ЭСБЕ/Сербо-черногорско-турецкая война 1876 г.
Сербо-черногорско-турецкая война 1876 г. — Невыносимый гнет мусульманского ига, тяготевший над подвластными Турции славянскими племенами, вызывал постоянные мятежи, а летом 1875 г. поднял серьезное восстание в Боснии и Герцеговине. Геройская борьба восставших против их притеснителей возбудила общее сочувствие во всех славянских землях. Из России, из славянских областей Австрии полились широкие материальные пожертвования, а ближайшие к театру войны Сербия и Черногория сочли своим долгом оказать единоплеменникам непосредственную помощь вооруженною рукою. Когда Турция вопреки представлениям европейских держав отклонила существенное улучшение быта босняков и герцеговинцев, 20 июня (2 июля) 1876 г. ей была объявлена война со стороны вышепомянутых двух княжеств. При расстройстве финансов Порты и нераспорядительности ее правителей она имела в готовности лишь до 100 тыс. войска, да еще около 30 тыс. собрано было у Адрианополя для усмирения мятежей в Болгарии. Вооруженные силы Сербии, готовые для военных действий, доходили до 100 тыс.; но сербская армия не обладала надежными боевыми качествами. Черногорцы вместе с герцеговинцами могли выставить 26—28 тыс. Решительное превосходство вооружения было на стороне турок. В начале войны они в ожидании прибытия подкреплений держались оборонительно. Из числа турецких войск дунайский корпус (50 тыс.) под начальством Ахмед-Эюба расположен был в Нише, Виддине и Никоноле; 27—30 тыс. под начальством Али и Мехмеда-Али — в Боснии и Ново-Базарском санджаке; корпус Мухтара (около 20 тыс.) — в Герцеговине для действий против Черногории с севера; корпус Дервиша-паши (до 12 тыс.) — в Албании, близ Подгорицы, для наступления в Черногорию с Ю. Сербские военные силы разделены были на 4 армии, получившие названия от четырех пограничных рек: Дринскую (около 20 тыс.), Ибарскую (15—20 тыс.), Моравскую (40 тыс.) и Тимокскую (ок. 20 тыс.). Главной, Моравской армией командовал русский ген.  (см.). Главные силы черногорцев под начальством князя Николая (12—16 тыс.) сосредоточились у герцеговинской границы для действий против Мухтара, а 10—11 тыс., предводимые воеводою Божидаром Петровичем, — у южной границы Черногории. Сербская главная квартира, основываясь на весьма ненадежных, отчасти и фантастических данных, решилась взять инициативу в свои руки и действовать как можно энергичнее на всех театрах войны, особенно на моравском. Генер. Черняев, вовсе не разделявший самоуверенности сербов, должен был, однако, подчиниться этому решению. 20 июня войска его армии, собравшейся у Княжеваца, перешли границу и продвинулись до Бабиной-главы, Ак-Паланки и Пирота; но уже 28-го Черняев начал отступление к границам Сербии, решившись ограничиться обороною сербской территории. Вслед за тем он сосредоточил свою армию на укрепленных позициях у Алексинаца и Делиграда (преграждавших прямой путь на Белград), оставив в Княжеваце отряд полковн. Хорватовича. За это время действия Тимокской армии (предводимой полк. Лешанином), тоже перешедшей границу и направившейся на Виддин, ограничивались мелкими стычками. Начальник виддинского гарнизона Осман двинулся навстречу сербам и, дойдя до правого берега р. Тимок, занял там укрепленную позицию, из которой сербы (6 июля) напрасно пытались выбить его. Между тем турецкие войска, стоявшие против Черняева, были усилены подкреплениями, и главнокомандующий Абдул-Керим решил двинуть их на Княжевац, чтобы, овладев этим городом и войдя в связь с Османом, направиться затем в обход сербских позиций у Алексинаца. Опрокинув арьергард Хорватовича, стоявший у дер. Громада (17 июля), турки 24 июля овладели Княжевацом, откуда Хорватович успел беспрепятственно отступить по направлению на Алексинац. Ген. Черняев хотя и пытался воспрепятствовать движению турок на Княжевац посредством наступления к Нишу, но не достиг своей цели. 25 июля он был назначен главнокомандующим соединенною Тимоко-Моравскою армией. На дринском и ибарском театрах войны, где сербы тоже перешли турецкую границу, происходили лишь незначительные столкновения. Между тем, в главной квартире Абдул-Керима выработан был новый план военных операций: решено было одною частью турецких сил атаковать алексинацкие позиции сербов с фронта, между тем как отряд Османа — успевший отбросить Лешанина, занять г. Зайчар и войти в связь с войсками, сосредоточившимися у Княжеваца, — должен был угрожать сообщением армии Черняева и принудить ее к отступлению от Алексинаца. После ряда дел большинство турецких сил сосредоточилось на левом берегу Моравы, в треугольнике, образуемом впадением в нее р. Дьюнишки. Здесь военные действия продолжались с переменным успехом до конца августа. Старания великих держав склонить воюющих к миру не увенчались успехом; удалось лишь добиться временного прекращения наступательных действий с 5 по 15 сентября. Возможность примирения была устранена прибытием к тому времени в ряды сербских войск большого числа русских добровольцев (офицеров и солдат) и особенно провозглашением Тимокско-Моравской армией князя Милана королем. Дух сербов настолько был приподнят этими событиями, что правительство их не согласилось на продление перемирия. Наступление, предпринятое Черняевым 16 сентября по левому берегу Моравы и поведшее к двухдневному бою, не имело успеха; 5 октября турки сами перешли в наступление. Атака ими сербских позиций, начатая 7-го числа, продолжалась с перерывами до 11-го включительно и сопровождалась существенно важными успехами. С 12-го по 16-е октября турки бездействовали по причине утомления войск и неблагоприятной погоды; но 17-го атака была возобновлена, и сербы потерпели совершенное поражение (ср. Алексинац и Дьюнишка); правое их крыло отступило на Крушевац, центр и левое крыло — к Ражану. После этой катастрофы ничто уже не могло воспрепятствовать туркам овладеть столицею Сербии. Черняев еще 17 октября сообщил Милану, что дальнейшее ведение военных действий невозможно, князь телеграфировал имп. Александру II, умоляя спасти Сербию от окончательного разгрома. Русский посол в Константинополе, ген. Игнатьев, 19 октября предъявил Порте ультиматум, требуя заключения перемирия с Сербией и Черногорией в течение 48 часов, а в случае отказа угрожал выездом из Константинополя. На следующий день он получил уведомление, что Турция согласна на двухмесячное перемирие и главнокомандующему и начальникам отрядов уже приказано прекратить военные действия. — Черногорцы перешли границу Герцеговины 24 июня (6 июля) и направились к Билеку, Гачко и Мостару. Турецкий отряд Селима-паши был разбит ими близ Невесинья (см.); но по прибытии к Мостару главных сил Мухтара-паши черногорцы вынуждены были отступить. Во время преследования их турки попали в засаду, устроенную при Вучидоле, и потерпели страшное поражение, потеряв более 3 тыс. чел., в том числе двух пашей. Мухтар поспешно отступил; черногорцы снова двинулись к Билеку, но овладеть этим пунктом им не удалось, и они отошли в пределы своей земли, где начали готовиться к возобновлению действий против Мостара. Между тем на южном театре войны восстало против турок албанское племя кучи и заключило союз с черногорцами. Вообще, действия турок были здесь весьма неудачны; однако черногорцам, понесшим при отражении врага большие потери, нельзя было думать о наступлении. Князь Николай с главными силами отошел к Белопавличам. Осторожность его была основательна, так как турки, усилившись подкреплениями, стали весьма серьезно угрожать Черногории и с Ю, и с С. Наступательные действия турок возобновились во второй половине августа и шли с переменным успехом до 20 октября, когда остановлены были вышепомянутым перемирием, потребованным Россией. Ср. Lecomte, «Guerre d’Orient en 1876—77» (т. I), «» (1875—76); Гейсман, «С.-турецкая борьба 1876 — 7 — 8 гг. и ее значение в истории восточного вопроса» (ч. I); «Par Cpбијe ca Турском, за ослобоженье и независност».

ЭСБЕ:Войны
События XIX века