ЕЭБЕ/Присяга судебная
Присяга судебная  ‎ (в Талмуде, ‎) — играет большую роль в талмудическом процессе. Она упоминается уже в Библии (Исх., 22, 7, 10). Именно она применяется тогда, когда те или иные факты, освобождающие ответчика от ответственности, по своему свойству такого рода, что в жизни происходят большей частью без свидетелей. Так, вещь, отданная лицу на хранение, похищена у него, утрачена им или каким-нибудь иным образом погибла. При известных условиях такая гибель освобождает его от ответственности.  Но ему на практике в таких случаях почти никогда не удается свидетельскими показаниями доказать суду, что утрата произошла при условиях, исключающих его ответственность, и вот Библия предоставляет ему П. подтвердить свои заявления. В случае отказа от П. он должен уплатить за утраченную вещь (см. Поклажа). — Этот основной характер, данный Библией П., сохранен вполне и Талмудом, хотя область применения П. значительно расширена, П. употребляется тогда, когда иными данными доказана большая или меньшая вероятность какого-либо факта, а Π. нужна для придания факту полной достоверности. Соответственно историческому ходу развития этого института уже в Талмуде различают три вида П.: библейскую, мишнаитскую и раввинскую. — П. библейская — ‎, ‎. Это название присвоено наиболее древним случаям применения П. На первом плане здесь следует поставить П. хранителя относительно утраты порученной его попечению вещи, так назыв. ‎, о которой говорится в библейском тексте (см. выше). Некоторые другие виды П., хотя ясно и не выражены в Библии, но ввиду древнего происхождения также считаются библейскими и выводятся путем интерпретации из библейских слов. Такова П., возлагаемая на ответчика в случае признания им лишь части исковых требований, ‎ (см. Признание). Далее, если истец в доказательство правильности своего иска приводит лишь одного свидетеля, а ответчик опровергает показания его, то суд не может еще присудить иска (потому что, по еврейскому праву, показание одного свидетеля считается недостаточным, неполным доказательством, Второз., 19, 15), но и совершенно освободить ответчика при таких условиях считается несправедливым, и потому ему предоставляется П. укрепить свое утверждение. К библейским же П. некоторые относят тот случай, когда истец доказал часть своего иска посредством полного доказательства (двух свидетелей), и суд возлагает на ответчика остальную недоказанную часть опровергнуть П. (Б. Мец., 3а).  Общее во всех этих Π. то, что они возлагаются на ответчика, а не на истца, и что ответчик дачей П. освобождается от ответственности (‎), а в случае отказа от П. должен уплатить требуемое от него. — Несколько иной характер носят П., введенные в эпоху Мишны не в качестве библейских, а лишь как установление законоучителей, так назыв. ‎. В целом ряде случаев П. возлагается на истца, когда его утверждение о правильности иска представляется по тем или иным соображениям более заслуживающим доверия, чем возражение ответчика. Тогда ему предлагают подкрепить свое утверждение П. и присуждают иск. Если же он не соглашается, ему в иске отказывают. Такие П. в пользу истца суть следующие. При найме личном суд присуждает наемную плату, если нанявшийся дает П. в том, что не получил платы раньше (см. Наем личный). — В случае перевода платежа. A поручил меняле уплатить известную сумму его рабочим, не предупредив о том, чтобы уплата была произведена при свидетелях или с распиской о платеже. Затем меняла ищет с A эту сумму, заявляя, что он исполнил поручение и уплатил рабочим. С другой стороны, рабочие заявляют, что меняла им не платил, и ищут с A за работу. Тот и другой иски представляются в значительной степени, но не вполне, обоснованными.  Поэтому как меняла, так и рабочие должны дать П. в верности их утверждений, и тогда их иски удовлетворяются. — При нанесении телесного повреждения в случае не вполне достаточных улик против виновного, потерпевший своей присягой восполняет их (см.  Повреждение телесное). — Аналогичный случай представляет похищение имущества (‎), когда против лица имеются лишь улики, но он не пойман с поличным. — Если по изложенным выше правилам на ответчика должна быть возложена библейская П., но ответчик, вследствие совершенного им преступления, не может дать присяги, т. е. его П. не пользуется доверием суда, то Π. переносится на истца, который подтверждает П. правильность своего иска, и на этом основании иск удовлетворяется. Считаются подозрительными в отношении П. ‎, лица, нарушившие библейский запрет, влекущий за собой телесное наказание, совершившие с корыстной целью всякое иное, хотя и более легкое преступление, профессиональные игроки, наконец, лица, явно недобросовестно ведшие судебный процесс. Затем Мишной установлена еще П. для лиц, ведущих чужие дела, по требованию хозяина, если у него возникает сомнение в добросовестности ведения дел, и это потому, что при ведении чужих дел бывают случаи, что управляющие делами считают себя иногда вправе удержать некоторые суммы, как бы за труды. Эта П. возлагается на опекунов, товарищей, мужа, управляющего имуществом жены, и т. п. Мишнаитская П. применяется еще в целом ряде случаев, в той или иной мере сходных с указанными.  — В эпоху амораим, по инициативе Р. Нахмана, установлен третий вид П. — ‎. Ее применение чрезвычайно широкое. Всякий раз, когда истец предъявляет иск и ничем не может его доказать, а ответчик не признает иска, ему предлагают П. подтвердить, что действительно он ничего не должен истцу. Это установление исходит из взгляда, что иск обычно не предъявляется без всякого основания, и потому самый факт предъявления иска уже дает повод думать, что в нем есть хоть доля правды, и потому для освобождения себя от ответственности ответчик должен дать П. (Шеб., 40б). Лицо, на которое судом возложена библейская П., в случае отказа от нее теряет процесс. Если же на кого возложена раввинская П., он может перенести ее на противника; он может сказать: пусть противник даст П. в правильности своего утверждения, и тогда я уступлю ему предмет тяжбы. П., после установления р. Нахмана, стала играть преобладающую роль в процессе, так как большинство споров в жизни возникает из-за вопросов факта, а не права, а эти вопросы всегда разрешались П. Но П. уже в эпоху Талмуда, а особенно в позднейшее время, считалась явлением нежелательным.  Даже при уверенности лица в правоте своего дела, в правильности П., считалось недостойным для разрешения мелких частных интересов прибегать к упоминанию имени Божьего и призывать небесный авторитет для подкрепления своего утверждения по поводу будничных вопросов (Темура, 3б; Шеб., 39а; Pitche Teschubah к Хошен га-Мишпат, 87, § 21). Поэтому религиозная этика требовала от тяжущихся в случае присуждения к П. постараться путем взаимных уступок придти к соглашению и окончить спор путем мировой сделки или третейского разбирательства без П. (см. Мировая сделка).

Ср.: Saalschütz, D. mosaische Recht, гл. 89; Bloch, Civilprocessordnung, стр. 61—89; Frankel, Die Eidesleistung der Juden, 1840; Frankel, D. gerichtliche Beweis, стр. 301—336; Fassel, D. mosaisch-rabbinische Gerichtsverfahren, §§ 164—198; Kohler, Darstellung des talmudischen Rechts, в Zeitschrift f. d. vergleichende Rechtswissenschaft, XX, стр. 251—257; Blumenstein, Die verschiedenen Eidesarten nachmos.-talm. Rechte, 1883; Stein, Der Eid, 1847; J. E., IX, s. v. Oath.

ЕЭБЕ