ЕЭБЕ/Мужи Великого Собора
Мужи Великого Собора  (‎) — в талмудической литературе часто упоминается верховная духовная власть в Иерусалиме под названием М.В.С., представлявшая собой религиозную корпорацию (коллегию). В общем эти данные соответствуют историческим фактам, так как вся политическая и социальная жизнь того времени была проникнута религиозной идеей. И для людей, стоявших во главе народа, высшей задачей являлось исследование, толкование и проведение в жизнь основ и обычаев народной религии. Один из источников, рисующих тогдашнюю жизнь, представляет нам в следующем виде ту преемственную цепь религиозной традиции, которая издревле хранилась народом. «Моисей получил Тору на Синае и передал ее Иошуе, а Иошуа — старейшинам, старейшины передали ее пророкам, а те ее передали М.В.С.». Этим последним приписывается следующий афоризм: «Будьте осторожны при судопроизводстве; привлекайте многих учеников (для изучения Торы); окружайте Тору оградой». Последним из этой плеяды ученых признается первосвященник Симон Праведный, ‎ (Абот, I, 1—2). Более поздний по времени источник, каким является Абот де р.  Натана, включает в эту цепь еще одно звено — судей, заполняющих эпоху, следовавшую за старейшинами, до выступления на сцену пророков. Это не совсем верно, и первый источник оценивает события гораздо правильнее, так как судьи были никем иными, как народными предводителями и героями войны. Пророками же назывались у евреев все те, которые заботились о духовном развитии своего народа, в какую бы форму эта деятельность не выливалась. Вот почему в этой славной цепи не упомянут по имени ни один из пророков, даже такие, как Самуил, Исаия, Иеремия и т. д. Для определения времени существования этого института мы имеем в вышеприведенной сентенции два термина a quo и ad quem, которые необходимо подвергнуть критике. Начало деятельности М.В.С.  относится здесь к тому периоду, когда еще жили последние из пророков, т. е. когда народ перестал признавать в институте пророков непрерывный регулятор своей религиозной жизни. Это относится к тому времени, когда Тора уже пользовалась высокой авторитетностью и считалась единственным регулятором религиозной и нравственной жизни. Последним же пророком является Малахи, деятельность которого доходит до времени Нехемии. Очень вероятно, что смелое выступление Нехемии и его деятельность, направленная к упорядочению храмовой службы и поддержке иудаизма во всей его полноте, нашла своего предвестника в Малахи (3, 1—5). Таким образом, деятельность Великого Собора начинается со смертью последнего пророка, т. е. приблизительно в 450 г. до Р. Х. Труднее определить термин ad quem. Следуя указаниям традиции, последним М.В.С. был первосвященник Симон Праведный. Однако этим вопрос еще не разрешается, потому что не известно, кто именно из первосвященников так назывался. В старину считали, что это тот Симон, который жил во времена Александра Македонского (Мег. Таан., гл. 9 и Иома, 69а), а по Флавию, он жил в начале III столетия до Р. Х. (Древн., III, 2, 5 и 4, 1); таким образом, деятельность М.В.С. может быть отнесена ко времени 450—300 до Р. Х. Однако большинство новейших исследователей разделяет мнение Н. Крохмаля, что под Симоном Праведным скрывается Симон II, первосвященство которого продолжалось до того времени, когда вспыхнула религиозная война в Иудее. Он был отцом Ония III, которого партия эллинистов лишила сана с помощью Антиоха Эпифана. Первосвященник Симон скончался в 180 г. до Р. Х., таким образом, Великий Собор функционировал от 450 до 180 г. до Р. Х., приблизительно 270 лет. Наступившая смута, вследствие борьбы партий, и великий политический переворот послужили причиной прекращения его деятельности. Когда же после победы Маккавеев жизнь Иудеи вошла в свою колею, место Великого Собора занял еврейский «сенат», «Cheber ha-Jehudim» (‎). Под владычеством Персии, Сирии и Египта Палестина являлась провинцией чужой империи, но внешняя власть не вмешивалась во внутреннюю религиозную жизнь евреев. Не следует упускать из вида, что эта сторона тогдашней жизни являлась наиболее важной, и трудно себе представить, чтобы она самопроизвольно определялась и развивалась. Вместе с тем, едва ли все могло быть установлено первосвященником. Мы имеем целый ряд указаний того времени, обнимающих собой общественный строй и религиозную жизнь эпохи, но вопрос, от кого законы эти исходили, остается открытым. Наряду с М.В.С. Талмуд упоминает и «Soferim» (‎) — книжников, и многие исследователи готовы были отожествить их с М.В.С. (Jost, Frankel и многие др.). Это мнение опровергает Вейсс, по мнению которого, «Soferim» проявили свою деятельность одновременно с первыми. Соферим представляются нам исследователями и толкователями «Торы», а M.B.C. — признанными представителями власти, проводившими ее в жизнь.  Конечно, не все решенное на основании теоретических соображений законоучителей превращалось в практику, а подвергалось предварительному обсуждению авторитетной еврейской организации. И если бы мы не знали о ее существовании, мы, несомненно, вынуждены были бы предположить таковую. И только когда в еврейскую религиозную жизнь проникла сила извне, парализовавшая на время ее свободное развитие, Великий Собор прекратил свое существование. С восстановлением политической самостоятельности и порядка в Иудее Великий Собор снова возродился, приняв более соответствующую времени форму, и был снабжен известными политическими правами.  — Уже в книге Нехемии (гл. 10) мы находим следы Великого Собора. Сейчас же после восстановления религиозной жизни в Иерусалиме представители народа скрепили своими подписями устав, нечто вроде «конституции», нормировавший религиозную жизнь Иудеи. Кроме Нехемии, подписались 82 народных представителя. Вероятно, в числе прочих был и Эзра, самая крупная личность того времени, и первосвященник Элияшиб. Всего было 85 членов Великого Собора, и действительно, в Талмуде одно место определяет этой цифрой их число (Иер. Мег., 78а). Правда, вавилонский Талмуд говорит, что число членов Великого Собора было 120, но в данном случае следует предполагать, что вавилонский Талмуд имеет в виду число М.В.С., установленное впоследствии. Этим, конечно, объясняется и то, что Талмуд считает Эзру учредителем Великого Собора, а левиты, произнесшие известную молитву перед заключением торжественного договора при Эзре и Нехемии (Нех., 9, 4 и дальше) и потом подписавшиеся под этим договором (ibid., 10, 10—17), называются в Талмуде М.В.С. (Иер. Бер., 1). В Талмуде некоторые узаконения приписываются исключительно Эзре, а не М.В.С., так как в Талмуде вообще господствует взгляд, что все сделанное во время Эзры дело рук его. Этот великий деятель был душой организации. Согласно Талмуду, к деятельности М.В.С. следует отнести очень многое, как, например, известные учреждения и многие важные постановления; они же «записали» книги пророка Иезекиила, двенадцати малых пророков, пророка Даниила и свиток Эсфири (Б. Батра, 15а). Конечно, слово «записали» не следует понимать дословно, так как в данном случае это означает зачисление в канон или окончательную редакцию текста. Другой источник, более поздний (Аб. де р. Нат., 1), говорит о той же роли М.В.С. по отношению к книгам Притч, Песни Песней и Когелет. Последние книги вызвали некоторые сомнения, и М.В.С. рассеяли таковые. Нет никакого основания сомневаться в этих данных. Нет также ничего невероятного в том, что, по постановлению М.В.С., некоторые выражения Библии, оскорбляющие слух, были заменены другими при публичном чтении.  Они же установили молитвы и благословения, а в частности, молитву Шемоне-Эсре (‎) и Keduscha (‎; ср. Бер., 33а; Пеcах., 117а; Мег., 17б). Вероятно, их же следует понимать под именем Zekenim, «старейшин» (‎) и «Ab Bet Din» (‎), установивших молитву три раза в день (Иер. Песахим., V, 1). Талмуд приписывает M.B.С. постановление читать свиток Эсфири в день 14 Адара для деревенских жителей, хотя это не передается как исторический факт. Талмуд сообщает, что ежедневная молитва установлена была М.В.С. взамен жертвоприношения. По-видимому, это установление очень древнее и имело важное значение в религиозном отношении для жизни городов диаспоры и Иудеи, за исключением Иерусалима. Богослужение первоначально ограничивалось одним жертвоприношением у алтаря. Когда же впоследствии жертвоприношения вне иерусалимских стен были отменены, все население провинций было лишено возможности проявить свои религиозные чувства, и установление ежедневной молитвы явилось своевременным и необходимым нововведением. Приписывая это М.В.С., Талмуд поступает правильно, так как это было под силу лишь авторитетной в известном смысле религиозной власти. Следует обратить внимание на одну историческую справку Мидраша и Талмуда (Иер. Meг., 70d, и Rut r. к 2, 4), согласно которой 85 старейшин (вероятно, М.В.С.) обнаружили сожаление (‎) по поводу учреждения нового праздника — Пурим. По данным книги Эсфири, праздник этот проник в Палестину из диаспоры. Евреям Палестины приходилось впервые перенимать у своих собратьев в изгнании, и это сожаление является весьма понятным и вполне исторически верным. Стихи 9, 29 книги Эсфири говорят за то, что для проведения этого праздника потребовались неоднократные приказы из Суз. Нет никаких данных, которые могли бы пошатнуть достоверность этого предания, и мы, несомненно, имеем дело с историческим фактом, сохранившимся в традиции. Кроме вышеупомянутого, М.В.С. приписываются многие сентенции агадического характера. Конечно, им принадлежат еще многие установления, о которых Талмуд не говорит ясно, что они проведены М.В.С. [например, законы, что начерпанная вода делает ритуальный бассейн негодным и что 9 мерок воды, политых на чистого человека, делают его ритуально нечистым, законы, которые несомненно были направлены против заимствования обычаев персидской религии (см.  Авеста и Талмуд)]. Таким образом, выясняется существование религиозной власти, по имени М.В.С., функционировавшей, начиная со времен Эзры и Нехемии, вплоть до религиозных войн, вспыхнувших при Антиохе Эпифане. Исторически верным является и первоначальное число 85, с той лишь оговоркой, что впоследствии прибавилось до 120 членов. Неизвестными остается объем власти и внутренняя организация ее. Возможно предположить, что во главе ее находился первосвященник и что коллегия эта пользовалась большим нравственным авторитетом. Под ее эгидой происходило развитие иудаизма в эпоху, непосредственно примыкавшую к библейской.  И если существование такой власти и является вполне естественным в силу внутренних условий жизни евреев, мы имеем, кроме данных Талмуда, неосновательно подвергшихся в последнее время резкой критике, и другие положительные доказательства ее существования.  Так, «книга Юдифь» (которая относится всеми к эпохе Маккавеев) сообщает, что евреи, вернувшиеся из вавилонского плена, подчинились постановлениям первосвященников и старейшин всего народа, заседавших в Иерусалиме (Юдифь, 4, 11). Мы имеем там же указание на герусию (собрание старейшин), разрешавшую мирянам во время голода употребление в пищу священных даров (ib., 11, 16). Ввиду того что едва ли могли функционировать два учреждения бок о бок, Hoffmann вполне правильно отожествляет эту герусию с М.В.С.; этим доказано существование Великого Собора. Ничего не означает, что число членов собора не совпадает с числом, указанным для герусии, давшей впоследствии синедрион. Число 85 может быть отнесено к первым порам его существования, да и 71, число членов синедриона, подвергалось колебаниям. В некотором смысле оно является даже теоретическим, принятым для соответствия со стихом Библии в Числ., 11, 16. Название Великого Собора легко объясняется. В древности каждое собрание местного населения называлось ‎, а синагога, место для собрания, называлась ‎, вполне естественно назвать членов высшей власти ‎. Аналогичным было впоследствии название городского магистрата ‎, почему «сенат» и именовался ‎. Верховное судилище, заседавшее при храме в Иерусалиме, называлось — ‎, в то время как местные суды были известны как ‎. Таким образом, ни в имени, ни в сущности подобного учреждения нет ничего такого, что могло бы дать повод сомневаться в его существовании. И тем не менее многие ученые из протестантов, а частью и евреев, выразили свои сомнения в существовании Великого Собора. Kuenen установил, как он думал с несомненностью, тот факт, что Великий Собор является измышлением позднейших времен и что после собора, созванного один лишь раз во время Нехемии (Нехемия, 8—10), никогда не существовало постоянного учреждения подобного рода, и только желая заполнить пустое пространство в еврейской традиции, придумали существование подобного учреждения. Kuenen имел многих последователей, к числу их относятся Ryssel, Wildeboer, Bühl, R. Smith, Ryle, Budde, Schürer, в новом издании истории которого эта гипотеза выдается за факт, и многие др. Из еврейских ученых к нему примкнул W. Bacher. Возражения Kuenen’а сводятся к следующему: 1) O Великом Соборе мы узнаем впервые лишь из Мишны, а из заметки в Талмуде (Бер., 33а; Meг., 25а) мы видим, что и р. Ханина ссылается на М.В.С., — и эти сведения являются древнейшими, более ранних сведений мы не имеем. На это Hoffman возражает, что в данном случае перед нами лишь древнейшие письменные сообщения; мы не можем иметь никаких данных в библейской литературе, так как она в то время лишь зародилась, после того как ее историческая часть была закончена. Учреждение это могло существовать и под другим именем.  A сама Мишна, служащая нам источником, гораздо древнее редактированной Мишны. «Книга Юдифь» заключает в себе сведения о герусии (т. е. тот же Великий Собор), а книга эта более древняя. Во-вторых, замечает Kuenen дальше, в Мишне (Пеа, II, 6) Нахум Либеллар говорит об одной традиции, которую он имел от р. Миаша, восходившей до Моисея, но в ее цепи отсутствует Великий Собор, он упоминает лишь о ‎, «Zuggot», дуумвирах, т. е. о законоучителях, которые по двое, в качестве председателя и вице-председателя, находились во главе синедриона. На это можно возразить, что в действительности в число их вошли и М.В.С., так как, вероятно, и Великий Собор имел председателем первосвященника и его заместителя. О таком устройстве свидетельствует и соответствующее место Талмуда, как о чем-то само собой разумеющемся. В Мишне, Абот, 1, упомянуты лишь те дуумвиры, которые не были согласны между собой относительно галахи, что на первых порах не имело места (Иер. Сота, 28а).  С Иосе бен-Иоезер (Абот, I, 4) начались разногласия в решениях галахи, которая и была внесена на обсуждение высшей коллегии.  Вот почему и Талмуд не заметил отсутствия Великого Собора в преемственной цепи, указанной Нахумом (Наз., 56б), но отметил отсутствие Иошуи и Калеба. В защиту своего мнения Kuenen указывает на то, что в Талмуде (Иома, 69б; Иер. Бер., VII, 4 и во мн. др.) приводится агадическая сентенция более позднего происхождения. «Почему это учреждение называлось Великим Собором? Потому, что оно установило настоящую меру хваления Господа в молитве». Но заключить только на основании этой агады, принадлежащей более поздней эпохе, что Великий Собор не существовал, едва ли соответствует критике. Таких толкований имен, несомненно исторических, имеется очень много в Талмуде. В таком случае можно усомниться и в существовании соферим, ввиду того что в Кид., 30а имеется подобный же вопрос, почему они названы Soferim, и соответствующий агадический ответ.  — Число членов собора дано в различных местах Талмуда различное. Kuenen желает использовать и это в пользу своего предположения.  Но следует думать, что число это не всегда оставалось одним и тем же. Нечто подобное мы имеем и по отношению к числу членов синедриона во времена Ирода, почему и сообщения Флавия противоречивы. Все попытки историков устранить эти разногласия (Грец, Гейденгейм, Блох и многие др.) могут более или менее быть удачными, но сути дела, т. е. факта существования Великого Собора, это не касается. В своих доказательствах Kuenen исходит из ложной предпосылки, смешивая исторические личности с преемственной цепью, данной в Абот, I, 1. Согласно Мишне, Тора переходит от Моисея к Иошуе и т. д. Соответствуют ли данные Мишны действительности, или нет, во всяком случае, лица, в ней приведенные, действительны, реальны, не выдуманы. Когда в более позднюю эпоху желали себе объяснить, каким путем Тора была передана позднейшему поколению, установили эту преемственную связь, воспользовавшись при этом рядом фактически существовавших исторических лиц, к которым принадлежали и М.В.С. Было бы странно связать это с именем М.В.С., если бы они были до того времени почти не известны, обходя в то же время молчанием известных соферим. М.В.С.  приписывается три сентенции, и Kuenen спрашивает, кто же именно из М.В.С. произнес их? И как могло учреждение, просуществовавшее minimum 150 лет, а то и 270, дать всего три сентенции? Однако этот-то вопрос доказывает лишь незнакомство с образом выражений Мишны. Не следует понимать, что М.В.С. буквально «сказали», они «учили»: 1) осторожному и хладнокровному судопроизводству, 2) распространять значение Библии и привлекать много учеников и 3) делать ограду, ‎, вокруг Торы. Последняя сентенция имеет много значений, и ее следует понимать в том смысле, что М.В.С. несли самые разнообразные заботы по сохранению Торы (то же у Гейгера, Nachgelassene Schriften, II, 91; где он, впрочем, не так понимает сущность Великого Собора). Таким образом, исследования о М.В.С. можно резюмировать следующим образом: 1) На основании книги Нехемии и выражения Мишны (Абот, I, 2) мы знаем о существовании этого учреждения, функционировавшего со времен Эзры и Нехемии до начала религиозных войн Маккавеев. 2) Учреждение это должно было существовать, так как при отсутствии его было бы немыслимо развитие религиозной жизни эпохи. 3) Из «книги Юдифь» нам известно, что такого рода учреждение — герусия — существовало. 4) Учреждение это называлось по-еврейски «Keneset ha-Gedola» (‎), в отличие от местной власти в каждом отдельном городе, называвшейся просто ‎. Великий Собор нельзя отожествлять с «Soferim», так как последние являются лишь исследователями Торы, но вероятно, что М.В.С. выходили из рядов их. 5) Наше незнакомство с именами М.В.С. ничего не доказывает, так как имена «Соферим» нам также неизвестны. 6) Число членов Великого Собора могло с течением времени изменяться. 7) Мнимые факты, говорящие против существования Великого Собора, не выдерживают критики, а частью даже служат доказательством противного. 8) Внутреннее устройство Великого Собора знакомо нам лишь в общих чертах, но и это не может служить доказательством против его существования, так как и следующее за ним по времени учреждение «Сhеber ha-Jehudim» известно нам лишь по одному имени, случайно сохранившемуся на монетах. O Великом Соборе мы все же знаем кое-что весьма важное.

Ср.: N. Krochmal, Moreh Nebuche ha-Zeman, гл. 11; Frankel, Darke ha-Mischna, p. 3 и сл.; Weiss, Dor, I, 54; Heidenheim, Untersuchungen über die Synagoga magna (Studien und Kritiken, p. 93—100); id., в Deutsche Vierteljahrschrift, II (1865), p. 256—306; Herzfeld, Geschichte, II, 22—24, 380 и сл.; III, 244 и сл., 270 и cл.; Jost, Geschichte, I, 41—43, 91—96; Graetz, Die Grosse Versammlung, Monatsschrift, 1857, p. 31—37, 61—70; Ginsburg, Kitto’s Cyclopedia, III, 1909 и сл.; Bloch, Studien zur Geschichte, p. 100—132; Hoffmann, в Magazin f. d. Wissensch. d. Judent., X (1883), p. 45—63; Rosenzweig, Das Judenthum nach dem babyl. Exil; Sack, Die Altjüd. Religion, p. 100 и сл.; Krauss, J.Q.R., V, 10, p. 347—377; Herzog-Hauck, в Realenc., XIX, 221 и сл.; Hamburger, в Realenc., II, 100—132; J. E., XI, 640—643; Kuenen, Gesch. Abhandl., p. 125—160; Budde, в Еnс.  Biblica, I, 654 и сл.; Ditt, Der Kanon, p. 19—23; Л. Каценельсон, Институт ритуальной чистоты, книга Восхода за 1897 г.

ЕЭБЕ