ЭСБЕ/Адвокатура
Адвокатура — такого же древнего происхождения, как и судейское звание (, лат., значит «призванный», т. е. призванный защищать на суде, вести дело). Подобно судейской, А. есть общественная должность, задача которой заключается в том, чтобы оберегать права частного человека. Но в то время, когда судья оберегает эти права в силу своей государственной власти, адвокат может помочь только тем, что он предоставляет свое знание законов в распоряжение клиента и старается дать тяжбе благоприятное для последнего направление. Отсюда понятно, что везде, где знание права перестает быть общим достоянием и для этого образуется особое сословие юристов, там и адвокатура должна сомкнуться в тесный кружок юридически образованных защитников. Таким образом, в Риме, где в эпоху республики достаточно было личного влияния какого-нибудь хорошо знакомого с законами патрона или оратора, чтобы выставить перед судом притязания партии в надлежащем свете, в эпоху империи, при большем развитии законодательства, образовалась уже замкнутая коллегия защитников (), для вступления в которую нужно было быть внесенным в матрикулы и, кроме того, при некотором благородстве происхождения, требовалось еще предварительное выдержание экзамена по праву. Такое устройство адвокатуры в эпоху империи легло потом в основание всех позднейших ее видоизменений. В средние века отступления от этого устройства главным образом делались в двух направлениях: с одной стороны, возник надзор над адвокатами и недоверчивое контролирование их деятельности со стороны судов, хотя такой контроль, строго запрещенный в императорское время, совершенно несовместим с самим понятием об адвокатском звании как совершенно независимом от судьи; с другой стороны, тогда сложилось представление, что адвокат — только низший судебный чиновник, содействующий интересам правосудия по назначению от государства.

Эти отступления в связи с усиливающимся канцелярским характером судопроизводства в Германии мало-помалу совершенно исказили значение адвокатуры. Постепенно все более и более утрачивалось представление, что адвокатура хотя и общественное звание, но в то же время есть свободная профессия, свободное искусство; ее стали рассматривать как государственную должность, подобно другим подлежащую надзору высших властей. В значительной степени это недоверчивое отношение объясняется и самой испорченностью адвокатского сословия, которое к концу ХVIII в. под влиянием канцелярщины в судах не только впало в совершенное крючкотворство, но часто возмутительнейшим образом высасывало соки из своих клиентов. Это обстоятельство побудило Фридриха Великого отменить в 1780 г. в Пруссии адвокатов как свободных защитников сторон и назначить вместо них так назыв. ассистенцратов, которые обязаны были помогать сторонам своими юридическими советами, как государственные чиновники. Однако такое неестественное устройство не могло, конечно, долго продержаться. Уже общий судебный устав для Пруссии в 1793 г. должен был снова признать добровольно избираемых сторонами так называемых , которые, однако, в сущности были не чем иным, как подведомственными судьям правительственными чиновниками, назначение которых при известном суде и с обозначением определенного местожительства находилось исключительно в руках министра юстиции и которые были подчинены при исполнении своих обязанностей довольно строгому контролю даже низших судебных инстанций. Подобным же образом сложилось устройство адвокатуры и в немецкой Австрии и в Баварии, где адвокаты также были лишь правительственными чиновниками. Однако это искусственное средство поднятия значения адвокатского сословия оказалось недействительным. Начиная с половины XIX в., именно с уничтожения письменного порядка судопроизводства, реформа адвокатуры в Германии сделалась одним из самых жгучих вопросов, разрешение которого, наконец, дано было вступившим 1 октября 1879 г. в силу «Уставом адвокатуры» в смысле освобождения последней от правит. контроля. Главнейшие пункты этого устава следующие: в адвокаты может быть допущен лишь тот, кто имеет право и на занятие судейской должности, причем получивший это право в одном союзном государстве сохраняет его и в других союзных государствах. Вопрос о допущении в адвокаты решается местным судом в распорядительном заседании, которое, однако, предварительно справляется с мнением главы адвокатской камеры. Отказ к допущению может быть мотивирован лишь причинами, указанными в законе: неспособность к занятию общественных должностей, несовместные со званием и достоинством адв. занятия, недостойный образ жизни, физическая или умственная слабость и т. п. Адвокат должен иметь свое местопребывание при том суде, к которому он приписан. Допущенный к практике при суде адвокат может вести защиту во всех судах в пределах государства во всех тех случаях, когда защита не обязательна. В противном же случае защиту может принять на себя только специально уполномоченный. Допущенные к практике в пределах судебного округа образуют «адвокатскую камеру», находящуюся при оберландсгерихте. Допущение к адвокатуре и запрещение ее при имперском суде зависит от президента имперского суда. Практика при последнем несовместна с практикой ни при каком другом суде.

В тех странах Германии, где адвокатура является еще государственной должностью, она часто соединяется с нотариатом (см. Нотариус). Такое соединение разнородных функций подвергалось неоднократным нападкам и, по всей вероятности, будет устранено при реформе германского нотариата. Зато, с другой стороны, нельзя оправдать деление адвокатских обязанностей на простое представительство сторон (прокуратура) и на защиту перед судом (адвокатура в тесном смысле). Такое деление именно практикуется во Франции и Англии, хотя и там подвергается многим нападкам. Во Франции  строго отличается от avocat. Первый следит за всем ходом процесса и является представителем стороны перед судом; он имеет характер чиновника и как бы получает свою должность от правительства, хотя и имеет право продать ее, но так, что как будто бы сама представляет правительству своего преемника; avocat же называется тот, который во время словесного обсуждения дела защищает перед судом своего клиента; право на эту защиту основано на допущении дисциплинарной камеры, даваемом по достижении лиценциата, юридической ученой степени и выдержании трехлетнего искуса. Адвокаты заносятся в матрикулы и образуют barreau данного суда. Особенное положение занимают во Франции , которые могут защищать лишь при Парижском кассационном суде, соединяют в своем лице функции avoué и avocat и образуют замкнутую коллегию с ограниченным числом членов (60).

В Англии французским  соответствуют , отличающиеся от собственно адвокатов-защитников, . Как во Франции, так и в Англии наибольшею интеллигентностью отличается именно это последнее сословие, хотя условие для допущения к практике «барристеров» здесь еще легче, чем во Франции. В обеих странах высокое социальное значение, которым пользуются адвокаты ( и ), основано на корпоративной, способствующей развитию особенного сословного чувства чести организации адвокатских союзов и на свободе конкуренции, которая, подавляя влияние людей незначительных, открывает однако людям способным широкую арену деятельности. Адвокатура в России изложена под словом  (см. это сл.).

. О фр. адвокатуре ср. Дюпена, «» (5 изд., 2 т. Пар., 1832); Годри, «» (2 т., Пар., 1864); Молло, «» (2 изд., 2 т., Пар., 1866); Беррье, «» (Пар., 1860); Фавра, «» (4 изд., Пар., 1880). Об англ. адвокатуре ср. Рюттиманна, «» (Лейпц., 1851); Гнейста, «» (2 изд., 2 т., Берл., 1867); Гопфа, «» (1863). О герм. адвокатуре интересны след. соч.: Бешорнера, «» (Лейпц., 1840); Леонгардта, «» (Ганнов., 1865); Гнейста, «» (Берл., 1867), Жака, «» (Вена, 1868). Посл. сочинение содержит в приложении обзор тогдашнего состояния адвокатуры в отдельных герм. государствах. О существующем праве ср. Мейера, «» (Берл., 1879); Мейера, «» (Берл., 1879); Зигеля, «» (Лейпц., 1883).

ЭСБЕ:Право