Иванов (комедия, Чехов)/Действие 2

 Действие 2 

 Явление 1 

 (радостно). Душечка, Марфа Егоровна…

. Здравствуйте, Зинаида Саввишна… Честь имею вас поздравить с новорожденной…

Дай бог, чтоб…

. Благодарю вас, душечка, я так рада… Ну, как ваше здоровье?

. Очень вами благодарна. (Садится рядом на диван.) Здравствуйте, молодые люди…

 (смеется). Молодые люди… а вы разве старая?

 (вздыхая). Где уж нам в молодые лезть…

 (почтительно смеясь). Помилуйте, что вы…

. Одно только звание, что вдова, а вы любой девице можете десять очков вперед дать…

 (Гавриле). Что же ты так подаешь? Принес бы какого-нибудь варенья… кружовенного, что ли…

. Не беспокойтесь, очень вами благодарна…

. Вы, Марфа Егоровна, через Мушкино ехали?

. Нет, на Займище. Тут дорога лучше…

. Так-с…

. Два пики…

. Пас.

. Пас.

. Пас.

. Выигрышные билеты, душечка Зинаида Саввишна, опять пошли шибко в гору. Видано ли дело, первый заем стоит уж 270, а второй без малого 250… Никогда этого и не было…

 (вздыхает). Хорошо, у кого их много…

. Не скажите, душечка, хоть они и в большой цене, а держать в них капитал совсем невыгодно. Одна страховка сживет со света.

. Так-то так, а все-таки, моя милая, надеешься… (Вздыхает.) Бог милостив…

. По нынешнему времени, если рассуждать с точки зрения, куда ни сунься с капиталом, везде невыгодно. Процентные бумаги — грусть одна, а в оборот пущать — баба надвое сказала: того и гляди в трубу засвистишь. Я так понимаю, ежели который человек нажил капитал, тому самое лучшее дело — купить револьвер, выпалить и аминь… Потому с капиталом нынче одно горе…

 (вздыхает). Это верно…

 (соседке барышне). Один человек приходит к другому, видит — собака сидит. (Смеется.) Он и спрашивает: «Как зовут вашу собаку?» А тот и отвечает: «Каквас» (Хохочет.) Каквас… Понимаете… Как вас… (Конфузится.)

. У нас в городе при складе есть собака, так ту зовут Кабысдох…

. Как?

. Кабысдох.

. Два бубны.

. Пас.

. Пас.

. Пас.

 Явление 2 

 (выходя из правой двери с Лебедевым, тихо). Что уселся там? Примадонна какая… Сиди с гостями… (Садится на прежнее место.)

 (идя к крайнему креслу налево, зевает). Ох, грехи наши тяжкие… (Увидев Бабакину.) Батюшки, мармелад сидит!.. Рахат лукум!.. (Здоровается.) Как наше драгоценнейшее?..

. Очень вами благодарна…

. Ну слава богу, слава богу… (Садится в кресло.) Так, так… Гаврила!..

{{rem| подносит ему рюмку водки и стакан воды; он выпивает водку и запивает водой. ЪЪ

. На доброе здоровье…

. Какое уж тут доброе здоровье? Околеванца нет, и на том спасибо. (Жене.) Зюзюшка, а где же наша новорожденная?

 (плаксиво). Скажите мне, ради бога, ну за что мы остались без взятки? (Вскакивает.) Ну за что мы проиграли, черт меня подери совсем?..

 (вскакивает и сердито). А за то, что если ты, батюшка, не умеешь играть, так не садись… Какое ты имеешь полное право ходить в чужую масть? Вот и остался у тебя маринованный туз…

 (плачущим голосом). Позвольте, господа… У меня на бубнах: туз, король, дама, коронка сам-восемь, туз пик и одна, понимаете ли, одна маленькая червонка, а она, черт знает, не могла объявить маленький шлем!.. Я сказал — без козыря…

 (перебивая). Это я сказала — без козыря, ты сказал — два без козыря…

. Это возмутительно… Позвольте… у вас… у меня… у вас… (Лебедеву.) Да вы посудите, Павел Кириллыч… У меня на бубнах: туз, король, дама, коронка сам-восемь…

 (затыкает уши). Отстань, сделай милость, отстань…

 (кричит). Это я сказала — без козыря…

 (свирепо). Будь я подлец и анафема, если сяду еще когда-нибудь играть с этой севрюгой!.. (Быстро идет к террасе и останавливается около ломберного стола; Егорушке.) Сколько ты записал? что ты записал? Постой… 38 помножить на 8… это будет… восемью восемь… А, черт меня возьми!.. (Уходит в сад.)

. Уф… даже в жар от него бросило… Севрюга… Сам ты севрюга!..

. Да и вы, бабушка, сердитая…

 (увидев Бабакину, всплескивает руками). Ясочка моя, красавица… Она здесь, а я, куриная слепота, не вижу… Голубочка… (Целует ее в плечо и садится рядом.) Вот радость!.. Дай же я на тебя погляжу, лебедь белая!.. Тьфу, тьфу, тьфу… чтобы не сглазить!..

. Ну, распелась… Жениха бы ей лучше подыскала…

. И найду!.. В гроб, грешница, не лягу, а ее да Саничку замуж выдам!.. В гроб не лягу… (Вздох.) Только ведь где их найдешь нынче женихов-то?.. Вон они наши женихи сидят, нахохлились, словно петухи мокрые!..

. Потому что на нас не обращают внимания…

 Явление 3 

. Сашенька, разве ты не видишь, что у нас Марфа Егоровна?

. Виновата. (Идет к Бабакиной и здоровается.)

. Загорделась, Саничка, загорделась… Хоть бы разок приехала.

Поздравляю, душечка…

. Благодарю. (Сидится рядом с отцом.)

. Да, Авдотья Назаровна, трудно теперь с женихами. Не то что жениха, путевых шаферов достать негде. Нынешняя молодежь, не в обиду будь сказано, какая-то, господь с ней, кислая, переваренная… Ни поплясать, ни поговорить, ни выпить толком…

. Ну, пить они все мастера, только дай…

. Не велика штука пить, нажраться и свинья умеет… Нет, ты с толком выпей!.. В наше время, бывало, день-деньской с лекциями бьешься, а как только настал вечер, идешь прямо куда-нибудь на огонь и до самой зари волчком вертишься… И пляшешь, и барышень забавляешь, и эта штука. (Щелкает себе по шее.) Бывало, и брешешь и философствуешь, пока язык не отнимется. А нынешние… (машет рукой) не понимаю… Ни богу свечка, ни черту кочерга. Во всем уезде есть только один путевый малый, да и тот женат (вздыхает) и, кажется, уж беситься стал…

. Кто это?

. Николаша Иванов.

. Да, он хороший мужчина (делает гримасу), только несчастный!

. Еще бы, душечка, быть ему счастливым… (Вздыхает.) Как он, бедный, ошибся!.. Женился на своей жидовке и так, бедный, рассчитывал, что отец и мать за ней золотые горы дадут, а вышло совсем напротив… С того времени, как она переменила веру, отец и мать знать ее не хотят, прокляли… Так ни копейки и не получил… Теперь кается, да уж поздно…

. Мама, это неправда…

 (горячо). Шурочка, как же неправда? Ведь это все знают. Ежели не было бы интереса, то зачем бы ему на жидовке жениться?.. Разве русских мало? Ошибся, душечка, ошибся… (Живо.) Господи, да и достается же теперь от него ей, мерзавке!.. Просто смех один… Придет откуда-нибудь домой и сейчас к ней: «Твои отец и мать меня надули! пошла вон из моего дома…» А куда ей идти? Отец и мать не примут; пошла бы в горничные, да работать не приучена. Уж он мудрует, мудрует над ней, пока граф не вступится. Не будь графа, давно бы ее со света сжил…

. А то, бывает, запрет ее в погреб и — «ешь, такая-сякая, чеснок…» Ест, ест, покеда из души переть не начнет.

. Папа, ведь это ложь!

. Ну так что же? Пусть себе мелют на здоровье… (Кричит.) Гаврила!..

. Оттого вот и разорился, бедный… Дела, душечка, совсем упали… Если бы не Боркин, который глядит за хозяйством, так ему бы с жидовкой есть нечего было. (Вздыхает.) А как мы-то, душечка, из-за него-то пострадали!.. Так пострадали, что один только бог видит… Верите ли, милая, уж три года, как он нам девять тысяч должен…

 (с ужасом). Девять тысяч!..

. Да… это мой милый Пашенька распорядился дать ему… Не разбирает, кому можно дать, кому нельзя… Про капитал я уже не говорю, бог с ним, но хоть бы проценты исправно платил…

 (горячо). Мама, об этом вы говорили уж тысячу раз.

. Тебе-то что? Что ты заступаешься?

 (встает). Но как у вас хватает духа говорить все это про честного, порядочного человека, который не сделал вам никакого зла? Ну что он вам сделал?

 (насмешливо). Порядочный и честный человек…

 (искренно). Александра Павловна, заверяю вас, что вы его плохо знаете… Какой же он честный? (Встает.) Разве это честность? Два года тому назад во время скотской чумы накупил он скота…

 (перебивая). Накупил он скота, застраховал его, заразил чумой и взял страховую премию. Честность…

. Это все отлично знают…

. Неправда, это ложь. Никто не покупал коров и не заражал, а это только Боркин сочинил такой проект и везде хвастался им. Когда Иванов узнал об этом проекте, так Боркин у него две недели потом прощения просил. Виноват же Иванов только в том, что у него слабый, великодушный характер, что у него не хватает духа прогнать от себя Боркина…

. Слабый характер… (Смеется.) Александра Павловна, ей-богу, глаза отводит…

. А тебе стыдно за таких заступаться…

. Я жалею, что вмешалась в этот разговор… (Быстро идет к правой двери.)

. Шура, горячка!.. (Смеется.) Порох-девка…

 (загораживает ей дорогу). Александра Павловна, ей-богу, не буду!.. Виноват… честное слово, не буду больше!..

. Хоть при гостях, Сашенька, не показывай характер.

 (дрогнувшим голосом). Всю свою жизнь проработал для других; всё, что у него было, растащили, расхитили; около его великодушных затей наживался всякий, кто хотел… Никогда в жизни он не осквернял себя ложью, хитростью, ни разу я не слышала, чтобы он говорил о ком-нибудь худо… и что же? Куда ни придешь, только и слышишь: Иванов, Иванов, Иванов… как будто не о чем больше говорить…

. Горячка… Будет тебе…

. Да, у него есть ошибки, но ведь каждая ошибка таких людей стоит двадцати наших добродетелей… Если бы вы только могли… (Оглядывается и видит Иванова и Шабельского.)

 Явление 4 

 (входя с Ивановым из правой двери). Кто это здесь декламирует? Вы, Шурочка? (Хохочет и пожимает ей руку.) Поздравляю, ангел мой. Дай вам бог попозже умереть и не рождаться во второй раз…

 (радостно). Николай Алексеич… Граф…

. Ба… кого вижу… Граф!.. (Идет навстречу).

 (увидев Зинаиду Саввишну и Бабакину, протягивает в сторону их руки). Два банка на одном диване!.. Глядеть любо… (Здоровается, Зинаиде Саввишне.) Здравствуйте, Зюзюшка. (Бабакиной.) Здравствуйте, помпончик…

. Я так рада. Вы, граф, у нас такой редкий гость. (Стонет.) Гаврила, чаю… Садитесь, пожалуйста… (Встает, уходит в правую дверь и тотчас же возвращается; вид крайне озабоченный.)

 (Шабельскому). Откуда ты взялся? Какие это силы тебя принесли? Вот сюрприз, накажи меня бог… (Целует его.) Граф, ведь ты разбойник… Так не делают порядочные люди… (Ведет его за руку к рампе.) Отчего ты у нас не бываешь? Сердит что ли?

. На чем же я могу к тебе ездить? Верхом на палке? Своих лошадей у меня нет, а Николай не берет с собой, велит с жидовкой сидеть, чтоб та не скучала. Присылай за мной лошадей, тогда и буду ездить…

 (машет рукой). Ну да… Зюзюшка скорее треснет, чем даст лошадей. Голубчик ты мой, милый, ведь ты для меня дороже и роднее всех!.. Из всего старья уцелели только я да ты. Люблю в тебе я прошлые страданья и молодость погибшую мою… Шутки шутками, а я вот почти плачу… (Целует графа.)

. Пусти, пусти, от тебя как из винного погреба…

. Душа моя, ты не можешь себе представить, как мне скучно без моих друзей!.. Вешаться готов с тоски… (Тихо.) Зюзюшка со своей ссудной кассой разогнала всех порядочных людей, и остались, как видишь, одни только зулусы… эти Дудкины… Будкины… Ну, кушай чай…

 (подходит к графу, озабоченно Гавриле). Ну как же ты подаешь? Принес бы какого-нибудь варенья… кружовенного что ли…

 (хохочет; Иванову). Что? Не говорил я тебе? (Лебедеву.) Я с ним дорогой пари держал, что, как приедем, Зюзюшка сейчас же начнет угощать нас кружовенным вареньем…

. Вы, граф, все такой же насмешник… (Садится на диван.)

 (садясь рядом с Ивановым). Двадцать бочек его наварили, так куда же его девать?

 (садясь около стола в кресло). Всё копите, Зюзюшка. Ну что, уже миллиончик есть, а?

 (вздох). Да, со стороны поглядеть, так богаче нас и людей нет, а откуда быть деньгам? Один разговор только…

. Ну да, да… знаем… Знаем, как вы плохо в шашки играете… (Лебедеву.) Паша, скажи по совести, скопили миллион?..

. Ей-богу, не знаю, это у Зюзюшки спроси…

 (Бабакиной). И у жирненького помпончика будет скоро миллиончик!.. Ей-богу, хорошеет и полнеет не по дням, а по часам!.. Что значит деньжищ много…

. Очень вами благодарна, ваше сиятельство, а только я не люблю насмешек…

. Милый мой банк, да разве это насмешки? Это просто вопль души, от избытка чувств глаголят уста… Вас и Зюзюшку я люблю бесконечно… (Весело.) Восторг!.. Упоение… Вас обеих не могу видеть равнодушно…

. Вы все такой же, как и были. (Егорушке.) Егорушка, потуши свечи!.. Зачем им гореть попусту, если не играете?

(Иванову.) Николай Алексеевич, как здоровье вашей супруги?

. Плохо. Сегодня доктор положительно сказал, что у нее чахотка…

. Неужели? Какая жалость… (Вздох.) А мы все ее так любим…

. Вздор, вздор и вздор. Никакой чахотки нет, докторское шарлатанство, фокус… Хочется эскулапу шляться, вот и выдумал чахотку. Благо, муж не ревнив…

А что касается самой Сарры, то она семитка. Я не верю ни одному ее слову, ни одному движению… Жвините пижалуста, ой вей мир… Хоть убейте, не поверю… Ты извини, Nicolas, но… ведь… я не говорю ничего особенного дурного… По-моему, заболела Сарра — значит, гешефт задумала, умирать будет — не поверю: тоже гешефт…

 (Шабельскому). Удивительный ты субъект, Матвей… напустил на себя какую-то мизантропию и носится с ней, как с писаной торбой. Человек как человек, а заговоришь, так точно у тебя типун на языке или сплошной катар… Да, ей-богу!..

. Что же мне, целоваться с мошенниками и с подлецами, что ли?..

. Где же ты видишь мошенников и подлецов?

. Я, конечно, не говорю о присутствующих, но…

. Вот тебе и но… все это напускное…

. Напускное… Хорошо, что у тебя никакого мировоззрения нет.

. Какое мое мировоззрение?.. Сижу и каждую минуту околеванца жду — вот мое мировоззрение. Нам, брат, не время с тобой о мировоззрении думать… Так-то… (Кричит.) Гаврила!..

. Ты уж и так нагаврилился… Погляди, как нос насандалил!..

 (пьет). Ничего, душа моя… Не венчаться мне ехать…

 Явление 5 

. А вот и я… (Подбегает к Саше.) Благородная синьорина, беру на себя смелость поздравить вселенную с рождением такого чудного цветка, как вы… Как дань своего восторга, осмеливаюсь преподнести (подает сверток) фейерверки и бенгальские огни собственного изделия. Да проясняют они ночь так же, как вы просветляете потемки темного царства!.. (Театрально раскланивается.)

. Благодарю вас…

 (хохочет, Иванову). Отчего ты не прогонишь эту иуду?

 (Лебедеву). Павлу Кириллычу… (Иванову.) Патрону… (Поет.) Nicolas-voilà, го-ги-го… (Обходит всех.) Почтеннейшей Зинаиде Саввишне… Божественной Марфе Егоровне… Древнейшей Авдотье Назаровне… Сиятельнейшему графу…

 (хохочет). Душа общества… Едва вошел, как атмосфера стала жиже… Вы замечаете?

. Уф… утомился… Кажется, со всеми здоровался. Ну, что новенького, господа? Нет ли чего-нибудь такого особенного, в нос шибающего? (Живо Зинаиде Саввишне.) Ах, послушайте, мамаша. Еду сейчас к вам… (Гавриле.) Дай-ка мне, Гаврюша, чаю, только без кружовенного варенья. (Зинаиде Саввишне.) Еду сейчас к вам, а на реке у вас мужики с лозняка кору дерут. Отчего вы лозняк на откуп не отдадите?

 (хохоча, Иванову). Отчего ты не прогонишь эту иуду?

 (испуганно). А ведь это правда… мне и на ум не приходило!..

 (делает ручную гимнастику). Не могу без движений… Мамаша, что бы такое особенное выкинуть? Марфа Егоровна, я в ударе… я экзальтирован… (Поет.) Я вновь пред тобою…

. Устройте что-нибудь, а то все соскучились.

. Господа, что же это вы в самом деле носы повесили? Сидят, точно присяжные заседатели… Давайте изобразим что-нибудь… Что хотите? фанты, веревочку, горелки, танцы?

. Танцы, танцы…

. Я готов… Дудкин, танцевать!.. (Придвигает кресла к стене.) Егорушка, где ты? Настраивай скрипку…

 (Лебедеву). У меня к тебе просьба, Паша. Послезавтра срок моему векселю, а проценты платить нечем. Нельзя ли будет подождать или приписать проценты к капиталу?

 (испуганно). Голубушка, не мое дело… Поговори с Зюзюшкой, а я… я ничего не знаю…

 (трет себе лоб). Мучительно!..

. Что вы?

. Отвратительно сегодня я себя чувствую.

. Это и по лицу видно… Пойдемте в гостиную…

 (кричит). Музыка готова!..

. Нет, сегодня мне грех танцевать. В этот день у меня муж умер…

 (оглядывается). Господа, что же это такое? (Перестает играть.) Отчего вы не танцуете?

. Кавалеров нет…

 (встает). Этак, значит, у нас ничего не выйдет… В таком случае пойдемте фейерверки пускать, что ли…

 (хлопают в ладоши). Фейерверки, фейерверки… (Бегут в сад.)

 (берет сверток и подает руку Бабакиной). Же ву при… (Кричит.) Господа, в сад… (Уходит.)

. Вот это, я понимаю, молодой человек. И минуты не побыл, а уж всех развеселил. (Притушивает большую лампу.) Пока они все в саду, нечего свечам даром гореть. (Тушит свечи.)

 (идет за ней). Зюзюшка, надо бы дать гостям закусить что-нибудь…

. Ишь, свечей сколько… Недаром люди судят, что мы богатые. (Тушит.)

 (идя за ней). Зюзюшка, ей-богу, дала бы чего-нибудь поесть людям… Люди молодые, небось проголодались, бедные… Зюзюшка…

. Граф не допил своего стакана. Даром только сахар пропал. Отнесу, отдам Матрене выпить. (Берет стакан и идет в левую дверь.)

. Тьфу!.. (Уходит в сад.)

 Явление 6 

 (входя с Ивановым из правой двери). Все ушли в сад…

. Такие-то дела, Шурочка. Ничего я не делаю и ни о чем не думаю, а устал телом, душой и мозгом… День и ночь болит моя совесть, чувствую, что глубоко виноват, но в чем, собственно, моя вина, не понимаю… А тут еще болезнь жены, безденежье, вечная грызня, сплетни, шум… Мой дом мне опротивел, и жить в нем для меня хуже пытки… (Оглядывается.) Я не знаю, Шурочка, что со мною делается, но скажу вам откровенно, для меня стало невыносимо даже общество жены, которая меня любит… и такие грязные эгоистические мысли лезут мне в голову, о каких я раньше и понятия не имел…

Скверно… Я нагоняю на вас тоску, Шурочка, простите, но я только и забываюсь на минуту, когда говорю с вами, друг мой… Около вас я точно собака, которая греется на солнышке. Я, Шурочка, знаю вас с той поры, как вы родились, всегда любил вас, нянчил… Дорого я дал бы, чтобы у меня сейчас была такая дочка…

 (шутя, сквозь слезы). Николай Алексеевич, бежимте в Америку…

. Мне до этого порога лень дойти, а вы в Америку…

А что, Шура, трудно живется? Я вижу, все вижу… Не по вас этот воздух…

 Явление 7 

. Виноват, Шурочка, я догоню вас…

Зинаида Саввишна, я к вам с просьбой…

. Что вам, Николай Алексеевич?

 (мнется). Дело, видите ли, в том, что послезавтра срок моему векселю. Вы премного обязали бы меня, если бы дали отсрочку или позволили приписать проценты к капиталу. У меня теперь совсем нет денег…

 (испуганно). Николай Алексеевич, да как это можно? Что же это за порядок? Нет, и не выдумывайте вы, ради бога, не мучайте вы меня, несчастную…

. Виноват, виноват… (Уходит в сад.)

. Фуй, батюшки, как он меня встревожил… я вся дрожу… вся дрожу… (Уходит в правую дверь.)

 Явление 8 

 (входит из левой двери и идет через сцену). У меня на бубнах: туз, король, дама, коронка сам-восемь, туз пик и одна… одна маленькая червонка, а она не могла, черт ее возьми совсем, объявить маленького шлема… (Уходит в правую дверь.)

 Явление 9 

 (входя с Дудкиным из сада). Вот так бы я ее и растерзала, сквалыгу… Так бы и растерзала… Шутка ли, с пяти часов сижу, а она хоть бы ржавой селедкой попотчевала… Ну, дом… ну, хозяйство…

. Постой, насчет шнапса мы сейчас Егорушку пощупаем. Выпью, старая, и домой. Ну его, всё к черту!.. Тут со скуки да с голоду волком завоешь… И невест мне твоих не надо… Какая тут к лешему любовь, ежели с самого обеда ни рюмки?..

. Сашенька-то ведь не виновата… Это все мать…

. Да что ты мне Сашеньку сватаешь? Бланмаже, лефоше-гран-мерси и всякие там умственности… Я человек положительный и с характером… Мне давай посущественней…

. Пойдем, поищем, что ли…

. Тссс… Потихоньку… Марфутка бы подошла под масть, да уж больно того… легкокрылая… Приезжаю к ней вчерась, а у нее полнехонький дом всяких артистов…

 Явление 10 

. Ну зачем, спрашивается, мы сюда приехали?..

. Ничего, нам рады будут. Никого нет… Должно быть, в саду… Пойдемте в сад…

 Явление 11 
{{rem|.

 (выводя из левой двери). В столовой нет, так, стало быть, где-нибудь в кладовой. Надо бы Егорушку пощупать. Пойдем через гостиную.

. Так бы я ее и растерзала…

 Явление 12 

. Какая скука! (Хохочет.) Какая скука!.. Все ходят и сидят как будто бы аршин проглотили. От скуки все косточки застыли. (Прыгает.) Надо размяться…

 (хохочет и щелкает пальцами). Черт возьми… (Крякает.) Некоторым образом…

. Пустите, пустите руки, бесстыдник, а то граф бог знает что подумает. Отстаньте…

. Ангел души моей, карбункул моего сердца. (Целует.) Дайте взаймы 2300 рублей…

. Не-не-нет… Что хотите, а насчет денег, очень вами благодарна… Нет, нет, нет… Ах, да пустите руки…

 (семенит около). Помпончик… Имеет свою приятность…

 (серьезно). Но довольно… Давайте говорить о деле… Будем рассуждать прямо, по-коммерчески. Отвечайте мне прямо, без субтильностей и без всяких фокусов: да или нет? Слушайте. (Оказывает на графа.) Вот ему нужны деньги, minimum три тысячи годового дохода, вам нужен муж. Хотите быть графиней?

 (хохочет). Удивительный циник…

. Хотите быть графиней? Да или нет?

 (взволнованно). Выдумываете, Миша, право… И эти дела не делаются так с бухтыбарахты… Если графу угодно, он сам может и… и я не знаю, как это вдруг, сразу…

. Ну, ну… будет тень наводить… Дело коммерческое… Да или нет?

 (смеясь и потирая руки). В самом деле? а? Черт возьми, разве устроить себе эту гнусность? а? помпончик… (Целует Бабакину в щеку.) Прелесть… огурчик…

. Постойте, постойте, вы меня совсем встревожили. Уйдите, уйдите… Нет, не уходите…

. Скорей… да или нет? Нам некогда…

. Знаете что, граф? Вы… вы приезжайте ко мне в гости дня на три… У меня весело, не так как здесь… Приезжайте завтра… (Боркину.) Нет, вы это не шутите?

 (сердито). Да кто же станет шутить в серьезных делах?

. Постойте, постойте… ах, мне дурно… Мне дурно… графиня… мне дурно… я падаю…

{{rem| со смехом берут ее под руки и, целуя в щеки, уводят в правую дверь.

 Явление 13 

 (хватая себя за голову, с ужасом). Не может быть!.. Не надо, не надо, Шурочка!.. Ах, не надо!..

 (с увлечением). Люблю я вас безумно… без вас нет смысла моей жизни, нет счастья и радости… Для меня вы всё…

. К чему, к чему, боже мой, я ничего не понимаю… Шурочка, не надо!..

. В детстве моем вы были для меня единственной радостью, я любила вас и вашу душу, как себя, а теперь ваш образ неотступно день и ночь стоит поперек моих мыслей и мешает мне жить. Я вас люблю, Николай Алексеевич… С вами не то что на край света, а куда хотите, хоть в могилу, только ради бога скорее, иначе я задохнусь…

 (закатывается счастливым смехом). Это что же такое? Это значит начинать жизнь сначала? Шурочка, да? Счастье мое… (Берет ее за талию и привлекает к себе). Моя молодость, моя свежесть…

Значит, жить? Да? Снова за дело?

(В ужасе.) Сарра!..

 Примечания 

Действие 2