О религиозных войнах учеников шейха Багаутдина против инородцев Западной Сибири
В библиотеке Тобольского Губернского Музея имеются 2 рукописи, в которых говорится о религиозных войнах учеников шейха Багауддина против инородцев Западной Сибири. Обе рукописи — на татарском языке, писаны на обыкновенной писчей бумаге почерком «насх». Одна из них написана Са’д-Вакасом, сыном Реджеба, Аллакуловым и занимает 3¾ страницы, а другая написана Кашшафом Абу-Са’идовым и занимает 2¾ страницы. Первая из этих рукописей — разборчивее второй; вторая кроме того отличается более убористым письмом, чем первая. В первой рукописи всего 109 строк, а во второй 103 строки. В рукописи Кашшафа в одном месте сказано, что предание списано из сочинения «Хасса ’айны» — «Источник знатных лиц»; из сочинений с подобным названием Хаджи-Хальфа называет «’Айну-л-хаввас», принадлежащее некоему из гор. Дейлема, но, разные ли это сочинения или одно и то же, судить не решаюсь. В обеих рукописях встречаются и арабские, и персидские слова, иногда в не совсем правильном начертании. Татарская орфография также не везде выдержана.

При сём представляются татарский текст и перевод обеих рукописей, из коих в основу положена рукопись Са’д-Вакаса; в сносках указаны варианты рукописи Кашшафа. В скобки заключены слова подразумеваемые и не имеющиеся в оригинале. Предлагая вниманию читателей свой перевод, я однако не уверен, насколько правильно передал по-русски собственные имена местностей и речек Тобольской губ., ибо географию этой губернии я знаю мало.

I. Рукопись Са’д-Вакаса, сына Реджеба

II. Рукопись Кашшафа, сына Абу-Саида

Русский перевод обеих рукописей 
Прибегаю к Богу Единому за помощью против дьявола, побитого некогда камнями.

Во имя Бога Милостивого Милосердного.

Хвала Богу Единому, Господу миров, также благословение и приветствие лучшему из Его творений — Мухаммеду и всему его роду!

Затем, стало известно следующее:

Преподобные, т.е. лучшие люди, прошедшего времени сообщили следующее предание:

По мусульманскому летоисчислению 797-ой год был годом, исполненным истинной дружбой (с исламом). В священной Бухаре, во время хана Абу-ль-Лейса, с высокого указания и соизволения основателя (дервишского) ордена Накшбендие господина ишана Ходжи Багау-ль-хакк уа-д-дин [да святит Бог Единый его святую могилу!] 366 шейхов, собравшись из всякого рода городов восточных и западных стран на свет его разных чудес и бесед, стали искренними последователями. Но эти святые житие своё вели, распавшись в разные годы на 3 части: одна часть находилась при шейхах и занималась тайным славословием Божиим и молитвою, одна часть в районе Бухары и по селениям её обучала людей науке, ещё одна часть вела с язычниками войну за веру. Когда наступило время войны за веру, (последователи) собрались пред светлые очи преподобного ишана Ходжи Багау-ль-хакк уа-д-дин и стали ожидать, в какую-де сторону последует его высокое указание. Ходжа [да будет над ним милость Божия!] после утренней молитвы, обративши к шейхам своё благословенное лицо, сказал: «В больших исторических книгах я видел так: В то время, когда повелитель правоверных ’Алий [да почтит Господь его лицо!] отправился и, проникши через Индостан, насадил ислам в странах Чин и Мачин: половину Китая обратил в ислам, а на половину наложил дань. Но некоторое количество непокорных возмутилось, бежало из страны Тарган-хана и, спасаясь от меча повелителя правоверных господина ’Алия, прибежало к течению реки, известной у тюрков под именем Иртыш, а по-таджикски Аби-Джарус, и текущей на запад. Там имели кочевья: народ Хотан, также народы Ногай и Кара-Кыпчак. Войдя в среду их, они (т.е. бежавшие из Китая от меча халифа ’Алия) остановились и стали жить с ними, но не имели истинной веры и истинных понятий, – всё это были татары, поклоняющиеся куклам (т.е. идолам). Теперь вам — (моё) приказание: приглашайте (их) к исповеданию ислама; если они (вашего приглашения) не примут, то учините с ними великую войну за веру!». — Когда последовало (такое) высокое указание (ишана Ходжи Багау-д-дина), упомянутые 366 конных шейхов все сказали: «Ваше приказание (да будет) на наших головах (т.е. с готовностью исполним Ваше приказание)!», и в количестве 366 конных шейхов пришли к хану Шейбану в степях Средней орды и стали у него гостями. Он, узнавши про обстоятельства этих святых и выразивши им своё единомыслие, вооружил 1700 своих героев и в целях большой войны за веру отправившись вместе с ними на лошадях, спустился к реке Иртышу и учинил там великое сражение за веру. В то время у реки Иртыша было 3 разных народа: первый народ Хотан, второй народ Ногай, третий народ Кара-Кыпчак, (а потом явились и другие:) четвёртый — бежавшие бунтовщики Тархан-хана, которые стали стали жить с ними, пятый — Остяцкий народ, который также, помогая им, участвовал в сражении, потому что он был одной с ними веры. Упомянутые тут шейхи, соединивши с Шейбаном силы, сражались тут как истинные храбрецы. Язычников и татар они истребили несметное количество, сражаясь так, что по берегам Иртыша не осталось ни оврага, ни речки, где бы они не бились, и тем язычникам не дали даже возможности бежать (букв.: лицо земли сделали тесным), но из них самих 300 конных шейхов стяжали мученический венец, павши кто на суше, кто на воде, кто на болоте. Беглецы Тарган-хана вернулись и бежали в Китай, Остяцкий народ бежал в лес, некоторые из народов Хотан, Ногай и Кара-Кыпчак исповедали веру ислама, а некоторые, хотя и спаслись здравы невредимы, всё-таки, натолкнувшись на гнев шейхов, отчасти ослабли, отчасти обезумели и, испугавшись, тоже обратились к вере ислама и бежать дальше не могли. Остяки впоследствии стали язычниками и лишились веры (т.е. ислама). Герои хана Шейбана, в количестве 1448 человек, пали и стяжали мученический венец; хан Шейбан, отправившись с оставшимися 252 героями к народу Средней орды в степных местах, стал именоваться вали-ханом, т.е. святым ханом, т.к. купно со святыми вёл большую войну за веру, а из числа шейхов 300 всадников стяжали степень мученичества. Из 66 всадников трое остались здесь и стали обучать основам веры тех из народов Ногай, Хотан и Кара-Кыпчак, которые исповедовали ислам. К их потомству принадлежат в Тобольске, Тюмени, Таре и Томске ходжи и шейхи. 63 всадника отправились в Священную Бухару и господину Ходже Багау-ль-хакк уа-д-дин доложили о своих делах. После этого появилась (здесь) вера (исламская) и открылись пути, (так что) вдоль Иртыша стали проходить караваны и наезжать сюда ради обучения вере учёные, ходжи и ишаны; большая часть их были люди, могшие творить чудеса. Кроме того из Священной Бухары через этот самый Иртыш проехал господин ишан Ходжа Девлет-шах, сын шаха ’Абду-л-Ваггаба из Аспичапа. Он посетил калмыцкие кочевья и калмыцкого хана Хунтайчжи привёл к вере (ислама), затем опять приехал сюда и на берегу этого Иртыша открыл 18 мавзолеев. Многие верующие люди, обратившись к нему, стали искренними (его) последователями. Потом из города Хорезма прибыл шейх Искандер из Мемляна и открыл 9 мавзолеев. Один из оставшихся здесь для обучения вере в числе первых шейхов был почтенный Шерпети, младший брат шейха Назара и шейха Бирия. Открыв 12 мавзолеев, он лёг у ног своих старших братьев. Из упомянутых в этом родословии 39 мавзолеев 30 над мужчинами, женщинами и девушками описываются в этом родословии (ниже) вместе с их именами и названиями тех мест, где они почивают:

1., из почивающих на берегу Иртыша святых — в Искере почтенный шейх Айкани;

2., там же перед Искером шейх Бирий;

3., шейх Назар;

4., шейх Шерпети, все трое были родные братья, из внуков Зенги-бабы;

5., шейх Муса в Куча-Ялане, был из детей имама Малика;

6., на холмах есть господин шейх Юсуф, был из внуков имама Абу-Юсуфа;

7., на Баише господин Хаким шейх, был из детей имама Шафи’и;

8., внутри Вагая есть почтенный господин Касим-шейх, был из детей имама Ахмеда;

9., на Собре, с правой стороны Иртыша, шейх Ахмед-’Алий;

10., с левой стороны Иртыша шейх Дервиш-’Алий;

11., в Увате шейх Турсун-’Алий;

12., у реки Вагая на Юруме шейх Девлет-’Алий, все четверо — сыновья одного отца, из внуков Абу-ль Хасана Хиркани;

13., в Тебенди шейх Анджетан, был из внуков шейха ...ба-Мачин;

14., у устья Ишима, именно в селении Большой Буран, мавзолей шейха Бигяч-ата, Бигяч-ата был внук Джамия, основателя ордена Мевлеви, спутники его с 3 камнями лежали на берегу озера;

15., в Вагае почтенный старец шейх Баграм;

16., на берегу Вагая почтенный шейх Назар, они — родные братья, были из внуков Сейид-аты;

17., в Бикятуне шейх Мур-Кямаль;

18., в Карагае Ходжай-шейх, они — родные братья, были из детей Бахти-ата;

19., у озера Лючюк почтенный Науф;

20., в Атьяле почтенный ’Аляф, они — родные братья, были из детей султана Баязида;

21., в Бурбаре Дауд из Кандагара, он из детей имама Джа’фара;

22., в селении Каш шейх ’Абду-л-Азиз;

23., в Кан-Чубари шейх ’Абдул-Менаф, оба родные братья, были из детей мудрого Сулеймана;

24., в Эрум-джине почтенный шейх Дауд, из внуков имама Гусейна;

25., в Карбине шейх ’Омар-’Алий;

26., на возвышенной стороне селения Карагай, у Красного Яра, на местности Оба–Бактари, в селении Кюмюшли шейх Кепеш-’Алий, оба родные братья, были из детей Омара Аль-Фарука;

27., в Иш-Тамале ’Акыль-биби;

28., в Юруме Хадиджа-биби;

29., шейх Муслиху-д-дин из Кермана, с двумя дочерьми он участвовал в войне за веру, старшая (из них) Салиха-биби, она пала в овраге, называемом Чарбий, у селения Саургач, и легла;

30., младшая ’Афифа-биби, она пала в овраге Агут, выходящем из Вагая, и легла;

Сам господин шейх, покончивши со всеми неверными, отправился в Кызым и был там правителем Ак-Гисара. Жёны этих самых упомянутых шейхов, у некоторых дочери, а у некоторых сыновья находились в сражении за веру вместе; вот почему на некоторых местах над женщинами, девицами и мальчиками находятся мавзолеи; тут, говорят, нет ничего удивительного, ибо они, матери и дети, все были святые. Перечисленные в этой таблице 30 благословенных мавзолеев собрали в одну таблицу судья ’Абдул-Керим, ахун Тобольска и Томска [да будет над ним милость Господня!], и один из ханских потомков ходжи Ибн-Ямин [да будет над ним милость Господня!]. О девяти мавзолеях, которые открыл господин шейх Искандер из жителей Мемляна в ведомстве города Хорезма, и о мавзолеях, которые открыли упомянутые выше 2 преподобные, здесь не говорится, так как об них есть своя специальная таблица; сведения о тех девяти, собрал в этой таблице и прислал шейх Искандер из Туркестана, прислал при посредстве покойного соседа султана, т.е. Багау-д-дина [да будет над ним милость Господня!], ходжи Мир-Шерифа к Тобольским ахунам, и ещё говорят, что из города Сайрама господин почтенный ишан шейх Юсуф, с проявлением чудес посещая берега Иртыша и Сибирь, открыл 10 мавзолеев. Собрав (их) в генеалогии, послал и вручил своему брату шейху ’Алиму. Всё это стало тайною, известной только ахунам округа Тары. Открыто 49 мавзолеев, и кроме того по берегам этого Иртыша остаются не обнаруженными ещё шейхи, в количестве 251 челов. Затем упомянутые три преподобных: господин ишан Ходжа Девлет-шах, господин ишан шейх Шерпети, господин ишан шейх Искандер Хорезмиец из Мемляна открытые ими 39 мавзолеев отправили в Священную Бухару (в описании) с просьбой об опубликовании. Преподобные Священной Бухары, относясь с благоговением, как к тайнам Божественного откровения, поверили настолько, что даже подтвердили и удостоверили, и каждому оказали возможное благоговение, и также завещали: «Покорнейше просим, чтобы (святые могилы) оберегались неукоснительно, будь (они) на речках, впадающих в Иртыш, будь по берегам Иртыша самого или на болотах. 251 шейх всадник, не объявившись, остались сокрытыми. Благочестивые и миролюбивые мужчины, женщины и девицы, если кто-нибудь в тайных отношениях к Господу Всевышнему, получит точные указания (Его) относительно (сокрытых мужей), или если (эти мужи) о себе дадут им какие-либо намёки и знамения, то пожалуйста да не будут нерадивы (относительно объявления могил и построения мавзолеев), для того чтобы шейхи не разгневались (на них) и чтобы не осрамили ни их, ни потомства их!». — Сделав такое завещание, приложив печати у мавзолеям, открытым всеми троими, и приложив руки, прислали и соизволили (этим) оказать высокое одолжение и милость. В Тобольском уезде, на берегу Иртыша, на возвышенной стороне местности Карагай (сосняк), в селении Кюмюшли, на холме Оба-Бактар даено дозволение на мавзолей шейха Кефиш-’Алий. Имя ближайшего к нему — шейха Бугай, его сын шейх Сафар, его сыновья шейх Урас и шейх Ир-Семет. Сын шейха Ураса шейх Рамазан, его сын шейх Абу-л-Хасан, его сын шейх Мухаммед-Шериф.

Писал это самое предание Са’д-Вакас, сын Реджеба, Мемет Аллакулов.

Примечания 

Татарская литература
Сказания
Николай Фёдорович Катанов
Тюменская область
Переводы 1903 года