ЭСБЕ/Нидерланды
Нидерланды. Содержание: 1) География. — 2) История. — 3) Литература и язык. — 4) Искусство.

1) Нидерланды  (Nederlanden, Niederlande, Pays-Bas). — Королевство нидерландское лежит между 50°45′ — 53°33′ сев. шир. и 1°4′ — 4°52′ вост. дол.; границы его к Ю Бельгия, к В Германия (прусские провинции: рейнская Вестфалия и Ганновер), с С и З Немецкое море. Самое значительное протяжение с Ю на С, от юго-зап. оконечности пров. Лимбург до берега Гронингена — 310 км; самая значительная ширина слегка к С от Рейна 184 км, более к Ю — 190 км. Поверхность 33000 кв. км. Н. — одно из самых маленьких государств Европы, но одно из самых населенных: перепись 1889 г. дала цифру 4511415, в 1894 г. жителей уже насчитывалось 4795646. Страна эта, по своему положению, по своей природе, занимает в Европе совершенно особое место. Это страна низменная в полном значении слова, представляющая как бы дно осушенного озера: вода занимает здесь более места, чем твердая земля. «В Н., — говорит Эскирос, — реки текут, так сказать, над головой жителей; значительные города находятся ниже уровня моря, которое над ними господствует. При виде такого своеобразного географического положения уже не удивляешься тому, что население этого государства, не имея каменоломен — построило города, почти не имея леса — настроило кораблей, обладая бесплодной, постоянно заливаемой почвой — превратило свои города в обильные житницы; нет, просто удивляешься тому, как может такая страна существовать. Когда наука желает добраться до геологического происхождения прочих стран Европы, ей приходится бродить впотьмах и ловить нить событий, которые должны были совершаться, когда человек еще не существовал. Совсем не то в Н.: эти заливы, эти озера, эти группы островов — все это возникло на глазах у человека. Многие из причин, к которым естествоиспытатели относят самые древние изменения в экономии земного спора — потопы, бури и т. п. — продолжают, уже после возникновения городов, оказывать свое действие на почву Н.». Если бы уничтожить плотины, которые ограждают Н. против внешних и внутренних вод, то при обычном уровне Северного моря оказались бы совершенно затопленными пров. Зеландия, Голландия (за исключением дюн, образующих вдоль берега естественную плотину, относительно очень высокую и широкую, местами достигающую 4 км), затем часть сев. Брабанта, зап. часть пров. Утрехт и пр. С точностью не известно, в какое время были построены первые плотины; в средние века они уже существовали. С системой плотин связана, как средство защиты против вод, система шлюзов. В Н. истинно национальная архитектура — гидравлическая. Первые шлюзы были деревянные, теперь это целые сооружения из дерева, железа и камня. Чтобы составить себе понятие о подобных работах, следует осмотреть большие шлюзы Амстердама и, в особенности, сооружения Катвика: эта крепость, воздвигнутая против моря, отличается строгим и внушительным характером. Плотины, шлюзы, все эти великие сооружения, воздвигнутые против внешних вод, как здесь называют реки и море, еще не сделали бы Н. обитаемыми, если бы страна не нашла способа освободиться от вод внутренних. Вследствие дождей, просачивания воды, разлива рек, с незапамятных времен образовались лужи, лагуны, вечные болота, которые уходили очень далеко в глубь материка и служили препятствием земледелию. Другая причина вечного присутствия воды — рытье торфа: за недостатком дров приходилось добывать топливо из земли, а эксплуатированные залежи торфа превращались в озера. Против такого положения вещей вооружилось гидравлическое искусство и создало польдерсы (по-голл. — земли, сжатые плотинами). Так назывались древние болота, которые первые обитатели страны обнесли оградами, слабыми плотинами и снабдили грубыми шлюзами. Система польдерсов развилась с развитием земледелия и промышленности. Начало было положено, когда был приспособлен для осушки земли враг Н. — ветер. Неизвестно, где были построены первые ветряные мельницы для извлечения воды из польдерсов. Предание гласит, что система эта практиковалась в Н. уже в XV в. Сто лет спустя она распространилась по всей стране. С этого времени началось устройство рвов для стока и проведения воды, приступлено было к постройке шлюзов для сохранения одинакового уровня в резервуарах, словом — к применению сколько-нибудь научной системы осушения. Внутреннее положение страны изменилось; могло возникнуть земледелие. Вместо старых ветряных мельниц, которые осушали польдерсы, приводя в движение гидравлические колеса или винты, явился пар, приводящий в движение колеса, насосы, турбины. Польдерсы дали Н. новую природу. Самое крупное предприятие этого рода, не только в Н., но и во всем мире — осушение Гарлемского оз. В 3 года и 2 месяца превратили в польдерс озеро, поверхность которого представляла пространство в 180 кв. км. Существует подробно разработанный проект осушения Зюдерзе, который предполагается сначала разделить плотинами на 4 части.

Гидрография. Несмотря на осушение, есть множество озер, особенно в сев. части. Существуют также обширные болотистые равнины, самые значительные: Пель, между Лимбургом и сев. Брабантом, и Буртангское болото (Bourtangermoor), в 1400 кв. км, близ ганноверской границы. Страна изборождена реками, из коих главнейшие в южн. части. Все главные реки Н. суть собственно рукава соединенной дельты pp. Мааса, Рейна, Шельды. Шельда принадлежит Н. лишь в нижней своей части. Она делится на два рукава: Вост. и Зап. Шельда. Вост. Шельда теперь заперта виадуком Берген-оп-Цом (Bergen-op-Zoom), a то, что от нее остается, сливается с южн. рукавом Мааса через несколько естественных каналов, а с Зап. Шельдой через. прол. Занд-Крик и Сло, между о-вами Бевланд и Валькерен. Р. Маас, у деревни Ейсден, могла бы почитаться границей между Лимбургом бельгийским и Лимбургом голландским на протяжении около 45 км, если б лондонский трактат не предоставил Н. города Маастрихта, расположенного на левом берегу реки при слиянии с Гером. В Ейсдене Маас течет на высоте 50 м, имея в ширину 140 м, немного ниже Штевенсверта Маас уже более не уклоняется с Н. территории и течет на С, невдалеке от прусской границы, причем в него впадают три немецких реки и одна бельгийская. Несколько повыше крепости Грав Маас принимает в себя р. Ваал, ниже делится на 2 рукава, причем южный образует болотистый архипелаг Бисбот и принимает в себя р. Донге, после чего называется Hollandsche Diep, затем снова делится на 2 рукава и огибает о-в Оверфлакке. Северный рукав сначала носит название Мерведе, но близ Дордрехта делится на 3 ветви, первая — Киль — вливается в Hollandsche Diep, вторая — Старый и третья — Новый Маас. Длина всего протяжения Мааса по Н. — 239 км, Рейн, едва вступив в пределы Н., делится на 2 рукава: южный, уносящий ⅔ всей массы воды, называется Ваал, северный сохраняет за собой имя Рейна, доходит до г. Гюиссен и на ССВ от него снова разветвляется. Северная ветвь искусственная: полагают, что это древний канал, вырытый по приказанию Друза; она принимает в себя pp. Старый Иссель и Беркел, и сама сохраняет названое Иссель, до своего впадения в Зюдерзе, Нижний Рейн продолжает свой путь на З и снова разветвляется. Один из рукавов, Лек, часто сообщается с Ваалом через снабженные шлюзами каналы и сливается с Маасом повыше Роттердама. Другой называется Kromme Rijn (извилистый Рейн) до Утрехта и Oude Rijn (Старый Рейн) от этого города до Лейдена. На этом пути он еще утрачивает часть своих вод, благодаря каналам, которые соединяются с Зюдерзе, так что ниже Лейдена он уже не может пробиться сквозь ряд дюн, опоясывающих море. В течение веков он здесь образовывал болота, наконец, в 1806 г. удалось вырыть ему прочное ложе, которое закрывается громадными шлюзами во время наиболее сильного прилива. К северу от Исселя реки, по большей части, канализованы. Озера занимают пространство в 429 кв. км, из коих 135 приходятся на Фрисландию, 126 на Сев. Голландию и пр.

Берега и острова. Вид берега, от мыса Гриз-Нез до Скагена, представляет ряд изгибов, прерывающихся к Ю рукавами Шельды, Рейна и Мааса, к С — заливом Зюдерзе. Берега Фрисландии ограждены целым рядом островов, представляющих остатки разрушенного материка. Главнейшие из них: Роттум, Бошплат, Ширмоникуг, Амланд, Тештеллинг, Влиланд и самый значительный — Тексель. Жители их занимаются земледелием, скотоводством, рыбной ловлей. Три залива вдаются в тот берег, который оберегает эти острова: Долларт, на сев.-вост. границе, Лауверзе, километров на 40 более на З, и Зюдерзе, представляющий поверхность 4367 кв. км. В 1170 г., во время страшной бури, море начало разрушать перешеек, который соединял провинции Голландию с Фрисландией, к С от о-ва Флево, в следующем столетии дело было сделано. В 1277 г. море, гонимое бурей, ринулось в Эмский лиман, поглотило целый город и около 50 деревень и вырыло извилистый залив Долларт, что по-голландски значит: бешеный. В то же время море образовало залив Лауверзе. Защитой от моря служат, кроме плотин, дюны, в окрестностях Гарлема и Алкмара имеющие до 60 м высоты. В настоящее время плотины представляют истинное чудо инженерного искусства. Громадные наружные сваи, связанные с помощью наложенных поперек толстых, дубовых досок с другим рядом кольев, покрыты фашинами, о которые и разбиваются волны, причем все деревянные части сооружения покрыты целой броней из гвоздей, оберегающих их от камня. Средняя плотина имеет от 8 до 10 м высоты и от 50 до 100 толщины. Общая длина 2500 км. Острова Зеландии, образованные рукавами Шельды, Мааса и Рейна и каналами, связывающими эти реки между собой: Бозенбург, Исселлмонде, Ворне, Бейерланд, Оверфлокке, Шувен, Толен, Северный и Южный Бевланд и Валкерен. Одиннадцатый, Зутеланд, самый западный, исчез во время бури с двумя большими, построенными на нем деревнями. Эту местность всего энергичнее пришлось отвоевывать от моря, которое с XVI в., путем наводнений и разъедания берегов, отняло от территории Н. 5813 кв. км, причем, однако, человеческое искусство отвоевало от океана 3635 кв. км.

Климат. Благодаря соседству моря, множеству вод, ровному положению и безлесью, климат Н. отличается влажностью воздуха и сильными ветрами. Вследствие малых размеров страны и ее равнинного характера, климат довольно однообразен. В Утрехте средняя температура года 9,9, января 1,5, июля 18,4, осадков около 700 мм в год, всего более в августе, затем в июле и сентябре, всего менее в апреле. Количество осадков не особенно велико, но дождливых дней много, воздух постоянно влажен.

Природа и произведения почвы. Почва Н., в значительной мере образована песками и илом, которые занесли льды и реки. Долина Мааса послужила проводником для кварцев и песчаника с Арденнских гор, прит. Рейна принесли обломки с вулканических гор Зибенгебирге, долины Дренте, Оверейсселя, часть долин Фрисландии и Гронингена образованы из обломков с Скандинавских гор. Валуны, которыми когда то изобиловала эта местность, с наступлением исторических времен начали исчезать: они пошли, смотря по химическому составу, на постройки, на мощение дорог и на изготовление извести. Под этими-то скалами находятся громадные залежи торфа. В прежние времена, по истечении периода засухи, жгли торф и среди пепла сеяли гречу, т. е. вели лядинное хозяйство. Теперь торфяные залежи перерезаны каналами, которые служат и для осушки, и для сообщения. Сначала выкапывают целые слои превращенных в уголь растений, затем, когда почва очищена, удобряют ее. Таким образом, являются участки, обнесенные каналами и окаймленные деревьями, известные под названием фен (veen), которые немедленно покрываются богатейшей жатвой; в некоторых фенах заключается до 10000 гектаров.

Земледелие и скотоводство. Все указывает на то, что Н. когда-то были очень лесистой страной, но теперь леса почти исчезли. В 1885 г. они не занимали и 7% общей поверхности. А между тем, стране требуется много леса на плотины, на суда, на сваи, на дома. Пришлось заняться лесоразведением. Самые важные попытки были сделаны на Западе от Исселя, где сажали дуб, бук, ель и сосну. Пахотные земли также занимают незначительное пространство, жатва хлебных злаков не обильна; есть провинции, где пшеница почти неизвестна. Ржаной хлеб и картофель — основа пищи крестьян и многих горожан. Из промышленных растений в южн. части Н. возделывают рапс, лен, коноплю, табак и марену. Сады дают в изобилии яблоки и вишни, которые очень ценятся на лондонском рынке. Цветоводство процветает: голландские тюльпаны и гиацинты пользуются всемирной известностью. В Велгове разводят много пчел. В 1893 г. пахотной земли было 855141 гект., лугов и пастбищ 1186540, под садами 54416, под лесом 228425, итого 2274522 гектара.

Цифровые данные относительно земледельческой производительности, за 1893 г.

Скотоводство очень развито. В 1893 г. насчитывалось рогатого скота 1485800 голов, лошадей 265400 гол., овец 688400, свиней 1128400. Зеландские лошади, еще более крупные, чем фламандские, очень хороши для перевозки тяжестей. В Фрисландии разводят отличных рысаков. Коровы отличаются красивой головой, тучностью и обилием молока; в провинции сев. Голландии делают из него сыр, а в Фрисландии и южн. Голландии — масло. В 1885 г. вывоз коровьего масла дошел до 63503 тонн, на сумму 106688500 фр., вывоз сыра — 15065 тонн, стоимостью 25310000 фр. Овцы дают молоко, из которого выделывается сыр, очень любимый туземцами. Благодаря своему скоту, Н. получают относительно более крупный доход со своих сельскохозяйственных продуктов, чем Франция и даже Великобритания.

Положение поземельной собственности. В Н. менее мелких собственников, чем во Франции, но пропорция средних хозяйств выше. Очень распространен особый вид наследственного фермерства — ; благодаря ему, положение фермеров достаточно упрочено.

Промышленность. Голландское полотно, фрисландские сукна, утрехтский бархат когда-то пользовались всемирной известностью, но затем войны и иностранная конкуренция ослабили промышленность Н., и народонаселение этой страны обратило всю свою энергию на сельское хозяйство. За последнее время некоторые отрасли промышленности возродились. В крупных центрах — Амстердаме, Роттердаме, Дордрехте и др. — появились большие сахарные заводы. Производство крепких напитков играет значительную роль. Фабрики табака и сигар многочисленны. Производство полотна, сукон и бумаги развивается. Фабрики для приготовления горшечных изделий и черепицы распространены в тех местностях, где из почвы добывается глина. Гранением алмазов в Амстердаме занято до 3000 человек. Важную отрасль промышленности Н. составляет постройка судов и лодок. Рыболовство, процветавшее в XVII ст., лет 25 или 30 тому назад пришло в упадок, ввиду прекращения правительственной субсидии рыбакам; но так как одновременно с этим исчезли всякие ограничения и стеснения, то частная инициатива развила этот национальный промысел в еще более широких, чем прежде, размерах. В 1894 г. всякого рода рыбачьих лодок работало 5151, людей на них было 17286. Особенно значителен улов сельдей, анчоусов, семги. Устрицы потребляются, главным образом, Англией.

Торговля. Торговля Н., говоря относительно, все еще одна из самых крупных во всем мире. С половины текущего столетия она более чем удвоилась. В 1886 г. общая цифра ввоза составляла 2315670 тыс. фр., цифра вывоза — 2087820 тыс. фр. Главнейшие предметы ввоза: хлебные злаки, металлы обработанные и необработанные, колониальные товары (особенно кофе и сахар из нидерландских колоний), лекарственные снадобья, ткани, масла, семена и фрукты, дерево всякого рода. Предметы вывоза те же, но в меньшем количестве; сюда следует причислить еще животных и животные продукты, на сумму свыше 140 млн. фр. Морская торговля ведется, главным образом, из Амстердама, Роттердама, Дордрехта, Гарлингена и пр. В голландском флоте в 1894 г. числилось: парусных судов 424 (вместимостью в 110802 англ. тонн), паровых 157 (в 183018 англ. тонн).

Ценность главных предметов ввоза и вывоза в 1893 г. (в тысячах гельдеров)

Следующая таблица показывает размеры торговли Н. с главнейшими странами за последние пять лет (в миллионах гельдеров).

Всего в 1894 г. вошло в порты: голландских кораблей 2817, с грузом в 1894608 тонн, иностранных 6936, с грузом в 5031402 тонны. Вышло: 2916 голландских с грузом в 1906290 тонн, и иностранных 6825, с грузом в 4944318 тонн.

Пути сообщения. Главные пути сообщения Н. — каналы и реки. В Н. внутренние города — часто более важные порты, чем приморские; Гарлем, Гуда, Утрехта вмещают в своих бассейнах до 30000 судов в год; здесь, как в Китае, люди нередко живут на судах. Имея обширную сеть каналов и канализованных рек, жители Н. с железными дорогами не торопились: первая линия, из Амстердама в Гарлем, была открыта в 1839 г. В 1894 г. железных дорог было 3048 км, причем 1625 км составляли собственность государства.

Почта и телеграф. Почтовых контор в Н. 1267. Доход по этой отрасли управления в 1894 г. — 7777866 гельдеров, расход — 6104604 гельдера. Большая часть телеграфных линий — собственность государства (к 1895 г. — 6336 км). Государственных телеграфных контор было 505. Число оплаченных телеграмм на государственных линиях (в 1894 г.) 4385010. Телеграфный доход государства в том же году — 1401762 гельдера. Обыкновенные расходы в 1995800 гельдеров.

Народонаселение. В 1829 г. жителей было 2613481, в 1839 г. 2860559, в 1849 г. 3056879, в 1859 г. 3309128, в 1869 г. 3579529, в 1879 г. 4012693, в 1889 г. 4511415, в 1894 г. 4895846 (2372406 мжч. и 2423240 жнщ.). Население Н. принадлежит к нижнегерманской отрасли германского племени. Голландцы народ спокойный, рассудительный, методичный. Они ничего не обещают, не обдумав дела основательно, но раз дав слово, идут до конца. Их сила воли и настойчивость изумительны. Они крепко держатся за старые обычаи и за старые костюмы, женщины — еще более, чем мужчины. Отличительная черта голландских хозяек — любовь к чистоте, нередко доходящая до мании.

Народное просвещение. По распространенности как первоначального, так и высшего образования Н. занимают в Европе почетное место. Университетов четыре: в Лейдене, Утрехте, Гронингене и Амстердаме. Первое место занимает Лейденский университет; в нем учится треть всех голландских студентов, общая цифра которых — 3012. В Н. в 1893—94 учебном году было классических гимназий 29 (учеников 2499), второстепенных школ (дневных и вечерних) 38 (учен. 5194), школ для обучения мореплаванию 11 (учен. 453), школ со средним курсом 73 (учен. 8199), Политехническая школа 1 (учен. 325). Об элементарных школах см. Начальное народное образование. Масса специальных школ — земледельческих, цветоводства, для глухонемых, для слепых, военных, Музыкальная школа, Школа для учителей рисования, несколько школ для образования учителей.

Религия. В Н., на основании конституции, господствует полная свобода совести и совершенное равенства всех исповеданий. Королевская фамилия и большая часть жителей принадлежит к реформатской церкви. По переписи 1889 г. в Н. считалось: принадлежащих к голландско-реформатской церкви 2194649, к различным протестантским корпорациям — 522978, католиков 1596482, янсенистов 7687, евреев 97324.

Государственное устройство. Конституция Н. основана на законе 1815 года, измененном в 1840 и 1848 г. Форма правления — конституционная монархия, с двумя палатами, носящими общее имя генеральных штатов; из них первая избирается провинциальными штатами, а вторая — непосредственно избирателями, удовлетворяющими цензу. Король пользуется правом абсолютного veto; он глава исполнительной власти и неответствен. Власть его наследственна; за неимением наследника в мужеском колене, корону может носить и женщина (как в настоящее время — королева Вильгельмина). Первая палата — представительница интересов провинций и крупной собственности; в ней 39 членов, избираемых на 9 лет; она обновляется по третям каждые три года. Президент, из среды палаты, ежегодно назначается королем. Палата в деле издания законов инициативы не имеет и только обсуждает проекты, которые прошли через вторую палату; она может их принять или отвергнуть целиком. Когда открывается вакансия в высшем суде, который судит и министров, первая палата представляет королю 5 кандидатов; одного из них король обязан утвердить. Вторая палата имеет 86 членов, избираемых на 4 года, по 1 на 45000 жителей; обновляется наполовину через каждые 2 года; члены ее получают в год 4233 франков содержания. Палата эта пользуется правом изменять и исправлять проекты законов, представляемые правительством. Избирателем, при выборах во вторую палату, может быть всякий голландец, достигший 23 лет, пользующийся гражданскими и политическими правами и платящий прямых налогов от 20 до 160 флоринов, смотря по местностям. В первую палату могут быть избраны избиратели не менее 30 лет от роду, из числа платящих самые высокие налоги, во вторую палату — все избиратели, достигшие 30 лет.

Администрация и суд. Н. разделены на 11 провинций: Северный Брабант, Зеландия, Утрехт, Южная Голландия, Сев. Голландия, Лимбург, Гельдерн, Оверейссель, Дренте, Гронинген, Фрисландия. Каждая провинция имеет свой совет, или провинциальные штаты, и постоянную депутацию, избираемую советом из среды своей. Исполнительная власть принадлежит, в значительной мере, депутации. Королевский комиссар представляет правительство. Община имеет свой общинный совет и коллегию голов, состоящую из бургомистра и голов. Последние избираются советом из своей среды; бургомистр назначается королем. В каждом кантоне есть мировой судья, в каждом округе — окружной суд, в каждой провинции — провинциальная палата. Над всеми этими учреждениями стоит высший суд, один и тот же для всего королевства. Судьи несменяемы и назначаются королем.

Колонии. Несмотря на то, что Н. потеряли много колоний во время войн революционных и наполеоновских (1792—1815), колониальное значение Н. очень велико. Колонии их в административном отношении делятся на 2 группы: Малайский архипелаг, или Островную Индию (см. Нидерландская Индия) и Вест-Индию. Вест-Индские владения состоят из колонии Суринам, или Голландской Гвианы, с главным городом Парамарибо, и Антильских Н., представляющих группу из трех островов, с главным городом Виллемштадт, на острове Кюрасао. К концу 1893 г. народонаселение главнейших колоний представляло следующие цифры: на Яве и Мадуре 24642985 жителей; на западном берегу о-ва Суматры 1274898, на восточном берегу 304602 (приблизительно); на Борнео (на зап. берегу) 418000; на Борнео (в южн. и вост. округах) 870000; на острове Целебесе 1450000; на Молуккских островах 376000; в Бали и Ломбок 1360000 и пр. Колониальное могущество Н. возникло благодаря врагу этой страны, испанскому королю Филиппу II. Когда в 1580 году Португалия, со всеми своими колониями, перешла под главенство Испании, то Филипп II решил наказать ненавистные ему Н., лишив их индийских товаров, за которыми их корабли отправлялись в Лиссабон. Он захватил в этом порту 50 голландских кораблей и воспретил своим новым подданным всякие сношения с возмутившимися провинциями. Тогда голландцы поняли, что за индийскими товарами им всего выгоднее будет отправляться прямо в Индию. Образовалось Общество дальних стран, затем голландская Ост-Индская компания (см. соотв. статью). Торговые успехи голландцев сослужили немалую службу и науки: Новая Голландия, Ван-Дименова Земля, Новая Зеландия открыты нидерландскими мореплавателями.

Армия Н. состоит из добровольцев и из людей, поступающих по набору, в возрасте 20 лет; срок службы для последних — 6 лет, но обыкновенно их через год распускают по домам, под условием ежегодной явки для учений, продолжающихся 6 недель. Кроме того, существует еще милиция, в состав которой входят все мужчины от 26 до 30 лет. Численность армии (на военном положении) была 1 июля 1895 г.: пехоты 46035 чел, кавалерии 3132, инженерн. войск 1632, артиллерии 16080 — всего 68000 чел., не включая офицеров. На мирном положении числилось всего, в то же время, 20222 чел. нижних чинов и около 1766 офицеров. Во флоте имеется: судов для защиты портов 28, крейсеров 1 разряда 1, 2 разряда 9, 3 разряда 75; торпедных лодок 1 разряда 28, 2 разряда 3, 3 разряда 6.

Финансы. Бюджет доходов и расходов за 1895 и 1896 гг.:

С 1850 по 1895 г. на погашение государственного долга употреблено 296014615 гельдеров. Общая цифра долга (1894 г.) — 1116120243 гельдера.

Монета, вес и мера. Главная монета — десятифлориновая, весящая 6,720 граммов и содержащая 6,048 граммов чистого золота. Главная серебряная монета — флорин, который весит 10 граммов и содержит 9,45 граммов чистого серебра. В числе монет назовем: гульден, гельдер или флорин, Rijksdaalder = 2½ гельдерам, золотую монету в 10 гельдеров, ½ гельдера, ¼ гельдера (Kwartje), ⅒ гельдера (dubbeltje), 1/20 гельдера (stuivertje). В Н. принята метрическая система весов и мер и, с незначительными видоизменениями, также и метрическая терминология.

Герб Н. см. на таблице гербов и соотв. статью; госуд. флаг — см. Национальные цвета.

Ордена: военный орден Вильгельма, нидерландский Льва и оранско-нассауский.

Литература. Van Heusden, «Handboek der aardrijkskunde, staatsinrigting etc. van het Koningrijk der N.» (Гаарл., 1866); Witkamp, « woordenboek van N.» (2-е изд., 1894—95); Beekman, «De strijd om het bestaan» (Цутфен, 1878); Blink, «» (Амстерд., 1892); Schuiling, «Aardrijkskunde van N.» (Цволле, 1894); de Hartog, «Staatsrecht des Königreichs des N.» (Фрейбург, 1886); «Statistische Jaarboeken voor het koningrijk der N.» (1651 и сл.); « statistiek van N.» (Лейд., 1870—73); «Jaarcijfers,  door de Centrale Commissie voor de statistiek» Карты H.: «» (1:50000, 2 изд., 1871 и сл.); «Waterstaats kaart van N.» (1:50000, с 1865); «Topographischer Atlas der N.» (1:200000, 1868—71); Staring, «Geologischer Atlas» (1:200000, 1859—69); Kuyper, «» (Лувен, 1865—68); «Handelskaart van het koningrijk der N.» (Амстерд., 1894).

2) История. Область нынешних Н. в историческое время была заселена германскими народами, из которых выдавались нервии между Маасом и Шельдой, батавы и фризы — к С от Рейна. Римляне покорили эти области и удержали их за собой, несмотря на восстание батавов под начальством Клавдия Цивилиса (70 г. по Р. Хр.), до 400 г., когда франки перешли через Рейн и завоевали южную часть Н. Фризы сначала сохранили независимость, но Карл Мартелл, Пипин и Карл Великий в VIII в. обратили их в христианство и принудили их к признанно франкского верховенства. По верденскому договору 843 г. Н. отошли к государству Лотаря I и, после его смерти (856), составляли часть владений его сына Лотаря II, Лотарингии. После смерти Лотаря II Н. (название это встречается впервые в XI в.) принадлежали, в составе Нижней Лотарингии, к германско-римской империи. Когда герцоги в XI в. стали часто меняться и потеряли свое значение, в Н., как и в остальной Германии, появились многочисленные мелкие общины, епископства, аббатства, графства и герцогства, а с XII и XIII вв. — могущественные города, цветущие торговлей и промышленностью. Покупкой или силой они приобрели себе от графов и герцогов льготные письма и привилегии, обеспечивавшие за ними некоторое самоуправление (особенно в XIII и XIV вв.). Лишь с трудом герцоги и графы сохранили свое верховенство, они должны были допустить, что прелаты, дворянство и города их страны (чины, или штаты) достигли большого влияния. Штаты давали свое согласие на денежные субсидии; иногда с ними совещались об опасностях, угрожавших стране. В XIV веке бургундский дом начал, путем брака и договоров, соединять под своим скипетром нидерландские провинции: сначала Фландрию, с Артуа и Мехельном (1384), затем Брабант и Лимбург (1406), Намюр (1429), Голландию, зап. Фрисландию, Зеландию и Геннегау (1433), Люксембург (1451). Владея этими провинциями, бургундские герцоги попробовали дать им объединяющее государственное устройство. В 1465 г. Филипп Добрый созвал первые настоящие генеральные штаты, состоявшие из представителей провинциальных штатов; собираясь постепенно все чаще и чаще, главным образом в Брюсселе и Мехельне, они разрешали субсидии за все Н. Перевес принадлежал южным провинциям, особенно Брабанту. В Брюсселе герцоги имели свой блестящий двор, Брабантом они управляли лично, остальными провинциями — через наместников. Владетели Н. еще не носили особого титула, и отдельные области до того еще мало успели слиться, что каждая провинция смотрела на другую как на чужую страну и не допускала чиновников из нее. После Карла Смелого, приобретшего Гельдернскую землю и Зютфен, Н. перешли к Габсбургскому дому. Беспомощным положением герцогини Марии после внезапной смерти ее отца провинции воспользовались для увеличения своих прав. Мария принуждена была купить их помощь против Франции большими уступками — напр. дарованием «Большой привилегии» голландским штатам. После смерти ее, в 1482 г., возникли беспорядки из-за регентства Максимилиана. В Голландии снова поднялась партия гуксов (IX, 873); граждане Брюгге взяли Максимилиана в плен (1488) и вынудили у него отказ от регентства в пользу фландрских штатов. Однако, при помощи герцога Альбрехта Саксонского, Максимилиану удалось подавить восстание и удержать Артуа, которое французский король Людовик XI хотел конфисковать как выморочный лен. В 1494 г. Филипп Красивый вступил в управление Н.; при нем отделилась от них и ранее уже мало послушная Гельдернская земля (1499). После смерти Филиппа (1506) страной управляла сначала тетка его, Маргарита, потом сестра, Мария. При Карле к Н. вновь присоединена Гельдернская земля (1543), а также Фрисландия (1524) и Гронинген (1538). Всех провинций было теперь 17: Брабант, Лимбург, Люксембург, Гельдерн, Фландрия, Артуа, Геннегау, Голландия, Зеландия, Намюр, Фрисландия, Рейссель с французской Фландрией, Доорник, Мехельн, Утрехт, Оверейссель с Дренте и Гронинген. Карл, родившийся в Генте, считался земляком нидерландцев и охотно позволял себя называть этим именем. В его мировой монархии нидерландцы могли беспрепятственно вести торговлю и овладели большей частью мирового обмена, центром которого тогда считался Антверпен. Помимо торговли и промышленности, здесь процветали земледелие, скотоводство и рыболовство, науки и искусства. И политическое объединение делало успехи: в Мехельне еще в средине XV столетия учреждена была верховная судебная палата для Н.; когда Артуа и Фландрия были изъяты из-под французского ленного верховенства, а северо-восточные провинции отделены от вестфальского округа, Карл, аугсбургским договором 1548 г., создал из 17 провинций государственную единицу, бургундский округ, лишь слабо соединенный с германской империей и по прагматической санкции 1549 г. долженствовавший всегда составлять одно целое, управляемое одним государем. Карл решительно отстаивал свои суверенные права и строго подавлял непокорных; в 1540 г. он усмирил восстание в своем родном городе Генте. Церковное реформационное движение он пытался остановить путем жестоких преследований и казней. Отречение Карла V от престола (1555) подчинило Н. Филиппу II, высокомерие которого и католический фанатизм быстро вызвали неудовольствие в нидерландских провинциях. Неудачное управление Маргариты Пармской (XVIII, 605) и ее советника Гранвеллы (IX, 552) и не прекращавшийся гнет со стороны Филиппа II вызвали в ноябре 1565 г. компромисс (XV, 911), а этот последний дал начало союзу гезов (VIII, 239), подготовившему открытое восстание (см. Нидерландская война за освобождение). Утрехтская уния (1579), на которой, после отделения сев. провинций от южных, основывался государственный строй республики соединенных Н., была, в сущности, военным союзом; отсюда недостатки нового устройства Н. Носителями власти были провинции, штаты которых составлялись из многочисленного в сев. и вост. провинциях дворянства и представителей городского патрициата, приблизительно в числе 2000 человек. Депутаты провинциальных штатов, «высокомощные господа», составляли генералитет, или генеральные штаты, собиравшиеся с 1584 г. в Гааге. Исполнительная власть принадлежала наместнику провинций, или штатгальтеру (у Фрисландии всегда был собственный, из дома Иоганна Нассауского). Рядом с ним стоял государственный адвокат, или пенсионарий совета (Raadpensionaris, т. е. советник на жалованье). Составленный также из депутатов от провинциальных чинов государственный совет ведал финансовые и военные дела; адмиралитеты в Голландии, Зеландии и Фрисландии стояли во главе морского дела. Депутаты были связаны инструкциями своих избирателей. Благодаря своему богатству и своей большей населенности, пров. Голландия, а в ней г. Амстердам, пользовались фактически перевесом. Однако, провинции ревниво оберегали свои суверенные права. От всякого расширения унии Н. отказались наперед; даже отнятые у испанцев впоследствии части Гельдерна, Брабанта и Фландрии не были приняты в ее состав, но управлялись именем генералитета (генералитетные земли). Небольшая провинция Дренте не имела представительства в генеральных штатах. Тем не менее, это недостроенное государство одерживало большие успехи, благодаря мудрости и военному гению своих правителей, действовавших в смысле объединительной политики. Это было тем важнее, что в партийных распрях не было недостатка. Регентская партия, особенно сильная в пров. Голландии, находившаяся под руководством Ольденбарневельдта и состоявшая из представителей городской аристократии, не хотела усиления центральной власти, чтобы удержать преобладание за Голландией. Наместническая партия, к которой принадлежали лишенный политических прав народ, дворянство и войско, хотела доставить Оранскому дому наследственную, более или менее монархическую власть. Так как принц Мориц лишен был политического честолюбия, то конфликт произошел бы не скоро, если бы голландские власти, в церковной борьбе между вольномыслящими арминианами и ортодоксальными гомаристами (II, 124), не стали на сторону первых и не призвали их на защиту своей партикуляристической точки зрения. Ради строго кальвинистического народа, чуявшего в арминианстве криптокатолицизм, Мориц вмешался в это дело и велел арестовать вождей голландских регентов, Ольденбарневельда, Гуго Гроция и Гоогербетса; первый за государственную измену был казнен (1619), последние приговорены к пожизненному заключению в тюрьму. Наследник Морица († 1625), брат его Фридрих-Генрих, восстановил мир внутри страны, положил конец религиозным преследованиям, возвратил изгнанников и освободил заточенных. Война с Испанией была облегчена одновременной борьбой против дома Габсбургов в Германии и союзом с Францией (1635). Герцогенбуш, Везель, Маастрихт и Бреда были завоеваны, испанскому флоту нанесено несколько поражений, получена большая добыча благодаря отнятию серебряной флотилии (1628). Мирным договором в Мюнстере (1648) республика была признана независимой державой, удержала свои завоевания на юге и в обеих Индиях и получила полную свободу торговли в испанских гаванях; соединение с Германской империей было признано уничтоженным навсегда. Во время борьбы за освобождение северные Н. сделались богатейшей страной Европы; их торговля и промышленность завоевали себе везде рынки, вооруженная сила их была значительна, искусства и науки стояли на высшей точке развитая. Колониальные владения торговых компаний получили необычайное развитие; Вест-Индская компания, в 1636 г., завоевала даже Бразилию, но не в состоянии была ее долго удержать. Торговый флот Н. в 1643 г. состоял из 34000 судов, в 2 млн. ластов вместимости. В 1648 г. в амстердамском банке было собрано 300 млн. металлических гульденов. Богатство деньгами было так велико, что проценты стояли на высоте 2—3, а громадные военные издержки легко покрывались высокими пошлинами. Безусловной свободе торговли и сношений соответствовала свобода вероисповеданий, науки и печати, сделавшая Н. убежищем всех преследуемых и местом развития подавляемого в других странах свободного слова. Принц Вильгельм II Оранский, наследовавший в 1647 г. своему отцу Фридриху-Генриху, отклонил требование голландских штатов, настаивавших на уменьшении постоянного войска и податей, и велел арестовать шесть членов аристократической партии. Когда он умер, в 1650 г. (сын его, Вильгельм III, родился уже после его смерти), аристократическая, или лёвенштейнская, партия (названная так по крепости Левенштейн, куда принц Оранский заключил своих противников) воспользовалась случаем, чтобы на большом собрании, т. е. чрезвычайном съезде депутатов провинций, провести решение (1651) никогда более не замещать вновь должность наместника (кроме Фрисландии и Гронингена). Аристократическая партия, во главе которой с 1653 г. стоял пенсионарий совета Голландии, Ян де Витт, пошла еще далее и постановила, в тайном акте (1654), что Оранский дом должен быть устранен от всяких государственных должностей. Вечный эдикт голландских штатов (1667) и «гармонические акты» генеральных штатов (1670) «навсегда» отделили должность наместника от должности главнокомандующего. Первая морская война с Англией (1652—54) была вызвана навигационным актом Кромвеля (XX, 403), нанесшим морской торговле Н. с Англией смертельный удар; она велась с величайшим ожесточением, причинила нидерландцам большой вред и закончилась, после многих поражений нидерландского флота, признанием навигационного акта. Де Витт направил главную силу Н. на поддержку мореходных и торговых интересов в борьбе с опасным соперничеством Англии и в 1664 г., для отражения английских захватов, начал вторую морскую войну; после переменных успехов она закончилась миром в Бреде (1667), не решившим спора о морской гегемонии. Республиканское правительство не обращало внимания на сухопутные силы. Когда Людовик XIV, в 1667 г., занял испанские Н., правительство, однако, заключило тройственный союз с Англией и Швецией (1668), заставивший Людовика отказаться от большей части его завоеваний (см. Деволюционная война). В отмщение за это Людовик XIV скоро объявил Н. войну (см. Нидерландские войны), отдавшую в его руки 4 провинции и 83 крепости. Отчаяние населения обратилось против голландской аристократии. Ян де Витт, вместе с братом Корнелием, были, как предполагаемые виновники бедствия, растерзаны на улицах Гааги (20-го августа 1672), и молодой Вильгельм III Оранский избран в наместники, а в 1674 г. — в наследственные наместники пяти провинций. Напряжением всех сил молодому принцу, при помощи союзников, удалось очистить страну от неприятеля. По нимвегенскому миру 1678 г. Н. не только сохранили свои владения, но приобрели вновь Маастрихт и заключили выгодный торговый договор с Францией. Аристократическая партия, добившаяся мира несмотря на противодействие наместника, желала союза с Францией. Однако, неутолимая страсть Людовика XIV к завоеваниям и его нетерпимость к протестантам помогли штатгальтеру взять верх над аристократаей. Штаты поддержали предприятие принца против Англии в 1688 г.; в 1689 г. они примкнули к новой коалиции против Франции и с напряжением всех сил принимали участие в борьбе. И после смерти Вильгельма они остались верны союзу морских держав и, под управлением советского пенсионария Гейнзиуса (см.), помогли сломить силы Франции в войне за испанское наследство. Их интересы были принесены, при этом, в жертву интересам всей Европы: они истощили свои силы в войнах, не получив для себя иной выгоды, кроме барьерного трактата 1714 г., давшего им право занимать крепости на французской границе. После прекращения, со смертью Вильгельма III, старшей Оранской линии штатгальтерство вторично было уничтожено в большинстве провинций; управление республикой перешло в руки аристократической партии, которая после утрехтского мира (1713) придерживалась безусловно мирной политики. Сухопутные и морские силы были до крайних пределов ограничены и пришли в окончательный упадок; воинственный дух, энергия и предприимчивость угасли в народе — и это подействовало парализующим образом на его промышленность. Масса народа терпела недостаток вследствие упадка промышленности; правящие классы утопали в роскоши и удерживали за собою все государственные должности. Война за австрийское наследство (1741—1748) вызвала Н. из их бездеятельности и покоя. Военные действия велись, однако, так медлительно и слабо, что все крепости были потеряны. В 1747 г. французы вторглись в Н.; это привело к возмущению в Зеландии и Голландии. 2 мая 1747 г. народ провозгласил штатгальтером пр. Вильгельма Оранского, из линии Нассау-Диц, до тех пор бывшего наследственным штатгальтером Фрисландии, а с 1718 и 1722 гг. — также Гронингена и Гельдерна. Этому примеру последовали другие провинции, и Вильгельм IV сделался первым наследственным штатгальтером и генеральным капитаном всех семи провинций; ему же было поручено управление генералитетскими землями и генеральное директорство в Ост-Индской и Вест-Индской компаниях. Вильгельм IV умер в 1751 г., оставив трехлетнего сына, Вильгельма V, за которого регентшей была его мать, английская принцесса Анна, а герцог Лудвиг-Эрнест Брауншвейгский получил главное начальство над армией. После смерти Анны, в 1759 г., провинциальные штаты взяли на себя права штатгальтерства; герцог Лудвиг сделан был опекуном. Правительство придерживалось системы безусловного нейтралитета; лишь в Ост-Индии было закончено завоевание Цейлона. В 1766 г. Вильгельм V сам стал править, оставаясь под руководством герцога Лудвига. Когда в 1776 г. англичане начали войну с отпавшими американскими колониями, они, на основании старых договоров с Н., потребовали вспомогательных войск против мятежников; Н. отказались исполнить это требование и вступили в переговоры с державами вооруженного нейтралитета. В 1780 г. вспыхнула война между Англией и Н. Хотя Н. были совершенно не готовы к войне, но, ввиду накопившейся ненависти против своекорыстного, высокомерного союзника, война была очень популярна, несмотря на большие потери для торговли и мореходства. В конце концов, покинутые Францией, Н. (1784) должны были уступить Англии Негапатам в передней Индии и свободное судоходство в Ост-Индии. Воспользовавшись стесненным положением Н., имп. Иосиф II в 1784 г. отменил барьерный трактат, велел снести пограничные крепости и потребовал открытия Шельды и уступки Маастрихта. Морские силы Н. были в таком состоянии, что война с Австрией была невозможна. По парижскому договору 20 сент. 1785 г. Н. уступили Иосифу II Лилло и Лифтенсгук и обязались уплатить 10 млн. гульд., но сохранили право закрывать Шельду. Неудовольствие, вызванное этими потерями, весьма искусно было направлено патриотической партией, состоявшей из аристократических и демократических элементов, против наследственного штатгальтера; штаты Голландии отняли у него много прав, в 1786 г. — даже его титулы. Вильгельм V выехал из Гааги; во многих местах произошли беспорядки. Когда жена наместника, принцесса Вильгельмина прусская, захотела отправиться в Гаагу, она была задержана патриотами и принуждена вернуться. За это ее брат, король прусский Фридрих-Вильгельм II, потребовал удовлетворения. Голландия в высокомерном тоне отвечала на это требование, в ошибочной надежде на помощь Франции. В сентябре 1787 г. 25000 прусского войска вступили в Н., быстро овладели Голландией и вернули штатгальтера. Права Оранского дома и конституция республики были гарантированы Англией и Пруссией в апреле 1788 г.

Французская революция придала новые силы подавленной патриотической партии. Сначала Н. допустили высадку английской армии и примкнули к коалиции против Франции, но поражения при Гондсхооте, 7 и 8 сентября 1793, и при Флерюсе, 26 июня 1794 гг., морозная зима 1794—95 гг., сделавшая водную защиту невозможной, и всеобщее восстание патриотов облегчили для Пишегрю завоевание Н. Штатгальтерская семья бежала в Англию; генеральные штаты объявили наследственное штатгальтерство отмененным и провозгласили Н. батавской республикой (26 янв. 1795). С Францией республика, 16 мая, заключила союз, наложивший на нее большие жертвы: Маастрихт, Венло, нидерландские Лимбург и Фландрия были уступлены, Н. уплатили 100 млн. гульд. и приняли на себя содержание 30000 франц. войска; враждебная теперь Англия парализовала нидерландскую торговлю и стала овладевать колониями. Конституция 1798 г. сделала республику объединенным государством, под управлением директории, а с 1801 г. — наблюдательного совета. В 1805 г. во главе государства был поставлен советский пенсионарий Шиммельпеннинк, а 26 мая 1806 г. Н., по приказанию Наполеона, были переименованы в королевство Голландию, корона которого передана была Людовику Бонапарте (см. соотв. статью). Были введены франц. законы; голландские войска вынуждены были принимать участие во всех войнах Франции. Континентальная система (см.) уничтожила всю торговлю Н., кроме контрабанды с Англией. Когда король Людовик в 1810 г. отказался от престола, так как не хотел жертвовать королевством ради французских интересов, императорский декрет от 9 июля 1810 г. объявил соединение Голландии, представляющей лишь «нанос французских рек», с Францией, а Амстердам — третьим городом империи. Хотя французское господство быстро покончило со многими злоупотреблениями и содействовало слиянию провинций, тем не менее в Н., особенно в Голландии, горько ощущалась потеря политической, умственной и коммерческой свободы. Известие о победе союзников при Лейпциге было встречено с восторгом. Приверженцы старооранской партии устроили временное правительство; 1 декабря 1813 г. в Амстердаме было провозглашено освобождение Нидерландов, а сын бывшего наследственного штатгальтера Вильгельма V, Вильгельм I, высадившийся 30 ноября в Скевенингене, был объявлен государем. Прусские войска очистили Н. от французов и, при помощи новосозданной нидерландской армии, взяли несколько крепостей. Конституция 29 марта 1814 г. ограничила власть государя собранием, избираемым провинциальными штатами — «генеральными штатами». Благодаря Англии, желавшей создания на материке, рядом с Францией, государства, достаточно способного к самозащите, лондонскими статьями 20 июля 1814 г. было решено, что Бельгия и Голландия будут соединены в одно целое, под названием королевства Н. Границы его были установлены венским заключительным актом 9 июня 1815 г., и Вильгельм I признан королем государства, заключавшего в себе 60000 кв. км и 5,5 миллионов жителей. Войска молодого королевства, под начальством принца Оранского, приняли видное участие в битвах при Катрбра и Ватерлоо. По второму парижскому миру Н. получили еще полосу земли (прежде французскую), с крепостями Мариенбург и Филиппвилль. Из бывших колоний своих Н. получили обратно лишь Ост-Индские острова, часть Гвианы и мелкие владения в Америке и Африке; Цейлон, Капландия и Демерара были удержаны Англией. Генеральным штатам и бельгийским нотаблям была предложена новая конституция, и хотя большинство бельгийцев высказалось против нее, 24 авг. она была объявлена принятой; генеральные штаты были разделены на две палаты, в которые Бельгия и Голландия посылали равное количество депутатов. Король с успехом занялся урегулированием финансов и поднятием торговли, чему существенно содействовали постройка многих каналов, возобновление колониальной системы в Индии и основание нидерландского торгового общества. Трудностей по слиянию новоприобретенной Бельгии с северными Н. Вильгельму I, однако, не удалось преодолеть: обе части Н. были слишком давно отделены друг от друга, и развитие их пошло по слишком различным путям. Сев. провинции хотели извлекать доходы из высокого поземельного обложения и налогов на роскошь; южные, жившие, главным образом, земледелием и промышленностью, хотели повышения таможенных пошлин. Большое долговое бремя Н. Бельгия несла лишь по принуждению. Выгоды от колоний лишь медленно шли на пользу южным торговым городам, но и эту пользу сев. провинции наблюдали с завистью и, по возможности, урезывали. Хотя правительство и заключило 18 июня 1827 г. конкордат с папой и учредило три новых епископства — в Амстердаме, Брюгге и Герцогенбуше, — оно не могло уничтожить недоверия могущественного в Бельгии католического духовенства. С другой стороны, бельгийские либералы, большей частью валлоны, были недовольны стремлением правительства дать господство фламандскому языку, а также самовластным образом действия короля; они склонялись на сторону Франции. Вследствие соединения клерикалов с либералами июльская революция во Франции вызвала бельгийскую революцию (см. Бельгия). Вильгельм I сначала рассчитывал на силу своего оружия. В 1831 г. принц Оранский победил бельгийцев при Гассельте (8 авг.) и Лувене (12 авг.) и грозил покорить всю Бельгию, но державы, в лондонском протоколе 26 июня 1831 г., высказались за отделение Бельгии от Н. С их согласия Франция оттеснила голландцев, овладела 24 дек. 1832 г. цитаделью Антверпена и, в соединении с Англией, блокировала нидерландские берега. Войне был положен конец лондонским соглашением 21 мая 1833 г. Вильгельм I долго отказывался признать независимость Бельгии, хотя так назыв. 24 статьи 15 октября 1831 г. признали за Н. право на Люксембург и на часть Лимбурга, а также на уплату Бельгией ежегодно 8400000 гульденов, как ее доли процентов государственного долга. Лишь 19 апреля 1839 г. состоялся мир между Н. и Бельгией, по которому размеры бельгийской ренты были уменьшены до 5 млн., восточный Люксембург (см. соотв. статью) соединен личной униею с Н., а доставшаяся Н. часть Лимбурга (см. соотв. статью) вполне объединена с новым королевством, которое насчитывало теперь лишь 11, но зато вполне однородных по языку и по истории провинций. В 1840 г. Вильгельм I (см. соотв. статью) отрекся от престола в пользу сына, Вильгельма II (1840—49), при котором состоялся пересмотр конституции (1849): уничтожено было деление провинциальных штатов по сословиям, для второй палаты введены прямые выборы, хотя и с высоким цензом. Вильгельм III (1849—90) поставил автора новой конституции, Торбеке, во главе свободомыслящего кабинета, осуществившего принципы конституции рядом важных органических законов (право сходок, провинциальное и общинное устройство, организация суда). В исполнение статьи конституции о свободе и независимости церквей от государства, Торбеке в 1852 году заключил договор с римской курией, в котором правительство отказывалось от всякого правительственного надзора за католической церковью и позволяло устройство пяти новых епархий в Н. Папская аллокуция 7 марта 1853 г., возвестившая об этом, вызвала бурю негодования в протестантском населении, на сторону которого стал король, недовольный своим резким министром. Торбеке получил отставку; одно консервативное министерство следовало за другим, воздерживаясь, однако, от всяких реакционных мероприятий. В 1862 г. Торбеке вновь стал во главе правления. Он реформировал систему налогов, провел закон о реальных училищах, отменил рабство в Вест-Индии, но потерпел неудачу в попытке пересоздать колониальное управление и отменить введенную в 1830 г. на Яве систему тяжелого, но выгодного для государства барщинного труда. Новому консервативному кабинету Зейлена фан Нюфельта (1866) пришлось решить люксембургский вопрос (см. соотв. статью). Падение германского союза привело к уничтожению прежней связи между Лимбургом и Германией. В 1868 г. Фрок, в 1871 г. — Торбеке составили либеральные кабинеты, отменившие обременительный газетный налог и смертную казнь. Против воли они были принуждены поставить на очередь военную реформу. Образование герм. империи вызвало в Н. опасения за их самостоятельность: Торбеке, до тех пор всегда стоявший за возможно большее уменьшение военного бюджета, счел необходимым усиление боевой готовности страны. Палата, однако, отказалась от установления всеобщей воинской повинности: лишь закон о крепостях был проведен после смерти Торбеке (1872) министерством Франсена фан де Путте. В 1871 г. Нидерланды продали свои гвинейские владения Англии, получив за то свободу действий на Суматре. Здесь в 1873 г. началась война с султаном ачинским, не захотевшим признать протектората Н. Взятие генералом фан Свитеном, в янв. 1874 г., Кратона. столицы Ачина, принесло мало пользы, так как масса солдат умирала от климата, а расходы на экспедицию были громадны. В июле 1874 г. установилось консервативное м-во Геемскерка, удержавшееся, благодаря искусной лавировке, до сентября 1877 г. Либеральное министерство Каппейне успело только провести новый школьный закон и уступило место умеренному кабинету фан Лейндена (1878). В 1879 г. ген. фан дер Гейден победоносно окончил ачинскую войну, не достигнув, однако, полного умиротворения страны. В 1881 г. было издано новое угол. уложение. Кабинет Геемскерка (с 1883 г.) усиленно занялся пересмотром конституции, тем более, что со смертью кронпринца Александра (1884) вымерло мужское потомство короля и необходимо было решить вопрос о престолонаследии. На выборах 1885 г. оказалось избранным одинаковое число либералов и антилибералов; и последние тормозили все мероприятия м-ва. Палата была снова распущена (1886), и на этот раз либералов было выбрано немного больше. Усиление социал-демократии в Н., беспорядки 1886 г. в Амстердаме и др. городах, общее беспокойство заставили антилибералов ослабить оппозицию: 30 ноября была объявлена новая конституция, увеличившая число избирателей на 200000. При выборах 1886 г. либералы лишь в первой палате оказались в большинстве; Геемскерк подал в отставку, и составилось католическое м-во барона Маккая. Закон о регентстве (1888) предоставил опеку над малолетней королевой, в случае смерти короля, королеве-матери и опекунскому совету из 9 членов, из которых 4 должны были быть назначены королем. В 1890 году Вильгельму III наследовала его дочь Вильгельмина, за несовершеннолетием которой королева Эмма назначена была регентшей. Люксембург окончательно отделился от Н. В это же время нидерландское правительство имело столкновение с Францией из-за области на границе Суринама. Император Александр III, которому вверено было с обеих сторон третейское разбирательство этого дела, решил его в пользу нидерландских притязаний. Выборы 1891 г. доставили большинство либералам. Новый кабинет Тинговен-фан-Поорфлита имел в виду введение всеобщей подачи голосов, реформу финансов и т. п., но эти проекты показались слишком радикальными, и летом 1894 года образовалось министерство Роэлль-фан-Гоутена. Ачинская война вступила в новый фазис, так как ген. Дейкергофф привлек к участию в ней и замиренную часть населения. Не покорены лишь жители малодоступных внутренних частей острова.

Литература по истории Н. Bilderdijk, «Geschiedenis d. vaderlands» (Лейд., 1832—53); Leo, «Zwölf Bücher niederländischer Geschichten» (Галле, 1832—35); Wenzelburger, «Geschichte der N.» (Гота, 1878—86); Blok, «Geschiedenis van het nederlandsche volk» (Гронинг., 1891 сл.); Motley, «Rise of the Dutch republic» (Л., 1856); его же, «History of the United Netherlands» (Л., 1860—64) и «John of Barnevelt» (Л., 1874); Nuyens, «Algemeene geschiedenis des Nederlandschen volks» (Амстердам, 1872—1880), его же, «Geschiedenis der nederlandsche beroerten in de XVI eeuw» (там же, 1865—70; с катол. точки зрения); Groen van Prinsterer, «Handboek der geschiedenis van het vaderland» (4 изд., ib., 1874; антиреволюц.); Arend, «Algemeene geschiedenis des vaderlands» (1840—83); van Weideren Rengers, « eener parlementaire geschiedenis van Nederland» (Гаага, 1889—94).

3) Нидерландская литература начинается во второй полов. XII в. с переводов французских эпических и лирических произведений и с более или менее самостоятельных подражаний им. В течение трех первых веков она не создала ни одного вполне оригинального произведения, и лишь борьба за национальную независимость в XVI в. вызывает самостоятельное творчество. Но и впоследствии Н. литература никогда не приобретала мирового значения и не произвела ни одного великого поэта, имеющего значение вне пределов своего отечества. Являясь верным отражением духа Н. народа, она от начала до конца носит буржуазный характер и, не отличаясь ни смелым полетом фантазии, ни глубоким пониманием жизни, рисует окружающую действительность с благодушным реализмом, в котором почти всегда слышится дидактическая нотка. В ней сказывается убежденная и честная гражданственность народа, закаленного в бою за национальную свободу, сказывается спокойное, ясное миросозерцание буржуазной среды, рано испытавшей свои силы в борьбе за существование. Эта борьба поглотила все интересы трудолюбивого народа, направляя его силы, главным образом, на живую практическую деятельность, и наложила на все проявления народной жизни своеобразную печать здравого и ясного, несколько одностороннего, но всегда честного отношения к жизни и ее задачам. Нидерланды дали убежище и приют великим мыслителям-изгнанникам (Декарту, Спинозе, Бейлю), но они сами не произвели ни одного великого философа. Зато очень значительны их заслуги в области положительных, естественно-исторических и математических. наук. Нидерландцами были Jansen, изобретший в конце XVI в. подзорные трубы; знаменитые математики, астрономы и физики van Ceulen († 1610), Snell († 1626), Huygens († 1695); географ Mercator († 1594); славный в истории медицины Boerhaave († 1738) и др. Много блестящих представителей, значение которых далеко не ограничивается пределами их отечества, дали Нидерланды и филологии, в особенности классической, издавна процветавшей в университетах страны. Таковы Justus Scaliger († 1609), Gerhard Vossius († 1649), Daniel Heinsius († 1655), Hemsterhuis († 1766). Отчасти в связи с этим находится процветание в Нидерландах изучения права, в особенности римского и канонического, затем и государственного и международного. Сюда относятся такие славные ученые как Hugo Grotius († 1645), van Espen († 1728), Thorbecke († 1872). Когда в начале нашего века, под влиянием романтизма, ожил интерес к родной старине, то Н. дали несколько видных работников и науке германской филологии: de Vries, te Winkel (отец и сын), Verdam, Verwijs, Cosija и др. Менее значительны работы нидерландских ученых в области истории и богословия. История Н. литературы может быть разделена на 4 периода: I. Средние века, от начала литературных традиций до середины XVI века. II. Эпоха гуманизма и реформации XVI и XVII вв. III. Переходная эпоха XVIII в. IV. Новое время, от 1800 г. до наших дней.

Средние века. На пороге Н. литературы нас прежде всего поражает полное отсутствие народных эпических сюжетов, столь богато развившихся в литературе других германских народов, хотя некоторые из них прямо приурочиваются к Н. областям (напр. отчасти сага о Гудруне, один эпизод поэмы о Беовульфе). Существует, правда, отрывок Н. поэмы о Нибелунгах (всего 144 стиха, изд. Kalff, 1886), но это не что иное, как перевод известной немецкой поэмы. Даже те саги, которые несомненно нидерландского происхождения, получили литературную обработку впервые во Франции и отсюда уже, в переводах, вернулись на первоначальную их родину. Такова сага о «рыцаре с лебедем» Helias’e, прототипе Лоэнгрина, об Ogier van Ardennen и др. С самого момента своего зарождения, характер, форма и содержание Н. литературы, как в эпосе, так и в лирике, определяется французским влиянием, точкой опоры и рассадником которого был прежде всего двор графов Фландрии, вассалов франц. короля. Здесь жили и пели франц. рыцари-поэты и жонглеры (Chrestien de Troyes, Adenez li Rois и др.). Эпос. Уже самые названия Н. эпических произведений этой эпохи (jeesten = chansons de geste, aventuren = contes d’aventures) указывают как на источники, так и на время возникновения их. Все виды франц. рыцарской эпики переносятся, в переводах, в Нидерланды. Генрик ван Вельдеке, живший во второй половине XII в. под Маастрихтом, перевел на свой родной (нижнефранкский) язык, но в формах, выработанных франц. рыцарской эпикой, Roman d’Enéas, франц. поэта Benoît de St. More (?), лишь слегка изменяя оригинал (Eneide; последнее изд. Behaghel, 1882). Он же перевел с латинского легенду о св. Серватии («Legende van St. Servaas», изд. Bormans, 1858). За ним тянется длинный ряд переводных эпических поэм. К классическому циклу принадлежат перев. «Roman de Troie», того же Benoît, «Historie van Troyen», Maerlant’a (изд. Pauw и Gaillard, 1889), и его же «Alexanders Geesten», с франц. поэмы «Alexandreis» Gauthier de Chastillon (изд. Franck, 1882). К франц. феодальному эпосу принадлежат Carel ende Elegast (изд. Jonckbloet, 1859), отрывки перевода «Chanson de Roland» («Roelandslied», изд. Kalff, 1886), «Renout van Montalbaen» (изд. Matthes, 1875) и т. д. Бретонский цикл — Perchevael (перев. поэмы «Chrestien de Troyes»), Moriaen (изд. te Winkel, 1879) и др. Так как многие из франц. поэм, с которых сделаны переводы, до нас не дошли, то последние часто приобретают самостоятельный интерес по своим сюжетам. Лишь отчасти переведен, с франц. роман о Лисе: «Roman van den Vos Reinaerdes», получивший такую заслуженную славу. Автор этого перевода — Willem, живший около середины XIII в. Поэмы религиозного содержания — «Van den Levene ons Heren» (изд. Vermeulen, 1843), «Sproke van Beatrijs» (изд. Jonckbloet, 1859), обе — XIII в. Рядом с минстрелями, авторами-переводчиками рыцарских поэм, с XIII в. получают все большее значение клерки, ученые поэты, видевшие свое призвание к дидактической поэзии. Между ними первое, по значению, место принадлежит Якову van Maerlant (около 1235 — около 1300). Начал он с рыцарских поэм, но вскоре перешел к дидактике, которой остался верен до конца (обычная форма ее — строфа). Самое важное сочинение его: «De eerste Martijn» (Wapene Martijn), в форме диалога поэта с другом трактующее о различных вопросах, социальных и этических. Его цель — распространение полезных знаний и борьба с безнравственностью. Сходного содержания его поэмы «Dander Martijn» и «Derde Martijn» (все три изд. Verwijs, 1880). Самые известные произведения его — так наз. «Rijmbijbel» (изд. David, 1858—69) и «Spiegel Historiael» (перевод с латинского, изд. de Vries и Verwijs, 1857—63), оставшийся неоконченным. Марлант нашел много последователей и подражателей, между которыми особенно замечательны Velthen, продолживший и закончивший «Spiegel historiael» (изд. le Long, 1727), Jan Boendale (ок. 1285—1365), написавший историю Брабанта («De Brabantsche Yeesten», изд. Willems, 1839), Lekenspiegel (изд. de Vries, 1840—48), диалог Jans Teesteye (изд. Snellaert, 1869) и др. В связи с чисто дидактической поэзией стоят короткие поэтические рассказы — так наз. bispele exempele sproken: «De mantel van Eren», «Van der Feesten» и другие. Иногда дидактическая цель совершенно исчезает, уступая место веселому, не всегда скромному рассказу (boerden): «Wisen Raet van Vrouwen» (сюжет Декамерона III, 2), «Van drien papegayen» и т. д. Sproken и boerden — не что иное как франц. dits и fableaux, в Н. переводах. Время их высшего процветания — XIV в. и начало XV-го в. Среди поэтов этого направления наибольшей славой пользовались Willem van Hildegaersberch († 1409; полное собрание сочинений изд. Bisschop в Verwijs, 1870) и Dire Potter († 1428; изд. Leendertz, 1845—47). Лирика. Первый лирический поэт Н. — Veldeke (см. выше), из стихотворений которого до нас дошло около 30. Он слепо подражает франц. рыцарской лирике. Рядом с ним стоит герцог Ян I Брабантскай († 1294). В общем, этот вид поэзии не нашел много поклонников в Нидерландах. Большее значение приобретает духовная лирика, с дидактически-мистическим оттенком. Среди поэтов этого направления выдается монахиня Hadewijch, XIII в. (изд. Heremans и Ledeganck, 1875). XIV в. дал ряд исторических песен (Karelslied и др.). Драма. Литургическая драма развилась в Нидерландах, как и в других странах зап. Европы, из церковного обряда, сперва на латинск. языке; затем, перешедши в руки мирян (gesellen van den spelen), она пользуется народным языком. До нас дошли только две мистерии XV в. («De eerste Bliscap van Maria» и «De sevenste Bliscap van Maria», изд. Stallaert, 1887) и 2 миракля XVI в.: «Van den heiligen Sacramente van der Nyeuwervaert» (изд. Verwijs, 1867) и «Van Sinte Trudo» (изд. Kalff, 1889). Проза употреблялась первоначально только в официальной и деловой письменности, грамотах и т. д. Лишь с XIV века встречается более художественная проза, в трудах мистиков, среди которых выдается Jan van Ruusbroec († 1381): «Dat Boec van den gheesteliken Tabernacule», «Dat Boec der hoochster Wijsheil» и др., его ученик Geryt van Groot († 1384), родоначальник богатой мистич. литературы XV в. (Jan Briuckerinck, Hendrik Mande, Dirck van Delft и др.). Проза нашла широкое применение также в хрониках («Kroniek van Beka», «Divisiekroniek van Hollant en Vrieslant») и в описаниях путешествий, большей частью фантастических и переводных. Наконец, с XV в. начинают распространяться и народные книги, пересказывающие в народном вкусе содержание рыцарских романов и т. д. К средним векам относится еще зарождение так наз. риторических камер, получивших высшее развитие лишь в XVI в. Первоначально это были духовные братства среди городских жителей, и их литературная деятельность ограничивалась постановкой духовных драм. Мало-помалу они получают более светский характер и преследуют самостоятельные литературные цели, сохраняя, однако, преобладающий дидактический тон. Число их доходит до 300; почти каждый город имеет одно или несколько таких обществ, носящих каждое какое-либо аллегорическое название. Их внутренняя организация и литературная деятельность имела много общего с немецким мейстерзангом. В пределах каждого общества, а также между отдельными обществами ежегодно устраивались поэтические состязания (еще в XVII в.), обыкновенно в драме (литургической и символико-дидактической), но также и в дидактических стихотворениях. Цеховой характер этих обществ, традиционное ремесленное понимание поэзии, ограниченность тем, обработка формы в ущерб содержанию — все это связывало поэтов и не дало развиться среди них ни одному значительному таланту. В свое время, славились Anthonis de Roovere († 1482), Cornelis Everaert († 1566), в особенности Matthijs de Castellin († 1550). Последнему принадлежит труд, излагающий теорию этой поэзии: «De Coast van Rethoriken» (1655).

Эпоха реформации и гуманизма. Реформационное движение внесло новое оживление в риторические камеры, ставшие почти без исключения на его сторону. Религиозное вдохновение вызывает к жизни новую, более живую религиозную лирику, пользующуюся, правда, традиционными формами, но искреннюю, страстную по содержанию (Willem van Haecht, Peeler Heyns и др.). Гонения послужили к еще большему оживлению этой лирики, к которой, со времени открытого восстания против испанцев, присоединяется богатая литература так наз. Geusenliedekens — народных песен отчасти религиозного и политико-сатирического характера, отчасти просто исторических (изд. van Lummel: «Nieuw Geuzenlied-boek», 1874). В них впервые проявляется оригинальное, чисто национальное творчество. Они большей частью анонимны, но ими прославился Марникс де Сент-Альдегонд (см. соотв. статью). Гуманистические тенденции рано проникли в Нидерланды и богато развились в деятельности Рудольфа Агриколы (см.), Эразма Роттердамского и многих других. Они долго держатся лишь в стенах школы и ученого кабинета, вызывают к жизни новую латинскую лирику, латинскую школьную драму, но затем проникают и в более широкие круги общества. Видную роль сыграли в этом отношении переводы классиков. Cornelis van Ghistele (полов. XVI в.) перевел «Энеиду», комедии Теренция, сатиры Горация 1569 и др. За ним идет ряд других переводчиков, а в скором времени и поэтов, подражающих классикам (Marcus van Vaernewijk ум. 1569, Houwaert ум. 1599 и друг.). Видное положение в этой области занимает Karel van Mander, выходец из Фландрии (ср. выше, Н. язык). Он не только переводит «Буколики» и «Теоргику» Виргилия и 12 первых песен Илиады (с франц.), но берется и за самостоятельное творчество («De Grond der Schilderconst», дидактическая поэма и т. д.). Dirck Volkertsz Coornhert, видный общественный деятель († 1590), перевел первые 12 песен Одиссеи, написал сборник лирических пьес («Liedboek», 1575) и ряд дидактических стихотворений. В прозе он замечателен как переводчик 50 новелл Декамерона, «De orticiis» Цицерона, «De consolatione pbilosophiae» Боэция (1585), наконец, как автор самостоятельного дидактического трактата: «Zedekunst dat is Wellevenskunst» (1586). Наиболее блестящие плоды гуманизма проявились в Н. литературе лишь в XVII в., создавшем трех выдающихся поэтов. В их произведениях впервые национальная литература Нидерландов проникается художественными идеалами возрождения. Эпоху в этом отношении создали Pieter Corneliszoon Hooft (1581—1647), выдающийся поэт и прозаик Joost van den Voudel (1587—1679) — преимущественно лирик и сатирик; наконец, Константин Huygens (1596—1686), отец математика — выдающийся филолог, в произведениях которого преобладает сатира и дидактика. К этим трем поэтам примыкает Яков Cats († 1660), очень популярный в свое время писатель-юморист, наиболее яркий выразитель буржуазной поэзии. По их стопам идут лирики Daniel Heinsius († 1655) Johan van Heemskerk († 1656), Camphuisen († 1626), van der Goes († 1684), комик Bredero († 1618) и другие.

Переходная эпоха. Уже в конце XVII в. замечается упадок. Он выражается преобладанием французского классицизма, перенесенного в Нидерланды французскими эмигрантами. Мало-помалу совершенно замирает самостоятельное творчество. Литературная работа сводится к рабскому и большей частью неудачному подражанию французам. В немногих лишь поэтах сказывается большая самобытность; таковы лирики van Broekhuizen († 1707), Poot († 1733), van Haren (1779), автор комедии Langendijk († 1756) и немногие другие. Лишь эпоха революционных войн, вызвав сильный подъем патриотических чувств, побудила к новой деятельности и поэзию. Знаменитейший из патриотических поэтов этого времени — Jan Fredrik Helmers († 1813); рядом с ним стоят Feith’a († 1824), шедший по стопам Клопштока. эпик Bilderdijk († 1831) и юморист Staring († 1840).

Новое время. Романтизм также нашел отголосок в Н. литературе Первый выдающийся романтик Нидерландов был Яков van Lennep («Nederlandsche Lesenden», «Eduard von Gelre», «»; исторические романы в духе Вальтера Скотта — «Pleegzoon», 1833; «Onze Voorouders» 1838—44 и друг.). Рядом с ним стоит P. van Limburg-Brouwer (роман «Hermingard van de Eikenterpen», 1832). К романтизму примкнули также Nikolaas Beets («Guy de Vlaming», 1837; сборники стихотворений «Korenbloemen», «Madelieven», «Camera Obscura»), B. St. ter Haar («», 1838; «De St. Paulus Rots»), ter Kate («De schepping»), H. Vinkeles («Romantische Poezy»). Дальнейшее развитие H. литературы прошло по всем этапам, отмечаемым в истории немецкой и французской литературы. Выдающееся положение занимают еще теперь сочинения P. A. de Génestet (1829—1861): «Eerste Gedichten», «Laatste der Eerste» и друг. Большой популярностью пользуются также Hendrik Jan Schimmel, известный литературный критик, van Hall, van Beers («Jongelingsdroomen», «» и друг.). Своей прозой прославились Jakob Geef («», 1838), Simon Gorter, Bosboom-Toussaint, жена известного живописца († 1886). Вполне своеобразное положение занимает Dekker, писавший под псевд. Multatuli («Max Havelaar»). Известнейший автор романов новейшего времени — Tony Bergmann († 1884; псевд. — Tony; его лучший роман — «Ernest Staas»). С 1880 г. выдвинулся кружок молодых писателей, группирующихся около амстердамского журнала «De Nieuwe Gids». К ним принадлежат Verwey, Kloos и друг. Под французским влиянием школы Золя стоят Louis Couperus, van Looy. Alberdingk Tbijm, Frans Netscher. Cp. Jonckbloet, «Geschiedenis der Nederlandsche Letterknnde» (3 изд., 1884—85, немецкий перевод, Лпц., 1870—72); L. Schneider, «Geschichte der niederländische Litteratur» (Лпц., 1887); Stecher, «».

Нидерландский язык — литературный яз. королевства Нидерландов (Голландии) и фламандских областей Бельгии. В средние века его называли Dietsch (диал. duutsch), в XVII в. — Nederduitsch; теперь обычное и официальное название Nederlandsch (иногда Hollandsch). Он развился из взаимодействия трех основных германских наречий, издавна господствовавших на почве нынешних Н. и теперь еще заметных в говорах: саксонского (в вост. провинциях), фризского (на С и З, между прочим — в Голландии в узком смысле) и нижнефранкского (на Ю Нидерландов и в сев. и вост. провинциях Бельгии). Преобладающее значение в истории развития Н. литературного языка имело наречие нижнефранкское, одна из отраслей нижненемецкой группы языков; Н. язык может считаться прямым продолжением нижнефранкского. Этим объясняется близкое сходство его с немецким. В нижнефранкской области (в Лимбурге) замечаются первые зачатки Н. литературного языка, во второй половине XII в., в произведениях рыцаря Henrik’a van Veldeke, принадлежащего и к немецкой литературе, в качестве отца миннезанга и рыцарской эпики. Вполне сознательное стремление к созданию общего литературного языка мы находим в произведениях Jacob’a van Maerlant (1235—1300). С XIV в. усиливается влияние фризского и саксонского элементов. Борьба наречий в литературе продолжается еще в XV и отчасти в XVI в. Когда в конце этого века бельгийские провинции окончательно были отделены от северных и подчинены Испании, то масса образованных фламандцев и брабантцев выселилась в свободные Нидерланды. Будучи, в общем, литературно развитее и образованнее нидерландцев, они стали во главе умственной и литературной жизни юного государства (Karel van Mander, Daniel Heinsius и др.) и дали решительный и окончательный перевес своему — т. е. нижнефранкскому — языку над сев. наречиями. С этого времени развитие литературного языка идет уже без значительных перерывов: нижнефранкский язык, становясь Н. литературным языком, принял сравнительно немного фризских и еще меньше саксонских элементов. Официальная письменность сев. провинций (грамоты, местные хроники и т. д.) примыкает к общему языку уже со времени утрехтской унии (1579); этим же языком написан перевод Свят. Писания, официально признанный Н. церковью (1619—1637). Правительство Батавской республики поручило двум ученым составление официальной грамматики, орфографии и словаря Н. языка (Siegenboek, «Woordenboek voor de N. Spelling», 1805; Weiland, «Nederduitsche Spraakkunst», 1805). Современная орфография (созданная в 1865 г. Те Winkel’ем и De Vries’ом) принята в школах и правительственных учреждениях в 1883 г. В германских (фламандских) провинциях Бельгии литература и литературный язык не могли развиться так быстро и богато, в силу политических условий; господствующим языком интеллигентных классов стал французский, признанный официальным в новосозданном бельгийском королевстве (1830). С 1839 г. возникло движение, имевшее целью поднять и здесь Н. литературный язык на степень официального, наравне с французским. Во главе этого, так наз. фламандского движения стоял Jan Frans Willems. Рядом узаконений, с 1873 г., правительство оказалось вынужденным признать равноправность Н. языка. Учреждение в 1886 г. Королевской Фламандской акад. наук явилось окончательным выражением победы фламандского движения. Язык бельгийских писателей, примкнувших к нему (Hendrik  и др.), в общем совпадает с литературным языком, господствующим в Нидерландах, хотя и сохраняет в лексиконе и синтаксисе некоторые местные особенности. Особенности Н. правописания: аа (ае) = ā; eu = ö; ij = ei; ieu = iü; oe = ū; ou = au; u = ü; ui = eu; uu (ue) = u; s = русск. c, z = русск. з; sch = русск. cx.

Грамматики и словари: для средневекового языка — J. Franck, «Mittelniederdeutsche Grammatik» (Лпц., 1883); J. Verdam и E. Verwijs, «Mnl. Woordenboek», с 1882 г.; для современного языка — van Helten, «Kleine Nederlandsche Spraakkunst» (5 изд., 1885); Terwey, «Nederl. Spraakkunst» (7 изд., 1889); Ahn, «Holländische Sprachlehre» (19 изд., 1886); Gambs (4-е изд., 1880). Большой словарь по типу нем. словаря Гримма: «Woordenboek der Nederlandsche Taal» начат в 1864 г. de Vries’ом и te Winkel’ем. Н.-немецкий словарь — Sicherer и Alkveld (Амстердам, 1886); Calisch, «Nederlandsch-Duitsch Woordenboek».

4) Нидерландское искусство. — Архитектура. В страну, занимаемую ныне Бельгией и Голландией, эта отрасль искусства проникла еще во времена римлян, как о том позволяют судить остатки древних сооружений в Лейдене, Турнѐ и др. пунктах; но она не производила ничего значительного до XI ст. по Р. Хр. С этого времени Нидерланды, прилегая с одной стороны к Франции, а с другой — к Германии, долго подчинялись в своем искусстве той и другой. Таким образом, Н. постройки романской эпохи, в которой художественное движение исходило из Германии, имели характер архитектуры соседних прирейнских земель. Среди таких сооружений можно указать в особенности на собор в Турнѐ, относящийся к XI в. и в котором средний и поперечный нефы представляют весьма простую раннероманскую конструкцию с применением циркульных арок. Даже позже, в XII ст., церкви Голландии и Бельгии продолжали строиться в том же роде; сводами покрывались в них только крипта и хоровое пространство, между тем как над нефами устраивался плоский деревянный потолок на балках, а орнаментация стен, повсюду довольно скудная, состояла почти исключительно в стенных вертикальных выступах, полукруглом обрамлении арок и подпирающих его консолях. В следующем за тем столетии, из сев.-вост. Франции проник в Нидерланды раннеготический стиль, подвергшийся здесь, однако, некоторым изменениям. Церкви, сооружаемые в этом стиле, сохраняют его скученность и массивность, но не получают его украшений и отзываются романством, хотя в них и являются постоянно стрельчатые арки; примеры таких построек мы видим в црк. св. Николая, в Генте, в Утрехтском собор и в црк. Богородицы в Торнгерне и Дордрехте. Их нефы невысоки и нешироки, но зато вытянуты в длину и вместительны; тогда как во Франции и Германии вышина среднего нефа втрое больше его ширины и даже превосходит этот размер, в Нидерландах она редко достигает до удвоенной ширины. Очень обыкновенное явление составляют церкви о нескольких нефах, каковы напр. црк. Богородицы в Амстердаме и Брюгге, Петровская в Лейдене и Иоанновская в Герцогенбуше, в которых имеется по пяти нефов. В наружности сооружений видно стремление производить впечатление массивностью целого, пренебрегающее разработкой деталей и доходящее в Голландии до крайней сухости и грузности. Красивый боковой портал црк. св. Сервация в Мастрихте и порталы соборов в Динанте и Гюи — единственные роскошные входные двери, еще в XIII ст. украсившиеся статуями, и только в хоре собора Турнѐ (заложенном в 1260 г.) готический стиль впервые высказывается с полным блеском. Вообще же этот стиль еще долго не расстается в Нидерландах со своей первоначальной простотой и неорнаментированностью; лишь в последней половине XIV и в продолжение XV ст. приобретает он большую роскошь и изящество, хотя все-таки в нем остается что-то ординарное, и бедная внешность его памятников составляет поразительный контраст с их богатой внутренней отделкой. Самым красивым храмом окончательно развитого готического стиля в Голландии считается црк. св. Петра в Лейдене, а в Бельгии стиль этот достигает до высшего изящества в црк. Богородицы в Галле, близ Брюсселя (сооружена в 1341—1409 гг.). Около означенного времени выстроен ряд больших соборов: св. Ромбольда в Мехельне, Богородицы в Антверпене (самый огромный из всех готических храмов в Нидерландах, отличающийся очень красивой, чрезвычайно живописной в перспективном отношении внутренностью), св. Петра в Лувене и др. Наконец, церковь св. Гудулы в Брюсселе, св. Мартина в Иперне, св. Иоанна в Герцогенбуше и Сент-Водрю в Монсе, выстроенные перед тем в больших размерах и отделанный внутри в благородном, строго выдержанном стиле, получили теперь также внешнюю блестящую отделку, в отношении которой две последние из этих церквей превосходят все другие Н. храмы. Еще с большим блеском выказалось Н. зодчество в сооружениях гражданского характера, каковы городские вечевые башни (beffrois), ратуши, торговые дворы, гильдейские палаты, дома различных корпораций. Постройка подобных зданий, без которых не обходился ни один сколько-нибудь значительный город, особенно в промышленной и разбогатевшей через морскую торговлю Фландрии, производилась на общественный счет, и местные обыватели не жалели издержек для того, чтобы возводимое здание не только удовлетворяло своему назначению, но и свидетельствовало об их силе и достатке. Поэтому большинство таких зданий отличается обширностью и роскошью; заимствуя декоративные формы от церковной архитектуры, они представляли их в видоизменении, так что не утрачивали своего светского характера и приспособленности к данному назначении. Одно из самых старинных и, вместе с тем, великолепных зданий этого рода — палата суконщиков (ныне городская ратуша) в Иперне (1200—1364), колоссальное сооружение с высокой, массивной башней над серединой главного фасада и с меньшими башнями по углам. Затем заслуживают быть упомянутыми: небольшая, но очень красивая ратуша в Брюгге (заложенная в 1377 г.), представляющая уже значительно выработанные готические формы, торговые ряды в Генте (1424), мясные в Антверпене (1500—1503), шкиперский дом в Генте (1531), брюссельская ратуша, едва ли не самое блестящее и величественное здание рассматриваемого рода, основанное мастером И. ван Тименом в 1401 г. и соединенное с огромной башней (в 340 фт. вышины), стройный, тонкий шпиль которой закончен И. де Рейброком, в 1455 г. Далее, можно указать на ратушу в Лувене (1448—63), не столь большую, как брюссельская, но разукрашенную еще богаче, чем она, на сравнительно простую, но изящно расчлененную ратушу в Монсе и подобную ей в Оуденарде (1527—30), в которой мотивы лувенской и брюссельской разыграны в новых, интересных вариациях, на ратушу Куртре (1528—29), более простого вида, и, наконец, на не особенно гармоничную ратушу в Аррасе. Последние из перечисленных памятников показывают, что Н. зодчие даже в начале эпохи Возрождения продолжали любить готику и в своих сооружениях нередко соединяли ее элементы с классическими. Такой смесью стилей особенно поражают готическая в главных своих чертах црк. св. Иакова и тяжелый по формам двор судебной палаты в Люттихе. Только со второй половины XVI ст. стиль Возрождения освободился от примеси предшествовавшей архитектуры. Из первых построек, выдержанных вполне в этом стиле, наиболее любопытны антверпенская ратуша, восточный фасад гентской, живописная лейденская ратуша, црк. св. Карла в Антверпене (1614) и могущая считаться типом голландского ренессанса бывшая ратуша (1648—55, ныне королевский дворец) в Амстердаме — произведения Я. ван Кампена, с тощими по разделке и монотонными внешними стенами и с не соответствующими им высокими фронтонами и характерно-голландскими, беспокойно-фантастическими украшениями и обелисками на краях крыши. Такие же сухость и монотонность господствуют в архитектуре Голландии во все продолжение XVIII ст., в эпоху стиля барокко, распространяясь из этой страны в торговые города сев. Германии и Дании; Бельгия же более или менее придерживается в это время французской архитектуре и ее изменявшимся оттенкам. Не ранее как в XIX ст. возвращается она к чистому, благородному стилю Возрождения и украшается такими превосходными сооружениями, как Гентский университет, тамошняя судебная палата, национальный банк, биржа, дворец правосудия, королевский музей и нек. др. здания в Брюсселе.

II. Скульптура. Первыми проявлениями пластики в Нидерландах были, по-видимому, рубленные из камня консоли, карнизы и фризы с рельефными изображениями зверей, карикатурных человеческих голов и фантастических животных, составлявшие принадлежность церковной архитектуры еще в византийско-романскую эпоху. Однако, из подобных произведений не дошло до нас ничего, кроме скульптур очень грубого, тяжелого стиля в северном крыле поперечного нефа собора в Турнѐ. Древнейший из известных памятников Н. пластики — хранящаяся в црк. св. Варфоломея, в Люттихе, и относящаяся к XII в., бронзовая купель, украшенная рельефными фигурами и утвержденная на 12-ти изваяниях быков, произведение Ламберта Патраса, из Динанта на Маасе, где возникла и довольно долго существовала школа литейщиков, работавшая не только на родину, но и на сев. Францию. Произведений из камня, принадлежащих не только романской эпохе но и временам готики, в Голландии совсем не сохранилось, а в Бельгии уцелело очень мало, да и те из них, который не исчезли, свидетельствуют о незначительности успехов, достигнутых скульптурой в этих странах ранее XIV стол. В этом столетии образовалась в Турнѐ школа до некоторой степени искусных ваятелей, которым должны быть, по всей вероятности, приписаны скульптуры, украшающие портал местного собора, в том числе колоссальная статуя Мадонны, не лишенная своеобразной красоты, а также многие из надгробных камней конца XIV и начала XV ст. Около того же времени скульптурная деятельность получила сильный толчок, благодаря неравнодушию бургундского герцога Филиппа Смелого к искусству. Этот государь привлек в Дижон, свою резиденцию, несколько Н. художников и всяким образом поощрял их к труду. Во главе образовавшейся здесь художнической колонии стоял голландец Клаус Слютер, исполнивший в 1399 г. великолепный «Моисеев колодезь», для местного картезианского монастыря (находящийся ныне в Дижонском музее), надгробный памятник герцога; он же основал школу, реалистическое направление которой вскоре затем оказало очевидное влияние на живописцев Губерта и Яна ван Эйков. Дальнейший шаг вперед, сделанный Н. ваянием в конце XV и начале XVI ст., показывают превосходный мавзолей Марии Бургундской (в церкви Богородицы, в Брюгге), исполненный брюссельским мастером Яном де Бакером в наивно-реалистическом стиле и отличающийся большой тонкостью отделки, а также резной из дерева камин в бывшей судебной палате того же города — роскошный образец подобных произведений, бывших тогда в моде, сработанный в 1529 г. многими художниками и представляющий, сверх красивых орнаментных мотивов в стиле Возрождения, портреты императора Карла V и членов его фамилии, в фигурах почти натуральной величины, и мраморные рельефы с изображением библейских сцен. В XVII ст. Н. скульпторы почти постоянно ездили учиться в Италию, влияние которой поэтому сильно отразилось на их искусстве. Из ряда этих художников особенно выдалось семейство Дюкенуа. Старейший его представитель, Генрих, принадлежавший еще к прежней туземной школе, прекрасно работал из мрамора и, уступая в правильности рисунка и благородной простоте композиций своему знаменитому сыну, Франциску, умел тем не менее придавать своим фигурам жизненность и изящество. В Брюсселе, где он жил и умер, находятся многие из его произведений, между прочим известная бронзовая фигура фонтана «Маннекен-Пис». Вышеупомянутый Франциск Дюкенуа (1594—1643), прозванный в Италии, по своей национальности, il Fiammindo (Фламандцем), снискал себе громкую известность в Риме преимущественно живыми, милыми, пухленькими детскими фигурами, но выказал свой талант также и в крупных, серьезных произведениях, какова напр. статуя св. Сусанны в римской церкви C.-Мария-ди-Лорето. Младший брат этого художника, Иероним, близко походит на него в некоторых своих произведениях, особенно в отношении рубки из мрамора; он оставил нам замечательный образец своей работы в великолепном памятнике епископа Антония Триеста, находящемся в гентском соборе. Из последователей Ф. Дюкенуа еще более выдается его ученик Артус Квеллинус (1608—1668), которому принадлежат выдержанные в благородно-простом стиле скульптуры, украшающие внутренность и наружность амстердамской ратуши. Мартен ван ден Богарт, родом из Бреды (1640—1694), поселившийся в Париже и переделавший там свою фамилии на «Дежарден», пользовался у французов таким почетом, что ему были поручаемы многие работы по скульптурному украшению королевских дворцов и садов, а также заказана модель статуи Людовика XIV верхом на коне, стоявшей на Вандомской площади в Париже и разрушенной во время революции. Около этой поры, во Франции и Италии распространился вкус к скульптурным изделиям из слоновой кости. Их исполнением занимались преимущественно Н. мастера, среди которых самым искусным был Франсис де Боссюи, из Брюсселя. В XVIII ст. Н. пластика впала в безвкусие так назыв. париковского стиля; освобождаться от него она стала только в настоящем столетии, благодаря Маттиасу Кесселю (1784—1836), указавшему ей здраво-реалистическую дорогу, но надолго оставшемуся, в значении скульптуры круглых фигур, изолированным явлением в Голландии, которая и ныне не может выставить достойных соперников первоклассным скульпторам других стран. В Бельгии, со времени приобретения ею политической самостоятельности, хотя и последовало общее оживление национального искусства, однако оно охватило пластику значительно слабее, чем искони любимую в этой страны живопись. По крайней мере, в этом убеждают нас историко-монументальные произведения В. Гэфса, Ш. Франкина, Э. Симониса и других выдающихся новейших скульпторов, выказавших свой талант преимущественно в произведениях жанрового характера и в салонных работах.

III. Живопись, впоследствии столь пышно расцветшая в Бельгии и Голландии, без сомнения, существовала в этих странах еще в средние века, служа пособницей архитектуры при украшении церквей стенными фресками и производя как станковые картины, так и книжные миниатюры. Однако памятников Н. живописи, относящихся к этой начальной ее эпохе, почти совершенно не сохранилось. Самый древний из них: остатки колоссальных фресок, средины ХШ стол., в бывшей капелле Балокского госпиталя, в Генте, изображавших «Небесное увенчание Богородицы», Св. Христофора и Иоанна Крестителя и, при всей наивности своего рисунка и грубости исполнения уже ясно выказывавших национальную особенность Н. искусства — стремление к реализму. Еще в начале означенного столетия Мастрихт славился, наравне с Кельном, своими мастерами по части писания алтарных и переносных икон, но до нас не дошло ни одного их произведения, исполненного ранее 1360 г. Миниатюры Н. работы, относящиеся к XIII в., встречаются чаще, но все-таки в небольшом количестве. Как на самые любопытные между ними, можно указать на иллюстрации рукописных библии, минеи и латинского перевода Иосифа Флавия, хранящихся в Парижской публичной библиотеке, и вульгаты, в Семинарской библиотеке в Люттихе. К концу XIV стол. живопись составляла в Нидерландах столь распространенную профессию, что в больших городах этой страны возникли особые, не зависимые от других корпораций, гильдии живописцев. В подобных обществах, нашедших сильную поддержку себе в графах фландрских и голландских и обыкновенно ставивших себя под покровительство Богородицы и евангелиста Луки, группировались не только мастера, занимавшиеся писанием церковных и домашних икон, но и миниаторы, живописцы на стекле, раскрашиватели статуй, резных алтарных украшений, щитов, знамен, палаток, балдахинов, экипажей — словом, все, так или иначе работавшие кистями и красками, на труд которых в то время, пристрастное к пестрой декоративности, существовал большой запрос как в повседневной жизни высшего сословия, так и при устройстве процессий, турниров и др. празднеств. Первая из таких гильдий основалась в Генте; вслед за ней образовались подобные же корпорации в Брюгге, Лувене, Турнѐ, Антверпене и многих других пунктах. Принадлежавшие к ним «аллюминеры» рукописей и живописцы станковых картин, отличающиеся чистотой и тонкостью работы, уважались не только у себя на родине, но и за ее предками. Так, мастер Иоанн из Брюгге (которому принадлежат, между прочим, великолепные миниатюры Библии 1371 г., хранящейся в Вестренланском музее, в Гааге) был придворным живописцем французского короля Карла V, а братья этого государя содержали при себе на службе также фландрских и брабантских миниаторов. Еще благоприятнее для успехов живописи сложились условия после соединения Нидерландов с Бургундией. Герцоги Филипп Смелый и его сын, Иоанн Бесстрашный, не будучи сами большими любителями искусства, перенесли в Брюгге роскошь и меценатство французского двора и через то способствовали быстрому развитию художественной деятельности, еще перед тем укоренившейся в их владениях. Таким образом, во Фландрии, преимущественно в Брюгге, расцвела замечательная, влиявшая на другие Н. художественные центры школа живописцев, которая, хотя и не отделалась еще вполне от средневековой сухости и угловатости форм, приняла, однако же, ясно определенный, самостоятельный, национальный характер. Основными чертами этого характера, удержавшимися и при дальнейших стадиях развития Н. живописи, были стремление к точному подражанию природе в отношении как рисунка, так и красок, и тщательная, иногда чресчур мелочная отделка не только существенного в картине, но и малейших ее деталей. Во главе этой школы вскоре явились Ян ван Эйк (1390? — 1440) и его брат Губерт (1366? — 1426), значительно усовершенствовавшие технику масляной живописи и доставившие чрез то своим современникам и следовавшим за ними поколениям художников возможность достигать большей, чем прежде, силы красок и прочности живописи. Из многочисленных учеников и последователей ван Эйков приобрели известность в особенности фламандцы Иост Гентский, Петер Кристус, Гуго ван дер Гус, Герард ван дер Мэрен, Рогир ван дер Вейден, Ганс Мемлинг и голландцы Дирк Стюербоут, Альберт ван Оуватер и Герард ван Гарлем. С наступлением XVI столетия первенство по части живописи Фландрия уступила Брабанту и Голландии, причем направление, указанное этой отрасли искусства ван Эйками, постепенно ослабевало, и под влиянием духа Возрождения, достигшего в своем распространении до устьев Рейна, все более и более усиливалось стремление художников к более полной разработке форм, к большей свободе и разнообразию композиций, к сообщению фигурам большей оживленности и выразительности, к большей смелости и ловкости технических приемов. Между художниками, шедшими по этому пути, самыми значительными должно признать Квентина Массейса (около 1460—1530) из Лувена, и Лукаса Якобса (1494—1533), прозванного, по месту своего рождения, Лукой Лейденским. Одновременно с этими мастерами и до средины того же столетия действовала немалочисленная категория живописцев, увлекавшихся произведениями итальянской школы, ездивших для их изучения в Италию и создававших свои фигуры в стиле корифеев ее живописи, особенно в стиле Рафаэля и Микеланджело. В числи таких художников наиболее видными были Барент ван Орлей, Михель Кокси, Ян Госсарт, Ян Схорель, Антонис Мор и Мартен Гемскерк. Это «итальянизирующее» направление еще более усилилось и, вместе с тем, освободилось от первоначальной неловкости и облагородилось в работах живописцев последней половины XVI стол., во главе которых стоят Ламберт Сутерманс, прозванный Л. Ломбардом (1506—66), и его ученик Франс Флорис (собственно Ф. де Вриндт, ок. 1518—70), известнейший и влиятельнейший из Н. мастеров того времени, выработавший себе чрезвычайно щеголеватую манеру, но, подобно большинству современных ему итальянцев, столько же холодный по чувству, сколько и притязательный по замыслу. К Ф. Флорису примыкает ряд учеников, между которыми заслуживают быть упомянутыми в особенности два Франса Франкена, два Франса Поурбюса, Антонис Блокланд, Лукас де Гэре и Мартен де Вос. Кроме них работали в духе выдающихся мастеров итальянской школы Бартоломеус Спрангер, Отто Вениус, Корнелис Корнелиссен, прозванный К. Гарлемским, Гендрик Гольциус, Абрагам Блумарт и многие другие. Но параллельно с этим подражательным направлением развивалось иное, отличавшееся более свежим, независимым натурализмом, обращавшееся за сюжетами для картин в сферу народного быта и с любовью, простодушно воспроизводившее действительную жизнь и отечественную природу. Представителями национально-реалистического направления явились Петер Брюгель Старший (так назыв. Мужицкий Бр.), его сын Петер Брюгель Младший (Адский Бр.), Лукас Валькенборх, Иохим Бюкелар, Питер Артсен, Паулус Бриль, Гендрик Стейнвейк Старший и нек. др. Таково было состояние живописи в Нидерландах, когда поднялась ожесточенная борьба их северных областей с угнетавшим их испанским владычеством, окончившаяся, в первых годах XVII стол., заключением между воюющими сторонами сначала двенадцатилетнего перемирия, а потом и прочного мира, которым была признана полная независимость голландских провинций, или штатов, тогда как Брабант и Фландрия остались во власти испанских королей. Это важное событие, разъединившее северную и южную части страны одну от другой в политическом отношении, обособило также условия духовной и материальной жизни в каждой части и, в области искусства, имело последствием разделение нидерландской живописи на две ветви, из которых каждая, развиваясь самостоятельно, но не покидая национальной почвы и иногда соприкасаясь с другой ветвью, быстро достигла до пышного, необычайно обильного расцвета. Эти две ветви — голландская и фламандская живописные школы. История той и другой со времени распадения на них нидерландской живописи, до такой степени изобилует фактами, что мы считаем более удобным не вдаваться здесь в ее очерк, а представить его в особых статьях (см. Голландская живопись и Фламандская живопись).

Литература. Schayes, «» (2 т., 2 изд., Брюссель, 1852); Ph. Baert, «» (Брюс., 1847); К. van Mander, «Het schilderboeck» (Алькмар, 1604); Kram, «» (6 т. Амстердам, 1856—63); van Eijden en van den Willigen, «Geschiedenis der vaderlandsche schilderkonst sedert de helft des XVIII eeuw» (4 т., Гарлем, 1866 и сл.); С. Schnaase, «Geschichte der bildenden Künste» (тт. VII и VIII, 2 изд., Дюссельдорф, 1876—79); Crowe et Cavalcaselle, «» (перев. с англ., 3 т., Брюссель, 1862—63); A. Michiels, «» (11 т., Пар., 1865—78); A. Weltmann und K. Woermann. «Geschichte der Malerei» (3 т., Лпц., 1878); Riegel, «Beiträge zur niederländisch. Kunstgeschichte» (2 т., Берл., 1882); W. Bode, «Studien zur Geschichte der holländisch. Malerei» (Брауншвейг, 1883); A. Wauters, «La peinture flamande» (один из томов издания «»); H. Havard «» (т. же); П. П. Семенова, «Этюды по истории Н. живописи на основании ее образцов, находящихся в публичных и частных собраниях Петербурга» (СПб., 1885—90).

Дополнение 
* Нидерланды (XXI, 15—20) — королевство в Зап. Европе. Владения Н. вместе с колониями расположены в 4 частях света и занимают 2078717 кв. км., с 43306825 жителями, а именно:

Обороты внешней торговли Н. громадны; в этом отношении Н. занимают четвертое место среди стран Европы (после Великобритании, Германии и Франции), а из внеевропейских стран Н. уступают только Соед. Штатам Сев. Америки. В 1903 г. привоз в метрополию оценивался в 2278 милл. гульденов (1 голл. гульд. = 78 коп.), вывоз — в 1951 милл. гульд.; привоз в колониях (1902 г.) — 203 милл. гульд., вывоз — 265 милл. гульд.; из них около 90% падает на Малайские о-ва. В порты метрополии в 1903 г. пришло 11980 судов в 10569024 тонны, вышло из них 12012 суд. в 10506366 тонн; из иностранных судов более всего немецких (около 30% общего количества); колонии в 1902 г. посетили 4475 судов в 2135328 тонн, почти исключительно паровые. Торговый флот Н. в 1904 г. состоял из 707 суд., вместимостью в 1119818 куб. м., из них паровых 268, в 956006 куб. м.; флот колоний (1902 г.) — 2594 суд., в 325361 куб. м., из них паровых 157, в 145079 куб. м. Железных дорог в Н. в 1903 г. было 2931 км., кроме того паровых трамваев — 1583 км.; в колониях: на о-ве Яве (1902 г.) — 1928 км. и 1622 км. паровых трамваев, на о-ве Суматре (1901 г.) — 313 км. Длина телеграфных линий: в метрополии (1904 г.) — 6780 км., в колониях (1902 г.) — 10248 км., из них подводных 2156 км. Длина телефонных проводов в Н. (1903 г.) — 22437 км., в колониях (1901 г.) — 22144 км. Войско Н. (1904 г.) состоит из 28858 чел. регул. и 42976 чел. милиции, в военное время (вместе с милицией) доходит до 145000 чел.; колониальные войска — 46731 чел., из них 5441 милиции. Военный флот (1904 г.) — 155 суд., с 981 пушкой, из них 33 бронированных, с 427 орудиями, кроме того 161 миноносец; экипаж — 16140 чел. (считая колониальные порты). Государственный бюджет (1904—1905 г.): доходы 166,5 милл. гульд., расходы — 174,9 милл. гульд.; бюджет колонии (1904 г.): доходы — 155,0 милл. гульд., расходы — 167,3 милл. гульд. Долг к 1905 г. составлял 1104 милл. гульд.

Государственное устройство. На основании избирательного закона 7 сентября 1896 г. право голоса при выборах во вторую палату генеральных штатов принадлежит всем голландцам мужского пола, достигшим 25-летнего возраста, удовлетворяющим одному из следующих условий: 1) уплата в последний год либо земельного налога в размере не ниже одного гульдена, либо какого-нибудь другого прямого государственного налога не ниже нормы, определяемой по очень сложной системе, но во всяком случае невысокой; 2) проживание в течение последних 6-ти месяцев перед составлением избирательных списков (заканчивающимся 31 января каждого года) в одной или последовательно в двух квартирах не ниже определенной наемной платы в неделю, различной смотря по местностям, но вообще невысокой (до 2 флоринов 50 центов в больших городах, до 80 цент. — в деревнях), или наем квартиры хотя бые ниже ценой, но объемом не менее 24 куб. метр.; 3) занятие не менее чем в течение 13-ти месяцев перед составлением избират. списков, должности, оплачиваемой вознаграждением не ниже определенного, в зависимости от местности, размера, или же получение пенсии в том же размере; 4) обладание к моменту составления избир. списков государственными бумагами номинальной ценности не менее 100 флоринов или же сбережениями (в сберег. кассе) не менее чем на 50 флоринов; 5) сдача экзамена на право занятия определенных должностей (врачей, ветеринаров, учителей, инженеров, нотариусов, дантистов и т. д.). Таким образом избирательное право не является всеобщим, но захватывает довольно широкие круги населения; избирателей около 700000, т. е. приблизительно ⅔ всех мужчин, достигших 25-летнего возраста. Вторая палата избирается на 4-летний срок и обновляется сразу. Выборы происходят по округам; голосование тайное и прямое. Избираемы могут быть лица, достигшие 30-летнего возраста. Членов нижней палаты по-прежнему 100. Члены первой палаты по-прежнему избираются провинциальными штатами; но тем же законом 1896 г. круг избирателей провинциальных штатов значительно расширен: в провинциальные штаты избирают все записанные в избирательные списки второй палаты генеральных штатов, жительствующие в данной местности, и, кроме того, лица, платящие какие бы то ни было местные налоги, хотя бы они не платили никаких прямых государственных налогов. Благодаря этому состав провинциальных штатов в общем несколько демократичнее, чем состав второй палаты генеральных штатов, и это отражается также на составе первой палаты.

История. Министерство фан-Гоутена провело в 1896 г. реформу избирательного права (см. выше, Госуд. устройство). В июне 1897 г. сформировавшаяся под руководством пастора Кюйпера (см. Доп., II т.) партия католических и протестантских клерикалов вела на выборах оживленную агитацию против либерализма и радикализма, но получила всего 42 мандата, из которых 20 приходились на долю ультрамонтанов и 22 — на долю антиреволюционеров; либералы получили 46 мандатов, 4 пришлись на долю радикалов, 4 — на долю христианских антиреволюционеров или «исторических христиан» (протестантская партия, тоже консервативная, имеющая сходство с немецкими национал-либералами, но резко враждебная ультрамонтанам), 4 — на долю социал-демократов. Либералы, ранее располагавшие 57 местами, потеряли таким образом свое абсолютное большинство, но потеряли налево, а не направо, и клерикальное правительство оказалось неосуществимым. Министерство Гоутена вышло в отставку; кабинет сформировал бывший министр финансов Пирсон, занимавший место на лев. фланге либеральной партии. Всеобщая воинская повинность была принята палатами, несмотря на ожесточенное противодействие ультрамонтанов, стремившихся к сохранению различных изъятий как в пользу духовенства, так и вообще в пользу зажиточных людей, имеющих возможность прибегать к заместительству; им удалось только отстоять освобождение от воинской повинности духовенства. 31 августа 1898 г. королеве Вильгельмине исполнилось 18 лет и она стала управлять самостоятельно. 6 сентября 1898 г. королева принесла присягу на верность конституции, в присутствии генеральных штатов. 1899-ый год был годом международной мирной конференции, созванной, по инициативе России, в Гааге. Эта конференция отвлекла внимание нидерландского правительства от вопросов внутренней жизни. С тех пор Гаага сделалась городом, в котором происходят заседания международного третейского трибунала. Благодаря этому Голландия получила до некоторой степени то значение как бы международного центра, которое раньше принадлежало одной Швейцарии. В ноябре 1899 г. правительство внесло в генеральные штаты проект реорганизации армии, увеличивавший ежегодный контингент набора с 11000 до 17000 и общую численность армии в военное время повысивший до 140000. В 1899 г. началась война между Англией и двумя южно-африканскими республиками, населенными голландским племенем. Война эта вызвала взрыв симпатии к бурам в Н., откуда отправилось в Африку довольно значительное число добровольцев. В декабре 1899 г. во второй палате было сделано (антиреволюционерами) предложение выразить порицание правительству за то, что оно на мирной конференции в Гааге не сделало всего возможного в пользу южно-африканских республик; это порицание, однако, было отклонено 71 против 21 голоса. Правительство обещало сохранять строгий нейтралитет и даже не предложило Англии своего посредничества, потому что знало, что оно принято не будет. В апреле 1900 г. в Гаагу прибыло чрезвычайное посольство буров, но ничего не могло добиться, несмотря на торжественную встречу, устроенную ему народом. Когда Крюгер решился уехать из Африки, то голландское правительство предложило ему для поездки в Европу свой военный корабль. В декабре 1900 г. Крюгер прибыл в Амстердам, где был восторженно встречен; обе палаты генеральных штатов выразили ему свою симпатию; королева Вильгельмина приняла его, но правительство отказалось сделать что бы то ни было в пользу буров. В 1900 г. сделался законом проект страхования рабочих от несчастных случаев; в том же году введено обязательное обучение. 7 февраля 1901 г. королева Вильгельмина вышла замуж за принца Генриха Мекленбург-Шверинского, после того как генеральные штаты одобрили проект бракосочетания и ассигновали соответственные суммы. 14 июня 1901 г. состоялись выборы во вторую палату генеральных штатов. На этот раз пропаганда, которую вели кюйперианцы, увенчалась полным успехом: в палату депутатов были выбраны 25 клерикалов, 30 антиреволюционеров, 27 либералов, 8 демократов, трое исторических христиан и 7 социал-демократов. Таким образом кюйперианцы располагали 55 сторонниками из общего числа 100 депутатов. Министерство Пирсона вышло в отставку; новый кабинет был образован Кюйпером, взявшим себе портфель народного просвещения. Главное внимание новое министерство обратило на школы. Посредством поддержки школ, содержимых духовенством, и всевозможных препятствий всем остальным школам, оно добилось того, что к концу 4-хлетнего срока его управления низшее народное образование почти целиком перешло в руки духовенства. В 1904 г. оно провело закон, в силу которого частные университеты — т. е., фактически, университеты, содержимые церковью — пользуются теми же самыми правами по выдаче дипломов, как и университеты государственные; профессора этих университетов не нуждаются в утверждении государства, за исключением тех случаев, когда они не имеют степени доктора; на профессоров теологического факультета не распространяется и это последнее ограничение и они совершенно независимы от министерства народного просвещении; между тем, вольные университеты получают весьма значительную субсидию из государственных средств. Вся левая голосовала против законопроекта, который отдавал и высшее образование в руки духовенства, но он был принят большинством 56 голосов против 41. Обещанное социальное законодательство оказалось в полном пренебрежении; ни одна сколько-нибудь серьезная мера в этой области проведена не была; все социальное законодательство Н. обязано своим развитием министерству Пирсона. Исключение составляет только закон против стачек, проведенный в 1903 г. и вызванный серьезной, хотя и не увенчавшейся успехом, стачкой железнодорожных рабочих; в силу этого закона участие в стачке для железнодорожных рабочих признается преступным и карается тюремным заключением. В 1904 г. был проведен новый таможенный тариф, значительно возвысивший пошлины на продукты обрабатывающей промышленности, ввозимые из-за границы. В июне 1905 г. состоялись новые выборы во вторую палату. В избирательном манифесте Кюйпера говорилось: «только тот, кто стоит за христианский кабинет, только тот истинный христианин». Избирательная борьба велась за и против кабинета и вместе с тем за или против ультрамонтанства. Социал-демократы вели кампанию отдельно и по большей части не поддерживали ни либералов, ни радикалов; напротив, радикалы везде поддерживали социал-демократов; даже умеренно-либеральная группа, во главе которой стоял бывший министр Гоутен, рекомендовала своим сторонникам поддерживать социал-демократов против кюйперианцев. Участие в выборах было неслыханное, достигая почти 90%. Кюйперианцы провели во вторую палату только 48 своих сторонников (в том числе 33 ультрамонтана и 15 антиреволюционеров). Бывшая оппозиция провела 52 сторонников: 11 консервативных либералов, 23 объединенных либерала, 11 демократов и 7 социал-демократов. Обособленная тактика последних принесла им заметный вред: вместо 8 депутатов, которыми они располагали перед распущением парламента, у них оказалось их только 7, тогда как число поданных за них голосов почти удвоилось (вместо 38000—65000). Кабинет Кюйпера должен был выйти в отставку и его место занял либеральный кабинет. Во главе нового кабинета стал барон Макай; портфель ин. дел получил Гудриан, вн. дел — Ринк, юстиции — Раальте, финансы — Меестер, морское м-ство Стюарт, военное — Стааль.

Литература. Blok, « van het Nederlandsche volk» (т. 1—5, Гроннинген, 1892—1902; I т. имеется в немецком переводе, Гота, 1902); Legrand, «Geschiedenis der Bataafsche republiek» (Арнгейм, 1895); van Dijk und Scharp de Visser, «De geschiedenis van ons land van 1702—1848» (Утрехт, 1899); Kollewijn, «Geschiedenis van Nederland» (Арнгейм, 1899—1902); Douwes, «Ons vaderland 1849—99» (т. I, Амстердам, 1899); его же, «Geschiedenis des Nederlandschen volks van 1878 tot op onze dagen» (1900); Menne, «Die Entwicklung der Niederländer zur Nation» (Галле, 1903).

Примечания

Приложения 
</div>