ЭСБЕ/Приданое
Приданое — имущество, которое приносит мужу жена или за нее другие для облегчения издержек брачной жизни. Институт П. при всей своей распространенности происхождения сравнительно позднего. Он находится во внутреннем противоречии с господствовавшей в древности куплей невест: трудно представить себе, чтобы родственники невесты, с одной стороны, получали плату за нее, а с другой — наделяли ее П. Можно указать на целый ряд народностей (Монголии, Китая, Африки), у которых существует обычай умычки и купли невест и которые совершенно не знают института П. У некоторых народностей (киргизы, черемисы, чуваши, черногорцы, герцоговинцы и др.) наблюдается, однако, одновременное существование купли невест и наделения их П.; равным образом у великороссов вместе с кладкой или калымом жениха бывает уговор о П. Для объяснения этого кажущегося противоречия М. М. Ковалевский выдвинул теорию позднего возникновения П. в эпоху постепенного вымирания обычая покупать невест. Согласно этой теории, П. возникло из обычая предоставлять в пользу невесты калым (см.), в части или полностью. Этот обычай, отражение которого можно проследить во многих древних законодательствах, в полной своей чистоте поныне наблюдается у татар Казанской губернии. П. делается здесь родителями невесты на деньги, полученные от жениха; оно составляет собственность жены, и никто — ни муж, ни родственники его — не имеет на него никакого права; по смерти жены при ее бездетности П. переходит к ее родителям или родственникам. С того времени, когда купля невесты совершенно вышла из употребления или же превратилась в символический обряд, П. как платеж, делаемый женихом невесте, должно было прекратить свое существование. Обычай наделять невесту известными ценностями мог, однако, остаться; изменился только источник этого наделения, которое со временем слилось с подарками, какие в силу распространенного древнего обычая обоюдных дарений между роднящимися семьями делались невестой из отцовского имущества в пользу жениха. В результате получилось, что в позднейшем праве П. приносится не женихом невесте, а невестой жениху. В некоторых законодательствах оба элемента, из которых развился институт П., сохраняют свое обособленное существование. Это наблюдается в русском обычном праве, в котором, наряду с предбрачным взносом, делаемым женихом и его роднёй на наряды для невесты и на свадебные расходы, встречается и П., или наделок, с характером платежа, делаемого невесте ее родней и своим размером обыкновенно отвечающего тому выделу, на который она вправе рассчитывать в случае смерти ее родителя. Для того чтобы надел, получаемый невестой из отцовского имущества, образовал собой П. в техническом значении этого слова — dos римского права, необходимо, чтобы женщина достигла известной юридической самостоятельности, чтобы за ней признавалось право на предъявление исков. Этого не могло быть при древнеримском браке, отличавшемся полным подчинением жены мужу (см. Manus): при нем имущество, принесенное женой, совершенно поглощалось и растворялось в имуществе мужа. Римский институт П. мог возникнуть лишь на почве более свободных брачных отношений, когда не все имущество жены стало переходить во владение мужа в качестве П. и вместе с тем исчезло правило, в силу которого П. в случае расторжения брака оставалось в руках мужа. Со II столетия до Р. Х. практика стала допускать иски жены о возвращении П. (rei uxoriae actio), сначала лишь при произвольном расторжении брака мужем; lex Maenia (186 г. до Р. Х.) установил возможность такого иска и в случае смерти мужа. При всеобщем падении нравов П. получило значение краеугольного камня брачных отношений и сделалось главнейшей побудительной причиной не только к заключению, но и к сохранению брака, так как от исхода последнего и отчасти от наличности детей зависела судьба П. Классическая юриспруденция, с особенной тщательностью разрабатывавшая институт П., все более и более выдвигала на первый план тот момент, в силу которого П. предназначается для облегчения мужу издержек семейной жизни (ad sustinenda onera matrimonii). П. получает при этом характер самостоятельного и цельного комплекса имуществ (universitas bonorum), который отличается как от собственного имущества мужа, так и от парафернального имущества (см.) жены и может как уменьшаться, так и увеличиваться. По римскому праву П. всецело поступает в пользование того супруга, на котором лежат издержки семейной жизни, т. е. мужа: он может не только извлекать из П. всякого рода доходы, но и отчуждать его, за исключением недвижимости, на отчуждение которой требуется согласие жены. Во всех своих действиях муж обязан иметь в виду интересы жены, для которой П. является не только источником издержек совместной жизни, но и обеспечением на случай прекращения брака. По управлению и пользованию П. муж отвечает даже за легкую вину, определяемую сообразно индивидуальному его характеру (culpa in concreto). Жена в случае надобности может потребовать обеспечения целости ее П. Хотя П. и принадлежит, таким образом, одновременно как мужу, так и жене (римские юристы выражали это положением: quamvis in bonis mariti dos sit, mulieris tamen est), но по отношению к третьим лицам собственником его не выступал муж. По способу наделения П. римские юристы различают П., полученное от родителей жены (dos profecticia), и П., принесенное самостоятельно женой или полученное ею от бокового родственника или постороннего лица (dos adventicia). Если лицо, давшее П. второго рода, оговорило возвращение ему П. в случае расторжения брака, то оно называется dos recepticia. Жена приобретает право иска о возврате П. (actio rei uxoriae, actio dotis s. de dote) лишь при прекращении брака смертью мужа или разводом. Только право иска, уже приобретенное женой, переходит к ее наследникам. Если жена приобрела что-нибудь в силу завещания мужа, то принятие такого наследства равносильно отказу от права на обратное получение П. В случае прекращения брака смертью жены П. остается в собственности мужа, но по отношению к dos profecticia классическая юриспруденция допускает право требования для родителя, давшего П. Вообще иск о возврате П. считается actio in bonum et aequum concepta и рассматривается сообразно нравственной стороне данного случая. Мужу предоставляется право удержания известной части П., от 1/8 до 1/6 — в случае развода по вине жены (retentio propter mores), 1/6 за каждого наличного ребенка, но в общей сложности не свыше 1/2 (propter liberos), a также в возмещение издержек, понесенных мужем по управлению П. (propter impensas). Если родитель жены требует возврата dos profecticia, то муж вправе без ограничения удержать 1/5 на каждого ребенка. У новых народов, усвоивших римское право, римский институт П. (дотальная система) столкнулся с германским началом общности имуществ у супругов. Последнее хотя и подверглось сильному влиянию римских принципов, но в общем оказалось более жизненным. Новейшие западноевропейские кодексы допускают одновременное существование нескольких систем имущественных отношений супругов. Нормальной, т. е. существующей в силу закона при отсутствии договора между супругами, дотальную систему признает лишь австрийское уложение. По кодексу Наполеона дотальная система (régime dotal) может быть установлена предбрачным договором; имущество только тогда становится П., когда об этом состоялось соглашение до брака. При наличности такого соглашения имущество жены делится на две части: П. (les biens dotaux), поступающее в управление и пользование мужа, и парафернальное имущество (les biens paraphernaux), остающееся в управлении и пользовании жены. Муж — только пользовладетель и управитель В.; тем не менее, ему предоставлены вещные иски по отношению к П. — отголосок римской доктрины, рассматривающей мужа как собственника П. Если П. состоит из вещей заменимых, или движимостей, которым сделана оценка, то муж делается собственником П. (l’estimation vaut vente). Недвижимости, входящие в состав П., считаются фондом семьи и не могут быть ни отчуждаемы женой, ни обременяемы ипотекой или другими вещными правами, ни описываемы за долги, сделанные женой во время брака. В виде исключения отчуждение допускается в одних случаях с согласия мужа, в других — с разрешения суда и с соблюдением формальностей, установленных для публичной продажи. П. должно быть возвращено мужем жене и ее наследникам со времени прекращения брака или наступления séparation des biens. Срок для возвращения П. назначается годичный, если оно заключалось в деньгах или было оценено; в противном случае оно должно быть возвращено немедленно. Итальянское уложение также допускает установление детальной системы предбрачным договором, причем особенно широкое значение придает принципу неотчуждаемости П. В Италии в силу римских традиций дотальная система пользуется наиболее широким распространением, тогда как в Германии она, по статистическим данным, распространена всего меньше. Общегерманское уложение допускает ее существование, но не возводит в степень нормальной.

В России издревле существовал обычай наделять дочерей П., как об этом свидетельствует летопись («заутра приносят по ней (т. е. по новобрачной), что вдадуче»). Если выдача замуж производилась не родителями, а братьями или другими родственниками или казной (когда имущество отца переходило в собственность государства), то выдача П. становилась уже не нравственной, а юридической обязанностью (Русская Правда, ст. 103—107, по Карамз. сп.; указ 1562 г. о княжеских вотчинах). И в этом случае, однако, закон не определял размеров П.; так, Русская Правда постановляла: «отдадят ю (сестру) братия за моуж, како си могут». На судьбу П. для древнейшей эпохи нет точных указаний; судя по словам летописи, оно поступало в руки и во власть мужа. В XIV—XVII вв. как в московском, так и в литовско-русском праве господствовала система общности имуществ супругов. В Литве имуществами, предназначенными на осуществление целей семейной жизни, были «внесенные» — со стороны жены, вено (см.) — со стороны мужа. Последнее служило обеспечением первого. Равным образом и в московском государстве первоначально существовал обычай, в силу которого мужья, получая П., записывали взамен его женам недвижимые имущества. В XVI—XVII вв. это вышло из употребления ввиду того, что право собственности мужа на имения родовые и жалованные ограничивалось правами рода и государства, а купленные имения и без того считались общим имуществом супругов. В московском государстве имущество получало характер П. в силу рядной записи, в которой ему составлялся точный инвентарь и которая служила в случае надобности основанием для возвращения П. В некоторых рядных записях исчисляется имущество обоих вступающих в брак с очевидным намерением установить общность прав на него. Обыкновенно жена приносила в П. движимое имущество, но в П. поступали и недвижимости, что носило иное название — «наделок». Иногда П. приносилось не женой, а мужем — а именно когда последний входил в дом жены. Во время существования брака П. состояло в общем распоряжении обоих супругов. По прекращении брака смертью мужа, когда не осталось детей, П. подлежало возвращению жене, а в случае ее смерти — ее родственникам. При этом вещи потребляемые возвращались «по душе» (по совести); вещи не потребляемые — по рядной записи; имущества, хотя не принадлежащие к П., но связанные с ним нерасторжимо (например холопы и крепостные мужа, женившиеся на рабынях жены), подлежали возврату вместе с П., а принадлежности приданой вещи, отнятые от нее во время существования брака, — восстановлению. Подобные же правила соблюдались и при расторжении брака. После Уложения 1649 г. возникло под влиянием византийского законодательства право мужа на 1/4 П. умершей жены. В конце XVII в. замечается стремление к признанию раздельных прав каждого супруга на отдельные части общесемейного имущества: за мужем признается исключительное право на купленные вотчины, за женой — исключительное право на ее П. Этот процесс завершился указом 17 марта 1731 г. и сенатским решением 1753 г., установившими полную раздельность имуществ жены и мужа и право жены распоряжаться своим имуществом без согласия мужа. По действующему праву (Св. Зак., т. Х ч. I, ст. 110, 111, 1001—1008) П. отличается от прочего имущества жены не целью (облегчение расходов брачной жизни), а поводом (выход замуж) его получения. Не всякое имущество, подаренное дочери при выходе ее замуж, рассматривается как П., а только такое, которое послужило предметом рядной записи. Юридическая особенность П. касается не отношений жены к мужу, а отношений замужней дочери к родительскому наследству и к ее сонаследникам: рядная запись имеет значение предварения законного наследства. При открытии законного наследства после родителей дочь получает указную часть с зачетом П.; если же она в рядной записи отреклась от участия в наследстве, то при братьях и незамужних сестрах она уже ничего не может требовать из имущества, оставшегося после родителей. Когда в состав П. входят недвижимости, то рядные записи должны быть составляемы крепостным порядком; рядные записи на одну движимость совершаются явочным порядком. Рядная запись должна быть совершена до брака или не позднее как через 6 месяцев после бракосочетания. Законом запрещается помещать в рядных записях неустойку на случай, если брак не состоится. Так как П. рассматривается как дар, то в случае бездетной смерти детей, получивших П. от родителей, оно, согласно нашей кассационной практике, подлежит возвращению родителям. В известных случаях П. может за несостоятельностью давшего его быть возвращено в массу его имения. В губерниях Черниговской и Полтавской действует принцип литовского статута, согласно которому П. жены состоит в общем владении и пользовании супругов, вследствие чего жена без согласия мужа не может распорядиться своим П. (это ограничение не распространяется на прочее имущество жены). В этих двух губерниях сохранилось древнерусское правило об обязанности братьев давать П. незамужним сестрам: если отец умрет без завещания, оставив одну или нескольких дочерей незамужних, или же хотя и составит завещание, но не назначит в нем никакого для дочерей своих П., то братья обязаны выделить в П. незамужним сестрам, сколько бы их ни было, четвертую часть всего оставшегося после отца имения. Насчет исчисления этой части существуют довольно сложные правила (ст. 1005). О порядке обеспечения П. мужем в губерниях Черниговской и Полтавской см. Вено; там же см. о П. в Остзейских губерниях. В губерниях Царства Польского нормальной признается дотальная система, но в постановления о ней кодекса Наполеона гражданское уложение 1825 г. внесло существенные изменения. Наконец, дотальной системой определяются имущественные отношения супругов в Бессарабии. Ср. Супруги. См. П. Ефименко, «П. по обычному праву крестьян Архангельской губ.» (СПб., 1872); Ковалевский, «Первобытное право» (вып. II, M., 1886); Якушкин, «Обычное право» (Ярославль, 1875 и 1896); ст. Оршанского в «Журн. гражд. и торг. права» (1872, кн. 6).

ЭСБЕ:Общество