Желал я душу освежить (Пушкин)


Примечания 

1832

«ЖЕЛАЛ Я ДУШУ ОСВЕЖИТЬ»

(Стр. 468 и 1072)

  При жизни Пушкина напечатано не было.
  Черновой автограф — ПД № 184. Опубликовано Шляпкиным в книге «Из неизданных бумаг А. С. Пушкина», 1903, стр. 70, по неточной копии Анненкова. По подлиннику—И. С. :  Зильберштейном в брошюре «Из бумаг Пушкина», 1926, стр. 26; более точно Н. В. Измайловым и Б. В. Томашевским в собрании сочинений Пушкина изд. «Красной Нивы», т. II, 1930, стр. 192.
  Печатается по автографу.
  Датируется предположительно декабрем (не позднее 21) 1832 г.
  Опубликовано в 1903 г. (см. выше).
  В собрания сочинений Пушкина входит, начиная со второго издания под ред. Морозова, 1903. (Н. И.)

Варианты 
1832

«ЖЕЛАЛ Я ДУШУ ОСВЕЖИТЬ»

(Стр. 468)

Черновой автограф.

(ПД 184)

  Желал я душу освежить 3
  Бывалой жизнию пожить 4
  В забвеньи сладком близ друзей 5
  Минувшей юности моей

  _

 <small> 3 а. Хотел я душу освежить</small>
   б. Стих начат: Я покидал
  4 Стих начат: Хотел я —
  5 В забвеньи       близ друзей

  Я ехал в дальные края 1  [Не шумных      жаждал я] 2  Искал не злата, не честей 3  В пыли средь копий и огней <?> 4''
  Не

   1 Вм. 5:
                            ехал я
   в дальные края
   2 Ст. 6—7
   a. He шумных    жаждал я
   Пиров
   б. Искал       не злата <?> я
    не честей
   3 Стих начат: [В] Не за свою
   4 а. Среди                  мечей
   б. В тревогах бра<ни><?> средь мечей
   в. В пыли походов средь огней <?>
   г. В пыли средь копий средь огней <?>
   В основном тексте в ст. 8 слово: мечей следует заменить словом: огней <?>

Цитата-комментарий

Приведу очень интересный пример, ещё лишний раз подтверждающий положение о том, что недостаточно «точно воспроизвести» рукопись для установления правильного авторского текста, а необходимо сначала внимательно вдуматься и вчувствоваться в его содержание — смысловое и поэтическое. Этот пример — случай «самоуправства» замечательного текстолога Т. Г. Цявловской, восстановившей вопреки рукописи Пушкина верное чтение его стихов.

Этот черновой недоделанный набросок стихотворения, написанный на листке бумаги, заключает в себе всего восемь стихов, два четверостишия.

Вот его текст, как он был напечатан в 1938 году в большом академическом издании Пушкина (том III, с. 468):

Желал я душу освежить,
Бывалой жизнию пожить
В забвеньи сладком меж друзей
Минувшей юности моей.
                     ————
Я ехал в дальные края
[Не шумных       жаждал я],
Искал не злата, не честей
В пыли, средь копий и огней <?>...

Здесь говорится об отъезде Пушкина на Кавказ и далее, на фронт русско-турецкой войны в мае 1829 г. Пушкин незадолго до этого сделал предложение Наталье Николаевне Гончаровой, на которое получил неопределенный ответ, — не отказ, но и не согласие... О своем тогдашнем душевном состоянии он писал позже, через год, своей будущей теще Наталье Ивановне: 

«Когда я увидел ее в первый раз, красоту ее едва начинали замечать в свете. Я полюбил ее, голова у меня закружилась, я сделал предложение, ваш ответ, при всей его неопределенности, на мгновение свел меня с ума; в ту же ночь я уехал в армию; вы спросите меня — зачем? клянусь вам, не знаю, но какая-то невольная тоска гнала меня из Москвы; я бы не мог там вынести ни вашего, ни ее присутствия»1.

В стихах он говорит о том же: «Желал я душу освежить». В кавказской армии Пушкин, как известно, общался с друзьями своей молодости — Н. Н. Раевским, лицейским товарищем М. Вольховским, Михаилом Пущиным (братом сосланного в Сибирь друга Пушкина)... «Многие из старых моих приятелей окружили меня», — писал Пушкин в «Путешествии в Арзрум» о своем приезде в лагерь русской армии на берегу реки Карс-чай...

Второе четверостишие приведенного наброска недоделано Пушкиным. Второй стих его зачеркнут и ничем не заменен. Он и не придуман до конца — не хватает одного слова:

Не шумных        жаждал я...

Вообще, читая этот набросок, мы ощущаем прежде всего его незаконченность, неслаженность: после того как в первой строфе говорится о том, зачем поехал Пушкин «в дальные края» («Желал я душу освежить, бывалой жизнию пожить»), во второй — снова объясняется, что не золото, не почести, не шумные развлечения2 привлекали его там...

Т. Г. Цявловской, раздумывавшей над этим фактом, пришло в голову, что и здесь, может быть (как это нередко бывало у Пушкина), он написал сперва не начало стихотворения, а вторую его строфу, уже сложившуюся в его воображении, а затем стал придумывать начало, первое четверостишие... Иначе говоря — надо переставить эти строфы.

Вот какой результат получился от этой перестановки:

Я ехал в дальные края.
[Не шумных         жаждал я,]
Искал не злата, не честей
В пыли, средь копий и огней <?> —
Желал я душу освежить,
Бывалой жизнию пожить
В забвеньи сладком меж друзей
Минувшей юности моей...

Нужны ли какие-нибудь доказательства того, что это и есть правильный пушкинский текст? Лучшее доказательство здесь — художественное качество его. Не только в смысловом отношении вcе стало на свое место, но возникла какая-то поэтическая волна, проходящая через все стихотворение. В такой правильной композиции второе четверостишие звучит удивительно проникновенно и трогательно волнующе. Если бы не пропуск одного слова во втором стихе, то можно было бы говорить не о «набросках», не о двух не очень связанных между собой четверостишиях, а о вполне законченном и по смыслу и по эмоциональному и поэтическому содержанию коротком лирическом стихотворении Пушкина.

Фрагмент статьи:  Бонди С. М. Заметки: (Об удачах и ошибках текстологов) // Бонди С. М. Черновики Пушкина: Статьи 1930—1970 гг. — 2-е изд. — М.: Просвещение, 1978. — С. 210—231.

Русская поэзия
Стихотворения
Поэзия 1832 года
Поэзия Александра Сергеевича Пушкина
Восьмистишия