ЕЭБЕ/Ремесленники
Ремесленники (в Библии). — Библия (Бытие, 4, 17—22) ставит вполне справедливо возникновение искусств и ремесел, не отличавшихся резко друг от друга, в известную связь с появлением городов, считая в то же время работающего по металлу первым ремесленником.  Относящееся уже к древнейшему времени изобретение кузнечного искусства, которое доставляло необходимые орудия для земледелия, охоты и войны, повело к образованию особого сословия Р. Из егип. памятников мы узнаем, что в Сирии и Ханаане в древности процветали различные ремесла. Пестрая одежда ханаанских горожан, более богатая и разукрашенная, чем одежда египтян, показывает высокое развитие прядильного искусства и других ремесел. То же самое подтверждают и археологические находки, сделанные в самой Палестине. На глиняной таблице «Taanek II» мы читаем о ремесленнике (оружейном мастере), отправляющемся за получением заказов с места на место. Филистимляне, желая держать израильтян в подчинении, запретили им заниматься кузнечным ремеслом, дабы они не могли готовить оружия, и евреи должны были покупать земледельческие орудия у филистимлян ( I Сам., 13, 19—21). Под уведенными Навузараданом в плен Р. (в сущности художниками) следует понимать оружейных мастеров, уход которых ослабил народные силы (II Цар., 24, 14, 16; Иер., 24, 1; 29, 2, где Лютер переводит «плотники и кузнецы»). Еврейское слово charasch означает каждого, который обрабатывал более твердый материал режущими инструментами, не только работающего по металлу (II Хрон., 24, 12), но и работающего по дереву и камню (II Сам., 5, 11; II Царст., 12, 12; I Хрон., 14, 1). Таким образом, желая указать специальность, еврейский язык к слову, обозначающему Р. вообще, ‎, прибавляет название материала, который обрабатывается (ср. греч. tekton, лат. faber). Принимая во внимание ту высокую степень развития ремесел, которую мы видим у египтян три тысячи лет назад, мы не станем сомневаться в художественном выполнении скинии Завета и ее утвари (Исх., 25, 1 и сл.; см. Искусство). Неспокойное время судей и войны первого периода царей мало способствовали процветанию P., так что даже Соломон еще нуждался в помощи финикийцев для своих великолепных построек. Вообще художественная сторона произведений еврейских Р. находилась, вероятно, под влиянием культурных соседей, не исключая Ассирии и Вавилонии. Занимаясь известным ремеслом, а порою и несколькими одновременно, еврейский P., вероятно, не терял связи с земледелием, продолжая обрабатывать свой участок земли. В самой Библии, где, конечно, упомянуты не все существовавшие у евреев P., мы находим доказательства существования всех необходимых в обиходе ремесел и того, что, кроме рабов, ими преимущественно занимались свободные члены общества. В I Хрон., 4, 23 упоминается вскользь о загадочных для нас царских работниках; но вместе с горшечниками там говорится о «родах дома Ашбея, работавших по виссону», и напрашивается мысль о существовании чего-то, подобного египетским кастам, хотя этот единичный случай ничего определенного не говорит. Сын мог, конечно, чаще избирать профессию отца, но в общем свобода выбора профессии у евреев ничем не была ограничена. Обнаруживаемый Р. талант приписывался непосредственному вдохновению свыше (Исх., 31, 3 и сл.). Вероятно, общее занятие вело к более или менее тесному общению представителей одного и того же занятия, хотя о настоящем цеховом устройстве не могло быть речи, и эта связь ограничивалась лишь тем, что они группировались в одной части города, образуя свои особые улицы, как это мы встречаем и теперь на Востоке (ср. Иерем., 37, 21, и Флав. («Войн.», V, 4, 1) — о долине сыроделов). В общем Р. пользовались у древних евреев большим уважением.  Бен-Сира, описывая разные ремесла и то внимание, которого требует всякое произведение от своего мастера, признает, что, хотя ввиду этого ремесленники не могут быть руководителями и судьями народа, они заслуживают уважения, так как без них невозможна городская жизнь (Бен-Сира, 38, 25 и сл.). Во всяком случае, уважение к ним было гораздо выше, чем в Греции, где ремеслом занимались рабы и иностранцы и поэтому оно было в большом презрении. И только некоторые отрасли труда в силу ритуальных постановлений и строго-нравственных правил жизни, требуемых книжниками, не пользовались уважением. Библия упоминает, кроме указанных выше, еще следующие отрасли ремесленного труда (charaschim): золотых и ceребряных дел мастера (Суд., 17, 4; Исаия, 40, 19), резчики на камне (Исх., 28, 11, 21), каменотесы и медники (II Хрон., 24, 12), каменщики (I Хрон., 14, 1) и штукатуры (Иезек., 13, 11), плотники и столяры (Исаия, 44, 13). Перечень этот несравненно богаче во времена Талмуда [по Riehm, НВА., I, 582—583 с дополнениями].

В талмудической литературе. — Ремеслу талмудическая литература отводит весьма почетное место. Высокое значение ремесла определяется, прежде всего, его материальной стороной, как фактором, обеспечивающим удовлетворение самых насущных потребностей жизни. Но не меньшая ценность придается моральному влиянию ремесла, как и труда вообще, которое, с одной стороны, доставляемой им материальной обеспеченностью предохраняет человека от покушения на собственность ближнего, а с другой стороны, оберегает от тех пороков, которые являются следствием праздности. Талмудическая пословица гласит: семь лет продолжается голод, а в дверь ремесленника он не заглядывает (Сангед., 29а). Наиболее выдающиеся законоучители снискивали свое пропитание ремеслом.  Знаменитый р. Иошуа б.-Ханания был кузнецом, р. Иуда б.-Илаи — бондарем, р. Нехемия — горшечником, Иоханан га-Сандлар — сапожником и т. д. При всем, однако, уважении к труду талмудическая эпоха отличает чистые и легкие ремесла (Кид., 82а) — напр. художественное вышивание и нанизывание жемчуга — от грубых ремесел, сопряженных с грязной работой; таковыми считались кожевенное, горшечное и рудокопное; сюда же относятся профессии погонщиков, лодочников и лавочников. Впрочем, отрицательная сторона последних трех занятий усматривается в том, что на практике они часто связаны с обманом и мошенничеством. Рекомендуется также избегать ремесел, приводящих к частому общению с женщинами, как производство золотых украшений, коробейничество и т. д. Талмуд прибавляет, что «мир не может обойтись без кожевников, как и без парфюмеров; но блажен тот, кому судьба присудила быть парфюмером, и горе тому, кто должен быть кожевником». — Ремесло обыкновенно переходило от отца к сыну; некоторые же мастерства составляли профессиональное достояние особых семейств, образовавших отдельные колонии с названиями этого цеха, таковы, напр., «Бетцайда» (т. е. местность рыболовов), «Магдала» — красильщиков и тому под.  (Ber. r., LXIX). Ha оставляющего профессию своих отцов, чтобы заняться другой деятельностью, смотрели очень косо (Арах., 16б). Некоторые мастерства, судя по времени, требуемому для изучения их, достигли в талмудическую эпоху большего совершенства.  Προ одного ученика, отданного для изучения такой сравнительно несложной науки, как кулинарной, рассказывается, что он должен был пробыть в учении 5 лет, чтоб научиться приготовлять 500 блюд из одной пшеничной муки. То же рассказывается и про кондитерское искусство (Эха рабба, III, 15). Видов труда, в которых женщина состязалась с мужчиной, было сравнительно очень мало; таковыми были художественное вышивание, пекарское дело и поваренное искусство, а также содержание постоялых дворов и гостиниц. Ремесленники большинства цехов уже по наружному виду различались друг от друга. Особенно выделялись те, характер профессии которых требовал специальной обуви или одежды, напр. деревянной или соломенной обуви у лиц, занимавшихся обжиганием извести (Шаб., 66а).  Ремесленники одного цеха обыкновенно занимали все одну какую-нибудь улицу. В знаменитой базилике в Александрии (которая, как иные полагают, скорее была биржей труда, чем синагогой, что едва ли верно) каждое ремесло имело свое отдельное место, так что каждый мог легко найти здесь собратьев по профессии. Нечто подобное, вероятно, было и в Иерусалиме (ср. Мег., 26а).  Очень часто, однако, между представителями одного и того же ремесла господствовала самая отчаянная конкуренция, и не будет преувеличением мнение, что выражение «борьба за существование» имело свой прототип в талмудическом выражении о профессиональной конкуренции ‎ (Кид., 28а, ср. Раши ad loc. и Toc. Баба Мец., 71а, s. v. ‎). Ремесла в талмудическое время были уже достаточно дифференцированы, и в каждом из них работали по известным правилам и предписаниям. Кроме целой серии P., развивавших свою деятельность в области зодчества, приготовления пищевых продуктов, одежды и косметики, мы встречаем большое разнообразие профессий при выделке кожи, при работе из дерева, глины и металла.

Выделка кожи стояла на высокой степени техники. Из кож готовили одежду, обувь, меха для вина и масла и пергамент. К работе сыромятника относились с некоторым отвращением из-за запаха (Кет., 77а), и это же, как видно, было причиной того, что кожевенные мастерские должны были быть не менее чем на 50 локтей отдалены от всякой населенной местности (Б. Бат., 25а). — Чтобы удалить шерсть (волос) с кожи, последнюю расстилали на дороге — под ноги прохожих — или же в проточной воде. Первым процессом в ее обработке было дубление (ср. ‎ = βυρσΰς), хотя в домашнем быту кожа находила большое применение и в необработанном виде. Дубление происходило при помощи экскрементов животных и разных растительных материалов, как отруби, лавровый лист, растертый чернильный орешек, a иногда при посредстве муки или соли, вероятно, вместе с квасцами (Шаб., 79а). Часто кожу подвергали кипячению в воде (‎; Нидда, 28а и Раши ad loc.). От способа дубления зависел сорт кожи. Для получения пергамента кожу клали в известку. Вынутую из дубильного чана кожу разглаживали вальцами или натягивали на досках (Шаб., 75б). Готовую кожу намазывали маслом (Шебиит, VIII, 9). Во время разглаживания кожу окрашивали в разные цвета (Исх., 25, 5; Негаим, 11, 3). Для пергамента лучшим цветом считался пурпуровый. Для писания священных свитков употреблялась кожа только от чистых домашних или диких (олень, серна) животных (Софер., I, 1).

Обработка дерева. В плотничье занятие входила обработка дерева, начиная с валки его в лесу, обрубания ветвей, очистки колоды от коры, стругания и скобления ее до употребления ее для постройки. При этом колода резалась на части, a место надреза обозначалось красной линией (Кел., XXII, 9). При плотничьей работе пользовались циркулем — ‎, грузилом — ‎, буравом — ‎, тисками — ‎ (Toc. Кел. Б. Б., II, 2) и клещами — р‎. Для распиливания на доски колоду клали на козлы (‎; Ber.  r., LXT, 18). Отдельным ремеслом является бондарное, a также плетение корзин и канатов из тонких ветвей.

Производства из глины u стекла. Для гончарного производства требовалась глина, отличная от той, которая употреблялась для приготовления кирпича. Из Талмуда мы узнаем, что в горшечном производстве пользовались двумя сортами глины: черной, из которой изготовлялась простая, в обыденной жизни употребляемая посуда. Эта глина обыкновенно добывалась в местностях Кефар-Хананья и Кефар-Сихин. Для этого товара был обеспечен сбыт, и поэтому места нахождения такой глины заарендовывались горшечниками на целый год. Гораздо реже встречалась, a потому и гораздо дороже ценилась так называемая белая глина, под которой, несомненно, подразумевалась не чисто-белая, a обыкновенная красно-желтая, местом нахождения которой была Иудея, где еще и теперь вблизи Яффы и Иерусалима эта глина утилизируется для керамического производства (Б. Мец.,74а). Были, вероятно, как и в Риме, другие цвета глины. Глина подвергалась дроблению посредством толчения, затем из нее удаляли мелкие камешки, пропускали ее через сито, разбавляли в воде, придавали ей известную форму и обжигали в печи. Форма придавалась горшечным изделиям или руками, или же посредством вращения на горшечном кружале. Гончарные печи — ‎ — представляли собою некоторую вариацию печи, употребляемой для обжигания кирпича и извести, и нисколько не походили на обыкновенную кухонную. При процессе обжигания изделия давали трещины или лопались, и гончар узнавал это, постукивая по ним рукою (Ber. r., XXXII, 3). Белая глина требовала более высокой температуры и потому помещалась глубже в печке. Посуда находилась в печке не более 3 дней. Лучшие фабрикаты подвергались повторительному обжиганию и покрывались глазурью (‎, Сифре, Бамидб., 49). Керамические изделия иногда разукрашивались рисунками. Форма посуды была чрезвычайно разнообразна и зависела от целей, которым она должна была служить, от вкусов времени и от фантазии мастера и заказчика.

Для изготовления стекла и изделий из него материалом служили вода, сода, или так называемый «натр», ‎, и тонкий песок, который в изобилии находится в Палестине y берегов Средиземного моря (Шаббат, 15б). Этот-то песок и подал повод к господствовавшему до недавних пор убеждению, что финикияне были изобретателями стекла, ο чем нам рассказывают Плиний (Hist.  Nat, 36, 25) и Флавий («Иуд. война», II, 10,2). Производство бесцветного или, как оно называется в талмудической литературе, белого стекла, ‎, затруднялось тем, что в те времена еще не умели очищать песок от различных примесей, как медь, железо и т. п.; поэтому получалось всегда недостаточно прозрачное и окрашенное в разные цвета стекло. Для приготовления чистого бесцветного стекла приходилось прибегать к превращенному в порошок кварцевому кремню. Это делало такого рода стекло чрезвычайно дорогим (Хул., 84б). Форма стеклянной посуде придавалась голыми руками; однако очень рано стало уже известно и употребление трубки для выдувания посуды (Toc. Кел. Б. Мец. III, 10; Шаб., 75б). Посуда иногда изготовлялась из нескольких слоев стекла, напластанных один на другой. Производили также драгоценную утварь из сетчатообразно тканного стекла (diatreta; Абот р. Нат. и Берах., 51а). Знали, между прочим, и приготовление цветных стекол (Иер. Шебиит, ІV, 35а). Кроме обыкновенной посуды — бутылок, рюмок и т. п., — упоминаются стеклянные кровати, стулья, столы, шкатулки, миски, ложки, воронки, фонари, весы и др. О стеклянном жемчуге (‎; Bam. r., XXI, 12) говорится как ο стекле особого рода.

Скульптура u живопись. В близком родстве с гончарным мастерством стояла, с одной стороны, скульптура — так как фигуры и статуи изготовлялись из тех же материалов и теми же рабочими руками, что и в гончарном деле, — a с другой стороны, живопись, так как керамические изделия очень часто украшались живописью. При известном, однако, отрицательном отношении евреев к пластическим изображениям скульптура, несомненно, получила y них меньшее развитие, чем живопись (см. Искусство и иудаизм). Для последней употреблялись краски, изготовлявшиеся из различных материалов, между прочим и из шелухи лупина и бобов (Toc. Шаб., XI, 14).  Эти краски были черного, белого, красного, зеленого (или желтого) цветов (Ber. r., ΙV, 9). Чтобы получить бледные (‎) нюансы, различные краски смешивались в известной пропорции (M. Her., II, 1). При живописи, как и при скульптуре, заканчивали сначала одну часть работы, a потом уже приступали к выполнению другой, контуры изготовлялись одним, a второй накладывал краски (Иер. Шаб., VII, 10с). Картины обыкновенно писались на деревянных досках (Аб. р. Нат., XXXI). Из дерева же вырезывались статуи и бюсты, представлявшие известных лиц. Статуи часто покрывались материей, а при торжествах — дорогими коврами и занавесями.  Евреи неодобрительно смотрели на всякие пластические изображения такого рода по причине их тесной связи с языческими культами.  Кроме работ из перечисленных материалов, специальные мастера занимались изготовлением предметов из простой и слоновой кости, из рога, коралла, черепахи и раковин. Обширное ремесло составляли также работы из камня.

Разработка металлов. О добывании металлов из рудников и копей в талмудической литературе ничего не упоминается, но евреям были хорошо знакомы самые металлы и производство изделий из них. Кроме металлов, упоминаемых в Библии, Талмуд называет много других, как баац (‎, род олова), халконта (сернистое железо) и др. О плавке металлов говорится очень редко, но o кузнечной работе и ее изделиях мы находим много подробных сведений. Эта отрасль, видно, была весьма распространена между евреями.  Кузнец, вероятно, сам же обжигал и нужный ему древесный уголь, а потому он часто называется угольщиком — ‎. В самом кузнечном ремесле различается много специальностей, как закальщики металла (‎) и др. Главные орудия кузнеца представляют: меха — ‎ (ср. Таан., 12а), наковальня — ‎, молот — ‎, ‎ (Шаб., XII, 1), клещи — ‎ (Аб., V, 6) и бурав (для проделывания дыр в размягченном металле). Упоминается и много других второстепенных инструментов. В общем работы по металлу можно разделить на три категории: а) разработка его в холодном и твердом состоянии, b) в расплавленном и с) спайка всякого рода металлических изделий. Евреи, как видно,занимались также золотых и серебряных дел мастерством, ‎, готовя из золота украшения, а из серебра столовую утварь. — Ср.: I. S. Bloch, Der Arbeiterstand bei d. Palästinensern, Griechen und Römern, 1882; H. Gollancz, The dignity of Labour as taught in the Talmud (The Imper. and Asiat. Quart. R., 1891); S. Meyer, Arbeit und Handwerk im Talmud, 1878; G. Löwy und P. Rieger, Technolog. Monographien (1—78); A. Kisa, Das Glas im Alterthum, 1908; M. Ehrentheil, Geist des Talmud, 1887; Franz Delitzsch, Jüdisches Handwerkerleben zur Zeit Jesu, 1875; S. Krauss, Talmudische Archäologie, 1911; Real-Encyclop. Hamburger; Jew. Enc., s. v. Handicraft. Goldsmith, Pottery.

Ремесленники-евреи в Средние века и новое время. — В странах рассеяния евреи не уклонялись от ремесленного труда и отнюдь не всегда предпочитали заниматься торговлей и ссудными операциями. В зависимости от тех или других внешних условий экономическая жизнь евреев складывалась весьма различным образом, но никогда ремесленный труд не находился у них в пренебрежении; напротив, там, где не встречалось препятствий со стороны нееврейского населения, они брались за всевозможные отрасли ремесленного труда и нередко с упорством отстаивали свое право на него. Правда, в странах Средней Европы, а также во Франции и Англии экономическая деятельность евреев в Средние века носит односторонний характер, ограничиваясь торговлей и денежными ссудами, но в Южной Европе она гораздо разнообразнее: здесь еврей-ремесленник — явление столь же частое, как еврей-купец и еврей-банкир.  В некоторых местностях евреи почти исключительно занимаются ремеслами. Вениамин из Туделы (12 в.) сообщает любопытные данные о распространении красильного промысла и производства шелка среди евреев Италии, Сицилии, Балканского полуострова, Сирии и Палестины. В Бриндизи он нашел 10 евреев-красильщиков; он говорит, что евреи, жившие в Фивах в числе тысячи душ, слывут во всей Греции наилучшими мастерами в области производства шелка и пурпурового сукна; 500 евреев в г. Салониках живут ремесленным трудом; в Антиохии евреи делали стекло; в Тире они принимают участие в производстве известного в то время местного стекла; в разных местностях Палестины встречаются евреи-красильщики. В Южной Италии, как и в Сицилии, процветал среди евреев красильный промысел, который являлся почти монополией в руках евреев. Характерно, что существовала подать «Tignta Judaeorum».  Во второй половине 12 в. сицилийский король Роджер привез из Византии в Южную Италию евреев, занимавшихся производством шелка, которые поставили здесь свое ремесло на широкую ногу. Путешественники, посетившие Сирию после Вениамина, также встречали здесь евреев-красильщиков. Сицилия — классическая страна евр. ремесла в Средние века. Особенную пользу приносили краю различные группы ремесленников по обработке металлов. Когда издан был эдикт об изгнании евреев из Сицилии, государственный совет указал на то, что все ремесленники в королевстве — евреи. Не менее значительным было число евреев-ремесленников на Пиренейском полуострове и в Южной Франции. Испанские евреи были искусными сукноделами; шерсть они выписывали из Англии. Абрагамс считает невероятным, чтобы другие евреи, кроме испанских, занимались производством сукна. Два обстоятельства удерживали евреев от занятия этой важной отраслью. Во-первых, враждебное отношение сукноделов-христиан, всеми силами добивавшихся устранения конкуренции евреев. На острове Майорке, напр., было постановлено (в 14 в.), что только обращенные в христианство евреи могут изучать искусство прядения шерсти и выделывания сукна. Во-вторых, говорит Абрагамс, сами евреи питали отвращение к этой отрасли индустрии. Прядение рассматривается в Талмуде (и в Библии) как женское занятие. В Наварре преобладали среди еврейских ремесленников золотых и серебряных дел мастера. В городах Туделе и Памплоне эти мастера владели целыми рядами лавок. В Кастилии тоже было немало евреев — золотых дел мастеров. В арагонских городах, главным образом, в Сарагосе, евреи занимались и другими ремеслами. Улицы в еврейском квартале Сарагосы носили названия по населявшим их группам ремесленников — ножовщикам, сыромятникам, ювелирам, дубильщикам, шорникам и др. Многочисленные евреи-сапожники имели в Сарагосе особый цех с уставом, утвержденным королем Педро III в 1336 г. (см. Сарагоса). В Южной Франции процветало среди евреев ювелирное дело. В Лангедоке евр. золотых дел мастера встречаются уже в 11 в. Широкое развитие ремесленного труда и других разнообразных видов экономической деятельности среди евреев Южной Европы обусловлено следующими причинами. Благодаря смешанному составу населения в Испании и Сицилии установились известные принципы равноправия двух господствовавших религиозных групп (христиан и магометан), распространявшиеся и на евреев.  Последние пользовались, наряду с христианами и арабами, неограниченной свободой в выборе профессий. Необходимо, кроме того, иметь в виду экономический прогресс южно-европейских стран. В то время как в Средней Европе ремесленное производство находилось еще в зачаточном состоянии — на юге, в Испании и Италии, процветает ремесло для сбыта. Евреи брались за разные виды ремесленного труда, Достигая в некоторых из них большого мастерства. Иначе дело обстояло в Средней и Северной Европе. Абрагамс утверждает, однако, что и там до начала 13 в. евреи, хотя и связанные постановлениями ограничительного законодательства, занимались ремеслами наравне с другими жителями. Но он не приводит документальных данных. В знаменитых привилегиях, пожалованных евреям Германии и соседних с нею стран в 11—13 вв. императорами и владетельными князьями, ничего не говорится о ремесленном труде евреев. Каро говорит (Sozial- u. Wirtschaftsgeschichte d. Juden etc.), что в Средней и Западной Европе «евреи не принимали участия в развитии ремесла в 13 в. (надо подчеркнуть в Германии); отдельные ремесленники встречались, быть может, и то редко; чтобы доказать противное, необходимо иметь в своем распоряжении более обильные материалы». 14 столетие не ознаменовано никакими существенными изменениями в направлении и характере экономической деятельности евреев Средней Европы; она сосредоточивалась по-прежнему преимущественно на ссудных операциях. Встречаются, правда, указания на евреев-резников, пекарей и портных, но существование этих групп ремесленников было обусловлено требованиями религиозно-обрядовой жизни. Резники должны были руководствоваться специальными законами об убое скота, портные — нормами Св. Писания (Второзак., 20, 11), которыми запрещалось смешение шерстяных тканей с льняными при шитье одежды. Поскольку эти ремесленники обслуживали одних евреев, власти и христианские ремесленные цеховые организации не интересовались их деятельностью. Как только евр.-ремесленники пытались сбыть свои продукты нееврейским потребителям, они наталкивались на противодействие. Так, напр., в нижнесаксонских городах евр.-резники, продавая не употребляемое евреями мясо неевреям, вызывают недовольство христиан-мясников. В г. Дудерштадте разрешается двум евреям-портным держать христиан-подмастерьев. В актах, относящихся к разным городам, встречаются спорадические сведения о евреях-ремесленниках.  Имеются также сведения о евреях-мастерах на монетных дворах (1419), о каменщиках-евреях, строивших церкви и пр. В 15 в.  и в первой половине 16 века евреи были изгнаны из многих стран и городов Южной, Западной и Центральной Европы. Большинство изгнанников переселилось в Польшу и Турцию. Польша стала вскоре настоящим центром для евреев. Экономическая деятельность их отличалась большей разносторонностью, чем у евреев Центральной Европы. В силу целого ряда политических и экономических условий (см. Польша) евреи стали усиленно заниматься ремесленным трудом. В грамоте вел. кн. Витовта гродненским евреям от 18 июня 1389 г. сказано, что евреям разрешено «ремесла вшелякие робыти». Однако актовых данных о распространении среди них ремесленного труда не встречается до второй половины 16 в., чем, впрочем, не доказывается, что до того времени не могли быть здесь евр.-ремесл. Можно, наоборот, утверждать, что по аналогии с другими польско-литовскими городами евреи-ремесл.  находились в Гродне с самого начала 16 в., если не раньше. Не говоря уже о портных и мясниках, каковые профессии, как уже замечено, должны были существовать среди евреев в силу религиозно-обрядовых предписаний, такие общины, как Краков и Львов, имели в 15 в. своих евр.-кожевников, стекольщиков и др. ремесел. В 16 в. в этих городах и целом ряде других количество и разнообразие ремесленных групп среди евреев еще более значительны. Они тогда работали для сбыта своих продуктов и среди неевреев, о чем свидетельствует запрещение, сделанное по просьбе христ. рем. Сигизмундом I львовским евреям заниматься производством платья, особенно крестьянского, и продавать его на ярмарках. Около того же времени (30-е и 40-е годы 16 в.) евреи-ремесленники других городов встречали такое же противодействие со стороны местных цехов. В Луцке, например, евр.-портные и скорняки успели к тому времени широко развить дело; они возили свои изделия для продажи в окрестные местечки. Луцкие портняжный и скорняжный цехи были недовольны этим расширением круга деятельности евр.-рем. Что касается других литовских городов (Волынь входила тогда в состав Литвы), то данных о евр.-ремесленниках, которые относились бы к этому времени, не имеется, но «та настойчивость, с которою евреи заботятся о подтверждении грамоты короля Александра, показывает, что они дорожили возможностью заниматься ремеслами» (Бершадский, Литовские евреи, 409).

В 16 в. замечаются некоторые изменения в характере экономической жизни польских евреев. Ограничиваемые в праве арендовать земли и брать в откуп государственные доходы, стесняемые на каждом шагу в торговой деятельности, евреи начинают искать новых средств к существованию. Они становятся ремесленниками вопреки всем противодействиям со стороны христианских ремесленных цехов. Христ. цехи смотрели на ремесло как на свою неотъемлемую монополию и запрещали всем, не принадлежавшим к цеху, заниматься ремеслом. Цех носил религиозный характер, он имел свою часовню, особого патрона и собственное знамя; еврей поэтому не мог принадлежать к цеху и не мог, следовательно, заниматься ремеслом; если же он это делал, то являлся человеком вредным и «партачем» (неискусный P.); цех имел право преследовать его и конфисковать его изделия. Еврейским ремесленникам приходилось противопоставлять этим организациям собственные организации, свои цехи, которые начали возникать в начале 17 в. Наряду с цехами или там, где такоьых не было, выступали в защиту интересов евр.-ремесленников кагалы. Одним из первых евр. цехов был львовский, основанный в 1627 г. (официальное его название Judaicum sartoricum contubernium). Еврейские мастера стали держать христианских подмастерьев, хорошо оплачивая их труд, чем вызывали протесты со стороны христианского портняжного цеха. Более интересна долголетняя упорная борба евреев-портных с цехом в Гродне. Местному цеху портных была пожалована грамота королем Стефаном Баторием (1579), согласно которой все портные Гродны должны подчиняться цеху. Спор последнего с евреями-портными разыгрался в середине 17 в. Цех в жалобе властям от 1652 г. указал на то, что в течение нескольких десятков лет евреи-ремесленники отказываются от повиновения цеху, вопреки названной привилегии цеху, коей гродненским евреям-портным вменено было вносить деньги в цеховую кассу, а также вопреки особому универсалу короля Яна Казимира гродненскому старосте, установившему, что евр.-портные и скорняки обязаны подчиняться цеху. Представители кагала и евр. портных возражали, указывая на то, что нигде не сказано, чтобы евреи должны были подчиняться цехам; универсал короля Яна-Казимира добыт неправильным путем; видно одно стремление подкопаться под вольности евреев-ремесленников. С своей стороны евреи представили привилегию короля Сигизмунда III от 1629 г., согласно которой евреям-ремесленникам разрешено заниматься ремеслами, не принадлежащими к местному цеху, что и было подтверждено королями Владиславом (1633) и Яном Казимиром (1649). Спор разрешился мировой сделкой; евреи согласились вносить из своей портняжной кассы ежегодно в праздник Тела Христова 6 злотых польских и 2 фунта пороху, взамен чего они пользуются полной свободой портняжного, скорняжного и шапочного производства и свободой продавать свои изделия в лавках и вразнос. Еврею-ремесленнику разрешено держать христианского подмастерья, но когда случится у христианского цехового ремесленника спешная работа, то еврей обязан послать ему на подмогу своего подмастерья; евреи могут также держать учеников христиан, которые должны вносить в цех установленный сбор, и от цеха же они получают свидетельства на производство в мастера. Евреи-ремесленники освобождаются от участия в складчине в пользу цеха, от доставки свечей для алтаря, от обязанности становиться под цеховые знамена и от участия в погребении членов христианского цеха. Евреи-ремесленники неподсудны цеховому суду. В случае порчи евр.-ремесленником работы он судится цеховыми старшинами при участии, однако, представителей из среды евр.-ремесленников. Эта уступчивость гродненского цеха особенно интересна ввиду непримиримости цехов в других городах, продолжавших упорнейшую борьбу с евр.-ремесленниками. В Вильне, напр., согласно «ординации» от 20 июля 1633 г. евреям было запрещено заниматься ремеслами, кроме портняжества, и то лишь для надобностей самих евреев.  Фактически евреи не придерживались этого постановления и постоянно боролись за свои права. Они организовали свой цех. Существовал цех портных. Во второй половине 17 в. в Вильне процветали и другие ремесла. Это явление замечается и в прочих польско-литовских городах. Крупные катастрофы, постигшие польско-литовских евреев в середине 17 в. (преследования Хмельницкого и Чарнецкого), вызвали настоящее опустошение в рядах Р. Когда эти кошмарные годы прошли и евреи стали возвращаться на прежние места, вопрос о материальном положении стал особенно острым. Тогда-то польские евреи в еще более значительной мере, чем раньше, взялись за ремесла. Относительно одной большой области со значительным евр. населением, Великой Польши, историки прямо утверждают, что после бесчинств войска Чарнецкого спасшиеся от смерти евреи, вернувшись в разгромленные гетто, начали заниматься ремеслами, не запрещенными христианскими цехами, — они стали портными, цирюльниками, кожевниками, скорняками, мыловарами, пуговичниками, позументщиками, золотых дел мастерами и часовщиками. В других областях также совершился массовый переход евреев к ремесленному труду. В многочисленных привилегиях, пожалованных польскими королями, воеводами и старостами (евреям королевских городов) и частными владельцами (евреям частных городов) в течение 17 и 18 вв., среди прав и вольностей евреев приводится разрешение на занятие ремеслом. Только под напором христианских цехов иногда в эти привилегии включались известные ограничения или же издавались особые грамоты в пользу христианских цехов и во вред евр.-ремесленникам. С другой стороны, возникали повсюду, часто в маленьких городах, еврейские цехи. В больших же центрах евр. жизни (Краков, Львов, Лисса и др.) таких цехов существовало по нескольку в городе. Особенный интерес представляет история развития ремесла в Кракове. Несмотря на упорное противодействие цехов, на многие запрещения со стороны последних и магистрата и на резкие выпады против евр. ремесленников в таких памфлетах, как «Zwierciadlo Korony Polskiej» Мичиньского, евр. ремесленники продолжали открыто заниматься своим делом в евр.  квартале. Тут были позументщики, петельщики, стекольщики, меховщики, литейщики, мыловары, шапочники, ювелиры, портные, цирюльники, вышивальщики, коробейники (судя по официальному названию их цеха, это были ремесленники — ‎ и др.). Все почти группы перечисленных ремесел были объединены в цехи. Самым богатым считался цех ювелиров. В кагальных актах ювелиры названы ‎; в кассу («купа») для окончания постройки одной синагоги цех пожертвовал 400 зл. п. (за это он получил два места в синагоге перед амвоном, против алтаря). Большего развития достиг также цех петельщиков и позументщиков (‎). Этот цех, подобно другим, «давал своим членам «хазаку», в силу которой они имели неоспоримое право работать на любого пана или на монастырь». Меховщики имели устав от 1613 г., гласивший: «§ 1. Каждый член цеха обязан еженедельно бросать в цеховую кружку по одному шелягу. Точно так же при каждом заработке, который пошлет ему Бог, он обязан жертвовать от каждого злотого по денежке… Если кто-либо не хочет платить каждую неделю, он может уплачивать свой взнос, раз в полгода подводя итог. — § 2. Каждую неделю один из цеховых братьев по очереди обязан ходить со служкой, для взимания вышеуказанных даяний. Кто откладывает свой черед, должен дать один грош в цеховую кружку, а вместо него идет следующий по списку из цеховых братьев. — § 3. Должностные лица в цехе: а) пять старшин, b) три счетчика и с) трое цеховых судей. — § 4. Счетчики отправляют свою обязанность поочередно в течение месяца, контролируют счета и хранят у себя ключи от кассы. Но им нельзя трогать эти деньги, пока в кассе не соберется 50 зл. польских. Вопрос об употреблении цеховых денег решают все братья. — § 5. Всякие тяжбы между членами цеха и цехом или между одним членом и другим разбираются цеховыми судьями. Если кто-либо не подчинится их приговору, они могут строго наказать его, дабы принудить к повиновению. — § 6. Эти же судьи не только разбирают гражданские дела, но также вступаются, если один брат обидит или побьет другого; и тогда могут наказать виновного штрафом, тюремным заключением или публичным оглашением его проступка. — § 7. Цех держит собственных служек (‎), а кроме того, платит жалованье двум кагальным служкам. На каждую вне Кракова происходящую ярмарку цех посылает особого служку… — § 8. Выборы в цеховые органы происходят в средние дни праздника Суккот и совершаются по образцу кагальных выборов… — § 9. Если в течение года какой-либо из членов выступит из цеха, он теряет право на уплаченные взносы, которыми распоряжаются остальные члены». В других уставах евр. ремесленных цехов урегулированы условия занятия P., отношения мастеров к цеху и т. д. Цех мог запрещать лицам, не состоявшим членами его, заниматься данной отраслью и конфисковать их товары. Лишь по истечении двух лет после женитьбы разрешено мастеру держать подмастерьев и учеников.  По правилам пшемысльского цеха портных (Malbische Arumim), одного из наиболее ранних в Польше (акты его опубликованы М.  Schorr’ом в Historya Żydów w Przemyslu), членом цеха мог стать только ремесленник, представивший свидетельство, что уже работал три года у мастера, два года в качестве ученика (Lernjung), а год в качестве подмастерья (роеl). Позже (1715) было еще установлено, что только женатые могут самостоятельно заниматься ремеслом. Новый член в течение трех лет не мог держать подмастерьев и учеников. Иногда встречается условие, что в течение этого времени он не должен ходить по рынку с меркой в руках, подобно другим портным; он не должен брать работы совместно с другими портными без ведома «раввина — судьи цеха» (о его роли см. ниже); «новый господин», как назывались члены цеха в первые три года, не пользуется ни активным, ни пассивным избирательным правом; по истечении этих трех лет он становится «старшим паном». Член цеха должен был подписать «iggeret ha-kelaf» (пергаментный лист). В качестве «старшего пана» он мог нанимать одного подмастерья и ученика. Подмастерье жил на полном содержании у хозяина и получал 4 червонных зл., уплачиваемых годично или каждую четверть года. Подмастерье обязывался «работать верно, без обмана или подлога, и быть послушным во всем своему хозяину». За нарушение контракта одной из договаривавшихся сторон полагался один талер в пользу цеха и один в пользу суди. В общем вменялось в обязанность всем членам цеха — старым и новым — не отнимать у другого работы, когда она была ему уже заказана. В полупраздники запрещалось работать, разве только тогда, когда случалась очень спешная работа. Кроме вышеозначенного состава правления цеха (число членов часто менялось), высшее руководительство принадлежало так назыв. «раввину и судье цеха» (в одном акте пшемысльского цеха от 1695 г. он назван «отцом и патроном цеха»); обыкновенно это был один из общинных судей. Функции «раввина и судьи» были весьма важные: он вместе со старшинами решал вопрос о принятии новых членов; он был судьей в спорах между членами цеха; все важные цеховые дела решались в присутствии судьи. В некоторых цехах было по несколько судей. — Эти главные основания цехового устройства, взятые из устава и разных актов пшемысльского цеха портных, встречаются и в других польско-литовских евр. цехах. Особый интерес представляют еще отношения цеха к кагальным правлениям. В Познани, напр., входили в состав цеховой администрации два представителя кагального правления. В Пшемысле тоже существовал известный контроль кагала над цехом. При утверждении выборов правления пшемысльского цеха в 1786 г. кагальный старшина добавил: «Под условием, чтобы они (старшины цеха) не предпринимали никаких дел, важных или менее важных, а тем более не взыскивали никаких сборов на нужды цеха без ведома главарей кагала». По постановлению литовского ваада от 1686 г. в правлениях цехов должны были заседать два представителя от кагала и два выборных из состава самого цеха; «служащие цеха» тоже должны быть нанимаемы с ведома кагала. Но иногда цехи получали привилегии, дававшие им некоторую самостоятельность по отношению к кагалу (например в Бердичеве). М. Шорр, впервые приступивший к исследованию евр. ремесленных цехов в Польше, указал на то, что как многие особенности организации евр. цеха и содержание главных статей его устава, так и отношения цеха к кагалу создавались по образцу христианских цехов (вместо кагала — городской магистрат). В остальных европейских странах заметно, начиная с 16 в., тяготение евреев к ремесленному труду. Так, имеются сведения о евреях-ювелирах Константинополя, Салоник, Алеппо, Венеции, Кремзира (Моравия), Бухареста и Праги в 16, 17 и 18 вв. Последний город имел особенно многочисленное евр. ремесленное сословие; известны пражские цехи: ювелиров, сапожников, портных и мясников. Условия занятия евреев ремесленным производством в Праге и Чехии вообще были урегулированы привилегиями от 1627 и 1648 гг. Из надгробных надписей на пражском кладбище, относящихся к 17 в., видно, что в этом городе жили следующие группы евр.-ремесленников: скорняки, плотники, слесари, стекольщики, горшечники, столяры, каретники. И в Праге не обошлось без ожесточенной борьбы с христианскими цехами, и далеко не все ремесла были доступны евреям. В Риме большинство евреев около 1620 г. занималось портняжеством. В Амстердаме же они приобрели известность, работая над шлифовкой алмазов. В Германии за время от 16 до конца 18 в. евреи мало занимались ремеслами, что следует приписать противодействию цехов и бесправному, беззащитному положению евреев. В Польше же кагал и евр. цехи отстаивали права евр. массы на ремесленный труд. Здесь и концентрировались значительные группы евр. ремесленников (см. Польша), которые продолжали вести свои занятия и под владычеством трех держав, распределивших между собою Речь Посполитую. История евр. ремесла еще не разработана, но то, что уже известно, дает право утверждать, что евреи не пренебрегали ремесленным трудом.  Однако среди евреев не всегда проявлялось должное уважение к единоверцам-ремесленникам; последние считались элементами, не достойными занимать общественные должности. Так, напр., синод моравских общин в Бучовице от 1709 г. постановил, что депутатами в синоде не должны состоять мясники и кожевники и лица других подобных унизительных профессий («und was dergleichen mehr verächtliche Professionisten seyn») — разве только, если они были уже в своих общинах судьями или присяжными заседателями или же обладали в течение 10 лет титулом «хабера». В Польше и Литве шла глухая борьба между кагалами и цехами, в которую иногда вмешивались власти. Кагал, став олигархическим учреждением, должен был опасаться усиления значения цехов.  — Ср.: Abrahams, Jewish life in the Middle Ages, гл. XI и XII; Güdemann, Gesch. d. Erziehungswesens etc., II, 240, 312; Jacobs, Inquiry, XV, XVIII; Albert Wolf, Etwas über jüdische Kunst und ältere jüdische Künstler, в Mitteilungen d. Gesellschaft für jüd. Volkskunde, IX, 12—74; Регесты, I и II; Бершадский, «Литовские евреи»; M. Schorr, Organizacya żydów w Polsce, 27—34; idem, Historya Żydów w Przemyslu; M. Балабан, «Ремесленные цехи в Кракове XVI и ХVII вв.», «Евр.  старина», 1911; разные статьи по истории крупнейших общин.

Евреи-ремесленники в 19 в. Доступ евреев ко всем ремеслам совпадает повсюду с моментом эмансипации евреев. Во Франции евреи получили возможность заниматься всеми ремеслами в 1791 г.; однако фактически они не вступили в цехи, так как революционное законодательство отменило всякие цехи и даже преследовало все попытки к организации каких-либо рабочих союзов. Лишь гораздо позже евреи стали вступать в различные цехи в качестве полноправных членов; но так как число евреев во Франции было крайне невелико, то отдельные ремесленники поглощались совершенно незаметно различными цехами. Когда с конца 19 в. усилилась иммиграция евреев в Париж из России и Румынии, число Р. сильно возросло, и можно было констатировать, что евреи участвуют в значительной степени в портняжном, шапочном и отчасти в сапожном деле. Для развития среди евреев ремесленных знаний были основаны в 1843 г. в Мюльгаузене и в 1850 г. в Байонне соответствующие училища. Следует, однако заметить, что многие иммигранты-ремесленники работают среди иммигрантов же и не имеют прямого отношения к Р. Франции. В Алжире в 1899 г. было 32875 евр.-Р., которые по своей численности в ремесле располагались следующим образом: сапожничество, портняжество, кузнечное, папиросное, извозчичье, каретное, плотничье, мыловаренное, красильное и каменотесное ремесла. Точно так же и в Марокко число евр. Р. относительно велико; они представлены преимущественно в красильном производстве, сапожном и плотничьем; евр. плотники известны под именем maltzan. В Персии евреи сильно представлены в шелковом производстве и в стеклошлифовальном. В Аравии многие евреи занимаются золотых и серебряных дел мастерством, а также плотничьим и оружейным делом. В Дамаске главнейшим занятием евреев-Р. является ткацкое дело, и в 1881 г., по словам Фреско, из 882 евреев, живших ремесленным трудом, было не менее 650 ткачей. Более подробные сведения имеются о румынских Р. В 1900 г. в Румынии было 19289 ремесленников-евреев при общем числе 97755; евр. ремеслен.  распадались на самостоятельных мастеров — 9801, на мастеровых — 5551, и учеников — 3937. Из общего числа евр. Р. на портняжное дело падало 61,8%, на железоделательное — 12,4%, плотничье и столярное — 9,79%. Сравнительно велико участие евреев в бумажном производстве, в котором евреи составляют 56% всех рабочих. В общем число евр. Р. в Румынии в 4½ раза больше того числа, которое соответствовало бы евр. населению страны (4,55%). Большинство Р. живет в городах; лишь 21,8% самостоятельных Р.  живет в деревнях (1900). Наибольшее число живет в Бухаресте, Яссах и Боташанах. Относительно больше всего евр. Р. в Яссах: 76,6% всех занимающихся ремесленным трудом, или 82,2% самостоятельных мастеров. Чтобы развить среди евреев технические и ремесленные знания. Alliance Isr. Univ. устраивает ряд училищ. Однако евреи-ремесл. считаются в Румынии «чужими», не принимаются в цехи и испытывают различные притеснения со стороны правительства.

В западноевропейских странах евреи, наоборот, принимаются во все цехи и не считаются иностранцами. Вступление их в цехи, однако, встречало много препятствий со стороны заинтересованных лиц. В Германии доступ ко всем ремеслам евреи получили раньше всего в Вестфальском королевстве (см.), находившемся во владении Жерома Бонапарта. В 1805 г. правительство выразило свое явное сочувствие стремлению Якобсона приучить евр. народ к занятиям P., оно поддерживало все подобные начинания, в особенности устроенное в 1802 г. в Касселе специально-ремесленное училище; однако цехи отказались принимать евреев. Последовавшая после падения Наполеона реакция мало благоприятствовала подъему ремесел среди евреев. Революция 1848 г. выставила во многих местах Германии требование о предоставлении евреям свободы труда, и тогда же евреи стали вступать в различные цехи. В Берлине в 1870 г. насчитывалось 3725 ремесленников, а во всей Пруссии — 11445; в 1895 г. в Пруссии было 43246 ремесленников. В Пруссии считается 19% среди евреев ремесл., общее же население дает около 36% ремесленников, т. е. евреи в два раза меньше представлены, чем христиане. Большинство евреев занято в портняжном деле, сапожном, а также ювелирном. В Голландии евреи очень сильно представлены в шлифовании бриллиантов; в Амстердаме число евреев-шлифовщиков равно 60%. Очень велико число евр.-Р. в Лондоне и Нью-Йорке; здесь они, главным образом, составляются из иммигрантов. В 1898 г. в Лондоне было 38 тыс. евреев-Р. Как в Нью-Йорке, так и в Лондоне евр. иммигранты особенно сильно представлены в портняжном деле; работая за меньшее вознаграждение, чем коренные жители, евреи образовали особую потогонную систему работы, которая сводилась к вящей их эксплуатации хозяевами, вызывая вместе с тем против них недовольство христиан P., обвинявших евреев в понижении заработной платы. См. Галиция и Австрия.

Ремесленники и рабочие (по русскому законодательству). — А. Ремесленники. Положение о евреях 1804 г. предоставило евреям полную свободу в занятии ремеслами в губерниях черты оседлости без приписки к цеху, а также право записываться в цех, если этому не препятствуют привилегии, данные некоторым городам. Внутренние губернии были бедны P., однако ходатайства провинциальных властей о разрешении небольшому числу евр. Р. проживать вне черты оседлости не всегда удовлетворялись правительством (см.  Астраханская губ.). Положение 1835 г. сохранило в силе правила 1804 г., не дававшие Р. возможности селиться за пределами черты оседлости на более или менее продолжительное время. В 1851 г. были изданы временные правила о разборе евреев (см.  Разбор). В разряд Р. вошли только те, которые записаны в цех навсегда; к разряду мещан оседлых причислялись, между прочим, и те, которые записаны в цех на время. Для предотвращения фиктивной приписки к цеху евреев, подлежащих зачислению в разряд неоседлых мещан, закон 16 апреля 1852 г. предписывает цеховым управам наблюдать за вступившими в цех евреями. Если окажется, что приписанный к цеху в течение 6 месяцев со дня приписки не занимался производством своего ремесла без особых, не зависевших от него причин, то общая ремесленная управа представляет думе или заменяющим ее городским учреждениям об исключении его из цеха. Правило это, имевшее, очевидно, временный характер ввиду производившегося тогда разбора евреев, сохранилось, однако, и в действующем уставе о рем. пром. (ст. 346) и получило роковое значение для евреев-Р., поселившихся за чертою оседлости.  Также и другие правила закона 1852 г. составляют, за немногими изменениями, действующее право (см. ниже). Ввиду отсутствия цеховых управ в малых городах, посадах и местечках евреи-жители этих поселений лишены были возможности записываться там в разряд Р. Закон 1852 г. ввел в этих поселениях упрощенное ремесл. управление. Совершеннолетние мастеровые, имеющие отдельное хозяйство, получили звание Р., а работающие у них совершеннолетние и малолетние — рем. работника. Упрощенные рем. управления получили право надзора за евреями-Р. и исключения их за незанятие ремеслом (ныне прим. к ст. 467 Уст. Рем. Пром.). Отсутствие хороших мастеров среди христиан вне черты оседлости вынуждало даже правительственные учреждения прибегать к услугам евреев, а последних — недостаток заработка в черте толкал к переселению в закрытые для них места империи. Ранее всего воспользовались этим винокуры (см.). Когда началась в 40-х годах 19 века постройка укреплений на восточном берегу Черного моря, там появилось значительное число евреев — портных, сапожников и других мастеров. Они оказались столь необходимыми местным гарнизонам, что начальник Черноморской береговой линии исходатайствовал высочайшее разрешение евреям-Р. временно проживать в укреплениях этой линии (В. П. С. З., № 18234). Разрешение это распространено в 1846 г. на учрежденные тогда новые портовые города: Анапу, Новороссийск и Сухум-Кале, на северо-восточном берегу Черного моря. Особую нужду испытывали русские войска и военно-учебные заведения в закройщиках и портных. Вследствие этого в 1855 г. было разрешено каждому полку и военно-учебному заведению нанимать одного еврея-Р. В 1856 г. состоялось высочайшее повеление о пересмотре всех существующих о евреях постановлений (см. Александр II). Евр. комитет, признавая, что правовые ограничения противодействуют стремлению правительства относительно обращения евреев к полезному труду, предложил министру вн. дел собрать соответствующие подробные сведения. По сообщению губернских статистических комитетов оказалось, что число Р. во внутренних губерниях недостаточно, а в губерниях черты — чрезмерно.  Начальники губерний черты оседлости отметили, что между евреями имеется «весьма много отличных мастеров, произведения которых отличаются изяществом отделки и прочностью работы, но искусство этих мастеров остается почти бесплодным» вследствие несоразмерного с потребностями края весьма значительного числа мастеров, которые терпят большую нужду от недостатка заказов и чрезмерной конкуренции. Министр внутр. дел пришел к заключению, что «причину упадка ремесленной промышленности между евреями надобно искать в тех общих ограничениях гражданских прав этого народа, которые существуют в нашем законодательстве, и всего более — в воспрещении евреям иметь жительство вне мест, назначенных для их оседлости». От этого ограничения, как указывал министр вн. дел в представлении Гос. совету, всего более страдает класс Р. не только еврейских, но и христианских, ибо чрезмерное скопление евреев-Р. в черте их оседлости ведет к вредной конкуренции и накоплению неоплатных недоимок на еврейском населении. Указав далее на то, что класс евр.-Р. составляет хотя и беднейшее, но вместе с тем и полезнейшее сословие и что, признав возможным смягчить строгости ограничительных постановлений в отношений купцов, правительство должно признать Р.-евреев тем более заслуживающими внимания, м-р вн. дел предложил предоставить им жительство и вне черты оседлости. Закон 22 июня 1865 г. (ст. 17 Прил. к ст. 68 Уст. Пасп., изд. 1903 г.) предоставил право повсеместного жительства в империи, не исключая и губерний остзейских: а) цеховым мастерам и подмастерьям; б) P., занимающимся нецеховыми мастерствами, в том числе механикам и иным техникам, винокурам, пивоварам; в) евреям, приехавшим в возрасте не старше 18 лет в местности, лежащие вне черты, для обучения ремеслу, по срок договора с мастером, но не свыше 5 лет; г) евреям, получившим одобрительные аттестаты от мастеров, у которых они учились вне черты оседлости; д) проживающим при P.-евреях вне черты оседлости их женам, детям, несовершеннолетним братьям и сестрам. P., желающие переселиться за черту оседлости, должны получить от общества, к которому приписаны, паспорт или билет на повсеместное жительство. Цеховым Р. паспорт выдается по свидетельству на звание мастера или подмастерья от управы одного из городов, имеющих цеховое yстройство, и по свидетельству полиции о том, что они не состоят под судом. Р. второй группы должны представить для получения паспорта засвидетельствованные полицией удостоверения заводчиков и фабрикантов или их уполномоченных, что проситель занимался производством мастерства в данном промышленном заведении и мастерство это знает. Р.-евреям, как цеховым, так и не цеховым, предоставлено право поступать в цехи вне черты оседлости на общем основании, а цеховым — в гильдии и пользоваться в таком случае правами, присвоенными обоим состояниям. Ha P., проживающих вне черты оседлости, распространяются все правила рем. устава. Закон 1865 г. подвергся впоследствии значительным ограничениям отчасти в порядке законодательном, но еще более в порядке его толкования и применения, в особенности с 80-х годов прошлого века. В 1880 г. закрыта для Р.-евреев Область Войска Донского, в 1887 г. — присоединенные к этой области Ростовский уезд и Таганрогское градоначальство Екатеринославской губернии; в 1892 г. — Кубанская и Терская области, Москва и Московская губерния, причем все Р. евреи, поселившиеся в Москве и Московской губернии до издания закона, были выселены оттуда в черту оседлости (ст. 8, 9 и прим. 2 и ст. 17 Прил. к ст. 68 Уст. Пасп., изд. 1903 г.). В 1900 г. Сенат разъяснил, что закон 1865 г. не распространяется на Сибирь. (О воспрещении евреям Р. жительства в 50-верстной пограничной черте см. Пограничная черта).  Разъяснениями Сената круг лиц, которые могут воспользоваться законом 1865 г., ограничен теми, которые занимаются обработкой вещей, требующей известной степени знания или искусства. На этом основании не признаны ремесленными: занятия наборщика в типографии, землемера-таксатора, фотографа, мостовщиков, каменщиков, каменотесов, плотников, штукатуров, мясников и резников, настройщиков музыкальных инструментов, рыбосолов, браковщиков и сортировщиков разных товаров, крошильщиков табака и т. п.  Не признано право жительства вне черты оседлости и за евреями, имеющими свидетельства упрощенных ремесл. управ на звание ремесл. работника. Целый ряд ремесел и нецеховых мастерств получил признание Сената лишь после долгой и упорной борьбы; таковы цеховые ремесла: гонтовое, гравировальное, живописно-малярное, зуботехническое, каменотесное по изготовлению памятников, колбасное, кухмистерское, пробочное, рогожное, стекольное, часовое, чернильно-ваксильное, сургучное, чулочно-вязальное и т. д. Нецеховыми мастерствами признаны: выделка дрожжей, приготовление лака, колесной мази, производства: уксуса, газовых и фруктовых вод, кирпичное, дистилляция, мыловаренье, занятия техников, машинистов на жел. дороге и т. п. В отношении условий приобретения права жительства евреями-Р. вне черты оседлости практикой Сената и губернских правлений установлены следующие правила. Евреи, проживающие в черте оседлости и желающие переселиться за черту для занятия ремеслом, должны получить аттестат на звание мастера или подмастерья до получения паспорта на отлучку из черты оседлости. Но получение ремесл. свидетельства после отлучки не может служить основанием для выселения еврея-Р. из места его жительства вне черты оседлости. Свидетельство о несудимости должно быть выдано полицейским управлением того места, где еврей-Р. жил в последнее время, в том, что он не состоит под судом по обвинению в проступке, влекущем за собой заключение в тюрьму или более строгое наказание, и не был присужден к такому наказанию. Судимость по другим проступкам не препятствует переселению еврея-Р. за черту оседлости и приписке его к цеху. В тех местах вне черты оседлости, где существуют ремесленные общества, цеховые мастера и подмастерья могут проживать лишь под условием приписки к этому обществу; если же там не производится то ремесло, которым занимается переселившийся еврей, то он приписывается к цеху сходного ремесла. Правило это не распространяется на губернии прибалтийские. Указанные в законе документы цеховые мастера и подмастерья должны представить ремесл. управе для приписки их к цеху, а там, где нет ремесл.  управления — местной полиции. На практике установился такой порядок. Еврей-Р., прибывший впервые в место, находящееся вне черты оседлости, где имеется ремесленное управление, представляет свои документы полиции, которая разрешает ему временное пребывание на краткий срок (от 2 недель до месяца) для приписки к цеху. В Петербурге документы пересылаются участковой полицией в канцелярию градоначальника, которая разрешает временное пребывание, без чего ремесленная управа отказывает в приписке к цеху. Ремесленные управы вне черты оседлости нередко отказывали ремесленникам-евреям в приписке ввиду возникавших сомнений в правильности выдачи ремесленных свидетельств управами черты оседлости и требовали или нового испытания в знании ремесла или представления доказательств, что предъявитель свидетельства пробыл учеником и подмастерьем узаконенное время. Сенат, однако, разъяснил, что аттестат на звание мастера и подмастерья может быть выдан управой по 415 ст. Уст. Пром. на основании испытания пробной работы и лицу, не бывшему подмастерьем или учеником, а выдержавший такое испытание должен быть записан в цех на время по 379 ст. Уст. Пром.; признать аттестат недействительным может лишь то губерн. правление, коему подчинена выдавшая этот аттестат ремесл. управа, и требование нового испытания от евреев, имеющих аттестаты на звание мастера или подмастерья, для приписки к цеху на время незаконно. В 80-х и 90-х годах прошлого века Мин. внутр. дел упразднило большую часть ремесл. управлений. Осталось их в настоящее время всего 27, из коих 3 упрощенных. В черте евр. оседлости ремесл. управы остались в Одессе, Кишиневе и Керчи. Евреи-Р., проживающие вне этих мест черты, при желании переселиться за черту должны отправляться в один из этих трех городов для получения на основании испытания необходимого аттестата. Евреи, уже проживающие вне черты оседлости, могут подвергаться испытаниям в знании ремесла в ремесл. управах внутренних губерний и от них получать аттестаты на звание мастера или подмастерья. Удостоверение фабриканта или его уполномоченного в знании евреем ремесла должно быть засвидетельствовано полицией в том, что лицо, подписавшее удостоверение, владеет или управляет означенным в нем промышленным заведением. Такую же силу имеет удостоверение городской управы, городского головы или старосты одного из городских поселений черты оседлости, где не имеется ремесл. управления, о знании ремесла предъявителем. Удостоверения ремесленных управлений о знаниях техника недействительны.

По толкованию Сената евреи-Р. могут проживать вне черты оседлости лишь до тех пор, пока занимаются ремеслом. Евреи-Р., прекратившие занятие ремеслом по болезни или старости, должны испрашивать разрешение администрации или мин. вн. дел на оставление их в месте жительства на льготных основаниях (см. Жительство). По разъяснениям Сената еврей-Р. не имеет права приписаться к цеху или мещанскому обществу вне черты оседлости навсегда с приобретением всех прав члена местного сословного общества, а может быть приписан к цеху лишь на время, оставаясь в своем обществе в черте оседлости и получая оттуда паспорт на известный срок. Ввиду временного характера пребывания евреев-Р. вне черты оседлости Сенат не признает за ними права на приобретение там недвижимых имуществ (о положении вдов и детей евреев-Р. см. Вдовы, Дети). Отлучаться из места своего поселения в другие места, находящиеся вне черты, хотя бы и в том же уезде, еврей-Р. может лишь при получении разрешения полиции этих мест на краткосрочное пребывание. Евреям-Р. и их семьям не разрешают даже селиться летом на дачах или в курортах. Данное цеховым евреям право вступать в гильдии вне черты оседлости и пользоваться правами обоих состояний Сенат истолковал в том смысле, что Р. могут вступать в гильдии только для производства торговли изделиями своего ремесла. Торговля же иными изделиями, как не дозволенная вне черты, наказывается по 1171 ст. ул. о нак. высылкой в черту и конфискацией товара. Высылка Р. в черту как по судебному приговору за недозволенную торговлю, так и по распоряжению полиции за незанятие ремеслом не лишает его права поселиться вновь вне черты оседлости для занятия ремеслом и не может служить основанием к отобранию от него рем. свидетельства.  Нецеховые Р.-евреи вне черты оседлости могут только лично заниматься своим ремеслом, но не вправе устраивать или арендовать заводы, хотя бы по своей специальности. Закон 3 мая 1882 г. закрыл Р. доступ в сельские местности черты оседлости. Лишь в 1904 г. они получили право селиться вне городов и местечек под условием занятия ремеслом. В случае оставления рем. занятий губ. начальство по донесению местной полиции выселяет еврея из села. Знание ремесла евреем, желающим поселиться вне города, удостоверяется или органами рем. управления, а где его нет, городскими управами, головами или старостами того города, где еврей проживает, а если он живет в местечке — ближайшего к последнему городского поселения (п. 4 прим. 3 к ст. 779 т. IX Св. Зак. и Прил. по прод. 1906 г.). — Как в черте оседлости, так и вне ее евреи, занимающиеся цеховыми и нецеховыми мастерствами, имеют право поступать в цехи и рем. общества на общем основании, причем все правила рем. устава применяются и к евреям-Р., проживающим вне черты оседлости (ст. 286). Статья 382 Уст. Пром., по которой цеховым евреям как в черте оседлости, так и вне ее дозволено вступать в гильдии и в таком случае пользоваться правами обоих состояний, заменена по прод. 1906 г. к Уст.  Пром. правилами о приписке к купеческому сословию, изложенными в ст. 532, прим. 1 к ней и в ст. 533 т. IX Св. Зак. изд.  1899 г. Подмастерья, ученики и рем. работники, служащие у христианских мастеров, не могут быть принуждаемы к работам в дни евр. праздников, но они могут быть употребляемы на работы по воскресным дням и христ. праздникам (ст. 430 и прим. к ст.  472 уст. Пром. по прод. 1905 г.). Подмастерьям-евреям предоставлено право странствовать по городам черты оседлости и отлучаться в города внутренн. губерний и столицы с соблюдением правил Устава о паспортах (прим. к ст. 405). Участие евреев в ремесленн.  управлении ограничено след. правилами. Еврей не может быть избран рем. головой (прим. к ст. 306). Из числа двух гласных, избираемых каждым цехом для выбора ремесленного головы, только один может быть из евреев; только один из двух товарищей цехового старшины и лишь один из двух поверенных подмаст. управы может быть из числа евреев (прим. к ст. 305, ст. 338, прим.  к ст. 364). Старшина и один из его товарищей в упрощенной рем. управе должны быть из христиан, но при недостаточном количестве последних для занятия этих должностей, а также в тех случаях, когда все ремесленное сословие состоит из одних лишь евреев, должности эти замещаются благонадежнейшими из евреев; а там, где не введено город. положение, все члены управы из евреев назначаются городским общ. управлением, с разрешения губернатора или ген.-губернатора, под ответственностью членов этого управления за благонадежность избранных ими евреев (прим. к ст. 474). Из опасения «вредного» влияния евреев на своих товарищей-христиан при разрешении дел на цех. и общих ремесленных сходах закон предоставил цех. управам передавать на рассмотрение общей ремесл. управы те приговоры цехового схода, в которых будет усмотрено что-либо вредное для цеха, а общая ремесл. управа в таких случаях передает приговоры общего ремесл. схода на рассмотрение городского общ. управления (прим. к ст. 358 и прим. к ст. 359).

Б. Рабочие. Стремление правительства выделить во время разбора евреев всех лиц, занимающихся производительным трудом, привело к созданию в 1852 г. (закон 16 апреля) особых неремесленных цехов для евреев-Р. в городах, посадах и местечках черты еврейской оседлости. Учреждено было 6 цехов. В эти цехи должны были записаться: в 1-й — мостовщики, землекопы, каменщики, каменотесы, плотники и штукатуры; во 2-й — извозчики и фурманы; в 3-й — садовники, т. е. имеющие собственные или арендованные в городах и местечках сады и огороды и занимающиеся продажею их произведений; в 4-й — работники на фабриках и заводах; в 5-й — чернорабочие и поденщики в городах и местечках; в 6-й — домашние слуги всякого рода и наименования и слуги в промышленных заведениях, за исключением обязанных иметь приказчичьи свидетельства. Те из них, которые живут в уезде, записываются в цех уездного города. Запись производится на основании указанных в законе удостоверений о том, что предъявители их действительно занимались и занимаются определенными работами. Управление неремесл. цехами сосредоточивается в особой цеховой управе, подчиненной местной рем. управе и городской думе или заменяющему ее учреждению. Цеховой старшина и 6 его товарищей назначаются городским общ. управлением с разрешения губернатора или генерал-губернатора. P., записанные в неремесленный цех, пользуются преимуществами, предоставленными евреям-ремесленникам (ст. 286 Уст. Пром. и ст. 796 и прил. к ней т., IX Св. Зак. изд. 1899 г.). По разъяснению Сената закон 22 июня 1865 г. не распространяется на евреев неремесленных цехов. Указ 11 авг. 1904 г. предоставил право жительства в сельских местностях евреям P., отнесенным по Закону 16 апреля 1852 г. к первому и третьему нерем. цехам, а именно каменщикам, каменотесам, плотникам, штукатурам, мостовщикам, землекопам и садовникам, пока они будут заниматься производительным трудом.  В случае оставления последнего они высылаются из села по распоряжению губернского начальства. Удостоверения о знании перечисленными евреями Р. производимых ими промыслов выдаются управами, головами или старостами того города, где они живут, или ближайшего, если они живут в местечке. Порядок выдачи этих удостоверений определяется публикуемой во всеобщее сведение инструкцией м-ра внутр. дел применительно к правилам Положения об евр. нерем. цехах. Жалобы на действия лиц и учреждений по выдаче удостоверений приносятся местному губернскому правлению. — Ср.: И. Г. Оршанский, «Русское законодательство о евреях»; Г. Самойлович (Г. С. Вольтке), «О правах Р.-евреев»; Гр. Вольтке, «Право на труд и черта оседлости» («Вопр. обществ.  жизни», 1904 г., кн. 2 и 3); его же, «О торговых правах Р.-евреев» («Будущность», 1900 г. № 6).

ЕЭБЕ