Война и мир (Сологуб)/Картина пятая

 Картина пятая 

 О моя прелестная… Очаровательна…  Мужа нет, он уехал в Тверь. Как жаль, что состояние здоровья графини все еще не позволяет ей приехать в Москву…

 Да, ma chère, графинюшка все прихварывает.

 Нынче у меня мадемуазель Жорж декламирует.  Какое у вас очаровательное платье… Впрочем, вам идет, моя прелесть. Я слышала, что князь Болконский скоро приедет в Москву.

 Как краснеет… Как краснеет, моя прелесть… 

 Почти нет знакомых.

 Правду говорила Марья Дмитриевна, ma chère. И мужчины, и дамы, — все здесь известны вольностью обращения. За карты не сяду. Как только кончится представление мадемуазель Жорж, уедем. И ты от меня не отходи, ma chère.

 Но графиня такая grande dame, такая милая и так, видно, всей душой любит меня.

 А это кто, mon cher, этот француз?

 Это — доктор Мотивье. Он домашний человек у графини Безуховой. Его старый князь Болконский взашей выгнал, потому что он негодяй, а наши барышни за ним ползком ползают.

 Adorable, divin, delicieux!

 Как она хороша…

 Я не нахожу, глядя на вас. Вы прелестны… С той минуты, как я увидал вас, я не переставал…

 Пойдем, пойдем, Наташа… Как хороша…  Нет, нам пора, графиня… Девочки мои ведь никуда…

 Нет, это ни на что не похоже, мой милый граф… Вы хотите испортить мой импровизированный бал. Как жить в Москве и нигде не бывать… Нет, я вас ни за что не отпущу…  Из того, что вы любите кого-нибудь, моя прелестная, никак не следует жить монашенкой. Даже если вы невеста, я уверена, что князь Андрей Николаевич предпочел бы, чтобы вы в его отсутствие выезжали в свет, чем погибали от скуки.

 Вы восхитительны, графиня… Я вас люблю…

 Не говорите мне таких вещей: я обручена и люблю другого. 

 Не говорите мне про это. Что мне за дело? Я говорю, что безумно влюблен в вас. Разве я виноват, что вы восхитительны? Сейчас нам начинать.

 Бонапарт поступает с Европой, как пират на завоеванном корабле, — и все молчат.
      
 Дерзки французы, mon cher, дерзки…

 И где нам воевать с французами… Разве мы против наших учителей можем ополчиться? Посмотрите на нашу молодежь, на наших барынь… Костюмы французские, мысли французские, чувства французские… Эх, поглядишь на нашу молодежь, граф, взял бы старую дубину Петра Великого из Кунсткамеры да по-русски бы обломал бока, вся бы дурь соскочила. 

 Ma chère, поедем домой.

 Папа, ради Бога, позвольте мне остаться. Мне так весело…

 Весело. Ну, я и рад. Хорошо, ma chère. Останемся еще немного. 

 Вчера брат обедал у меня, — мы помирали со смеху, — ничего не ест и вздыхает по вас, моя прелесть. Он сходит с ума, прямо сходит с ума от любви к вам, моя милая.

 Я не могу к вам ездить, но неужели я никогда не увижу вас? Я безумно люблю вас… Неужели никогда?.. Натали?.. Натали?.. 

 Я ничего не понимаю, мне нечего говорить.

 Одно слово, только одно, ради Бога…

 Натали, одно слово, только одно… 

 Соня, Соня, от тебя не могу скрывать… Он меня любит… Вот его письмо.  «С того дня, как я увидел вас в театре, участь моя решена: быть любимым вами или умереть…».

 Нет, я не могу этому верить. Я не понимаю. Как же ты год целый любила князя Андрея, и вдруг… Ведь ты только три раза видела его. Наташа, я тебе не верю… Ты шутишь… В три дня забыть все и так…

 Три дня. Мне кажется, я сто лет люблю его. Мне кажется, что я никого никогда не любила прежде его. Ты этого не можешь понять. Мне говорили, что это бывает, и ты, верно, слышала, но я теперь только испытала эту любовь. Это не то, что прежде. Как только я увидала его, я почувствовала, что он мой властелин, и я раба его, и что я не могу не любить его. Да, раба… Что он мне велит, то я и сделаю. Ты не понимаешь этого. Что же мне делать? Что же мне делать, Соня?

 Но ты подумай, что ты делаешь… Я не могу этого так оставить. Эта записка… Как ты могла допустить до этого?

 Я тебе говорила, что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю…

 Так я не допущу до этого, расскажу…

 Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг… Ты хочешь моего несчастья… Ты хочешь, чтобы нас разлучили…

 Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь… Вспомни об отце… О Николае…

 Мне никого не нужно… Я никого не люблю, кроме него… Ты разве не понимаешь, что я его люблю?

 Наташа, безумная… Ведь ты погубишь себя…

 И погублю… погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя…

 Наташа…

 Ненавижу, ненавижу… И ты мой враг навсегда…

 Какова бесстыдница… В чужом доме любовникам свиданья назначает… Притворяться-то нечего. Ты слушай, когда я с тобой говорю.  Ты слушай, когда я говорю. Ты себя срамишь, как девка последняя. Я бы с тобой-то сделала, да мне твоего отца жалко.  Счастье его, что он от меня ушел; да я найду его, слышишь, ты, что ли, что я говорю? 

 Оставь… те… что мне… я… умру…

 Наталья… Я тебе добра желаю. Я не стану говорить, как ты виновата. Ты сама знаешь. Ну да… Теперь отец твой сейчас войдет,- что я скажу ему? А? Ну, узнает он, ну брат твой, жених…

 У меня нет жениха, я отказала…

 Как отказала? Не спросясь ни отца ни матери? Никому не сказавши?.. Отказала князю Болконскому…

 Он лучше всех вас… Если бы вы не вмешивались… Ах, Боже мой… что это, что это… Соня, за что? Уйдите… 

 Mon ange…

 Поплачь… Бесстыдница…

 Что с тобой, мой ангел, дурно?

 Да…

 То-то… Говорил, не оставаться в этом доме… Ох, матушка, ослушница… Пойдем, Соня…

 Adieu… charmante..

 Да как обвенчаться? Он не мог обвенчаться: он женат.

 Час от часу не легче…

 Этого никто не знает, кроме очень немногих. Два года тому назад, когда его полк стоял в Польше, один небогатый польский помещик заставил Анатоля жениться на его дочери. Анатоль скоро бросил жену, а тестю деньги посылает, чтобы тот молчал.

 Хорош мальчик… То-то мерзавец… Надо сказать Наташе. По крайней мере, ждать его не станет.

 Ах, Пьер… Я не знала, что ты вернулся. Ты не знаешь, в каком положении наш Анатоль…

 Где вы, там разврат, зло… Анатоль, пойдемте, мне надо поговорить с вами…

Война и мир (Сологуб)