ЕЭБЕ/Убытки
Убытки (‎) — правила о вознаграждении за причиненные вред и У. в практическом отношении представляют важнейшую часть гражданского права; Талмуд рассматривает все частное право под углом зрения вознаграждения за У. Так, четвертый отдел (из шести) Мишны, преимущественно посвященный праву, носит название «Nezikin» (У.). Затем, три трактата — Баба Кама, Баба Меция, Баба Батра, — которые посвящены специально гражданскому праву, по-видимому, представляют части одного большого трактата и носили ранее то же общее название «Nezikin». Из различных частей права на первом месте излагаются правила об У. (почти весь трактат Баба Кама), а уж потом — все прочее.

В законах Моисеевых, и именно в той части, которая, по мнению библейской критики, представляет самостоятельное целое под названием «Книги Завета» и носит следы древнего происхождения, имеются по данному вопросу четыре правила. Все они отражают в себе земледельческий и пастушеский примитивный быт. Первое правило говорит о воле, который забодает вола (принадлежащего другому лицу), и различает два случая: если это было в первый раз, то предписывается продать бодливого вола и деньги разделить поровну между собственниками обоих волов, также разделить поровну и мертвого вола. Если же вол был известен как бодливый, «муад», то закон предписывает возместить убыток полностью: «уплатить вола за вола» (см. Вол, бодливый). Все изложение имеет в виду такую стадию экономического развития, когда все волы имели приблизительно одинаковую рыночную ценность и когда деньги мало употреблялись. Половинная ответственность в первом случае объясняется тем, что за небодливыми волами особый надзор считался излишним, а с другой стороны, оба хозяина должны были наблюдать за своими волами, и предположительно оба вола могли бодать друг друга. Второй случай У. имеет в виду вину хозяина (он не наблюдал за заведомо бодливым волом). Второе правило говорит о яме: если кто выроет яму и не прикроет ее, или же раскроет вырытую другим яму, и в нее упадет вол или осел, то виновный возмещает вред в полном размере. — Третье правило говорит о потраве, и притом, по правильному толкованию Талмуда, как о поедании чужих растений, так и об их порче животными. — Четвертое правило говорит о поджоге поля, и притом, главным образом, о неосторожном. Во всех этих случаях предписывается возместить У. полностью (Исх., 21, 33—36; 22, 4—5).

Талмуд строит всю свою сложную систему норм на почве этих четырех библейских правил. Излагая особенности каждого из них, Мишна переходит к обобщениям, которые можно сделать из этих частностей. Обобщения звучат, как юридические максимы, как опорные пункты для юридического мышления (см. Баба Кама). Далее, Талмуд обращает библейские казуистичные нормы в типичные, ‎, отмечая особенные свойства каждого из этих типов и подводя аналогичные казусы под соответствующее правило. Так, первое правило о бодливом воле называется «рогом», ‎. Под понятие рог подводятся все случаи, когда животное толкает, кусает, лягает и пр. Общие признаки в приведенных примерах следующие: животное имеет намерение вредить, действия его не обычны, не доставляют животному наслаждения (Б. К., 2б). Наравне с У., причиненными ямой, рассматриваются такие случаи, когда кто-либо оставил на улице камень, нож или ношу и о них споткнулось животное (ibid., 3б). В библейском тексте о «потраве» Талмуд усматривает два разных правила: «зуб», ‎, т. е. поедание животным растений, и «ногу», ‎, т. е. растаптывание и порчу растений ногами. Признак «зуба» тот, что животное получает удовольствие и выгоду от причиненного вреда. Поэтому наравне с «зубом» рассматриваются казусы, когда животное трется о стену или загрязняет плоды ради своего удовольствия. Наравне с «ногой» рассматриваются все случаи, когда вред причинен животным во время движения и в связи с движением. Во всех этих случаях характерно, что причинение вреда происходит слишком обычно, слишком часто (‎; ibid., 3а). Для последнего правила — о поджоге — характерно то, что посторонняя сила — ветер — присоединяется к разведенному человеком огню, и только при наличности обоих факторов происходит причинение вреда. Аналогично библейскому правилу о поджоге обсуждаются, напр., случаи, когда кто положил на крышу камень, нож или ношу, и эти предметы, будучи сброшены с крыши обычным ветром, причинили У. Мы видели выше, что вред, причиняемый «рогом муада», возмещается полностью. «Муадом» (бодливым) считаются также волк, лев, медведь, тигр, пантера, змея, т. е. причиненный ими вред должен быть возмещен полностью, хотя бы они причинили вред этот в первый раз, так как возможность причинения вреда предполагается сама собой. Аналогично считается «muad», т. е. влечет за собой полное вознаграждение, вред, причиненный человеком непосредственно (а не его животными или вещами), а также потрава (Мишна, Б. К., I, 4). Путем таких аналогий и обобщений развилась сложная система норм о вознаграждении за yбытки.

Ответственность за вред в зависимости от места его совершения. Принимая во внимание библейские постановления о воле и потраве, различают три случая: 1) Если животное причинило вред на чужом земельном участке, то хозяин этого животного обязан возместить причиненный вред полностью. Если же животное совершает потраву на земле общественной, в местах общего пользования, то вред отнюдь не подлежит возмещению. 2) Когда животное причиняет вред каким-либо необычным для себя способом, напр. боданием, кусанием и т. п., будет ли это в первый раз («там»), когда владелец его возмещает только половину У., или в третий раз («муад»), когда он возмещает У. полностью, то это имеет место даже и в том случае, когда вред причинен на улицах, площадях и вообще в местах общего пользования. 3) Особенно характерен случай, называемый «Zeroroth» (щепки). Если животное наступило на щепки, и, отброшенные, они причинили повреждение, напр. разбили сосуд, то ущерб возмещается в половинном размере, независимо от стоимости самого животного. В данном казусе имеются, с одной стороны, признаки потравы, так как животное причиняет вред своим обычным передвижением, с другой стороны — самый вред причинен не совсем обычно, не действием самого животного, а косвенно, при посредстве постороннего предмета, щепки. Поэтому правила об ответственности составлены искусственно, путем комбинирования принципов вышеприведенных двух случаев: хозяин животного в первый раз возмещает только половину У., как при «роге», и свободен от возмещения их, если У. нанесены в площади общего пользования, как при потраве. Эти последние правила считаются полученными от Моисея путем устной традиции (‎; см. Синайская галаха). Если собственник докажет, что он принял все обычные, хотя не усиленные, меры к охранению своих животных (привязал веревкой; закрыл дверь хлева, но сильный ветер мог ее открыть), то он вполне освобождается от ответственности. Исключение представляет половинное вознаграждение при бодании вола и других аналогичных повреждениях. Смысл этого вознаграждения заключается не в ответственности за вину, а в разложении убытков, полученных от несчастного случая, на владельцев обоих животных, повредившего и поврежденного. Поэтому это половинное вознаграждение уплачивается и при доказанности обычного охранения животного.

Ответственность за вред, происшедший от неодушевленных вещей. В основание этой ответственности положено библейское правило о яме. Аналогично рассматриваются случаи, когда кто-либо отказывается от права собственности на свои вещи, лежащие в месте общего пользования. Ответственность отпадает, если лицо доказывает принятие необходимых мер.

Ответственность за вред, причиненный неосторожным обращением с огнем. Талмуд на основании внешних признаков — высоты костра или величины пламени, расстояния его от межи соседа и т. д. — определяет случаи, когда следует признать пожар случайным и когда поэтому о вознаграждении за У. не может быть речи, с одной стороны, и случаи, где предполагается небрежность в обращении с огнем и потому устанавливается обязанность возместить вред, с другой стороны. Ответственность при вине, явившейся следствием неосторожности, однако, ограниченная: возмещается стоимость лишь тех из сгоревших вещей, которые лежали открыто, были на виду. За сгоревшие скрытые вещи, ‎, лицо отвечает лишь при непосредственном умышленном поджоге.

Ответственность за вред, причиненный всякими иными действиями человека. Хотя по поводу других форм причинения вреда в Библии нет ни малейших указаний, но Tалмуд уже самостоятельно выводит их. При этом даже характер вины, неосторожной или умышленной, не влияет на ответственность. Так, Мишна гласит: «Человек всегда «muad» (следовательно, платит вознаграждение в полном размере), все равно, причинил ли он убытки нечаянно или умышленно, бодрствуя или во сне». Ту же мысль повторяет барайта р. Хизкии (‎: Б. К., 26а и б). Но эти общие выражения неточны: многочисленные казусы, приводимые Талмудами иерусалимским и вавилонским (ibid.), показывают, что различались всевозможные оттенки виновности. Классификация этих казусов, принадлежащая комментаторам Талмуда и кодификаторам (Тосаф. Б. Мец., 82б, s. v. ‎, Б. Батра, 93б, s. v. ‎; Maimonid., Jad, Chobel, I; Шулхан га-Арух, Хошен га-Мишп., 421), дает следующиe формы виновности: 1) Отсутствие всякой, даже малейшей неосторожности, чистейшая случайность (‎, ‎), совершенно освобождают от ответственности. Сюда относится пример: некто лег спать один; позже, во время его сна, рядом с ним лег другой; первый, не зная этого, бессознательным движением причинил ему повреждение. — 2) Легкая неосторожность, примыкающая к случаю ‎, culpa levissima. Двое одновременно легли спать вместе, в сонном состоянии один из них ушиб соседа. — 3) Неосторожность, близко подходящая к умыслу, culpa lata, culpa dolo proxima, ‎, ‎. — 4) Умысел, dolus, ‎, ‎, не только прямой, но и эвентуальный: я сознаю последствия своего деяния, хотя не желаю их. В случаях втором, третьем и четвертом имущественный вред одинаково возмещается полностью; при телесном же повреждении вознаграждение полное получается лишь при умысле; при средних же формах виновности (второй и третий случаи) возмещаются лишь некоторые составные части вознаграждения (см. Повреждение телесное). — В делах этого рода суд должен также обсудить вопрос, насколько данным способом можно причинить определенного рода повреждение; напр., можно ли небольшим камнем убить животное. Некоторые частные правила по этому вопросу преподаются самим Талмудом. Так, железное орудие, имеющее острие, как бы мало и ничтожно оно ни было, считается достаточным для причинения любого повреждения и даже смерти. — Древним народам присуще было грубое, осязательное представление о причинении вреда, как о физическом действии (не упущении), непосредственном воздействии на объект (damnum corpore corpori datum); такое представление не было чуждо и Талмуду. Лишь путем долгого развития место этого грубого понятия заняло отвлеченное причинение убытков, без различия форм и способов. Так, если кто установил ипотеку (залоговое право) на своего раба с условием взыскивать долг только с суммы, полученной от продажи этого раба, и затем отпустил его, то ипотечное право естественно погашается, и кредитор остается в У. Лишь после долгих колебаний практики, р. Симон бен-Гамлиил разрешил данный казус в смысле обязанности должника возместить этот У. кредитору (Мишна, Гитт., IV, 4). Если кто причинил У. так, что самый объект не потерпел никаких видимых внешних изменений (‎), то первоначально он не отвечал за свои подобные действия. Позже, однако, ввели ответственность и в этих случаях, но лишь при умышленном повреждении. Примерами подобного повреждения являются такие действия, которые превращают ритуально дозволенную пищу в ритуально запрещенную всем или только некоторым категориям людей, а такое превращение порою возможно путем простого мышления, без внешнего проявления воли (ibid., V, 4). — Еще более контроверз возбуждали вопросы о косвенном, посредственном причинении У. Сюда относятся очень многочисленные случаи, напр. сожжение долгового документа, неправильное удостоверение специалиста, что данная монета настоящая, а не фальшивая, и др. Талмуд склонился в пользу р. Меира, который в подобных случаях обязывает к возмещению У. Тем не менее, и среди децизоров средневековья раздавались голоса, что лишь в части этих случаев, которую они называют «garmi», ‎, существует ответственность за У.; в другой же части случаев, искусственно отделенной от первой под названием «gromo», ‎, виновный не отвечает за причиненные У. (Тосаф. и Ашри ad Б. Батр., 22б). Восторжествовал, однако, более справедливый взгляд, по которому между «gromo» и «garmi» нет никакого различия, и потому во всех подобных случаях причинивший У. обязан определенным образом вознаградить потерпевшего. — См. также Повреждение телесное.

Ср.: Maimonid., Jad, Hilchot Nizke Mamon; Шулхан Арух, Хошен-га-Мишпат, 378—419; Kohler, Darstellung des talmudischen Rechts, во введении к IV тому Талмуда в немецком переводе, изд. Гольдшмидта, а также в ZS. f. vergleich. Rechtswissenschaft, XX (1908); Rapoport, Der Talmud und sein Recht, в том же ZS., т. XIV, XV, XVI и отдельным изданием; Saalschütz, Das mosaische Recht; Fassel D. mos.-rabbin. Civilrecht.