Аминь (Жаботинский)
Аминь 

Каждый из нас приветствовал бы возмездие — если бы его понесли лица, заслужившие его — бандиты… Однако мы не может делать различия между враждебным к нам арабским населением и бандитами вообще. Следует раз и навсегда ответить на вопрос: должны ли мы вообще принимать те меры, которые мы применяем или нет. Если мы хотим оставаться хорошими, то должны позволить в первую очередь убить себя, и тем самым отказаться совершенно от понятий: дом, страна, свобода, надежда — того, что дорого нашему сердцу и что мы не щадя себя стремимся защитить.
Во многих Палестинских газетах, а также и в Диаспоре, появился ряд статей, осуждающих еврейский контр террор в Палестине, очень усилившийся за последнее время. Вкусив плоды агитации наших противников, я беру на себя смелость сказать, что они очень слабы, написаны без какого-либо подъема духа, без настоящей злобы, написаны просто от нечего делать.
Нет никакого сравнения с тем энтузиазмом, с которым эти же писаки боролись за «чудеса» хавлаги (непротивления) еще год тому назад.
Читая эти статьи сегодня, вы сразу же чувствуете их неискренность, как видно, авторы считают всех своих собратьев, а прежде всего самих себя, лжецами. В конце то концов, раскрывая утреннюю газету, они ищут не простые новости из Палестины, а новости специфического характера и содержания — не найдя таковых они разочаровываются. Такое ожидание «этого самого» характерно для евреев всех стран. Сведения о чем-то особенном, чрезвычайном, происходящем в Палестине, интересует всех без исключения, левых, правых и центр.
Конечно, есть люди, не симпатизирующие сегодняшним событиям — Правительство фактически объявило им, что они никуда не годятся, никто на них не обращает внимания, и будут ли они называть себя Агентством, Ваад Леуми или еще Бог знает как, это не прибавит им ни унции авторитета и влияния. Подобные фразы несомненно звучат пренеприятно в их ушах. Тем не менее, сейчас и эти люди жаждут услышать «это самое» и что искусственно заставит их холодную кровь нормально циркулировать, если не кипеть. Положение пикантное. Попробуйте внушать себе остановиться, когда душа всеми своими фибрами хочет летать, бежать, двигаться, не переставая вперед.

<center>Привилегированное меньшинство

Начал я писать об этом в Варшаве, продолжаю в Лондоне.
Каждый день и час горько и больно доказывает, как я был прав в своих заключениях: Агентство в Ишуве не будет реагировать на все происходящее. Хуже даже чем не реагировать, они будут просить и умолять у Правительства кооперации с ним.
Они согласны проглотить, что угодно. Они принимают какие угодно удары на свою голову, принимают таковые с готовностью, проявляя свою душевную доброту (протестуя, конечно, для отвода глаз). Самый тяжелый удар все же пришелся не на Ишув, а на нас (Диаспору) — запрещение иммиграции.
Я вижу, что даже пессимист вроде Вашего покорного слуги, не мог понять и уяснить себе еще месяц тому назад, как далеко и глубоко может зайти Агентство в своем «терпении».
В то время я пытался доказать, что Макдональдовская Белая Книга не нанесла прямого удара интересам Ишува, не считая атаки на куплю земли; вся сила была направлена против евреев Диаспоры; нечего было надеяться и ждать должного ответа от Агентства в Ишуве на Белую Книгу.
Сейчас я вижу, что в то время я «недооценил» Белую Книгу как таковую, и психологию Агентства. Белая Книга, правда, не содержит специфических атак на Ишув, но она вынесла суровый приговор общему положению «привилегированного меньшинства». Мандатная бюрократия в Палестине всегда была настроена антиеврейски, и до вчера на не имела возможности себе проявить.

<center>Повязка сорвана

Теперь повязка сорвана с их рта. Сейчас вовсе не опасно для английского сержанта оскорбить или ударить почтенного еврея в длиннополом сюртуке, тем более что тот заявляет о своей принадлежности к еврейскому Агентству; возможно сержанту было дано понять, что это отнюдь запрещается.
В скором времени такие поступки будут считаться можными, представлять собой нечто вроде спорта, или любимого занятия и вот тогда понятию «не воспрещается» придет на смену «желательно» или даже «необходимо».
Несмотря на все это про-агентстки настроенная часть Ишува продолжает и будет продолжать оставаться пассивной, безучастной и инертной ко всему происходящему.
На все случившееся они возразят, что такова судьба, против которой не пойдешь, а затем как и всегда, начинается «знаменитая» реакция, выражающаяся в кооперации с Бьющей рукой, собиранием денег, предоставлением средств и земли членам Гистадрута и тому подобным «логическим», «ответным» и «сильным» контр-мерам. — «Наш ответ на все — приобретайте землю».
Мы, несомненно, будем еще свидетелями того, как в музее Старой Сионистской психологии и фразеологии появятся и возродятся давно забытые, покрытые пылью явления вроде, например; возрождения движения Хибат Цион. Понятие «Политический Сионизм» — будет приниматься как нецензурное слово, как брань — нечто вроде «ревизионизма» сегодня.
Для того, чтобы оправдать себя, выйти из унизительного положения, пускают в ход слова — вы препятствуете прогрессу, предатели, вредите общееврейскому делу. И далее опять ругань — «Фаусты». вкратце, я скажу, дорогие читатели, что Агентство терпит поражение за поражением и как говорится, начало очередную эвакуацию со своих последних линий защиты.

<center>Еврейская Полиция

В связи с вопросом о кооперации с Правительством, или же наоборот, отказом от кооперации, возникает острый вопрос: какую позицию должен занять Ишув по отношению к тем из должностных лиц, кто, так или иначе, прямо или косвенно способствуют и содействуют антиеврейской политике.
Это относится, главным образом, к различным секциям полицейской службы — сфера, в которой за последнее время произошел ряд драматических инцидентов. Ишув должен глубоко вдуматься, и должно отнестись, основываясь на моральной и национальной точках зрения, к евреям, помогающим искать и ловить ищущих пристанища, беженцам и нелегальных иммигрантов. Есть такие лица из Сыскных Департаментов. Работа их направлена против наших элементарных интересов, как то: вопрос о самозащите и др.
Как следует Ишуву отнестись к этому?
Я не сомневаюсь, что среди Еврейских политических есть много честных, искренних патриотов, не знающих как поступить в данный момент. Существуют три выхода из данного положения:

а) продолжать вредную для евреев работу, лицедействуя и охраняя интересы правительства,
б) обманывать правительство, защищая в первую очередь интересы своих единоверцев и, наконец,
в) оставить службу вообще и найти более подходящее спокойное занятие. Я готов биться об заклад, что вопрос будет разрешен с одной только точки зрения: интересы кармана.

<center>Золотой телец

Честнейший выход — массовые отказы от такой службы — невозможен. Это бы повело к безработице и легло бы тяжестью на священные фонды.
В скором времени, мы услышим о новой идеологии: строительство страны требует от своих еврейских агентов максимум энергии и преданности правительству, в противном случае таковые лица будут безжалостно увольняться со службы.
Найдутся, конечно, и такие, которые скажут: «Мы согласны, но требуем обеспечения личной безопасности» и вот тогда, точно также, как Всемогущий Бог оградил Каина, дав ему паспорт, с которым тот был спокоен, т. к. каждый тронувший его должен был бы понести семикратное наказание, они будут иметь возможность проявить себя. Я могу почти определенно назвать газету, где эта миссия будет названа почетной, будет благословенна и утверждена. Думаю, что я знаю и будущего автора ее.
Я не преувеличиваю. Если в Британской политике в ближайшее время не произойдут перемены массового характера — с уничтожением Белой Книги, как таковой — все мои страхи оправдаются, претворятся в жизнь в еще более ужасной форме.
Это произойдет не потому, что люди были рождены с такими душами: люди все одинаковы, но деньги, богатство — могущественный фактор и все в мире находится в их досягаемости и зависимости. Золото является ядом, отравляющим колодцы морали, правосудия и патриотизма. Великая идея Сиона должна быть строго ограждена и охранена от этого всеразрушающего зла.

<center>«Я и Найдич»

Нам могут задать вопрос, хотим ли мы, евреи Диаспоры — носители горя и надежды, сдать свои позиции борьбы с Белой Книгой. Я считаю борьбу с Белой Книгой, с теперешним режимом нашей «линии Мажино» — сдав и отказавшись от нее, мы повергнем миллионы людей в неизлечимое деморализованное отчаяние.
Все знают, что это так — не евреи в первую очередь. По мнению Британских официальных коммюнике, евреи не проявляют никакого энтузиазма в отношении мер правительства против бандитов и налетчиков, а также не проявляют враждебности к налетчикам вообще. Совершенно верно, Джони, ты становишься психологом на старости лет.
Еще одно взаимопонимание или скорее даже ложь должна быть уничтожена. Не так давно я читал заметку в одном еженедельнике — интересная история. Банда арабов атаковала еврейское поселение — поселенцы ответили огнем на огонь, а затем на место явился взвод английских солдат, отразивший атаку бандитов. Солдаты вместе с частью поселенцев преследовали бандитов и убили и взяли в плен (вместе) большое число последних.
«Это наш еврейский ответ на нападение», — газета гордо заявляет — «направленный не против невинных, а против убийц должных понести наказание». Очень хорошо, но не очень умно. Вместе с английскими солдатами это не трудно.
В парижских сионистских кругах рассказывают следующую историю. В Париже проживает ветеран-сионист некий Найдич, очень щедрый человек, известный как филантроп. На одном митинге однажды, производился сбор денег для какой-то благотворительной цели. Один из друзей Найдича, подымается со своего мести и объявляет: «Я вместе с Найдичем жертвуем первые десять тысяч на эту цель». Случилось так, что на этом же собрании присутствовал покойный Шмаряху Левин, бедняк, но необычайно остроумный человек. Он прервал слова приятеля Найдича, заявив: «Я с Найдичем вместе также даю десять тысяч: и вот теперь скажите, что Вы даете?»
Я надеюсь, г-н Найдич простит мне упоминание его имени, но люди не должны обманывать себя такого рода «героизмом» и кооперацией с бьющей рукой.

<center>Возмездие

Не следует обманывать себя и других красивыми словами. «Око за око и зуб за зуб» — в отношении бандитов, понравилось бы каждому, но дело не в этом. Я еще раз повторяю, что мы должны или на удар отвечать ударом, иди же безропотно склонять голову при каждом ударе.
Все это не ново, вспомним Мировую войну и ряд интересных фактов и уроков данных ей нам.
Во время Мировой Войны, немцы посылали свои аэропланы и цеппелины бомбардировать Лондон; в течение некоторого времени англичане воздерживались от принятия аналогичных мер в отношении немецких городов. Приводились доводы — это мол, варварство, нечеловечно и присуще одним только тевтонам и что же, в конце концов, английское общественное мнение убедило правительство принять реваншные меры против Германии. На очередную бомбардировку Лондона англичане ответили бомбардировкой ряда немецких городов.
Англичане, несомненно, понимали, что сбрасывая бомбы на города, они в первую очередь уничтожат жизни и дома невинных жителей. Остановило ли это их? Почему они отказались от сопротивления? Разве не ответят англичане и французы на убийство своих женщин и детей такими же мерами, в теперешний конфликт? Было бы не умно задумываться над этим. На террор — мы ответим контр террором, на атаку — контратакой. Посмотрим, кому надоест это дело и кто победит.

<center>Что хуже?

Я считаю, что объяснил своим читателям и слушателям довольно ясно — во время войны не приходится задавать себе вопросы: «что лучше» стрелять во врага или не отвечать.
Единственный дозволительный вопрос, могущий возникнуть при данных обстоятельствах, это как раз наоборот: «что хуже» — дать себя убить или поработить без сопротивления, или же бороться до последних сил, со всеми вытекающими из этого ужасными последствиями.
Слово «лучше» не существует вообще. Все связанное с войной ужасно само по себе. Когда вы стреляете во вражеского солдата, не обманывайте и себя уверениями, что стреляете исключительно в «виновных». Я помню этих «виновных» — на палестинском фронте в 1918 г.: турецкие крестьяне — славные ребята, отцы коих должны были быть горды, имея таких сыновей. Никто из них не питал злобы ни к Британии ни к нашему Легиону, тем более, никто из них не желал войны вообще они желали одну вещь — свой дом. Каждый раз как кто-нибудь из них был убит, свершалось величайшее преступление и когда мы теряли людей убитыми и раненными, но, пожалуй, нам в этом отношении было легче, так как мы были волонтеры — добровольно решившие отдать свои жизни за освобождение и защиту своей родины.
Быть хорошим для других — это позволить себя убить, унизить и отказаться от того, что дорого нам: страна, свобода, надежда.
Латинская пословица гласит: из двух зол выбирай меньшее. В наш век господства и преклонения перед силой, мы можем задавать себе только один вопрос, «что хуже». Продолжать Хавлагу, наблюдать, как наши братья безжалостно убиваются, как среди арабов растет убеждение, что мы трусы и наши жизни ничего не стоят и как Британцы, а за ними и весь мир убедятся в том, что мы гнем спины под ударами, подымаем руки вверх и никаким образом не можем быть рассматриваемы, ни как противники, ни как союзники в тяжелое военное время? Нет!

<center>Черная Традиция

Ужасное положение. Но еще больший ужас — это Галут, Рассеяние; чернейшей характеристикой Галута является твердо сложившееся мнение, что дешевизне нашей крови «HADA HAMUTAR» — крови, которую можно проливать, и за которую не надо платить.
ЭТОМУ ПРИШЕЛ КОНЕЦ В ПАЛЕСТИНЕ. АМИНЬ.

Примечания 

Публицистика Владимира Евгеньевича Жаботинского