ЕЭБЕ/Арон-кодеш
Арон-кодеш (‎; «священный ковчег») — самая священная принадлежность всякой синагоги или молитвенного дома, причем святость ковчега объясняется тем, что в нем хранится, в одном или многих экземплярах, свиток Торы. А.-к. ставится обычно y восточной стены за аналоем (см.) на специальной эстраде («духан»), так что для взятия из него свитка Торы необходимо подниматься по ступенькам, помещающимся обычно в больших синагогах с обеих сторон аналоя. Впрочем, бывают случаи, когда А.-к. помещается y другой стены, напр. когда против восточных окон синагоги находится храм чужой веры или же если неблагоприятные условия помещения требуют такой перестановки. В подобных случаях евреи, живущие в Северной Европе, предпочитают ставить А.-к. y южной стены, потому что таким образом лучше удовлетворяется требуемое традицией обращение молящихся к Иерусалиму (Schir rab., v. ‎, конец). В небольших синагогах и молитвенных домах А.-к. отделен от стены; в больших же его устраивают обычно в нише в середине восточной стены. Новейшая синагогальная архитектура, в подражание христианским храмам придумавшая апсиду, помещает А.-к. в середине последней, также в специальной нише, и, будучи последовательной в своем подражании, помещает совершенно необязательный Нер-Тамид (вечную лампаду) тут же перед А.-к. Термин «Арон-кодеш» для ковчега, в котором хранится Тора, весьма стар и существует с II века обычной эры. Законоучители относились неодобрительно к простолюдинам и женщинам, которые называли «ковчег святыни» «орна» или «урна» (‎ — измененная форма еврейская ‎; ср. Шабб., 32а). Лексикографы Levy и Kohut толкуют слова ‎ в смысле лат. urna, но это невероятно: urna y древних римлян означала не деревянный ящик, a глиняный или стеклянный кувшин, с которыми А.-к.  никакого сходства не имеет. Впрочем, «либрариумы» римлян имели вид стоячих цилиндрических сосудов, в которых хранились рукописи хартии; если предположить, что подобные либрариумы были перенесены из Рима на Восток под названием «урна», то надо вместе с тем допустить, что в Палестине А.-к. в талмудическую эпоху имел форму стоячего цилиндра, на что, однако, никаких точных указаний не существует. В виде поэтической метафоры Бар-Каппара применил термин А.-к. к патриарху Иегуде I в своей речи по поводу смерти последнего, желая этим сказать, что человек ученый представляет как бы живой ковчег, в котором хранится Тора (Кетуб., 104а). Однако рядом с этим термином в Талмуде и во всей раввинской литературе вплоть до Иосифа Каро (ум. 1575) «ковчег» синагоги назывался также ‎ — (ковчег, ящик) или ‎ (чертог; Шулхан-Арух, Орах-Хаим, 153, 2), и только в общежитии и раввинских респонсах он называется «Арон-кодеш». Впрочем, и y Kapo (ibidem, 150, 5) он иногда называется «Арон» без эпитета «кодеш». — Возможно, что А.-к. в древности представлял, подобно храмовому ковчегу, низкий продолговатый гробовидный ящик (ср. Сота, 13а — ‎ — «два ковчега странствовали с евреями в пустыне: один для покойника Иосифа, a другой для величия Божия», т. е. скрижалей завета) и подобно храмовому ковчегу вмещал в себе свиток Торы в горизонтальном положении (ср. Баба Батра, 14а). Название «Теба», ‎, указывает, что хранилище Торы в древних палестинских синагогах имело форму невысокого ящика четырехугольной формы, где свитки Торы находились в вертикальном или горизонтальном положении. Когда А.-к. принял вид вертикального шкафа, трудно сказать, но видно, что уже во время Маймонида словом «Арон» обозначали то же, что ‎ (ящик шкафа).  Ср. комм. Маймонида к Мишне Агалот, IV, 2. Подобно тому, как «ковчег завета», находившийся в св. святых, был отделен от «святилища», ‎, завесой, так и символизирующий его А.-к. в синагогах с течением времени стал также отделяться от прихожан завесой (‎). Впрочем, из слов Маймонида в его «Jad Hachasakah» (Hilchoth tefilah, XI, 2, 3) видно, что в древних синагогах имелась особая пристройка или отделение внутри синагоги, которое называлось ‎ и где стоял «ковчег» (‎). Последний был, по-видимому, переносным, и в некоторых случаях его выносили из hechal и ставили в синагоге на «алмемар». Впрочем, И. Каро в Kesef Mischna к цитированному месту иначе толкует его. По его мнению, под словом «Теба» Маймонид понимает в данном случае не А.-к. с находящимися в нем свитками, a нечто вроде столика, который помещался в середине «возвышения» (‎) и на который клали Тору во время чтения. Из трех примерных планов синагог: I по Маймониду, II ортодоксальной и III хоральной с апсидой (см. иллюстр.) видно, что как бы ни различалось помещение А.-к. в синагоге, все же он является везде предметом, к которому обращены лица молящихся. — А.-к. в разные времена и в разных местах украшался различно. Д. Кауфман (Zur Gesch. d. Kunst in den Synagogen, 1897) рассказывает o ковчеге в Пезаро, сделанном из орехового дерева, крытого золотом, и покоящемся на двух резных фигурах львов, которые своими разинутыми пастями и всклокоченными гривами производят впечатление живой натуры. Этот ковчег относится к концу 15 и началу 16 вв. Другой ковчег работы мастера начала прошлого столетия в моравской общине, Тобитшаве, имеет изображения львов наверху. По сообщению Берсона (Kilka słόw etc., цитиров. по Кауфману, ibid.), A.-K. заблудовской синагоги украшен растительными орнаментами, исполненными в барельефе. Л. Вержбицкий (по Кауфману, ibidem) описывает стенную живопись вокруг А.-к. в Яблонове, где изображены различные животные и птицы. О богато украшенном ковчеге в Вильковишках Сув. губ. рассказывает А. Таненбаум (‎, изд. ‎). Автор настоящей статьи лично видел деревянный А.-к. в м. Олькениках Вил. губ., где резной оригинальной работы горельефами по бокам ковчега искусно изображены растительные орнаменты с птицами. Вообще сначала даже запрещенные, затем с трудом допущенные ортодоксальными раввинами украшения А.-к. ныне получили общее распространение, и редко где найдется синагога, в которой А.-к. не был бы так или иначе украшен. Типичными украшениями А.-к. в современных ортодоксальных синагогах Литвы и Польши являются: наверху — две скрижали, поддерживаемые с обеих сторон львами и увенчанные короной (‎), a также изображение двух рук, пальцы которых сложены так, как руки когенов во время благословения ими народа. Как то, так и другое — резной рельефной работы, крыты золотом или красками натуральных цветов; по бокам же — большей частью единичные или двойные витые гирляндами колонки с базами и капителями разных стилей. Для ансамбля композиции А.-к. снабжается сверху над колонками шарами, вазами или барельефными букетами. Образчик подобного А.-к. дан в приложенном здесь рисунке. — С А.-к. в еврейском ритуале связаны разные обряды и обычаи. 1) Открывание А.-к. (‎) совершается во время чтения молитвы ‎ в постные дни и в 10 дней покаяния, некоторых пиутов в Рош-гашана и Иом-Кипур, во все время предвечерней молитвы ‎ в «день Всепрощения», во время чтения ‎ в праздник Кущей, во время молитв ‎ и ‎ в Шмини-ацерет и Пасху, и также во время ‎ в Симхат-Тора. Обрядом «открывания» А.-к. старосты синагоги удостаивают обычно наиболее почтенных прихожан. Во все время, пока А.-к. открыт, прихожанам сидеть не полагается. Этот обряд связан с 2) «закрыванием» А.-к. (‎), которое совершается обычно одним и тем же лицом, что «открывание». 3)Вынимание Торы (‎) совершается по тем дням, когда с амвона читается отдел или отрывки из Торы. Во время этого обряда читается стих ‎ (Числ., 10, 35), а также молитва ‎ на арамейском языке, приписываемая р. Симону бен-Иохаи. 4) Внесение Торы (‎), во время которого читается другой стих ‎ (там же, 36). Вынимание и внесение Торы в А.-к. во время чтения ‎ и пения ‎ не сопровождается чтением упомянутых текстов, так как в данных случаях Тора берется не для чтения, a для ассистирования во время упомянутых молитв. Вынимание Торы во время процессии, ‎, сопровождается чтением ряда стихов (см. «Гакафот»), причем «Петиха», ‎, продолжается во все время окружных процессий.  Чтобы не оставить А.-к. совершенно пустым после того, как оттуда вынуты все экземпляры Торы для процессий, 5) ставят туда зажженную свечу, символизируя этим библейское выражение ‎ («Тора есть свет»). Наконец, в пост 9-го Аба, как символ траура, 6) снимается с А.-к. завеса. — А.-к., раз он служил в синагоге хранилищем Торы, не теряет уже никогда своего значения как священный предмет. Его нельзя продать или дать ему другие функции; его можно перемещать из маленькой в большую синагогу, но не наоборот. Обветшалый или поломанный А.-к. подлежит ‎, т. е. погребению. В том помещении, где находится А.-к., нельзя раздеваться или спать. Обращаться к нему спиной могут лишь когены во время совершения ими обряда благословения и проповедник во время речи, в остальных случаях следует обращаться к нему лицом (см. Jad ha-Chasakah и Schulchan Aruch, Orach-Cnajim в соответствующих местах).

ЕЭБЕ