ЕЭБЕ/Иешибот
Иешибот  (‎) — высшая талмудическая школа. Термины «jeschibah» или — арамейский «metibtah» в Талмуде означают заседание, совещание или собрание учащихся, в котором председательствовал «старший». Сперва учащиеся собирались в бет га-мидраше, но когда число их увеличивалось, устраивалось особое помещение близ бет га-мидраша, известное под именем «jeschibah». Знаменитые И. в эпоху развития Талмуда и последующий ему период саборейских и гаонейских поколений принято называть также академиями (см. статьи Академии вавилонские и палестинские). С переходом духовной гегемонии от Вавилонии к европейским евреям через Северную Африку возникли новые рассадники изучения Талмуда — иешиботы Шемарии бен-Эльханан в Мицре (Каир) в Египте, Хушиеля в Кайруане и Моисея бен-Ханох в Кордове. Кайруанский И. был наиболее блестящим, особенно при р. Хананеле и р. Ниссиме, но с переселением знаменитого их ученика Альфаси в Испанию центром иешиботского преподавания стала эта страна. Кордова, Гренада и Лусена (тут именно учил Альфаси) явились притягательными пунктами для молодых людей, желавших посвятить себя изучению Талмуда, который в классическую эпоху испанской культуры (до начала 13 в.) разрабатывался и преподавался иначе, чем у евреев Северной Франции и Германии (см. Испания, глава: Духовная культура). Последним крупным ректором лусенского И. был р. Иосиф ибн-Мигаш га Леви. После нашествия алмогадов (1148) сын его р. Меир переселился в Толедо, где основал талмудическую школу. В эту эпоху И. процветали также в Южной Франции, куда, по словам летописца Ибн-Дауда, талмудич.  ученость была перенесена р. Махиром. В Нарбонне, где жили потомки Махира в эпоху Ибн-Дауда и путешественника Вениамина Тудельского, находился знаменитый в то время И., «откуда наука распространялась по всем странам», ректором коего состоял р.  Авраам. Люнельский И. также привлекал учащихся, содержавшихся за счет общины. Авраам бен-Давид руководил И. в Поскьере; он лично заботился также о материальном существовании своих слушателей. Наконец, в Марселе был И., во главе которого стояли р. Симон Анатолио, его брат р. Яков и р. Лебаро. Настоящего расцвета И. достигли в Сев. Франции и Германии, где изучение Талмуда почти целиком занимало умы. С поселением в Майнце Гершома Маор га-Гола здесь образовался И., вскоре получивший широкую известность. Наряду с ним выдвинулся И. в Вормсе, где учились Раши и многие так назыв. «лотарингские ученые».  Когда Раши, вернувшись на родину (Труа), начал там преподавать Талмуд, И. Шампани и Сев. Франции стали соперничать с прирейнскими в Майнце, Вормсе и Шпейере и на некоторое время даже затмили их. Эти И. находились в Труа (Раши), Ramerupt (на Сене; р.  Там), Дампьере сюр Об (правнук Раши р. Исаак Старший), Оксерре, Фалезе, Париже и др. Сюда приезжали учащиеся даже из славянских стран (Богемии), не говоря уже о Германии. «Бахуры» (юноши; термин для обозначения слушателей И.) переезжали из одного И. в другой. Чтение нового трактата обычно относилось к началу каждого месяца, дабы новые бахуры не являлись в И.  в середине месяца. Из этого видно, что тогда было более принятым проходить полностью каждый трактат, а не только «системы» в каждом трактате, как это укоренилось впоследствии. Во французских И. составлялись «тосафот» (дополнения) к Талмуду преподавателями при участии слушателей, которые иногда оспаривали мнение первых. Слушатели списывали эти тосафот, являвшиеся для них важным приобретением на всю жизнь, ибо, поселившись на родине и имея в руках тосафот знаменитых учителей, они могли открывать свои И. Занятия в И. велись с большим усердием. Даже игры учеников имели отношение к Торе. Так, напр., один бахур произносил фразу, а другой должен был продолжать ее, начиная с заключительной буквы первой фразы. Имеется сообщение, что бахуры физическими упражнениями укрепляли свое здоровье. — В то же время процветали упомянутые И. в городах на Рейне, где евр. общины благодаря их значению образовались рано; поговорка гласила: «Из Царфата (Франция) исходит Topa, а Божье слово из Ашкеназа (Германия)». Здесь также встречались слушатели из дальних славянских стран, которые пробирались даже во Францию. В немецких И. были помещения для бедных юношей. Ректоры И. и видные члены общин вообще заботились об их содержании.  Население тесно сживалось с интересами И. Когда начинался трактат, обыватели являлись в И., а когда заканчивался, устраивали торжество. Кроме подобных событий, бахуры не знали праздников. Вообще они занимались днем и ночью и лишь во время длинных летних дней от 15 Иара до 15 Аба освобождались от ночных занятий. Ученики записывали лекции («записывание слов Торы, это — изучение»). Вообще старались укреплять память и для этого прибегали даже к суеверным средствам (так, избегали есть сердце скота, потому что от этого будто бы слабеет память). В документе 13 в. «Chukke ha-Torah» (Законы для изучения Торы) имеются интересные данные о характере тогдашних И. Сев. Франции. Из двух типов училищ, упомянутых здесь, «midrasch gadol» и «midrasch katon» (которые, по мнению Гюдемана, соответствуют так назыв. «Kathedralschulen» и «Parochialschulen»), первый и является И. Ученики И. назывались «peruschim» (отделившиеся), название, поныне удержавшееся за женатыми учащимися в И. Срок обучения был 7 лет, в течение которых ученики жили в бет га-мидраше.  Глава И. жил здесь всю неделю до пятницы. Он имел помощников, так наз. «meturgeman» (толкователи), по одному на 10 учащихся, объяснявших им лекции рош-иешибы (главы И.). Большой известностью пользовался в 13 в. И. р. Иехиеля в Париже, где занимались такие крупные впоследствии представители раввинизма, как Исаак из Корбейля, Меир из Ротенбурга и др. В Англии, куда в 12 в. переселились выдающиеся французские раввины, процветал И., основанный Яковом из Орлеана, учеником р. Якова Тама. Преследования, связанные с Крестовыми походами, и ухудшение положения французск. евреев вызвали застой в жизни И.  Уровень «бахуров» пал, и к ним перестали относиться с уважением. Во Франции была еще сделана попытка оживить иешиботское преподавание Мататией бен-Иосиф из Прованса, которого король Карл V (1364—80) назначил областным раввином. Из его И. вышло 8 раввинов, которые, в свою очередь, устроили И. — Кровавые преследования 1349 г. разрушили много рейнских рассадников талмудической науки, нашедшей тогда приют в Австрии, где евреи сравнительно мало пострадали. Вена, Кремс и Винер-Нейштадт стали для странствовавших бахуров притягательными пунктами, как в свое время Вормс, Шпейер и Майнц. Основа была положена выходцем из Фульды, Меиром бен-Галеви, поселившимся в Вене до 1365 г. Из его И. вышли известные «раввины Австрии», которые продолжали его дело в Вене и в основанных ими И.; ректорами состояли р. Шалом, «князь из Нейштадта», Израиль Иссерлейн (в ст.  Германия ошибочно Иссерлес) и др. Из Австрии переселился позже в Майнц Яков Мелн (Магарил), основавший новые И. в этом городе и затем в Вормсе. По мнению Гюдемана, в Германии встречались выдающиеся раввины, но основанные ими И. не достигли такого значения, как И. в Вене и других австр. местностях. Странствование бахуров стало тогда общим явлением — как полагают, в подражание странствующим студентам Европы. Но тут играли еще роль внешние катастрофы — передвижение евреев из Зап. Германии в Австрию, Италию и Испанию. Здесь Ашер бен-Иехиель, знаменитый ученик Меира из Ротенбурга, основал в Толедо И., в котором ввел немецкий метод исследования Талмуда; известен еще И. Соломона Адрета и р. Ниссима в Барселоне, а в Италии пользовались широкой славой школы Иосифа Колона в Павии и Иуды Минца в Падуе (оба эмигрировали из Германии). Оттуда же был перенесен метод изучения Талмуда в Богемию и Польшу. Эта роль выпала на долю Якова Полака, ученика Якова Марголиота, или Маргулиеса, ректора И. в Нюрнберге, где особенно процветал схоластический метод. Главным занятием в И. было изучение Талмуда и его комментариев, которые изучались совместно учителем и учениками, «потому что случалось, что преподаватель узнавал от своего ученика больше, чем ученики от него». Только попутно заглядывали в Библию, притом интересуясь более старыми комментаторами Библии, чем самой Библией. Комментированием Библии, согласно правилам евр. грамматики, не занимались, так что Рош (упомянутый выше Ашер бен-Иехиель), рекомендуя своим сыновьям заняться этим, признается, что он в молодости не занимался Библией, «так как в Германии не принято было изучать ее». Сам Талмуд давал, правда, много материала для вопросов общего знания, но этими вопросами вовсе не интересовались в И. Глава И. читал лекции из Гемары с «комментарием (Раши) и тосафотом», разъясняя слушателям вопросы, возникавшие из самого текста или при сравнении со сказанным по данному вопросу в других местах.  Этим деятельность лектора не ограничивалась. Слава его зиждилась на умении изобретать «chidduschim» (новые способы объяснения), и тут преподавание принимало характер оживленных бесед. Ученики обыкновенно спрашивали, учителя отвечали; впрочем, бывало, что ученики указывали своим учителям, как следует понимать смысл текста, и от этого достоинство преподавателя не страдало. Правда, такие раввины не пользовались славой; Магарил сообщает, что р. Шалом из Нейштадта не разорвал в знак траура своего платья, услышав о смерти своего учителя, так как «не узнал от него никаких chidduschim». Это стремление выдумывать новые способы объяснения привело к тому, что из двух качеств, требовавшихся от читающего талмудическую лекцию — «эрудиция и остроумие» (Bekiut и Charifut), — первое все более отступало на задний план. Французские тосафисты показали последующим поколениям путь к «остроумию», а эти поколения отдались ему целиком, не проникая в простой смысл галахи. Интерес к тосафотам и chidduschim в области талмудич. науки сделался важнее самого Талмуда; потому немудрено, что автор «Orchoth-Zaddikim» жалуется на то, что из-за схоластики не оставалось времени для Торы, Пророков, агиографов, агады, мидрашей и вообще для какой-либо науки (chochmah). Комментарии Талмуда стали любимой темой для диспутов в иешиботах, и схоластика там процветала, несмотря на громкие протесты отдельных представителей раввинизма (напр. Иосифа Колона). О порядке преподавания в И. Гюдеман приводит следующие данные: Магарил проходил 2 трактата летом до праздника Кущей, в полупраздники устраивал обед в «честь Торы и изучающих ее лиц» и 2 трактата зимою и заканчивал этот цикл опять обедом в полупраздники Пасхи или в Лаг-ба-Омер. Из обширной программы Магарила видно, что он не тратил времени на пилпул, а проходил трактаты, ограничиваясь простым их объяснением. Иссерлейн занимался со своими слушателями дольше по четвергам, так как по пятницам не было занятий ввиду приготовлений к субботе. В часы, свободные от занятий, бахуры готовились к предстоящей лекции или повторяли старую, что иногда затягивалось до поздней ночи. У Магарила собирались по субботам после обеда для повторения пройденного. Рош-иешибы вежливо обращались со своими учениками, которые относились к ним, как к «царствующей особе».  Рош-иешибы строго следили за тем, чтобы бахуры были в добрых отношениях друг с другом. Большинство бахуров были бедняки; встречались и пожилые «бахурим зекеним», и женатые — «перушим». Они все жили в одном доме, где и столовались.  Магарил жил со своими слушателями (50) в особом помещении, отдельно от жены и детей. И. (по-немецки Judenschule) находился в особом здании; бахуры шли туда вместе с учителем. Иногда бахуры приглашались к нему обедать по пятницам вечером; в первый день Шебуот, в последний день Пасхи и в Пурим приглашались, кроме бахуров, видные представители общины. В беседе сыпались остроумные афоризмы и юмористические рассказы. Забавлялись также в Хануку, а в Лаг-ба-Омер устраивались прогулки за город и состязания в беге. Больших перерывов между зимними и летними семестрами не было. Не все бахуры отличались хорошим поведением.  Один ученый жаловался Иссерлейну, что бахуры пьянствуют и роняют достоинство И.; это встречалось и в неевр. академиях той эпохи, когда «жизнерадостность брала верх над любовью к науке».

В конце 15 в. благодаря Полаку иеш. преподавание было перенесено в Богемию, а затем в Польшу. Он основал И. в Кракове; его ученик Шалом Шахна стоял во главе И. в Люблине, где учились знаменитые Иссерлес и Соломон Лурия. Открытый первым в Кракове в 1550 г. большой И. пользовался громкой известностью. Польша стала классической страной И. для евреев всей Европы. Одновременно с Иссерлесом, Лурия руководил И. в Остроге; возникли И. и в других местах. Официально они назывались «гимназиями», а главари — ректорами. Бершадский утверждает (на основании найденного им документа из Метрики Коронной), что первый И., открытый с разрешения правительства, относится к 1567 г. в г. Люблине. По просьбе местных евреев король Сигизмунд-Август разрешил построить в люблинском пригородке по Евр. улице на участке доктора (раввина) Исаака Мая и на общинные средства гимназию (и синагогу), которою должны управлять лица, пользующиеся авторитетом у учащих и учащихся и способные держать порядок в заведении. «Ректор», избиравшийся из среды раввинов Люблина и с их согласия, являлся старшим над всеми раввинами города. Обучение было бесплатным, и потому И. освобождался от всякого рода сборов и пошлин. Тут, по мнению Бершадского, мы имеем дело с первым разрешением открыть И. в определенном месте; но он же приводит другой любопытный документ (10 мая 1571 г.), согласно которому раввину Соломону, избранному всеми евреями Червонной Руси верховным раввином, предоставляется, между прочим, «право повсюду в нашем королевстве иметь училища и держать при себе учеников и просвещать их в науках.  Эти ученики, подобно своему учителю, освобождаются от подсудности каким бы то ни было местным властям, а суд над ними и приведение решений в исполнение принадлежит одному только раввину Соломону». Этим актом был легализирован тип странствующего И. (Бершадский). Между тем, возникли новые И. в Познани, Брест-Литовске и Львове; здесь талмудич. школа находилась в 3-этажном доме, приобретенном за 2000 талеров парнесом Израилем Иозефовичем, а ректором состоял зять его Иошуа Фалк Коген, знаменитый ученик Иссерлеса и Лурии. Из этого рассадника науки вышли выдающиеся раввины, напр.

Авраам Раппопорт, автор «Ethan Haezrachi», Бер Израилевич Эйленбург и др. Тесть Фалка Когена сам содержал 25 учеников. Брестский И. был построен Саулом Валем.

Известный летописец Натан Ганновер (см.) дает следующую широкую картину И. до разгрома польского еврейства при Хмельницком: «Нет такой страны, где святое учение было бы столь распространено между нашими братьями, как в государстве Польском.  В каждой общине существовала иешива, глава которой получал щедрое содержание из общественных сумм, дабы он мог заведовать школой без забот и отдаваться своей ученой деятельности. Общины содержали также на свой счет юношей («бахурим») и давали им определенную недельную плату с тем, чтобы эти юноши обучались в иешиве. Каждому из юношей назначалось не меньше двух мальчиков («неарим»), которых он должен был обучать, дабы упражняться в преподавании Талмуда и в научных прениях. Мальчикам (бедным) отпускалось кушанье за счет благотворительной кассы или из общественной кухни. Если община состояла из 50 семейств, то она содержала не менее 30 юношей и мальчиков, причем каждый юноша со своими двумя мальчиками-учениками пользовался столом у одного какого-либо обывателя и почитался в этой семье, как родной сын… И не было почти ни одного еврейского дома во всей земле Польской, в котором сам хозяин либо сын его, либо зять, не был бы ученым. Вот почему в каждой общине было много ученых. Так, например, в общине из 50 семейств встречалось около 20 ученых, которые носили титул морену или ховер. Выше же всех стоял рош-иешива; все ученые слушали его и приходили в его школу. Порядок учения в Польше был следующий.  Учебный семестр, в течение которого юноши обязаны были обучаться у рош-иешивы, продолжался летом от начала месяца Ияра до середины Аба (приблизительно с апреля по июль), а зимою от начала Хешвона до середины Швата (октябрь — январь). Вне этих сроков учащиеся имели право выбирать себе место учения, где им было угодно. И собирались ежедневно мудрецы общины, молодые люди и вообще все сколько-нибудь прикосновенные к науке, в здании И., где на стуле восседал ректор, а вокруг него располагалось, стоя, множество ученых и учащихся. Каждый мог предложить ректору какой-нибудь сложный талмудический вопрос или требовать разъяснения трудного места, а он каждому отвечал и разъяснял. После этого водворялась тишина — и рош-иешива читал свою обычную лекцию по галахе, со своими собственными толкованиями и дополнениями. После лекции он устраивал научный диспут («хилук»), который состоял в следующем: сопоставлялись разные противоречивые места из текста Талмуда или из комментариев. Эти противоречия кое-как улаживались разными другими ссылками, затем открывались противоречия в самих ссылках и разрешались новыми ссылками, и т. д., пока обсуждаемый вопрос не был окончательно разъяснен. Эти занятия летом никогда не кончались раньше полудня. Во вторые же полусеместры рош-иешива меньше занимался диспутами, но читал для ученых текст религиозных сводов — «Турим» с комментариями, а для учащихся — разные галахические компендии вроде «Альфаси» и т. п. За несколько недель до окончания занятий, в конце лета или зимы, рош-иешива назначал учащимся юношам диспуты, причем сам участвовал в прениях».  Если пилпулистич. метод господствовал в немецк. школах, то он достиг еще большего развития в Польше. Как там, так и здесь, раздавались протесты против одностороннего направления преподавания. По мнению известного проповедника Эфраима Ленчицкого, «все учение в И. сводится к изощрению ума и пустым прениям, называемым «хилук». Ужасно подумать, что престарелый рабби, председательствующий в иешиве, желая изобрести и показать другим какое-нибудь новое толкование, объясняет превратно смысл Гемары, между тем как он сам и другие знают, что настоящий смысл не таков! Разве Бог велел изощрять свой ум ложью и ухищрениями, тратить время по-пустому и приучать к этому слушателей? И все это для того, чтобы прославиться ученым!..  Я лично часто спорил с великими учеными нашего времени, доказывая необходимость уничтожения методов «пилпула» и «хилука», и не мог их убедить. Объясняется это погонею ученых за почетом и местами рош-иешив. Особенно пагубно отражаются эти праздные словопрения на наших «бахурах», ибо кто не отличается в прениях, считается неспособным и поневоле бросает учение, между тем как при правильном изучении Библии, Мишны, Талмуда и посеким такой ученик мог бы оказаться одним из лучших». Преследования Хмельницкого положили конец расцвету польского талмудизма. В связи с этим И. никогда уже не достигли блеска эпохи Иссерлеса, Лурии, Эдельса и др., однако продолжали существовать вплоть до разделов Польши.  — На Западе И. развились частью еще до указанных событий, частью благодаря бежавшим туда ученым из Польши и Литвы. Особенно славились в 18 в. Альтона, Франкфурт, Фюрт, Мец и Прага. Первые пункты «Старых постановлений евр. общин в Моравии (‎)», разработка которых закончилась в 1651 году, посвящены вопросу об урегулировании И. Две значительнейшие общины каждого округа обязаны заботиться о материальном существовании, по крайней мере, 10 бахуров. Во всех И. одновременно проходится один и тот же трактат, указываемый областным раввином Моравии или его помощником, чтобы бахуры имели возможность переходить из одного И. в другой. Областной раввин назначает также экзамены по курсу, пройденному в течение недели. — В первой половине 19 в. преподавание в И. вновь достигло на Западе расцвета благодаря четырем видным представителям раввинизма. Яков Лисса, начавший свою деятельность (1809) в одной из крупнейших евр. общин, Лиссе, насчитывал тысячи слушателей. Славой рош-иешибы пользовался в Познани Акиба Эгер, а наряду с ним Мордехай Бенет в Никольсбурге и Моисей Софер в Пресбурге. Кроме того, существовали многие другие И. в Богемии (Прага, Гольч-Иеникау, Германместец, Калладей), Моравии (Простиц, Требич, Босковиц, Гросс-Межерич и др.) и Венгрии (Айзенштадт и др.). Известный Айзик-Гирш Вейс (см.), воспитывавшийся в моравских и венгерских И. и сам руководивший таким заведением в Гросс-Межериче, метко охарактеризовал в своих воспоминаниях дух И. того времени, противопоставив богемские и моравские И. — венгерским: в первых господствовали более свободное направление, интерес к евр. занятиям, кроме Талмуда, и к общему образованию, в Венгрии же все это преследовалось строжайшим образом и внимание было обращено исключительно на Талмуд и его комментаторов. Вейс отмечает редкое усердие тогдашних венгерских бахуров и их любовь к Талмуду и говорит об их крайней нужде: кто имел теплую пищу раз в 2 или 3 дня, тот почитался счастливцем. Более способные бахуры находили пропитание в домах богачей, с детьми которых они занимались. В полупраздники Пасхи и в месяце Элуле бахуры странствовали из города в города, собирая пожертвования на одежду; бахуры помогали друг другу, еженедельно делая в товарищескую кассу взносы, смотря по состоянию каждого. В Айзенштадте существовал обычай, что жених в день свадьбы жертвовал в пользу И. Сами рош-иешибы материально помогали своим слушателям. В Богемии, Моравии и Венгрии при преподавании Талмуда господствовал пилпулистический метод, а «принципы Талмуда», ‎, игнорировались. В этой победе схоластики над разумной разработкой Талмуда прежних времен Вейс усматривает причину упадка И. (на Западе). Этому способствовало также просветительное движение в западно-европейском еврействе, равно как мероприятия правительств, требовавших от раввинов светского образования. Австрийское правительство закрыло в 1845 г. все моравские И. Школу в Фюрте постигла подобная же участь в 1827 г. Когда, по требованию правительства, было введено преподавание общих предметов, слушатели, вскоре убедившись в плохой постановке их, рассеялись по другим учебным заведениям, и И. потерял свое былое значение. Во Франции сохранился только И. в Меце, который официально назывался «College Rabbinique» и содержался на государственный счет (одно время он находился в Париже, затем опять был переведен в Мец, а позже совершенно закрыт). Лишь в Венгрии И. сохранились по настоящий день. Пресбургская школа — одна из наиболее посещаемых; И. существуют также в Айзенштадте, Нитре, Папе, Маттердорфе, Сик-Удваргели, Гроссвардейне, Сатмаре, Густе и 20 др. местах.  Бахуры в Пресбурге носят общеевропейское платье, чем отличаются от своих товарищей в Галиции и России, но в умственном отношении они стоят ниже их. Материальное положение их более обеспеченное; местное еврейское население относится к ним с уважением.  — В 80-х годах 19 века среди галицийских ортодоксов возникла идея об учреждении И. для укрепления евр. веры; таковые были основаны в Богородчанах (1885), в Станиславове (1886), в Бржежане и Тарнове. Состояние этих И. жалкое — знания учеников ничтожные, чтение лекции беспорядочное. Рош-иешиба нередко разъезжает по городам и, выхваляя свой И., собирает деньги, а за учениками наблюдает его «машгиах». В И. господствует крайнее ортодоксальное направление и суеверное увлечение практической каббалой. Другими вопросами ученики не интересуются. О материальном положении И. заботятся богатые ортодоксальные элементы в Галиции, однако ученики бедствуют и каждый день обедают в другом доме, причем получают обед на кухне, что должно действовать на них деморализирующе. Они спят вместе в тесных и грязных помещениях. — В Америку И. были перенесены эмигрантами из Восточной Европы. Первый И. «Ez Chajim» был основан в Нью-Йорке в 1886 г.; имеются 175 учеников, 6 учителей (2 для Пятикнижия, 4 для Талмуда); проходят также общие предметы; по субботам повторяют пройденные в течение недели предметы; бюджет — 5000 долларов; обязательный курс трех- или четырехлетний. «Jeschibat Rabbenu Jacob Joseph» возник в 1902 г.; посещается 250 учениками, 8 классов (включая 2 для англ. языка и 2 для Талмуда) с 8 учителями; курс трехлетний; Наиболее важным И. является «Jeschibat Rabbi Isaac Elchanan» (Theological Seminary Association), осн. в 1897 году; председателем состоял в 1906 г. доктор Филипп Клейн, а рош-иешибой М. Л. Шапиро; посещается 80 учениками; каждый получает платье и 3 доллара еженедельно; расходы И. достигают 15000 долларов в год; предметами занятий являются Талмуд и «посеким» (кодификаторы); главное внимание обращено на трактаты Гиттин, Кетубот, Киддушин и три Бабот; из Шулхан-Аруха проходят только Иоре-Деа, Хошен-Мишпат и Эбен га-Эзер. После 3 или 4 лет воспитанники получают «семиху». И. организован по образцу воложинского И. (см.).  Другие, менее важные И. находятся в Бостоне, Филадельфии, Питтсбурге и Чикаго.

На Востоке путешественник Вениамин Тудельский (1160—73) нашел в Багдаде 10 иешиботов; главным ректором был р. Самуил бен-Эли.  Окончившие курс учения получали «семиху» от «реш-галуты» (князя изгнания). Другой путешественник, Петахья из Регенсбурга, сообщает, что рош-иешиба (Самуил бен-Эли) имел иногда до 2000 слушателей, которые предварительно обучались у других преподавателей в Багдаде. Эксиларх р. Элиезер был подчинен рош-иешибе, «который живет в большом доме, драпированном шелком, и одевается в платье, шитое золотом. Он сидит на высоком стуле, а слушатели помещаются вокруг него на полу. Он обращается к истолкователю (meturgeman), который потом передает слушателям слова ректора. Слушатели обращаются с вопросами к истолкователю, который, если не знает, как отвечать, спрашивает ректора; чтение сопровождается речитативом». — Позже И. возникли в Палестине. После кратковременного существования И. Нахманида, переселившегося в Иерусалим в 1267 году, талмудич. школы образовались в Сафеде (под руководством Бераба и Иосифа Каро) и Иерусалиме (Леви ибн-Хабиб) в 16 в. На частные средства были основаны потом И. в Иерусалиме; в 1758 г. известны 8 сефардских И. Лишь во второй половине 19 в. ашкеназы также начали устраивать И.; таковы «Ez Chajim» (1851), «Meah Schearim», «Ohel Moscheh» и наиболее важный «Torat Chajim» (150 слушателей). См. Иерусалим, Бет-Гамидраш, Бахур, Воспитание.

— Ср.: Abraham ibn Daud, Sefer ha-Kabbalah; Beниамин Тудельский, Masooth, и Петахья из Регенсбурга, Sibbub (изд. Грюнгута); M. Güdemann, Gesch. d. Erziehungwesens, I—III, passim и документы в III т. евр. издания На-Tora we ha-Chajim; idem, Quellenschriften z. Gesch. d. Unterrichtswesens u. d. Erziehung bei den deutschen Juden, 1891; Nathan Hannover, Jeven Mezulah; A. H. Weiss, Zichronothai, 1895; B. Brainin, в На-Zofe 1903, № 219; Strassburger, Gesch. d. Erziehung u. d. Unterrichts bei d. Israeliten, 1885; Бершадский, «Первые иешиботы в Польше, утвержденные государственной властью», «Восход», 1896, I; «Русск.-Евр. Арх.», III, № 172; Дубнов, «Всеобщ. ист. евр.», III; Я. Эмден, Meggilat Sefer, 1896 в начале; Lewin, Gesch. d. Jud. in Lissa, 1907, 207 и сл.; G. Wolf, D. alten Statuten d. jüd. Gemeinden in Mähren, 1880; I. D. Eisenstein, в Jew. Enc. XII; Hed Hesman, 1910, № 159 (о галицийских иеш.); Lieberman, в журнале На-Eniet, № 2.

ЕЭБЕ