ЕЭБЕ/Гагада пасхальная
Гагада пасхальная (‎). — Обычай праздновать пасхальный вечер затрапезным чтением повествования об исходе из Египта существовал уже в храмовую эпоху, как ясно видно из древнего текста так назыв. 4-х вопросов, из которых один прямо касается пасхального агнца: «Почему в этот вечер мы едим мясо только жареное?» (Мишна, Песах., X, 4). В Евангелии имеется указание на празднование Пасхи Иисусом (Матфея, XXVI, 17—30; Марка, XIV, 12—26; Луки, XXII, 1—20); при этот упоминается ο пении затрапезного гимна (Матф., XXVI, 30; Марка, ХIV, 26), вероятно, «Галлеля». Библейское основание для подобного рода празднования заключается в кн. Исх., 13, 8, где сказано: «И ты повествуешь сыну твоему в тот день, говоря: это ради того, что Господь сделал мне, когда я вышел из Египта»; из этого выводится (Мехилта, ad locum) обязанность еврея читать накануне Пасхи повествование ο чудесном исходе из Египта. Впервые указание на существование какого-то особого пасхального обряда встречается в Мишне (Песах., X, 5), где приводится готовая формула четырех вопросов, которые дети должны предлагать родителям (см. ниже); один из этих вопросов гласит: «Почему в эту ночь мы едим только жареное», т. е. пасхальную жертву, из чего следует, что этот ритуал соблюдался уже во время существования храма. Там же изречение р. Гамлиила «Тот, кто не разъяснил этих трех вещей в Пасху, a именно: «песах», «мацца» и «марор» (горькие травы), не считается исполнившим свой долг», после чего следует разъяснение этих трех предметов: сказанным он желал подчеркнуть, что не следует ограничиваться одной лишь едой пасхального ягненка (Исх., 12, 8) и думать, что этим уже исполнено повеление Торы, a нужно еще придать духовный характер обряду. Автором приведенного изречения многие считают раббан Гамлиила I (Landshuth, Hagadavorträge, XV, 1885; Müller, Die Haggada von Serajewo, 6, 1898). Вейс, однако, который раньше был того же мнения, во II томе своего труда (Dor-Dor, II, 74) отказался от него и без достаточных причин считает автором пасхального ритуала Гамлиила II, только потому, что этот же р. Гамлиил установил формулы как ежедневных, так и застольных молитв, что, конечно, ничего не доказывает. В Мишне (Песах., X, 4) говорится: «Пусть сын спрашивает отца о значении обрядов, и пусть отец в соответствии с умственной зрелостью сына наставляет его в этом. Если же сын еще не настолько развит, чтобы спрашивать, то пусть отец сам сообщает ему».  Это положение Мишны основывается на Исх., 13, 14, — «и когда сын твой впоследствии спросит y тебя: Что это? — ты скажи ему: Сильною мышцею Господь вывел нас из Египта, из дома рабства». Тут же приведен и самый текст четырех вопросов, предлагаемых сыном отцу: «Почему сия ночь разнится от прочих ночей? В другие ночи мы едим квашеный хлеб и опресноки, a в эту ночь только опресноки? В другие ночи мы едим всякие овощи, a в эту ночь только горькие; в другие ночи мы едим мясо жареное, вареное или тушеное, a в эту ночь только жареное; в другие ночи мы обмакиваем (зелень) только один раз (в соленую воду), a в эту дважды». В современной Г. третий вопрос, которым именно и доказывается празднование пасхального седера до разрушения храма, заменен следующим: «В другие ночи мы едим или сидя или возлежа, a в эту ночь все мы (едим) возлежа».  У Маймонида последний вопрос занимает первое место; то же замечается и в сефардском ритуале, в ‎ и, по утверждению Цунца, в авиньонском Махзоре (ср. Zeitimg des Judenthums, III, 469). «В ответе на эти вопросы в соответствии с развитием и понятливостью сына, — продолжает Мишна, — отец поучает его, начиная с бесчестия и кончая прославлением». Толкуя приведенные слова «он начинает с бесчестия», Рав замечает, что следует начать со слов «Предки наши сначала были идолопоклонниками», a Самуил — со слов «мы были рабами фараона в Египте». Итак, уже в первую аморейскую эпоху существовали две версии.  Помещенный в нашей Г. рассказ о р. Элеазаре, проведшем в беседе об исходе из Египта с 4-мя другими таннаями всю пасхальную ночь, не встречается ни в Талмуде, ни в Мидрашах; в Тосефоте (Кетубот, 55, s. v. ‎) этот рассказ приводится, но без указания источника; в другом месте Тосефота (Абода Зара, 45, s. v. ‎) указан источник, «‎», откуда Цунц заключает (Vorträge, примеч.), что Г. является первоначальным источником рассказа. Подобный рассказ встречается в Тосефте Песахим в конце, но с другими лицами и в другой местности; подобные различия составляют обычное явление в Мидраше и агаде (ср. Zebi Hirsch Chajes, Imre Binah, IV, 5). Следующий образ ‎, позаимствованный из последнего параграфа, 1-й гл. тракт. Берахот, включен в Г., потому что он относится к упоминанию об исходе из Египта. Обычай чтения за пасхальной трапезой отрывков из агады существовал еще до р. Амрама, ибо уже его предшественник, Раб Натронай, говоря ο тех, кто опускает эти отрывки (возможно, что ο караимах), называет их не исполняющими долга еретиками, игнорирующими постановления мудрецов и подлежащими отлучению из всех еврейских общин (Weiss, Dor, IV, 115; Friedmann, 10). Из всего агадического элемента в Г.  особого внимания заслуживает сказание ο четырех сыновьях, олицетворяющих четыре различных отношения к религии: мудрец — олицетворяет интерес к ней, нечестивый — ее отрицание, простак — безразличие, невежда — непонимание ее вследствие неразвитости.  Этому сказанию предшествует небольшое вступление, начинающееся словами ‎. Из выражения ‎ для обозначения Бога не следует заключать, как некоторые думают, ο позднейшем происхождении этого введения, так как уже в Мишне (Миддот, гл.  V) это выражение употребляется в том же смысле. Что же касается самого сказания ο 4-х сынах, то оно заимствовано из иерус.  Талмуда (Песах., 34б) и параллельного места в Мехилте (13—14) [изд. Weiss, 28б]: в современной Г. он претерпел незначительные изменения, главное — вследствие ошибки, вкравшейся в цитируемый текст Втор., 6, 20; (Landshuth, l. с., VIII). Эти четыре сына были любимым сюжетом многих иллюстраций и гравюр, причем образцом обыкновенно служит их группа из одной амстердамской гагады семнадцатого века. Число «четыре», по-видимому, играет важную роль в праздновании пасхального вечера и составлении Г.: число вопросов — 4, таково же число вопрошающих, и рядом с этим существует обычай употребления четырех бокалов; последний обычай принадлежит древнему времени, так как уже в Мишне имеется указание на него. Чтобы перейти к повествованию об исходе из Египта и ο связанных с этим событием моментах, Г. начинает с первобытной доавраамитской истории израильского народа и приводит обещание, данное Богом патриарху, которое, несмотря на все бедствия и страдания Израиля, в конце концов точно исполняется. «И сие (это обетование и его осуществление) служило опорой отцам нашим и нам, ибо не один восстал на нас, чтобы истребить нас, но из рода в род восстают на нас, чтобы уничтожить нас; Всесвятой (да будет Он прославлен) избавляет нас от руки их». Затем следуют примеры из древней истории, как уже Лабан пытался истребить Якова, как израильтяне были порабощены в Египте и подверглись жестоким мучениям, как по приказанию фараона еврейские младенцы бросались в реку, как Бог наслал на египтян 10 казней, причем приводятся выдержки из Мидраша, где эти казни истолковываются различно. Далее, в незатейливом народном тоне исчисляются благодеяния, оказанные Господом Израилю — «‎» с припевом «Dajenu» — ‎ («довольно для нас»), который повторяется после каждого из исчисленных благодеяний, напр. «Если бы Он питал нас манной, но не дал бы нам субботы — было бы довольно для нас; если бы Он дал нам субботу, но не привел бы нас к горе Синайской, было бы довольно для нас» и т. д. Некоторое подобие этому исчислению находится в Сифре (Haazinu, 337); Маймонид еще не знает этого исчисления; по мнению Фридманна (Das Festbuch), оно является подражанием древней паломнической песне. Затем следуют приведенное выше древнее изречение р. Гамлиила с важнейшими ритуальными предписаниями для празднования пасхального вечера и их смысла и, наконец, последние две выдержки из цитированной Мишны: «Каждый должен смотреть на себя, как будто сам был в числе выходцев из Египта» и «Посему обязаны мы благодарить, прославить и т. д. оказавшего нам и предкам нашим эти чудеса, выведшего нас из рабства на свободу, из тьмы на великий свет и из порабощения к освобождению. Провозгласим перед Ним: Аллилуя». — Существенной частью Г. является чтение «Галлеля», который читали и при пасхальном жертвоприношении в храме (Песах., V, 7), причем, по мнению школы Шаммая, следует ограничиваться лишь чтением первого Псалма (113), a по мнению школы Гиллеля — первых двух 113, 114 (Песахим, X, 6). В сефардских общинах и в хасидских синагогах существует обычай читать «Галлель» в первые пасхальные вечера в синагоге. После чтения этих псалмов произносят славословие об избавлении, которое, по словам р. Тарфана, гласит: «Благословен Ты, Господи, Боже наш, Царь вселенной, избавивший нас и избавивший предков наших из Египта»; р. Акиба же прибавляет: «Да сподобит нас Господь дожить и до грядущих праздников, дабы мы веселились по поводу сооружения града Твоего и ликовали при служении Тебе; там мы станем вкушать от жертвоприношений и пасхальных ягнят. Благословен Ты, Искупитель Израиля». Затем следует трапеза с разными символическими блюдами. После трапезы и обычной молитвы и по налитии бокала для пророка Илии, при открытой двери произносят стихи Пс., 79, 6, 7, с разными добавлениями по различным ритуалам (ср. Сераевскую Г., 53 и сл.). Обычай назначения бокала для Илии-пророка, предтечи Мессии, основан на очень древнем предании, что праздник Пасхи предназначен и для грядущего освобождения Израиля (Рош Гашана, 16а). Раскрытие же дверей, быть может, находится в связи с помещенным в начале Гагады приглашением неимущих к участию в пасхальной трапезе ‎, которая ввиду этого, вероятно, ранее происходила при открытых дверях. Затем заканчивается «Галлель» и произносится славословие ‎ (Берахот; см. соотв. статью). Состав этого славословия различен в разных ритуалах, как сефардском, так и ашкеназском. Весь приведенный до сих пор ритуал имеет своим источником Талмуд и Мидраш с прибавлением некоторых вводных фраз и составлен в главных своих частях не позже эпохи амораев и пополнен некоторыми рассказами из Мидраша в эпоху гаонов. Периоду амораев также принадлежит вступление в Г., ‎, составленное на господствовавшем в то время арамейском языке; вместо двух еврейских слов ‎ в немецко-польском тексте, римский ритуал имеет ‎; что же касается выражения ‎, которое как бы намекает на пасхального ягненка и потому могло бы подать повод к заключению ο принадлежности этого вступления более древней, храмовой эпохе, то оно может относиться к предметам, заменяющим ныне древнюю «пасху», как, напр., «Афикомен» (см.) и т. п. Ни одна из сохранившихся 14 рукописных гагад не может быть старше эпохи Маймонида (1135—1204), который включил гагаду в свой кодекс (Jad, ‎). Мнение Фридманна (стр. 9), что специальные книги, содержащие весь пасхальный ритуал, имелись уже в талмудическую эпоху, основано на одном решении Раввы, вынесенном им по поводу иска, предъявленного к наследникам некоего умершего лица ο возвращении одолженной наследодателю Г. (Шебуот, 46б). Но такое толкование текста неправильно, потому что, несомненно (как уже явствует из употребленного в Талмуде выражения «Sifra d’Agadta» и из объяснения Раши), тут речь идет ο каком-то гомилетическом сочинении. — Все сохранившиеся рукописи отнюдь не древнее 13 в., в каковую эпоху, вероятно, и был впервые составлен в отдельном издании ритуал на пасхальную вечерю, так как нет решительно никаких данных для предположения ο более раннем существовании подобных сочинений. Когда же такой сборник был составлен, тогда, конечно, было уже вполне естественным пополнение его некоторыми поэтическими гимнами. Об этом упоминается в книге «Tanya», составляющей извлечение из сочинения «Schibbole ha-Leketh» Цедекии бен-Авраам-Анава, составленного около 1250 г. (Landshuth, l. с., XVIII). Гимны эти — позднейшие ингредиенты пасхальной Г. — не были специально написаны для пения их в пасхальную вечерю, но заимствованы из других религиозных сборников. Из этих гимнов особою популярностью пользуются: 1) ‎, заимствованный из пиутов на Великую субботу; 2) ‎ Элиезера Калира, заимствованный из литургических поэм на 2-й день Пасхи; 3) гимн ‎; 4) ‎ Иосифа Бонфиса, из пиутов на Великую субботу; 5) пиут ‎ в авиньонском ритуале на все праздники, не только Пасху (Zeitung. d. Judenthums, III, 469). По мнению Цунца, 3, 4, 5, равно и ‎ и ‎ прибавлены в 15 веке (Gottesd. Vortrage, 136). Испанский, северофранцузский и карпантрасский ритуалы вместо первого и второго имеют другие два гимна: Г., по-видимому, уже рано была выделена из общего молитвенника (‎) и существовала самостоятельно. Количество изданий Г. чрезвычайно велико. Адольф Остер из Ксантена занялся составлением коллекции их и в 1890 г. имел в своем распоряжении 230 изданий («Jüd. Lit.-blatt» Rahmer’a, XVI, 54; ХVII, 62; XIX, 56).  Самуил Винер (см.) насчитал их до 895. Древнейшая из всех существующих Г. была напечатана в Италии, вероятно, в Фано около 1505 г.; впрочем, еще древнее ее должна считаться Г., переплетенная вместе с копией «Tefillat Jachid», Сонцино, 1486, и находящаяся ныне y M. Зульцбергера. Издавна во всех странах стали переводить Г. на отечественный язык с целью сделать ее доступной детям. В «Sefer ha-Pardes» Соломона бен-Исаака (Раши) относительно ‎ и ‎ рекомендуется передача их на разговорном языке (‎). Аарон га-Коген Люнельский (14 в.) с похвалою отзывается об этом обычае, упоминая английский перевод Г. (Моисей Иссерлес в комментарии к Тур Орах Хаим, 473). Полные переводы Г. не древнее 16 века. В 1512 г. был издан во Франкфурте-на-Майне латинский перевод Г. (Winer, Bibliographie der Osterhaggada, № 4), но не для употребления евреев; немецкий молитвенник с Г. в рукописной коллекции Д. Оппенгейма (ныне в Бодлеяне) был написан в 1536 г. Венецианское издание 1609 г. содержит перевод всей Г. на ладино, итальянском языке и еврейско-немецком, причем, как показал Штейншнейдер, автор не имел понятия ο еврейском языке. Пфефферкорн составил латинский и немецкий перевод Г. для своих антиеврейских целей, и с тех пор Г. стала мишенью для нападок и инсинуаций на евреев. Первый новейший немецкий перевод Г. составил Иоиль Леве в 1785 году. Первый русский перевод Г. составлен М. Гольдштейном (Вильна, 1870); затем существуют следующие переводы на русском языке: Лифшица, Г. (Варшава, 1878, 1894), Кокизова, И. (Инстербург, 1889, караимский ритуал), Блоштейна, О. (Вильна, 1890, 1895) и Пирика (Одесса, 1900, караимского ритуала). В последнее время появился целый ряд свободных переводов Г. с некоторыми изменениями в самом тексте и с опущением всех фантастических частей. Сюда относятся переводы Леопольда Штейна (Франкф.-на-М., 1841), H. M. Bien («Easter Eve», 1886), И. С. Moзеса (в первом издании «Union Prayer-book», 227—257, Чикаго, 1892) и Майбаума (Берлин, 1893). — Комментарии. Так назыв. молитвенник гаона Амрама (9 век), ‎ (Варшава, 1865), заключает комментарий на Г. галахического содержания; затем известны следующие древние комментарии: Соломона бен-Исаак (‎) 11 века в его сочинении, хранящемся в рукописи в библиотеке Монтефиоре, код. 162, мидрашитского характера; Цедекии бен-Авраам Анава (13 в.) — агадического содержания в его «Schibbole ha-Leketh» (Венеция, 1546); в «Kol-Во» (Константинополь, 1540) — агадического содержания; Давида Абударгама (14 в.) — галахического характера в его «Abudraham» (Варшава, 1877, 115—127). Начиная с 16 в. появляются многочисленные комментарии на Г., преимущественно гомилетического характера.  Представители каббалы: Иосиф Гикатилия, его подражатель Моисей де Леон, как и последователи Исаака Лурии, Исаия Горовиц, Натан Шапиро и др., в своих комментариях воспользовались Г. для каббалистических целей. Виленское издание 1892 г. содержит 115 комментариев. Особого внимания заслуживает комментарий Аарона Теомима в амстердамском издании Г. «Chillukah de Rabbanan» (1694—95). — Ср.: Zunz, Gottesd. Vortr., 126 sqq.; Landshuth, Hagadavorträge für die beiden Pessachabende, с библиографическими заметками Штейншнейдера, 1855; Cassel, Die Pessachhagadah, 1866, 9-е изд. 1901; M. Friedmann, Das Festbuch Haggadah nach den Quellen и т. д., 1895; Müller и von Schlosser, Die Haggadah von Serajewo, 1898; C. Винер, Bibliographie der Osterhaggadah, 1902; Greenberg, The Haggadah according to the rule of Jemen, Лондон, 1898; Grünwald, Feast of Passover and Folklore; Jew. Encycl., VI, 141. — О журнальных статьях см. Schwab, Répertoire; см. также Mittheilungen der Gesellschaft f. jüd. Volkskunde, passim; Jew. Chron., 1902, апрель 18 и 25.

Гагада иллюстрированная. — Г., читаемая при «седере», домашнем ритуале пасхальной вечери, издавна снабжалась иллюстрациями и миниатюрами. В прекрасном труде Д. Мюллера и И. фон Шлоссера описываются 20 иллюстрированных рукописных гагад. Манускрипты различаются как по содержанию иллюстраций, так и по выполнению. Вообще говоря, иллюстрации в Г. могут быть разделены на три категории: а) исторические, специально к описанию Исхода; б) библейские, на библейские сюжеты, кроме истории Исхода; и в) ритуальные, изображающие отдельные моменты самого седера. В позднейшей из двух хранящихся в германском музее в Нюренберге гагад преобладают преимущественно картинки третьего типа. В немецкой гагаде, находившейся y Д. Кауфмана и датированной им приблизительно 1322 г., уделено много места иллюстрациям к истории Исхода и, кроме того, весьма художественно изображены знаки Зодиака. Хранящаяся в парижской Национальной библиотеке Г. 15 в. изобилует историческими и ритуальными иллюстрациями и отличается художественным исполнением первых слов текста; находящаяся y бар. Эдм. Ротшильда Рукопись Г.  художественно воспроизводит отдельные моменты седера и некоторые библейские сюжеты в стиле 14 века. Печатные Г. уже не отличаются таким разнообразием иллюстраций. Тут все ограничивается изображением отдельных частей седерного церемониала и некоторых эпизодов из истории Исхода. При этом отдельные моменты седера (15 обрядов) и группа исторических преданий (10 казней) по большей части изображаются на одной картине, иногда разделенной на клетки соответственно числу отдельных эпизодов. В большинстве рукописей все четыре типа сыновей изображены каждый в отдельной картине (ср. Müllervon Schlosser, Haggada v. Serajeœs, 175, 195), в печатных же Г. они все изображаются на одной картине (см. рис.), причем нечестивец всегда в виде воина (то же и в позднейших рукописных экземплярах, напр. в хранящемся y гр. Крауфорда в Лондоне и др.). — Первой печатной иллюстрированной Г. была изданная в Праге, 1526, следующей — аугсбургская 1534 г. Помещенные в них иллюстрации служили образцом для всех прочих Г., изданных в Северной Европе, преимущественно в Праге и Амстердаме. Первое итальянское издание с иллюстрациями вышло, вероятно, в Мантуе, в 1550 г., a следующее издание — в 1560 году с заключенными в художественно выполненные рамки страницами. Венецианские издания 1599 и 1629 гг. также изобилуют иллюстрациями, послужившими образцами для Г. Южной Европы. Но почти во всех без исключения печатных Г. сюжетом для иллюстраций служат: рабби Гамлиил, приготовление мацы, сцены седера, история исхода и, преимущественно, 10 египетских казней. — Ср.: Jacobs and Wolf, Catalogue of the Anglo-Jewish Historical Exhibition, Лондон, 1887 (роскошное издание); Müller u. von Schlosser, Die Haggadah von Serajewo, Вена, 1898; M. Schwab, в Rev. étud. juives, авг. 1902. [J. E., VI, 144].

ЕЭБЕ