ЕЭБЕ/Леруа-Болье, Анатоль Анри Жан Батист
Леруа-Болье, Анатоль Анри Жан Батист  (Leroy-Beaulieu) — выдающийся французский писатель, член Академии моральных и политических наук, директор Свободной школы политических наук; христ., род. в 1842 г. Отправившись в 1867 г. в Россию, Л.-Б. стал близко знакомиться как с государственным, так и с общественным строем России, изучая также и положение в ней евреев; после повторных путешествий в различные части России Л.-Б. выпустил в 1881 г. свою известную книгу «L’Empire des Tsars et les russes», где рассеяно сравнительно много сведений о русских и польских евреях. Умеренный по своим политическим воззрениям, а в особенности осторожный в выражениях и словах, тем более, что дело шло об иностранном государстве, Л.-Б., однако, вполне определенно высказался в отрицательном смысле по вопросу об исключительном законодательстве о русских евреях и с не меньшей решительностью опроверг ходячие в известных кругах представления о евреях как о лицах, не заслуживающих быть уравненными в правах с прочим русским населением. Взрыв антисемитизма в Германии и отголоски его во Франции побудили Л.-Б. специально заняться вопросом об антисемитизме, и он стал посвящать ему ряд статей, вышедших в 1893 г. отдельным изданием под названием «Israël chez les nations, les Juifs et l’antisémitisme» (pyc. перев. Ватсона и Сементковского «Евреи и антисемитизм», 1894). Еще до всестороннего изучения антисемитизма Л.-Б. питал к нему какое-то инстинктивное недоверие, переходившее в отвращение, потому что, как христианин, он полагал, что нет ничего более несогласного с христианством, как расовая ненависть и дух неприязни, а как француз, он чувствовал, что Франция должна оставаться верной традиционным принципам справедливости и свободы. Впоследствии этот инстинкт перешел в глубокое убеждение, получившее свое выражение в книге «Евреи и антисемитизм». Опровергая религиозный антисемитизм, Л.-Б. допускает, что в Талмуде встречаются враждебные выражения по адресу нееврея, но, заявляет он: «мы не имеем права заклеймить чело еврея тем или другим талмудическим правилом; это было бы столь же справедливо, сколь, напр., заклеймить католиков за то, что не удаляли с паперти своих церквей эшафоты аутодафе, или навеки привязать кальвиниста к столбу того костра, на котором был сожжен Сервэ». Столь же несправедливо упрекать евреев в том, что они подрывают основы христианской цивилизации, христианского общества. «Вольтер и Дидро, — говорит Л.-Б., — немало удивились бы, если бы им объявили, что они были лишь предтечами или бессознательными выразителями мнений евреев». В эпоху возникновения революционного движения ХVIII века силуэт еврея почти совершенно исчезает, между тем, тогда именно был нанесен смертельный удар тому строю, который антисемиты называют христианским. И. Л.-Б. иронически вопрошает: «Неужели Д’Аламбер, Дидро, энциклопедисты, состояли учениками какой-нибудь талмуд-торы»? Упрек в революционности столь же неоснователен: «на свете, быть может, не найдется ничего более консервативного, чем еврей-талмудист, и Израиль имеет основание нам заявить, что никто из его врагов не был для него так опасен, как наше современное общество, обращающееся к нему с благосклонной улыбкой: наши «арийские» науки решительно подкапываются под старинные еврейские нравы и обычаи. Скептицизм, материализм, нигилизм не только не являются продуктами иудейства, но, напротив, являются у евреев, зараженных ими, свидетельством сближения их с нами». — Подробно останавливаясь на всевозможных обвинениях евреев, Л.-Б. раскрывает сущность этих обвинений и доказывает их неосновательность. Труднее всего представляется ему опровергнуть экономический антисемитизм. Не потому, что в нем больше правды, чем в других видах антисемитизма. а потому, что поверхностному наблюдателю мало доступно понимание финансовых вопросов, роли капитала, биржи, спекуляции и т. д., и Л.-Б. посвящает вопросу о значений денег и биржи в современном обществе особую книгу «Власть денег», где раскрывается действие законов капиталистического общества, при которых роль евреев очень ничтожна. Выводы Л.-Б. таковы: в свое время антисемитизм мог быть протестом против чрезмерного преклонения современного общества перед капиталом, но ошибка его заключается в непонимании причин и корня зла. Антисемитизм вводит нас в заблуждение: он ослепляет нас относительно нас самих, заставляя нас думать, что корень зла лежит не в нас, а вне нас. — Со своими выводами Л.-Б. знакомил на публичных собраниях нередко и антисемитов, которые прозвали его «адвокатом-дьяволом», хотя по существу своему Л.-Б. менее всего может быть назван адвокатом: он постоянно рассматривал антисемитизм лишь как историк и социолог, делая нередко и некоторые уступки антисемитам. Так, его речь в Католическом институте в Париже, вышедшая в 1897 г. под названием «L’Antisémitisme» (русск. перев. «Об антисемитизме», 1898, изд. Шермана в Одессе), подверглась за свою чрезмерную уступчивость резкой критике со стороны Теодора Герцля. Из других сочинений Л.-Б., как имеющих отношение к антисемитизму, отметим «Les doctrines de la haine: l’antisémitisme, l’antiprotestantisme et l’anticléricalisme», 1902; Л.-Б. одинаково осуждает все три антирелигиозные движения, в которых он видит проявление антисвободного духа, охватившего могущественные слои современного общества. Самая агитация Л.-Б. против антисемитизма и объясняется тем, что он видит в нем одно из опаснейших нарушений принципов либерализма, приверженцем которого является Л.-Б. «Желая во всем соблюдать интересы общества и французского народа, — заявил Л.-Б., — я должен констатировать, что антисемитизм стремится превратиться в социализм sui generis, социализм правой, если вам угодно, в социализм, скрытый под туманными христианскими формулами, но носящий только маску христианства и работающий бессознательно в пользу атеистического и революционного социализма». В этом, по его мнению, наибольшая опасность антисемитизма. В 1904 г. Л.-Б. читал лекции в американских университетах, и нью-йоркская евр. община торжественно выразила ему благодарность. — Ср. Jew. Enc., VIII. 12—13.

ЕЭБЕ:Персоналии