ЕЭБЕ/Ковна
Ковна — в эпоху Речи Посполитой город Полоцкого воеводства, Ровенск. повета. В эпоху позднего средневековья здесь находилась контора Ганзейского союза. К. вела тогда оживленную торговлю с Данцигом, и в этой торговле евреи принимали деятельное участие. Общение с Ганз. союзом, не терпевшим в своих областях евреев, отразилось, по-видимому, на отношении к ним ковенских мещан. Этим, быть может, объясняется то, что вел. кн. Александр запретил в 1472 г. впускать евреев в К. Тем не менее, евреи и впредь — в 16 в. приезжали для торговли в К., хотя постоянно встречали недоброжелательство со стороны ков. купцов, о чем свидетельствуют многие документы той эпохи. Кроме хлеба, важным предметом торговли был, между прочим, лес. Является ли упоминаемый в документе 1559 г. ковенский аптекарь Давид жителем К., более чем сомнительно, ибо других следов существования в К. евр. поселения нет. Наоборот, известно, что в 1579 г. троцкие жители римского и греческого закона, «а также войт еврейский со всеми евреями и татары троцкие» жаловались Стефану Баторию на то, что ков. мещане запретили им приезжать в К. и заниматься торговыми делами, хотя издавна троцкие евреи пользуются этим правом; король приказал тогда не чинить евреям препятствий, но в 1589 г. такая жалоба была повторена войтом троцких евреев Ароном Шоломовичем от себя «и от всей братии своей, жидов троцких». Что евреям было запрещено селиться в К. еще в конце 17 в., видно из того, что Ян III Собеский, согласно старинным привилегиям К., строго запретил (1682) евреям жить в К., а тем более заниматься торговлей. Только в начале 18 в. состоялось соглашение между евреями и мещанами К., в силу которого первые, получив право жить и заниматься торговлей, взяли на себя обязанность уплачивать пятнадцатую часть городских налогов и сборов. После, однако, договорные документы были утрачены, и мещане стали притеснять евреев. — Ср.: Baliński-Lipiński, Starożytna Polska, IV; «Регесты», I; «Русско-Еврейский Арх.», Ι — II; Keneset Israel, 1886, 57.

Со времени перехода К. под русскую власть. — Присоединенная к России в 1795 г., К. была назначена в 1796 г. уездным городом Виленской губернии (с 1797 по 1802 гг., Литовской губернии), а в 1842 г. губернским городом вновь образованной губернии. — В К. издавна происходила борьба христиан с евреями (см. выше). По жалобе христиан литовский надворный суд декретом 14 сентября 1753 г. предписал «очистить от жительства евреев все городские земли и места, кому бы они ни принадлежали». При этом декрет гласил, что его сила не распространяется на старостинские замковые дома, вследствие чего староста «по выводе евреев из города, поселил их на грунтах старостинских», находившихся в городе, и христианское общество не выразило против этого протеста. Но в 1761 г. оно выгнало евреев со старостинской земли (В 1766 г. в ков. кагале числилось 969 плательщиков подушной подати). Однако в 1782 г. надворный асессорский суд предоставил старосте вернуть изгнанных евреев и постановил, чтобы христиане возвратили евреям отнятые у них дома, присудив в пользу евреев с христиан за убытки 15000 польских злотых. Одновременно суд подтвердил, что евреи, живущие на старостинской земле, имеют право во время торгов покупать в городе К. на рынке съестные припасы для собственной надобности, а во время ярмарок вести торг, содержать лавки и шинки. В силу этого декрета в 1783 г. еврейские дома, занимавшие две улицы: Замковую и Повилейскую, «со всей их окрестностью, обширностью, со строением и огородами» были переданы обратно евреям. В память этого события некий Самуил га-Катан, виленский уроженец, написал «мегиллу», датированную 1 Адара II 5543 (1783). В ней сообщается, что когда в 1753 г. евреи были удалены из К., они нашли убежище в слободке Ви(о)льямполь; братья р. Моисей и Аарон Соловейчики построили тогда здесь большую синагогу. По словам автора, изгнание евреев в 1761 г. со старостинской земли сопровождалось погромом евреев и сожжением их домов; виновником этого несчастья был городской голова Прозер, не дозволявший городскому населению защищать евреев от погромщиков. — Уже вскоре по возвращении на старые места евреи перешли границы Замковой и Повилейской улиц и стали владеть домами в разных местах города; такое нарушение запрета вызывалось как потребностями окрестных евреев, так и интересами христиан, связанных с евреями деловыми сношениями. И в этом случае бессильны были как декреты судов, так и «протестация» кагала (31 октября 1792 г.) в земском ковенском суде, имевшего, очевидно, причины быть недовольным тем, что христиане отдавали евреям дома в запретных улицах.

В 1797 году христиане выступили со всеподданнейшим прошением, в котором ходатайствовали, чтобы всех без изъятия евреев выселить из стен и окрестностей города, даже с употреблением воинской силы, и чтобы их товары были конфискованы в пользу христианского общества (в то время в уезде было 2701 христиан-мещан и 1508 евреев, причем первые платили податей 5834 p., а евреи, число коих было чуть ли не вдвое меньше, — платили 6633 p., и при таких-то условиях христиане жаловались на конкуренцию евреев). Суд счел проживание евреев на Замковой и Повилейской улицах вполне законным (запретив, вместе с тем, евреям расширять старые дома или строить новые). Что касается домов в запретной части города, перешедших к евреям по долгам, то суд потребовал, чтобы христиане, задолжавшие евреям, расплатились с ними и приняли обратно свои дома; в противном же случае христианское общество К., как юридическое лицо, обязано заплатить евреям стоимость домов и вступить во владение ими. В это время подобный же спор в Каменец-Подольске был разрешен императором Павлом I в том смысле, чтобы евреев не тревожили, а потому вопрос о К. был представлен на рассмотрение генерал-губернатора кн. Репнина, который и заявил, что обыватели К., за исключением нескольких иностранных и польских купцов, столь бедны, что удаление евреев опустошило бы город, и что жалобщики «следовали только застарелой их легкомысленной и, так сказать, несмысленной к евреям зависти». Ввиду этого, в 1798 г. последовало высочайшее повеление, чтобы евреи в К. были оставлены «в спокойном собственностью их владении, невозбранно отправляли ремесла и производили бы торговые дела беспрепятственно». В 1803 г. ковенское общество вновь возбудило ходатайство об удалении евреев, но император Александр I согласился с мнением губернатора, что подобная просьба «не может иметь ныне места». Однако в царствование императора Николая I, по ходатайству 14 христиан, в К. были введены ограничения как для вновь поселяющихся евреев, которым было разрешено строиться лишь в двух форштадтах (из которых один тянулся вдоль реки Вилии, по обеим сторонам Яновской улицы, а другой, в конце новой части города, между Кармелитской и Румишской улицами), так и для издавна водворившихся здесь, владевших деревянными домами, — им было запрещено ремонтировать деревянные строения; они должны были заменять их каменными или переходить в форштадт, причем продать свой деревянный дом можно было лишь тому, кто обяжется выстроить каменный (1846). Результаты этих стеснений уже вскоре сказались на благосостоянии города. Когда, при проезде через Шавли, император Александр II потребовал объяснений, почему К. не застраивается, генерал-губернатор Назимов и губернатор заявили, что единственной причиной этого являются указанные ограничения в отношении жительства евреев, вследствие чего государь разрешил сделать соответствующее официальное представление. В это же время помещики-дворяне, чиновники и купцы, проживавшие в К., обратились в числе 42 лиц к губернатору с ходатайством об отмене стеснений для евреев, так как от этого страдает и христианское население; губернатор, со своей стороны, отметил, что таким путем не только будет достигнута быстрая застройка города, но христиане будут облегчены в обременительной квартирной повинности; тогда же Назимов в представлении министру подтвердил все, сказанное им лично государю. Ввиду этого ограничения, существовавшие в К., были в 1858 г. полностью отменены. С этого момента начался быстрый рост города вообще и еврейского населения в частности. По ревизии 1847 г. «ковенское еврейское общество» состояло из 2013 душ, а в 1864 г. в К. насчитывалось уже 16540 евреев. К этому времени община имела синагогу и 19 официально зарегистрированных молелен, а также местное кладбище; до 1862 г. покойники отвозились из К. в лежащую по ту сторону реки Ви(о)льямпольскую слободу, в которой имелось особое «еврейское общество», давно здесь осевшее (сохранился старый пинкос погребального братства, древние могилы, остатки сгоревшей синагоги и проч.); когда однажды, во время сильного половодья, оказалось невозможным отправить туда нескольких умерших евреев, ковенская община приобрела участок земли, на котором похоронила первых покойников в одной братской могиле. В это же время стали возникать благотворительные учреждения (см. ниже). В 1908 г. имелись: 23 синагоги и молельни (не считая временных), из коих многие носят названия ремесленных цехов (одна молельня хасидская), больница, богадельня (обе с 1901 г.). Коробочный сбор сдается в последние годы на откуп нескольким общественным деятелям за 21 тыс. руб., причем эти деятели обязуются уплачивать, кроме того, семь тыс. рублей на содержание раввината, а излишек дохода (сверх указанных 28 тысяч) распределяется на общественные нужды особым комитетом, составленным из представителей разных слоев еврейского населения. В 1907 году сумма коробочного сбора превысила 33 тыс. рублей, каковые были распределены следующим образом: больница — 11800 p.; богадельня — 3300; талмуд-тора — 2000; начальное училище — 2000; народное училище — 1900; четыре частных женских училища — 800; вечерняя женская школа — 50; добавочные суммы учителям начальных народных училищ и учителю Закона Божия в гимназии — 1200; Сиротский дом — 100; раздача мацы (моэс хитим) — 1000; хоральная синагога — 600; казенному раввину — 900; ведение метрических книг — 600; городской управе за «коробочный стол» — 500; духовному раввинату — 7000. В К. проживал известный рабби Ицхок Эльхонон Спектор, а также писатель Авраам Мапу. В 1909 г. в К. состоялось совещание еврейских общественных деятелей. См. Ковенское совещание.

Ср.: А. Tabilowski в Keneset Israel, 1886, 57 (Megillat Kowno с введением Tabilowski); Гессен, «Евреи в России»; его же, «Закон и Жизнь», 1911; Анкетные данные.

В 1908 г. Ковенский Губернский Статистический комитет зарегистрировал в К. 79145 жителей, из коих евр. 32628 (18664 м. и 13964 ж.), т. е. 41,2%. Почти все евр. население (92%) принадлежало к мещанскому сословию, составляя большинство местного мещанства. Купцов насчитывалось 145, среди коих лишь несколько христиан. О крупных размерах торговли евреев говорит количество предприятий, выбравших в 1908 г. свидетельства на право торговли, — 1439 и сумма уплаченного ими основного промыслового налога — 51046 руб. По своему значению для края и по размерам своих оборотов наиболее крупной является экспортная торговля, оперирующая, по преимуществу, продуктами сельского хозяйства и лесоводства. Первое место принадлежит сплаву и вывозу леса, обороты с которым исчисляются миллионами; второе место занимает торговля льном, и только на третьем месте стоит торговля хлебными продуктами. Особое значение приобретает растущая в последнее десятилетие торговля яйцами и домашней птицей, создавшая новую отрасль сельского хозяйства — промышленное птицеводство. Значительно также участие евреев в торговле скотом. Импорт имеет несравненно меньшее значение, равно как и внутренняя торговля, занимающая более дробные капиталы. В области кредита евреи пользуются не только общими кредитными учреждениями, но располагают еще учреждениями, специально рассчитанными на удовлетворение потребностей по преимуществу евр. клиентов — несколькими банкирскими конторами и обществом взаимного кредита, состоящими, главным образом, из евреев (существует 35 лет). Для нужд мелких торговцев и промышленников служит ссудосберегат. товарищество, а в настоящее время (1910 г.) организуется новое — 2-е товарищество, поставившее главной целью поддержку ремесла путем доставки ремесленникам в кредит усовершенствованных машин и орудий труда. Промышленность развита относительно слабо. В 1908 г. было выбрано 164 свидетельства на право производства, а фабрично-заводских предприятий губернская администрация насчитывала 67 с 2443 раб. и 5178575 р. производительности. Если исключить группу сравнительно крупных механических заводов, принадлежащих христианам (4 зав. с 1740 раб.), то остальные заведения распределятся между самыми разнообразными отраслями промышленности. Главная масса евр. рабочих занята на мелких фабр. и в ремесле. Последнее развивается очень медленно благодаря растущей конкуренции крупных центров; благосостояние рабочих-ремесленников низко. Особенно тяжело положение чернорабочих и в частности раб. по сплаву леса, работающих в крайне нездоровой обстановке, поэтому эмиграция достигает внушительных размеров (в 1908 г. около 600 чел., преимущественно ремесленников, приказчиков и мелких торговцев). К услугам благотворительности прибегает свыше 4000 чел. — Крупнейшими благотворит. общ., официально зарегистрированными, являются: «Подпора падающих», «Евр. женское благ. общ.», «Дешевая столовая», «Общ. пособия бедствующим из евреев купеческим агентам и разным торговцам в Ковне», «Общ. вспоможения учащим и учащимся в евр. учил. Ков. губ.», «Информац. бюро для евр. эмигр.», сверх того существуют богадельни и сиротский дом имени равв. Ицхок-Эльхонон-Спектора. Имеются и некоторые учрежд. взаимопомощи, как касса взаимного вспоможения на случай смерти и пр. Культурно-просветительных обществ мало — важнейшим является недавно возникшее музыкально-драматическое певческое общ., отделение Общ. распространения просвещения, евр. библиотека имени Авраама Мапу, обладающая 3000 томами на 4 яз. Средних учебных заведений 3: мужская гимназия с 502 уч., в том числе 66 евр.; женская гимназия с 468 уч., в том числе 228 евр., семиклассн. коммерч. уч. с 243 уч., в том числе 126 евр. Низших специально-еврейских уч. зав. — 12, в том числе начальное евр. учил. (сущ. 30 л.) с 250 учащ., 2 казен. народных со 148 мальч. и 154 дев., 7 частных с 213 мальч. и 152 дев., 2 талмуд-торы со 158 м., а всего учащихся 1462, т. е. не более 1/4 детей школьного возраста. При евр. начальном училище с 1888 г. существуют ремесленные классы с двумя отделениями — кузнечно-слесарным и столярно-токарным. За 20 лет классами выпущено 535 уч. Имеется и женское ремесл. уч. «Труд». Об участии евреев в либеральных профессиях говорят след. данные: из 21 прис. пов. — евреев 4, из 23 пом. прис. пов. — евреев 12; из 24 врачей — евреев 15.

Ср.: Результаты первой всеобщей переписи — погубернская сводка; «Материалы для статистики и этнографии», Ковенская губерния; «Список фабрик и заводов»; Субботин, «В черте еврейской оседлости», вып. 1; Столповский, «9 губерний Северо-Запад. края»; «Обзор Ковенской губернии», приложение ко Всеподданнейшему докладу Ков. губ. за 1908 г.; «Памятная книжка Ковенской губернии».

По ревизии 1847 года в уезде К. имелись следующие «евр. общества»: Вилиампольское — 2973 души; Кейданское — 2987; Яновское — 813; Эйрагольское — 1237; Кроковское — 399; Румишское — 308; Вендзягольское — 490; Средницкое — 1090; Вилькийское — 789; Жейменское — 316; Датновское — 277 (всего, без К., — 11679 д.). В 1864 г. в уезде, кроме К., насчитывалось 9377 душ (7 синагог и 18 молелен). По переписи 1897 г. в уезде (без К.) свыше 150 тыс. жит., среди коих евр. — 19920. Из поселений в уезде, в коих не менее 500 жителей, евреи представлены в наибольшем проценте в сравнении с общ. населением: м. Бобисы — жит. 654, из коих евр. 125; м. Велионы — 820 и 573; м. Вендзяголы — 655 и 374; м. Вильки — 2012 и 1431; м. Гринкишки — 924 и 431; м. Датново — 616 и 233; м. Кейданы — 6113 и 3733; м. Кроки — 1846 и 1090; д. Петрашуне Дальние — 543 и 265; м. Румшишки — 1180 и 411; м. Средники — 1648 и 1174; м. Чекишки — 668 и 432; м. Эйрагола — 2376 и 1541; м. Яново — 4993 и 3975; м. Ясвойна — 1329 и 534.

ЕЭБЕ:Города
ЕЭБЕ:Ковенская губерния