ЭСБЕ/Бабочки
Бабочки или чешуекрылые (Lepidoptera, см. табл. «Бабочки» I—IV) — образуют большой отряд насекомых, заключающий в себе до 22000 видов, в том числе до 3500 видов в Российской империи (в Европейской и Азиатской России). Это суть насекомые с сосущими ротовыми органами, образующими по большей части спирально свернутый хоботок, с четырьмя однородными перепончатыми крыльями, покрытыми мелкими, пыльцеобразными, цветными чешуйками, и с полным превращением. Покрытое густыми волосками тело бабочек, как и других насекомых, разделяется на голову, грудь и брюшко (таблица III, рис., 10). Голова несет сяжки, ротовые органы и глаза (табл. III, рис. 8). Сяжки млогочленистые и бывают весьма различной формы: чаще всего щетинистые, нитевидные или булавовидные, иногда же пильчатые, гребенчатые или перистые. Ротовые органы (таб. III, рис. 8) приспособлены для принятия жидкой пищи, особенно для лакания сладких медовых соков; лишь у немногих бабочек они очень рудиментарны и не функционируют, у некоторых шелкопрядов, напр., у тутового шелкопряда, у тонкопряда хмелевого. Верхняя губа и верхние челюсти бабочек постоянно зачаточные; нижние челюсти, напротив того, сильно удлинены, желобоваты и сростаются в более или менее длинный хоботок, который в спокойном состоянии спирально свернут и обхватывается с боков трехчленистыми губными щупиками, густо покрытыми волосками. Челюстных щупиков или вовсе нет, или же они зачаточны и состоят из 1—2 суставов и только у молей представляют 6 суставов. Кроме двух больших фасеточных, или сложных глаз у некоторых бабочек бывает еще 2 точечных, или простых глазка. Грудь, подобно всему телу, густо покрыта волосками; первое или переднее кольцо мало развито и оно свободно, а два остальных сращены между собой; только у немногих бабочек каждое из них обособлено (напр., у хмелевого тонкопряда). Крыльев две пары; обе они однородны, перепончаты. с немногими жилками (таб. III, рис. 12) и покрыты мелкими, черепицеобразно расположенными чешуйками (табл. III, рис. 13 с), которые представляют весьма разнообразную окраску и различную форму (табл. III, рис. 13); они бывают широкие или длинные, толстые или тонкие, круглые или угловатые, тупые или острые, с ровными краями или зазубренные, стебельчатые или без стебелька. Крылья бабочек б. ч. большие.; передняя пара больше задней. Общее очертание их очень разнообразно: у одних края их цельные (табл. II, рис. 7), у других же с вырезами (табл. I, рис. 8 и 9). У некоторых, как, напр., у перистокрылых, разрезы доходят почти до самого основания крыла (таб. III, рис. 21); у третьих на крыльях имеются хвостообразные придатки (например, у махаона, см. табл. I, рис. 2) и проч. У немногих бабочек самки имеют зачаточные крылья в виде двух маленьких долек; напр., у шелкопряда носильщика (Orgyia antiqua, таблица III, рисунок 11), y пяденицы зимней (Acidalia brumata); y мешконосцев (Psyche) самки бескрылые. У немногих бабочек некоторые места на крыльях не покрыты чешуйками и представляют вид прозрачных пятен (окошечко), напр., у атласа (Attacus Atlas), или же крылья празрачные, стекловидные, вследствие того, что на них очень мало скоро стирающихся чешуек (пыли), например, у стекляниц (Sesia, см. табл. II, рис. 1). При полете внутренний край переднего крыла плотно налегает на передний край заднего, а у большинства Б. оба крыла имеют еще более тесную связь: на основании заднего крыла находится щетинка или пучок волосков, которая входит в кольцеобразное, крючковидное или желобообразное образование, помещающееся на переднем крыле; этот аппарат, так наз. защепка, облегчает расправление крыльев; он встречается только у бабочек и не бывает у насекомых других отрядов. Замечательно, что у многих Б. на крыльях находятся рисунки в виде цифр и букв. Так, у адмирала (Vanessa Atalanta, см. табл. I, рис. 8) на нижней стороне крыльев находится рисунок в виде цифры 786. У углокрыльницы белое С. (Vanessa C-album, см. табл. I, рис. 9) — на середине задних крыльев рисунок в виде немецкой буквы С. У шелкопряда тау (Aglia tau, см. табл. II, рис. 9) — в виде греческой буквы τ. У совиноголовки дерновой (Acronycta psi) — в виде греческой буквы ψ; на передних крыльях у богачки гаммы (Plusia gamma, см. табл. II, рис. 16) — в виде буквы γ. У совиноголовки хи (Polia сhi) — в виде буквы χ; у совиноголовки восклицательной (Agrotis exclamationis) в виде восклицательного, а у совиноголовки вопросительной (Agrotis interrogationis) — в виде вопросительного знака и т. д. Жилкование крыльев (табл. III, рис. 21) представляет дифференциальный признак при определении видов и родов бабочек. Крыло представляет большую среднюю ячейку, начинающуюся от основания крыла и дающую 4—8 радиальных жилок к боковым частям (краям) крыла; кроме того, выше и ниже средней ячейки, параллельно с верхним и нижним краем, от основания крыла отходят несколько продольных жилок. Ноги Б. нежны и слабы и имеют большей частью пятичленистые лапки; первая пара ног у некоторых видов развита слабее прочих. Брюшко или прилегает к груди на всем протяжении (сидячее) или же отделяется от него легкою перетяжкой (стебельчатое брюшко). Оно состоит из 6 или 7 члеников и густо покрыто волосками; у самок некоторых видов на конце его помещается щеточка густых и длинных волосков или же выдающийся и втяжной яйцеклад. По внутренней организации бабочки отличаются от прочих насекомых некоторыми особенностями. Нервная система их (табл. III, рис. 15) состоит из надглоточного узла с большими глазными долями, подглоточного, большей частью двух грудных и четырех брюшных узлов (реже бывают три грудных узла и пять брюшных узлов, напр., у тонкопряда хмелевого, Нерiаtus humuli). У бабочек есть так же, как у большей части насекомых, симпатическая нервная система. Пищеварительные органы (табл. III, рис. 16) состоят из пищепровода, снабженного сбоку стебельчатым зобом, из желудка и из кишечного канала, который подразделяется на тонкую и толстую кишку. По бокам пищепровода находятся две трубчатые слюнные железки, открывающиеся в ротовую полость. По бокам желудка и кишечного канала помещаются с каждой стороны по три мальпигиевых сосуда (органы, выделяющие мочу), которые открываются в начале кишечника с каждой стороны посредством одного общего сосуда, с которым все три соединяются. У некоторых бабочек (у бражников, у пядениц) на толстой кишке находится продолговатый мешкообразный отросток, так называемая слепая кишка. Сердце бабочек, как и у всех насекомых, представляет многокамерную трубочку, помещающуюся на спине. Дыхательные органы состоят из многочисленных ветвистых дыхательных трубочек (трахеи), распределяющих свои мелкие ветки по всему телу. Эти дыхательные трубочки открываются наружу расположенными по бокам тела дыхальцами (дыхательными отверстиями, табл. III, рис. 10), через которые при вдыхании в них входит воздух, а при выдыхании выходит. Мужские репродуктивные органы (табл. III, рис. 10) состоят из двух семянников, заключенных в одном общем, большей частью ярко окрашенном мешочке, из двух семяпроводов, местами представляющих расширения (семянные пузырьки) и соединенных в один общий семяизвергательный канал, который оканчивается у основания твердого, хитинового, копулятивного органа. Женские органы размножения бабочек (табл. III, рис. 17) состоят из двух яичников, двух яйцепроводов, соединенных в одну общую трубку — влагалище, открывающееся наружу отверстием. С влагалищем соединяются: семеприемник и придаточные железки, а у многих бабочек есть еще и совокупительная сумочка.

Самцы и самки часто более или менее значительно отличаются друг от друга. Различия эти очень разнообразны. Очень часто все половое различие ограничивается только тем, что самец имеет более укороченное и цилиндрическое брюшко; большей частью самка бывает несколько больше самца и имеет менее яркую окраску и менее отчетливый рисунок крыльев. У некоторых видов самки имеют, как мы уже указывали, недоразвитые и не пригодные для летания крылья, напр., у шелкопряда, носильщика (Orgyia аntiqua, таблица III, рисунок 11 А) или же вовсе не имеют их (напр., у пяденицы зимней, Hibenna defoliaria). У мешконосцев (Psyche, табл. III, рис. 7 Д) самки личинкообразны и совершенно беcкрылы. Беcкрылых самцов не бывает. Иногда крылья есть у обоих полов, но у самцов они имеют иную форму, чем у самок или же представляют другую окраску, напр., у самцов тонкопряда хмелевого (Hepialus humuli) крылья белого, а у самок желтого цвета. У некоторых бабочек половые различия замечаются в форме сяжков: так, у самцов сяжки бывают гребенчатые, а у самок зубчатые или нитевидные (табл. III, рис. 19).
 
Различия между самцами и самками дают возможность наблюдать сравнительно довольно частые явления гермафродитизма бабочек. Гермафродитизм бабочек бывает полный или неполный. При полном, или боковом гермафродитизме одна половина тела (правая или левая) представляет окраску и формы самца, а другая — самки, напр., у шелкопряда непарного (Lipans dispar, табл. III, рис. 20, табл. II, рис. 12). Иногда следствием полного гермафродитизма является неспособность летать, именно когда у гермафродита на одной сторона вполне развитые крылья, как у самца, а на другой зачаточные, как у самки. При неполном гермафродитизме замечается преобладание отличительных признаков одного какого-нибудь пола: напр., все тело бывает такое, как у самки, а задние крылья и по форме и по окраске — такие, как у самца. Насколько такой внешний гермафродитизм отражается на внутренних органах мало выяснено, так как анатомическое иследование гермафродитов редко удавалось производить, потому что собиратели бабочек стараются сохранить такие экземпляры для коллекции. В тех немногих случаях, в которых было произведено вскрытие, у гермафродитных особей находили на одной стороне женские, а на другой мужские половые органы, например у бражника тополевого (Smerinthus populi) они всегда были более или менее атрофированы и не способны к отправлению. Причина образования индивидуального гермафродитизма бабочек неизвестна. Можно только с основанием предположить, что уже у гусениц таких бабочек должны быть гермафродитные зачатки половых органов. Таких гермафродитных гусениц не наблюдали, но известны гермафродитные личинки в других отрядах насекомых (личинки Perla), и поэтому на основании теории аналогии высказанное предположение о гусеницах гермафродитных бабочек наглядно обрисовывается. Конечно, вслед за принятием этого положения является вопрос: а чем же можно объяснить появление гермафродитизма гусениц? Тут надобно сделать предположение, что зародыш такой гусеницы был гермафродитом. У зародышей бабочек, как известно, зачатки половых желез (семянников и яичников) первоначально совершенно индифферентны и лишь впоследствии они дифференцируются в мужские половые железы (семянники) или женские (яичники). Поэтому можно полагать, что вследствие не известных нам причин еще в эмбриональной жизни индифферентные зачатки половых желез на одной стороне тела развились в яичник, а на другой — в семянник.

Кроме гермафродитизма у бабочек наблюдались весьма разнообразные уродства: полное отсутстствие одного или обоих крыльев на одной стороне, два передних крыла на одной и той же стороне, крылья, не успевшие расправиться при выходе из куколки и оставшиеся скомканными, ненормальное прикрепление сяжков: на одной стороне сяжок помещается, как обыкновенно, над глазом, а на другой стороне под ним, недоразвитие глаз и проч. Большая часть подобных уродств объясняется недостаточным или несоответственным питанием гусеницы. Это наблюдали у некоторых крушинниц (Соlias) и многоцветниц (Vanessa). Уродства у бабочек можно вызвать и искусственно: это достигается тем, что у куколки покрывают воском или сдавливаются те или другие части ее тела. У бабочек, кроме половых различий, иногда замечается настоящий полиморфизм; так, различные особи, развивавшиеся, по-видимому, при совершенно одинаковых условиях, отличаются друг от друга, особенно по окраске; напр., у шелкопряда-медведя (Arctia caja) иногда эти различия так велики, что можно было бы принять их за различные виды. Особую форму диморфизма представляет так называемый сезонный диморфизм, который объясняется влиянием температуры и является как бы первым шагом к перемене поколений. Это явление наблюдалось у одной европейской дневной бабочки, Vanessa levana sive prorsa, которая является в двух поколениях настолько отличающихся друг от друга по окраске и по рисунку, что прежде, когда не были избестны взаимные соотношения их, оба поколения считались за различные виды: Vanessa levana и V. prorsa (табл. IV, рис. 29). На самом же деле это один и тот же вид, но V. levana выходит весной из перезимовавших, следовательно подвергавшихся действию холода куколок, а V. prorsa — из куколок следующего поколения, не зимовавших. Последняя отличается от первой большей величиной и более темным цветом.

Окраска бабочек иногда изменяется вследствие отсутствия пигмента — альбинизм, или частичного его недостатка, или же, напротив того, от пигмента, более яркого, чем обыкновенно, либо более густого и темного — меланизм. В некоторых случаях красный цвет на крыльях заменяется черным, напр., у Callimorpha Hera, а иногда, наоборот — желтый цвет заменяется красным, напр., у Callimorpha dominula. Интересно, что у некоторых видов красный и желтый цвета изменяются совершенно при тех же условиях, как на лакмусовой бумажке: если, напр., красную орденскую ленту (Саlосаlа nupta) подвергнуть действию паров соляной или азотной кислоты, то красные части становятся желтыми, а под действием аммиачного газа красный цвет немедленно восстанавливается. Неоднократно производились опыты с целью вызвать изменение окраски у бабочек, вскармливая их гусениц особой пищей. Эти опыты дали, между прочим, следующие интересные результаты. Из гусениц шелкопряда-медведя (Arctia caja), вскормленных листьями лесного орешника, или лещины (Corylus Avellana), вылуплялись Б., у которых красный цвет на нижних крыльях был заменен бурым. Из гусениц другого близкого вида (Arctia villica), выкормленных листьями хрена, выходили Б., у которых задние крылья были более или менее черные, тогда как обыкновенно они бывают ярко-желтые с черными пятнами. Воспитанные в полной темноте и выкормленные хмелем гусеницы дневных павлиньих глазок (Vanessa Jo) дали многочисленные разновидности. Относительно влияния цветных лучей спектра на окраску бабочек опыты хотя и производились, но положительных результатов не получено.

Девственное зарождение, или парфеногенез, встречается у Б. редко; постоянно он бывает только у мешконосцев (Psychidae) и у моли Solenobia, а в виде исключения — у некоторых шелкопрядов, напр., у тутового шелкопряда (Bombyx mon); обыкновенно же Б. имеют половое размножение, причем, как и у всех животных, спариваются особи одного и того же вида, но иногда являются ублюдки, происходящие от скрещивания очень близких видов. например, Deilephila Epilobii от D. Vespertilio и D. Euphorbiae, спаривающихся на свободе; искусственно, при воспитании, были получены ублюдки от Attacus Yаma-mai и A. Pernyi. Дальнейшее потомство таких ублюдков представляет, как в большинстве случаев у животных, возврат к одному из первоначальных типов. Удавалось скрещивать даже различные роды Б. (Vanessa, Argynnis, Satyrus), но от таких скрещиваний потомства не получалось. После скрещивания Attacus Polyphemus, североамериканского вида, с А. Pernyi, китайской формой, самка отложила яички, но из них не развились гусеницы. Спариванию у Б. предшествует сближение полов, причем самец старается привлечь к себе самку. Средством к этому у большинства видов является более или менее яркая и красивая окраска самцов, обращающая на себя внимание самок, но иногда имеются и другие приспособления. Так, некоторые бабочки способны воспроизводить звуки, служащие для призыва самок, и снабжены особыми органами, служащими для этой цели. В этом отношении наиболее замечателен бражник — мертвая голова (Acherontia Atropos, см. табл. II, рис. 3), который издает продолжижительный и довольно громкий звук, напоминающий треск разрываемого пергамента. Звук этот производится воздухом, выдавливаемым из зоба и проходящим через хоботок. Другая Б. (Setina aurita) издает звуки, напоминающие тиканье часов и производимые особым аппаратом, расположенным на нижней стороне тела у основания брюшка. Способность воспроизведения звуков наблюдали не только еще у некоторых других бабочек, напр., многоцветницы, дневных павлиньих глазок (Vanessa Jo), у Chelonia pudica, но также у куколок ежевикового мотылька (Thecla rubi) и у некотоных гусениц, так что, очевидно, звуки, издаваемые Б., кроме приманки самок служат еще и для других каких-то целей. Отчасти для привлечения самок, отчасти же для защиты от врагов служат пахучие выделения, замеченные у некоторых Б. Так, дневная Б. Charaxes Jasius сильно пахнет мускусом, особенно, по вылуплении из куколки; такой же запах (особенно после вылупления из куколки и перед совокуплением) издают: бражник вьюнковый (Sphinx Convolvuli) и бражник бирючинный (Sph. Ligustn), причем как у того так и у другого вида запах замечается только у самцов, так что здесь пахучее выделение несомненно имеет половое значение. Махаоны (Рарiliо Machaon, см. табл. II, рис. 2) часто издают запах укропа. Экзотические Б. из группы геликонид, очень слабые и медленно летающие, защищены от нападения насекомоядных птиц своим липким и вонючим выделением.

Копуляция продолжается или короткое время, напр., у большинства дневных бабочек, или же, напротив, оно очень продолжительно, напр., у шелкопрядов, а у некоторых видов, как-то у тутового шелкопряда, совершается несколько раз. Хорошо летающие Б. копулируют на лету, а у тех видов, самки которых бескрылы или мало подвижны, эти последние, сидя, ожидают прилета самца, который отыскивает их. Оплодотворенные самки вскоре начинают откладывать яйца; самцы же после копуляции скоро умирают. Мужское семя, поступившее после копуляции в женские половые органы не тотчас же оплодотворяет яйца, а поступает в семяприемник и сохраняется в этом органе. Оплодотворение же яичек происходит по мере их выхода из яичников и прохождению по влагалищу, вызывая выхождение сперматозоидов (семенчаток), понемногу из семяприемников.

Самки откладывают яйца поодиночке или группами и в последнем случае располагают их кучками, рядами, или спиральной линией на ветке дерева, на стебле какого-нибудь растения или на листе. Обыкновенно яйца ничем не покрыты, но у некоторых шелкопрядов самки покрывают отложенные ими яички волосками, которые они обрывают со своего брюшка и тем предохраняют их от вредного действия низкой температуры, напр. шелкопряд непарный (Liparis dispar), шелкопряд златогузка, (L. chrysorrhoea); самка шелкопряда ивового (Liparis salicis) покрывает отложенные яйца особой, выделяемой ею жидкостью, которая отвердевает на воздухе. По инстинкту яйца откладываются на то растение или на то вещество, которым будет питаться гусеница. Число яиц весьма различно у разных видов и колеблется от сотни до нескольких тысяч; вообще оно менее значительно у дневных бабочек, чем у прочих семейств. Форма яиц очень разнообразна: шарообразные, эллиптические, сплюснутые. Цвет их также очень различен: есть яйца белые, желтые, зеленые, красноватые, розовые, серые, бурые или черные, иногда пятнистые и полосатые. Поверхность яиц бывает гладкая, иногда же неровная, и в последнем случае она покрыта бугорками, сетью с шестиугольными ячейками, продольными ребристыми возвышениями, или же иногда даже бархатистая. Яйцо бабочки покрыто твердой скорлупкой, и поэтому для проникновении в него сперматозоидов (семянчаток) на одном полюсе находятся отверстия (микропильный аппарат), входец или норочка.

Величина яиц незначительна, и у мелких видов они меньше нежели у крупных бабочек; по большей части они имеют величину бисеринки. В большинстве случаев нет разницы между яйцами, из которых развиваются самцы и самки, но у некоторых видов заметили различие. Так, у шелкопряда непарного (Liparis dispr, см. табл. II, рис. 12), самки которого больше самцов, и яйца, развивающиеся в самках, круппее тех яиц, из которых образуются самцы. Поэтому у этой Б. уже по яйцам можно определить пол будущего насекомого. У ночной бабочки Cucullia umbratica яйца, дающие неделимых мужского пола имеют продолговато-круглую форму, между тем как яйца, развивающие самок — круглые. Через более или менее продолжительное время после откладки яиц (иногда после зимовки) из них вылупляются личинки, называемые гусеницами. Гусеницы (табл. III, рис. 1, 2, 5, 6, 11, 33) имеют червеобразное, более или менее удлиненное цилиндрическое тело, покрытое кожей, то голой, напр., гусеница ивового древоточца, (Cossus ligniperda), то несущей волоски, бородавки, бугорки, напр., гусеницы шелкопряда-медведя (Arctia Caja), буковой сатурнии (Saturnia carpini) и проч. (см. табл. I, рис. 5, 12, 15; табл. II, рис. 8, 12, 14). На теле гусеницы различаются: голова и 12 члеников туловища. Голова (табл. III, рис. 9) большей частью большая, роговая, разделенная на две половины срединной линией, которая спереди вилообразно раздвояется; на ней находятся с каждой стороны по 6 точечных глазков и по 3-членистому, очень короткому сяжку; роговые органы — грызущие и представляют следующие части: верхнюю губу, две сильно развитые зубчатые верхние челюсти, две нижние челюсти, снабженные 3—4-х членистыми челюстыми щупиками и нижнюю губу, имеющую два 2—3-х членистых щупика. На нижней губе открываются выводные протоки паутинных желез. В большинстве случаев гусеницы имеют 8 пар ног, именно по паре на 1—3 члениках (грудные ноги), на 6—9 (брюшные ноги) и на 12 членике (толкальцы). Грудные, или истинные ноги гусениц (табл. III, рис. 14 А) состоят из 6 члеников, из которых последний вооружен коготком. Брюшные ноги (табл. III, рис. 14. В.) и толкальцы (ложные ноги) не расчленены, толсты и походят на бородавки; подошва их то более или менее двулопастная и по наружному краю усажена загнутыми внутрь крючечками (прицепные ноги), то кругла и по всей окружности усажена загнутыми наружу крючочками (венечные ноги). У некоторых гусениц бывает не 8 пар ног, а только 7, 6 и даже 5 пар; у таких гусениц уменьшение числа ног происходит от недоразвития или отсутствия одной или более пар брюшных ног, напр., у гусениц пядениц (табл. III, рис. 2).

Основной цвет гусениц чаще всего зеленый, сероватый или бурый; у тех из них, которые не подвергаются действию солнечного цвета, живя в чехлах или внутри плодов, в стеблях, в корнях, окраска желтовато-белая или розовая, а у живущих в земле преобладает бледная синеватая или землистая окраска. Окраска гусениц, живущих открыто, по большей части применена к цвету листьев, цветов, коры и проч., что скрывает их от преследования врагов (симпатическая окраска); иногда гусеницы приобретают необыкновенное сходство с птичьим пометом. Окраска гусениц часто меняется под влиянием пищи; так, напр., гусеницы галатеи (Melanargia Galatea) бывают или серые с бурой спинной полосой или же зеленые с темно-зеленой спиной полосью. У некоторых гусениц окраска изменяется, смотря по растению, на котором они живут; так, гусеницы бабочки Eupithecia centaureata, живущие на обыкновенной льнянке (Linaria vulgans), бледно-желтые с винного цвета рисунком, на льнянке малой (Linаriа minor) — они водянисто-зеленоватого цвета с темно-зеленым рисунком; на пижме (Tanacetum) — белые с легким зеленоватым оттенком, с одной только травяно-еленой линией; на петрушке — окраска желтая, без рисунка; на конопельнике (Eupathorium cannabinum) гусеница эта бывает белого цвета с красным рисунком. У иных гусениц цвет меняется с возрастом и линьками. Так, гусеницы бабочки Cerastis Vacciniп в молодости зеленые, а потом становятся бурыми. В молодости они слабы, не умеют прятаться и питаются только молодыми листьями, а потому для защиты должны подражать цвету последних, а затем, сделавшись более сильными, они уже не имеют надобности в применительной окраске, так как уже могут прятаться. У гусениц, так же как и у бабочек, наблюдались случаи уродства: известны гусеницы тутового шелкопряда, имевшие два рога на одиннадцатом членике, вместо одного.

Большинство гусениц живет на растениях, причем для защиты от дождя и солнца держатся преимущественно на нижней стороне листьев; некоторые живут в древесине, напр., гусеница ивового древоточца (Cossus ligniperda, табл. IV, рис. 33), в мякоти плодов — листовертки яблонной (Саrроcapsa pomonana, табл. Ш, рис. 5), в земле — совиноголовки озимой (Agrotis segetum) и пр. Питаются гусеницы преимущественно растительными веществами: листьями, древесиной, плодами; только немногие из них поедают животные вещества, как-то жир, напр., огнянка жировая (Agilssa pinguinalis), воск — восковая моль (Galeria melonella), шерсть — моль меховая (Tinea pellionella); Гусеницы не способны размножаться, так как их половые органы находятся лишь в зачаточном состоянии; они лишь питаются и растут, накопляя пластические вещества, необходимые для дальнейшего развития, и соответственно этому их пищеварительные органы гораздо значительнее развиты, нежели у бабочек (табл. IV, рис. 34 А). Рост гусениц совершается весьма различно, в зависимости от вида пищи и времени года. Гусеницы, живущие на злаках и лишаях растут медленнее питающихся более сочными растениями. Некоторые гусеницы едят очень много днем и ночью и растут чрезвычайно быстро, напр., гусеницы тутового шелкопряда, другие, же, напр. гусеницы краеглазниц (Satyridae) едят только ночью и растут гораздо медленнее. Гусеницы второго летнего поколения (у тех видов, у которых первое поколение появляется весной) очень скоро достигают полного роста. Многие из гусениц, вылупившиеся осенью, проводят зиму, оставаясь на первой стадии развития. Во время роста кожа гусеницы, которая растяжима лишь до известной степени, становится тесной, и гусеница разрывает и сбрасывает ее; это называется линькой Перед линькой под старой кожей уже находится новая, которая и заменяет ее. Число линек различно — от 3 (у большинства дневных бабочек) до 7—8 (у волосистых гусениц, получающих обильное питание). Во время линяния гусеницы ничего не едят и нередко умирают, частью от истощения, частью от того, что не имеют возможности освободиться от старой кожи и задыхаются в ней.

Достигнув полного развития, гусеница перестает есть, как перед линькой. Окраска ее темнет или бледнеет, тело сокращается, кожа сморщивается; затем гусеница еще раз сбрасывает кожу и переходит в состояние покоя, которое продолжается несколько дней, а иногда несколько месяцев, в редких же случаях целую зиму (Limacodes Testudo). При переходе в состояние покоя гусеница изменяет свою форму и превращается в куколку (см. табл. I, рис. 10; табл. II, рис. 8). По форме, окраске и наружным покровам и по способу прикрепления куколки представляют значительные различия, которые отчасти характеристичны для систематических групп, к которым относятся будущие бабочки. Так, куколки сумеречных и ночных бабочек имеют цилиндрическо-коническую форму, спереди усеченную, а сзади утончающуюся, и бывают бурого цвета различных оттенков. Форма и окраска куколок дневных бабочек гораздо разнообразнее: многие из них угловаты или снабжены коническими выступами, другие снабжены перехватом, некоторые имеют двураздельную голову, у иных голова усеченная или, наоборот, заостренная и проч. Цвет куколок различен не только у различных видов, но даже и у различных особей одного и того же вида. Одни из куколок бабочек помещаются свободно над землей, прикрепляясь к различным предметам задним концом тела и вися головой вниз или же располагаются головой кверху, укрепляясь при помощи особого пояска; другие окружают себя коконами и помещаются между листьями, которые они связывают паутинными нитями, или на ветвях; наконец, третьи, в коконах или без них покоятся в земле. По окончании срока развития наружная оболочка куколки лопается и из нее выходит сформировавшаяся бабочка, которая обсыхает и расправляет свои крылья.

Во время превращения изменяются не только наружные части тела гусеницы, но и все внутренние органы (табл. IV, рис. 34). Изменяясь, различные части тела приспособляются к новым условиям жизни. Так, грызущие ротовые органы гусеницы (табл. III, рис. 9) заменяются у бабочки сосущими, пищепровод вытягивается, и сбоку на нем развивается зоб, который помогает всасывать жидкую пищу; дыхательные органы усложняются присоединением к трахеям воздушных пузырей, которые, уменьшая удельный вес тела, делают бабочку способной к воздушной жизни; вместо имевшихся у гусениц только зачатков половых желез постепенно развивается сложный половой аппарат бабочки; нервная брюшная цепь гусеницы концентрируется вследствие слияния отдельных узелков и, соответственно с расчленением тела на брюшко и грудь, обособляется на брюшные и грудные узлы. Итак органы, находящиеся в теле Б., суть б. ч. видоизмененные органы гусеницы (в состоянии куколки), но однако у бабочки недостает некоторых органов, бывших у гусениц, и наоборот, являются некоторые новые органы, которых не было у гусениц. Из недостающих органов заметим сперва относительно брюшных ног гусениц; между тем как у бабочек находятся лишь грудные ноги, а брюшные ноги во время метаморфозы уничтожаются, у гусениц есть более или менее развитые прядильные, или паутинные железы — трубчатые органы, помещающиеся по бокам пищепровода и открывающиеся в ротовую полость; эти органы вырабатывают паутинное вещество, из которого многие гусеницы прядут коконы, в которых они окукляются, напр., тутовый шелкопряд (Bombyx mori), шелкопряд — ночные павлинные глазки (Saturnia carpini) и друг. (см. табл. II, рис. 8). Этих паутинных желез у бабочек нет; они исчезают во время метаморфозы (в состоянии куколки). Напротив того, крылья бабочек развиваются в состоянии куколки из особых зачатков в виде кружочков (имагинальные пластинки), находящихся по бокам грудных колец гусениц. Чешуйки, покрывающие крылья и все тело бабочек, суть совершенно новые образования, развиватощиеся в состоянии куколки, а у гусениц нет даже и зачатков их. Чешуйки развиваются следующим образом (табл. III, рис. 13). Некоторые клеточки наружных покровов куколки увеличиваются, становятся шарообразными и дают отросток, который проходит наружу и на конце расширяется в пластинку. Эти шарообразные клетки называются сквамобластами, или чешуеродными клеточками. Впоследствии эти клеточки уничтожаются, отростки их становятся стебельками чешуек, а расширенная пластинка стебелька становится чешуйкой.

Как во время превращения (в состоянии куколки) сформировываются все органы бабочки, так точно и органы гусеницы постепенно развиваются и сформировываются в теле зародыша. Зародыш бабочек (табл. IV, рис. 31) не представляет никаких особенно отличительных признаков от зародышей прочих насекомых. Он представляет удлиненное и расчлененное тело, состоящее из многих совершенно одинаковых члеников (протозонитов), из которых каждый несет по одной паре совершенно одинаковых боковых придатков или конечностей — парамеры. Лишь впоследствии четыре передних членика сливаются и образуют голову гусеницы, а парамеры этих члеников преобразуются в сяжки и парные ротовые органы (верхние и нижние челюсти и две нижние губы, которые потом срастаются между собой в одну непарную нижнюю губу). Следующие три членика зародыша образуют грудные кольца гусеницы, а их парамеры — истинные, или грудные ноги, а остальные протозониты образуют брюшко (причем некоторые из них срастаются между собой), а их парамеры превращаются в брюшные ножки гусеницы.

Б. живут большей частью недолго, некоторые, напр. Psyche (таблица III, рис. 7) лишь одни сутки, реже от 2—3 суток; большинство же бабочек живет несколько недель (1—4 недели). Вскоре по вылуплении из куколки они спариваются, и самцы умирают большей частью тотчас же после совокупления, а самки — после откладки яиц; если спаривания не было, то они живут несколько дольше. В виде исключения некоторые бабочки, напр. траурный плащ (Vanessa Antiopa), многоцветница (V. polychloros), крапивница (Vanessa urticae), крушинный мотылек (Gonopteryx rhamni) совокупляются несколько месяцев спустя после выхода из куколок; летние особи их засыпают осенью, зимуют в укрытых местах, а весной появляются снова. Такие зимовавшие особи по большей части отличаются более или менее выцветшей окраской, напр., у траурного плаща желтая полоса крыльев становится белой. Таким образом, в огромном большинстве случаев вся жизненная деятельность бабочек сводится к размножению. Некоторые из них, напр. тонкопряд хмелевый (Hepialus humuli, табл. II, рис. 7), имея неразвитой хоботок, совсем не принимает пищи, прочие же питаются исключительно жидкостями, преимущественно медовыми соками, которые они высасывают из цвеков посредством своего более или менее длинного хоботка (у некоторых экзотических видов он достигает до 1 фута длины). Дневные бабочки при высасывании соков садятся на цветок (табл. IV, рис. 30), а бражники порхают около него, погрузив хоботок в глубину цветочного венчика (табл. III, рис. 1). Бсе бабочки, летающие днем, вообще очень подвижны и в солнечные дни лишь изредка садятся для отдыха, летающие же ночью по большей части отличаются медленным и тяжелым полетом, особенно самки, и чаще всего сидят на месте. В спокойном состоянии положение крыльев у различных бабочек различно; в то время, как дневные бабочки держат крылья более или менее вертикально, так что крылья бывают обращены наружу нижней стороной, и задние крылья отчасти прикрывают передние, у прочих крылья располагаются крышеобразно или горизонтально, причем крылья располагаются верхней стороной наружу, и продольно складывающаяся задняя пара их по большей части совершенно покрывается передней парой. По ночам бабочки очень охотно летят на свет, особенно в ненастную погоду.

Для человека из Б. полезны только те, гусеницы которых дают шелк (некоторые шелкопряды, напр., тутовый или шелковичный шелкопряд, Bombyx mori, см. табл. II, рис. 10). Вредными же оказываются гусеницы очень многих Б.: 1) полеводству вредны: совиноголовка озимая (Agrotis segetum), С. восклицательная (A. exclamationis), С. яровая (Hudralcia nусtitans), С. льняная (Plusia gamma, см. табл. II, рис. 16). 2) огородам: капустница (Pieris brassicae), совиноголовка овощная (Mamestra oleracea), совиноголовка гороховая (Маm. pisi); 3) лесам и садам: шелкопряд процессионный (Cnethocampa processionea), шелкопряд непарный (Lipans dispar, см. табл. II, рис. 12). Совиноголовка сосновая (Trachea piniperda), шелкопряд сосновый (Gastropacha pini), древоточец ивовый (Cossus ligniperda, табл. IV, рис. 33), плодовница зимняя (Acidalia brumata), листовертка яблонная (Carpocapsa poтоnаnа, см. табл. II, рис. 19). Моль черемуховая (Jponomeuta evonymella), бражник сосновый (Sphinx pinastri, см. табл. II, рис. 2). И многие другие; 4) амбарам и кладовым: моль хлебная (Tinea granella), огнянка мучная (Asopia farinalis, см. табл. II, рис. 18). И жировая (Agiossa pinguinalis, 5) мехам и платью вредят различные моли (Tinea pellionella, tapeziella, arcitella); 6) пчеловодству — восковая моль (Gаllеriа melonella, см. табл. II, рис. 20). Наконец, гусеницы шелкопряда походного, производящие, весьма сильные опустошения в лесах, вредят непосредственно и самому человеку: густые волоски, покрывающие их тело, легко обламываются и разносятся ветром; попав на глаза или па слизистые оболочки, они вызывают своим присутствием воспаление их. Вообще у волосистых гусениц (различных шелкопрядов) при дотрагивании к ним легко отпадают их волоски и, втыкаясь в кожу, производят в ней раздражение и воспаление (erythema). что зависит от нахождения в этих волосках едкой жидкости (премущественно муравьинной кислоты).

В общей экономии природы Б. имеют то значение, что многие из них способствуют перекрестному опылению растений, перенося на своем мохнатом теле пыльцу с одних цветов на другие; кроме того Б. служат пищей многим насекомоядным животным, особенно птицам. Тело гусениц служит почвой для развития многочисленных животных и растительных паразитов. Большинство животных паразитов бабочек принадлежит к классу насекомых, частью из отряда перепоночатокрылых (Hymenoptera), частью из отряда двукрылых (Diptera). К первому отряду относятся различные виды наездников, напр., Microgaster glomeratus; паразитирующий в гусеницах капустницы (Рiеrię brassicae, табл. IV, рис. 24), а ко второму мухи-хищницы, напр., Tachina fera, паразитирующая в гусеницах шелкопряда монаха (Liparis monacha). Эти паразиты попадают в гусениц в виде яиц, которые откладываются самкой наездника, через отверстие, делаемое яйцекладом на коже гусеницы. Вылупившись из яиц, личинки наездника питаются окружающими тканями обитаемой ими гусеницы и, достигнув полного возраста, окукляются, причем одни из них остаются внутри тела, а другие выходят для окукления наружу. Пораженная же гусеница умирает от разрушения ее внутренних органов; смерть наступает или до окукления гусеницы, или после него. Гусеницы, часто ползающие по земле, иногда поражаются круглыми глистами (из родов Gordius и Mermis), которые проникают внутрь их тела, разрывая наружные покровы; случается, что проникшие таким образом круглые глисты переходят из личинки в куколку, а из куколки в бабочку. Гусеницы бабочек становятся также добычей низших споровых растений, из которых наиболее известен плесневой гриб мускардина (Botrytis Bassiana), поражающая дыхательные органы шелковичного червя и производящая у него эпидемическую болезнь мускардину. Споры этого растения могут быть привиты гусеницам наших бабочек. Другая эпидемическая болезнь шелковичных червей, известная под именем пебрины, также производится микроскопическими одноклеточными низшими организмами, но только не растительного, а животного происхождения — именно, микроспоридиями — простейшими животными, относящимися к классу споровиков (Sporozoa, табл. IV, рис. 25).

Активных средств защиты от нападения врагов у бабочек почти нет; они бол. ч. спасаются бегством, так как большинство из них обладает быстрым полетом. Зато пассивные средства защиты разнообразны и очень распространены в этом отряде насекомых. Так, геликониды (табл. IV, рис. 21 А), группа экзотических бабочек, отличающаяся яркой окраской и медленным полетом, обладает чрезвычайно противным запахом и острым вкусом, что делает их несъедобными. Густые зазубренные волоски, покрывающие тело гусениц походного шелкопряда, являются причиной того, что птицы их не преследуют; их едят только одни кукушки. Еще более распространены между бабочками явления мимикрии и симпатической окраски. Примером мимикрии или подражательной окраски и формы могут служить лепталиды (табл. IV, рис. 21 В.), группа экзотических бабочек, водящихся вместе с геликонидами; лепталиды не обладают вкусом и запахом этих последних, но представляют с ними такое сходство в форме и окраске, которое может ввести в заблуждение даже опытного энтомолога, и которое избавляет их от преследования врагов, принимающих их за несъедобных геликонид. Другой пример мимикрии представляет бабочка Kallima parallecta (табл. IV, рис. 22), которая, сидя со сложенными крыльями на ветке дерева, представляет полнейшее сходство с увядающим листом; многие из наших стеклянниц (Seslidae, табл. II, рис. 1) подражают по общей форме тела и по окраске другим насекомым, обладающим более действительными средствами защиты — как пчелам, осам, шершням и проч. Примерами симпатической окраски могут служить: пяденица березовая (Anphidasis betularia, табл. IV, рис. 23), которую по цвету чрезвычайно трудно отличить от березовой коры, на которой она обыкновенно сидит в продолжение дня. Синянки, или аргусы (Lycaena), имеющие синюю окраску, садятся преимущественно на синие цветы, на которых заметить их очень трудно, и проч.

Бабочки распространены почти по всему земному шару и встречаются даже за полярным кругом, но под тропиками они гораздо многочисленнее, крупнее, разнообразнее и ярче окрашены, чем в умеренных и особенно в холодных странах. Древнейшие остатки бабочек найдены в юрской формации (вторичная эпоха) и принадлежат к семейству древогрызов (Xylotropha), которое и по сравнительно-анатомическим данным является наиболее древним. Одно время утверждали, что будто бы остатки бабочек (отпечатки) были найдены в каменноугольной формации (первичной эпохи). Эти отпечатки представляли формы, напоминающие нынешних бражников или сумеречных бабочек (Sphingidae). Но, однако, более тщательное исследование их показало, что это вовсе не бабочки, а насекомые совершенно особой, ныне не существующей, группы насекомых, представляющей много сходства с сетчатокрылыми. У этих насекомых были грызущие ротовые органы и совершенно своеобразное жилкование крыльев, а именно вееобразные жилки на крыле, между тем как общая форма тела напоминает бабочек. До последнего времени, пока еще держалось в биологии воззрение о неизменяемости видов, полагали, что самые древние бабочки имели сосущие ротовые органы и тело, покрытое чешуйками, и на этом основании полагали, что бабочки могли появиться на земле лишь тогда, когда уже развилась роскошная фауна цветковых растений, доставляющих им питание. Напротив того, с принятием десцендентной теории, или теории происхождения высших видов животных из низших, стало ясно, что можно было искать самых древних представителей бабочек в более раннюю эпоху земной жизни, и что первобытные представители могли иметь организацию менее совершенную и приспособленную к тем условиям, при которых они существовали. И действительно, найдены впоследствии остатки первобытных бабочек во вторичной эпохе (в юре), обладавших грызущими ротовыми органами и следовательно, не нуждавшихся в высших цветковых растениях для своего питания. Благодаря древнейшим остаткам упомянутых насекомых, похожих по внешнему виду на бабочек, но представлявших совершенно иное жилкование крыльев и похожих отчасти (по своей организации) на сетчатокрылых, надо полагать, что бабочки постепенно развились из первобытных сетчатокрылых или из родичей общих для сетчатокрылых и для бабочек, так как насекомые этих двух отрядов представляют еще и в настоящее время более близкие соотношения, чем с другими отрядами класса насекомых. Из отряда сетчатокрылых мошки (Phryganidae) представляют наибольшее сходство с бабочками.

Для составления коллекций бабочек следует ловить или выводить их из гусениц. Ловить бабочек надобно с весны до поздней осени, так как во все это время появляются новые виды, которые встречаются только в известное время года. Дневных бабочек надо ловить в солнечные дни в садах, полях, рощах, на лугах. Ловят их сеткой на лету или же (что гораздо легче), выждав, когда бабочка сядет на цветок или на пень. Сумеречных и ночных бабочек надо ловить в сумерки или ночью. Первые в сумерки вылетают из своих убежищ и вьются вокруг цветущих и пахучих растений; ловят их сеткой, так же как и дневных. Для ловли ночных бабочек, в тихую погоду, темной ночью идут в сад или в поле с зажженным фонарем или ставят лампу либо свечу на низкое и открытое место; на свет скоро слетаются большое количество бабочек, который порхают до тех пор, пока их не переловят. Еще удобнее для этой цели употреблять так называемую самоловку на свет. Самоловка (табл. IV, рис. 28) эта представляет собой ящик, на дне которого помещается лампа с рефлектором; передняя часть самоловки отделяется наклонно расположенной стеклянной пластинкой, и на дне ее помещен ящик, в который положена вата, напитанная хлороформом. Ящик с хлороформом прикрывается тремя треугольными пластинками, которые своими вершинами подходят к середине стеклянной пластинки, разделяющей самоловку; при этом на месте их схождения оставляется отверстие, через которое летящие на свет бабочки проникают в пространство, находящееся над ящиком с хлороформом; там они впадают в оцепенение и падают на дно ящика. Бабочку, пойманную живьем, необходимо сейчас же умертвить, так как иначе она может обломать крылья и стереть с них пыль (чешуйки).

Для умерщвления надо осторожно сдавить пальцами грудь и затем наколоть насекомое на булавку, которая предварительно была обмокнута в табачный сок. Если бабочка имеет очень толстое туловище (бражники, шелкопряды), то следует ее умертвить посредством сернистого эфира. Для этой цели ее помещают в банку, наполненную парами эфира, для чего в банку кладется вата, пропитанная эфиром и прикрывается сверху бумажной пластинкой; после того как в нее посадили бабочку, банка плотно закупоривается пробкой. Точно так же поступают для умерщвления мелких, молевидных бабочек. Вместо эфира можно употребить хлороформ и цианистый кали. Умерщвленную бабочку надо расправить и высушить. Для этой цели употребляется расправилка (табл. IV, рис. 27), состоящая из двух деревянных дощечек, наклеенных на пробковый лист так, что между ними находится промежуток, в котором могут поместиться туловище и головка бабочки. Булавку, на которой сидит Б., втыкают в в пробку между дощечками до тех пор, пока тело не пройдет в промежуток, а крылья не лягут на дощечки. Затем усикам и крыльям придают надлежащее положение и укрепляют их полосками бумаги, прикалываемой булавками. В таком положении бабочка должна находиться до тех пор, пока не высохнет, то есть в течении 1—2 недель. Высушенные бабочки помещаются в ящики со стеклянными крышками, которые надо оберегать от сырости, пыли и вредных для коллекций насекомых. Для последней цели рекомендуют класть в ящики камфору, нафталин и другие сильно пахнущие вещества.

Гусениц надо искать на растениях, которыми они питаются; только немногие гусеницы сходят с растений, да и то на день, а вечером возвращаются. Присутствие гусениц на растениях обнаруживается объеденными листьями и эскрементами гусениц на листьях. Собирая гусениц, лучше не трогать их пальцами, а, срезав ветку, на которой они сидят, положить ее вместе с ней в ящик. Собирание облегчается еще тем, что под дерево или куст ставят раскрытый зонтик и затем встряхивают и обколачивают растение палкой; от толчка и сотрясения гусеницы срываются с веток и падают в зонтик. Вместо зонтика можно расстелить простыню или ковер. Если гусеницы собраны для составления коллекции, то их надо препарировать. Для этого гусениц сперва умерщвляют, бросая их в спирт или убивая эфиром, потом делают тоненький разрез на конце тела (у порошицы) и, осторожно надавливая на тело гусеницы, выталкивают через это отверстие внутренности. Потом вдевают в сделанное отверстие один конец стеклянной трубки или соломинки и привязывают его ниткой, а с другого конца начинают вдувать воздух. При этом гусеницу держат над тлеющими углями или над раскаленной платиновой сеточкой и беспрестанно поворачивают ее, чтобы она равномерно просыхала. Когда кожа гусеницы высохнет настолько, что будет сохранять приданную ей форму, то трубку вынимают, и гусеница отпрепарирована. Еще лучше вместо того, чтобы надувать выдавленную гусеницу, впрыснуть в нее ручным насосом смесь воска с терпентином или же набить ее мелко изрезанной ватой, перемешанной с мышьяком; наконец, всего проще и легче сохранять гусениц в жидкости, состоящей из смеси сулемы (1 ч.), квасцов (11 ч.), винного спирта (47 ч.) и дистиллированной воды (62 ч.) или просто в спирту, разбавленном водой (на 2 части спирта одна часть воды).

Если желают из гусениц вывести бабочек, то надо по возможности каждый вид гусениц поместить в особый ящик, который должен плотно закрываться крышкой и пропускать достаточное количество света и воздуха. Для этой цели крышка и бока ящика должны состоять из рамок, на которые натягиваются канва, кисея или тюль. На дно ящика насыпается на 2 — 3 пальца мелкого и сухого песка с землей; кроме того, надо поместить в него бутылочку с водой, в которую вставляются растения, назначенные в пищу гусеницам; в ящике должно быть еще несколько сухих ветвей, к кототорым гусеницы могла бы привешивать свои куколки, если они не окукляются в земле. За неимением ящика можно взять стеклянную банку и завязать ее отверстие канвой, кисеей или тюлем. Дно банки должно быть посыпано смесью песка и земли, для корма надобно давать ветки с листьями того растения, которым питается гусеница, удалять засохшие и объеденные ветки и заменять их новыми, со свежими листьями. Куколок надобно искать в земле под заборами, под деревьями, под камнями, а также под корой и т. п. Присутствие их легко заметить по рыхлости земли, образующей род черной пыли и никогда не покрывающейся травой. Куколок собирают как для коллекций, так и для выведения из них бабочек. В первом случае их можно сохранять в спирту или надувать, как гусениц, а во в тором случае их помещают в такие же ящики или банки, как гусениц.

Прежде отряд бабочек делили на две группы: крупных бабочек (Macrolepidoptera) и мелких, или молевидных (Microlepidoptera), а первую из этих групп подразделяли по образу жизни представителей нa днeвныx (Diurna), сумеречных (Crepuscularia) и ночных (Nocturna). Хотя такая классификация очень легка и удобна, и некоторые пользуются ею и до сих пор, но она представляет такие недостатки, что удерживать ее невозможно. С одной стороны, при делении бабочек на крупных и мелких получаются такие группы, представители которых не имеют между собой ничего общего, кроме величины, что же касается до деления крупных бабочек на дневных, сумеречных и ночных, то только первые вполне соответствуют своему название, составляя вместе с тем естественную группу, хотя и между ними есть немногие виды, напр., мотылек чертополоховый (Vanessa Cardui), которые летают по вечерам; к сумеречным же и ночным бабочкам приходится относить массу видов, летающих только днем; из сумеречных, напр., различных стеклянниц (Sesiidae) и пестрянок (Zygaenidae), а из ночных — некоторых шелкопрядов(Воmbycidae) и совиноголовок (Noctuidae), напр. богачку-гамму (Plusia gamma), Brephos и проч.

В настоящее время бабочек делят на 12 вполне естественных семейств, именно: I. — дневные или булавоусые (Rhopalocera s. Diurna, напр., Рарiliо, табл. I, рис. 1 и 2; Parnassius, табл. I, рис. 3; Anthocharis, табл. I, рис. 4; Rhodocera, табл. I, рис. 5; Polyommatus, табл. I, рис. 6; Thecla, табл. I, рис. 7; Vanessa, табл. I, рис. 8 и 9; Limenitis, табл. I, рис. 10; Argynnis, табл. I, рисунок 11; Melitaea, табл. I, рис. 12; Melanargia, табл. I, рис. 13); II. — бражники (Sphingidae, напр. Sphinx, табл. II, рис. 2; Acherontia, табл. II, рис. 3; Smerinthus, табл. II, рис. 4); III. древогрызы (Xylotropha, напр. Thyris, табл. I, рис. 14; Sesia, табл. II, рис. 1; Hepialus, табл. II, рис. 7); IV. пестрянки (Zygaenidae; напр., Zygaena, табл. II, рис. 5); V. медведницевые (Arctidae, напр. Arctia, табл. II, рис. 6.; Lithosia, табл. I, рис. 15); VI. шелкопряды (Bombycidae, напр. Saturnia, табл. II, рис. 8; Aglia, табл. II, рис. 9; Bombyx, табл. II, рис. 10; Lasiocampa, табл. II, рис. 11; Liparis, табл. II, рис. 12 и табл. «Вредные насекомые», рис. 4; Stauropus, табл. II, рис. 14; Dreраnа, табл. II, рис. 13); VII. совиноголовки (Noctuidae, напр. Taeniocampa, табл. II, рис. 15; Plasia, табл. II, рис. 16; Noctua, табл. I, рис. 16; Diloba, Табл. «Вредные насекомые», рис. 5); VIII пяденицы (Geomelridae, напр. Geometra, табл. II, рис. 17; Hibernia, табл. «Вредные насекомые», рис. 6); IХ. огнянковые (Pyralidae, напр. Asopia, табл. II, рис. 18 и табл. «Вредные насекомые», рис. 18); X. листовертки (Tortricidae, напр. Carpocapsa, табл. II, рис. 19); XI. моли (Tineidae, напр. Galleria, табл. II, рис. 20); XII перистокрылые (Pterophoridae, напр. Alucita, табл. II, рис. 21). См. отличительные признаки семейств бабочек при отдельных семействах: Бабочки дневные, Бражники и проч.

В древности Б. была символом бессмертия души (Психея), и выхождение ее из куколки приравнивалось к освобождению души от тела в момент смерти. В произведениях искусства Психея изображается по большей части с крыльями Б. Бог сна (Гипноз) также изображается с крыльями бабочки на голове, так как сон считается периодическим освобождением души от земных уз.

Важнейшие сочинения о бабочках: а) общего содержайия — Жирард, «» (т. III, Париж, 1885 г., с таблиц., стр. 61—779); b) по систематике; Еспер, «Die europäischen Schmetterlinge in Abbildungen nach der Natur, vollendet von Carpantier»(7 т., Эрланген, 1777—1832); И. Гибнер, «Sammlung exotischer Schmetterlinge» (Аугсбург, 1806); P. Крамер, «Papillons exotiques des trois parties du monde: l’Asie, l’Afrique et rAmerique» (4 т., 1779, et un suplement par Stoll, 1790); Оксенгеймер и Трейчке «Die Schmetterlinge von Europa» (10 т., Лейпциг, 1807—1835); Буадюваль, «Spécies génèral des Lépidoptères» (т. I, Париж, 1836 г.); Геррих-Шеффер, «Systematische Bearbeitung der Schmetterlinge von Europa» (6 т., Регенсбург, 1843—56); Гейнеман, «Die Schmetterlinge Deutschlands und der Schweiz» (3 т., Брауншвейг, 1850—1876); А. П. Богданов, «Таблицы Гейнемана для определения европейских бабочек (Macrolepidoptera) с применением к московской фауне» (Москва, 1861); Праун, «Abbildung und Beschreibung europäischer Schmetterlinge» (Нюрнберг, 1859—1870); Геррих-Шеффер, «Lepidoptcrorum exoticorum species novae auf minus cognitae» (Регенсбург, 1850—1865); Кайзер, «Deutschlands Schmetterlinge» (Лейпциг, 1860); Фельдер, Ц. и Р., «» (3 т., Вена, 1869—1875); Берге, «Schmetterlingsbuch» (7 изд., Штутгарт, 1889, русский перевод: «Бабочки Европы», с 5-го немецкого издания, СПб., 1883). Стаудингер и Вокке, «Catalog der Lepidopteren Europas und der umgerenzenden Länder» (Дрезден, 1861); Ершов и Фильд, «Каталог чешуекрылых» Российской импории («Труды русского энтомологического общества», т. IV, 1870, стр. 130—204); Ершов, «Список чешуекрылых, найденных в С.-Петербургской губ.» (там же, т. XII, 1880—1881, стр. 199—221); Стаудингер и Вокке, «Katalog der Lepidopteren des europäischen Faunengebietes» (Дрезден, 1871); с) по анатомии: Л. Дюфур, «Aperзu anatomique sur les Lépidoptères» в «Compte rendu Ас. sc.», Париж, т. 34, 1852); Ньюпорт, статья «Insecta» в «Todd’s Cyclopedia of Anatomy and Phisiology» (т. II, 1832—39, преимущественно анатомия бабочек); П. Лиона, «» (Гайе, 1762); Э. К. Брандт, «Сравнительно-анатомические исследования нервной системы чешуекрылых» (Lepidoptera, «Труды русского энтомолог общ.», т. X, 1877); его же, «О нервной системе гусениц бабочек» (там же, т. X); его же, «Anatomie von Hepialus humuli» («Sitzber. d. Horae Soc. Entomolog. Ross.», т. XVI, 1881, p. IV); П. Кирбах, «Ueber die Mundwerkzeuge der Schmetterlinge» (диссертация, Лейпц., 1883); Рамдор, «Abhandlungen über die Verdanungswerkzeuge der Insekten» (1811, многочисленные рисунки пищеваритедьных органов Б.); Шиндлер, «Beiträge zur Kenntniss der Malpigliischen Gerаsseder Insekten» («Zeitschr. f. wiss. Zool.», т. XXX, стр. 587—660; о Б. на стр. 646—654); Холодковский, «Сравнительно-анатомические исследования внутренних мужских половых органов дневных бабочек (Rhopalocera)» («Труды русск. энтом. общ.», т. XIII, 1881); А. Ф. Брандт, «Сравнительные исследования над яйцевыми трубочками и яйцом насекомых» («Извест. имп. общ. любит, естествозн.», т. XXIII, вып. I, 1876 ; о Б. стр. 32—35); Кетельгойт, «De squamis Lepidopterorum» (Бонн, 1860); d) по эмбриологии: А. Ковалевский, «Embryologische» Studien an Wьrmern und Arthropoden в «», СПб., т. XVI); Бессель, «Studien über die Entwickelung der Sexualdrüsen bei den Lepidopteren» («Zeitschr. f. wiss. Zool.», т. XXVII, 1867); А. Тихомиров, «История развития тутового шелкопряда (Bombyx mori) в яйце» («Извест. имп. общ. любит, естествозн.», т. XXXII, вып. 4, Москва 1882); Гатшек, «Beiträge zur Entwickelungsgeschichte der Lepidopteren» (Inauguraldissertation, Наумбург, a/s, 1877); e) по постэмбриональному развитию: Герольд, «Entwickelungsgeschichte der Schmetterlinge» (Кассель и Марбург, 1815); Суков, «Anatomisch-physiologische Untersuchungen der Insekten und Krustenthiere» (т. I, вып. 1. Гейдельберг, 1818); Cornalia, «Monografia del Bambyce del Gelso» («Memor. del' I. R. Instit. Lomb. d. scienze lottere ed arti», Милан, т. VI, 1856); Бартелеми, «Recherches d’anatomie et de physiologie génèrales sur la classe des Lépidoptères, pour servir а l’histoire de Mètamorphoses» (Тулуза, 1864); f) по биологии (нравы, образ жизни, отношение ко внешней среде, значение в общей экономии природы, мимикрия и проч.): Ф. Гаснер, «Blicke in das Leben und die Entwickelungsgeschichte der Schmetterlinge» (Галле, 1853), Вейсман, «Studien zur Descendenztheorie: I. Ueber den Saison Dimorphismus der Schmetterlinge» (Лейпциг, 1875); Порчинский, «Гусеницы и бабочки С.-Петербург. губ.» (СПб., ч. 1, 1885; ч. II, 1890); Г. Мюллер, «Die Wechselbeziehungen zwischen den Blumen und den ihre Kreuzung vermittelnden Insekten» (Schenk’s Handb. d. Botanik в «Encyclopädie d. Naturwissenschaften», I часть, т. 1, Бреславль, 1879; о Б. стр. 59—63); Куннингам, «On the Sense of hearing in Insects» («Nature», т. XV, 1877); Фритц-Мюллер, «Die Stinkkölbchen des weiblichen Maracuja-Falter» («Zeitschr. f. wiss. Zool.», т. XXX, 1877); его же, «Die Duftschuppen der Schmetterlinge» «Entomol. Nachricht», 1878, стр. 29—32); его же, «Uеbег Gerüche von Schmetterlingen» («Zool. Anzeiger», 1878, № 2, стр. 32); g) по географическому распространению: Ад. и Авг. Шпейep, «Die geographische Verbreitung der Schmetterlinge Deutschlands und der Schweiz» (2 т., Лейпциг, 1858—1862); Кох, «Die geographische Verbreitung der Schmetterlinge über die Erde» (Petermann’s «Mittheilungen», T. XVI, 1870, стр. 20—25; 52—57); h) по палеонтологии: Гернес, «Elemente der Palaeontologie» (Лейпциг, 1884, стр. 407); Оппенгейм, «Die Ahnen unserer Schmetterlinge in der Sekundär und Tertiдrpenode» («Berl. Entomol. Zeitschr.», T. XXIX, 1885, вып. 2, стр. 331—349); i) по филогении: Гекель, «Generelle Morphologie der Organismen» (2 т., Берлин, 1866); П. Мейер, «Heber die Phylogenie der Insekten» («Jenaische Zeitschr. f. Naturwiss.», т. X, 1876, стр. 125—221); j) по вредности для человека; Ф. Кеппен, «Вредные насекомые» (т. III, СПб., 1883, стр. 1—309); Ташенберг, «Praktische Insektenkunde» (т. III, «Die Schmetterlinge», Бремен, 1880); k) по собиранию, препариванию и сохранению: Ташенберг, «Praktische Insektenkunde» (т. I, Einführung in die Insektenkunde, Бремен, 1879. стр. 122—139).

Приложения 
</div>