ЭСБЕ/Инквизитор
Инквизитор (лат. Inquisitor — исследователь, сыщик) — термин этот для означения должностного лица впервые был употреблен Феодосием I Великим, предписавшим префектам в 382 г. назначить И., т. е. сыщиков, которые разыскивали бы скрывавшихся манихеев и обвиняли бы их перед судом. Впоследствии И. стали называться судьи инквизиции (см.). Государственными И. (Inquisitori di stato) назывались в Республике Венеции члены Совета десяти (отсюда другое их название — dieci), который с 1310 г. имел значение высшего в республике судилища (см. Дож). В России должность И. существовала 6 лет в первое время по учреждении Св. Синода. Духовным регламентом, предписавшим епископам иметь надзор за подчиненными им духовными лицами, было постановлено, чтобы «епископ имел на сие духовных фискалов». Вследствие этого Св. Синод 1 марта 1721 г. учредил должность духовных И., которые, в совершенное соответствие светским фискалам (см.), должны были, наподобие сети, распространиться по всей России. Первоначально вся Россия была разделена на две «диспозиции», из которых одна была подведома протоинквизитору в СПб., другая — протоинквизитору в Москве; но уже в 1722 г. первая должность была уничтожена и во главе всего инквизиторского института поставлен протоинквизитор в Москве. Протоинквизитору были подчинены провинциал-инквизиторы, имевшие пребывание в архиерейских городах, а этим последним — И., находившиеся в остальных городах и монастырях. При протоинквизиторе состоял Приказ инквизиторских дел из 5 И. (2 из монахов, 3 из белого духовенства), с канцелярией. При Св. Синоде образована была Контора инквизиторских дел, которая собственной властью решала дела «не зело важные», а важные предлагала со своим заключением на обсуждение Синода. Протоинквизитор избирал, а Св. Синод утверждал провинциал-инквизиторов, а последние избирали И.: для монастырей — из лиц монашествующих, для приходских церквей в городах и уездах — из лиц белого духовенства, и представляли их на утверждение епархиальных архиереев. Согласно инструкции протоинквизитору, на И. возложен был надзор за деятельностью церковно-административных властей епархии: не поставляют ли архиереи в духовные чины и должности по мзде; не имеют ли духовные чины какого-либо возбраненного для них «купечества» и не пользуются ли незаконно какими-либо угодьями и промыслами «ради скверных прибытков»; не дают ли послабления и потачки раскольникам; не обижают ли монастырские начальства принадлежащих монастырям крестьян; правильно ли производится в духовном ведомстве суд и т. п. Дел гражданского ведомства И. не должны были касаться, за исключением того случая, когда они заметят что-либо подозрительное «в приходных и расходных книгах, или в каких вещах и письмах и во прочем». По всем подлежавшим их наблюдению делам И. обязывались только проведывать и доносить (провинциал-инквизиторам, те — протоинквизитору, а последний — Синоду) и на суде обличать, но собственной властью они никого не могли привлекать к ответственности или употреблять какие-либо меры принуждения. Раньше, чем писать свой донос, И. обязаны были сделать представление непосредственному начальству виновного или же архиерею, если неправильные поступки замечались со стороны последнего; единственное исключение из этого правила установлено было на тот случай, если епархиальный архиерей замечен в «каком-либо презрении и преступлении» к Св. Синоду. Поощрением для И. служило «указное по правдивым доношениям из штрафов награждение», которое, как и светскому фискалу, определялось в размере половины штрафных денег. Институт И. навлек на себя всеобщее нерасположение. Постановлением синода от 25 янв. 1727 г. он был упразднен и с тех пор не восстанавливался, хотя попытки к этому и были сделаны обер-прокурорами кн. Шаховским в 1747 г. и Львовым в 1754 г. Контора инквизиторских дел была уничтожена еще раньше, в 1724 г. Ср. Т. Барсов, «О светских фискалах и духовных И.» («Ж. М. Н. Пр.», 1878 г., № 2).

ЭСБЕ:Должности