ЕЭБЕ/Святость
Святость (‎; в позднейшем евр. яз. ‎). — Понятие ο С. как об идеальном моральном совершенстве развилось исключительно в иудаизме. «Будьте святы, ибо свят Я, Господь Ваш», — повторяется несколько раз в Пятикнижии (см.), тогда как греч.  и  (святой) не применяется к божеству; то же самое и лат. sacer, sanctus, religiosus. Происхождение слова ‎ неясно (некоторые полагают, что оно образовалось от слияния слов ‎, «горение огня»). Первоначально, однако, и в евр. яз. слово ‎ имело преимущественно ритуальное значение. «Святым» считалось все, что отчуждалось от обыденного, всеобщего употребления и служило религиозным целям. В этом смысле говорится ο «святом храме» (Псал., 5, 8), «святой горе», на которой находился храм (ib., 3, 5; 43, 3); все помещения скинии называются «святыми», и все предметы, которые принадлежали к культу, считались «священными», напр. десятина, первинки и другие дары и приношения (см. Исх., 29, 38; Лев., 21, 22), также елей для помазания священнослужителя и т. д. При этом установилась градация С.: внешние помещения храма считались просто святыми, a внутреннее отделение, в котором помещался ковчег Закона, называлось «святая святых» (Исх., 26, 33; I Цар., 6, 16), жертвенникам и известным жертвам также присвоено название «святая святых» (Исх., 29, 37; 30, 10; Чис., 18, 9). Так как все, что служило для ритуального потребления, должно было быть чистым, без порока, то это требование было перенесено также на понятие С. «Нечистый» человек не мог участвовать в жертвенном пиршестве (1 Сам., 20, 26); участники должны были раньше «освятиться» (ib., 16, 5). Главным образом сюда относилась телесная чистота: купались и одевались в свежевымытую одежду (Быт., 35, 2; Исх., 19, 10); в известных случаях требовалось временное воздержание от сближения с женщинами (Исх., 19. 15; I Сам., 21, 5 и сл.). Так как понятие ο внешней чистоте сочеталось y древних с понятием ο нравственной чистоте, то понятие С. получило значение нравственной безупречности. Все, что свято, должно, разумеется, быть ритуально чистым, но не все, что ритуально чисто — свято. Святым считался тот, кто остерегался от загрязнения себя грехом и неукоснительно исполнял законы Божии. Евр. народ считается святым потому, что он избран служить Богу; он поэтому должен стремиться к особой внешней и внутренней чистоте (Исх., 19, 6; 22, 30; Втор., 7, 6). Священники, как наиболее близкие к служению Божию, считаются священными в большей степени, чем остальной Израиль (Чис., 16, 5). Сам Бог, как понятие об абсолютной нравственной чистоте, называется «Святой Израиля» (II Цар., 19, 22 и др.). — Ср.: Caspari, Jesajamsche Studien, II: Der Heilige Israel’s в Zeitschr. f. luth. Theolog, u. Kir., 1844, вып. III, 92—118; W. Baudissin, Studien z. semit. Religionsgesch. II, 1878, 1—142; Benzinger, Hebr. Archäol., 1907, index.

Святость в талмудической литературе. В побиблейскую эпоху учение o C. развилось в двух направлениях; саддукеи главное внимание обращали на соблюдение внешней С. с ее различными градациями и разветвлениями, древние же хасидеи и их духовные преемники — фарисеи и ессеи — выдвигали на первый план внутреннюю С. Различение отдельных 10 ступеней С. (начиная от Палестины, как Св. земли и Св. города вплоть до Св. Святых в храме) и соответствующих 10 ступеней нечистоты (Келим I, 6—9; Тосеф. Келим, I) явилось продуктом священнической эпохи. И жертвоприношения классифицировались по большей или меньшей их С. (Зеб. V; Меила, I—III). Весь храмовой ритуал, судя по описанию в Мишне, был построен в соответствии с точкой зрения на С. Странное талмудическое положение, что прикосновение к Св. Писанию оскверняет руки (Яд. IV, 2—5), может быть, объясняется также взглядом священников на С. (см. Geiger, Urschrift, pp. 170—174; [хотя в этом случае непонятно было бы, почему саддукеи протестовали против этого, указывая на то, что книги Гомера не оскверняют рук? — Ред.]. Притязание ааронидов на высший почет в сравнении с левитами, a последних, в свою очередь, на высший в сравнении с остальными израильтянами (Гит. 59б), равным образом преимущества первосвященника перед назореем (Наз., VII, 1), могли возникнуть лишь в храме и, конечно, не являются постановлением какой-либо академии или школы. Заповедь «Будьте святы» хасидеи толковали: «Отделитесь от остальных людей» (Сифра, Кедошим, Лев., 20, 7); они утверждали, что под С. Тора разумеет запрещение идолопоклонства и воздержание от общения с идолопоклонниками, отличавшимися разнузданностью нравов" (Waj r., XXIV). Ho если соблюдение телесной чистоты входило в понятие С. и обусловило собою необходимость омовений перед молитвой, a также перед вкушением пищи, то все же главный смысл С. состоит в воздержании от нечистых помыслов (Шабб. 86а, 118б) и т. д. Достижение С. — высший идеал еврейской этики (Сота, IX, 15). Лишь несколько избранных лиц называются «святыми» (Премудрость, V, 5; Песах, 104а; Шабб. 118б; Кет. 103б). «Святой Общиной», или «Общиной Святых», назывался орден, члены которого посвящали все свое время молитве, науке и труду, в ожидании наступления мессианской эпохи. Замечателен афоризм, гласящий: «Никто до смерти не должен быть назван святым» (Мидр. Тегил. к Псалм. 16, 3), так как Господь «не верит и Своим святым» (Иов, 15, 15). Настоящая С. — высшая ступень совершенства, олицетворяемая лишь Богом (Иер. Бер. IX, 13а). Человек, стремясь к нравственному совершенству и подавляя в себе чувственность, тем самым приближается к идеалу С. (Иома 39а). Все еврейское религиозное законодательство имело своею целью достижение С. еврейским народом. Для раввинского иудаизма С. была синонимом чистоты жизни, поступков и мыслей; все нравственное поведение человека должно быть проникнуто идеалом С. (см. Киддуш га-Шем). С. включает в себе понятие ο чистоте половой жизни. Поэтому-то Маймонид пятую книгу своего кодекса, посвященную супружеским отношениям, называет «Кедуша», a Нахманид озаглавил свое сочинение об основах брачной жизни «Iggeret ha Kodesch» (Святое Письмо). — Ср.: Илия де Видас, Reschit Chochmah, Schaar Keduschah; M. Lazarus, Die Ethik des Judenthums, II, гл. 4 и 7 [J. E., VI, 441—442].

ЕЭБЕ