ЕЭБЕ/Авессалом
Авессалом (евр. Абшалом, или Абишалом). — В Библии. Третий сын Давида, родившийся в Хеброне, в первые годы его царствования, от Маахи, дочери царя гешурского. А. является мстителем за честь сестры своей Тамар, обесчещенной и затем прогнанной Амноном, старшим сыном Давида. Услышав об этом преступлении, царь весьма разгневался, но не имел мужества наказать своего любимого сына.  Сам А. сначала ничем не обнаруживал своих чувств, только игнорировал Амнона (2 Сам., 13, 1—22); но через два года, на пиршестве, к которому были приглашены все сыновья Давида, рабы A. по приказу господина набросились на Амнона и убили его (2 Сам., 13, 23—33). Прочие сыновья Давида поспешили возвратиться в Иерусалим, где уже успел распространиться слух, будто А. убил всех братьев. Царь глубоко оплакивал смерть Амнона, А. же убежал к своему деду в Гешур и оставался там три года (2 Сам., 13, 33—38). Но скоро Давид стал тосковать по Α., и Иоаб, племянник Давида, движимый сочувствием к убийце, воспользовался этим, чтобы убедить царя вернуть А. Давид согласился. Иоаб отправился в Гешур и привел А. в Иерусалим, где он был водворен в своем доме и своей семье, но лишен входа во дворец. Благодаря влиянию Иоаба состоялось примирение между отцом и сыном (2 Сам., 14, 1—24). К этому времени Авессалом изображается красавцем, с густой шевелюрой. Его красота вместе с приветливостью сделала его популярным в народе, и он воспользовался этим, чтоб усилить собственное положение, что, конечно, должно было вызвать недовольство Давида. Испросив позволения отца пойти в Хеброн, он воспользовался этим случаем, чтобы поднять восстание против Давида. Ахитофел, советник Давида, перешел на сторону Α., тогда как Иоаб остался верен царю. Восстание приняло такие размеры, что Давид вынужден был оставить Иерусалим и искать убежища по ту сторону Иордана. А. вошел в Иерусалим и, по совету Ахитофела, овладел гаремом отца, что должно было служить символом принятия царской власти. Ахитофел посоветовал преследовать Давида с 12000 воинов и вернуть людей, убежавших с царем. Этот план был расстроен Хушаем (Хусием), который говорил, что не следует начинать войны, пока к А. не примкнет весь Израиль от «Дана до Беерсебы».  Весьма правдоподобно, что А. между тем был помазан на царство. Но отсрочка дала Давиду возможность беспрепятственно достигнуть Иордана и также усилить свое войско. Оставшись сам в Маханаиме, царь выслал вперед своих воинов тремя колоннами. Встреча произошла в лесу Эфраимовом. А. потерпел поражение и во время бегства через лес запутался волосами своими в ветвях дерева.  Один из людей Иоаба, увидев его висящим на дереве, сообщил об этом Иоабу, который пронзил тремя стрелами сердце мятежного принца (2 Сам., 14, 25—18, 17). Смерть А. положила конец восстанию. По 2 Сам., 18, 33; 19, 1—5, плач Давида по Авессаломе был сильнее, нежели плач его по Амноне. [J. E., I, 133—34].

— В раввинской литературе. — Жизнь и смерть А. оказались для раввинистов благодарною темою для предостережения массы от ложного честолюбия, заносчивости и несыновнего отношения к родителям. То тщеславие, с которым А. распускал свои чудные волосы, потерпело, по словам талмудистов, заслуженное наказание. В Мишне, Сота, I, 7 и 8, сказано: «Какою мерою человек мерит, такою мерят ему… А. гордился волосами своими, поэтому он повис волосами своими» (ср. Матф., 7, 2). «И за то, что он «украл три сердца» (обманул): сердце отца, сердце судей и сердце всего народа, три стрелы пронзили его собственное сердце, положив предел жизни этого изменника». В Талмуде (Нидда, 24б) приводится гиперболический рассказ, будто найден был череп Α. и его глазные впадины оказались настолько глубокими, что рослый человек мог погрузиться в них до носа. Автор рассказа хотел, по-видимому, указать этой гиперболой на ненасытную алчность Α. — По мнению р. Меира (Сангедр., 103б), «А. нет места в будущей жизни». Согласно описанию геенны у p. Иошуи б.-Леви, который, подобно Данте, шествовал по аду под руководительством ангела Дума, А. молчаливо пребывает в аду, окруженный всеми мятежниками из язычников. Когда же ангелы со своими огненными розгами приближались к нему, чтобы ударить и его, как и остальных грешников, раздавался глас небесный, заявлявший: «Пощади Авессалома, сына раба Моего Давида». — Ср.: Maaseh Joschua ben Levy; Иеллинека в Beth ha-Midrasch, II, 50, 51; E. I, 134.

ЕЭБЕ