ЕЭБЕ/Гиллель II
Гиллель II  — наси (патриарх; 330—365); сын и преемник Иегуды III; только дважды его имя упоминается в связи с галахами: в одном случае Иосе б.-Абин излагает перед ним галаху, а в другом случае Г. цитирует Мишну в подтверждение одной галахи (Иер. Берах., II, 5а; Иер. Тер., I, 41а). Традиция приписывает ему постановление, которое оказало неисчислимые благодеяния евр. народу, как его современникам, так и жившим после него поколениям. Чтобы уравнить лунный год с солнечным годом и сделать при этом возможным празднование всеми евреями своих праздников в установленные для этого Торой дни, требовалось время от времени вставлять день в месяц и месяц в год (см. Календарь). Эти вставки постановлялись на заседаниях специальной комиссии синедриона. Но Констанций, следуя тираническому примеру Адриана, запретил собрания этой комиссии, а также продажу товаров, явно предназначенных на цели исполнения еврейского закона. Насколько затруднительным сделалось установление годичного календаря благодаря этому запрещению, можно судить по сохранившемуся в Талмуде загадочному письму, адресованному Раве, главе академии в Махузе. Оно было, очевидно, написано палестинским другом, желавшим познакомить религиозные главы вавилонского еврейства с положением еврейства в его метрополии и известить вместе с тем ο собрании, состоявшемся для вышеуказанной цели. Это письмо гласит: «Пара (двое учеников), прибывшая из Ракота (Тивериады; Мег., 6а) была схвачена орлом (римлянами), а у них (у учеников) были лузские изделия (голубые или пурпурные нити для кистей, zizit). По милости Всеблагого и в награду за их благочестивые дела их отпустили с миром, и (сообщаю также, что) носимые потомками Нахшона (комиссия, назначенная патриархом) желали поставить одного наместника (вставить месяц), а арамеец (римляне) не позволил им этого, но господа собраний (главы совета) собрались (в другое время) и поставили наместника в месяц, в который умер Аарон священник» (месяц Аб; ср. Санг., 12а). Почти вся диаспора находилась в зависимости от календаря, получавшего санкцию синедриона в Иудее, так как только последний устанавливал дни праздников и постов; участникам собрания, устанавливавшего календарь, а также посланцам, извещавшим ο постановлении собрания в отдаленные общины, угрожала серьезная опасность. Чтобы временно облегчить положение внепалестинских общин, Гуна б.-Абин (без сомнения, с одобрения и по поручению Г.) посоветовал Раве не ждать официальной вставки — «когда увидишь, что зимняя четверть года доходит до шестнадцатого дня Нисана, объяви без колебания этот год високосным» (Р. Гаш., 21а).  Но так как религиозные преследования продолжались, то Г. решил на будущее время установить календарь, хотя он этим и порывал нити, связывавшие евреев диаспоры со страной их предков и патриархатом.

Император Юлиан был чрезвычайно расположен к Г. и часто выказывал ему знаки милости. В собственноручном письме к нему Юлиан уверял Г. в своей дружбе и обещал в будущем улучшить положение евреев. Перед своим отправлением на войну с парфянами Юлиан обратился к еврейским общинам с циркулярным посланием, в котором извещал их, что «он бросил в огонь еврейские податные списки» и что «желая оказать им еще большие милости, он посоветовал своему брату, почтенному патриарху Иулу, уничтожить то, что называлось apostole». — Ср.: Grätz, Gesch., IV, стр. 332 и сл. и примеч. 34; Halevy, Doroth ha-Rischonim, II, 197; Heilprin, Seder ha-Doroth, II; Krochmal, Jeruschalaim ha-benujah, введение, стр. 27 и сл.; Machzor Vitri, стр. 478, Berlin, 1893. [J. E., VI, 400].

ЕЭБЕ