ЕЭБЕ/Будапешт
Будапешт — главный город Венгерского королевства и одна из двух столиц Австро-Венгерской империи, образован в 1872 г. из трех городов: из старинной укрепленной столицы Венгрии — Буды (Офена), Старой Буды (О-Buda; Альт-Офен; см. соотв. статью) и Пешта с островом Маргариты. Время поселения евреев в Буде не поддается точному установлению; в Пеште они появились, вероятно, в 13 в., т. е. приблизительно через столетие после его возникновения. Первое официальное упоминание ο евреях Б. относится к царствованию Белы IV (см.), давшего Саулу из Офена и Саулу из Пешта особую грамоту с привилегиями, подписанную впоследствии капитулом Штульвейссенбурга, где поселились названные два еврея (в Jew. Enc. годом получения грамоты указан 1406 — очевидная ошибка, так как Бела IV царствовал от 1235 до 1270 г.). В своих путевых впечатлениях от 1433 г. Бертрадо де ла Бронкиер говорит, что в Буде он видел много евреев, говоривших по-французски и поселившихся здесь в 14 в. Более определенных сведений нет; известно лишь, что в 1504 г. евреи владели в Б. не только собственными домами, но и землею. Когда турки овладели Б. (в 1526 г.), евреи имели свое кладбище в нынешнем квартале Leopoldstadt; после изгнания турок в 1687 г. евреи в течение почти столетия были лишены права даже временного жительства в Б., и городские власти взимали с каждого еврея, проведшего день в Б., 30 крейцеров, a с переночевавшего — один талер. Налог этот шел в пользу города, ссылавшегося на грамоту 23 октября 1703 г. короля Леопольда I, гласившую, что муниципальный совет уполномочен решать собственной властью вопросы ο разрешении и запрещении пребывания евреев в Б. В 1735 г. пештские власти в ответ на распоряжение королевского наместника ο внесении в списки населения всех венгерских евреев объявили, что в будущем они не разрешат селиться и жить в Б. ни одному еретику, ниже еврею. Однако с 60-х гг. 18 в. евреям дано было право приезжать на ярмарки, a потом посещать и ежедневные базары. Многочисленные просьбы евреев ο предоставлении им права постоянного пребывания в Б. отвергались муниципалитетом, боявшимся, как бы приток евреев не повредил христианским коммерсантам и ремесленникам. В 1762 г. магистрат обратился к графу Францу Баркоци с просьбой изгнать евреев из Б. и запретить им даже временный въезд. Между Баркоци и пештскими властями происходили на почве евр. вопроса постоянные переговоры, и лишь декретом императора Иосифа II (31 марта 1783 г.) сопротивление магистрата было сломлено и евреи получили право свободного водворения в Б. Первыми поселенцами были жители Альт-Офена; они избрали местом жительства нынешний квартал Theresienstadt, так и оставшийся наиболее населенным еврейск. центром Б. Не имея возможности бороться с императорским декретом, городские власти стали хлопотать перед Венским двором ο превращении Theresienstadt’a в гетто и ο запрещении евреям селиться в других частях Б.; однако Иосиф II отклонил ходатайство пештского муниципалитета, и в 1786 г. Израилю Аврааму Оффенгейму было разрешено нанять дом и открыть магазин в самом центре города. Вследствие притеснений администрации в Б. могли жить лишь те евреи, которые имели специальное королевское разрешение; можно было, впрочем, за значительную сумму денег добиться права пребывания в городе; покупавшие это право назывались «tolerirte Juden»; временно проживавшие в силу разрешения городских властей носили название «Commoranten». В 1787 г. лиц первой группы было 14, вся же евр. колония насчитывала 114 душ, включая прислугу. Сначала им запрещено было иметь свою бойню, и два раза в неделю городской мясник заготовлял кошерное мясо. Временно проживавшие или проезжие обязаны были столоваться в общественном ресторане, причем все продукты продавались там по крайне высокой цене; такой «обязательный для евреев стол» служил прекрасным источником для обогащения города. На первых порах проезжие должны были даже ночевать в ресторане. Эти меры относительно евреев в правление Иосифа II казались городским властям крайне снисходительными, и при известии ο смерти императора (1790) горожане Б., страдавшие от конкуренции евреев, потребовали немедленного изгнания последних; администрация нашла такое требование справедливым, и день 1 мая 1790 г. был назначен предельным сроком для проживания евреев в Б. Однако до выселения дело не дошло, так как сейм отменил указанное распоряжение. В ответ на вмешательство сейма последовали суровые меры по отношению к евреям со стороны муниципалитета. Прежде всего были изгнаны так назыв. Commoranten и все те, которые не могли предъявить официального разрешения на право пребывания в городе; затем было запрещено организоваться в общину и иметь специальную евр. печать. Мало-помалу евреев стали изгонять из центральных кварталов, и магистрат, лишенный возможности выселить всех евреев, задумал устроить для них гетто. Такая политика казалась тем более странною, что именно в это время венгерское правительство с имперским палатином эрцгерцогом Иосифом во главе старалось улучшить правовое положение евреев и 12 ноября 1792 г. высказалось за почти полное удовлетворение их нужд.

19-й век. — К 1804 г. вследствие ряда ограничительных мер евреи были сконцентрированы в квартале Theresienstadt, и гетто de facto получило осуществление; оскорбленные таким отношением и сознавая, какую пользу оказали они городу в смысле развития в нем торговли и промышленности, евреи апеллировали к горожанам, доказывая, что магистрат своими действиями приведет к гибели едва расцветшую в городе торговлю. Далее они доказывали, что евреи находятся в хороших отношениях с христианами в большинстве европейских городов и стран и что там, где их влияние в торговле велико, напр. в Триесте, Гамбурге, Дрездене и Берлине, они имеют даже собственные дома; если и существуют в некоторых местах ограничения в виде специальных кварталов, то наиболее выдающимся купцам и там разрешается жить и торговать вне гетто. Жители Б. не должны платить евреям столь черной неблагодарностью: пусть они не забывают, в каком младенческом состоянии находилась их торговля до поселения в Б. евреев, пусть помнят, как вздорожают квартиры в Theresienstadt, если будет установлена монополия относительно принятия евреев, и какой вред проистечет из этого для квартала Leopoldstadt. Однако доводы евреев оказались неубедительными, и в 1808 г. были изданы новые ограничения: 1) иностранные евреи не имели права селиться в Б., хотя бы и вступили в брак с дочерью покровительствуемого еврея; 2) право покровительства от отца переходило лишь к одному сыну; 3) полученным правом торговли в случае смерти отца мог пользоваться только один из наследников, притом непременно мужчина; 4) помимо старшего сына, все дети покровительствуемого еврея считались Commoranten и как бы служащими в деле своего отца. — В 1828 г. евреи обратились к королю с петицией об отмене этих ограничений. «Из любви к нашим детям, — гласила петиция, — мы желаем умереть с уверенностью, что можем оставить потомству угол, где, по крайней мере, их не беспокоили бы, честный путь добывания необходимых средств к существованию и некоторую независимость, если уже нельзя мечтать ο богатстве». В петиции указывались некоторые несообразности, вытекавшие из декрета 1808 г.: так, нередко старший сын, унаследовавший от отца право покровительства и один только имевший возможность оставаться в городе, приобретал в сравнении со своими братьями такие преимущества, которых он по своим умственным или нравственным качествам порою вовсе не заслуживал. Неудивительно, что еврейские девушки вынуждены были выходить замуж не за лучших евреев, a за покровительствуемых; честные и работящие люди должны бежать из города, ища заработка вдали от родины, и нередко худшие элементы вытесняют лучшие. Однако, несмотря на суровые мероприятия против евреев, число их ежегодно заметно росло, и, что особенно должно быть отмечено, не имевшие права пребывания постоянно превышали количество покровительствуемых: так, в 1833 г. в Б. было 1346 евр. семейств, из которых лишь 530 могли какими-либо документами оправдать свое пребывание. — В 1839 г. будапештская община становится ввиду богатства и многочисленности ее членов в первые ряды за эмансипацию венгерских евреев, берет на себя роль руководительницы их и созывает ряд конгрессов, на которых рассматриваются все важнейшие вопросы еврейск. жизни. Благодаря энергии пештских евреев король Фердинанд V 24 июня 1846 г. уничтожил особый еврейский налог, который венгерские евреи уплачивали в течение целого столетия. [J. E., III, 416—418 с доп.].

К этому приблизительно времени относится сближение мадьярской интеллигенции с еврейской: целый ряд органов печати стал выступать в защиту эмансипации евреев, и председатель евр. общины Куневальдер даже был избран в комитет для учреждения национальных институтов в противовес насаждаемым Австрией антинациональным. Евреи поддерживали либеральную оппозицию и накануне революции 1848 г. играли в пештской прессе очень заметную роль. В мартовские дни они были в рядах борцов за свободу, и три еврея (Куневальдер, Келети и Юст) были избраны в городской «комитет общественного спасения». На собрании 15 марта была принята резолюция, четвертый пункт который гласил: «равенство всех вероисповеданий»; на следующий день «патриотам» рекомендовалось записываться в национальную гвардию, и еврейские юноши массами стали поступать в нее. Вскоре, однако, в связи с общими политическими событиями возникла в Венгрии агитировавшая против евреев партия, особенно сильная в Пресбурге и Б. 19 апреля на народном собрании в Пеште была принята демагогического характера резолюция, в которой одновременно с требованиями в пользу рабочих говорилось и об изгнании евреев, поселившихся в Б. после 1840 г., и ο запрещении им вступать в национальную гвардию. Когда толпа после митинга направилась к ратуше для предъявления своих требований властям, национальная гвардия стала оттеснять ее от ратуши и какой-то гвардеец-еврей ранил одного манифестанта. С криком «Евреи бьют нас!» толпа рассеялась по кварталу Theresienstadt и стала грабить евр. жилища и дома, причем ни национальная гвардия, ни правительство не пытались оказать сопротивления грабителям; когда депутация явилась к министру-президенту Баттьяни, ей было заявлено, что прежде всего евреи должны оставить ряды национальной гвардии. Лишь после этого был положен конец погрому. 20 апреля появилась правительственная прокламация, в которой было сказано, что министерство не может изменять закона ο принятии или исключении какой-либо группы населения из национальной гвардии, но во внимание к просьбам евреев Б. оно отдает приказ ο немедленном их разоружении. Евреи вынуждены были образовать собственную гвардию. Несмотря на это, евреи глубоко верили в близкое торжество своей свободы, и в 1848 г. в Б. стал выходить под редакцией Игн. Эйнгорна еженедельник «Der ungarische Israelit», который призывал евреев к участию во всех событиях страны, к полной ассимиляции с населением и к борьбе за венгерскую независимость. Когда в июне 1848 г. начались выборы в парламент, в Б. заметно было сильно антисемитское движение и даже еврейский квартал Theresienstadt послал в парламент антисемита Дан. Ираньи; пештские евреи решили вследствие этого создать особый комитет из 10 человек, чтобы руководить евреями во время заседаний парламента, который ввиду критического момента, переживаемого страной, не мог не нуждаться в помощи со стороны евреев. Комитет постановил, что евреи Б., невзирая на отношение к ним правительства и народа, должны стоять в рядах борцов за венгерскую независимость. И город послал с благословения раввина Шваба большое количество волонтеров для отражения хорватской армии; вскоре пештские юноши стали поступать и в гонведскую армию для борьбы с Австрией, a община снабжала войска провиантом. Такое самопожертвование произвело впечатление и на пештскую национальную гвардию: 8 октября 1848 г. офицеры ее постановили снова принять евреев в ряды гвардии. Вскоре за тем, однако, 11 февр. 1849 г., австрийский фельдмаршал кн. Виндишгрец выпустил прокламацию, в которой говорилось, что ему доподлинно известно, что евреи оказывают помощь повстанцам, a потому напоминает евреям Пешта, Офена и Альт-Офена ο необходимости воздержаться от каких-либо сношений с изменником Кошутом и бунтовщическим рейхстагом; всякий еврей, виновный в распространении ложных слухов об успехах повстанцев и оказавший им какую-либо поддержку, будет немедленно предан военно-полевому суду, a община, к которой он принадлежит, внесет штраф в размере 20 тыс. флорин. И Б. дважды внес эту сумму. Делегация от общины с раввином Швабом во главе должна была выслушать от Виндишгреца, не удовлетворившего ее ходатайства, ряд упреков, и 4 марта город внес 28 тыс. флоринов, остаток особого прежнего налога (Toleranzsteuer); при этом Виндишгрец указал, что за общиной еще числятся старые долги в размере около 75 тыс. флор.; в июле еврея внесли 56 тыс. фл., и этим Б. ликвидировал домартовские счеты. За мартовские же дни евреи по приказанию генерала Гайнау, заменившего Виндишгреца, должны были внести в течение двух недель, под страхом штрафа в 500 гульден. за каждый день просрочки, 48 тыс. солдатских шинелей, 36 тыс. пар брюк, 41 тыс. пар сапог, 60 тысяч рубах, 60 тыс. кушаков, 36 тыс. галстуков, 46 тыс. аршин сукна, 1,500 центн. разных сортов кожи для обуви и 100 хорошо объезженных лошадей. Так как община не оказалась в состоянии доставить наложенную Гайнау контрибуцию, то правление вместе с раввином Швабом и 12 наиболее видными членами города было заключено в тюрьму. По распоряжению императора Франца-Иосифа 7 окт. 1849 г. контрибуция натурой была заменена денежной, и Б. должен был уплатить 573.915 флоринов (сумма эта гораздо ниже первоначальной, так как вместо одного Б. решено было оштрафовать все еврейские общины Венгрии, за исключением Пресбурга и Темешвара, на сумму в 2.300.000 гульденов). Сами евреи следили за взносами каждого в общинную кассу, и никого не выпускали из города без предварительной уплаты следуемой с него суммы; общее число евреев Б. было тогда 19.148. Со стороны населения было заметно лучшее отношение к евреям, и они могли поступать во все цехи. — С падением абсолютизма после войны 1859 г. между евреями Б. и христианами в течение 1861 г. происходил ряд торжественных «братаний», и пештские депутаты обещали провести через парламент эмансипацию евреев. Позднее, в разгар антисемитского движения в Венгрии, евреи Б. сравнительно мало от него страдали, и в общем за последние 60 лет отношения между христианским и еврейским населением были вполне дружеские. — Ср.: Bergel, Geschichte der ungar. Jud., 1879; L. Löw, Zur neuen Gesch. der Jud. in Ungarn, 1874; Einhorn, Die Revolution und die Jud. in Ungarn, 1850; John, Kritische Beleuchtung der Judenemancip.-frage, 1848; idem, Grundpricipien einer geläuterten Reform im Judenth., 1848; B. Berenstein, Az 1848—49 magyar Szabadsagharcz és a Szidòk; 1898; Buchler, A zsidòk förténeten Budapesten, 1901; Cassel, Magyar. Alterth., 1843; Zunz, Zur Geschichte und Literatur, I, 537; Fessier, Geschichte der Ungarn und ihrer Landsassen, 1880 (последн. изд.); Zipser; в Orient, VII, VIII; Ben-Chananja, 1858—1867; Kaufmann, Die Erstürmung Ofens und ihre Urgeschichte, 1895; Kohn, Magyar Zsidotört, 1884; его же, Heber Kuftök, 1884; Magyar Szidò Szemle, 1884—1890; M. Duschak, Gesch. der Verfassung mit besonderer Beziehung auf die oester.-ungar. Juden 1888.

Экономическая жизнь будапештских евреев. — Немногие евреи, жившие в Б. до декретов Иосифа II, занимались мелкой торговлей; в 1788 г., мотивируя свои законы по отношению к евреям, император указал на то, что право поселения в Б. принадлежит лишь тем из них, которые занимаются либо крупной торговлей, либо промышленностью, розничная же продажа им запрещена. Мало того, они должны были продавать или производить только такие товары, которые нравились христианам, притом лишь в таких отраслях, где они не могли конкурировать с христианскими коммерсантами. Крупным промышленникам разрешалось открывать магазины даже для розничной продажи. На этой почве развилась среди евреев опасная спекуляция: люди без средств, не имея права заниматься мелкой торговлей, открывали большие магазины только для того, чтобы жить в Б.; часто такие магазины ликвидировали свои дела уже через несколько недель после возникновения. Мелкая торговля перешла в руки тех евреев, которые имели право лишь временного пребывания в городе, и так как на них налагались большие налоги да и приезд в город требовал значительных расходов, то от этого цены на все товары крайне повысились. В праздничные дни (еврейские и христианские) все магазины должны были закрываться, и никакая торговля не могла производиться. Несмотря на все эти меры, число еврейских купцов росло с каждым годом, оказывая громадное влияние на промышленное развитие города. Наиболее громкую известность приобрела семья Ульман, один из членов которой, Мориц Ульман (после принятия христианства возведенный в дворянское достоинство), был организатором и руководителем коммерческого банка в Б.; ему принадлежала также инициатива в проведении железной дороги от австрийской границы через Пешт до Дебречина. Одновременно с крупными фабрикантами появилось и много ремесленников; имя коробочника Иоэля Берковича пользовалось популярностью далеко за пределами Б. Несмотря на всевозможные препятствия со стороны цехов, община всячески поддерживала развитие промыслов между евреями, и на средства особого промышленного фонда масса детей обучалась ремеслам. Особенные успехи в этом отношении были сделаны со времени основания в 1842 г., по инициативе Якова Керна, венгерско-еврейской торгово-промышленной ассоциации. С середины 19 века в Б. обосновался ряд заметных фабрикантов, промышленников и коммерсантов; с этого времени община выдвинула также много известных имен на различных поприщах науки и искусства, в особенности врачей и юристов.

Духовная жизнь Б. — Как только евреи в силу декретов Иосифа II приобрели право селиться в Пеште, они наняли на Königsgasse за 200 гульденов в год квартиру, которую превратили в синагогу; свитки были им даны альт-офенской общиной. 17 августа 1787 г. правительство разрешило им молиться и в частных молельнях; однако они не могли иметь раввина. В 1796 г. в доме барона Орци, громадном здании, и ныне носящем название Judenhof, была устроена новая синагога; в 1800 г. возникли две других синагоги: одна для польских евреев, другая для сефардских. На улице Féher Lud (Белый Гусь) находился храм ассоциации Chesed Néurim, считавшийся молельней менее ортодоксальной части еврейства; когда в 1830 г. были уничтожены все частные синагоги, храм этот был также причислен к категории частных и был перенесен в дом барона Орци, как отделение большой синагоги. В 1859 г. общинная синагога была выстроена на Tabaksgasse, где она существует поныне (1909); консерваторы имеют свою синагогу на Hombachgasse (с 1848 по 1852 г. реформисты имели синагогу на Königsgasse).

Ha первых порах религиозная жизнь будапештских евреев находилась под надзором раввинского совета Альт-Офена, но в 1789 г. y них был уже свой раввин, Моисей Мюнц. Когда рабби Вольф Босковиц поселился в Б., евреи избрали его в раввины; однако вследствие интриг Мюнца правительство не утвердило этого выбора, и евреи избрали Соломона Вармана, который в течение 27 лет (1799—1826) с большим достоинством отстаивал интересы своей общины. После его смерти некоторые члены общины, указывая на пример Вены и ее проповедника Ноя Мангеймера, стремились преобразовать Б. в реформистском духе и провели в раввины и проповедники Иосифа Баха из Альт-Офена и Эдуарда Карла Денгофа; многие евреи, однако, возмущались «хоральной синагогой» и слышать не хотели ο каких-либо нововведениях. Начались распри между ортодоксами и реформистами, и никто не решался занять раввинский пост. В 1836 г. наконец был избран Л. Шваб (до 1857 г.), имевший благотворное влияние на общину. Его проповеди, вышедшие отдельным сборником и переведенные на венгерский язык, пользовались большим успехом; его борьба с антисемитизмом и постоянные возражения против всевозможного рода обвинений евреев способствовали росту его авторитета как среди ортодоксов, так и реформистов, тем более что он окружил себя такими популярными деятелями, как Самуил Лев Брилль (позднее профессор Будапештской семинарии), Иегуда Варман (автор многих известных сочинений) и т. д. Однако при известии ο революции реформисты повысили свои требования и вскоре порвали с общиной, образовав новую, с Игнатием Эйнгорном в должности раввина во главе; последний в разгар революции под именем Эдуарда Горна исполнял функции государственного секретаря и после подавления восстания 1849 г. бежал в Америку. Созданная им реформированная община просуществовала лишь до 1852 г. и была упразднена по ходатайству Шваба, хотя и примкнувшего к революции, но впоследствии выразившего покорность Австрии (Шваб, однако, в течение 1849 г. дважды был арестован). Во время господства абсолютизма спор сосредоточился вокруг вопроса ο языке: часть евреев (преимущественно ортодоксальная) стояла за немецкий язык, другая — за венгерский; раввины и проповедники менялись в зависимости от победы той или иной партии; немецким проповедником был одно время, между прочим, М. Кайзерлинг, венгерским — Самуил Кон, автор ценных работ по истории евреев Венгрии.

Образование в 18 веке (как и раньше) всецело находилось в руках частных лиц: существовала система хедеров без всякого контроля со стороны государства и без прав для обучающихся в них. В силу декрета Иосифа II (1787 г.) еврейские дети Б. должны были посещать христианские школы и только Закону Божию им было позволено учиться на стороне, y частных лиц. Среди последних вскоре появилась плеяда выдающихся ученых: И. Л. Левингер, Иосиф Роттенбауер, Ад. Певани, Л. Моисей Фокс, Ф. Вейль, Л. Брейер, Карл Кольман, принявший христианство и ставший цензором еврейских книг. Благодаря ходатайству рабби Изр. Вармана была открыта общественная школа с гимназической программой, и здесь под его же надзором преподавали Закон Божий. Л. Швабу удалось получить разрешение на открытие элементарных училищ, сделавшихся в дни господства абсолютизма рассадниками мадьярского духа благодаря агитации учителя Игн. Рейха, автора книги «Beth El» и горячего сторонника мадьярской культуры. Община тратила много денег на дело первоначального образования и устроила несколько мужских и женских училищ. Во всех низших и средних (Mittelschulen) школах преподавали Закон Божий, и нередко учителями были раввины. В 1902 году общий надзор над всеми училищами находится в руках Мункачи, назначенного общиной. Стараниям Шваба Б. обязан и открытием в 1857 г. Учительской семинарии (Israelitische Lehrerpräparandie, впоследствии Isr. Lehrerbildungsanstalt) на средства того особого фонда, в который по желанию Франца-Иосифа была обращена наложенная на евреев после революции 1848 г. контрибуция (20 сент. 1850 г. она была сведена с 2.300000 до одного миллиона флоринов). В первый год существования семинарии в ней было 32 учащихся; с тех пор она выдала свыше 1000 дипломов; первым ее директором был Авр. Ледерер; первоначально управление ею находилось в руках общинного совета и высшего инспектора народного образования, впоследствии в руках еврейской Landeskanzlei. — Со времени образования общины в Б. во главе ее стоял комитет из 7 чел., называвшийся Deputation. В 1800 г. к нему было присоединено еще 12 лиц, деятельность которых была строго регламентирована. Новые постановления были изданы в 1816 и 1828 гг.; однако до 1833 г. пештская община не пользовалась официальным признанием. В 1861 г., когда председателем был избран Игн. Гиршлер, она получила совершенно новую организацию; при нем же в 1868—69 гг. происходили заседания конгресса, оказавшего большое влияние на дальнейшую историю евреев Венгрии. После Гиршлера президентом общины был Мориц Варман, первый в венгерском парламенте еврей-депутат.

Благотворительные учреждения будапештской общины. — Chebrah Kadischa возникла в 1790 г.; в 1902 году она представляла крупную благотворительную организацию, бюджет которой равнялся 511671 кроне; в 1800 г. Израиль Варман основал общество Schijur; госпиталь был учрежден в 1805 г.; затем возникли (в хронологическом порядке) Chesed-Neurim, Bikkur Cholim, Menachem-Abelim, Tomke Jetomim. Благодаря щедрым пожертвованиям Иоганны Бишиц де Гевес (1827—1898) с 1866 года стали возникать и женские благотворительные учреждения: больницы, столовые, приюты, сиротские дома и т. д. Фокс устроил приют для глухонемых, представляющий одно из лучших зданий Б. Евреи жертвовали не только на нужды своих единоверцев, но и всего населения Б.; имена Голитшера, Вармана, Эрлиха пользовались большой популярностью; во время холеры 1831 г. евреи кормили ежедневно на свой счет 82 христианских семейства, за что получили официальную благодарность от палатина эрцгерцога Иосифа. — Вначале евреи Б. хоронили своих умерших на альт-офенском кладбище; в 1788 г. город отвел им под кладбище участок земли, где ныне находится Западный вокзал. В 1808 г. они приобрели новое кладбище на Weitznerstrasse (за рвом), и в 1839 г. они перенесли туда останки похороненных на старом кладбище. Приблизительно тогда же впервые стали появляться на кладбище памятники с изображениями мужских и женских лиц, против чего выступил с энергичным протестом раввин Моисей Софер. Когда кладбище на Weitznerstrasse оказалось недостаточным, евреи получили участок земли вблизи Kerepeserut; впоследствии община приобрела большой участок земли за Köbanya. [По J. Е., 418—420, с изменениями и дополнениями].

Современное положение евреев Б. — Статистика. — Евр. население за последние 4 десятилетия росло быстрее нееврейского и увеличилось более, чем в 4 раза (см. табл.).

Смертность среди евреев гораздо ниже, нежели среди прочих: составляя почти 25% всего населения, они за период 1901—1905 гг. давали на 100 умерших лишь 16,5. Умершие моложе 5 лет составляли y католиков 48,53 (на 1000), y евреев 26,02; моложе 50 лет — y католиков 36,48, y евреев 22,20; старше 50 лет — y католиков 28,95, y евреев 29,57. Таким образом, возраст смерти y евреев сильно разнился от возраста смерти христиан: в детском и возмужалом возрасте евреи давали незначительный процент смертности, a в старости этот % превосходил процент смертности среди католиков (подробности см. ст. E. Auerbach’a, Die Sterblichkeit der Jud. in Budapest 1901—1905, в Zeitschr. f. Demogr. u. Stat. der Jud., 1908, № 10 и 11). Процент мертворожденных y евреев также ниже: y католиков на 1000 рождений 35,29 мертворожденных, y евреев лишь 24,14, y лиц других исповеданий 35,19. Меньшей смертностью, a не большей рождаемостью следует объяснять причину быстрого роста еврейск. населения Б.: кроме этой естественной причины, в смысле увеличения населения влияла также иммиграция в Б., преимущественно из Австрии. — По болезням смертные случаи за рассматриваемый период распределялись: чахотка y неевреев 35,2 (на 100 умерших), y евреев 27,2; нервные болезни у неевреев — 10,7, y евреев — 11,9; желудочные заболевания — y неевреев 11,6, y евреев 9,5. На 100 тыс. евреев самоубийц было 21,1, среди католиков 28,8, среди лиц других вероисповеданий 38,5. — У одних лишь евреев число мужчин превышает количество женщин, причем избыток мужчин среди евреев замечается более всего в категории от 15 до 50 лет. На 1000 мужчин было женщин:

Один незаконнорожденный y евреев приходился на 8 рождений, y христиан на 3; в 1903 г. было заключено 1423 евр. брака, причем в 1209 случаях оба вступившие в брак были евреями, в 111 случаях женщина была христианкой, а в 103 мужчина христианином; смешанные браки составляли, таким образом, 17,7%. Процент смешанных браков за последнее десятилетие несколько увеличился: на 100 евреев, вступивших в брак, было сочетавшихся с христианками: в 1896—1900 гг. (в среднем) 6,71; в 1901—1902 гг. — 6,98; в 1903 г. — 8,41. Из 100 евреек вступило в брак с христианами в те же годы: 7,22; 7,86; 7,85. В огромном большинстве случаев дети от смешанных браков были при рождении крещены. В 1902 г. христианство приняли 10 человек, в 1903 г. — 4, в 1904 г. — 9, в 1905 г. — 19 человек.

Образование. — Процент грамотных среди евреев несколько выше, нежели среди христиан. Кроме того, среди евреев было наибольшее число лиц, знавших более одного языка; так, владели:

Из евреев первой категории 45788 владели венгерским языком, 5370 немецким и лишь 254 хорватским и другими языками; из второй категории 77388 человек знало венгерский и немецкий языки, 1672 немецкий и хорватский и лишь 16 человек не владело ни венгерским, ни немецким яз.

В университете в 1904 г. было 1739 студентов-евреев (31,2% всех студентов), причем на юридическом факультете 1035 (31,1%), на медицинском 318 (45,4%), на философском 349 (28,2%) и на фармацевтическом отделении 37 (28,5%). В политехникуме обучалось 679 евреев (46,3% всех учащихся); в высших художественных школах 5 человек (16,7%); в Музыкальной академии 186 (44,0%); в театральных школах 66 (20,1%); на фельдшерских курсах 14 (10,9%); в учительской семинарии 67 человек (25%). В Еврейской богословской семинарии слушателей числилось: в 1900 г. — 51, в 1901 г. — 63, в 1902 г. — 69, в 1903 г. — 79, в 1904 г. — 81, в 1905 г. — 84; преподавание велось на венгерском языке; в 1905 году состояло 8 ординарных профессоров и 2 экстраординарных; среди слушателей было 2 иностранца и три австрийца. В библиотеке Landesrabbiner bildungsanstalt, основанной в 1877 г. было в 1904 г. 16572 тома, расходы равнялись 3400 кронам, посетителей было 486, взятых книг 932. Из 746 будапештских (вместе с пригородами) Alltägliche Elementarschulen было в 1904 г. 36 еврейских (во всей Венгрии 426 евр. школ); мужских еврейских Bürgerschulen было два: Веселени с 305 учащимися и 14 учащими и Мункачи с 133 учениками и 10 учителями; женская Bürgerschule одна с 11 учащими, 504 учащимися; содержание ее равнялось 48470 кронам. Учительских семинарий (Lehrerbildungsanstalten) — одна с 11 учителями и 150 учениками; содержание семинарии обошлось в 1904 г. в 40060 крон. — В государственном Институте для слепых обучалось 9 евреев на 141 чел.; в учреждениях для глухонемых — 5 на 75; кроме того, в еврейском училище для глухонемых были 53 мальчика и 36 девочек (9 учителей); в школах для идиотов и отсталых детей было 78 евреев на 186 человек. В государственных детских приютах было 524 евреев на 5267 детей. — Ср.: Ungar. Statist. Jahrbuch, 1907; Zeitschr. für Demogr. und Stat. der Jud., 1907, 1908 и 1909; A magyarorszàgi szidóságrol, 1907.

ЕЭБЕ:Венгрия