ЕЭБЕ/Абрабанель, Исаак бен Иуда
Абрабанель, Исаак бен-Иуда — теолог, комментатор Библии и государственный деятель, род. в Лиссабоне в 1437 г., ум. в Венеции в 1508 г. Сын финансового агента при португальском дворе, Иуды А. (см.), Исаак получил одновременно и религиозное, и светское образование. Он изучил Талмуд под руководством лиссабонских раввинов, но больше, чем формальные вопросы законоведения, интересовали его те общие вопросы религиозной философии и этики, над которыми трудились еврейские мыслители Испании в предшествующе века. Его юношеский труд — трактат «Atereth Zekenim» («венец старцев») содержит рассуждения о «формах элементов», о божественном провидении, пророчестве, назначении еврейского народа и т. п. В этом и позднейших трудах А. обнаружил не самостоятельное философское мышление, а способность популяризировать идеи своих предшественников, от Маймонида до Крескаса, примыкая к правому, консервативному крылу философствующих богословов. Скоро, однако, коммерческие дела отвлекли А. от умственных занятий. Он поступил на службу к португальскому королю Альфонсу V в качестве «казначея», т. е. финансового агента, каким был и его отец. Успешно исполняя свои обязанности, А. приобрел полное доверие гуманного короля и нередко пользовался своим положением для защиты еврейских интересов. Когда португальцы взяли марокканский город Арзиллу близ Танжера и в числе военнопленных увезли оттуда 250 евреев для продажи в рабство, А. учредил комитет для выкупа несчастных и в короткое время собрал необходимую для этого сумму. Когда в 1472 г. король Альфонс отправил к папе Сиксту IV в Рим посольство с извещением о своих победах над маврами, А. взял слово с члена посольства, своего друга доктора Сезира, что он постарается расположить папу в пользу евреев; одновременно А. написал известному представителю итальянских евреев Иехиелю из Пизы, чтобы тот воздействовал в этом смысле на посольство. Печальный кризис в жизни А. произошел после смерти его покровителя Альфонса V и вступления на престол Иоанна II. Проникнутый абсолютистскими стремлениями, новый король устранил от власти влиятельных грандов прежнего царствования; он обвинил в государственной измене (тайных переговорах с Испанией) крупнейшего сановника, герцога де Браганца, и приказал его казнить. Подобная же участь грозила родным и близким друзьям герцога, но они спаслись бегством. В числе бежавших из Португалии был и друг казненного герцога, А. (1483). С испанской границы он отправил королю Иоанну послание, в котором доказывал свою непричастность к какому бы то ни было заговору и невинность самого герцога Браганца; это не помогло: Иоанн II конфисковал все имущество Α., но семью его отпустил из Португалии. Переехав в Кастилию, А. поселился в метрополии тамошнего еврейства, Толедо. Там он, окруженный учеными и раввинами, возобновил свою литературную работу и в короткое время написал обширные комментарии к библейским книгам Иошуи, Судей и Самуила. Для снискания средств к жизни он вместе с придворным подрядчиком Авраамом Сениором занимался откупом государственных доходов и поставкою продовольствия для кастильской армии, выступившей тогда в поход против мавров Гренады. На финансовые способности А. обратила внимание испанская королевская чета, Фердинанд Католик и Изабелла. Как ни враждебно относились к евреям эти коронованные клерикалы, введшие в своей стране инквизицию и нанесшие потом страшный удар еврейскому народу, им все-таки пришлось пользоваться услугами А. в деле устройства займов, сбора налогов и вообще урегулирования государственных финансов в тяжелый восьмилетний период войны с маврами. Близость А. ко двору не дала ему, однако, возможности отвратить от своих соплеменников величайшее бедствие, которое их ожидало: изгнание всех евреев из Испании. Декрет об этом, подписанный Фердинандом и Изабеллой 31 марта 1492 г. в Гренаде, как громом поразил А. Он поспешил к королевской чете вместе с откупщиком Сениором и предложил ей от имени евреев большой выкуп, тридцать тысяч дукатов (ок. полутораста тысяч рублей), за отмену декрета; но король и королева под влиянием генерал-инквизитора Торквемады отклонили это заманчивое предложение. Самому А. пришлось покинуть Испанию вместе с той группой изгнанников, которая направилась в Италию. Он поселился в Неаполе, где ему покровительствовали неаполитанский король Фердинанд I и его сын Альфонс II, пользовавшиеся услугами еврейского государственного деятеля по финансовой части. Но едва А. успокоился после пережитых потрясений и возобновил свои научные работы, как над ним разразилась новая беда: войска французского короля Карла VIII взяли Неаполь, и А. должен был бежать вместе с королем Альфонсом в Сицилию (1495). При разграблении Неаполя французами А. лишился своего имущества, книг и рукописей. Из Сицилии он переехал в Корфу, а в конце 1496 г. поселился в Монополи (Апулия). Здесь он провел семь лет в непрерывных литературных занятиях: окончил начатые в Испании комментарии к Библии и написал ряд трактатов о догматике иудаизма, в особенности о мессианском догмате, который волновал душу старца, пережившего великий национальный кризис. В 1503 г. А. переехал на жительство в Венецию, где жил один из его сыновей. И на закате дней он не отказывался от дипломатических поручений и, между прочим, участвовал в переговорах о торговой конвенции между Венецианской республикой и Португалией. Он умер в 1509 г. (по другой дате — в 1508 г.); останки его были перевезены в Падую и там преданы земле.

Труды Абрабанеля могут быть разделены на три группы: 1) экзегетические — комментарии к Пятикнижию, историческим книгам и пророкам; 2) религиозно-философские; 3) апологетические — в защиту догматики иудаизма, в особенности мессианской догмы. Отличительная черта библейских комментариев А. заключается в освещении текста с исторической и социально-политической точек зрения. Прежние комментаторы не придавали значения этой стороне Библии и заботились только о грамматическом, философском или юридическом толковании текста. Α., сам принимавший участие в государственных делах, сумел оценить политическую подкладку библейских летописей; он подробно говорит о способах управления в эпохи судей, царей и пророков, о иерархии государственных чинов, о формах общежития, о мерах, весах, монетах и т. п. Отдельным книгам Библии он предпосылает общие введения о характере данной книги, времени ее составления и направлении автора. В традиционной экзегетике А. предвосхитил отчасти тот исторический метод, который в настоящее время утвердился в экзегетике критической. Эти преимущества комментария А. были особенно оценены христианскими теологами 17 и 18 вв.: Буксторф Младший, Буддеус, Карпцов и другие выдающиеся гебраисты занимались изучением экзегетики Α., переводом или изложением его толкований. Может быть, они ценили в трудах еврейского мыслителя и его терпимость к авторитетным церковным толкователям, вроде Иеронима и Августина, которых он иногда цитировал и беспристрастно оценивал. С меньшею терпимостью относился А. к еврейским рационалистам, осмелившимся проявить свободомыслие в догматических вопросах. Такие философы, как Албалаг, Палакера, Герсонид или Нарбони, изобличаются им в неверии и именуются «ложными руководителями». Только перед Маймонидом останавливается критическое жало Α., который разделял традиционное уважение к великому мыслителю, хотя совершенно не был маймонистом. Ставя всегда «истины божественного откровения» вне контроля разума, А. тем не менее старается согласовать свои взгляды с «Путеводителем» Маймонида, стоящим на противоположной точке зрения. Примером такого смешения идей может служить один из важнейших трактатов А. — «Рош Амана» («Вершина веры»). Это произведение посвящено защите 13-членного символа веры Маймонида против новых классификаций догматов в системах Крескаса и Альбо; но после длинных рассуждений А. приходит к заключению, противному исходной точке, и заявляет что всякая классификация заповедей веры на главные и второстепенные неуместна, что это — слепое подражание делению истин в науке на аксиомы и выводы, что в Торе все божественные заповеди и предписания равноценны. Таким образом Α. вместо защиты Маймонида как первого классификатора основ веры осуждает всякую классификацию, всякий анализ в религии. Впрочем, нередко А. осмеливается прямо возражать Маймониду там, где последний резко уклоняется от традиции. Так, он оспаривает мнение его о пророчестве как продукте сочетания «деятельного разума с воображением» и полагает, что нельзя применять обычную философскую меру к такому сверхъестественному явлению, как пророчество (см. комментарий А. к «Морэ Небухим», ч. II, гл. 36 и сл.). Даже талмудический «бат-кол» (глас с неба) он склонен признать не метафорою, а действительным Божьим гласом, принадлежащим к разряду чудес (см. комментарий к книге Бытия, гл. 16). Α. также осуждал попытку Маймонида (в третьей части «Морэ», гл. 17) превратить видение «небесной колесницы» пророка Иезекииля («Маасе-меркаба») в астрономическую аллегорию. Вообще, А. чрезвычайно далек от рационализма Маймонида и принадлежит к разряду теологов-ортодоксов из школы Иегуды Галеви или Нахманида. Ему не по душе «религия разума»; он ищет в религии пищи для сердца, успокоения встревоженной совести; из всех догматов ему наиболее дорог мессианский, поддерживающий в еврее веру в грядущее избавление нации от мук рассеяния. Отчаяние, охватившее евреев после изгнания из Испании, побудило А. написать три трактата с целью укрепить в народе надежду на пришествие Мессии и даже внушить ему веру в близость этого счастливого времени. В книге «Majene ha-Jeschuah» («Источники избавления»; окончена автором в рукописи в декабре 1496 г.), изложенной в форме комментария к апокалипсису Даниила, автор, с одной стороны, опровергает рационалистический взгляд на это странное библейское произведение, а с другой — мистические толкования христианских богословов. Он, однако, приближается к последним в основном пункте, причисляя Даниила к пророкам вопреки преданиям Талмуда и раввинизма, выставляющим его только «праведником»; он видит в Данииле основателя еврейской мессианской догмы и потому не может не считать его пророком. Зато автор не в силах удержаться от резких выражений по поводу попыток христианских теологов приурочить видения Даниила к догматике церкви. Во втором из своих мессианских трактатов («Jeschuoth Meschicho», или «Подвиги мессии»; окончен в рукописи в декабре 1497 г.) А. дает систематический обзор всех относящихся к мессианской догме мест в Талмуде и Мидраше; он старается согласовать противоречия талмудических преданий о мессианстве и снова полемизирует с христологами. В одном месте (отд. II, гл. 2) он путем разных вычислений намекает на возможность пришествия Мессии в 1531 г. Третий трактат («Maschmia Jeschua», т. е. «Вестник спасения») написан в начале 1498 г. и содержит обзор мессианских пророчеств и намеков в Библии, с обстоятельным толкованием каждого из этих изречений. Автор заканчивает свою книгу выражением надежды, что за недавним падением Эдома в лице византийского Константинополя (1453) должно скоро последовать падение Рима и затем — восстановление Сиона. Все эти произведения А. оказали сильное влияние на современников и позднейшие поколения; они содействовали в известной степени мессианскому движению среди евреев в 16 в. (Реубени, Молхо) и особенно в 17 в. (Саббатай Цеви и др.). — Вот перечень всех произведений А. в хронологическом порядке их появления в печати (все они, за исключением трех, были напечатаны после смерти автора), с указанием места и года первого издания:1) Rosch Amanah (см. выше, в тексте), Константинополь, 1505; 2) Zebach Pessach («Жертва пасхальная») — пасхальная агада с комментарием; там же, 1505 г.; 3) Perusch Nebiim rischonim we’aharonim (комментарий к библейск. летописям и пророкам), Пезаро, 1511—1520 (дата и место нуждаются в проверке); 4) Maschmia Jeschua (см. выше), Салоники, 1526; 5) Nachlath Aboth («Наследие предков») — комментарий к этическому трактату Абот, Константинополь, 1545; 6) Mirkebeth ha-mischnah — комментарий к Второзаконию, Саббионета, 1551; 7) Majene ha-Jeschuah (см. выше), Феррара (?), 1541; 8) Atereth Zekenim (см. выше), с приложением трактата «Формы элeмeнтoв» (Zurath ha-jesodoth), Саббионета, 1557; 9) Perusch ha-Torah — комментарий к Пятикнижию, Венеция, 1579; 10) Miphaloth Elohim («Деяния Божьи») о сотворении мира ex nihilo по воле Бога, Венеция, 1592; 11) «Jeschuoth Meschicho» (см. выше), Карлсруэ, 1828; 12) Schamaim chadaschim («Новые небеса»), аналогичен по содержанию с № 10, Редельгейм, 1829; 13) комментарий А. к «Путеводителю» Маймонида, издан впервые в Праге, 1831 (перепечатан в распространенном варшавском издании Гольдмана, 1872, рядом с комментариями Эфоди, Шемтоба и Крескаса). В предисловии к «Majene ha-Jeschuah» A. упоминает о написанной им под названием «Jemoth Olam», но нигде потом не изданной истории бедствий еврейского народа от древних времен до его эпохи. — Ср.: Автобиографические сведения в предисловиях к комментариям книг Второзакония, Иошуи, Царей и другим трудам Α.; биография А. в предисловии Баруха Хазкито к первому изданию книги «Majene ha-Jeschuah»; Carmoly, статья в сборнике «Ozar Nechmad», т. II (1857) и в «Annalen» Иоста 1839 г., стр. 101; Graetz, Gesch., VIII—IX, passim; Дубнов, «Всеобщ. ист. евр.», кн. II, стр. 532—36, кн. III, стр. 34—37; библиография произведений А. — в лексиконе Бенъякоба «Ozar ha-Sefarim». Статья M. Кайзерлинга и Л. Гинцберга в J. Е., I, 126—128, отчасти и здесь использованная, нуждается в значительных дополнениях и поправках по части биографической и библиографии; ошибки этой статьи повторены в еврейской энциклопедии «Ozar Israel», I, 80—83 (New York, 1907).

ЕЭБЕ:Персоналии