ЭСБЕ/Туберкулез животных
Туберкулез животных — болезнь заразная, одинаково свойственная всем видам домашних животных и человеку, вызывается особой бациллой, известной под именем бациллы Коха. Т. самая страшная в смысле распространения, самая опасная в смысле неизлечимости эпизоотия: она свирепствует во всех странах мира, неуклонно прогрессируя в количестве своих жертв, причем вместе с миллионами голов скота она насчитывает множество жертв и среди людей, заражающихся от животных. Очень долго Т. животных оставался не выделенным в самостоятельную болезнь — его еще в начале минувшего столетия смешивали с повальным воспалением легких, с эхинококками легких, а Дюпюи считал возбудителями данной болезни особых паразитов, меняющих своих хозяев среди различных видов животного царства. Леннек первый пытался высказаться за специфичность находимых при вскрытии бугорков и за тождественность чахотки человека с чахоткой рогатого скота, известной также под именем «жемчужницы», но около 1850 г. этот взгляд был поколеблен работами немецких гистологов, которые доказывали, что между Т. животных и Т. человека ничего нет общего. Возник горячий научный спор с переменными колебаниями то в ту, то в другую сторону, пока он блестяще не был разрешен открытием Робертом Кохом туберкулезной бациллы (1882), одинаково встречающейся в бугорковых новообразованиях у туберкулезных животных и человека. Т. свойствен всем видам животных млекопитающих, но более всего заболеванию им подвержен рогатый скот, а затем свиньи. Часто наблюдается Т. у обезьян. Лошади заболевают им редко, точно так же верблюды и плотоядные. Все домашние птицы легко подвержены заболеванию Т. и последний часто принимает в птичниках характер эпизоотии. Более всего склонны к заболеванию куры, затем фазаны и утки. Эд. Нокар и Е. Лекленш дают следующую картину географического распространения Т. Во Франции Т. свирепствует во всех уголках и в некоторых местностях он свил себе гнезда с давних пор; в Шампани, Лотарингии и Бри смертность коров от Т. достигает 15—20%; в провинции Боос более 25% всего скота гибнет от него; в Бретани и Ниверне констатирование случаев Т. с каждым годом сильно возрастает, а в Высоких Вогезах от 30% до 40% коров заражено им. На юге Франции Т. распространен еще сильнее — в некоторых провинциях 50% всего скота поражено им; в Оверни и большей части Нормандии Т., напротив, встречается довольно редко. В Бельгии насчитывается 4% туберкулезных коров. В Швейцарии распространение Т. неравномерно: в Фрейбургском кантоне процент его невелик — 0,46%, а в окрестностях Женевы он поднимается до 50% для одних коров; средняя заболеваемость для данной страны определяется в 50%. В Германии очень много мест, где Т. стал вполне стационарной болезнью — в Пруссии им поражено 5% всех быков и 6 — 7% коров; в Вел. герц. Баденском найдено 1,72% туберкулезного скота, в герц. Рейсском 4%, в Баварии 7,9%, в Саксонии 8%. В Великобритании процент туберкулезного скота колеблется между 3% и 17%, в Дублине среди коров обнаружено 4,9% больных Т., в Дургаме 18,7%, в Йоркшире 22,8%, в молочных фермах Лондона 25%, Эдинбурга 26%. В Голландии Т. встречается чаще всего в районе роттердамских заводов, где он достигает 3,4%, а в некоторых округах он достигает 20%. В Дании средний процент туберкулезного скота — 6%, но в некоторых хозяйствах он возрастает до 75—90%. В Италии Т. распространен во всех провинциях, составляя в отдельных хозяйствах болезнь стационарную; на миланской бойне процент туберкулезных определяется в 10%. В Румынии Т. поражено 3%. В Сев. Африке Т. редко встречается среди туземных пород, чаще на ввозном скоте; в Египте процент туберкулезных достигает 3% для буйволов и быков. В Сев.-Амер. Соед. Штатах Т. распространен особенно в западной части, достигая 21%, а в отдельных случаях 98%. В Мексике процент туберкулезных определяется 34%, в Аргентине 10—15% среди улучшенных и 0,5% среди туземных пород. В Австралии — от 2% до 10—20%. В России T. значительно распространен во всех скотоводческих районах как среди культурных пород, так и у степного скота; в последнем случае очень долго держалось убеждение, что степной скот свободен от Т. Цифра туберкулезных определяется на бойнях следующим образом: в Москве 8,6%, Саратове 2%, Астрахани 2%, Смоленске 1,4%, Казани 1,3%, Либаве 1%. Что касается распределения Т. по отдельным губерниям, то статистика московских боен представляет это в таком виде: для Самарской губ. 15,98%, Кубанской обл. 9,4%, для Донской обл. 7,89%, Воронежской губ. 5.12%, Харьковской — 4,32%, Курской — 3,94%.

Среди свиней Т. распространен менее, а именно на различных бойнях он дал следующий процент: в Дрездене 3,36%, Карлсруэ 0,29, Лейпциге 2,7, Фрейбурге 0,2, Ростоке 1,7, Потсдаме 3 ¼, Аахене 1,6, Киле 6,27, Кенигсберге 3,91, Москве 4,38, Петербурге 0,2, Астрахани 0,6, Киеве 0,006. Представляя тождественную болезнь с Т. человека, Т. животных проявляется иногда по своим патологическим изменениям крайне оригинально, что давало повод выделять его в самостоятельное от бугорчатки заболевание. Такая форма особенно оригинальна в поражениях Т. плевры крупного рог. скота, известная под именем «жемчужницы». Оригинальность эта заключается в разращениях в виде гроздей, доходящих иногда до колоссальных размеров и состоящих из тех же бугорков, которые встречаются при туберкулезных поражениях других тканей и частей тела, но только в жемчужных бугорках сильно развита соединительная ткань, которая «замуравливает группы образующихся бугорков, и кроме того, бугорки жемчужных опухолей отличаются сильной склонностью к известковой импрегнации» (Мари). У крупного рог. скота Т. чаще всего локализируется в грудной полости: в легких, на плевре, в трахее и гортани. В первом случае главным признаком заболевания служит слабый, сухой, свистящий кашель с непродолжительными приступами, появляющийся от самых незначительных причин: от холодного воздуха, от пыли в корме, при водопое, при быстрых движениях; темп. тела остается нормальной, но иногда повышается на 1—1° совершенно неожиданно и держится на такой высоте 1—1 суток. Общее состояние у взрослых животных не меняется — они могут прибывать в весе, увеличивать удой, и беременные коровы дают живой, вполне развитый плод; выслушивание и выстукивание грудной полости ничего не дают; однако если процесс развивается быстро, то признаки заболевания резко сказываются на общем состоянии животных: они худеют, прекращают удой, шерсть взъерошивается, теряет блеск, кожа делается сухой, вялой, аппетит капризный, вкус порой извращен, и животные гложут стены, едят землю, навоз; процесс жвачки затягивается, становится неправильным; глаза тусклы, слизистые оболочки анемичны, дыхание учащается, кашель делается сильным, резким, чаще сухим, при давлении на межреберные промежутки или при ударах по грудной клетке животное жалобно мычит и начинает кашлять; перкуссия дает притупленный звук, выслушивание — ослабление дыхательных шумов; темп. постоянно повышена, достигая по вечерам до 40°, у некоторых же это повышение наблюдается периодически. Туберкулезный процесс развивается также в брюшной полости, поражая брюшину, лимфатические железы, печень, селезенку и кишечник, в половой сфере при этом необходимо отметить поражение вымени как наиболее опасное в смысле передачи заразы посредством молока; поражается вымя обыкновенно в каком-нибудь одном участке, чаще всего в одном из задних, и процесс выражается в появлении болезненной, разлитой или, наоборот, резко ограниченной опухоли, которая постепенно затвердевает и в ней можно прощупать твердое, как камень, гнездо; через месяц, приблизительно, молоко резко изменяется в своем составе — в нем много сыворотки, оно принимает желтый цвет. Туберкулезный процесс может развиться также в костях, суставах, на слизистых оболочках, на языке, в глазу, на коже, в мышцах. Т. у свиней развивается медленно и прежде всего поражает брюшные органы; признаки таковы: животное начинает худеть, становится скучным, теряет аппетит, слизистые оболочки бледнеют, появляется запор, метеоризм, колики и периодические поносы, живот отвисает и при исследовании его свинья выказывает боль; при исследовании можно прощупать объемистые, твердые и неровные опухоли — это увеличенные лимфатические железы брыжейки; с такими симптомами болезнь длится несколько месяцев, пока не наступит общее заражение, и тогда животное быстро гибнет. Бугорчатка легких у свиньи бывает редко как первичное заболевание. У собаки и кошки чаще всего Т. развивается в грудной и брюшной полостях. У птиц он поражает отдельные органы и локализируется на различных тканях; чаще всего Т. развивается у них на брюшных органах — печени и селезенке; легкие же поражаются в исключительных случаях. Точное распознавание Т. возможно: 1) путем микроскопического исследования патологических продуктов, 2) прививкой их другим животным и 3) посредством туберкулина. Туберкулин — стерилизованная глицериновая вытяжка культур бугорковых палочек, полученная впервые Р. Кохом; диагностическая ценность туберкулина основана на чувствительности организма, пораженного Т. даже в самой незначительной степени, к вспрыскиванию его, выражающейся повышением темп. на 1,5° и даже на 3°, при этом реакция начинается через 12—15 часов и держится темп. в течение нескольких часов; реакция сильнее выражается у животных с незначительными туберкулезными поражениями и, наоборот, она очень слаба у животных с сильно развитым процессом. Решающим, в диагностическом смысле, считается повышение темп. на 1,4°, а повышение менее чем на 0,8° не имеет значения; если же после вспрыскивания туберкулина темп. поднимается в пределах от 0,8° до 1,4°, то такое животное оставляется в подозрении и через месяц необходимо повторить туберкулинизацию; если животному регулярно каждый день или через день вводить туберкулин, то сила реакции слабеет, но это привыкание организма к туберкулину быстро проходит; взрослым впрыскивается от 3 до 5 куб. стм 10% раствора туберкулина, телятам 1—2 стм; впрыскивания нужно производить между 9 и 10 час. вечера, чтобы весь следующий день иметь в распоряжении для температурных наблюдений; впрыскивание туберкулина не имеет никакого вредного влияния на количество и качество молока, а равно и на процесс пищеварения. Заражение Т. происходит сравнительно трудно, так как требуется довольно продолжительное и близкое общение здоровых животных с туберкулезными, чтобы произошло заражение; но и этого одного общения бывает недостаточно — многие туберкулезные животные могут в течение многих месяцев стоять со здоровыми в одном помещении и не передать им инфекции, например при Т. серозных оболочек, когда нет никаких заразительных продуктов; если же последние имеются и ими загрязняется помещение, то риск заболевания громаден: мокрота туберкулезных животных загрязняет пищу, корыто, колоды, соломенную подстилку и здоровые животные проглатывают туберкулезные бациллы с кормом, водой, вдыхают их распыленными в воздухе хлева. Развитие и вообще проявление инфекции совершается не тотчас после ее вступления в организм, а животное 3—6 месяцев остается совершенно здоровым настолько, что не реагирует на туберкулин. На пастбищах заражение происходит более затруднительно благодаря отсутствию тесного общения животных, а также неблагоприятным для развития бациллы условиям. Необходимым условием заражения является передача живого контагия. Распространению заразы много способствует скототорговля, когда одно больное животное, перегоняемое из хозяйства в хозяйство, может занести инфекцию в несколько мест. Свиньям зараза передается или путем непосредственного общения больных с здоровыми, или при скармливании заразительных продуктов, например, отбросов с боен, маслобоен, молочных. Собаки и кошки заражаются посредством пищи — через туберкулезное молоко, мясо, а также зарегистрировано много случаев заражения комнатных собак и кошек от чахоточных людей. Птицы заражаются главным образом через корм, причем достаточно появиться в птичнике одной больной, чтобы последний поголовно был заражен, так как испражнения, кишащие бациллами, попадают на землю и в воду, загрязняя таким образом корм и питье. Заражение коз, овец и лошадей бывает очень редко и происходит в тех случаях, когда они находились очень долго в одном помещении с туберкулезными животными и питались с ними одним сеном, зараженным продуктами туберкулезных выделений. О лечении Т. животных не может быть и речи ввиду его полной безрезультатности, а потому все меры должны быть направлены на профилактику и на прекращение заразы в ее начальных очагах. Для этого прежде всего необходимо пользоваться туберкулином. Во всех хозяйствах, говорит Нокар, сколько бы голов рогатого скота ни было и для какой бы цели он ни предназначался, необходимо произвести испытания туберкулином, чтобы своевременно, пока еще зараза локализируется в одном — двух животных, изолировать больных, хотя бы все животные были на вид тучны и здоровы. Если получена реакция и, кроме того, у таких животных наблюдается кашель, отделение мокроты, уплотнение вымени, словом, появляются некоторые симптомы Т., то самое рациональное — постараться откормить таких животных и утилизировать их на мясо. Помещения, в которых находились туберкулезные животные, необходимо подвергнуть самой тщательной дезинфекции — пол и стены нужно старательно вымыть кипятком со щеткой или твердой метлой, а затем каким-нибудь антисептическим раствором: карболовой кислотой, креозином, лизолом в 4% растворах в кипящей воде; Хорошо также продезинфицировать парами серы; земляной пол срыть на l—1 вершка, все дыры и ямки внутри и снаружи стен необходимо замазать известкой. На всякое новое животное, попадающее в стадо, нужно смотреть как на подозрительное в отношении Т. и допускать следует только по предварительном испытании туберкулином. Далее, необходимо запретить выпускать животных на двор или поле, где разбросан навоз из зараженных хлевов, не поить из колод, из которых пили больные, не допускать в хлева чахоточных людей, чтобы они не заражали помещения мокротой. Все эти мероприятия, по заявлению ветеринарных авторитетов, могут дать благоприятные успехи только в точном и систематическом применении их в законодательном порядке. Прежде всего необходимо установить строгий ветеринарно-санитарный надзор за различного рода заведениями, содержащими много скота или утилизирующими его продукты, — за молочными фермами, экономиями, бойнями, маслобойнями, свинарнями, живодернями и пр., а затем установить обязательное убивание тех животных, у которых налицо все симптомы Т., с выдачей владельцам соответственного вознаграждения. Подобная борьба установлена в Дании, Англии и Америке. Что касается профилактики по отношению остальных животных, то она должна заключаться в следующем: свиней, заражающихся главным образом через пищеварительный канал, не следует кормить различного рода отбросами от туберкулезных животных, не стерилизовав предварительно эти отбросы; в остальном применяются те же меры, что и при Т. крупного рогатого скота; для лошадей, овец и коз, заражающихся главным образом при поедании сена, загрязненного туберкулезными выделениями, достаточно одного разобщения с больными животными, чтобы предохранить от заражения; кошек и собак не следует кормить сырым молоком и мясом, полученными от туберкулезных животных; при появлении туберкулеза в птичнике необходимо тотчас выделить всех больных, прирезать их, а помещение тщательно дезинфицировать. Во Франции законом 28 июня 1888 г. установлена регламентация Т., по которой при появлении болезни в хозяйстве организуется ветеринарный надзор над заболевшими животными, последние изолируются и передвижение их разрешается только на бойню, где скот убивается в присутствии ветеринара, составляющего на этот предмет протокол о найденном; мясо от туберкулезных больных не допускается в пищу: 3) если существует общая бугорчатка, 2) если местные туберкулезные изменения занимают большую часть какого-нибудь внутреннего органа или же бугорковые изменения появились на стенках брюшной или грудной полости; мясо от животных с подобными поражениями подлежит уничтожению. Кожи от туберкулезных животных допускаются к утилизации только после предварительной дезинфекции. Продажа молока от туберкулезных коров и употребление его в пищу безусловно воспрещается, а в хозяйстве его можно утилизировать в корм животным, но только в кипяченом виде. В Дании по закону 14 апреля 1893 г. воспрещается перегон скота, зараженного Т., на ярмарки, выставки, на чужие пастбища или на общие с другими хозяйствами выгоны; мясо от таких животных не допускается в пищу без особого на каждый раз разрешения ветеринарного надзора, под наблюдением которого убито животное; продажа молока от туберкулезных коров воспрещается как для употребления, так и для сыроварения и масла; кормить этим молоком животных можно, лишь вскипятив его. В России нет специальных ветеринарно-полицейских узаконений, регламентирующих борьбу с Т., и имеется единственное указание в общих «основных правилах для ветеринарно-полицейских действий при повальных болезнях на домашних животных», где в п. 2-м сказано: «животные, заболевшие… жемчужной болезнью (легочной чахоткой) не подлежат обязательному убиванию, а употребление всех продуктов их разрешается лишь для обработки». Только на бойнях крупных городов установлены местные обязательные постановления об изъятии туберкулезных туш или отдельных частей, пораженных данным процессом, из продуктов, поступающих в пищу населению, причем на некоторых установлено вознаграждение за уничтоженные туши и части. Не касаясь того, что эти немногие обязательные постановления отдельных городов не вносят сколько-нибудь определенной систематичной борьбы с Т., они страдают отсутствием единства во взглядах на опасность мяса, полученного от туберкулезных животных. Единственно, где начинают проглядывать намеки на противотуберкулезную борьбу, — это в земстве, которое с большей и большей настойчивостью заявляет о необходимости рациональной организации ветеринарного надзора за местным скотом, главным образом за экономиями, занимающимися выращиванием племенного скота, и уже многое сделали в этом направлении, так в настоящее время во многих земствах производится туберкулинизация скота, расширяющаяся с каждым годом, а отсюда явилась возможность определить главные очаги заразы в известном районе и составить более или менее определенное понятие о санитарном состоянии, по отношению Т., местного скота. К сожалению, отсутствие общего ветеринарно-санитарного закона не дает возможности придать данной борьбе характер обязательности. (Ср. Нокар и Лекленш, «Микробные болезни домашних животных»; Н. Мари, «Основы патолого-анатомической диагностики»).

Новейшие научные работы Р. Коха, с результатами которых он познакомил только что закрывшийся лондонский конгресс по борьбе с Т., поколебали многие, вполне установившиеся в научном отношении, теории в области некоторых существенных вопросов Т. Прежде всего Р. Кох занялся точным установлением вопроса: действительно ли возможно заражение человека бациллой Т., прошедшей через организм животного? В настоящее время общепринято положение, что человек может заражаться от туберкулезных животных, что это даже главнейший источник заражения и что потому на него должны быть направлены все меры борьбы с Т. Последние исследования Коха в этом отношении убедили его в совершенно противоположном. Спонтанически Т. наблюдается почти у всех животных и даже птиц, хотя птичий Т. настолько отличается от человеческого, что признать их идентичными ни в каком случае нельзя. Среди животных же только рогатый скот может служить источником заражения человека при посредстве молока и мяса больных животных, если человек действительно восприимчив к животному Т. Еще в первых своих работах по Т. Кох выражался с осторожностью относительно идентичности Т. рогатого скота и человека, так как не имел тогда достаточных оснований ни за, ни против, почему этот вопрос был у него под сомнением. Произведенные опыты на телятах, единственных животных, пригодных для исследования в этом направлении, дали поразительные результаты. Группа из девятнадцати телят, испытанная на туберкулине, была подвергнута заражению человеческим Т. Одни из них заражались чистой культурой, другие мокротами чахоточных; они получали подкожно, в перитонеум или в v. jugularis то чистую культуру, то мокроты. Шести животным давали в пищу мокроты чахоточных в течение 7—8 месяцев, а четырех заставляли вдыхать воздух, содержащий туберкулезные бациллы, что достигалось распылением воды с массой бацилл. Ни одно из этих животных не представляло никаких признаков заболевания, а наоборот, все увеличились в весе. Спустя 6—8 месяцев телята были вскрыты. В органах не было следов Т. Только в местах инъекций заражения обнаруживались небольшие гнойнички с незначительным содержанием туберкулезных бацилл, подобно тому, как это бывает при подкожной инъекции мертвых бактерий невосприимчивым животным. Следовательно, телята реагировали на заражение человеческим Т. как на заражение мертвыми бактериями, а потому они к человеческому организму невосприимчивы. Совершенно другой результат получился, когда вторая группа телят была заражена такими же способами, как и первая, но только бациллами Т. рогатого скота. После недельного уже инкубационного периода обнаружились сильнейшие туберкулезные поражения органов всех животных. Появилась высокая лихорадка. Несколько телят в течение 1—2 месяцев пали, а другие к концу 3-го месяца были убиты в состоянии полного истощения. По вскрытии в местах инъекций заразы, равно как в легких и селезенке была констатирована разлитая туберкулезная инфильтрация. Шесть свиней кормились ежедневно в течение 3 месяцев мокротами чахоточных, а шесть других свиней при равных условиях — бациллами Т. рогатого скота. Первые шесть свиней оставались совершенно здоровыми и увеличивались в весе, между тем как вторые шесть заболели, остановились в росте и половина из них пала. Спустя 3 месяца все пережившие животные были вскрыты. У свиней, кормившихся мокротами чахоточных, не было следов Т., если не считать найденных несколько узелков в шейных ганглиях и в одном случае грануляций в легком. У свиней же второй группы были обнаружены, как и в опыте с телятами, глубокие туберкулезные поражения с распространением их на легкие и селезенку. К таким же результатам, подтверждающим различие между Т. человека и рогатого скота, привели опыты, аналогичные вышеприведенным, над ослами, овцами и козами, которым в сосудистую систему были инъекцированы порознь два вида туберкулезной бациллы. Надо сказать, что эти опыты с их результатами не первые и не единственные. В этом отношении еще раньше Шаво, Гюнтер, Гармас, Боллингер и другие производили опыты кормления телят, свиней и коз туберкулезными органами, при чем результаты получались совершенно аналогичные с только что изложенными. Наконец, очень недавно в Сев. Америке Смит, Динвидди и Фротингем предпринимали сравнительные исследования Т. человека и рогатого скота и пришли к выводам вполне согласным с выводами Р. Коха. На основании всех этих данных нельзя не утверждать, говорит Р. Кох, что человеческий Т. отличен от Т. рогатого скота и не может передаваться животным. Вопрос о восприимчивости человека к Т. рогатого скота гораздо важнее вопроса о восприимчивости рогатого скота к Т. человека. К сожалению, на постановленный вопрос Кох не мог дать прямого ответа, так как на человеке экспериментировать нельзя. Косвенным же путем можно приблизиться к его разрешению. Известно, что молоко и масло, потребляемые в больших городах, содержат громадные количества живых туберкулезных бацилл, как то подтверждают точные исследования. Таким образом, жители городов потребляют ежедневно живые, вирулентные бациллы Т. рогатого скота. Если бы бацилла Т. рогатого скота была заразительна для человека, то были бы часты случаи заражения его через пищу, ее содержащую, среди населения больших городов, особенно среди детей. Многие врачи так и предполагают. В действительности же это не так. Утверждать Т. пищевого происхождения можно только в случаях первичного поражения кишечника Т., что встречается очень редко. Среди многочисленных случаев Т. Коху пришлось только два раза констатировать первичный кишечный Т. В одном из берлинских благотворительных госпиталей за пять лет было обнаружено при вскрытиях только 10 случаев первичного кишечного Т. В Императорском детском госпитале Багинский в 933 случаях Т. никогда не встречал кишечной его формы без совместного поражения легких и бронхиальных желез. Бидерт при 3104 вскрытиях туберкулезных детей наблюдал только 16 случаев первичного кишечного Т. До сих пор никто не мог утверждать в случаях кишечного Т. то или другое его происхождение. Теперь диагноз может быть установлен; необходимо только получить чистую культуру бациллы, найденной в туберкулезных органах, и убедиться в его происхождении заражением животного, для чего Кох рекомендует подкожные инъекции, которые и дают характерные результаты. В виду этого Р. Кох полагает, что случаи заражения человека Т. через молоко и мясо животных едва ли бывают чаще случаев наследственного Т., а потому нет нужды принимать какие бы то ни было меры в этом отношении. Единственным же главнейшим источником распространения Т. и заражения им служат, по мнению Р. Коха, мокроты чахоточных, на уничтожение которых и должны быть направлены все меры борьбы. Ср. «The Lancet», 1901.

ЭСБЕ:Болезни животных