ЭСБЕ/Политическая поэзия
Политическая поэзия — в широком смысле обнимает собою все роды изящной словесности, являющиеся отголоском текущей политической жизни, а в тесном, общепринятом смысле означает только лирику, черпающую вдохновение в современных политических событиях. П. поэзия — всегда поэзия «на случай»; ее источник — творческое одушевление, вызванное определенным фактом политической жизни. П. поэзия имеет иногда общие с сатирой материалы, но точки зрения их различны. «Органические» эпохи спокойного течения народной жизни дают мало пищи П. поэзии: она является отзвуком исторических кризисов, политических движений; она всегда партийна. Подобно памфлету в публицистике, она рассчитана не на медленное влияние, не на рассудочное изменение общественных воззрений, а на возбуждение, сенсацию, действие; она относится к эпическому произведению с политической подкладкой (напр. к роману), как прокламация, воззвание — к рассуждению: она не обсуждает и не доказывает — она зовет к борьбе; это обусловливается не столько ее содержанием, сколько формой и настроением. По всей истории литературы красной нитью проходят произведения П. поэзии, иногда скрываясь, но всегда расцветая в моменты сильного напряжения народной жизни. Политическим характером часто запечатлена лирика Ветхого Завета; многие места у пророков представляют высокие образцы П. поэзии. В классической древности П. поэзия являлась в виде оды, несомненно навеянной восточными образцами; у греков особенно известны политические оды Алкея и Тиртея (VII в. до Р. Хр.); среди произведений Горация также есть такие оды. Средние века не богаты образцами политической поэзии; лирика французских трубадуров менее всего была склонна вдохновляться политикой. Лишь крестовые походы порождают некоторое подобие П. поэзии в виде так наз. chansons d’outrée; несколько позже политические ноты слышатся в произведениях Рютбефа — и надолго замолкают в искусственной поэзии, сохраняясь лишь в народной песне. В средневековой Германии П. поэзия также представлена слабо; на борьбу императоров с папами обращают внимание очень немногие поэты (напр. Вальтер-фон-дер-Фогельвейде). «Позже, в эпоху государственных смут, слышатся голоса поэтов, скорбящих о пороках духовенства и дворянства, но и эти жалобы вскоре умолкают, сменяясь подобострастной лестью земным владыкам» (Курц). Народная немецкая лирика отводит некоторое место П. песням. В XVI столетии множество П. песен (Ульриха фон-Гуттена, Иоанна Фишарта) затрагивают религиозные темы, но памятников чисто П. поэзии сохранилось от этой эпохи очень мало; предполагают, что громадное большинство П. песен исчезло после печального исхода крестьянской войны. Эпоха итальянского гуманизма вообще переносила внимание от внешних политических событий к внутреннему миру личности, и потому П. поэзия в Италии в момент перехода к новой истории не дала значительных образцов. Вслед за народной песней Буркиелло и Джустиниани создают несколько популярных П. песен. Во Франции Плеяда (см.) в пламенных «Discours» Ронсара и в «Tragiques» д’Обинье откликается на текущую П. жизнь. Яркое выражение П. жизнь получает во французской народной песне; от Фронды до фавориток Людовика XV нет явления в политической жизни Франции, которое не отозвалось бы в бойкой, насмешливой и дерзкой песне, на П. значение которой указывает известное определение старого французского режима: «Un gouvernement absolu, tempéré par des chansons». Немецкая П. поэзия в XVIII в. ограничивается поэтическими песнями вроде «Preussische Kriegslieder» , од Уца и Э. Х. Клейста. Французская революция не вызывает к жизни широкого развития П. поэзии, но дает материал для нескольких крупных образцов ее, каковы «Карманьола», «Ça ira», «Марсельеза», «» и др. XIX в. — особенно его первая половина — есть эпоха высшего расцвета П. поэзии (Беранже, Барбье, Гюго у французов, Джусти у итальянцев, Петефи у венгерцев). Особенно любопытны ее судьбы в Германии. Величайшие немецкие поэты, Гете и Шиллер, чуждаются П. поэзии; первый склонен повторить за студентом из «Фауста»: «Ein garstig Lied! Pfui — ein politisch Lied!» и, одобряя Беранже, считает П. поэзию для своей родины неподходящей (см. «Gespräche mit Eckermann», III, 219—223; II, 244—246). И Гете, однако, признавал высокие заслуги П. поэзии Арндта, Кернера («немецкого Тиртея») и Рюккерта. Вместе с Уландом, Платеном, Шенкендорфом, Клейстом эти поэты войны за освобождение подготовили тот период в истории немецкой поэзии, который начался с конца тридцатых годов и носит в курсах название эпохи П. поэзии. Не говоря уже ο Гейне, «Молодая Германия» насчитывает в своих рядах к 1848 г. множество талантливых поэтов, посвящающих себя всецело активной политике. Таковы Гофман фон-Фаллерслебен, Гервег, Фрейлиграт, Анастасий Грюн (Ауэршперг), Мориц Гартман, Альфред Мейсснер, Роберт Пруц и др. В России отклики искусственной поэзии XVIII в. на чисто политические события чужды лирического одушевления. Отдельные произведения П. поэзии можно найти у многих русских поэтов, от Пушкина («Клеветникам России») и Тютчева («На взятие Варшавы», «Рассвет», «Не гул молвы») до Вл. Соловьева («Ex oriente lux»), но в общем у нас преобладает не политич., а «гражданская» поэзия. Немногие образцы чисто П. поэзии можно найти в так называемой «запрещенной литературе». См. Laurent-Pichat, «Les poêtes de combat» (Пар., 1862); Robert Prutz, «Die deutsche Litteratur der Gegenwart»; Pröhle, «Die Kriegsdichter des 7 jähr. Krieges u. d. Freiheilskriege» (Лпц. 1857): Herbst, «Die deutsche Dichtung im Befreiungskrieg» (1859); Janicke, «Das deutsche Kriegslied» (Берл., 1871); Ernst, «Die Minnesinger als politische und sociale Partei» (1846); Grundlach, «Ueber die Bedeutung der deutschen Freiheitsdichtung» (1863); Leroux de Lincy, «» (1841).

ЭСБЕ:Литература