ЕЭБЕ/Затрапезные обычаи
Затрапезные обычаи — в Талмуде приводятся любопытные сведения о порядках за обеденным столом евреев; в Тосефте Берах., 47, а также в Derech Erez Rabba и Zutta застольные правила разработаны до мельчайших подробностей, причем главным образом имеются в виду обеды званые. Порядок таких обедов был следующий: по приходе всех приглашенных им подавали воду для омовения рук и каждому по бокалу разбавленного вина; затем приносили закуску (‎), после чего все вставали и переходили для возлежания на диванах, где им вторично подавали воду для омовения рук; наконец приносили сам обед. Гость, явившийся после третьего блюда, лишался права войти. В Иерусалиме существовал обычай вывешивать на дверях салфетку: пока она висела, гости имели право входа, когда же ее снимали, впуск прекращался. При размещении гостей за столом сообразовывались с их общественным положением: если в столовой было два дивана, старший (по рангу) садился во главе первого дивана, следующий за ним — несколько ниже и т. д., если же было три дивана, старший садился во главе среднего дивана, второй на диване справа от него, третий налево и т. д.  Та же очередь соблюдалась при омовении рук и при разливании вина; завершительное омовение (‎) перед затрапезной молитвой прежде всего совершало лицо, которому предложено было читать эту молитву; ему же раньше всех прочих наливали потрапезный бокал вина (‎); впрочем, хозяину всегда предоставлялось право оказать почтение даже в отношении завершительного омовения и потрапезного бокала ученому или лицу особо высокопоставленному. Омовение перед едой считалось не обязательным (‎), после же обеда обязательным (‎). Признавалось неудобным, откусив от ломтя хлеба, положить его обратно на тарелку или, отпив из бокала, передать его другому. Сколько забот прилагалось к соблюдению чистоты во время трапезы, явствует из того, как подробно в Талмуде обсуждаются вопросы о том, что следует делать раньше — разливать ли вино или умыть руки, и куда, вытерши руки, положить салфетку. Запрещено было есть вместе с ам-гаарецом (см.), самарянами и язычниками как не соблюдавшими в достаточной степени законов о ритуальной чистоте. По разным причинам члены одного сообщества не разделяли трапезы с членами другого; такая отчужденность нарушалась лишь в праздники, когда все стекавшиеся в Иерусалим паломники должны были есть сакральное мясо.

На многих застольных обычаях евреев отразилось влияние персидской культуры (Берах., 46б). У римлян евреи заимствовали страсть к пышным пиршествам и лукулловским обедам (Филон, De vitа contemplativa, §§ 5—7). Впрочем, законоучители постоянно восставали против устройства подобных пиршеств (Песах., 49а) и рекомендовали скромные трапезы с беседами на темы из Св. Писания, для чего советовали приглашать лиц, посвятивших себя изучению Закона (Абот, III, 4). Вменялось в обязанность уделять от трапезы неимущим (Нехем., 8, 10); даже поныне существует прекрасный обычай приглашать в субботу и праздники к столу убогого или учащегося.

Из древних застольных обычаев особого внимания заслуживает помазание головы благовонным елеем по роли, которую этот обычай играет как в спорах между шаммаитами и гиллелитами, так и в Евангелии. Как у всех восточных народов, помазание елеем и у евреев считалось особенным наслаждением, почти потребностью, в особенности за торжественными трапезами. Однако демократический дух, который господствовал среди фарисеев, усмотрел в этом обычае расточительную роскошь и признал его просто неприличным; говорили, что ученому непристойно ходить надушенным (Тосефта Берахот, 47). Помазание головы елеем за трапезой упоминается и в евангельских рассказах (Матф., XXVI, 7; Иоан., XII, 3; Марк, XIV, 3; Лука, VII, 37), где повествуется о помазании Иисуса елеем одной женщиной. — Ср.: Мишна, Берахот, гл. VI и VII; Geiger, в Zeitschrift, VI, 105.

ЕЭБЕ