ЕЭБЕ/Жмудь
Жмудь (или Жемайте, Самогития) — в эпоху литовско-польского владычества княжество, потом земля. Под именем Ж. в еврейско-литовской истории фигурировала область טומאז (Medinat Samut), обнимавшая всю Ковенскую губ. (город Ковна некоторое время относился к Гродненскому кагалу), западную часть Витебской и северную часть Виленской губ. Начало заселения Ж. евреями было, по-видимому, положено брестскими, трокскими и другими евреями-откупщиками, державшими, начиная с первых лет 16 в., аренду податей в Ж. Аренда мыта, восковничего, соляного и других сборов в Ж. оставалась в продолжение всего 16 в. в руках евреев, несмотря на неоднократные жалобы местной шляхты на земских сеймах Жмудской земли (жалобы шляхты в 1550, 1573 гг.). Благодаря пограничному положению Жмуди евреи стали вскоре заниматься также другими отраслями торговли, главным образом вывозом леса, жита и другого сырья в Германию, доставляя оттуда золотые и серебряные вещи, мануфактурные товары, вино и т. п. Первые поселенцы продолжали числиться оседлыми тех городов, откуда они происходили и где пользовались правами оседлых жителей. К половине уже 16 в. возникли, однако, в Ж. самостоятельные мелкие общины (Кейданы, Биржа). Расширение прав шляхты, последовавшее за Люблинской унией, сильно отразилось на колонизации евреями Ж. Крупные помещики, несмотря на противодействие мелкой шляхты и горожан, давали возможность организоваться новым евр. общинам, гарантировав неприкосновенность еврейских прав и преимуществ. В течение первой половины 17 в. в Ж. образовался поэтому ряд новых евр. общин (Вижуны, Поланген, Горжды и др.). Самая крупная община Ж. была тогда в Кейданах (принадлежавших Радзивиллам). Казацкие восстания и поход Алексея Михайловича оставили Ж. нетронутой. Это послужило новым толчком для колонизации, хотя шляхта на сеймиках часто подымала голос против евреев. Колонизация направлялась, главным образом, на север и северо-восток, причем предельными пунктами ее были Курляндия, Лифляндия и границы нынешнего Полоцкого уезда. Там образовались новые общины (Шкуды, Видзы, Покрои, Кроже, Креславка и др.). С образованием Литовского ваада жмудские общины были отнесены к Бресту, и лишь места по Неману около Ковны были причислены к Гродне. Только в третьей четверти 17 в. Ж. была выделена в отдельную область (Medinat Samut), которая состояла из трех округов: юго-западн. — Кейданского, сев.-западн. — Биржанского, восточного — Вижунского. Но совершенно самостоятельной области Ж., как и Белоруссия, все-таки не составила, и некоторая зависимость от Бреста оставалась. Она выражалась, главным образом, в участии в плате главному брестскому раввину, в наездах в Ж. этого раввина и праве апелляции к Бресту. Среди раввинов в главных общинах Кейданского и Биржанского округов встречаются в 17 и 18 вв. чаще всего представители фамилий Каценелленбоген и Каценеленфоген (потомки Саула Валя, см.), а в Вижунском, более близком к Белоруссии — Гинзбургов. Право обложения Жмудской области, по особому договору между представителями караимов и евреев-раввинистов в 1664 году, распространялось также на караимов, проживавших в Ж. В это время в Ж., как и в других областях, часто происходят областные и окружные съезды (в Ритове, Крожах, Шкудах). Постоянные передвижения войск по Ж. во время Великой северной войны, сопровождавшиеся постоями и контрибуциями, сильно отразились на ее благосостоянии. К этому присоединилась еще обязанность участвовать в общееврейских налогах всей Литвы. Стремление главных общин перенести тяжесть налогов на окраины вызвало сопротивление Ж. Начались протесты против действий кагальных старшин, главным образом против брестской общины. В 1721 г. Ж. участвовала в жалобе, поданной скарбовому трибуналу на старшие кагалы по поводу излишних поборов. Одновременно с этим происходила во многих кагалах борьба между представителями духовной и кагальной власти за объем прав каждой. В 1714—15 гг. кейданский и вижунский раввины получают особые протекционные рескрипты, требующие повиновения юрисдикции раввинов и подтверждающие их бессменность со стороны кагалов. — В течение 18 века происходит дальнейший рост евр. населения Ж.; встречаются новые общины (Плунгяны, Пумпяны, Янишки, Кельмы, Новый Мост, Посволь, Жагоры и др.). Ж. становится одним из оплотов талмудической учености, и во многих городах, как Кейданы, Вилькомир, Покрои и т. д., раввинские посты занимают видные талмудические авторитеты. Впоследствии хасидизм нашел в Ж. так же мало последователей, как и во всей Западн. Литве. По раскладу общееврейской литовской поголовной подати в 1761 г. участие Ж. выразилось в сумме 9620 злотых — 16 % всей подати литовских евреев. После падения Литовского ваада Ж. еще некоторое время остается организованной единицей. Съезды по округам продолжаются почти вплоть до присоединения к России (съезд в Крожах в 1779 г., съезд Кейданского округа в 1778 г. и т. д.). Вместе с тем есть основание полагать, что и со стороны Бреста еще долго продолжаются попытки сохранить свое прежнее влияние на Ж. Так, в 1782 г. в Кейданы приезжает главный брестский раввин, чтобы принять участие и скрепить постановления районных съездов. — К России Ж. была присоединена в 1795 г. Только одна часть Вижунского округа перешла к России по первому и второму разделам. В Ж. земли (общеполитическая административная единица) жило по переписи 1766 г. 15759 (или 14312) евреев. — Ср.: Регесты и надписи, т. I; Русско-евр. арх., тт. II и III; Бершадский, "Литовские евреи"; "Акты Вил. арх. ком.", т. XXIX; Пинкос Литовского ваада; И. Айзенштадт, Dааt Kedoschim, СПб., 1897; Вил. центр. арх., кн. 3633 (бум. Бершадского).