ЕЭБЕ/Грехопадение
Грехопадение  — перемена, происшедшая в блаженном состоянии человечества вследствие первородного греха. События, изложенные в кн. Бытия, 3 и заканчивающиеся изгнанием Адама и Евы из Эдена, считаются подтверждением доктрины о Г-и человека, согласно которой человек создан был совершенным и безгрешным; в уготованном для него Богом раю он нашел все необходимое для удовлетворения своих нужд. Будучи совершенно невинным, он не ведал о своей наготе, и чувство стыда еще не проснулось в нем. Человек и дальше мог бы пребывать в таком блаженном состоянии, если бы он не ослушался божественного веления: не вкушать плодов от древа жизни под страхом наказания немедленной смертью. После изгнания из эдена Адам и Ева были обречены на жизнь, полную труда и страданий, ведущую к смерти. Счастье, невинность и бессмертие были навеки потеряны, и вечным бременем легло их преступление на грядущих поколениях.

Критическая школа указывает, что попытка разрешить проблему, затрагиваемую кн. Бытия о происхождении зла, волновала в древности и неевреев. Эта проблема трогала умы людей уже в сравнительно раннем периоде развития человеческой мысли и благодаря основному физическому единству человеческой расы разрешалась сходно. Грех и страдание, неудовольствие богов и человеческие бедствия являются во всех ранних религиозных представлениях понятиями соотносительными. Так как человек в действительности постоянно страдает, борется и умирает, то такая судьба выпала на его долю вследствие неповиновения божественной воле и невнимания к божественным велениям. При родовом быте и существовании родового права объединенная ответственность со стороны клана за поступки составляющих его членов являлась положением, не требующим доказательства. Последствия вины отца неизбежно отзывались на всех его потомках. Эти два фактора, один психологический и религиозный, другой социологический, являются главными признаками различных рассказов, касающихся потери первобытного счастья и бессмертия вследствие грехопадения человека. Биология и антропология утверждают, что принятое положение о состоянии совершенства и нравственной чистоты никогда не существовало на заре человеческой цивилизации. Нет доказательства тому, что когда-либо произошло физическое или нравственное грехопадение. В общем справедливо противоположное положение, что все указывает на эволюцию из первобытного несовершенства. Рассказ, изложенный в кн. Бытия, относится, как и другие события из кн. Бытия вплоть до двенадцатой главы, к циклу общесемитических мифов о сотворении и происхождении (см. Космогония; Эден), хотя в надписях ассиро-вавилонян пока еще не найдены тексты, которые бы вполне точно соответствовали библейскому повествованию об искушении и изгнании. На одном вавилонском цилиндре найдено изображение двух человеческих фигур со змеем позади, протягивающих руки по направлению к плоду дерева, но почти никто не решается признать в этом изображении вавилонский вариант Г. (ср. Sayce, Ancient monuments; Schrader, К. А. Т., 2-е изд., 37; Davis, Genes.  and semitic traditions). Библейский миф разрабатывает также элементы культуры. Он касается развития сознательности: в отдаленные времена человек был вегетарианцем и жил совершенно нагим; когда же по мере развития культуры в нем стало пробуждаться известное чувство стыда, первым покровом ему служили листья фиговых и других деревьев, а впоследствии он стал употреблять шкуры и кожи животных. В Библии нигде нет ссылки на рассказ о грехопадении как на историческое событие или как на событие, подтверждающее теологическое построение о природе и происхождении греха. На указаниях Иова, 31, 33, и Гошеи, 6, 7 едва ли можно построить гипотезу, будто библейская теология основывает свою доктрину греха на грехопадении Адама. Нигде до литературы после пленения не упоминается об эдене (Иезек., 28, 13; 31, 8, 9, 18; Ис., 51, 3; ср. Иоель, 2, 3).

Грехопадение человека как теологическое понятие начинает проявляться только в позднейших апокрифах и псевдоэпиграфах. В кн. II Эзры, III, 7 сказано, что, когда Адам был наказан лишением бессмертия, его потомство также было включено в приговор.  Там же, 21 сказано: «Так как благодаря своей злой воле первый Адам впал в грех и вину, то, подобно ему, грех постигает и всех родившихся от него». Этот взгляд еще раз встречается в гл. VII, 48: «О Адаме, что ты сделал! Когда ты согрешил, твое грехопадение пало не только на тебя одного, но и на нас также, на твоих потомков» (ср. Бен-Сира, XXV, 24: «от женщины пошло начало греха; благодаря ей мы все должны умереть»). Подобно этому в апокалипсисе Баруха (XVII, 3) Адам обвиняется в том, что сократил годы своего рода. Все-таки было бы слишком рискованно вывести заключение, что в указанных творениях эта доктрина проводится с непоколебимостью установленной догмы. В II кн. Эзры, III, 9 выдвигается даже положение, что последствия грехопадения окончились с потопом, когда от Ноя произошло поколение благочестивых людей, и что только потомки их своей несдержанностью опять внесли в мир растление. Аллегорическое толкование Филона (De mundi opificio § 56), изображая библейские события типическими случайностями (δείγ ματα τύπων), представляет фазу еврейской мысли, в общем более согласующуюся с учениями иудаизма о грехопадении и грехе, чем quasi-догматическая позиция кн. II Эзры. По мнению Филона, Адам представляет рациональный, а Ева чувственный элемент человеческой натуры, тогда как змей является символом плотского вожделения и удовольствия.  После Филона Самсон Гирш среди современных толкователей рассматривает грехопадение человека как типическое изложение психологических процессов, которые предшествуют греху (искушение) и постепенно (посредством самообмана) доходят до кульминационного пункта при действительном совершении греха (ср. его Catechism, гл. II). [Из J. E., V, 333—335].

В агадической литературе грех Адама, согласно взгляду талмудистов, имел известные печальные результаты для него самого и для всей земли. Шехина покинула землю после его падения (Ber. rab., XIX; Tan., Pekude, 6). Сам Адам лишился своей личной красоты, бессмертия и гигантского роста (см. Адам). С тех пор все люди были обречены смерти; никто, даже наиболее праведный, не мог избегнуть общей участи (Баб. Б., 17а; Шаб., 55б); поэтому Адам хотел воздержаться от воспроизведения детей, но, узнав, что Израилю будет дарована Тора, принужден был изменить это свое решение (Gen. r., XXI). Однако вследствие недозволенных сношений Евы со змием природа ее потомков стала растленной, и только один Израиль избег этого фатального недостатка, приняв Тору на горе Синае, тогда как все остальные народы, когда она была им предложена, отвергли ее (Шаб., 146а; А. Зара, 22б; Иеб., 103б). Если бы Израиль не сделал золотого тельца, то все израильтяне стали бы бессмертны (Шаб., 88а; ср. Абода Зара, 5а). — Благочестивые мужчины и женщины, по крайней мере отчасти, побороли последствия грехопадения Адама. Авраам, Исаак, Яков, Моисей, Аарон и Мириам не умерли от руки ангела смерти, они умерли от поцелуя Бога, и даже тела их не были истреблены червями (Баб. Б., 17а; М. Кат., 28а; Derek Erez Zuta, I); Яков и другие вступили в рай живыми (Таан., 5б; Derek Erez Zuta, I). Хотя, как видно из вышесказанного, не совсем верен взгляд, что грехопадение человека вовсе не занимает места в теологии талмудистов (вопреки Nader’у, Die Religionsphilosophie des Talmud, § 9), все же факт, что большею частью вышеизложенные понятия представляют просто гомилетические размышления, которые никогда не выкристаллизовывались в определенные догмы. Тезис р. Амми, (Шаб., 55а), основанный на кн. Иезекиила XVIII, 20, именно, что каждая смерть вызывается действительно совершенным грехом, имеет такое же право на признание, как мнение его диспутанта Симона б.-Элеазар, который утверждает, что смерть есть результат грехопадения. — В современной еврейской мысли грехопадение человека не имеет догматического значения. [Из J. E., V, 335].

ЕЭБЕ