ЕЭБЕ/Исход
Исход  ‎. — В Библии. Согласно библейским рассказам, И. израильтян из Египта совершился волей Бога при посредстве ряда чудес, произведенных Им перед египтянами и их фараоном. Когда положение израильтян, после смерти Иосифа (см.), становится невыносимым от тяжелых и многочисленных работ, возложенных на них египтянами, Господь посылает Моисея и Аарона на помощь страждущим, одаряет обоих чудодейственной силой, и они творят ряд чудес, которые побуждают фараона и египтян уверовать во всемогущество израильского Бога и отпустить Его народ на свободу в пустыню. При поразительных обстоятельствах и чудесной обстановке израильтяне переходят, как по суше, чрез Чермное море, которое, замыкаясь за ними, поглощает в своей пучине преследующих их египтян, и они вступают в пустыню (подробно см. Исхода книга, содержание).

Взгляд критической школы. — Рассказ об И. израильтян из Египта обращал на себя внимание историков и ученых уже в глубокой древности. Но древние писатели связывали И. из Египта не только с евреями; они рассматривали его то как удаление прокаженных из этой страны, то как изгнание гиксов. Несомненно, что в означенных сообщениях легко можно усмотреть отголосок библейской истории И., которая, переходя от народа к народу и преломляясь в сознании каждого из них, должна была принять характер отличный от того, какой присвоен ей в Библии. Большую роль при этом сыграла и вражда к евреям, которой были проникнуты некоторые древние историки и которую они вносили сознательно в свои сообщения об евреях. Так, Гекатей из Абдеры, современник Александра Великого, дает следующее освещение этому событию (у Диодора Сицилийского, XL, 3): «Под властью египтян жило много чужестранцев, которые служили своим богам иначе, чем те. Страшная чума, посетившая в это время страну египетскую, послужила для ее жителей знамением того, что туземные боги гневаются на них за отпадение от религии египетских богов. Тогда они изгнали всех чужеземцев; часть последних, под предводительством Моисея, ушла в Иудею и там основала город Иерусалим». Здесь, очевидно, И. ставится на чисто религиозную почву, что отчасти согласуется с данными Библии; чума, о которой говорит Гекатей, соответствует, по-видимому, десятой казни библейской, от которой умирали все первенцы египетские; но сообщение о том, что «чужеземцы» представляли не одних только израильтян, а еще людей других племен, так как только часть из них ушла в Палестину, уже совершенно противоречит библейскому рассказу. — Манефон, жрец и храмовой писец в Гелиополисе в эпоху Птолемеев, особенно много места посвящает рассказу об И., внося в него уже явный элемент враждебности к евреям. Он в следующих чертах изображает это событие (Флавий, Прот.  Апиона, I, 25 и сл.). Царь Аменофис воспылал однажды желанием каким-нибудь подвигом снискать благосклонность богов, дабы сделаться счастливым во всех своих предприятиях. Один мудрый человек посоветовал ему изгнать с этой целью из Египта всех прокаженных и других нечистых людей. Царь послушался его и, собрав со всех концов Египта 80000 чел. изъязвленных и нечистых, велел их отправить в каменоломни, находившиеся между Нилом и Красным морем; здесь они должны были исполнять какую-то большую и тяжелую работу. Позднее фараон разрешил этим людям поселиться в городе Аварисе, оставленном гиксами. Здесь они поставили во главе себя одного гелиополитанского жреца, по имени Осарсиф, и поклялись ему в верности и полном послушании. Первой заботой Осарсифа, начавшего отныне именоваться Моисеем, было воспрепятствовать смешению этих изгнанников с египтянами; он издал особые законы, которые запрещали подвластному его народу входить в какие бы то ни было сношения с людьми, вне его находящимися, поклоняться египетским богам и отправлять культ животных. Кроме того, он стал укреплять Аварис и готовиться к войне за независимость с Аменофисом, для чего заключил союз с гиксами в Иерусалиме, приславшими ему на помощь 200000 человек. Первое выступление Аменофиса против восставших оканчивается для него неудачно, и восставшие становятся на некоторое время хозяевами положения в Египте, сильно притесняя самих египтян. Но, по прошествии 13 лет, Аменофис во главе огромного войска одерживает победу над прокаженными и изгоняет их из пределов Египта до сирийской границы. В этих прокаженных, говорит Флавий, Манефон видел самих израильтян, но в действительности здесь нетрудно усмотреть полное смешение всех тех рассказов и легенд, которые описывают И. израильтян из Египта. — Еще более враждебности к евреям обнаруживается в том варианте И., который принадлежит Лисимаху Александрийскому (Флавий, Прот. Апиона, I, 34). В эпоху царя Бокхориса — сообщает этот вариант — еврейский народ, состоявший из прокаженных и людей, покрытых язвами и одержимых другими болезнями, занимался попрошайничеством при египетских храмах.  По повелению бога Амона, Бокхорис утопил в море прокаженных, а остальных угнал в пустыню. Эти последние под предводительством Моисея ушли в Иудею и там основали город Иерусалим. — Помимо указанных существует еще целый ряд других вариантов об И. израильтян, принадлежащих Птолемею Мендезию, Херемону Навкратидскому, Диодору Сицилийскому и др. В этих вариантах можно усмотреть ядро того, что легло в основание библейских рассказов об И., но что приняло в них совершенно уродливый характер. Позднейшие комментаторы пытаются внести некоторый свет в эти варианты. Так, они полагают, что под «прокаженными» и «нечистыми» следует понимать людей иной веры, неегипетской, а не действительно больных и уродливых людей. Город Аварис, играющий такую значительную роль во всех этих вариантах, по их мнению, может быть связан с евреями, так как оба эти имена созвучны. Предводитель восставших Осарсиф, по их мнению, есть не кто иной, как Иосиф, но это совершенно противоречит библейским данным, строго различающим между Иосифом и Моисеем. Можно было бы в другом предводителе восставших — Тивитене, о котором сообщает Херемон Навкратидский, усмотреть Моисея, но для этого нет ни филологических, ни каких-либо других оснований. Таким образом, эти древние варианты представляют собою отражение библейских рассказов И., но отражение извращенное, так как их авторы или сознательно, или бессознательно видоизменяли содержание и характер этого великого акта в истории израильтян. Если же стать на ту точку зрения, что библейские данные И. совершенно не были им известны, то легенда об И. могла бы циркулировать среди разных народов, поражая их воображение своей чудесностью, лишь в том случае, если бы это был несомненный исторический факт, совершившийся перед глазами всего мира и сохранившийся в памяти многих народов. В этом случае И. действительно становится чисто историческим событием, достоверность которого не подлежит сомнению. Среди новейших ученых существуют две гипотезы — одна консервативная, считающая библейский «Мицраим», ‎ — Египтом, другая, новейшая, усматривающая в стране «Мацраим» область Musri, или Musr, в Северной Аравии. Консервативная гипотеза, принятая в настоящее время большинством ученых, признает, что в Египте временно поселился не весь израильский народ, а только часть его, в частности те израильские роды или кланы, которые вели свою родословную от Рахили. Что эта часть израильтян явилась в Египет из Ханаана, где имели местопребывание, еще задолго до этого переселения, и все остальные израильские племена, и что в самом Ханаане еще оставались израильтяне — критики обосновывают теми, правда, весьма скудными данными, которые открыты на так называемой «Израильской стеле», памятнике, найденном Флиндерсом Петри в 1896 г. и относимом ко временам царствования фараона Мернефты (или Мерениты).

Здесь в поэтической форме рассказывается о том, что фараон Меренита, считающийся фараоном И., «опустошил» израильский народ в Ханаане, жатву его уничтожил и много городов его сделал «вдовами», т. е. беспомощными (иначе читает Mahler у Duncan’а). Отсюда, по-видимому, следует, что израильтяне жили одновременно в Ханаане и Египте, и что из последнего ушло только потомство той части израильтян, которые поселились здесь за несколько столетий до фараона Мерениты. Кроме того, имена Ischpal (Y-sa-p’а-ra) и Jakbal (Y-k-b’-а-ra), встречающиеся в знаменитом списке городов фараона Тотмеса III (№№ 78 и 102) и читаемые египтологами Joseph-el и Jacob-el, также указывают, по их мнению, на то, что еще задолго до этого фараона в Палестине жили племена израильские, давшие свои имена городам, в которых они жили. Возможно поэтому, говорят библейские критики, что эти израильтяне — Иосифиты или Якобиты — или часть из них, будучи номадами, проникла в Египет, теснимая голодом, возникшим в Ханаане, поселилась здесь на время и затем, преследуемая фараонами, снова выселилась отсюда. Эту консервативную гипотезу принимает и Штаде, который ожидает, что более точные данные об И. появятся, когда «заговорят египетские камни».  Пока же эти сведения скудны, он, со своей стороны, дает следующее объяснение И. Израильские пастушеские колена, очевидно, пасли свои стада к югу от Wady Tumilat; часть их отделилась и признала над собою власть египтян, но вскоре пожалела об этом, так как последние стали их притеснять и, вероятно, наложили на них барщину. Часть же израильских колен, не принявшая египетского подданства, вероятно, продолжала кочевать вблизи Синая (к востоку от Эланитского залива); эти-то синайские номады и составили конфедерацию под покровительством Бога синайского, а освободившиеся из египетского рабства израильтяне присоединились к ним у Кадеша. Поэтому-то Штаде приписывает огромное значение преданиям, связанным с Кадешом. — Гипотеза, выдвинутая Беке и Винклером, указывает на то, что И. израильтян связан не с Египтом, а со страною Musri, находившейся в Северной Аравии, и обращает внимание на Кадеш, как на место, в котором произошли важные события в ранней истории израильтян, так как именно Кадеш в древности входил в состав области или страны Musri. Вопрос о том, при каком фараоне имел место И. и когда именно он произошел, является весьма спорным в библейской критике. Большинство ученых отождествляет фараона-притеснителя с Рамзесом II, сыном Сети, правившим Египтом в течение 67 лет. Он воздвиг в Нижнем Египте множество строений и городов, напоминающих здания, о которых сообщается в Библии (Исх., 1, 11). Один из двух городов, сооруженных, согласно Библии, израильтянами, даже носил его имя (по-евр. Ра’амсес); и во всяком случае, если даже города Ра’амсес и Питом не были основаны им, нет сомнения, что они были расширены и украшены в его царствование (Brugsch). Сын Рамзеса II, Меренита I, по мнению некоторых ученых, и был фараоном И., но другие находят, что он им не мог быть, так как в его царствование власть в Египте была еще очень сильна, и он сам многими победами содействовал укреплению своего царства. Исход, по мнению последних, мог состояться несколько позднее, когда династия Рамзесидов стала видимо ослабевать. Ввиду трудности установить фараона И., является невозможным также определить с точностью время И. Вычисления, предложенные многочисленными исследователями, в большинстве случаев произвольны. Так, напр., Brugsch относит его к 1470 г. до хр. эры, тогда как Mahler, путем астрономических вычислений, приходит к заключению, что И. имел место 27 марта 1335 г. до хр. эры. — Что касается пути, по которому пошли израильтяне по выходе из Египта, то он, согласно утверждению библейской критики, приведен в двух версиях — по смешанному (JE) и священническому (Р) источникам.  Смешанный источник знает два направления: 1) «путь в страну филистимскую», ‎, который вел в северо-восточном от Египта направлении к Чермному морю и далее вдоль побережья к Газе. Это есть тот самый путь, по которому и поныне двигаются караваны; 2) «Путь в пустыню», ‎, шел от Гошена в восточном направлении через Wadi Tumilat к северной оконечности Красного моря, а отсюда между озерами Timsah и Balah переходил в пустыню Шур. Священнический источник считает не Гошен, а Ра’амсес исходным пунктом израильтян; отсюда они через Суккот достигают Этама, но здесь делают поворот назад и снова приближаются к египетской территории. Из трех остановок (Суккот, Этам и Мигдол), в которых израильтяне пребывали в начале И., только Мигдол определенно известен, как северный передовой город египетский, но он находился на «пути в страну филистимскую», по которому беглецы не могли идти (Исх., 13, 17). Бругш и Шлейден утверждают, что путь израильтян лежал через узкую полосу между Сербонианским озером и морем, но это едва ли правильно, так как дорога эта не вела к Хоребу.

— Ср.: Duncan, The Exploration of Egyp and the Old Testament, 1909, passim; Brugsch, L’Exode et les monuments égyptiens, 1875; idem, Geschichte Aegyptens unter den Pharaonen, 582 и сл.; Stade, Gesch. d. Volkes Israels, 121 и сл.; idem, Die Entstehung des Volkes Israel, 12 и сл.: Jeremias, ATLAO, 400 и сл.

Исход в Талмуде. — И. евреев из Египта, как первый акт в процессе образования особого еврейского народа, является моментом настолько важным, что законоучители ввели главу, где говорится об этом событии И., в состав важнейшей молитвы «Шема» (Бер., 12б), которая читается ежедневно утром и вечером. Сначала чтение главы об И. приравнивалось к другим обрядам, которые, согласно Мишне (Мег., II, 5), совершаются только днем, но Б. Зома нашел в Библии указание на то, что ее надо читать и ночью (Бер., I, ib; ср. Раши, ad loc.). Характерны выдвигаемые агадою причины, в силу которых израильский народ удостоился освобождения от египетского ига. Четыре фактора — говорит агада — содействовали И. евреев из Египта: сохранение ими национальных имен и своего народного языка, чистота семейной жизни и соблюдение обряда обрезания (Midr. Tehil., 114). Одна старая Барайта гласит: «И в мессианский век будут вспоминать об И. из Египта». Хотя пророк Иеремия (23, 7—8) говорит, что в будущем народ не расскажет об И. из Египта, а об избавлении от ига других народов и о возвращении из других стран диаспоры, однако это первое национальное событие никогда не изгладится из памяти народа (Mechilta, Bo, 17; ср. Бер., 12б).

— Ср.: Sefer ha-Agada, II, изд. Бялика, Одесса, 1909.

ЕЭБЕ