ЭСБЕ/Ботанический Императорский сад
Ботанический Императорский сад (в СПб.) расположен в юго-восточн. части Аптекарского острова и занимает пространство около 20 десят., приобретенное мало-помалу посредством покупки отдельных участков, присоединенных к прежнему Аптекарскому саду, от которого И. Б. Сад ведет свое происхождение. По примеру аптекарских садов, учрежденных в некоторых городах России, император Петр Великий указом 11 февраля 1714 г. повелел учредить подобный сад на одном из островов, лежащих близ Петербурга. Главная цель этого сада состояла в разведении лекарственных трав (см. Аптекарский сад). В 1823 году Апт. сад, вследствие скудости средств (12000 р. асс. в год), находился в очень плачевном состоянии. Он имел два отдела: медицинский и ботанический, но число растений последнего было крайне невелико — не более 1500 видов, и при этом никаких научных коллекций и пособий. В это то время обратил внимание на него управляющий министерством внутренних дел граф Виктор Павлович Кочубей и задумал преобразовать сад, сделав его не только местом разведения лекарственных трав, но главным образом местом и науки. Разработка плана переустройства Аптек. сада была поручена профессору Ф. Б. Фишеру, который и представил этот проект императору Александру Павловичу. 22 марта 1823 года вышло Высочайшее повеление изменить устройство Аптек. сада согласно представленному плану, а именно: соединить оба отдела — медицинский и ботанический в один сад, перестроить и улучшить здания, приобретать отныне покупкою живые и сухие растения и семена и, наконец, переименовать Апт. сад в Императорский Ботанич. сад. Управление новым садом было поручено профессору Фишеру. Вскоре после этого для занятия должности старшего садовника прибыл из Лондона Ф. Г. Фальдерман. Продолжая заниматься разведением аптекарских трав, Б. сад имел с тех пор главною целью научную деятельность, для чего он приобретал на ассигнованные ему деньги растения живые и в сухом виде, семена, заводил мало-помалу библиотеку, музей. Кроме того, Б. сад служил местом обучения садоводству и огородничеству садовых учеников, а также имел отделение для практических занятий студентов. Первая денежная помощь была Высочайше пожалована в день открытия Сада в размере 100000 руб. асс.; на эти деньги были приобретены живые растения из коллекций, находившихся в С.-Петербурге и его окрестностях. В это же время прибывший из Лондона старший садовник Ф. Г. Фальдерман привез оттуда значительную коллекцию живых растений. При учреждении Сада никакого гербария в нем не было, и первым приобретением по этой части был сибирский гербарий ветеринарного врача В. В. Гаупта, заключавший в себе до 1000 видов; в следующие годы покупкою было приобретено много других гербариев из разных стран, между которыми особенное внимание заслуживала коллекция сухих растений профессора Эшшольтца, собранная во время кругосветного его плавания. Ежегодно гербарий Сада был пополняем новыми коллекциями, присылаемыми сюда путешественниками, отправлявшимися с научными целями в разные страны, для чего давались средства из сумм, получаемых Садом. Кроме того, Сад получил два очень ценных гербария: один из них поднесен императору Александру II в 1855 вдовой покойного директора Сада Ф. Б. Фишера; другой гербарий пожертвован вдовой бывшего профессора Дерптского Университета Ледебура; последний гербарий важен, как комментарий известного сочинения Ледебура: «Flora Rossica» и послужил основанием одной из самых важных в настоящее время в научном отношении коллекций Сада — Русского Гербария. Масса других богатых гербариев приобреталась постоянно, пока в 1856 г., согласно распоряжению графа Л. А. Перовского, а по смерти его барона П. К. Мейендорфа, покупка гербариев не была запрещена. Они держались того мнения, что Б. сад главное внимание должен обращать на культуру декоративных растений, требование которых было очень велико, на устройство для этой цели особых оранжерей, а сообразно с этим требовалось увеличить число садовников. Несмотря на такие нововведения, гербарий продолжал увеличиваться, но главным образом растения добывались меною на дублеты, имевшиеся в Саду. Затем, в 1864 г. министр государственных имуществ А. А. Зеленый вновь разрешил покупку сухих растений. Таким образом гербарий Сада быстро увеличивался не только количественно, но и качественно, и в настоящее время можно сказать, что гербарий Ботанич. сада — один из обширнейших и ценнейших во всем свете. Большое количество получаемых ежегодно гербариев, множество других дел по Саду и небольшое число ученых ботаников, могущих разрабатывать гербарий, все это мешало точному ведению этого дела, так что до 1857 г. гербарий был разрознен, и только с этого года началась усиленная работа по сортировке сухих растений. Самые большие коллекции Сада: травники Фишера, Ледебура, Мертенса, Стефана, Шумахера и другие коллекции меньшего объема были соединены в один главный, или общий, гербарий (herbanum generale) по системе Эндлихера. Для удобства пользования гербарием от общего были отделены следующие 3 гербария: 1) Садовый гербарий (herbarium hortense), заключающий в себе растения, разведенные в Б. саду. 2) Русский гербарий (herbarium rossicum), в основании которого положен гербарий Ледебура и 3) гербарий растений одной С.-Петербургской губернии (herbarium Petropolitanum). Кроме этих 4 гербариев в 1865 г. К. И. Максимович приступил к разработке флоры Японии, составившей 5-й гербарий — Японский (herbarium japonicum).

Одновременно с расширением гербария увеличивался и музей Сада, в котором хранятся предметы растительного царства, которые не могут содержаться в бумаге. Все предметы музея распределены на 5 коллекций: карпологическую, ксилологическую, или дендрологическую, анатомическую, ископаемых растений и, наконец, предметов по прикладной ботанике. Особенно интересна коллекция Амурского края, состоящая из 700 ископаемых растений, приобретенная в 1864 г. от Ф. Б. Шмидта; также немаловажное значение имеет собрание древних свайных построек в Швейцарии, полученное от Мессикомера в 1865 г. Музей находился сначала под ведением Ф. Б. Фишера, затем переходил к другим лицам и, наконец, в 1870 году был назначен консерватором музея А. Ф. Баталин, которому принадлежит бесспорная заслуга теперешнего благоустройства музея.

При основании Ботан. сада в нем не было ни одной книги, и только в 1824 г. сделано первое и очень ценное приобретение, а именно: библиотека, оставшаяся после смерти профессора Стефана; заключала она в себе 637 сочинений в 1185 томах. Вслед за тем стали выписывать книги из-за границы и приобретались сразу целые библиотеки, как, напр., библиотека проф. Мертенса, затем 900 томов ботанических сочинений из бывшего Горенкского сада, множество книг, купленных в Англии, Германии и Франции директором Сада Ф. Б. Фишером во время его командировки в 1824 г. за границу. В настоящее время, можно смело сказать, что едва ли существует другая столь обширная ботаническая библиотека, как библиотека Императорского Ботанического сада.

Надо еще упомянуть о Семинарии сада, занятия которой состоят в собирании и сортировке семян, отправлении их за границу, выписывании по каталогам семян из других садовых заведений и в составлении каталога семян сада. Первый каталог семян вышел в 1835 г.

Биологическая лаборатория Сада учреждена в 1868 г. с введением должности главного ботаника по части растительной биологии. Заведование лабораторией было поручено сначала С. М. Розанову, потом перешло в ведение К. И. Максимовича, а с 70-го года она находится под непосредственным наблюдением А. Ф. Баталина.

30 марта 1830 г. вышло Высочайшее повеление передать Ботан. сад из министерства внутренних дел в ведение министерства Императорского двора. С этим переходом ежегодно выдаваемая сумма увеличилась почти вдвое (123000 рублей ассигнациями), личный состав Сада был увеличен еще в 1829 г. С увеличением средств главное внимание Сада было направлено на преследование научных целей, которым в предыдущий период Сада приходилось уделять так мало времени. С этих пор отменено было обязательство удовлетворять специальным надобностям Медицинской академии, как то: лекции директора Сада для студентов Медико-хирургической академии были упразднены, а также разведение аптекарских трав сначала уменьшено, а затем и совсем прекращено. Но в то же время оставлено право пользоваться коллекциями сада различным учебным заведениям столицы, в том числе Петербургским университетом.

Во второй период своей деятельности Бот. сад достиг такого развития во всех своих частях, что в 1843 г. явилась потребность в изменении штата, причем личный состав Сада увеличился введением двух новых научных должностей: физиолога и консерватора, и кроме того, прибавлено несколько садовников. При таком изменении и денежные средства потребовалось увеличить; с 1-го января 1843 г. Высочайше положено было на ежегодный расход Сада 54045 руб. сер.

5 апреля 1850 г. Ф. Б. Фишер был уволен от должности директора Сада, которую с февраля 1851 г. занял Карл Андр. Мейер, стоявший во главе Сада до своей смерти 13 февраля 1855 года. В то же время со смертью князя П. М. Волконского в 1852 г., Ботанический сад, оставаясь по-прежнему в ведомстве министерства Императорского двора, был поручен министру уделов и управляющему кабинетом , графу Льву Алексеевичу Перовскому, а по кончине его в 1855 году заведование Садом было возложено на обер-гофмейстера барона Мейендорфа. В том же году, после смерти К. А. Мейера, обязанности директора Сада были разделены между двумя лицами: административная, хозяйственная и счетоводная части вверены особому чиновнику, не зависящему от директора, со званием товарища директора; эту должность занял 28 апреля 1855 г. барон Карл Карлович Кистер, а с 20 сентября того же года обязанности директора были возложены на Эдуарда Людвиговича Регеля, который оставался в этом звании до упразднения должности директора в декабре 1866 г.

Литературная деятельность Бот. сада началась только в 1835 году, когда стал выходить ежегодно каталог семян под заглавием: «Index seminum, quae Hortus botanicus Imperialis Petropolitanus pro mutua commutatione offert». Результаты же наблюдений отдельных лиц, работавших в Бот. саду, печатались по большей части на счет авторов или в записках других ученых заведений, и только очень ограниченное число работ было издано Бот. сад. в виде отдельных брошюр. Сделанный в 1853 г. опыт первого ботанического журнала Сада, под заглавием: «Schriften aus dem ganzen Gebiete der Botanik», ограничился одним выпуском. Штатные живописцы, работавшие с 1824—1852 г., заготовили богатое собрание превосходно раскрашенных изображений растений, из числа которых только небольшое количество было напечатано в сочинении: «Sertum Petropolitanum», изданном в 1846, 1852 и 1869 годах, остальные же лежат в библиотеке Сада и до настоящего времени. Только в 1871 году, с разрешения министра государственных имуществ А. А. Зеленого, был издан первый сборник научных трудов служащих при Ботаническом саде; издание это продолжает выходить отдельными тетрадями различного объема и до настоящего времени, заключая в себе статьи по всем отраслям чистой и прикладной ботаники разных лиц, работавших по этой части науки, а также извлечения из годичных отчетов сада. Сборник называется: «Труды  Ботанического Сада» (Acta Horti Petroроlitani).

За все время существования Ботанического сада, он постоянно был в сношениях с другими ботаническими садами, разными садовыми учреждениями и отдельными лицами, занимающимися ботаникой. Между прочим, в последующие года происходил постоянный обмен растений и семян с Ботаническими садами в Калькутте, Перадении на острове Цейлоне, с двумя садами на острове Яве, с садами в Новой Голландии, в Америке и т. д.

В первые годы существования Ботанического сада живые растения приобретались только покупкою и преимущественно в больших садовых заведениях Англии, Германии, Бельгии и Голландии; в последующие же годы, когда Ботанич. сад был в состоянии сам культивировать растения, происходил обмен их на растения других стран. Кроме того, несколько раз устраивалась в Саду распродажа живых растений, оставшихся после мены. Особенное внимание Б. Сада во второй период его деятельности было обращено на изучение флоры отдельных стран, для чего поручалось местным жителям, за вознаграждение, собирать семена, живые растения, составлять гербарии, или же чаще всего отправлялись туда путешественники на счет Сада с обязательством доставить все собранные коллекции в Сад. В начале своей деятельности, за неимением средств, Б. Сад редко командировал путешественников, и только в 1830 году начинается ряд длинных и важных в научном отношении путешествий. В 1825 году профессор Эдуард Иванович Эйхвальд для собственных целей предпринял путешествие по Каспийскому морю и Закавказью; не желая пропустить столь удобный случай, Ботанический сад командировал на свой счет П. Г. Поморцева, определенного по этому случаю в Сад. Соединившись с Э. И. Эйхвальдом в Астрахани и проехав вместе до Баку, Поморцев отделился здесь от своего спутника и исследовал в продолжение осени Грузию. В Петербург он возвратился 30 ноября 1825 г. Другое путешествие в этом году было совершено вокруг света садовым учеником Иваном Стюартом. Из этого путешествия было доставлено в Сад 8 ящиков с живыми, сухими растениями и семенами из Рио-Жанейро, Вальпарайзо, с Сандвичевых островов, с острова Нукагива, из Камчатки, Ситхи, Манильи и острова св. Елены. В 1827 году, с занятием нашими войсками Тавриса,  Николай повелел одесскому аптекарю Сцовицу, причисленному к Ботаническому саду, присоединиться к отряду генерал-майора Панкратьева и исследовать в ботаническом отношении западную часть Адербейджанской области. Взяв с собой двух живописцев А. Д. Судакова и К. Г. Трусова, И. О. Сцовиц посетил в 1829 г. Армению, в 1830 г. дошел до Мингрелии и скончался 30 августа 1830 года в Кутаисе. Коллекции, собранные им в больших размерах, очень интересны и важны, так как дублеты послужили хорошим материалом для мены с другими ботаническими заведениями. В 1830 г. была приобретена за 12000 р. богатая коллекция живых растений Бразилии от ботаника Людвига Риделя, путешествовавшего с 1821 г. в тех странах вместе с российским генеральным консулом в Бразилии и членом Императорской академии наук Григорием Ивановичем Лангсдорфом. Богатый гербарий, собранный Зиделем с 1821—1828 гг., был привезен в Петербург и достался в собственность Императорской академии наук; живые же растения приобретены Императорским Б. садом. В 1831 г. Ридель был причислен к Ботаническому саду и получил командировку снова ехать в Бразилию для собирания семян, растений и составления травника для Б. сада. На севере экскурсировали два путешественника: Николай Степанович Турчанинов, исследовавший юго-восточную Сибирь, и Александр Иванович Шренк, причисленный к Б. саду со званием ботаника для путешествий и исследовавший тундры самоедов до Уральского хребта и острова Вайгача. Путешествие это, начавшись 6 апреля, было окончено 8 декабря 1837. Затем летом 1839 г. А. И. Шренк в сопровождении Карла Ивановича Мейнсгаузена посетил русскую Лапландию, дошел до полуострова Колы и, переправившись по морю в Архангельск, вернулся в Петербург. Наконец, 27 февраля 1840 г. оба путешественника предприняли длинную экскурсию в страны, лежащие к Ю от Алтайских гор, и вернулись из нее только в ноябре 1844 г. доставив Б. саду богатый материал растений из Джунгарии. По высочайшему повелению в 1843 г. был отправлен в Закавказские губернии причисленный к Б. саду в качестве путешественника Фридрих Коленати. Поездка его длилась около двух лет.

После указанных путешествий был большой перерыв, в продолжение которого Ботанический сад не снаряжал ни одной экспедиции. Причина заключалась в том, что все средства, положенные по штату на путешествия, выдавались А. И. Шренку, оставленному при Б. саде для приведения в порядок собранных им коллекций, а также печатались отчеты, путевые записки и разные наблюдения, произведенные им во время его путешествий. Только в 1853 г. сад был в состоянии дать средства для продолжительной поездки консерватора Карла Ивановича Максимовича вокруг света. Отправившись 18 сентября 1853 г. из С.-Петербурга на фрегате «Диана», К. И. Максимович посетил Рио-Жанейро, Вальпарайзо, Гонолулу и в июле 1854 прибыл в губу Де-Кастри; отсюда он предпринимал большие экскурсии в бассейне р. Амура и, совершив обратный путь через Сибирь, 17 марта 1857 г. вернулся в Петербург. Собранные коллекции немедленно были обработаны, и издано известное сочинение Максимовича: «Рrimitiае Florae Amurensis», составившее ему имя. Окончив работы по первой своей поездке, К. И. Максимович получил новую командировку — в Японию, продлившуюся долее первой, а именно с марта 1859 г. по июнь 1864 г. Огромное количество собранных материалов разработано самим экскурсантом и дало блестящие результаты. Кроме указанных более выдающихся экскурсий, Б. Сад не раз отправлял садовников в разные страны, а также не пропускал случая участвовать в снаряженных другими учреждениями экспедициях или же обращался к ботаникам тех стран, растения которых были интересны для Сада. Между экспедициями, доставлявшими по просьбе Б. Сада ботанические коллекции, укажем на снаряженную в 1855 г. Имп. русск. Геогр. общ. ученую экспедицию в Восточную Сибирь, член которой Густав Иванович Радде привез Импер. Б. Саду до 1000 видов растений, около 8000 сухих экземпляров и множество семян. Гербарий этот обработан Э. Л. Регелем и Ф. Е. фон Гердером. Поселившись с 1863 г. в Тифлисе, Г. И. Радде предпринимал ежегодно поездки по Кавказу, откуда присылал Б. Саду богатые коллекции живых и сухих растений и семян. Наконец, много русских путешественников, не пользовавшихся никакими пособиями со стороны Б. Сада, приносили свои коллекции в дар Саду. Из этих коллекций особенно ценны: коллекции доктора Ф. А. Бузе из Закавказья и Персии, подпоручика Дмитрия Кузнецова из Японии, П. П. Семенова с хребта Тян-Шань и окрестностей озера Иссык-Куля, Р. К. Маака из Уссурийского края и много других коллекций; все они приведены уже в порядок.

Из всего сказанного видно, какими богатыми коллекциями обладал Бот. Сад к концу своего второго периода, т. е. в 1863 г., когда явилась потребность в совершенном преобразовании Сада. Число лиц, занимавшихся научной ботаникой, не соответствовало размеру занятий и объему коллекций, а также в хозяйственном отношении Сад пришел в ветхость; явилась необходимость в постройке и обновлении оранжерей, жилых и хозяйственных строений, в приведении в порядок парка, огорода и т. д.

24 июля 1863 г.  указом повелено было передать  Ботанический сад из ведомства министерства двора в ведение министерства государственных имуществ; далее, продолжая наименоваться , состоять под покровительством и попечением  и иметь постоянные сношения с Императорской академией наук и научно-практическими ботаническими заведениями Империи для достижения существенной цели Бот. сада — развития его сообразно требованиям науки и в применении ее к практическому садоводству. Поступив в министерство государственных имуществ, Сад еще некоторое время удерживал прежний штат; только 8 ноября 1866 года был утвержден в виде опыта на три года новый штат, и вместе с тем пожалованы Саду особые «Правила для действий  С.-Петербургского Бот. Сада и управления им». По новому штату, окончательно утвержденному 17 марта 1870 г., число научных деятелей Сада было увеличено, но при этом общая штатная сумма осталась та же, что в 1843 г., с прибавлением к ней только дополнительных сумм, выданных до 1863 г., и состояла из 60903 р. сер.

Вскоре после поступления Сада в ведение министерства государственных имуществ управление им было временно поручено Рудольфу Эрнестовичу Траутфеттеру, утвержденному в 1864 г. в звании заведующего Садом, а в 1866 г., согласно положению нового штата, директором.

Научные занятия, принявшие большие размеры, требовали специалистов, для чего вместо прежнего директора по научной и садовой части, были основаны три должности главных ботаников, занятые: Эдуардом Людвиговичем Регелем, Сергеем Матвеевичем Розановым, скончавшимся в 1870 г., и Карлом Ивановичем Максимовичем. В 1870 г. утвержден в должности младшего консерватора при музее и лаборатории Александр Федорович Баталин. Далее, был учрежден при саде особый совет для обсуждения дел по ученой и технической части. Членами совета, кроме директора и главных ботаников, были назначены: попечителем и покровителем Сада — Николай Антонович Скалон, а от Императорской академии наук — Франц Иванович Рупрехт и Карл Иванович Максимович.

Еще одно из важных преобразований в управлении Сада состояло в том, что с этого времени стали нанимать только вольных садовников, а не принадлежащих к придворно-служительскому званию, как то было раньше. С увеличением и развитием пособий возрастала также и научная деятельность Сада. Хотя, как мы знаем, с 1864 г. Сад не был в состоянии отправлять на свои средства путешественников, тем не менее коллекции живых растений, а главное гербарии доставлялись лицами, путешествовавшими по поручению других ученых обществ и бравшими на себя труд собирать коллекции и для Ботанического сада.

Так, А. К. Беккер, проживая в Сарепте, ежегодно предпринимал путешествия в Приволжские степи, Дагестан, Туркмению и др. страны. С 1869 г. Бот. сад начал получать коллекции от известного путешественника по Америке — Венедикта Рецля. Николай Алексеевич Северцов — начальник Туркестанской экспедиции, доставил Саду значительное количество растений и семян. Также Николай Михайлович Пржевальский, отправившись в 1871 г. в Монголию, предложил Бот. саду свои услуги для собирания ему семян и растений. Много еще и других лиц работало на пользу Б. Сада. В 1873 г. Б. Сад семейным образом отпраздновал 50-летнюю годовщину своего существования. Научные коллекции Б. Сада находились в то время в столь хорошем состоянии, что он мог принять участие в Венской всемирной выставке, куда в качестве эксперта по садоводству был послан главный ботаник Э. Л. Регель. В следующие годы Бот. Сад участвовал во всех выставках садоводства, на которых получал неоднократно похвальные листы и медали.

В 1875 г. произошла важная перемена в личном составе Сада: директор Сада, тайный советник Е. Р. Траутфеттер, по расстроенному здоровью и согласно прошению был уволен от службы; место его занял главный ботаник Сада Э. Л. Регель. В следующем году в апреле месяце скончался старший консерватор П. П. Глен, должность которого в 1877 г. была занята младшим консерватором И. Ф. Шмальгаузеном; а младший консерватор А. Ф. Баталин перемещен на должность главного ботаника Сада.

Для испытания всхода семян и определения годности их, 15 декабря 1877 г., по почину А. Ф. Баталина, при биологической лаборатории была открыта станция, куда всякий желающий за определенную плату мог приносить семена дли исследования их.

Из путешественников, работавших для Бот. сада в 1877 г., надо отметить А. Регеля, отправившегося в Семиреченский край, и натуралиста Валлиса, собравшего коллекции в различных местах тропической Америки.

В 1879 г. в личном составе Сада произошло следующее изменение: старший консерватор Сада И. Ф. Шмальгаузен оставил эту должность, будучи выбран экстраординарным профессором ботаники в Киевский университет; место старшего консерватора занял помощник директора Дерптского бот. сада — К. Ю. Винклер.

Продолжая ежегодно выдавать средства на научные путешествия, Бот. сад обогащался все новыми коллекциями отдаленных стран. Из числа приобретений надо указать на богатую коллекцию монгольских и китайских растений (из провинции Канзу), собранную почетным членом Сада Н. М. Пржевальским во внутренних областях Китая.

В октябре 1888 г. Бот. сад лишился одного из усерднейших своих деятелей Н. М. Пржевальского, скончавшегося 20 октября в г. Караколе, во время своего 5-го путешествия по Центральной Азии. Вскоре после того (12 января 1889 г.) скончался почетный член Сада Е. Р. фон Траутфеттер, а в начале 1891 г. Бот. сад лишился одного из самых крупных своих сотрудников, К. И. Максимовича, который своими долголетними путешествиями и обработкой гербариев Восточной и Центральной Азии сослужил Саду огромную службу.

ЭСБЕ:Ботаника
ЭСБЕ:Сады
ЭСБЕ:Санкт-Петербург