ЭСБЕ/Москва
Москва — первопрестольная стол. России. История. — Первое летописное слово о М. относится к 1147 г., когда суздальский князь Юрий Долгорукий в этой своей вотчинной усадьбе давал сильный обед-пир своему союзнику и другу северскому князю Святославу Ольговичу («Приди ко мне брате в М.»). Однако начало поселения на этом месте относится к более далеким временам и засвидетельствовано находками курганных вещей в самом Кремле и арабских монет половины IX в. вблизи Кремля, на месте храма Спасителя. Древнейшее поселение должно было возникнуть здесь еще в те времена, когда впервые начались торговые и промысловые сношения между севером и югом русской равнины. Моск. место лежало на перепутье от балтийской Двины и Немана, а также от верхнего Днепра к болгарской Волге и к Дону. Прямая дорога от балтийского запада к Волге направлялась долинами рек М. и Клязьмы — и вот здесь, на перевале из М.-реки в Клязьму, по рекам Восходне и Яузе, и основалось поселение первоначальной М. По-видимому, в первое время М. хотела основаться у р. Восходни, где рассеяны многочисленные памятники древнего жительства — курганы. Когда в Суздальской области Андрей Боголюбский основал княжество Владимирское, то моск. княжеская усадьба тотчас же построилась городом (в 1156 г.), т. е. была обнесена крепкими деревянными стенами и населена отрядом княжеской дружины, несомненно с целями защиты Владимирского княжества от западных соседей. М., таким образом, явилась передовым пригородом Владимира, этой новой столицы Суздальской земли. Видимо, что небольшой городок М. и в то время уже богател и приобретал значение в междукняжеских отношениях, так что с небольшим через 50 лет после его постройки явилась со стороны князей попытка основаться в нем особым княжеством. В 1213 г. в нем засел было на княжение брат вел. кн. Юрия Всеволодовича, Владимир, но был вскоре выпровожен на княжение в южный Переяславль. В татарское Батыево нашествие 1238 г. М. разграблена и сожжена, при чем упомянуты «церкви, монастыри, села». В городе в то время находился малолетний сын вел. кн. Юрия Всеволодовича, Владимир, с воеводою — а это служит указанием, что в М. тогда существовал особый княжеский стол. По смерти вел. кн. Ярослава Всеволодовича (1246 г.), по его разделу городов Суздальского княжества между сыновьями, М. досталась его сыну Михаилу, прозванием Храброму. В 1249 г. он был убит в битве с Литвою на р. Поротве, т. е. на границе своего Моск. княжества. Кому после него досталась М. — неизвестно. По всему вероятию, она оставалась во владении вел. князя и с великим княжением в 1252 г. перешла к Александру Невскому. Последний перед своей кончиною посадил княжить в М. своего младшего сына, двухлетнего Даниила Александровича, который вначале состоял под опекою тверского князя Ярослава Ярославича. По смерти Ярослава в 1271 г. десятилетний моск. князь Даниил стал княжить самостоятельно и независимо ни от какой опеки. Отсюда и началось вотчинное княжение Московское. Даниил мирно прокняжил в М. 33 года. Он † в 1303 г., оставив после себя пятерых сыновей, из которых старшим был знаменитый Юрий, а четвертым — еще более знаменитый Иван Калита. Моск. вотчина в последний год жизни Даниила значительно увеличилась присоединением к ней Переяславля по духовному завещанию переяславского князя-вотчинника, племянника Даниила, Ивана Дмитриевича. Из-за этой вотчины и прежде были большие споры между князьями, а теперь остался очень недовольным тверской князь Михаил, старавшийся захватить Переяславль к своему княжеству. Отсюда и начинается раздор между Тверью и М.; не по вине М., но по насилию Твери. Переяславцы тянули к М.; когда умер Даниил, они схватились за его сына Юрия и не выпустили его даже на похороны отца. Новгородцы, недовольные Тверью, также выставили против нее надежного борца, моск. Юрия Данииловича, самого энергичного и деятельного из всех тогдашних низовых князей (см. Московское княжество). Михаил Тверской был позван в Орду на суд и там выдан головою моск. Юрию и казнен. Юрий получил ярлык на великое княжение и тем самым возвеличил свой небольшой город до значения великокняжеской столицы, проложив путь на великое княжение своему брату Ивану Калите. По смерти Юрия великое княжение было отдано сыну тверского князя, Александру Михаиловичу. Избиение в Твери татар с их воеводою Щелканом сделало Тверь в глазах Орды дерзким бунтовщиком, которого следовало наказать по-татарски. На всю Русь надвигалась страшная гроза; хан высылал 50 тысяч войска. Опасаясь за себя, как и за всю землю, московский Иван поспешил в Орду и наклонил неизбежный удар исключительно только на тверское княжество. Великокняжеский стол был отдан московскому Ивану. За благочестие этого князя полюбил его и митрополит Петр и поселился под его охраною в М. Это было важнейшее приобретение для небольшого города М. С этого времени Москва стала престольным городом духовной власти, средоточием церковных религиозных нужд для всего народа. Она привлекла к себе боярские дружины, а потом гостей сурожан (сурожский и кадинский итальянский торг) и суконников (зап.-европейский торг), поселение которых в городе было столько же важно для его развития, как и поселение боярских дружин. С того времени (с половины XIV стол.) М. становится средоточием всенародного торга. Еще с конца XIII ст., когда южным приморским торгом овладели генуэзцы и основали большой торг в устье Дона (в Тане), направление торговых путей в русской равнине совсем изменилось. Древний Корсунь совсем упал, а за ним и Киев. Движение торга переместилось с Днепра на Дон, куда от торгового новгородского севера путь шел через М. Вот почему в М. на жительстве появились и итальянцы в лице, напр., колокольного мастера, родом римлянина, а затем и гостей сурожан, основавших в городе свой сурожский торговый ряд. Спустя 50 лет от утверждения за М. великого княжения М. при помощи всего потянувшего к ней земства на Куликовом поле дает могущественный отпор татарскому владычеству и тем приобретает еще больше значения и силы в народных умах. Проходит еще 50 лет — и имя М. разносится с большим почетом и на западе Европы, в особенности у вост. христиан, увидевших в ней непоколебимую защитницу православия и после падения второго Рима заговоривших о ней как о могущественном третьем Риме, способном крепко охранять вост. христианство. Проходят новые 50 лет — и Москва является уже величавым, блистательным государством, причем очень грозные некогда татарские цепи спадают сами собою; падают независимые области — Тверь, Вятка; падает и Великий Новгород. Именем М. стала прозываться и вся русская земля, пришедшая с этим именем и на европейское политическое торжище. Вот почему и в народном сознании М. приобрела значение родной матери: М. всем городам мать, говорит поговорка.

Местоположение г. Москвы разнообразно и живописно; иноземцы еще в XVI и XVII ст. приходили от нее в восторг и сравнивали М. с Иерусалимом, т. е. с идеальным образцом красивого города. Московские холмы и горы подавали повод рассуждать о семи холмах, на которых будто бы расположен город, и сближать топографию М. с далеким Царьградом и далеким Римом. Однако, в сущности, город расположен на ровной местности, изрытой только потоками рек и речек, сопровождаемых или высокими гористыми, или низменными луговыми берегами и более или менее широкими долинами. Средоточие Москвы — Кремль — представляется горою только в отношении к луговой низине Замоскворечья и т. п. Ровная местность города бежит к Кремлю с С. от Дмитровской и Троицкой дорог (от Бутырской и Троицкой застав). Оттуда же с С., от боровой лесистой местности, в Москву-реку текут и ее притоки: посередине — скрытая теперь под сводами Неглинная, на В. от нее Яуза и на З. — Пресня. Эти потоки и распределяют в городе упомянутые взгорья и низины-долины. Главная, так сказать, становая ровная площадь направляется от Крестовской Троицкой заставы, сначала по течению рч. Напрудной (Самотека), а потом по Неглинной, проходит Мещанскими улицами сквозь Сухареву башню, идет по Сретенке и Лубянке (древним Кучковым полем) и вступает между Никольскими (Владимирскими) и Ильинскими воротами в Китай-город, а между Спасскими и Никольскими воротами — в Кремль, в котором, поворачивая немного к ЮЗ., образует при впадении в Москву р. Неглинной Боровицкий мыс, крутой, некогда острый рог, серединную точку М. и древнейшее ее городище. Таким образом, северный отдел города представляет самую возвышенную его часть, высшая точка которой (75½ саж. над уровнем Балтийского моря и 24 саж. над уровн. реки Москвы) в черте городского вала лежит у Бутырской заставы. Постепенно понижаясь, эта высота в сев. части Кремля падает до 16 саж., а в южной его части, на краю срытой горы, равняется 13 саж. Древняя топография города имела иной вид и представляла больше живописности, чем теперь, когда под булыжною мостовою везде исчезли сохраняемый только в именах церковных урочищ поля, полянки и всполья, пески, грязи и глинища, мхи, ольхи, даже дебри или дерби, кулижки, т. е. болотные места, и самые болота, кочки, лужники, вражки-овраги, ендовы-рвы, горки, могилицы и т. п., а также боры и великое множество садов и прудов. Все это придавало древней М. тип чисто сельский, деревенский; на самом деле во всем своем составе она представляла совокупность сел и деревень, раскинутых не только по окраинам, но и в пределах городских валов и стен. Разнообразие местоположения и особая красота многих частей города зависит, главн. образом, от М. р. Она подходит к городу с зап. стороны и в самом городе делает два извива, переменяя в трех местах нагорную сторону на широкие низины. Вступая в город при урочище Трех Гор, она быстро поворачивает от Дорогомилова (ныне Бородинского) моста прямо на Ю., образуя высокий гористый берег по левой стороне своего течения, который при устье реки Сетуна, у Девичьего монастыря, упадает в луговую местность Девичьего поля. Отсюда с поворотом течения на восток высокий нагорный берег переходит на правую сторону, образуя знаменитые Воробьевы горы. Далее, с поворотом течения к С., нагорный берег правой стороны, постепенно понижаясь, оканчивается близ Крымского брода (ныне моста) и переходит опять на левую сторону, оставляя на правой стороне широкую луговую низину Замоскворечья. Левою стороною нагорный берег постепенно возвышается до Кремлевской горы, откуда с поворотом течения на Ю., устроив немалую луговину при устье Яузы (воспитательный дом), продолжает гористые возвышения, крутицы, по Заяузью до выхода реки из города, с поворотом к З. у Данилова м-ря, после чего течение реки направляется уже на Ю. и В. Вся местность, на которой расположен обширный город, представляла с древнего времени столько выгодных для поселения условий, что постоянно привлекала со всех сторон новых поселенцев, крепко державшихся за свои гнезда, несмотря на великие бедствия и опустошения от татар и от пожаров. После каждого из таких бедствий население быстро скучивалось и вновь обстраивалось. Один из иностранных путешественников, Павел Иовий, еще в первой четверти XVI стол., отмечая выгодное положение города, писал следующее: «М. по выгодному положению своему преимущественно перед всеми другими городами заслуживает быть столицею, ибо мудрым основателем своим построена в самой населенной стране в средине государства, ограждена реками, креплена замком и, по мнению многих, никогда не потеряет первенства своего». Первоначально город или, вернее, городок Москва занимал в своих стенах не очень широкое пространство, по всему вероятию, только одну треть теперешнего Кремля. Он был расположен на высоком крутом берегу Москвы-реки, при впадении в нее речки Неглинной, у теперешних Боровицких ворот Кремля, название которых свидетельствует, что здесь существовал сплошной бор. Это подтверждает также и древний храм Спаса, что на Бору, построенный возле княжеского двора. По-видимому, город стал застраиваться и распространяться со времени поселения в нем митрополита Петра, жившего вначале близко Боровицких ворот, у церкви Рождества Иоанна Предтечи, а потом перешедшего на новое место, где на городской площади заложил в 1326 г. первую соборную каменную церковь во имя Успения Богородицы (ныне Успенский собор). С вероятностью можно полагать, что это место было серединою тогдашнего города. Усердным строителем и устроителем города явился вел. кн. Иван Данилович Калита. Кроме собора, он построил еще несколько каменных же церквей: в 1329 г. црк. во имя Иоанна Лествичника (ныне Иван Великий); в 1330 г. црк. монастырскую Спаса на Бору; в 1332 г. црк. Михаила Архангела (ныне Архангельский соб.). В 1339 г. он укрепил город дубовыми стенами, окружность которых с западной и южной стороны проходила по высоким берегам Неглинной и М.-реки, а к В. простиралась не дальше стен теперешнего Вознесенского монастыря, у которых находился (как оказалось при раскопках) глубокий ров, уходивший к М.-реке, возле воздвигаемого ныне памятника имп. Александру II. Сын Калиты, Симеон Гордый, продолжал дело отца. Все построенные упомянутые церкви он украсил (1344—1346) стенным иконописанием, которое исполняли художники-греки, вызванные в М. новым митрополитом, греком Феогностом, а также их ученики, русские мастера. Иконописная школа в М. впоследствии так прославилась, что работы ее учеников (Андрея Рублева и др.) и в половине XVI ст. ставились в образец художественного иконного письма. Вместе с тем было положено начало и колокольному литью, мастером которого был некто Бориско, происхождением, по преданию, римлянин, в 1346 г. сливший три колокола больших и два малых. Если это был на самом деле римлянин, то его пребывание в М. может служить свидетельством, что в то время уже существовала в городе хотя бы и небольшая колония итальянцев, вместе с Феогностовыми греками полагавших начало развитию в городе необходимых для церкви художеств. Это объясняет также, почему в конце XV ст. М. переполнилась итальянскими художниками.

Кроме Кремля, или Кремника, как он обозначается уже в 1331 г., в состав города входили Посад и Заречье. Под именем посада в собственном смысле разумелось первичное поселение Китай-города, которое вначале гнездилось у торгового пристанища на низменном берегу М. реки, под горою самого Кремля, и ниже по течению реки, где теперешний Москворецкий мост и Зарядье. Здесь доселе стоит црк. Никола Мокрый, что обозначает не мокрую болотистую местность, а посвящение храма во имя св. Николая, покровителя плавающих (во многих старых городах, в Ярославле, во Владимире и др. существуют также храмы Николы Мокрого, стоящие на берегу реки, у пристанища плавающих). Вдоль пристанища по течению реки мимо Николы Мокрого проходила Великая улица, от которой по направлению с низины в гору, параллельно стенам Кремля, расположились рядами или улицами торговые места и лавки, впоследствии образовавшие обширное моск. торжище, или Торг (позже Китай-город). «Трудно вообразить, — говорит очевидец (Маскевич) начала XVII ст., — какое множество там лавок, коих считается до 40 тыс.; какой везде порядок, ибо для каждого рода товаров, для каждого ремесла, самого ничтожного, существует особый ряд лавок». С того же времени мало-помалу заселялся против Пристанища и другой берег реки, Замоскворечье. Остальное пространство теперешнего города было занято слободами и селами княжескими, боярскими, монастырскими. Вокруг Кремля-города, на возвышенностях Занеглименья, с первых времен М. стояли упоминаемые еще в Батыево нашествие монастыри, расположенные у больших дорог, превратившихся потом в большие улицы. Монастыри, частью упраздненные, — Воздвиженский, Никитский, Воскресенский, Георгиевский, в Китае Старый Никольский, Ильинский — окружали Кремль как бы венцом, находясь почти в равном расстоянии от него. Такое расположение древних обителей показывало, что по всем дорогам к Кремлю происходило значительное передвижение населения, от благочестия которого монастыри и получали свое пропитание. Первоначальные, может быть, сосновые стены города были неприступны еще и до постройки Калитою дубовых стен. В первые годы XIV ст. тверской князь два раза подходил к этим стенам и не мог их взять. Дубовые стены, построенные после 10-летней земной тишины и покоя, обозначили, что М. достаточно окрепла в своей великокняжеской силе. Когда Дмитрий Донской начинает приводить других князей под свою волю и эта политика угрожает опасностью со стороны Твери и Орды, город вместо прежних дубовых строит стены белокаменные; начинается история Каменной М. Иван III как бы оканчивает дело своего родоначальника Ивана Калиты и употребляет все средства и необычайную горячность, чтобы устроить и перестроить город на славу. Целые 25 лет и больше происходили беспрерывные строительные работы, начатые с постройки, как было и при Калите, Успенского собора, но в более обширных размерах (1471—78). Затем следовала постройка стен, башен, ворот, государева дворца, а также других соборов и церквей, сооружение которых продолжалось и при Василии Ивановиче. Государев-город, или Город-государь всей земли, в это время становился еще более сильным средоточием народной жизни, привлекавшим к себе население со всех концов Руси, в особенности для торговли, промышленности и всякого рода службы государю и государству. Первичный посад города в это время становится уже Великим посадом, так именуясь в отличие от распространившихся в других частях местности малых посадов. Исполненный торга и промысла, а следовательно, и большого богатства обитателей, он требует также каменной защиты и в 1535—38 гг. обносится кирпичною стеною, отчего прозывается Красною стеною и вместе с тем Китай-городом. В свою очередь и малые посады и слободы быстро накопляют население и широко застраиваются хотя и деревянными, но многочисленными домами, потребовавшими также городской ограды. Сначала она насыпается земляным валом, почему город и зовется Земляным, а потом, в 1586—93 гг., также выстраивается из белого камня: отсюда прозвание Белого города и Белого Царева-города — царева, быть может, потому, что здесь поселялось по преимуществу служилое дворянское сословие. В то же время (1591—92) и все подгородные посады, слободы и села обносятся деревянными стенами с башнями и воротами, очень красивыми, по отзыву очевидцев. Этот Деревянный город (ныне Земляной вал) прозывался иначе Скородомом или Скородумом, или от скорой постройки домов, простых изб, или от скоро задуманной постройки самых стен, что вероятнее, так как их постройка была исполнена с поспешностью для защиты окраин города ввиду ожидавшегося нашествия крымского хана. Эти стены вполне закончили городское очертание древней М. Деревянные стены в московскую разруху во время Смуты сгорели. Царь Михаил в 1637—40 гг. по их черте насыпал земляной вал, прозванный Земляным городом и укрепленный острогом, т. е. бревенчатою стеною вроде тына. Иноземцы в XVI и XVII ст. о пространстве города судили различно. Англичанам М. казалась величиною с Лондон (1553), а Флетчер (1558) говорит, что она даже больше Лондона. Иные (1517) сказывали, что она вдвое больше Флоренции и Богемской Праги; другие (Маржерет) предполагали, что деревянные стены М. длиннее парижских. Более точные показания определяли окружность города в 15 в., что почти совпадало с действительною мерою, которую теперь считают в 14½ в. Во второй половине XVII ст. Мейерберг, вероятно, по словам самих москвичей, насчитывал в окружности М. 38 в., несомненно включая сюда и все лежавшие за чертою Земляного города слободы и села, что опять приближалось к действительной мере: в теперешней черте так наз. Камер-Коллежского вала считается около 35 в. По измерениям, произведенным в 1701 году, когда все стены и валы были еще целы, окружность Кремля составляла с лишком 1055 саж., окружность стен Китая — 1205 саж., окружность Белого города — 4463 саж. слишком, окружность Земляного вала — 7026 сажен; общая длина всех ограждений составляла 13781 сажен. Нынешнее измерение по линиям бывших и существующих стен не совпадает с приведенными показаниями. Вокруг Кремля теперь считают 2¼ вер., вокруг бывшего Белого города, по черте бульваров — только 6¾ в. Эта убыль происходит оттого, что стены Белого города направлялись не по одной черте теперешних бульваров, но простирались, напр., и по берегу М.-р., от Пречистенских ворот до Кремля. В черте Земляного города, ныне Садовой, городское пространство имеет совсем круглую форму. В черте Камер-Коллежского вала оно представляет несколько ромбическую фигуру, самое большое протяжение которой направляется от ЮЗ. к СВ., от Девичьего монастыря до церкви Петра и Павла в Преображенском, на 11½ в. и 13½ в., если счет вести от застав. Поперечное протяжение ромба направляется от СЗ. к ЮВ., от Бутырской заставы до Симонова монастыря, и составляет около 9½ в. В самом узком месте, между Дорогомиловскою и Покровскою заставами, длина М. составляет более 6½ в. От середины Кремля (Иван Великий) до самой дальней заставы, Преображенской — 7½ вер., до самой близкой, Тверской — 2½ вер. В городе числится 197 улиц, 600 переулков, в том числе 39 тупиков, и 230 разных мелких проездов, что все вместе составляет протяжение с лишком в 379 вер. Улицы идут главным образом от центра к окружности города, а переулки, соединяя улицы, направляются по окружности; план города представляет своего рода паутину, в которой отыскивание дома значительно облегчается только приходскими церквами; без указания прихода иногда очень затруднительно находить обывателя. Река-М. в пределах городского вала протекает 16½ в., а вместе с местностями, находящимися за валом (у Воробьевых гор), — около 20 в. с падением в черте города около 2 саж.

О первоначальной населенности гор. можно судить по известиям о пожарах, которые опустошали М. чуть не каждые 5—10 лет. Очень частые пожары происходили именно в те годы, когда в М. замечалось особо деятельная политическая жизнь. При Иване Калите в течение 15 лет случилось четыре больших пожара, чему удивлялся летописец. Часты и сильны были пожары и при Иване III, во время перестройки Кремля. Видимо, что обиженные и озлобленные люди выжигали ненавистную им М. Летописцы в этих случаях упоминают большею частью только о сгоревших церквах. Во второй пожар при Калите, в 1337 г., в М. сгорело 18 церквей; в 1343 г., на третий год по смерти Калиты, сгорело 28 церквей. В 1354 г. в одном Кремле сгорело 13 црк. По числу церквей можно приблизительно судить и о числе дворов, и о числе жителей. В нашествие Тохтамыша (1382 г.) после пожара и разгрома было похоронено 24 тыс. трупов. Через восемь лет после этого бедствия «на Посаде неколико тысячь дворов» сгорело, а затем еще через пять лет на том же Посаде опять сгорело «несколько тысяч дворов». Иностранные писатели XVI и XVII ст. упоминают о сорока тысячах дворов, конечно основываясь на показаниях самих москвичей; но цифра 40 вообще имела как бы поговорочный смысл и потому не может быть принята за вероятную. Именем двора обозначались притом предметы, весьма различные по объему. Двор посадский, состоявший из крестьянской избы со службами и помещавшийся на 25 кв. саж., и двор боярский со многими различными строениями, раскинутыми на 500—1000 и более кв. саж., — входили по имени в один разряд. Первые вполне точные цифры о количестве московских дворов относятся к 1701 г.; в Москве оказалось тогда всего 16358 (обывательских) дворов: в Кремле — 43 двора (кроме дворцовых), в Китае — 272, в Белом городе — 2532, в Земляном городе — 7394, за Земляным — 6117. В круглых цифрах духовенству принадлежало 1375 дворов, дворянству разных наименований 4500, дворцовым служащим 500, дьячеству 1400, богатым купцам-гостям 324, посадским с лишком 6200, разных наименований ремесленникам и мастерам 460, военн. сословию 570, иноземцам 130, крепостным 670, городовым служителям 160, нищим 2. Довольно точные сведения не только о числе дворов, но и о числе квартир относятся к 1754—1765 гг., причем это число более или менее значительно изменялось даже помесячно. Так, в 1764 г. в январе состояло дворов 13184 и в них покоев (комнат или квартир?) 31231; в июле того же года числилось дворов 13181, покоев 31317, в августе дворов 12431, покоев 31379, в декабре дворов 12477, покоев 32255. Такое быстрое изменение цифр происходило больше всего по случаю пожаров, а частью и от разбора обветшавших строений и постройки новых. Основной характер старой московской жизни заключался в том, чтобы каждому двору жить независимым особняком, иметь все свое — и сад, и огород, и пруд, а следов. и баню. Уже после всяких реформ, в половине XVIII ст., в М. существовали еще 1491 баня на частных дворах, в том числе в самом Кремле — восемь, в Китае — 31. В 1770 г. перед моровою язвою обывательских дворов состояло 12538; в 1780 г. их числилось только 8884, а покоев — 35364. В 1784 г. число домов уменьшилось до 8426, а число покоев увеличилось до 50424. Это показывает, что со второй половины XVIII ст. М. стала перестраиваться в новом направлении: вместо малых домов вроде крестьянских изб теперь началась постройка больших зданий и домов поместительных, именно для зажиточных дворянских семейств, так как в это время М. все более и более становилась столицею российского дворянства. Перед нашествием неприятеля в 1812 г. обывательских домов числилось 8771, казенных и общественных зданий 387. В Московский пожар (1812) сгорало первых 6341, вторых 191. Всех домов до нашествия было каменных 2567, деревянных 6591.

Каменные жилые здания впервые начал строить в М. митрополит Иона, заложивший на своем дворе полату в 1450 г. В 1473 г. митрополит Геронтий поставил у того же двора ворота кирпичные, в 1474 г. — другую полату, тоже кирпичную, на белокаменных подклетах. Из светских лиц раньше всего начали строить себе каменные жилища гости-купцы; первым выстроил себе в 1470 г. кирпичные палаты некто Таракан, у Спасских ворот, у городовой стены. Потом такие же полаты стали строить и бояре. В 1485 г. выстроил себе кирпичную полату и ворота на своем дворе Дм. Вл. Ховрин, в 1486 г. построил себе кирпичные полаты его старший брат Иван Голова-Ховрин, а также и Вас. Фед. Образец-Хабаров. Наконец, и сам государь порешил выстроить себе дворец, тоже кирпичный, на белокаменном основании; постройка его началась с 1492 г., но большие приемные полаты дворца сооружались еще прежде, в 1489—1491 гг. Казалось бы, что с этого времени каменные, или, как их стали называть, полатные постройки должны были распространиться по городу в значительной степени; но это дело подвигалось очень туго и деревянное коснение охватывало весь город по-прежнему. По-видимому, каменные здания представлялись москвичам чем-то вроде тюрем. Доморощенные строители, недалекие в познаниях и опытности по этой части, сооружали толстые стены, тяжелые своды, иногда с железными связями, и такое помещение походило больше на тюрьму или на погреб, чем на жилье. Поэтому москвичи если и строили подобные полаты, то с одною только целью — чтобы на каменном основании выстроить более высокие деревянные хоромы, употребляя это основание как подклетный этаж, для разных служебных помещений своего хозяйства. Так поступали и в государевом дворце. Не только в XVI, но даже и в XVII ст. подобных каменных полат едва ли можно было насчитать в М. сотню-другую. Мостовые, да и то только по большим улицам, были бревенчатые или из байдашных досок, весьма способствовавшие распространению пожаров. Только к концу XVII ст. стала распространяться мысль, что городу необходимо строиться из кирпича. В октябре 1681 г. последовал государев указ, повелевавший безопаснее устраивать на полатном строении кровли, а по большим улицам и у городовых стен Китая и Белого города вместо погоревших хоромы строить неотменно каменные, причем разрешено кирпич отпускать из казны по полтора рубля за 1000, с рассрочкою уплаты на 10 лет. Кому невмочь было строить каменное, тем повелено по улицам строить стенки каменные, род брантмауров. В сентябре 1685 г. этот указ был повторен, со строгим приказанием на полатном каменном строении «деревянного хоромного строения отнюдь никому не делать, а кто сделает какие хоромы или чердаки (терема) высокие, и у тех то строение велеть сломать». Тот же указ присовокуплял любопытную заметку: «у которых дворы ныне погорели и они б на дворах своих делали каменное строение безо всякого переводу (остановки), не опасаясь за то ничьих переговоров и попреку». Стало быть, общее мнение почему-то осуждало такие постройки. Однако указы, по московскому обыкновению, не исполнялись, главным образом по той причине, что не существовало никакой правильной административной организации по этому предмету. Решительные и крутые меры со стороны Петра также не привели к желанной цели, потому что в то же время начал сооружаться новый столичный город С.-Петербург. Для того, чтобы Петербург не встречал недостатка в мастерах каменного дела и простых каменщиках, в 1714 г. последовало строгое запрещение строить каменные дома и всякое каменное строение не только в Москве, но и во всем государстве, что продолжалось до 1728 г. Деревянная, деревенская М. по-прежнему осталась в своем характере. По-прежнему хоромы ее богатых людей удалялись от улиц в глубину широких дворов, выступая на улицу и даже на середину улицы только своими служебными постройками вроде конюшен, сараев, погребов и т. п. Петр строго повелевал строиться линейно по направлению улицы, как строились в других европейских государствах; но переделать одряхлевший город на новый европейский лад не было никакой возможности. Еще в 1763 г., спустя с лишком полстолетия после петровских забот и хлопот, правительство отзывалось о М., что «по древности строения своего она и поныне в надлежащий порядок не пришла и от того беспорядочного и тесного деревянного строения, от частых пожаров в большее разорение живущих вводит». Только «пожар 12 года способствовал ей много к украшенью» и к более основательному порядку. Архитектурная самобытность старой М. мало-помалу стала исчезать со времени Петровских преобразований: начались бесконечные, иногда не совсем разумные заимствования строительных образцов у Западной Европы, сначала у голландцев, потом у французов и итальянцев. Многому научил русских строителей известный архитектор Растрелли. Время имп. Александра I отличалось раболепным употреблением колонн в фасаде даже у малых деревянных зданий. При имп. Александре II среди замечательного разнообразия архитектурных мотивов и стилей явилась наклонность и к воспроизведению форм древнерусского зодчества, что с заметным успехом происходит и в настоящее время, и есть уже памятники (напр. верхние торговые ряды), заслуживающие особого внимания по талантливому сочетанию старинных форм. В каменных постройках прежняя М. не любила высоких зданий и выше третьего этажа не строилась; но в последние десятилетия появившийся на сцену капитал двинул эту высоту на 5 и даже на 6 этажей и постройкою громадных и нескладных Кокоревских корпусов обезобразил прекрасный вид из Кремля на Замоскворечье.

Сохраняя в своем строительном устройстве черты глубокой русской древности, старая М. и в личном составе своего населения являлась таким же памятником далекой старины. Известно, что древний русский город строился главным образом для дружины и самою дружиною, как скоро она собиралась на удобном или безопасном месте для защиты своего княжества и своих волостей. Очень вероятно, что первыми боярами-дружинниками в М. были известные убийством Андрея Боголюбского Кучковичи (см.); в то время М. прозывалась также и Кучковым. Один из Кучковичей назван прямо местным именем Кучковитин, следовательно обозначен жителем Кучкова — М., как и московитин. Можно сказать, что первые московские князья в течение целого столетия (1328—1428) держались на руках дружины, что московское крепкое единение создавалось и устраивалось по преимуществу заботами и трудами московской дружины. Когда исчезла политическая роль дружины, не могла исчезнуть ее бытовая роль, а потому город М. чуть не до наших дней в своем населении сохранял тип города дворянского. Недаром Карамзин почитал М. столицею российского дворянства. Из своих близких и далеких поместий оно обыкновенно съезжалось сюда на зиму в великом множестве, кто за делом, а больше всего для развлечений. Население города доходило зимою, как говорили современники, до 500 или 600 тыс. вместо летнего числа около 300 тыс. Каждый помещик имел свой двор, числом иногда более тысячи человек. Один из первых дружинников М., Родион Несторович, родоначальник Квашниных, переселяясь в М. к Ивану Калите, привел с собою 1700 чел. Обычай держать около себя многочисленную дворню сохранялся чуть не до половины настоящего столетия. В эпоху цветущего дворянского житья (1790-е и 1800-е гг.) крепостного люда в М. бывало столько, что каждый третий человек из обывателей был дворовый, а с крестьянами из троих обывателей двое оказывались крепостными. До 1812 г. из общего числа жителей 251131 чел. дворян и благородных числилось 14247, а дворовых людей 84880. — В 1830 г. из 305631 жит. числилось дворян 22394 и дворовых 70920 да помещичьих крестьян 43585. Статистика 1820-х годов заявляла, что «можно не затрудняясь указать в Москве много домов, в которых живут по целой сотне дворовых». С наступлением XIX столетия дворянский состав городского населения Москвы мало-помалу стал уступать свое преобладающее место сословию торговому и промышленному, купцам и мещанам, хотя в первые два десятилетия это и не было особенно заметно. С 1830-х годов Москва уже явно стала терять свой старинный дворянский характер и превращаться в город фабрик, заводов и разных других промысловых заведений, чему очень способствовали запретительные тарифы, начало которых восходит к 1811 г.

Немаловажною силою в городской жизни и в развитии самого города купечество являлось еще с XIV в. В свой поход на Мамая Дмитрий Донской взял с собою 10 чел. гостей сурожан, которые, судя по именам, все были русские. Они торговали итальянским товаром, шелковыми и золотыми тканями и оставили по себе память особым торговым рядом под именем сурожского (теперь наз. Суровским). Суконники торговали сукнами, получаемыми из немецких земель. Как богатые люди, эти два отряда купцов принимали и в политических делах М. немалое участие. В 1469 г. сурожан посылали при полках на Казань, несомненно с торговыми целями. Развитие приказного управления с непомерным взяточничеством ослабило значение торговых людей и превратило их ко времени преобразований Петра в «неустроенную храмину». О способах и приемах старой моск. торговли иностранные писатели XVI и XVII ст. отзываются очень неодобрительно. Москвичи, по словам Герберштейна (1526 г.), почитались хитрее и лживее всех русских. Их торговые нравы развратили торговый народ в Новгороде и Пскове, когда эти области были покорены, тамошние коренные торговцы выселены в М. и в другие города и на месте их засели именно москвичи. Вообще европейцы предупреждали своих соотечественников, что с москвичами надо держать ухо востро. Торговый обман употреблялся со всех сторон, чужеземцы оскорблялись только тем, что обмануть русского было очень трудно. Приемы обманной торговли, описанные чужеземцами XVI и XVII ст., вместе со многими остатками старины сохраняются по иным мелким и небогатым углам московской торговли и до сих пор. Старое московское торговое сословие несло очень тяжелую и очень ответственную службу государству по финансовому ведомству, по статье всякого рода торговых сборов и денежных доходов. Представляя только разбогатевшую вершину тяглого посадского, собственно мужицкого населения, оно не пользовалось в дворянской среде, особенно в XVIII стол., почетом и уважением; лучшие его люди при первой возможности старались приобрести себе достоинство дворянина, оставляя торг и поступая в известный чиновный класс по табели о рангах. Здесь и скрывается причина, почему именитое купечество, не уважая свое купеческое достоинство и переходя в дворянство, без следа теряло свою родовую купеческую фирму не только во внуках, но даже и сыновьях. Купеческие старинные заслуженные роды с радостью превращались в роды новозаписанных дворян. Оттого так редки в М. даже и столетние только купеческие фирмы.

В истории города очень видное место занимал и московский посад под именем Черни, которая в опасных случаях, когда ослабевала или совсем отсутствовала предержащая власть, не раз становилась могучею силою, защищая от напасти свой излюбленный город, иногда не без своеволия и не без свирепых насилий. Так и было при нашествии Тохтамыша в 1382 г.; так было в 1445 г., когда вел. кн. Василий Темный на Суздальском побоище был взят татарами в плен; так было в 1480 г. при нашествии царя Ахмата, когда вел. кн. Иоанн III медлил походом, а затем из похода возвратился в М. Посад так вознегодовал на это, что вел. князь побоялся даже остановиться в Кремле и проживал некоторое время на краю города, в Красном Селе. Точно так же действовал посад и в Смутное время; бунтовала московская чернь и при царе Алексее Михайловиче, и в последующие времена. Простые горожане М., ее тяглецы, относились к политическим интересам своего города с большою горячностью и с напряженным вниманием следили за деяниями предержащих властей. Посад М. состоял из слобод — отдельных поселений, живших во внутреннем своем устройстве самобытно и независимо. Слободами разрастался и весь город; слобода была его растительною клетчаткою. Завися по общей городовой управе от Земского дворца или Земского приказа, каждая слобода во внутренних своих делах управлялась сама собою, выбирая себе старосту, десятских, целовальников и других лиц. Все слободские дела решались сходками на братском дворе, который ставился на общий слободский счет и по преимуществу вблизи слободской церкви, занимавшей всегда видное место в каждой слободе; около церкви помещалось слободское кладбище, на котором слобожане хоронили своих отцов и дедов и всех родных. Так, из слобод образовались почти все приходы М. Купцы жили и управлялись также отдельно в своих сотнях, из которых главнейшими были гостиная и суконная, основные моск. сотни; затем следовали сотни переселенцев — новгородск., ростовск., устюжская, дмитровская, ржевская и др. Несмотря на то, что слободы и сотни исчезли и, так сказать, разложились в улицы и переулки, имена их сохраняются и доселе. Все мещанское, древнее посадское сословие и теперь распределено по старым слободам, каковы Алексеевская, Барашская, Басманная, Бронная, Голутвина, Гончарная, Гостиная, Дмитровская, Екатерининская, Кадашевская, Кожевническая, Казенная, Конюшенная, Кошельная, Красносельская, Кузнецкая, Лужников Девичьих, Больших и Крымских, Мясницкая, Мещанская, Напрудная, Новгородская, Огородная, Панкратьевская, Садовая Большая, Садовая Набережная, Семеновская, Сретенская, Сыромятная, Таганная, Устюжская, Хамовная. Имена других слобод совсем утратились.

Весьма примечательную черту городской, собственно посадской или мещанской простонародной жизни в М. представляли питейные дома, как с 1779 г. повелено было именовать стародавние кабаки. Число их особенно увеличилось со времени Петра, когда винная торговля отдана была откупщикам. Народ давал этим заведениям свои, иногда меткие прозвания, смотря по характеру местности, по характеру веселья, по имени содержателей и владельцев домов и по другим разным поводам. Такие прозвания впоследствии распространялись на целый округ городской местности, становились городским урочищем, передававшим свое урочищное имя даже и приходским церквам (упраздненная церковь Никола Сапожок). Многие питейные дома исчезли, но их имена и до сих пор сохраняются в прозвании местностей, напр. Зацепа, Щипок, Полянка в Замоскворечье, Волхонка, Малороссейка, Плющиха, Козиха, Тишина, Разгуляй, Балчуга, Палиха, Ладуга и пр. Имена в женском роде установились по той причине, что в течение XVIII ст. питейные дома официально назывались фартинами, а при Петре — аптеками: известны были Лобная аптека у Лобного места, Рыбная у Рыбного ряда, Санапальная у Ружейного ряда и т. п. Многими именами народ обозначал особые приметы таких заведений, напр. Веселуха в Садовниках, Скачек у Охотного ряда на Моховой, Тычек у Красного Пруда, Пролетка у Страстного м-ря, Стремянка, Стрелка, Заверняйка и т. п. Существовал в самом Кремле у Тайницких ворот, под горою, возле многих приказов, стоявших на горе, кабак прозванием Каток, дававший дохода в месяц больше тысячи рублей и в 1731 г. по высочайшему повелению переведенный из Кремля в другое место. Особенно широкая продажа вина и других напитков происходила в том округе города, где преобладало дворянское помещичье население со множеством крепостной прислуги — в сев.-зап. краю города, по улицам Пречистенке, Арбатской, Никитской, Тверской, Дмитровке и отчасти Сретенке. В юго-вост. краю города, в Замоскворечье и по Яузе, где жило купечество, мещанство и множество фабричного и заводского народа, вина расходовалось сравнительно меньше.

Указанный состав населения древней старой М., заключая в себе три основных силы городского развития — дружину, гостей-купцов и обитателей посада, — все-таки представлял среду служебную, зависимую от своего хозяина. С первых своих дней и до перенесения столицы в СПб. М. остается обширною вотчиною, сначала великокняжескою, потом царскою, и тянет многими своими слободами и селами вотчинную службу лично на царя, как на своего помещика. Здесь прямой и непосредственный источник ее развития исторического и топографического, а также торгового, промышленного и ремесленного. Все посадское население с своими слободами, образовавшими потом целые улицы садовников, кожевников, овчинников, сыромятников, плотников, котельников, кузнецов, гончаров и т. п. — вызывалось к жизни и работе прежде всего потребностями и нуждами вотчинникова двора. Целые слободы и улицы существовали как обычные домовые службы вотчинникова двора. Из таких слобод и улиц состояла почти вся западная сторона города, от М.-реки до Никитской, которую поэтому царь Иоанн Васильевич Грозный и отделил для своей опричнины, для своего особного хозяйства. Здесь возле реки находилось Остожье с обширными лугами под Новодевичьим м-рем, где на свободе паслись великие табуны государевых лошадей и на Остоженном дворе заготовлялось в стогах сено на зиму, отчего и вся местность прозывалась Остожьем (улица Стоженка). Здесь же в Земляном городе находились запасные конюшни и слобода Конюшенная, с населением конюшенных служителей (улица Староконюшенная, в поворот с Пречистенки), а в Белом городе, по направлению той же Пречистенки — аргамачьи конюшни и колымажный двор (против Каменного моста). У Дорогомилова (ныне Бородинского) моста находился государев дровяной двор (црк. Никола на Щепах). Под Новинским была расположена слобода кречетников, сокольников и других государевых охотников (црк. Иоанна Предтечи в Кречетниках). Пресненские пруды издавна служили садками для государевой рыбы. За ними стоял потешный псаренный двор с слободою государевых псарей. Возле Арбата улица Поварская с переулками Столовым, Хлебным, Скатертным и т. п. была населена приспешниками и служителями государева столового обихода. Очень богатая слобода Кадашево на той стороне Москвы-реки, против Кремля (церковь Воскресения в Кадашах), потому и богатела, что занималась только, с большими льготами, хамовным делом — изготовлением про государев обиход так называемой белой казны, т. е. полотен, скатертей, убрусов и т. п. Тем же занималась и слобода хамовников (цкр. Никола в Хамовниках), находившаяся на этой стороне реки, за Остожьем, у Крымского моста. Немало было государевых дворцовых слобод и в других частях города, каковы, напр., Бараши на Покровке, Басманники в Басманных и т. д.

Иностранцы, бывавшие в Москве в XVI и XVII ст., изумлялись великому множеству московских церквей и часовен и насчитывали их до двух тысяч; даже и после осторожной проверки москвичи толковали о сорока сороках (1600). Эти цифры могут быть вероятны относительно всех престолов, включая сюда и часовни. Каждый большой боярский двор почитал необходимым ставить у себя особый, иногда обетный храм; посадские дворы, соединясь, ставили свой храм или свою часовню для своих особых молитв по случаю какого-либо местного события или спасения от какой-либо напасти. И в настоящее время, когда в черте города упразднено немало и монастырей, и церквей, все-таки одних приходских храмов насчитывается 258, соборных 9, монастырских 80, домовых 122, а всех, с десятком и более часовен, можно считать около 450 и в них престолов более 1060. Престолы освящены больше всего во имя Чудотворца Николая, храмов которого существует 26, приделов 126. Затем следует во имя Св. Троицы храмов 40, приделов 3; преп. Сергия храмов 6, приделов 34; Покрова Богородицы храмов 20, приделов 10; Петра и Павла храмов 14, приделов 14. Многие церкви служат историческими памятниками вместо обелисков, колонн или статуй. Так, первая древнерусская архитектурная красота М. — собор, именуемый Василий Блаженный, — построен в память решительных побед над татарскими царствами. Собор Казанский на другом конце Красной площади, построенный князем Пожарским, есть памятник изгнания из М. поляков в Смутное время. Сретенский и Донской монастыри — также памятники избавления города от татарских нашествий. К таким памятникам должно отнести и крестные ходы; из них в настоящее время самый большой и торжественный — вокруг Кремля, в память освобождения города от нашествия Наполеона. Иные обычаи и предания богомольной и благочестивой М. переносят нас ко временам Андрея Боголюбского и его брата Всеволода, ко второй половине XII в., когда при упомянутых князьях в стольном их городе Владимире славилась и прославлялась чудотворениями Владимирская икона Богоматери, написанная, по преданию, Евангелистом Лукою. М. во время всенародной напасти от нашествия Тамерлана в 1395 г. перенесла святыню в свой Успенский собор. Впоследствии народное верование в заступление Богоматери с тою же силою и приверженностью было перенесено на икону Иверскую, перед которою и ныне беспрестанно совершается моление не только в ее часовне, но и по всему городу в домах, куда икона привозится по очереди многочисленных требований. По наиболее достоверным счислениям, в М. жителей было в 1784 г. — 216953; в 1812 г. — 251131; в 1830 г. — 305631; в 1864 г. — 364148. В настоящее время, вероятно, население возросло до 800 тысяч. Коренная народность М. высказывается и в общем характере ее населения. И теперь она наполовину (49%) город крестьянский, как прежде, до освобождения крестьян, она была городом крепостных; но ныне она уже город по преимуществу промышленный и затем торговый, но не дворянский.

М. находится на 55°45′ северной широты и 37°37′ вост. долг. от Гринвича, при реке Москве, текущей в черте города весьма извилисто. Протекающие в Москве притоки Москвы реки — Яуза, Неглинка, Пресня, Черторый, Даниловка, Песочный ручей, Сарра, а также притоки Яузы — Чечора, Рыбинка, Черногрязка, Золотой Рожок, Рачка, Хапиловка, Синичка — большею частью невелики и на всем или почти всем протяжении заключены в трубы. Самая М.-река была бы совершенно непригодна для судоходства, если бы не некоторые гидротехнические сооружения. Самое важное из них — Водоотводный канал, идущий параллельно М.-реке на протяжении почти 4 в. и имеющий по верху 18, а по низу 9 саж. ширины. При его начале М.-река подпирается Бабьегородской плотиною с пролетом в 48 саж. и подпором почти в 9½ фт., простирающимся до деревни Шелепихи, почти на 14 в. В нижней части канал оканчивается двумя рукавами-устьями (старым и новым); в одном из них помещается двухкамерный шлюз, а в другом — Краснохолмская плотина. Ниже канала для целей судоходства устроены еще две плотины — Перервинская и Бесединская. Несмотря, однако, на эти гидротехнические сооружения, судоходство по М.-реке совершается в крайне незначительных размерах. Как водный путь в черте города, она служит исключительно для грузового движения и то только в своей нижней части, ниже Большого Каменного моста, взводное же передвижение грузов вверх по течению почти вовсе отсутствует, что объясняется как недостаточной шириною Водоотводного канала, так и тем обстоятельством, что Бабьегородская плотина собирается обыкновенно только 1 июня, что делает канал доступным для судов всего в продолжение 4—4½ месяцев в году. Всех мостов в гор. М. насчитывается 31, в том числе 12 металлических, 3 каменных и 16 деревянных; 14 мостов служат для сообщения через р. Яузу, 8 — через М.-реку, 5 — через Водоотводный канал, а остальные 4 — через мелкие речки. Из сохранившихся до настоящего времени метеорологических наблюдений в М. старейшими являются наблюдения военного врача Лерхе (с 1731 по 1772 гг.). Из наблюдений за 82 года (ср. Н. Афанасьев, «Очерк метеорологических наблюдений и климатических условий М.», М., 1896, стр. 12—24) можно вывести, что средняя t° М. 3°,9 тепла. Колебание средней годовой темп. из года в год совершается в пределах 4°,7. Только семь месяцев, с мая по октябрь включительно, имеют среднюю темп. выше 0°. Средняя темп. января —11,0, марта —4,8, мая 11,7, июля 18,9, сентября 11,2, ноября 2,4. Влияние города на повышение темп. сказывается очень ясно: наблюдения в Константиновском межевом институте (в городе) дают темп. года на 0,6 выше, чем одновременные в Петровской земледельческой академии (вблизи города). В М. в 1835 г. по 1868 г. наблюдалось замерзание ртути в термометрах, т. е. темп. падала до —40° и ниже; при этом наинизшая темп. доходила до 42,5° мороза. С другой стороны, наблюдалась темп. около 38° тепла. Таким образом, темп. может изменяться в М. в пределах до 80°. С 1886 по 1896 г. первый мороз был 26 сентября, а последний — 11 мая. Атмосферных осадков выпадает в М. средним числом 531 мм в год; в 1868 г. их выпало 349 мм, а в 1894 году 750 мм. Самые дождливые месяцы — август, 74 мм, и июль, 70 мм. Дней с осадками в среднем около 170. Наибольшая сухость в воздухе бывает в мае, а наибольшая сырость — в ноябре и декабре. В пределах Камер-Коллежского вала площадь М. равна 6539 дес., или почти 63 кв. в.: она несколько больше (на 11%) площади Берлина, почти равна площади Парижа, но почти в 1½ раза меньше площади Петербурга, почти в 2½ раза меньше Вены и в 4 раза с лишком меньше Лондона. При этом сравнении площадь городов взята со включением рек и каналов; в М. водная площадь равна 345 дес., т. е. 5,3% всей площади города, тогда как в Вене, Лондоне и Париже водная площадь составляет около 3%, а в Петербурге — около 17% городской площади. М. в полицейском отношении делится на 17 частей и 40 участков. Под домами с их дворами 2/5 площади города М.; почти ⅓ занята огородами, садами и бульварами. Однодневные переписи были произведены в М. в 1871 г. (декабрь) и 1882 г. (январь). По первой переписи оказалось жит. 601969, а по второй — 753469 чел., т. е. за 10 лет и 42 дня население возросло на 25,2%. Если допустить, что и после 1882 г. население М. продолжало возрастать в той же мере, как с 1871 по 1882 г., то к началу 1896 г. население М. должно было возрасти приблизительно до 1037000 чел. По переписи 1882 г. было мжч. 57,4%, а женщин 42,6% населения; на 100 женщин в М. приходилось до 135 мжч. Другая особенность населения М. сравнительно с населением главных столиц Западной Европы заключается в более сильном преобладании населения в рабочих возрастах; население в рабочих возрастах (15—60 л.) в М. составляет до 75 % всего числа жителей. Обе эти особенности объясняются тем, что М., как крупный промышленный центр, привлекает рабочих, главным образом мжч. По переписи 1882 г. оказалось 554796 лиц обоего пола, родившихся вне столицы, т. е. пришлые составляли 73,8% населения; в числе пришлых было мужчин 61,6%, а женщин только 38,4. По вероисповеданию М. по преимуществу православный город: в 1882 г. на 100 жит. приходились 92 православных (в Петербурге — 84,4%). В том же году большинство населения принадлежало к сельским сословиям (49,2%); далее по численности следовали городские сословия (28,3%); военные составляли не более 10%, дворяне — 7,4% всего населения. О занятиях населения приходится судить также на основании переписи 1882 г.; но есть основание думать, что главнейшие ее выводы остаются верными и до настоящего времени. Из 753469 чел., насчитанных переписью 1882 г., оказалось 538072 чел., имевших самостоятельные средства от заработка или же от других источников дохода; остальные 215397 ч. жили на средства родителей, родственников и т. д. Самостоятельное население М. распределялось, по крупным группам занятий, следующим образом: промышленность вообще занимала 226006 чел., торговые промыслы и передвижение — 106818, прислуга домашняя и поденная работа — 90704, военная и гражданская служба — 33897, духовенство и свободные профессии — 24563 чел., без личного заработка было 55084 чел. Из 226006 чел., занимавшихся промышленностью, 65362 — занимались производством одежды, обуви и т. д., 68053 — обработкою волокнистых веществ, 19632 — обработкою металлов, 17233 — производством съестн. припасов, 14934 — обработкою дерева, 11234 — строительною промышленностью, 10001 — производством машин и инструментов, 9931 — писчебумажным и кожевенным производствами, 19626 — прочими отраслями промышленности. Разными торговыми промыслами занималось 106818 чел., из них 52968 — торговлею и страховым делом, 34924 — промышленностью по передвижению (железные дороги и извоз), 18926 содержали гостиницы, трактиры, питейные заведения или служили в них. Из 100 самостоятельных женщин 36,0 нанимались в прислугу или были поденщицами, 19,6% — занимались производством обуви, одежды и т. д., 19,5% — жили на проценты с капитала, 11% — обрабатывали волокнистые вещества, 6,7% — приходилось на долю монашества, педагогии, свободных профессий, 2,1% — торговли и страхового дела, 4,13% — остальных профессий. По степени образования московское население распределялось на следующие категории:

Всех владений в 1882 г. было 15968; из них 514 вовсе не застроены. Купцы и почетные граждане владели 34%, мещане и цеховые 22,7%, дворяне 15,9%. Всех строений, помимо служб, насчитывалось 32214 да, кроме того, 39380 нежилых строений и служб. Из 32214 строений (без служб) было деревянных 16891, каменных 10053, смешанных 5270. Помещений или квартир насчитано переписью 96759, из которых 6994 не были заняты. Занятия квартиры распределялись так: 60074 заняты исключительно жилыми помещениями, 12428 промышленными и торговыми заведениями, 12812 жилыми помещениями и вместе промышленными и торговыми заведениями, 4451 — остальные помещения с жильем. Из занятых жилых помещений 7258 помещаются в подвалах (10,4%), из них более 2½ тыс. квартир с полом ниже улиц на 2 и более аршина. Все население подвальных жилищ, по переписи 1882 г., доходило до 59 тыс. (9,4%). Средняя степень скученности московского населения выражается 2 жителями на комнату, но более чем в 10 тыс. квартир приходится более чем по 4 жильца на комнату; в такой скученности живет почти ¼ моск. населения. Еще более неблагоприятно характеризуются санитарные условия моск. жилищ по следующему признаку: квартир без особого отхожего места 52,1%, квартир с особым отхожим местом 32,6%, квартир с ватерклозетом 15,2%. Коэффициент смертности в М. 33 на 1000, а если исключить питомцев Воспитательного дома — 28. Смертность детей до 1 году составляет 50%.

Торгово-промышленных заведений в М. в 1890 г. было 25300; из них 9818, с 122445 рабочими (в том числе 1806 приказчиков), были исключительно промышленными, а остальные 15481, с 10893 приказчиками — торговые заведения. Из 122446 раб. 17070 приходились на долю малолетних (14%); остальными были мужчины (75%) и женщины (11%) старше 15 лет. Промышленные заведения распределялись так: обработка волокнистых веществ — 753 зав. и рабоч. 35692, одежда, обувь и производства, преследующие опрятность — 3815, с 22391 раб., обработка металлов — 1076, с 10915 раб., строительная промышленность — 814, с 10760 раб., произв. съестных припасов — 654, с 9911 раб., обработка дерева — 881, с 8261 раб., выделка машин, орудий и т. п. — 577, с 7756 раб., писчебумаж. и кожев. произв. — 609, с 7522 раб., полиграфические искусства — 181, с 2497 раб., химические произв. — 161, с 1819 раб., осветит. мат., жиры, смолы и пр. — 68, с 1671 раб., обработка камней и земель — 65, с 1309 раб., художественные промыслы — 136, с 801 раб., скотоводство и садоводство — 28, с 133 раб. Из первой группы промышленных завед. более всего было ткацких фабрик — 265, с 20327 раб.; затем идет произв. окрасок и отделок — 166 фбр., вязанье, вышивание, плетение — 139, выделка бахромы, парчи — 131 и пр. Из торговых зав. было: магазинов, где продавались колониальные, съестные товары и напитки 3708, мануфактурный товар 1506, мелочной и галантерейный товары 1451, вино, пиво и мед 863, строительные материалы и топливо 863, лавок москательных 238, кожевенных 207, торгующих платьем 192, посудой 388, канцелярскими принадлежностями 164, трактиров 574, пивных лавок 428, постоялых дворов и подворий 340, меблированных комнат 211 и съестных лавок 187 и т. д. В 1895 г. было трактиров 545, буфетов 20, ренсковых погребов 498 и винных лавок 439. В. Н. Григорьев в своей ст. «Москва» («Вся Россия» за 1895 г. А. С. Суворина, стр. 671) принимает валовой оборот всех промышленных заведений М. приблизительно в 200 милл. руб. Общий валовой доход всех 15500 торговых заведений достигает 2 миллиардов. М., будучи одним из крупнейших торгово-промышленных центров, является узлом 6-ти железн. дор. (Николаевская, Московско-Брестская, Московско-Казанская, Московско-Нижегородская, Московско-Ярославская, Московско-Курская). В течение 10-летия 1884 — 93 гг. общее число моск. грузов, перевезенных жел. дор., ежегодно в среднем равнялось 252,4 милл. пд. (208,4 милл. пд. доставлялось в М. и 44 милл. пд. отправлялось из М.), т. е. почти 14% всего количества грузов (1810 милл. пд.), перевезенных всеми железными дор. России. В 1884 г. это отношение составляло 16%, в 1893 г. — 12,4%, что, однако, объясняется не понижением торгово-промышленной деятельности М., а развитием на окраинах России железнодорожной сети, не имеющей прямого сношения с М. В среднем за 4-летие 1890—93 гг. М. отправляла почти равное количество грузов по дорогам Моск.-Нижегородской (22,1% всех отправленных грузов), Моск.-Курской (20,8%) и Моск.-Казанской (20,7%); по каждой из остальных дорог отправлялось приблизительно около 12—13% грузов. Прибывает в М. наибольшее количество грузов по дорогам Моск.-Брестской (21,6% всех прибывших грузов) и Моск.-Курской (20%); несколько меньшее количество грузов доставляет Моск.-Нижегородская дор. (17,6%), за нею следуют дороги Николаевская (15,9%), Моск.-Казанская (14,8%) и Моск.-Ярославская (10,1%). По общему количеству грузов (прибывших и отправленных) наибольшая и почти равная деятельность оказывается у дорог Моск.-Курской (53304,1 тыс. пд.) и Моск.-Брестской (52953 тыс. пд.), наименьшая (27401 тыс. пд.) — у Моск.-Ярославской. В среднем за 4 года (1890—93) железные дор. доставили хлебных грузов 31416 тыс. пд., мясных 1597 тыс., рыбных 1768 тыс., соли поваренной 924 тыс., керосина и др. продуктов из нефти 2227,4 тыс., нефти и нефтяных остатков 12052,1 тыс., каменного угля и кокса 6201,2 тыс., дров 54186 тыс. пд. Ржаной муки доставлялось в М. средним числом в год по 6568900 пд., пшеничной 4088600 пд., ржи 969900 пд., пшеницы 888900 пд., мяса 1597100 пд. По железным дор. доставляется в М. и почти весь скот, поступающий на городской скотопригонный двор, а оттуда на городские бойни. В 1894 г. продано с городских боен 187338 голов крупного скота и мелкого 78456 год. Бойни дали валового дохода 485601 р., чистого 115640 p. Всего более разного хлеба и муки привозится по Моск.-Казанской жел. дороге, затем по Моск.-Курской; товарные станции этих жел. дор. с конца 60-х гг. — главные пункты торговли хлебом. До тех пор хлебная торговля сосредоточивалась на Болотной площади в Замоскворечье; хлеб привозился по М.-реке и гужом. Хлеб привозится в М. для потребления на месте и для отправки в другие пункты Московской губ.; в более отдаленные местности идут только высшие сорта пшеничной муки. Большое количество строевого леса и дров сплавляется в М. по М.-реке. Дрова, сено, овес и съестные припасы разного рода привозятся из окрестных деревень так же и гужом. Точных сведений о количестве привоза этим путем не имеется. Пассажиров выбывает из М. по всем жел. дор. ок. 3300000, а прибывает ок. 3000000. М. притягивает значительное количество иностранных товаров; моск. таможня занимает по сумме уплачиваемых пошлин первое место среди русских таможенных учреждений. Из иностранных товаров более всего в 1893 г. было привезено чаю — 686263 пд., затем идут тендеры, паровые трубы и т. п. — 247989 пд., железные и стальные изделия — 96924 пд., вина виноградного — 117139 вед. и 190468 бутылок, аптекарские и москательные товары — 160350 пд., бумажная пряжа — 52339 пд., шерсть прядильная — 42765 пд., шелк — 16930 пд. Вывоз, по железным дорогам — 276,6 милл. пд. Главные предметы вывоза: мануфактурный товар, сахар-рафинад и песок, москательный аптекарский товары и т. д. Большая часть привезенных товаров остается в М., часть в обработанном виде вывозится из М. на внутренние рынки. В М. до 12 банков и боле 20 частных банкирских контор. Наиболее широка деятельность 7 банков (государственного [контора], международного, Волжско-Камского [отделения], учетного, торгового, купеческого, купеческого общ. взаимного кредита), в которых было капиталов 23748 тыс. р. (1891), вкладов 31922 тыс. руб. (1891). В 1891 г. в этих семи банках учтено векселей на 170598 тыс. руб. и выдано ссуд под бумаги, товары и вклады 258359 тыс. руб. Ссудных касс в М. в 1890 г. считалось до 50; в 1892 г. число их сократилось до 30. Существуют еще «Товарищество для ссуды под заклад движимого имущества» (5 отделений в разных частях города) и «Общество кредита под залог движимого имущества» (3 отделения). К числу учреждений мелкого кредита относятся также частный ломбард и правительственная ссудная касса. В 1889 г. число залогов (без частного ломбарда) было 1510000, выдано ссуд 17027000 рублей. В Москве устраивается городской ломбард; устав его принят думою. По залогу недвижимых имуществ в М. действуют Моск. городское кредитное общ. и банки Моск. земельный и СПб.-Тульский. В них к 1 января 1393 г. было заложено 6227 имуществ, выдано ссуд 235069900 р., оставалось долгу 138143915 р. Для передвижения внутри города в М. существуют до 15 тыс. извозчиков и конки. Длина сети конно-железных дорог — 88 в. (к 1 янв. 1893 г.); пассажиров перевезено 43126216 чел., чистая прибыль от конно-жел. дор. 324660 р. Паровая тяга существует только на 2 загородных линиях. В течение 1893 г. в моск. почтамте получено городских писем 2923925 и бандеролей 5501474, иногородних писем 11138336 и бандеролей 1119031, заграничных заказных писем 96870. Денежных и ценных пакетов отправлено 929894, на 210997601 р., а получено 1011979, на 929894 р. Протяжение телефонной сети к сентябрю 1894 г. было 3560 в. 400 саж.; абонентов было 1463. В городском общ. взаимного страхования к 1 янв. 1896 г. было застраховано недвижимых имуществ на сумму свыше 78 милл. р. и движимости до 3 милл. р. В среднем за 15 лет (1880—91) в М. ежегодно бывает до 456 пожаров; число их постоянно увеличивается; в среднем за 1880—84 гг. было 391 пожар в год, а за 1890—1894 гг. — 536. Из пожаров, опустошавших Москву в течение пяти с лишком веков, назовем те, когда вся М. выгорала: 14 июля 1445 г., 28 июля 1493 г., 21 июня 1547 г., 24 мая 1571 г., 3 мая 1626 г., 29 мая 1737 г., 8 сент. 1812 г. Городская управа с 1882 по 1894 г. разрешила построить новых 13465 жилых зданий и 23573 нежилых. М. славится многочисленностью и благолепием церквей; большинство храмов отличается оригинальною архитектурою прежних времен. Православных церквей считается около 450. Иноверческих церквей 8: 2 армянских, 1 англиканская, 2 римско-католических, 2 евангелическо-лютеранских и 1 реформатская. Главнейшие раскольнические молельни — на Рогожском и Преображенском кладбищах. Для магометанского населения есть мечеть, для евреев — 1 молитвенный дом. Православных монастырей 21 — 14 мужских и 7 женских. Из монастырей более замечательны: Чудов в Кремле с 1365 г. (мощи св. Алексея); Данилов (здесь погребен Н. В. Гоголь); Новоспасский с усыпальницею бояр Романовых; Знаменский с палатою бояр Романовых; Донской (1591) с чудотворною Донскою иконою Богоматери; Симонов с высокой колокольней, откуда один из самых обширных и красивых видов на М. и ее окрестности; Заиконоспасский, где была Славяно-греко-латинская академия; Покровский (1665). Из женских монастырей замечательны Новодевичий, в котором была заточена царевна София, и Вознесенский, с усыпальницею московских цариц. В М. имеются университет, сельскохозяйственный институт, Константиновский институт, техническое училище, инженерное учил., Лицей цесаревича Николая, Лазаревский институт восточных языков, училище живописи, ваяния и зодчества, Строгановское учил. технич. рисования, консерватория, синодальное училище церковного пения, музыкально-драматическое училище Моск. филармонического общества, Имп. театральное училище, учительский институт, женская учительская семинария, коммерческая академия, Александровское коммерческое училище, 21 гимназия, 5 реальных училищ, 5 институтов, 2 прогимназии, 3 кадетских корпуса, 2 военных училища и т. д. Всех учебных заведений в М. считалось в 1893 г. 558 общеобразовательных, с учащимися 27127 мжч. и 21385 жнщ., и 56 специальных, с 9540 мжч. и 1580 жнщ. Из 507 низших учебн. зав. было школ городских 169, частных 226, церковно-приходских 45, разных обществ, учреждений 67. До начала шестидесятых годов XIX в. г. М. давала на 13 мужских начальных училищ 7700 р., а в 1896 г. на народное образование в смету гор. М. внесено 651703 руб., в том числе на начальные школы 510244 руб., вечерние и воскресные классы 11100 р., городские учил. и т. п. 41562 р., на пособия и стипендии в мужских и женских гимн. 15300 р., стипендии в ун-те 3300 р., на профессиональное образование 25202 р., на пособие учил. глухонемых и слепых 14600 р., на библиотеки, народные чтения и читальни, музей и картинную галерею 30395 р. (см. «Деятельность моск. городского общественного управления по народному образованию», М., 1896). Число посещений в бесплатных городских читальнях в 1894 г. было: 1) имени И. С. Тургенева — 69251 и 2) имени А. Н. Островского — 24002. Городу принадлежать еще 2 библиотеки — Чертковская (1871; Г. А. Чертков пожертвовал до 26 тыс. томов и 600 рукописей) и Голицынская (князь А. Н. Голицын пожертвовал 9 тыс. книг, содержащих в себе сведения о России во всех отношениях). Обе библиотеки помещены в Историческом музее (см. Музеи исторические). Город принял участие и в устройстве Политехнического музея (см.), дав ему место, оцененное в 400 тыс. руб. Румянцевскому музею (см.) город с 1861 г. дает по 3 тыс. р. пособия в год. В 1892 г. братья С. и П. М. Третьяковы передали городу свою замечательную картинную галерею и дом, в котором она помещается. Третьяковская галерея заключает в себе 1278 картин масляной живописи русских художников, 9 произведений русской скульптуры, 470 рисунков русских художников, 4 танагрских статуэтки и 5 гобеленов; стоимость этого собрания оценена в 1300 тыс. р. На ежегодную покупку художественных произведений С. М. Третьяков завещал проценты с капитала в 125 тыс. р. и дума дает 5 тыс. р. Кроме вышеупомянутых, в М. есть еще музеи художественно-промышленный, педагогический (при Обществе гувернанток и учительниц), зоологический, античных искусств (при унив.), при Строгановском учил. технич. рисования и музей П. И. Щукина. В 1896 г. основаны музей гигиены и санитарной техники и музей городского хозяйства. Помимо ученых обществ, состоящих при Моск. университете (см.), в М. существуют общества: акклиматизации животных и растений, акушерско-гинекологическое, археологическое, библиографический кружок, венерологическое и дерматологическое, ветеринарных врачей, военных врачей, русских врачей, искусства и литературы, любителей духовного просвещения, любителей коммерческих знаний, лесное, православное миссионерское, нумизматическое, русское общество охранения народного здравия, политехническое, любителей птицеводства, любителей садоводства, распространения практических знаний между образованными женщинами, Имп. сельского хозяйства, Имп. для содействия русскому торговому мореходству, счетоводов, для содействия улучшению и развитию мануфактурной деятельности, отделение Имп. русск. технич. общества, общество распространения технич. знаний, покровительства животных, распространения полезных книг, фотографическое, хирургическое, фармацевтическое, художественное, любителей художеств. Сверх отделения Имп. русского музыкального общества, существует еще пять музыкальных обществ, в том числе Московское филармоническое, Русское хоровое, Любителей церковного пения. Семь обществ хоругвеносцев, три охотничьих общества, в том числе Импер. общества размножения охотничьих и промысловых животных и правильной охоты. Специальные библиотеки при архивах мин-ва иностр. дел и юстиции, синодальная, синодальной типографии, епархиальная, университетская и др. Замечательные частные собрания картин Д. П. Боткина, Мамонтова, Матвеева, Солдатенкова, книг и рукописей Хлудова, Е. В. Барсова (рукописи) и др. Многие из частных хранилищ пожертвованы или проданы в Румянцевский музей и т. д. Частных публичных библиотек, выдающих книги за плату, насчитывается 11. Из периодических изданий в М. 15 выходят ежедневно, 17 — раз в неделю, 13 — раз в месяц, 5 — в разные сроки. По торговле лубочными изданиями М. занимает первое место. Книжных магазинов 51; старыми книгами торгуют 25 лавок, 23 киоска — почти исключительно газетами. В 1894 г. моск. городское управление израсходовало на свои медицинские учреждения 1255088 р. В 10 городских больницах было в 1894 г. больных 47159, в 14 амбулаториях — 160578 больных, сделавших 345602 посещений. Родильных приютов 11. Врачей в М. считалось в 1893 г. 1125. По данным за 1889 г., в М. существовало 495 различных благотворительных учреждений, в которых призревалось 35139 мжч. и 160969 жнщ. Все благотворительные учреждения израсходовали 5325457 р. (не считая воспитательного дома, израсходовавшего 1332 тыс. руб.). Благотворительных капиталов у всех обществ считалось до 24961925 руб., недвижимых имуществ — на 23074 тыс. руб. Московскому городскому самоуправлению с 1876 по 1895 г. было с благотворительною целью пожертвовано 5233125 р., в том числе на приюты и богадельни 1746162 р., на образование 611759 р., на больницы (кроме психиатрических) 1644466 р., на психиатрические больн. 1257897 р., на црк. 158193 р. Капиталов благотворительных специальн. у г. М. было в 1878 г. 472 тыс. р., а в 1895 г. — 6469 тыс. р. С упразднением в 1893 г. Моск. комитета для разбора и призрения нищих и образованием взамен его особого «городского присутствия по разбору и призрению нищих» (см.) городское самоуправление решило организовать призрение бедных в М. по системе, отчасти сходной с эльберфельдскою (см. Призрение), но во многом совершенно самостоятельной (см. «Вестн. Европы» 1896 г., № 10, ст. В. И. Герье «Опыт городского попечения о бедных»), для чего предположено всю территорию Москвы разделить между 40 попечительствами; из них к концу 1896 г. организовано 28. Во избежание наплыва неимущих в М. для получения помощи со стороны попечительств последним предоставлено право выдавать пособия лишь моск. уроженцам и лицам, прожившим в М. не менее 2 лет. В 1895 г. попечительства оказали помощь более чем 15000 лиц, просивших же было 25693. Расходы всех попечительств — ок. 190000 руб., доходы — свыше 273000 руб., в том числе 60000 руб., отпущенных городским общественным управлением. Всего городское управление в 1895 г. израсходовало на благотворительность 373187 р. У города было 59 завед. общественного призрения; из них 48 мелких благотворительных завед. (приютов, яслей и т. д.) устроены городскими участковыми попечительствами. Устраиваются приют для покинутых детей и сирот на капитал в 600 тыс. р., пожертвованный бр. Бахрушиными, учебно-ремесленный приют для нищих девочек, богадельня (на средства г-жи Геер), 2 дома трудолюбия (1 на городские средства и 1 на капитал г-жи Горбовой). В 1889 г. в Москве насчитывалось бесплатных и дешевых квартир 118, с 3860 жильцами, детских приютов с училищами при них 198, с 4875 живущими и 19910 приходящими. Медицинскую помощь оказывали 66 заведений, в том числе больниц 23, лечебниц 13, родильных приютов 12 и приемных покоев 18. В них было 53750 коечных больных и 332358 амбулаторных больных. Доходы города М. по смете на 1896 г. исчислены в 9527979 руб.; в 1895 г. их было 947558 р. Более всего дохода город получает с недвижимых имуществ — 3085 тыс. руб. Сбор с документов на право торговли и промыслов доставил 657224 р., сборы с промышленников (извозчики, разносчики и т. д.) — 270756 р., с торговых и промышленных завед. (3% и 1½% сборы) — 1180100 р., с лошадей частных лиц — 101100 р.; всего налогов 5294180 р. Косвенные сборы и пошлины дали 370747 р., доходы с принадлежащих городу недвижимых имуществ — 365732 руб. Сбор за воду из водопроводов исчислен в 500 тыс. р. Первый московский водопровод был начат в 1779 г.; в 1787 г. работы прекратились по случаю войны с Турциею и возобновились в 1805 г. Они обошлись (с 1779 г. по 1805 г.) в 1700 тыс. р. Водопровод был построен неудачно; с 1826 г. по 1835 г. его перестраивали, и он стал давать по 200 тыс. ведер в сутки, чего для населения М. было мало. В 1852 и 1853 гг. были устроены 2 москворецких водопровода. Истории водоснабжения г. Москвы посвящена отдельная брошюра, изданная думою (М., 1896). В 1890—93 гг. дума устроила новый Мытищинский водопровод, который рассчитан на доставление в сутки 1½ милл. ведер. Длина водопровода от Мытищ до Крестовских башен — около 15 в. Вся городская водопроводная сеть рассчитана на доставление в будущем до 3½ милл. ведер; общая длина ее доведена к 1893 г. до 108 в., предположено увеличить ее до 200 в. Кроме сети из нового Мытищинского водопровода, есть еще старая городская сеть, питающаяся из резервуаров Сухаревой башни. Устройство нового Мытищинского водопровода обошлось городу до 5½ милл. р. Бойни и скотопригонный двор дают 458750 р., ассенизационный обоз — 273918 р., городская типография — 97419 р. Городские расходы исчислены в 9527978 р.: на содержание полиции назначено 1226199 руб., воинскую часть — 270903 руб., содержание общественного управления — 607659 руб., пути сообщения — 560897 руб., очистку и оздоровление города — 398855 руб., судебно-мировые учреждения (27 участковых мировых судей и 3 добавочных; они разбирают в среднем [1866—1894] в год по 61854 дела) — 190111 р. Город имеет 48 бульваров и 16 садов и скверов, пространством 77½ дес. В 1894 г. содержание их обошлось городу в 55647 р., а поступало в среднем за последние 5 лет за сдачу в них киосков, павильонов и т. д. 21131 р. В настоящее время (1896) в М. идут работы по устройству канализации, по сплавной раздельной системе. Для расчета общих размеров канализации принято в М. жителей 1533 тыс. чел., и суточное количество канализационных вод исчислено в 16½ милл. ведер. Вся канализация обойдется по смете в 17450 тыс. руб., в том числе 6246 тыс. р. на приобретение земли под поля орошения и их устройство. На освещение городское самоуправление в течение 1890—94 гг. средним числом расходовало в год: на освещение газовое 139136 р., керосинное — 195730 р., электрическое — 13111 р. Электрическое освещение устроено в М. в 1883 г. на площади Храма Спасителя, позднее на Большом Каменном мосту и на Красной площади вокруг здания верхних торговых рядов; с 1 мая 1896 г. — на Тверской улице.

Памятники старины в М. сохранились главным образом в Кремле, где на небольшом сравнительно пространстве (2 вер. и 40 саж. в окружности) находятся 2 монастыря, 5 соборов, дворец с его церквами, синодальный дом с церквами, церковь в Боровицкой башне и две в нижнем саду.  Но все это представляет менее половины количества храмов, существовавших в Кремле в старину: всех церквей упразднено в Кремле более 30. Из ныне существующих особенно замечателен Успенский собор (см.), где коронуются на престол государи. Затем замечателен Архангельский собор, выстроенный на месте прежней деревянной Иоанном Калитою в 1333 г.; в 1505 г. он был разобран и вновь отстроен в 1508 г. фрязином Алевизом Новым. В нем открыто почивают мощи св. царевича Дмитрия и под спудом — мощи кн. Михаила и боярина Феодора, черниговских чудотворцев; здесь же гробницы вел. князей и царей московских, начиная от Иоанна Калиты и кончая царем Иоанном Алексеевичем. Благовещенский собор, построенный вел. кн. Василием Дмитриевичем в 1416 г., в 1484 г. был разобран, и на его месте заложен новый; здесь вел. князья принимали крещение и говели. В церкви Спаса на Бору, существующей с начала М. и перестроенной в 1527 г., почивают под спудом мощи пермского святителя Стефана; в древности она служила моленною царей. В Кремле замечательны, далее, колокольня Ивана Вел. (XII, 768) и ок. нее Царь-колокол (см.) и Царь-пушка (см.). Из дворцов и зданий М. в истор. отношении замечательны: Теремный дворец, входящий в состав Большого Кремлевского дворца, Оружейная (см.) и Грановитая (IX, 560) палаты. Против Успенского собора в бывшем патриаршем (ныне синодальном) доме находится богатейшая патриаршая ризница (см.) с библиотекою (III, 801). Из 19 кремлевских башен замечательны: Спасская с городскими часами, Боровицкая, Троицкая, Никольская и Тайницкая на берегу р. Москвы. На Красной площади (XVI, 543) замечательный по своей архитектуре Покровский собор, или црк. Василия Блаженного (см.). Здесь же находятся памятник Минину и Пожарскому и Лобное место (см.). В 1880 г. открыт на Тверском бульваре памятник А. С. Пушкину. Из здании вне Кремля замечательны Храм Христа-Спасителя (см.), заложенный в 1839 г. в память избавления М. от нашествия французов в 1812 г. Красные ворота (1742) и Сухарева башня (1692—95), в которую из Меншиковой башни (у церкви Гавриила Архангела) была перемещена основанная Петром I школа математических и навигацких наук. Из новейших зданий замечательны: торговые верхние ряды, университетские клиники на Девичьем поле, здания исторического музея, архива м-ва иностранных дел, городской думы, городских боен, Крестовские водонапорные башни и т. д. М. воспета А. С. Пушкиным, И. Дмитриевым, Е. Баратынским, А. Полежаевым, А. Майковым и др. В сборнике «М. в родной поэзии» под редакциею С. И. Пономарева (М., 1880) приведено 81 поэтическое произведение о М. и ее окрестностях. На СЗ. от М. — Ходынское поле с лагерем войск Моск. военного округа; здесь произошла страшная катастрофа 18 мая 1896 г. М. справедливо славится своими окрестностями; многие из них отличаются красотой местоположения (особенно вверх по М.-реке, к З. от города), великолепными парками прежних московских бар и историческими воспоминаниями. Подгородные села, в которых государи живали летом: Воробьево, Измайлово, Коломенское, Остров, Покровское, Преображенское и Семеновское; из них последние три ныне вошли в черту города. Ближайшие к городу и вместе с тем самые крупные центры современной дачной жизни М.: Сокольники, к СВ. от М., — парк, разбитый в обширном сосновом лесу; Петровский парк, насаженный в 30-х годах, с Петровским дворцом, где останавливаются государи перед коронационным въездом в М.: здесь же жил Наполеон во время пожара М. в 1812 г.; Воробьевы горы (см. VII, 200), с самым красивым видом на М.; Фили, известные военным советом в 1812 г.; Кунцево (XVII, 32), бывшее великолепное имение Нарышкиных; Хорошево, с замечательными окаменелостями юрской формации; Ильинское, имение вел. кн. Сергия Александровича; Архангельское, имение кн. Юсупова, с замечательными художественными коллекциями и великолепным садом; Петровское-Разумовское (см.), где находится Московский инст. сельского хозяйства; Останкино, имение гр. Шереметева; Мытищи (см.), с обильными родниками превосходной воды, собранными и проведенными в М.; Кусково (гр. Шереметева), Кузьминки (кн. Голицына), Коломенское (XV, 730; любимое летнее местопребывание царя Алексея Михайловича), Царицыно, с обширным парком и развалинами дворца Екатерины II. Все эти места или их ближайшие окрестности (кроме Ильинского и Архангельского) — оживленные центры дачной жизни. Многие тысячи московских дачников живут и дальше от М., напр. близ станции Пушкино Моск.-Ярославской ж. д. (30—40 в. от М.). Вниз от М. по М.-реке — обширные огороды. Литература о М. очень значительна: Беляев, «Сказания о начале М.» («Рус. вестн.», 1868, № 3); Платонов, «О начале М.» («Библиограф», 1890); труды А. А. Мартынова (XVIII, 701); Агеев, «Указатель достопримечательностей Кремлевского дворца» (1865); Скавронский, «Очерки М.» (1862); Платонов, «Путеводитель по М. и ее окрестностям» (2 изд., 1882); М. Фабрициус, «Кремль в М.» (1883); Н. Скворцов, «Московский Кремль. Упраздненные монастыри и церкви» («Рус. архив», 1893, № 8 и 9); ст. о М. во «Всей России», изд. А. С. Сувориным. Гор. М. издал: труд И. Е. Забелина «Материалы для истории, археологии и статистики г. М.»; «Переписные книги гор. М.» (1638, 1665—76, 1738—42, 1737—45 гг.); «Межевые книги г. М. XVIII ст.». Городской статистический отдел издал 4 т. своих трудов («Промышленные и торговые заведения за 1879 г.»; «Недвижимые имущества» и др.) и «Перепись М.» (1882). Статистическое отд. моск. городской управы издало «Статистический атлас г. М.», «Сборник статистических сведений о благотворительности г. М.» (1891) и т. д. Затем дума печатает отчеты о состоянии начальных училищ, о деятельности разных комиссий, городских врачей, городской управы и издала к Нижегородской всероссийской худож.-промышл. выставке 19 брошюр, в которых описывается, что сделал город для народного образования, врачебной части и т. д. Существует довольно много путеводителей по М. К международным конгрессам 1892 г. дума издала путеводитель по М. на французском языке. Часть литературы о М. указана в «Географическом словаре» П. П. Семенова (т. 3, ст. 332).

Московский уезд — занимает средину губернии. По «Статистическому временнику», площадь у. без внутренних вод — 2405,4 кв. в., а по вычислению Стрельбицкого, за исключением пространства озер (0,12 кв. м) — 2393 кв. в. За вычетом пространства, которое находится под Москвою, получится 2329 кв. в., или 242604 дес. На С. у. идет ряд холмов, составляющих водораздел, отделяющий притоки р. Волги от притоков р. Оки. На Ю., по правой стороне р. Москвы, местность холмистая и пересечена оврагами. Около Москвы расположены Воробьевы горы. Высота площади при с. Хорошеве 490 фт. и при с. Ромашкове 695 фт. Восточная и средняя часть у. представляют равнину. Геологический очерк см. Московская губ. Из полезных ископаемых в у. добывается песчаник около д. Татаровой, с. Котельникова и др. Минеральные воды были исследованы в с. Петровском: они содержат угольную кислоту, железную окись и сернокислую известь (см. Груша, «Описание минеральных вод», ч. I, стр. 282). Почва у. требует сильного удобрения. По левую сторону р. Москвы она песчаная, по правую сторону — глинистая. В остальных частях у. суглинистая и супесчаная. По у. протекают р. Москва и Клязьма с притоками. Из них в р. Москву впадают Сходня, Химка, Яуза, Чириха, Пехорка и др. Из притоков р. Клязьмы более значительна р. Уча. Торговое значение имеет только р. Москва. Озер мало, и все они незначительны. Болота встречаются преимущественно по pp. Яузе и Пехорке. Более значительное болото Сукино около д. Кожуховой, которое имеет до 3 в. длины и до 2½ в. ширины. Лесу в 1895 г., вместе с зарослями, считалось 98965 дес.; казне из них принадлежит 16285 дес. В 70-х гг. крестьянских надельн. земель было 120737 дес., у частных владельцев 69514 дес.; остальная земля принадлежала казне, уделу, дворцовому ведомству и т. д. С 1868 г. по 1885 г. по купле-продаже перешло 57306 дес. В 1885 г. между частными землевладельцами было дворян 23,1%, купцов 29,3, крестьян 27, мещан 14, разных 6,6%; они владели: дворяне 55,6% (вместо 90,4% в 1865 г.), купцы 37,4 (вместо 9,4), крестьяне 3,7 (вместо 0,1). С 1883 по 1887 г, продано 16768 дес., в 1888 — 2240 дес., в 1889 — 3715 дес., в 1890 — 2381 дес., в 1891 — 1807 дес., в 1892 — 1569 дес., в 1893 — 1217 дес., в 1894 г. — 1098 дес. В 1877 г. крестьяне арендовали 6137 дес. По исследованию С. Ф. Руднева («Статистический ежегодник» за 1893 г.) о распределении культур на пахотных землях М. у., из 453 владельцев у 226 была запашка. Из крестьянской надельной земли пахотной 54553 дес. В среднем засевается: рожью 18980 дес., пшеницею 30, овсом 13450, ячменем 30, гречихою 850, горохом 210, картофелем 7415 дес. Средний сбор: ржи 1110817 пд., пшеницы 1612, овса 650200, ячменя 1500, гречихи 20120, гороха 8510, картофеля 3100400 пд. Льном засевается 200 дес., коноплею только 10 дес.; льняного семени и волокна собирается по 5½ тыс. пд. В у. 278 селений, у которых запасные продовольственные средства находятся в зерне; в них должно быть 254 хлебных магазина, но в действительности существует лишь 180 магазинов, в том числе 153 исправных и 27 ветхих. По числу ревизских душ должно быть в общественных хлебных магазинах озимого хлеба 24171 чет. и ярового 12085½ чет., а имелось налицо к 1 января 1894 г. хлеба озимого 3538 чет. и ярового 3166 чет. Всех селений и деревень, обративших продовольственные запасы в деньги, состоит на 1 января 1894 г. 168, составляющих 152 сельских общества. Причитается с них в уплату всего хлебного капитала 120766 р., внесено ими в счет этого капитала 81942 р., а остальное остается в недоборе. По данным за 1894 г., плуги, полученные от у. земства, употреблялись в 8 волостях и 20 селениях, 114 домохозяевами. Крестьяне в 1894 г., кроме того, на свой счет приобрели 320 плугов. В 1891 г. 14 земскими веялками пользовались 27 селений. В 1869 г. крупного рогатого скота было в у. 13561 гол., а в 1894 г. — 16076 гол. Лошадей было в 1869 г. 17292, а в 1894 г. — 17023. Домохозяев в 1894 г. считалось 20262. Дворов без скота было 5726, дворов, имеющих по 1 лошади 8643, по 2 лошади 2329, по 3 лошади — 610 и более 3 лошадей — 355 дворов. Без коров было дворов 8736; по 1 корове было у 8080 дворов, по 2 коровы — у 2687 дворов, до 3 коровы — у 556 дворов и более 3 коров — у 201 двора. Овец было 13260, свиней 1050. Конских заводов 3 (с 8 производителями и 26 матками); есть заводы крупного рогатого скота, также заводы свиней заграничных пород и нетонкорунных овец. Садоводство и огородничество составляют наивыгоднейшие отрасли сельского хозяйства в у. Близость М. дает возможность сбывать продукты в свежем виде. По специальному исследованию, под садами — ок. 1200 дес. Валовой доход с садоводства в 47 селениях — около 250 тыс. р. Огородничество развито в селениях, отстоящих от Москвы не далее 15 в.; оно дает населению около 200 тыс. р.; под огородами считается около 1000 дес. Москва дает населению у. главные заработки: там оно работает на фабриках, туда свозит разные продукты своего хозяйства для продажи, жителям М. отдает внаймы свои дома под дачи (всех дач в у. около 4 тыс.). Главные промыслы: столярный, кузнечный, ломка камня, разработка торфа, возка дров и торфа, извоз (в 1894 г. выдано 586 билетов). Между женщинами развито приготовление гильз для папирос, вязание чулок, цветочный промысел. Для улучшения кузнечно-слесарного промысла в с. Марфине устроена образцовая кузнечно-слесарная мастерская. В кустарный музей, устроенный в М. губ. земством, доставляли свои изделия из у. 26 кустарей. Фаб.-заводская промышленность очень развита в у. В 1871 г. фабрик для обработки волокнистых веществ было 70, на них 169760 веретен; в 1889 г. их было 98, с 286986 веретенами. Число всех остальных фабрик за 10 лет увеличилось с 24 на 34. По данным, собранным администрациею в 1894 г., в у. было 181 фбр. и зав., с производством на сумму 40686642 р.: 14 суконных фбр. с произв. на 4890 тыс. р., при 8697 рабоч., 40 бумагопрядильных и ткацких — 23619650 р. и 12343 рабоч., 13 шерстопрядильных и ткацких фбр. — 1007712 р., 2 фбр. для приготовления искусственного барашка — 103002 р., 1 ковровая — 110 тыс. р., 5 шелкоткацких — 80500 р., 1 котельно-арматурная — 299050 р., 3 гребенных и рогово-пуговочных — 200 тыс. р., 12 химических — 1272700 р., 1 сургучная — 904018 р., 1 пивомедоваренный зав. — 380 тыс. р., 1 сахароваренный — 700 тыс. р., 1 стеариновых свечей — 464650 р., 1 воскоотбельный — 449 тыс. р., 9 кожевенных и сафьянных — 350218 р., 1 резиновая — 1 милл. р., 29 кирпичных зав. — 3741050 р., 2 зав. керосиновых и минеральных масел — 425 тыс. р. и друг., менее значительные. Мельниц 26, каменоломен 4, рыбных ловель 4. Торгово-промышленных заведений было в местностях недачных 826 и в дачных 1343. По исследованию земства, помещенном в «Статистическом ежегоднике» за 1894 г., в уезде было трактиров 31, лавок чайных 255, винных 177, пивных 36, овощных 104, мелочных 104, постоялых дворов 15, мясная 1, съестных 4, хлебопекарен 10, булочных 1, аптека 1. Разных мастерских считалось в уезде 108. Ярмарок и базаров почти нет, так как близка Москва, куда все отправляются за покупками. Земством обложены дома и дачи, находящиеся в дачных местностях; доходность их определена в 1310442 р. По подворной переписи 1869 г., число грамотных в у. было 7596 чел. (960 жнщ.), в 1883 г. — 22111 (3303 жнщ.). По исследованию 1893 г., всех детей школьного возраста (от 7 до 14 л.) зарегистрировано 19471: из них учащихся в школах было 5586 чел., обучавшихся 4225 чел. и не учащихся 9660 чел. В 1894—95 учеб. году в у. было 111 школ: земских 71, частных 11, фабричных 10, церковно-приходских 17, министерских сельских 2. В земских училищах училось 4995 чел. Пение преподавалось в 46 земских, 5 частных, 4 фабричных и 2 министерских учил., рисование в 5 учил., ремесла в 2 учил., рукоделие в 28 учил., пчеловодство в 2 учил., садоводство и огородничество в 17 учил. Библиотеки имеются при 69 земских, 7 частных, 10 фабричных и 2 министерских учил. Воскресные чтения существуют в 58 земских, 3 частных, 6 фабричных и 1 министерском учил. На народное образование земство назначило на 1896 г. 84732 р., в том числе на народные чтения 650 р., на обучение ремеслам и рукоделию 800 р., на садоводство и огородничество 800 р. и т. д. Губернское земство дает добавочное содержание учителям, платит добавочное жалованье законоучителям и т. д. Земство имеет в у. 7 земских врачебных участков и 1 земский фельдшерский пункт; земских лечебниц 8, фабричных 9, детский приют. Врачей в у. 35: 13 земск., 11 фабричных, 7 железнодорожных, 1 санитарный, 1 вольнопрактикующий и 2 состоящих на госуд. службе. На содержание врач. части назначено уездным земством 63553 р. Вольных аптек 6. Все доходы уездного земства исчислены в 1896 г. в 288511 p, расходы — в туже сумму, в том числе на управление 28935 р., на общественное призрение (земство имеет богадельню) 3589 р. Всех жителей в у. (к 1 янв. 1896 г.) 138505 чел. (67886 мжч. и 70619 жнщ.): православных 131982, раскольников 5614, католиков 224, протестантов 45, магометан 10, евреев 168, проч. исповеданий 462. Дворян 216, духовного сословия 1068, почетных граждан и купцов 896, мещан 4105, военного сословия 5238, крестьян 126623, проч. сословий 919. Церквей 141. Монастыри: Николо-Угрешский и Николо-Перервинский мужские и при с. Головине женская обитель. В с. Измайлове Николаевская военная богадельня, в которой призревается более 450 чел. (16 офицеров). Других богаделен 21. Ссудосберегательных товариществ 4; при 1 волостном правлении вспомогательная касса. В у. на средства казны существует Погонно-Лосиноостровская низшая лесная школа (14 учащихся). Проф. А. П. Богдановым разрыты в у. курганы; на основании найденных в них черепов и др. предметов он написал свое исследование о курганном племени Московской губ. Литературу см. Московская губ.

Дополнение 
* Москва (XIX, 927—944). — По данным однодневной переписи 31 янв. 1902 г. в М. было 1174673 жителя, из них собственно в городе 1092360 и в пригородах — 82313. В 1812 г., по официальным, далеко не точным сведениям, в М. было 251120 жит. Начиная с 1871 г. в М. было произведено 4 переписи, при чем оказалось:

За последние 30 лет население М. увеличилось на 95%; средний годовой прирост равнялся в периоды 1871—82 гг. 2,47%, 1882—97 гг. 2,03%, 1897—1902 гг. 2,48%. Прирост населения почти всецело совершается за счет прилива иногородних. Некоторая задержка в приросте за период 1882—97 гг. до известной степени объясняется утратой М. и московско-владимирским промышленным районом прежнего монопольного положения на внутреннем мануфактурном рынке России, вследствие усиленной конкуренции Лодзи и Варшавы. Кроме того, на ослабление господствующего значения М. на внутренних рынках влияло и возникновение на юге Европ. России нового района крупной капиталистической промышленности; тяжело отозвалось на М. влияние и общего промышленного кризиса 80-х годов истекшего стол. С половины 90-х годов обстоятельства снова сложились благоприятно для торгово-промышленной жизни М.: оживление русской промышленности особенно коснулось М. как промышленного и торгового центра, конкуренция Лодзи с М. сравнительно ослабела, в М. все более и более стали сосредоточиваться многие торговые обороты, ранее производившиеся на Нижегородской ярмарке; наконец, за последние 5 лет М. соединилась новыми жел.-дорожн. путями с Ригой, Волгой и центральным районом России посредством линий Павелецкой, Брянской, Виндавской и Савеловской. По численности населения М. в настоящее время занимает 10-е место среди величайших городов мира и второе (после С.-Петербурга) в России. Более населенные чем М. города: Лондон (4649 тыс. жит.), Нью-Йорк (3716 тыс. жит.), Париж (2714 тыс. жит.), Берлин (1999 тыс. жит.), Вена (1898 тыс. жит.), Чикаго (1874 тыс. жит.), Токио (1819 тыс жит.), С.-Петербург (1439 тыс. жит.) и Филадельфия (1368 тыс. жит.). Население М. состоит из 664825 мжч. и 509848 жнщ.; на 1000 мжч. приходится 767 жнщ. Перевесом мужского населения над женским М. резко отличается от городов Европы, приближаясь к городским поселениям молодых стран крайнего запада Америки и Австралии. Объясняется это огромным приливом в М. пришлого мужского населения. Из всех жителей М. уроженцев местных всего 322291 (28%), а именно: мужчин — 151775 или около 23% всего мужского, женщин — 170516 или свыше 33% всего женского населения; остальные родились за пределами города. Население М. распределено по территории города крайне неравномерно: из 40 полицейских участков, на которые разделена М., в 13 на 1 жителя приходится от 5,4 до 10 кв. саж. площади, в 15 — от 10,7 до 15,4, в 5 — от 20,6 до 22, в 5 — от 26 до 34,8, в 2 — свыше 50 (50,1 и 52,7) кв. саж. Слабо заселен центр, «Городской» участок, в котором сосредоточена торговая деятельность М. (12,3 кв. саж.); в этом отношении он уступает многим окраинам города: 2-му Пресненскому уч. (9,2 кв. саж.), 3-му Мещанскому (9,3 кв. саж.), 1-му Лефортовскому (11,8 кв. саж.), 2-му Рогожскому (10,7 кв. саж.). В среднем в М. приходится на 1 жит. 15,6 кв. саж. или 93 кв. метра. Из наибольших городов земного шара гуще М. заселены: С.-Петербург (82 кв. м.), Лондон (67 кв. м.), Берлин (34 кв. м.) и Париж (29 кв. м.); население распределено просторнее в Вене (109), Нью-Йорке (231), Филадельфии (246), Чикаго (277 кв. м. на 1 жит.). Увеличивается число жителей преимущественно на окраинах М.: с 1897 по 1902 г. в центральной части города (в черте Садовой ул.) население не возросло, даже несколько уменьшилось (с 378811 чел. до 378729), а по окраинам увеличилось на 3,1%. Крестьян в М. числилось 789308 (67%), мещан — 210280 (18%), потомствен. дворян — 49934, потом. почетных граждан — 22010, личн. почетн. граждан — 18653, купцов — 18510, цеховых — 17301, духовного звания — 10586, личн. дворян — 9648, непоименованных выше непривилегированных сословий — 409, лиц, сословия которых не выяснены — 13285; всего русских граждан — 1159924, иностранцев — 14749. См. «Главнейшие предварительные данные переписи г. М. 31 янв. 1902 г.» (вып. I—V, М., 1902—05); «Перепись Москвы 1902 г.» (ч. I, вып. 1-й, М., 1904).

Приложения 

Объяснение к плану древнего Московского кремля.

Прилагаемый вид московского Кремля с птичьего полета, относящийся к первому пятилетию XVII в., приложен к «» (1663) и с обстоятельными примеч. В. Е. Румянцова воспроизведен в издаваемых Моск. археологич. обществом «Древностях» (т. XI, вып. II, М. 1886). На плане, вверху на поле, изображен в 4-угольнике компас с показанием стран света на лат. и русск. яз. Перед Кремлем с вост. стороны изображена прилегающая к нему часть Китая-города — Красная площадь. Справа, на сев. стороне, в стене Китая-города возвышаются ворота Неглиненские, ныне Воскресенские (перестроены в 1680 г.), у которых в часовне с 1669 г. икона Иверской Божией Матери. От них стена Китая-города, переходя через ров, смыкается с кремлевскою стеною у ее наугольной Неглиненской башни. Здесь, внутри Китая-города, у самого рва, видно двойное строение под двумя двускатными крышами (на этом мосте находится старый земский двор). Тут же, на площади, у Никольских ворот стоит на колесах пушка большого размера. Далее к Ю., «на рву», между Никольскими и Спасскими воротами, пять малых церквей, а против них, на противоположной стороне Красной площади, с В. выдвигается передовая сторона каменных торговых рядов, выстроенных в 1596 г. За рядами против Спасских ворот видно Лобное место, обнесенное круглою оградою, с открытым входом с З. Близ него, «на рву», Покровский собор («Василия Блаженного») о девяти верхах, изображенный здесь с открытыми лестницами в верхний ярус и с главками вокруг середнего шатрового верха, ныне уже не существующими. Подле собора трехъярусная колокольница, покрытая тремя шатровыми верхами. Далее к Москворецким воротам четыре ряда торговых лавок. За ними две небольшие церкви; у Москвы-реки, в стене Китая-города, Москворецкие ворота, от которых Китаегородская стена идет через ров и примыкает к кремлевской стене у Беклемишевской угловой башни.

Далее приводим в кавычках перевод латинск. объяснений, приложенных к оригиналу, в котором означены по порядку, под цифрами, следующие места:

1. «Подворье, т. е. ворота Фроловские» (Флоровские), увенчанные двуглавым орлом, с 1658 г. назыв. Спасскими, построены в 1491 г. Петром Антонием Соларием фрязином (миланцем), как об этом свидетельствуют летописи и русские и лат. надписи, находящиеся на самых воротах. В 1626 г. верх этих ворот переделан англичанином Христофором Головеем, который соорудил над ними осьмиконечную башню с часами, доныне существующую. От них внутрь Кремля до соборной площади на протяжении 125 саж. идет мост или деревянная мостовая. На большой кремлевской стене по направлению от Спасских ворот к Москве-реке видны полубашня, глухая башня, а за последнею существовавшие уже в 1380 г. Константино-Еленские ворота с большим выступом, переходящим через ров, и с двухстворчатыми подле него воротами с сев. стороны. Эту Константино-Еленскую башню поставил тот же архитектор Петр Антоний фрязин в 1490 г. От нее стена идет до Беклемишевской угловой башни, круглой, с конусообразным верхом, построенной в 1487 г. Марком фрязином.

2. «Вознесенский монастырь, где погребаются царицы».

3. «Двор Федора Ивановича Шереметева», на том месте, где ныне Николаевский дворец; против него, на юге, по другую сторону улицы, идущей от Фроловских ворот, — собор Николы Гостунского, сломанный в 1816 г., при чем икона Николы Гостунского перенесена в пристройку Ивана Великого.

4. «Кирилловское подворье», т. е. подворье Белозерского Кириллова монастыря, которое по церкви Афанасия и Кирилла называлось и Афанасьевским монастырем.

5. «Крутицкое подворье», т. е. подворье крутицкого митрополита.

6. «Хобров (Ховрин) двор, оружейный двор», называвшийся Ховриным по имени своего бывшего владельца Дмитрия Владимировича Ховрина, служившего казначеем при вел. князьях Иване III и сыне его Василии.

7. «Разбойный приказ»; местонахождение его неизвестно, так как на плане цифра 7 пропущена.

8. «Двор князя Ив. Вас. Сицкого».

9. «Двор князя Федора Ивановича Мстиславского», с одноглавою церковью на сев.-запад. углу, выходящею на Ивановскую площадь.

10. «Разные судебные учреждения» (приказы).

11. «Посольский приказ» .

12. «Михаил Архангел», т. е. Архангельский собор.

13. «Ворота к Москве реке», нынешние Тайницкие, в старину назыв. Шешковыми или Чуйковыми. Перед Тайницкою башнею выступает к самой Москве-реке отводная крытая стрельница, соединенная с надворотною башнею переходом с тремя арками. Эту стрельницу поставил и под ней вывел тайник Антон фрязин в 1485 г.

14. «Казнохранилище царя и великого князя» (казенный двор).

15. «Благовещение (Благовещенский собор); храм с 9 главами, которые покрыты, как и весь храм, позолоченною медью, а крест на большой главе сделан даже из чистого золота».

16. «Царский двор». а) Новые постройки во дворе". Между Благовещенским собором и Грановитою палатою, к З. от них показана чертами Середняя, или большая, Золотая палата, построенная в начале XVI в. Перед нею выступ, или Красное крыльцо, на которое ведут с соборной площади три лестницы: одна в сев. паперти Благовещенского собора, другая, середняя, перед входом в сени большой Золотой палаты и третья — у южной стены Грановитой палаты. За среднею палатою, внутри двора, против алтарей Спасо-Преображенского собора, находится столовая изба под двумя четырехскатными крышами, построенная на кружалах, или арках, опирающихся на столбах. Подле Грановитой палаты к С. показана контуром Золотая палата меньшая, царицы Ирины; у северного угла ее стоит двуглавая церковь на том самом месте, на котором в нынешнем дворце находится церковь великомученицы Екатерины. Позади меньшей Золотой палаты простирается к З. продолговатое четырехугольное здание, на котором в 1635—36 гг. надстроен нынешний терем. Оно примыкает к пятиглавой церкви Рождества Богородицы, сооруженной фрязином Алевизом в 1514 г.; за нею, далее на З., показаны продольными линиями какие-то постройки, простирающиеся до внутреннего угла большого строения с тремя надстройками, которое протягивается отсюда по направлению к Троицким воротам, но, не доходя до них, поворачивает на Ю.В. подле Троицкого подворья (№ 22). По другую сторону западных дверей Благовещенского собора, на Ю., к Москве-реке, выступает двухъярусная палата, обращенная своею длинною лицевою стороною на В., а за нею простирается на З. палата большего размера. Это — малая и большая набережные палаты. Позади большой палаты Сретенский пятиглавый собор, построенный в 1560 г.; за ним, далее на З., означены чертами строения, от которых идет зубчатая стена, примыкающая к кремлевской близ Боровицких ворот; эта стена построена Алевизом в 1499 г. От тех же строений простирается другая зубчатая стена на С., примыкающая к вышеупомянутому строению с тремя верхними надстройками. Посреди этого двора Спасо-Преображенский собор, называвшийся в XVII стол. Спас на дворце, ныне Спас на бору. Под лит. а) показаны новые постройки на царском дворе, начатые в 1560 г. царем Иваном Васильевичем для детей его и продолженные царем Борисом во время голода 1601—1602 гг.

17. «Боравинские (Боровицкие) ворота; ворота у старого бора», вместе со стрельницей построены Петром-Антонием фрязином в 1440 г. Нынешний высокий верх ее с уступами возведен в конце XVII в.

18. «Каменный мост; ворота у каменного моста», в XVI стол. назыв. Богоявленскими, Ризоположенскими, Неглиненскими, Курятными. с 1658 г. — Троицкие. Нынешний готический верх их, по образцу верха на Спасских воротах, надстроен в 1685 г. Каменный мост с зубчатыми по обеим сторонам стенами соединяет Троицкие ворота с отводною башнею, так назыв. Кутафьею. От Троицких ворот кремлевская стена с глухою посредине ее четырехугольною башнею идет до угольной семигранной стрельницы, заложенной над Неглинной в 1492 г.

19. «Двор патриарший», где теперь синодальный дом.

20. «Пречистая; соборная церковь Блаженной Девы Марии, где собирается все духовенство», т.е. Успенский собор.

21. «Старый двор государев, т. е. Бориса Федоровича Годунова, который после был царем».

22. «Троицкое подворье», прямо против Троицких ворот, в 18 саж. от них. По сломке в 1807 и 1808 гг. Троицкого подворья и Царя-Борисовского двора на их месте выстроена была Оружейная палата, впоследствии переделанная в казармы.

23. «Рождество Христово; храм, в котором царь в праздник Рождества слушает божественную службу», заложен в 1532 г. В 1812 г. эта церковь вместе с пристройкою патриарха Филарета была взорвана. Оба эти здания после этого восстановлены в первобытном виде, но в измененном плане.

24. «Иван Великий, большой храм св. Иоанна, над которым башня с позолоченною главою и со многими колоколами».

25. «Большой колокол весом около 2200 пудов, по нашему весу равняется 66000 ливров». По свидетельству Олеария, при царе Борисе Годунове отлит был большой колокол весом 356 центнеров, который и висел на башне подле Ивана Великого.

26. «Чудов монастырь; монастырь чудес».

27. «Двор Богдана Яковлевича Бельского».

28. «Двор Андрея Петровича Клешнина». Все треугольное пространство между Никольскими воротами, Чудовым и Вознесенским монастырями и кремлевскою стеною, заполненное на плане разными строениями, в числе которых одноглавая церковь (Козмодамианская) на юго-зап. углу и подворье (Симоновское?) на юго-вост., было в 1771—1785 гг. застроено по планам М. О. Казакова домом для Сената и разных присутственных мест, занимаемым ныне судебными учреждениями.

29. «Двор Симона Микитовича Годунова».

30. «Двор Димитрия Ивановича Годунова».

31. «Двор Григория Васильевича Годунова; потом был Житный двор». В 1702 г. все пространство от Троицких до Никольских ворот (№ 32) у кремлевской стены, на котором в начале XVII стол. были три двора Годуновых (№ 29—31), а впоследствии Стрелецкий двор, Входо-Иерусалимская церковь и др. здания, было очищено от построек, и на месте их заложено здание Арсенала, оконченное в 1736 г.

32. «Никольские ворота», названные по иконе святителя Николая, очертание которой здесь видно над воротною аркою; построены одновременно и тем же архитектором, что и Спасские ворота (№ 1).

Примечания