Дружество (Плавильщиков)/Действие третье

 ЯВЛЕНИЕ 1 

 Скажи, злобный тигр! где Милослав? где он? где он казнь приимет? Но ты не отвечаешь? или ты хочешь моей смерти?

 Нет, Пламира! ты обижаешь меня, считая своим злодеем, я оным быть не могу, и ежели я чего теперь желаю, так одного твоего спокойствия…
      
 Спокойствия!.. Оно удалено от меня навеки… Оно удалено от меня и тобою, жестокий! ты возбудил против меня ужасную бурю горестей… Ты обременил сердце мое всеми напасть-ми… Не мнишь ли еще заставить меня любить тебя? Нет, варвар! ты не успеешь в своем намерении… Душа моя всею мыслию стремится обожать Милослава… Он несчастлив; он умирает позорно; но сие рассудка моего нимало поколебать не может; пусть злобная судьба похищает его у меня; пусть отъемлет в нем все мое сокровище; но ее победа мала: она сердечных моих чувств переменить не в состоянии… Дражайший Милослав, обожаемый мною, внемли страждущей Пламиры твоей жалобный вопль! внемли и утешься тем, что моя любовь и за пределами смерти к тебе не угаснет, потерпи, Милослав, я к тебе скоро приду; последую за тобою и в самые подземные места… Неужели и там любить нам друг друга будет не позволено… А! Нет, там еще больше будет связывать нас любовь наша, и там лютый Злорад не будет уже возмущать нашего пламени.

 Теперь должно приступить к намерению моему… Неблагодарная!.. Видишь ли ты, как жестоко ругаешься мною, забыв все мои о тебе попечения, которых я не щадил для доставления тебе всего того, чтоб воспитание твое сделать достойным Умозорова племени; но теперь я узнал, что сим ничего, кроме пагубы себе, не обретаю… Знаешь ли ты, кто был твой родитель? но я к мучению твоему сокрою от тебя его имя, и пылающая к тебе нежностию душа моя извинит тебя в таковой неблагодарности; скажи мне, жестокая! что тебя влечет обожать Милослава и какую утеху ты можешь обрести, любя его?

 Ответствуя верности его равною горячностию, вкусить без робости смерть.

 Но неужели и тогда будешь ты любить его, когда он умирает, нимало не воображая о тебе.

 Еще ты не престаешь изливать на него яд клеветы своей; еще не перестаешь умножать горесть Пламиры… Жестокосердый! что тебе сделал Милослав, что ты изыскиваешь все способы помрачить его в моих мыслях? но пусть так, пусть злоба твоя алчет его погибели, при вратах коей уже он находится… Довольно ли сего… твоему успокоению довольно ли того, что ты с радостию будешь взирать на поносную смерть его; довольно ли того к насыщению адской души твоей; почто еще ты стремишься и меня обесславить и сделать мою душу столько ж злобною, какова твоя; почто стремишься учинить меня изменницею и почто ищешь, чтоб я, истребя любовь мою к нему, ежеминутно тревожила тень его во гробе?

 Еще раз внимаю я твои ругательства без всякого гнева и оскорбления; но страшись, чтоб я не истребил терпения своего и не показал всей за то тебе жестокости, которую ты заслуживаешь… Да, неблагодарная! я не буду более сносить твоих грубостей; в наказание твое обличу пред тобою вероломного твоего Милослава: знай, что знаки его любви суть подлое прикрытие зловредных его замыслов, чтоб обмануть монарха и весь свет; тебе ли обладать тем сердцем, которое княжеская дочь избрала для себя?..

 Мирада любит Милослава… не верю я сему… Милослав изменник! Какая ложь…

 В руках моих доказательство гнусных его поступков, вот письмо, которое Милослав начертал к Мираде; но посланный изменил ему и отдал его в руки Владисану, возьми и познай свое заблуждение, познай чувствования гнусного человека, коего ты обожаешь… Изменник сей не смел написать здесь имени той, кого он посрамляет любовью своею, для того, что тайный ужас, свойственный преступникам, угрызал нечестивую его совесть; прочти, несчастная, ты его руку знаешь.

 «Дражайшая моя! Умерь тоску свою и престань ею разрывать огорченное мое сердце… Как бы кто обо мне ни думал; но я ради тебя только одной презираю все… Владисан осудил меня к смерти; но при всем том я, обожая тебя, буду торжествовать, когда уже никто, кроме богов, не будет властен над жребием твоего верного Милослава…» То ли я читаю?

 Вымысел мой получил свое действие; и я несказанно тем утешаюсь.

 Сего только недоставало к совершению всех моих напастей, чтоб презренная любовь страстным глазам моим во всем мучительном своем виде представилась и поразило меня смертельно. Боги! праведные боги! жизнь моя, несчастная жизнь моя, есть первый ваш дар мне, вы властны и лишить меня оного, но лишите скорее… Разрушьте существо мое, мне самой ненавистное… Вы не внимаете слов моих; где ж ваше правосудие, коим все творение существует?.. Иль для меня одной нет его в вас… Что я говорю? дерзкий язык! что ты произносишь? Ты не страшишься роптать на правителей небес… И ты, душа моя, не трепещешь их гнева? Рази меня Перун, рази отец богов, тварь свою, тебя оскорбить дерзнувшую… Бросай на меня гром свой… Сего единого только я желаю… Но нет; ты лютейшую мне казнь определяешь; ты повелеваешь мне жить для того только, чтоб ощущать всю жестокость праведного твоего гнева.

 Успокойся, несчастная, исступление твое уязвляет мое сердце, извлекает горестные слезы из очей моих; кто б мог, видя твое терзание, быть нечувствительным? и самые каменные сердца трогаются горестию твоею. Успокойся, говорю я, и презри тебя презревшего; он уже наказан за свои зверства и скоро избавит землю от поносного пребывания своего на ней…

 Мне его презирать? Нет, он и презрения моего недостоин; но ах! сердце мое изменяет моим чувствам; оно любит еще сего изменника; оно страшится верить о его измене; оно ужасается считать его вероломным… Милослав!.. Милослав жестокий! могла ли я уповать, чтоб ты за пламенную страсть мою платил мне презрением? не мог ли б ты, жестокосердый, умереть и сокрыть с собою во гроб лесть твою, которую мне коварный язык твой толь часто повторял вместо истинной любви? страшись мести богов бессмертных; не думай, варвар! чтоб стон мой не поколебал праха твоего… Нет, боги правосудны… И каждая слеза моя, пролитая в несносном сем состоянии, будет ужасным подлой душе твоей мучителем; капли, говорю я, из очей моих текущие, будут ежечасно угрызать тень твою и будут у престола судеб просить тебе мучения наилютейшего… не скроешься от них нигде. И тартар сам, вместилище всех зол, будет ими на тебя воздвигнут, и будет истощать все, чтоб возбудить твою совесть угрызать тебя и делать страдания твои злее и мучительнее.

 Вот какие мучения любовь тебе приключает… Забудь ея отравы… и поручи себя Злораду, жизнь свою тебе поручающему. Скажи, дражайшая! что ты хочешь предпринять?

 Оставь меня одну, хочу помыслить о злой моей участи.

 Угождая тебе, все исполню… Ах, если б моя горячность к тебе могла иметь участие в твоих размышлениях, сколько б я был счастлив.

 ЯВЛЕНИЕ 2 

 К чему прибегну я? злосчастная! (Вынимает кинжал.) О, ты бедственный избавитель напастей! на то ли я думала к тебе прибегнуть?.. Ты уже спасаешь меня от стыда, а не от гонений зловредного рока… Минута лютая! почто я дождалась тебя?  И самые чувства мои мне изменяют; трепещущие руки не дерзают пронзить грудь мою сим железом… Ужас объемлет все члены мои… Проникаю теперь тайну бессмертных: смерть не есть состояние, успокоивающее бремя бурливых напастей, но гибельное и ужасное бодрствование… Почто я трачу время в сих размышлениях? Быть презренной от того, кем жизнь моя питалась, ужаснее самой смерти. Почто ж не спешу свергнуть с себя толь величайшую тягость. Что я слышу: и сердце мое против меня самой вооружается, вероломное сердце! ты вопиешь, что Милослав невинен!.. Нет; я гласу твоему не внемлю, противу всего ополченная приступаю к смерти… Пусть сей кинжал…

 ЯВЛЕНИЕ 3 

 Что я вижу?!  Несчастная! до какой крайности привело тебя отчаяние?..

 А, варвар! ты ли удерживаешь руку мою? ты ли препинаешь мне дорогу к смерти; а сам убийца мой… предмет ужасный! сокройся от меня и дай вкусить мне смерть без трепета, в коей все мое осталось утешение. 

 Пламира! жестокая!.. ты ли бежишь от меня… Постой, немилосердая! она не внемлет гласу моему… Сии оковы наводят ужас человечеству… Кажется, и сама природапреисполнена ко мне омерзения… О, состояние ужасное!

 ЯВЛЕНИЕ 4 

 В темницу влеките сего варвара!.. там гнусный сей человек да ожидает казни.

 Я повинуюсь, государь, повинуюсь твоей власти… О небо! если я осужден тобою умереть, то по крайней мере оправдай Любочеста и сохрани жизнь его. (Уходит.)

 ЯВЛЕНИЕ 5 

 В сию нощь решится определение разгневанной судьбины, или я побежду врагов моих…

 Врагов твоих, государь! твоих врагов… Я трепещу… Они…

 Вещай… Ты смущаешься… Бледнеешь… говори, открой скорее!

 Они здесь, и в самых твоих чертогах обитают.

 В чертогах сих?..

 Так, государь! коварный замысел распространил ядовитый свой корень столь далеко, что и самая кровь твоя… Я не дерзаю больше говорить… Смущенный мой язык не в состоянии произнесть столь ужасного бедствия; но только скажу… Государь!.. Прочти сие письмо; ты узнаешь, кто его начертал.

 «Буду торжествовать, когда никто, кроме богов, не будет властен над жребием твоего верного Милослава. Ты будешь торжествовать! Нет; адская душа! ты не будешь ощущать сладость победы над Владисаном… Ты погибнешь на площади как злодей…» Но скажи мне, любезный Злорад! скажи, к кому сия грамота написана?

 Нет, государь! язык мой немеет открыть сию тайну; она паче грома поразит твое сердце.

 Не умножай моего смущения, я повелеваю… Или я буду и тебя считать врагом моим…

 От сей укоризны мое сердце содрагается… Государь! я твой враг? сколь горестно мне сие название! сим мучительным именем души моей принуждаешь меня все открыть тебе, она писана…

 Говори…

 К Мираде.

 К моей дочери?

 Так, государь!.. Сию грамоту отдал мне сам Милослав и просил неотступно вручить ее Мираде; но верность моя к монарху принудила меня нарушить сие обещание.

 Мирада участвует в моей погибели, что сего ужаснее! праведные боги!.. почто еще я существую? Гибельная весть! почто ты ударяешь в слух мой?.. сколько я злополучен!

 Сие злополучие можно предупредить, когда Милослав погибнет.

 Так; он погибнет, погибнет непременно… погибнет при глазах моих; я не могу быть спокоен, когда не увижу его казни… но я еще должен спасать Искорест… Вот в каких ужасных обстоятельствах находится мое состояние… Нужно сокрыть гнев мой пред Мирадою… Должно ласкою испытать ее сердце… Правь Киевом, вернейший раб, когда я отлучусь усмирить дерзость врагов моих. Воинство уже готово следовать повелениям монаршим; и как скоро место казни будет уготовано, возвести мне.

 ЯВЛЕНИЕ 6 

 Все мои предприятия исполняются по желанию моему… Теперь должно отважиться и к совершению оных… Погубя Милослава, Любочеста и Мираду, погублю и самого Владисана. Киев теперь в моей власти; теперь очень мало остается мне исполнить, чтоб учиниться монархом… Но если Владисан победит печенегов? Что ж?.. В воинстве есть мои друзья. Я предуведомлю их; они тайно умертвят его, а я под предлогом мщения за смерть княжескую учинюсь народу любезным и овладею скипетром… Пойду приуготовлять всем погибель, а себе блаженство.

Дружество (Плавильщиков)