Одесский язык (Дорошевич)
Милостивые государыни и милостивые государи!..

Виноват!

В Одессе нет ничего милостивого:

Ни милостивых государей, ни милостивых государынь.

Этот маленький Париж населён исключительно ’ами и ’ами.

В этом городе не говорят иначе, как  и .

Или, как это следует сказать на одесском языке:

—  — мой муж!

—  — моя жена!

— Я хочу новую шляпку,  Икс!

— Но разве  Икс не знает, что цены на пшеницу вовсе не таковы, чтоб покупать новые шляпки?

—  Икс нет никакого дела до цен на пшеницу. Если  Икс женился, он должен покупать своей жене,  Икс, новые шляпки.

—  Икс говорит глупости!

—  Икс — изверг!  Икс — тиран!  Икс — негодяй!

— А  Икс, просто-напросто, — дура!

Какая тонкость обращения!

Даже, пуская мужу в голову суповой миской, здесь говорят:

—  Икс — величайшая бестия в свете.

Оборот фраз, бесспорно, заимствованный из индейского.

Так же точно говорят дикари Южной Америки.

— Чего хочет краснокожая жена воина Лисий хвост?

— Краснокожая жена его хочет продеть в нос новую рыбную кость.

— Язык краснокожей женщины говорит глупости. Разве не знает краснокожая женщина, что бледнолицые собаки выловили всю рыбу в Великой Реке?

— Краснокожей жене воина нет до этого ни малейшего дела. Зачем же тогда женился краснокожий воин и клялся хвостом коровы перед лицом великого духа заботиться о своей краснокожей жене? Краснокожая женщина несчастна! Ах, как краснокожая женщина несчастна!

— Если краснокожая жена моя не перестанет своим краснокожим языком говорить глупости, — я сниму с неё скальп.

— Краснокожий воин сам глуп! Он снял с краснокожей женщины голову и теперь грозит снять волосы!

— Краснокожая женщина глупа как хвост собаки.

— Воин не умнее лошадиного копыта!

Как видите, совсем разговоры краснокожих с добавлением «» и «».

В Одессе вы через два месяца забудете, как вас зовут по имени и отчеству, и когда вас кто-нибудь спросит:

— Как поживаете, Иван Иванович?

Вы будете чрезвычайно удивлены:

— Кто это Иван Иванович?!

Я не знаю, как разговаривали между собой маркизы времён Людовика XIV.

Но навряд ли тоньше!

Здесь говорят друг с другом в третьем лице, и вас спрашивают в гостях:

— Не хочет ли  Иванов чаю?

Первое время вы недоумеваете, кто этот « Иванов», о котором вас спрашивают, и пожимаете плечами:

— А Бог его знает!

Только по улыбающимся лицам остальных вы догадываетесь, что речь идёт о вас:

— Ах! Ведь это я  Иванов! О,  Иванов очень-очень хочет чаю,  хозяйка дома!

На вас смотрят с сожалением:

— Вот бедняга, который ещё не понимает тонкостей одесского обращения!

Но через две недели, как уже сказано выше, вы сами позабудете ваше имя и отчество.

Гарантируется!

Вы сами начнёте говорить:

— На этом вечере были: моя жена  Иванова, мой сын  Иванов, мой брат  Иванов и я сам — тоже  Иванов!

В Одессе всякая, кто носит юбку, непременно «».

И даже , продающие на Греческом базаре скумбрию и баклажаны, кричат:

—  кухарка!  кухарка! Пожалуйте к нам!

Эта тонкость обращения доведена до того, что даже простонародье, обвиняя друг друга в драке, говорит друг о друге не иначе, как «» и «».

— Мосье мировой судья, вот мосье Петров оттаскал меня на рынке за волосы. Спросите мосье городового.

— Да, мусье мировой судья, но мадам Сидорова сама первая ударила меня камбалой по лицу. Спросите мусье дворника.

— Образованные мосье так не поступают!

— Но и образованные мадамы камбалой не дерутся!

Этот пшеничный город вместе с тем удивительно галантерейный город.

Словом, если вы хотите быть вполне-вполне просвещёнными одесситами, вы должны на улице звать:

—  извозчик!..

Итак,  и !

Приступая к лекции об одесском языке, этом восьмом чуде в свете, мы прежде всего должны определить, что такое язык.

«Язык дан человеку, чтоб скрывать свои мысли», — говорят дипломаты.

«Язык дан человеку, чтоб говорить глупости», — утверждают философы.

Способность речи дана только человеку, — и это делает его невыносимейшим из всех животных.

Одесситу язык дан, чтобы сплетничать.

Перечисляя все заслуги города, сумевшего за сто лет вырасти из маленького Хаджибея в большие Тетюши, — позабыли одну из его главных заслуг.

Он сумел составить свой собственный язык.

Гейне говорит, что чёрт, желая создать английский язык, взял все языки, пережевал и выплюнул.

Мы не знаем, как был создан одесский язык.

Но в нём вы найдёте по кусочку любого языка.

Это даже не язык, это винегрет из языка.

Северяне, приезжая в Одессу, утверждают, будто одесситы говорят на каком-то «китайском языке».

Это не совсем верно.

Одесситы говорят скорее на «китайско-японском языке».

Тут — чего хочешь, того и просишь.

И мы удивляемся, как ни один предприимчивый издатель не выпустил до сих пор в свет «самоучителя одесского языка», на пользу приезжим.

Без знания одесского языка тут вас ждёт масса водевильных недоразумений и чисто опереточных .

— Советую вам познакомиться с  Игрек: он всегда готов занять денег!

— Позвольте! Но что ж тут хорошего? Человек, который занимает деньги!

— Как! Человек, который занимает деньги? Это такой милый, любезный…

— Ничего не вижу в этом ни милого, ни любезного.

— Это такой почтенный человек. Его за это любит и уважает весь город.

«Чёрт возьми! — думаете вы. — Как, однако, здесь легко прослыть почтенным. Начну-ка и я занимать направо и налево, — чтоб меня любил и уважал весь город!»

Но при первой же попытке «занять», — вы поймёте ошибку.

Везде занимать — значит «занимать», т. е. брать взаймы.

И только в Одессе «занять» значит дать взаймы.

— Я занял ему сто рублей.

— Я занял ему двести рублей.

— Я занял ему тысячу рублей.

Впрочем, это говорится редко: здесь теперь никто не «занимает», потому что никто не отдаёт.

—  не скучает за театром?

— Зачем же я должен скучать непременно за театром? Я скучаю дома.

— Как  не скучает за театром? А мы все ужасно скучаем за театром!

Вы удивлены, потому что за театром в Одессе находится Северная гостиница, где далеко не скучают.

Но здесь не говорят: скучать «о чём-нибудь», скучать «по чём-нибудь».

На одесском воляпюке скучают обязательно «за чем-нибудь».

Публика скучает «за театром», продавцы — «за покупателями», жёны «скучают за мужьями».

Последнее, впрочем, здесь случается редко.

А чудное одесское выражение: «говорить за кого-нибудь»!

Вы будете страшно изумлены, когда услышите, что:

—  прокурор чудно говорил за этого мошенника.

«Вот добрый город, — подумаете вы, — где даже прокуроры говорят за обвиняемых».

Но в одесском языке, — извините, — не существует предлога «о».

Здесь не говорят «о чём-нибудь», — здесь говорят «за что-нибудь».

И если о вас скажут, что вы — растратчик, обольститель невинных созданий, убили родную мать и съели двоюродную тётку, — то это, всё-таки, будет значить, что говорят «за» вас.

—  за такое «за». Что же здесь, в таком случае, значит говорить «против»?

— Ах, я ужасно смеялась с него!

— Как?!

— Я смеялась с него. Что же тут удивительного? Он такой смешной!

— Да, но, всё-таки, смеяться «с него»! Можно смеяться над кем-нибудь, но смеяться «с кого».

— В Одессе всегда смеются с кого-нибудь.

Г-да фельетонисты здесь очень много смеются, например, «с городской управы», но с городской управы это как с гуся вода.

Может быть, отсюда и взят этот предлог «с»!

— Вообразите, — говорят вам, — я вчера сам обедал!

«Чёрт возьми, — думаете вы, — неужели этот город так богат, что здесь даже обедают через адвоката!»

— Я сама хожу гулять.

— Да, , но вы уж, кажется, в таком возрасте, что пора ходить «самой»!

Впрочем, иногда, для ясности,  одесситы бывают так любезны, что прибавляют:

— Сам один!

Но это только снисходительность к приезжим, не понимающим ещё всех тонкостей одесского языка.

Затем, вы услышите здесь несуществующий ни на одном из европейских и азиатских языков глагол «ложить».

Везде детей «кладут спать», — и только в Одессе их «ложат спать». Вероятно, так одесским детям удобнее.

— Я ложила детей спать и приехала сюда, потому что скучаю за театром! — с обворожительной улыбкой говорит одесситка.

Впрочем, она может сказать и иначе:

— Потому что я соскучила за театром!

Это превосходный одесский глагол.

Я соскучил, ты соскучил, он соскучил, мы соскучили, вы соскучили, они соскучили.

Впрочем, одесский язык не признаёт ни спряжений, ни склонений, ни согласований, — ничего!

Это язык настоящих болтунов, — язык свободный как ветер.

Язык без костей.

Вы приказываете вашему человеку подать визитку. Он отвечает:

— Никак невозможно. На нём мусор стоит!

В переводе с одесского на человеческий, это значит, что «на ней пыль лежит».

«Стоит» вместо «лежит», «мусор» вместо «пыль» и «на нём», — когда речь о визитке!

Что же после этого удивительного, что даже наиболее солидные одесситы часто возвращаются домой «через форточку».

На севере «через форточку» входят в дом только воры, — и это отлично предусмотрено уложением о наказаниях.

А здесь даже дамы возвращаются домой «через форточку».

Это при их-то туалетах и запорожских шароварах, которые они надевают на руки!

Вы, конечно, будете страшно удивлены, когда вам скажут в гостинице:

— Вы, , когда придёте поздно, — пройдите через форточку. У нас ворота заперты.

Вам рисуется страшная картина.

Ночь. Никого. Вы подставляете лестницу. Лезете в форточку. Свистки. Городовой. Участок.

Но успокойтесь! Здесь «форточкой» зовут «калитку».

Точно так же, как «дурным» зовут «глупого».

Когда вам говорят:

— Это дурная девушка.

Не спешите отказываться от сделанного ей предложения.

Это не значит много плохого, — это значит только, что она глупая.

Разве в жене это недостаток?!

Чтоб говорить по-одесски, вы должны знать, что такое «хвостит» и «телепается».

Увидав, что у дамы готова слететь шляпа, вы должны сказать:

— , придержите вашу шляпу: она телепается.

На что она ответит вам с очаровательнейшей в мире улыбкой:

—  вам, . Это оттого, что на дворе сильно хвостит.

«Хвостит» значит дует, «телепается» — колышется, а «на дворе» — значит на улице.

Здесь смело говорят:

— Я ещё не ходила сегодня на двор.

И это значит только, что она не была ещё сегодня на улице.

«Не имела гулять».

О, добрые немцы, которые принесли в Одессу секрет великолепного приготовления колбас и глагол «иметь».

— Я имею гулять.

— Ты имеешь смеяться.

— Он имеет соскучить.

— Мы имеем кушать.

— Вы не имеете кушать.

— Они имеют говорить глупости.

В Одессе всё «имеют»… кроме денег.

Когда вас спрашивают:

— С чем  хочет чай: со сливками или с лимоном?

Вы обязательно должны ответить с любезной улыбкой:

— Без ничего!

Везде чай пьют «безо всего», но в Одессе не поймут этого выражения. По-одесски пьют «без ничего».

Кроме того, вы должны говорить «тудою и сюдою», чтоб не быть осмеянным, если скажете «туда и сюда».

—  куда идёт? В театр или в цирк?

Обязательно надо сказать:

— И тудою, и сюдою!

Конечно, если вы не хотите, чтоб за ваше «и туда, и сюда» над вами не посмеялись как над невеждой, не знающим русского языка!

Тонкая деликатность обращения не позволяет одесситу сказать даже такое, в сущности, невинное слово, как «сосиски» или «колбаса».

Всюду эти слова говорятся даже при барышнях-невестах.

А в Одессе вам предлагают в начале ужина:

— Не хочет ли  немножко сосиссонов?

И в конце:

— А не хочет ли  кусочек фромажа?

— Мы ужинали вчера сосиссонами и фромажом.

Даже ещё лучше сказать:

— Мы супировали вчера соссисонами и фромажом.

Это будет уже совсем, говоря по-одесски, «что-нибудь особенное».

Точно так же, как деликатнее сказать «динировали», а не обедали.

Ведь, пишут же здесь, что «артист бисировал свою арию».

Если можно «бисировать», отчего нельзя «динировать»?

Это в тысячу раз деликатнее, чем «обедать», и гораздо более идёт к городу, где никто не «ест», а кушает! Даже рабочий на эстакаде «кушает» тухлую селёдку.

Таков этот одесский язык, как колбаса, начинённый языками всего мира, приготовленный по-гречески, но с польским соусом.

И одесситы при всём этом уверяют, будто они говорят «по-русски».

Нигде так не врут как в Одессе!

Я мог бы ещё дальше продолжать свои исследования об этом чудном языке, по боюсь, что  и  уже соскучили за тем, что я долго говорю за одесский язык, обязательно начнут с меня смеяться и, видя, что от моей лекции некуда деваться ни тудою, ни сюдою, удерут в форточку, а я буду иметь остаться сам, без никого!

Примечания 

Проза Власа Михайловича Дорошевича
Русская проза
Рассказы