства, местами — заменять нотариусов. М. судья должен был также открывать земские избирательные съезды. Избранник всех сословий, М. судья не сделался, однако, судьей для самого многочисленного сословия — крестьянства, и это оказалось впоследствии ахиллесовой пятой учреждения. Маловажные дела крестьян, гражданские и уголовные, остались в ведении созданных при освобождении волостных судов. За сохранение волостных судов стояли потому, что в них дела решались по обычаю (уважение к обычаю выразилось и в том, что мировой судья получил право по ссылке сторон решать дела на основании общеизвестных обычаев, в случаях, положительно не разрешаемых законами). Только по взаимному согласию тяжущиеся крестьяне могли разбираться у М. судьи вместо волостного суда. Уголовные проступки крестьян становились подсудными М. судье только при совершении их вне пределов волости. Против сохранения уголовной компетенции волостных судов уже при обсуждении реформы приводили, между прочим, что они нередко злоупотребляют правом подвергать телесному наказанию, а также, что одинаковый проступок может влечь за собой существенно различные наказания в волостном суде и у М. судьи.

Начиная с 1866 г., М. учреждения открыты были постепенно во всех земских губерниях. Успех их в народе превзошел все ожидания. Что они явятся благодеянием для населения, нетрудно было предвидеть уже потому, что они должны заменить собой пеструю коллекцию судебно-административных мест (например, в столицах — уездный и надворный суды, магистрат, городовой словесный суд, комиссия для словесной расправы между рядчиками и рабочими, словесные суды при полицейских частях и управления полицейских частей). Предвидели, что М. судьи будут разбирать больше дел, чем все перечисленные учреждения взятые вместе; например, в Москве ожидали, что вместо 7500 дел, которые ведались названными местами, у всех М. судей окажется 16000 дел или почти по 1000 дел на каждого из 17 участковых судей; вместо того в первый же год на каждого из судей пришлось средним числом по 2800 дел. В обеих столицах, как только в народе распространилась весть о новом суде, к М. судье потянулись с такими «мелкими» тяжбами и обидами, о которых прежде не поднимали речи, вследствие трудности найти удовлетворение. Все, кто прежде чувствовал себя бесправным и молча сносил обиду и угнетение, пошел к «мировому» просить правосудия и заступничества, не справляясь с законами о его компетенции; просьбы, например, жен о разводе или о выдаче вида на жительство стали обычным явлением. Небывалой на Руси популярности суда содействовали, помимо скорости решения, вежливость и равное со всеми обращение со стороны судей, подбор которых, в общем, был очень удачен. Только представители привилегированного сословия, воспитанные в атмосфере крепостного права, отвечали иногда, на первых порах, на вежливую манеру судей ропотом и выходками в крепостническом духе. Тождественные явления — приток дел и просителей и популярность в народе — повторялись в земской России повсеместно по мере введения М. учреждений. На протяжении четверти века М. судьи функционировали, водворяя в обществе и народе идею законности и уважения к личности, охраняя имущественные права и укрепляя доверие в обороте. Законодательные изменения, происшедшие в это время, только отчасти исказили первоначальную идею учреждения (например, в 1877 г. введена была судебная пошлина в 1%, т. е. вдвое выше, чем в общих судах, сбор в 10 коп. с каждого листа и кассационный залог в 10 руб.; в 1879 г. усилено влияние губернатора на утверждение М. судей сенатом); в общем, они составляли несомненные технические улучшения. Так, уничтожена была обязанность заявлять в уголовном процессе в течение суток о своем неудовольствии приговором, без чего апелляция прежде не допускалась (1886) — и, напротив, допущено было право заявлять об отказе от права обжалования. Улучшены были правила о заочном разборе уголовных дел и о заочных решениях (1888). Право М. судьи решать по совести дела на всякую сумму по просьбе обеих сторон было отменено (1887), потому что на практике оно оказалось только средством для обманных сделок в ущерб кредиторам. Еще позднее, когда от учреждения остались уже только обломки, сокращен был кассационный срок для жалоб в сенат по делам гражданским (1893 г., с 4 месяцев до 2), умножены случаи обращения решений к предварительному исполнению и т. д. Некоторые неудобства, обнаруженные практикой вскоре после введения учреждения, остались не устраненными до конца: например, М. судья не вправе прекратить самое безосновательное обвинение и обязан вызвать обвиняемого лично, где бы тот ни находился.

В связи с судебной реформой М. судьи введены были постепенно и на окраинах, но с отступлением от выборного начала и, местами, с изменениями в компетенции. На северном Кавказе (Ставропольская губерния, области Кубанская и Терская) судьи назначаются с соблюдением только правила об образовательном цензе министром юстиции, которому принадлежит право делать изъятия из правила о несменяемости судей, впрочем, по испрошении на то каждый раз Высочайшего разрешения. В варшавском округе компетенция М. судей, которые введены только в городах (в селах сохранились гминные суды), ограничена исками до 300 руб.; судьи назначаются, увольняются и перемещаются министром юстиции, по сношению с варшавским генерал-губернатором. В девяти западных губерниях (Виленской, Витебской, Волынской, Гродненской, Киевской, Ковенской, Могилевской, Минской и Подольской) М. судьи назначаются министром юстиции, в губерниях Астраханской и Оренбургской (1878) — Высочайшей властью, по представлениям министра юстиции, и здесь, и там из числа лиц, внесенных в цензовые списки, составленные местными уездными комиссиями или губернскими комитетами, но также и из других лиц; в отношении увольнения от службы М. судьи подчиняются здесь общим правилам устава о службе по определению от правительства. В Закавказье округ каждого окружного суда делится на мировые отделы; у М. судьи состоят помощники; они исполняют также обязанности судебных следователей; их компетенция в гражданских делах простирается на споры до 2000 руб. и даже на споры о правах на недвижимость; апелляционной инстанцией является окружной суд и т. д. М. судьи назначаются и увольняются здесь на тех же основаниях, что и на северном Кавказе. В 80-х гг., одновременно с усилением отрицательного отношения ко всем реформам императора Александра II, все чаще и чаще стали появляться нападения на мировой суд, особенно выборный. Случались неудачные решения М. судей; их обобщали и говорили о несостоятельности М. судей вообще. Случилось несколько раз в двадцать лет, что в уездах заседания мирового съезда не могли состояться за неприбытием судей; случалось, что некоторые судьи медленно решали дела. Единичные случаи подхватывали, замалчивали образцовую деятельность других М. съездов (в больших центрах они превратились в постоянные учреждения), игнорировали и то, что решения в общем были хороши, и то, что в общем М. судьи завалены были работой. Начались требования коренных преобразований: назначения председателя М. съезда от правительства, подчинения М. судей окружным судам, отмены выборного начала и т. д. Особенно тревожным симптомом явилась в 1888 г. резкая критика со стороны добросовестного публициста (П. Н. Обниского), горячо преданного основным принципам Судебных Уставов. Предположение, будто в уездных земских собраниях выборы М. судьи определяются кумовством и М. судьи неспособны творить суд за отсутствием юридического образования, так что фактически дело правосудия перешло в руки частного ходатая и письмоводителя, — привело критика к мысли, что необходимо уничтожить выборное начало и назначать судей от правительства, из числа юристов. Тогда же ему сделано было возражение, что достаточно уничтожить имущественный ценз, повысить ценз образовательный или отменить требование единогласия при избрании кандидатов, не имеющих ценза, чтобы сразу ввести в круг учреждения юристов, не ломая выборного начала. Недоумевали, почему назначенный судья будет ближе к народу, чем выборный, почему полная зависимость от администрации (в то время нельзя было надеяться, что при назначении судей им будет гарантирована несменяемость) лучше влияния со стороны избирателей. Однако весь этот спор, в котором, как показывает статистика, правы были сторонники сохранения выборных М. судей, оказался бесплодным; судьба, которая постигла учреждение в 1889 г., не соответствовала ожиданиям и тех, которые стояли за назначение судей-юристов. Учреждение земских начальников поставило на место судьи, призванного охранять мир и насаждать чувство законности, судью-администратора, вооруженного дискреционной властью и призванного восстановить опеку над крестьянским населением. Только в городах, за исключением наименее значительных, функции мировых судей перешли не к земским начальникам, а частью к городским судьям, частью к уездным членам окружных судов, которые наследовали М. судьям и в уездах в делах, не вошедших в компетенцию земских начальников. После 1889 г. выборные М. судьи уцелели в С.-Петербурге с его уездом, в Москве, Казани, Кишиневе, Нижнем Новгороде, Одессе, Саратове и Харькове и еще в Области Войска Донского. Более посчастливилось учреждению М. судей по назначению от правительства. Они не только остались там, где введены были раньше (кроме названных выше местностей — еще в среднеазиатских областях и в Измаильском уезде Бессарабской губернии), но в самый год упразднения М. судей для внутренней России введены в губерниях Прибалтийских и Архангельской, сохраняются и в новой Черноморской губернии, а с 1896 г. вводятся в Сибири (по образцу Закавказья в отношении компетенции и инстанций, но с неограниченным правом министра юстиции увольнять и перемещать судей). Продолжительные заслуги мировых судей засвидетельствованы статистикой: она бесспорно устанавливает, что мировые судьи были вполне удовлетворительным учреждением, соответствовавшим и видам законодателя, и потребностям населения. В «Сборниках статистических сведений Министерства Юстиции» за 1881—90 гг. содержатся следующие данные для оценки решений М. съездов с точки зрения их юридической правильности. За эти годы кассационными департаментами сената решено дел:

Таким образом, из общего числа 112970 кассационных жалоб и протестов на решения М. съездов 74849 признаны сенатом не заслуживающими уважения. «Сборники» не дают данных для сравнения в этом отношении выборных М. судей с назначенными. Из тех же «Сборников» за 1884—88 гг. видно, как оценивалась правильность решений М. судей мировыми съездами или другими апелляционными инстанциями:

Из этой таблицы явствует, что за 5 отчетных лет в губерниях с выборными М. судьями отмененных решений было 24,89%, в 9 западных губерниях, Астраханской и Оренбургской — 22,8%, в губерниях Варшавского округа — 24,7%, в губерниях Кавказского края — 22,7%, в областях Средней Азии — 19,2%. Таким образом М. судьи, назначенные или выборные, ошибались приблизительно одинаково редко, и во всяком случае то опасение, которое существовало в начале реформы — будто в силу esprit de corps М. судья, решивший дело в первой инстанции, будет влиять на судьбу дела во второй, — блистательно опровергнуто на примере выборных М. судей. Еще поучительнее таблицы, показывающие отношение населения к решениям М. судей:

I) Уголовные дела:

Таким образом, как в губерниях с назначенными судьями, так и в губерниях с выборными судьями обжаловано 15,2% не окончательных приговоров.

II. Гражданские дела:

Из этой таблицы явствует следующее: за 5 отчетных лет М. судьи в земских губерниях удовлетворили требования истцов в 1708049 делах, а в 490012 признали иски неправильными; хотя 1320440 из общего числа решений могло быть обжаловано в апелляционном порядке, однако только 250089 тяжущихся (19%) воспользовались этим правом и во всяком случае не менее половины истцов, проигравших дело у М. судей, сами убеждались, что судья был прав. В губерниях с назначенными судьями на 623130 решений, присудивших иски, было 172064 решений с отказами в исках; можно было апеллировать в 498102 случаях, но подано жалоб всего 93964 тяжущихся, или 18,8%, и, во всяком случае, около половины истцов, проиграв дело у судьи, не решались жаловаться дальше. Отсюда следует, что выборные М. судьи функционировали, во всяком случае, не хуже, чем назначенные, и что решения их пользовались у тяжущихся не меньшим нравственным авторитетом. Итак, доверие правительства к обществу, выразившееся в 1864 г. в возложении на местных жителей заботы о приискании достойных судей, вполне оправдалось.

Литература. Для Англии: Gneist, «Selfgovernment, Communalverfassung und Verwaltungsgerichte in England» (3 изд., 1871); Glasson, «Histoire du droit et des institutions de l’Angleterre»; Burn, «Justice of the Peace» (30 изд., 1869); Glen, «A Handbook to the local government bill» (1888); Porritt, «Englishmen at home» (1893). Для Соединенных Штатов: Merrill, «The American and English Encyclopaedia of law» (т. XII, 1890, стр. 391—514). Для Франции: Dalloz, «Jurisprudence générale» (т. XI, Compétence; т. XXXIV, Organisation judiciaire); Carré, «Code annoté des juges de paix» (4 изд., 1895). Для России: «Журнал Соединенных Департаментов Государственного Совета о преобразовании судебной части в России»; Объяснительные записки к проектам судебных уставов; Лихачев, «К тридцатилетию М. судебных установлений 1866—1896» (в «Ж. М. Ю.», 1895, №№ 11 и 12); «Двадцатипятилетие московских столичных М. учреждений, 1866—91» (М., 1891); Корф Н. А., «М. суд в провинции» («Вестник Европы», 1870); Березин, «М. суд в провинции» (1883) статьи в «Ж. Гражданского и Уголовного Права» Чекалина (1882, № 1), Закревского (1882, № 2, и 1884, № l), Красовского (1885, № 5), Анциферова (1885, № 2); статьи в «Юридическом Вестнике» Тютрюмова (1886, № 1), Обнинского (1888, №№ 3 и 5), Даневского (№ 9); «Вестник Европы» (внутреннее обозрение, 1888, № 6); Никитин, «Обломки разбитого корабля»; В. Фукс, «Суд и полиция»; Ярош, «М. юстиция и чувство законности»; Обнинский, «М. судьи и их преемники» («Сборник Правоведения», т. V, 1895).

.

ЭСБЕ:Судоустройство
ЭСБЕ:Судопроизводство