ЕЭБЕ/Эллинизм
Эллинизм — Знакомство евреев с греками относится еще, по мнению некоторых ученых, к библейским временам. «Яван», «яваним», םינוי ןוי (Ίάονες, ионяне) — еврейское название для греков (ионийцев?) — упоминается уже в Быт., 10, 2 и 4 в генеалогич. таблице как представитель юго-западной семьи народов, происходивших от Яфета. В Иоиле, 4, 6 сообщается ο проданных в Яван (Грецию) израильтянах. В Исаии, 66, 19 и Иезек., 27, 13 Греция указана, как страна к западу от Палестины. Фактически евреи пришли в соприкосновение с греками в первое время существования второго храма, со времени походов Александра Македонского, способствовавших более тесному сближению Востока с греческой образованностью. Еще при Александре и особенно при Птоломеях евреи стали селиться в Египте, Малой Азии и восточных островах Средиземного моря. Со времени сир. господства в приморских городах Палестины появилось значительное греч. население. В Галилее также поселилось множество греков. Города Кесарея и Газа на западе, Гадара и Гиппос на востоке были, по свидетельству Флавия, заселены преимущественно греками. В Иерусалиме говорившие по-гречески евреи из Кирены, Александрии, Тарса и др. азиатских городов имели свои синагоги (Мегилла, 26а). Не только состоятельные слои населения переняли греч. обычаи и греч. язык, но и сельское население усвоило множество греч. слов. Влияние Э. вскоре стало до того могущественным, что он стал угрожать самому существованию евр. нации. Греческие цирки, театры, праздничные процессии, народные собрания и философские школы внесли в народную жизнь неизвестные дотоле течения и своей новизной увлекали всех. Священники оставляли алтарь, чтобы участвовать в цирковых состязаниях. Антиох III пытался нанести решительный удар иудаизму, ввести греческий культ. Насильственные меры Антиоха III вызвали сильную реакцию против прежнего увлечения, и победы Маккавеев спасли иудаизм от грозившей ему гибели. Элл. обычаи и образованность были вытеснены из Палестины, один только язык, на котором говорило смешанное население палестинских городов, не мог быть устранен (Б. К., 82; Сота, 49). При Иродах в Палестине вновь стал распространяться Э., и от его влияния не были свободны даже и законоучители: так, в доме р. Гамлиила I дети учились по-гречески (Б. К., 83; Сота, 49); мы знаем законоучителей, носивших греческие имена: Антигон из Сохо, Автолем (Птолемей); в еврейский обиход вошли греческие названия для монет, мер и весов (הנמ — μνα, ארטּיל — λίτρα, לטנא — άντλητή и др.), для должностных лиц и учреждений (סוכרפא — έπαρχος), ןירדהנס — συνέδριον, ןיקילותק — χαθολιχοι, יקיתייד — διαθήχη — завещание, יקיתופא — ύποθήχη и др.), особенно для обозначения домашней утвари. одежды, пищи. Города Палестины были переименованы на греч. лад: прежние Раббат-Амон, Ар-Моаб, Акко стали называться Филадельфией, Ареополисом, Птолемаидой. Греческое влияние заметно отражается и на литературе палестинских писателей: оно видно в книге Премудрости Бен-Сиры и в I кн. Маккавеев, но особенно сильная печать Э. лежит на сочинениях Иосифа Флавия (см.). Однако на родине иудаизма влияние греч. культуры коснулось преимущественно лишь внешних форм жизни, обычаев и языка, но не отразилось на духовной и умственной жизни, тем более что обрушившиеся на евреев политические бедствия, грозившие окончательной гибелью существованию нации, побудили духовных вождей народа оградить свое духовное достояние от инородных влияний. Гораздо глубже было влияние Э. на евреев в Египте, где связанные прочными торговыми и промышленными узами с чуждыми им народами евреи не могли не подчиняться Э. Они забыли в диаспоре свой родной язык и вместе с различными местными языками усвоили и греч. язык, являвшийся в то время международным. Все же евреи диаспоры сохранили сознание своей национальной обособленности и веры в единого Бога и Моисеев закон. Это естественно должно было повести к попытке соединить оба духовные фактора в одно высшее единство. При этих обстоятельствах возникла, главным образом, в Александрии, a также и в др. городах диаспоры, обширная евр.-эллинская литература. В преклонении перед греческим духом некоторые евреи-эллинисты уходили очень далеко; так, напр., Филон не колеблется называть Платона и др. философов «святыми». Они, к своему удивлению, нашли y греч. мыслителей целый ряд мыслей, которые им были известны из Библии. Филон и др. утверждали, что греч. этические мыслители обязаны своими познаниями знакомству с Моисеевым законодательством. Аллегорический метод, заимствованный ими от стоиков, они применили и к Библии и стремились доказать присутствие в ней греческой мудрости. Евр. религия осталась для них самой ценной и высокой, и греческая мудрость только своей действительной или мнимой тождественностью с еврейским законом приобрела авторитетное значение.

Основу евр.-эллинской литературы образует перевод на греч. язык Библии; для евреев диаспоры перевод вполне заменял евр. текст. Другие появившиеся в Палестине религиозные сочинения, как Бен-Сира, Псалмы Соломона, II книга Маккавеев и др., стали также доступны греческим евреям благодаря переводам. Впрочем, здесь часто позволяли себе некоторые вольности в переводах, расширяя их различными дополнениями, самостоятельно перерабатывая текст (как, напр., Эзра, апокрифическая книга, см.) и относя к священным книгам новые, частью переводные, частью по-гречески написанные сочинения. Появившаяся на основе Септуагинты литература обнимает три различные области — историю, философию и поэзию; здесь мы дадим лишь общий обзор всей эллинской литературы, отдельные сочинения которой рассматриваются в особых статьях настоящей Энциклопедии. Целый ряд писателей изображали древнюю евр. историю в модернизированной форме; некоторые из них известны лишь из сохранившихся фрагментов, как летописец Димитрий (см.), Евполем (см.), очень вольно передавший старую историю своего народа, и Артапан, доказывающий всемирное значение Моисея тем, что отождествляет его с Муссеем, якобы наставником Орфея, и Гермесом и называет его основателем наук и искусств. Полнее сохранилась рассчитанная на греко-римского читателя ветхозаветная история Иосифа Флавия (см.); с целью обоснования своей этико-философской системы написал изложение библейской истории и Филон (см.). Другие историки интересовались недавним прошлым своего народа. Так, Язон из Кирены (см. Язон) описывает в 5 книгах восстание Маккавеев; его труд утерян, но мы можем составить себе ο нем представление по извлечениям во II книге Маккавеев. Менее ценно произведение, известное под именем III кн. Маккавеев. Современником Флавия был Юстус Тивериадский. К исторической литературе относятся и некоторые фрагменты Филона, где он изображает события, которых он сам был очевидцем. Чтобы отпарировать нападки на евреев некоторых нееврейских писателей, Флавий в своих сочинениях «Против Апиона» и «Жизнеописание» доказывает глубокую древность и заслуги своего народа. Такие же прославления евр. народа мы имеем в «Послании» Аристея (см.) и в «Истории» Гекатея. Рядом с историографией большое место занимает и философия, носящая по преимуществу эклектический характер. На границе между палестинской философией (хохма) и греческой стоит написанная под влиянием Платона и стоиков «Премудрость Соломона» (см.), обращенная к языческим властителям апология евреев, с сильными мессианскими тенденциями. В сочинении Аристобула (см.) доказывается зависимость греческой философии от учения Моисея. Чисто моральный характер имеет сочинение ο власти разума, известное под именем IV книги Маккавеев, написанное под сильным влиянием стоической школы. Наиболее выдающимся писателем евр.-эллинского периода является Филон, приобретший почетное место во всемирной философии. Третья группа евр.-эллинистов взяла за образец греч. поэтов и выступила в область драмы и эпоса. До нас дошел отрывок, изображающий в эпической форме историю Иерусалима и принадлежащий перу одного еврея, под именем Филона Младшего, a также и отрывок одной драмы «Исход», автором которой является поэт Иезекиил. Евр. поэты принимали большое участие в так называемой сивиллиной литературе (см. Сивиллины книги), чтобы под авторитетом таинственной пророчицы прославлять иудейскую веру перед языческим миром. Известны также дидактические поэмы с ярким еврейским оттенком, авторами которых называют Менандера и Фокилида. После падения евр. государства в 70 г., с ухудшением общего положения евреев во всем греко-римском мире, началось и среди евреев диаспоры стремление к обособленности, какое было и среди палестинских евреев. Интересным свидетельством роста этого течения служит новый греческий перевод Библии, сделанный Аквилой (см.), долженствовавший, по мысли переводчика, вытеснить Септуагинту и распространить среди внепалестинских евреев истинно евр. каноническую Библию; но рост замкнутости и обособленности от всего эллинского сделал для евреев ненужной исправленную греческую Библию. Если раньше палестинские законоучители благосклонно относились к самому факту появления Септуагинты, восхищались красотой ее языка (Мегилла, 9б) и называли греч. язык единственным языком, достойным перевода Торы, то впоследствии они говорили, что тот день, когда Библия была переведена на греческий язык, такой же несчастный для евреев, как тот день, когда они сделали себе золотого тельца (Соферим, 1). Все сочинения александрийской школы были осуждены как еретические, םינימ ירפס, чуждые еврейству, םינוצח םירפס. Ha рост враждебного чувства к Э. повлияло и зарождение христианства, сочувственно относившегося к воззрениям еврейско-греческой школы. Следствием всего этого было то, что эллин. литература была предана забвению. — Ср.: Droysen, Geschichte des Hellenismus, 1877; Schürer, Gecsh., II, 21—175; III, 1—135 (рассмотрению этого момента еврейской истории посвящено все капитальное сочинение Шюрера; там же приводится обширная литература предмета); Friedländer, Das Judenthum in der griechischen Welt, 1897; Freudenthal, Alexander Polyhistor, 1875; Willrich, Juden und Griechen vor der Makkab. Erhebung, 1895. Отдельные моменты Э. рассмотрены в статьях Евр. Энциклопедии: Александрийская религиозная философия, Аллегория, Антисемитизм, Апологетика, Диаспора, Греческий язык, Платон, и при разборе вышеупомянутых авторов произведений этой эпохи. (По ст. Hamburger’a в R. B. Т., II, 308 и Buhl’я в Herzog-Hauck Realenc., VII, s. v. Hellenismus].

ЕЭБЕ