ЭСБЕ/Умысел
Умысел (юрид.) — необходимое для вменения отношение познавательной способности и воли человека к совершенному им деянию. Элементы У.: сознание совершаемого, предвидение его последствий и сознание противозаконности данного действия или бездействия. Деяния, совершенные при наличности этих условий, называются умышленными, в отличие от случайных (см. Случай) и неосторожных (см. Неосторожность). Третий элемент, при всей его теоретической важности, положительным правом в число признаков У. не включается, ибо сознание противозаконности считается присущим всякому вменяемому лицу на основании принципа: error jurir semper nocet. В русском законодательстве это начало выражено в ст. 62 основных законов: «Никто не может отговариваться неведением закона». У. предполагает сознательное отношение к фактическим условиям, образующим состав деяния, и к юридической его обстановке; вместе с тем предполагается преступное направление воли. Новейшие кодексы, в большинстве общего понятия У. не определяют, предоставляя установление его доктрине и практике. Исключение составляет кодекс итальянский. Определение У. в русский проект уголовного уложения вводят вследствие «бедности нашей юридической литературы и, следовательно, отсутствия руководящих начал для практики» (объясн. зап., т. I, стр. 394). Преступное деяние, по проекту, почитается, умышленным, если виновный «желал его учинения или сознательно допускал наступление обуславливающего преступность сего деяния последствия». Сознание совершаемого в число признаков У. первого рода не включено, но «само собою разумеется, что при разрешении в каждом отдельном случае вопроса об умышленности этого рода, суд должен прежде всего установить наличность сознания, а затем уже определить направление воли действовавшего» (там же, стр. 395). Старая доктрина уголовного права, преимущественно немецкая, создала крайне сложную и запутанную систему деления У. на виды. Система эта была усвоена партикулярными германскими кодексами, и следы ее сохранились до сих пор, напр. в нашем уложении о наказаниях. У. делится, во-первых, на прямой (dolus directus) и непрямой (dolus indirectus). Под непрямым У. до Фейербаха разумелся У. предполагаемый, подтверждаемый обстоятельствами дела (силою удара, употребленным оружием и т. п.). Ныне под ним разумеется так называемое преступное безразличие (dolus eventualis), когда виновный предвидел, что его действие может привести к преступному результату, и сознательно допускал его наступление. По степени определенности цели различают dolus determinatus, когда У. направляется на результат, точно определенный, и dolus indeterminatus, когда результат в представлении действующего лица индивидуально определен не был. Разновидность определенного У. составляет dolus alternativus, когда виновный имеет в виду одно из нескольких возможных последствий его действия, напр., или смерть, или увечье. Третье деление У. основывается на степени обдуманности и хладнокровия, проявленных виновным или в момент сформирования У., или в момент действия. Во втором случае различают исполнение преступного действия в спокойном состоянии духа и исполнение аффектированное (mit oder ohne Üeberlegung). В первом различают три оттенка: а) У. аффектированный (impetus), когда он сформировался в состоянии аффекта, хотя и не достигшего такой силы, которая уничтожает вменяемость; б) У. внезапный, но хладнокровный, когда преступная воля сложилась в спокойном состоянии духа, но задуманное было приведено в исполнение немедленно (dolus repentinus); в) У. обдуманный или предумышление (dolus praemeditatus), когда виновный заранее обдумал все существенные моменты совершенного деяния. Действующее уложение о наказ. (ст. 3) говорит, что преступления и проступки суть умышленные или неумышленные. В умышленных ст. 4 различает «две степени: первая, когда противозаконное деяние учинено вследствие не внезапного, а заранее обдуманного намерения или У.; вторая, когда оное учинено, хотя и с намерением, но по внезапному побуждению без предумышления». В особенной части (ст. 1454, 1455 и др.) установлено, однако, различие трех видов У.: предумышления, или заранее обдуманного намерения, простого У. и У. в запальчивости и раздражении (см. Убийство). Обдуманность, по действующему праву, относится к составлению У., а не к действию; поэтому выполнение деяния в аффекте, происходящем от опьянения или возникшем в силу оказанного жертвою сопротивления, не устраняет возможности признать деяние учиненным предумышленно, и, наоборот, полное хладнокровие, расчет в момент действия не предполагает еще обдуманности У., так как оно возможно и при У., возникшем внезапно (Таганцев, «Лекции», II, стр. 678). Согласно 105 ст. улож., за деяние, учиненное с обдуманным заранее намерением, определяется всегда высшая мера наказания за то преступление положенного, если в законе не определено для случаев этого рода особой ответственности. Предумышление, как отягченная форма виновности, должно быть точно доказано; в противном случае деяние должно быть признаваемо непредумышленным. Отличие прямого умысла от непрямого выражено уложением в ст. 108 и 109 (и кроме того в ряде статей особенной части): «Если по обстоятельствам, сопровождавшим его деяние, подсудимый мог и должен был предвидеть, что последствием оного должны быть не одно, а несколько преступлений разной важности, то, хотя бы он и не имел положительного намерения совершить именно важнейшее из сих преступлений, мера его наказания определяется всегда по сему важнейшему из преступлений, долженствовавших быть последствием его деяния; если подсудимый, при содеянии какого-либо преступления, тем самым, хотя и без прямого на сие У., учинил еще другое, более тяжкое, то мера его наказания определяется по правилам о совокупности преступлений». Кроме того, особенная обдуманность в действиях преступника отнесена ст. 129-ою к обстоятельствам, увеличивающим вину. Обнаружение У. есть первая ступень осуществления преступной воли вовне (см. Приготовление и Покушение). Ст. 7 уложения под обнаружением У. разумеет «изъявление на словах или письменно, или же иным каким-либо действием намерения учинить преступление», а равно «угрозы, похвальбы и предложения сделать какое-либо зло». Как в науке уголовного права, так и в современных кодексах наказуемость обнаружения У. безусловно отвергается; но по уложению о наказаниях оно иногда наказуемо и при некоторых государственных преступлениях обложено даже смертной казнью (напр. ст. 242).

См. Gessler, «Ueber Begriff and Arten des Dolus»; Krug, «Dolus und Culpa», Frank, «Vorstellung und Wille in der modernen Doluslehre»; Lucas, «Die subjective Verschuldung im heutigen deutschen Strafrechte».

ЭСБЕ:Право