ЕЭБЕ/Зехария, пророк
Зехария, ‎, чаще ‎ — один из Малых пророков; ему приписывается собрание пророчеств и апокалиптических видений, составляющих книгу его имени. Он был сыном Берехьи и внуком Иддо, но часто не точно называется сыном Иддо (Зехар., 1, 1; Эзр., 5, 1; 6, 14); возможно, что этот Иддо тождествен с тем главою священнического рода, который упоминается у Нехемии (12, 4) и который мог передать этот наследственный сан самому пророку, на что даже имеется, правда смутное, указание там же (Hex., 12, 16).  Как полагают, З. родился в эпоху Вавилонского пленения вне Палестины, но уже очень рано очутился здесь; тут же сложилось и его миросозерцание. Он начинает свою пророческую деятельность во втором году царствования Дария Гистаспа, немного позже пророка Хаггая (ср. Зех., 1, 1; Хаг., 1, 1), проповедуя и распространяя идею восстановления храма. Никаких сведений о жизни этого пророка до нас не дошло, и книга, носящая его имя, лишена каких бы то ни было автобиографических или биографических черт. Согласно одному древнему еврейскому преданию, З. вместе с некоторыми другими пророками принадлежал к числу мужей Великого собора; христианское предание сообщает, что он умер в глубокой старости и был погребен недалеко от могилы Хаггая, в 40 стад.  от Элевтерополиса и в 150 стад. от Иерусалима, в местности, носившей название Betharia (Епифаний, Дорофей и др.). — Пророческой деятельностью Зехария начал, по-видимому, заниматься очень рано (Зех., 2, 8); уже в это время его начинают посещать видения, в которых Господь побуждает его выступить глашатаем будущего и проповедником восстановления храма. Посредником в этих видениях является ангел Божий, ‎, иногда именуемый просто ангелом, ‎. В видениях выступает также Сатана, но пророк им пользуется исключительно для того, чтобы показать, что Сатана бессилен причинить какое-нибудь зло любимому Господом Богом Иерусалиму (Зехария, 3, 1—2), и тем укрепить народную нерешительность и слабость. Избрав, таким образом, для пророчеств форму апокалипсических видений, пророк, иногда против воли, становится туманным и неясным; часто вместо непосредственности и искренности у него прорывается тон приподнятый и неестественный. З. был далек от непосредственного вдохновения, и потому его пророчества носят на себе отпечаток большого труда и усилия. Он выступил пророком в то время, когда институт пророчества уже быстро приближался к полному своему исчезновению. По своим идеям З. является горячим сторонником замены ритуала, внешних религиозных проявлений истинным благочестием, хотя это в известной степени противоречит его основной проповеди о восстановлении храма (Зехар., 7, 5 и сл.); вместо поста и рыданий он требует справедливости и великодушия, ибо только это составляет сущность истинного служения Богу (Зех., 7, 8—9). Именно за то, что Израиль пренебрег этим служением, отдавая предпочтение внешним формам религиозной жизни, его и постигли различные бедствия и страдания (Зехар., 7, 13—14). О Зехарии II см. ниже.

Содержание книги Зехарии. — Открывается книга Зехарии пророчеством, имевшим место в восьмом месяце второго года царствования Дария; в этом пророчестве З. указывает на силу божественных обещаний и угроз и убеждает современников не походить на своих отцов, не внимавших словам и повелениям Божиим и за это понесших тяжкое наказание (Зех., 1, 1—7). Далее следует видение, которое представилось пророку в том же году в двадцать четвертый день 11-го месяца (Шебат). Он увидел мужа на рыжем коне «между миртами, которые в глубокой долине», а позади его еще много других коней разных мастей; по объяснению этого мужа, кони эти суть «те, которых Господь послал обойти всю землю»; они сообщают, что обошли всю землю и вся она обретается в спокойствии. Это спокойствие в мире должно знаменовать новое отношение Господа к Иерусалиму, в котором скоро соорудится храм и сам он «будет размериваться строительною вервью» (1, 7—17). Далее пророку в видениях представляются 4 рога, разметавшие по всему свету Иуду, Израиля и Иерусалим, и четыре пильщика, которые отпилят их и тем вернут спокойствие и счастье еврейскому народу (Зехар., 2, 1—5). [Рога у древних евреев символизировали государственную силу; 4 рога означают, по-видимому, Египет и Вавилон]. Последующее видение, в котором пророку представляется муж с землемерной вервью в руке, идущий в Иерусалим, чтобы измерить, «как велик он в ширину и в длину», символизирует быстрое восстановление Иерусалима, переполнение его жителями и поселение в нем самого Господа (2, 6—7). Далее З. видит первосвященника Иошую (см. Зеруббабель, Иошуа), одетого в запятнанные одежды; эти одежды — грехи его. Одесную от него стоит Сатана, играющий роль обвинителя в небесном суде; но ангел Божий выступает его защитником, и по приказанию этого ангела с Иошуи снимаются запятнанные одежды его, а вместе с ними и грехи его, он облекается в новые чистые одежды, а затем ему поручается стать во главе дома Господня и взять в свои руки бразды по его управлению (Зех., 3, 1—10). Но тут же Иошуе сообщается, что он не будет одинок в управлении народом, но что рядом с ним будет Цемах-Зеруббабель. Эта же мысль еще более ясно выражается в видении светильника и двух маслин над ним, где вместе с тем Зеруббабелю внушается, что не воинством и не силою, но Духом Божиим может быть достигнуто великое пересоздание Израиля после изгнания (Зехар., 4, 1—14). Следующее видение, по-видимому, направлено против тех нечестивых представителей народа, которые воспользовались строительным материалом, подаренным еще Киром для сооружения храма, для постройки собственных домов. Развернутый свиток, являющийся глазам пророка в этом видении, заключает в себе проклятие за преступление против чужого имущества и против Бога. Это проклятие «придет на дом татя и клянущегося Моим именем ложно и, пребывая в доме его, истребит его и дерева его, и камни его» (Зех., 5, 1—5). Следующее видение — медный сосуд с сидящей в нем женщиной, носимый двумя другими крылатыми женщинами, — совершенно непонятно (5, 6 и след.); наконец, последнее видение четырех колесниц, выходящих из-за двух медных гор, неясное по своему значению, является переходом к последнему из пророчеств, приписываемых так называемому Зехарии I. В этом пророчестве он уже становится близким таким пророкам, как Амос, Исаия и др.; от неясных и смутных образов он переходит к критике окружающей действительности, и вопросы социальной правды, как и религиозного совершенства, становятся лейтмотивом всего этого пророчества (7, 1—14). Вот грядут события, когда великая радость посетит Иерусалим. Господь уже вспомнил свой «город истины» — Иерусалим, — и скоро звуки радости наполнят его. Он уже не будет более пустынным городом; напротив, по обещанию Господа, «опять старцы и старицы будут сидеть на улицах в Иерусалиме, каждый с посохом в руке от полноты дней; и улицы града сего наполнятся мальчиками и девочками, играющими на улицах его, и народ снова укрепится для создания своего храма» (8, 4—5). Только одного требует Господь от своего народа — истины в поступках и доброты в отношениях к людям. Предчувствуя великое и блаженное время, которое по милости Господа должно наступить для евреев, Зехария как бы в унисон с пророком Исаией рисует его в следующих выражениях: «И пойдут жители одного (языческого) города к другому, и скажут: отправимся в путь помолиться перед лицом Господа и взыскать Вседержителя… И будут приходить многочисленные племена и сильные народы, чтобы взыскать Господа Вседержителя в Иерусалиме и помолиться пред лицом Господним. Так говорит Господь Саваоф: будет в те дни, что возьмутся по десяти человек из всех разноязычных народов… за полу иудеянина и скажут: пойдем с вами, ибо мы слышали, что с вами Бог» (8, 9—23). — Следующие главы (9—14), как полагают, принадлежат Зехарии II, или Девтерозехарии (см. ниже). Начинаются они пророчеством о Финикии, о стране филистимлян, а также об Иудее. Пусть не гордятся своим богатством Тир и Сидон — вот уже несчастье грядет на них, как и на Аскалон, Газу и др. города. Они сделаются добычей чужих, потеряют свою свободу, но нетронутой и могучей останется Иудея — «и Я огражду дом Мой стеной от проходящих вперед и назад, и не будет более ходить к ним притеснитель, ибо ныне своими очами Я взираю на него» (9, 8). Отныне великое и славное будущее ожидает дом Иудин; он сделается краеугольным камнем среди всех народов земли; он станет луком для брани, которую Господь объявит всем нечестивцам земли; наконец, из него произойдут все народоправители (10, 4). В последнем из пророчеств, приписываемых Девтерозехарии (главы 12—14), собственно, повторяется та же идея о величии дома Иудина в противоположность падению тех народов, которые посягнут на это достояние Господне (гл. 12—14). Но затем это пророчество о блаженном будущем евреев внезапно прерывается новыми угрозами по адресу Иерусалима. Многие народы восстанут на него, дома его будут снова разграблены, часть народа будет убита, часть уведена в плен. Это Господь сделает за грехи народа, за его идолопоклонство, за веру в лжепророков и т. п. преступления народа (13, 2 и сл.). Но снова сжалится Он над своим народом, восстановит его из праха унижения и вернет ему былое величие. Он рассеет его врагов и уничтожит их. «И будет Господь царем по всей земле; в тот день будет у всех Господь один и имя Его едино» (14, 9).

— Взгляд критической школы. — Исследование содержания всей книги пророка Зехарии привело целый ряд ученых к тому выводу, что книга состоит из двух частей, легко отделимых одна от другой, именно гл. 1—8 и 9—14; каждая из этих частей, по мнению библейских критиков, отличается как своим методом изложения, так и характером материала. В первой части все внимание обращено на Израиля, который является предметом попечения со стороны пророка; целью пророчеств является стремление вдохнуть в него волю и смелость приступить к восстановлению храма. Сцена, на которой разыгрываются все пророчества первой части, это Иерусалим начала Дариева царствования. Зеруббабель (см.) и Иошуа (см.) — князь и первосвященник — являются главарями новой общины.  Восстановление храма — деяние великое и необходимое само по себе — есть вместе с тем основание для восстановления славного дома Давида. Горизонт этих пророчеств постоянно ограничен требованиями и нуждами времени, и цель их исчерпывается только ими. Видения в большинстве случаев неясны и туманны, характер изложения необычайно прост, достигая некоторой высоты и искренности лишь в том месте, где пророк говорит о своих мессианических чаяниях и надеждах. Некоторые места этой части книги, по мнению Велльгаузена, весьма сходны с прологом книги Иова — именно те, где изображается уход небесных созданий на землю и возвращение их на небо с сообщением о состоянии земли, где выводится фигура Сатаны; по его же мнению, родственны эти книги и своею основною идеею, что страдания и несчастья служат лишь возмездием за преступления и ропот на Бога. Появление этих пророчеств относится, по мнению Штаде, ко времени революции, поднятой Смердисом, тогда как Велльгаузен полагает, что правильнее отнести данные пророчества ко времени второго завоевания Вавилона Дарием Гистаспом. — Резкий контраст отмечает библейская критика между этой первой частью книги Зехарии и второй, охватывающей гл. 9—14. В противоположность первой части книги вторая часть лишена какого бы то ни было исторического материала и почти совершенно не отражает действительности своего времени. Если видения Зехарии I не в достаточной степени ясны, то пророчества Зехарии II еще больше полны темных намеков и фантастических представлений; резко отличается и стиль обеих частей пророческой книги. При этом обе части различаются между собою также в дате. В то время как первая часть всеми признается действительно принадлежащей пророку Зехарии (I), относительно тождества и даты второй части до сих пор между учеными не установилось никакого соглашения. Некоторые новейшие комментаторы рассматривают вторую часть как более древнюю, чем первая, и предшествующую эпохе изгнания. Они и ее, в свою очередь, разделяют на две части — на главы 9—11 и 12—14. Главы 9—11 приписываются современнику Амоса (см.) и Гошеи (см.), жившему около середины 8 века до хр. эры, на том основании, что в этих главах одновременно упоминаются Эфраим (Израиль) и Иуда, Ассирия рядом с Египтом (10, 10); характер пророчеств, посвященных соседним с Израильской землей странам Финикии, Филистии и др. (9, 1 и сл.), в сильной степени напоминает аналогичные пророчества Амоса (гл. 1—2). Что и прочие главы — 12—14 — принадлежат ко времени до изгнания, явствует, по их мнению, главным образом из того, что они касаются таких вопросов, как идолопоклонство и лжепророчество (13, 1—6), которые после изгнания становятся явлениями крайне редкими; но так как в этих главах речь идет исключительно об Иудее и Иерусалиме, то их относят ко времени после падения Самарии, в частности, к последним дням Иудейского царства, когда в сражении при Мегиддо погиб царь Иошия, на что усматривают указание в ст. 11 гл. 12. — Иного взгляда на время составления второй части кн. Зехарии держится Велльгаузен, по мнению которого она должна быть отнесена к эпохе после изгнания, так как, во-первых, ее эсхатология является отражением той, которая была введена Иезекиилом, и ее основная идея, что освобождению Иерусалима будет предшествовать нападение на него всех народов, также взято у этого пророка, а во-вторых, значительное внимание, которое эта часть уделяет храмовому служению, характеризует с его точки зрения именно эпоху после изгнания. — В частности, более или менее точные данные о времени составления этой части книги не установлены ни старыми, ни новыми библейскими экзегетами.  Существовала версия, по которой книга была составлена в царствование Иегоякима; однако взгляд этот всеми оставлен. Многие придерживаются мнения, по которому гл. 9—11 посвящены событиям того времени, когда Селевкиды, и в частности Антиох Епифан, владели Палестиной и когда гонения против евреев достигли невероятных размеров, что отчасти находит отражение в тексте этих глав. Под собственниками стад, о которых говорится в гл. 11, 4 и сл. и которые безнаказанно убивают своих овец, Велльгаузен подразумевает самих Селевкидов; под пастухами, не жалеющими своих овец, он разумеет первосвященников и этнархов иудейских; быстрая же перемена, которая произойдет в судьбе и тех и других — обозначает восстание Маккавеев. Главы же 12—14, по мнению ученых, и в частности Велльгаузена, описывают Маккавейские войны, в результате которых евреи освобождаются от ига Селевкидов.  Во главе евреев тогда становятся Маккавеи не из рода Давида; намек на это ученые усматривают в следующем выражении пророка (12, 7): «И спасет Господь сначала шатры Иуды, чтобы слава дома Давидова и слава жителей Иерусалима не превосходила славы иудеев». — Ср.: Комментарии Велльгаузена и Новака к Малым пророкам; Wright, Zechariah and his prophecies, 2 изд.  1879 г.; Stade, Deuterozacharia, в Zeitschr. für Alttestamentliche Wissenschaft, 1881—1882; Stärk, Untersuchungen über die Composition und Abfassungszeit von Zacharia, 1891, IX—XIV; Sellin, Studien zur Entstehungszeit der jüdischen Gemeinde, 1901; Jew. Enc., XII, 645—647.

ЕЭБЕ