ЕЭБЕ/Завет
Завет (‎, Berit, в Септуагинте — διαθήκη) — еврейский термин «берит» употребляется в Библии в двояком смысле: в значении союза отдельных лиц, кланов и целых народов между собою и в значении торжественного объявления одного или многих законов как знамения союза между Богом и народом (Быт., 14, 13; 21, 27—32; 26, 28; 31, 44; Исх., 23, 32; 34, 12; Иошуа, 9, 6; Второзак., 9, 9; Исх., 24, 7). У древних семитических народов «берит» имел целью покровительство и защиту отдельных лиц чужого клана, и на этой ранней ступени развития он сопровождался характерным обычаем делать надрезы на руках союзников, ‎ (Бытие, 14, 13), и кровь эту смешивать, что символизировало собою вступление союзников в родственную (кровную) связь. В Библии «берит» носит или характер политического (ср. Бытие, 14, 13), или религиозного союза (ср. Исход, 23, 32; Второзак., 29, 11). Соответственно этому изменилась также внешняя форма, сопровождавшая заключение союза. Союз совершался посредством двух актов. Первый состоял в том, что закалывали жертвенное животное на две части, после чего обе стороны проходили посередине их, что символизировало участь союзника, нарушившего «берит», причем союз подкреплялся еще и другим актом религиозного характера — присягой (Быт., 21, 23—31; 26, 28—31). Но последний акт мало-помалу вышел из употребления. Обычай же прохождения между частями разрезанного жертвенного животного продолжал существовать еще в эпоху пророков: «И отдам преступивших З. Мой и не исполнивших слова завета, который они заключили предо Мной, рассекши тельца надвое и прошедши между разрезанными частями его» (Иер., 34, 18). После заключения союза справлялся общий обед в знак того, что союзники отныне являются членами одного семейства (Быт., 26, 31; 31, 54; II Сам., 3, 20). Своеобразный характер носит в Библии первый союз между Богом и человеком с установлением между ними известных отношений. Со стороны Бога эти отношения выражаются в форме обещания Им человечеству более не повторять потопа. Знамением этого завета служит появление радуги на небе (Быт., 9, 12, 16). Позднее эта возвышенная идея суживается и из З. Бога с человечеством переходит в З. Бога с избранными хранителями его Откровений — Авраамом (см.) и его потомством (Бытие, 17, 7—8). Символическим обрядом этого З. служит обрезание (ibid., 17, 10—11). Завершением божественного обетования Аврааму, повторенного Исааку (ibidem, 17, 19—21; 26, 3—4) и Якову (ibidem, 28, 13—15), является торжественный З. Бога с израильским народом на Синайской горе, освященный кровью (Исх., 24, 7—8). Этот З. был позднее четыре раза возобновляем Богом: в момент смерти Моисея на Моабской равнине (Второз., 29, 9—14), в Сихеме перед смертью Иошуи (Иош., 24, 25—29), после убиения Аталии, когда первосвященник Иегояда совершил З. между Богом, царем и народом (II Цар., 11, 17), и при царе Иошии после нахождения книги З. (ib., 23). Последний З. был заключен при Эзре и Нехемии (Эзра, 10; Нехем., 8—9). Позднее идея о З. была заимствована христианством и исламом. В христианстве это выразилось в Новом Завете, в исламе (см.) это сказалось в идее З. Бога с избранными людьми и пророками. — Ср.: Jew. Еnс., ІV, 318; Riehm, Н. В. А., Ι, 245—246; Νοwack, Arch., III, и литературу там же.

З. в талмудической литературе. — Слово «bеrit» употребляется в талмудическо-мидрашитской литературе в переносном смысле при изложении законов природы, рассматриваемых как З. между Богом и вселенной (см. Веr. r., ХХХІV; Нидда, 58б); чаще всего говорится о З. как о союзе, заключенном между Богом, с одной стороны, и Израилем или патриархами Авраамом, Исааком, Яковом, Моисеем, Аароном, Пинхасом и Давидом, с другой (Дер. Эр. Зута, I, конец). Часто упоминается в молитвах «З. с праотцами», ‎ (Лев., 26, 42). Тесные отношения между Богом и Израилем, как потомками «праотцов», проявились в форме З. во время Синайского откровения и законодательства (ср. также Tanna debe Elijahu r., III; Сифре Второз., 4). Ввиду З., заключенного между Богом и Израилем на горе Синае, в Талмуде часто встречается фраза «muschba weomed mehar Sinai», ‎ (пребывающий под присягой еще с горы Синая), для выражения лежащей на Израиле обязанности соблюдать заповеди Торы. — Следующие три обряда предшествовали синайскому З.: «milah» (обрезание), «tebilah» (купанье) и «harzaat damim» (окропление алтаря жертвенной кровью; ср. Исх., 24, 6); потому-то эти три обряда стали обязательными для каждого обращенного в еврейство (Кер., 9а; см. Жертвоприношение). Кроме синайского З., состоялись еще два: один — тотчас по выходе из Египта, второй — незадолго перед входом евреев в Обетованную землю (ср. Втор., 29, 11), когда Бог заклинал Израиля соблюдать Тору (Танх. Ницаб., изд. Бубера, 50; ср. Сота, 37б). Некоторые более важные «мицвот» назывались просто «berit». Ha первом месте стоит обрезание (Шабб., 135а; Mechilta Jitro, изд. Вейса, 71), называемое также «berith schel Abraham abinu» (З. нашего праотца Авраама, Абот, III, 17); в молитве, ведущей свое происхождение со времен таннаев, оно называется «berit kodesch» (священный З.). P. Акиба толкует «berit» (Исх., 19, 5) в смысле соблюдения субботы и признания Бога (Mech. Jitro, l. c.); между тем в Зогаре словом З. обозначаются Тора, заповедь обрезания и Бог (Ахаре Мот, III, 73б; ср. также Зогар, III, 220б). — З. между Богом и некоторыми избранниками является излюбленной темой агадистов; еще ранее, в кн. Юбилеев, подробно рассказывается о З., заключенном между Богом и Ноем, когда последний вошел в ковчег (VІ, 10, 11). З. Бога с ноахидами не вечный; он ограничен только существованием сего мира (Beresch. r., ХХХІV). Когда Бог обещал Ною не посылать больше потопа, Он заключил завет с землею, чтобы она своим климатом могла привлекать каждого человека к его местожительству, и таким образом все части света стали обитаемы (Веr. r., l. c.). Агада излагает с некоторыми подробностями З. между Богом и Авраамом, цитируемый в Быт., 25, 9—21, который в литургии носит особое название «berit ben ha-betarim» (З. между частями жертв; ср. также сирийский текст Апокалипсиса Баруха, IV, 4). Четыре картины Бог показал Аврааму: геенну и покорение евреев чужеземными народами, с одной стороны, Синайское откровение и службу в храме, с другой, и сказал ему: «Пока потомки твои будут исполнять два последних предписания, они избегнут двух первых наказаний, а как только перестанут исполнять последние, их постигнут первые два наказания. Однако предоставляю тебе выбор, какое из этих наказаний определишь ты для своих детей». Авраам склонен был отдать предпочтение наказанию в геенне перед потерею самостоятельности и подчинением другим народам; Бог же указал ему, что лучше выбрать зависимость евреев, чем тяжкое осуждение на геенну (Beresch. r., XLIV; Pirke r. Eliez., ΧΧVIIΙ). Апокалипсис Авраама посвящает большую часть книги подробному описанию этого «berit ben ha-betarim». [J. E., IV, 320— 21].

ЕЭБЕ