ЕЭБЕ/Маасер
Маасер  (‎) — десятина или десятая часть дохода, подлежавшая отчислению в виде особой повинности. Десятина встречается с древнейших времен у самых различных народов, как семитской расы, так и других. Пятая часть поземельного дохода, которую египтяне по распоряжению Иосифа должны были отдавать фараону (Быт., 47, 24), есть не что иное, как двойная десятина, подобно тому как и у римлян при простой десятине с полевых плодов отдавалась двойная десятина с древесных плодов и виноградников. — В Библии десятина впервые встречается в рассказе о том, как Авраам, одержав победу над войском Кедорлаомера, отдал десятую часть всего, что он имел, Малкицедеку, царю-священнику (см.) в Салеме (Быт., 14, 20). Далее, в рассказе о чудесном сновидении, которое Яков имел в Бет-Эле, сообщается, что в благодарность за обещанную ему Богом милость он дал обет предоставить Ему десятую часть из всего, что Он ему даст (Быт., 28, 22). Как обязательная повинность М. упоминается в общих чертах в кн.  Левит, 27, 30—33: «И всякая десятина в стране как из посеянного на земле, так и из плодов дерева, принадлежит Богу, это святыня Господня. Если же кто захочет выкупить свою десятину, то пусть прибавит к ней ее пятую долю». Предписывается также посвящать Богу десятину от крупного и мелкого скота, причем указывается способ определения этой десятины, а именно скот пропускается по одиночке под палкой, как это было в обычае у пастухов для проверки состава стада (ср. Иезек., 34, 12; 20, 37); десятое животное посвящается Богу, не разбирая, хорошее ли то или худое, и его нельзя заменять другим. Кому следует отдавать десятину, не сказано, и, сравнивая выражение «‎» в этом отрывке со ст. 21, можно было бы заключить, что десятина назначается священникам, тем более что в то время, когда эти законы были даны, т. е. в первом месяце второго года после Исхода, левиты еще не несли храмовой службы (см. Левиты). Но в кн. Чис., 18, 21—24 ясно предписывается отдавать всякую десятину левитам, для которых она является вознаграждением за их службу при скинии собрания. Десятина возмещает левитам областной удел, которого они не должны иметь в Обетованной земле. Левиты же, с своей стороны, должны отчислять десятую часть из получаемой ими десятины в пользу Аарона; после отдачи своей десятины левиты могут есть полученное ими от израильтян во всяком месте со своими семействами (ib., 18, 26—32). Во Второзаконии даются более определенные предписания. Десятину (от произведений земли: хлеба, вина и елея) надо отчислять каждый год (Втор., 14, 22) и отвозить ее в избранное Богом место (центральное святилище) и там съедать ее «перед Богом». Те, которые живут слишком далеко от центрального храма, могут обменивать натуральную десятину на деньги и в святом месте купить все, «чего пожелает душа», как то: рогатый и мелкий скот, вино, крепкие напитки (‎) и пр., и съедать все это «перед Богом» со всем семейством. Мотивируется это предписание тем, чтобы народ, бывая часто в святом граде, «научился бояться Бога». Предписание о принесении и потреблении десятины только в центральном месте наравне с другими жертвоприношениями и первенцами рогатого и мелкого скота повторяется во Второз. и в других местах (ib., 12, 6, 11, 17 сл.). На этих торжественных пирах нельзя оставить без внимания левита, живущего на месте постоянного жительства лица, приносящего десятину (ib., 14, 27; в двух остальных тестах вместе с левитом упоминаются также рабы и рабыни 12, 12, 18; ср., однако, ст. 19). К концу третьего года (от начала каждого из семилетних периодов, на которые был разделен 50-летний юбилейный цикл) надо раздавать все десятины с полей в безвозмездное пользование местных левитов, пришельцев (‎), сирот и вдов (т. е. всех неимущих). Этот третий год назывался «годом десятины» (‎) κατ’έξοχήν; после отчисления всей десятины в том году владелец должен был в особой молитве (Второз., 26, 13—15) заявить перед Господом, что он вынес святыню (т. е. десятину) из своего дома и отдал ее левиту, пришельцу, сироте и вдове, не ел ее в трауре или когда был ритуально нечист и не давал из нее «для мертвецов», т. е., как видно, не употреблял для пиршеств в память покойников (ср. выражение: ‎, Псал., 106, 28; Мишна толкует последнее выражение в смысле расходования на предметы погребения покойника; Маасер Шени, V, 12). Для согласования всех приведенных текстов религиозная практика установила три рода десятин: 1) одна отчисляется в пользу левитов, согласно Чис., 18, 21, сл.; она называется «первая десятина» ‎, 2) другая отчисляется из того, что остается после отчисления первой десятины и отправляется в Иерусалим, где съедается самим владельцем и его семейством; эта десятина называется «второй» (‎, δεκάτη δευτέρα, Tob., 1, 7) и о ней-то идет речь во Второз., 14, 22 сл.; 3) третья десятина поступает в пользу бедных («десятина для бедного», ‎, также «третья десятина», ή τρίτη δεκάτη, Tob., 1, 8), она имеется ввиду во Втор., 14, 28, 29. Первую и вторую десятину надо отчислять в первом, втором, четвертом и пятом году; первую и третью — в третьем и шестом году. Седьмой год, как год прекращения полевых работ, исключается. В позднейшее время мы находим, что Самуил предупреждает израильтян, просивших его поставить над ними царя, что царь будет брать у них десятую часть посевов и виноградников в пользу своих евнухов и слуг, также будет он брать у них десятую часть мелкого скота (I Сам., 8, 15, 17). Взималась ли десятинная повинность действительно израильскими царями в пользу чиновников и двора, неизвестно. Из выражения ‎ («покос для царя»; Ам., 7, 1) некоторые ученые заключают, что цари брали в свою пользу часть покоса подданных. Во время Иеробеама II израильтяне Северного царства приносили свои десятины в Бет-Эль для торжественных шумных пиршеств при местном святилище.  Пророк Амос, выступивший тогда против извращенного культа в Бет-Эле, иронически говорит (4, 4): «Идите в Бет-Эль и грешите, в Гилгал и усердствуйте в грехах; приносите к утру свои жертвы, десятины ваши через каждые три дня» (т. е.  не только через каждые три года). Согласно Хронике, во время царя Хизкии народ по распоряжению царя отдавал в пользу священников и левитов «первинки» (‎) хлебов, вина, масла и меда и вообще всех произведений земли и десятину от всего, а жители других городов (кроме Иерусалима) отдавали также десятину от крупного и мелкого скота. В течение четырех месяцев скопилось так много даров, что понадобились особые помещения (‎) при храме для хранения их. Смотрителем над этими запасами, его помощником и надсмотрщиками были левиты (II Хрон., 31, 4 сл.). Во время Нехемии евреи письменно обязались, между прочим, давать десятину от произведений земли левитам; левиты собирали десятину во всех городах, но их должен был сопровождать при этом священник; левиты отвозили десятую часть десятины (см. выше) в кладовые при храме (Нехем., 10, 38—40). Когда впоследствии левиты, не получая принадлежащих им приношений, вместе с певцами оставили службу при храме, Нехемия восстановил учреждение десятины и назначил над кладовыми, в которые свозились повинности, одного священника и нескольких левитов и они уже выдавали запасы своим собратьям (ib., 13, 10—13). Десятина от скота, как видно, не соблюдалась в то время.

Мнение критической школы. По мнению Велльгаузена и его последователей, десятина в корне своем тождественна с «первинками»; она представляет собой только дальнейшее развитие неопределенной повинности первинок. Поэтому десятина вовсе не упоминается в древнейшем сборнике законов, так называемой «Книге Договора» (‎, Исх., 21, 1—23, 33), где неопределенно предписывается только не замедлять приношения от «полного» (‎) содержания точила, т. е. вина, и от «слезы» (‎, как видно, древнее слово, соответствующее ‎ — чистое оливковое масло, имеющее цвет слезы) и отдавать Богу как первенцев из людей (очевидно, для храмовой службы; ср. историю Самуила), так и первородных скота (Исх., 22, 28, 29; в родственном с этим сборником тексте кн. Исх., 34, 26 говорится еще о первинках, ‎). Впоследствии из неопределенной повинности «первинок» выделилась определенная подать М. от полевых и садовых продуктов, но она не отчислялась в пользу священников или левитов, а съедалась на торжественных пиршествах самими собственниками. Этот древний обычай сохранился еще в предписаниях Второзакония: ежегодно надо было приносить десятину от полевых и садовых продуктов или взамен их денежную их стоимость в Иерусалим и там съедать ее перед Богом, т. е. в виде благодарственного жертвоприношения (‎); только в каждом третьем году десятину надо было жертвовать в виде милостыни местным неимущим жителям, к которым принадлежали также левиты. Последнее назначение десятины является, по мнению критиков, нововведением, связанным, с одной стороны, с упразднением местных святилищ, а с другой стороны, с тенденцией девтерономика использовать праздники для человеколюбивых целей. Священнический кодекс (PC) превратил наконец десятину в подать в пользу левитов, из которой они, в свою очередь, должны отдавать десятую часть священникам, а позже, по мнению критиков, прибавили еще десятину от скота, о которой будто бы не знали еще во время Нехемии; эта последняя десятина назначалась в пользу священников сверх первородных. Но о десятине от скота говорится уже в книге Самуила, и нельзя найти объяснение, почему хронист относит принесение этой десятины только ко времени царствования Хизкии, если он не нашел этого сообщения в своих источниках. — Ср.: J. Wellhausen, Prolegomena zur Geschichte Israels. 6-e изд., 1905, 150 сл.; PRE3, XXI, 627 сл.; L. Saalschütz, Das Mosaische Recht, Берлин, 1853.

Маасер в побиблейское время. — Институт М., частью урегулированный при Эзре и Нехемии и соблюдавшийся уже в раннюю эпоху (Юдифь, 11, 13; Товит, 1, 7—8), под влиянием исторических условий был видоизменен. Этому обстоятельству способствовало еще и то, что библейские законы М. частью не совсем ясны. В общем этот институт, первоначально имевший характер административного налога, приуроченного к своеобразному теократическому государственному устройству у древних евреев, с течением времени изменил свой характер и превратился в религиозный обряд, имеющий своей целью поддержание сословия священников. Всегда консервативная талмудическая традиция допускает здесь отступление от Моисеева закона, относя это отступление к древнему времени, считая его установлением самого Эзры. Но и в позднейшем развитии, как замечает Гейгер, этот закон толковался галахой различно.  Традиция знает четыре вида М.: три от произведений земли, а четвертый от скота.

А). Десятины от произведений земли. — 1) Первая десятина, ‎; это название она получила потому, что следует за возношением ‎ (см.) и обязательно предшествует всем другим десятинам (М. Терум., III, 7). По Моисееву закону она идет в пользу левитов, но по талмуд. традиции (Иеб., 86б; Кет. 26а; Хул., 131б) Эзра внес в закон изменение в том смысле, что первая десятина может быть роздана одинаково как левитам, так и священникам, по мнению одних, а по мнению других — должна быть отдана только священникам. Хотя в самой книге Эзры нет прямых указаний на эту реформу и таковая не упоминается в перечне древних установлений ‎, приписываемых Эзре в форме древнего предания (Б. К., 82а), однако законоучители, относя практику отдачи первой десятины священникам к глубокой древности, избрали для этого время Эзры как наиболее подходящее по историческим условиям. Согласно Талмуду (ib.), Эзра оштрафовал левитов за то, что они в недостаточном числе вернулись с народом из вавилонского плена; горсточка вернувшихся левитов оказалась негодной для храмовой службы (Раши, Кид., 69б, s. v. ‎; Тосаф. Иеб.  ad loc. s. v. ‎). Герцфельд (Gesch., II, 249) пытается обосновать это нововведение тогдашними историческими условиями.  В то время замечалось усердное исполнение закона о десятине и даже евреи, жившие вне Палестины, привозили свои десятины в Иерусалим. При таком приливе десятинных продуктов левиты, единственные, имеющие по закону право на них, были очень богаты; с другой стороны, священники, имевшиеся тогда в Иерусалиме в большом числе, терпели голод и нужду. Это-то бедственное состояние священников могло побудить Эзру сделать постановление, чтобы из приносившихся в изобилии десятинных продуктов получали также и священники. По мнению Герцфельда, разрешение Эзры давать десятину и священникам не находилось в противоречии с Моисеевым законом, оно скорее носило благотворительный характер; им была организована как бы общественная помощь бедным священникам из народной десятины, оказавшейся в излишестве у богатых и без того левитов. Священники же получали его не в качестве таковых, а как самый бедный элемент в то время. Подобный взгляд был также высказан одним из палестинских амораев (Иеб., 86б) — штраф, наложенный Эзрой на левитов, не был в пользу священников, а в пользу бедных вообще (ср. Иер. Маасер Шени, конец). По-видимому, практика в этом отношении колебалась, установление Эзры не упрочилось в народе, и поэтому Маймонид (‎, ‎, 1, 4) говорит, что Эзра применил это лишь в качестве временной меры, ‎. Уже при Эзре и Нехемии стали давать первую десятину только левитам, согласно Моисееву закону, так как они обязывались исполнять все «как написано в законе» (‎; Hex., 10, 35), и действительно, в кн. Нехем. (10, 38 и 13, 5) говорится о десятине, как принадлежащей левитам (ср.  Schürer, Gesch., II, 258 прим.). В кн. Тобия (I, 7) рассказывается, что «десятину от всех произведений давал он сынам Левииным, служащим в Иерусалиме». По-видимому, десятину давали только левитам, начиная от Нехемии до Ирханана Гиркана; при Иоханане же, по сообщению Талмуда (Сота, 48а), стали давать М. также священникам (см. ниже). По мнению Гейгера (Urschrift, 108 и сл.), изменение порядка раздачи десятины началось гораздо раньше Маккавеев. Уже очень рано первосвященники, а также аристократические семьи, из которых постоянно избирались первосвященники, силой присваивали себе десятину, и это продолжалось во все время существования второго храма, о чем имеются многочисленные указания у Флавия, который по обыкновению относит практику своего времени к глубокой древности и приписывает это даже самому Моисееву закону (ср. «Иуд. древн.», IV, 4, § 3, где он говорит о «священниках и левитах», если не допустить, что он имеет в виду возношение из десятины ‎). В другом месте (ib., ΙV, 8, § 8; ib., V, 10, § 2, 3) он рассказывает, что левит Элкана, отец Самуила, привез в Шило десятину, вероятно, для священников (ср., однако, «Иуд. древн.», IV, 4, § 4). То же самое говорит и Гекатей (ср. «Против Апиона», I, 22). Флавий же («Жизнь», 12) сообщает, что посланные вместе с ним члены синедриона все были богаты, так как они в качестве священников получали десятину. В послании апостолов к евреям (VII, 5) сказано, что сыны Левиины, получившие священство, получают десятину от народа. Следы этой практики сохранились в иерусалимском Талмуде (Маасер Шени, конец), где сообщается, что в прежнее время отдавали треть десятины знакомым священникам и левитам. В последние десятилетия существования храма, по сообщению Флавия, первосвященники дошли до того, что забирали все десятины. Пример этому показал первосвященник Анан, у которого были «крайне испорченные слуги, и они в сообществе с подонками народа отправлялись на гумна и там насильно овладевали предназначавшейся для простых священников десятиной, в случае же сопротивления они прибегали к побоям. Другие первосвященники делали то же, что и слуги Анана, а многим из священников, для которых десятина представляла источник существования, приходилось голодать» («Иуд. древн.», XX, 9, § 2; ср. Пес., 57а). После разрушения храма стали давать десятину исключительно левитам, и р. Гамлиил II отдал десятину левиту р. Иошуе, хотя при этом присутствовал и священник р. Элеазар б.-Азария (М. Маасер-Шени, V, 9; ср. Тосаф. Кид., 27а s. v. ‎). Однако этот последний старался обосновать старую практику (по которой десятину получали и священники) самим Моисеевым законом (Иеб., 86а), против чего выступил р. Акиба, признавший за левитами исключительное право на десятину. Из позднейшей Мишны видно, что мнение р. Акибы восторжествовало, однако некоторые древние барайты отражают в своих галахах старый порядок (ср, Кет., 26а, где следует читать ‎, как в Toc. Кетуб.; Хул., 131б). Характерно, что р. Иоханан, живший к концу третьего века, того мнения, что первая десятина может быть отдана и священнику (Иеруш. Маас. Шени, конец). Хотя первая десятина идет в пользу левита или священника, однако ее может есть и мирянин (Иеб., 86а), так как она не считается священной. О возношении в размере 1/10 части, выделяемой левитами из десятины в пользу священников, см. Терумот.

2) Вторая десятина, ‎. Согласно Талмуду (Р. Гаш., 12б; ср. Иеб.,86а, и Макк., 16а), вторая десятина обязательна лишь в первый, второй, четвертый и пятый годы каждой седьмицы, в третий и шестой она заменяется десятиной для бедных. Однако Флавий («Иуд. древн.», IV, 8, 22) говорит, что вторая десятина, как и первая, обязательна ежегодно, но в третьем и шестом гг. седьмицы прибавляется к ним и третья десятина для бедных; с этим также согласен Таргум-Иерушалми к Втор., 26, 12. 13. Гейгер (Urschrift, 176 и сл.), верный своей теории, и здесь усматривает различие между старой и новой галахой. Первая имела целью увеличить десятинный налог, который был на руку саддукеям священникам. Это мнение сохранилось еще в галахическом мидраше Сифре к Втор., 12, 17. Новая галаха в виде реакции против притязаний священников все более и более суживала размер десятинного налога, и это мнение было принято к руководству и сохранилось в вавилонском Талмуде. Намек на то, что когда-то существовали одновременно три десятины, Гейгер видит в приведенном сообщении иерусалимского Талмуда (Маасер Шени, конец), что десятину делили на три части; доказательство слабое, так как это сообщение целиком относится к первой десятине. Вообще, вся гипотеза о старой галахе основана Гейгером на ошибочном варианте, Сифри (ср. примеч. Фридмана к его изд. ad loc.). — Мишна (Ядаим, IV, 3) приводит в качестве постановления пророков ‎, что евреи-жители Вавилонии, для которых не обязателен закон о «седьмице», должны в седьмой год также дать вторую десятину (ср. Toc. Ядаим, II и комм. p.  Самсона из Сана к Мишне ad loc.). Подробные галахические правила об этой десятине в большей своей части изложены в трактате Маасер-Шени.

3) Десятина для бедных, ‎ в книге Тобия, 1, 8 она называется третьей десятиной, ή τριτη δεκατη, возможно потому, что раньше давали в третий год три десятины (см. выше). Этот вид обязательной благотворительности представлял обильный источник для оказания помощи бедным. По сообщению одной барайты (Хаг., 3б), вавилонские выходцы не овладели многими городами прежней Палестины, и, таким образом, на них не распространялся закон о «седьмице», так что бедный класс палестинских евреев мог рассчитывать в седьмой год, когда палестинские поля оставались незасеянными, на бедную десятину от этих пограничных городов. Это также побудило древнейших законоучителей, ‎, постановить, чтобы евреи-жители египетской диаспоры давали в седьмой год десятину для бедных (М. Ядаим, IV, 3; ср. комм. Маймонида ad loc. и Krauss, The great synod, JQR., X, 347—377).  По вопросу о Μ. с евреев, живших в аммонитских и моабитских землях, вызвавшему спор между танаями в Ямнинской школе, «сосчитались и постановили», ‎, что они должны также в седьмой год давать десятину для бедных (Ядаим, ib.). Однако в Иебамот, 16а приводится свидетельство р. Досы б.-Гиркан, что пророк Хаггай первый сделал такое постановление. Не имеет большого значения возражение, которое приводит Герцфельд (Gesch., II, 241), а именно, что во время этого пророка не было будто другой еврейской диаспоры, кроме Вавилонии, так как никоим образом нельзя утверждать, что в аммонитских и моабитских областях не жили евреи в то время. — Галахические правила об этой десятине имеются в трактатах Пеа и Демай.

Общие положения о десятинах от произведений земли. Хотя в Библии сказано: «отделяй десятину от всего произведения семян твоих» (Втор., 14, 22), палестинская галаха путем интерпретации текста распространила этот закон на плоды дерев и на всякие другие продукты земли, кроме овощей, ‎, которые хотя и подлежат десятине, но лишь в силу соферимского постановления, ‎ (Сифра к Лев.; Сифре к Втор., 14; Иеруш. Маасерот, I, 48с; ср. Р. Гаш., 12а; Иома, 83б). Но вавилонская галаха считает обязательность отделения десятины от всякого плода дерев, кроме винограда и оливы, соферимскою (Р. Гош., 15б; Бехор., 54а; Бер., Зба; Пес., 44а). Мишна дает следующее общее правило: «все, что годно для еды, охраняется и представляет произведение земли, подлежит десятине» (Маасерот, 1, 1). О некоторых исключениях см. ib., IV, 5. [По мнению Анана, основателя караимства, под произведениями земли следует понимать также металлы и минералы, против чего возражают Каркасани и р. Самуил бен-Хофни; см. Гаркави, Stud. u. Mitth., III, 44; VIII, 131, 135]. Десятины отделяли не только жители Палестины, но и евреи диаспоры, ‎, однако впоследствии это было отменено благодаря ‎ (Иер., Халла, конец; ср. Тосаф. Хулин, 66 s. v. ‎).  Кто были ‎? Этот вопрос ввиду неясности текста цитированного места остается и поныне спорным. По одному мнению, это люди, пользовавшиеся большим уважением в народе (Ашери к Аб. Зара, IV, § 9; ср. Франкель, Monatsschr., 1, 360). Закуто в Юхасин говорит, что здесь речь идет о сыновьях р. Хии, цитируемых под этим названием в Талмуде (Хул., 20а). Другие толкуют это слово в совершенно невероятном смысле — проповедников иудео-христиан (Kohut в Aruch’е от имени Ашери), которые стали присваивать себе все десятины; этому толкованию соответствует слово ‎ (ср. Erech Millin Рапопорта s. v. ‎). Равным образом недопустимо другое утверждение Когута, который, ссылаясь на другое чтение в тексте, ‎ (ср. Ашери, ib.), усматривает здесь влияние парсов, приравнивавшихся у законоучителей к медведю — ‎ (Кид., 72а; Aruch. Compl. s. v. ‎ и ‎) [так как, во-первых, это прозвание применяется, как замечено выше, к сыновьям р. Хии; во-вторых, р. Яннай также титулуется означенным эпитетом, ‎; Иерушалми Хагига, III, 4]. — Началом года по отношению десятин считалось 1-е Тишри (Р. Гаш., I, 1). — Под страхом небесной кары смертью, ‎, запрещается есть из продуктов земли до отделения всех десятин (Геб., 86а; Санг., 83а). — Накануне праздника Пасхи четвертого и седьмого года совершалась ликвидация, ‎, оставшихся за три года нерозданными десятин, т. е. раздавались по принадлежности (Маасер-Шени, V, 6), а к вечеру последнего дня этого же праздника должна была состояться «исповедь десятины», ‎, предписанная во Втор., 26, 13—15 (ib., V, 10, 13). Мишна сообщает, что эту исповедь отменил Иоханан-первосвященник (ib., 15). По вопросу о том, кто был этот Иоханан-первосвященник и какие были мотивы этой отмены, существуют различные взгляды. Мнение Ryssel’я (PRE., II Aufl., 436), что это был первосвященник времени Нехемии (ср. Нехем., 12, 23 и 13, 22 сл.) неправдоподобно, во-первых, потому, что нигде в талмудической литературе не прибавляется к библейскому лицу звание первосвященника, а во-вторых, постановление первосвященника, вызвавшего порицание Нехемии за допущение смешанного брака в своем семействе, вряд ли могло быть принято народом и сохраниться в народных памятниках.  Нельзя также согласиться с мнением А. Бюхлера (Das Synedrion in Jerusalem, 91, 135), что это был саддукейского образа мыслей первосвященник последних десятилетий существования храма, преемник Исмаила б.-Фаби, Анан (59—63). О нем, как приведено выше, Флавий рассказывает, что он силой овладевал десятиной и что в его время все первосвященники так поступали. При подобных условиях, конечно, не было места для исповеди. Но как это могло случиться, чтобы постановление саддукея-первосвященника было санкционировано фарисеями без всякого ропота и сопротивления? Единственно верно общепринятое мнение, что здесь речь идет о Иоанне Гиркане, первосвященнике из дома Хасмонеев, который таким именем отмечен на его медных монетах (см.). Шюрер (Gesch., I, 272) говорит, что отмена исповеди в связи с отдачей десятины священникам состоялась в то время, когда Гиркан перешел на сторону саддукеев, и это он сделал из желания противодействовать фарисейским правилам. Но, как указано выше, недопустимо, чтобы постановление с саддукейской тенденцией сохранилось у фарисеев в виде бесспорного и общепризнанного закона.  Что же, однако, побудило Гиркана к такой непосредственной и явной отмене библейского закона? Согласно Талмуду (Сота, 48а), это явилось следствием существовавшей в его время практики, по которой десятину получали священники, а не левиты, вопреки предписанию Библии. Такой порядок, по-видимому, был вторично введен или только в его царствование, или немногим раньше, и поэтому от Эзры до него в продолжение двух столетий могли читать эту исповедь (ср. Л. Каценельсон, «Саддукеи и фарисеи», «Восход», 1898 г., I, стр. 175 прим.). Это объяснение, однако, не удовлетворило многих ученых, и потому были сделаны попытки различно объяснить причину этой отмены. О мнении Шюрера уже упомянуто выше. Герцфельд (Gesch., II, 249) вполне основательно видит причину в другом. Как сообщает барайта (Toc., Сота, XIII, ср. вав. гемара, ib., 48a), во время Гиркана отделяли только вторую десятину, которая шла в пользу самого владельца, первую же и десятину для бедных не отдавали. При таких условиях, говорит Герцфельд, конечно, не могло быть места для исповеди. Л. Каценельсон (ib.) выдвигает другую гипотезу. Мишна (Маасер Шени, V, 15) приводит галаху, что прозелиты не должны читать эту исповедь. С завоеванием Идумеи и обращением ее жителей-язычников в иудейство явилась необходимость отменить эту молитву, дабы в богослужении не отличалась одна часть народа от другой. Но в таком случае почему Гиркан не отменил чтение гимна и молитвы при принесении «первин», ‎, в храм, которые по той же причине также не должны читаться прозелитами и которые читались более торжественно, и следовательно, отличие одной части народа от другой здесь более заметно?

Б) Десятина от скота. Сведения об этой десятине в побиблейской литературе довольно скудны. Филон вопреки галахической практике считает ее доходом священников (Philo De caritae, § 10; ср. Ritter, Philo und die Halacha, 122). Точно так же гласит один текст (cod. Sinait.) кн. Тобия, 1, 6. Подробные галахические правила об этой десятине изложены в IX гл. трактата Бехорот, из коих некоторые приводим здесь: Закон о десятине от скота соблюдается в Палестине и вне нее, при существовании храма и в отсутствии его… применительно к крупному скоту и к мелкому, к новому приплоду и прошлогоднему (§ 1). Купленное и полученное в дар не подлежит десятине от скота (§ 2). Три срока назначены для очистки десятины от скота: перед Пасхой, Пятидесятницей и праздником Кущей (§ 5), не менее как за пятнадцать дней до праздника (Тосеф. Бехор., VII, 9). Вводят скот в изгородь и оставляют небольшой выход и считают прутом: раз, два, три и т. д. до десяти, а выходящее десятым отмечают «сикрой» (красной краской), произнося при этом: это — десятина (§ 7). Несмотря на то, что существование храма не представляет необходимого условия для десятины от скота, как указано выше, однако после разрушения храма ее отменили (Бехор., 53а), но этот порядок, по-видимому, был не сразу установлен, и Талмуд рассказывает о р. Элеазаре, б.-Азарии (жившем после разрушения храма), что ежегодная десятина его стад составляла огромную цифру в 12.000 голов (Шаб., 536).

В позднейшее время установился обычай у благочестивых евреев жертвовать на благотворительные цели 1/10 часть всех доходов.  Основанием этому служил закон о десятине. И действительно, в Сифре к Втор., 14 упоминается также об этом обычае (ср. Тосаф.  Таан., 9а, s. v. ‎). Иерусалимский Талмуд (Пеа, 1,15б; ср. Вавилон. Кетубот, 50а) приводит постановление Синедриона в Уше, что каждый может жертвовать на благотворительные дела не более 1/5 своего имущества в связи с понятием о десятине, причем указывает, что это есть древняя синайская галаха, которая была забыта и вновь восстановлена в Уше. Шулхан Арух Иоре-Деа, 249, 1 предписывает это, как богоугодное дело, ‎. Автор ‎ ad loc. того мнения, что отдавать десятину своих доходов есть библейский закон. Однако Иоель Сиркес (‎) доказывает, что это не больше, как обычай.

М. в агаде. — Агада ставит институт о десятине очень высоко; соблюдение его ведет к богатству и благополучию, с другой стороны — последствием неисполнения его являются голод и несчастье — ‎, афоризм р. Иоханана, основанный на созвучии слов ‎ — выделить десятину и ‎ — богатство (Таан., 9а; ср. Танхума, ‎; Bamid. r., XII, 13). Как исключение из общей тенденции иудаизма, предписывающего исполнение закона без всякого расчета на какое-либо вознаграждение в будущем (Абот, I), здесь, как выражается агада, допускается «испытание Бога», разрешается давать десятину в расчете получить впоследствии материальное вознаграждение (Таан. l. с. со ссылкой на Малахи, 3, 10). Рассказывают, что в одной местности сильно размножились крысы, истреблявшие все на полях. Жители города жаловались на это прибывшему туда р. Пинехасу б.-Яиру, славившемуся чудотворством, и последний им ответил: это потому, что вы не отделяете десятины. С тех пор они стали аккуратно отделять десятину, и крысы исчезли (Иеруш. Дем., I, 22а; Debar. r., III, 5). Десятина — одна из шести вещей, из-за которых Бог сотворил мир (Ber. r., I, 6). — Сp.: трактаты Маасерот, Маасер Шени, Бехорот (IX глава), Маймонид и др. кодексы; Geiger, Urschrift, 108, 176 сл.; Herzfeld, Gresch. des Volkes Israel, I, 60, прим., II, 241, 249 сл.; Ritter, Philo und die Halachah; Olitzki, Flavius Josephus und d. Halacha; Ryssel, PRE, II Aufl. s. v. Zehnten bei den Hebräern; Schürer, Gesch., I, 272 сл., II, 251—256; A. Büchler, Das Synedrion in Jerusalem und das grosse Beth-Din in der Quaderkammer d. jerusalemischen Tempels, Вена, 1902, 91, 135; J. E., XII, 150 152.

ЕЭБЕ