Кому на Руси жить хорошо (Некрасов)/Часть первая/Глава I. Поп
Широкая дороженька, 
Березками обставлена, 
Далеко протянулася, 
Песчана и глуха. 
По сторонам дороженьки 
Идут холмы пологие 
С полями, с сенокосами, 
А чаще с неудобною, 
Заброшенной землей; 
Стоят деревни старые, 
Стоят деревни новые, 
У речек, у прудов... 
Леса, луга поемные, 
Ручьи и реки русские 
Весною хороши. 
Но вы, поля весенние! 
На ваши всходы бедные 
Невесело глядеть! 
«Недаром в зиму долгую 
(Толкуют наши странники) 
Снег каждый день валил. 
Пришла весна — сказался снег! 
Он смирен до поры: 
Летит — молчит, лежит — молчит, 
Когда умрет, тогда ревет. 
Вода — куда ни глянь! 
Поля совсем затоплены, 
Навоз возить — дороги нет, 
А время уж не раннее — 
Подходит месяц май!» 
Нелюбо и на старые, 
Больней того на новые 
Деревни им глядеть. 
Ой избы, избы новые! 
Нарядны вы, да строит вас 
Не лишняя копеечка, 
А кровная беда!..
С утра встречались странникам 
Все больше люди малые: 
Свой брат крестьянин — лапотник, 
Мастеровые, нищие, 
Солдаты, ямщики. 
У нищих, у солдатиков 
Не спрашивали странники, 
Как им — легко ли, трудно ли 
Живется на Руси? 
Солдаты шилом бреются, 
Солдаты дымом греются — 
Какое счастье тут?..
Уж день клонился к вечеру, 
Идут путем — дорогою, 
Навстречу едет поп. 
Крестьяне сняли шапочки. 
Низенько поклонилися, 
Повыстроились в ряд 
И мерину саврасому 
Загородили путь. 
Священник поднял голову, 
Глядел, глазами спрашивал: 
Чего они хотят?
«Небось! мы не грабители!» — 
Сказал попу Лука. 
(Лука — мужик присадистый 
С широкой бородищею. 
Упрям, речист и глуп. 
Лука похож на мельницу: 
Одним не птица мельница, 
Что, как ни машет крыльями, 
Небось, не полетит).
«Мы мужики степенные, 
Из временнообязанных, 
Подтянутой губернии, 
Уезда Терпигорева, 
Пустопорожней волости, 
Окольных деревень: 
Заплатова, Дырявина, 
Разутова, Знобишнна, 
Горелова, Неелова — 
Неурожайка тож. 
Идем по делу важному: 
У нас забота есть, 
Такая ли заботушка, 
Что из домов повыжила, 
С работой раздружила нас, 
Отбила от еды. 
Ты дай нам слово верное 
На нашу речь мужицкую 
Без смеху и без хитрости, 
По совести, по разуму, 
По правде отвечать, 
Не то с своей заботушкой 
К другому мы пойдем...»
— Даю вам слово верное: 
Коли вы дело спросите, 
Без смеху и без хитрости, 
По правде и по разуму, 
Как должно отвечать. 
Аминь!.. — 
 
                     «Спасибо. Слушай же! 
Идя путем — дорогою. 
Сошлись мы невзначай, 
Сошлися и заспорили: 
Кому живется весело, 
Вольготно на Руси? 
Роман сказал: помещику, 
Демьян сказал: чиновнику, 
А я сказал: попу. 
Купчине толстопузому, — 
Сказали братья Губины. 
Иван и Митродор. 
Пахом сказал: светлейшему 
Вельможному боярину, 
Министру государеву. 
А Пров сказал: царю... 
Мужик что бык: втемяшится 
В башку какая блажь — 
Колом ее оттудова 
Не выбьешь: как ни спорили, 
Не согласились мы! 
Поспоривши — повздорили, 
Повздоривши — подралися, 
Подравшися — одумали: 
Не расходиться врозь, 
В домишки не ворочаться, 
Не видеться ни с женами, 
Ни с малыми ребятами. 
Ни с стариками старыми, 
Покуда спору нашему 
Решенья не найдем, 
Покуда не доведаем 
Как ни на есть доподлинно: 
Кому жить любо-весело, 
Вольготно на Руси? 
Скажи ж ты нам по — божески: 
Сладка ли жизнь поповская? 
Ты как — вольготно, счастливо 
Живешь, честной отец?..»
Потупился, задумался, 
В тележке сидя, поп 
И молвил: — Православные! 
Роптать на Бога - грех, 
Несу мой крест с терпением, 
Живу... а как? Послушайте! 
Скажу вам правду — истину, 
А вы крестьянским разумом 
Смекайте! — 
                        «Начинай!» 
 
— В чем счастие, по вашему? 
Покой, богатство, честь — 
Не так ли, други милые? —
Они сказали: «Так»...
— Теперь посмотрим, братия, 
Каков попу покой? 
Начать, признаться, надо бы 
Почти с рожденья самого, 
Как достается грамота 
Поповскому сынку, 
Какой ценой поповичем 
Священство покупается, 
Да лучше помолчим! 
 ........................................................
 ........................................................

Дороги наши трудные. 
Приход у нас большой. 
Болящий, умирающий, 
Рождающийся в мир 
Не избирают времени: 
В жнитво и в сенокос, 
В глухую ночь осеннюю, 
Зимой, в морозы лютые. 
И в половодье вешнее — 
Иди куда зовут! 
Идешь безотговорочно. 
И пусть бы только косточки 
Ломалися одни, — 
Нет! всякий раз намается, 
Переболит душа. 
Не верьте, православные, 
Привычке есть предел: 
Нет сердца, выносящего 
Без некоего трепета 
Предсмертное хрипение, 
Надгробное рыдание, 
Сиротскую печаль! 
Аминь!.. Теперь подумайте. 
Каков попу покой?.. —
Крестьяне мало думали, 
Дав отдохнуть священнику, 
Они с поклоном молвили: 
«Что скажешь нам еще?»
— Теперь посмотрим, братия, 
Каков попу почет? 
Задача щекотливая, 
Не прогневить бы вас?..
Скажите, православные, 
Кого вы называете 
Породой жеребячьею? 
Чур! отвечать на спрос! —
Крестьяне позамялися. 
Молчат — и поп молчит...
— С кем встречи вы боитеся, 
Идя путем-дорогою? 
Чур! отвечать на спрос! —
Кряхтят, переминаются, 
Молчат! 
                — О ком слагаете 
Вы сказки балагурные, 
И песни непристойные, 
И всякую хулу?..
Мать-попадью степенную, 
Попову дочь безвинную, 
Семинариста всякого — 
Как чествуете вы? 
Кому вдогон, как мерину, 
Кричите: го-го-го?.. —
Потупились ребятушки, 
Молчат — и поп молчит... 
Крестьяне думу думали, 
А поп широкой шляпою 
В лицо себе помахивал 
Да на небо глядел. 
Весной, что внуки малые, 
С румяным солнцем — дедушкой 
Играют облака: 
Вот правая сторонушка 
Одной сплошною тучею 
Покрылась — затуманилась, 
Стемнела и заплакала: 
Рядами нити серые 
Повисли до земли. 
А ближе, над крестьянами, 
Из небольших, разорванных, 
Веселых облачков 
Смеется солнце красное, 
Как девка из снопов. 
Но туча передвинулась, 
Поп шляпой накрывается, 
Быть сильному дождю. 
А правая сторонушка 
Уже светла и радостна, 
Там дождь перестает. 
Не дождь, там чудо божие: 
Там с золотыми нитками 
Развешаны мотки...
«Не сами... по родителям 
Мы так-то...» — братья Губины 
Сказали наконец. 
И прочие поддакнули: 
«Не сами, по родителям!» 
А поп сказал: — Аминь! 
Простите, православные! 
Не в осужденье ближнего, 
А по желанью вашему 
Я правду вам сказал. 
Таков почет священнику 
В крестьянстве. А помещики... —
«Ты мимо их, помещиков! 
Известны нам они!»
— Теперь посмотрим, братия, 
Откудова богачество 
Поповское идет?.. 
Во время недалекое 
Империя российская 
Дворянскими усадьбами 
Была полным — полна. 
И жили там помещики, 
Владельцы именитые, 
Каких теперь уж нет! 
Плодилися и множились 
И нам давали жить. 
Что свадеб там игралося, 
Что деток нарождалося 
На даровых хлебах! 
Хоть часто крутонравные, 
Однако доброхотные 
То были господа, 
Прихода не чуждалися: 
У нас они венчалися, 
У нас крестили детушек, 
К нам приходили каяться, 
Мы отпевали их, 
А если и случалося, 
Что жил помещик в городе, 
Так умирать наверное 
В деревню приезжал. 
Коли умрет нечаянно, 
И тут накажет накрепко 
В приходе схоронить. 
Глядишь, ко храму сельскому 
На колеснице траурной 
В шесть Лошадей наследники 
Покойника везут — 
Попу поправка добрая, 
Мирянам праздник праздником... 
А ныне уж не то! 
Как племя иудейское, 
Рассеялись помещики 
По дальней чужеземщине 
И по Руси родной. 
Теперь уж не до гордости 
Лежать в родном владении 
Рядком с отцами, с дедами, 
Да и владенья многие 
Барышникам пошли. 
Ой холеные косточки 
Российские, дворянские! 
Где вы не позакопаны? 
В какой земле вас нет?
Потом, статья... раскольники... 
Не грешен, не живился я 
С раскольников ничем. 
По счастью, нужды не было: 
В моем приходе числится 
Живущих в православии 
Две трети прихожан. 
А есть такие волости, 
Где сплошь почти раскольники, 
Так тут как быть попу?
Все в мире переменчиво, 
Прейдет и самый мир... 
Законы, прежде строгие 
К раскольникам, смягчилися, 
А с ними и поповскому 
Доходу мат пришел. 
Перевелись помещики, 
В усадьбах не живут они 
И умирать на старости 
Уже не едут к нам. 
Богатые помещицы, 
Старушки богомольные, 
Которые повымерли. 
Которые пристроились 
Вблизи монастырей, 
Никто теперь подрясника 
Попу не подарит! 
Никто не вышьет воздухов... 
Живи с одних крестьян, 
Сбирай мирские гривенки, 
Да пироги по праздникам, 
Да яйца о святой. 
Крестьянин сам нуждается, 
И рад бы дал, да нечего...
А то еще не всякому 
И мил крестьянский грош. 
Угоды наши скудные, 
Пески, болота, мхи, 
Скотинка ходит впроголодь, 
Родится хлеб сам-друг, 
А если и раздобрится 
Сыра земля-кормилица, 
Так новая беда: 
Деваться с хлебом некуда! 
Припрет нужда, продашь его 
За сущую безделицу, 
А там — неурожай! 
Тогда плати втридорога, 
Скотинку продавай. 
Молитесь, православные! 
Грозит беда великая 
И в нынешнем году: 
Зима стояла лютая, 
Весна стоит дождливая, 
Давно бы сеять надобно, 
А на полях — вода! 
Умилосердись, господи! 
Пошли крутую радугу 
На наши небеса! 1 
(Сняв шляпу, пастырь крестится, 
И слушатели тож.)
Деревни наши бедные, 
А в них крестьяне хворые 
Да женщины печальницы, 
Кормилицы, поилицы, 
Рабыни, богомолицы 
И труженицы вечные, 
Господь прибавь им сил! 
С таких трудов копейками 
Живиться тяжело! 
Случается, к недужному 
Придешь: не умирающий, 
Страшна семья крестьянская 
В тот час, как ей приходится 
Кормильца потерять! 
Напутствуешь усопшего 
И поддержать в оставшихся 
По мере сил стараешься 
Дух бодр! А тут к тебе 
Старуха, мать покойника, 
Глядь, тянется с костлявою, 
Мозолистой рукой. 
Душа переворотится, 
Как звякнут в этой рученьке 
Два медных пятака! 
Конечно, дело чистое — 
За требу воздаяние, 
Не брать — так нечем жить. 
Да слово утешения 
Замрет на языке, 
И словно как обиженный 
Уйдешь домой... Аминь... —
Покончил речь — и мерина 
Хлестнул легонько поп. 
Крестьяне расступилися, 
Низенько поклонилися. 
Конь медленно побрел. 
А шестеро товарищей, 
Как будто сговорилися, 
Накинулись с упреками. 
С отборной крупной руганью 
На бедного Луку.
«Что взял? башка упрямая! 
Дубина деревенская! 
Туда же лезет в спор! 
„Дворяне колокольные — 
Попы живут по-княжески. 
Идут под небо самое 
Поповы терема, 
Гудит попова вотчина — 
Колокола горластые — 
На целый божий мир. 
Три года я, робятушки, 
Жил у попа в работниках, 
Малина — не житье! 
Попова каша — с маслицем. 
Попов пирог — с начинкою, 
Поповы щи — с снетком! 
Жена попова толстая, 
Попова дочка белая, 
Попова лошадь жирная, 
Пчела попова сытая. 
Как колокол гудет!“ 
Ну, вот тебе хваленое 
Поповское житье! 
Чего орал, куражился? 
На драку лез, анафема? 
Не тем ли думал взять, 
Что борода лопатою? 
Так с бородой козел 
Гулял по свету ранее, 
Чем праотец Адам, 
А дураком считается 
И посейчас козел!..»
Лука стоял, помалчивал, 
Боялся, не наклали бы 
Товарищи в бока. 
Оно быть так и сталося, 
Да к счастию крестьянина 
Дорога позагнулася — 
Лицо попово строгое 
Явилось на бугре...

Русская поэзия
Поэмы
Часть 1