ЕЭБЕ/Брандес, Георг Морис Коген
Брандес, Георг Морис Коген — знаменитый датский литературный критик; род. 4 февраля 1842 г. в Копенгагене. С 1859 до 1864 гг. изучал в местном университете сначала юриспруденцию, а затем философию и эстетику. Уже в 1863 г. был удостоен золотой медали за работу «Идея рока в античной трагедии». Три года спустя, когда конфликт между представителями веры, с одной стороны, и представителями научно-философской мысли, с другой, принял в Дании чрезвычайно острый характер, Б. выступил ярым противником ортодоксального течения, решительно восставая в своем сочинении «Dualismeni von nyeste Filosofi» (1866) против всякой попытки примирения науки с религией. Этот труд, читавшийся нарасхват, сразу выдвинул Б. и был выразителем идей целой группы молодых датских литераторов, объявивших беспощадную войну романтизму и традиционной эстетике. Выработке философского, эстетического и политического мировоззрения Б. много способствовало его пребывание, вскоре по окончания образования, во Франции (1866—1867 и 1870 гг.), Англии (1870—1871 гг.), Германии и Италии (1868). В Париже он сошелся близко с Тэном и Ренаном, в Лондоне — со Стюартом Миллем. Взгляды Тэна на искусство, его учение о внутренней связи между творчеством художника или писателя и условиями среды (влияние времени, места, расы и политических учреждений) произвели на Б. особенно сильное впечатление. Он познакомил своих соотечественников с этими взглядами в «Astheitiske Studier» (1868); учению Тэна посвящена и диссертация Б. на степень доктора философии «Den franske Astetik i vore Dage. En Afhandling om Н. Taine» (1870). И даже целых 17 лет спустя, когда Брандес, уже в полном расцвете своей славы и авторитета, читал в Петербурге публичную лекцию о методах и задачах современной критики, он признавал свою тесную преемственную связь с Тэном и Сент-Бевом. С другой стороны, на политические и философские убеждения Б. оказали не менее глубокое влияние французский радикализм и английский позитивизм в лице Стюарта Милля, два сочинения которого («Subjection of woman» и «Utilitarism») Б. перевел на датский язык. Осенью 1871 г. Б. приступил в Копенгагене к чтению ряда лекций, представлявших отдельные главы его капитального труда о главнейших течениях в литературе 19 веке («Hovedstromninger i det 19-de Aarhunderdes Litteratur»; 6 томов, 1872—1890). В этих лекциях Б. исходил из того основного положения, что всякое литературное произведение должно быть рассматриваемо не только как явление индивидуальное; необходимо привести его в связь с той интеллектуальной атмосферой, среди которой оно зародилось и которую оно так или иначе отражает в себе. Понять и оценить по достоинству то или иное произведение критик может не иначе, как предварительно установив связь этого произведения с общим умственным течением соответствующей эпохи, рассматриваемой в свою очередь как своего рода продукт предшествующих исторических периодов. Таковы были те начала, на которых Б. строил «психологическую критику» и историю литературы 19 века. И Б. не только мыслитель, но и художник: тонкость анализа сочетается у него с изяществом формы, глубина мысли с мастерством стиля; он всецело овладевает вниманием слушателя или читателя, который вместе с мыслью воспринимает и воодушевляющее критика чувство. По мнению самого Б., для критика недостаточно одного понимания: ему необходимо своего рода чутье, необходимо «интуитивное» проникновение в самую глубь исследуемой им жизни. Эта интуиция играет у Б. большую роль и нередко сближает его критику с творчеством поэта. Особенности критического дарования Б. создали ему огромный успех и обеспечили за ним впоследствии одно из первых мест в ряду историков литературы. Но если его блестящий талант сразу завоевал ему горячие симпатии университетской молодежи, то в консервативном лагери лекции Б. вызвали большое недовольство: они казались шовинистам слишком общечеловеческими, слишком мало датско-национальными. Завязалась страстная полемика; Б. стали напоминать его еврейское происхождение и укоряли его в отсутствии патриотизма, — его, который впервые ознакомил Европу со скандинавскими литературами. Б. на эти нападки ответил в отдельных памфлетах и в издававшемся, с 1874 по 1877 гг., им в сотрудничестве с его братом Эдуардом (см.) журнале «Det nittende Aarhunderde». Озлобленной ортодоксальной партии удалось помешать избранию Б. профессором эстетики, после чего Б. поселился в Берлине, принимая весьма деятельное участие в немецкой периодической печати. В 1882 г. он, по приглашению друзей и приверженцев, собравших фонд, который его обеспечил материально на 10 лет вернулся в Копенгаген, где возобновил свои лекции в университете. Весной 1887 г. Б. посетил Петербург, где прочел на французском языке ряд имевших огромный успех лекций о русском романе (Тургенев, Достоевский и Толстой), о методах и задачах современной критики и др. В мае 1902 г. Б. получил в Копенгагене звание профессора. В последние годы он значительно изменил свое мировоззрение: горячий сторонник доктрины «умственного аристократизма», он теперь выдвигает на первое место в истории прогресса не среду, а личность. Ярким свидетельством этого поворота могут служить прочитанные Б. на французском языке в начале 1902 г. (вскоре после празднования (10-летия со дня его рождения) в Русской высшей школе общественных наук в Париже, лекции на тему: «Le grand homme, source et but de la civilisation» (изданы отдельной брошюрой, Париж, 1903). Кроме уже упомянутых трудов, Б. написал: «Danske Digtere» (1877); «Essajas Tegner» (1878); «Ludwig Holberg und seine Zeitgenossen» (1885); «Moderne Geister, litterarische Bildnisse aus dem neunzehnten Jahrhundert» (1882); «Shelley und Lord Byron» (1894); «William Shakespeare» (1896). Специально еврейским темам Б. также посвятил некоторые свои литературные труды. Так он, напр., написал книгу о «Иове» и статьи о «Песне Песней» и «Экклезиасте», о еврейско-шведском поэте Гескеле (см. Luach Achiasaf, X, 1903, и Jahrbuch für jüdische Geschichte und Litteratur, 1901). Он также заступился за бесправных евреев Румынии и Финляндии, хотя и не без некоторого колебания. Его книги об еврейских политических деятелях «Lord Beaconsfield» (1879) и «Ferdinand Lassale» (1877) принадлежат к лучшим произведениям этого рода и выдержали много изданий. Многие из его трудов, в особенности отдельные монографии и литературные характеристики, имеются в переводах на различных европейских языках, между прочим, на еврейском (М. Эpeнпрeйзa, издание «Tyшия») и русском. Об отношении Б. к еврейскому вопросу можно судить по его письму в редакцию Frankfurter Zeitung (1908, август). «Если бы мне, — писал он, — беспрерывно не напоминали о моем еврейском происхождении, я мог бы и забыть об этом. Удивительное дело! Я слышал тысячу раз о том, что я еврей, и все-таки всякий раз это утверждение является для меня новостью». Б. утверждает, что «во всей Дании он недавно был единственным неевреем; между тем, того из датчан, который раньше всех и упорнее всех стремился в Афины, без устали влекут обратно в Иерусалим, которого они сами не в силах выбить себе из головы». Этот упорный и странный отказ от еврейства объясняется тем, что, как «эллин» по своему мировоззрению, Б. считает еврейство противоположностью эллинизма и одну из своих задач видит в борьбе против «иудаизма, видоизмененного некоторой примесью христианства, коим пропитаны Дания и Финляндия». — Ср.: Н. С. Стороженко, «Георг Брандес», «Русск. ведомости», 1887, апрель; «Пантеон литературы», 1889, январь; «Неделя», 1885.

ЕЭБЕ:Персоналии
ЕЭБЕ