ЭСБЕ/Хлысты
Хлысты — мистическая секта. По преданиям Х., хлыстовство образовалось в половине XVII столетия, одновременно с появлением старообрядческого раскола. Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон в легендах сектантов являются первыми преследователями их. Из православных писателей в первый раз упоминает о Х. св. Димитрий Ростовский в своем «Розыске».

Происхождение секты Х. Вопрос о том, на какой почве и под каким влиянием возникло у нас впервые хлыстовство, решается исследователями сектантства различно. Несомненно, что элементы хлыстовского учения были высказаны впервые не нашими Х.: они проявлялись и гораздо раньше (напр., в учении о воплощениях Вишну), в религиях древних народов, в верованиях различных христианских сект (напр., в дуалистическом взгляде манихеев, евхитов и богомилов на мир и на человека). Больше всего сходных черт с хлыстовством замечается в мистических сектах средневековой, а особенно, современной Западной Европы и Америки: в сектах бичующихся, пляшущих, братьев и сестер свободного духа, разумных людей, адамитов, квакеров, ирвингиан и т. д. Ввиду этого, некоторые исследователи хлыстовства полагают, что оно есть явление заносное с Запада или Востока; по мнению одних, оно проникло в Россию через юго-западные страны, от западных мистиков; по мнению других, оно есть не что иное, как богомильство, пересаженное на русскую почву еще при св. Владимире. Другие исследователи признают хлыстовщину самобытным произведением русского духа, возникшим из тех общих условий, каким обязаны своим происхождением подобные секты на Западе и на Востоке, вне всякой прямой с ними связи. Более основательным можно признать среднее мнение, по которому дуалистическое воззрение Х. могло образоваться под влиянием языческих верований наших предков, не расставшихся еще с ними в момент появления у нас этой секты, а отчасти под влиянием богомильских идей, распространявшихся у нас через апокрифическую письменность. Хлыстовское учение о предсуществовании душ и о душепереселении могло быть заимствовано из языческих верований наших предков, учение о перевоплощениях Божества в человека — из мистико-пантеистического взгляда на Бога. Свойственное всем мистикам учение о непосредственном общении с Божеством может вести к мысли, что человек не только входит в это общение, но и принимает в себя Божество, обожествляется, становится сам Богом или Христом; а так как, по взгляду пантеистов, Божество разлито всюду, то с мистико-пантеистической точки зрения естественно появление одновременно многих христов. Что касается, наконец, хлыстовских радений, то они могли возникнуть у Χ. как под влиянием мистического экстаза, так и под влиянием таких языческих обрядов, как пляска и плескание руками. И языческие верования, и богомильские воззрения не целиком были пересажены в хлыстовство, а значительно переработаны. Еще более самобытность хлыстовства выразилась в учении о перевоплощениях Божества. В эпоху появления хлыстовства явились лица мистического направления. Будучи недовольны существующим церковным строем, они, отдалившись от представителей Церкви, заговорили, что можно обходиться без таинств, без руководства архиереев и попов, что нас может спасать непосредственно Сам Бог, что Христос может входить с нами в общение, может даже вселяться в нас. Так могло зародиться учение о воплощении Христа. В эти же первые моменты зарождения хлыстовства выступило и многое, привившееся к народному духу под влиянием языческих верований и богомильских воззрений. Причинами появления хлыстовства были крайне обрядовая религиозность и соединяющееся с нею формальное отношение к богослужению, а затем общественные и бытовые условия жизни русского народа. На распространение хлыстовства влияли также воздержание сектантов от спиртных напитков, равенство всех сектантов между собой по общественному положению, возможность для каждого получить звание пророка и даже христа, широкое развитие среди хлыстов взаимопомощи и широкая, вообще, благотворительность сектантов, направляемая прежде всего на своих единоверцев и потом уже на православных соседей, с исключительной целью привлечения последних в свою общину, и наконец, особенно пленительные для простецов хлыстовские собрания с радениями и пением роспевцев. Иногда даже особые взгляды Х. на отношения между полами способствуют распространению секты среди таких лиц, которые не хотят связывать себя постоянными спутниками или спутницами жизни или желают избавиться от немилых супругов и супруг.

Первоначальная история и распространение секты Х. Название «хлысты» или произошло от одного из религиозных обрядов этих сектантов, при совершении которого они хлещут, бьют себя по телу жгутами, прутьями и т. п., или же есть искаженное произношение «христовщина»; а христовщиной эта секта называлась потому, что она управляется христами. Х. никогда сами не называют себя хлыстами и не любят, когда их называют этим именем другие, считая его для себя позорным и обидным. Сами себя Х. называют людьми Божиими, в которых за их богоугодную жизнь обитает Бог [Своему обществу хлысты дают также различные мистические и символические названия. Оно называется у них «садом зеленым», «большим, царским», который насадил «сам батюшка» и для которого избрал «кипарисовые древа», «большим деревом», в ветвях которого скрываются они — хлысты, «божьи птички», «девственной девой», «духовным царством», в котором обитает вся Троица, и др.]. Под этим названием секта хлыстов известна и в литературе. Кроме того, Х. известны еще под названиями богомолов (в Воронежской и Симбирской губ.), лядов (в Костромской губ.), кантовщиков и сладкоедцев (в Казанской губ.), монтанов (в Самарской губ.), шалопутов (в Ставропольской, Екатеринославской и Херсонской губ.), духовных христиан, самообожателей, ханжей, купидонов, братьев корабельщиков, вертунов, баклушников и др. Появление этой секты большинство ученых относит к 1645 г. (другие — к 1631 г.) и основателем ее называют костромского уроженца Данила Филиппова (см. соотв. статью), первого хлыстовского «Саваофа». Теперешние русские Х. не знают истории своей секты, ни ее основателя; двенадцать пунктов учения им известны и пользуются у них значением «заповедей», или «закона Божия». Последняя заповедь («Святому духу верьте») у Х. есть самая главная. Через несколько лет после начала своей проповеди Данила Филиппов одного из своих последователей, крестьянина Владимирской губернии Ивана Тимофеевича Суслова (см. соотв. статью), назвал своим сыном, т. е. сыном Божиим, Христом. Лжехристос Суслов завел себе богородицу и 12 апостолов и в сопровождении них распространял свое учение во Владимирской, Костромской и Нижегородской губ. После Суслова христом объявил себя стрелец Прокопий Лупкин, проживавший в Нижнем Новгороде. Жену свою Акулину Ивановну он назвал богородицей. Свое учение Лупкин распространял сначала в Нижегородской и Ярославской губ., а потом в Москве. Лупкин пользовался таким же почитанием, как и Суслов. Ему навстречу кричали: «Царь, царь!», крестились на него, кланялись ему в ноги и целовали руку. Хлыстовщина продолжала распространяться в московских монастырях. Жена Лупкина утверждала хлыстовство в женском Ивановском монастыре, где после нее явилась новая богородица, инокиня Анастасия. Лупкин умер в 1732 г. В 1733 г. возникло в Москве первое следственное дело о хлыстах, к которому было привлечено 78 человек. Из них трое — инокиня Ивановского м-ря Анастасия, иеромонахи Тихон и Филарет — были казнены отсечением голов, а другие разосланы в отдаленные монастыри. В 1739 г. памятники над могилами Суслова и Лупкина были разрушены, трупы их вырыты из земли, сожжены, и пепел развеян по воздуху. В 1740 г. в Москве явился новый христос, крестьянин Андрей Петров. В его доме, находившемся у Сухаревой башни, происходили многолюдные собрания хлыстов. Андрей Петров принял на себя маску юродства, сделался молчальником и что-то прозревал в будущем. Скоро о нем заговорили в Москве, как о «блаженном юроде», «без слов предсказывающем будущее». К дому у Сухаревой башни стали стекаться не только простые, но и знатные люди, чтобы увидеть блаженного и получить от него предсказание. Сам Андрей Петров посещал дома графа Шереметева, княгини Черкасской и других. Под его влиянием хлыстовство распространилось в нескольких монастырях и в среде белого духовенства. Бежавшие из Москвы во время следствия 1733—34 гг. Х. распространяли секту в Нижегородской, Ярославской, Владимирской, Костромской, Рязанской, Тверской, Симбирской, Пензенской и Вологодской губ. и в Петербурге. В 1745 г. возникло второе следственное дело о Х., продолжавшееся до 1752 г. К следствию было привлечено 416 человек, в том числе священники, монахи, монахини. Из них многие были сосланы на разные тяжкие работы, другие отправлены в дальние монастыри или препровождены на прежнее местожительство. Вследствие появления скопчества во второй половине XVIII стол. хлыстовщина как бы сузилась в своем объеме и стала менее заметной, но не заглохла. Особенно успешно распространялась секта в царствование императора Александра I, благоприятное для процветания мистических идей [В начале XIX стол. мистическое направление, близкое к хлыстовству, нашло себе последователей, в высшем обществе (см. Татаринова), но без основного догмата хлыстовства — человекообожания.]. Из проповедников хлыстовства в XIX ст. наиболее известны были: в Тамбовской губ. лжехристос Аввакум Копылов, живший в начале столетия, и его преемники — сын его Филипп и работник Перфил (Порфирий) Катасонов; в Нижегородской губ. лжепророк В. Радаев, проповедовавший в Арзамасском у. в 40-х годах. Во второй половине того же столетия хлыстовство с особенной силой стало распространяться на юге России, преимущественно на Кавказе, куда секта Х. занесена была из Тамбовской губ. в 40-х годах XIX в. О процветании хлыстовства на Кавказе более всех позаботился Катасонов, присылавший туда ревностных пропагандистов секты. По приговору саратовского окружного суда Катасонов сослан был в Закавказский край (ум. на Кавказе в 70-х годах). Личным своим присутствием он еще более содействовал успешному распространению хлыстовства на Кавказе и в Закавказье. Оттуда секта быстро стала распространяться в смежных местностях. До самого последнего времени во главе хлыстовских общин всего Черноморья (Кубань, часть Ставропольской губ., Донской обл. и др.) и Екатеринославской губ. стоял мещанин Роман Лихачев, а во главе общин Терской обл. и Закавказья — мещанин Петр Лордугин (ум. в 1890 г.). Недавно Тарусское хлыстовское дело (1893—1895 гг.) открыло много Х. в Калужской губ. В позднейшее время значительно усилилось хлыстовство в Оренбургской и Самарской губ. В Оренбурге в самом конце ΧIΧ в. главарями хлыстовства были лжепророк Осип Дурманов, в 1892 г. сосланный на Кавказ, а после него два брата, Иван и Семен Утицкие, из которых каждый называл себя христом. Хлыстовство существует в настоящее время в губерниях: Московской, Рязанской, Тульской, Калужской, Ярославской, Владимирской, Орловской, Тамбовской, Пензенской, Нижегородской, Казанской, Симбирской, Самарской, Саратовской, Астраханской, Вятской, Оренбургской, Воронежской, Бессарабской, Екатеринославской, Ставропольской, Таврической, Херсонской, Киевской, Подольской, Полтавской и Харьковской, в областях Донской и Терской и в Закавказье.

Учение хлыстов. Х. учат, что существуют небо и земля, мир духовный и мир материальный. Небес семь. На седьмом небе обитают Святая Троица, Богородица, архангелы, ангелы и святые угодники. Что такое Троица, архангелы и ангелы, Х. не разъясняют. Можно думать, что под этими названиями они разумеют не лица, а только нравственные свойства, различные проявления одного и того же божественного существа. С этим пантеистическим взглядом у Х. соединяется учение о воплощениях Божества в человека, раскрываемое у них с особенной подробностью. По учению Х., Бог может воплощаться в людей неопределенное количество раз, смотря по надобности и нравственному достоинству людей. В Даниле Филиппове воплотился Бог Отец «Саваоф», в Суслове, Лупкине и других — Сын Божий, Христос; на многих «накатывает» Дух, Бог. Воплощения Божества в человека идут непрерывно: за одним христом является другой. Воплощение христа может совершаться путем естественной передачи христом своего духа сыну своему по плоти; но чаще воплощение христа достигается хлыстом через продолжительный пост, молитву и добрые дела в хлыстовском смысле. История этих христов похожа одна на другую. В то время, когда она оканчивается в одном человеке, в том же порядке и в таких же обнаружениях она начинается и продолжается в другом. В одном хлыстовском стихе читаем:

Он (т. е. Христос) пречистой своей плоти подвиг земной кончил;

А в других плотях избранных он еще кончает,

А в иных плотях избранных он еще начинает.

Бог тогда христа рождает,

Когда все в нем умирает.

Таким образом, одновременно может быть несколько христов, между которыми иногда происходит спор о том, кто больше. Один говорит: «Я бог велик»; «А я больше тебя», — утверждает другой. Чтобы решить спор, один другому дает пощечину; кто равнодушно вынесет ее, подставив и другую ланиту, тому и приписывается большее божество: смиренным-де дается благодать. Также и богородиц, по учению Х., может быть и бывает много. Отсюда вытекает взгляд на Иисуса Христа и возвещенное Им откровение. Иисус Христос не есть Ипостасный Сын Божий, единственный Искупитель мира: это — один из христов, в котором пребывало божество, как пребывает и в последующих христах . Поэтому и в православных церквах поется: «Христос рождается», а не родился. Иисус Христос, следовательно, был обыкновенный человек, родившийся естественным порядком от Марии Девы. Чудеса Его, описанные в Евангелии, по мнению Х., нужно понимать духовно. Если И. Христос исцелял больных, воскрешал мертвых, то это значит, что Он научал людей добродетельной жизни. Лазарь был мертв, т. е. он жил греховно, не по учению Христа; воскрешение его Христом состояло в научении жить добродетельно. Умер И. Христос обычной смертью, как умирают и хлыстовские христы; тело его схоронено в Иерусалиме и доднесь лежит в земле. Евангельское сказание о воскресении И. Христа сектанты разумеют так, что Христос воскрес от греховной жизни, или так, что Христос духом не умер, не покинул навсегда землю, а вселяется в другие плоти. Настоящее воскресение И. Христа, по мнению Х., случилось после сорокадневного Его поста. Когда Иисус постился 40 дней, то Он взалкал, т. е., как говорят Х., изнемог, ослабел, казался мертвым, но духом Своим победил эту смерть и ожил, после чего к Нему приступили ангелы (т. е. его избранные) и стали служить Ему, как воскресшему из мертвых. Так же воскресают и хлыстовские христы. Свящ. Писание Ветхого и Нового Завета не считается у Х. за неизменное божественное откровение, однажды навсегда данное от Бога людям. Откровение, возвещенное Иисусом Христом и заключенное в Свящ. Писании, имело обязательное значение только для того времени, когда Он жил. Теперь имеет значение учение христов и пророков, получаемое ими по непосредственному внушению и озарению от Св. Духа. Источником вероучения и нравоучения Х. считают это учение своих христов и пророков. Однако, Х. не прямо отвергают Библию. На радениях они иногда читают ее и в некоторых местах ее стараются находить оправдание своему учению. Это объясняется, с одной стороны, тем, что Библия, по мнению Х., как источник вероучения церкви ветхозаветной (т. е. православной), имеет преобразовательное значение для новозаветной церкви (т. е. для хлыстовского общества), а с другой — тем, что на радениях их иногда присутствуют лица, не вполне посвященные в тайны хлыстовского учения, которых можно было бы оттолкнуть прямым отрицанием Библии. Признавая православную церковь ветхозаветной, внешней, плотской, Х. считают свое общество церковью истинной, внутренней, духовной. Таинства православной церкви преобразуют хлыстовские радения. Уставы и обряды православной церкви имеют значение только для несовершенных, не постигших истины. По мнению Х., в их обществе постоянно присутствует Дух Святый, сообщающий им особенные, чрезвычайные дарования: иному дается дар пророчества, иному дар языков. Считая посещение православных храмов и участие в таинствах православной церкви делом безразличным, Х., однако, не только не воспрещают, но даже советуют наружно принадлежать к православной церкви и оказывать усердие к храмам. Х. почти всегда первыми являются на церковные богослужения и вечерние собеседования в церквах; когда на этих собеседованиях священник заводит речь о мерзостях хлыстовства, Х. первые начинают вздыхать и возмущаться этими мерзостями. Все это делается только для избежания подозрения в принадлежности к секте. На самом деле Х. относятся к православной церкви не только холодно, но и враждебно. Иногда Х. заповедуют почитать иереев и весь причт церковный любить, потому что они — служители Бога Вышнего (последнее говорится тем, которые еще не вполне посвящены в тайны хлыстовства); но в душе они питают к ним совсем другие чувства. По мнению Х., православные — неверный народ, злые люди, хищники; духовные лица — это черные враны, кровожадные звери, волки злые, безбожные иудеи, злые фарисеи и даже «сопатые ослы». Х. учат о предсуществовании душ, говоря, что последние сотворены отдельно от тел и гораздо ранее их, но когда и как — этого Х. не объясняют. На вопрос следователя одной хлыстовской богородице: кто она и сколько ей лет? — хлыстовка ответила: «Прежде, пока я не родилась, не знаю, какое было мое имя; об этом мне не открыто свыше; мне 64 года, но только по плоти; духовных же лет я не знаю, может тысяча, а может и больше». С учением о предсуществовании душ у Х. связывается учение о душепереселении. Душа человека после его смерти становится ангелом, если жила в хлысте, исполнявшем хлыстовские заповеди. При неисполнении хлыстом заповедей она переходит в животных, соответствующих ее настроению и наклонностям, или в младенца, существо нечистое, пока он не сделается хлыстом. Души людей, живущих в браке, переходят в свиней. Путем переходов душа постепенно очищается, пока наконец не попадет в тело хлыста, в котором совершенно очистится и по смерти которого перейдет в общество ангелов. Если после неоднократных переселений в тела животного и людей душа не очищается и не попадает в хлыста, то она переходит в число диаволов и идет на вечную муку. В основе нравственного учения Х. лежит дуалистическое воззрение, по которому дух есть начало доброе, а тело — начало злое. Естественные потребности телесной природы должны быть умерщвляемы, чтобы душа могла беспрепятственно достигнуть своего назначения. Первый человек Адам согрешил именно угождением плоти: он впал в грех супружества. С женой следует жить, как с сестрой; не должно почитать плотских родителей. Детей, рожденных от церковного брака, Х. называют утехой сатаны, щенятами, грешками и пр. Отвергая церковный брак, Х. имеют духовных жен, которые даются им христами или пророками на радениях, якобы для забот о хранении целомудрия этими женами. Плотские связи между духовным мужем и женой, по учению Х., не составляют греха, ибо здесь проявляется уже не плоть, а духовная «Христова» любовь. Иметь связи с чужими женами, значит «любовь иметь, что голубь с голубкою». Поэтому Х., не терпя брака, оправдывают внебрачные сношения. Х. стараются не иметь детей. В случае беременности хлыстовки принимают напиток из ртути, селитры, пороха и купороса, и этим вытравляют плод. Поэтому у многих Х. или совсем нет детей, или же последние родятся чрезвычайно редко. Вступающий в секту Х., если он женат, должен прекратить супружеские отношения, но без гласного расторжения брака. В настоящее время Х. допускают некоторое отступление от своих правил о браке; в Самарской губ., напр., есть новый тип Х., которые женятся, но жена у них играет только роль прислуги. Из понятия о необходимости умерщвлять плоть вытекает также хлыстовское учение о неупотреблении в пищу мяса и о воздержании от хмельного. То же значение имеют и радения, соединенные с самоистязаниями. Цель Х. — достижение полного бесстрастия и святости, когда человек умирает плотью и воскресает духом. Есть, говорят Х., смерть о Адаме и смерть о Христе. Первая есть смерть видимая, следствие греха; вторая есть смерть таинственная, состоящая в отвлечении мысли от всего внешнего, углублении в самого себя, постоянной духовной молитве, самоотверженной преданности воле Божией. Кто таинственно умрет, тот делается храмом Божьим, и Дух Божий живет в нем; ему, как праведнику, закон не лежит; он может творить чудеса и предсказывать будущее. Такой человек делается Сыном Божиим, новым Христом. Х. осуждают божбу, по большей части не курят, запрещают игру в карты, танцы, музыку и прочие увеселения. Будущая жизнь, по верованию Х., начнется страшным судом. Прежде всех явится Иван Тимофеевич Суслов. За его явлением раздастся «труба божия господа Саваофа Данилы Филипповича». Небеса, теперь видимые нами, распадутся, и явится новое небо. Жившие в дольних небесах люди таинственно воскреснут и направятся от востока к западу. Х., оставшиеся на земле, полетят по воздуху на облаках вслед за воскресшими. Первый сборный пункт назначается в Москве. Когда зазвонят в московский Царь-колокол, то по этому гласу все люди земного шара отправятся в Петербург, где произойдет страшный суд. Явится новое небо, а на этом небе пресветлый град Сион. Там праведные (т. е. сектанты) будут гулять в роскошных садах, хрустальных дворцах, одеваться в золотые ризы, есть сладкие яства, постоянно веселиться, спать на божественных постелях и т. п. В таком же чувственном виде представляются и мучения грешников (т. е. не сектантов), которые будут ужасны.

Управление и богослужебный культ хлыстов. Х., по степени их посвящения в тайны секты, делятся на три разряда: одни посещают только простые беседы Х., другие допускаются на обыкновенные радения, третьи производят годовые и чрезвычайные радения. Отдельные общины Х. называются «кораблями». Эти корабли совершенно независимы друг от друга. Во главе каждого стоит «кормщик», называемый также богом, христом, пророком, апостолом и т. п. Каждый кормщик в своем корабле пользуется неограниченной властью и громадным уважением. Бывает еще «кормщица», которая называется также «восприемницей, пророчицей, богородицей, матушкой» и т. п. Кормщица, преимущественно, руководит радениями. С кормщиком она разделяет труды управления общиной, а в случае его смерти остается единственной управительницей корабля. Кормщица воспитывает нескольких молодых девушек, которые в собраниях могли бы вдохновляться и пророчествовать, а в случае ее смерти занять ее место. Кормщик корабля иногда имеет помощника, а кормщица — помощницу. Каждый корабль имеет своих ангелов, архангелов, апостолов, евангелистов, проповедников, пророков и пророчиц. Местом собраний Х., которое называется «Сионскою горницей», «Иерусалимом», «домом Давидовым», служат или подземелья, или здания, выстроенные где-нибудь во дворе, на огороде, в саду, а иногда и обыкновенные жилые помещения. Во время молений ставни закрыты; к окнам внутри прикладываются иногда тюфяки, чтобы заглушить звуки радений, а у дверей, обыкновенно, стоит караул. На стенах комнаты, где совершаются моления, висят иногда картины аллегорического характера, например распятие плоти, в виде распятого монаха. Встречаются и иконы — по большей части Иисуса Христа в белой одежде на суде у Каиафы, Спасителя в кругу ангелов, Пресвятой Богородицы, Николая Чудотворца. Православное почитание св. икон хлысты считают, однако, идолопоклонством. Временем собраний бывает большей частью ночь под праздники православной церкви, а иногда особые дни. К последним относится так называемое «годовое радение», которое происходит в один из длиннейших июньских дней. Сюда же относятся дни, в которые случилось что-нибудь важное в жизни Данилы Филипповича и Ивана Суслова. Собрания сектантов происходят также во дни избрания кормщика и кормщицы, принятия нового члена в общество, приезда каких-либо известных сектантов. Явившись на собрания, мужчины надевают белую коленкоровую или холщовую рубашку с широкими рукавами, простирающуюся до крайних оконечностей ног. Рубашка эта носит специальное название «радельной»; называется она еще «мантией», «парусом», «белою ризою». Женщины сверх рубашки надевают белый сарафан или белую юбку, а голову повязывают белым платком с красными или иного цвета крапинками. В правую руку мужчины и женщины берут зажженную восковую свечу, а в левую — белый с крапинками платок, называемый «покровом», «крылом архангела». Обыкновенно, сектанты во время молений остаются босыми. Богослужение Х. бывает различно, смотря по тому, присутствуют ли на собрании посторонние лица или только одни сектанты. В первом случае происходит простая беседа; читают Св. Писание, творения св. отцов, жития святых и разные богослужебные книги. Чтение это сопровождается толкованием. Поют, обыкновенно, церковные песни или псалмы, а иногда и народные стихи; говорят поучения, проникнутые мыслями о самоотвержении, воздержании, целомудрии, суетности мирских удовольствий и т. д. Когда на собрании присутствуют одни сектанты, то в состав богослужения входят кружение или беганье, называемое «радением», пророчества и пение духовных роспевцев. Радение бывает одиночное, в схватку (мужчина с женщиной), стенкой (составляется круг, каждый член которого прыгает в такт, махая руками), в расходку, иначе называемое крестное, или Петров крест (четыре, шесть, восемь или более человек становятся крестообразно и перебегают в противоположные стороны), корабельное, или Давидово (беганье одного за другим), круговое, или хороводное (беганье друг за другом от передней к задней стене), радение на кругу в собств. смысле. При последнем иные трясутся, ломаются, как бесноватые, бьют себя в грудь, рвут волосы на голове, приседают к земле и снова вспрыгивают. Все кричат: «Ой, дух! Ой, бог! Царь бог! Царь дух!» Продолжается это радение до тех пор, пока силы радеющих окончательно не истощатся; обессиленные, они падают на землю. Кружение и беганье Х. основывают на примере пророка Давида, который скакал и играл пред св. ковчегом. В радениях, по учению Х., умерщвляются плотские страсти, и душа радельщика возвышается к миру горнему; он всей душой желает «в небо улететь» и оттуда «птицу райскую сманить», т. е. привлечь к себе благодать Святого Духа. Пророчества произносятся во время радений, в состоянии совершенного умоисступления. Они относятся или ко всем членам корабля, или отдельно к кому-либо. В них или раскрывается сектантское учение и порицается православная церковь, или дается утешение и ободрение сектантам, или обличается отступление от сектантского учения, или предсказывается будущее. Они имеют большей частью самый неопределенный характер и могут быть толкуемы на разные лады, сообразно с обстоятельствами. Тарусское дело о Х. показало, что в некоторых кораблях пророчество теперь произносится после общего радения стенкой, в более или менее нормальном состоянии, обдуманно и с известной целью. Роспевцы — большей частью произведения самих хлыстовских пророков. Пением роспевцев у хлыстов радение начинается, сопровождается и нередко оканчивается. Во время годового радения в некоторых кораблях посреди комнаты ставится чан с водой, освещенный восковыми свечами. Когда вода в чане заколеблется, то все, став на колени, видят над чаном туман, а в тумане младенца (Иисуса), которому и поклоняются. Во время радения по случаю несчастья или желания узнать будущее каждый радельщик ударяет стоящего перед ним, приговаривая:

«Хлыщу, хлыщу, Христа ищу.

Сниде к нам, Христе, со седьмого небесе,

Походи с нами, Христе, во святом кругу,

Сокати с небесе, сударь Дух Святый!»

Когда заметят колыхание воды в чане, все сектанты моментально падают на пол и слышат, будто бы, из-под чана какой-то глухой голос. Этот голос и толкуют впоследствии пророки и пророчицы. Иногда во время радений Х. причащаются кусками хлеба и водой или квасом, а в новейшее время — также изюмом и другими способами. Иногда при богослужении Х. совершается обряд принятия в секту, называемый «приводом»: поступающий в секту клянется хранить тайну хлыстовского учения, не объявлять ее ни отцу, ни матери, ни отцу духовному, ни другу мирскому, хотя бы пришлось за это принять кнут, огонь и топор. Существует мнение, что между Х. распространен так называемый свальный грех, т. е. общий разврат всего корабля.

Деление хлыстовства на толки. Вследствие разнообразия во взглядах различных общин, происшедшего, главным образом, от различия в учении лжепророков, а также вследствие влияния рационалистических сект (молоканства и, особенно, штундизма), в некоторых губерниях в среде Х. замечается в последнее время дробление на отдельные толки. Между Х. Тарусского уезда одни едят мясо, другие не едят; одни курят табак, другие — нет; у одних бывают «настоятели-батюшки», у других — «девки-учительницы». В губ. Оренбургской и Самарской, кроме старохлыстовства, существует особый толк хлыстовства, известный под именем дурмановщины. Главная особенность в учении Дурманова состояла в том, что, по его мнению, каждый хлыст непременно должен иметь духовную жену. В Кубанской области существует новохлыстовщина, последователи которой отвергают основной хлыстовский догмат о перевоплощении Христа. Особенно заметно деление хлыстовства на толки в Самарской губ., где существуют в настоящее время следующие хлыстовские толки: старое и новое хлыстовство, мормоны, беседники, паниашковцы и телеши. Новое хлыстовство, появившееся в 30-х годах XIX столетия, отличается от старого тем, что последователи его вступают в браки, имеют детей, но жен своих держат в крайне приниженном положении, как прислугу. Сами себя эти сектанты именуют «познанниками Божиими», или «серыми голубями». Секта мормонов, появившаяся в конце 40-х годов, имеет два вида — собственно мормоны (в Николаевском и Бузулукском уездах) и методисты (в Новоузенском уезде). Приняв, в главных чертах, учение Х., мормоны допускают многоженство, освящая его именем духовного брака. Х.-беседники, появившиеся в 30-х годах прошлого столетия, имеют монастырское устройство, носят темное платье, живут, обыкновенно, большими общинами, причем над женщинами настоятельствует мужчина, а над мужчинами — женщина. К церкви православной эти Х. стараются быть усердными. Радения у них совершаются редко; обычные моления называются беседками. Паниашковцы и телеши представляют разновидность беседничества, с той особенностью, что паниашковцы в числе способов к удалению из плоти злого начала (диавола, беса) практикуют громкое испускание газов, а телеши, уподобляя себя Адаму и Еве в раю, во время радений ходят нагими. В появившейся в 45—50-х годах XIX столетия в Таврической губ. «марьяновщине», или марьяновской секте, видят смесь воззрений молоканства и хлыстовства. В Херсонской губернии, кроме чистых Х., есть, так называемые, штундо-Х., совратившиеся из хлыстовщины в штундизм или обратно. Из штундизма штундо-Х. удерживают все отрицательное, а из хлыстовства — главным образом культ радений и пророчеств. Свое вероучение они исповедуют открыто, чем отличаются от обыкновенных Х.

Литература. До 60-х гг. XIX ст. в русской литературе встречаются только скудные сведения о хлыстовской секте. В первый раз имя «христовщины» или «хлыстовщины» упоминается в «Розыске» св. Дмитрия Ростовского. Записка священника села Забельни, Калужской губ., Сергеева: «Изъяснение раскола, именуемого хлыстовщина, или христовщина» представленная в 1809 г. в св. синод, а также «Открытие тайностей, или обличение ереси скопцов» архим. Досифея и «Краткое обозрение существующих в России расколов, сект и ересей» Липранди появились в печати лишь в позднейшее время. Имя «хлыстовщина» встречается в соч. Надеждина: «О скопческой ереси», изд. в 1845. г. Упоминая о Х., Надеждин ограничивается кратким указанием на сущность догматического учения Х. Статьи И. Добротворского («Православный Собеседник» за 1858 г., ч. 1 и 2 и за 1860 г., ч. 3) были первым опытом исследования хлыстовщины. Мельников, в своем романе «На горах», сообщает очень много сведений о внутренней жизни Х. Захер-Мазох заимствует сюжет своей повести «Пророчица» из быта тарговицких Х. и сообщает много данных о том важном значении, какое имеют пророчицы и богородицы в хлыстовских кораблях («Нива», 1880, №№ 3, 4, 5 и сл.). Полная русская литература о Х. до 1882 г. приведена в исследовании К. Кутепова, «Секты Х. и скопцов» (Казань, 1882; 2 изд. Ставрополь, 1900). Затем следуют: свящ. А. Рождественский, «Хлыстовщина и скопчество в России» (М., 1882), А. Дородницын, «Секта шалопутов» (М., 1889); его же, «Шалопутская община» (М., 1891); Η. Кутепов, «Из современной жизни Х., или шалопутов» («Православный Собеседник», 1883, т. 2); Г. Панов, «О Х. и скопцах и их лжеучении» («Душеполезное Чтение», 1889, № 7); «Х. и хлыстовские радения» («Странник», 1894, № 4); свящ. Д. Сперанский, «Хлыстовщина — одна из мистических русских сект» («Странник», 1895, тт. 1 и 2); И. Корнеенко, «К вопросу о происхождении секты людей Божиих» («Вера и Разум», 1896, т. 2, ч. 2); П. Добромыслов, «Несколько слов о современной хлыстовщине» (по поводу тарусского дела о Х. — в «Миссионерском Сборнике», 1895, №№ 2, 3, 4 и 6); свящ. Ε. Капралов, «Очерки вероучения северно-кавказских шалопутов» («Миссионерское Обозрение», 1896, ноябрь, кн. 1; декабрь; 1898, октябрь); В. М. Скворцов, «Деяния 3-го всероссийского миссионерского съезда в Казани» (Киев, 1897); М. Макаровский и П. Добромыслов, «Третий всероссийский миссионерский съезд в г. Казани» (Рязань, 1898); Н. Ивановский, «Секта Х. в ее истории и современном состоянии» (Киев. 1898); его же, «Тамбовские Х.» («Миссионерское Обозр.», 1900, янв); свящ. В. Ремеров, «Веро-нравоучение и характер радений Х. центральной России» (ib., 1900, апрель, июнь, июль — авг.); свящ. К. Попов, «Похождения Алеши Щетинина, хлыстовского лжехриста» (ib., 1898, февраль, апрель и июнь); прот. Т. Буткевич, «Секта Х.» (ib., 1901, ноябрь и в журн. «Вера и Разум» за 1901 г., № 19, отд. церк.); М. Кальнев, «Православный миссионер на радении у Х.» («Миссион. Обозрение», 1899, сентябрь — ноябрь); В. Поликарпов, "О секте «богомолов», (ib., 1897, июнь, кн. 1; о той же секте в «Миссионерском Сборнике», 1898, № 2); «Способы опознания в приходе Х. и скопцов» («Миссион. Обозрение», 1900, февраль); В. Скворцов, «Кассационное решение правит. сената по делу о тарусских хлыстах и новое направление в мистическом сектантстве» (ib., март — апрель, кн. 3); М. Кальнев, «Х. Херсонской губ.» (ib., 1901, июнь; ср. май, стр. 603 — 605); «Оренбургские Х» (ib., 1897, июль, кн. 1); Н. Ивановский, «Судебная экспертиза по делу об оренбургских Х.» (ib., 1898, сентябрь); И. Смолин, «Современная поволжская хлыстовщина» (ib., 1899, май); И. Айвазов, «Тамбовские постники» (ib., 1901, февраль). Η. Ивановский, «Новые обычаи Х.» («Церк. Вед.», 1897, № 28); его же, «Чиноприем в секту у современных Х. и некоторые бытовые их черты» («Миссион. Обозр.», 1896, ноябрь, кн. 1). О современном состоянии хлыстовщины см. «Миссионерское Обозрение» (1897, июль, кн. 1; 1898, май, ноябрь; 1899, март; 1900, апрель, май, июль — август; 1901, апрель); «Хлыстовство и шалопутство» (ib., 1897, сентябрь — октябрь, кн.1); М. Кальнев, «Новохлысты Кубанской области» (ib., 1896, февраль, кн. 1; апрель, кн. 1); H. Ивановский, «Зарождение новой секты («мормоны»)» в «Церковн. Ведомостях» (1895, № 37); свящ. А. Матюшинский, «Секта мормонов в Самарской губ.» («Миссион. Обозрение», 1898, январь); П. Добромыслов, "Секта «паниашковцев» («Миссион. Сборник», 1896, № 1; о той же секте см. «Миссион. Обозр.», 1897, май, кн. 1); Пономарев, «Дурмановцы и Балабановцы» («Северный Вестник», 1886, № 3, отд. 2); свящ. М. Тифлов, «К характеристике современной хлыстовщины» («Миссионерское Обозрение», 1902, январь, февраль); прот. Н. Кутепов, «Разбор хлыстовских возражений против православного учения об Иисусе Христе» (ib., 1902, февраль, март); свящ. В. Барбарин, «Хлыстовщина. Разбор двенадцати заповедей основателя хлыстовщины Данилы Филипповича» (Рязань, 1899); свящ. А. Перевозовский, «О браке» (против Х., Ставрополь-Кавказский, 1895); свящ. Е. Кесарев, «Обличение хлыстовского лжемудрования о неядении мяса и неупотреблении вина» (Самара, 1901); Н. Ивановский, «Руководство по истории и обличению старообрядческого раскола с присоединением сведений о сектах рационалистических и мистических» (изд. 6, Казань, 1901); С. Маргаритов, «Руководство по истории и обличению русских рационалистических и мистических сект» (Кишинев, 1894); его же, «История русских рационалистических и мистических сект» (Кишинев, 1902); Геринг, «Die Sekten der russischen Kirche, 1003—1897» (Лпц., 1898); А. Порицмайер, «Die Gottesmenschen und die Skopzen in Russland» (B., 1883); его же, «Die neuere Lehre der russischen Gottesmenschen» (B., 1885); его же, «Die Gefühlsdichtungen der Chlysten» (B., 1885).

ЭСБЕ:Секты