ЭСБЕ/Богун, Иван
Богун (Иван) — полковник винницкий. Защищаясь и нападая всюду с изумительной отвагой, он поражал врагов своею быстротою, необыкновенною деятельностью и хитростью. Дорого обходилась полякам борьба с Б., и они потом даже стали избегать с ним встречи, несмотря на более превосходные свои силы. Его имя было грозою для всего польского войска, и коронный гетман при переговорах с Богданом Хмельницким не раз ставил ему условием мира — выдачу Б. Известность его начинается с 1651 г., когда Калиновский с огромным войском подступил к Виннице. Войска в распоряжении у Б. было так мало, что он и не надеялся отстоять город, а составил план лишь задержать поляков, пока подойдет войско Хмельницкого. Оставив часть войска в городе, Б. с другою частью вступил в бой с неприятелем; но после первой же стычки обратился в бегство, перешел Буг, изрубил лед на нем, и когда наутро вода снова покрылась тонкою ледяною корою, приказал набросать соломы и затем заперся в соседнем монастыре. Последовавшее за Богуном польское войско потеряло множество людей благодаря этой уловке. Рассерженный Калиновский захотел теперь силою взять Б., но все его нападения и на город, и монастырь были с успехом отражаемы казаками, а вылазки последних, особенно самого Б. на третий день осады, совершенно расстроили польское войско. Не помог Калиновскому и подошедший в это время отряд Дмитрия Вишневецкого; под прикрытием последнего поляки искали только спасения в бегстве, оставив весь свой обоз неприятелю.

После несчастного для казаков Берестечского сражения с уходом Хмельницкого начались смуты в их войске. Одни избирали своим начальником Джеджалыка, которому и оставил Хмельницкий, уходя из табора, команду над войском, другие — Богуна, третьи еще какого-нибудь вождя; каждая партия повиновалась только своему начальнику и не хотела поступать так, как хотел избранный другою партией. Не уступали в спорах своим подчиненным и сами начальники, и при такой-то безурядице очень много терпело казацкое войско от поляков, а на берегах реки Пляшовой едва не погибло, если бы не искусство и отвага Б., успевшего ночью перевести казаков через реку, оставив полякам свой обоз. Вернувшийся вскоре гетман, как известно, не успел склонить хана снова явиться с войском, не успел он и в своих переговорах с коронным гетманом; а поляки между тем неистовствовали, войско собственное было рассеяно, оставалось одно средство — поднять Украйну на защиту своего отечества. Б. и тут явился самым лучшим пособником Хмельницкого: он поднял почти всех бужан, собрал с них значительную сумму для найма татар и вообще своею деятельностью и воззваниями пробуждал и поддерживал в жителях упорство. С своими бужанами он успел укрепить Белую Церковь, отстоять ее от вражеских нападений и вовремя подкрепил Богдана Хмельницкого, приведя к нему более 10000 казаков, после чего сейчас начались мирные переговоры между Хмельницким и поляками, приведшие к Белоцерковскому миру (1651). Через два года (1653) во вновь начавшейся войне Б. удалось с 4000 казаков отстоять Монастырище, которое осаждал Чарнецкий с войском в 15000 человек. Здесь он прибег к следующего рода хитрости. Переодел часть казаков в татарское платье и велел им с криком напасть на неприятеля, а сам с остальными ударил на него с другой стороны. Поляки, думая, что к казакам пришла татарская орда, бросили свой обоз и бежали от Монастырища. За Чарнецким следовало еще более сильное ополчение поляков в Малороссию, задавшееся целью истребить совершенно все казачество. Тогда Хмельницкий на Чигиринском сейме предложил раде отдаться в подданство одному из названных им четырех государей, явно склоняясь вместе со старыми казаками на сторону московского. Молодые же, предводимые Б., сильно протестовали против этого подданства; в пространной речи Б. указал все тягости его и тем увлек на свою сторону даже некоторых из старых казаков. Но в 1654 г., как известно, уже явился Бутурлин для принятия присяги от казаков Алексею Михайловичу. Б. отказался от нее со всем Побужьем, и неизвестно, принял ли он ее впоследствии. Но, не присягая московскому государю, Б. и не изменял ему, не стал в ряды врагов Малороссии, несмотря на все их увещания, а продолжал дело защиты своего отечества от поляков. Так, он отразил нападение коронного гетмана на Умань (1555), отстоял Брацлав от Чарнецкого, помог Хмельницкому одержать победу над польским войском под Белой Церковью и, преследуя татарскую орду, в короткое время изгнал всех татар из Украйны, отняв у них и пленников и награбленное добро. Изгнание орды едва ли не было его последним подвигом на защиту своего отечества; по смерти Хмельницкого он в 1658 г. был увлечен Виговским, перешел на сторону поляков и вступил в борьбу против своих же соотечественников. В последний раз его имя упоминается в 1663 г., когда он в походе Яна-Казимира к Глухову следовал за ним с Чарнецким, участвовал в опустошении Малороссии и своею храбростью немало способствовал победе поляков над московским войском около Переяславля (в нояб. 1663). Время † его неизвестно.

В малорусской истории известны еще: 1) , малороссийский старшина, который был повешен поляками перед штурмом польским войском Чигирина, где засел Наливайко в 1596 г. — 2) , полковник, которого вместе с другими начальниками отрядов послал Хмельницкий тотчас после взятия Каменца (1648) на пограничные с Малороссией польские и литовские земли для преследования поляков и евреев, и 3)  — полковник Паволоцкий, сторонник Ивана Виговского, который в 1658 г. с Даниилом Виговским и другими полковниками стоял под Киевом и боролся с отрядом Шереметева; в следующем году (1659), по избрании Юрия Хмельницкого, присягал на верность московскому государю и с тех пор становится самым деятельным членом московской партии. На один его подвиг в пользу Москвы указывает и Брюховецкий в своем доносе (8 июня 1663 г.), именно «на избиение им всех ляхов и жидов» в его полку.

ЭСБЕ:Персоналии
ЭСБЕ:Военачальники
ЭСБЕ:Персоналии:Неоднозначность