ЕЭБЕ/Библии переводы и издания в России
Библии переводы и издания в России. — Русский народ в отличие от многих других имел возможность получить священные книги на родном и понятном ему языке при самом принятии им христианства. В 9 в., с распространением в России христианства, сейчас же появилась и Библия на старославянском языке, который, по-видимому, был тогда и общецерковным языком у всех славянских народов. Первоначальный перевод Б., сделанный Кириллом и Мефодием, не сохранился до настоящего времени в полном составе, а потому нельзя определить, с какого именно списка он был сделан. Установлено, что в основание церковно-славянской Библии лег перевод Септуагинты, принятый древней церковью с первых веков ее существования, но с какого именно списка ее, которых было несколько, определить пока еще не удалось. Из переводов еврейских священных книг, сохранившихся до настоящего времени, наибольшую древность имеет перевод Пятикнижия, сделанный еще задолго до 1136 года. Следующий за ним по древности является перевод книг Иисуса Навина, Судей и Руфи; за ними следуют Псалтирь и Притчи Соломона. По мнению проф. Чистовича, «эти книги могут считаться остатками древнего славянского перевода Библии». К глубокой древности принадлежат также переводы книг Пророков и Иова, особенность которых, в сравнении с предыдущими переводами, заключалась в том, что последние сопровождались комментариями Отцов церкви (за исключением последних четырех меньших Пророков, переведенных без толкований). Все эти книги переведены с греческой Септуагинты по смешанным спискам. Менее древний перевод четырех книг Царств держится преимущественно редакции так называемого Ватиканского списка; того же списка придерживается, главным образом, и перевод Премудрости Иисуса сына Сирахова (Бен-Сира; см.). Остальные библейские книги были переведены преимущественно с Вульгаты, не ранее, однако, 11 века, за исключениеи первых 10 глав книги Эсфирь, переведенных с еврейского с польскими идиотизмами, и книг Экклезиаста и Песни Песней, переведенных с греческих списков в чрезвычайно смешанной редакции. Перевода третьей Маккавейской книги не существовало вовсе. Ко второй половине 15 в. по распоряжению митрополита Филиппа (ум. в 1474 г.) воспитанник его, крещеный еврей Феодор, перевел с еврейского подлинника Псалмы и кн. Эсфирь; им же, как полагают, сделаны и относящиеся к тому времени поправки в древнеславянском тексте Пятикнижия и Пророческих книг (против этого ст. Гаркави, «Следы знакомства с древнееврейским языком в древнерусской письменности», в «Еврейском Обозрении», 1884, № 1). — Полная Библия в России была «собрана» лишь в конце XV веке (1499) новгородским владыкой Геннадием, и история этого собрания показывает, что Священн. Писание до того времени было распространено в России только в отрывках и отдельных книгах, всех же книг в полном составе и одном свитке не существовало. В новгородской Софийской библиотеке, одной из самых богатых в России, не нашлось книг Бытия, Царей, Пророков, Притчей и Премудрости сына Сирахова, и Геннадий должен был их разыскивать в монастырях (Кирилловом, Кашенном и др.). Даже исправный список Псалтыри трудно было найти, несмотря на всю важность этой книги при богослужении и старинном обучении. Геннадий не мог найти в России все книги и потому вынужден был пополнить свой список выборкой текстов из разных толкований Священных книг и переводом с Иеронимовского текста (Вульгата). С последнего были переведены книги Паралипоменон (Хроники), Ездры (Эзры), Неемии (Нехемии), Товита, Юдифи, кн. Премудрости Соломоновой, I и II кн. Маккавеев (III совсем не была переведена) и часть кн. Эсфирь, причем, так как большинство библейских книг этого сборника было переведено с Вульгаты, и расположение книг и разделение на главы были сделаны по Вульгате. Острожская Библия (печатная, 1581 г.) явилась за небольшими исключениями почти копией рукописного собрания библейских книг 15 века (так, Песнь Песней дана была в новом переводе с греческого; книги Хроник, Нехемии, Премудрости Соломоновой, первая и вторая кн. Эзры вместо прежнего перевода с Вульгаты переведены были с греческого; книга Эсфири, первая и вторая Маккавейские также были переведены вновь или исправлены с греческого). Острожское издание имеет то значение, что оно установило текст славянской Библии и расположение глав и стихов. Московская Библия 1663 года перепечатана была с Острожской, но не буквально. Петровские исправители не держались определенной системы в исправлениях и пользовались безразлично еврейским текстом, изданиями греческой Б. и Вульгатой. При сличении текстов они пользовались Полиглоттой Вальтона, но местами обращались и к толкованиям Отцов церкви. Елизаветинские исправители редактировали славянский текст Б. по греческому тексту, а книги Товита и Юдифи, помещенные в Острожской и Московской Библиях в переводе с Вульгаты, перевели вновь с греческого, причем в руководство, как это явствует из их донесения св. синоду от 1741 года, приняли греческий (александрийский) текст потому, что «он ближе всех к еврейскому оригиналу».

В древней Руси не было потребности в переводе Св. Писания на народный язык, так как язык старославянский был всем вполне понятен. Но с того времени как под влиянием различных исторических условий народный язык стал постепенно удаляться от своего первоисточника — древнеславянского языка, явилась необходимость дать населению Библию на понятном ему языке. В 16 в. эта идея стала приводиться в исполнение, главным образом, в Юго-западной Руси, где первым переводчиком Библии явился доктор Франциск Скорина, родом из Полоцка. Он предпринял ряд изданий библейских книг под общим заглавием: «Библиа Русска, выложена доктором Франциском Скориною из славного града Полоцька Богу ко чти (чести) и людем посполитным к доброму научению». Всего таких книг Библии им было переведено и издано двадцать две, причем печатались они сначала в Праге (в Богемии, 1517—1519), а затем в Вильне (1525). В состав этого издания вошли книги: Бытие, Исход, Левит, Числа (здесь и дальше сохранена орфография Скорины), Второзаконие, Исуса Навина, Судей, Руфь, Царств (3 книги), Иудифь, Есфер, Иова, Притчи Соломона, Еклесиастер, Песнь Песней, Премудрости Божией (Соломони), Исуса Сирахова, Плач пр. Иеремии, пр. Даниила. Общераспространенно убеждение, что Скорина переводил Библию на современный ему живой язык, т. е. на зап.-русское наречие, и преимущественно с латинской Вульгаты, пользуясь, вместе с тем, текстами греческим и еврейским. Против употребления Скориной латинской Вульгаты высказались И. Первольф и П. Владимиров, а против предположения, что Скорина переводил Библию на живой «народный» язык, A. И. Соболевский, доказавший, что язык его вовсе не народный, а славянский, только несколько неправильный («Журн. Мин. Нар. Просвещен.», 1888. кн. X, стр. 321—322). Несомненные же переводы Библии на живой народный язык появляются в Юго-западной Руси со второй половины 16 века. К этому времени относится перевод Псалмов со славянского на польско-русский язык, сделанный неизвестным переводчиком под следующим заглавием: «Книга, глаголемая Польская Псалтире, преложена с русского на польски; нехай (пусть) по ней хвалят Господа». К концу 15 или началу 16 вв. относят южно-русский перевод Песни Песней с послесловиями ο любви, в которых находят следы чешского подлинника; перевод этот напечатан в «Основе» 1861 г., кн. XI. В 16 и 17 вв. продолжаются переводы библейских книг. Так, русский перевод книг Иова, Руфи, Песни Песней, Экклезиаста, Плача Иеремии, Даниила и Эсфири, находящихся в одном из сборников виленской Публичной библиотеки 16 в., сделан даже целиком с еврейского. Захарий Копыстенский (ум. в 1627 г.) приводит в своей «Палиноди» выдержки из какого-то перевода разных библейских книг, а также и Евангелия. В конце 17 века, с разделом Украины между Россией, Польшей и Турцией, самостоятельная литературная деятельность в Юго-западной Руси постепенно затихает, и весь 18 и большая часть 19 вв. проходят без попыток переложения Библии на малорусское наречие. Попытки эти начались только с возникновением украйнофильского движения; почти одновременно Квитка в Харькове и Маркиан Шашкевич в Галиции взялись за извлечения и переводы из Библии; были и другие начинания в этой области, но безрезультатные. Напечатаны были, и то позже, только переводы Псалмов: Шашкевича, Ильченки (Псалми Давидови, СПб., 1860) и Максимовича (М., 1859). В 60-х годах попытку перевести Библию на малорусский язык сделал Н. И. Костомаров, но она не увенчалась успехом. В 1869 г. во львовском журнале «Правда» появился перевод Пятикнижия, сделанный, как сказано в предисловии, трудами многих украинских писателей. Вскоре после этого, под псевдонимом «Ратай», П. Α. Кулиш издал свой стихотворный перевод Псалтири (Псалтырь, або книга хвали Божои, Лейпциг, 1870), книги Иова (в «Правде» 1869 г.) и Четырех евангелистов (Вена, 1871). Последние произведения отличаются особенно простым («простонародным») языком, чем вызвали против себя нарекания.

В Московской Руси литературная, а следовательно, и библейская деятельность была гораздо менее интенсивна, чем в Юго-западной Руси. По свидетельству князя Курбского, сами учители народа, духовные и светские, отговаривали трудолюбивых юношей, желавших «навыкнуть Священному Писанию», заниматься таковым, дабы не впасть в ересь, которая всегда является следствием усиленного чтения книг. Однако и в Московской Руси встречаются единичные попытки перевода Св. Писания на разговорный язык. В 1680 году издана была в Москве «Псалтирь рифмотворная», принадлежавшая перу Симеона Полоцкого; к этому изданию внизу страниц приложены ноты. В 1683 г. переводчик посольского приказа Авраам Фирсов перевел Псалмы на народный язык, так как, по его мнению, Псалтырь в древнем переводе нельзя правильно понимать «по множеству в ней речений разных языков». Но его перевод возбудил споры, и он был запрещен патриархом Иоакимом. Имеются данные, что в 1698 году пастор Глюк, из дома которого вышла вторая супруга Петра Великого — Екатерина, уже приготовил полный перевод Библии на русском языке, но во время войны со шведами этот труд погиб при осаде и взятии Мариенбурга (1703). После смерти Петра мысль ο переводе Свящ. Писания на русский язык заглохла надолго.

Когда в начале 19 в. (1804), по инициативе, исходившей из Англии, во всем мире стали основываться так наз. Библейские общества (см.) с целью издания и распространения Библии на разных языках, без всяких на нее толкований, примечаний и рассуждений, идея эта проникла и в Россию, где в 1813 г. было основано «Российское библейское общество» (см. Библейск. общ. в России). Первым делом его было напечатание славянской Библии, которая и вышла в 1816 г., как первое издание Российского библейского общества и как 23-е со времени первоначального напечатания славянской Библии. Но так как эта Б. все же была на церковно-славянском языке, сильно разнившемся от того языка, на котором говорил народ в начале 19 века, то скоро явилась необходимость издать Библию в более современном переводе. Идея эта всецело принадлежала имп. Александру I, который пожелал «доставить и россиянам способ читать слово Божие на природном своем российском языке, яко вразумительнейшем для них славянского наречия». Было первоначально приступлено к переводу Евангелия, который блестяще удался; тогда решили заняться русским переводом Библии в узком смысле (в понятие «Библия» на русском языке входит и Новый завет), т. е. кн. Ветхого завета. Труд перевода был возложен на Московскую и Киевскую духовные академии, которые в 1820 г. и приступили к этой работе. Уже в 1821 г. был готов перевод всей книги Псалмов, сделанный, по-видимому, уже не с греческого, а с еврейского текста, что явствует из предписания имп. Александра I, «чтобы на места в сем переводе, кои много разнятся со славянским, были помещены в печатном издании пояснения, свидетельствующие точность русского преложения с подлинного еврейского текста, с коего весь перевод сделан» (Чистович, 36). В январе 1822 года была издана Псалтирь, что явилось, по мнению президента Российского библейского общества, «событием, составляющим эпоху в истории Российского библейского общества» (Девятый отчет Р. Б. О., V), а в июне того же года было приступлено к новому изданию, исправленному и еще более близкому к первоначальному еврейскому тексту. Насколько этот перевод действительно соответствовал потребностям населения, доказывает то обстоятельство, что до 15 марта 1823 г., т. е. в течение одного года вышло 12 изданий его. В промежуток времени между концом 1823 г. и концом 1825 г. были сделаны попытки издать всю Библию на русском языке; уже были готовы переводы некоторых ее частей, а один том (первый) даже был окончен печатанием, когда комитету Российского библ. общ. было объявлено высочайшее повеление, «чтобы оконченный печатанием первый том Б. в переводе на русский язык не приводить в употребление впредь до разрешения». В 1826 г. Росс. библ. общ. было закрыто. Так как в то время уже было отпечатано Пятикнижие, то его выпуску в свет отдельно от пророческих книг воспротивились, чтобы вследствие этого «не развилась ересь молокан и не последовали совращения простого народа в иудейство» (Чистович, стр. 117). Больше того, переводчиков и издателей винили в переводе и напечатании Пятикнижия, как в тяжком преступлении; наконец дошло до того, что решили предать сожжению отдельные издания Пятикнижия в русском переводе (в конце 1824 года или начале 1825 года). «Я не могу, — писал по этому поводу митрополит киевский, преосвященный Филарет, в 1857 г., — без глубокой скорби вспомнить, что верховное духовное начальство нашло необходимым предать огню на… кирпичных заводах несколько тысяч экземпляров пяти книг св. пророка Моисея, переведенных на русское наречие в СПб. духовной академии и напечатанных Библейским обществом». — После этого дело перевода Библии на некоторое время затихло. В 1834 г. алтайский архимандрит Макарий поднял было вопрос о «потребности для российской церкви переложения всей Библии с оригинальных языков на современный русский язык» (из письма к московскому митрополиту Филарету), но, признанный несвоевременным, он не привел ни к каким результатам. Однако то, чего нельзя было сделать официально, было совершено частным, вернее, тайным образом. Известно, что враждебное отношение к еврейскому тексту Библии основывалось на том, что он слишком резко расходился с догматическими воззрениями христианской церкви, тогда как Септуагинта в этом отношении более соответствовала им. Но так смотрели на еврейский текст официальные представители церкви; частные же лица и в особенности ученые не могли не видеть преимуществ его, как древнейшего текста, во всяком случае, более соответствующего первоначальному смыслу священных книг. Так, напр., относился к еврейской Библии протоиерей и профессор Г. И. Павский, который перевел ее для своих слушателей, студентов Петербургской духовной академии, почти всю. Перевод Павского стал распространяться в литографированном виде среди студентов, в качестве пособия при изучении еврейского языка и чтении Священного Писания, но по анонимному доносу, в мрачных красках изобразившему опасность, какую может причинить подобный перевод Библии православию, он был уничтожен, а Павский после долгого розыска был наконец признан невиновным в распространении этого перевода, но отстранен от должности. Еще печальнее была судьба перевода архимандрита Макария, сибирского миссионера. Близко соприкасаясь с инородцами, он первый понял необходимость издать для них Библию, если не на родном их языке, то, по крайней мере, на разговорном русском, который им приходится слышать ежедневно, а не на церковно-славянском, который и русские в большинстве случаев уже с трудом понимали. Он перевел книгу Иова на русский язык и отправил рукопись в комиссию духовных училищ для просмотра, а отдельно послал пространное письмо императору Николаю I, в котором доказывал необходимость издания нового перевода; но перевод Макария был найден неудовлетворительным (впрочем, без достаточных оснований) и в напечатании его было отказано. В 1839 г. он представил перевод книги Исаии и снова отправил письмо к государю с просьбой повелеть ο его напечатании, но и этот труд постигла та же участь, что и книгу Иова. Только после смерти Макария в «Православном обозрении» за 1860—1867 гг. напечатан перевод его с еврейского языка на русский Больших и Малых Пророков и книг Иова, Песни Песней, Экклезиаста, Притчей Соломоновых и Пятикнижия Моисеева, книги Судей, четырех книг Царств (Самуила и Царей), книги Руфь, I и II Хроник, II книги Эзры, Нехемии, Эсфири, I и II кн. Маккавейских. — Снова поднимается вопрос ο переводе священных книг на русский язык в 1856 г., во время коронации Александра II, и вновь возбуждает против себя множество противников, хотя теперь открыто выступают и его сторонники. Среди возражений против перевода с еврейского текста особенно интересными представляются следующие: 1) перевод священных книг Ветхого завета с еврейского языка на русский ослабит силу православного христианского предания, опирающегося во многом на текст Септуагинты, а не еврейской Библии, и умалит авторитет Отцов церкви, изъяснявших Св. Писание преимущественно по тексту Септуагинты; 2) перевод священных книг Ветхого завета с еврейского текста есть нововведение, начавшееся со времен Лютера и усвоенное исключительно на западе лютеро-кальвинскими обществами; подражание этому примеру опасно для православия Восточной церкви. Однако восторжествовало мнение, предлагавшее перевести Библию с еврейского текста, и с 1861 г. было приступлено в «Христианском Чтении» к печатанию библейских книг в русском переводе, начиная с кн. Бытия. В комитет, избранный специально для руководства этим делом, вошли: M. A. Голубев, профессор Священного Писания, Д. А. Хвольсон, преподаватель еврейского языка в Духовной академии и проф. греческого языка E. H. Ловягин. В последовательном порядке напечатаны были: Пятикнижие, книги Иисуса Навина (Иошуи), Судей, книги Царств и Хроник. За смертью M. A. Голубева, начавшего перевод книги Иова, его докончил Д. А. Хвольсон, который также перевел, при участии и. И. Савваитова, Притчи Соломона и Экклезиаст (в том же «Христианском Чтении» помещен другой перевод Экклезиаста, принадлежащий Максимовичу, но он неудовлетворителен). В 1861 г. Киевская академия начала в своих «Трудах» печатание перевода некоторых исторических книг Библии, принадлежавшего перу проф. этой Академии M. C. Гуляева. С 1869 г. начался перевод Пророков с еврейского яз., сопровождавшийся филологическими и историческими примечаниями. В течение этого же времени (1860—1869 гг.) журнал «Православное Обозрение» напечатал целый ряд библейских книг в переводе арх. Maкария и некоторые книги в переводе свящ. А. А. Сергиевского, а в журнале «Дух Христианина» (1862—1863 гг.) напечатан перевод Г. И. Павского III и IV книг Царств (книги Царей), обеих Хроник и Притчей Соломоновых. Кроме того, в то же время были переведены и изданы отдельно: кн. Премудрости Иисуса сына Сирахова (Бен-Сира), СПб., 1895 г., с кратким объяснением, и книга Иова, Вятка, 1860 г., с приложением обширного толкования в подстрочных примечаниях. В свою очередь святейший синод, признавая необходимым предпринять от собственного лица издание русского перевода еврейской Б., поручил в 1867 г. конференции Киевской, Московской и Казанской академий приступить к пересмотру изданных в «Христианском Чтении» переводов священных книг Ветхого завета, сверив их с подлинным текстом. Поручение синода было в течение одного года выполнен, и в промежуток времени от 1868 до 1872 гг. были изданы все книги еврейской Библии на русском языке. — Что касается системы перевода Б. на русский язык, то следует отметить, что, хотя он и сделан с еврейского текста (за исключением перевода Г. И. Павского), но находился всегда под сильным влиянием греческой Библии. Влияние это отразилось: 1) на составе русской Б., куда вошли такие книги, которые в еврейском каноне отсутствуют, но которые входят в состав греческой Библии (см. Канон), 2) на расположении книг, или порядке их последовательности, так как в славянской, а за нею и русской Б., по примеру греческой, книги размещены по содержанию, так что неканонические вставлены между каноническими, 3) на составе отдельных книг и расположении в них глав и стихов; так, в славянской и русской Б., как и в Септуагинте, кн. Эсфири и Даниила дополнены прибавлениями, имеющимися в греческой Библии; в конце II кн. Хроник помещена молитва Манассии (Менаше) и проч., и 4) на смысле некоторых стихов, вследствие того, что творцы Септуагинты читали эти места иначе, чем было принято по еврейскому «масоретскому» чтению, которое во многих местах греческой Библии весьма отличается от еврейской, и наоборот. — Следует упомянуть еще, что в апреле 1860 г. в Лондоне на русском языке вышло Пятикнижие в переводе «Вадима». В предисловии переводчики заявляют, что они «поставили задачей — возможно точный перевод еврейского подлинника» и желают сделать с него «ближайшую, фотографическую копию», для чего избрали «образцом английский перевод доктора Бениша, чтеца в лондонской синагоге». Действительно, переводчики не только удержали еврейскую транскрипцию собственных имен, как, напр., Хава, вм. Ева, и т. п., но и дали столь дословный перевод, что он в некоторых местах совершенно непонятен; напр., «и взял Моше грудь и размахивать стал ее размахиванием перед Сущим»,  (Лев., 8, 29) и т. п. В 1866 году Британское библейское общество приступило к печатанию в Лондоне русского перевода Библии исключительно с еврейского текста. Перевод этот делался в Петербурге проф. еврейского языка в Петерб. духовной академии В. А. Левинсоном (при содействии для русского языка П. И. Боголюбова), а по смерти его (в 1869 г.) — Д. А. Хвольсоном (при содействия П. И. Савваитова). Сначала были изданы книги Пророков в переводе В. А. Левинсона, а затем и остальные книги в переводе Д. А. Хвольсона. Все издание закончено было в 1875 г., но, как напечатанное за границей, оно не было допущено в Россию, а потому Британское общество исходатайствовало разрешение напечатать этот перевод в синодальной типографии с некоторыми изменениями. Издание это вышло в 1882 году.

Что касается русских переводов Библии для евреев, то подобные попытки возникают с начала 60-х годов. Первым пионером на этом поприще является Л. И. Мандельштам (см.), который издал в Берлине в 1862 г. Пятикнижие под заглавием: «Фора, т. е. Закон, или Пятикнижие Моисеево. Буквальный перевод Л. И. Мандельштама, кандидата Петербургского университета. В пользу русских евреев. Берлин, 5622 (1862 г.)». Перевод этот, что явствует впрочем и из выражения «в пользу русских евреев», был сделан автором в том убеждении, что ознакомление своих единоверцев с господствующим в государстве языком есть одно из вернейших средств к тесному сближению евреев с русским народом и с условиями русской общественности. В 1872 г. вышли второе издание этого Пятикнижия и Псалтирь в переводе того же Мандельштама. В свое время перевод обратил на себя внимание как критики, так и интеллигентных еврейских кругов, но в настоящее время он совершенно устарел. — Специально (для евреев) были переведены и объяснены раввином А. Л. Пумпянским сначала Псалмы (Варшава, 1872), а затем и Притчи Соломоновы (С.-Петербург, 1891), но весьма неудовлетворительно. В 1875 г. Общ. для распространения просвещения между евреями в России издало Пятикнижие (с параллельным еврейским текстом), переведенное ученым евреем при виленском генер.-губернаторе И. Г. Герштейном и известным еврейским поэтом Л. О. Гордоном. В последнее время появился, при материальном содействии того же Общ. распр. просв. между евреями, хороший перевод Пятикнижия (Вильна, 1899) и книг Иошуи и Судей (Вильна, 1906), а также книги пророка Исаии, сделанный О. Штейнбергом. Этот перевод, идущий параллельно с еврейским текстом, сопровождается подстрочными примечаниями на еврейском и русском языках. — Ср.: И. A. Чистович, «История перевода Б. на русский язык», второе изд., 1892, passim; его же, «Исправление текста славянской Библии перед изданием 1551 г.» («Православн. Обозрен.», 1860 кн. 1, 4, 5; «Христ. Чтение», 1872, кн. 3); Голубинский, «История русской церкви», I, 717; II, 282—297; Астафьев, «Опыт истории Библии в России», «Журн. Мин. Нар. Просв.», 1887, 7, 8, 10, 12; «Восход», 1889 г., кн. 9 (рецензия); «К истории употребления и изучения Библии в России», «Православное Обозрение», 1868, ч. ХХVII, № 10; 1869 ч. I; «Воскресн. Чтение», 1872, ч. II, 29, 32; 1876, ч. II, 33; Пыпин, «Российское Библейское Общество», «Вестник Европы», 1868; «Девятый отчет Рос. Библ. Общ.»; Энциклопедический словарь Брокгауза-Ефрона, III, 1891, под словом Библейский перевод.

ЕЭБЕ