Цитрония (Гейне; Линдегрен)
Я помню детские года —
Носил я платьице тогда;
То было в детстве, было встарь;
Учить я начинал букварь
И в школе был один мальчонок
Среди двенадцати девчонок.
Малютки здесь на все лады
Зубрили кое-как склады.
В светёлке нашей по утрам
Шёл настоящий птичий гам.
Учились эти все вострушки
У Гиндерманс, седой старушки.
Она внушала детям страх,
С длиннейшим носом и в очках,
Ну точно старая сова!
У ней тряслася голова
И розгу страшную, бывало,
Она из рук не выпускала.
А вспорет так, что ой-ой-ой!
Поднимут ребятишки вой…
Да, на земле, нам в назиданье,
Прекрасное обречено страданью.

«Цитрония» — волшебный край
Так я назвал, что невзначай
У старой Гиндерманс узрел,
Когда на солнце он горел.
Местечко было идеально,
Лимонно-жёлто и овально,
Так мягкостью пленяло взор,
Хоть был и гордый в нём задор.
Как раз твой образ, ну, ей-ей,
О, первый цвет любви моей!
И этот нежный идеал
Я с той поры не забывал.
За детством юность миновала,
Там зрелых лет пора настала.
Тогда — о, чудо из чудес! —
Мой детский сон опять воскрес.
Теперь предстал он предо мною
Осуществлённою мечтою.
Я счастлив, я безумно рад,
Заслышав  аромат.
Но — горе мне! — что в этом толку?
Коль чёрный занавес из шёлку,
Дурацкий лоскуток один,
Который тоньше паутин,
Сокрыл от глаз моих мой рай,
Цитронию, волшебный край!

Томиться я напрасно стал,
Как злополучный царь Тантал.
Меня дразнило наслажденье
И ускользало в то ж мгновенье.
Как будто близок сочный плод,
А смотришь, он из рук уйдёт!
Я проклинаю червяка,
Что выпрял шёлк для лоскутка,
Я проклинаю и того
Ткача, злодея моего,
Что выткал занавес злосчастный,
Которым скрыт эдем прекрасный,
Весь в блеске солнца дивный рай,
Цитрония — волшебный край!

Порой бесплодное томленье
Меня приводит в исступленье.
Рукою дерзкой я готов
Откинуть шёлковый покров
И сердца моего отраду
Схватить, преодолев преграду.
Но страшен мне такой почин,
Чему есть множество причин.
Теперь порывы в этом роде
И необузданность — не в моде.

Прочитаете позднее
Вы в других местах яснее
И поймёте в чём тут сила,
Что Цитрониею было.
Но разгадан кем поэт,
Тот не выдаёт секрет.
Ведь искусство — что такое,
Как не сине-голубое
Дыма облако? Цветок
Голубой, что одинок,
В романтичности чудесной,
Цвёл когда-то в звуках песней
Офтердингера — вопрос:
Что он был? Быть может, нос
Синий тётушки поэта,
Умершей вдали от света
От чахотки? Иль он той
Был подвязкой голубой,
Что нечаянно упала
При дворе, в разгаре бала,
С ножки дамы в контрдансе?

Примечания 

Поэзия Генриха Гейне
Немецкая поэзия
Стихотворения
Переводы, выполненные Александрой Николаевной Линдегрен
Литература 1850-х годов