ЕЭБЕ/Бенет, Мордехай бен-Авраам
Бенет, Мордехай бен-Авраам (Маркус Бенедикт) — талмудист и главный раввин Моравии, род. в 1753 г. в Ксурго, маленькой деревне в графстве Штульвейссенбурге (Венгрия), ум. в Карлсбаде 12-го августа 1829 года. Родители Б. были люди очень бедные; не имея возможности нанять ему учителя, они отправили его пятилетним мальчиком к бабке в Никольсбург. Там Габриэль Маркбрейтер занялся воспитанием даровитого мальчика и через 6 лет отправил его в Иттинген (Эльзас), где раввином состоял шурин Маркбрейтера. Последний стал учителем Б. В «Бар-мицва» (см.) Б. учитель показал собравшимся гостям, к их величайшему изумлениио, три рукописи виновника торжества: комментарий на Пятикнижие, комментарий на пасхальную гагаду и новеллы к Талмуду. С 13 до 15 лет Б. занимался исключительно изучением Библии и агадической литературы; образование свое он завершил изучением галахи в иешиботе Иосифа Штетарда в Фюрте, где он пробыл три года. Затем он поехал в Прагу, где Меир Карпелес учредил для него «клауз»; многие талмудисты приходили туда слушать лекции Б., хотя в Праге тогда существовал большой иешибот, которым руководил Иезекиель Ландау. В 1774 г. Б. получил там должность главного раввина. Через 13 лет он стал раввином в Лунденбурге (Моравия), но уже через 6 месяцев перевелся на такую же должность в Шлоссберг (Венгрия). В 1789 г. Б. занял пост раввина в Никольсбурге и одновременно и главного раввина Моравии, отклонив приглашения занять раввинские посты в Пресбурге и Кракове. Еще в юном возрасте Б. подвержен был нервным припадкам; эта болезнь и свела его в могилу. Тело его было погребено временно в Лихтенштадте, близ Карлсбада, и спустя семь месяцев было перевезено, согласно его предсмертной воле, в Никольсбург.

Сочинения Б., не будучи многочисленны и не исчерпывая предмета, тем не менее должны быть причислены к классическим произведедениям талмудической литературы 18 в. Сочинения эти следующие: 1) «Biur Mordechai», Вена, 1813, комментарий на компендиум Рабену Мордехая; 2) «Magen Aboth», Жолкиев, 1835, трактат ο 49 работах, запрещенных в субботу; 3) «Har ha-Mor», респонсы; 4) «Paraschath Mordechai», 1889, респонсы, и 5) «Techeleth Mordechai», Львов, 1892, рассуждения на темы из галахи и агады. Перечисленные сочинения обнаруживают в авторе большое остроумие, обширное знание раввинской литературы и, самое важное, умение логически рассуждать и пользоваться научными методами исследования. В противоположность друзьям своим, Моисею Соферу и Акибе Эгеру, приверженцам схоластики, Бенет, решая сложные галахические вопросы, избегает так наз. пилпула и пытается добиться желаемого результата путем чисто критического исследования и ясного изложения предмета. Лучшим образцом критики Б. служит письмо его к главному берлинскому раввину, Цеби-Гирш Левину, в котором он, доказав последнему, что изданные его сыном респонсы под названием «Бесамим Рош» и выданные за респонсы Ашера бен-Иехиель представляют подделку (Paraschath Mordechai, № 5; Literaturblatt des Orients, V, 53, 55, 140). При сравнении критики Б. на эти респонсы с разбором их у Цунца (Ritus, 226—228) приходится признать, что первая не уступает по силе второму. Сочинения Б. и в других отношениях отличаются от трудов современников: стиль их замечателен по необыкновенной ясности и изяществу, а язык удивительно чист; эти достоинства составляют прямую противоположность темному и тяжелому стилю, которым писали современники Б. Положение, занятое Б. по отношению к ортодоксальным его коллегам, было совершенно исключительным и объясняется, конечно, его знакомством с современной мыслью (ср. его письмо к Цеби-Гирш Левину, в Literaturblatt des Orients, 54). Он держал себя вполне независимо во время спора между ортодоксией и так наз. «духом просвещения». Хотя отношение Б. к этой борьбе соответствовало тому положению, которое он занимал в обществе, он, однако, являлся единственным ортодоксальным раввином, который был в состоянии понимать также идеи, господствовавшие в современном ему обществе. Б., правда, не упоминает имени Мендельсона в похвальном отзыве (1816) ο новом издании Пятикнижия с переводом Мендельсона, но уже самый факт одобрения немецкого перевода Библии показывает, что Б. не может быть поставлен рядом, напр., с р. Моисеем Софером. Он в спокойной и умеренной форме протестовал против реформаторских тенденций Аарона Хорина, ограничиваясь замечанием, что одного только изучения философии еще не достаточно для решения богословских вопросов. Часто Б. обнаруживал больше понимания вещей, чем его противники. В записке об образовании раввинов, представленной правительству (Toledoth Mordechai, 35—37), он указывал на недостаточность для раввинского кандидата знания одного лишь гимназического курса. Он не восставал, как думают некоторые (E. Löw, Gesammelte Schriften, II, 190 и сл.), против светского образования раввинов, а наоборот, рьяно отстаивал его, вместе с тем полагая, что для занятия должности раввина наиболее существенным является обладание специальным знанием; поэтому он предложил предоставить кандидату заниматься до 18-летнего возраста главным образом еврейскими предметами. Высказанные соображения об обязанностях раввина относительно воспитания юношества служат наглядным доказательством влияния на него духа времени. Он составил катехизис и представил его в рукописи правительству. Судя по препроводительной записке, взгляды Б. на воспитание находились в полном соответствии с требованиями времени. Религиозную реформу Б. считал безусловно вредной. В записке на имя правительства по поводу введения немецкого языка в богослужение он ратует за сохранение исключительно еврейского языка (ibid., 38—42). Замечательно, что взгляды Б. нашли спустя много лет горячего защитника в лице Захария Френкеля на собрании раввинов в 1845 г. во Франкфурте-на-М.; да и действительность оправдала высказанное Б. опасение, что при богослужении на немецком языке большинство евреев перестанет изучать еврейский язык, а это постепенно может ослабить в народе знакомство со Св. Писанием. Несмотря не независимость характера, Б. приобрел много искренних друзей. Он пользовался уважением и у хасидов: Бер Шнеерсон, так назыв. «средний раби», прекрасно отзывается ο нем в письме, ныне хранящемся у И. И. Сосница в Нью-Йорке. Лихтенштадтская и никольсбургская общины оспаривали друг у друга честь погребения бренных останков Б.; спор, возникший впоследствии по вопросу ο вырытии праха покойного и перевезении его в Никольсбург, интересен как материал для характеристики литературы респонсов. — Ср.: И. А. Бенет, «Толедот Мордехай Бенет», Будапешт, 1832; Бердичевский, в На-Assif, 1867, IV, 61—65; Ehrentheil, Jüdische Gharacterbilder, 1867; Kaufmann, в На-Assif, V, 129 и сл.; Fürst, Sippurim, II, 201—208; Weiss, Sichronotai. [J. E., III, 14].

ЕЭБЕ:Персоналии