ЕЭБЕ/Шерира бар-Ханина
Шерира бар-Ханина  он же Шерира-гаон (ןואג ארירש) — известный гаон Пумбедиты; род. около 900 г., ум. около 1000 г. (Авраам ибн-Дауд, Sefer На-Kabbalah, в Med. Jew. Chr., Neubauer’a, I, 66—67). Как со стороны отца, так и со стороны матери Ш. был потомком родовитых семей, многие члены которых занимали пост гаона. Сам Ш. очень гордился своей родословной (Послание Ш. из Neubauer’а, l. c., 1, 23, 33). Фамильным гербом Ш. был лев, служивший гербом царей Иудеи (Ibn Daud, l. c.). В 968 г. Ш., занимавшей дотоле пост главного судьи, был избран гаоном знаменитой школы в Пумбедите, а его место занял сын его р. Гаи-гаон (Scherira, l. с., I, 41). На этом посту Ш. оставался в течение тридцати лет, и только преклонный возраст заставил его уступить место своему сыну р. Гаи. Вследствие доноса халиф Аль-Кадир схватил престарелого Ш. и его сына-гаона и заключил их в тюрьму. Недолго спустя после этого потрясения Ш. скончался почти столетним старцем (Ибн-Дауд, l. c., по Weiss’y, Dor, V, 74). Будучи главою академии, Ш. старался привлечь как можно больше учеников. Многочисленные респонсы Ш. вошли в древнейшие сборники. Вообще его респонсы мало чем отличаются от респонсов других гаонов, трактуя преимущественно вопросы религиозной практики, и только некоторые из них комментируют отдельные места из Талмуда и Мишны. И литературная деятельность Ш. была направлена главным образом на изучение Талмуда. С арабским языком он был знаком не особенно глубоко. Писал он преимущественно по-еврейски и арамейски. Ш. славился благородным характером. При разрешении ритуальных вопросов он был склонен к ригоризму, следуя букве Талмуда. Последний он умело защищал от нападок караимов. В его респонсах рассеяны законы и разъяснения, крайне важные для понимания Талмуда; таковым является, напр., толкование слова «mizwah» (Teschubot Geone Mizrach u-Maarab, № 141, Bet Talmud, IV, 351). Ш., по общепринятому мнению, является одним из приверженцев каббалы. Он был убежден, что такие мистические произведения, как «Schiur Komah» и «Hechalot», являются действительно древними произведениями времен р. Исмаила и р. Акибы. Правда, в респонсе (№ 122, Schaare Teschubah), где идет речь об одном месте из «Schiur Komah», трактующем о членах тела Бога, подобных человеческому, Шерира выражается, что здесь многое таинственно и буквально не должно быть понято. Из литературных трудов гаона Шериры отметим «Megillat Setarim», где он пытается доказать значение агады (Aboab, введение к Menorat Ha-Маоr); к сожалению, важнейшие части этого сочинения затеряны. Большою известностью пользуется его послание к общине Кайруана, служащее историческим документом в истоpии развития поталмудической литературы и эпохи гаонов. Послание это явилось ответом на запрос р. Якова б.-Ниссима из Кайруана, от имени общины, о происхождении Мишны, ее редактировании, как и об исторической последовательности талмудических и последующих авторитетов. Послание Ш. проливает много света на эту темную страницу еврейской истории и отличается строгою беспристрастностью, за исключением периода истории, связанного с ветвью Бостанаи и некоторых его современников. Послание Ш. вошло в хронику Ахимааца; было издано отдельно со списков В. Гольдбергом в «Chofesch Matmonim» (Берлин, 1845), под названием «Iggeret Rab Scherirah Gaon» (Майнц, 1873), J. Wаllеrstеin’ом под названием «Scherirae Epistolae», с латинским переводом и примечаниями (Бреславль, 1861). Лучшее издание принадлежит Адольфу Нейбауеру в «Medieval Jewish Chronicles» (Оксфорд, 1887). Другое послание Ш. к вышеупомянутому р. Якову б.-Ниссиму и вошедшее в «Aruch», s. v. «Abaja», трактует о титулах талмудистов, как «Rabban», «Rabbi», «Rab» и «Маr», о причинах, почему иные законоучители упоминаются с титулом, а другие нет. — Ср.: Weiss, Dor, IV, 160—174; Grätz, Gesch., V, 320—323; Halevy, Dorot Ha-Rischonim, III, 280; Azulai, Schem Ha-Gedolim; Lewin, Prolegomena, 1911. [].

ЕЭБЕ