ЕЭБЕ/Город
Город  (‎, ‎). — В Библии. Одно из древнейших вавилонских преданий относило возникновение города к началу мира; как и прочие искусства и ремесла, искусство сооружения Г. возводилось преданием к самим богам, которые передали людям свои познания в этой области (ср. Schrader, ΚΑΤ3, 360). Библейское предание (Быт., 4, 17) приписывает Каину построение первого Г., названного именем его сына Ханоха (Энох). Израильтяне до поселения в Ханаане, как народ кочевой, не нуждались в городах и вследствие этого не строили их; только с того времени как они становятся оседлыми, они начинают пользоваться городами, но тогда они находят их уже в большом количестве в самом Ханаане. Так, в списке покоренных городов, сохранившемся от фараона Тутмозиса III, на долю Палестины (Ханаана) выпадает 118 названий; в папирусе Анастазия I, представляющего описание путешествия некоего знатного египтянина в царствование Рамзеса II, упоминается свыше 40 сильно укрепленных городов, входивших в состав собственно Ханаана; в телль-амарнских таблицах упоминаются ханаанейские города: Аялон, Акко, Аскалон, Гат, Газа, Хацор, Гезер, Иерусалим, Лахиш, Мегиддо, Сихем и др. Все эти города, найденные израильтянами в Ханаане, были в большинстве случаев большие и укрепленные (Числ., 13, 28; Второз., 1, 28; 6, 10; 9, 1; Иoш., 24, 13), и их постройка относится к глубокой древности (ср., напр., города Хеброн и Сихем). При вторжении израильтян в эту страну под предводительством Иошуи лишь часть городов была разрушена (Иош., 11, 13), но даже из разрушенных некоторые были снова восстановлены ханаанейцами, напр. Хацор, другие же — самими израильтянами, как, напр., Иерихон. О самостоятельном строительстве израильтян известно очень мало; там же, где упоминается ο «постройке» городов, ‎, речь идет только или ο расширении уже существующих городов или об их большем укреплении (Иош., 19, 50; Суд., 18, 28; I Цар., 12, 25; 15, 17, 21 и сл.; II Хрон., 8, 5). Однако возможно, что некоторые из городов в Восточно-Иорданской области были действительно построены реубенитами и гадитами при самом их поселении здесь (Числ., 32, 16, 24, 34—39); в самом Ханаане был построен царем Омри город Самария (I кн. Цар., 16, 24). Отличие Г. от деревень, ‎, ‎, или других населенных пунктов заключалось прежде всего в том, что города окружались высокими и крепкими стенами, ‎ (Лев., 25,29); наконец, в некоторые периоды палестинской истории города отличались от их округов своим населением, так как при первоначальном завоевании Ханаана победители расселялись по городам, хотя в некоторых городах продолжали жить аборигены. Всегда существовала связь между городом — центром определенного округа — и прочими населенными его пунктами, ‎, так что последние даже назывались «дочерьми», ‎, города, а сам он иногда получал название «мать», ‎ (Числ., 21, 25, 32; Иош., 13, 23; II Сам., 20, 19). — При выборе места для города обращали прежде всего внимание на то, чтобы возле него было много воды. Так, многочисленные места, как Эн-Геди, Эн-Ганним, Эн-Шемеш и др., уже самими названиями указывают на то, что они своим возникновением обязаны были многоводным источникам. Вторым условием было, чтобы место, выбранное для города, представляло само по себе известную защиту; вот почему в холмистой части Ханаана все города строились не в долинах, а на холмах и горных кряжах. Такие сильно укрепленные города, как Иерусалим, Самария, Изреел и др., лежали именно на возвышенностях; на возвышенное местоположение указывают и название некоторых городов, как Рама, Мицпа, Геба и др. В таких городах на вершине холма находилась бама (см.) с жертвенником и башня, ‎. — Вообще имена городов в большинстве случаев находились в тесной зависимости от характера их местоположения или от разных других причин. Были «долинные» города (Бет-Эмек и др.), «лесные» (Кирьят-Иеарим), города виноградников (Бет-Гакерем). Другие города носили название по тем плодам, которые здесь росли в наиболыпем количестве, — Бет-Лехем, Бет-Тапуах, Эн-Риммон и др.; были и теофорные города, как, напр., Бет-Даган, Аштарот и др., и особенно сложные с именем Баал; были, наконец, города с двумя названиями, как Лаиш = Дан, Кирьят Арба = Хеброн, Кирьят Сефер = Дебир. На основании библ. данных и археологических изысканий, произведенных в последнее время в Гезере, Таанахе и Мегиддо, древний палестинский город представляется в следующем виде. Самое важное значение в отношении защиты Г., помимо крепостей, имели городские ворота, ‎, которые на ночь, а позднее и в субботу, запирались бронзовыми или железными затворами (Второз., 3, 5; Иош., 2, 5, 7; Нехем., 13, 19). На башнях, воздвигнутых над воротами, обычно находилась стража, которая криком или трубным звуком давала знать вниз воинам ο приближении врага или ο других событиях, совершавшихся вне городских стен (II Сам., 18, 24 и сл.; II Цар., 7, 10 и сл.; 9, 17; Иерем., 6, 17; Иезек., 33, 1 и сл.). В Г. в том месте, которое примыкало к воротам, находились площади, ‎, на которых сосредоточивалась вся общественная жизнь (Быт. 19, 2; Суд., 19, 15 и сл.; II Сам., 19, 8; I Цар., 22, 10; II Цар., 7, 1 и др.): здесь заключались сделки, чинился суд, происходили народные собрания и совещания старейшин; на этих площадях обыкновенно останавливались чужестранцы, прибывшие в город и не имевшие в нем знакомых, наконец, в некоторых городах (как, напр., в Бет-Лехеме) недалеко от городских ворот находились колодцы или источники, куда сходились по вечерам, после спадения зноя, чтобы узнавать новости дня (Быт., 19, 1; 23, 10; Второзак., 21, 19; 22, 15; Суд., 5, 11; Пс., 69, 13; Притч., 22, 22; 31, 23, 31; Иов, 29, 7). Дома были малы и строились из неотесанных камней или глины; домов из тесаных камней было мало даже в эпоху царей. Только одно здание в целом городе выдавалось своей величиной, именно цитадель, ‎. Улицы, ‎, между домами были вообще узки, неправильны и со многими углами; это обнаруживается раскопками и подтверждается Флавием («Древ.», XX, 5, § 3; «Иуд. войн.», II, 14, § 9; VI, 8, § 5); в большинстве случаев они таковыми остались до настоящего времени. Наряду с такими переулками встречались и широкие улицы, по которым могли свободно передвигаться колесницы; однако их было немного (II Цар., 9, 21 и сл.; Иер., 17, 25). В городах, расположенных по склонам гор, крыши нижнего ряда домов, иногда просто высекавшихся в скале и снабженных небольшими пристройками, служили улицей для верхнего ряда домов. Раскопки в Гезере, Мегиддо и Таанеке обнаружили, что в таких городах было множество цистерн, высеченных в скалистой почве; что это было общим явлением на Востоке в древности, доказывается надписью царя Меши (см.), которая сообщает (строка 24), что в городе Кархе царь повелел сделать цистерны у каждого дома. В некоторых городах были водопроводы (см.), так как иногда источники находились вне городских стен. В древности улицы палестинских городов не мостились; только во время Ирода Агриппы II Иерусалим был вымощен белым камнем (Флавий, «Древн.», XX, 9, § 7), да еще несколько ранее, при Ироде Великом, была выложена каменными плитами главная улица Антиохии (idem, «Древн.», XVI, 5, § 3; «Иуд. война», 1, 21, § 11). Впрочем, по-видимому, во времена Ахаза храмовой двор был мощеный (II кн. Цар., 16, 17). Ничего почти не упоминается в Библии ο чистке городских улиц; напротив, весьма часто идет речь об их грязном виде. Как и ныне на Востоке, все нечистоты выбрасывались на улицу, и здесь они делались добычей многочисленных беспризорных собак, днем и ночью наполнявших городские улицы (Исх., 22, 30; Исаия, 5, 25; Пс., 59, 7 и др.). По ночам улицы не освещались, но их обходила стража, которая наблюдала за тишиной и порядком (Исаия, 21, 11; Пс., 127, 1; 130, 6; Песн. Песн., 3, 3; 5, 7). — Характернейшая черта нынешних восточных городов, заключающаяся в том, что каждому ремеслу, как и каждому товару, отводится отдельная улица, была присуща и библейским городам; так, напр., в Иерусалиме существовали: «Улица пекарей», ‎, «Долина плотников», ‎, «Рыбные ворота», «Овечьи ворота», названные так по тем предметам, которые в них продавались, улицы золотых дел мастеров и лавок (Исаия, 7, 3; 36, 2; Иерем., 37, 21; Нехем., 3, 32; 11, 35; 1 Хрон., 4, 14; ср. Флавий, «Иуд. войн.», V, 8, § 1). — Об организации городской власти в библ. время известно очень мало. В эпоху Второзакония эта власть сосредоточивается в руках старейшин и судей (Второз., 16, 18 и сл.; 19, 12; 21, 2 и сл.; 19 и сл.; 22, 15 и сл.; 25, 7 и сл.), эти старейшины являлись, по-видимому, представителями богатейших родов, живших в данном городе (Nowack). Отдельные начальники во главе городов встречаются в библейское время довольно редко.  По одному градоначальнику, ‎, было в Самарии и Иерусалиме; позднее, однако, в самом Иерусалиме их, по-видимому, было несколько, ‎ (I Цар., 22, 26; II Цар., 23, 8; II Хрон., 18, 25; 34, 8; 29, 20). В эпоху после изгнания сам Иерусалим, очевидно, имел двух градоначальников, которые делили между собою управление городом (Нехемия, 3, 9, 12); наряду с этим в некоторых городах, как, напр., в Мицпе, Бет-Цуре, Кеиле, были и собственные градоначальники и окружные начальники, которые управляли их предместьями (ibid., 3, 15, 19, 16, 17, 18). — Резко изменяется тип палестинских городов в эпоху Иродиан, которые или строили новые города, или расширяли старые (Флавий, «Древн.», ХVI, 5, § 2; XVIII, 2, §§ 1 и 3): их население с каждым годом становилось все пестрее и смешаннее, приобретая все более греческий характер, внешний же вид их поражал роскошью и красотою зданий, воздвигнутых в греко-римском стиле. Ни Ирод, ни его потомки ничего не жалели и не останавливались ни перед какими затратами, когда речь заходила об украшении городов. В это время управление во многих городах носило двойственный характер: одна часть населения управлялась по старым законам, т. е. старейшинами и судьями — Малым синедрионом, а другая часть населения управлялась по образцу эллинистических городов (Schürer). В последних главная власть над Г. находилась в руках Совета, βουλή, число членов которого было иногда весьма значительно, как, напр., в Тивериаде (600 членов); из них выделялась исполнительная группа в 10 человек с архонтом во главе, которая собственно и управляла городом (Флавий, «Иуд.  войн.», II, 21, §§ 3 и 9; «Жизнеопис.», XIII, 33; XXVII, 53). От этого времени упоминается еще начальник над рынками — άγορανόμος — агораном (в Талм. агорадамон; Флавий, «Древности», ΧVΙΙΙ, 6, § 2). Что касается количества городского населения, то в древности оно, конечно, было весьма малочисленно. Население древнеханаанейского города Гая (см.) во время вторжения израильтян в Ханаан не превышало 12.000 чел. (Иош., 8, 25); больше был Гибеон (ibidem, 10, 2). Позднее города становятся населеннее, и, напр., в эпоху расцвета Иерусалима при Антиохе Епифане в нем насчитывалось свыше 200.000 человек (II Мак., V, 14). — Ср.: Schürer, Gesch. d. jud. Volkes etc., II, 50 и сл.; Riehm, HBA, II, 1557—1561; Nowack, Hebräische Arch., I, 148—152; Tobler, Dritte Wanderung nach Palastina, 1859; Bl.-Che., I, 833—835; Benzinger, Hebr. Arch., 97—102; E. Sellin, Tell-Taanek (ценные данные о новейших раскопках в Палестине).

Г. в Талмуде. — На Востоке жизнь так медленно меняет свои формы, что в археологическом отношении Г. талмудической эпохи мало чем отличается от Г. библейской эпохи. Зато в Талмуде сохранилось много сведений ο том, что считалось существенной принадлежностью всякого благоустроенного Г., об обязанностях каждого из обывателей по отношению к Г. и об управлении им.  Прежде всего евреи различали между обыкновенными городами, «ir», ‎, и более крупными, которые носили название ‎, «kerach»; напр. муж не имеет права заставить свою жену переселиться с ним из небольшого города в крупный и обратно, так как и тот, и другой имеет свои преимущества и недостатки; в большом городе можно получить те удобства жизни, которых нет в малом, зато в первом воздух хуже и поэтому жена может отказаться следовать туда за мужем (Кет., XIII, 10).  Однако существовали такие необходимые удобства, которые издавна были безусловно обязательны для всякого города. Одна Барайта насчитывает десять подобных удобств: 1) судебное учреждение, 2) благотворительная касса, 3) синагога, 4) общественная баня, 5) городская уборная, 6) врач, 7) хирург, 8) городской писарь, 9) резник и 10) учитель для обучения детей (Санг., 17б).  Некоторые вещи обыкновенно составляли собственность самого города, напр. городская площадь, баня, синагога, свитки Торы (Нед., V, 5; ср. Б. Бат., 43а). Большинство городов имели также общественные цистерны (Беца, V, 5), доставлявшие нуждающимся жителям воду как для питья, так и для стирки белья (Нед., 80б). Для своих нужд город имел право делать раскладку среди жителей, владеющих там недвижимым имуществом или проживших в Г. не менее 12 месяцев (Баб. Батра, I, 5). Что касается расходов на укрепления (стена, ворота и засовы), то только пограничные Г. имели право взыскивать на это с обывателей, жители же Г. внутри страны могли от таких расходов отказаться (ib.). — Γ. управлялся выборным советом из 7 почетных граждан, которые носили название «Tube ha-Ir» (лучшие люди Г.). Это совет «тубов», во главе которого стоял «городской ученый», ‎ (ср. Раши к Мегил., 27б), ведал раскладкой разного наименования налогов, как городских, так и общегосударственных (налоги в пользу римского фиска подлежали круговой поруке); совет обладал правом устанавливать нормы для мер и весов и фиксированные цены на продукты первой необходимости, даже на рабочую плату, ‎, и наказывать нарушителей этих постановлений (Баба Б., 8б). Этот же совет назначал служебный персонал Г., как для почетных должностей, так и для платных. К первым относились «парнесы» (‎, или ‎), заведовавшие делами благотворительности (Иер. Пеа, VIII, 21а), ко вторым — рыночные надзиратели, ‎ (αγοραδάμων), наблюдавшие за правильностью мер и весов у торговцев (Б. Батра, 89а); на эту должность, хотя и платную, назначали обыкновенно самых почетных людей, и одно время ее занимал известный Абба Арика (см.); затем шли школьные учителя, межевые надсмотрщики, ‎ (σημάντωρ; Баба Батр., IV, 7), городские пастухи, ‎ (Б. М., 93б), хранитель городского оружия, ‎, городской герольд, ‎, и заведующий городской цистерной, ‎ (Б. Б., 8а; 91б). В больших городах, кроме того, содержали на общественный счет 10 свободных от занятия людей, ‎, для того чтобы в синагоге было всегда достаточное число лиц для общественного богослужения. Городская площадь считалась неотчуждаемой принадлежностью Г.; ей также присвоена была известная доля святости (Toc. Мег., II); ее можно было продать в частные руки только для удовлетворения особенно важных надобностей, напр. для постройки синагоги; в менее важных случаях совет Семи мог продать ее лишь с согласия общего собрания обывателей Г. (Мегил., 26а). Города на Востоке в древности, как и теперь, не отличались особенным благоустройством. Разрешалось, напр., обывателю в известное время года выносить солому на улицу для того, чтобы она под влиянием уличного движения превратилась в навоз (Б. К., 30а). С другой стороны, в целях охранения народного здравия разрешается устройство кладбищ, кожевенных заводов и места свалок нечистот лишь на известном расстоянии от города (М. Б. Б., II, 9). Устанавливались также правила для торговли в городах.

ЕЭБЕ