ЭСБЕ/Грамотность
Грамотность. — Под словом «грамотный» обыкновенно подразумевают человека, умеющего читать и писать или только читать на каком-либо языке. В более точном смысле это слово применяется лишь к людям, умеющим читать и вместе с тем писать, в отличие от людей «полуграмотных», т. е. умеющих только читать. Для статистики Г. данного народа есть отношение между числом лиц грамотных и численностью всего населения. Отношение это обыкновенно выражается в процентах. Грамотностью, выраженною таким образом, если и не измеряется, то во всяком случае ярко характеризуется степень народного образования. Г. — фундамент, на котором можно построить дальнейшее развитие человека. Открывая доступ к книге, она дает возможность пользоваться сокровищницей мысли и знания, созданной человечеством. Но возможность не есть еще факт. Г., как показывает ее история, есть только орудие, которым нередко пользуется та или другая временно господствующая партия для пропаганды в народе своих идей. Чему и как служит Г. — это зависит от дальнейших условий, в которые доставлено народное образование данной страны (см. Образование). Степенью распространения Г. в данном народе характеризуется степень участия всего народа в умственной жизни человечества, но характеризуется лишь до известной степени, так как и народы неграмотные участвуют и участвовали, хотя и в незначительной мере, в накоплении умственных и нравственных сокровищ человечества. Грамотность данного народа в данный момент не есть величина устойчивая и постоянная. Накопление грамотных затемняется более или мене рецидивизмом безграмотности (см.), который, по крайней мере в Западной Европе и даже в России, не может быть, впрочем, отнесен к явлениям распространенным.

Существует несколько способов, с помощью которых можно составить себе более или менее точное понятие о числе грамотных в данное время и в данной стране. Способ наиболее полный и точный — поголовная перепись всего населения. Цифры, полученные таким способом, наиболее близки к истине и ошибочны лишь постольку, поскольку подвержена ошибкам сама перепись. При собирании сведений о числе грамотных по народной переписи, общей или частной, иногда отмечают отдельно полуграмотных. Так, русские статистики, исследовавшие во второй половине 1880-х гг. Иркутскую губ., нашли, что полуграмотных приходилось от 27,3 до 50,9% общего числа грамотных; в местностях глухих это отношение еще менее благоприятно. Но и по народной переписи установить точно цифру людей грамотных можно лишь с известною осторожностью. Иногда к числу неграмотных относят и детей дошкольного возраста, вследствие чего % неграмотных в данной стране значительно увеличивается. При определении степени распространения Г. должна быть исключена из вычислений та часть населения, которая, в силу какого-либо физического недостатка, неспособна к обучению грамоте. Сюда относятся, напр., идиоты, а также слепые, глухонемые и пр., Г. которых поставлена в исключительные условия и должна рассматриваться особо, как не характерная для всего населения. Наконец, для более полной и точной характеристики распространения Г. среди населения из общего числа грамотных выделяют еще учащихся (детей школьного возраста). Статистические исследования распространения Г. произведены путем переписи далеко не везде даже в Европе. Одно из важных неудобств этого способа исследований заключается в том, что переписи производятся через весьма значительные промежутки времени; сведения, собранные при этом, сильно запаздывают, и наблюдать по ним поступательное движение грамотности из года в год невозможно. Другие, косвенные способы исследования дают относительное представление о распространении Г., а также позволяют судить о поступательном ее движении. В прямой связи со степенью Г. данного народа находятся число начальных школ и учащихся в них (детей и взрослых обоего пола). Большее распространение школ и значительное число учащихся в них заставляет предполагать и большее распространение Г. С другой стороны, однако, из начальных школ не все выходят грамотными; значительный % не оканчивает курса, особенно в тех странах, где не введено обязательного обучения. Сравнивая число детей, посещающих школу, с числом детей (школьного возраста), не посещающих и не посещавших ее, мы можем получить лишь некоторое понятие даже о распространении Г. в возрасте 7—14 лет. Слабым пунктом этого способа вычисления является также не везде одинаковое определение школьного возраста, который считается в одних странах от 7 до 14, в других от 8 до 13 или 6—15 и т. д. Точное число детей того возраста, который считается школьным в данной стране, может быть найдено тоже лишь путем переписи населения; между тем, в большинстве случаев оно получается не путем исследования, а путем вычисления, основанного на таблицах движения населения и распределения его по возрастам (для России — Буняковского и более новые Борткевича). Пользуясь этими таблицами, следует принимать в расчет продолжительность курса начальной школы в данной стране. Очевидно, чем короче курс школы, тем большее число детей пройдут через нее. Определив по таблицам количество детей школьного возраста в России, находим, что из всех детей этого возраста попадало в школу в 1886 г. в Виленском учебном округе — 9,6%, Харьковском — 11,7%, Киевском — 12,3%, Оренбургском — 13,2%, Сибирском — 15,3%, Казанском — 16%, Московском — 16,2%, Одесском — 18%. Так как школьн. возраст считается в России от 7—14 лет, а курс начальной школы — 3 года и меньше (школы грамоты и церковноприходские), то вышеприведенные цифры должно увеличить в 2 или в 21/3 раза, чтобы определить, какое количество детей лишено возможности в данной стране обучаться грамоте  Чтобы исключить из вычисления эту спорную и условную величину — «школьный возраст», сравнивают число учащихся с количеством всего населения страны. Приводим наглядную таблицу (№ 1), показывающую отношения этих величин (заимствуем ее из «Report of the Commissioner of education for the year 1888—89», Вашингтон, 1891); некоторые цифры таблицы обновлены нами.

Весьма распространенный способ судить о Г. данного народа — это исследование Г. новобранцев. При этом сопоставляется общее число новобранцев с числом грамотных из них. Этот способ в тех странах, где введена всеобщая воинская повинность, во многих отношениях весьма удобен. Новобранцы выходят из разных слоев населения и из разных областей государства; кроме того, призывы новобранцев совершаются периодически, из года в год. Но у этого способа есть и существенные неудобства. Во-первых, он оставляет совсем в стороне Г. женского населения страны, а во-вторых, как и предыдущий способ, касается лишь Г. одного слоя населения — именно, соответствующего призывному возрасту. Сопоставление числа грамотных рекрут с числом грамотных во всей стране, добытым путем всеобщей переписи, показывает, что цифры эти далеко не совпадают, а именно:

Из этой таблицы видно, что % грамотных рекрут выше % грамотных во всем населении. Этого вывода не ослабляет то обстоятельство, что годы переписей и призывов не совпадают: развитие Г. не идет слишком быстрыми шагами, к тому же разница в годах, взятых нами, не велика. На понижение % грамотных во всей стране оказывает большое влияние низкий уровень Г. женщин. Впрочем, несмотря на вышеуказанные неудобства, исследование Г. рекрут остается способом наиболее распространенным для составления некоторого понятия о Г. в данной стране. Цифры, полученные таким путем, показывают, что Г. данного народа не может быть выше, а напротив — ниже Г. рекрут (см. табл. 2, составленную на основании официальных изданий различных государств и книги Левассёра, «La statistique de renseignement primaire», Рим, 1892).

Есть еще способ суждения о распространении Г. в данной стране — это исследование Г. лиц, вступающих в брак. Этим способом пользуются в особенности в тех странах, где не введена всеобщая воинская повинность. Он представляет то удобство, что подвергаются исследованию лица обоего пола, разных сословий, разных возрастов и исповеданий и т. д. Все вышеуказанные способы суждения о распространении Г. (кроме первого, т. е. переписи), не имея значения абсолютного, имеют, несомненно, весьма ценное значение относительное. Чем грамотнее страна, тем больше грамотных мы встретим и среди призывных, и среди вступающих в брак, а также тем больший % учащихся [В наиболее грамотных государствах % учащихся несколько больше % детей школьного возраста.]. Сравнивая такого рода данные, относящиеся к одному какому-либо времени, но к разным странам, мы получаем возможность судить об относительной грамотности этих стран в данное время. Сопоставляя же эти данные за какой-либо период, мы получаем возможность судить о быстроте хода распространения Г. в народе. Таблица № 3 дает возможность судить как об относительной Г. разных стран, так и о ходе распространения ее.

Таблица № 4 показывает относительное значение различных методов исследования Г. (последняя таблица заимствована из соч. Левассера: «La population française. Histoire de la population avant 1789 et démographie de la France comparée à celle des autres nations au XIX siècle» (т. II. Пар., 1891). На таблице № 3 видно непрерывное падение кривой во всех странах, за исключением случайного уклонения ее в Италии (в 1887 г.) и заметного ее колебания в России. Единственное исключение на материке Европы представляет Привислянский край, где % неграмотных с 1880 года постепенно возрастает. Обращает на себя внимание быстрое падение кривой в Баварии в 1875—76 гг. Таблица № 4 показывает, что кривая грамотных женихов почти совпадает с кривою рекрут, оставаясь, впрочем, несколько ниже ее. Кривая грамотных невест везде ниже, но показывает некоторое стремление приблизиться к первым двум. Достойно еще замечания, что уклонения кривых вниз и вверх совершаются одновременно под влиянием общих условий.

Некоторые авторы присоединяют к вышеуказанным способам исследования Г. еще один, именно, изучают Г. лиц, осужденных за разные преступления, на том основании, что преступники обоего пола выходят из всех сословий, возрастов и положений. Но этот способ не может считаться пригодным, так как преступления распределяются по местностям (селам, городам), по возрастам и сословиям далеко не равномерно; затем, есть целые категории преступлений, которые доступны лишь грамотным (напр., подделка подписей); наибольший % преступлений падает на промышленные центры и города, которые отнюдь не характеризуют собою всей страны.

Распространение грамотности крайне неравномерно как между различными слоями одного и того же народа, так и между различными народами, оно зависит, во-первых, от географических условий, в которых живет данный народ. Внешний вид поверхности, климат, характер растительности и фауны и вообще географическая обстановка страны, делающая народ то кочевником-пастухом, то охотником, то земледельцем, создает условия то благоприятные, то неблагоприятные для распространения Г., а также оказывает сильное влияние и на развитие потребности в ней. Статистик В. Григорьев в своем исследовании Иркутской г. (1889 г.) показал, что наименьшее число грамотных и учащихся встречается в тех местностях, где наиболее развито скотоводство.

Из этой таблички видно, что отношение между развитем Г. и скотоводством, мало заметное у русских, выражается у бурят резко и вполне отчетливо, так как скотоводство в их экономической жизни играет роль несравненно более видную. Причиною этому, по словам г. Григорьева, являются удобные для скотоводства обширные степи, удаленность от торгово-промышленных центров и вообще та изолированность, которая является всегда характерной для скотоводческого населения. В том же смысле отражается на распространении грамотности и занятие охотой, которая как организованный промысел может существовать лишь в лесистых, глухих местах, малонаселенных и удаленных от торгово-промышленных центров. Громадность расстояния между населенными пунктами, слабое развитие сношений также отрицательно отражается на развитии Г. Напр., по исследованию сибирских статистиков, по мере приближения к Иркутску, центру промышленной и духовной жизни Восточной Сибири, % грамотных среди старожилов правильно повышается, достигая в Иркутском округе 6,5%, в самом удаленном — 5,2%. Там же волости притрактового района дают 7,9% грамотных и учащихся, волости же, лежащие вне трактов, — только 5,7%. На развитие Г. действует и климат, хотя влияние его проявляется крайне разнообразно. Длинные зимы и долгие вечера в Финляндии, Швеции и Норвегии при отсутствии полевых работ, по замечанию Левассера, вероятно, отражаются благоприятно на развитии Г., хотя связь между климатом и ею еще не разрабатывалась статистически.

Этнографический состав населения также не остается без влияния на развитие Г., хотя это влияние довольно трудно проследить и выразить цифрами, так как для сравнения необходимо брать две народности при прочих условиях более или менее одинаковых; между тем, в огромном большинстве случаев при смешанном этнографическом составе одна какая-либо народность преобладает и экономически, и политически, учение идет на языке официально признанном и т. д. В Казанской губ. большинство татар умеет читать и писать по-татарски, но в русской грамоте познания их весьма слабы. Во всем Кузнецком уезде Саратовской губ. земской статистикой зарегистровано всего 69 чел. татар, знающих русскую грамоту (или 4,6% всех грамотных татар мужчин). Малое распространение грамоты в белорусских губерниях и в Польше находит себе объяснение в том, как поставлено там официально преподавание. В «Сборн. статистич. сведений по Саратовской губ.» т. Х и XI (Кузнецкий и Камышинский уу.) находятся интересные данные о распределении Г. между различными племенами, населяющими эти уезды. Заимствуем оттуда следующую поучительную табличку, относящуюся к Кузнецкому уезду:

</div>

Из этой таблички видно, что по числу семей с грамотными первое место принадлежит татарам (татарская Г.), второе — великороссам (причем очень крупная разница оказывается между бывшими государственными и бывшими помещичьими крестьянами, до 1861 г. стоявшими в особенно неблагоприятных условиях обучения), третье — крестьянам разноплеменных общин с преобладанием татар, четвертое — мордве и пятое — чувашам. Исследование Г. в Камышинском уезде также показывает крайне неравномерное распределение ее между племенами. Так, % грамотных и учащихся обоего пола у немцев (колонистов) равняется 71,5, тогда как у малороссов он составляет всего 9,2, у великороссов 10,8 и у смешанных 12,9. Крайне малое распространение Г. среди мордвы и чуваш и большое ее распространение среди немцев вряд ли может объясняться чем-либо иным, как низким культурным уровнем первых двух племен и относительно высоким уровнем последнего. Если относительная Г. татар (на татарском языке) объясняется отчасти влиянием религии, то это объяснение к немцам совсем не приложимо, так как среди них распространена не только немецкая Г., но и русская. Напр., самою грамотною частью населения С.-Петербургского у. оказываются немцы, у которых почти все население, вступившее в школьный возраст или перешедшее его, либо грамотно, либо учится. Изучая так тщательно русскую грамоту, немцы не оставляют и немецкой. Вообще инородческий элемент понижает % Г., а немецкий повышает его. Взяв данные о грамотности в уездах со смешанным по народностям населением (вся Саратовская губ., Бугульминский уезд Самарской губ., Малмыжский уезд Вятской губ., Мариупольский у. Екатеринославской губ.) и вычисляя % грамотных для каждого пола, получаем:

Влияние разноплеменного состава на распространение Г. может быть и косвенное. Известны случаи, когда такой состав населения побуждал некоторые правительства усиленно заботиться об устройстве школ как орудия ассимиляции различных национальностей, входящих в состав государства. В одних случаях, как, напр., в Пруссии во времена Фридриха Великого, такая политика дала некоторые результаты, но в других она отражается на развитии Г. отрицательно, как это и видно на приложенной таблице, где одна из начертанных кривых безграмотности в течение нескольких лет идет на повышение (таблица № 8). С другой стороны, разноплеменный состав затрудняет устройство школ и тем препятствует распространению Г. Характер рас также обусловливает собою развитие Г. Язык народа, влияя на алфавит, затрудняет или облегчает изучение грамоты. Так, сравнительно слабое распространение грамоты в китайском народе в значительной степени объясняется трудностью изучения ее для массы. Способность к усвоению Г. разными народами до настоящего времени служит предметом спора между учеными. Правда, вряд ли можно сомневаться, что папуасам, напр., всякая наука, а в том числе и грамота, дается с большим трудом, чем европейцу; но значение врожденной способности или неспособности вообще сильно преувеличивается. Кажущаяся невосприимчивость дикарей к обучению в значительной степени объясняется не отсутствием способностей, а иным направлением их. О способности низших рас к обучению свидетельствуют многие исследователи.

Весьма значительное влияние на распространение Г. оказывает религия. Духовенство было первым устроителем школ и распространителем Г. Евреи устраивают школы при синагогах, мусульмане — при мечетях (медресе и мектебе). Молодым католикам хотя и приходится учиться читать, чтобы изучать катехизис, но нередко преподавание религии ведется у них устно (проповедь и уроки священника, исповедь). По мысли протестантизма, общение с Христом обязывает к непосредственному ознакомлению верующего с книгами св. Писания. Отсюда требование, чтобы верующие были грамотны. Протестант, не знающий грамоты, не допускается к причастию и конфирмации. Первым делом реформации была борьба за развитие Г. в народе, тогда как католицизм не только не поощрял распространения Г. в массе народа, но и стремился оставить эту массу безграмотною, запрещая перевод Библии на родной язык или даже ее чтение. В Швейцарии кантоны, пользующиеся одними и теми же правами, природными богатствами, географическим положением и т. д., заметно отличаются один от другого по степени распространения Г. в зависимости от различия в религии: % неграмотных выше в католических кантонах. В Богемии гуситское движение распространило Г. по селам и деревням, но затем страна эта, придавленная иезуитами, скоро снова погрузилась в невежество. В Камышинском у. Саратовской губ. четыре волости с наибольшим % грамотных и учащихся населены протестантами (лютеранами, реформатами и кальвинистами; Сосновская — 76,5% грам. и учащ. муж. п. Усть-Кулалинская — 76,0%). На основании исследований земской статистики, сектанты по проценту грамотных стоят выше православных. Напр., в Бузулукском уезде первое место по Г. занимают молокане. При одинаковых экономических и при более тяжелых условиях юридических молокане села Максимовки имеют — 19,4% грамотных, православные — 6,7%. Зависимость Г. от экономических условий относительно легко поддается исследованию. Если эти условия слишком тяжелы, то погоня за насущным хлебом не оставляет даже столько времени, сколько нужно для обучения грамоте. Перед великой франц. революцией 1789 г. бедность народа, несомненно, поддерживала его невежество, которое, в свою очередь, влияло на его бедность. Земские статистические исследования дают богатый материал для уяснения того влияния, которое оказывают на распространение Г. самые различные факторы экономической жизни — количество надельной земли, десятин пашни, рабочего скота, взрослых работников, характер промышленных занятий и т. д. Связь % грамотных с количеством земли, приходящейся на душу, видна, напр., из следующей таблички (См. «Сборн. свед. по Саратовской губ.» т. X. Кузнецкий у., стр. 221):

Из этой таблички видно, что величина на деле имеет отрицательное влияние на число грамотных семей и число грамотных лишь при разверстке по работникам, т. е. при таких земельно-податных условиях, когда надел является тягостью для крестьян или, по крайней мере, не дает сколько-нибудь значительного дохода. Наоборот, при разверстке по наличным и ревизским душам, когда надел с избытком окупает платежи, растут и размеры Г. (и притом весьма сильно) параллельно с ростом надела. Что касается влияния на Г. качества надела (поскольку оно выражается разверсткой) при одной и той же величине его, то здесь наблюдается следующее любопытное явление: в общинах с малым наделом (до 2,7 десятин) понижение доходности земли отзывается благоприятно на развитии Г., а в общинах с более значительным наделом — наоборот. Этот интересный факт объясняется также влиянием экономических условий: малодоходный надел, если он в то же время и мал по своей величине, не может быть таким бременем для населения, как такой же надел при значительной величине: в первом случае он позволяет населению прибегать к промысловым занатиям, которые в общем благоприятны для Г., а во втором надел должен в гораздо большей мере привязывать крестьян к земледелию, несмотря на малую его выгодность. Возрастание % грамотных с увеличением надела наблюдается и в других местностях европейской России.

Следующая таблица, также взятая нами из сборника по Кузнецкому уезду, показывает связь развития Г. с другим экономическим фактором — количеством рабочего скота. На 100 мужчин приходится среди великороссов:

Из этой таблицы видно, что везде с возрастанием надела % процент грамотных повышается. Среди безземельных % Г. относительно высок, но это лишь благодаря их промысловому характеру. При сравнении в пределах каждой земельной группы хозяйств без рабочего скота, с одною головою его и т. д. более или менее строгая прямая связь % грамотных с экономическим достатком наблюдается лишь среди безземельных и малоземельных, а затем эта связь выражается лишь тем, что в большинстве случаев высшие размеры Г. имеются в группах с наибольшим количеством скота, тогда как минимальные цифры приходятся преимущественно на долю средних групп — с 1 головою рабочего скота. В Сибири, где общественные отношения не так сложны, связь между этими экономическими факторами и Г. наблюдается яснее. Так, В. Григорьев, пользуясь материалами, собранными в 11 волостях Приангарского района Иркутской губернии, дает следующую поучительную таблицу («Материалы по исследованию землепользования и хозяйственного быта сельского населения Иркутской губ.», т. II, вып. 2, M. 1890):

Из этой таблички видно, что с возрастанием количества взрослых работников и с возрастанием обеспеченности лошадьми % грамотных возрастает. Наименьшее количество пашни и здесь сопровождается некоторым повышением % грамотных, что объясняется промысловым, по необходимости, характером населения, не обеспеченного землею. У бурят в силу большей простоты их экономической жизни и меньшей сложности ее означенная зависимость от этих экономических факторов проявляется еще правильнее. — Промысловый характер населения, вообще способствующий распространению Г., сильно маскирует ее зависимость от других экономических факторов. Так, напр., исследование Шлиссельбургского у. С.-Петербургской губ. показало, что степень распространения Г. в русских волостях этого уезда обратно пропорциональна размерам посевов.

Объясняется это явление тем, что самые грамотные волости, Ивановская и Путиловская, в то же время — наименее земледельческие и наиболее промышленные в уезде. Промышленно-заводский характер населения обыкновенно дает более высокий % грамотных. Так, Н. Бычков, собравший данные о распространении Г. по 110 уездам европейской России, дает следующую таблицу: выделив всю Московскую губ. и 5 уездов Петербургской в одну группу (с промышленным характером населения), имеем:

Наибольший % грамотных рекрут призыва 1886 г. выпадает на 5 промышленных губерний: Ярославскую (74,8%), С.-Петербургскую (65,9%), Московскую (59,5%), Тверскую (52,5) и Владимирскую (51,9) (А. Н. Страннолюбский, «Р. Школа», 1893 г., № 3). По Кузнецкому уезду % грамотных и учащихся к общему числу мужчин в семьях с промышленниками равняется 13,8%, а в остальных семьях — только 10,8%. Впрочем, некоторые промыслы не только не усиливают потребности в грамоте, но ослабляют ее, являясь показателями такого низкого уровня материального положения, при котором немыслима забота о Г. Наоборот, другие промыслы или прямо требуют знания грамоты, или благоприятствуют сознанию ее полезности, приводя как самих промышленников, так и их семьи в более разнообразные отношения к остальному миру, или же, наконец, встречаются исключительно или же главн. образом в зажиточных семьях. Напр., % грамотных в Кузнецком у. среди торговцев и приказчиков 26,8, должностных лиц сельских и волостных — 18,8, фабричных и служащих на жел. дор. — 11,4, плотников — 8,2, бурлаков — 4,4, пастухов — 2,9, угольщиков — 2,1% в т. д. («Сб. св. по Сарат. губ.», т. X).

Громадное влияние на развитие грамотности имеют такие факторы, как распределение землевладения в стране, распределение налогов и податей, и т. п. Всякая неправильность, всякая несправедливость в этом отношении, отражаясь на обеднении народа, отрицательно отражается и на развитии в нем грамотности, и нужны другие, более могущественные для данного момента влияния, чтобы компенсировать вред, причиняемый экономическими факторами. Политический строй государства также оказывает могущественное влияние на распространение Г. Рабство искони было одним из самых существенных препятствий к распространению Г. в массах народа, хотя древние римляне и ценили образованных рабов и даже поручали им воспитание и обучение грамоте своих детей. Развитие Г. в Западной Европе шло параллельно с развитием конституционных начал, не столько предшествуя ему, сколько следуя за ним. «При прочих равных условиях, — говорит Левассер («La statistique de l’enseignement primaire», 1892), — в тех странах, где народ принимает известное участие в управлении, мы встречаем сравнительно больше забот о распространении образования (значит и Г.). Таковы, напр., Швейцария, английские колонии в Австралии и Канаде, Соединенные Штаты Северной Америки и т. д.». При самоуправлении распространение Г. является естественной необходимостью, которую понимает каждый. В Америке после освобождения негров и дарования им политических и гражданских прав Г. начала чрезвычайно быстро распространяться между ними. До какой степени отсутствие этих прав отразилось на степени образования негров, видно из того, что еще в 1880 г. неграмотных негров считалось в Соедин. Штатах (по переписи) 67,63%, тогда как неграмотных белых — всего 9,49%. Успехи образования низших классов в Швеции Лавеле объясняет тем, что на Скандинавском полуострове эти классы были наименее угнетены феодальной системой. Крепостное право также представляло тяжелое препятствие для распространения грамотности. Мы уже видели, что с лишком 25 лет спустя после освобождения грамотность бывших помещичьих крестьян значительно ниже, чем крестьян бывших государственных. Заимствуем еще следующую таблицу из «Сборника статистических сведений по Камышинскому уезду».

Следующая таблица показывает те же отношения в нескольких других уездах (см. Н. Бычков, «Юрид. Вестн.», 1890, № 7—8).

Говоря об отрицательном влиянии общественного строя на развитие грамотности, не следует, однако, забывать, что оно может уравновешиваться другими факторами, действующими в противоположную сторону: Г. начала развиваться в Швеции еще во времена абсолютной монархии благодаря влиянию протестантизма. С другой стороны, южноамериканские республики не отличаются большим распространением Г.: расслабляющий климат, малоподвижность индейской расы, часто повторяющиеся революции, глубокая рознь между различными классами общества и пр. — все это действует в направлении, неблагоприятном для Г. Вообще государственный строй, касаясь самых различных областей жизни, влияет на распространение Г. (положительно — в одних случаях, отрицательно — в других) множеством путей, которые невозможно даже вкратце перечислить. Распространение Г. зависит, далее, от того, в чьих руках находится школьное дело. Духовенству принадлежит видное место в деле распространения Г.; духовным лицам приходилось быть первыми учителями Г., начиная со средних веков. Но, признавая заслуги духовенства, история знает немало примеров, когда Г. уменьшалась благодаря участию в школьном деле фанатического или себялюбивого духовенства. Католическое духовенство в Бельгии, напр., часто отговаривало свою паству посещать школы, изъятые из его ведения. В бывшем Неаполитанском королевстве, где заботы о распространении Г. с давних времен были вверены духовенству, в 1867 г. среднее отношение грамотных к неграмотным было 1:10; в Базиликате на каждую 1000 жит. приходилось 912 совершенно неграмотных, в Абруцце, Калабрии и Сицилии — 900; между женщинами безграмотность была общим правилом; из 100 женщин едва 2 умели читать и писать. По словам Клауса, пасторы немецких колоний в Саратовской губ., «не ограничиваясь полным самовластием в приходской школе, нередко затрудняли возникновение в колониях частных школ, пользуясь в этих видах репрессивными мерами»; все это делалось с целью «оградить приходскую школу от всяких не исключительно конфессиональных влияний». Отрицательное влияние заведующего школою духовенства на распространение Г. объясняется не только тем, что оно преследует не столько образовательные, сколько конфессиональные цели, но и тем, что нередко условия жизни, в каких само духовенство находится, делают совершенно непосильной для него эту задачу. Принужденное по тем или иным причинам принять участие в заведовании школами, оно относится к ним равнодушно и без энергии, вследствие чего распространение грамотности если не падает, то в значительной степени замедляется.

Правительствам принадлежит видная заслуга в деле распространения Г. Секуляризация школы сопровождается усилением значения правительства в школьном деле. Особенное значение для распространения Г. в массах народа имеет законодательство об обязательном обучении, ставшее совершившимся фактом во многих странах не только Европы, но и друг. частей света (см. Обязательное обучение). Этим законодательством, а также законодательством о даровом обучении государство в короткий промежуток времени успело сделать для распространения Г. больше, чем церковь сделала для него в течение столетий. Но вмешательство правительства в дело народного образования не всегда благотворно отражалось на распространении Г. Несоответствие правительственных начинаний с потребностями общества, непонимание народных нужд, невозможность исполнить предписания правительства и т. д. иногда оказывали обратное влияние. Так, напр., в половине XVIII века многие школы к Малороссии, существовавшие при церквах (школы грамоты, школы домашние и церковноприходские), закрылись, и вследствие этого распространение Г. замедлилось. Факт закрытия 370 школ в одной Черниговской губернии проф. Сухомлинов ставит в причинную связь с благими начинаниями Екатерины II в области народного образования. "Решительные меры, принятые во 2-й половине XVIII века к учреждению официальных училищ, были вместе с тем мерами против народных школ. Предписано было учить по таким-то книгам, в такие-то часы, подчиняться таким-то начальникам и т. д. Учитель должен был при содействии полиции настаивать на посещении официальных школ («Журн. Мин. Нар. Пр.» 1862 г. № 1). Законом 1786 г. домашние школы грамоты были ограничены и, так сказать, поставлены вне закона и в этом положении находились до 1882 г., когда циркуляром барона Николаи (бывш. министра нар. просвещения) домашнее обучение снова было допущено для лиц, не имеющих «диплома». Хотя домашние школы грамоты и никогда не переставали существовать, но их внезаконность несомненно отрицательно отражалась на успехах Г. в народе. Об участии общества и народа в деле распространения Г. см. Народное образование, Школы грамоты.

Разные мнения возбуждает вопрос о соотношении между Г. и преступностью. Левассер в своем капитальном труде «La population française» (т. II, стр. 464) собрал интересные данные для решения этого вопроса. Между преступлением и грамотностью, по мнению Левассера, нет никакой необходимой и математической связи. Хотя % неграмотных преступников уменьшается, а % грамотных и образованных увеличивается, но этот факт есть необходимое следствие вообще успехов образования во Франции. В конце реставрации % осужденных грамотных равнялся 39%, а % грамотных рекрут — 44,8; в настоящее время грамотных рекрут 84,4% (средн. 1876—1885), а грамотных осужденных — 68%. Грамотная часть народонаселения не только поставляет контингент преступников меньший, чем неграмотная, но преступность показывает явное стремление сосредоточиться в среде невежества.

Распределение грамотных по возрасту, полу, сословию и т. д. крайне неравномерно и колеблется в весьма больших пределах не только в разных государствах, но и в одном и том же государстве в разное время, при разных условиях. Как и следовало ожидать, % грамотных в стране, где народное образование только начинает прогрессировать, в возрастах более зрелых падает. Так, напр., в Саратовской губ. распределение грамотных (без учащихся) по возрастам представляет следующую картину:

Таблица показывает, что наименьший % Г. приходится на стариков и старух, затем следуют лица рабочего возраста и максимальную цифру дают подростки (среди нетатарского населения Кузнецкого у.). Что касается татар Кузнецкого уезда и немцев Камышинского у., то здесь хотя и нет увеличения % грамотных среди подростков, но это объясняется тем, что наибольшее число подростков татар и немцев при продолжительности школьного курса зарегистровано в числе учащихся.

При более детальном распределении на возрасты правильное колебание % Г. еще нагляднее. Так, по сведениям В. Григорьева, на 100 душ всего мужского населения (русского) приходится грамотных в 3-х волостях Иркутской губ.

Таблица, в противоположность предыдущей, обнимает и грамотных, и учащихся; первая группа заключает тот возраст, когда еще только начинают учиться. На число грамотных в возрасте 30—40 лет имела большое влияние введенная в 1874 г. всеобщая воинская повинность, повысившая это число довольно сильно сравнительно с числом грамотных в остальных группах (сведения собраны в конце 80-х годов); с введением всеобщей воинской повинности стали обращать серьезное внимание на обучение солдат грамоте, так что прослужившие в солдатах дают % грамотных сравнительно большой. Если исключить I и IV группы, число грамотных уменьшается правильно и быстро по мере увеличения возраста. Говоря о распределении Г. по возрастам, необходимо не упускать из вида смертность. Так, напр., замечено, что после войн и вообще усиленных наборов % Г. падает. Этот факт объясняется не только тем, что войны отвлекают общественное внимание к вопросам, имеющим мало общего с вопросами народного образования, и тяжело отражаются на экономической и других сторонах жизни, но и тем, что среди солдат % грамотных выше, чем в других слоях населения, и их потеря понижает и общий % Г. в стране.

Между женщинами % грамотных, вообще говоря, меньше, чем между мужчинами; но эта разность в разных странах далеко не одинакова и колеблется в прямой зависимости как от социального положения женщины в этой стране, так и от других причин. В культурных странах различие сглаживается; в странах протестантских этому способствует и религия. Например, в Финляндии по сведениям 1889—90 г. из числа женщин старше 10 лет не получило никакого образования (не умеет ни читать, ни писать) 2,1%, из числа мужчин — 2,7%. Среди немцев-колонистов (Камышинского уезда) грамотных женщин 71,7, грамотных мужчин 71,3, — а среди великороссов, живущих в том же уезде, грамотных мужчин 20,6, грамотных женщин — 1,59%. В Петербургском у. % грамотных мужчин всего населения превышает % грамотных женщин только в 2,1 раза, по Петергофскому в 2,8, по Шлиссельбургскому в 5,2 раза, по Гдовскому в 9,5, по Московской губ. в 7,3 раза; по Воронежскому у. в 10,2, по Курскому в 11,7 раза. Еще поразительнее отношение в губ. Новгородской, где % грамотных мужчин в 16,4 раза выше % грамотных женщин («Оч. нар образ. в Новг. губ.», Новг. 1887). В Петербургском у. всего сильнее Г. между женщинами распространена в немецких волостях, где женское население почти так же грамотно, как мужское. В различных сословиях отношение между грамотными и неграмотными также изменяется в различные стороны. Распределение Г. среди городского и сельского населения также весьма неравномерно. Чем больше рознь, по выражению П. Аксакова, между «командующими классами» и народом, тем меньше внимания обращается на образование этого последнего. В городах % Г., вообще говоря, стоит выше, чем в деревнях, но это не исключает, напр., того факта, что и в городах низшие слои населения пребывают в поголовном невежестве. Напр., в начале XIX в. в Лондоне 1/5 часть населения была неграмотна. Теперь в больших центрах % неграмотных вообще не высок. Так, напр., в Париже число невест, не умевших подписать брачный договор, в 1889 г. составлял всего 0,2%, а число неграмотных женихов — 0,16%, тогда как % неграмотных во Франции вообще гораздо выше. Число неграмотных рекрут в Париже в 1889 г. 1,48%. В Петербурге % грамотных — 59,2%, в Москве — 46,8, тогда как в Петербургском у. — 31%, в Московской губ. — 20,3%. Близость города вообще повышает % грамотных; в глухих относительно уездах этот % падает. Так, в одном из самых глухих уездов СПб. губ., Гдовском, % грамотных в три с лишком раза ниже, чем в Петербургском, и равен 10%.

Из предыдущего видно, что Г. данного народа находится в тесной зависимости с самыми разнообразными сторонами его жизни, есть как бы функция многих переменных. Перечислить все условия, влияющие на распространение Г., нет никакой возможности, так как Г. есть функция всего строя жизни. В свою очередь, Г. также оказывает влияние на разные стороны ее. Малое развитие Г. является весьма серьезным тормозом в умственной, религиозной и экономической жизни народа, а также мешает его участию в международной жизни всего человечества. Необходимо, однако, и в этом отношении остерегаться преувеличений. Нередко указывают, напр., что низкий уровень Г. составляет непреоборимое препятствие для улучшений социального и политического строя, а развитие Г. неизбежно приводит к всевозможным улучшениям в разных сторонах жизни и в учреждениях. На это весьма основательно возражают, что самое распространение Г. не при всяких условиях может иметь место; что оно не есть только причина, но и следствие; что народ при известных условиях рискует оставаться в невежестве бесконечное число лет, а чем народ невежественнее, тем менее в нем охоты учиться; что толчок к ученью должен быть дан сверху. С другой стороны, великие реформы в западноевропейских государствах совершались в то самое время, когда они далеко не отличались значительным распространением Г. Наконец, моралистами было уже давно указано, что понимание высших логических и нравственных истин доступно не одним только людям грамотным.

История и статистика Г. История Г. начинается с историей азбуки. При господстве идеографического письма, когда письмена сводились к рисункам, как, напр., у современных эскимосов и американских индейцев, «грамотность», если можно назвать этим словом понимание живописи, была доступна всем, — никакой условности в письменах не было. История Г. начинается с того момента, когда письмена прибретают условный характер и для понимания их делается необходимым изучение. История прежде всего показывает медленный, но постоянный ход секуляризации и демократизации Г.: из достояния немногих, главным образом духовных лиц она делается достоянием всех, достоянием народа. В Египте письменность находилась в руках жрецов, но всякому предоставлялась возможность изучать ее от них же. Впрочем, изучение письмен было настолько затруднительным, что требовало много времени и не было всем доступно. Г. была распространена главным образом в среде жрецов и высшего класса, относительно позднейших времен имеется свидетельство Платона, что «большая часть народа в Египте изучает буквы и счет». Под "буквами следует понимать письмо демотическое, какое употреблялось в обыденных сношениях. Клинообразное письмо ассиро-вавилонян, также требовавшее много времени и трудов, затрудняло распространение грамотности в массе народа, которая пребывала в полном невежестве. В древней Иудее письмо, по-видимому, было распространено весьма рано; пастух Амос около 800 г. до Р. X. умеет писать. В I стол. по Р. X. в каждой иудейской деревне была школа. «Каждый город, — говорит Иисус бен Ямла, — и каждое местечко, где нет школы, да будет отлучено от веры, а если и это не поможет, то будет разрушено, ибо такое место нарушает действие раввинского изучения: паром из уст детей в школе поддерживается мир». В Индии браминов грамота была распространена, кроме жреческого сословия, главным образом у кшатриев. По буддийским законам в число обязанностей родителей входит обучение детей. Широкого распространения грамотность достигла в древней Элладе, где даже простолюдин обладал уменьем читать и писать. Г. среди женщин в древней Греции была распространена мало, так как там женских школ совсем не было. Уменью кое-как читать и писать женщины Греции научались у матерей и нянек. В Риме, даже в лучшую его эпоху, Г. не была так широко распространена, как в Греции; в императорском Риме % неграмотных был еще выше. В средние века распространение Г. ограничивалось небольшой группой духовенства и горожан: в большинстве и духовенство было безграмотно. Карл Вел. не давал приходов безграмотным священникам. Короли не всегда умели писать. В XI в. один пфальцграф, умевший разбирать по писанному, приводил всех в изумление. Наибольшее распространение Г. имела на Пиренейском полуострове в эпоху процветания арабской культуры и в XI в. в Италии. За пределами Италии на соборах епископы ставили кресты вместо подписи. Рыцари нередко презирали грамотность: они предоставляли ее своим дамам и клеркам, которые читали и писали вместо них. Даже в Провансе редкий сеньор мог читать на своем родном языке, не говоря уже про латынь. Сын Людовика IX не умел писать. В Англии королевские автографы начинаются лишь в XIII в., а женские — 100 лет спустя. В Германии даже поэты сначала диктовали свои песни клеркам (dichten — от dictiren). В Венгрии магнаты и короли делали объявления через герольдов, вообще игравших видную роль вследствие недостатка Г. Более распространена была Г. среди горожан. Масса народа, подавленная духовенством и феодальным строем, коснела в невежестве, и о ней никто не заботился. Изменение в этом отношени проявляется лишь во времена реформации. Книгопечатание, удешевив книгу, проложило Г. широкую дорогу в массы народных слоев. Вопрос о введении обязательного обучения во Франции был поднят еще в XVI веке (на собрании генеральных штатов 1560 года). В 1571 г. статья об обязательном обучении была внесена Жанною д’Альбре в наваррские законы. Несмотря на это, Г. во французском народе была распространена крайне незначительно. В 1786 г. провинциальные собрания, напр., в Берри, жаловалась на полную безграмотность народа. Безграмотными были даже все мелкие представители власти. Синдик не умел писать и даже читать, сборщик податей не мог написать счетов. В Испании еще в 60-х годах нынешнего столетия из 72151 муниципального советника 12479 не умело ни читать, ни писать. В числе неграмотных насчитывалось 422 мэра и 938 их товарищей. В последнее время успехи грамотности становятся особенно быстрыми. О распространении Г. может дать понятие нижеследующая таблица (заимствованная из Левассера и пополн. новейшими сведениями, извлечен. из официальных статистич. изд. разных государств).

Г. в России. A) История. Первое появление Г. относится к концу Х и началу XI в. При Владимире Св. и Ярославе отбирали детей у «нарочитых людей» и учили их грамоте и догматам веры. Ярослав «сам книги читал», Владимир же был неграмотен. «Ярослав, — говорит летописец, — насеял книжными словесы сердца верных людей, а мы пожинаем, принимая книжное учение». Он велел и в Новгороде собрать у старост и священников детей (300 человек) и учить их грамоте. В XI в. уже существовала грамота и в разных городах и монастырях. Грамотными были в XI и XII в. не только монахи, но и многие князья. В удельный период Г. сделала большие успехи. Библиотеки, заведенные некоторыми князьями, свидетельствуют, что число «списателей» (переписчиков) тоже было значительно. В татарский период Г. встречается уже редко; обыкновенно князья и бояре были неграмотны; о духовенстве греки говорили, что оно «не книжно». Такой упадок грамотности продолжается несколько столетий и охватывает все сословия. О Дмитрии Донском говорит летописец, что он не был хорошо изучен книгам, а Василий Темный не был ни книжен, ни грамотен. На общее невежество народа и духовенства в XV в. жалуется архиеп. Геннадий. В конце XVI в. из 22 бояр, подписавших грамоту об избрании Годунова на царство, не знали грамоты четверо; из 22 стольников, 8 было неграмотных («Акт. арх. экспед.», II, № 7). Еще меньше знали грамоту дворяне и дети боярские. В одном акте XVI в. из 115 князей и детей боярских могли подписать свое имя только 47 чел. Петр Вел. обратил серьезное внимание на распространение Г. и даже сделал единственную до сего времени в России попытку ввести обязательное обучение: обучение в цифирных школах было объявлено обязательным сначала для детей приказного чина от 10 до 15 лет. Ученики, не успевшие в науках, лишались права жениться. В 1715 г. обязанность посещения цифирных школ была распространена на людей всех званий. Тогда уже начали появляться челобитные от народа, от посадских людей Новгорода, Пскова, Москвы, Ярославля и пр., «чтобы их детей в школы не брали»… Посошков также советовал ввести грамотность насильственно. Татищев писал о необходимости учить крестьянских детей грамоте, как мужеской, так и женский пол. В следующие затем царствования не было даже и попыток распространять Г. в народе. Впрочем, с Петра Вел. Г. среди духовенства и высших сословий сделала несомненные успехи. Крепостное право, достигши своего апогея в царствование Екатерины II, поставило надолго непреоборимую преграду для распространения грамотности. Рычков стыдит русских примером татар-магометан, у которых есть почти в каждой деревне училище, тогда как у русских и в очень больших деревнях сплошь и рядом нет ни одного человека, умеющего читать. В то же самое время высказывались и такие мнения, что «черни не нужно давать образования», а депутат от клинского дворянства Петр Орлов если и высказывался за обучение грамоте, то на следующем основании: пусть крестьяне путем грамоты «сами собой находят, чем они обязаны Богу, государю, отечеству и по закону помещику своему». За недостатком офицальных школ Г. распространялась в народе путем домашнего обучения (в школах грамоты); но и это обучение было при Екатерине II поставлено вне закона (см. выше). В Малороссии Г. была развита гораздо более, чем в Великороссии: там при каждой приходской церкви обыкновенно была школа. То же можно сказать еще в большей степени и про Остзейские губ. В царствование имп. Александра I вопрос о том, нужно ли давать народу Г., все еще оставался для многих спорным. И позже, как медленно подвигалось вперед развитие училищ для народа, так же медленно подвигалась и Г. Распространение ее делает успехи только после освобождения крестьян, с развитием участия земства в деле народного образования (см. Земство, Начальные школы). В 1882 г. были легализованы циркуляром мин. нар. пр. барона Николаи школы грамоты (см.). Некоторое значение в распространении Г. в последнее время получили и церковноприходские школы. Б) Современная грамотность России. По сведениям центрального статистического комитета, % неграмотных новобранцев в России за период 1874—1887 гг. выразился следующими цифрами :

Сведения за последние годы показывают следующие %% неграмотных новобранцев:

Низкий % неграмотных в Средней Азии объясняется тем, что количество новобранцев там весьма незначительно и не характерно для всей массы народа (напр., в 1886 г. всех принятых на службу было 170 чел., из них 79 неграмотных). Вышеприведенные таблицы, составленные по «Сборнику статист. сведений», изд. центр. стат. комит. (1884—90 г.), обнимают собою все население Империи, городское и сельское. Из них видно, что % неграмотных в Европейской и Азиатской России падает, но падает с некоторыми колебаниями, а в Привислянском крае даже повышается. В наилучших условиях дело развития Г. стоит в губ. Эстляндской (4,85% неграм.) и Лифляндской (5,25% ; затем следуют губернии Ярославская (36,58), Курляндская (39,66), С.-Петербургская (40,89%), Дагестанская обл. (42,5%), Акмолинская (45,76), Московская губ. (47,36). В 14 губ. % неграм. колеблется от 50% до 75%. Сюда относятся Терская область (65,34), губ. Владимирская (57,66), Тверская (68,52), Костромская (63,07), Семипалатинская обл. (63,73), Архангельская губ. (65,16), Калужская (67,18), Тульская (67,30%), Новгородская (67,31), Рязанская (69,55), Вологодская (70,81), Кубанская обл. (72,05), Олонецкая губ. (72,12), Якутская обл. (74,02). Более 75% неграмотных:

Из этой таблицы видно, что наибольший % грамотных рекрут дали губернии прибалтийские, столичные, промышленные великорусские; наименьший — губ. привислянские и сибирские, населенные инородцами, а также б. ч. губ. южных с малороссийским населением. Поступательное движение грамотных наиболее быстрое в последние 10 лет, дают губ. С.-Петербургская (12%), Ярославская, Таврическая, Пермская. В следующих губ. развитие Г. шло менее успешно, оставаясь все время почти в одинаковом положении: Вологодской, Костромской, Уфимской, Курляндской, Виленской, Витебской, Гродненской, Могилевской, Смоленской, Подольской, Харьковской, Херсонской, Черниговской, Бессарабской, Тобольской, Иркутской, Енисейской. Наименее благоприятно положение дела во всех губ. привислянских (кроме Седлецкой), Киевской, Минской в почти во всех областях азиатск. России и Кавказа. Все эти области и губернии по отношению управления стоят, как известно, на особом положении сравнительно с губ. земскими. — Чтобы получить некоторое представление о грамотности сельского населения, заимствуем следующую таблицу из доклада А. Н. Страннолюбского Спб. комитету грамотности («Рус. Школа» 1893 г., 3—4: «Состояние народного образования в селах Европ. России»). При вычислении из числа рекрут исключены дворяне, чиновники, лица духовного сословия и почетные граждане, которые предполагаются грамотными; % неграмотных взят относительно всех остальных рекрут.

«При оценке этих цифр, — говорит г. Страннолюбский, — необходимо иметь в виду, что они относятся к цвету мужского населения; притом не было возможности выделить городское население, в кот. грамотность распространена несравнено более, нежели в сельском; следовательно, в этом последнем % неграмотных должен быть значительно больше, особенно если принять во внимание все мужское население, в котором Г. тем слабее, чем старше возраст. Если же взять во внимание и женское население, которое многочисленнее мужского в пропорции 103,3 к 100 и которое почти поголовно безграмотно, то цифру 72,1 для 1887 г. придется поднять очень сильно. На основании некоторых, довольно вероятных, вычислений, она не только достигнет, но, может быть, даже и превзойдет 90%». Делая сводку данных земской статистики, полученных путем переписей в 110 уу. европейской России, с населением в 14891437 ч. об. п. (м. 7397405 и ж. 7494032), Н. Бычков дает следующую таблицу:

Данные эти взяты из 18 губ. (Бессар., Воронеж., Вят., Екатериносл., Курск., Моск., Новгор., Орд., СПб., Полт., Рязан., Смолен., Самар., Сарат., Таврич., Твер., Черниг.). Хотя данные эти относятся к 1/4 Европ. России, но благодаря географическому распределению материала получается возможность судить до известной степени и о Г. всего сельского населения империи. В Петербурге 59,2% всего населения грамотных, а в Москве 46,8%, т. е. % Г. в Петербурге с лишком в 6 раз, а в Москве с лишком в 5 раз более, чем в русской деревне. Выведенная выше средняя Г. изменяется в очень широких пределах. Так, в Петербургском у. грамотных 43% мужч. и 20% женщ., об. п. 31%; в Московской губ. 36,7% мужч. и 5,0 женщ., 20,3% об. п.; Петергофском у. 25 м., 9 ж., 17% об. п.; Шлиссельбургском у. 21% м., 4 ж., 13% об. п.; Гдовском у. 19% м., 2% ж., 10% об. п.; Курском у. 10,5 м., 0,9 ж., 5,8% об. п.; Воронеж. у. 12,3% м., 1,2% ж., 6,7% об. п.; Камышинском 42,5% м. и 31,2% ж.; Саратовском у. 20,17% м. и 5,60% ж.; Иркутском окр. 6,9%, Землянском 5,2%, Борисоглебском у. 4,5%, Задонском у. 4,5%, Спасском 2,7%, Бугульминском 2,1% об. п. и т. д.

Финляндия представляет совершенно иную картину. Из всех частей Российской империи Финляндия самая грамотная, по % Г. приближающаяся к наиболее грамотным странам Европы. На основании данных «Сборн. свед. по Финляндии», изд. центр. статистич. комитета» (СПб., 1892):

<div class="innertext">
Из этой таблички видно, что Г. в Финляндии распространена почти в 50 раз более, чем в России; кроме того, распределение ее между мужским и женским населением, с одной стороны, и между городским и сельским, с другой, гораздо равномернее.

ЭСБЕ:Образование