ЕЭБЕ/Песнь трех отроков
Песнь трех отроков  (точнее, как в Ватиканском кодексе Септуагинты, "Молитва Азарии и «Славословие трех») — одно из трех апокрифических прибавлений к «Книге Даниила», сохранившихся только в греческой Библии и в переводах с греческого. П. содержит 67 стихов и помещена между стихами 23-м и 24-м канонического текста гл. III «Даниила». В Александрийском кодексе Септуагинты это прибавление образует 2 песни и вместе с 12 другими песнями приложено к Псалмам: 9-я и 10-я песни этого прибавления носят заглавия: Προσευχή Άζαρίου («Молитва Азарии») И "Υμνος των πατέρων ημών («Молитва наших отцов»).  Кроме того, эта П. имеется еще в переводе Феодотиона, очень мало отличающемся от Септуагинты: у Феодотиона опущено несколько стихов, и литературная форма у последнего несколько более обработана. — По содержанию П. делится на три части: 1) Молитва Азарии, 2) рассказ о чудесном спасении и 3) Славословие трех юношей по случаю их спасения. — В «Кн. Даниила», 3, 23 евр. текста говорится, что три мужа, Седрах, Мисах и Авденаго, или — как гласят эти арамейские имена по-еврейски — Анания, Мишаил и Азария, связанные, были брошены в раскаленную печь за то, что отказались поклониться золотому истукану, сделанному царем Навуходносором. Греческий текст добавляет: «И ходили они посреди пламени, воспевая Бога». Далее приводится молитва Азарии: «Праведный во всем Бог праведен и в бедствиях, ниспосланных им на израильский народ за его грехи» и т. д. За этой молитвой следует продолжение еврейск. рассказа из «Дан.», 3, 23: Слуги царя разжигали печь паклею, смолой, нафтой и хворостом; пламя поднялось над печью на 49 локтей, но ангел Господень выбросил пламя из печи, дунул в нее влажный ветер, и огонь не коснулся находившихся в печи. Тогда сии трое стали прославлять Бога. Их славословие, подобно Пс. 136, содержит во второй части каждого стиха припев; перечисляются Божии творения и явления природы, и они приглашаются к прославлению Творца; в конце П. к этому же призываются и трое юношей. — Исследователи не сходятся в литературной оценке этой П. Эйхгорн и др. видят отсутствие художественного чутья в допущении холодного, рассудительного прославления Бога во время пребывания в раскаленной печи: сделать такой спокойный обзор евр. истории может благочестивый старец в тиши уединения во время вечерней молитвы, а не в огненной печи. Но если допустить вместе с Баллом, что автор П. считал весь рассказ из «Даниила», 3 агадой, символическим, но не историческим рассказом, тогда понятным становится монотонное перечисление Божиих созданий в Славословии. Из всех трех апокрифических добавлений, которыми снабжена «Книга Даниила» в Септ.  (Сусанна, Бел и Дракон и П. трех отроков), П. трех отроков логически наиболее тесно связана с каноническим текстом. Молитва Азарии является по смыслу молитвой всего еврейского народа, наказанного и кающегося.

Ответом на молитву служит рассказ о чудесном спасении, и заключением является Славословие всех трех отроков. Но полное отсутствие этой Н. в евр. древней литературе свидетельствует, что в оригинальном тексте «Даниила» ее не было.  Добавление было вызвано естественным желанием расширить народное сказание: такое чрезвычайное событие, как пребывание в огненной печи, не могло не сопровождаться молитвой и благодарным прославлением за спасение. Материал был взят из народных преданий: так, об охлажденной печи упоминается в Пес., 118а. Из приведенных в ст. 38 слов: «В то время не было пророка, вождя и жертвоприношений» — можно предположить, что Молитва Азарии составлена во время гонений Антиоха и осквернения им храма, около 168—165 гг. до Р. Хр.; в Славословии имеются ссылки на священников и храмовых служителей; эти ссылки вызывают предположение, что Славословие написано по очищении храма, около 164 г. Разумеется, эти предположения спорны, как спорен также вопрос о том, является ли П. оригинальным греческим произведением или переводом с евр. или арамейского. Эйхгорн во 2-м издании Einleitung in die Apokr. Schriften, стр. 419 и след., на основании разбора стиля и тона П., а также на основании некоторых филологических сопоставлений, высказывает предположение, что П. является переводом — и переводом с евр., а не арамейского. Но доказательства автора нельзя считать неопровержимыми; можно только с некоторой долею вероятности утверждать, что имелся такой перевод. В евр. талмудической литературе П. вовсе игнорируется; Балл приводит много цитат из библейских частей Даниила, 3 в раввинской литературе, но он не нашел ни одного из данного апокрифа. В христианской богословской литературе было много споров относительно значения этого апокрифа: признанный каноническим на вселенских соборах, он был отвергнут протестантством.

Ср.: Ball, в Apocr. Speaker’s, II, 305; Eichhorn, Einleitung in die Apokr. Schriften; 419 и след.; Rothstein, в Apokr.  und Pseudepigr. des Alten Test., Кауча I, 172; Zöckler, Apokr. des A. T., 230 и след.; Hastings, Enc. Bibl., IV, 754—756; Jew. Encycl., XI, стр. 467.

ЕЭБЕ