ЕЭБЕ/Синедрион великий
Синедрион великий, ‎ (по-гречески ). В древнейших еврейских источниках, как Мишна и Талмуд, а также y Иосифа и в Евангелии довольно часто встречается упоминание о высшем коллегиальном учреждении в Иерусалиме, с судебными и политическими функциями.  Это учреждение в еврейских источниках носит название ‎ (Sanhédrin или Synedrin), между тем как y Иосифа и y евангелистов оно называется . Греческое слово  имеет разнообразное значение: под это понятие подходит всякое собрание высших должностных лиц для административных целей; особенно часто встречается это слово по отношению к городским магистратам.  Диодор (XVI, 41) называл С. союзный совет финикийских городов, имевший заседания в Триполи. Этим разнообразным значением, которое имеет греческое слово С., объясняется, что в различных источниках по истории еврейского синедриона в Иерусалиме нет единства мнения относительно его состава и компетенции. По Мишне и Талмуду, С. издавал как юридические, так и религиозно-обрядовые нормы путем интерпретаций Св. Писания или в виде самостоятельных постановлений. Это было высшее судебное и политическое учреждение. У Иосифа впервые упоминается о С. в связи с покорением Палестины Помпеем и с теми изменениями, которые произвел Габиний в политической жизни страны («Иудейская война», I, 8, 5; «Древн.», ХIV, 9, 3—5). Мнение, что именно в то время (прибл. в 55 г. до Р. Хр.) был учрежден синедрион, неоднократно высказывалось многими протестантскими теологами, но ими же было отвергнуто как несостоятельное. Трудно объяснить, почему Иосиф упоминает о С. лишь с этого времени, но несомненно, что С. существовал и ранее. Неверно также предположение, что греческое название этого института ведет свое происхождение от Габиния, так как в действительности оно гораздо старше. Скорее надо думать, что греческое название проникло в еврейский язык благодаря влиянию эллинизации, способствовавшей введению в Иудее «городских С.». Еврейское слово ‎ не есть перевод с греческого , но происходит от  (синедрионисты) с еврейским окончанием множественного числа (ср. греко-еврейское слово ‎). Синедрионистами назывались сначала члены Высокого Совета. Впоследствии Высший Суд, бывший в то же время и высшим политическим учреждением, назывался С. В таком смысле это слово встречается в Таргуме Ионатана. Так, библейское выражение ‎ (Совет Старейшин; Пс., 107, 32) передается через ‎ (Совет мудрейших).  С течением времени, когда это слово стало все чаще применяться для обозначения политических и судебных учреждений, оно приняло в новоеврейском языке значение женского рода единственного числа (ср. Мишны Санг., I, 6 и IV, 3; Мид., V, 4). — Мнение протестантских исследователей, что Талмуд, ссылаясь на Чис., II, 16, относит возникновение еврейского С. ко времени Моисея, безусловно неправильно (Шюрер, Ист., II, стр. 238). Из того, что Мишна (Санг., I, 6), ссылаясь на вышеуказанный текст Библии, определяет число членов С. в 70, вовсе не следует, что по мнению Мишны С. ведет свое начало от Моисея. Одно лишь несомненно, что со времен Эзры и Нехемии в Иерусалиме существовало известного рода народное представительство. По различным данным можно заключить, что это представительство носило аристократический характер. В нем участвовали знатные фамилии (священники, левиты и другие еврейские семьи), принимавшие деятельное участие в восстановлении еврейского государства в Иудее и в управлении им наряду с господствовавшей тогда верховной властью (Нехемия, 10, 1—28). Представители патрицианских семейств назывались родоначальниками (‎), или знатными (‎; ib., 2, 16 = буквально свободные, т. е. от налогов), или начальниками (‎; Нехем., ibid.). Число членов этого собрания народных представителей было 85. Но это число колебалось. Весьма поэтому возможно, что с течением времени было установлено число 71. За это говорит не только талмудическая традиция, которая не могла не соответствовать действительности; это число встречается также y Аристея, согласно которому Тора была переведена для Птолемея Филадельфа 72 старцами из Иерусалима. Число 71 легко превратилось здесь в 72 для того, чтобы возможно было выбрать по 6 членов из каждого колена Израиля, хотя во время Птолемея они давно прекратили свое существование. Во всяком случае, на существование в Иерусалиме в греческую эпоху Высокого Совета имеется ясное указание y Иосифа Флавия в его сообщении, что Антиох Великий освободил членов Совета от разных налогов («Древн.», ХII, 3, 3). Иосиф называет Совет того времени , т. е. Совет старейшин, во главе которого, несомненно, стоял первосвященник. Если Гекатей (ок. 300 л. до Р. Хр.) при описании Иудейской конституции (Диодор, XL, 3) говорит исключительно о власти первосвященника и о священниках как о должностных лицах государства, то это можно объяснить скудностью сведений, которые имелись y языческого писателя о еврейских делах. В действительности первосвященник был главой народа, а Высший Совет состоял из священнослужителей левитов и др. членов аристократических еврейских семейств.  To, что Иосиф называет греческим термином герусия, есть не что иное, как учреждение, названное в талмудич. источниках «Мужами Вел. Собора» (ср. cоотв. статью). В книге Юдифь, которая, по всей вероятности, возникла в эпоху расцвета Хасмонеев, также говорится о какой-то герусии, заседавшей в Иерусалиме (IV, 8; XI, 14; XV, 8). Такой Совет существовал во время Иуды Маккавея (II Маккав., IV, 44). К нему царь Антиох Епифан обратился с посланием (ib., XI, 27). О герусии, несомненно, говорится также в первой книге Маккавеев, где она, соответственно духу еврейского языка, обозначается как собрание Старейших народа (VII, 33). Преемник Иуды, Ионатан, в своем известном послании в Спарту говорит от имени герусии, священства и всего народа (XII, 6). Во время Хасмонея Симона сирийский царь Деметр обратился с посланием к предводителям евреев и к Старейшинам Иерусалима (ib., ХIII, 36). В народном собрании, в котором на Симона было возложено наследственное звание первосвященника и князя Иудейского, были представлены прежде всего священство и старейшины народа (ib., ХIV, 28). В то время, подобно тому, как в эпоху Эзры и Нехемии, возникло нечто вроде возрождения евр. языка, и в иудейских источниках (на монетах) появляется новое еврейское название «cheber ha-Jehudim» ‎ для обозначения Иерусалимской герусии. Это еврейское название сената знакомо нам также из финикийских надписей. На мишнаитском языке городской магистрат называется Хебер-Ир — ‎ (М. Бер., IV, 7). Позже, в эпоху Хасмонейской династии, стремившейся к упрочению своей монархической власти, герусия если не совсем прекратила свое существование, то, во всяком случае, много потеряла в своем значении. Это явствует из того, что позднейшие хасмонейские монеты чеканились уже не от имени верховной власти и еврейского сената, а лишь от имени первой. С течением времени должны были произойти перемены в составе Совета. Если прежде участие в управлении принимали исключительно патриции, то в последующее время — еще в дохасмонеевскую эпоху — в состав герусии проникают также ученые элементы из других слоев народа. Во время Бен-Сиры книжники играют уже большую роль (38, 24—39, 11). В эпоху господства Хасмонеев изменения в составе Совета продолжаются, принимая, по-видимому, все большие размеры. Демократы-фарисеи добились участия в Совете в царствование царицы Александры, благосклонно относившейся к ним (Иосиф, ib., ХIII, 16, 5). Влиятельным членом Совета был в то время знаменитый законоучитель Симон бен-Шетах (см.). Высокий Совет, в существовании которого со времен Эзры и Нехемии нельзя сомневаться, пользовался политическими прерогативами, а так как политическая жизнь иудейского народа была тесно связана с религиозной, то деятельность его была всеобъемлющей. Естественно, что ученые мужи получили доступ в Совет. Очень трудно установить, были ли присущи этому Высшему Совету также и судебные функции. Необходимо помнить, что в старину судебные функции не были так строго обособлены, как в современном государстве. Высший народный Совет мог заниматься также мелкими и докучливыми судебн.  делами, приговаривать сограждан к изгнанию или даже к смертной казни, в особенности в политических процессах. У евреев дело осложнялось еще тем, что законодательство, по крайней мере в теории, было ограничено, Совет не мог быть законодательным учреждением. Он только применял и интерпретировал Божественные законы, записанные в Торе. Надо полагать, что в Иерусалиме и провинциях существовали суды, задача которых состояла в разборе гражданских споров и наблюдении над религиозной жизнью, т. е. они преследовали и наказывали за нарушение религиозных постановлений. К последней категории дел относятся преступления против жизни и собственности, нарушение чистоты семейной жизни и т. д. Так как Тора была единственным источником права, в котором, однако, не предвидены все возможные в жизни случаи, то допустимо, что многое осуществлялось в зависимости от интерпретации Высокого Совета. Вот почему мы очень рано узнаем о разногласиях саддукейских и фарисейских членов Совета.  Достоверно известно, но до сих пор не вполне выяснено начало и содержание этих бурных конфликтов, так как мы черпаем сведения по этому вопросу из талмудич. литературы, которая, естественно, проникнута фарисейским духом. Талмудическая традиция, с которой согласно также историческое сообщение Иосифа (ib., XIII, 10, 5), передает о переходе первосвященника Иоханана Гиркана к концу его правления (110 до Р. Х.) из фарисейской в саддукейскую партию, которая таким образом получает перевес в С. (талмудич.  традиция употребляет уже этот термин для того времени). После того как фарисеи в царствование Александры (69—79 до Р. Х.) снова получили власть и влияние в С., дебаты там касались важнейших юридических и религиозных законодательных вопросов, которые решались согласно интерпретациям Св. Писания. Саддукейское уложение о наказаниях ‎, составленное согласно саддукейской интерпретации, было отменено фарисеями. Чтобы закрепить в памяти это важное событие, день, когда это произошло, был отмечен в календаре как полупраздник (Мегиллат Таанит IV, 4). В талмудической традиции далее сообщается, что фарисейским членам С. удалось устранить из Совета своих саддукейских коллег. Это следует понимать в том смысле, что саддукейские члены отныне воздерживались от дебатов, так как они постоянно оставались в меньшинстве и не имели никакого влияния на решение С. Эти факты, имевшие место отчасти в последние годы царствования Янная, но главным образом во время царств. Саломеи-Александры, вполне соответствуют политическим и религиозным отношениям того времени. Хотя Иосиф ничего не упоминает об этих внутренних трениях в самом С., тем не менее, соответствующие сообщения Талмуда не теряют своей достоверности. Иосиф, очевидно, не считал нужным сообщать своим языческим читателям такие вещи, которые могли быть недоступны их пониманию. В его изложении эти контроверзы имели бы чисто политическое значение. Талмудические традиции о горячих дебатах в С. по вопросу об условиях наказуемости лжесвидетелей можно поэтому безусловно отнести к историческим фактам (Маккот, 5б; Тосефта Сангед., VI, 6). Это такой важный вопрос, который не меньше занимал бы и современное законодательное учреждение и, несомненно, вызвал бы оживленные дебаты при разрешении его. Точно так же вполне соответствует положению вещей той эпохи, что фарисейское большинство в С. стремилось установить прочные интерпретационные правила, или так назыв. «миддот». Фарисейское большинство не удовлетворялось простым решением вопроса в каждом отдельном случае, оно хотело установить твердые правила для развития еврейского права вообще. Наряду с всесильным Симоном бен-Шетах в талмуд. традиции упоминается также о Иуде бен-Таббай как о лидере фарисейского большинства в С. По какому принципу комплектовался тогда состав С., точных указаний нет. В древнейшее время, когда Высокое Собрание служило исключительно интересам патрициев, места в С. предоставлялись, вероятно, главам известных аристократических семейств по наследству. Но после Хасмонейских войн положение изменилось. Этот переворот, способствовавший устранению древней династии первосвященников, мог быть причиной серьезных изменений в составе членов С. Источники, однако, ничего не говорят по этому поводу. В позднейшее время к участию в С. призывались: священники, исполнявшие служебные функции в храме, члены магистрата, провинциальные судьи и т. п. Когда впоследствии зелоты задумали учредить новый С., который осудил бы ненавистного им Захария бен-Баруха, они призвали 70 должностных лиц, дабы придать новому С. законную форму (Иос., «Иуд. война», V, 5, 4). Придерживаясь этой легальной формы, они, тем не менее, не могли создать такой С., который бы слепо исполнял их требования (ib.). В более спокойное время назначение членов С., как сообщает одна талмуд. традиция, производилось посредством кооптации самим С. (Мишна, Санг., IV, 4), при чем вновь избранные члены С. должны были быть посвящены в сан (ср. Ординация, Евр. Энц., XII, 125—29).  Члены назначались пожизненно. Зато в неспокойное время в составе членов С. были произведены насильственные перемены. Так, несомненно, было во время борьбы партий в царствование Янная и царицы Александры, когда большинство в С. принадлежало то саддукеям, то фарисеям. Так поступил Ирод, умертвив 45 виднейших членов С. (Иосиф, «Древн.», XV, I, 2). Если в другом месте (ib., XIV, 9, 4) мы находим, что Ирод при вступлении на престол умертвил всех членов С., кроме одного Шаммая, то этим, однако, еще не доказано, что С. состоял только из 46 членов. По всей вероятности, Иосиф хотел только этим сказать, что при вступлении на престол Ирод умертвил всех примкнувших к партии Антигона. Во всяком случае, когда С. был вновь восстановлен, в члены его могли попасть только лица, которые угодны были всесильному тогда властелину. Число 70 для членов С. В. (а с председателем — 71) для позднейшего времени засвидетельствовано не только Мишной (Санг., I, 5, 6), но и другими источниками.  У Иосифа («Иуд. война», IV, 5, 4) буквально сказано: «Для того чтобы образовать законом установленный С., зелоты призвали 70 человек». Точно так же сообщает Иосиф (ib., II, 20, 5), что, когда он получил наместничество в Галилее, он призвал 70 человек, на коих возложил обязанность управления провинцией, иными словами, он учредил С. В. Ссылка Мишны (Санг., I, 6) в объяснение этого числа на Числ., 11, 16 кажется вполне правдоподобной. Весьма возможно, что до хасмонейской эпохи герусия состояла из 85 членов аристократических семейств и являла собой привилегированное представительное учреждение.  Когда же оно впоследствии превратилось в политическое учреждение, долженствовавшее также заниматься развитием права и следить за точным исполнением религиозных отправлений, число членов определялось по образцу того собрания, которое установил Моисей, избрав его, по повелению Божию, из всех израильтян.

С подчинением Иудеи римлянам начинается новая эпоха в истории синедриона. Хотя положение евреев с тех пор значительно ухудшилось, но именно благодаря устранению монархической власти значение С., несомненно, увеличилось. Одно сообщение y Иосифа («Иуд.  война», I, 8, 5 и «Древн.», XIV, 5, 4) привело к ложному толкованию, что как раз в это время (57—55 до Р.  Хр.) значение С. было умалено благодаря вмешательству римского полководца Габиния [A. Halevy (Dorot ha-Rischonim, I, § XII) утверждает, что С.-В. был тогда упразднен]. Согласно Иосифу, Габиний возвел Хасмонея Гиркана в первосвященники, лишив его при том монархической власти, которой прежде пользовались хасмонейские князья. Страна была разделена на пять С.: («Иуд.  война», I, 8, 5; они там называются «Синодами», но в «Древн.» ХIV, 5, 4 он их называет синедриями); Иерусалим, Гадара, Иерихон, Сепфорис и Хамат. Имел ли Иосиф в виду, говоря о синодах и синедриях, то Высокое Собрание, которое существовало со времен Эзры и Нехемии, не выяснено. Толкование некоторых исследователей, что речь идет о пяти фискальных округах для взимания налогов с завоеванной страны, кажется весьма вероятным. Но если даже тут речь идет о настоящих С., то разве только о провинциальных, упоминаемых также в Мишне. Эти провинциальные С., так назыв. «Коленовые синедрии» ‎ (Санг., I, 5), которые, по всей вероятности, были образованы по тому образцу, который описывается в Мишне, всецело зависели от решений центрального С. К тому же периоду римского владычества надо, очевидно, отнести точное определение компетенции центрального иерусалимского С. и отличие его от провинциальных синедрионов. С. В. состоял из 71 члена. В круг его компетенции входил суд над первосвященником или над совращенным в язычество городом и лжепророком. Только с согласия этого синедриона могла быть объявлена война. Требовалось его согласие и на расширение территории Иерусалима (ib.). Отсюда можно вывести заключение, что именно во время римского владычества С. олицетворял собою народовластие, что еще подтверждается заключительной фразой y Иосифа («Древн.», XIV, 5, 4). По другой традиции (Санг., 86б), С. В. в Иерусалиме, заседавший в храме в каменной зале (‎), служил также высшей инстанцией для санкционирования всех решений малых С. в Иерусалиме и провинциальных городах. Отсюда вытекает, что С. служил высшей инстанцией для интерпретации закона. Что этот синедрион не был упразднен Габинием, можно заключить и из того, что синедрион, по дальнейшему сообщению Иосифа (ib., XIV, 9, 3—5), должен был судить за превышение власти молодого Ирода, который позволил себе казнить людей без суда в Галилее, следовательно, в пределах действий Сепфорисского С. Это был настоящий политический процесс, который вполне правильно был внесен на рассмотрение С. В. в Иерусалиме. Выше мы видели, что Ирод казнил 45 членов С. — понятно, что под влиянием этих действий Ирода политический престиж С. сильно упал. Синедрион остался лишь центром духовной и религиозной жизни не только евреев в Палестине, но и всей диаспоры. В религиозные дела евреев, очевидно, ни римское правительство, ни Ирод не смели вмешиваться. В эту эпоху, должно быть, С. и вылился в ту форму, которая нам представляется на основании талмудических источников. С., потеряв свое политическое значение, принял форму высшего религиозного учреждения, компетенции которого подлежало также разрешать споры частного права.  Правильная интерпретация Торы была делом ученых членов С. в Иерусалиме (Сангед., ib.). После смерти Ирода евреи, которые были недовольны деспотическим правлением сына его, Архелая, добились того, что Иудея причислена была к Сирии как римская провинция (6—37 по Р. Хр.). В эти 30 лет С., видимо, пользовался известными политическими правами, так как римская власть вынуждена была предоставить евреям некоторую автономию. Точно так же во время царствования мягкого Агриппы I (33—44 гг.  по Р. Хр.) С., по-видимому, удалось удержать за собою эти права. После смерти Агриппы I Иудея вновь превратилась в непосредственную римскую провинцию, в каковом положении она остается вплоть до катастрофы 70 года. Рядом с политическим и административным господством римских наместников С., очевидно, были предоставлены некоторые права. Следует полагать, что С. служил представителем еврейского народа перед Римской империей и наместником. Когда в 66 г. хр. эры разразилось восстание евреев, С. исполнял функции высшего государственного учреждения, которое руководило войной против римлян и защищало политические интересы страны до тех пор, пока зелоты не упразднили его насильственно. Во главе военного С. стоял деятельный первосвященник Анан II и уступавший ему в энергии первосвященник Иошуа бен-Гамала, оба павшие жертвами народного гнева. Еще до гибели Иерусалима С. в Ямнии сделался центром религиозной жизни всего еврейства. С. в Ямнии, которым первое время руководил Рабби Иоханан бен-Заккаи (не приняв даже звания президента), а затем патриархи из дома Гиллеля, был лишен всякого политического значения; он даже перестал служить высшей судебной инстанцией. С. превратился в специальную Академию, в которой регулировалась духовная и религиозная жизнь евреев в Палестине и диаспоре. Восстание Бар-Кохбы (132—35) оказало свое губительное влияние на существование С., он был вынужден перекочевывать с места на место, а впоследствии окончательно потерял свое значение. — Мы видим, что С. часто менял как свою внешнюю форму, так и свое внутреннее содержание. Противоречия между талм. и др. источниками (Иосиф и Евангелие) относительно формы и функций С. не так уж запутаны, чтобы нужно было (как это делают протестантские теологи) отнести все талмудические сообщения к области легендарного. He следует упускать из виду, что все эти противоречивые сообщения относятся к различным эпохам, а посему каждое такое сообщение нужно рассматривать как определение С. соответствующего периода.  Трудноразрешимым является только вопрос о конструкции С. В талмудических источниках мы находим список президентов (‎) и вице-президентов (аб-бет-дин — ‎) С., начиная с Иосе бен-Иоэзера, жившего в эпоху Хасмонейских войн, до Гиллеля (Хагига, II, 2). Приблизительно с 165 г. до Р. Хр. или, по крайней мере, с восстановления порядка Хасмонеями высокое звание президента и вице-президента носили знаменитые законоучители. Из талмудической традиции (Пес., 66а; Иер., VI, 1, 33а; М. Хаг., II, 2) мы знаем, что Гиллель был избран президентом, а вице-президентом был сперва ессей Менахем, а затем Шаммай. Однако другие источники находятся в резком противоречии с талмудической традицией. Из сообщений Иосифа и евангелистов вытекает, что президентами С. были первосвященники не только во времена Хасмонеев, но и в дохасмонейскую эпоху. Спорным может быть вопрос о председателе только относительно эпохи Иродов (37 до Р. Хр. — 66 по Р. Хр.) или даже начиная с правления Габиния (57 до Р. Хр.). Можно предположить, что Ироды, не желая допускать первосвященников к политической власти, ограничивали их деятельность функцией священнослужителей, предоставляя место председателя С. кому-либо из выдающихся законоучителей. Надо думать, что Гиллель, который, по одной талмудической традиции (Шабб., 15а), стал председателем С. в 30 г. до Р. Хр., был именно призван Иродом.  Когда Иудея была присоединена как римская провинция к Сирии, а также в царствование Агриппы I, согласно изложению Иосифа и евангелистов, главами С. были опять первосвященники. Это была также политическая должность, ибо в отсутствие римского куратора президент С. заведовал политическими делами страны, санкционировал смертные приговоры, которые в обыкновенное время могли быть утверждаемы лишь римским прокуратором (Иосиф, «Древн.», XX, 9, 1). Безусловно неправильно утверждение Греца относительно патриарха Симона бен-Гамлиила I, который будто бы был президентом «военного С.» (66—70 до Р.  Хр.), а также, что иудейские монеты с надписью «Симон царь Израиля» чеканились от имени этого знаменитого законоучителя.  По сообщению Иосифа, руководителями военного С. до свержения его зелотами были первосвященник Анан II и Иошуа бен-Гамала, в особенности первый. Симон бен-Гамлиил был лишь влиятельным членом этого С. (ср. Иосиф, «Жизнь», 38, 70, где ясно выражено, что Симон бен-Гамлиил не мог самостоятельно действовать против Иосифа, но имел сильное влияние на Анана и на Иошуу бен-Гамала). Сообщение талмудическ. источников о том, что законоучители из дома Гиллеля сохранили за собой должность президентов, относится к периоду роспуска С. в Иерусалиме. Вообще, в талмудической традиции говорится о господстве фарисеев в иерусалимском С., в то время как Иосиф и евангелисты утверждают, что саддукеи были представлены многими членами и иногда составляли большинство. Первосвященники часто были из лагеря саддукеев. Это твердо установлено со времени Анана II, который опирался на саддукейское большинство в С. («Иудейск. древн.», XX, 2, 1). Во всяком случае, те места в Талмуде, которые рисуют С. как состоявший всегда из фарисеев, надо отнести к более поздним источникам. Согласно Мишне (Санг., VII, 2), еще до последнего времени существовал саддукейский С. Равным образом опровергается этой же Мишной (ib.), сообщение Талмуда, что за 40 лет до разрушения храма С. лишился права произносить смертные приговоры (Шабб., 15а). Из евр. исследователей Нахман Крохмаль был первый, обративший внимание на указанное противоречие, и с тех пор вопрос о том, каким источникам давать больше веры, всегда служил предметом спора между исследователями. С другой стороны, неоднократно пытались устранить противоречия.  Иельский выдвинул гипотезу, что в синедрионе существовал юридический отдел, который занимался изучением источников права и интерпретацией, приспособляя библейское право к условиям времени. В этом отделе, в президиуме, находились выдающиеся законоучители, в то время как во главе политического С. стояли первосвященники. По мнению Иельского, в талмудических источниках трактуется лишь о юридическом отделе, имевшем исключительное значение для евреев. Л. Каценельсон высказал другую гипотезу. Он находит в талмудических источниках указание на высшее судебное установление в зале y входа на храмовую гору. Этот суд, решавший в качестве апелляционной инстанции все споры и заведовавший, между прочим, и календарным делом и вопросами текущей религиозной практики, должен был благодаря своей деятельности интерпретировать Св. Писание, и следовательно, членами его могли быть только ученые мужи. Президентами и вице-президентами этого учреждения были знаменитые законоучители, о которых говорится в талмудических источниках. О том, что судебные учреждения в Иерусалиме и провинциях назывались С., явствует из многих мест Мишны. Суд, разбиравший штрафные процессы и состоявший из 23 членов, называется постоянно малым С. В Евангелии (Мат., 10, X, 17; ср. V, 22) говорится: «Остерегайтесь людей, могущих предать вас С., ибо вы будете наказаны» и т. д. Немыслимо, чтобы тут была речь о Великом (политическом) С.: несомненно, здесь говорится об обыкновенном суде. Разумеется, в Евангелии говорится, что главой судебного учреждения, судившего Иисуса Христа, Павла и проч., был первосвященник. В этих случаях, согласно изложенному в Новом Завете, дело шло о больших процессах, имевших политическое значение, а согласно Мишне, подобные процессы должны были быть отнесены к компетенции высшего суда. Однако не все противоречия могут быть разрешены этой гипотезой.  Бюхлер, очевидно, незнакомый с работой Каценельсона, снова выдвинул этот вопрос и подверг его дальнейшей разработке. Пo существу Бюхлер и Каценельсон сходятся. Но им обоим не удалось устранить своими гипотезами многие затруднения. Теория Исаака Галеви есть не что иное, как видоизменение гипотез Иельского и Каценельсона. Он находит, что политический С. В. прекратил свое существование еще при Габинии, заменившем его пятью малыми синедриями, а С., так часто упоминаемый в талмудическ. источниках, был только высшей школой, главная задача которой состояла в исследовании Торы и развитии иудаизма. Среди знаменитых законоучителей С. В. господствовало раньше полнейшее равенство, так что в нем даже не было президиума. Только с возникновением эллинизации в Иудее и в целях борьбы с этим движением, члены С. сплотились в более прочную организацию. С тех пор, как и указано в Мишне (Хагига, II, 2), президенту С. присвоен был титул «наси», а вице-президенту титул «аб-бет-дин».

Благодаря проискам Габиния Синедрион был упразднен, и с тех пор он уже официально больше не был восстановлен, но продолжал существовать в еврействе как чисто духовное учреждение. Отныне С., во главе которого стояли сперва Гиллель, а потом его потомки, продолжал свое существование, не пользуясь никаким официальным авторитетом. Указание Мишны (Сота, IX, 11) об упразднении С. Галеви связывает с мероприятиями Габиния (между тем как на самом деле это относится к более позднему периоду, а именно к послеадриановскому, что с очевидностью явствует из контекста). Гипотеза Галеви основана на неверном переводе того места у Иосифа, где говорится об учреждении пяти синедрий Габинием, и не выдерживает критики; Д. Гоффман основательно опровергает эту гипотезу, которая не только не сглаживает имеющиеся там противоречия, но еще нагромождает новые. С тем большей натяжкой можно согласиться с мнением протестантских теологов, к которому присоединились впоследствии некоторые еврейские ученые, отрицательно относившиеся к талмудическим источникам. Предположение, что талмудические источники имели в виду ямнинский С. с его порядками, когда они говорят о иерусалимском С., не может быть допустимо во всех тех местах, где прямо говорится о председательстве известных ученых законоучителей, где, напр., упоминается о Гиллеле как о «наси» С. Единственно с чем можно согласиться, это то, что, когда говорится в Талмуде о внутренней конструкции С., как, напр., о присутствии президента, вице-президента и постоянного референта (‎), речь идет о С. в Ямнии. Во всем остальном можно согласиться с гипотезами Иельского и Каценельсона. — Ср.: Frankel, Darke ha-Mischna; Weiss, Dor, I; Halevy, Dorot ha-Rischonim, I, Франкфурт-на-М., 1906; Каценельсон, «Восход», 1898; Winer, R. W. B., II, 551—54; Saalschutz, Das mos. Recht, 2-е изд., I, 49 и сл.; II, 593 и сл.; id., Archeol. d. Hebr., II, 249 и сл., 271 и сл., 429—58; Levy, Monatsschr., 1855, 266—74, 301—7, 339—58; Herzfeld, Gesch., II, 380—96; Geiger, Urschrift, 114 и сл.; Leyser, Herzogs RE., XV, 315—25; Langen, Das jüd. S. в Theol. Quartalschr., 1862, 411—63; Grätz, Gesch., III; Ewald., Gesch., 3-е изд., IV—VI; Kuenen, Over de sammenstelling van het S., нем. перев. Budde, 1894, 49—81); Derenbourg, Histoire de la Pal., pp. 83—94, 465—68; Ginsburg, Kitto в Cyclop. of Bibl. Lit.; Wellhausen, Die Phar. u. die Sad., pp.  26—43; id., Israel, u. jüd. Gesch.; Holtzmann в Schenkels Bibellexikon, V, 446—51; Hoffmann, der oberste Gerichtshof; id., Die Praesidentur in S., в Magazin f. d. Wissensch. des Judent., 1878, 94—99; id. Bemerk. z. Gesch., des S. в Jahrb. d. jüd.  lit. Gesellsch., V, 215—44; Jelsky, Die innere Einrichtung des grossen S., Бреславль, 1904; Bacher, Hasting Dictionary of the Bible, IV, 397—402; Büchler, Das Syn. in Jerusalem, Вена, 1902; Schürer, Gesch. des jüd. Volk., 4-е изд., II, 237—67.

ЕЭБЕ