Духовная война (Беньян; Засецкая)/Заговор дьяволоса
Вы, вероятно, помните, что после того, как Эммануил завладел городом, многие из дьявольцев попрятались в подвалах, ямах, пещерах и ущельях в самом городе и за его стенами. Они на время присмирели, ожидая удобного случая отомстить Эммануилу. Вот имена самых известных: Убийство, Гнев, Прелюбодеяние, Сладострасть, Обман, Необузданность, Зависть и старый опасный мошенник Корыстолюбие.

Эммануил, вступив в город, дал приказание любой ценой найти этих злодеев и тотчас казнить их, ибо они враги Его и города Души, которому могут причинить большое зло. Но это приказание Царевича было исполнено не до конца. Мало-помалу дьявольцы стали появляться в городе, и, к большому несчастью, им даже удалось сблизиться с некоторыми из его жителей.

Когда эти мошенники заметили охлаждение жителей к Царевичу и Его уход из города, они решили действовать без промедления. В один прекрасный день они собрались в доме некоего Зловредного и стали обсуждать, каким способом вернуть город Дьяволосу. Одни предлагали одно, другие — другое, наконец Сладострасть выразил мнение, что следует предложить свои услуги самым знатным лицам города.

— Тогда, — добавил он, — нам будет не так трудно возвратить город нашему князю Дьяволосу.

Но Убийство возразил:

— Нет, теперь это невозможно. Город возбужден из-за того, что Самоуверенность поссорил жителей с Царевичем. Душа получила даже от Эммануила приказ казнить нас при первом же нашем появлении. Какой же вред можем мы нанести городу, когда станем мертвецами? Пока же мы живы — многое в нашей власти.

Немало было споров и толков, наконец они приняли решение написать письмо своему князю. Вот содержание этого письма:

«Нашему великому господину князю Дьяволосу в его обители Адской пропасти.

Мы, нижеподписавшиеся, — твои верные слуги, и не можем больше хладнокровно взирать на возмутившийся против тебя город, в котором имя твое обесчещено и изображение твое затоптано в грязь. Отсутствие твое для нас в эти минуты особенно тягостно.

Причина, по которой мы осмеливаемся тебя беспокоить, та, что мы очень надеемся вернуть тебе город. Душа с некоторых пор охладела к Эммануилу, за что Он махнул на нее рукой и покинул ее. Жители посылают Ему прошения с просьбой вернуться к ним, но все это напрасно, и они пока все еще одиноки. Кроме того, в городе свирепствует эпидемия. Отпадение горожан от Эммануила и всеобщая расслабленность — следствия болезни, которые, на наш взгляд, делают возможным твое возвращение. Они сейчас не в силах оказать сопротивление твоему лукавству. Если же ты со своими верными слугами решишься снова захватить Душу, то можешь полностью рассчитывать на нашу посильную помощь. Время самое подходящее. Подписано нами в доме Зловредного, в желанном тебе городе Душа». Дальше шли подписи.

Гнусный отправился с письмом к Дьяволосу и стал стучать в железные ворота Адской пропасти. Привратник Цербер взял письмо и подал его хозяину, со словами: «Вести из города от наших верных друзей».

Весть эта быстро разнеслась по царству тьмы. Со всех сторон стали собираться приверженцы Дьяволоса, чтобы прочесть послание. Первыми прибежали Веельзевул, Люцифер и Аполлион. Когда содержание прошения дошло до сознания Дьяволоса, он приказал звонить в колокол смерти. Каждый удар колокола означал, что Душа вскоре опять будет принадлежать сатане.

По совершении этого ужасного обряда все собрались на совещание, на котором разработали ответ друзьям. С тем же Гнусным городу отправили письмо следующего содержания:

«Нашим чадам, умным и достойным дьявольцам, обитающим в городе Душе, от князя Дьяволоса с пожеланием скорого успеха в нашем общем деле.

Возлюбленные наши дети и ученики! Мы несказанно обрадовались, получив от вас радостную весть. Колокол смерти торжественно провозгласил новость всем нашим подданным, которые ныне ликуют оттого, что у нас в городе остались еще друзья. Нам приятно слышать, что Царевич покинул город и что в нем теперь свирепствует эпидемия. Мы, конечно, не преминем пустить в ход все наше лукавство и всю хитрость для завоевания отпавшего от нас города. Вас же за вашу преданность и верную службу мы назначаем воеводами Адской пропасти. Будьте уверены, что, овладев Душою во второй раз, мы ее из рук уже не выпустим, ибо усемерим наши силы. Итак, верные наши друзья, мужайтесь и не щадите сил для достижения нашей цели. Вы сами должны решить: следует ли жителям города внушать сомнение и отчаяние, или лучше уговорить их не стесняться вести жизнь, полную разгула и веселости, или же дать им взлететь на воздух от гордости и самодовольства. Желаем вам успеха в достижении цели! Примите благословение всех обитателей нашей бездны и уверения в благосклонности к вам нашего князя и отца.

Выдано у Адских врат от имени князя Дьяволоса, врага Души, с согласия всех князей тьмы для передачи нашим единомышленникам, проживающим в городе Душе».

Гнусный, не мешкая, направился к дому Зловредного, где постоянно собирались дьявольцы, которые сильно обрадовались, увидев его здоровым и невредимым. По прочтении ответа они начали обсуждать план действий. Прежде всего решили и далее сохранять в глубокой тайне свое присутствие в городе. Затем Обман, встав со своего места, обратился к присутствующим с такими словами:

— Господа, великие силы ада, выслушайте меня! Если мы посеем в сердцах горожан гордость и самонадеянность, то это, конечно, послужит нам на пользу не меньше, чем если мы уговорим их предаться разгульному образу жизни. Но, по-моему, вернейшее средство добиться успеха — это довести их до крайнего отчаяния. Они окончательно усомнятся в любви к ним Эммануила, перейдут на нашу сторону и перестанут посылать к Нему прошения о помиловании и пощаде. В итоге они придут к такому выводу: лучше ничего не просить, чем унижаться перед Эммануилом.

Все одобрили предложение Обмана.

Затем дьявольцы начали обсуждать, каким образом приступить к делу. Никто не мог дать лучшего совета, чем Обман:

— Пусть самые ревностные из друзей нашего князя Дьяволоса переоденутся в одежды, какие носят жители города, и под чужим именем отправятся на рынок, выдавая себя за дальних деревенских жителей, желающих поступить в услужение к знатным горожанам. Устроившись, они должны стараться угождать своим хозяевам, соблюдать их интересы, и в скором времени они настолько развратят жителей города, что Эммануил в страшном гневе навсегда отлучит их от Себя. И тогда наш князь без труда получит свою добычу: Душа сама пойдет к нему в пасть.

Это предложение чрезвычайно понравилось приверженцам Дьяволоса. Однако они решили, что не всем им следует заниматься этим, и потому избрали троих: Корыстолюбие, Необузданность и Гнев. Первый, Корыстолюбие, взял себе прозвище Мудроенакопление, Необузданность — Невинноевеселие, а Гнев — Похвальноервение.

В рыночный день явились на площадь трое молодцов, одетые в белые овечьи шкуры, очень похожие на белые одежды жителей. Они отлично умели говорить на языке городских обывателей. И потому, как только на людном рынке они предложили себя в слуги, их наняли тотчас, так как они требовали очень небольшую плату, а взамен обещали верную и честную службу. Мнение, бывший секретарь князя Свободная Воля, взял к себе Мудроенакопление, Страх Божий — Похвальноервение. Правда, Невинноевеселье дольше других не мог устроиться, так как в то время был пост. Но пост уже подходил к концу, и князь Свободная Воля взял дьявольца к себе камердинером.

Три мошенника, внедрившись таким образом в эти порядочные дома, скоро стали оказывать на хозяев дурное влияние и заразили их своей испорченностью и хитростью. К счастью, Похвальномурвению не удалось опутать своими сетями Страх Божий, который очень скоро заметил, что его новый слуга лицемерный злодей. Видя, что его раскусили, слуга тайно убежал из дому, иначе хозяин, по всей вероятности, казнил бы его.

Когда приспешники Дьяволоса добились первых успехов, они начали обсуждать, в какой день князю легче всего будет овладеть городом. Довольно быстро они решили, что рыночный день для этого самый удобный: народ суетится и теряет бдительность. Кроме того, можно собраться вместе, не вызывая ни у кого подозрений, так как всякий занят своим делом. На случай, если операция не удастся, легче убежать и скрыться.

В этот же день они составили второе письмо к Дьяволосу, в котором они описали свои успехи: Мнение полностью подпало под влияние Корыстолюбия, а князь Свободная Воля — под влияние Необузданности. Только Гневу не удалось совратить Страх Божий.

В то время, когда дьявольцы столь хитро действовали в пользу своего начальника, город продолжал находиться в плачевном состоянии. Причиной тому было то, что жители оскорбили своего доброго Царя Шаддая и Его Сына, а также и то, что после стольких прошений о помиловании они так и не получили от Эммануила никакого ответа. К ужасу жителей города, туча, скрывавшая от них Царевича, казалось, становилась чернее и гуще от вредного влияния приспешников Дьяволоса. Эпидемия продолжала свирепствовать, только враги Эммануила и города были живы и здоровы.

Передача письма дьявольцев снова была поручена Гнусному, который поспешно отправился в Темное царство. Врата ему отворил тот же Цербер.

Гнусный вошел в мрачную пещеру и, низко поклонившись Дьяволосу, вручил ему письмо.

— Добро пожаловать, верный мой слуга, — приветствовал его князь тьмы.

— Да будет Душа в твоей власти, и царствуй над ней вовеки, — ответил Гнусный.

При этих словах из глубоких недр ада раздался оглушительный рев такой силы, что он сотряс окрестности.

По прочтении письма началось его обсуждение. Дьяволос заговорил первым:

— Поведение моих верных слуг похвально, и намерение их развратить жителей — верный способ ослабить Душу. Но нельзя сразу решить, следует ли напасть в рыночный день, ночью или в будни. Быть может, горожане, уходя на рынок, выставляют в воротах верную стражу. Странно было бы, если б они этого не делали. В таком случае мы бессильны.

— Вы правы, — согласился Веельзевул, — и нам без всякого сомнения следует действовать осторожно. Необходимо увериться в том, чувствует ли город свою немощь и, боясь нашего нападения, всегда ли держит наготове недремлющую стражу. Или же жители настолько потеряли бдительность, что нимало не обеспокоены грозящей им опасностью.

— Но как нам это узнать? — спросил Дьяволос.

— Гнусный может нам в этом помочь, — сказал Веельзевул.

— Насколько мне известно, — заговорил Гнусный, — состояние города таково: любовь и вера жителей остыли, они отвергнуты Эммануилом. Несмотря на то, что они часто посылают Ему прошения, Он не торопится отвечать им. Создается впечатление, что Он забыл их.

— Искренне рад этому, — заявил Дьяволос, — однако меня пугают их частые прошения к Эммануилу. Конечно, тот факт, что эти прошения остаются без ответа, говорит о том, что они не от чистого сердца посылают Ему свои просьбы. А все, что идет не от чистого сердца, не может быть искренним… Как вы думаете об этом.

Некоторые из присутствующих высказали свое мнение.

— Если состояние Души таково, как его описывает Гнусный, — сказал Веельзевул, — безразлично, когда нападать: в базарный день или в будни.

— Мне кажется, что с нападением лучше повременить. Правильно было бы продолжать втягивать Душу в грех и распутство. Ясно, что чем больше ее будет затягивать петля греха, тем быстрее она потеряет бдительность и удалится от Эммануила. Со временем она совсем Его забудет, а Он, в Свою очередь, не пожелает больше навещать ее. Наш верный помощник Самоуверенность своими действиями заставил Эммануила покинуть город. И вы должны это знать не хуже меня: два-три дьявольца, если умно поведут дело, могут причинить Душе больше вреда, чем целая армия воинов, идущая на открытый штурм. Подождем, пока Душа впитает в себя порок и привыкнет к нему. Тогда Эммануил Сам отзовет Своих вождей и воинов. Оставшаяся без защитников Душа примет нас радушно и с большой радостью откроет нам свои ворота. Но все это не может совершиться за несколько дней, нам надо набраться терпения.

На это Дьяволос возразил:

— Друзья мои, выслушайте меня. Ваши длинные речи меня сильно разъярили. Сердце мое страждет и хочет немедленного завоевания города. Что бы там ни случилось, погибнем мы или восторжествуем, прошу помочь мне всеми силами, ибо я решился на штурм.

Когда присутствующие услышали о желании своего владыки овладеть городом, они прекратили всякие обсуждения и пообещали способствовать ему в меру своих сил. Тут же начали решать, как, когда и под чьим началом выйти в поход. После недолгих споров они пришли к выводу, что лучше всего собрать войско непобедимых Сомневающихся и известить о том своих единомышленников, живущих в городе, письмом, которое должен передать Гнусный. Число воинов войска должно было доходить до тридцати тысяч. Дьяволос приказал барабанным боем созвать жителей страны Сомнения, которая лежала неподалеку от холма, в котором находились Адские врата. Командование войском должны были взять на себя сами князья Темного царства. Сообща они написали ответ нетерпеливо ожидавшим в его городе дьявольцам, убеждая их все больше ослаблять Душу всякими пороками. В задачу дьявольцев входило готовить город к сдаче Дьяволосу и быть готовыми в любой день встретить войско.

Гнусный отправился с письмом обратно и, проходя мимо Цербера, передал ему приятную весть о скором походе владыки против города. Войдя в город, он прямиком направился к дому Зловредного, где нашел всех своих в сборе, и передал им поклон и письмо от князя.

Плачевное состояние Души трудно описать словами! Она оскорбила Эммануила и своим безумством помогла адским силам овладеть ею! Правда, отчасти она осознавала свою вину, но враги глубоко окопались в ней. Жители громко и слезно взывали к Эммануилу, но Он был далеко от них, и не было отзыва на их вопль. Они не знали ни того, вернется ли Он когда-нибудь, ни того, что созрел новый дьявольский заговор. Они посылали Эммануилу одно прошение за другим, но ответом было молчание, ибо Шаддай и Эммануил знали, что сердца горожан не полностью принадлежат Им. Так Душа с каждым днем слабела. Человеческое и дьявольское в сердцах горожан настолько перемешалось, что нельзы уже было различить, где одно, где другое. Жители хотели только покоя, и потому жили в мире даже с врагами Эммануила. Их слабость была силою их врагов, их пороки — торжеством дьявольцев, которых становилось все больше. Коренные жители умирали тысячами. Более одиннадцати тысяч всех возрастов погибли от эпидемии в последнее время.