ЕЭБЕ/Нумизматика
Нумизматика  — изобретение монетной чеканки, приписываемое обыкновенно царям Лидии, относится ко времени не ранее столетия до падения Иудейского царства (587 г. до Р. X.). За это время изобретение монет не успело еще проникнуть даже в Финикию. Вот почему не следует понимать в буквальном смысле агадическое сообщение о еврейской монете Авраама, Иошуи, Давида и даже Мордехая (Ber. r., XXXIX; Б. К., 97а), а те места Библии, которые говорят об употреблении чеканной монеты, относятся к более поздней эпохе. Таким анахронизмом является место в I Хрон., 29, 7, где говорится, что главы евреев между прочими дарами принесли Давиду 10000 золотых, ‎ «Adarkonim» (дариков), т. е. таких монет, которые появились лишь при царе Дарии I, более чем на 400 лет позже (это надо скорее понимать в том смысле, что они дали ему столько золота, сколько весят 10000 современных автору дариков). После покорения Ханаана евреи заимствовали у местного населения предметы обмена: золото, серебро и медь. Это подтверждается надписями Тотмеса в Фивах и официальной перепиской царей египетских с их сирийскими вассалами, найденной в Тель-эль-Амарне. Наиболее распространенным металлом для обмена служило серебро, так что вообще деньги также назывались «kesef» (Исx., 21, 11). Его принимали на вес. В каком виде драгоценный металл циркулировал при этом остается невыясненным. В Египте он имел вид колец, в Вавилонии он обращался в виде слитков или кусков. В Палестине, по всей вероятности, циркулировали слитки или кольца определенного веса, в круглых числах, в 1 шекель, и в дробных его частях (I Сам., 9, 8). Вопрос о весе еврейского шекеля довавилонской эпохи и взаимного отношения шекеля, мины и таланта подробно разобран в статье Меры и вес (см.).

По возвращении из Вавилона евреи постепенно приноровили всю свою систему весов к той, которая, быть может, и была по происхождению вавилонской, а в то время принята очень многими народами (греками, персами, финикиянами). Система эта являлась сочетанием древней — чисто шестидесятеричной, с египетской — чисто десятеричной. У Иезекиила, 45, 12 (греч. текст) и в Исх., 38, 25—26 указано, что талант будет по-прежнему считаться в 60 мин, но мина только в 50 шекелей. Таким образом, талант низводился к 3000 шекелей. Сам шекель делился на полушекели (бека — ‎; Быт., 24, 22; Исх., 38, 26), четверти и в 1/20 (Иезек., l.  с.) — «gerah» (‎), или граны («оболы» в греческой версии). Чтобы гарантировать однообразие по всей стране, при храме хранились образцовые весы, что часто делалось в классической древности. Это и был «святой сикль» (‎), который так часто упоминается в Библии; им взвешивали не только золото и серебро, но и медь, и пряные коренья (Исх., 30, 24). Вес шекеля после изгнания домакедонской эпохи остается неизвестным. Необычным в это время является деление шекеля на три части (что предусмотрено постановлением Нехемии, 10, 33, обязывавшим каждого гражданина уплачивать ежегодно 1/3 шекеля на храм), которое обыкновенно не встречается в монетных системах для серебра (эта система имеется еще лишь в Коринфе) и не соответствует делению на полушекели, четверти и двадцатые его доли, принятые в Пятикнижии (Исx., ibid.) и у Иезекиила (45, 12). Весьма возможно поэтому, что Нехемия не знал «святого шекеля» и счисление вел по вавилонскому в 16,66 грамм. Во времена Эзры и Нехемии чеканная монета, широко распространенная в западной Азии, уже была известна и евреям.  Можно с уверенностью сказать, что Иудея не была ни настолько богата, ни настолько автономна, чтобы получить от Персии право чеканки собственной монеты. В стране стали циркулировать иностранные монеты, вытесняя постепенно прежнюю спутанную систему взвешивания золота и серебра. Этими чужими монетами в ту пору были царские персидские и автономные финикийские. Главной персидской монетой является золотой статер, или дарик (), впервые выбитый царем Дарием I Гистаспом (522—485 до Р. X.; см. № 1 на иллюстрации). Он представлял 1/3000 веса легкого (малого) таланта (свыше 25 кг) с нормальным весом в 8,40 граммов (около двух золотников), т. е. половину вавилонского сикля. Персидское казначейство выпускало и серебряную монету, так называемый греками , хотя, судя по весу (5,60 граммов, или 1,34 золотника, т. е. 1/6000 таланта в 33,60 кг), это был скорее полушекель. При тогдашнем отношении между золотом и серебром 1:13⅓ 20  равнялись 1 золотому дарику (см. № 2). Монеты, выпущенные около 440 г. до Р. X. приморскими городами Палестины и Финикии (Тир, Арад, Газа), были статерами или шекелями, основанием которых был тяжелый (большой) талант в 43 килограмма, со средним весом в 14,40 грамм, или 2,45 золотника. Персидское правительство чеканило также специальные монеты для этого края, двойные шекели финикийской системы. Это те большие серебряные монеты, которые без достаточного на то основания приписываются Сидону (см. № 3). Из трех вышеупомянутых единиц вне всякого сомнения в еврейской письменности упоминаются дарики, или как их евреи называли «adarkonim» (Эзра, 8, 27; ср. I Хр., 29, 7) или «darkemonim» (‎; Эзра, 2, 69; Нех., 7, 70 и сл.), о которых часто говорится в связи с царскими дарами или пожертвованиями знатных на храм. По-видимому, названия эти являются синонимами, хотя многие ученые сомневаются в том, как и вообще в их идентичности с . Однако две подобные формы встречаются в одной финикийской надписи начала первого столетия до Р. X. (Lidzbarsky, Handbuch der Nordsemitischen Epigraphik, p. 425), и судя по тексту ее, они синонимы (о противном мнении ср. E. Meyer, Entstehung des Judenthums, p. 196). Чтобы одна из этих форм соответствовала греческой драхме, мало вероятности (1  = полстатера = 1/100 мины). — Гораздо труднее разрешить вопрос, что представлял собой серебряный «шекель», которым евреи уплачивали обязательный налог в пользу храма во вторую половину V и в четвертом веках, так как это мог быть финикийский сикль или персидский . За первое говорит постановление Талмуда, в силу которого все платежи священного налога должны быть производимы тирской ходячей монетой (Бех., VIII, 7; Toc. Кет., XII, ХIII). Однако у нас нет никаких данных, чтобы установить, когда это решение было принято. Оно может быть одинаково отнесено и ко второму и к четвертому столетию до Р. X. С другой стороны, некоторое время спустя после Нехемии было введено распоряжение, требующее поголовно полшекеля, вместо трети, установленной Нехемией в пользу храма. И если этот полушекель считать персидским ’ом в 5,60 грамма, то этот вес вполне совпадает с третьей частью вавилонского шекеля в 18,60 гр., которым, по-видимому, и руководствовался Нехемия. По этой гипотезе, 1/3 шекеля Нехемии = 1/2 шекеля Моисеева закона (Исх., 30, 13). Если же принять «шекель», указанный книгой Исход, за финикийский статер в 14,40 грамма, то древний налог в 7,20 грамма был бы значительно тяжелее принятого Нехемией (5,60 гр.). Во всяком случае, это не могло случиться ранее 400 или 350 г. до Р. X. Конечно, все это нужно принимать avec toutes reserves. Как бы то ни было, в начале второго века до Р.  X. финикийская монетная система господствовала и у евреев. Этот исторический факт подтверждается не столько шаткими данными Флавия — который то отожествляет полушекель с дидрахмой (Древн., XVIII, 9, §1; Иуд. Войны, VII, 6, § 6), то шекель с 4 аттическими драхмами (Древн., III, 8, § 10), а мину в 2½ римских librae (т. е. 817 грамм., ib., ХIV, 7, § 1), — сколько Евангелием (Матф., 17, 24), где два лица уплачивают налог «статером», затем вышеупомянутыми местами Талмуда и, наконец, многочисленными сохранившимися еврейскими серебряными монетами. Очень вероятно, что к тому времени храмовый налог возрос до финикийского «шекеля». Однако Септуагинта переводит почти всегда, по неизвестной нам причине, еврейский шекель , вместо , упоминаемый лишь в Иове, 42, 11.

Когда Иудея была обращена в македонскую провинцию, вошли в обращение золотые и серебряные денежные знаки Македонии. При Александре и его первых преемниках монеты эти чеканились по аттической системе весов (серебряная тетрадрахма весом приблизительно в 17 граммов и золотой статер в 8,60 грамма). Но вследствие господства финикийской торговли древний мир настолько свыкся с ее системой, что Птолемей, во власти которого тогда находилась южная Сирия, принял для Сирии финикийскую монетную единицу — тетрадрахму, равную по весу старому статеру (14,40 гр.) (см. № 4). Монеты эти были выбиты в Тире, Сидоне, Птолемаиде, Газе и Понтии. Когда же Сирия отошла в 200 г. до Р. X. к Селевкидам, те снова ввели аттическую систему. Тем не менее государственные соображения побудили их в середине II в. вернуться к старой системе и даже чеканить тетрадрахмы финикийского веса, сохраняя при этом птолемеев образец, орел и т. д. Едва ли можно предположить, что храмовый налог мог подняться за периоды 330—300 гг. и 200—150 гг. до аттической дидрахмы. Плательщику приходилось либо запастись старым финикийским или птолемеевым шекелем, либо менять свои деньги. Это вызвало появление менял у ворот храма. — Селевкиды и Птолемеи очень высоко ценили прерогативу чеканки монет и редко кому уступали ее; а золото и серебро они обратили в монополию. Даже право чеканки городами медной монеты, с которой мало считались древние, не давалось ими особенно охотно. Те немногие финикийские города, которым Антиох Эпифан предоставил право чеканки медной монеты, вынуждены были выбивать на ней его изображение. Впоследствии пошатнувшаяся царская власть расширила права мелких владетелей, а приморские города почти вполне эмансипировались. Одной из первых, если не первой, была Иудея, присвоившая себе право автономии. Маккавеи постарались использовать борьбу Димитрия I, Александра Баласа и Дмитрия II между собой, и Ионатан стал первосвященником в Иерусалиме в 153 г., властвуя над Иудеей с титулом  (а позже и над Самарией) с освобождением от уплаты дани, не имея, однако, права чеканки собственной монеты.  На долю Симона, брата и преемника Ионатана, выпала задача достигнуть полной автономии, пользуясь смутами в Сирии и борьбой между Антиохом VII Сидетом и коварным Трифоном (см. ст. Маккавеи). Антиох Сидет, готовясь к походу против Трифона, написал с Родоса Симону письмо, в котором подтверждал все дарованные им евреям привилегии и подчеркнул право чеканки собственной монеты с собственными штемпелями. Эти исторические слова звучат:  (подтверждаю)  (освобождение от налогов)  (коронные налоги)  (свят. храм) . Вероятно, этой уступке предшествовали многократные домогательства. Собственная монета была необходима как для престижа, так и ввиду нужды платить храмовый сбор, а целый шекель был нужен для уплаты храмового поголовного налога, установленного как неизменяемый. Эти монеты, начиная с оккупации Сирии Селевкидами, не чеканились более, старые скоро стали негодными, а нового статера Селевкидов еще не было.  Поэтому нет никаких сомнений в том, что известные еврейские серебряные шекели и были выбиты в ту пору. Это мнение большинства нумизматов, за исключением Eckhel’я. Чеканились шекели в двух местах — в Иерусалиме и Иерихоне. Лицевая сторона: ‎, древнееврейским шрифтом (vulgo — «самаритянским»), чаша (vulgo, горшок с манной) (см. № 5). Над чашей дата, для первого года ‎; начиная со второго года до пятого, она выражается через ‎ (т. е. ‎) с ‎, ‎, ‎ или ‎. Редки монеты 4-го года, а 5-го года существует лишь одна или две. Оборотная сторона: ‎ и цветущая лилия (vulgo — жезл Аарона); вес тот же, что и финикийского «шекеля». Монета в полшекеля отличается от первой надписью на лицевой стороне: ‎, вес ее около 7,2 грамма. Полусиклей 5-го года нет. Сохранились несколько бронзовых шекелей 3-го и 4-го годов, но большинство было из накладного металла, монеты по большей части толсты и в архаическом стиле, в противоположность царским монетам того времени; обработка тяжеловесная, но не грубая (см. № 6). Эти замечательные монеты приписывались и Эзре, и Александру Великому (по De-Saulcy) и Габиниусу (Унгером) и времени первого восстания против Рима (70—76 г. по P. Х.). Последняя гипотеза, выставленная впервые Ewald’oм («Gött. Nachrichten», 1815, p. 109), снова возрождена в 1887 г. Т. Рейнаком и принята многими нумизматами (Imhoof, Babelon, Kennedy). Против этого мнения говорят хронологические данные, так как едва ли восстание продолжалось более четырех лет, между тем как имеются монеты, помеченные 5-м годом. Нерешенным является также вопрос о значении года ‎, относится ли он к первому году бытности Симона первосвященником, или к первому году другой эры. Для разрешения вопроса были предложены три версии: год этот есть 143—142 до Р. Х., т. е. год восшествия Симона на трон, когда, согласно I Макк., XIII, 42, было принято это летосчисление; вторая гипотеза относит его к 141—140 гг., когда власть Хасмонеев была объявлена наследственной в их роде (взгляд Merzbacher’а); третья предполагает, что это 139—138 гг., когда евреи получили право чеканки.  По первой гипотезе выходит, будто Симон чеканил монету, еще не имея на то прав, и отказался от нее — как только получил право. Наибольшего доверия заслуживает третье мнение. Нет ничего невероятного в том, что разрешение чеканить монету могло стать новой эрой; с другой стороны, отсутствие монет после 5-го года объясняется тем, что Иоанн Гиркан (в 135—134) был осажден в Иерусалиме. Кстати, отметим многочисленные подделки, имеющиеся уже со времен Ренессанса. Правда, большинство подделок легко отличить по надписи и рисунку. Надпись эта сделана квадратным еврейским шрифтом, который в древнее время не был еще в употреблении, дата отсутствует; на рисунке изображена вместо кубка курильница. Эти поддельные монеты немного больше настоящих и отлиты, а не штампованы; о них знал и Villalpandus (1604) и, вероятно, даже Меланхтон (1552) (см. G. Hill, в Reliquary and Illustrated Archeologist, oct. 1902). Овладев царством отца, Антиох Сидет изменил свои отношения к евреям, которые отказывались платить налоги в областях, захваченных ими вне пределов Иудеи в тесном смысле этого слова. Но до смерти Симона Антиох не предпринимал против них никаких серьезных мер (135). Возгоревшаяся война при Иоанне Гиркане, сыне Симона, закончилась капитуляцией Иерусалима (133 или 134), и уже до начала осады города Антиох отобрал все дарованные евреям привилегии (I Макк., 15, 27), и между прочим право чеканки монеты. Еврейской чеканке наступил конец. Тир получил право автономной чеканки в 126 году и стал чеканить новые статеры (№ 8), которые шли на нужды иерусалимского храма (№ 7). Впрочем, еврейские первосвященники, пользовавшиеся временами даже титулом царей, получили право чеканить медную монету, что они и делали до конца династии Хасмонеев.  Эти монеты, небольшие по своей величине, того же типа, что и современные им монеты Сирии и Египта, но в строгих рамках еврейского законодательства, запрещающего изображать животных. Их выбивали от имени царствующего лица, а порой — еврейского сената (‎). Надписи сначала были исключительно еврейские, затем на двух языках (еврейский и греческий). Главные типы этих монет следующие: 1) Монеты Иоанна Гиркана (135—105 до Р. X.). Лицевая сторона: ‎ (Jochanan ha-Kohen ha-Gadol we-Cheber ha-Jehudim) или ‎ («Resch Cheber», т. е. Иоханан [Иоанн] первосвященник и глава еврейской общины); еврейская община в венке оливковых листьев; оборотная сторона: двойной рог изобилия (а может быть — Шофар) с маковой головкой в центре (герб Александра Зебина; см. иллюстрацию № 9). 2) Монеты Аристобула I (105—104), на них та же надпись, но вместо Иоанна — ‎, что служит подтверждением слов Флавия относительно еврейского имени последнего (иллюстрация № 10). 3) Монеты Александра Янная (104—76) двух образцов: первый, сходный с предыдущими; в надписи имя ‎, сокращение которого и есть Яннай (см. № 11), 2-й образец: на лицевой стороне — ‎ — Jehonathan ha-Melech (царь Ионатан), цветок или звезда; на оборотной стороне — ; якорь с двумя пересекающимися брусками в круге (иллюстрация № 12).  4) Монеты царицы Александры (76—67), на лицевой стороне:  вокруг якоря; на оборотной стороне: восьмиугольная звезда; следы еврейской надписи, которую трудно прочесть. 5) Во время Аристобула II (67—63) точно установленных монет нет.  6) Во время Иоанна Гиркана II (63—40) точно установленных монет нет. 7) Монеты Антигона (40—), на лицевой стороне: , 2 рога изобилия, порою один; обратная сторона: ‎ (Mattitjahu ha-Konen ha-Gadol" — Маттития первосвященник), иногда еще ‎ — we-Cheber ha-Jehudim. На иных монетах дата ‎ или ‎. Благодаря этой монете мы знаем имя последнего царя из Хасмонеев, 

В 63 г. Помпей взял штурмом Иерусалим, и римское влияние стало преобладающим в Иудее. В 40 г. последний отпрыск Хасмонеев, Антигон, сын Аристобула, завладел при помощи парфян Иерусалимом, где он не долго продержался и поплатился своей головой за смелую попытку. Римская нумизматика сохранила память этих войн денарием Авла Плавта (curule aedile в 54 г., см. иллюстрацию № 13), типа предшествовавшего ему денария Скавра (Scaurus) Rex Aretas и с непонятной надписью «Bacchius Judeaus», и медной монетой, выбитой на острове Zacynthus So «Csus Imp[erator]», победителя Антигона с лицом Марка Антония и группой, которую затем часто повторяли, изображавшей «пленную Иудею» и еврея-пленника (иллюстрация № 14). В то время, когда первосвященником был слабовольный Гиркан II, Иудеей управлял в качестве первого лица Антипатр, родом идумеец.  При помощи римлян сын его Ирод царствовал номинально уже с 41 г., а de facfo — с 37 г., в течение 33-х лет; хотя по внешнему блеску его царствование напоминало царствование Давида и Соломона, тем не менее он, не получив права чеканки серебряной монеты, вынужден был довольствоваться медной. На всех его монетах однообразная надпись , на некоторых имеется дата LГ (т. е. 3 год) и монограмма Ω, указывающая стоимость  (иллюстрация № 15). Тип монеты соответствует традиции, украшением ее служит: пальма, венок, рог изобилия, как и в предыдущую династию, или треножник, шлем, кадуцей. Сомнительно, чтобы маленькие бронзовые монеты с орлом и сильно стертой надписью принадлежали Ироду. По смерти Ирода его царство распалось на несколько частей. Собственно Иудея досталась Ироду Архелаю, довольствовавшемуся титулом этнарха. Его медная монета также разнообразна, как и отца, на которую она очень похожа. Надпись:  (иллюстрация № 16). В 6 г. он был низложен и сослан в Галлию. Иудеей управлял непосредственно римский прокуратор, под властью легата Сирии. Только несколько лет, от 41 или 40 до 44 года, Ирод Агриппа I, внук Ирода Великого, управлял Иудеей по назначению Клавдия. Ему уже отданы были Калигулой две тетрархии (со столицами Тиверия и Пания), которые предназначались, по смерти Ирода, его двум сыновьям Антипасу и Филиппу.  Агриппа объединил снова почти все земли, принадлежавшие его деду, и получил также титул царя. Его монеты украшены изображением зонта, символ власти на Востоке, и тремя колосьями. Надпись на них: , дата 6 г., считается от 37 г. (иллюстрация № 17). Здесь не место входить в подробности относительно его монет во владениях с нееврейским населением. Они носили на себе совсем другой характер, имея изображения его и императора (№ 18). От 6 до 40, а затем от 40 до 66 года Иудеей управляли прокураторы. В это время в Палестине циркулировали, главным образом, серебряные тирские статеры (Schekel или Sela, ‎), которые перестали чеканить в 56 г., низкопробные аттические тетрадрахмы (около 220 гран) с греческими надписями, выпущенные римским правительством в Антиохии для нужд своих сирийских провинций, в которых говорили по-гречески; такими же были низкопробные драхмы, выбитые в Цезарее в Каппадокии; римские денарии, которые считались равными вышеупомянутой аттической драхме. Из золотых монет значение имеют лишь римские монеты, стоимостью в 25 денариев, почти равные соверену. Для местных нужд прокураторы выбивали медную монету, приближавшуюся к типу монет Хасмонейской и Идумейской династий. Императоры хотели, чтобы в Египте и в Иудее их считали наследниками трона прежних царей. На монетах не изображали ничего живого, они носили на себе надпись и имя царствующего лица или кого-либо из его семьи и год царствования. Чаще всего это — колосья, пальма, пальмовая ветвь, рога изобилия, «diota», покрытые вазы, венки, «lituus» (искривленная труба). Иллюстрация № 19 изображает монету Понтия Пилата, 13 года царствования Тиберия (35). Монеты эти, вероятно, считались равными 1/4 римского as’а, т. е.  1/64 денария. Другие названия медных монет того времени: 1) Lepton, равный полуквадранту (Марк., 12, 42) или одной Perutah (‎) Мишны (Кидд., 1, 1 и сл.); 2) «Assarion» («issar»), равный, согласно Мишне, 1/24 денара или драхмы, т. е. древнему «dichalcus’у», но не равный римскому as’у, стоимостью в 1/16 денара. В 66 г. евреи, выведенные из терпения прокураторами, взялись за оружие; восстание было усмирено лишь через четыре года и окончилось разрушением храма и Иерусалима (70). Ни Талмуд, ни языческая литература не упоминают о монетах, выбитых во время этого первого восстания, почему нет никакого основания думать, будто серебряные «шекели Израиля», о которых мы говорили выше, относятся к этому времени. Из медных монет можно с большой долей вероятности отнести к этому времени следующие, чеканенные, по-видимому, зелотами во время долгой осады: 1) многочисленные маленькие монеты с еврейскими надписями, на лицевой стороне — виноградный или фиговый лист. Оборотная сторона — ваза о две ручки; надпись — ‎, «Cherut-Zion» — свобода Сиона, ‎ или ‎ — «Schenat Schetaim» или «Schalosch» — второй, третий год. Монет первого года не существует.  Новую эру, вероятно, считали с 66 года (иллюстрация № 20). — 2) Монеты более крупные. С лицевой стороны: Etrog (райское яблоко) между двумя lulab (пальма), на оборотной стороне: пальмовая ветвь или чаша между двумя корзинами или чем-то вроде кубков. Надпись: ‎, Li-Geulat Zion = освобождение Сиона; ‎ — Schenat Arba — 4-й год. На монетах с кубками нет других надписей, но на тех, где изображена пальмовая ветвь, означена и стоимость их — ‎, Chazi — половина, или ‎ — Rebiа — четверть. Следует подразумевать, вероятней всего, слово шекель. Выбиты они были во время осады, при последних конвульсиях осажденного Иерусалима. Первую категорию отнес к царствованию Веспасиана De-Saulcy, вторую к той же эпохе — Garrucci. Хотя эти мнения и не были приняты всеми нумизматами, однако они все более начинают господствовать. Свою победу над Иудеей Рим увековечил многочисленными монетами в царствование Веспасиана, Тита и Домициана, где обычно изображена пленница, сидящая под пальмой или у трофеев (иллюстрация № 21), а на других богиня победы пишет имя императора на щите, который она держит у пальмы. Надпись гласит: «Judaea capta» или «Devicta». Следует отметить еще одну монету времен Нервы с надписью «Fisci Judaici Cаlumnia Sublata» (иллюстрация № 22). Она доказывает, что после разрушения храма с евреев требовали уплату храмового налога в пользу сокровищницы Юпитера Капитолийского в Риме. Этот возмутительный поступок вызывал, естественно, негодование и нарекания, о которых здесь идет речь. Наконец, посещение Палестины Адрианом (130?) было ознаменовано выпуском монеты с надписью «Adventui Аug[usti] Judaeae» (иллюстрация № 23). В 133 г. евреи сделали последнее усилие вернуть свою самостоятельность или, по крайней мере, свободу совести. Во главе восстания находился Bar-Kochba («сын звезды»), он же «Bar-Koziba». Талмуд дает несомненные данные о том, что после этого восстания остались свои монеты. По постановлению талмудистов, вторую десятину нельзя выкупить не ходячей монетой, каковы монеты Козибы, или Иерусалима (старый сикль?), или прежних царей (Селевкидов?) (Тосеф. Маас. Шени, 1, 5—6; Б. К., 97б). Этих монет Бар-Кохбы существует очень много, большое число их было открыто недалеко от Хеброна. Одних серебряных имеется 24 разновидности (по Гамбургеру). Все это — перечеканенные римские денарии, греко-римские драхмы из Цезареи (Каппадокия) или аттические тетрадрахмы из Антиохии. Первоначальный рисунок и надпись порой можно еще разобрать, несмотря на новые. Монеты носят следы изображений императоров, начиная с Гальбы до Адриана. На меньших монетах (денарии, драхмы) рисунок обычный для еврейских монет, т. е.  на лицевой стороне венок, виноградная кисть. На обороте: пальмовая ветка, лира, две трубы, фляжка; надпись на лицевой стороне: ‎ — «Simon», на обороте: ‎ — 2-й год свободы евреев, иногда это лишь ‎ — свобода Иерусалима. Единственная монета этого рода в коллекции de Vogué имеет надпись «Schenat Achat li-Geulat Israel», а на обороте ее не Симон, а «Eleazar ha-Kohen» — священник Элеазар. Существует еще несколько монет смешанного типа, где рядом с Симоном имеется также имя Элеазара. Вне всякого сомнения стоит имя Симон, как собственное имя главы восстания, обладавшего почти царскими полномочиями. Он выдавал себя за Мессию и был признан таковым р. Акибой. Невыяснен вопрос лишь относительно личности священника Элеазара. Предполагать можно и Элеазара из Модиина (дядю Бар-Кохбы), и р. Элеазара бен-Азарию, и р. Элеазара бен-Харсом etc. На больших монетах (перечеканка драхм Антиоха) лицевая сторона снабжена условным изображением храма со звездой над ним (иллюстрация № 25). На обороте рисунок времен первого восстания: «Etrog, Lulab». На одних монетах надпись: «Schenat Achat li-Geulat Israel» или «Schenat Schetaim le-Cherut Israel», а иногда только «Le-Cherut Jeruschalajim». На датированных монетах первого года надпись: «Иерусалим», на монетах второго года — «Симон» и лишь редко «Иерусалим». Где дата отсутствует, там всегда надпись «Симон».  На медных монетах, по-видимому, также перечеканенных из римских или греческих, обычный рисунок: виноградная кисть, венок пальмы, виноградный лист, лира. Между монетами с надписью «Schenat Achat li-Geulat Israel» встречается на некоторых имя «священника Элеазара», как на серебряном денарии маркиза de Vogué, на остальных ‎ — «Simon Nesi Israel» — Симон князь Израиля (иллюстрация № 26). Медные монеты 2-го года «Schenat Schetaim le-Cherut Israel» имеют одно лишь слово ‎ или — хотя, впрочем, реже — «Иерусалим»; то же можно сказать о монетах без дат — Le-Cherut Jeruschalajim. Таким образом, не различая рисунка и обозначая посредством АR4 малые серебряные монеты и АЕ8 большие серебряные, мы можем дать следующий список монет по именам выбивавших их.

Монеты римской колонии Aelia Capitolina, возникшей на развалинах Иерусалима, не имеют никакого отношения к еврейской нумизматике.

Ср.: Perez Bayer, De numis Hebreo-Samaritanis, 1781; Cavedoni, Numismatica Biblica, I, 1849; II, 1855; idem, у Grote в Münzstudien, 1867, V; F. de Saulcy, Recherches sur la Numismatique Judaïque, 1854; idem, в Revue Numismatique, 1864, 1865; Numismatic Chronicle, 1871; Revue Archeologique, 1872; idem, Numismatique de la Terre Sainte, 1874; idem, Mélanges de Numismatiques, 1877; H. Ewald, в Göttinger Nachrichten, 1855; id., в Göttingische Gelehrte Anzeigen, 1862; de Vogué, в Revue Numismatique, 1860; A. Levy, Geschichte der jüdischen Münzen, 1862; Zuckermandel, Ueber Talmudische Münzen und Gewichte, 1862; F. W. Madden, History of Jewish Coinage, 1864; idem, Coins of the Jews, 1881; idem, в Numismatic Chronicle, 1866, 1874, 1875; Garrucci, Dissertazioni Archeologiche, 1865, II; Reichhardt, в Wiener Numismatische Monatshefte Egger’а, 1866, II; Merzbacher, De Siclis Nummis Antiquissimis Judaeorum, 1873; idem, в Zeitschrift für Numismatik, 1874, I; 1876, III; 1877, IV; 1878, V; Lewis, в Numismatic Chronicle, 1876; Von Sallet, в Zeitschrift für Numismatik, 1878, V; Revillout, Notes sur les plus anciennes monnaies Hébraïques, в Annuaire de la Société Française de Numismatique et d’Archéologie, 1884, VIII; Th. Reinach, Les monnaies Juives, 1887; idem, в REJ., 1887, 1888, 1889; Grätz, в Monatsschrift, 1887; idem, REJ, 1888, 1889; Hamburger, в Zeitschrift für Numismatik, 1892, XVIII; Unger, в Sitzungsberichte der Münchener Akademie, 1897; A. Kennedy, Money, в Hastings Dict.  Bibl., III; Schürer, Gesch., 3 и 4 изд., I, 761 и сл. [J. E., 350—356].

ЕЭБЕ
Нумизматика