ЕЭБЕ/Антисемитизм в Средние века
Антисемитизм в Средние века. — Враждебное отношение к евреям, проходя через всю их средневековую историю, принимало в различных западноевропейских странах самые разнообразные формы. Однако основные черты антисемитизма всюду одинаковы. А. в Средние века проявляется, с одной стороны, в форме религиозной нетерпимости, а с другой — принимает характер политической и экономической борьбы. Отсутствие сильной центральной власти и могущество многочисленных корпораций (цехов, гильдий и т. п.) открывали широкий простор для преследования и унижения евреев всеми классами христианского общества. Проследить исчерпывающим образом проявления А. в Средние века значит написать историю евреев Западной Европы. Поэтому необходимо ограничиться выяснением происхождения антисемитизма, характерными его проявлениями и, наконец, отражением его в литературе. — Лишь только церковь окрепла, она стала стремиться к регламентации жизни средневекового общества и, прежде всего, к урегулированию отношений христиан к евреям, с которыми обществу приходилось постоянно соприкасаться. Постановления церкви относительно евреев носили ограничительный характер; они были направлены против иноверцев и стремились изолировать последних, дабы парализовать их влияние на христиан: евреи не имели права держать христианскую прислугу, занимать общественные должности, появляться на улицах в Страстную неделю; они были обязаны носить отличительный знак, не имели права приносить жалобы в суд на христиан и свидетельствовать против них и пр., и пр. Вначале эта агитация успеха не имела. В раннем средневековье постановления церкви обыкновенно оставались мертвой буквой, и частое повторение их на соборах можно объяснить именно тем, что христианское население, невзирая на запреты церкви, находилось в дружеских отношениях с евреями. Но церковь настойчиво продолжала стремиться к своей цели; постепенно ее принципы проникли в законодательство христианских средневековых государств: Кастилии, Англии, Франции и Португалии — с XIII в., Венгрии еще раньше, с XI в. и наконец, позже всего, — в Германии. Кроме того, духовенство в проповедях и литературных произведениях непосредственно возбуждало население против «врагов Христа». Характерно в этом отношении послание Петра Клюнийского накануне второго крестового похода: бесполезно вести борьбу с врагами христовой веры в далеких краях, если евреи, которые хуже сарацин, находятся среди нас и безнаказанно издеваются над Христом, над всеми таинствами и оскверняют их; имущество, приобретенное евреями обманом, должно быть отнято; то, что похищено гнусным образом, должно быть вырвано из рук похитителей, ибо не простым земледельческим трудом, не честным и полезным занятием наполняют евреи свои амбары — плодами, погреба — винами, кошельки — монетой, сундуки — золотом и серебром; они отнимают у Христа хитростью; они — воры, скупающие у воров; по самой низкой цене приобретают они самые священные вещи. Когда вор ночью уносит из храма священную утварь, кресты или освященные чаши, он избегает встречи с христианами и бежит к евреям; там он не только находит безопасное убежище, но и продает синагогам Сатаны похищенное в святых церквах; покровительствуя этой гнусной торговле между ворами и евреями, христианские князья издавна установили, что, если у еврея найдут принадлежащее церкви имущество или даже священную утварь, никто не обязан ни вернуть вещей, ни даже указать похитителя. Клюнийский аббат требовал, чтобы у евреев отняты были их сокровища для крестового похода. В таком же духе проповедовал в XIII в. и Бертольд Майнцский. Вообще, с основания ордена доминиканцев проповеди против евреев участились. Церковь принялась инсценировать ритуальные убийства, похищение и осквернение гостий. Во время крестовых походов монахи часто открыто призывали толпу к нападению. В результате церковь достигла своей цели — отличительный знак сделал еврея предметом общего презрения, жалким парией общества. — Нельзя сказать, чтобы христиане, помимо агитации церкви, не питали вражды к евреям. Каким образом и когда зародилась вражда к евреям и в каких классах общества она всего более проявилась — это один из еще не выясненных вопросов, но несомненно, что ненависть к евреям обусловливалась, среди прочих причин, также и экономическими факторами. Известный экономист Вильгельм Рошер («Евреи в Средние века с точки зрения торговой политики») пытается объяснить усиление ненависти к евреям после крестовых походов возникновением купеческих организаций, которые начинают вытеснять евреев из их главного занятия — торговли и таким образом вынуждают их ограничивать свою деятельность ростовщичеством. Рошер утверждает, что именно тогда, несмотря на успехи культуры, благосклонное отношение к евреям раннего средневековья сменяется жестокой ненавистью, а низшие слои городского общества, видя в них капиталистов, грабят их. Можно сказать, говорит Рошер, что благоприятное отношение к евреям обратно пропорционально успехам материальной культуры. Взгляд Рошера не всегда оправдывается фактическим ходом событий. Так, напр., в Италии не замечается экономического антисемитизма (хотя известно о мерах венецианского сената против конкуренции еврейских купцов в XI в.). Отношение к евреям в Италии ухудшается лишь с XVI в. и то лишь благодаря воздействию церкви, успевшей оправиться от ударов, нанесенных ей Реформацией. Пример Германии, напротив, подтверждает взгляд Рошера. Генигер (, I и сл.) доказывает на основании документов кельнских архивов, что евреи Кельна пользовались равными правами со своими христианскими согражданами, и только после 1146 года положение их постепенно ухудшается. То же самое можно сказать и о целом ряде других городов в XIII и ХIV веках. В Нюрнберге им была запрещена почти всякая торговля; в Аугсбурге они лишены были права заниматься винной торговлей, а в Глогау — торговлей сукном; евреи Линца вовсе не имели права вести торговлю с христианами. При последнем герцоге из дома Бабенбергов, Фридрихе II, положение евреев в Верхней и Нижней Австрии было довольно благоприятно: они пользовались особым покровительством герцога, свободно вели торговлю и занимали даже места на государственной службе; все это возбуждало ненависть христианского, в особенности венского, купеческого населения. Когда герцог Фридрих восстал против императора Фридриха II и, будучи побежден, был вынужден оставить Вену, граждане поспешили обратиться к императору с жалобой на евреев. Вследствие этого в привилегию, данную императором гражданам Вены, была включена статья (третья), лишавшая евреев права занимать общественные должности, «ибо они, злоупотребляя своей властью, притесняют христиан, а между тем спокон веков осуждены на вечное рабство». Следует также отметить, что в привилегии, данной императором венским евреям в 1238 г., являющейся почти дословным повторением известной Шпейерской привилегии, отсутствует статья, разрешающая евреям заниматься крупной торговлей. — В других германских областях ограничения, направленные против еврейской торговли, возникают около XIV века. Но и в области, отмежеванной евреям, в денежной торговле, их интересы весьма часто произвольно нарушались. В течение всего ХIV в. должники евреев — императоры, князья и города — отказываются платить свои долги. С этой целью горожане добиваются даже особых привилегий от императора. Так, в 1385 году 38 городов Швабского союза за 40.000 гульд. приобрели у императора право сократить на одну четверть все долги евреям, жившим в городах союза; уплату остальной части города брали на себя, причем должники вносили им залог, и в случае несостоятельности должника залог оставался в пользу города. Все расчеты с евреями-кредиторами производили города, которые нередко удерживали часть долгов в свою пользу. В 1390 году Нюрнберг, Ротенбург, Швейнфурт, Виндсгейм и Вейссенберг совершенно откупились от долгов евреям. В том же году и город Регенсбург был освобожден от уплаты долгов евреям, при чем удержал в свою пользу все залоги должников, императору же уплатил 15 % всей суммы — 15000 золотых гульденов. «Евреям, таким образом, давали накоплять капиталы, а затем отнимали их, подобно тому, как наполняют и опорожняют копилку». Так распоряжались собственностью беззащитных евреев и в Англии, и во Франции. В последней положение евреев стало ухудшаться после смерти Людовика VII. «В середине XIII в., — говорит Гюдеманн, — евреев теснят со всех сторон. Их социальное положение непрочно, их имущество находится в зависимости от произвола или близкого к произволу закона, их отношения к остальным слоям общества натянуты; фанатизм эпохи крестовых походов и миссионерское рвение монахов создали глубокую пропасть между ними и христианами». — В Англии со вступлением на престол Ричарда Львиное Сердце (1189) положение евреев резко изменяется к худшему. В самый день его коронации происходит нападение на евреев в Лондоне, а вскоре и в других городах. Рыцари убивают евреев и уничтожают свои долговые записи. Евреи изгоняются из целого ряда городов. Начинается усиленная агитация церкви. Обостряются отношения евреев к окружающему обществу, и наконец под давлением общественного мнения король издает декрет об изгнании евреев из всей Англии, а парламент выражает благодарность королю за эту меру. По мнению историка Абрагамса, главными моментами антисемитского движения в Средние века являются крестовые походы, войны против альбигойцев (см.), рост монашеских орденов в XIII в., деятельность папы Иннокентия III, «черная смерть» 1348—1349 гг., религиозные волнения во время Реформации в Германии и законодательство о гетто в XVI веке. Для испанских евреев критический момент наступает в 1391 году (Севильская резня).

В литературных памятниках вражда против евреев выражается уже с самого начала средневековья. Особенно резко выступали против евреев в IX веке лионские епископы Агобард (см.) и Амулон (см.). Еще более учащаются выступления против евреев в последующие века. В классической стране средневекового антисемитизма, в Австрии, где все классы общества, за исключением крупного дворянства, пылали враждою к евреям и где образованные слои общества разделяли с массами эту ненависть, поэт Зейфрид Гельблинг (Seyfried Helbling) выразил свою ненависть к евреям в следующих строфах:

(Из второго тома его сатирических поэм, изд. Karajan’ом в Haupts Zeitschrift für deutsch. Alterthum, IV).

(Перевод: «Слишком велики грехи и позор евреев в этой стране. Никогда еще не было государства, удовлетворявшегося тридцатью неверными, вонючими жидами. Кто под эгидою евреев научится похищать христиан, того да покарает Господь Бог. Если бы я был государем, я повелел бы всех вас сжечь. Император Веспасиан и его брат (?) Тит не взяли ваших денег и разрушили Иерусалим. Евреев он увел на веревке и велел им немного подождать; за пфенниг он продавал по 30 евреев; то государство, которое покупало их на пфенниг, осквернялось ими»).

С распространением печатного станка возникла обширная памфлетная литература. Авторы, принадлежавшие по большей части к образованному духовенству, язвительно чернили евреев, и даже творец Реформации, Лютер, не пощадил евреев в своем сочинении «Von den Juden und ihren Lügen». Подобно тому, как для средневековых писателей арсеналом, откуда они черпали злословие и клевету, служат сочинения отца церкви Иеронима, так и книга Лютера является благодарным материалом для антисемитов новейшего времени. Весьма характерен памфлет . («Враг евреев. О благородных отпрысках талмудических евреев, живущих в настоящее время в Германии; серьезное, основательное сочинение, в котором вкратце доказывается, что они — величайшие хулители Господа нашего Иисуса Христа, к тому же заведомые и непримиримые враги христиан и, напротив, друзья и союзники турок, кроме того, воры и обманщики, занимающиеся ростовщичеством и фабрикацией фальшивой монеты»). Автор памфлета, священник Нигринус, особенно восстает против евреев-ростовщиков и обвиняет власти в том, что они им покровительствуют. Он предлагает либо изгнать евреев, либо заставить их заниматься полезными ремеслами. В подобном же духе писал другой представитель духовенства, проповедник Иодокус Эргардт, в 1558 г.: «Если кто хочет знать, по каким причинам они находят покровительство и предпочтение у столь многих князей, графов и дворян, несмотря на выжимание соков из народа, то далеко не последняя и даже, можно сказать, одна из важнейших причин состоит в том, что такие высокопоставленные господа сильно задолжены евреям и без последних не в состоянии были бы удержаться на поверхности; это всем известно, и можно было бы (я почтительно умалчиваю о королях и князьях) назвать по имени многих из высшего и мелкого дворянства, которых это, как каждому известно, постыднейшим образом касается. Разве бедным христианам не приходится делать для проклятых евреев почти все, что те от них потребуют? И это по той лишь причине, что они так задолжали евреям с обременительными, ростовщическими процентами и процентами на проценты, что часто ничего или только очень немногое из своего имущества могут считать своей собственностью. Как часто полевые плоды переходят к евреям задолго до жатвы и как мало остается бедному крестьянину с женой и детьми! Скажи мне: многие ли простые крестьяне имеют еще свой скот в местах, где живут евреи? Не принадлежит ли он весь или большая его часть евреям? И представители дворянства, которые сами находятся в зависимости от евреев и являются их друзьями и посредниками, оставляют все это безнаказанным и в своих владениях не защищают бедного человека против дьявольских ростовщиков — что они должны бы делать по справедливости — и даже более того: когда высшая власть страны повелевает изгнать евреев, доставляют им убежище и защиту». В сочинении одного ингольштадского католического священника (1590) сказано, что в вышеописанном Эргардтом бедственном положении народа виноваты не одни евреи: «Как могли бы евреи причинить столько несчастий и вреда ростовщичеством и другими финансовыми операциями, если бы христиане не содействовали им, если бы вследствие лени, неумеренной роскоши и расточительности христиане не нуждались в них, если бы, по крайней мере, не заискивали в них и не принимали участия в их ростовщических сделках? Между тем жалуются на евреев, а не говорят, как по справедливости следовало бы: Меа maxima culpa — больше всего моя в том вина». — Следует заметить, что вытеснение немецких евреев из всех почти отраслей торговли и общие ограничения в правах являются результатом вековых преследований, доведших евреев до полного разорения, так что в начале XVI века они занимаются главным образом ростовщичеством и мелкой торговлей. Указанные обвинения наравне с обычными наветами в ритуальных преступлениях повторяются и в остальной памфлетной литературе до середины ХVIII в. Особенным успехом пользовалась книга Эйгенменгера (см.) «Entdecktes Judenthum». Вражду к евреям разжигали в христианском обществе также довольно широко распространенные карикатуры и иллюстрации; обычной их темой являлось грубое глумление над еврейскими обычаями, изображение ритуальных преступлений и проч. — Ср..: , в , 3-е изд., II, 321 и сл. (русский перевод этой статьи в «Евр. библ.», VI, 1878); , в , I, 65 и сл.; , 1866, стр. 133 и сл.; , 1901, 32 и сл., 130 и сл., 346 и сл.; , 1896, 399 и сл.; , 1908, I, 212, 221—222 (автор не придает особого значения экономическому фактору в истории средневековой юдофобии; главную ее причину он видит в пропаганде церкви); , I, passim; M. Кулишер, «Экспроприация евреев в Cредние века», «Восход», 1899, X; , в , 1907; , 1890, sept.-oct., 356 и сл. (описание резни евреев в Γ. в XIV в.).