ЭСБЕ/Костюм
Костюм (итал. Costume, т. е. «привычка, обычай») — принятый в разное время в различных странах способ одеяния. Ввиду громадного разнообразия К. в дальнейшем подробнее описаны, главным образом, лишь изображенные на таблицах I — II наиболее характерные К. Древнейшей национальной одеждой египтянина был прямоугольный бумажный передник (табл. I, фиг. 2), который в эпоху нового царства (см.) преобразовался в длинное платье со складками и составил, с употреблявшейся уже раньше курткой, полную верхнюю одежду с полурукавами. Женщины носили колазирий (табл. I, фиг. 1) — рубахоподобную бумажную одежду с плечевыми повязками или короткими рукавами. Употребительным, особенно у знатных, головным убором было сфинксовое наголовье (там же, табл. 2) из одноцветного, полосатого или узорчатого сукна. Одежда царя, жрецов и чиновников была гораздо богаче, чем у частных лиц; царь обычно носил еще шапку на голове, королева — головной убор в виде коршуна. При Птолемеях греческая культура ввела в Египте и греческую одежду. Национальный К. ассириян — рубахообразная, длинная, прилегающая к телу одежда с короткими рукавами. Она опоясывалась поясом и у знатных была пестрого цвета и обшита бахромой, которая, в связи с отсутствием складок на платьях, представляет главное отличие ассирийских одежд. Ноги были обуты в сандалии. Царь, кроме длинного кафтана, носил еще пурпуровую мантию, а на голове митру из белого войлока (см. табл. Ассирийские древности, фиг. 2 и 3). Лидийцы носили так называемую кандис — длинный широкорукавый кафтан из мягкой ткани, персы — плотно прилегающие кожаные одежды: короткий кафтан, шаровары, башмаки на шнурах и колпак. Когда персы завоевали Лидийское царство, они переняли одежду побежденных как придворную; узкие персидские шаровары оставались в употреблении у низших классов. — Греческая одежда состояла из сотканных четырехугольных кусков материи, которые, несмотря на свою простоту, весьма разнообразно складывались в свободные и естественные складки. Самыми обыкновенными частями К. обоих полов были хитон (см.) и гиматий (см.) — мантиеобразное верхнее платье, к которому присоединялся еще носившийся через плечо диплоидий (табл. I, фиг. 4 и 5). Военным плащом и одеждой путешественников была у мужчин хламида (табл. I, фиг. 3) — опускавшийся до колен прямоугольный кусок материи, складывавшийся через плечо и прикреплявшийся на правом плече пряжкой; женщинам вместо нее служила меньших размеров накидка, называвшаяся пеплос. И у римлян обычно были лишь две составных части К.: в качестве рубахи — обычно шерстяная туника, на которую мужчины, выходя, надевали тогу, а женщины — пеллу (ср. табл. I, фиг. 6 и 8). Как легкое верхнее платье, исключительно внакидку, мужчины носили лацерну, перекидывавшуюся через левое плечо и закреплявшуюся на правом; подобную форму имели плащи ликторов (табл. I, фиг. 7). Обычной одеждой крестьян была пекула с капюшоном (там же, фиг. 9), из грубой материи, служившая также одеждой для путешествий лицам обоего пола. Византийцы удержали этот костюм, в который восточный обычай внес тяжелые шелковые материи и золотую узорчатую парчу, отороченную золотом, жемчугом и драгоценными камнями, вследствие чего К. сделался тугим и гладким. В средние века, с эпохи переселения народов до XI в., одеждой, особенно знатных, в западной Европе была короткая туника, плащ, прикреплявшийся на правом плече, штаны и полубашмаки. С XI в. появилась длинная туника, часто вышитая и отороченная золотом (табл. I, фиг. 10). Она опоясывалась над бедрами и собиралась на груди в легкие складки. Эта почти женская одежда представляла главную составную часть К. в средние века и образовала замечательную противоположность с железным рыцарским К. Поверх туники обычно носили обшитый золотым позументом плащ, который в XI в. все еще прикреплялся на правом плече; начиная с XII в. он начал скрепляться брошкой на груди, а если слишком расходился — то лентой или цепочкой. Штаны были из сукна или шелка и покрывали часть ступни; они никогда не имели узоров, но каждая штанина имела особый цвет; кожаные сапоги носили женщины, а также мужчины низшего сословия. Одежда женщин (фиг. 11) состояла из длинного шерстяного верхнего платья (Surcot) и туники, опоясывавшейся более или менее ценным поясом; вне дома они, подобно мужчинам, носили плащи. Головным убором женщин, как и мужчин, служила узкая полоска матерчатая или металлическая, состоявшая из небольших розеток или зубцов (Schapel), вроде диадемы. В начале XIV в. был в употреблении длинный кафтан, вскоре укоротившийся у знатных в жакет (фиг. 12). В XIV в. знатные лица, а также женщины часто носили капюшон (Gugel), с пришитым к нему воротником, покрывавшим шею и плечи, и с длинным хвостом сзади (фиг. 12). Женщины в общем сохранили прежний К., но место диадемы занял белый плоеный чепец, покрывавший голову и всю шею сзади (фиг. 13). Около середины XV в. появились К. более сложные. Длинный кафтан (Tapperl) или короткий жакет мужчины (фиг. 14 и 17), длинное, обычно с висевшими до пола рукавами платье женщины (фиг. 15) имели зубцеобразные вырезы по краям; на голове мужчины носили колпак, с привешенными к нему кусками материи, а женщины — чепец с большими округленными зубцами. Одновременно появился, главным образом в Германии, обычай носить бубенчики, чаще всего серебряные, или даже колокольчики, висевшие на цепочках и при малейшем движении издававшие звук. Мужчины (фиг. 17) носили эти бубенчики на поясе и на рукавах, часто и на широкой ленте, женщины окружали ими, как ожерельем, платье вокруг шеи. В период возрождения и реформации К. перестал плотно облегать формы, сделался более удобным для движений. Прототипом послужило здесь платье ландскнехтов, с буфами и разрезами. Главные части мужского К. (фиг. 20) с 1530 г. были камзол, штаны, полупальто-шуба и берет. Вследствие разрезов К. был чрезвычайно пестрый; к этому присоединялось еще, что отдельные от штанов чулки часто на одной ноге (фиг. 20) или на обеих имели разноцветные полоски: желтые, синие, красные, белые и др. Небольшой плащ только у молодежи (фиг. 18) удержался до двадцатых годов XVI в., когда он окончательно уступил место меховому полупальто (шубе). У женщин (фиг. 21 и 22) платье было с круглым или четырехугольным вырезом, из-под которого видна была сорочка или вышитый кусок материи; с 1530 г. оно, как и мужское, было с закрытой шеей. Шлейф сделался короче, рукава, покрывавшие половину руки, стали длиннее, но узкими. На голове мужчины носили берет (фиг. 20), который ландскнехты охотно надевали набекрень и затем ремешком прикрепляли под подбородком; женщины (фиг. 19 и 21) носили чепцы, с 1520 г. калотту, а выходя на улицу — берет той же формы, как и ландскнехты. Во второй половине XVI в. распространился испанский К. Камзол мужчин (фиг. 23) с бедер опускался остроконечно книзу и посреди груди застегивался рядом пуговиц. Он был на вате, равно как и рукава его; на плечах были высокие толстые нашивки. Вокруг шеи и кистей шел плоеный воротник, который у щеголей был широк у шеи и поэтому, в шутку, сравнивался с жерновом. Ноги были покрыты поднимавшимися высоко тесными чулками, к которым примыкали короткие панталоны на вате. Сюда присоединялся еще доходивший до половины бедра небольшой плащ с плоским воротником, набрасывавшийся на плечи. Вместо широких спереди башмаков теперь носили остроконечные, доходившие до щиколотки, закрытые или с разрезами. И женщины (фиг. 22) в конце XVI в. переняли испанский К.: они носили узкие, спереди остроконечно заканчивавшиеся корсажи и узкое, с буфами на рукавах, платье, которое у бедер широко отделялось от тела и затем, поддерживаемое плетеным или проволочным каркасом, отвесно опускалось к земле (Vertugade). Накрахмаленный плоеный воротник был также очень широк. Сюда присоединялось верхнее платье с длинными, широкими рукавами. Рядом с испанским К. находился в употреблении и ландскнехтский (фиг. 24). Одежда горожанок того же времени была сравнительно проста. Нижняя одежда состояла из одноцветной материи, с пестрой шелковой или бархатной оборкой, узкими рукавами и сборками у шеи и кистей рук. Сходное с полупальто-шубой верхнее платье имело стоячий воротник, было открыто и без складок опускалось к земле. В начале XVII в. произошел переворот в К. в пользу большей свободы и естественности, сравнительно со стеснявшим движения испанским К. Во время тридцатилетней войны вся Европа одевалась по-военному. Высокие, доходившие до колен кожаные сапоги, обычно незачерненные, были снабжены зубцами или остриями на краю и большими шпорами; мягкая поярковая шляпа, с широким полем, украшенная одним или двумя перьями; кафтан, спускавшийся низко; поверх него схожий с ним в покрое кожаный камзол; широкий, покрывавший плечи кружевной воротник; сабля на широкой портупее — таков был К., носившийся тогда не только солдатами, но и всеми образованными мужчинами (фиг. 26). У щеголей этот К. немного видоизменялся: голенища высоких сапог перегибались выше или ниже колен, так что панталоны были видны, или же голенища отодвигались на столько же вниз. Женщины (фиг. 27) носили в эти годы платье с массой складок, гладкими узкими рукавами, над ним корсаж с подвешенными рукавами, кружевные манжеты, плоеный или кружевной воротник, украшенную перьями поярковую шляпу с загнутым полем. Около середины XVII столетия К. изменился в том отношении, что кафтан у мужчин (фиг. 28) сократился в жакет с короткими рукавами; чрезвычайно широкие шаровары спускались до колен и были снабжены лампасами и внизу подшиты кружевами. Плащ с отложным воротником, до колен; поярковая шляпа твердой формы и темного цвета; длинная палка с набалдашником. В ходу были бантики (faveurs) на одежде, волосах и башмаках. У женщин (фиг. 29) платье сохранило еще форму вертюгады, но корсаж и рукава стали короче и верхнее платье ложилось складками. Вверху платье было с вырезом, плечи обнажены; за вырезом следовал воротник, окаймлявший верхний борт платья. Приблизительно с 1670 г. начинается во всей Европе господство французской моды; характерны для этого времени появление париков (см.) у мужчин, соответственно фонтанжу (см.) у женщин; длинный, плотно обхватывающий талию кафтан, с обшлагами на рукавах и клапанами на боковых карманах; завязанный галстук с короткими концами; внизу завязывавшиеся панталоны; в трех местах приподнятая, снабженная пером шляпа; башмаки с сужавшимся книзу каблуком и пряжкой. Новый период в истории К. начался с меньших размеров парика и сеток для волос (с 1730 г.) и косиц (с 1750 г.). От боковых частей парика сохранились лишь два локона — букли. У мужчин (фиг. 31) длинный кафтан с большими обшлагами, карманами и клапанами и сапоги с пряжками перешли и в эту эпоху (время Людовика XV); плащ у знатных более не существовал. Камзол был открыт спереди до середины груди; панталоны были узки и под коленом прикреплялись к чулкам. Шляпа, из-за пудры носившаяся под мышкой, сделалась трехугольной и вместо перьев была с края украшена позументом. Женщины (фиг. 30) носили кринолин, зашнуровывавшийся корсет и горизонтально взрезанную с оборками юбку. Головной убор был низкий, украшенный перьями или бантами. Французская революция положила конец этой моде и ввела «свободные» К. разнообразнейших типов: у мужчин (фиг. 32) — длинный вроде фрака сюртук, жилет, жабо с выдающимся воротом рубашки, кожаные брюки, сапоги с широкими голенищами, суковатую палку и низкую поярковую шляпу или двухуголку, надевавшуюся поперек; у женщин (фиг. 33) — простое платье с талией, платок, скреплявшийся на груди (fichu), и чепец (dormeuse). Во время основанного Давидом (см.) культа классицизма носились и К. по образцу греческих и римских. До крайних пределов странности и чудачества доведены К. так называемых Incroyables и Merveilleuses времен директории. Более простые К. вскоре, однако, одержали верх над этими преувеличениями; простота, отсутствие ярких цветов и дорогих, стесняющих движения уборов — характерные черты мужского К. начиная с конца прошлого века, причем он все более стал подчиняться требованиям гигиены. Женский К., под влиянием быстро меняющейся моды, подвергался и подвергается гораздо большему количеству изменений. Мода (см.), управляющая в XIX в. К., у цивилизованных наций все более и более становится однообразной; начинают исчезать даже находимые еще у сельского населения так наз. национальные К.

В России древнейший К., состоящий из подпоясанной рубахи и шаровар, по своей простоте принадлежит, вероятно, доисторической древности. С появлением у нас государственности стали появляться заимствования из Византии. Богатый К. первых русских князей и их дружинников, а также и их жен, установился по византийским образцам и сильно отделился от К. народного. Фиг. 2—5 таблицы II представляют княжескую, византийского образца, одежду, с ее узорчатыми тканями и богатой обшивкой парчой и жемчугом, между тем как фиг. 1 дает тип древнерусского К., сохранившего еще национальные черты. Шапка в древнейшем ее виде была высокая и остроконечная (фиг. 1), потом с мягкой тульей; ее украшал меховой окол или опушка. Плащ (корзно), носившийся князьями, накидывался сверху и застегивался большей частью на правом плече запонью с петлицами (фиг. 4); тип женской одежды был совершенно византийский, принятый в иконописи (фиг. 2 и 3). Сапоги не были, кажется, в общем употреблении у русских даже в Х веке, а составляли обувь только князей и старейшин; они шились из кожи и сафьяна и были цвета зеленого, красного, желтого и т. д. (фиг. 1—5). Со времени татарского ига стало сказываться татарское влияние, хотя оно было не столь сильно, как обычно предполагается: «от татар мы могли заимствовать только некоторые незначительные части нашего К., которые всегда и обозначались в названиях татарскими» (Забелин). В общем, в московской Руси одежда имела одинаковый покрой у богатых и бедных, отличаясь лишь качеством материала. Бояре, поверх опоясанной рубашки — воротник и края которой вышивались разноцветными шелками, серебром, золотом и унизывались жемчугом — надевали шелковый или тонкий суконный узкий кафтан и подпоясывали его. На кафтан, для приема гостя или выхода, надевалась ферязь, и при выходе из дому, поверх ферязи — опашень, зимой — шубу. Ферязи (турецк. ферадже) служили верхней комнатной одеждой, были длиной почти до лодыжек, без перехвата и воротника, с длинными, суживающимися к запястью рукавами; спереди застегивались пуговицами (от 3 до 10) с длинными петлицами, или схватывались завязками. Они делались холодные — на подкладке, теплые — на меху; иногда они были без рукавов и тогда одевались под кафтан. Ферязи ездовые или ферези надевались на обыкновенные ферязи или на чюгу. Опашнем называлась верхняя одежда с широкими рукавами, суживавшимися к запястью; в царском К. подбитый горностаем опашень назывался платном. Более простой верхней одеждой была однорядка, длиной до пят, без воротника. Покроем подобен однорядке был охабень или охобень — верхняя одежда с четырехугольным отложным воротником, часто с откидными рукавами из объяри (шелк с золотом и серебром), атласа, бархата и парчи (фиг. 8). На ферязь надевался и кафтан (турецк.), смотря по покрою называвшийся турским или становым: первый был без воротника и застегивался только у шеи и на левом боку, последний — с перехватом, широкими недлинными рукавами и пуговицами на груди и в разрезах на подоле (фиг. 12). Шуба была предметом гордости в моск. Руси; в ней оставались часто и в комнате, при гостях; для украшения она обшивалась нашивками, для застегивания имела пуговицы или кляпыши с петлями (фиг. 15), а иногда шнуры с кистями. Русские шубы походили на охабень и однорядку, но имели отложной меховой воротник, начинавшийся от груди; турецкие шубы отличались от русских широкими рукавами, которые делались иногда одинарные, иногда двойные; польские шубы имели вместо отложного узенький воротник и просторные рукава, с меховыми обшлагами. Женские шубы (фиг. 11) были схожи с мужскими; крытая бархатом соболья шуба имеется на старинном изображении царицы Натальи Кирилловны, поверх аксамитной телогреи (фиг. 16). Восточного происхождения и обычно из восточных материй были чюги (фиг. 10 и 9) — узкие кафтаны, с рукавами по локоть, приспособленные к путешествию и верховой езде, для чего они подпоясывались кушаком, поясом или тесьмой; теплые чюги были на соболях, куницах и т. п. Со времен татарского ига на коротко остриженной голове обычно носили тафьи, в XVI веке не снимавшиеся даже в церкви, несмотря на порицания митр. Филиппа. Поверх тафьи надевали шапки: у простонародья — из войлока, поярка, сукманины, у людей богатых — из тонкого сукна и бархата. Кроме шапок в виде клобуков (древнейший покрой их в России см. фиг. 1, 7, 13) носились треухи, мурмолки и горлатные шапки. Треухи — шапки с тремя лопастями — носились мужчинами и женщинами, причем у последних из-под треуха обычно виднелись подзатыльники, унизанные жемчугом. Мурмолки — высокие шапки с плоской, на голове расширявшейся тульей из бархата или парчи, с меловой лопастью в виде отворотов. Шапки горлатные делались вышиной в локоть, кверху шире, а к голове уже; они обшивались лисьим, куньим или собольим мехом от горла, откуда их название (фиг. 12); простонародье их не имело права носить. На ногах носили полусапожки или сапоги из красного или желтого сафьяна, шитые золотом или серебром (фиг. 7 и 15); женщины носили высокие каблуки, сильно затруднявшие хождение. Ожерелья были иногда с наплечниками, иногда стоячие (фиг. 13), пришивавшиеся к зипуну — узкой шелковой одежде вроде кафтана. К кафтану иногда, особенно часто в XVII в., прицеплялся козырь (фиг. 17) — высокий стоячий воротник, закрывавший весь затылок; он делался из атласа и бархата, вышивался серебром и золотом и составлял один из первых предметов щегольства; от него ведет начало выражение: "ходить козырем". Женщины поверх белой или красной рубашки с пристегнутыми к рукавам вышитыми запястьями надевали длинный шелковый летник, застегивавшийся до горла, с длинными рукавами с вошвами (т. е. золотым шитьем и жемчугом) и с пристегнутым воротом или ожерельем. Верхней выходной женской одеждой был длинный суконный опашень, с частыми пуговицами, украшенный по краям шелковым или золотым шитьем, причем длинные рукава опашня висели, а руки продевались в особые разрезы; все это покрывалось душегреями или телогреями и шубами. Телогреи, если надевались через голову, назывались накладными. На голове носился убрус, с начельником (т. е. налобником), на который царицы надевали венец (фиг. 14). Замужние женщины должны были непременно прикрывать свои волосы и потому дома носили на голове волосники или повойники и повязывались еще платком, а при выезде из дома надевали богато украшенную кику или кокошник (см.). Девицы носили на голове широкую вышитую повязку (венчик), с широкими лентами позади (фиг. 18); на той же фигуре представлена и древнерусская муфта — рукав, шитый мехом внутрь и с меховой опушкой. Зимой женщины при выходе из дома надевали меховые шапки или покрывали свой головной убор платком (фиг. 11). Мужчины и женщины любили украшать себя шейными цепями, серьгами, кольцами и т. п. Дорогие шелковые и парчовые одежды, украшенные золотыми и драгоценными камнями, надевались лишь изредка, в торжественных случаях; их тщательно берегли и передавали из поколения в поколение, так как обычай часто сменять покрой одежды в допетровской Руси был неизвестен. Дома и богатые бояре носили одежду из простых, недорогих материй. Простолюдины в то время носили К., в почти неизмененном виде сохранившийся до нашего времени. Их одеждой были холщовая рубаха и штаны, а в холодное время, кроме того, серый суконный кафтан (сермяга), до колен длиной, и овчинный тулуп; на голове войлочная шапка, а зимой — меховая, на ногах лапти или кожаные сапоги. Недалеко ушел от общего типа костюма вост. кочевников К. низших воинов древней Руси, сражавшихся «лучным боем»; они были одеты в кожухи (упоминаются еще в «Слове о Полку Игореве») или полушубки и носили войлочные шапки. Более близкие к Западу, имевшие отношение и к Польше воеводы и городские люди носили К., напоминающий польский (см. фиг. 21: донец в пожалованном зеленом кафтане, гетман с булавой и казак в простейшем наряде косаря). С реформ Петра Вел. начинается появление в России платья европейского покроя; немецкий К. его эпохи (фиг. 20) ничем не отличался от современных ему воинских костюмов Западной Европы, все различие которых состояло в изменении цвета сукна, знаках отличий и т. д. Превосходная коллекция К. разных народов, обитающих в России, собрана в московском дашковском этнографическом музее (см.), о котором см. В. Ф. Миллер, «Систематическое описание коллекций дашковского этнографического музея» (М., I-III, 1887—93). С К., неразрывно связанным с этнографическими особенностями какой-либо страны или народа, не следует смешивать форменные одежды служащих разных ведомств, солдат различных полков и т. п.

Литература о К. Ch. Louandre, «Les Arts somptuaires, histoire du costume, de l’ameublement etc.» (П. 1858); Spalart, «Versuch über das Kostüm» (Вена, 1796—1837); J. Ferrario, «Le Costume ancien et moderne» (Милан, 1816—17); J.-R. Planché, «The Cyclopaedia of Costume» (Лондон, 1876); Г. Вейсс, «Внешний быт народов с древнейших до наших времен» (пер. М., 1879); A. Racinet, «Le Costume historique» (П., 1876); Fr. Hottenroth, «Trachten, Haus-, Feld- und Kriegsgeräthe der Völker alter und neuer Zeit» (Штутг., 1877, сл.); Malliot et Martin, «Recherches sur les costumes» (П., 1809); Paquet frères, «Modes et costumes historiques et étrangers» (П., 1873); Vecellio, «Habiti Antichi e Moderni de tutti il Mundo» (Вен., 1859—63); Th. Hope, «Costume of the Ancients» (Л., 1841); Mongez, «Mémoire sur le costume des Perses» («Mém. de la classe de littérature et beaux-arts», П., VII год револ.); H. Smith, «Selections of the ancient costume of great Britain and Ireland» (Л., 1814); H. Wagner, «Trachtenbuch des Mittelalters». (Мюнхен, 1830); Watson, «Costumes of the Middleage» (Л.); J. Hefner-Alteneck, «Trachten des christlichen Mittelalters» (1840); Jacquemin, «Hist. géuerale du costume civil, religieux et militaire du IV au XIX siècle» (П., 1870); Bonnard et Mercuri, «Costumes historiques des XII, XIII, XIV et XV s.» (П., 1867); Chévignard et Duplessis, «Cost. hist. des XVI, XVII et XVIII s.» (П., 1867); J. Quicherat, «Hist. du costume en France» (П., 1875); J. Strutt, «Dresses and habits of the people in England» (Л., 1842); Ch. Martin, «The Civil Costume of England from the Conquest to the present Time» (Л., 1842); J.-R. Planché, «British Costume» (Л., 1849); Val. Carderere, «Iconografia española» (Мадрид, 1858); «Tableau de l’hàbillement etc. de la République batave au commenc. du XIX s.» (Амстердам, 1803); James, «Les Costumes militaires de l’Inde» (Л., 1814); Orlowski, «Costumes de la Perse» (Л., 1820); Lévêque, «Costumes du Portugal» (Л., 1814); Leprince, «Cost. russes et divers habillements des peuples du Nord»; Haegi, «Cost. suisses» (Базель); Dalvimart, «Cost. de la Turquie» (Л., 1802); Stackelberg, «Trachten und Gebräuche der Neugriechen»; «Chinese Costumes and the Employments of Chinese Traders», изд. J. Bowring; Прохоров, «Древности» (I — III); И. Забелин, «Домашний быт русских цариц» (М., 1872); П. Савваитов, «Описание старинных царских утварей и т. д.»; Н. Степовой, «Малорусская народная одежда» («Киевск. Старина», 1893, № 5).

Костюм (театр.). В специальном значении слово К. понимается как одежда, соответствующая известному народу, времени или лицу. Наряду с гримировкой К. дополняет внешний облик артиста и является одним из важных элементов сценического действия. Требование исторической верности К. — явление нового времени. Барон (ученик Мольера) играл древних римлян в алонжевом парике; Гаррик играл Гамлета и Макбета в К., убранных галунами. На верность театрального К. обратил внимание Тальма во Франции, Фредерик Нейбер († в 1760 г.) — в Германии. У нас образцовыми постановками славится моск. Малый театр; так напр., в «Теофано» Аверкиева быт византийского двора, в архитектурном и костюмном отношении, воспроизведен верно до мелочей. Особенно значительных успехов театральная костюмировка достигает у мейнингенцев (см.). Элементы костюмировки наблюдаются уже в первобытных забавах людских, в надевании шкур зверей и передразнивании их. В зрелищах, приуроченных к важнейшим праздникам церковного года, по городам и селам проходили толпы костюмированных библейских и евангельских масок. Первые К. мистерии сложились под влиянием иконописи и церковной скульптуры. Священнические ризы и иные церковные уборы — первые формы К. В 1384 г. епископ винчестерский осуждает священников своей епархии, своими одеждами ссужавших актеров мистерий. В альсфельдской мистерии Страстей Господних Христос являлся в красной одежде, как бы обагренный кровью, пролитой Им за человечество. В других случаях Спаситель изображался в белой одежде, иногда в костюме садовника; в английских мистериях на платья грешников были нашиты уродливые изображения, сатанинские фигуры и т. п. Рабле в своем «Пантагрюэле» (кн. IV) рассказывает, что в интермедии, исполненной между актами мистерии страстей в Сен-Мексане (в Пуату), «демоны были одеты в шкуры волков, баранов и коз, усеянные бараньими головами и бычачьими рогами». Правила костюмировки аллегорических существ подробно разрабатывались в иезуитских школах в связи с средневековыми символическими иконами и миниатюрами: Вера, напр., изображалась в белой одежде, с длинными волосами, в лучах, с чашей, крестом и якорем. И у нас, как и у славян, мы видим сначала надевание звериных шкур и передразнивание зверей; затем, вероятно, появляется переодевание мужчин в женский К. и наоборот, строго осуждаемое Кормчей Книгой и церковью. Нашими театральными зрелищами, при их возникновении, заведуют иностранцы (Грегори, Кунст и др.), перенесшие к нам западные начала костюмировки. Антрепренеру Кунсту (см.) приходится уже выслушивать «попрекательные и укорные слова», зачем он делает платья только полотняные и обшивает их мишурой, а не настоящим золотом. «Не размышляют», оправдывался он, что настоящее золото при свечах «не яснилось и на театре не тако явилося». К. шились на казенный счет; на деньги приказа приготавливались также парики, бороды и мелкие бутафорские вещи. Грегори было однажды выдано «на платье ангелов, на молодого Товию и на спустьшественников его» 30 руб. Из сохранившегося описания участников пещного действа видно, что отроки были одеты в стихари и в шапки, обшитые заячьим мехом, позолоченные сверху и раскрашенные, или в венцы; халдеи — в длинных платьях из красного сукна. В московской Руси заготовление К. находилось в ведении особого подьячего. Ныне заготовление К. при имп. театрах поручается особому штату служащих, ведающих гардеробную часть (по положению 1827 г. — «пятый отдел театрального управления»). Правила театральной костюмировки изложены в ст. К. С. Шиловского («Артист», сентябрь, 1894 г.); исторические сведения разбросаны у Веселовского, «Старинный театр в Европе» (М., 1870).

ЭСБЕ:Одежда
ЭСБЕ:Театр