ЕЭБЕ/Жертвоприношение самарянское
Жертвоприношение самарянское — Самаряне, считая себя настоящими израильтянами, предки которых были приведены Иошуею в страну Ханаанскую, утверждают, что все библейским законом предписанные Ж. издавна совершались их предками на священной горе Геризим. На основании Второз., 12, 14—18 они заявляют, что сам Господь Бог избрал эту гору для сооружения на ней алтаря и принесения там жертв. Самаряне упорно отрицают правильность рассказа Эзр., 4, 1—3, будто их предки просили у Зерубабеля разрешения участвовать в постройке иерусалимского храма с целью совершать в нем свои Ж. Самарянская книга Иошуи, описывая благоприятное положение израильтян в течение 260 лет "благоволения", т. е. в продолжение периода от Иошуи до смерти Самсона, приводит мало подробностей о Ж. самарян за это время. Так, напр., установлено (гл. XXXVIII), что левиты помогали священникам при отправлении жертвенного культа, причем левиты распадались на разряды: одни заведовали ежедневными жертвами всесожжения и принимали приношения пищевыми продуктами; другие исследовали жертвенных животных относительно пригодности для Ж.; третьи исполняли обязанности резников и окропляли алтарь кровью жертвенных животных, тогда как четвертые прислуживали им. Утренняя жертва всесожжения приносилась ранее восхода солнца, вечерняя же после его захода (ср. Песах., V, 1). В момент принесения этих жертв один священник, стоя на вершине горы Геризим, трубил в шофар, на что раздавались ответные трубные звуки других священников в местах их жертвоприношения (ср. Тамид, III, 8). Позже Ж. заменились молитвами, очевидно по примеру евреев. Время, когда это случилось, не может быть, однако, установлено в точности. Сами самаряне не интересуются этим вопросом. В 1808 г. Corancez, французский генеральный консул в Алеппо, обратился к самар. первосвященнику Саламе с письменным запросом относительно Ж. и других обрядов самарян. Ответ Саламы (Corancez, Notices et extraits des manuscrits, XII, 72) гласил буквально следующее: "Жертвы являлись одними из главнейших предписаний Торы и совершались на горе Геризим, а не на Эбале, в период "благоволения". По окончании времени благодати и после исчезновения Скинии священники заменили Ж. молитвами, исключая пасхального агнца, которого мы до сих пор закалываем 14-го Нисана". Ответ Саламы отличается значительною неопределенностью: невероятно, чтобы первосвященник действительно был убежден в прекращении Ж. в указанный им период, тем более что самарянские историки упоминают о Ж. на горе Геризим не только во времена Александра Великого и Птолемея Филадельфа, но даже позже (ср. Abu al-Fath, Kitab al-Tarikh, ed. Vilmar, pp. 96—97 et passim, Gotha, 1865). О Ж. самарян еще в 12 в. свидетельствуют путешественник Вениамин Тудельский и караим Иуда Гадасси. Первый из них, посетивший самарян Наблуса или Сихема, сообщает (Itinerary, ed. Asher, I, 33), что "они приносят разные жертвы, в том числе и всесожжения, в своей синагоге на горе Геризим согласно предписанию Торы. В Пасху и другие священные дни они приносят жертвы всесожжения на алтаре, сооруженном ими на горе Геризим". То же говорит и Гадасси (Eschkol ha-Kofer, алф. 96, под конец) и подтверждает Иосиф Баги (Kirjah Neemanah, у Wolf, Bibl. Hebr., ІV, 1090), тем самым удостоверяя наличность Ж. С. еще в начале 16 в. С другой же стороны, араб Масуди, автор "Murudsh al-Dhahab" (цитир. С. де Саси, в Chrestomathie arabe, Ι, 343), живший в 10 в., заявляет, что самаряне трубят в серебряные трубы во время молитвы, причем Масуди совершенно умалчивает об их жертвоприношениях. Никто из средневековых самарянских летописцев не упоминает о жертвоприношениях единоверцев, ограничиваясь сообщениями только о шофаре и о том, что при Аароне бен-Амрам (ковец 11 века) заготовлялась "вода разделения" (Adler et Seligsohn, Une nouvelle chronique samaritaine, 97, Paris, 1903). Bo всяком случае вышеприведенное сообщение Саламы уже потому не точно, что алеппские евреи сообщили Corancez'y, что самаряне приносят в жертву, помимо пасхального агнца, еще другого во второй день Пасхи, притом не на горе Геризим, а на Эбале (Corancez, l. c., XII, 48). Это находит подтверждение в словах самарянского первосвященника, которого в 1838 г. Леве посетил в Наблусе и который признался, что самаряне приносят свои жертвы на горе Геризим (Allg. Zeit. d. Judent., 1839, № 46) и что они совершают там жертвы всесожжения в праздник Симхат-Тора, когда заканчивается цикл ежегодных чтений отделов Пятикнижия (ibidem, № 56). — Пасхальное жертвоприношение нынешних самарян описано Νutt'οм (A sketch of Samaritan history, 72, 73) следующим образом: "Ягнята для жертвы должны быть родившимися в течение последнего месяца Тишри (октябрь) и не иметь никаких физических недостатков. Накануне Ж. самаряне разбивают шатры свои на нижней площадке горы Геризим. При закате солнца следующего дня (14 Нисана) или после полудня, если 14 Нисана приходится на пятницу, ягнята закалываются при чтении молитв, затем с них снимается шкура, мясо очищается и посыпается солью, после чего зажаривается в герметически закрытых печах. После заката солнца эта жертва поспешно поедается с неквашенным хлебом и горькими травами, причем все участвующие в церемонии держат в руках посохи (ср. Исх., 12, 9—11). Сперва едят мужчины и мальчики, затем женщины и девочки, остатки же предаются огню". — Наиболее характерною чертою всего этого обряда следует признать обычай самарян погружать руки в кровь пасхального агнца и обмазывать ею лоб и руки детей (так толкуют они Исx., 13, 9, 16). Евреи заменили этот обряд надеванием тефиллин (ср. Stanley, Lectures on thе Jewish Church, 1, 561; S. J. Curtiss, Ursemitische Religion im Volksleben des heutigen Orients. 1903, index, s. v. Blutbestreichung). — Cp.: кроме указанных в тексте статьи источников, еще Kirchheim, Karme Schomeron, 19—20; Silvestre de Sacy, в Notices et extraits des manuscrits, II, 21—23. [Из ст. M. Seligsohn'a, в Jew. Enc., X, 623—25].