ЭСБЕ/Присяжные поверенные
Присяжные поверенные. История. — О профессиональных поверенных впервые упоминается в наших законодательных памятниках XV в. Принцип личной явки в суд продолжает, однако, еще долго господствовать. Исключение представляет древний Новгород, где развитая торговая жизнь вынудила законодателя предоставить всякому право иметь поверенного. По псковской судной грамоте, поверенными могут пользоваться только женщины, дети, дряхлые старики, монахи и глухие. В той же судной грамоте имеется, впрочем, статья, воспрещающая поверенным вести более одного дела в день, откуда можно, по-видимому, заключить, что в действительности деятельность ходатаев едва ли ограничивалась пределами, поставленными ей законом. Уложение Алексея Михайловича (1649) продолжает стоять на принципе личной явки: ст. 108 кн. Х разрешает истцу и ответчику в случае болезни «в свое место прислать на срок искать или отвечать кому верит». Тем не менее, нельзя сомневаться в существовании ко времени Уложения значительного класса наемных поверенных, «стряпчих». По Татищеву, «стряпчие» были трех родов: 1) «подобные камер-юнкерам, которые стряпню за Государем носили (шапку, рукавицы, платок и посох), 2) дворцовые служители, 3) то самое, что юристы называются, ходили в приказах за делами господ своих и за посторонних из найму». В указе 1697 г. поверенные характеризуются в крайне резких выражениях: «а иные истцы и ответчики, для таких своих коварств и неправды, нанимают за себя в суды и в очные ставки свою братью и боярских детей, ябедников и составщиков же воров и душевредцев, и за теми их воровскими и ябедническими и составными вымыслы и лукавством в вершеньи тех дел правым и маломочным людям в оправдании чинится многая волокита и напрасные харчи и убытки и разоренье» (Полн. Собр. Зак., № 1572). Установившиеся затем порядки судопроизводства (отсутствие гласности и устности, формализм) не могли не повлиять самым печальным образом на развитие нашей адвокатуры. С устранением состязательности из процесса уменьшилась потребность в судебном представительстве, но не уменьшилась потребность в ходатаях, умевших «оборудовать» дела, знавших "ходы в присутственные места и к власть имущим лицам. Деятельность поверенных стала закулисной, взятка, донос, кляуза — обычными приемами ведения дел. В течение XVIII в. правительство ограничивается изданием отдельных строгих указов против ябедничества. Мысль, что причину низкого уровня нашей адвокатуры следует искать в отсутствии организации ее, впервые высказана Государственным советом при обсуждении вопроса о допущении чиновников, состоящих на службе, к ведению чужих дел (22 июня 1822 г., Полн. Собр. Зак., № 23072). «В России, — сказано в этом мнении, — нет еще особого класса стряпчих, как это учреждено в других государствах, которые могли бы удовлетворять сим нуждам граждан, обеспечивая их совершенно как своими познаниями, так и ответственностью по принимаемым ими на себя обязанностями, и которые, будучи избираемы правительством, имели бы некоторую степень в сословиях государственных, а через то и право на общее уважение. Число людей, занимающихся у нас ныне хождением по делам, нигде не служащих, и весьма ограничено, и, можно сказать, весьма неблагонадежно; ибо люди сии нередко действуют во вред своих верителей». Свод Законов ограничивался точным определением круга лиц, которым воспрещается хождение по чужим делам. Это были: 1) малолетние; 2) удельные крестьяне по делам крестьян их ведомства; 3) духовные особы; 4) монахи и монахини; 5) чиновники; 6) лица всякого сословия, которые, будучи преданы суду за преступления, наказуемые лишением прав состояния, или отдачей в солдаты, или ссылкой в Сибирь и публичными работами, освобождены от этого наказания по всемилостивейшим манифестам или же остались неоправданными за прекращением дел, вследствие этих манифестов; 7) лица, лишенные по суду доброго имени, хотя бы они и не были лишены всех прав состояния; 8) лица, подвергшиеся по суду за уголовные преступления телесному наказанию, хотя бы они и не были исключены из городских и сельских обществ; 9) чиновники и канцелярские служители, исключенные из службы за преступления или дурное поведение; 10) состоящие под надзором полиции и все те, коим за противозаконные поступки запрещено ходатайство по делам . Всем прочим гражданам предоставлялась полная свобода быть поверенными и вести дела; никакого ценза образовательного или нравственного от поверенных не требовалось, никакой организации им дано не было. Общественное положение их было незавидное. Ходатаи по делам должны были наравне с прочими служащими по вольному найму получать из адресной конторы билеты. Ходатай обязан был предъявлять свой билет лицу, которое нанимало его. Клиент, если оставался доволен службой адвоката, делал соответственную отметку на его билете. Профессор Лохвицкий, рисуя накануне реформы современных ему ходатаев более высокого пошиба, с презрением относившихся к мелким подьячим, признает самым невинным недостатком этих аристократов тогдашней адвокатуры то, что они в одно и то же время пишут бумаги и истцу, и ответчику, получая с обеих сторон деньги. Не менее печальна официальная характеристика адвокатуры, данная самими составителями Судебных Уставов. «Одна из причин бедственного положения нашего судопроизводства, — сказано в журнале Государственного совета 1861 г., № 45, — заключается в том, что лица, имеющие хождение по делам, большей частью люди очень сомнительной нравственности, не имеющие сведений юридических, ни теоретических, ни практических». В последнее время перед судебной реформой между ходатаями стали появляться и люди другого рода, образованные и честные; но их было немного. В значительно лучшем виде представлялось положение адвокатуры на западных окраинах. Польские конституции 1726 и 1764 гг. и постановления Литовского статута требовали, чтобы адвокат принадлежал к дворянскому сословию, имел поместье (поссесию), не был замечен ни в каком пороке, знал законы. При вступлении в сословие адвокат обязан был принести присягу. Молодые люди (аппликанты) подготавливались под руководством старейших и опытнейших адвокатов, которые отвечали за них перед судом и законом. Допущение аппликантов в число адвокатов зависело от суда. По закону 1808 г. адвокаты делились на три разряда: патронов, состоявших при судах первой инстанции, адвокатов — при апелляционных судах и меценатов — при кассационном суде. Допущение к профессии зависело от высшей судебно-административной власти Царства Польского; дисциплинарный надзор принадлежал судам. Организация эта просуществовала в Царстве Польском до 1876 г. В Прибалтийских губерниях до 1790 г. участие адвокатов в процессе было обязательно; на бумагах, подаваемых в суд, их подписи должны были быть наряду с подписями тяжущихся, «дабы, — сказано в законе (шведском), — тяжущиеся стороны пронырством и обманом неизвестного сочинителя не могли введены быть в убытки». По «Своду местных узаконений губерний остзейских» 1845 г. от лица, желающего получить звание адвоката, требовалась степень магистра или доктора прав; такое лицо, сверх того, подвергалось практическому экзамену при суде. При вступлении в сословие приносилась присяга; число адвокатов определялось комплектом; дисциплинарная власть принадлежала судам, отказ от принятия дела допускался только по законным причинам; дисциплинарными наказаниями были замечание, выговор, арест и отрешение от должности; счета судебных издержек и гонорара проверялись судом. Такая организация существовала в Прибалтийских губерниях до 1889 г.

Современная адвокатура. Мысль о необходимости организации адвокатуры проходит через все стадии подготовительных к судебной реформе работ. В проекте графа Блудова, внесенного в Государственный совет в 1857 г., резко подчеркивается официальный, публичный характер адвокатской деятельности, но оставляется в стороне не менее существенный момент представительства адвокатом частных интересов. П. стряпчие, по проекту, назначаются министром юстиции из лиц, кончивших курс юридических наук и занимавшихся делами в судебных местах 1 и 2 степени. Кандидаты на звание поверенных представляются министру начальниками губерний и председателями палат гражданского суда. При назначении они приводятся к присяге; вести дела бедных они обязаны безвозмездно; размер вознаграждения определяется таксой; непосредственный надзор за поверенными принадлежит председателям судов и губернским прокурорам, высший надзор — министру юстиции. П. стряпчим присваиваются преимущества государственной службы, кроме жалованья и чинов; удаляются они только по приговору суда. Составителями судебных уставов счастливо удалось соединить в созданной ими адвокатуре элементы публичный и частный. П. поверенные отнесены к разряду «вспомогательных» для отправления правосудия «лиц», «участие коих… не только полезно, но даже необходимо». С другой стороны, они представители интересов тяжущихся на суде и действуют на основании полномочий, полученных ими от доверителей. Допущение к профессии. П. поверенными могут быть лица, имеющие аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук, если они, сверх того, прослужили не менее 5 лет по судебному ведомству в таких должностях, при исправлении которых могли приобрести практические сведения в производстве судебных дел, или также не менее 5 лет состояли кандидатами на должности по судебному ведомству, или же занимались судебной практикой под руководством П. поверенных в качестве их помощников (ст. 354 учр. суд. уст.). Не могут быть П. поверенными не достигшие 25-летнего возраста; иностранцы; объявленные несостоятельными должниками; состоящие на службе от правительства или по выборам, за исключением лиц, занимающих почетные или общественные должности без жалованья; подвергшиеся по судебным приговорам лишению или ограничению прав состояния, а также священнослужители, лишенные духовного сана по приговорам духовного суда; состоящие под следствием за преступления и проступки, влекущие за собой лишение или ограничение прав состояния, и те, которые, будучи под судом за такие преступления или проступки, не оправданы судебными приговорами; исключенные из службы по суду, или из духовного ведомства за пороки, или же из среды обществ и дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежат; лишенные права хождения по чужим делам, а также исключенные из числа П. поверенных (ст. 355). Составители уставов стремились к тому, чтобы в сословие вступали только лица, представляющие «верные ручательства знания, нравственности и честности убеждений» (Журн. соед. дпт., 1862 г.). Поэтому, не ограничиваясь установлением формальных условий, они предоставили советам П. поверенных полную свободу отказывать в приеме по своему усмотрению даже таким просителям, которые удовлетворяют требованиям закона (ст. 380). Определения совета о не принятии в сословие, основанные на нравственной оценке личности претендента, не подлежат обжалованию («Общ. собр. касс. деп.», 1874, № 14). Сословные учреждения. П. поверенные каждого округа судебной палаты объединяются в одно целое их общим собранием и советом. Функции общего собрания: определение числа членов совета в указанных законом пределах (от 5 до 15; ст. 361 учр.); избрание председателя, товарища председателя и членов совета (ст. З59 и след.; выборы производятся закрытой подачей голосов); рассмотрение отчета совета за минувший судебный год; обсуждение всех вообще вопросов внутренней жизни сословия, относительно которых совету необходимо иметь его указания. К компетенции совета П. поверенных законом отнесены: «рассмотрение прошений лиц, желающих приписаться к числу П. поверенных или выйти из этого звания, и сообщение судебной палаты о приписке их или отказ им в этом; рассмотрение жалоб на действия П. поверенных и наблюдение за точным исполнением ими законов, установленных правил и всех принимаемых ими на себя обязанностей сообразно с пользой их доверителей; выдача П. поверенным свидетельств, что они не подвергались осуждению совета; назначение поверенных по очереди для безвозмездного хождения по делам лиц, пользующихся на суде правом бедности; назначение по очереди П. для ходатайства по делам лиц, обратившихся в совет с просьбой о назначении им таковых; определение количества вознаграждения П. по таксе в случае несогласия по сему предмету между ним и тяжущимся и когда не заключено между ними письменного условия; распределение между П. поверенными процентного сбора; определение взысканий с П. поверенных, как по собственному усмотрению совета, так и по жалобам, поступающим в совет». Составители судебных уставов желали установить такой надзор за П. поверенными, «который, не лишая их необходимой для защиты их доверителей самостоятельности, вместе с тем способствовал бы скорому и действительному ограждению частных лиц от стеснений поверенных, служил бы средством к водворению и поддержанию между ними чувства правды, чести и сознания нравственной ответственности перед правительством и обществом» («Журн. соед. дпт.», 1862 г.). Надзор этот предоставлен совету, которому дано право привлекать П. поверенных к дисциплинарной ответственности и подвергать дисциплинарным наказаниям (предостережение, выговор, запрещение практики на срок не свыше одного года и исключение из сословия). На все постановления совета, кроме тех, которыми П. поверенный подвергается предостережению и выговору, допускается жалоба в судебную палату (ст. 376), определения которой постановляются в дисциплинарном порядке и считаются окончательными. Кассационные жалобы на эти определения с 1885 г. не принимаются сенатом. Дисциплинарные приговоры совета, как обвинительные, так и оправдательные, сообщаются прокурору палаты, который может опротестовать их перед палатой (ст. 370, 376). Ожидания законодателя вполне оправдались: советы не проявили стремления, как опасались некоторые, потворствовать поступкам членов сословия; нередко налагаемые ими кары смягчались даже судебными палатами, как слишком суровые. В городах постоянного пребывания окружных судов, где имеется не менее 10 П. поверенных, последние могут с разрешения состоящего при местной судебной палате совета П. поверенных учредить из среды своей отделение совета при окружном суде «с теми из принадлежащих совету правами, которые будут им самим определены» (ст. 366). При действии этих правил успели образоваться советы П. поверенных в округах с.-петербургской, московской и харьковской судебных палат; дальнейшее учреждение их приостановлено законом 5 декабря 1874 г. Таким образом, включенное первоначально в судебные уставы в виде исключения постановление: «где нет совета П. поверенных или отделения оного, там права и обязанности его принадлежат местному окружному суду» (ст. 378 учр.) — стало общим правилом для большинства местностей империи. «Шаг этот, — замечает профессор Фойницкий, — весьма прискорбный, ибо для суда, своими занятиями обремененного, надзор за П. поверенными и охранение достоинства института гораздо труднее, чем для членов совета, из среды самих П. избранных, свою честь и достоинство при этом ограждающих. В то же время он в корне нарушает независимость адвокатуры и задерживает ее последовательное естественное развитие». Мнение это подтверждается статистическими данными, собранными комиссией «для пересмотра законоположений по судебной части». За пятилетие 1891—1895 гг. в округах, где учреждены советы, приходилось средним числом в год 288 дисциплинарных дел на 915 П. поверенных, а в остальных семи округах (Киевском, Одесском, Казанском, Саратовском, Виленском, Тифлисском и Варшавском) — средним числом в год 197 дел на 1119 поверенных. Это громадное различие в числе возбуждаемых дисциплинарных дел может быть объяснено только большей строгостью требований, предъявляемых советами к П. поверенным, сравнительно с окружными судами. 11 октября 1889 г. временно приостановлено открытие отделений советов при окружных судах. Постановлением 8 ноября 1889 г. фактически закрыт доступ в сословие П. поверенных лицам нехристианских исповеданий.

Права и обязанности П. поверенных. Важнейшее право, предоставленное П. поверенным судебными уставами 1864 г., заключается в том, что в городах, где имеет жительство достаточное число П. поверенных, тяжущиеся могут давать доверенности на хождение по тяжебным их делам в судах того города только лицам, принадлежащим к числу сих поверенных (ст. 387). Какое именно число признается достаточным для каждого города — это определяется в особой табели, вносимой министром юстиции, к представлениям судебных палат, через Государственный совет на высочайшее утверждение (ст. 388). До настоящего времени, однако, подобная табель не была издана, несмотря на неоднократные ходатайства судов и советов П. поверенных. П. поверенные имеют право заключать с клиентами письменные условия о гонораре за ведение дела (ст. 395); если условие не заключено, вознаграждение определяется по таксе (прил. VI к учр. суд. уст.). Согласно ст. 396 такса устанавливается на каждые три года министром юстиции по представлениям судебных палат и советов П. поверенных; но требование это не исполняется, и первая такса, установленная в 1868 г., существует по настоящее время. Такса установлена только для гражданских дел. Из вознаграждения, получаемого П. поверенными, должен быть удерживаем (со следующей им по таксе суммы) известный процент для составления общей по всей России суммы на вознаграждение П. поверенных, назначаемых председателями судебных мест для защиты подсудимых (ст. 398). П. поверенные не могут принимать занятий, несовместимых с их званием. По разъяснению сената, несовместимыми со званием П. поверенного признаются, между прочим, должности члена земской управы (об. с. 1881, № 26), нотариуса (об. с. 1880, № 29), кандидата на судебные должности и почетного мирового судьи (цирк. соед. пр. 19 января 1880 г.). Относительно частных занятий практика советов установила несовместимость со званием П. поверенного занятий предосудительных или таких, которые, по существующему в обществе мнению, роняют достоинство корпорации. П. поверенные обязаны принимать дела, назначаемые им советом или судом (ст. 390). П. поверенным воспрещается: 1) покупать или каким-нибудь другим способом приобретать права своих доверителей по тяжбам; 2) вести дела в качестве поверенного против своих родителей, жены, детей, родных братьев, сестер, дядей и двоюродных братьев и сестер; 3) быть поверенным обоих тяжущихся или переходить от одной стороны к другой в одном и том же процессе; 4) оглашать тайны своего доверителя. Практика весьма расширила область недозволенного для П. поверенных (забеганье к судьям с заднего крыльца, предъявление подозрительных доказательств, совет подсудимому отказаться от сделанного им признания и вообще всякие действия, направленные к введению суда в заблуждение или совершенные в обход закона, а также всякие попытки приумножения практики открытием адвокатских контор, рекламой и пр.).

Помощники П. поверенных. Учреждение судебных установлений, предоставив лицам, занимающимся в течение 5 лет «судебной практикой под руководством П. поверенных в качестве их помощников», право на получение звания П. поверенных (ст. 354), не установило никаких правил о порядке и условиях вступления в помощники, о правах и обязанностях их, о контроле над ними; об их ответственности. Пробел этот мог быть восполнен советами П. поверенных только отчасти. Положение помощников и по настоящее время далеко не нормально. Закон 25 мая 1874 г., уравнявший помощников с частными поверенными (см. ниже) и предоставивший им право вести самостоятельно дела, в действительности освободил наших «стажиеров» от требуемой судебными уставами подготовки к адвокатской профессии. Дисциплинарный надзор за ними недостаточен. Попытки советов П. поверенных подчинить помощников своему надзору встречали противодействие со стороны судебных палат. Ходатайства СПб. совета П. поверенных о легализации положения помощников остались без последствий. В некоторых местах помощники собственным почином организовались в сословие на началах, однородных с сословием П. поверенных, с выборным учреждением во главе (комиссия), надзирающим за деятельностью членов сословия. В С.-Петербурге помощники делятся на 4 группы (I-я имени Буцковского, II-я имени Спасовича и III-я имени Пассовера); во главе каждой из них стоят руководители, избираемые советом и комиссией из опытнейших и наиболее сведущих П. поверенных; в заседаниях группы прочитываются и обсуждаются рефераты по различным юридическим вопросам. При СПб. столичном мировом съезде состоит консультация помощников П. поверенных, где бедным даются юридические наставления бесплатно.

Частные поверенные. Составители уставов, решив в принципе, что адвокатура должна быть одна, и именно присяжная, нашли себя, однако, вынужденными оставить на время ходатаев старого типа, пока «число П. поверенных не будет достаточным». Скоро признано было необходимым регламентировать и эту частную адвокатуру. Закон 25 мая 1874 г. имел в виду ограждение населения от не подлежащих никакому контролю ходатаев; он ограничил круг лиц, имеющих право заниматься адвокатурой. Вести чужие дела (гражданские), кроме П. поверенных, могут только лица, получившие в установленном порядке особые свидетельства от судебных мест, — так называемые «частные поверенные» (4061, 4062 уч. суд. уст.). Судебное место имеет право удостовериться в надлежащих познаниях желающего получить свидетельство на хождение по делам. Правило это не распространяется: 1) на лиц, получивших уже свидетельства от другого, равного или высшего суда, и 2) на лиц, имеющих аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук (4066). Суд может отказать просителю, «хотя бы он соответствовал всем требуемым законом формальным условиям» (ст. 4067). Свидетельства обложены особым сбором в размере 40 руб. в год, если они выдаются мировым съездом, и 75 руб., если их выдает окружной суд или палата. Дисциплинарная власть над частными поверенными принадлежит тем судам, при которых они состоят. Наказания — предостережение, выговор, запрещение практики и исключение из числа поверенных. Независимо от этого министру юстиции предоставлено право устранять от ходатайства по судебным делам лиц, которых он признает недостойными звания поверенного. Частные поверенные никаких сословных учреждений не имеют. Таким образом, организация института частных поверенных не гарантирует в достаточной степени ни юридических познаний, ни нравственных качеств, ни независимости этой категории адвокатов. Идея единой адвокатуры, вербующей своих членов из лучших элементов общества, «сплоченной, — по выражению одного писателя, — тройной связью обычаев и преданий, самоуправления и нравственной солидарности», сильно пострадала с изданием закона 26 мая 1874 г., закрепившего на неопределенное время ведение дел за частными поверенными.

Действующие постановления о поверенных подвергались многократно пересмотру в различных комиссиях. В настоящее время II отделом комиссии, учрежденной в 1894 г. для пересмотра законоположений по судебной части, выработан проект постановлений «о поверенных по судебным делам». Проект открывает доступ в сословие П. поверенных профессорам и преподавателям юридических наук в высших учебных заведениях, а также должностным лицам «административных ведомств, обязанности коих состоят в ведении и защите в судебных установлениях дел, сопряженных с интересами означенных ведомств»; лица эти могут, впрочем, заниматься адвокатурой «не иначе, как с разрешения их начальства». Предполагается учредить советы во всех тех округах, где число П. поверенных достигает 60, если при этом в том городе, где находится палата, имеют место жительства не менее 20 П. поверенных; деятельность советов, однако, «подчиняется бдительному надзору судебной палаты». Предполагается, затем, установить комплект и связанную с ним монополию для П. поверенных ведения дел в общих судебных учреждениях. Условия о вознаграждении, заключаемые П. поверенными с доверителями, подвергаются проектом некоторой регламентации. Так, по уголовным делам воспрещается П. поверенным определять различную меру вознаграждения в зависимости от того, какой приговор последует по делу. Затем, если совет П. поверенных признает, что условленное в договоре вознаграждение П. поверенному представляется чрезмерным «по несоответствию его ни особым знаниям и опытности П. поверенного, ни сложности и важности дела, то может уменьшить его до размера, определенного таксой». Требуемая ст. 354-й учр. суд. уст. пятилетняя практическая подготовка заменяется трехгодичной; нехристиане принимаются в размере, не превышающем 10% общего числа П. поверенных при каждом окружном суде. В первый год подготовки помощники ведут только дела, подсудные участковым судьям (и во второй инстанции), при этом не иначе, как по передоверию и за имущественной ответственностью их патронов; по истечении этого срока они могут получить от совета, если будут признаны достаточно подготовленными, свидетельства на ведение дел. Если совет признает помощника недостаточно подготовленным, то назначает ему срок, когда он может снова войти в совет с таким прошением, но в общей сложности помощник П. поверенного не может оставаться в этом звании более шести лет. Помощники, не принятые в П. поверенные в течение означенного срока, отчисляются советом. Правило это не распространяется на тех помощников из нехристиан, «единственную причину непринятия коих в П. поверенные будет составлять нахождение уже в округе окружного суда 10% П. поверенных нехристианского исповедания». Помощники, получившие от совета упомянутое свидетельство, получают право вести дела самостоятельно у участковых судей, а по передоверию и за имущественной ответственностью патронов — также в окружных судах и судебных палатах. Надзор за помощниками и дисциплинарная власть принадлежит совету П. поверенных и судебным установлениям. При каждом П. поверенном может состоять не более трех помощников. Ср. К. К. Арсеньев, «Заметки о русской адвокатуре» (СПб., 1875); И. Я. Фойницкий, «Защита в уголовном процессе» (1885); П. В. Макалинский, «СПб. присяжная адвокатура» (СПб., 1889); Нос, «Двадцатипятилетие московских П. поверенных» (1891); E. Васьковский, «Организация адвокатуры» (СПб., 1893); Г. Б. Слиозберг, «Адвокатура за двадцать пять лет» (в «Журн. гражд. и угол. права», 1889, кн. 9). Подробнее см. в «Указателе литературы по судоустройству и судопроизводству» Поворинского. Ср. Адвокатура.

Примечания 

ЭСБЕ:Судоустройство