ЕЭБЕ/Иешиботы в России
Иешиботы в России  — С переходом польских евреев в русское подданство И. продолжали играть свою прежнюю роль. Они снабжали раввинами и учеными не только русские, но и западно-европейские общины. Литовские И. считались средоточием талмудической науки. Современники поэтому поводу говорили, что «Свет Торы исходит с Востока». — И. были очень широко распространены по Северо-западному краю. По своему характеру они делились на две категории: 1) удовлетворявшие местные потребности и 2) имевшие общееврейское значение. — Первые И. служили дополнением к существовавшим в каждом городе хедерам и талмуд-торам; юноши, не желавшие остановится на первоначальном образовании, уходили в бет га-мидраш, где, посвящая себя самостоятельному изучению Талмуда, образовывали при молитвенных домах группы «бедных бахуров», ‎, представлявшие маленькие И. Подобные И. пополнялись обыкновенно выходцами из близлежащих местечек и деревень. Попечение об этих И. брали на себя прихожане подлежащего бет га-мидраша или синагоги; приглашался рош-иешива, который читал перед учениками «шиур» (определенную ежедневную лекцию) и, главным образом, наблюдал за ними во время самостоятельных занятий. Жилищем для иешиботников служили сами молитвенные дома; обедали они у «баале-батим» (обывателей) поочередно, каждый день у другого. Это получило техническое название — Täg-essen.  Иешиботники в своих занятиях не имели ни руководящей цели, ни определенной программы, и были готовы на всякие лишения, будучи проникнуты глубокой верой, что изучение Торы — дело богоугодное. Благочестивые попечители и жертвователи считали себя обязанными заботиться об И. ради «мицвы», т. е. во имя Бога. Оттого в конце первой половины 19 в., когда религиозное чувство среди русских евреев стало ослабевать, замечается постепенное падение маленьких иешиботов. — И. второй категории собирали значительное количество учеников со всех концов России и даже из-за границы. И здесь ученики не имели программы для занятий и материально были плохо обеспечены, но так как сюда попадали наиболее способные и предприимчивые юноши, большинство которых стремилось к определенной цели, к достижению ученой степени, — то эти И. всегда держались на более высоком уровне развития.  Подобные И. возникали обыкновенно в маленьких местечках, вдали от городского шума. Притягательной силой в них служило имя какого-нибудь выдающегося талмудиста; он брал на себя руководство учениками и попечение об их содержании; он обращался через посредство своих «мешулахим», т. е. разъездных уполномоченных, ко всем общинам России, а иногда и заграничным, с просьбой о материальной поддержке его И. Приток пожертвований зависел исключительно от авторитета основателя и степени его популярности. Если имя главы И. было известно в народе, уполномоченные везде встречали радушный прием — они в таких случаях играли даже известную культурную роль, являясь как бы духовным звеном, объединяющим рассеянные и разрозненные еврейские общины. Для И. нередко выстраивалось отдельное здание, и многосторонняя духовная жизнь била в нем ключом. Лучшим примером может служить Воложинский иешибот (см.), а также отчасти Мирский и Тельшевский иешиботы. — Изданные правительством в 1844 году «временные правила» об И. имели, главным образом, в виду урегулировать И. второй категории. Первый тип И.  в глазах правительства немногим отличался от обыкновенного «бет га-мидраша» и причислялся к категории «еврейских ученых заведений, называемых также «клаузами», в которые евреи приходят в свободное от житейских занятий время частью для молитвы, частью для ученых и нравственных бесед о своем законе». «Временные правила» определяют И., как «высшие учебные заведения для молодых людей, которые желают приобрести подробнейшие сведения в Талмуде и источниках еврейских религиозных законов или приготовиться к раввинскому званию». Ответственным лицом иешибота правительство признало его руководителя — «ученого раввина, с названием рош-иешива»; на него возложены были хозяйственные заботы, он же «имеет главный надзор за нравственностью учеников и за всеми принадлежащими к заведению лицами». §33 правил гласит: «Рош-иешива обязан пред началом учебного года составить программу предметов, которые намерен пройти в каждом классе своего заведения, с показанием, кто именно будет преподавать оные»; однако в И. никогда не существовало классов и не вырабатывались предварительные программы. Предметом занятий является почти исключительно галахическая часть Талмуда с комментариями; не только Библия, но и агада была в загоне; иешиботники полагали, что агада нужна лишь простым мирянам, а потому в изданиях Талмуда, предназначенных для И., следовало бы ее совершенно выпустить (Hakerem, стр. 65). Метод преподавания был в большинстве случаев пилпулистический, схоластический. Источники галахи — как Сифра, Сифри, Мехилта и Тосефта — не изучались, иерусалимский Талмуд также был устранен, а в вавилонском Талмуде обращалось внимание не на приобретение по возможности больше сведений, ‎, а на скрупулезный анализ и остроумное толкование отдельных мест, ‎. Вследствие такой системы изучения Талмуда в иешиботниках, рядом с усиленным развитием интеллекта, совершенно атрофировалось чувство. Даже молитва, как момент проявления чувства в религиозной жизни, оттеснялась в И. на задний план. Это вызвало реакцию. В И. стали развиваться мистические и аскетические тенденции. Одна такая секта возникла в Мирском И. Ее адепты молились усерднее других, плакали во время молитвы, постились по несколько дней сряду, брили головы, купались в прорубях, сутками стояли босыми ногами на сухом горохе, по месяцам молчали. В это же время в И. стало намечаться и стремление к просвещению. В обществе и печати заговорили о том, что И. служат рассадниками невежества и готовят нравственных и физических калек. В 1851 г. правительство потребовало преподавания в И. русского языка; рош-иешивам было вменено в обязанность «заключить условие со смотрителем местного казенного еврейского училища о количестве еженедельных русских уроков и о соответствующем вознаграждении за преподавание».  Несмотря на это, в И. не было введено изучение русского языка. Однако иешиботники стали тайком изучать светские науки. После долгого трудового дня в И. молодые люди предавались дома чтению «запретных» книг, изучению языков и научному исследованию Талмуда и Библии. До 80-х годов главари ортодоксального еврейства не предпринимали решительных мер против этого; были случаи репрессий лишь по отношению к отдельным ученикам. С другой стороны, передовая часть еврейства требовала введения преподавания общеобразовательных предметов в И. Печать выступала против иешиботских заправил, требуя реформы. Среди ассимилированной интеллигенции раздавались голоса даже в пользу совершенного закрытия И., как «рассадников фанатических раввинов» (соответствующая записка была представлена «Еврейскому Комитету»). Но правительство, несмотря на то, что «И.  конкурируют с казенными раввинскими училищами», не хотело закрыть их ввиду их «благотворительного характера».  В это время были сделаны неудавшиеся попытки приобщения И. к европейскому образованию; так, петербургский меценат Л. Фридлянд предложил мирскому рош-иешиве ввести в своем иешиботе общие предметы, обещав И. щедрую поддержку, но консервативные раввины воспротивились этому. Только в 1887 г. раввины пошли на уступку. Собравшись в Петербурге в количестве 12 человек, они согласились на преподавание в И. русского языка в объеме курса 1 класса, причем таковое должно вестись в отдельном здании, под строгим надзором рош-иешивы, чтобы в И. не проникли «еретические сочинения» (см.). С возникновением национального и палестинофильского движений иешиботники особливо увлеклись светской литературой. Тогда крайняя ортодоксия, опасаясь, что из этих И. станут выходить раввины нежелательного для нее направления, начала основывать новые И. на началах аскетизма и строгого благочестия.  Таким образом в начале 80-х гг. в Ковне возникла организация «Колел», поставившая себе целью поддерживать женатых иешиботников, ‎, стремящихся к раввинскому званию. При значительной материальной поддержке берлинского мецената, крайнего ортодокса О. Лахмана, был основан в Ковне, Слободке и еще некоторых местах ряд И., в которых насаждалось «муссерничество» по идеям рабби И. Салантера, состоявшее в стремлении к аскетизму в связи с отрицательным отношением к просвещению. Управление всеми этими И. сосредоточилось в Ковне, в руках строгого муссерника раввина И. Блазера (см.). В 90-х гг. ковенская касса расходовала до 100000 р. в год, поддерживая около 200 молодых «порушим». Гонения на всякие светские знания достигли здесь апогея; иешиботники отдавали больше времени постам и молитвам, нежели изучению Талмуда. Это направление вызвало против себя сильные нарекания даже со стороны ортодоксальных раввинов, и иешиботники «муссерники» принуждены были покинуть слободский И. и основать свой собственный (Kenesset bet Israel), являющийся в настоящее время одним из наиболее крупных И. в России. Ныне (1910) в нем обучаются около трехсот учеников; почти все они получают поддержку от правления И., имеющего своих разъездных уполномоченных, собирающих пожертвования в России и в Америке. Мало успевающие иешиботники получают от рубля до двух в месяц, более даровитые — от трех до четырех рублей. Большинство иешиботников пользуются также поддержкою из дома — от шести до десяти рублей в месяц. Для противодействия распространению просвещения среди будущих раввинов хабадские хасиды с цадиком Ш. Б. Шнеерсоном во главе основали в конце 19 в. иешибот «Tomche Temimim», состоящий из 4 отделений и 4 подготовительных классов. В последние поступают дети 11—12 лет; они занимаются с 8 часов утра до 10 часов вечера. Отделения не находятся в одном городе; для ограждения юношей от «вредного» влияния крупного центра отделения размещены в небольших городах: одно — в Городище (Мог. губ.), другое в Щедрине (Минск. губ.), остальные — в Любавичах (резиденция Шнеерсона).  Главное внимание уделяется изучению хасидской литературы, которой каждый иешиботник обязан посвящать не менее 4 часов в день; даже воспитанники подготовительных классов проходят Таньо (главный труд основателя хабадского учения), дабы с малых лет проникнуться хасидским мировоззрением. Смотрители и преподаватели зорко следят за тем, чтобы питомцы не поддавались новым веяньям, и чтение произведений новоеврейской литературы наказывается изгнанием из И. Число учеников всех отделений доходит (в 1910 г.) до 400; кроме одежды и обуви, большинство иешиботников получает от администрации И. также денежную поддержку, от 3 до 6 руб. в месяц. Годовой бюджет И. достигает 37000 рублей. Условия жизни требовали реформы И. как со стороны внешней обстановки, так и внутреннего содержания. Начиная с 90-х гг. 19 века в И. участились столкновения учеников с администрацией на почве скудного содержания и запрета заниматься общими науками; о реформе иешиботники подняли голос даже в печати; они попытались сорганизоваться, чтобы путем объединения всех иешиботов повлиять на заправил в пользу реформы, однако ничего не добились. В 1902 г. иешиботники подали «петицию» Второму всероссийскому съезду сионистов в Минске, прося обратить внимание на их бедственное положение, но сионисты ничего в пользу реформы не предприняли. Ортодоксальная же фракция «Мизрахи» с р. И. Рейнесом во главе деятельно занялась этим вопросом. На совещании в Лиде было решено учредить «реформированный» И., в котором были бы устранены хозяйственные неурядицы; здесь, в связи с другими науками, Талмуд должен был преподаваться по рационалистическому методу. Такой И. был открыт в 1905 г. в Лиде под руководством раввина И. Рейнеса. Реформа лидского И. — умеренная, оставляющая традиционные идеи и назначение учреждения нетронутыми и стремящаяся изменить только внешнюю сторону дела; главная цель — сохранить старый талмудизм в его стародавнем понимании; изучение Торы в идее остается самоцелью, но ввиду изменившихся условий жизни необходимо стремиться к тому, чтобы наука могла также служить средством пропитания; для этого достаточно образование в объеме уездного училища, знакомство с Библией, еврейск. языком, его грамматикой и историей народа; И. Рейнес впервые ввел в И. определенную программу занятий, разделил его на классы, устроил периодические испытания учеников. Заведование И. сосредоточено в руках четырех комитетов: финансового, раввинского (для приемных испытаний учеников и высшего надзора), педагогического и ученического. И. рассчитан на шестилетний курс. Первые 4 года посвящаются изучению Талмуда и его комментаторов, ‎; последние два — исключительно ознакомлению с ныне действующими религиозными кодексами, ‎. Лидский И. вскоре стал весьма популярен. В 1908 г. И. получил утвержденный устав. Денежные взносы достигли суммы 20000 р. Учеников свыше 300. Так как И. должен выпускать не только раввинов и учителей, но и «купцов, знающих еврейство из первоисточника и любящих его», то с 1909 г. стали преподавать ученикам в последнем подготовительном классе некоторые коммерческ. познания. Одним из главных покровителей И. состоит барон Д. Г. Гинцбург. — Одесский И. имеет в виду согласовать Талмуд не только с жизнью, но и с современной наукой. И. был основан еще в 1866 году (благодаря стараниям А. Цедербаума, редактора «Гамелица»). Хотя правительство тогда же потребовало введения русского языка и преподавания предметов в объеме курса казенного евр. училища, но фактически это осуществилось только в 1874 г. Кроме того, в И. преподавались Библия и грамматика др.-евр. языка. В 1891 г. был утвержден устав И.; хотя с этого времени И. и стремился выпускать образованных раввинов, могущих заместить одновременно должности духовного и казенного раввинов, но в действительности эта задача не была выполнена; И. по-прежнему больше походил на обыкновенную талмуд-тору, чем на высшее учебное заведение. Тогда особый комитет (писатели М. Моргулис, Ш. Абрамович, У. Гинцбург и др.) выработал новую, утвержденную в 1905 году программу, которая должна была поднять уровень преподавания (рош-иешива — р. X. Черновиц). По новой программе И. состоит из двух отделений: в первом (четыре класса) проходят еврейск. предметы и общие науки по курсу 6 классов гимназии, второе отделение посвящается исключительно усовершенствованию в евр. науках (в течение двух лет) для раввинской деятельности. Все предметы, включая Библию и Талмуд, преподаются по научному методу, невзирая на некоторые противоречия с традицией (одно время преподавали Х. Черновиц, И. Клаузнер и Н. Бялик). И. существует на частные пожертвования и на суммы коробочного сбора Одессы. Бюджет в 1908 г. около 13 тыс.  руб., ныне (1910) открыты 4 класса с 60 ученик. — Большой известностью пользуются И. в Эйшишках, Ломже, Мире и Тельшах; последний играл видную роль, как рассадник особого метода пилпулизма, названного среди иешиботников ‎, т. е. логика; популярностью пользовался также виленский И., так наз. «Рамайлес Клауз», который был основан ремесленниками; особенными заботами в пользу этого И. прославился трубочист Шабси: он отдавал свои последние крохи иешиботникам, а его жена стирала им белье. Хозяйственная и административная части в И. возложены на так назыв. «наблюдателей», ‎, которые распределяют субсидию между учениками, заботятся об их ночлеге и надзирают, чтобы они не отвлекались от занятий. «Наблюдатели» нередко применяли к иешиботникам различные репрессии, до побоев включительно. Только с развитием самосознания у иешиботников порядки в этом отношении начинают улучшаться. Скудное пропитание большинства иешиботников по чужим столам («Täg-essen») унижало их достоинство, делало их робкими и готовыми подчиниться чужой воле. В последние годы система «поденных обедов» заменяется денежными субсидиями, выдаваемыми каждому ученику в отдельности, или же общими иешиботскими кухнями (Любавичи, Одесса и др.). Ученики ночевали обыкновенно в интернатах и в зданиях самого И. Так как поздние занятия считались не только заслугою, но и обязанностью, то менее прилежные часто терпели от более усердных. Засыпавшего ранее полуночи товарищи тревожили разными шутками. Иешиботники называли друг друга по имени родного города. «Наблюдатели» заставляли учеников вставать очень рано; от 5 часов утра до 8 час. веч. занятия были обязательны. Лекция, или «шиур», читалась обыкновенно от 11 до 2 час. дня. Были такие ‎, которые занимались каждую вторую ночь напролет. В небольших И. лекций нет, ученикам задают уроки, которые они должны сами приготовить. В реформированных И. мало-помалу вводятся порядки учебных заведений.

— Ср.: «Киевлянин», 1867, № 19; «Виленский Вестн.», 1888, № 29; «День», 1869, №№ 6, 9, 12, 24; «Рассвет», 1880, № 27; «Нед. Хрон. Восх.», 1889, №№ 42, 49; П. Марек, «Очерк по истор. просвещ.  евр. в России»; Розенфельд, И. Салантер, сборн. «Пережитое», т. I; Ю. Гессен, «Истор. заметки», там же; «Сборн. постановл. по мин. нар. просв.», т. II, 402—405; «Гамелиц», 1885, № 66; Рейнес, Chatham Tachnith, I, 17; Ozar Hasafroth, III, 21; Hobaah Metarescheth и др.

ЕЭБЕ