ЭСБЕ/Афганистан
Ав(ф)ганистан — персидское общеупотребительное название страны афганов (у туземцев Урлаят — коренная страна); назыв. еще по главным ее областям: Кабулистан и т. д. Составляя в историческом, географич. и лингвистическом отношениях переходную ступень от Индии к Зап. Азии, она между 28°45′ и. 37°45′ сев. шир. и между 60°55′ и 74°45′ вост. долготы, заключает в себе 596937,8 кв. в. (679340,2 кв. км). С С. от р. Тенджена до Амударьи А. окружен владениями России, а по Амударье владениями Бухары, на В. владениями Китая и индийск. владениями Англии (Памиры), на Ю. Белуджистаном и на З. Персиею. В состав А. входит: на С., в направлении от З. к В., Кипчак, Джемшиди и Гарджистан на верхнем течении Мургаба; Маймене, Балх, Хульм, Кундуз, Бадахшан и Вахан (составляющие вместе Афганский Туркестан); на З., в направлении от С. к Ю., Гур, или Гурдистан, и Герат, далее части Сеистана; к В. отсюда, на С., почти неизвестные горные страны Аймак и Газара; южнее страны по р. Гильменду: Заминдавар и Гармсель; восточнее собственный А., к которому на СВ. принадлежит Кабулистан, а на ЮВ. Сивистан. Четыре пятых А. наполнены горами Гиндукуша. От главных хребтов — собственно Гиндукуша и Кух-и-баба — разветвляются веерообразно многочисленные горные цепи; среди них Сулеймановы горы и Сефид-Ку (древн. Паропамиз). Из перевалов наиболее важны: Хайбарское ущелье длиною в 53 км, в той местности, где р. Кабул прорывается в Пенджаб; Курумское ущелье, ведущее от Банну в долину и форт Курум и в Газну; южнее Узоран и удобное для прохода артиллерии Танкское ущелье; на северной стороне Тахти-Солеймана Гомульское, или Гуламское, или Гваларское ущелье длиною в 235 км, большой торговый путь в Индию. Между двумя означенными возвышенностями, Паропамизом и Солеймановыми горами, которые почти под прямым углом идут вокруг собственно Афганского плоскогорья, лежит в диагональном направлении от северо-востока к юго-западу целый ряд коротких и длинных горных хребтов. С возвышениями на севере и востоке представляет контраст понижение земной поверхности на юго-западе. Здесь находится большое озеро Гамун, поверхность которого равняется 2,920 кв. км и к которому на юге прилегает болотистое Геди-Циррех, т. е. море (Ариа-Палус), возвышающееся на 450 км над морским уровнем. Главная река Афганистана, Гильменд, длиною в 1,120 км, имеет речную область в 517,000 кв. км и впадает в озеро Гамун, в которое, кроме того, впадают на севере Адраскан, или Гарут, и Феррахруд, а на востоке Хашруд. Главный приток Гильменда — Аргундаб с Тарнаком. Река Кабул прорывается между Джелалабадом и Пешаваром через восточные горы и впадает в Инд, но в верхнем ее течении судоходство по ней невозможно вследствие слишком сильного падения вод и неравномерной глубины. Северную границу Афганистана образует Аму, из притоков которой самый значительный Кундуз, между тем как Мургаб и Герируд, не достигнув ее, иссыхают в туркменской степи. Сухой вообще климат Афганистана имеет континентальный характер, хотя изменчивость высоты и направлений горных хребтов влечет за собою довольно значительные перемены для разных местностей. В Газне чрезвычайно суровая зима продолжается более четырех месяцев, снег не сходит с полей до самой весны, и летнее тепло едва ли не меньше, чем в Англии; между тем как в юго-западных равнинах жары в июне доходят в тени до 50° Ц., да и в Кабуле и Джелалабаде лето стоит иногда нестерпимо жаркое; в горных областях на севере бушуют страшные зимние метели. Богатые и разнообразные естествен ные произведения страны еще далеко не вполне сделались предметами торговых оборотов. В Гиндукуше добываются значительные количества железа и свинца, а в западных горах, кроме свинца, найдена также сера. Недалеко от Кандагара открыта была недавно золотая руда, и равным образом северо-восточные области представляются, по-видимому, богатыми золотоносными странами; каменная соль находится в горах в изобилии. Большим разнообразием отличаются продукты растительного царства, начиная с индийского сахарного тростника и финиковой пальмы до европейских сортов хлеба; кроме того, здесь хорошо произрастают и южные хлебные растения, кукуруза и рис. В защищенных от ветров долинах цветут тюльпаны и розы, зреют апельсины, лимоны и гранаты, наряду с яблоками, абрикосами, сливами, фигами и виноградом. Из полезных растений возделывается: табак, обработкою которого для вывозной торговли занимаются особенно в Кандагаре, хлопок, конопля (для приготовления опьяняющего напитка), ревень, касторовое растение и Asa foetida. В горных расселинах водятся шакалы, гиены, волки, медведи, лисицы, львы, тигры и леопарды, а в долинах верблюды, овцы (рыжая шерсть и обделанная кожа которых ввозятся в Индию), лошади (туда же), особая порода вьючного животного ябу, много мулов и ослов (как ручных, так и диких белых). Соколы, которых очень много, употребляются отчасти для охоты; во множестве встречаются также фазаны, жаворонки и пр. Следует также упомянуть о большой и весьма ядовитой породе скорпионов.

Население Афганистана не одинакового происхождения. Различные племена часто меняют свое местопребывание. Главную массу населения, численность которого А. Г. Кене (1880) определяет в 6145000 чел., составляют афганы (3520000), как их обыкновенно называют персияне. На своем собственном языке они называют себя паштунами, а в Индии это название переделано в патан. По наречиям они разделяются на две группы, на восточную (гильжих) и западную (дурани). Большинство собственно афганов принадлежит к иранскому племени в обширном значении этого слова, но в восточной части страны заметна сильная примесь индусского элемента. По своим собственным преданиям они выводят свое происхождение от десяти колен израильских, что, однако, не имеет никакого основания, хотя и нельзя отрицать сходства национального афганского типа с еврейским. Различные племена страны пользуются в политическом отношении особыми преимуществами и учреждениями, главным образом те, которые переселились сюда с восточного плоскогорья. Население страны Газарех, живущее на запад от границ собственно Афганистана и состоящее приблизительно из 360000 чел., составляют берлы, ветвь монгольского племени узбеков времен Тамерлана, говорящие на старинном персидском языке и исповедующие, подобно персам, шиитскую веру. Из остальных племен, населяющих плоскогорье, в особенности замечательны рассеянные по всей стране таджики, как потомки первоначального иранского населения, любящие заниматься земледелием и превосходящие другие племена своею численностью, которая простирается до 1 мил. чел. Подобно афганам, они исповедуют суннитскую веру и говорят почти на чистом персидском язык. Точно так же и живущие по соседству с Газарехом аймаки, сборище диких разбойничьих племен, составляют ветвь таджиков и так же, как они, сунниты. Напротив того, к тюркскому племени принадлежат катаганы (узбеки, числом до 200000), далее, казибаши (75000), шииты, поселившиеся здесь со времен Надир-Шаха. На востоке переселились из Индии так называемые гиндки и джаты. Первые, числом до ½ мил. чел., занимаются, особенно в городах, торговлей и происходят, по всей вероятности, от военной касты в Ост-Индии. Суннитские джаты, напротив того, очень бедны; это красивое, крепкого телосложения, темнокожее племя зарабатывает себе существование в качестве домашней прислуги, музыкантов, цирюльников и т. д.; происхождение его неизвестно. На юге Афганистана живут 100000 белуджей (иранцев); на северо-востоке до 100000 бадакшей, далее, но в меньшем числе, кафиры и другие переселенцы, как то: армяне и проч.

Над всеми этими племенами господствуют превосходящие их своею численностью афганы, хотя и разделенные на многие племена, но одушевленные сознанием своей национальности, крепкие телом, смелые и гордые. При всей своей мстительности и наклонности к любостяжанию афган остается верным другом и добрым отцом семейства, любит свободу, храбр, смел, умерен, трудолюбив, благоразумен и менее склонен к лицемерию и измене, чем соседние с ним народы. Из отдельных племен храбрые и промышленные бердураны связаны между собою наступательным и оборонительным союзом, который крепче всяких уз кровного родства. Исключение из них составляют юссуфпеги (юзафцы), самые гордые и беспокойные из всех бердуранов, известные анархией, господствующей в их улусах. Хотя они и живут земледелием, но всю работу предоставляют так называемым факирам, состоящим из чужеземцев или покоренных племен. Последние могут быть даже предаваемы смерти своими господами; но если они платят оброк и исполняют свою работу, то им дозволяется заниматься также торговлей, и тогда с ними обращаются вообще снисходительнее. Турколаны, народ деятельный и ласковый, находятся под управлением одного могущественного вождя, пользующегося большим авторитетом. Хайберы, именуемые так по известному ущелью, суть самые худшие и опасные разбойники во всем Афганистане, привыкшие действовать ружьем, саблей и копьем. Бабуры, племя цивилизованное, занимаются торговлей. Сурианы были пастухами, но когда какеры отняли у них пастбища, они стали заниматься земледелием и, подобно всем местным земледельческим племенам, имеют своих рабочих или крепостных. Джаудши и туры, вечно враждующие между собою, живут в долинах и оврагах Солиманова хребта. Шираны, живущие в дикой горной стране вокруг Тахти-Солеймана, очень бедны и нецивилизованны, грабят всякого встречного, но никогда не нарушат данного слова; по наружности и образу жизни это настоящие дикари. Почти то же следует сказать о соседних с ними змуррах и визирах. В длинной Завуранской долине живут ведущие обширную торговлю черные и белые церины. К благороднейшим и важнейшим племенам принадлежат дураны и гильдши, по большей части пастухи с патриархальными правами, живущие на высоких холмах, которые обрабатываются очень плохо или оставляются вовсе без обработки, но всюду открыты и представляют собою пастбища. По большей части они живут в шатрах из темной шерсти, которые зимою согреваются и становятся удобными для жилья посредством обкладывания их звериными мехами. Полагают, что число дуран доходит до 800000 чел., которые живут между Гератом и Кандагаром, а также в Кабулистане. Прежде они назывались абдаллами, пока их властелин вождь Ахмед (ум. 1773) не принял титула дури-дурана, т. е. жемчужины века. Хан у них наследственный глава и военачальник. Из всех афганских племен они наиболее доступны цивилизации. Гильдши, живущие на Верхнем Турнуке и в большей части Кабульской долины, где есть несколько важных городов, были некогда главным племенем, одна отрасль которого завоевала Персию; это храбрый народ, численность которого простирается до 600000 чел. Из племени голеки происходили афганские цари, а из племени токи — визири. К ним принадлежат до 100000 семейств, и они походят на дуран, которых ненавидят, как своих соперников.

В религиозном отношении афган из всех суннитских мусульман самый злейший враг шиита-персиянина. Своей жене он сохраняет верность, какая редко встречается в исламе. При своеобразном племенном устройстве до сих пор сохраняется различие между отдельными племенами или улусами с их ханами в отношениях к верховному властелину страны. К торговле и промышленности афган не питает большой склонности; занятие ими он предоставляет таджикам, гиндкам и армянам. Сообщение между Ост-Индией и Средней Азией поддерживается так называемыми логанскими купцами, известными также под именем повиндов, или бегунов. Эти вооруженные и сильно обременяемые таможенными пошлинами и налогами торговцы, выходя из Бухары и соединяясь в большие караваны, преодолевают много трудностей при переходе через горные ущелья на глазах разбойничьих племен. Два раза в год предпринимают они эти опасные путешествия из бухарских степей через ущелья Паропамиза, плоскогорья гильдшей и ущелья Солиманова хребта, до самого Панжаса. По прибытии в Пенджаб они оставляют своих верблюдов на пастбищах, а сами со своими тюками едут по железным дорогам, на пароходах и проч. в Калькутту, Карачи, Бомбей, и т. д., проникая иногда даже до Ассама и Бирмы. Из Ост-Индии они везут всякого рода товары, глиняные и металлические изделия, индиго, шерстяные материи, сахар, пряности, чай, кошениль, аммониак, лошадей, верблюдов, ковры, аптекарские товары, медь, жемчуг, проволоку, позументы, опиум (строго воспрещенный для ввоза в Россию) и т. д. Ценность товаров, провозимых ежегодно повиндами чрез одно только Гомульское ущелье, простирается до 2 мил. фунт. стерл.; через Хайберское, Курумское и Боланское ущелья было провезено в 1861 разных товаров на 1 мил. фун. стер., но с тех пор это количество значительно увеличилось.

Язык афганов, называемый пушту или пухту (по двум главным его наречиям, восточному и западному), происходит от индийского корня, хотя в грамматическом и лексикологическом отношениях в нем содержится очень много иранской примеси. Уже предание о том, что Мохаммед называл пушту языком ада, намекает на равнодушие афганов ко всякой литературной деятельности. Поэтому первые литературные опыты встречаются у них лишь очень поздно, да и то только в виде подражаний персидским образцам, отчасти романтико-эпического, отчасти лирического (преимущественно мистического) содержания. Одним из первых и вместе знаменитейших поэтов был Абдуррахман, из Пешаверского округа, ученый суфи. Далее заслуживают упоминания: , писавший стихи в первой половине XVII-го века; Хушхал Хан Хаттак, его современник, переселившийся в Индию; в особенности же Ахмед-Шах-Абдали, основатель Дуранской династии. Нет также недостатка в исторических и религиозных сочинениях, из которых, впрочем, ни одно не явилось ранее XV столетия. Самостоятельность афганской литературы совершенно прекратилась с вторжением персидского суфизма.

Исторический очерк. Афганы являются в истории в качестве особой, легко отличаемой от других национальности уже довольно поздно. Хотя имя их встречается еще у Геродота, но обитаемая ими ныне страна отчасти смешивается с Векеретой Авесты, равно как с теми странами, которые у древних географов носят названия Дрангианы и Арианы. Во всяком случае сомнительно, чтобы предки нынешних обитателей Афганистана жили и тогда в этих пределах. О близких сношениях с Индией свидетельствуют еще в настоящее время буддистские колоссы в Бамиане. Впервые об афганах определенно упоминается по случаю походов Махмуда, царствовавшего в Хазне. Последующие переселения в эту страну происходили весьма постепенно и медленно, и еще в XIV столетии некоторые племена жили за пределами нынешнего Афганистана. В позднейшее время кафиры жили большими массами в Восточном Афганистане, а таджики были, по всей вероятности, господствующим племенем в Западном Афганистане. Во времена персидско-могольского господства открылся путь в эту страну для смелых, воинственных племен; но только в половине XVIII столетия их роль обозначается яснее. Сначала они находились в зависимости от персиян, особенно в царствование Надир-Шаха. Когда после его смерти (1747) в самой Персии возникли беспорядки, один из потомков рода Абдали, прославившийся в качестве поэта и историка, 23-летний Ахмед-Шах (1747—73), воспользовался этим случаем, чтобы свергнуть с суннитских афган иго ненавистных шиитских персиян, и сделался основателем династии Дурани, или Абдали. Ему удалось установить связь между различными племенами, и при его кончине афганское государство простиралось от Оксуса до моря и от Нишапура в Хорасане до Сиргинда в Пенджабе. Он положил основание Кандагару. Его неспособный сын Тимур умер в 1793, и на престол вступил второй его сын, Симан. Своего брата Махмуда, имевшего резиденцию в Герате, он принудил искать убежища в персидских владениях, но вскоре против Симана заключили союз Футех-Хан, глава могущественного племени баригцегов, и Махмуд, овладели Кандагаром и прогнали (в 1800) Симана, который был ослеплен и нашел убежище в Лудиане, под покровительством индо-британского правительства, назначившего ему ежегодную пенсию. После короткого междуцарствия своего брата Шуяха уль Мулька Махмуд вторично вступил на престол, блеск которого он хотел возвысить воинственными походами, предпринятыми на запад. Но, казнив своего прежнего союзника Футеха-Хана, он навлек на себя ненависть баригцегов, так что в 1823 принужден был снова сложить с себя власть; он умер в 1829, у своего сына Камрана в Герате, единственном остававшемся еще в его власти городе. Вместе с ним прекратилась династия Дурани, существовавшая 76 лет, и государство, за исключением Герата, перешло во владение баригцегов; в Кабуле утвердил свою власть Дост-Мохаммед. Во главе всего управления стоял старший из трех братьев, Дост-Мохаммед, в качестве повелителя Кабула, богатейшего из трех владений.

На востоке Дост-Мохаммед вступил в войну с Лагором; на западе персияне объявили войну Герату. 1 окт. 1838 генерал-губернатор Индии лорд Аукленд объявил войну Афганистану под тем предлогом, что Дост-Мохаммед несправедливо воевал с британским союзником Ранджит-Сингом, что воинственные планы афганских государей обнаруживали неприязненные намерения относительно Индии и что Шуях-Шах в качестве законного наследника престола обратился к покровительству Англии. Англо-индийское войско из 12000 челов. с 40000 челов., следовавшими в обозе, 20 февр. 1839 перешло через Инд, в марте прошло не без больших потерь через Боланское ущелье, 7 апреля — через Коюкское ущелье и 25 апр. достигло Кандагара, где Шуях-Шах формально вступил в управление государством. 22 июля была занята Хазна и 7 августа Шах с главными британскими силами вступил в Кабул. Дост-Мохаммед, находясь в беспомощном положении на другой стороне Оксуса, принужден был сдаться в плен англичанам; но его сын Акбар стал во главе заговора, существованию которого не хотели верить ни британский комиссар Алексан. Бурнес, ни британский министр при Кабульском дворе Макнаутен. Последний содержал на английские деньги придворный штат Шуяха-Шаха, равно как его чиновников, и задаривал начальников племен, так что Афганистан обходился английской казне ежегодно в 27 мил. франков. Но в тот самый день, когда по приказанию своего правительства он прекратил денежные платежи начальникам племен, разразилась буря. 2 нояб. 1841 вся страна восстала против 8000 европейского войска, расположенного большею частью в Кабуле и Сепойсе; Бурнес, Макнаутен и многие британские офицеры были умерщвлены.

Вожди англичан, особенно престарелый Эльфинстон, упали духом и искали спасения в переговорах. С Акбаром и афганскими предводителями племен был заключен договор, в силу которого англичане должны были очистить весь Афганистан, получив надежное прикрытие, перевозочные и продовольственные средства. Затем 6 янв. 1842 британская армия вышла из Кабула, чтобы двинуться через Хайберское ущелье в Индию. Между тем продовольственных средств они не получили, а фанатические племена напали на них при их движении через ущелье. Британская армия, состоявшая вместе с обозом и прислугой из 16000 чел., погибла от холода и оружия афган. Спасли свою жизнь только немногие офицеры и много женщин, сдавшихся в плен Акбару. Лишь один чиновный англичанин, военный врач, избежал смерти, чтобы доставить в Пешавар роковое известие. Индо-британское правительство, во главе которого стоял тогда лорд Элленбор, по-видимому, не было расположено к продолжению войны. Несмотря на то, генерал Нотт выступил из остававшегося в руках англичан Кандагара против Хазны и 6 сентября 1842 г. занял этот город и разрушил его до основания. Между тем генерал Поллок проник в Кабул через Хайберское ущелье и соединился там с Ноттом в половине сентября. За разрушением и этого города последовало рассеяние нестройных полчищ Ак-Сара и освобождение пленных англичан. Решено было совершенно опустошенный Афганистан оставить на произвол судьбы, почему британские военачальники начали в декабре обратный поход и в легкомысленном упоении своими победами дошли до того, что вместе с находившимися в плену афганами возвратили свободу далее Досту-Мохаммеду. Возвратясь из Индостана и хорошо познакомившись с положением тамошних дел, Дост-Мохаммед был встречен в Кабуле как мститель за оскорбленную народную честь и прежде всего постарался утвердить свою власть. Уже в 1846 г. он вступил в союз с сейками. Но в сражении, происшедшем 21 февр. 1849 г., могущество его союзников было уничтожено. До 1850 г. Дост-Мохаммед владел только областями Кабулом и Джелалабадом; до 1855 года он завоевал Хазну, Кандагар и Гириск, в 1856 — Балх и Хульм, до 1858 — Акчи, Шиберган, Андко, Маймене и Систан, в 1861 г. — Кундуз и Бадакшан. Для обеспечения своих завоеваний он 30 марта 1855 г. заключил оборонительный и наступательный союз с индо-британским правительством, причем был признан в качестве афганского эмира. Когда в начале 1862 г. афганской границе угрожало персидское войско, а султан Ахмед-Хан, подстрекаемый Персией, двинулся из Герата против Фарраха и Кандагара, Дост-Мохаммед воззвал к помощи англичан, очистил границу и выступил против Герата, который пал 26 мая 1863 г., после долговременной и трудной осады. Ахмед-Хан незадолго до того умер, а вскоре за ним последовал и Дост-Мохаммед (29 мая), на 92 году. Герат остался во власти афган.

Хотя Дост-Мохаммед и назначил своими преемником сына своего, Шир-Али-Хана, но родственники последнего поспешили выступить его соперниками, и после поражения, понесенного им при Шекабаде (5 мая 1866), он увидел себя бессильным защищать долее свои притязания. После того старший брат Шир-Али (от другой матери) Афзал Хан был освобожден из тюрьмы и провозглашен в Кабуле эмиром, а в февр. 1867 г. признало его в этом качестве и британское правительство. Другой сводный брат Шир-Али, Мегеммед-Азим Хан, присвоил себе сан эмира после того, как Афзал еще в октябре 1867 г. умер, а Абдуррахман Хан, сын Афзала, отправился в Бадх, чтобы занять место тамошнего губернатора. Между тем Шир-Али получил небольшое подкрепление от своего сына Якуба Хана, гератского губернатора, и некоторых других своих приверженцев, так что он мог двинуться в поход с 17000 чел. войска и 18 пушками, с которыми 1 апреля 1868 г. он взял Кандагар. Усилившись таким образом, он завоевал Хазну, а потом и Кабул. Во всех этих сражениях большие у слуги оказал Ширу-Али его отличный генерал Мохаммед-Рафик. Азим-Хан, занимавший до тех пор трон мэира в Кабуле, бежал в Балх.

В половине декабря 1868 г. Шир-Али разбил Абдуррахмана при Бамиане и принудил его отступить в Балх, а в январе 1869 нанес при Хазне такое поражение своему сводному брату Азиму и Абдуррахману, что последний должен был искать защиты на английской территории. Претендент Азим-Хан умер в октябре 1869; Абдуррахман старался, между тем, вербовать во всех соседних странах врагов против Шира-Али, а Якуб при помощи старой национальной партии, ненавидевшей стремления Шира-Али к реформам, возбудил восстание против своего отца, которое кончилось тем, что 8 мая 1870 Шир-Али завоевал Герат. Впоследствии произошло кажущееся примирение между Якубом и его отцом; но когда осенью 1874 г. Якуб прибыл в Кабул для окончательного улажения распри, то был немедленно арестован. Вскоре, однако, ему возвращена была свобода, и последовало новое примирение. В 1875 еще раз вспыхнуло восстание в пользу Якуба, которое было подавлено Широм-Али. Якуб подвергся строгому заключению, но в конце 1877 опять был освобожден.

Англичане долго воздерживались от всякого вмешательства во внутренние дела Афганистана; их политика приняла более определенное направление лишь после успехов русского влияния в Средней Азии, когда Ширу-Али удалось упрочить свое господство. В исходе марта 1869 британский генерал-губернатор Индии, лорд Майо, устроил в Амбалле свидание с Широм-Али, при чем было подтверждено признание последнего повелителем Афганистана и был заключен с ним союзный договор. В конце 1869 была полюбовно улажена между Широм-Али и бухарским эмиром (Муцаффером-Эддином) распря о туркестанской границе, при чем верхнее течение Оксуса было признано пограничной линией между Афганистаном и Бухарой. С тех пор, как Россия фактически господствует и в Бухаре, Афганистан представляет собою обширную территорию, разделяющую владения двух европейско-азиатских великих держав, России и Англии. Соглашениями между русским и английским правительствами, в особенности английской депешей от 17 октября 1872 и русской от 31 января 1873, северная граница Афганистана была установлена таким образом, что Бадакшан с Ваханом, округи Кундуз, Хульм, Балх, Акши, Сирипул, Маймене, Шиберган и Анджуй признаны принадлежащими к Афганистану.

Под конец русско-турецкой войны 1877—78, когда Великобритания, по-видимому, готова была покинуть свое прежнее нейтральное положение и вызвала в Средиземное море войска из Индии, весною 1878 г. прибыло в Кабул русское посольство и было принято Широм-Али с величайшими почестями. В августе того же года британский вице-король Индии, лорд Литтон, также отправил в Кабул посольство, которому, однако, в Хайберском ущелье не дозволено было продолжать путь. Тогда Англия стала готовиться к войне, чтобы получить удовлетворение за эту обиду. 2 ноября 1878 коменданту форта Али-Мушид, загораживавшему путь в Хайберском ущелье, был послан ультиматум для передачи Ширу-Али, а 20 ноября, по истечении срока, назначенного для присылки ответа, британским войскам было отдано приказание вступить в Афганистан. Для наступающих войск открывались три дороги: из Пешавара через Хайберское ущелье в Кабул (305 км, 19 дней пути), из Тулла в Курумской долине через Пейварское и Шутаргарданское ущелья по удобной для артиллерии дороге в Кабул (303 км, 18 дней пути), а также из Сукура через Боланское ущелье в Кветту (400 км, 22 дня пути) и далее через Пишин и Хоюкское ущелье в Кандагар (230 км, 14 дней пути). Этими дорогами и двинулись британские войска в Афганистан, выступив тремя колоннами, всего в составе 41000 чел., при 144 орудиях. Пешаварская колонна под начальством сэра С. Дж. Броуна проникла в Хайберское ущелье, овладела после легкого боя Али-Мушидом и заняла Джелалабад (20 дек.). Там получено было известие, что эмир Шир-Али 13 дек. оставил Кабул и отправился в Русский Туркестан, чем прекратилось его влияние на дальнейший ход политических событий в Афганистане; он ум. в Мецаришерифе 21 февр. 1879. В Кабуле, между тем, сын Шира-Али Якуб был провозглашен эмиром. Генерал Броун не продолжал своего наступления и ограничивался тем, что посредством подвижных колонн старался обуздывать разбойничьи горные народы, что, однако, удавалось далеко не вполне. 31 марта авангард пешаварской колонны, под начальством генерала Гуга, был двинут в направлении к Кабулу и 6 апр., после незначительной стычки, достиг Гандамака, куда 8 мая явился эмир Якуб, побуждаемый к этому наступлением двух других английских колонн, и после долгих переговоров с политическим уполномоченным майором Каваньяри 26 мая 1879 заключил там мирный договор. Курумская колонна под начальством генерала Робертса заняла 22 ноября 1878 г. покинутую афганами крепость Курум и взяла 2 декабря позицию афган в Пейварском ущелье. 26 дек. Робертс устроил в Куруме дурбар, на который съехались князья соседних племен, причем почти все они изъявили покорность британскому правительству. В апреле начались приготовления к дальнейшему наступлению, но Гандамакский мир и здесь положил конец военным операциям.

Кветтская колона под начальством генерала  в начале войны занимала одной дивизией Кветту, между тем как остальная ее часть стояла далеко позади, при Сукури. Генерал Биддульф занял 26 нояб. Пишин; 9 дек. было занято Хоюкское ущелье, 17 дек. авангард второй дивизии вступил в Кветту, а 22 дек. генерал  во главе первой дивизии стал лагерем при Шамане. 1 янв. 1879 англичане двинулись двумя колоннами к Кандагару и 4 янв. заняли Такт-и-Пуль. Здесь 6 янв. обе дивизии соединились и 8 янв. заняли своим авангардом Кандагар. Город еще накануне изъявил покорность и не оказал никакого сопротивления при его занятии; афганские войска, очистившие его цитадель, удалились в Герат. Для Кандагара был сформирован особый гарнизон, и 20 янв. англичане заняли очищенную афганами сильную крепость Келат-и-Гильзай, а 29 янв. — Гириск на Гильменде. Страна вообще была спокойна и без сопротивления поставляла съестные припасы для английских войск, продовольствие которых требовало, однако, размещения их по разным пунктам, что значительно уменьшало легкость их передвижения для военных целей. В февр. генерал  с большею частью второй дивизии двинулся из Келат-и-Гильзая в Кандагар, приказав кавалерии делать рекогносцировки в занятой части страны. Между тем главнокомандующий английскими войсками в Индии приказал большей части кветтской колонны начать обратный поход, вследствие чего вторая дивизия 15 февр. оставила Кандагар. В Кандагаре, Пишине и Кветте было оставлено только 9500 чел. войска под начальством генерала Примроза, и в конце апреля в этих истощенных трудными переходами войсках появилась холера.

По мирному договору, заключенному 26 мая 1879 г. в Гандамаке, эмир согласился на пребывание в Кабуле постоянного британского резидента, на привоз в Афганистан английских товаров в неограниченном количестве, обязался улучшить существующие пути сообщения, устроить телеграфную линию между Кабулом и Курумом и, наконец, не поддерживать сношений ни с какими другими иностранными державами. Англия признала Якуба в сане эмира, обещала немедленно очистить занятую ее войсками страну, за исключением областей Курумской, Пишинской и Сиби, а также Хайберского ущелья, которые должны были остаться во власти англичан (так наз. « граница», которая, по уверению лорда Биконсфильда, была необходима, но вместе с тем вполне достаточна для безопасности Индии), далее, возвратить большую часть отнятого оружия и уплачивать значительную ренту, с помощью которой предполагалось укрепить влияние Якуба внутри страны. Этот договор был утвержден вице-королем Индии 30 мая, а 1 июня уже началось выступление британских войск за проведенную вновь границу. Англичане оставили одну бригаду в новом пограничном городе Ланди, сильные гарнизоны в Али-Мушиде и Джумруде, одну дивизию в Курумской долине и временно удержали свои войска в Кандагаре.

24 июля 1879 г. в Кабул прибыло английское посольство майора Каваньяри; ему отвели в городе укрепленное здание, и оно было, по-видимому, благосклонно принято эмиром; 13 августа в Кабуле вспыхнуло восстание, но до вооруженного столкновения дело не дошло; 18 августа прибыли из Герата три афганских полка, которые требовали уплаты остававшегося в долгу за правительством жалованья и угрожали английскому посольству, между тем как духовенство возбуждало фанатизм народа; наконец 3 сентября на здание посольства напали 12 полков, при чем все члены посольства после мужественного сопротивления были умерщвлены. Прежде чем это произошло, был умерщвлен генерал Дауд Шах, пытавшийся образумить бунтовщиков. Весть об этой резне произвела в Англии и Индии сильное волнение. Решено было немедленно занять Кабул и наказать виновных. В первое время англичане могли располагать для этого только войсками, стоявшими в Курумской долине под начальством генерала Робертса, авангард которых находился в Шутаргарданском ущелье, в 20 км от Кабула; но этим войскам недоставало необходимого полевого обоза. Только 24 сентября могло начаться движение в Афганистан, ко 2 октября действующий отряд достиг Куши, куда 27 сентября прибыл и эмир Якуб, двинулся потом на Цергун-Шар, где остановился до прибытия обоза, и 5 октября подошел к Шар-Азиабу, в 7½ км от Кабула, где английские войска встретились с афганскими, которые 6 октября были обращены в бегство, потеряв почти всю свою артиллерию. 8 октября происходила бомбардировка Кабула, вследствие которой гарнизон его в следующую ночь принужден был удалиться, и 9 октября город был занят англичанами. Здесь найдены были большие запасы оружия и военных снарядов, вблизи города захвачен целый артиллерийский парк, население было обезоружено, и некоторая часть виновных в умерщвлении британского посольства подверглась наказанию. Между тем этапная линия британской колонны неоднократно была атакуема, почему решено было очистить Шутаргарданское ущелье, сделавшееся с наступлением зимы непроходимым, в Кабуле же были собраны значительные запасы. В начале сентября находившийся в Хайберском ущелье отряд из 4000 чел. получил значительное подкрепление из Пешавара, и этими войсками была занята вся этапная линия до Кабула. 25 сентября англичане, выйдя из Кандагара, заняли опять Келат-и-Гильзай, для обуздания окрестного населения; по дальности расстояния больше этого нельзя было сделать для подкрепления генерала Робертса.

После взятия Кабула генерал Робертс сосредоточил свои главные силы в укрепленном лагере при Шерпуре. В ноябре у Хазны и Мейдана, равно как в Когистане, собрались большие отряды афган, против которых английские войска действовали без особенного успеха, а 12—14 декабря происходили большие сражения под самым Кабулом, принудившие генерала Робертса очистить этот город. Британские войска стояли в шерпурском лагере, не имея сообщения с Индией; генералу Робертсу удалось, однако, послать стоявшему в Гандамаке генералу Гуту приказание поспешить со своею бригадою к нему на подкрепление, и точно такое же приказание выступить вперед дано было войскам, находившимся в Хайберском ущелье. Афганы 15 декабря окружили шерпурский лагерь и 23 декабря пытались произвести генеральный штурм, который, однако, был отбит с большими потерями, после чего афганы обратились в бегство и английская кавалерия преследовала их. 24 декабря Кабул был снова занят англичанами, 25 бригада Гуга пришла из Гандамака и заняла Бала-Гиссар, в последние дни года бригада Бакера двинулась в Когистан и сожгла все встретившиеся ей на пути населенные места, и точно так же бригада Титлера, в первой половине декабря выступив из Курумской долины, сожгла все селения в Займукской долине и в округе Ваттазатском. Эмир Якуб, нерешительный, если не предательский образ действий которого был отчасти виною умерщвления британского посольства, был отправлен в Индию, где ему назначено определенное местожительство, а генерал Робертс временно принял на себя высшее управление военными и политическими делами в Афганистане. В Кандагаре, где войсками начальствовал генерал Примроз, население держало себя спокойно. Между тем в Балхе присвоил себе власть Абдуррахман-Хан, а в Герате Эюб-Хан; оба они располагали несколькими регулярными полками, с ружьями, заряжающимися с казенной части, и с нарезными пушками. Британское правительство вело с главнейшими афганскими князьями переговоры об избрании повелителя Афганистана, который имел бы в стране достаточное число приверженцев, но найти такое лицо не могло. Так как дальнейшее занятие Кабула и Кандагара сопряжено было с большими издержками и препятствовало восстановлению прочного мира, то англичане должны были наконец вступить в переговоры с Абдуррахманом. Последний, однако, умышленно замедлял заключение мира и с 10000 войском двигался от Балха к главному городу, Кабулу. Весною 1880 англичане, выйдя из Келат-и-Гильзая, заняли Хазну и обеспечили таким образом сообщение между Кандагаром и Кабулом, занятыми лишь несколькими сторожевыми отрядами, но генерал Робертс стоял неподалеку от города, в шерпурском лагере, с 9000 войском. 22 июля 1880 на дурбаре афганских князей, созванном в Кабуле генералом Робертсом, Абдуррахман, который в это собрание лично не явился, был провозглашен эмиром Афганистана и принял власть на предложенных ему чрезвычайно выгодных условиях. Британское правительство отказалось от своего притязания содержать в Кабуле постоянное посольство, обещало очистить всю страну, со включением приобретенной по Гандамакскому миру Курумской долины, уплачивать ежегодную ренту и возвратить большую часть отнятых пушек и другого оружия, взамен чего с Абдуррахмана было взято только обязательство не вступать в политические сношения ни с каким другим иностранным правительством. Этими выгодными условиями эмир был обязан как своей политике медлительности, так и желанию британского правительства кончить как можно скорее афганскую войну; чтобы не препятствовать заключению мира, оно отказалось даже от важной в военном отношении Курумской долины.

Правитель Герата Эюб-Хан, брат свергнутого эмира Якуба и ожесточенный враг англичан, успел между тем увеличить свои военные силы до 20000 чел., в состав которых вошли восемь старых пехотных полков из войска Шира-Али. Для действия против этого войска отправлен был в Гириск на Гильменде генерал Бурроу с отрядом из 2500 чел. и равным ему по численности афганским войском кандагарского вали. 16 июля Эюб Хан обратился с письмами к племенам Среднего Афганистана, между которыми у него было много приверженцев, и призвал их к восстанию. В то же время его тесть Мир Баба, хан Бадакшанский, собрал вооруженные толпы в северо-восточном Афганистане, и пришли в движение воинственные горные племена, живущие вдоль всей восточной границы. Англичане рассчитывали на то, что у Эюб-Хана нет денег для уплаты жалованья войскам, а потому и не верили существованию какой-либо серьезной опасности. Тогда Эюб-Хан 24 июля неожиданно явился на Гильменде с войском из 12000 чел., вследствие чего генерал Бурроу отступил от Гириска в Кушк-и-Накуд, лежащий на дороге в Кандагар. Авангард Эюба 26 июля занял Майманд и на следующий день был атакован в своей укрепленной позиции генералом Бурроу. Между тем подоспели главные силы Эюб-Хана, отбили нападение англичан и нанесли им полное поражение; остатки британского войска бежали в Кандагар, преследуемые афганской конницей. Эюб-Хан также понес тяжелые потери и прежде всего постарался пополнить их, потом выступил против Кандагара, занятого генералом Примрозом с отрядом из 3650 чел., окружил эту крепость, послал войско к Хоюкскому ущелью, откуда мог прийти на выручку генерал Файр, и 11 августа приступил к осаде Кандагара. 18 августа была отбита большая вылазка англичан; крепость была обильно снабжена провиантом, но освободить ее от осады могла только помощь из Кабула. Поэтому генерал Робертс решил идти с теми походными войсками, которыми он мог располагать, на Кандагар и совершил этот переход в короткий промежуток времени с 7 августа по 2 сентября 1880, что было необыкновенным подвигом. На пути он присоединил к себе гарнизоны Хазны и Келат-и-Гильзая и, достигнув Кандагара, немедленно (3 сентября) атаковал войско Эюб-Хана в сильной позиции при Аргундабе и разбил его, при чем отнята была вся афганская артиллерия. Эюб-Хан бежал со своею конницей, сопровождаемый всеми начальниками племен, в Герат, не будучи преследуем англичанами, и немедленно приступил к преобразованию своего войска с очевидным намерением возобновить наступательные действия. Генерал Робертс при своем выступлении из Кабула отправил генерала Стеварта обратно в Хайберское ущелье, а 16 октября очистил и Курумскую долину согласно заключенному с Абдуррахманом договору. В Кандагаре были оставлены на время 10350 чел. при 34 орудиях, так как власть нового эмира казалась еще недостаточно упроченною и чтобы быть в состоянии защищать эту крепость против Эюб-Хана. Остальные войска возвратились в Пишин и Индию. 17 апреля 1881 английские войска начали выступать и из Кандагара, куда накануне прибыл губернатор эмира, Мохаммед Гашим Хан. В августе 1881 Эюб-Хан вторгнулся из Герата через Гириск в Кандагар и овладел этою крепостью. Абдуррахман выступил против него, и 22 сентября произошла битва. После того как многие полки Эюба перешли на сторону неприятеля, Абдуррахман одержал полную победу, заставил войска Эюба бежать в направлении к Герату и 30 сентября вступил в Кандагар.

Затем он стал готовиться к походу на Герат, куда двинулись из Маймена и Бадха преданные эмиру войска под предводительством Абдул-Кудуз-Хана и Ишак-Хана. Против них выступил в конце сентября губернатор Герата Инниаб Хан, но был разбит 2 октября при Шафлане, а 4 октября и Герат был занят войсками эмира. Эюб-Хан, лишившись всех средств продолжать борьбу, бежал в Персию,. где ему было отведено постоянное местожительство, а эмир Абдуррахман сделался повелителем всего Афганистана. Индийское правительство после этого отослало свои войска из Чамана в Кветту и таким образом окончательно очистило афганскую территорию. В следующие годы в Афганистане царствовало относительное спокойствие, и только занятие должности гератского губернатора неоднократно подавало повод к несогласиям. Положение эмира становилось, между тем, все труднее вследствие политического соперничества между Россией и Великобританией, особенно после того, как Россия заняла Мерв (31 янв. 1884 г.) и подчинила своей власти степных туркмен. Россия предъявляла свои права на всю страну до Зульфихара на Герируде, Шаман-и-Баида на Кушке, Вада-Мургаба на Мургабе и Кабарманка, тогда как эмир считал эту местность принадлежащею к Афганистану, за которым признавало ее и британское правительство. В начале 1885 русские войска под начальством генерала Комарова вступили в спорную пограничную область и 30 марта, при Ташкепри, или Пуль-и-Кушти, на реке Кушке, разбили 5000 афган под начальством наиба Салара, после чего овладели Пендже, на левом берегу Мургаба, в 35 км выше от впадения в него Кушка. Британское правительство, считая этот шаг опасным для Герата, стало вооружаться, но до войны дело не дошло. Соединенная комиссия из британских и русских офицеров объездила всю пограничную область и к осени 1886 установила новую границу между Россией и Афганистаном, при чем Россия получила Пендже и почти всю страну, на которую она заявляла свои права, после чего британские комиссары в октябре 1886 возвратились в Кабул. Около этого времени в Афганистане вспыхнул мятеж, вызванный, как утверждают, чрезмерными налогами. Племя гильзаев восстало в окрестностях Хазны и соединилось с племенем гузара. Мятежникам удалось на дороге из Кандагара в Кабул захватить транспорт, назначенный для казны эмира, и разбить прикрытие, состоявшее из одного афганского полка. Между тем Герат и многие пункты в Северном Афганистане при помощи английских инженеров были сильно укреплены, достаточно вооружены и снабжены гарнизонами; кроме того, британское правительство восстановило дорогу, ведущую из долины Инда через Боланское ущелье в Кветту, и таким образом приобрело возможность в случае будущих замешательств быстро двинуть в Кандагар значительные военные силы.

Литература. По отношению к истории и географии Афганистана можно указать на следующие источники: Эльфинстона «Account of the kingdom of Cabul» (Лонд., 1815; в немецком переводе, 2 т., Вейм., 1815—16); Эйра «The military operations at Cabul» (Лонд., 1843); Винь «Narrative of a visit to Ghusui» (Лонд., 1843); Могана Лаля «Travels in the Panjab, A. and Turkestan» (Лонд., 1846); Неймана «Das Trauerspiel in A.» в «Histor. Taschenbuch» за 1848; Кайе, «History of the war in A.» (Лонд., 1851); Ханыкова «» (Пар., 186l); Белью «Journal of a political mission to A.» (Лонд., 1862); его же «From the Indus to the Tigris» (Лонд., 1874); его же «The races of А.» (Лон., 1880); Ланглуа «» (Пар., 1864); Маллезона «History of A.» (Лонд., 1879); Белью «A. and the Afghans» (Лонд., 1879); Абботта «The Afghan war 1838—42» (Лонд., 1879); далее известия о путешествиях: Конолли (2 т., Лонд., 1834), Борна (Лонд., 1842), Массона (3 т., Лонд., 1842), Ферриера (Лонд., 1856) и т. д. О древностях и физической географии: Шпигеля «Eran, das Land zwischen dam Indus und Tigris» (Берл., 1863) и «Eranische Altertumskunde» (2 т., Лейпц., 1871—73). О языке: Дорнса «Grammatische uebersicht» (Петерб., 1840) и «Chrestomathie» (Петерб., 1847); Лиха «Grammar of the Pushtoo or Afghanee Language» («Journal Soc. asiat de Bengale», VIII, 1839); Раверти «Grammar of the Pukhtu», «Dictionary of the Pukhtu» и антология «Gulshan-u-rôh» (вместе 3 т., Лонд., 1860—61); антология приведена отчасти в сочинении того же автора «Selections from the poetry of the A.» (Лонд., 1862). — Новейшие сочинения: Раверти, «Notes of A. and part of Baluchistan» (Лонд., 1881); Валкер, «A., its history and our dealings with it» (2 т., Лонд., 1883—85); Гюэ, «» (Пар., 1885); Роденбух, «A. and the Anglo-Russian dispute» (Лонд., 1885); Роскошни, «A. und seine Nachbarländer» (Лейпц., 1885); И. Стрельбицкого, «Земельные приобретения России в царствование императора Александра II» (Спб., 1881); его же «Исчисление поверхности Российской империи в общем ее составе в царствование императора Александра III и смежных с Россиею азиатских государств» (СПб., 1889).

Дополнение 

Афганистан (см. I, 53). — По установлении границ с Индией и с русскими владениями, площадь А. сократилась до 624000 кв. км. Жителей 4550000. Армия обучена на европейский образец; состав ее в мирное время 51 тыс. чел., в военное же может быть удвоен; столько же иррегулярного войска; орудий 500, из них около половины новейших конструкций. Внешняя торговля (1900 г.) с Индией и Бухарою: ввоз (бумажные ткани, чай, сахар и др.) — около 14 млн герм. марок; вывоз (шерсть, сушеные фрукты, шелк, скот) — около 10 млн марок. Юго-зап. часть страны в скором будущем прорежет железная дорога, долженствующая соединить А. на С с русскими владениями (Кушка), на Ю — с британским Белуджистаном; в настоящее время строится жел.-дор. путь на протяжении 500 км. Главнейшие города: Кабул (60 тыс. жит.), Маймене (60 тыс.), Герат (30 тыс.), Кандагар (30 тыс.), Таш-Курган (30 тыс.) и др.

История А. Царствование эмира Абдур Рахмана (1880—1901) было эпохой распространения и укрепления в А. европейской цивилизации, по крайней мере в ее внешних проявлениях. Появилась фабричная промышленность (преимущественно связанная с интересами военного дела: выделка пороха, оружия, металлургическая промышленность, а также кожевенное производство и т. д.); приведены в более исправный вид пути сообщения. Улучшилось и судопроизводство; правительством провозглашен (хотя плохо проводится в жизнь) принцип религиозной терпимости и т. д. Несмотря на то, что армия была поднята на небывалую прежде высоту. А., стиснутый между владениями России и Великобритании, потерял в несколько приемов довольно значительные части своей территории. После потери Пенжде в пользу России (1886; см. соотв. статью), А. должен был в 1887 г. уступить ей же всю область между pp. Кушком и Мургабом. Это заставило Абдур Рахмана искать сближения с Англией. В 1893 г. последняя заключила с ним соглашение, по которому А. терял в пользу Индии некоторые пограничные пункты, за что Россия в свою очередь потребовала компенсации. В 1901 г. был окончен туннель по дороге из Кандахара (в А.) в Кветту (в Индии), облегчивший сношения между этими двумя странами. В 1901 г. ум. Абдур Рахман и на престол А. вступил Хабибула Хан (см.).

См. С. Н. Южаков, «А. и сопредельные страны» (СПб., 1885); «Автобиография Абдуррахман Хана» (СПб., 1902); A. Forbes, «The Afghan wars 1839—42 and 1878—80» (Лонд., 1891); Hanna, «The second Afghan war 1878—80» (Л., 1899).

.