ЭСБЕ/Осиповский, Тимофей Федорович
Осиповский (Тимофей Федорович) — русский математик. Учился в духовной семинарии гор. Владимира. В 1783 г. послан в СПб. в открываемую там учительскую гимназию (переименованную в 1804 г. в педагогический институт). В 1786 г. началась преподавательская деятельность О. и прежде всего в Москве. Кроме математики он преподавал еще русскую словесность в главном московском народном училище, где служил до 1800 г. Здесь он для своих учеников составил учебный курс математики. Труды О. этого времени не отличались ни многочисленностью, ни оригинальностью. Первым из них по времени были «Электрические опыты, любопытства и удивления достойные… Сочиненные английским королевским механиком Георгом Адамсом. С немецкого на российской язык переложенные Т. О.» (М., 1793; издание Ефима Войтяховского). О. обратил на себя общее внимание московского образованного общества, специалистов и начальства. Комиссия об учреждении училищ присылала ему для рассмотрения и отзыва издаваемые ею математические руководства и пособия и предложила ему занять кафедру математики и физики в воспитавшей его учительской гимназии. Для своих новых слушателей он издал «Курс математики» (СПб.): в 1801 г. появился второй том этого сочинения, «содержащий геометрию, прямолинейную и сферическую тригонометрию и введение в криволинейную геометрию». В последнем отделе рассматривались конические сечения, циссоида «Диоклова», Архимедова спираль, «квадратрикса Диностратова», циклоида и «еволюты кривых линей». Том первый, «содержащий общую (алгебра) и частную арифметику», вышел в 1802 г. По ясности и строгости изложения, сочинение это стояло на одном уровне с лучшими из современных иностранных учебников того же рода. Сочинение это выдержало еще два издания, в 1814 и ок. 1820 г. К 3 изданию присоединена первая часть приготовленного автором к печати 3 т., излагающего дифференциальное, интегральное и вариационное исчисления. Вторая часть этого тома, посвященная геометрическим приложениям анализа бесконечно малых, по-видимому, совсем не появилась в свет. В СПб. О., как математик, обратил на себя внимание специалистов в такой же мере, как и в Москве. Академия наук предложила О. звание адъюнкта по предмету математики, что по неизвестным причинам, однако же, не было принято О. В 1803 г. О. принял деятельное участие в подготовительных работах к открытию харьковского университета, в котором он был назначен профессором математики. Другим предметом занятий О. в это время были обработка и дополнение составленного им еще в СПб. курса аналитических функций и их приложения к высшей геометрии, который он предполагал ввести в свое преподавание в университете. Воспитавшийся на изучении физико-математических наук и на реализме французской философской литературы XVIII в., переведший на рус. яз. «Логику» Кондильяка (М., 1805), О. вскоре выступил противником нового направления германской философской мысли. Повод к этому был дан, по всей вероятности, проф. философии в харьковского унив. Шадом, последователем Шеллинга. Свою борьбу с новой немецкой философией О. перенес и на те отделы метафизики, которые соприкасались с физико-математическими науками, причем не остановился даже перед нападением на Канта, в речах произнесенных в торжественных собраниях харьковского унив. 1808 и 1813 г.: «О пространстве и времени» и «Рассуждение о динамической системе Канта». Главным предметом осуждения является здесь возвращение Канта к идеализму философов древней Греции, будто бы безвозвратно уничтоженному «вразумлениями Баконов, Декартов и др.». Те же причины, которые привели О. к борьбе с новой немецкой философией, поставили его и во враждебные отношения к мистикам, влиятельным в то время в министерстве народного просвещения. Поэтому, как только О. (бывший с 1813 по 1820 г. ректором харьковского унив.) выслужил звание заслуженного профессора, от попечителя, мистика Корнева, немедленно последовало представление об увольнении О. от службы. Университетские лекции О. отличались глубиной и ясностью. Давая слушателям точные указания на путь, которому они должны следовать при дальнейших самостоятельных занятиях, и на средства, которыми при этом нужно пользоваться, эти лекции были превосходной школой, способной вырабатывать даже таких выдающихся математиков, как Остроградский. Кроме лекций чистой математики, О. читал некоторые из отделов прикладной и в числе их оптику. Постоянно отвлекаемый служебными обязанностями и связанной с ними учебно-литературною деятельностью, О. не мог вести дело изучения физико-математических наук по первоисточникам с достаточной быстротой. Этим вполне объясняется сравнительно позднее выступление его на поприще самостоятельных ученых исследований. В 1812 г. основалось харьковское общество наук, разделявшееся на два отделения: словесное и естественных наук и имевшее своим президентом О. В заседаниях этого общества О. сделал ряд сообщений по разным вопросам физико-математических наук, из которых в вышедшем в 1817 г. томе 1-м «Трудов общества наук, состоящего при Имп. харьк. унив.» были напечатаны: «Теория движения тел, бросаемых на поверхности земной» и «Об астрономических преломлениях». Из сообщений О., не напечатанных, известно по заглавию исследование: «О действии сил на гибкие тела и о происходящем от того равновесии». После своего увольнения О. переехал на постоянное жительство в Москву, где предался исключительно ученым занятиям. Он начал их с продолжения предпринятого им еще в 1802 г. перевода «Небесной механики» Лапласа. Вначале этот труд двигался медленно и не пошел далее I тома, к которому, впрочем, были присоединены переводчиком также и пояснения относительно оснований предлагаемых здесь Лапласом вычислений. Зато перевод следующих трех томов, начатый с 1821 г., был окончен к половине 1822 г.; V том тогда еще не вышел в свет. В Москве О. напечатал, в виде отдельных изданий, два свои сочинения: «Рассуждение о том, что астрономические наблюдения над телами солнечной системы, когда их употребить хотим в выкладке требующие большой точности, надлежит поправлять еще по времени прихождения от них к нам света; с присовокуплением объяснения некоторых оптических явлений, бывающих при закрытии одного небесного тела другим» (1825) и «Исследование светлых явлений, видимых иногда на небе в определенном положении в рассуждении солнца или луны» (1827). Оба сочинения читаны еще в заседаниях харьк. общества наук (второе — в 1817 г.). По выходе в свет второго сочинения автор представил его имп. Николаю I, вместе с просьбой о доставлении ему, путем перевода на французский яз., возможности сообщить это сочинение различным академиям Европы. Император поручил академии наук рассмотреть труд О. Вследствие очень лестного отзыва, данного об этом труде рассматривавшим его акад. Коллинсом, сочинение появилось в 1828 г. на франц. яз. в издании СПб. академии наук под заглавием: «». Целью, преследуемой в этом сочинении автором, было показать, как исследуемые явления (круги около солнца и луны, ложные солнца) могут быть объяснены законами обыкновенного отражения и преломления при предположении горизонтального слоя плавающих в атмосфере водяных пузырьков. Далекое, по самой своей цели, от того, чтобы исчерпать предмет вполне, это сочинение значительно опередило все сделанное и написанное до него в той же области. Ср. Чириков: «Тимофей Федорович О.» («Русская Старина», 1876, ноябрь); Сухомлинов, в «Журнале Мин. Народного Просв.» (1865 г., ч. 128); Лавровский, там же (1872 г., янв. и февр.).

.

ЭСБЕ:Персоналии
ЭСБЕ:Математики