ЭСБЕ/Физиология
Физиология — наука, имеющая задачей описание и объяснение жизненных явлений. Прежде φυσίολόγια обозначало собственно «науку о природе» вообще (φύσις — природа) и только впоследствии название это начало ограничиваться кругом одних только жизненных явлений, причем за физикой закрепилось значение науки о неодушевленных предметах и явлениях. Название, наиболее соответствующее науке о жизни, было бы, конечно, слово «биология» от греческого βιος — жизнь и λογος — учение; оно и существует как таковое, но значение его представляется несравненно более обширным и общим, нежели Ф. Биология — наука обо всем, что живет, это — учение о живых существах, их строении, составе, их морфологических и физико-химических изменениях при выполнении различных жизненных функций и в последовательные стадии их развития; это — учение, разбирающее взаимоотношение между живыми организмами и окружающей внешней средой, их изменяемость, приспособляемость, законы наследственной передачи, эволюцию всего живого царства, механизм самозащиты индивидуума и сохранения рода. Смотря по живым объектам исследования, биология прежде всего подразделяется на биологию животных, растений и протистов; допуская подобного рода подразделение из-за удобства исследования, биология в то же время не упускает из виду главной задачи своей — исследования общих сторон как строения, так и функций в том чрезвычайном разнообразии, под которым проявляется жизнь на различных ступенях живого царства. Такое общее значение в деле исследования всего живого признается за биологией и в настоящее время. Но прогрессивные все более и более углубляющиеся знания, к какой бы области они ни относились, требуют все более и более ограничения объекта исследования и специализации знаний, другими словами, дифференцирования как материала, так и орудий исследования, и вот почему биология должна была подразделиться прежде всего на анатомию, изучающую строение, т. е. организацию живых существ, с подотделами: антропотомии (анатомии человека), зоотомии (анатомии животных), фитотомии (анатомии растений) и анатомии протистов, и на физиологию, посвященную изучению функций, т. е. отправлений, живых существ, с ее подотделами: физиология человека и животных, физиология растений и физиология протистов. Уже Огюст Конт делил биологию на биостатику и биодинамику и к первой относил анатомию, а ко второй физиологию. Деление это в общих чертах сохраняется и ныне. Но и анатомия, и Ф. могут изучать объекты своего исследования или с точки зрения общей, имея в виду определение общих черт строения всех живых образований, общих основных функций жизни, и в таком случае мы имеем дело с общей анатомией и общей Ф., в совокупности часто называемыми биологией; или с точки зрения сравнительной, когда сравниваются между собой строение гомологичных тканей и органов, а равно и соответствующие им функции в ряду живых форм различных видов и классов, и такая задача составляет предмет сравнительной анатомии и сравнительной Ф.; или, наконец, с точки зрения частной, специальной, так сказать, применительно к строению и функционированию органов в теле определенных живых форм, напр. человека, и тогда мы имеем дело с частной анатомией и Ф. человека и т. д. Вот главные рубрики, на которые подразделяются как анатомия, так и Ф. живых существ. Везде за последней остается значение науки, изучающей функцию или отправления органов, сперва устанавливающей эти функции, а затем и объясняющей их. Изучение же функции и уяснение ее немыслимо без основательного знакомства с субстратом функции, т. е. анатомическим механизмом или органом, лежащим в основе ее, так как многими морфологическими и физико-химическими изменениями органа или лучше — составляющих его клеточных элементов — и объясняются как само происхождение, так и само совершение функции; сказанное в особенности верно относительно физических, телесных функций организма. Вот почему изучению Ф. должно предшествовать изучение анатомии и почему обе эти науки идут рядом рука об руку. Анатомия описывает топографию местности, в которой протекают события, иллюстрируемые Ф. Поэтому анатомия есть наука по преимуществу описательная, тогда как Ф. — наука пояснительная. Сообразно с этим и физиологический метод исследования жизненных явлений неизмеримо сложнее и разнообразнее метода исследования анатомического. Современная Ф. прибегает ко всем точным доступным ей приемам механического, физического, химического и макро- и микроскопического исследования с целью изучить доступные всем этим приемам проявления жизни; пользуясь, таким образом, данными механики, физики, химии и анатомии, она везде, где только возможно, путем опыта и наблюдения стремится открыть причины изучаемых явлений, механизм их совершения, условия, изменяющие их течение, словом — установить закономерность жизненных явлений. Область охватываемых этими приемами жизненных явлений представляется поистине обширной, так как огромное большинство жизненных процессов выражается в игре или чисто физических и механических сил в форме массового или молекулярного движения, или в форме самых разнообразных химических изменений живого вещества в направлении или созидания, или разрушения его с образованием различных секретов и выделений. Даже область чисто психических явлений, поскольку локализация различных составных ее элементов поддается эксперименту, как это видим, напр., в учении о локализации функций в коре мозговых полушарий, и поскольку эти явления, отражаясь на сфере движений, протекают с известной закономерностью в пространстве и во времени, включена тоже в сферу физиологических исследований, в область так наз. психофизики, составляющую самый прочный мост, перекинутый между миром материальных и духовных явлений — между Ф. и психологией. Кроме всего этого, вивисекция, т. е. живосечение, — могучее орудие в руках физиологов в деле анализа жизненных явлений; чтобы только понять все значение вивисекции, стоит только вспомнить тот известный факт, что пока исследователи руководились тем, что дает только труп, признавалось, что по сосудам двигается воздух, а вовсе не кровь! И таких курьезов можно было бы набрать немало. При живосечении же, когда перед глазами экспериментатора органы предстают в том виде, в каком они находятся во время жизни, а не после смерти, они сразу ориентируют его в их настоящем назначении, дают ему возможность изолировать орган и изучать его в отдельности от других аппаратов и провинций тела и в случае нужды — даже вырезать его и, поддерживая искусственное кровообращение, изучать живую функцию железы, мышцы, мозга вне тела и при самых разнообразных влияниях; с другой стороны, та же вивисекция дает возможность определить все связи и зависимости данного изучаемого органа от других органов и участков тела, связи через нервы, через сосуды, а следовательно, иннервацию его, ирригацию кровью, лимфой и т. д., и в то же время определить зависимости и других аппаратов тела от изучаемого путем вивисекции органа. Вивисекцией открывается и устанавливается, таким образом, принцип не только дифференцирования функций по органам, но и начало их солидарной связи при помощи нервов и сосудов, объединяющих их всех в одно единое живое целое, именуемое индивидуумом. Все отталкивающие для многих стороны вивисекций стираются перед заслугами ее в науке о жизни и перед страждущим человечеством. Тот же общепринятый и описанный здесь метод физиологических исследований открыл и установил два главных отдела, в которые группируются жизненные явления животных; к одной группе относятся явления так называемой растительной жизни — общие с миром растений и названные так по этой причине; сюда относятся все явления, непосредственно направленные к поддержанию нормального состава живых существ, как то: явления питания, пищеварения, дыхания, кровообращения, обмена веществ, выделения, роста и размножения; к другой же — явления животной жизни, свойственные исключительно животным в отличие от растений, а именно: сфера чувствований со всеми органами чувств, психических явлений, рефлекторных, аутоматических и произвольных иннерваций со всем миром соответствующих движений. Сообразно с этим и Ф. животных делится обыкновенно на Ф. растительных и Ф. животных процессов; к этой последней относится также и развитие на почве обмена веществ в теле различных живых сил и на первом плане, конечно, теплоты и др. Мир растений не отличается, за исключением разве времени прорастания и цветения, деятельным развитием живых сил, и поэтому развитие их должно быть отнесено к разряду животных процессов в животных организмах. В противоположность старинным воззрениям на явления жизни как на игру особой «жизненной силы», не имеющей ничего общего с силами и законами, действующими в остальной неодушевленной природе, современная Ф., напротив того, исходит из той мысли, что в живых организмах обращаются те же элементы и те же силы, что и в остальной природе, но различные комбинации, в которые они вступают, и различные превращения материй и сил, полем которых служат живые организмы, определяются специальными условиями, при которых приходится действовать этим элементам и силам в органах и тканях живого тела. В подтверждение этого приводятся следующие факты: а) в живых организмах не найдено ни одного простого химического элемента, которого бы не было в окружающей неодушевленной природе; б) баланс прижизненного прихода и расхода ясно доказывает, что тело не созидает и не разрушает никаких простых элементов, а только превращает их, вполне подчиняясь общему для всей природы закону о неразрушаемости материи; в) так же точно и живые силы организма не созидаются из ничего и не исчезают бесследно, а только превращаются из одной формы в другую согласно закону перехода сил, тоже господствующему во всей природе; г) наконец, многие механические, физические работы организма, а также и химические продукты, вырабатываемые им во время жизни, могут быть легко воспроизведены искусственным, лабораторным путем, и следовательно, они не являются исключительным продуктом деятельности особой жизненной силы, но могут быть воспроизведены обычными силами и процессами, утилизируемыми в лабораториях; д) верность всех этих современных взглядов, по мнению большинства, может считаться доказанной потому, что наука о жизни двинулась гигантскими шагами вперед во всех отделах своих только с тех пор, как к анализу явлений жизни начали строго применять механический и физико-химический способы исследования, с тех пор, как Ф. обратилась, в сущности, в физику и химию животного тела; такого блестящего успеха нельзя было бы, конечно, ожидать от применения этого метода, если бы в основе жизни не лежала игра физико-химических сил природы. Воодушевление, вызванное блеском физиологических открытий, добытых физико-химическим способом исследования, не могло не вызвать и некоторой переоценки значения законов физики и химии в применении к явлениям жизни, выразившейся, между прочим, утверждением, что явления жизни следуют по тем же простым законам физики и химии, какие действуют и в неодушевленной природе. Но тут следует оговориться, чтобы не впасть в крупную ошибку: действительно, физико-химический способ исследования жизненных явлений в связи с микроскопической анатомией и вивисекцией — единственно верный путь, ведущий к расчленению и объяснению жизненных явлений в смысле определения природы тех изменений в живом веществе, которые сопровождают или обусловливают саму функцию. Но сказанное вовсе не значит, чтобы законами физики и химии можно было обнять все сложные и разнообразные явления, протекающие в живых организмах. Жизнь клетки или совокупности клеток, складывающихся в сложный организм, имеет свои цели, задачи, свои способы достижения их, свой цикл развития и совершенствования, т. е. все такие явления, которые совершенно не укладываются да и не входят в рамки простых физико-химических процессов неодушевленной природы. Весь ход жизненных явлений с законами, управляющими ими, составляет, как мы видели, предмет исследования биологических наук, специально посвященных изучению жизни; они то и открывают нам, что в простейших сложных организмах отчетливо выражаются три основных стремления жизни: 1) к самосохранению, 2) к сохранению рода и 3) к социальности, т. е. солидарности с себе подобными. Согласно с этими основными стремлениями жизни в живых организмах развиваются такие целесообразные морфологические и функциональные явления, которые наиболее всего гарантируют целость и совершенствование живых организмов. Биология и изучает в широких чертах вещественный субстрат жизни, т. е. клеточную протоплазму и ядерное вещество со всеми их атрибутами, а также и все те морфологические и функциональные изменения, которые совершаются в них с целью достижения высших полезностей для жизни, а именно раздражительность, изменяемость, приспособляемость, целесообразность жизненных актов, дифференцирование, объединение функций, основные внешние и внутренние условия существования, явления размножения, развития и наследственность. Конечно, все эти явления могут быть освещены только биологией, разумея под ней общую анатомию в связи с общей Ф. и вовсе являются непонятными с одной только физико-химической или механической точки зрения. Эта чисто биологическая точка зрения на явления жизни, устанавливая общие основные черты жизненного течения и рассматривая их в отношении их целесообразности для основных стремлений жизни, служит рычагом огромной важности в анализе жизненных явлений, в определении их значения. Правда, биологические законы со стороны ясности и определенности стоят неизмеримо ниже простых законов механики, физики и химии, но они так же необходимы для развития учения о жизни, как простые физико-химические законы для учения о мире неорганических явлений. Всем сказанным, однако, биологические законы вовсе не противополагаются простым физико-химическим законам, а являются естественным их дополнением. Биологический закон не дает полного объяснения механизма жизненного акта, а служит лишь руководной идеей в исследовании его, в определении его смысла, целесообразности, и как только дело доходит до объяснения того, как совершается то или другое биологическое явление, на основании каких уловимых материальных изменений живого вещества и сил, так мы вынуждены бываем всегда прибегать к механическому физико-химическому способу исследования как к единственному, открывающему нам коренную причину явления, т. е. те материальные превращения живого вещества и сил, которые лежат в основе функции. Касаемся ли мы простейших явлений пищеварения, кровообращения или сложных явлений психики и наследственности, везде биологическая точка зрения стремится схватить общий смысл явления, условия его течения, закономерность и целесообразность явлений жизни и только; проникнуть же во внутренний механизм жизненных отправлений может только механический, физико-химический анализ, исследующий при помощи своих могучих орудий исследования субстрат функций, физико-химические процессы, протекающие в нем, и импульсы, приводящие механизм в деятельность. Без этого анализа биологические законы скользят лишь по поверхности жизненных явлений, улавливают смысл их и направление и в некоторых случаях даже и целесообразность их, но не проникают во внутренний механизм их, т. е. в те анатомические и физико-химические изменения, которые лежат в основе их. Итак, при изучении жизненных явлений к ним следует приступать с двух разных точек зрения — биологической и чисто физико-химической; только совокупный анализ в этих двух направлениях может рассчитывать на уяснение жизненных явлений. Если до сих пор многие биологические законы носят эмпирический характер, то виной тому служит недостаточное еще развитие физико-химических знаний и тонких способов исследования, которые бы давали возможность проникнуть в тончайшие процессы жизни без нарушения последней; но это, конечно, вопрос времени, и надо надеяться, что с прогрессом физико-химических наук эмпиризм в биологии станет все более и более ослабевать и уступать место рациональным объяснениям жизненных явлений. Не такого мнения держится, однако, современный неовитализм, наиболее выдающимися представителями которого являются проф. Бунге, Риндфлейш, Ганштейн, Кернер и др. (см. Неовитализм). Учение это утверждает, что Ф. никогда не удастся объяснить явления жизни применением к анализу их одних только механических и физико-химических методов исследования, так как жизнь определяется еще и другими факторами, не имеющими ничего общего с механическими или физико-химическими явлениями. Поэтому механическому или физико-химическому способу исследования доступны только пассивные стороны всякого жизненного явления, напр. в кровообращении — движение крови по трубкам, в явлениях пищеварения — превращение веществ под влиянием ферментов и т. д., в работе мышц — механическая работа ее, явления усталости и т. д. Что же касается активной стороны явления, а именно в первом случае природы импульсов, приводящих сердце в деятельность, во втором — выработки живыми клетками ферментов, в третьем — внутренних причин мышечного сокращения, то все эти данные представляют для нас величайшую тайну, неразрешимую механическими и физико-химическими способами исследования. Так же точно и в глазу, напр., ход лучей в преломляющих средах, образование изображений на дне глаза, аккомодация глаза к расстояниям и т. д. изучены до мельчайших подробностей; но то, каким образом простое физическое возбуждение в сетчатке и зрительном нерве переходит в центрах мозга в различные световые, цветовые ощущения и представления, остается и останется для нас величайшей тайной. Нечего и говорить после этого, что активную сторону психических актов, явлений эмбрионального развития, наследственности неовиталисты считают также загадкой, вовсе не разрешимой механическим, физико-химическим способом исследования, и след. — заключают неовиталисты — все, что есть активного в жизни, неразрешимо обычными физиологическими способами исследования. В общем учение неовиталистов клонится к тому, что в живой природе действуют силы, не имеющие ничего общего с остальными силами неодушевленной природы, так как некоторые явления жизни не могут быть сведены ни на какую форму движения. Так как из закона о специфической энергии нервов чувств явно следует, что явления внешнего мира не имеют ничего общего с нашими представлениями о них и что нам доступны непосредственно лишь изменения собственного сознания, вызываемые действием внешних объектов и явлений, то неовитализм и требует, чтобы исследование одушевленной природы производилось внутренним чувством и исходило из наблюдения внутреннего мира нашего сознания и переходило от него к внешнему, наружному миру явлений, более чуждому нашему познаванию; таким образом мысль человеческая шла бы от известного к неизвестному, и ей стало бы более доступно активное ядро жизненных явлений. В этом задача научного идеализма в Ф. в противоположность материализму, придерживающемуся как раз обратного метода. Неовитализм представляет ту ценную сторону, что он вновь выдвинул всю важность внутреннего субъективного исследования различных состояний сознания и всех протекающих в нем чувств, представлений и мыслей, другими словами, всю важность самонаблюдения, внутреннего самоанализа в деле уразумения активной стороны жизни. Но говоря это, не следует упускать из виду, что этот внутренний субъективный метод в силу множества обманов чувств и суждений, свойственных уму человеческому, является ненадежным и вечно нуждающимся в опытной многосторонней проверке при помощи анатомических и физико-химических способов исследования. Без этой проверки данные субъективного анализа и самонаблюдения никогда не могут достигнуть степени достоверности. Кроме того, целая огромная область физиологических явлений, входящих в область растительных процессов животной жизни, протекает вне области нашего сознания и вовсе недоступна внутреннему наблюдению нашим внутренним чувством; каким образом, в самом деле, явления пищеварения, сердцебиения, кровообращения, отделения, выделения и т. д. стали бы объектами нашего внутреннего созерцания и анализа, если нормальное течение их вовсе не сознается нами и если усиленное сосредоточивание внимания на них только нарушает их естественное течение. Пришлось бы упразднить добрых три четверти явлений, изучаемых ныне Ф., если бы только ограничить изучение тем, что доступно лишь внутреннему субъективному анализу. Да и трудно понять, каким образом исследование внутренним чувством сердцебиений могло бы открыть природу активного ядра этого явления, т. е. сущность импульса, приводящего сердце в сокращение, или, напр., субъективное исследование сознаваемых нами явлений мышечного сокращения — к пониманию активной причины сокращения, или субъективное исследование акта нервного возбуждения, вызванного, напр., раздражениями глаза светом — к пониманию природы того активного механизма, которым простое нервное возбуждение переходит в сознательное зрительное ощущение. Субъективный анализ внутренним чувством различных явлений жизни, столь защищаемый неовиталистами наших дней, без содействия обычного механического, физико-химического способа исследования не в силах решить ни одной физиологической задачи, не в силах выяснить ни одной физиологической функции; в комбинации же между собой субъективный и объективный методы исследования представляют единственно верный путь к анализу и разъяснению жизненных явлений, чего и придерживается современная Ф.

Наиболее распространенный план изложения явлений, составляющих предмет Ф. животных, сводится к следующему: 1) Ф. крови и лимфы как внутренних сред, в которых живут элементы тканей и органов. Здесь приводятся сведения касательно морфологических, физических, химических и биологических свойств крови и лимфы и все, что относится вообще к жизни этих животных соков, от которых зависит прежде всего благосостояние всех остальных органов и тканей животного организма. 2) Ф. кровообращения и лимфообращения, трактующая о механизмах, приводящих в движение и кровь, и лимфу и поддерживающих нормальный круговорот их в теле. Здесь приводится детальный анализ работы сердца и сосудов и всех главных биологических и физических факторов крово- и лимфообращения. Работа сердца и сосудов, поскольку она проявляется в движениях этих органов, а равно и в физических факторах обращения крови и лимфы, как то: боковом давлении их и скорости течения, подвергается тончайшему и точному анализу при помощи графических способов исследования. Отдел этот представляется одним из наиболее разработанных в Ф. 3) Ф. дыхания изучает с одной стороны механизм запасания тела кислородом и освобождения его от углекислоты путем так называемого наружного или легочного дыхания, а с другой — внутреннего тканевого дыхания, лежащий в основе поглощения живыми элементами тканей и органов кислорода и развития ими взамен углекислоты. Тут подробно анализируются нервно-мышечные механизмы дыхательных движений у животных и человека, физические условия вентилирования легких, причины газового обмена между кровью и воздухом легких, с одной стороны, и между кровью и тканями и органами — с другой; наконец, устанавливаются факты, касающиеся количественной стороны газообмена у человека и животных и колебаний его под влиянием самых разнообразных условий. 4) Ф. пищеварения, обнимающая собой все явления, касающиеся питания и усвоения пищевых и питьевых веществ из внешнего мира. Тут разбираются подробно нормальное пищевое довольствие животных и человека, т. е. диета в качественном и количественном отношении, передвижение пищи по пищеварительному каналу, химические изменения, претерпеваемые пищей под влиянием пищеварительных соков, изготовляемых пищеварительными железами, и, наконец, всасывание из кишечного канала превращенных пищевых веществ в соки тела, т. е. в кровь и лимфу. 5) Ф. обмена веществ в теле вплоть до образования продуктов прижизненного распада, подлежащих выделению из тела. Значение в этом обмене барьерной, защитной роли печени и внутренней секреции различных желез: щитовидной, надпочечных желез, тестикул, поджелудочной железы. Значение в обмене веществ нервных и психических влияний и вообще трофических нервных влияний. 6) Ф. выделений, изучающая подробно как продукты, подлежащие выделению из тела, так и механизмы, выводящие их из тела; сюда относятся Ф. мочеотделения, потоотделения и частью выведения извержений. По количеству усвоенных веществ и выделяемых за то же время составляется понятие о вещественном балансе тела, о равновесии — азотном, углеродном и т. д. Все перечисленные в этих шести пунктах явления относятся к растительным процессам животной жизни. Начиная с момента развития живых сил все остальные явления, протекающие в животных организмах, относятся к ряду собственно животных процессов. 7) Ф. животной теплоты: источники ее, распределение тепла по телу, количественное определение единиц тепла, развиваемых организмом при различных условиях; калориметрические и косвенные способы определения. Теплорегулирующий механизм, поддерживающий постоянство температуры, и т. д. Теплообразование и теплопотери — баланс между ними. Все эти и сродные с этим вопросы подробно и тщательно изучаются Ф. животной теплоты при помощи точных физических способов исследования. 8) Общая Ф. нервов и мышц, где излагаются общие свойства основных звеньев, участвующих в нервно-мышечных актах, т. е. нервных центров, нервных волокон и мышц, и изменения этих свойств при переходе этих органов из одного состояния в другое; устанавливается общее функциональное значение нервного центра, нервного волокна и мышц в нервно-мышечных актах. 9) Ф. мышц изучает механизм мышечных сокращений, различные виды сокращений, работу, производимую ими, и главные условия, влияющие на них; все эти явления разбираются и анализируются со строго точной физико-химической точки зрения и при помощи графического способа исследования. Мышечная Ф. включает в круг изучаемых ею вопросов и такие сложные мышечные акты, как стояние, ходьба, бегание, речь, голос и т. д., а затем и участие мышц в производстве организмом различных механических работ — поднятия тяжестей и т. д. 10) Физиология органов чувств, или, точнее, ощущений, изучает устройство и функцию всех чувствующих периферических аппаратов, воспринимающих разнообразные впечатления из внешнего мира, как то: глаза, уха, кожи, вкусовых и обонятельных органов, механизм их возбуждения и переход последнего в мозговых центрах в соответствующие ощущения. Изучение зависимостей между раздражением и ощущением, выраженных в числовых отношениях, также и определение времени протекания различных психических актов более или менее точными физическими способами, создало область психофизики, смежную, с одной стороны, с Ф. органов чувств, а с другой — с психологией. 11) Ф. центральной нервной системы: спинного и головного мозга и симпатической нервной системы; кроме установки главных типов нервных актов, здесь изучаются нервные механизмы их, ход их центростремительных и центробежных путей, локализация центров, условия, усиливающие и ослабляющие их деятельность, взаимодействия между центрами, явление усиления и угнетения нервных функций и локализация сенсорных и моторных функций в сфере серой коры мозговых полушарий. Этими областями исчерпываются собственно процессы животной индивидуальной жизни. Остается только группа явлений, предназначенных для поддержания рода и орудиями их служат половые органы. 12) Ф. половых органов — мужских и женских; условия оплодотворения и эмбрионального развитая плода. Молочные железы, Ф. их. Вот наиболее общая и распространенная классификация материала, составляющего предмет Ф. животных. Из нее видно, что полной Ф. человека нет, да и не может быть, так как добывание всех этих знаний сопряжено с разнообразными сложными опытами, непозволительными на человеке, но допустимыми на животных; на последних-то и выстроена вся Ф., выводы которой с известной осторожностью переносятся и на человека. С другой стороны, для проверки этих переносов и непосредственного анализа физиологических функций человеческого организма стремятся изо дня в день изобретать такие аппараты и такие методы исследования, применение которых к человеку не причиняет ему ни малейшего вреда; сюда относятся, напр., плетизмографы, эргографы, смигмографы, манометры, сфигмоманометры, динамометры, весы и т. д. и химические способы исследования различных соков и выделений. Благодаря этому усиливающемуся стремлению ставить все чаще и чаще невинные опыты прямо на человеке Ф. человеческого организма сделала за последнее время весьма видный шаг вперед. Физиологические явления могут быть сгруппированы также в два больших отдела сообразно с природой их и прилагаемым к ним методам исследования; а именно все физические процессы и явления, полем которых служат живые организмы, вместе со всей физической методикой их исследования сгруппировываются в особый отдел физиологической, или медицинской, физики; все же химические явления жизни вместе с химической методикой их исследования составляют предмет физиологической, или медицинской, химии. Такое разделение в области преподавания уже настолько пустило корни, что во многих университетах, кроме общего курса физиологии животных, преподаются отдельно медицинская физика и медицинская химия. В настоящем Энциклопедическом Словаре читатель может найти в соответствующих местах ответы по вопросам, относящимся ко всем отделам Ф. животных. Приводим и другие источники для желающих ознакомиться более основательно с Ф. животных и с физиологической методикой. Учебник Ф. Германна под ред. Сеченова, в одном томе. Учебник Ф. Брюкке, в 2 томах. Учебник Ф. Германна в 6 томах в переводе М. М. Манасеиной и др. Учебник Ф. Фостера, в 2 томах (перевод и дополнения И. Р. Тарханова). Учебник Ф. Ландуа в перев. и дополн. В. Данилевского. Учебник Ф. Бони в 2 тт. в переводе Цыбульского. «Основы Ф. человека» Фредерика и Нюэля в переводе и с дополнениями Н. Введенского; «Учебник физиологической химии» Бунге, в переводе Залеского. Учебник Ф. Дюваля в русском переводе под ред. Фаусека. «Основы Ф.» Гёксли-Розенталя в русском переводе, с дополнениями В. Н. Львова. «Физиологические очерки» И. Сеченова. Сочинения по общей Ф.: «Явления, общие как животным, так и растениям» Клода Бернара, в русс. переводе. «Общая Ф.» Ферворна в русском переводе; «Элементы общей Ф.» Прейера, перевод И. Тарханова. Готовится к печати «Общая Ф.» Розенталя в русском переводе. По физиологической методике: «Физиологическая методика» Циона; «Физиологическая методика» Бурдон-Сандерсона; «Физиологическая методика» Фредерика; «Физиологический Practicum» д-ра Шенка, Такой же «Practicum» Германна; «Physiologische Methodik», E. Gscheidlen’a; Cl. Bernard, «Précis de med. opérat.» 8873). Обширное сочинение по сравнительной Ф. животных Мильн-Эдварса: «». Из более старых сочинений заслуживают особенного внимания Галлер (Haller): «Elementa physiologiae corporis humani» (1757—66, в 8 тт.; это первый знаменитый опыт критической оценки всего накопившегося в то время физиологического материала); Descartes, «De homine» (1662); Haller, «Grundriss der Physiologie»; F. Magendie, «Précis elementarie de Physiologie» (1816); Job. Müller, «Grundriss der Vorlesungen über die Physiologie» (Бонн, 1827); его же, «Handb. der Physiologie des Menschen» (1833 и 1844); С. Р. Burdach, «Die Physiologie als Erfahrungswissenschaft» (1835—38); E. Heckel, «Generelle Morphologie der Organismen» (1876); Spencer, «The principles of Biology» (1864—67); Hoppe-Zeyler, «Allgemeine Biologie» (1877); Lotze, «Allgemeine Physiologie des Körperlichen Lebens» (1851). Выдающиеся сочинения по разным отделам Ф.: William Harvey, «Exercitatio anatomica de motu cordis Sanguinis in animalibus» (1628); это сочинение и положило главную основу всему учению о кровообращении и вивисекционной экспериментальной Ф. Lavoisier, «Sur la respiration des animaux et sur les changements qui arrivent а l’air en passant par leur poumon» (1777); этим сочинением положены основы учения о дыхании. Justus v. Liebig, «Die Thier-Chemie oder die organische Chemie in ihrer Anwendung auf Physiologie u. Pathologie» (1842, 46). Сочинением этим положено основание учению о питании. A. v. Haller соч. «Von d. reizbaren Theilen d. menschlichen Körpers» (1756) положил основание мышечной Ф. Charles Bell, «On the nerves, giving an account of some experiments on their structure and functions, which lead to a new arrangement of the system» (1821) положило основание специальной нервной Ф. Luigi Galvani, «De viribus electricitatis in motu musculari» (1791) положило основание электрофизиологии. E. Du Bois-Reymond, «Untersuchungen über thierische electricität» (1848 до 1860) произвел самые крупные открытия в электрофизиологии. Legallois, «» (П., 1812) открыл первый нервный центр; Johannes Müller, «Zur Vergleichenden Physiologie des Gesichtssinnes» (1826) положил первые основы физиологической оптики, a Helmholtz в «Hadnbuch der physiologischen Optik» (от 1856 до 1867) окончательно установил физиологическую оптику. С. F. Chladni, «Akustik» (1802), дал первые основы физиологической акустики, a Helmholtz в «Die Lehre von den Tonenempfindungen» окончательно установил ее. Th. Fechner в «Elemente d. Psycho-physik» (1860) дал первые основы психофизики. Bichat в «», a также и Th. Schwann в «Microskopische Untersuchungen über die Uebereinstunumung in den Structur und dem Wachsthum der Thiere und Pflanzen» (1839) обосновали Ф. жизни и смерти клеток. В «Происхождении видов» Чарльз Дарвин установил учение о развитии на основании борьбы за существование, подбора, наследственности и изменчивости. Все эти сочинения отмечают самые крупные события на пути развития биологии вообще и Ф. животных в частности. Изучение Ф. и ее прогрессивного развития облегчается существованием целой серии энциклопедий, лексиконов, текущих специальных журналов, исторических и библиографических сочинений.

.