ЭСБЕ/Английская литература
Английская литература во влиянии ее на русскую. Влияние английской литературы на русскую выступает с большой силой уже в XVIII столетии и достигает своего апогея в эпоху романтизма, когда Байрон, Вальтер Скотт и другие английские писатели того времени вызвали своими сочинениями литературное движение во всей Европе, направленное против французского лжеклассицизма. Идеи английской литературы прошлого столетия отразилась в России главным образом в двух направлениях, или, лучше сказать, в двух отраслях литературной деятельности: в журналистике и в театре. Уже в начале этого столетия, именно между 1709 и 1714 гг., издавались в Англии  и Аддисоном сатирические еженедельные журналы «Болтун», «Зритель» и «Опекун». В них впервые началась борьба с ложноклассическим направлением в литературе и проповедовался решительный поворот в сторону чисто народных, местных элементов в области сюжета и формы. Журналы эти отчасти непосредственно, но главным образом через немецкую литературу, где в то же время сильно отразилось английское движение, повлияли на русскую — в том отношении, что и в России стали издаваться подобные сатирические журналы между 1769 и 1774 гг. К этим журналам принадлежат следующие: «Всякая всячина» (1769—1770), «И то и се» (1769), «Ни то ни се» (1769), «Поденщина» (1769), «Смесь» (1769), «Tpутень» (1769—1770), «Адская почта» (1769), «Полезное с приятным» (1769), «Парнасский щепетильник» (1770), «Пустомеля» (1770), «Трудолюбивый муравей» (1778), «Старина и новизна» (1772—1773), «Вечера» (1772), «Живописец» (1772), «Мешанина» (1773), «Кошелек» (1774). Программа этих журналов была близка программе английской, так как они вообще вооружались против старых суеверий и предубеждений, причем некоторые статьи прямо даже переводились из аддисоновских и  журналов. Журналы эти, подобно их английским образцам, издавались не для высшего по рождению и образованию класса, а для среднего городского общества, и представляли изображения домашней ежедневной жизни, не бывшей предметом занятых высокими сюжетами произведений псевдоклассиков. Поэтому-то высшие слои общества и классические литераторы пренебрегали сперва этими сочинениями, придавая им значение народной книги, чтения для «подлых людей» (См. «Журнал»).

Гораздо сильнее развился другой род русской литературы, появившийся у нас под влиянием английских авторов, а именно т. н. мещанская драма, явившаяся в Англии и Франции продуктом социально-политического переворота, выдвинувшего вперед третье сословие. В России в XVIII веке дворянство не подвергалось опасности лишиться некоторых своих прав в пользу городского населения; тем не менее, мещанская драма имела громадный успех в Москве и в скором времени достигла широкого развития. Причину этого, по всей вероятности, надо искать в том, что эти драмы, подобно английским образцам, выводили на сцену людей, более близких русскому обществу, чем герои лжеклассической трагедии и интернациональные типы французской комедии. Время появления мещанских драм в нашей литературе совпадает также со временем периодических изданий 1769—1774 г. Уже до этого времени переводились английские и французские и на английский образец написанные пьесы; так, были переведены: Лилло — первая по времени мещанская трагедия «Георг Барнвель, или Лондонский купец» (1764); актером Дмитревским — французская переделка пьесы Мура «Игрок» и «Беверлей» и т. п. французские и немецкие драмы, напр. Детуша, Мариво, Лессинга и т. д. За переводами явились оригинальные подражательные комедии: Нарышкина, «Истинное дружество», Веревкина, «Так и должно» (1773), Хераскова, «Друг несчастных» (1774) и «Гонимые» (1775) и многие другие. В это время также начали переводить и Шекспира, которого называли Шакеспеаром, Шекеспиром и Чекспером. «Ричард III» переведен в Нижнем Новгороде 1783 г., напечатан 1787; «Юлий Цезарь» переведен Карамзиным в Москве 1786 г., напечатан 1787. Сумароков подражал в некоторых местах Шекспиру, которого знал по псевдоклассическим переделкам.

В частности, некоторые из русских писателей XVIII в. отражают в своих сочинениях влияние английской литературы: так, Петров обнаруживал на себе довольно сильное влияние Аддисона и Локка; Костров подражал Оссиану, равным образом как и немного позже И. Дмитриев, который в оде «Ермак» представил бой между Ермаком и Мехмет-Кулом совсем по образцу Оссиана, описывавшего единоборство Сварана с Фингалом. Непосредственное влияние английской литературы видно также на Михаиле Муравьеве (1767—1807), учителе императора Александра I и великого князя Константина Павловича. Для своих уроков, содержание которых изложено в «Опытах истории, письмен и нравоучений» (1796), он принял в руководство труды шотландских ученых: Адама Смита, Гетчесона, Фергюсона, Рида, Лорда и Кемса. Но самое громадное влияние английская литература на русскую имела в эпоху романтизма, о чем см. Романтизм, Байрон, Вальтер Скотт, Пушкин, Лермонтов и др.

См. также 
 ЭСБЕ/Великобритания/Английский язык и литература