ЕЭБЕ/Агония
Агония (‎) — по традиционным воззрениям всех народов, предсмертные муки, борьба со смертью перед концом жизни. Гуманность, рекомендуемая раввинским законом в отношении больного (см.), требуется этим законом в еще большей степени по отношению к умирающему. Ускорение смерти даже в тех случаях, когда она приносит облегчение от страданий, считается убийством. Окружающие должны подавлять свою печаль и удерживаться от слез, как бы тяжело им это ни было, дабы не показать больному, что дело идет к развязке. Пока факт смерти не установлен, нельзя, по раввинскому закону, приступать ни к каким действиям, требующимся погребальным ритуалом: нельзя умирающему связывать челюсти, закрывать глаза, класть металлические и вообще охлаждающие предметы на живот, нельзя его умащать маслом или обливать водою, нельзя даже трогать. Умирающий сравнивается с выгоревшим светильником, который гаснет, лишь только до него прикоснутся (Ebel Rabbati, гл. I). В Средние века существовал обычай выпускать перья из подушки, находящейся под агонизирующим, дабы прекратить его муки: перья иных птиц, по народному поверью, мешают душе выйти из тела. Ученые восставали против этого «злого» обычая. Писали они и против другого обычая, также имевшего целью ускорить конец и выражавшегося в том, что больному клали под подушку ключи от синагоги или кивота. Однако всеми считалось дозволенным удалить причину, задерживающую смерть: если вблизи рубят дрова и это мешает больному умереть, то дозволяется прекратить рубку; равным образом, если на языке у больного находится кусочек соли, то дозволяется удалить его (Schilte ha-Gibborim к Алфаси, Моэд-Катан, гл. III). Сохранилось известие, что в Мантуе изготовляли для агонизирующего восковую свечу с семью фитилями в форме семисвечника, дабы отогнать нечистых духов, мешающих душе отлететь; с той же целью не допускали в комнату умирающего женщин, присутствие которых считалось благоприятным развитию и размножению нечистых духов (Pachad Jizcnak, s.  v. ‎). Moлитва об агонизирующем гласит: «Господи! по великой милости Твоей выведи из заключения связанную душу N, освободи его от страданий, а дух да возвратится к Богу, и да отвяжутся все тяготеющие над ним проклятия» (ibid.). Существуют сведения, что во время инквизиции португальские мараны принимали все меры, чтобы не допустить к больному католических священников для исповедования и исполнения полагающихся перед смертью церковных обрядов. Они не останавливались даже перед удушением больного, когда роковой исход казался им совершенно неизбежным. Португальские судебные власти утверждают, что этот обычай доселе еще не вывелся среди маранов в некоторых местах северной Португалии, где abafadores («душители») были некогда очень многочисленны и составляли род секты (см. Jewish Quart. Review, янв. 1903, стр. 262 и сл., где приводятся соответствующие сообщения одного прокурора из Браганцо и газеты «A. Naçao» от 17 сент. 1889 г.). Так как эти сведения исходят исключительно из христианских источников, то к ним надо относиться с известной осторожностью, тем более, что указанный обычай противоречит всем еврейским законам о больных и агонизирующих. До констатирования смерти нельзя, по раввинскому закону, начинать траура, нельзя оплакивать больного, заказывать для него гроб или могилу, приглашать кого-либо на похороны; во всем этом закон видит грубость и жестокость по отношению к больному (Ebel Rabbati, гл. I). Также нельзя говорить о его делах и заслугах, дабы не обратить его внимания на близкую смерть; исключение допускается только для ученого: о его заслугах говорить можно, вероятно, потому, что он спокойнее относится к предстоящей ему смерти. Когда близкая развязка не подлежит сомнению, больному предлагают исповедаться в грехах своих, но при этом предписывается соблюдать такт. Ему должно указать, что многие, несмотря на то, что исповедались, остались в живых, другие же умерли, не успев исповедаться. Именно ради исповеди Господь может сжалиться над больным и исцелить его. При исповеди не должна присутствовать семья исповедующегося, дабы не сокрушилось его сердце от плача их (Шаб., 32а). — Ср.: M. Klotz, Krankenbesuch und Trauergebrauche nach Bibel u. Talmud; Schulchan Aruch, Jore-Dea, § 339.

ЕЭБЕ