ЕЭБЕ/Аба пятнадцатое
Аба пятнадцатое (‎) — народный праздник в Иудее во времена существования «второго храма»; соответствовал приблизительно 25-му июля нов. стиля. В Мишне сохранилось об этом празднике следующее предание от имени р. Симона б.-Гамлиила: «Не было таких праздников у Израиля, как 15-е А. и «день всепрощения» (Iom Kippur), ибо в эти дни дщери Иерусалима выходили гулять в белых платьях, которые все, даже богатые, брали на время одна у другой, чтобы не стыдно было тем, которые не имели своих… И дщери Иерусалима, встречаясь с молодыми людьми в садах, плясали, распевая при этом: «Молодой человек, открой глаза и присмотрись хорошенько, кого ты выберешь себе в жены. Не увлекайся красотою, а обращай внимание на семейство, в котором выросла твоя избранница. Ложна миловидность, суетна красота; лишь женщина богобоязненная заслуживает похвалы. Воздайте женщине по заслугам ее, и пусть прославят ее по городам ее собственные дела» (Мишле, 31, 30; Мишна Таанит, IV, 8; ср. иерусалимскую версию той же Мишны, по которой не девушки одевались в белые платья, а молодые люди). По версии одной барайты, красивые между ними пели: «Молодые люди, обращайте внимание на красоту, ибо все достоинство женщины только в красоте»; родовитые между ними пели: «Обращайте внимание на семью, ибо назначение женщины это — воспитание детей»; некрасивые, наконец, пели: «Возьмите нас во имя Божьего веления; чего недостает нам в красоте, вы дополните золотыми украшениями» (Таан., 31а). Событие, послужившее поводом к возникновению праздника 15-го Α., описывается в так наз. «Историческом календаре» (Мегиллат Таанит, 14), где этот день отмечается как день  дровоприношения в храм (‎) для потребностей алтаря. Празднование этого дня должно было в известном смысле увековечить память о торжестве демократического элемента над аристократическим, каковое значение имело большинство праздников, исчисленных в «Историческом календаре». Дело в том, что дней для дровоприношения в храм было 9 в году (1 Нисана, 20 Тамуза, 5 Аба, 7 Аба, 10 Аба, 15 Аба, 20 Аба, 20 Элула и 1 Teбета). Но это приношение издревле составляло привилегию нескольких аристократических родов, ревниво устранявших от него народ, хотя по первоначальному смыслу постановления об этом приношении оно должно было быть общенародным (Неемия, 10, 35). Один только патрицианский род Зату бен-Иегуда, срок дровоприношения которого был 15-го Α., почувствовав однажды (неизвестно, собственно, когда) несправедливость этой привилегии, объявил, что дарит приготовленный им запас дров народу с тем, чтобы жертва алтарю считалась принесенною от имени всего народа. «С тех пор, — говорится в календаре, — вошло в обычай, чтобы вместе с родом Зату в дровоприношении 15-го А. участвовали священники, левиты, израильтяне, а также не знающие, из какого они происходят рода, и, наконец, даже прозелиты, рабы и незаконнорожденные; …а род Зату тем приобрел себе доброе имя и память о себе во всех грядущих поколениях» (Мегиллат Таанит, там же). Независимо от этого 15-е А. был последним в году днем рубки леса и назывался поэтому «днем разбитой секиры», ибо, как объясняет р. Элиезер б.-Гирканос, начиная с этого дня летний зной значительно слабеет и наколотые дрова не успевают высыхать. Гемара (Таан., 30а, Баба Батра, 121а) приводит в дополнение к приведенным причинам еще целый ряд других объяснений смысла этого праздника. По мнению Самуила, «в этот день разрешено было лицам разных колен Израилевых соединяться между собой браками». По закону Моисея женщина, унаследовавшая (или имеющая унаследовать) земельный участок от своего отца, не имеет права выходить замуж за лицо другого колена, так как после ее смерти участок ее перейдет в наследство к ее мужу или сыну, принадлежащему к другому колену, и таким образом произойдет нежелательное для законодателя вторжение одного колена в другое. Впоследствии этот запрет был действительно отменен, но когда именно произошла отмена и по какому поводу, об этом Самуил ничего не сообщает. — Р. Нахман, ученик Самуила, дает, по версии Таанит, другое объяснение этому празднику, которое в сущности дополняет объяснение его учителя: «В этот день, — говорит он, — разрешено было уцелевшим остаткам истребленного колена Веньяминова похищать себе жен из девиц Силоамских во время их пляски в садах» (Суд., 21, 19—22). Силоамские девицы принадлежали к колену Эфраимову; стало быть, тогда же был отменен и запрет коленам соединяться браками между собой. Мотивы Самуила и Нахмана имели целью объяснить матримониальный характер этого праздника. Другие объяснения приводятся Талмудом, по-видимому, в оправдание того, что праздник 15-го Α., хотя и связанный с храмом, сохранился в народе до настоящего времени, в то время как все другие исчисленные в «Историческом календаре» праздники с разрушением храма упразднены. И если, напр., р. Матна говорит, что в этот день разрешено было хоронить героев Бетара, погибших в последней борьбе Бар-Кохбы против римлян, то он не думал сказать этим, что с самого начала праздник был установлен именно в память этого события. Он не мог не знать, что это событие произошло 65 лет после разрушения Иерусалима, между тем как в Мишне этот праздник описывается как древний, иерусалимский. Иосиф Флавий также упоминает об этом празднике, который он называет праздником «Xylophoroi», т. е. дровоприношения, но вместо 15-го он определяет для него день 14-го Аба, прибавляя: «По обычаю каждый из народа приносил в этот день дрова для алтаря, так, чтобы там никогда не было недостатка в материале для вечного огня» («Иуд. войн.», 2, 17, § 6). Zipser, однако, думает, что этот день, называвшийся также «днем разбитой секиры», был празднуем с зажиганием костров, подобно тому, как сирийцы, по свидетельству Псевдо-Лукиана, праздновали день середины лета (De Syria dea). Праздник этот носил сначала чисто светский характер, как и 15 день месяца Шебата, совпадающий с серединой зимы, причем оба праздника были языческого происхождения. По мнению Zipser’a, различные объяснения и рассказы, приводимые в Мегиллат Таанит и в Талмуде, указывают только на то, что действительная причина праздника была с течением времени забыта. Матримониальный характер этого праздника напоминает празднование дня св. Валентина (14 февраля) в Англии и Франции и зажигание костров у разных народов в Иванов день, также связанный с устройством браков. Надо, однако, заметить, что о кострах в день 15-го А. в еврейских источниках не упоминается. — Ср.: Zipser, Des Flav. Jos. Werk über das hohe Alter des jüdischen Volkes; Herzog, Realenc. f. prot. Theolog., s. v. Valentinus.

ЕЭБЕ