ЭСБЕ/Новоплатонизм
Новоплатонизм. — Н. называется направление мысли, возникшее в III в. по Р. Хр. и соединяющее в себе восточные элементы с греческой философией. До Гегеля историки смотрели на Н. с некоторым презрением; Гегель впал, может быть, в противоположную крайность, утверждая, что в Н. греческая философия достигла полной силы, соединив в себе противоположные принципы и односторонние системы. Новоплатоники желали быть лишь истолкователями системы Платона, но несомненно, что лучшие их представители внесли много своеобразного в понимание Платона. Влияние Н. на позднейшую христианскую и даже на новейшую философию чрезвычайно велико; в нем нельзя видеть лишь возобновление старого, а следует признать и самостоятельное значение. Основателем Н. был Аммоний Саккас, умерший в Александрии, где он обучал философии, около 242 г. В числе учеников Аммония называют двух Оригенов, Лонгина и Плотина. Истинным творцом Н. и гениальным толкователем учения Аммония был Плотин, родившийся в Ликополе, в Египте, в 204 г.; в 244 г. он основал в Риме школу, которой руководил до своей смерти в 270 г. Сочинения Плотина изданы после его смерти учеником его Порфирием. В числе учеников Плотина называют еще Гентилиана Амелия, сочинения которого до нас не дошли. Порфирию принадлежит большее число сочинений, из коих важнейшие — комментарии на Аристотеля, полемическое сочинение против христиан и жизнеописание Плотина. Из учеников Порфирия самый известный — Ямблих (из Халкиды; ум. ок. 830 г.), более теолог, чем философ; практическая, религиозная сторона Н. имеет для него большее значение, чем теоретическая. Сочинение «О мистериях», приписанное Ямблиху, но принадлежащее, вероятно, одному из его учеников, защищает мантику, теургию, жертвоприношения. Самым значительным учеником Ямблиха был Феодор Асинский, слушавший также и Порфирия; сверх того, нам известны имена его учеников — Эдезия, Сопатра, Дексиппа и др. Ученики Эдезия, Евсевий и Максим, привлекли к философии имп. Юлиана. Учение Ямблиха имело влияние и на Гипатию (см.). Учение Ямблиха соединилось с аристотелевской философией благодаря афинской школе V в. и научной деятельности Плутарха, сына Нестория. Самым видным учеником Плутарха и Сириана был ликиец Прокл (410—485) — философ аскет и теург, благодаря которому Н. получил законченную схоластическую форму. Прокл относится к своим предшественникам, как Вольф к Лейбницу; он систематизировал, но в то же время и обезличил их мысли. Афинская школа, в лице Аммония, Марина (биографа Прокла), Исидора и др., имела более или менее талантливых представителей проклова Н.; самый важный из них — Симплиций, ученик Аммония и Дамасция, комментарии которого на Аристотеля имеют для историка философии громадное значение. Асклепий и младший Олимпиодор тоже издали комментарии, дошедшие до нас. Афинская школа прекратилась в 529 г., вследствие запрещения учить философии в Афинах, изданного имп. Юстинианом. Н. имел значение и в зап. римской империи; учение Плотина и Порфирия влияло на Маркиана Капеллу, на блаженного Августина, Боэция и др. В свое время происходил оживленный спор о влиянии платоновой философии (включая сюда и новоплатонизм) на отцов церкви (см. Löffler, «Versuch über den Platonismus der Kirchenväter», 1872 и H. von Stein, «Verhältniss des Platonismus zur Philosophie der Christlichen Zeiten», 3 т. его «Sieben Bücher zur Geschichte d. Platonismus», Геттинген, 1875). Суверен (в сочинении «Le platonisme dévoilé ou essai touchant le verbe Platonicien», 1700) утверждал, что основные догматы христианской религии заимствованы из учения Платона; иезуит Бальтус («Défense des Ss. pères accusés de platonisme», П., 1711) отрицал положение Суверена. Посредствующее направление в этом споре занял Мосгейм («De turbata per recentiores platonicos ecclesia», 1725), показавший, между прочим, что ни одна философская школа не относилась к христианству столь враждебно, как Н. Влияние греческой образованности и греческой философии на отцов церкви (в особенности на учение о Логосе) кажется нам несомненным, хотя и не в той форме, в какой его себе представлял Суверен. В средние века Н. не теряет своего значения; особенно ясно оно выражается в сочинениях, приписываемых Дионисию Ареопагиту. Несомненно влияние Плотина на Иоанна Скота Эригену (810—877) и на средневековую мистику; но со времени Фомы Аквинского влияние Аристотеля берет верх над платонизмом и Н. В эпоху возрождения, вместе с другими философскими направлениями, получает силу и Н., напр. у Марсилия Фичина (1433—99) и Джордано Бруно (1545—1600). Сочинение Марсилия Фичина, «Theologia platonica», написано гораздо более под влиянием Плотина, чем Платона. Точно так же и в сочинениях Бруно, начиная с самих ранних, легко проследить влияние Плотина. Кодворт (1617—88), в «True intellectual system of the universe» (Л., 1678) пользуется новоплатонизмом в борьбе против атеизма и механического миросозерцания. В том же XVII в. платонизм и Н. свили себе гнездо в кружке так называемых кембриджских философов, центром которых был Генрих Мур (1614—87). В Германии Н. отразился на так называемых немецких теософах, родоначальником коих был Рейхлин (его «Liber de verbo mirifico» и «Dearte cabalistica»). К ним же отчасти могут быть отнесены Корнелий Агриппа и Яков Бэм. В XVIII в. влияние Н. чувствуется у Сен-Мартена. В XIX в. в крупных системах немецких идеалистов легко найти черты, родственные Плотину; в особенности это следует сказать о Шеллинге. Роль новоплатонизма в истории философии была, таким образом, чрезвычайно велика. Если в новоплатонизме и нельзя не видеть упадка греческой науки и греческого рационализма, то вместе с тем, ему следует поставить в заслугу, что он пополнил странный недостаток греческой культуры, а именно создал религиозно-спекулятивное мышление, по сравнению с которым даже и платоновские мысли о Боге кажутся бледными и слабыми. Гарнак справедливо говорит, что этическое настроение, которое создавал на религиозной основе Н., неизмеримо превосходило все, что в этом отношении мог представить древний мир. Воспользовавшись всем предшествовавшим развитием философии, т. е. Платоном, Аристотелем, стоицизмом и даже скептицизмом, Н. объединил эти различные элементы религиозной идеей. Только Н. выделил из идеи Божества все элементы антропоморфизма, коренившиеся в греческом сознании, определив Бога, как непознаваемое, сверхразумное, сверхмировое начало, которому даже признак бытия приписан быть не может. Но если бы Н. остановился лишь на таком отрицательном определении Бога, оно привело бы его лишь к агностицизму, к теории относительного. От этого спасает Н. мистический элемент. Человеческое познание бессильно по отношению к Богу, но Бог сам может открыться человеку. Человек и его формы познания имеют дело лишь с явлениями, но в откровении человек знакомится с самим сверхразумным и сверхмировым началом. Поэтому-то предание в Н. получает первенствующее значение: аллегорическое толкование преданий, мифов является истинным содержанием учения (ср. Schelling, «Philosophie d. Mythologie»). Все значение Н. и заключается в этих религиозном и мистическом элементах, которые так родственны между собой. Как Н. в философии обозначает собой уничтожение древнего миросозерцания, точно так же и в религиозной сфере Н. знаменует гибель древней религии, возрождения которой Н. желал. Исторически интересен вопрос, почему Н. не создал религии и почему в борьбе с христианством оказался побежденным.

Литература. Vacherot, «Histoire de l’Ecole d’Alexandrie» (1846); J. Simon, «Histoire de l’école d’Alexandrie» (1845); Aal, «Der Logos» (Лпц., 1896); J. Drummond, «Philo Judaeus» (Л., 1888); Dehaut, «Essai historique sur la vie et la doctrine d’Ammonius Saccas» (1836); Richter, «Neuplatonische Studien»; Bois, «Essai sur les origines de la philosophie judéo-alexandrine» (П., 1890); M. И. Владиславлев, «Философия Плотина, основателя новоплатоновской школы» (СПб., 1868); Каринский, «Египетские иудеи» (СПб., 1870); Renan, «Hist. du peuple juif» (т. V).

ЭСБЕ:Философия