ЕЭБЕ/Злиха
Злиха ‎ — жена первосвященника Потифара и героиня странствующего сказания «о коварной жене и добродетельном юноше». Прототипом этого древнейшего романа является относящаяся к эпохе XIX династии египетская повесть о двух братьях, впервые изданная Де Руже (Athenaeum Français) в 1852 г. Главным героем ее является Анупу. Однажды последний послал своего младшего брата Битиу (прототип библейского Иосифа) с поля домой за семенами. Битиу нашел жену старшего брата заплетающею волосы и с ее позволения вошел в кладовую, чтобы взять оттуда зерно и семена. Когда он вернулся, женщина остановила его и сказала ему: «Как велика тяжесть в руке твоей…, так велика и сила твоя; давно я смотрела на тебя во всякое время. И сердце мое познало тебя… дай нам насладиться часом покоя; тебе будет лучше, ибо я приготовлю тебе праздничную одежду». Тогда уподобился юноша пантере страны полуденной от внутреннего гнева по поводу дурных слов, которые она ему говорила, и сказал ей: «Муж твой был мне как отец. Зачем столь большой грех ты предлагаешь мне?» И, взяв с собой ношу, он пошел в поле. Когда муж возвратился домой, жена ему сказала, что младший брат изнасиловал ее. Анупу воспылал гневом и решил убить брата, но последний успел спастись бегством. Роман оканчивается тем, что Анупу узнает правду, убивает жену, оклеветавшую его брата, и бросает ее труп собакам. Этот роман отличается от библейского рассказа о Иосифе (Быт., 39) своей простотой и безыскусственностью и соответствует более патриархальной обстановке. Сказание этого рода сохранилось в литературах арабской (Коран, XII, 30—32) и персидской («Рустемиада» Фирдоуси). В Коране рассказ является со следующим добавлением: «Когда египетские горожанки узнали о любовной истории жены Азиза (Потифара) с Иосифом и стали осуждать ее поведение, она пригласила всех этих женщин к себе, устроила пир и дала каждой из них по ножу; затем она приказала явиться Иосифу. При виде его они пришли в необычайный восторг и в рассеянности порезали себе пальцы, восклицая: «Да хранит нас Бог! Это не человек, а восхитительный ангел». «Вот тот человек, — сказала им жена Азиза, — который навлек на меня ваше злословие. Мне хотелось заставить его уступить моим желаниям, но он предпочел остаться целомудренным». В этой форме предание является заимствованным из арабско-еврейск. легендарного сказания об Иосифе и Зулейке, сохранившегося в «Sefer ha-Jaschar»; ср. Midrasch Tanchuma (Бытие, 39): З., страстно влюбленная в прекрасного Иосифа, преследует его своей любовью. Но Иосиф под влиянием своего покойного отца, представшего ему в видении, отвергает ее любовь. От безнадежной любви Злиха начинает чахнуть и страшно изменяется в лице. Знатные египтянки, пришедшие проведать ее, стали с участием расспрашивать больную о причине такой сильной перемены, происшедшей с ней. На это З. им ответила: «Сегодня сами узнаете причину моего недуга». Она отдала распоряжение устроить большой обед в честь гостей. Во время пира египтянки ели, пили и веселились. Потом поданы были райские яблоки и ножи для разрезания их. В это время по зову Злихи в залу явился Иосиф. При виде прекрасного юноши женщины до такой степени были очарованы его красотой, что, разрезая ножами плоды, поранили себе пальцы до крови, сами не замечая этого. На вопрос З., каким образом они себе порезали пальцы, египтянки откровенно признались, что виною их замешательства была необыкновенная красота Иосифа. Тогда З. сказала им: «Если вы пленились красотой моего слуги, увидев его всего один только раз, каковы же должны быть мои бесконечные муки и терзания, когда мне приходится постоянно встречаться с ним!». Около того же сюжета вращается и известное русское сказание о Чуриле, сыне Пленковича. В этого Чурилу сильно влюбляется княгиня Евпраксия. Увлечение ее доходит до того, что она на почетном пиру, разрезая мясо лебедя, так заглядывается на прислуживающего стольника Чурилу, любимца князя Владимира, что сильно режет себе руку. В другом сказании Евпраксия старается обольстить молодого предводителя калик, Касьяна Афанасьевича, который из благородства не соглашается на ее преступное предложение. Не достигши своей цели, Евпраксия тайком кладет чашу в его сумку с тем, чтобы обвинить его в воровстве. Когда чаша была найдена в сумке, товарищи его отсекают Касьяну руки и ноги и выкалывают ему глаза; но небесное чудо спасает Касьяна, и калики обличают коварную княгиню. Последний мотив о сумке напоминает библейский рассказ о Вениамине (Бытие, 44, 2—12). — Ср.: Ch.-E. Moldenke, The tale of thе two brothers, 1888—1893; T. Griffith, Egyptian literature, в Spеcimen pages of thе world’s best literature, 1898, p. 5253—62; Maspero, Conte des deux frères, Rev. Archéol., 2-я серия, XIX, 1878; idem, Les contes populaires de l’Egypte Ancienne, 3 изд., 1910; Вс. Миллер, «Экскурсия в область русского эпоса», «Русск. мысль», 1891, I; А. Н. Веселовский, «Сборник Отделения русск. яз. и сл.», ХХХVІ, 1884, III; С. Бейлин, «Странствующие повести и сказания», 1907; В. Максутов, «История древнего Востока», I, 1, V, 6, 211—218.

ЕЭБЕ