ЭСБЕ/Самозванцы
Самозванцы — Присвоение чужого имени, звания и т. п. с какими-либо целями, или самозванство, встречается в разные века и у разных народов. Цели, преследуемые С., бывают различные; так, в настоящее время присвоение чужого имени или звания (см.) большей частью бывает с корыстными целями. Известно также самозванство литературное, заключающееся в том, что известное сочинение приписывается какому-нибудь лицу для придания сочинению большего авторитета. Таковы, напр., лжеисидоровы декреталии (см. Декреталии); псевдоклементины, ложно приписываемые св. Клименту, папе римскому (см. Климент); псевдокаллисфен (см. Каллисфен); Псевдодемокрит, или Демокрит мистагог, — греческий писатель, точное имя которого неизвестно, живший, вероятно, в первые века по Р. Хр. и оставивший трактат «о физическом и о мистическом», где указаны алхимические способы и формулы для приготовления золота. К этому же разряду сочинений относятся и псевдоэпиграфы, приписываемые боговдохновенным людям и пророкам (см.). Немалую роль в истории играли политические С., называвшие себя именем какого-нибудь лица царствующей династии и предъявлявшие права на престол. Политическое самозванство встречается в истории уже в глубокой древности: в древней Персии претендентом на престол в конце царствования Камбиз, выступил маг Гаумата, приняв имя убитого брата царя, Смердиса (см.). В Англии в конце XV в. престолу Генриха VII угрожал под именем сына Эдуарда IV самозванец Варбек (см.). В истории Черногории известен самозванец Стефан Малый, господствовавший в этой стране в третьей четверти XVIII века под именем русск. императора Петра III. Во Франции в XIX столетии появился ряд С., принимавших на себя имя Людовика XVII, умершего в 1795 г. сына короля Людовика XVI; таковы Жан-Мари Герваго, Матюрен Брюно, Анри Эбер и Карл-Вильгельм Наундорф (см.). Чаще всего самозванцы появлялись и имели наибольшее значение в русской истории XVII и XVIII вв. Причиной появления самозванцев было неудовольствие, господствовавшее в то время преимущественно в низшем, прикрепленном к земле населении. В отличие от западноевропейской истории в России неудовольствие населения, выражавшееся в мятежах, начиналось большей частью на окраинах и проявлялось только тогда, когда среди недовольных появлялась вооруженная сила в лице казачества, призывавшая их к воле под знаменем ложного царя. Казачество, бывшее сборищем людей, недовольных существующим строем, бежавших или изгнанных из государства, не хотело добровольно лишиться свободы, когда окрепшая с течением времени центральная власть захотела подчинить их своей воле. В борьбе с государством казачество выставляет самозванцев и ими же волнует мирное, невооруженное население страны. Лишь те С. имеют успех, которые являлись среди казаков или опирались на них. Казачеству нужны были С., так как в России бороться с монархической властью возможно было лишь во имя той же власти, заступаясь за права законного царя или царевича, якобы лишенного этих прав или спасшегося от смерти, т. е. выставляя самозванца. Самая возможность появления С. объясняется крайне низкой степенью развития простого народа, доверявшего всяческим рассказам и тем более, чем чудеснее они были. За С. шли не только люди тяготившиеся своим положением, но и искренно верившие, что защищают права законного царя; да и среди С. наряду с сознательными обманщиками были люди, убежденные в своем высоком происхождении. Первый С., Лжедимитрий I, выдававший себя за царевича Димитрия Иоанновича, появился в начале 1604 г.: он хотя и не был подставлен казаками, но нашел в них сильных приверженцев. Еще до убийства Лжедимитрия I среди терских казаков появился в 1606 г. новый С., Лжепетр, мнимый сын Феодора Иоанновича, в действительности Илья, побочный сын муромского жителя Ивана Коровина; он был повешен по приказанию царя Василия Шуйского (см. Илейко). После убийства Лжедимитрия I разнеслись слухи, что убито, по ошибке, другое лицо, и в 1607 г. в Стародубе Северском появился новый С., Лжедимитрий II, прозванный Тушинским Вором; он был убит татарином Урусовым в Калуге в 1610 г. При царе Василии Шуйском среди казаков явился целый ряд С.: в Астрахани объявился царевич Август, потом кн. Иван, мнимый сын Иоанна IV от Колтовской; там же выступил царевич Лаврентий, мнимый внук Иоанна IV от царевича Иоанна; в степных юртах явились мнимые сыновья царя Федора Иоанновича — царевич Федор, царевич Клементий, царевич Савелий, царевич Семен, известный под именем Лжесемена I, царевич Василий, царевич Ерошка, царевич Гаврилка, царевич Мартынка. В 1611 г. в псковской земле появился третий Лжедимитрий, Сидорка, вор ивангородский, по одному псковскому сказанию — Матюшка (см. Исидор). После прекращения Смутного времени С. не перестают появляться: так, в царствование Михаила Федоровича в Польше жил С. Луба (см.), или Лжеивашка I, выдававший себя за сына Лжедимитрия I и Марины. В 1644 г. появился в Константинополе С., также выдававший себя за московского царевича Ивана Дмитриевича Долгоруких, сына царевича Димитрия (иначе Лжеивашка II); он был в действительности лубенский уроженец по прозванию Ивашка Вергуненок. Еще раньше появился С., выдававший себя за сына царя Василия Шуйского Симеона (иначе Лжетимофей) и называвший себя великим князем пермским, в действительности Тимошка Акундинов, родом волгожанин, сын купца: он собрал среди казаков сильное войско, овладел несколькими городами, но потом, оставленный приверженцами, бежал в Константинополь, где обратился в ислам; был в Италии, где принял католичество, затем в Вене, Трансильвании, Швейцарии, Лейпциге, где принял лютеранство, и везде возбуждал интриги; наконец он был арестован в Голштинии и отослан в Москву, где четвертован в 1653 г. Во время бунта Стеньки Разина при нем находился С. Лжеалексей (иначе Нечай), мнимый сын царя Алексея Михайловича, на самом деле Максим Осипов, атаман разбойников. При Разине находился еще С. — лжепатриарх Никон. В конце царствования Алексея Михайловича среди запорожских казаков появился С. Лжесимеон II, мнимый сын царя Алексея — Матюшка повар, сын варшавского мещанина Ивашки Андреева Воробьева (см.), он был казнен в Москве в 1674 г. В XVIII в. известны С. Ларион Стародубцев и Тимофей Труженик, называвшие себя царевичами Алексеем и Петром Петровичами; они были казнены в 1733 г. (см.). Княжна Тараканова (см.) выдавала себя за дочь императрицы Елисаветы; схваченная в Италии, она умерла в Петропавловской крепости. В 1768 г. адъютант Опочинин выдавал себя за сына императрицы Елисаветы от английского короля; он поплатился лишь переводом тем же чином в гарнизон на линию, так как были приняты во внимание его раскаяние, молодость и служба отца. С 1765 г. начал появляться ряд С., выдававших себя за императора Петра III. Беглый солдат Гаврила Кремнев назвался Петром III и возмутил народ в Воронежской и Белгородской губ., при чем деятельную помощь оказывал ему поп Лев Евдокимов; императрица признала Кремнева действовавшим «без всякого с разумом и смыслом соображения, а единственно от пьянства, буйства и невежества» и освободила его от смертной казни, которая была заменена тем, что Кремнева секли во всех селах, где он о себе разглашал, а затем сослали в Нерчинск на вечные работы. В том же году армянин Асланбеков, задержанный за фальшивый паспорт, объявил себя императором Петром III: его били плетьми и сослали в Нерчинск. Одновременно беглый солдат Петр Чернышев в слободе Купенке Изюмской провинции разглашал о себе, что он бывший государь Петр III: ему было учинено публичное наказание кнутом, а затем он был сослан в Сибирь. В 1767 г. беглый солдат Мамыкин разглашал, что Петр III жив и скоро примет опять царство. В 1768 г. о появлении Петра III начал толковать заключенный в Шлиссельбургской крепости подпоручик Иоасаф Батурин. Все это не имело серьезных последствий, пока С. не появился в степи, среди недовольных и волнующихся яицких казаков: это восстание с самозванцем Пугачевым во главе было уже последним (см.). И в XIX веке также известны случаи появления политических С. Так, после смерти великого князя Константина Павловича в 1831 г. распространились слухи, будто он не умер, а жив и заключен в Петропавловскую крепость; эти слухи подали повод одному С. в Тамбовской губ. выдать себя за покойного великого князя. После кончины, в том же году, супруги вел. князя Константина Павловича, княгини Лович, в Московской губ. появилась женщина, выдававшая себя за княгиню Лович. Около 1842 г. С. выдававший себя за вел. князя Константина Павловича появился в области уральского казачьего войска. И в настоящее время самозванство неполитического характера весьма распространено в России; главнейшие его причины — народное невежество и суеверие. Чрезвычайно много появляется С., принимающих на себя вид духовных лиц. Это, во-первых, многочисленные сборщики, преимущественно иностранцы, персидские подданные, якобы афонские келлиоты и мнимые посланцы иерусалимского патриарха; несмотря на многократные предупреждения Св. Синода и министерства внутренних дел, эти самозванные сборщики пользуются до сих пор доврием простого народа и выманивают большие деньги якобы за поминовение души. Затем следуют самозваные чудотворцы и чудодеи-странники, которые, кроме материального ущерба, наносят народу и чувствительный нравственный вред, сея новые семена невежества и суеверия. Кроме принятия ложного монашеского звания или страннического вида, многие С. пользуются страхом простого народа перед всем, что имеет подобие сильной власти, и присваивают себе, большей частью с корыстной целыо, не принадлежащие им княжеские и др. титулы, служебное звание, одевают форменную одежду и т. д.: таким образом появляются, преимущественно в провинции, самозваные врачи, адвокаты, землемеры, земские начальники, ревизоры, тайные полицейские агенты и т. д. Эти явления русской жизни не могут быть объяснены исключительно корыстными целями: как и в исторических примерах С., так и здесь много значит чрезвычайное унижение личности, чем характеризуется начальная карьера каждого С.; как протест против собственного бессилия, у него вдруг появляется сознание своего величия. Об исторических причинах самозванства в России см. ст. С. М. Соловьева в «Русском архиве» 1868 г., а о психологических основах этого явления — ст. Короленко в «Северном вестнике» 1896 г., №№ 5 и 8.

ЭСБЕ:История