ЕЭБЕ/Повреждение телесное
Повреждение телесное, ‎ — в широком смысле есть всякое причинение человеку физических страданий; в тесном смысле — только такое, которое влечет за собой более или менее длительное расстройство здоровья. В Библии П. телесное, по общему правилу, карается по принципу талиона. В наиболее ясной и общей форме это выражено в книге Левит (24, 19—20): «А кто сделает повреждение ближнему своему, тому должно сделать то же, что он сделал: перелом за перелом, око за око, зуб за зуб; как он сделал повреждение человеку, так и ему должно сделать». Та же мысль в несколько иной форме повторяется в кн. Исход (21, 24—25). Таков общий принцип Библии. Но, сверх того, в ней рассматриваются два случая казуистического свойства. Во-первых, если в ссоре один нанесет другому побои без повреждения члена или с повреждением, но вполне излечимым, и тот заболеет, то виновный должен лишь возместить расходы по лечению и дать вознаграждение за лишение заработка во время болезни, но закон не требует, чтобы виновному нанесены были такие же побои, какие он нанес (Исх., 21, 18—19). Во-вторых, если ссорящиеся случайно толкнут проходящую мимо беременную женщину, и следствием этого будет выкидыш, виновные платят выкуп (ibid., 21, 22). Жестокие изувечивающие наказания, по принципу возмездия, практиковались у всех народов на известной ступени развития гражданственности. Когда в обществе господствовали взгляды о неограниченном праве (и даже нравственной обязанности) мстить обидчику и беспощадно расправляться с ним (и даже с его семьей и родом), тогда провозглашение принципа талиона представляло собой шаг вперед по пути прогресса и обозначало ограничение прав мстителя, запрещение ему причинять обидчику больше зла, чем он сам причинил. Библия дает детализацию П.-Т.: обожжение, рана и ушиб (Исх., 21, 24—25) строго различаются, и нельзя причинять одного вида повреждения вместо другого.  Дальнейшее развитие правосознания ведет к замене изувечивающих наказаний денежными выкупами, причем такая замена первоначально бывала факультативной, т. е. зависела от согласия потерпевшего, а потом она уже становилась обязательной. Библия в этом отношении стоит на переходной фазе. Как общий принцип провозглашается талион; и только в тех случаях, в которых талион не применим, например при причинении выкидыша, или когда повреждение или даже смерть были причинены человеком не непосредственно, а принадлежащим ему волом, заведомо бодливым (Исх., 21, 28—32), или когда П.-Т. могут быть излечимы, закон допускает денежное вознаграждение. Из сопоставления библейских текстов (Исх, 21, 30, и Числа, 35, 31) с несомненностью вытекает, что выкуп допускался и в других случаях. Заалшютц даже думает, что в библейское время на практике в огромном большинстве случаев применялись денежные выкупы, а законодатель сохранил талион в чистом виде лишь в качестве теоретического принципа, как угрозу, приводимую в исполнение лишь в исключительных случаях. Побои, нанесенные родителям, караются, по Моисееву закону, смертной казнью (Исх., 21, 15). Если господин причинил рабу П.-Τ., которое повлекло за собой лишение какого-нибудь органа, даже зуба, то раб получает свободу (Исх., 21, 26—27). — В законах Хаммураби также господствует принцип талиона, и на практике, по-видимому, в Вавилонии изувечивающие наказания также заменялись денежными платежами; но особенностью этих законов является их классовый характер; а именно если потерпевший — человек бедный, закон не предусматривает возможности применения талиона, а прямо устанавливает денежное вознаграждение и притом прямо определяет его размер (за отнятие руки, ноги или глаза уплачивается мина, за отнятие зуба — ⅓ мины; Winckler, Gesetze Hammurabis, §§ 196, 198); в случае нанесения побоев без П. Т. — наказание варьирует в зависимости от общественного положения потерпевшего.

По-библейское время. В период второго храма талион еще применялся на практике, о чем свидетельствует Иосиф Флавий, хотя допускался и выкуп (Древн., IV, 8, 35). По вопросу об окончательной отмене его был долгий спор между саддукеями и фарисеями (Megillat Taanit, VI, 2). Но к концу этого периода фарисеи победили, и талион был отменен. Ни в Мишне, ни в Тосефте нет следов его (впрочем, см. Интерпретация). Талмуд старается путем интерпретации библейских текстов доказать, что все библейские тексты, говорящие о талионе, имеют в виду имущественное вознаграждение; они лишь указывают на заслуженную по справедливости преступниками кару, на практике не применяемую (Maimonid, Hilchot Chobel, I, 3). Переходим к подробному изложению учения Талмуда о П.-T. — I. Вознаграждение, его размер и составные части. Всякий, причинивший П.-Т., должен по возможности исправить и вознаградить весь тот вред, как материальный, так и нематериальный, который он нанес. Соответственно разнообразию приносимого вреда, вознаграждение слагается из пяти составных частей: 1) «Nezek» (‎) — вознаграждение за уменьшение трудоспособности — уплачивается лишь в том случае, когда П.-Т. — постоянное, неизлечимое изменение в организме потерпевшего. Если П.-Т. не причиняет постоянного изменения в организме, например ушиб, легкая рана и проч., то «nezek» не уплачивается (а лишь остальные части). Для определения размера «nezek» предполагают, что потерпевший продавался в качестве раба до и после П.-T.; разница в рыночной цене в обоих случаях и составляет размер вознаграждения за уменьшение трудоспособности.  2) «Zaar» (‎) — вознаграждение за физические страдания — уплачивалось лишь в тех случаях, когда П.-Т. сопровождалось болезненными ощущениями. Если П. Т. причинено безболезненным способом (например, посредством вредного снадобья), то «zaar» не уплачивается, а лишь остальные части. С другой стороны, возможны и такие случаи, когда П.-Т. ограничивается исключительно мимолетной болью, не влечет за собой ни уменьшения трудоспособности, ни необходимости лечиться, ни временного лишения заработка, и не носит оскорбительного характера; тогда уплачивается только «zaar». При определении размера этой части вознаграждения исходят из следующих предположений: допускают, что причинение повреждения предписано правительственной властью как наказание, и притом оно должно быть выполнено болезненным способом. Суд определяет, сколько дал бы потерпевший правительству в качестве выкупа, чтобы соответствующее П.-Т. было произведено другим безболезненным способом. При определении этой суммы обращают внимание на индивидуальные свойства потерпевшего, на его изнеженность, выносливость, богатство и щедрость. Вознаграждения за физические страдания не было в римском праве. В западных законодательствах, кроме английского, возможность требования вознаграждения за нематериальный вред также весьма ограничена. — 3) «Rippuj» (‎) — расходы на лечение. Их размер определяется сведущими лицами в зависимости от характера П. Т., продолжительности периода болезни, количества необходимых медикаментов и гонорара врачу. Если бы на деле оказалось, что на лечение пришлось потратить больше или меньше определенной сведущими людьми суммы, это не имеет значения. 4) «Schebet» (‎) — вознаграждение за потерю заработка во время болезни.  Принимается во внимание заработок, который возможен для потерпевшего в том состоянии, в каком он будет после выздоровления.  Примерно, человек лишен руки. В силу этого он не в состоянии совершать своих обычных работ, но у него остается возможность, например, исполнять обязанности сторожа. За эту разницу в заработке он получает «nezek». Но в период болезни он и функций сторожа выполнить не может. Вот за лишение этого скромного заработка ему и выдается особая сумма, «schebeth».  — 5) «Boschet» (‎) — оскорбление — вознаграждение за оскорбление — уплачивается лишь при наличности оскорбительного элемента. Если же П.-Т. причинено наедине и притом не оставило никаких следов на лице или открытых частях тела, то оскорбление не платится (подробно см. Обида). Так как уплата вознаграждения может покрыть лишь материальный ущерб, а физические и душевные страдания («zaar» и «boschet») никакими денежными суммами не могут быть вознаграждаемы, то на виновного возлагается нравственно-религиозная обязанность просить у потерпевшего прощения, и только этим путем он может загладить свой грех перед Богом. — II. Субъекты и объекты П.-Т. Лица невменяемые (см. Невменяемость), например глухонемые, малолетние, освобождаются от всякой ответственности. Замужние женщины и рабы, не имея самостоятельной имущественной правоспособности, не могут уплачивать вознаграждения, но если бы они впоследствии сделались в имущественном отношении самостоятельными (благодаря смерти мужа, разводу, отпущению на волю), они обязаны уплатить вознаграждение за ранее учиненные П.-Т. Объектом П.-Т. может быть всякий человек, в том числе и невменяемый, и раб, а также члены семьи по отношению друг к другу (характерно, что даже раб-язычник, ‎, не считается в этом отношении вещью, и виновный возмещает его господину причиненный П.-Т. не только материальный, но и нематериальный вред — платит вознаграждение за физические страдания и оскорбление). — III. Несовместимость гражданской и уголовной ответственности — ‎ (Кетуб., 35—37; Хошен га-Мишпат, 424, §§ 1, 2). В Талмуде существует основной принцип, чуждый современному праву. Согласно этому принципу за одно и то же деяние лицо не может подлежать одновременно и уголовному наказанию, и гражданской ответственности. Хотя бы лицо фактически освобождалось от уголовной кары, либо вследствие неумышленности деяния, либо за отсутствием предосторожения «гатраа» (см.), или других необходимых для смертного приговора данных (см. Наказание, Евр. Энц., XI, 502 сл.), все же, раз деяние по свойству своему влечет за собой смертную казнь, данное лицо уже не может подлежать имущественной ответственности. Одинаковое со смертной казнью значение в этом отношении, вообще говоря, имеет и телесное наказание. Но для П. Т. сделано исключение. Хотя бы П. Т. было причинено при условиях, влекущих за собой телесное наказание (например, с нарушением отдыха Иом-Киппур), имущественная ответственность остается. — IV. Процессуальное преимущество потерпевшего. П.-Т. принадлежит к группе исков, составляющих изъятие из общих принципов судопроизводства, по которым истец должен доказать все основания своего иска, и пробелы в доказательствах не может заполнить голословными заявлениями под присягой. В исках же, касающихся П. Т., потерпевшему достаточно доказать, что до входа в известное помещение П. Т. не было, а обнаружено оно лишь при выходе, и тогда суд верит его указанию на виновного (если доказано, что это лицо, хотя бы и вместе с кем-нибудь другим, было в данном помещении). Потерпевший должен лишь подтвердить свое заявление присягой. Это исключение объясняется, с одной стороны, наличностью повреждения, а с другой — затруднительностью доставить полные доказательства таких деяний, так как невозможно заранее пригласить свидетелей. — V. Лишь палестинские суды могли разбирать тяжбы о Π.-Τ. Еврейские суды в Вавилонии и других странах могут только подвергнуть виновного религиозным репрессиям («ниддуй», см. Анафема, Евр. Энц., II, 437—447) и тем заставить его вознаградить потерпевшего в порядке «пешары» (см. Мировая сделка, Евр. Энц., XI, 99—100). Неприменением всех этих норм на практике в Вавилонии и объясняются некоторые слабые стороны нашего института. — Ср.: Samuel Mayer, Geschichte der Strafrechte, Trier, 1876, §§ 9 и 69; Müller, Gesetze Hammurabis, Wien, 1903, стр. 146—156, 232—234; Frankel, Der gerichtliche Beweis, Berlin, 1846, стр. 310; Goldmann, Ideal und Gesetzesconcurrenz im jüdischen Recht, в Zeitschrift f. vergleichende Rechtswissenschaft, т. XXII (1909), стр. 32—65.

ЕЭБЕ