ЭСБЕ/Франкское государство
Франкское государство — самое важное из всех, основанных германцами в начале средних веков. В истории его до 843 года можно различать 4 периода: 1) до конца VI века — первая половина меровингской эпохи, 2) с конца VI в. до захвата власти Каролингами — эпоха роста аристократии, усиления майордомов и упадка власти Меровингов; 3) каролингское возрождение (до смерти Карла Великого) и 4) окончательное распадение Ф. государства. Ф. государство выросло из маленького королевства салических франков, в котором правила династия Меровингов. В первой половине V в., при короле Хлодио (см.), салические франки завоевали римские земли до реки Соммы. По смерти Хлодио среди них начались раздоры, одно время королем был, вероятно, Меровиг, затем Хильдерих I. Сыном Хильдериха был знаменитый Хлодвиг I, при котором совершилось политическое объединение всех франков. Ф. государство очень расширилось и приобрело всемирно-историческое значение. Победы Хлодвига над Сиагрием (см.), алеманнами, вестготами, истребление им других королей, управлявших отдельными группами салических и рипуарских франков, сделали его государем обширной территории. Так было положено прочное основание Ф. государству. Скудость прямых свидетельств недостаточно освещает несколько очень важных вопросов, связанных с утверждением франков в Галлии. Первый из них заключается в том, сопровождались ли завоевания франков в Галлии отобранием земель у туземного населения и раздачей их завоевателям, и затем, какие формы землевладения утвердились у франков после занятия ими римских земель. Для правильного решения этого вопроса приходится различать две эпохи франкских завоеваний и расселения в Галлии. Первая охватывает время с III века до завоеваний Хлодвига; это — время медленного, но твердого, прочного утверждения франков (салических и рипуарских) в римских областях, прилегающих к Рейну. Опустошения, вызванные почти непрерывными вторжениями франков, начиная со второй половины III века, должны были привести к обезлюдению пограничных областей; появилось много пустых земель, на которых уже римские императоры, начиная с Проба (см. Франки), стали селить франков в качестве летов (см.) и федератов. Когда эти области были завоеваны франками, они получили возможность поселиться здесь большими массами, вследствие чего эти земли до нашего времени сохранили германское население. Здесь среди франков сравнительно долго могли сохраняться и германские аграрные порядки. Франки селились здесь большей частью деревнями; среди них господствовало общинное землевладение (существовали «марки»); «соседи» (т. е. члены той же общины) наследовали тем из своих сочленов, которые умирали, не оставив ближайших родственников по мужской линии. Впрочем, эти порядки скоро начали разлагаться, и уже эдикт Хильдериха I сильно ограничивает наследственные права общины, допуская наследование земли и родственниками по женской линии. Таким образом завоевание франками ближайших к Рейну областей сопровождалось захватом земель со стороны франкского народа и значительным изменением земельных порядков; но эти захваты едва ли были очень чувствительны для туземного населения этих областей, ввиду предварительного запустения их. Совсем другой, по-видимому, характер носили позднейшие завоевания, в несколько лет широко раздвинувшие пределы Ф. королевства. Они были делом не Ф. племени, а Хлодвига, который совершил их не в качестве представителя интересов Ф. народа, но лично для себя. Эти позднейшие завоевания сопровождались переменой правительства, отдавали в руки Хлодвига прежние государственные земли и земли заброшенные, бесхозяйные, но не влекли за собой, по-видимому, экспроприации населения (отдельные случаи захватов, конечно, этим не исключаются). После победы над Сиагрием Хлодвиг получил в завоеванных областях только ту власть, которой перед тем пользовался Сиагрий, а когда император прислал ему диплом на консульство, Хлодвиг мог стать в глазах римского населения как бы законным представителем власти императора, его уполномоченным. Что у туземного населения существовал такой взгляд на власть франкских королей, и что сами первые короли франкские видели в своей власти над Галлией как бы делегацию императорской — это доказывается монетами, которые долго чеканились франкскими королями с изображением императоров (от Анастаса до Гераклия), хотя уже с середины VI в. изображение императора часто заменяется изображением франкского короля и его именем. Окончательно императорское изображение исчезает на франкских монетах с 613 г. Такое поверхностное завоевание первоначально очень мало изменяло существовавшее до него положение. В завоеванных при Хлодвиге прежних римских провинциях удержалось римское население, богатые представители которого (сенаторские фамилии) сохранили свои земли и влиятельное положение в обществе. И после завоевания они занимают большую часть очень доходных и дававших широкую власть епископских кафедр, получают придворные, военные и административные должности. Так, одним из лучших полководцев королей Зигберта I и Гонтрана был римлянин, патриций Муммон, и таких примеров можно привести очень много. Наряду с римским социальным строем после завоевания сохранились римская финансовая система, римское право (в применении к римлянам) и римский административный строй, с некоторыми изменениями: в администрации главная роль стала принадлежать графам, которые управляли графствами — округами, большей частью совпадавшими с римскими civitates (городскими округами). Выше графов стояли герцоги, но герцогская власть не была правильно, постоянно действующим институтом: она имела, прежде всего, характер чрезвычайного военного полномочия. Границы герцогств часто менялись; в иных местах герцогская власть то появлялась, то исчезала, особое значение получили герцоги Тюрингии, Алемании, Баварии и Аквитании (см. ниже). Церковь сохранила вполне прежний строй и подчинила себе и франков, после того как Хлодвиг принял крещение сам и крестил свой народ. Между франками и туземным населением не было той религиозной розни, какая ослабляла другие королевства, основанные германцами-арианами (бургундское, вестготское и др.). Ввести жизнь франков в римские формы было невозможно; по отношению к ним действовало их прежнее Ф. право, подвергшееся записи и переработке (см. Салическая правда и Рипуарская правда). Другие германские племена, завоеванные франками, также сохраняли свое право (алеманны, фризы, бавары), и некоторое объединение в области права было достигнуто лишь в течение VII—VIII вв. Завоевания Хлодвига способствовали разложению среди франков исконных германских порядков; они подчинили Ф. королю массу римского населения, отдали в его распоряжение громадный земельный фонд, значительные денежные и военные силы (римляне наряду с франками были обязаны военной службой). Отсюда совершенно иная постановка королевской власти, усилившейся и сделавшейся независимой от Ф. народа. В VI в. Меровинги выступают абсолютными государями, управляющими государством в своих интересах и на свой риск и страх. Они смотрят на свою власть как на личное и фамильное достояние, и этот взгляд приводит к дроблению государства между сыновьями государей. Прежние германские ограничения власти короля — избранием и вмешательством веча в важнейшие дела — теряют силу. Вече не могло действовать среди новых условий: уже самая громадность территории государства являлась сильным препятствием для функционирования веча. Роль его стала так ничтожна, что среди ученых идет даже спор о том, существовало ли оно в VI в. (Фюстель де Куланж прямо отвергает это). Исчезновением общих народных собраний не исключалось, однако, всякое участие народа в общественных делах; в мелких административных делениях — сотнях, на которые делились графства, — участие народа в судебных собраниях продолжается до Каролингской эпохи, когда сделана была попытка воскресить и общие собрания. При таких условиях пришлось действовать первым Меровингам.
Когда умер Хлодвиг (511 г.), государство поделили между собой его четыре сына: Теодорих получил Австразию и кусок земли на юге, Хлодомер — страну на юг от Луары (Аквитанию, Тур и Пуатье, со столицей в Орлеане), Хильдеберт — земли между Сеной, Луарой и морем, со столицей в Париже, Хлотарь I (Хлотахар) — страну между Соммой, Маасом и морем (столица в Суассоне). При этом разделе, очевидно, действовала частноправовая точка зрения, руководясь которой, король старался дать всем сыновьям по возможности одинаковые доли. Разделы и обусловленное ими стремление каждого короля расширить свою долю за счет других, вместе с низким уровнем нравственности королей-варваров, привели к непрерывным междоусобиям, сопровождавшимся иногда зверскими преступлениями. Впрочем, против внешних врагов сонаследники часто действовали вместе, и это, наряду со слабостью соседей, дало ближайшим преемникам Хлодвига возможность еще больше расширить Ф. государство. Так, Теодорих приобрел юго-западную Тюрингию; Хлотарь и Хильдеберт I завоевали Бургундию и разделили ее между собой. Хлодомера уже не было в это время в живых; из его сыновей двое были убиты Хлотарем, третий принял духовное звание, а земли Хлодомера поделили между собой Хлотарь и Хильдеберт. После смерти Теодориха (533) Австразию получил его сын Теодеберт. Шедшая в это время в Италии борьба между остготами и империей дала франкам возможность захватить принадлежавший остготам Прованс, который был поделен Хлотарем и Хильдебертом. Теодеберту остготы уступили алеманнов, живших в Ретии, после чего все это племя входило в состав Ф. государства. Теодеберт вмешался даже в итальянские дела и ввел свои отряды в северную Италию, но после его смерти, при его сыне Теодебальде (548—555), франкам пришлось очистить Италию. По смерти Теодебальда и Хильдеберта их владения перешли к Хлотарю I, который таким образом восстановил единовластие. Но единовластие в тогдашнем Ф. государстве было не системой, а случайным фактом; после смерти Хлотаря (561) вновь произошло раздробление. Все четыре его сына получили доли: Хариберт I (561—567) — Аквитанию и страну на север от Луары за Сену (столица Париж), Гонтран (умер в 593 г.) — Бургундию, со столицей в Орлеане (см. IX, 192), Хильперик I (умер в 548 г.) — Ареморику и часть Нейстрии (столица — Суассон, потом Турнэ), Зигберт I († в 575 г.) — Австразию и Рипуарию (столица — Реймс, потом Мец). Из этих долей две, Бургундия и Австразия, оказались особенно устойчивыми, почти постоянно сохраняли те же границы и дорожили своей обособленностью; это объяснялось тем, что Бургундия почти сохраняла границы прежнего Бургундского королевства, а в Австразии преобладал германский характер, делавший ее не похожей на Бургундию и Нейстрию, гораздо более пропитанные римским элементом. Почти тотчас после раздела между внуками Хлодвига возобновились усобицы. Эта смутная эпоха прекрасно описана современником, епископом Григорием Турским, сочинение которого дало Огюстену Тьерри материал для его блестящих «Рассказов из времен Меровингов». К этому времени относится полная трагизма история Галесвинты, Брунегильды и Фредегонды. Междоусобии сопровождались сильными опустошениями страны; военные отряды грабили не только вражеские области, но и владения своего государя, так как выступавшие в поход обязаны были и вооружаться, и кормиться все время за свой счет. Для населения эти мелкие войны часто бывали тяжелее крупных внешних. Среди постоянных неурядиц одичание распространялось в обществе. Когда умер Хариберт, его владения поделили оставшиеся братья, а по убиении Зигберта Австразию наследовал его сын, ребенок Хильдеберт II, именем которого правила австразийская знать. Ребенок же (четырехмесячный Хлотарь II) наследовал и Хильперику, также погибшему насильственной смертью. Из сыновей Хлотаря I остался один Гонтран. Усобицы между ним и его племянниками закончились договором в Андело (587), заключенным между Гонтраном, Хильдебертом II и Брунегильдой: тот из двух королей, который переживет другого, должен был получить все королевство умершего, если последний не оставит сына. На этом основании после смерти Гонтрана (593) все его земли получил Хильдеберт II, но он вскоре (596) умер, и его земли были поделены между его малолетними детьми Теодебертом II (596—612), который получил Австразию, и Теодорихом II, которому досталась Бургундия. Опекуншей малолетних была Брунегильда. Вскоре между ней и австразийской знатью начались раздоры. Опять возгорелись продолжительные усобицы, во время которых Теодеберт был убит по приказу Брунегильды. Вскоре умер и Теодорих, и Брунегильда провозгласила одиннадцатилетнего его старшего сына, Зигберта II, королем Австразии и Нейстрии, отказавшись от раздела государства на части, хотя у Теодориха остались четыре сына. Этого не хотела допустить австразийская знать. Ее вожди Арнульф и Пипин Ланденский (см. XXIII, 630) пригласили Хлотаря II, который убил Брунегильду и двух сыновей Теодориха (третий пропал без вести, четвертый остался жив) и соединил в своих руках все Ф. государство. Этими успехами он было обязан знати, и она сумела добиться от него важных постановлений в свою пользу. Эти постановления изложены в эдикте Хлотаря II, изданном на съезде духовных и светских магнатов в Париже. Сюда вошли, с некоторыми изменениями, постановления парижского церковного собора 614 г., подтверждавшие привилегии церкви и особенно права епископов; затем идет ряд статей, в которых король обещает устранить фискальные злоупотребления, наказывать смертью лишь по суду, назначать должностных лиц (графов) только из уроженцев той местности, в которую они назначаются, и т. п. В этих постановлениях уже отражается сила духовной и светской аристократии, которая в VII в. приобрела руководящую роль во Ф. государстве и, сделав должность майордома (XVIII, 387) своим орудием, свела к нулю власть меровингских королей. В состав этой аристократии вошли, во-первых, потомки богатых и влиятельных римских сенаторских фамилий; затем около королей образовалась новая служилая знать, из лиц, занимавших разные дворцовые и высшие административные должности. Она собрала в своих руках крупные недвижимые имущества, значительная часть которых была получена ее представителями от королей в виде подарков и вознаграждения за службу (в первую половину меровингской эпохи земли раздавались королями в полную собственность). Громадные территории принадлежали церкви и находились в руках епископов, составлявших церковную аристократию. 
Седьмой век был эпохой, когда (особенно во второй половине его) во Ф. государстве окончательно восторжествовало натуральное хозяйство. Крупная земельная собственность стала теперь давать ее владельцам и политическое значение. Собираясь вокруг короля на «общем собрании народа» (conventus generalis populi), знать являлась советчицей королей и навязывала им свои желания. Хотя эти собрания и назывались общими собраниями народа, но в действительности в VII в. на них бывали только «optimates» и «proceres», т. е. духовная и светская аристократия. Развитие коммендации и вассалитета (см. Феодализм) подчиняло множество свободных людей крупным землевладельцам. Последние, группируя вокруг себя многочисленных зависимых людей и владея массами полусвободных, колонов и рабов, приобретали посредством иммунитетов и патроната права государственной власти над населением своих имений. Имея, кроме того, в своих руках вооруженную силу, крупные землевладельцы стали во Ф. государстве опасными противниками королевской власти; она не могла найти достаточного противовеса растущей силе знати, так как класс простых свободных таял — в связи с процессом роста крупного землевладения — не только в Галлии, где крупная недвижимая собственность преобладала еще в римскую эпоху, но, с меньшей силой, и в германской Австразии. На обладании громадной недвижимой собственностью покоилась и сила Арнульфинского дома. Стремление Австразии к политической обособленности сказалось еще раз в том, что австразийская знать заставила Хлотаря II (622) дать ей особого короля в лице малолетнего Дагоберта I, воспитателем которого и майордомом Австразии был сделан уже названный Пипинус Ланденский. После смерти Хлотаря II (628) Дагоберт отделил своему брату Хариберту Аквитанию, но Хариберт и его сын (ребенок) Хильперих вскоре умерли, и Дагоберт еще раз соединил все Ф. государство в своих руках. Нападения вендов на австразийские границы побудили его опять дать Австразии особого короля, в лице его сына, Зигберта III. Вероятно, и на этот раз это было делом австразийской знати, во главе которой стояли Арнульфинги. Представители этого рода, в лице Пипина, а затем Гримоальда (см. IX, 735) занимали в Австразии майордомство после смерти Дагоберта I (638). В Нейстрии и Бургундии королем после Дагоберта стал второй сын его, Хлодвиг II. И здесь между знатными фамилиями шла борьба за власть, часто принимавшая характер настоящих частных войн. До какой смелости доходили теперь майордомы — показывает попытка Гримоальда возвести на престол, после смерти Зигберта III (656), своего сына. Она оказалась преждевременной и кончилась гибелью Гримоальда.
Некоторое время все Ф. государство было в одних руках — при Хлодвиге II и затем при Хлотаре III (656—670), майордомом при котором был знаменитый Эброин (см.). Но уже в первые годы правления Хлотаря Австразия опять отделилась: королем в ней стал брат Хлотаря, Хильдерих II, а палатным мэром при нем был Вульфоальд. Это разделение сохранилось и после смерти Хлотаря; Бургундия и Нейстрия достались третьему брату, Теодориху III. По убиении Хильдериха II (он был убит заговорщиками) возгорелась война Австразии с Нейстрией и Бургундией. Вульфоальд провозгласил королем Австразии Дагоберта II (сына Зигберта III), тогда как западный майордом Эброин поддерживал притязания Теодориха III и на Австразию. Эта борьба закончилась победой Австразии, в лице Пипина Геристальского (см.), опиравшегося на многочисленных австразийцев, находившихся в вассальной зависимости от дома Арнульфингов. С 687 г. Пипин один управлял всем объединенным Ф. королевством (Дагоберт II погиб во время борьбы). Он правил при королях Теодорихе III († в 691 г.), Хлодвиге III (691—695), Хильдеберте III (695—711) и Дагоберте III (711—715). Все эти короли не имели никакого значения; Пипин был уже настолько полновластен, что назначил своего сына Гримоальда майордомом в Нейстрию, а после его смерти передал майордомство малолетнему Теудоальду, сыну умершего, под опекой его матери. Таким образом и Каролинги усваивают разделы государства, находившие оправдание не только в применении к государственной власти частноправовой точки зрения, но и в государственных интересах: благодаря разделам, верховная власть становилась ближе к населению и к угрожаемым границам.
После смерти Пипина началась борьба между Австразией и Нейстрией; из нее вышел победителем другой сын Пипина, Карл Мартелл, с которого начинается временное возрождение Ф. государства. В течение VII в., во время внутренних неустройств, зависевшие от франков племена тюрингов, алеманнов и баваров достигли, под управлением герцогов, почти полной государственной обособленности; зависимость их от Ф. королей стала номинальной. В таком же положении находились Бретань и герцогство Аквитанское. Теперь предстояло вновь привести эти области к действительному подчинению и покорить языческие германские племена фризов и саксов, беспокоившие границы Ф. государства. С другой стороны, необходимо было обеспечить государство от арабов, которые пытались в это время расширить свои завоевания на север от Пиренеев, доходили до Луары, опустошали Бургундию и Прованс. Выполнение этих трудных задач требовало организации значительных военных сил. Для обеспечения людей, обязанных военной службой, и для привлечения на свою сторону знати, Карл Мартелл прибег к использованию громадных земельных фондов церкви. Он стал раздавать церковные земли в условное владение, с обязательством военной службы. Это было первым примером массовой раздачи Ф. правительством земель, в форме бенефициев. Той же системы держался впоследствии и Пипин Короткий, который подтвердил верховные права церкви на эти земли и обязал получивших их платить ей небольшое вознаграждение. Самыми важными успехами Карла Мартелла были его победа над арабами и полное подчинение фризов. Карл правил при королях Хлотаре IV, Хильперихе II (сын Хильдериха II) и Теодорихе IV (720—737). После смерти Теодориха Карл не нашел нужным возвести на трон преемника умершему и до самой смерти правил без короля. Перед смертью он, «с согласия оптиматов», разделил государство, назначив старшему своему сыну, Карломану, Австразию, со Швабией и Тюрингией, а Пипину — Нейстрию, Бургундию и Прованс. Карломан и Пипин Короткий сначала правили, подобно отцу, без короля, но в 743 г. они нашли нужным заместить престол и поставили королем Хильдериха III, последнего представителя меровингской династии. Летописцы того времени уже так мало интересовались личностями этих «ленивых королей», что даже неизвестно в точности родство Хильдериха III с предыдущими королями. Девять лет спустя Пипин Короткий покончил с фикцией меровингской монархии: с согласия папы и франков он принял королевский титул. Пипин продолжал дело Карла Мартелла. При нем была отнята у арабов Септимания, с Нарбонной; герцог аквитанский Вайфар был побежден, и Аквитания вновь всецело подчинена франкам. В Алемании герцогское достоинство было совсем отменено, и она поделена на графства. Перед смертью Пипин разделил государство между Карломаном и Карлом, но Карломан скоро ушел в монастырь, и Карл Великий стал один управлять всем Ф. государством.
Продолжительное правление Карла Великого (XIV, 523—525) имеет громадное значение в истории Ф. государства. Границы государства значительно расширились; саксы были, наконец, покорены и среди них насильственно, при помощи суровых мер, утверждено христианство. Бавария также потеряла самостоятельность, которой она пользовалась ранее, лишь номинально считаясь в составе Ф. государства. В состав Ф. государства стали входить все германские племена, жившие между Рейном и Эльбой, за которой тогда обитали славяне. Для обеспечения Саксонии Карл предпринимал походы за Эльбу против славян. Победами над арабами и аварами он обеспечил Ф. государство со стороны мусульман. Наконец, приобретение Италии (Лангобардского королевства) привело к принятию Карлом императорского титула. Параллельно с внешними успехами шла внутренняя организаторская работа. Ко времени Карла Великого развитие феодальных отношений (см. Феодализм) во Ф. государстве сделало уже большие успехи. Давая этим отношениям официальное признание, Карл в то же время стремился провести и усилить государственное начало, укрепить связь простых свободных людей с центральной властью и оживить в населении интерес к жизни государства. Принимая меры к увеличению военных сил, Карл возобновил ополчение простых свободных людей, с VII в. постепенно исчезавшее. От крупных землевладельцев и бенефициалов служба требовалась поголовно; более бедные должны были отбывать ее так, что один шел в поход, а другие вооружали его и снабжали всем необходимым. Эта мера не имела тех результатов, на которые рассчитывал Карл: число простых свободных все уменьшалось, они постоянно беднели и отвыкали от пользования политическими правами, будучи затерты знатью, и от несения обязанностей, сопряженных со званием свободного гражданина. Учреждение королевских посланцев (missi dominici) также должно было усилить влияние центрального правительства и всецело подчинить ему должностных лиц, привыкших в предшествовавшую эпоху смотреть на должности (графские и др.) как на свое достояние, почти наследственное. Из борьбы начал государственного и феодального победителем вышло, после смерти Карла Великого, последнее, как истекавшее из всего склада тогдашних экономических и социальных отношений. Более плодотворными оказались усилия, которые Карл делал для поднятия уровня просвещения, так как они находили известный отклик и в обществе. Подобно своим предшественникам, Карл еще при жизни разделил государство на три части, но из его сыновей один Людовик Благочестивый (XVIII, 222) пережил его. Все царствование Людовика было наполнено смутами. Совершая разделы, он хотел, чтобы империя оставалась все-таки одним целым; достигнуть этого он стремился сохранением императорского титула за одним государем и некоторым подчинением ему остальных. Уже при нем начинается разложение Ф. государства. Период временного единения сил, вызванного опасностями извне, прошел, и вскоре Ф. государство, как единое целое, окончило свое существование: Верденский договор (VI, 16) раздробил его на три части, а вскоре число частей увеличилось еще более вследствие распадения доли Лотаря (см.). О дальнейшем — см. Каролинги, Франция, Германия, Италия.
Ф. государство распалось не вследствие слабости преемников Карла Великого, а вследствие целого ряда причин, действовавших со стихийной силой. У населения разных частей его было слишком мало общего. Франки, фризы, саксы, тюринги, швабы, бавары впервые под властью франкских королей соединились в одно целое с культурным населением романизированной Галлии и Италии (последняя, впрочем, недолго принадлежала к составу Ф. государства). Они не чувствовали потребности в общей политической жизни. Одного христианства, к тому же принятого некоторыми из этих народов поздно и сначала чисто внешним образом, было мало, чтобы создать прочное целое. Прилив в Галлию полудиких германцев привел к значительному понижению уровня культуры и нравственности и в прежних римских провинциях: римляне дичали от соприкосновения с германцами, а те сначала брали у высшей цивилизации лишь внешние и далеко не лучшие ее стороны, теряли первобытную простоту и дикость, не только не поднимаясь в нравственном отношении, а даже падая: стоит лишь припомнить все преступления, совершавшиеся в фамилии Меровингов, и низменные побуждения, приводившие к ним, а также тот индифферентизм, с которым даже лучшие люди (вроде Григория Турского) рассказывают обо всех этих ужасах. Римский политический и административный механизм оказался не по плечу Ф. королям; они не были в состоянии справиться с трудной задачей управления новым для них обществом в такую переходную эпоху и оказались не в состоянии даже просто сохранить то, что они нашли в Галлии. Экономические изменения, торжество натурального хозяйства, уменьшая до minimum’a экономическое общение разных частей государства, поддерживало их стремления к политической самостоятельности. Натуральное хозяйство создавало маленькие самодовлеющие мирки, стремившиеся стать государствами в государстве, что и свершилось в эпоху полного торжества феодализма. Церковь, также втянувшаяся в новые отношения, несмотря на свои централистические, объединительные тенденции, не могла стать достаточной опорой государственной власти в ее стремлении сохранить политическое единство Ф. государства. Ф. государство сыграло в истории Европы громадную роль: вводя в свой состав языческие и некультурные племена Германии, оно открывало к ним путь христианским миссионерам (св. Колумбан, св. Галл, св. Виллиброд, св. Бонифаций и др.), приобщало их к христианской и греко-римской цивилизации и содействовало развитию у германцев мысли о единстве всего культурного христианского человечества — мысли, которая позже нашла себе выражение в идее Священной римской империи. Разложение Ф. государства совершилось уже после того, как задатки нового развития были заложены у германских народов, и они получили возможность по распадении Ф. государства продолжать обособленную жизнь, не рискуя дойти до совершенного отчуждения друг от друга. Римская идея единства империи, вместе с единой христианской церковью и общим просвещением, поддерживали среди них известное единение. В этом первоначальном воспитании германских народов и заключается всемирно-историческое значение Ф. государства.

Литература. Кроме сочинений, указанных в статье Франки, и общих сочинений по истории Франции и Германии, см. еще: Monod, «Bibliographie franç. historique»; Richter, «Annalen des Fränk. Reiches» (1873); Lehuërou, «Histoire des institutions Mérovingiennes et Carolingiennes» (т. Ι и II, П., 1843); Sohm, «Fränkische Reichs- und Gerichtsverfassung» (Веймар, 1871); Waitz, «Deutsche Verfassungsgeschichte» (тома II и III: «Die Verfass. d. Fränk. Reichs», Киль, 1870 и Б., 1885); Dahn, «Urgeschichte der germanischen und roman. Völker» (Б., 1883—88); его же, «Die Könige der Germanen» (Вюрцбург, 1861—66); Тьерри, «Рассказы из времен Меровингов» (несколько русских переводов); Viollet, «»; Glasson, «» (т. II: «Epoque Franque», П., 1888); Breysig, «Die Zeit Karl Martells» (1869); Pétigny, «» (П., 1842—44); Tardif, «» (т. I, 1882,); Fustel de Coulanges, «» («», П., 1888), «» (П., 1889), «» (П., 1890), «» (1892), «» (П., 1849, большая статья: «»); Lavisse, «Histoire de France» (т. II, П., 1901).

ЭСБЕ:Исторические области
ЭСБЕ:История Франции