ЕЭБЕ/Иоханан бар-Наппаха
Иоханан бар-Наппаха  ‎ — палестинский ученый, род. в Сепфорисе в последнюю четверть второго столетия, ум. в Тивериаде в 279 г.  Обыкновенно его цитируют «Рабби И.»; порою приводится только прозвище, и никогда не упоминается его полное имя.  Сам И. считает себя родом из колена Иосифа (Бер., 20а), но не знал ни отца, ни матери. Они умерли, когда он был ребенком, а воспитал его дед. Первыми его учителями были последние таннаи или полутаннаиты Яннай, Ханина бен-Хама и Гошаиа Рабба.  Очень недолго он слушал лекции Иуды И. У р. Ханины он изучил толкование Библии, за исключением кн. Притч и Эккл. (Иер. Гор., III, 48б), и вероятно, медицину, в которой был очень сведущ (Аб. Зар., 28а). И. отличался своею добротою и приветливостью; он не давал преимущества «хаберу» (строго соблюдавшему предписания Торы) перед «ам га-арецом» и лицом свободомыслящим. Поэтому он пользовался всеобщим уважением и любовью (Б. М., 84а; Иер. Аб. Зар., III, 4в; Б. Мец., VI, 16а; Аб. Зар., 26б; Иер. Дем., II, 23а, Бек., 31а). В Сепфорисе И. начал выступать перед народом в качестве проповедника. Речи его привлекали очень много слушателей, и бывший преподаватель его р. Ханина имел удовольствие видеть славу своего ученика.  Как долго продолжалась его деятельность в Сепфорисе, неизвестно, но незадолго до смерти Ханины он переселился в Тивериаду, не желая причинить неприятности своему учителю, с которым расходился во мнениях относительно некоторых частностей ритуала (Иер. Бец., 1, 60а; Иер. Шеб., IX, 38б, где текст изменен). С другими своими учителями он до конца жизни поддерживал самые тесные сношения. Он особенно был дружен с Гошаией. Когда последний основал свою школу в Кесарее, И. часто приезжал туда из Тивериады (Иер. Тер., X, 47а; Иер. Хал., I, 58б). В Тивериаде И. основал свою собственную школу, которая скоро привлекла много учеников; между ними были прославившиеся впоследствии Аббагу, Амми, Асси II, Элеазар бен-Педат, Хия бен-Абба, Иосе бен-Ханина и Симон бен-Абба. И. вскоре приобрел широкую известность. В диаспоре он пользовался не меньшим авторитетом, чем на родине, и только немногие ученые Вавилонии спорили с ним. Сам И. признавал авторитет одного только Рава (Абба Арика).  Находясь с ним в переписке, он всегда адресовал ему: «Нашему учителю в Вавилонии». По смерти Рава, адресуя письма к товарищу последнего, Самуилу, он уже писал: «Нашему коллеге в Вавилонии». Получив от него календарь с вычислениями на 60 лет, И. стал относиться к нему, как к хорошему математику, и только по получении целой серии разъяснений закона он воскликнул: «Я снова имею учителя в Вавилонии!» Подвергая строгой критике Мишну, Иоханан вынес заключение, что Рабби ввел в нее некоторые противоречия. Он отверг поэтому многие галахи и отдал предпочтение «барайтам», которым учили его учителя Хия и Гошаия. И. установил ряд правил и указаний, чьим мнением следует руководствоваться в случаях разногласия между таннаями (Эруб., 47а). Многие из этих положений пользуются поныне авторитетностью у изучающих Талмуд. В период гаонов они были собраны в одно целое под заглавием «‎», или сокращенным — «‎», что приписывается Нахшону бен-Цадок и относится к 9-му стол. (ср. Graetz, Einleitung in. d. Talmud v. Ibn-Aknin, стр. 7). Позднейшие талмудисты, встречая его имя так часто в Гемаре, стали приписывать ему составление палестинской Гемары (ср. Maimonides, Hakdamah, edit.  Hamburger, 58, Berlin, 1902). Ныне сомневаются в этом; полагают, что И. имел лишь намерение сделать это, выполнение же относится на целое столетие позже И. (ср. Талмуд Иерусалмский и см. Иоханан бар га-Мериа). Ему же приписывали неправильно и Мидраш к Псалмам (ср. Buber «Midrasch Tehillim», введение, стр. 2а). В своих религиозных решениях И. был в известной мере свободомыслящим, разрешая изучение греческого языка, употребление фигур для украшения стен и эмиграцию из Палестины при известных условиях (Иер. Пеа, I, 15б; Иер. Аб. Зар., III, 42г и Иер. М. К., II, 81б). И. служит героем многих легенд.  Одна из них рассказывает, что он имел 10 сыновей. Все они умерли при его жизни. И. сохранил сустав пальца десятого сына.  Если кто роптал на свою судьбу, Иоханан показывал ему кость, говоря: «Вот кость моего десятого сына» (Бер., 5е; Chiddusche Geonim). Сам И., однако, долго не мог утешиться по смерти своего шурина Риш-Лакиша.

— Ср.: Bacher, Ag. pal. Amor., I, 205—339; Frankel, Mebo, стр. 95б 97в; Graetz, Gesch., 2 ed., IV, 257 и сл.; Halevy, Doroth ha-Rischonim, II, 1496 и сл.; Hamburger, R. B. T.; Heilprin, Seder ha-Dorot, II; Jost, Gesch. d. Judenthums u. seiner Sekten, II, 149, passim; Weiss, Dor, III, 69 и сл. [J. E., VII, 211].

ЕЭБЕ