ЭСБЕ/Прививки предохранительные и лечебные
Прививки предохранительные и лечебные — Предохранительные П. производятся людям или животным для сообщения им невосприимчивости (иммунитета; см.) к той или другой болезни. Вся область предохранительных П. согласно различным применяющимся при них методам может быть в существенных чертах разделена на 3 группы: 1) П. ослабленными специфическими возбудителями болезни; 2) П. ядовитыми продуктами обмена веществ бактерий, так называемыми токсинами; и 3) кровяной сывороткой от животных, сделанных невосприимчивыми по отношению к той или другой заразной болезни.

Исходя из открытия Дженнером предохранительной силы ослабленной вакцинной лимфы против оспы, Пастер и его ученики многочисленными опытами на животных доказали, что инъекция ослабленных в своей ядовитости микробов вызывает доброкачественное, быстро проходящее заболевание, сообщающее организму иммунитет. Ослабление достигается тем, чтобы соответствующие вполне ядовитые бактерии поставить в неблагоприятные, мало отвечающие их жизненным требованиям условия, при чем бактерии большей частью перерождаются, что обнаруживается плохим их ростом на наших искусственных питательных средах и слабой стойкостью против различных внешних влияний (Смирнов). Из факторов, имеющих здесь наибольшее значение, следует указать на старость разводки, свет, различные антисептические средства, теплоту, прохождение бактерий через организм маловосприимчивых к ним животных и высушивание. Степень ослабления главным образом зависит от большей или меньшей продолжительности действия указанных факторов. В 1880 г. Пастер впервые указал на замечательный факт, что старые разводки куриной холеры, простоявшие несколько месяцев при доступе атмосферного воздуха, будучи введенными курам, вызывают у них лишь местное и незначительное заболевание, предохраняющее их от последующего заражения вполне ядовитым материалом; на этом открытии Пастер построил приготовление вакцины против заболевания кур холерой. В настоящее время известно, что большинство болезнетворных бактерий, предоставленных самим себе в искусственных разводках без проведения их от времени до времени через организм восприимчивых животных, теряют свою ядовитость (вирулентность), приобретая вакцинирующие свойства. Прямой солнечный свет, действуя в течение 80 часов, ослабляет ядовитость сибиреязвенных палочек и сообщает им характер вакцин (Arloing); то же доказано для дифтеритной палочки (Ferran) и для бактерий, вызывающих туберкулез у птиц (Grancher и др.). Различные антисептические средства (карболовая кислота, двухромокислое кали, серная кислота, формальдегид, препараты йода), прибавленные в небольшом количестве к разводкам, действуют на них ослабляющим образом. Карболовая кислота, прибавленная к бульонной разводке сибиреязвенных палочек в отношении 1:800, препятствует спорообразованию, не мешая росту вегетативных форм, в значительной степени теряющих при этом свою вирулентность (Шамберлан и Ру). Треххлористым йодом широко пользуются для ослабления дифтеритных и столбнячных палочек (Беринг): бульонные разводки этих бактерий делят на 4 части; одна остается без примеси ICl3, к остальным трем частям прибавляют различные количества ICl3. Предохранительные П. животным при иммунизации их против дифтерита или столбняка начинают с разводки с наибольшим содержанием ICl3, заканчивая таковой без примеси последнего. Температура представляет самый важный фактор ослабления вирулентности бактерий. При выращивании сибиреязвенных палочек при 42—43° Ц. в них прекращается спорообразование, а вирулентность ослабляется в зависимости от продолжительности действия высокой температуры; будучи затем перенесены в температуру 37°, бактерии снова дают споры, образующие вегетативные формы с той же ослабленной ядовитостью. Для целей предохранительного прививания (овцам и рогатому скоту) заготавливаются две вакцины: одна представляет разводку, выращенную при 42—43° Ц. в течение 24 дней, вторая, более сильная — в течение 12 дней. Впрыскивается сначала первая вакцина, а через 12 дней вторая. Этот метод пользуется широким применением и дает весьма благоприятные результаты. В 1889—93 гг. в Венгрии сибирская язва привита была 16082 лошадям, 219750 быкам и 1118743 овцам; в первые 3 года общая потеря колебалась между 2,18—2,44%, в последние два — она давала лишь 0,61—0,55%. В России в 1890 г. произведены П. 42512 овцам, из которых пало 304 головы (0,7%), в то время как ежегодная потеря от самородной сибирской язвы до введения прививок равнялась 8,5—10,6%. Тот же принцип ослабления вирулентности посредством высокой температуры весьма успешно применяется в борьбе с симптоматическим карбункулом (Rauschbrand). Высушенное в мелкий порошок мясо животных, погибших от этой болезни, нагревают 6 часов в текучем пару. Вегетативные формы при этой температуре погибают, но споры сохраняются. Для сообщения животным иммунитета достаточно 0,05—0,15 гр. приготовленного таким образом порошка. По статистике Китта, в альпийских стадах животные с привитым (в 1886—1890 гг.) этим препаратом дали смертность в %: 0,56, 0,96, 1,11, 1,72, 0,25; без прививки: 10,7, 4,34, 7,88, 3,06, 3,38.

Известные организмы, как это впервые указано было Пастером, действуют ослабляющим образом на некоторые патогенные бактерии, чем и можно пользоваться для получения вакцинных ядов. Яд септицемии кроликов, несколько раз проведенный через организм морских свинок, ослабляется в своей вирулентности; будучи привит в таком ослабленном виде кроликам, он вызывает у них лишь легкое заболевание, предохраняющее в то же время от заражения вполне ядовитым материалом. Яд собачьего бешенства последовательным проведением через организм кроликов приобретает весьма сильную вирулентность, организм же обезьян действует на него ослабляющим образом. Палочки свиной краснухи, крайне губительные для молодых расовых свиней, многократным проведением через мало к ним восприимчивый организм кроликов становятся весьма пригодными для предохранительных П. свиньям. П. эти особенно распространены в Венгрии; в 1893 г. они произведены были 510441 свиньям, с весьма благоприятным результатом. Дженнеровская оспенная вакцина построена на том же принципе: первоначально ядовитый материал ослабляется прохождением через мало восприимчивый к человеческой оспе организм коровы.

На ослаблении яда посредством высушивания Пастер обосновал свой знаменитый способ предупреждения и лечения бешенства. Микроорганизм, вызывающий эту болезнь, до сих пор не выделен; известно лишь, что яд бешенства содержится преимущественно в мозгу заразившихся этой болезнью животных (собак). Введением растертой с водой эмульсии подобного мозга под твердую мозговую оболочку здоровых животных можно вызвать бешенство. Для приготовления прививного материала яд бешенства повторным проведением через организм кроликов доводится сначала до высшей силы, после чего он подвергается ослаблению равномерным высушиванием в атмосфере, лишенной угольной кислоты и влажности. Ослабление пропорционально продолжительности высушивания. Мозг, сушившийся 5 дней, вызывает лишь слабые явления болезни, а после 12—14 дней он становится совершенно безвредным. Для предохранительных и лечебных целей впрыскивают эмульсии из обработанных таким образом мозгов, начиная с сушившихся 14 дней, постепенно переходя к более вирулентным и заканчивая однодневным мозгом; этим достигается у животных и людей полная невосприимчивость к яду бешенства. Общая длительность лечения в зависимости от характера и тяжести заболевания колеблется между 15 и 22 днями. В течение первых дней делаются обыкновенно по 2 впрыскивания, в остальные по одному; в тяжелых случаях, при глубоких и несвежих укусах, как можно раньше приступают к введению вирулентного материала. Получающиеся при лечении результаты весьма благоприятны (см. Бешенство).

Описанные до сих пор методы иммунизирования состоят в применении живых, тем или другим путем ослабленных бактерий. Новые точки зрения открыты были после того, как удалось доказать, что бактерии действуют не своей массой, а почти исключительно вырабатываемыми ими ядовитыми продуктами обмена веществ, так называемыми «токсинами». При таких болезнях, как дифтерит, столбняк, холера, болезнетворное начало хотя и находится лишь в ограниченной области организма, производит тем не менее общее расстройство в его экономии, что может быть объясняемо лишь продуцированием этими бактериями сильного химического яда, который всасывается в местах своего образования. И действительно, жидкие разводки бактерий, освобожденные нагреванием или процеживанием через фильтр Шамберланда-Пастера от живых зародышей, производят на организм такое же действие, как и живые бактерии, откуда непосредственно вытекает мысль о возможности иммунизации чисто химическим путем посредством специфических токсинов. Сальмону и Смиту (1887) впервые удалось сделать голубей невосприимчивыми к Hog-cholera (американской эпизоотии свиней) впрыскиванием им производных обмена возбудителей этой болезни. После того Клемперер и Е. Френкель сделали небезуспешные попытки лечения соответствующими токсинами и людей, заболевших тифом и крупозным воспалением легких. Явилось предположение, что в деле сообщения организму невосприимчивости, кроме «пожирания» бактерий фагоцитами согласно теории Мечникова (см. Инфекционные болезни), немалую роль играет также химическое изменение соков тела. Гипотеза эта нашла себе косвенное подтверждение в факте, установленном Нуталем, Берингом, Фодором, Бухнером и др., что свежевыпущенная кровь, а равно и кровяная сыворотка убивающим образом действует на засеянные в нее микробы. Это разрушительное действие особенно резко сказывается при засевании микроорганизма на кровяной сыворотке животного, к нему от природы невосприимчивого. По Бухнеру, носителями бактериеубивающих начал являются содержащиеся в кровяной сыворотке, освобожденной от форменных элементов, особые белковые вещества, так называемые «алексины»; последние непосредственно убивают бактерии, сообщая содержащей их среде также бактерицидные свойства. Многочисленные проверочные опыты не могли, однако, установить строгого соответствия между степенью невосприимчивости животного и микробоцидным состоянием его крови, из чего следует, что бактериеубивающие свойства, являясь одним из чрезвычайно важных оборонительных средств организма, не составляют еще сущности иммунитета.

Новая эра началась с тех пор, когда исследователи обратились к изучению иммунизирующих свойств кровяной сыворотки как животных, обладающих естественным иммунитетом, так и искусственно сделанных невосприимчивыми к той или другой инфекции; при этом оказалось, что между сывороткой того и другого происхождения существует капитальная разница. Кровяная сыворотка животного естественно невосприимчивого, будучи впрыснута другому, восприимчивому, животному, может в лучшем случае лишь несколько задержать у последнего течение болезненного процесса, вызванного одновременным введением соответствующего микроба или продуцируемого им токсина; в противоположность этому кровяная сыворотка животного, искусственно сделанного невосприимчивым, обладает резко выраженными иммунизирующими и лечебными свойствами. Это замечательное открытие Беринга и Китазато предвещает полный переворот в терапии заразных болезней. Опыты авторов произведены были главным образом над дифтеритом и столбняком. Сыворотка животных, иммунизированных в отношении к дифтериту, предохраняла и излечивала других животных, зараженных смертельным количеством дифтеритного яда. То же подтвердилось по отношению к столбняку. Открытие Беринга послужило толчком к соответствующим опытам по отношению к многочисленным другим заразным болезням и везде сохранило свое значение, приняв силу закона, гласящего так: «кровь и кровяная сыворотка животного, искусственно иммунизированного к той или другой инфекционной болезни, содержит в себе вещества, при помощи которых можно, в свою очередь, иммунизировать животных любого вида по отношению к той же болезни». Эти предохраняющие противоядные вещества (антитоксины) не тождественны с бактерийными ядами и могут быть отделены от последних; состав их не выяснен в точности. Антитоксины столбняка отличаются большой стойкостью против влияния химических, физических и атмосферных факторов и медленно проходят через диализатор. Антитоксины открываются в организме не только после искусственного сообщения ему иммунитета, но и вслед за самостоятельным перенесением той или другой заразной болезни. Сыворотка людей, перенесших воспаление легких, тиф, холеру и дифтерит, способна передать животным соответствующий иммунитет. Исследованиями Беринга, Вернике и др. установлено, далее, что для излечения необходимы большие количества сыворотки, чем для иммунизации против заболевания, и при этом эти количества должны быть тем больше, чем позже начато лечение. "При таких инфекциях дифтеритным ядом, от которых морские свинки погибают в 3—4 дня, достаточно было для полного излечения одновременное с заражением впрыскивание сыворотки в количестве в 1 1/2 — 2 раза превышающем дозу, нужную для иммунизации; через 8 часов после заражения необходимо было уже брать в 3 раза большее количество сыворотки, а спустя 24—36 часов — в 8 раз большее.

Закон Беринга сохраняет свою силу не только по отношению к бактерийным ядам, но и к ядам иного происхождения. Сыворотка животных, сделанных невосприимчивыми к змеиному яду, обладает высокой иммунизирующей способностью, будучи в состоянии защитить и других животных от отравления этим ядом (Calmette, Phisalix, Bertrand). Эрлих иммунизировал мышей против отравления ядовитыми растительными белками. Животные, к корму которых примешивался «рицин» (содержащийся в семенах клещевины) или «абрин» (токсальбумин, добываемый из бобов Jequirity) в постепенно возрастающих количествах, становились нечувствительными к общему и местному действию этих ядов. Сыворотка этих животных приобретала сильно выраженные иммунизирующие свойства, причем ясно обнаруживалась специфичность антитоксинов: сыворотка животных, иммунизированных против рицина, предохраняла только от рицина, и наоборот. Опыты Эрлиха с рицином и абрином установили, между прочим, крайне интересный факт перехода антитоксинов в молоко и передачи подобным молоком иммунитета. Самец, иммунизированный к рицину или абрину, не способен передать устойчивость к яду по наследству, иммунизированная же самка сообщает своим детенышам невосприимчивость отчасти по наследству, а главным образом посредством молока. Детеныши неиммунизированной мыши, будучи вскармливаемы другой, вакцинированной к данному яду, самкой, в свою очередь становятся невосприимчивыми к последнему. Факт перехода антитоксинов в молоко подтвердился также по отношению к бактерийным ядам (столбняку, дифтериту, холере). Молоко иммунизированной против столбняка козы, будучи впрыснуто мышам, предохраняет последних от отравления столбнячным ядом. По Эрлиху и Вассерманну (при столбняке и дифтерите), содержание действующих иммунизирующих веществ в молоке в 15—20 раз меньше, чем в крови. Указанные факты говорят, между прочим, за нецелесообразность замены естественного кормления детей искусственным. Многие заразные болезни (заушница, скарлатина, корь) обыкновенно щадят грудных детей, очевидно, благодаря приобретаемому ими во время кормления материнским молоком временного иммунитета к этим болезням.

С теоретической и практической точки зрения важно знакомство с механизмом действия антитоксической сыворотки. По первоначальному предположению Беринга, содержащиеся в сыворотке антитоксины разрушающим образом действуют на специфические яды, осредняя их в химическом смысле. На самом деле, однако, такое разрушение не имеет места ни in vitro, ни в животном организме: оба эти вещества параллельно содержатся в смеси, действуя на ткани и клетки независимо одно от другого. Яд и соответствующий антитоксин являются антагонистами лишь в том смысле, что противоядие, успев своевременно соединиться с веществом клеточек, не подвергшихся еще специфическому влиянию бактериального яда, делает их недоступными для действия последнего. Сыворотка, будучи впрыснута в больной организм, производит «быструю иммунизацию всех не захваченных еще патологическим процессом клеточных областей» (Buchner). Что же касается происхождения антитоксинов, то они являются продуктом клеток организма: у иммунизированного к столбняку кролика можно в короткое время выпустить количество крови, равное емкости его сосудистой системы, не ослабляя при этом антитоксических свойств его сыворотки (Roux). Антитоксины продуцируются всеми клетками организма; они обнаруживаются не только в крови и в кровяной сыворотке, но и в физиологических выделениях (моче, молоке), в патологических экссудатах, в вытяжках из различных органов и пр. По своей продолжительности иммунитет бывает, по Эрлиху, двоякого рода. Невосприимчивость, полученная П. ослабленного яда или приобретенная самостоятельным перенесением некоторых заразных болезней, — называется активной, так как организму приходится здесь собственными силами разрушать проникшее в него болезнетворное начало, вырабатывая для этого соответствующие противоядия: добытый с таким трудом иммунитет организм сохраняет очень долгое время, нередко всю жизнь. Что же касается невосприимчивости, сообщенной введением кровяной сыворотки, молока и т. п., то организм играет здесь страдательную роль, всасывая уже готовые, выработанные в другом (промежуточном) животном иммунизирующие вещества, почему и продолжительность подобного пассивного иммунитета относительно коротка, простираясь не далее нескольких недель. Перед П. ослабленными бактериями или соответствующими токсинами введение кровяной сыворотки имеет, однако, громадное преимущество в надежности и чрезвычайной быстроте передачи больному организму специфически иммунного состояния; в этом и заключается значение лечебной сыворотки как могучего терапевтического средства при некоторых заразных болезнях.

Для добывания антитоксической сыворотки (противостолбнячной, противодифтеритной и пр.) пользуются крупными животными, способными давать большое количество крови. Лошадь имеет громадное преимущество перед другими животными в том, что ее легче иммунизировать, так как она сравнительно хорошо переносит различного рода токсины; кроме того, кровь ее выделяет прозрачную сыворотку, которая даже в значительном количестве безвредна для человека и животных. Существенное условие получения целебной сыворотки состоит в том, чтобы довести иммунитет животного, от которого желают добыть сыворотку, до возможно высокой степени. Чем выше иммунизирующая способность сыворотки, тем значительнее получающееся от нее предохранительное и лечебное действие и тем в меньшем количестве приходится ее впрыскивать впоследствии больному, что очень важно, так как для сохранения сыворотки к ней прибавляют 0,5% карболовой кислоты. Животному вводят сначала разводки, ослабленные антисептическими средствами (треххлористым йодом и др.), а затем постепенно и медленно переходят к менее ослабленному и менее вирулентному материалу, так что в конце концов животное получает количество яда, в тысячи раз превышающее первоначальное. На каждое впрыскивание животное должно реагировать преходящей реакцией (повышением температуры, изменением веса, расстройством общего состояния, появлением инфильтрата в месте инъекции), так как с последней именно и связано образование антитоксинов. Во время реакции благодаря циркулирующему еще в это время в крови токсину невосприимчивость животного ниже, чем до введения прививного материала; по окончании же реакции оно выше в сравнении с получившейся до П. К последующему введению более вирулентного заразного материала приступают лишь после того, как животное вполне оправится от болезненных явлений, вызванных предшествовавшим впрыскиванием. Когда по истечении многих месяцев иммунитет животного доведен до желаемой степени, ему делают кровопускание из яремной вены, дают крови свернуться и отстоявшуюся сыворотку по прибавлении к ней 0,5% карболовой кислоты или 0,4% трикреозола разливают в маленькие обеспложенные склянки. Предохранительное достоинство сыворотки испытывается впрыскиванием ее мелким животным (мышам, морским свинкам), которым по истечении 24 часов вводится соответствующий токсин в смертельной дозе; оно выражается числом, указывающим, сколько граммов данного животного предохраняется одним граммом сыворотки от максимальной смертельной дозы. Под выражением «сыворотка обладает иммунизирующей способностью равной 1:1000000» следует понимать, «что для иммунизации требуется взять ее в количестве, в миллион раз меньшем веса тела животного и человека». Для целей лечебных количество применяемой сыворотки в сотни, в тысячи раз больше нужного для предохранения от заболевания; оно тем больше, чем интенсивнее заболевание и чем позже начато лечение. Для определения достоинства противодифтеритной сыворотки введено понятие о нормальной сыворотке. Под этим именем подразумевают сыворотку, 0,1 куб. стм которой достаточно для обезвреживания количества яда, в 10 раз больше смертельного; 1 куб. стм такой сыворотки содержит одну иммунизирующую единицу. Сыворотка, 0,001 куб. стм которой уже достаточно для нейтрализации десятикратного количества яда, в 100 раз сильнее нормальной, содержа в 1 куб. стм сто иммунизирующих единиц. Наиболее употребительны сыворотка Беринга и Ру. Первая находится в продаже под тремя номерами в склянках, вмещающих приблизительно 10 куб. стм сыворотки. № 1 (зеленый этикет) содержит 600, № 2 (белый этикет) 1000, а № 3 (красный этикет) 1500 иммунизирующих единиц.

Лечение сывороткой получило наибольшее распространение главным образом при дифтерите, затем при столбняке, различного рода стрептококковых заболеваниях, а в последнее время при бубонной чуме. При лечении дифтерита достаточно в легких случаях болезни один раз впрыснуть сыворотку Беринга № 1, при тяжелом заболевании приходится один или два раза ввести № 2 или № 3. Патологический процесс при пользовании сывороткой не изменяется существенно, но влияние его на организм значительно смягчается, и болезнь после вспрыскивания принимает более доброкачественный характер. Общее состояние улучшается, температура падает нередко критически, ложные перепонки перестают увеличиваться через сутки и отпадают обыкновенно не позже 48—72 часов; одновременно исчезает также опухоль подчелюстных желез. Впрыскивание противодифтеритной сыворотки нередко вызывает неприятные побочные явления, сильные мышечные и суставные боли, небольшие инфильтраты на месте инъекции, крапивницу, эритематозные и петехиальные сыпи. Осложнения эти, однако, в сравнении с результатами лечения слишком ничтожны, чтобы они могли подорвать значение самого способа. Какого-либо неблагоприятного влияния на почки сыворотка не обнаруживает: инъекция не только не увеличивает имеющуюся уже до лечения у детей альбуминурию, но даже, наоборот, обыкновенно ее уменьшает. Статистика различных стран единогласно подтверждает резкое понижение смертности от дифтерита со времени введения пользования его сывороткой. По данным Имперского санитарного бюро, касающимся крупных германских больниц, на общее число пользованных сывороткой 2228 больных, среди которых половина представляла тяжелое заболевание, смертность равнялась в общем 17,3%, для тяжелых же случаев она составляла 30,98%, в то время как прежде в больницах умирало от дифтерита 50%. Такие же в общем результаты получены и в других странах: во Франции, России и пр. Не менее удачным оказалось лечение у нас, даже в деревенской практике, при самых неблагоприятных условиях: из 832 больных, пользованных сывороткой в Саратовском земстве, умерло 160 (19,2%). Чем раньше начинается лечение, тем результаты благоприятнее; в более позднем периоде болезни сыворотка не оказывает никакого действия, почему необходимо приступить к лечению как можно раньше, при одном лишь подозрении на дифтерит. По статистике Кесселя, смертность при пользовании сывороткой уже в первый день болезни = 0, во второй день = 2%, в третий = 4%, в четвертый = 9%, в пятый = 10%, в шестой = 8%, от седьмого до четырнадцатого дня = 20%. Впрочем, и в запущенных случаях, когда дифтеритический процесс захватил уже гортань, интенсивным применением сыворотки часто удается остановить дальнейшее распространение болезни. Лицам, приходящим в соприкосновение с дифтерийными больными, для предохранения от заболевания впрыскивают около 150 иммунизирующих единиц и в случае продолжающейся опасности заражения повторяют эту дозу через 3—4 недели, так как за это время антитоксин успевает выделиться из организма и иммунитет теряется.

При столбняке применение сыворотки, обладающей возможно высокой иммунизирующей способностью (1 на 10 млн.), уменьшает боль, улучшает самочувствие больных, уменьшает частоту и силу приступов судорог и контрактур мышечных групп, понижает температуру, частоту пульса и дыхания. Острые случаи столбняка, характеризующиеся быстрым нарастанием симптомов, дают 46% смертности при лечении сывороткой и 82,5—96,7% при пользовании обычными средствами; в хронических, медленно протекающих случаях смертность от применения противостолбнячной сыворотки понизилась с 50% на 16%. Менее благоприятные результаты в сравнении с лечением дифтерита объясняются возможностью распознавания столбняка лишь в сравнительно позднем периоде болезни, при имеющихся уже налицо явлениях интоксикации нервных центров специфическим ядом. Вполне успешных результатов можно ожидать от впрыскивания сыворотки с профилактической целью при эпидемиях столбняка, особенно в воспитательных домах, а также при ранениях, предрасполагающих к заболеванию столбняком (раны, сильно загрязненные землей, навозом и т. п.).

Весьма ободряющие результаты дает применение противострептококковой сыворотки Мармерека при заболеваниях, вызываемых цепочечным кокком (рожа, ангина, послеродовая горячка и др.). Терапевтический эффект прямо пропорционален иммунизирующей силе сыворотки: до сих пор удалось готовить сыворотку с силой 1:30000. Полезное действие при роже сказывается в более мирном течении болезни. При лечении сывороткой самочувствие больных улучшается, нервные припадки значительно ослабляются в своей силе, температура, после легкого повышения в первые 2—3 часа, быстро падает и через сутки возвращается к норме. Местный процесс тоже значительно улучшается: краснота, опухоль и боли уменьшаются, шелушение ускоряется.

При бубонной чуме, против которой медицина была до самого последнего времени совершенно бессильна, лечение специфической сывороткой дало в 1896 г. во время эпидемии в Китае и Индии весьма хорошие результаты. Сыворотка, приготовленная Жерсином, открывшим одновременно с Китазато возбудитель болезни (coccobacillus pestis), была применена в Кантоне и др. местах на 26 больных, большинство которых страдало тяжелой формой болезни, причем умерло только двое. Опыты, произведенные затем Жерсином в Бомбее и Cutch Mandri с сывороткой, обладавшей значительно меньшей активной силой (лошадь, от которой она была добыта, иммунизировалась лишь в течение 3 месяцев вместо целого года) дала на 141 П. уже 49% смертности; в то же время, однако, больные, не подвергавшиеся лечению противочумной сывороткой, умирали в количестве 80%. Эта сравнительно слабая, спешно приготовленная сыворотка оказывала услугу гораздо более как средство предохранительное; почти все лица, которым она была привита, не заболевали впоследствии чумой. По мнению русской экспедиции, командированной для изучения чумы в Бомбее, сыворотка является пока единственным рациональным средством в борьбе с этой губительной болезнью. В последнее время приготовлен целый ряд специфических лечебных сывороток: противобрюшнотифозная (Chantemesse и Vidal), противооспенная (Bernheim, Elliot, Hlava, Hunl), противобугорковая (Maragliano), противохолерная (бактериеубивающая Пфейфера и антитоксическая Беринга и Рансома), противосибиреязвенная Маршу (Marchoux) и др. Большинство относящихся сюда опытов — чисто лабораторного характера; клинические же наблюдения слишком малочисленны, чтобы можно было с определенностью высказаться о целебном их значении. Добытые до сих пор результаты настолько утешительны, что в широком применении по крайней мере некоторых из этих специфических сывороток в ближайшем будущем не может быть сомнения.

Литература. Pasteur, «» (т. 91); его же, «» (1880, № 28); Kitt, «Ueber Rauschbrandschutzimpfung mit Reinkulturen» («Monatshefte für practische Thierheilkunde»); Emmerich und Tsuboi, «Versuch d. Immunisirung von Schweinen gegen Rothlauf» («Deutsche thierärztliche Wochenschrift», 1893); E. Fränkel, «Ueber specifische Behandlung des Abdominaltyphus» («Dentschemed. Wochenschr.», 1893); Klemperer, «Versuche über Immunisierung und Heilung bei der Pneumococceninfection» («Berlin. Klin.Wochenschr.», 1881); Nissen, «Zur Kenntniss der bacterienfeindlichen Eigenschaft des Blutes» («Zeits. für Hyg.», т. VI, 1889); R. Pfeiffer, «Ueber die specifische Immunitätsreaction der Typhusbacillen» («Deut. med. Wochensch.», 1894); Behring u. Kitasato, «Ueber das Zustandekommen der Diphterieimmunität und der Tetanusimmunität bei Thieren» («Deut. med. Woch.», 1890); Behring, «Ueber Immunisierung und Heilung von Versuchsthieren bei Tetanus» («Zeitschrift für Hyg. und Infect.», т. XII); его же, «Die Gewinnung der Blutantitoxine und die Klassifizierung der Heilbestrebungen bei ansteckenden Krankheiten» («Deutsch. med. Woch.», 1893); его же, «Предохранительная П. и другие индивидуальные предохранительные меры» («Руков. к частной терапии» Penzoldt’a и Stintzing’a, т. I, вып. I); Гамалея, «Бактериальные яды» (М., 1893); И. Мечников, «О естественной и приобретенной невосприимчивости к болезням» («Основы общ. патол.» проф. В. В. Подвысоцкого); Ф. К. Гейслер, «Главнейшие течения в учении о невосприимчивости» («Врач», 1896); Ehrlich, «Experimentelle Untersuchungen über Immunität» («Deut. med. Woch.», 1891); его же, «Ueber Immunität durch Vererbung und Säugung» («Zeitschr. für Hyg. und Inf.», т. XII, 1892); Brieger, Kitasato und Wassermann, «Ueber Immunität und Giftfestigung» («Zeits. f. Hyg.», т. XII, 1892); M. Gruber, «Theorie der activen und passiven Immunität gegen Cholera, Typhus und verwandten Krankheitsprocesse» («Münch. med. Woch.», 1896); С. П. Федоров, «Экспериментально-клинич. исследование по вопросу о столбняке» (диссерт., М., 1895); Marmorek, «» («», 1895); И. Мечников, «Успехи науки в изучении чумы и в борьбе с ней» («Русский арх. пат., клин. медиц. и бакт.», т. IV, вып. II); Dieudonné, «Предохранительные П. и сывороточное лечение при заразных болезнях» (СПб., 1896).

.

ЭСБЕ:Медицина