ЭСБЕ/Кавказские языки
Кавказские языки.  — Географические и исторические условия сделали Кавказский край любопытным этнографическим музеем. Нет другой местности на земном шаре, где, на сравнительно небольшом пространстве, скучивалась бы такая масса разноплеменных и разноязычных народов. В течение многих столетий Кавказский перешеек служил убежищем для племен, оттесняемых другими из сев. прикавказских степей — главного, в древние и средние века, пути из средней Азии в Европу. Попав однажды на С Кавказа, племена, теснимые другими, были, так сказать, припираемы к стене и не имели выхода, будучи заперты со всех сторон: с З им пресекали путь моря Азовское и Черное, с В — Каспийское, с Ю — сплошной высокий горный кряж. Подобные же условия существовали и на южн. склоне Кавказа. И здесь со стороны Колхиды, Иверии, Армении загонялись в горы побежденные племена, не имея выхода ни на В, ни на З. Таким образом Кавказский хребет становился «горою языков», и если в настоящее время языки и наречия считаются в нем десятками, то в глубокой древности их было еще более, так как многие народцы гибли в борьбе с суровыми природными условиями и с другими племенами, и от языков их не осталось и следа. Кавказское языковедение пришло к заключению, что между главными древними группами языков сев. и южн. склона Кавказа нет родства. Это указывает на то, что Кавказский хребет был действительно стеной, разделявшей народы, и что естественные бреши в ней редко были открыты для передвижения племен. Только сильным, многочисленным и воинственным народам удавалось вторгаться с сев. Кавказа в южный и время от времени производить. набеги на плодородные страны, прилегающие с Ю к Кавказскому хребту. Начало исследования Кавказа в лингвистическом отношении было положено еще в XVIII в., экспедициями Имп. акад. наук: академики Гюльденштедт, Гмелин и Паллас составили сборники слов на кавказских горских языках. В начале XIX века изучением и классификацией кавказских языков занимался ориенталист Юлий Клапрот («», с приложением исследования о кавказских языках, 1812—1814; «», 1827); но материалы, которыми он располагал, были скудны, недостаточно точны, и привели его к некоторым ошибочным заключениям. Эпоху в изучении К. языков составляют труды академика Шегрена, составившего первую научную грамматику осетинского языка («», СПб., 1844), академика А. Шифнера, издавшего несколько монографий по восточно-горским языкам (тушинскому, аварскому, удинскому) и особенно деятельность барона П. К. Услара, который с 1861 до 1875 г. исследовал ряд горских, дотоле почти неизвестных яз.: абхазский, чеченский, аварский, лакский, хюркилинский, кюримский и табасаранский. С литографированными трудами барона Услара знакомил европейскую науку акад. Шифнер, давая о них обстоятельные отчеты («Ausführliche Berichte») на немецком языке. В недавнее время (1887—92) монографии Услара (кроме его исследования табасаранского языка) изданы в Тифлисе управлением Кавказского учебного округа (см. соотв. статью).

Языки населения Кавказа принадлежат к различным лингвистическим семьям. Срединную часть Кавказского края вообще и зап. часть Закавказья занимают группы народов, языки которых представляют отдельные семьи, не обнаруживающие в своем строении и лексическом составе сродства с какими-нибудь другими лингвистическими семьями. Таковы группы: картвельская (иначе иверская, или грузинская), зап.-горская и вос.-горская. Прочие языки, известные на Кавказе, принадлежат к семьям индоевропейской и урало-алтайской.

I. Группа картвельская. К ней принадлежат четыре языка: грузинский с его поднаречиями, мингрельский, лазский и сванетский. Лингвистические исследования обнаружили родство этих языков между собой, но все попытки отыскать родичей этой семьи языков оказались безуспешными. Грузинским языком (см. Грузия) говорят: а) собственно грузины, живущие в Тифлисской губ. и населяющие Карталинию и Кахетию, а также ингилойцы — грузины-мусульмане, живущие в Закатальском округе; б) грузины-горцы, живущие тоже в Тифлисской губ.: хевсуры, пшавы и большая часть жителей Тушетии; в) имеретины и гурийцы (в Кутаисской губ.); г) аджарцы, кобулетцы и вообще грузины, живущие в бывшей Батумской обл. Пособия для изучения грузинского языка — см. проф. А. Цагарели, «О грамматической литературе грузинского языка» (СПб., 1873). Мингрельским языком говорит, главным образом, картвельское население Кутаисской губ. Грамматическая литература: А. Цагарели, «Мингрельские этюды: I. Мингрельские тексты с переводом и объяснениями. II. Опыт фонетики мингрельского языка» (СПб., 1880); см. также: «Мингрельские тексты» (в «Сборнике материалов для описания местностей и племен Кавказа», вып. II, отд. II, 1890 г., и вып. XVIII, 1894 г., отд. I). Лазский язык — наречие лазов, занимающих часть Черноморского прибережья и левый берег нижнего течения Чороха в Батумском округе Кутаисской губ. Главная масса лазов живет в Турции, в так назыв. Лазистане. Наречия лазов и мингрельцев ближе между собою, чем с другими языками картвельской семьи. Сванетским языком говорит небольшое горное племя, живущее в верхних продольных долинах pp. Ингура и Цхенис-цхали. Попытки к грамматическому исследованию сванетского языка были сделаны П. К. Усларом (см. его статью в I вып. соч. Услара: «Этнография Кавказа», отд. II) и А. Греном (см. «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа», вып. X, 1890 г.).

II. К восточно-горской группе причисляются языки многочисленных племен, обитающих в Дагестане, на прилегающем к нему южном склоне Главного хребта и по северному скату Андийского водораздела. К этой группе принадлежат языки чеченцев, горцев Дагестана (лезгин) и удинов. Чеченский язык распространен в пределах Терской области. Разными наречиями этого языка говорят плоскостные чеченцы (в Грозненском округе), горные чеченцы (в Аргунском), ауховцы (в Хасав-юртовском) и ичкеринцы (в Веденском округе). Близки по языку к чеченцам ингуши, живущие во Владикавказском округе, и так наз. кистины, живущие в незначительном числе на севере Тионетского и Душетского уездов Тифлисской губ. Язык чеченцев был исследован Усларом и ак. Шифнером (см. Услар, «Этнография Кавказа. Языкознание. II», Тифлис, 1883; там же помещены в русс. переводе «Tchetschenzische Studien», академика Шифнера). В ближайшем родстве с чеченским находится язык неправильно названный тушинским, или тушским. Собственно тушинами называются горные грузины, живущие по верховьям Андийского-койсу (Тушинской Алазани) и отчасти на южном склоне Главного хребта, в верхней долине Кахетинской Алазани. Среди тушин в давние времена поселилось небольшое чеченское общество, называющее себя бацби (большая часть этих чеченцев, составлявших прежде цовское общество, перешла в недавнее время на Алазанскую равнину и поселилась близ сел. Ахмет). Язык этих чеченцев, названный академиком Шифнером, по примеру акад. Гюльденштедта, неправильно, тушским, происходит от чеченского, но в течение времени и под влиянием грузинского настолько разошелся с ним грамматически, что может считаться уже не наречием чеченского, но отдельным языком, близко родственным последнему (см. Шифнер, «Ueber die Thusch-Sprache», СПб., 1856). Многочисленные языки Дагестана, так наз. лезгинские, обнаруживают лингвистическое родство между собою. Некоторые из них более распространены, как, напр., аварский, кюринский, другие — менее (казикумухский, табасаранский); есть и такие, на которых говорят два-три селения. Все эти языки представляют множество говоров. Несмотря на капитальные труды по восточно-горским языкам барона П. К. Услара, о многих наречиях этой группы нет точных сведений, точно так же как не уяснены взаимные отношения некоторых языков, причисляемых к ней. Наиболее распространенным языком Дагестана может считаться аварский, употребляемый при взаимных сношениях почти всеми разноязычными лезгинскими племенами и обществами. Область его простирается в меридианном направлении через весь Дагестан, занимая нижнее течение Андийского-койсу, бассейны Аварского и Кара-койсу и южный склон Главного хребта почти на всем протяжении Закатальского окр. Всего гуще аварское население в Гунибском округе (в среднем Дагестане) и в Аварском (в зап. Дагестане). Материалы для изучения аварского языка:  (СПб., 1862); его же, «» (в « T. XIX, № 6, 1873 г.); его же, «Ausführ. Bericht über Bar. P. v. Uslars Awarische Studien» (СПб., 1872); П. К. Услар, «Этнография Кавказа. Языкознание. III. Аварский яз.» (Тифлис, 1889; грамматика, образование языка и сборник слов); «Аварские сказки и песни», собранный Айдемиром Чиркеевским (литограф., Темир-Хан-Шура, 1867); «Аварские сказки», записал и перевел Биакай Абдулаев, в «Сборнике матер.» (XIV, отд. II, стр. 73—134). — Лакский, или казикумухский, язык распространен в пределах Кази-Кумухского округа, хотя здесь существуют и аулы, населенные представителями других языков: аварского, тюрко-азербайджанского и других. Жители одного селения Арчи говорят особым языком, приближающимся к аварскому. Лакский или казикумухский язык исследован П. К. Усларом («Этнография Кавказа. IV. Лакский язык», Тифлис, 1890) и акад. Шифнером («Ausf. Bericht über Bar. P. v. Uslars Kasikumüikische Studien» СПб., 1866). — Кюринский язык распространен по обоим берегам р. Самура в южн. Дагестане, а также в Кубинском у. Бакинской губ. и в некоторых селениях Нухинского у, Елисаветпольской губ. С кюринским языком, по словам туземцев, сродны наречия рутульцев и цахурцев, живущих в верхней части бассейна Самура. О кюринском языке см. Schiefner («Ausf. Bericht über Bar. P. v. Uslars Kürinische Studien» СПб., 1873); Л. П. Загурского, «Заметки о кюринском языке» (в VIII вып. «Сборник сведений о К. горцах», Тифлис, 1875); кн. Лионидзе и С. Султанов, «Кюринские тексты» («Сборник материалов для описания и пр.» XIV, отд. 2-й). Говоры горцев восточной части Дагестана, живущих главным образом в Даргинском округе и в пограничных частях Темир-Хан-Шуринского, Кайтаго-Табасаранского и Кази-Кумухского, представляются наречиями одного языка, не имеющего общего названия. В виду наибольшей плотности населения, говорящего этим языком, в Даргинском округе, его можно назвать даргинским (или, по Вейденбауму, даргинско-кайтагским). Наречия этого анонимного языка соединяются (Загурским) в три группы: акушинскую (распространенную в Даргинском округе), кайтагскую (занимающую часть Кайтаго-Табасаранского округа) и вуркунскую (в среднем Дагестане). Из всех этих наречий Услар исследовал только одно, принадлежащее к кайтагской группе и названное им хюркилинским языком. Шифнер изменил это название в хюрканский язык. См. П. Услар, «Этнография Кавказа. Языкознание. V. Хюркилинский язык» (Тифлис, 1892); S (СПб., 1871). Песни жителей Цудахарского селения близ Гуниба, говорящих на хюркилинском языке, напечатаны Б. Далгатом в «Сборн. материалов для описания и пр.» (вып. XIX, отд. 2). Яз. жителей аула Кубачи (в верхнем Кайтаге), принадлежащий, по мнению Л. П. Загурского, к вуркунской группе даргинских языков, еще недостаточно исследован. К таким же малоисследованным языкам вост.-горской группы принадлежит табасаранский, распространенный в южн. Дагестане, в бассейне р. Рубаса. На С язык этот соприкасается с кайтагскими наречиями, на Ю — с кюринскими, с З к нему примыкает агульский язык (сродный, по показанию одних, с табасаранским, по показанию других — с кюринским), а на В область его отделяется от Каспийского моря прибрежной полосой, занятой тюркскими племенами. Вследствие близкого соседства и постоянных сношений с последними, табасаранцы усвоили себе их азербайджанское наречие и забывают понемногу свой родной язык. Исследование табасаранского языка было последним трудом бар. П. К. Услара, который не успел при жизни окончательно его обработать грамматически. Труд Услара продолжал Л. П. Загурский, но также не успел довести его до конца. К разряду народцев, ближайшее лингвистическое родство которых с другими восточно-горскими народами неизвестно, относятся еще: капучинцы в среднем Дагестане; крызцы, джекцы, будугцы и хиналугцы (названные так по названиям аулов). Джекцы, крызцы и будугцы (в Бакинской губ.), по показаниям туземцев, говорят наречиями кюринского языка; хиналугцы же, по отзывам кюринцев, говорят особым, непонятным для них наречием. Наконец, к восточно-горской группе причисляется удинский язык, сохранившийся в двух селениях Нухинского у. — Варташене и Ниже. Язык удинов, или удов, по исследованию акад. Шифнера, подходит ближе всего к кюринскому, но подвергся сильному влиянию татарского, а также заимствовал много армянских слов, под влиянием армяно-григорианской церкви, к которой принадлежит часть удинов (другие — православные). О языке удинском см.  (СПб., 1863).

III. К западно-горской группе принадлежат языки абхазцев и черкесов. Абхазский язык, распадающийся на несколько наречий, распространен, по словам Вейденбаума, на низменной полосе между предгорьями Главного хребта и Черным морем, на пространстве приблизительно, от р. Охури до Гагринской теснины. Другая ветвь абхазцев, известная под названием абазинцев (абаза), живет, под разными наименованиями, в юго-вост. части Кубанской обл., более всего в Баталпашинском у. Из наречий абхазского языка исследовано одно бзыбское, бар. П. К. Усларом. См. его: «Этнография Кавказа. Языкознание. I. Абхазский язык» (Тифл., 1887); также A. Schiefner, «Ausf. Bericht über Bar. P. v. Uslars Abcbasische Studien» (СПб., 1863). Черкесский яз., или адыгский яз., — яз. кабардинцев, живущих в Терской обл. (в Большой и Малой Кабарде), на равнинах бассейна Малки и по правому берегу Терека до р. Курпа. Другие общества, принадлежащие к адыгскому племени, живут, под разными наименованиями, разбросанно, в южной части Кубанской обл., к сев. от абазинцев. Многочисленнее прочих абадзехи, бжедухи; крайне мало, вследствие выселений в Турцию, осталось бесленивцев и шапсугов. По словам составителя кабардинской грамматики, Л. Г. Лопатинского, адыгский язык делится на три наречия: 1) нижнеадыгское (кяхское). Представителей этого наречия осталось по черкесским селениям, растянутым длинной полосой по Кубани, весьма немного; 2) среднеадыгское, или беслениевское, составляющее переходную ступень между нижнеадыгским и кабардинским; 3) верхнеадыгское, или кабардинское, на котором говорят кабардинцы, единственное черкесское племя, сохранившееся в целости и после массовых выселений в Турцию, вызванных окончанием кавказских войн. См. Люлье, «Словарь русско-черкесский, с краткой грамматикой» (Одесса, 1846); «Русско-кабардинский словарь с указателем и краткой грамматикой», состав. Л. Лопатинским (Тифлис, 1890); кабардинские тексты с русским переводом, изданы Л. Лопатинским, в «Сборн. мат.» и пр." (вып. XII, 1891); П. К. Услар, «Черновые заметки о черкесском язык. Этнография Кавказа» (Тифлис 1887, I, отд. II). К западно-горской группе принадлежит и язык убыхов, прежде занимавших часть прибрежья Черного моря, приблизительно между реками Хоста и Шахе, но затем почти поголовно ушедших в Турцию. О языке убыхов см. «Краткие заметки» Услара, в «Этнография Кавказа. Языкознание. I» (1887, отд. II). Вообще, взаимные родственные отношения языков, входящих в состав восточно-горской и зап. групп, еще далеко не уяснены наукой. Изучение этих языков затрудняется их звуками, которых артикуляция трудно достижима для нетуземцев, и своеобразным грамматическим строем, отличным от строя индоевропейских языков. Притом горские языки распадаются на множество наречий и говоров. Известный лингвист Фридрих Мюллер, изучавший строение некоторых кавказских языков по трудам Шифнера, предлагает следующую классификацию: А) Северно-кавказские языки: 1) абхазский и черкесский, 2) аварский, казикумухский арчийский, хюрканский (хюркилинский), кюринский, удинский, чеченский. Б) Южно-кавказские языки: грузинский, мингрельский, лазский, сванетский. Южно-кавказские языки представляют группу, которую можно назвать лингвистической семьей; но северно-кавказские не могут быть названы одной семьей, ввиду значительных различий их между собою и в формальном, и в лексическом отношений, хотя между ними наблюдаются и крупные сходства, напр. в обозначении родов, падежей, в некоторых чертах спряжения и проч. Отношение языков северно-кавказских к южно-кавказским остается до сих пор вопросом открытым (см. Fr. Müller, «Grundriss der Sprachwissenschaft», III т., II отд., В., 1887). Языки Кавказа, не входящие в состав картвельской семьи и обеих групп восточно-горской и западно-горской, принадлежать к семьям индоевропейской и урало-алтайской. К индоевропейской семье, именно к иранской ее ветви, принадлежат: а) язык осетинский, которым говорят осетины, живущие в Терской обл., в центральной части Кавказского хребта, в долинах, орошаемых отчасти средним течением Терека и притоками его с левой стороны. Часть этого народа живет и по ту сторону хребта, в верховьях Лиахвы, Ксанки, Риона, в Тифлисской и Кутаисской губ. Из современных живых иранских языков осетинский сохранил наиболее старины в своей фонетике и морфологии. Осетины по северную сторону хребта говорят на двух наречиях: иронском (тагаурском) и дигорском. Говор закавказских осетин представляет поднаречие иронского (см. Вс. Миллер, «Осетинские этюды», М., 1881—1887, где приведена и вся литература по изучению этого языка), б) Татский язык — наречие, близкое к новоперсидскому; таты живут главным образом в Бакинской губ., особенно в уездах Бакинском и Кубинском. а также в южном Дагестане — в Кайтаго-Табасаранском округе. См. Е. Berezine, «»; Dorn u. Mirza-Schafy, «Beitr. zur Kenntniss der Iranischen Sprachen» (ч. I, СПб., 1860). Поднаречие татского яз. представляет язык кавказск. евреев горцев (см. Горские евреи). Материалы для изучения еврейско-татского языка (тексты и словарь) изданы В. Ф. Миллером (СПб., 1892); в) Персидский язык, которым говорят персияне, живущие в Бакинской губернии, в Тифлисе и в городах Терской области. г) Талышинский язык, представляющий одно из персидских наречий, распространен в Ленкоранском у. (см. Рисс, «О талышинцах, их образе жизни и языке», в «Записках кавказск. Отд. И. Р. Геогр. Общ.», 1855, кн. III). д) Курдский язык, хотя и близкий к новоперсидскому, но имеющий право на название самостоятельного языка. Курды живут на юге Закавказья, главным образом в Эриванской губ., Карсской обл. и некоторых уездах Елисаветпольской. В курдском языке различают два наречия: курманджийское и заза. Первое наречье принадлежит курдам, живущим в пределах России. О языке курдов см. П. Лерх, «Исследования об иранских курдах» (СПб., 1857); A. Chodzko, «» (Пар., 1857); A, Saba, «Dictionnaire kurde-français» (СПб., 1879); F. Justi, «Kurdische Grammatik» (1880); С. Егиазаров, «Курманджийские тексты» (в XIII кн. «Зап. Кавказ. Отд. И. Р. Геогр. Общ.», 2 вып., Тифлис, 1884); Л. П. Загурский (совместно с С. Егиазаровым), «Курманджийско-русский и русско-курманджийский словари» (в XII кн. «Зап. Кавк. Отд. Имп. Русск. Геогр. Общ.», вып. 2). — К индоевропейской семье, но к отдельной ее ветви, принадлежит язык армянский, на разных говорах которого говорят армяне в губ. Эриванской, Елисаветпольской, Бакинской, обл. Карсской и во многих городах Кавказского края. Далеко не все поднаречия и говоры живого армянского языка на Кавказе достаточно изучены. См. К. Патканов, «Исследования о диалектах армянского языка» (СПб., 1869); А. Томсон, «Лингвистические исследования. Очерк ахалцихского говора» (I, 1887); его же, «Историческая грамматика современного армянского языка г. Тифлиса» (СПб., 1890). Новогреческим языком говорят греки, живущие отдельными селениями в Тифлисской губ., в Черноморском крае и Карсской обл. На сев. Кавказе есть греческие поселения в Кубанской обл. и Ставропольской губ. Кроме перечисленных языков индоевропейская семья на Кавказе представлена еще языками русским, польским, чешским (в Черноморском окр.), литовским, немецким и молдаванским (в Черноморском окр.). Народы монгольской расы на Кавказе принадлежат к двум отраслям урало-алтайского семейства языков: монгольской и тюрко-татарской. Представителями первой являются калмыки, кочующие в степях Ставропольской губ. к Ю от В. Маныча (Большедербетовский улус). Часть калмыков кочует по временам в степях на лев. берегу Терека, в Грозненском окр. Народы, говорящие языками тюрко-татарской семьи на Кавказе, могут быть разделены на 2 группы: а) тюркские народы, живущие на сев. Кавказе, и б) закавказские тюркские народы. К первой группе принадлежать языки: а) ногайский которым говорят ногайцы, живущие между pp. Кумой и Тереком и при устье Сулака; кроме того небольшие поселения их находятся близ Пятигорска и при слиянии Зеленчука с Кубанью; б) трухменский — язык трухмен (трухмян, туркмен), кочующих в Ставропольской губ. у нижнего течения Калауса и Кумы; в) карачаевский, весьма близкий к ногайскому, — язык тюркских горцев, живущих у верховьев Кубани и речек, впадающих в Кубань; г) язык так наз. горских, или кабардинских, татар, близкий к карачаевскому и ногайскому. Горские общества, говорящие этим языком: балкарцы (или малкарцы), бизинги и хуламцы (в верхнем течении Черека), чегемцы (в ущелье р. Чегема) и урсубиевцы (в ущелье р. Баксана); д) кумыкский — язык кумыков, занимающих северную часть дагестанского прибрежья Каспийского моря приблизительно от устья Терека до Дербента. О языке кумыков, близком к языку ногайскому, можно, судить по кумыкским текстам, изд. в «Сборн. мат. и пр.» (вып. XVII, отд. III, 1893; там же — «Русско-кумыкский словарь» М. Г. Афанасьева и «Кумыкско-русский словарь» М. В. Мохира). К закавказским тюркским языкам принадлежат: а) язык так наз. адербейджанских татар, составляющих главную массу населения восточной половины Закавказья. Это тюркское наречие, подвергшееся сильному влиянию персидского языка, называется адербейджанским по имени персидской провинции, пограничной с Закавказьем. Простота и доступность сделали это наречие международным языком для всего восточного Закавказья: б) язык турок (османлы), живущих в юго-западной части Закавказья, именно в Карсской обл., Артвинском и Батумском окр., Ахалцихском и Ахалкадакском уу.; в) язык туркмен (таракаманцев); этот тюркский народ, отличающийся по наречию от турок-османлисов, вышел из Турции и живет в нескольких селениях в Карсской обл. и Ахалцихском у.; г) язык карапапахов, как называют закавказских татар, перешедших в Карсскую обл. из пограничных губерний Закавказья. Научного, исследования большинства тюрко-татарских языков Кавказа еще не существует. Единственным представителем финской ветви служит на Кавказе язык эстов, которые лишь недавно в незначительном числе поселились в Александровском у. Ставропольской губ. и в Черноморском окр. К индийской ветви индоевропейской семьи относятся наречия К. цыган, оседлых и бродячих, известных в крае под названиями боша и карачи. О языке их см. К. П. Патканов, «Цыганы. Несколько слов о наречиях закавказских цыган: боша и карачи» (СПб., 1887). О классификации кавказских народов по языку, кроме названных выше сочинений, см. еще: Л. П. Загурский, «Этнологическая классификация К. народов» (приложение к «Кавказскому Календарю» на 1888); E. Г. Вейденбаум. «Путеводитель по Кавказу». Отд. I: «Очерк этнографии» (Тифлис, 1888).

.

ЭСБЕ:Языки