ЭСБЕ/Натуральные повинности
Натуральные повинности. — Затруднительность, а иногда и невозможность удовлетворять те или другие государственные и общественные потребности с помощью денежных средств, т. е. посредством покупки и найма, вынуждают государство требовать от граждан непосредственно их личного труда или принадлежащих им предметов потребления и пользования. Требование этого рода может иметь целью удовлетворение или общих потребностей государства, или только хозяйственных. В первом случае государство требует применения на общую пользу личных сил определенного лица и не допускает их замены силами других лиц. Таково требование от граждан участия в защите государства (воинская повинность, см.), в отправлении правосудия (присяжные заседатели, см.), в управлении, преимущественно, местном (разные обязательные должности). Во втором случае требуется только выполнение известного действия или предоставление известных предметов, все равно будет ли действие исполнено тем именно лицом, от которого оно требуется, и будут ли доставлены те именно предметы, которые находятся в распоряжении данного лица. Требования второго рода удовлетворяются посредством Н. повинностей. Как установление публичного права, составляющее один из видов налога, эти повинности отличаются от натуральных послуг и платежей, отправляемых одними лицами в пользу других, на основании договора (отработки за пользование землей и т. п.) или в силу закона (например, повинность бывших временно-обязанных крестьян в пользу помещиков). В прежнее время, при господстве натурального хозяйства (см.), натуральные повинности имели широкое распространение, но с переходом к хозяйству денежному и с развитием государственных и местных финансов, они постепенно утрачивали значение, и теперь, по выражению профессора Лебедева, составляют лишь «обломки прежнего обширного здания, но обломки до известной степени необходимые, так что едва ли когда-нибудь этот неправильный, большей частью тяжелый способ удовлетворения некоторым общественным нуждам совсем исчезнет с лица земли». В XVIII столетии Н. повинности имели особенно значительное распространение во Франции, где, со времен Людовика XIV, услуги населения требовались для разнообразных надобностей — для постройки казарм (с этой целью в 1719 г., например, приходы должны были выслать своих лучших мастеров и все другие работы должны были быть приостановлены), для перевозки войсковых тяжестей при беспрестанных передвижениях войск, для перевозки арестантов и даже лесных материалов, поставляемых в порты для кораблестроения. Наиболее тягостной была дорожная повинность (la corvée des routes), отнимавшая y крестьянина около 12 рабочих дней в году. Эти повинности, как и везде, лежали исключительно на податном населении; привилегированные и более состоятельные сословия были от них свободны. Их тяжесть усиливалась чрезвычайной суровостью их применения, произволом и злоупотреблениями администрации. Во второй половине XVIII столетия стали делаться попытки отмены Н. повинностей и замены их денежными сборами. Наиболее энергичным их противником выступил Тюрго, который, еще в качестве интенданта (в Лиможе), провел административным порядком переложение повинностей дорожной, постойной и подводной в своей провинции, а затем, будучи министром, достиг и законодательной отмены во всем государстве наиболее обременительной повинности — дорожной. Написанный им знаменитый эдикт 1776 г., действие которого, впрочем, было отменено через несколько месяцев после издания, заключает в себе подробный разбор недостатков Н. способа исправления дорог. Он указывает, что насильственное отвлечение земледельца от его сельскохозяйственных занятий причиняет ему существенный ущерб, вследствие невозможности согласования времени производства работ с временем досуга крестьян. Далее, наряд на работы в места, отдаленные от места жительства работника, сопряжен с потерей времени на проезд и проход и с утомлением людей и животных, вредно отзывающимся на их здоровье. Между тем цель, ради которой установлена повинность — исправное содержание дорог — не достигается: работа, исполняемая принудительно, производится небрежно, без знания дела; починка дорог не по мере порчи, а в определенные периоды, весной и осенью, ведет к неудовлетворительному состоянию их. Главный недостаток повинности заключается в несправедливости, неизбежной при ее применении; ее тяжесть лежит на беднейшем классе населения, тогда как землевладельцы, наиболее заинтересованные в исправности дорог, от неё свободны. «Состояние, в котором дороги находятся в большей части провинций, — говорит эдикт, — доказывает, насколько ошибочно мнение, будто бы посредством этой системы можно достигнуть устройства путей сообщения». В Беррийской провинции, при ежегодной затрате 320 тыс. пеших и 96 тыс. конных рабочих дней, стоимостью, по оценке, до 624 тыс. ливров, проводилось не более 6, а иногда и двух лье, тогда как на эти работы, вместе с ремонтом всех дорог провинции, требовалось бы денежного расхода, по расчету местного провинциального собрания, не более 240 тыс. ливров. Дорожная повинность в прежнем виде (corvée) окончательно отменена во Франции в 1787 г.

В настоящее время Н. повинности существуют почти во всех западноевропейских государствах, но в очень ограниченном размере, и имеют характер, существенно отличный от прежнего. Главный их предмет — удовлетворение различных воинских потребностей: отвод квартир (см. Квартирная повинность) и земельных участков, поставка подвод и проводников, иногда снабжение войск пищей и фуражом (Militärlasten или Friedens- u. Kriegsleistungen в Германии, réquisitions militaires во Франции). При мобилизации армии и в военное время объем повинностей несколько расширяется. Общим правилом является выдача вознаграждения за поставленные предметы.

В Пруссии законом 14 июля 1893 г. общинам предоставлено требовать отправления Н. повинностей, личных и подводных (Hand- u. Spanndienste). Повинности первого рода отбываются всеми плательщиками общинных налогов, а второго — владельцами рабочего скота. Дорожная повинность (см. Дорога) в Германии сохранилась лишь в некоторых местностях, во Франции же и последовавших ее примеру Бельгии и Италии получила новую организацию, придавшую ей характер налога, уплачиваемого, по усмотрению плательщика, деньгами или трудом, в последнем случае — участием в общей работе, поденно или поурочно. Против этой системы высказывается много возражений и ведется агитация в пользу ее отмены. Ее главным недостатком признается неуравнительность, так как она распределяется без соображения с состоятельностью плательщиков, подушно и по числу принадлежащих каждому хозяйству повозок и лошадей. Указывают также, что принуждение бедного гражданина, не могущего откупиться деньгами, уплачивать налог своим трудом напоминает рабство; наряд неимущих граждан на общественную работу имеет все характерные черты феодальной системы corvée и составляет явное посягательство на личную свободу. Однако, в большинстве случаев, общественное мнение, насколько оно выражается местными представительными собраниями, относится к действующей системе сочувственно: в 1848 и 1849 гг. значительное большинство генеральных советов высказалось против её преобразования; в 1877 г. за ее сохранение подали голоса 61 совет, в 1882 г. — 79, в 1888 г. — 67. Из числа лиц, подлежащих повинности, более половины отбывают ее натуральным способом. В 1888 г. из суммы 57 млн. франков, в которую были оценены три рабочие дня повинности, более 38 млн., или 65%, были отбыты натурой, причем более половины работ были исполнены поурочно.

В России Н. повинности, существовавшие издавна, обратили на себя серьезное внимание законодательства только в текущем столетии, когда впервые были собраны сведения об их размерах и приняты меры для их упорядочения и уравнения. В царствование Александра I был издан целый ряд узаконений о порядке отправления отдельных повинностей, а в 1828 г. был выработан особым комитетом проект положения о земских повинностях, отправляемых натурой, который, однако, не получил утверждения. Только с изданием Устава о земских повинностях 1851 г. (см. Земские финансы) появилось законоположение, устанавливающее в подробности предметы Н. повинностей и общий порядок их выполнения. Собранные в начале столетия сведения показывали, что существовавшие Н. повинности представляли для населения значительное обременение, главным образом вследствие их неуравнительности. В 1848 г. государственный совет признал, что «самую неуравнительную тягость земства составляют Н. повинности; посему на них следует обратить особое внимание и посредством оценки привести их в возможную, хотя приблизительную известность, без чего самое уравнение денежных повинностей будет неудовлетворительно». К тому же заключению пришел и образованный тогда же комитет для коренного преобразования земских повинностей, по свидетельству которого «тягости Н. повинностей в некоторых губерниях едва ли не превышают ценностью своей денежные, между тем как распределение их на губернии гораздо неуравнительнее последних». Вернейшим средством уравнения повинностей считалось переложение их на деньги. Эта мысль не оставлялась и впоследствии; некоторые повинности, например почтовая, подверглись упразднению, но вообще установился взгляд, что обращение Н. повинностей в денежные не иначе может совершиться, как по общему желанию жителей. Устав о земских повинностях 1851 г. устанавливает три рода общих (в отличие от частных, т. е. лежащих на отдельных сословиях) Н. повинностей: а) содержание грунтовых дорог местного значения и бечевников, б) удовлетворение нужд местного гражданского управления (содержание подвод для разъездов разных чинов, снабжение их квартирами, препровождение арестантов, отвод для них ночлегов и содержание подвод) и в) удовлетворение нужд воинских: отвод квартир, продовольствие проходящих нижних чинов, помещение воинских заведений, отвод мест под лагери и маневры, пастбищ для лошадей, мест под огороды, поставка подвод и снабжение проводниками кавалерийских и других ремонтов. Этот перечень сохраняет силу до настоящего времени; он только пополнен включением установленной в 1874 г. поставки от населения лошадей для войск при мобилизации армии и в военное время (см. Конская повинность) [Включение этой повинности, имеющей характер экспроприации и отличной от Н. повинностей в тесном смысле, в число этих последних едва ли основательно.]. Большая часть повинностей, отбываемых для воинских надобностей, оплачивается в установленном размере. Общие Н. повинности отправляются всем населением губернии (т. е. собственно лицами, принадлежащими к прежним податным состояниям, ибо прочие сословия от Н. повинностей свободны); некоторые из них выполняются посредством найма, за счет денежных земских сборов (например, отопление и освещение помещений), и таким образом не составляют Н. повинностей в строгом смысле, другие же отправляются натурой, по очереди или посредством найма, делаемого обывателями «добровольно и по собственному их усмотрению». В Уставе изложено много правил, имеющих целью обеспечение уравнительного распределения повинностей и исполнения их без отягощения лиц, их несущих. При тогдашнем строе местного управления, эти правила не оказали, однако, никакого влияния. В разверстке повинностей допускались существенные отступления от требований закона; так, повинности, лежащие на губернии, никогда не разверстывались между уездами и на всяком уезде считалась лежащей та доля повинности, которая должна быть исполнена в его границах; города и частью землевладельцы освобождались от Н. повинностей без уравнения другими способами с населением, их отбывавшим; общее основание разверстки повинности по числу душ применялось весьма разнообразно и произвольно, без всяких определенных правил; разделение уездов на участки не приносило пользы, вследствие небрежности властей; недостаточная определенность размера и свойства повинностей давала повод к излишним и неправильным требованиям, а нередко и к злоупотреблениям, в особенности при отправлении подводной повинности. Тяжесть Н. повинностей для обывателей была не одинакова не только по губерниям и уездам, но даже по обществам одного уезда. В некоторых уездах стоимость всех повинностей не превышала 25—30 коп. на ревизскую душу, в других доходила до 1 руб. 50 коп. Вообще, в начале 60-х годов отправление Н. повинностей «находилось в совершенном беспорядке, не имело никакой правильной и однообразной организации». Изданными 1 января 1864 г., вместе с Положением о земских учреждениях, временными правилами раскладки и меры исполнения общих Н. повинностей, а равно общий надзор за ними возложены на земские учреждения, которым предоставлено относить потребности, удовлетворявшиеся натуральной повинностью, на денежные средства, а вновь представляющиеся удовлетворять на денежные средства или Н. повинность, без права, однако, вводить новые роды и виды Н. повинности, кроме существующих. В 1868 г. земским собраниям предоставлено вводить повинность истребления животных и насекомых, приносящих вред растениям, с обложением не исполняющих этой обязанности в натуре особым денежным сбором. Обращение повинностей, переложенных на денежный сбор, вновь в Н. допускается только в законодательном порядке, по ходатайству земских собраний. По новому положению о земских учреждениях 1890 г. постановления земских собраний о переложении Н. повинностей в денежные требуют утверждения министра внутренних дел. В первый период своей деятельности земские учреждения с большим вниманием относились к вопросу о Н. повинностях и способах их уравнения. Несмотря на сильное, местами, противодействие представителей привилегированных классов, очень многие земские собрания, в большинстве случаев по инициативе лиц из этих же классов, осуществили переложение Н. повинностей на денежные. По сведениям, собранным комиссией о земском обложении и относящимся к 1885 и 1887 гг., подводная повинность оказалась вполне переложенной на деньги в 189 уездах из 359, а дорожная — в 238; в некоторых из уездов, где сохранена натуральная повинность, земство принимает меры к ее уравнению, посредством выдачи пособий или вознаграждения за исполненные повинности. В губерниях, где не введены земские учреждения и где действует прежний порядок обращения Н. повинностей в денежные, т. е. законодательное рассмотрение ходатайств по этому предмету местных жителей, общего переложения Н. повинностей до настоящего времени нигде не производилось, но фактически подводная повинность во многих местностях отбывается смешанным способом, частью натурой, частью на деньги, причем встречается и выдача пособий обществам, обремененным этой повинностью; иногда перелагалась и дорожная повинность в отношении к некоторым сооружениям, на основании особых Высочайших повелений. В отношении способов отправления Н. повинностей в этих губерниях, в настоящее время, дело обстоит едва ли не хуже еще, чем в начале 60 гг.: губернские начальства в большинстве случаев вовсе не входят в обсуждение вопросов о Н. повинностях, не производят ни раскладок их между уездами, ни распределения внутри уездов; уездные учреждения также, по-видимому, не озабочены правильной разверсткой Н. повинностей; по крайней мере в некоторых местностях осталось до сих пор без изменения расписание дорожных участков, установленное в 1853 г., раскладки же подводной повинности в большинстве уездов, по-видимому, вовсе нет. Особенно обременительными оказываются Н. повинности в местностях, входящих в состав иркутского генерал-губернаторства. Здесь общая стоимость подводной повинности, отбываемой часто наймом за счет общественных сборов, определялась в 7 руб. 36 коп. на каждого работника, доходя до 5 руб. в Иркутском округе и до 15 рублей в Нижнеудинском. Принятые местной администрацией меры повели к уменьшению числа стоечных лошадей с 1679 (в 1887 г.) до 916 (в 1890 г.). Дорожная повинность еще тяжелее ложилась на население. Ввиду редкости последнего, к исправлению Сибирского тракта призывались жители отдаленных селений, на расстоянии до 450 верст; поэтому крестьяне прибегали к найму за себя работников, через подрядчиков. Переплата последним и потеря времени при личной явке на работы достигают иногда значительных размеров; так, две волости и 6 инородческих ведомств Балаганского округа затрачивали на исполнение Н. повинностей до 103607 руб. в год, стоимость же отбытых ими работ определяется не свыше 51240 руб. В устранение этого, законом 27 декабря 1893 г. предоставлено иркутскому генерал-губернатору взимать с сельских обществ и волостей, заявивших о том ходатайства, денежный сбор, взамен Н. повинности, без окончательного переложения последней на деньги.

Вопрос о достоинствах и недостатках Н. повинностей составляет предмет спора. Несмотря на доказанный опытом слабые стороны этого способа удовлетворения общественных потребностей, он и до сих пор имеет горячих сторонников, число которых особенно увеличилось у нас во второй половине 80-х гг. Утверждают, что для сельского населения, не располагающего деньгами, легче и удобнее исполнять повинности натурой, нежели уплачивать взамен её денежные сборы. С другой стороны, в Н. повинностях видят наиболее целесообразный способ выполнения некоторых общественных работ. Такой взгляд высказан в 1896 г. министром внутренних дел по поводу ходатайств нескольких уездных земских собраний Смоленской губернии о разрешении им переложить на деньги Н. дорожную повинность, ввиду ее неуравнительности и неудовлетворительных для дорожного дела результатов. По мнению министра, Н. способ отбывания дорожной повинности, принятый в самых благоустроенных государствах Европы, представляет громадный ресурс для улучшения дорог, которым ни в каком случае не следует пренебрегать. Многолетний опыт доказал, что в тех местностях, где дорожная повинность переложена в денежную, значительные затраты на устройство путей не достигли сколько-нибудь удовлетворительных результатов и что, вместо облегчения населения, эта мера привела к дурному состоянию дорог, которое является гораздо худшим обременением населения, чем отбывание правильно организованной повинности. Поэтому Н. способ отбывания дорожной повинности признается министром совершенно неизбежным при настоящем положении дорожного дела в России и единственным могущим, при правильной постановке, обеспечить успешное его ведение. Для устранения указываемых земскими собраниями неудобств дорожной повинности министр рекомендует следующие средства. Уравнительность может быть достигнута посредством привлечения к повинности не одних жителей волостей, через которые пролегают дороги, а население всего уезда. Этому не препятствует закон, не обозначающий точного расстояния, за пределами которого рабочие не могли бы быть привлекаемы к выполнению дорожных работ. Неуравнительность повинности для местностей, расположенных от дорожных участков на сравнительно значительном расстоянии, всегда может быть сделана менее чувствительной, благодаря предусматриваемой законом возможности исполнения повинности посредством найма или подряда, а равно замены требуемого на дороги леса деньгами по оценке, определяемой земским собранием. Последняя мера дала бы существенное средство для уравновешивания тягости повинности между крестьянским населением с одной стороны и землевладельцами с другой. Что касается непроизводительности работ, производимых принудительным трудом, то она может быть устранена учреждением технического надзора («Русские Ведомости», 1896, № 224).

См. статьи «Prestation», «Corvée» в словарях L. Say et Chailley и Block’a; «Naturalleistungen» в «Handwörterb. der Staatswiss.» Konrad’a; Simonet, «Droit public et administratif» (П., 1890); G. Meyer, «Lehrb. des deutschen Verwaltungsrechtes» (Лейпциг, 1883—85); В. А. Лебедев, «Местные налоги» (СПб., 1886); профессор О. Эйхельман, «Записка о реформе местных налогов в Пруссии, в 1893 г.» (СПб., 1894); «Местное обложение и местные повинности в Пруссии» (закон 14 июля 1893 г., издание мин. финансов); «Труды комиссии, Высочайше учрежденной для пересмотра системы податей и сборов» (т. IV, ч. 1); Д. П. Гаврилов, «Сведения о существующем порядке и способе отправления Н. земской повинности в центральных губерниях Империи» (СПб., 1862); M. Кашкаров, «Исторический обзор законодательных работ по общему устройству земских повинностей» (издание мин. финансов, СПб., 1894); Н. Н. Кутлер, «Краткий исторический очерк и обзор современного состояния законодательства о земских повинностях».

ЭСБЕ:Повинности