ЭСБЕ/Гигиена
Гигиена. — В современном научном смысле это есть отрасль медицинских знаний, изучающая причины и влияния, нарушающие нормальную физиологическую жизнь человека и изыскивающая средства к их устранению или ослаблению. При этом человек берется не только как отвлеченный биологический тип, а как член какой-либо общественной группы, и в круг внешних влияний включаются не только общие факторы природы (тепло, холод, вода и проч.), но и переменные факторы общежития (жилища, профессии, экономические отношения и т. д). Другие отрасли медицины имеют своим объектом человека больного; гигиена имеет своим объектом здорового человека, живущего в общественных условиях. Патология, или учение о болезненных состояниях организма, также изучает причины болезней; но она останавливается при этом на процессах, которые совершаются в организме человека под влиянием этих причин. Гигиена же изучает характер и видоизменения самых причин или влияний наступления их вредного действия, и имеет прямое дело не с организмом человека, а главным образом с внешними предметами и явлениями, имея целью сохранение здоровья и предупреждение заболевания. Слово гигиена греческого происхождения (от ύγίης — здоровый). Гигея или Гигиея, одна из дочерей Эскулапа, олицетворяла собой у греков идею о сохранении здоровья, как дара богов. Следы Г. мы находим еще в древнем Египте, а еще более у евреев. Ее предписания являются в древности, или как требования религии (у евреев), или как основы гражданского благосостояния (в законах Спарты), или наконец как указания разума и медицинских наблюдений (школа Гиппократа). В древности, под именем гигиены разумелись весьма различные вещи. В законодательстве Моисея находим указания преимущественно с характером общественной гигиены, или медицинской полиции. Сюда относится обязательный обряд обрезания новорожденных мальчиков, в основе которого многие видать стремление предупредить тягостные местные заболевания, особенно легко наступавшие в жарком климате, при неопрятности населения; далее, религиозное воспрещение известного рода пищи (крови вообще, мяса «нечистых» животных), регламентация чистоты тела (в особенности у женщин) и чистоты лагерей или стоянок кочевого народа (зарывание нечистот в землю) и в особенности регламентация относительно прокаженных. Священники являются в законодательстве Моисея руководителями и контролерами всех мер, направленных к охранению общественного здоровья Советов и указаний для личной охраны почти нет, все меры обязательны, как предписания религии. Тот же обязательный характер имеют законы Ликурга, но они диктуются не велениями богов, а практической целью государства — создать крепких здоровьем граждан-воинов. Здесь находим умерщвление слабых новорожденных детей, отнятие от материнского воспитания детей, достигших 7-летнего возраста, регламентирование телесных упражнений детей и юношей, установление рода пищи и проч. Тот же почти характер, несколько менее суровый, носят персидские предписания. Гигиена же школы Гиппократа взывает к разуму свободного человека и, во имя добытых знаний или, вернее, признаваемых школой доктрин, дает ему советы, соблюдая которые он может рассчитывать избегать болезней, сохранять телесную крепость и достигать долгой жизни. Отсюда произошла естественная связь гигиены с медицинскими знаниями. В государственном строе Рима заботы об общественном здоровье не были обособлены, а являлись попутно с другими требованиями благоустройства. Таковы водопроводы и сточные каналы, надзор за продажей хлеба в проч. Римские бани и телесные упражнения уже не имели характера гигиенических учреждений, а были скорее средствами наслаждения. Христианское учение, выдвинувшее на первый план вопросы духа, нравственности и справедливости, явилось естественно враждебным преувеличенным заботам о телесном благе и телесных наслаждениях. С падением классического мира, гигиена должна была оставаться в застое в гораздо большей мере, чем родственная ей медицина. В лечащей медицине могли быть гораздо большие успехи, получаемые путем чисто эмпирическим. В деле изучения причин болезней и средств их устранения эмпирические данные не могли давать много, за неимением сколько-нибудь верных анатомических и физиологических данных. Если же принять во внимание, что истинные причины заболевания отдельных лиц до сих пор еще часто ускользают от наблюдения, а уменье наблюдать и оценивать явления в группах и массах населения явилось лишь очень недавно, то и понятно, что успехи личной, а тем более общественной Г. должны были значительно запоздать сравнительно с успехами терапии и хирургии. Добавив к этому известную истину, что здоровые в сильные люди очень мало думают о предупреждении заболеваний, мы ясно поймем, что Г. могла развиться лишь при условии сравнительно высокого положения точных наук и широких успехов общественности.

И действительно, за весь период средних веков и значительной части новых, Г., понимаемая так, как мы очертили ее выше можно сказать, почти не подвинулась против воззрений школ Гиппократа и Галена. Под именем Г. встречались рассуждения об условиях заболевания лиц разных темпераментов, разного возраста, и много советов для отдельных лиц, как избегать заболеваний и достигать долгой жизни. Эти советы и указания, сохраняя свой личный характер, лишь постепенно обогащались более здравыми взглядами, сообразно с успехами физических и медицинских наук и воплотились, напр., в «Макробиотике», или искусстве долгой жизни, иенского проф. Гуфеланда, вышедшей в свет в 1 7 98 г. Появление в Германии в 1741 г. книги пастора Зюссмильха, «Божественный порядок в изменениях человеческого рода», показавшей законность и правильность в явлениях движения населения и важность численных выражений в оценке общественных явлений, а затем сочинения Петра Франка «Система медицинской полиции» (1779), указавшей круг задач и место общественной Г. в государственной и административной системах, вводили в область Г. задачи и знания совершенно чуждые лечащей медицине. Только в трудах сотрудника французской энциклопедии Галлэ (Hallé), в позднейшей статье которого, написанной им вместе с Нистеном и помещенной в «Dictionnaire des sciences médicales» (1818), виден уже широкий взгляд на общественную Г., подготовивший возможность первого крупного научного сочинения по Г., именно руководства Мишеля Лэви, изданного в Париже в 1844 г. С появления этой книги, мы можем начинать историю Г., как научной отрасли.

Всеобщее внимание ученого мира, правительственных и общественных учреждений к вопросам гигиены, вызвано было преимущественно общественными бедствиями. Холера 30-х и 40-х годов, а затем Крымская война сделали для Г. неизмеримо более, чем целые столетия забот о благе и долголетии отдельных лиц. Со времени этих бедствий и правительства и врачи Европы отчетливо сознали, что врачевание отдельных лиц совершенно недостаточно в борьбе с общественными бедствиями, что нужно изучать условия, способствующие заболеванию и смертности в массе населения, и прилагать общественные меры для борьбы с этими бедствиями. Меры, принятые в Англии к оздоровлению городов; изучение влияния нездоровых жилищ во Франции и предпринятые там нововведения в больничной Г.; наблюдения, сделанные в Крымскую войну в армиях русской и союзников, а рядом с этим крупные успехи естествознания и медицины, труды Либиха, Вирхова, Клода-Бернара и других корифеев естествознания и медицины — все это, вместе взятое, показало значение Г. и постепенно придало ей то развитие, в котором она находится в настоящее время. Г. сделалась в то же время, благодаря в особенности инициативе и трудам М. Петтенкофера, проф. в Мюнхене, наукой экспериментальной и заняла почетное и своеобразное положение, на рубеже между медициной, общественными науками и техническими знаниями. Новейшие успехи бактериологии, связанные с учением о заразных болезнях, уяснили смысл многих эмпирических данных Г. Определим теперь основы научных задач Г. и посмотрим какие условия и пути могут вести к их практическому осуществлению.

Нарушения физиологической нормы существования человека, против которых направляются усилия Г., могут быть приведены к 3-м простейшим типам. Во-первых, это есть смерть, если она наступает ранее неизбежного физиологического предела старости. Во-вторых, низкий уровень физиологических свойств и способностей, при сравнительном состоянии здоровья. Сюда относятся: малый рост, слабость сил, слабое зрение, малые умственные способности и дарования и т. п. В-третьих, вся совокупность явлений и страданий, называемых болезнями. Установив эти типы нарушения нормы и наблюдая, как они проявляются в больших общественных группах, можно убедиться, что они проявляются с поражающей правильностью, при равенстве производящих условий — с замечательным однообразием, а при действии определенных изменяющих влияний — с определенными уклонениями. Подметить эти явления возможно путем статистического метода. Например, смертность населения значительно разнится в различных местах и может изменяться по времени весьма резко, но при постоянстве условий она замечательно однообразна. В двух русск. городах, Петербурге и Воронеже, за последовательный близкий ряд лет, из каждых 10000 населения ежегодно умирало:

В том и другом городе мы видим смертность весьма устойчивой, особенно в Воронеже. В Петербурге смертность 1881 г. резко выделяется большей высотой. В этом году в нем свирепствовала значительная эпидемия брюшного тифа, что и сказалось на подъеме смертности. Различие смертности Петербурга и Воронежа объясняется, между прочим, сравнительно большим числом рождений детей в Воронеже и большей их смертностью. Следовательно, в смертности мы видим явление, обнаруживающее известную правильность, побуждающую доискиваться причины отклонений и возможности влиять на них соответственными мерами. имея данные о смертности в каком-либо месте за целый ряд лет, можно предсказывать с известной приближенностью, какое число умерших должно быть за ближайший год, если в условиях смертности не произошло каких-либо резких изменений. Возможность предсказания есть лучшее доказательство зависимости явления от определенных причин, откуда возникает стремление к их изучению и видоизменению. Для многих английских и германских городов было найдено, что крупные улучшения в деле их правильного водоснабжения и удаления нечистот и помоев сопровождались заметным уменьшением смертности населения. Так, из 1000 человек населения ежегодно умирало:

Путем подобных же сопоставлений можно убедиться, что физические свойства и способности людей данной страны и данного племени в среднем выводе весьма однообразны и постоянны, некоторые же влияния в конце концов могут вызывать в этих устойчивых свойствах заметные отклонения. Так, например, измерения новобранцев при воинских призывах показывают, что некоторые ремесла и профессии влекут за собой более слабое развитие к призывному возрасту грудной клетки и трудных органов, что не без основания считается признаком худшего общего состояния здоровья. Наиболее важные для Г. явления — болезни, во всех тех случаях, где к ним приложим правильный метод статистического наблюдения, также обнаруживают постоянство и зависимость от определенных причин. Даже самое число заболеваний лиц, находящихся в сходных условиях возраста, занятий и проч., остается весьма близким. Так, на 1000 человек состава армии приходилось ежегодно регистрированных заболеваний:

За исключением Англии (армия которой пополняется совершенно иначе, чем в других странах Европы), мы видим замечательную близость в заболеваниях лиц одинаковой профессии, находящихся при этом под обязательным контролем врачей. Те же армии, равно как тюрьмы и школы дают целый ряд доказательств, что различные изменения в условиях жилища, водоснабжения, пищи, одежды, занятий и проч. очень резко отражаются на числе и роде заболеваний, показывая в то же время большое постоянство явлений, при постоянстве условий. Конечные факты взаимодействия природы человека и окружающих его влияний выражаются в типических нарушениях физиологической нормы, требующих подробного изучения как сами по себе, так и в своих численных проявлениях и это составляет область демографии и санитарной статистики. Важнейшим же объектом для изучения являются самые внешние влияния в их многообразных комбинациях и в их действиях на отдельного человека и общественные группы. Есть влияния, где явления типичны и связь их раскрывается легко. Так, напр., на фабриках фосфорных спичек наблюдаются заболевания, находящиеся в явной связи с поступлением в организм рабочих ядовитых паров фосфора. Столь же ясно значение профессиональных отравлений свинцом, мышьяком и проч. При потреблении свиного мяса бывают заболевания трихинозом, где все вполне ясно. Проникновение в дыхательные пути человека большого количества металлической или минеральной пыли вне всякого сомнения вызывает известные заболевания этих путей. Во всех этих и подобных случаях изучению подлежит болезнетворная причина, условия и обстановка, при которых она наиболее действительна и средства к ее устранению или ослаблению. Далее, есть категория явлений, в которых существование болезнетворной причины ясно, условия ее действия более или менее известны, но ни сущность этой причины, ни способы ее действия неизвестны. Сюда относится большая категория так назыв. заразных болезней, истинный характер которых едва только в последнее время начинает несколько проясняться. Мы знаем, что больной оспой или скарлатиной опасен для окружающих здоровых лиц; знаем также, что заражаются не все, приходящие с ним в прикосновение; выводим из ряда наблюдений, какие меры наиболее предохраняют от заражения, — но сущности этих болезней и способа заражения все еще не знаем. Мы должны действовать в известной мере ощупью, но тем с большей тщательностью должны изучить эти темные болезни для получения хотя бы лишь вероятных эмпирических указаний и с надеждой разъяснить их скрытую сущность. Но есть и такие влияния, о вероятном действии которых мы заключаем только по сопоставлению фактов и по успешности некоторых эмпирических мероприятий, но весьма далеки еще от выяснения рациональной связи причин и следствий. Во всех европейских странах в жаркое летнее время значительно усиливается смертность грудных и вообще маленьких детей. Факт этот бесспорный, но объяснения его разноречивы. Спертый воздух жилищ отражается несомненно вредно на здоровье их обитателей. Это можно доказать фактами, но объяснения еще сложны и неуверенны (см. Вентиляция). К такой же категории относятся влияния загрязненной почвы и воды, сырых жилищ, некоторых видов пищи и напитков и проч. Научная задача гигиены — уяснить эти темные стороны и пользоваться всеми указаниями ясными и даже сомнительными, но вероятными, на пользу человеческого здоровья. Идеалы гигиены сводятся к тому, чтобы смерть являлась естественным уделом старости, а живущие люди всех возрастов не знали страданий и тягостей болезней, совершенствуя свою организацию и все способности тела и духа. Идеалы эти не могут быть, конечно, непосредственной целью и ближайшей задачей, но открывают в области гигиены безграничное поле интересов и плодотворных задач.

Нельзя не упомянуть, что не раз уже раздавались скептические голоса, направленные против основных задач Г. По мнению Мальтуса, человечество размножается быстрее, чем растут средства для его продовольствия; поэтому нужно желать ограничения естественного прироста путем рождений и не стремиться всеми силами к уменьшению смертности. Спенсер (равно как Геккель и др.) опасается, что успехи гигиены и медицины, поддерживая жизнь слабых физически лиц и давая им возможность оставлять такое же потомство, отразятся в будущем падением общего уровня сил и способностей людей. Не говоря уже о том, что такие возражения против целей Г. дышать холодом своекорыстия сытых и здоровых и не мирятся с любовью к людям, они и по существу неверны. Положение Мальтуса, очевидно, не имеет в виду дальнейших успехов в деле добывания средств продовольствия и быстроты распределения их по всему миру, не говоря уже о возможности распределения самого человечества на громадные пространства, малонаселенные в настоящее время. Если же земной шар станет когда-нибудь тесен для человечества, то это будет в таком отдаленном будущем, что наши заботы об этих отдаленных временах, в ущерб современным нашим убеждениям и обязанностям, по меньшей мере излишни. Опасения Спенсера не менее голословны и односторонни. Если успехи Г. и медицины дадут возможность существовать людям слабого здоровья, то они еще более укрепят здоровых и сильных, а детей и внуков слабых должны превращать в таких же почти сильных и здоровых. С другой стороны, люди слабого здоровья и прямо больные нередко бывают сильны духом и талантом, а общий успех человечества в его современных формах жизни чаще всего требует не физических, а умственных сил. Кроме того, прямые заботы о размножении человечества и не входят в задачи Г. Самое большее, что естественный прирост населения путем рождений констатируется, как один из критериев общественного здоровья. Словом, Г. берет существующее население как исходное данное и стремится к тому, чтобы оно было крепче, менее болело, было устойчивее в своей деятельности и способностях. Сообразно изложенному выше, в состав гигиены входят: изучение различных вредных влияний, проистекающих от среды и условий жизни и деятельности человека; конкретное изучение этих влияний в той форме их, в какой они проявляются в данной общественной и бытовой организации; изыскание и подробная разработка средств предупреждения вредных влияний вообще с частным применением их к сложившимся формам жизни. Отсюда вытекает и деление всего материала Г. на отделы, из которых главных два. Общая гигиена рассматривает главные виды вредных влияний и средства их устранения по отношению к человеку вообще, взятому в условиях его современной жизни; она делится, в свою очередь на подотделы, по естественному характеру источников вредных влияний. Частная, или специальная, гигиена применяет все данные общей Г. к одной какой-либо группе людей, соединенных условиями возраста, занятий, местности и т. п.; анализирует эти условия с точки зрения общей Г. и указывает специальные для данной группы меры борьбы с вредными влияниями. В состав общей Г. входят: атмосфера, ее физические и химические свойства, климаты и погода и пр., — все это в связи с влиянием на человека и с указанием благоприятных и вредных для него действий атмосферы и ее элементов. К общим физическим и химическим сведениям присоединяются некоторые специально важные для Г. данные, напр. о составе, свойствах и влиянии на животный организм, в особенности на человека, атмосферной пыли, о носящихся в воздухе зародышах микроорганизмов и т. п. Далее, с таких же точек зрения рассматриваются: почва, вода, питание, пища и напитки, одежда и уход за кожей, жилища, нечистоты и отбросы жизни и промышленности, погребение умерших, работа и отдых. Во всех этих отделах присоединяются указания, что и как нужно делать для устранения указываемых вредных влияний данного источника. Так, мы находим здесь положительные указания о правильном устройстве водоснабжения, о выборе и составе пищи человека при разных условиях, о покрое и материалах одежды, о наилучших типах жилищ, о способах удаления нечистот и отбросов и пр. и пр. Наконец, к общей Г. относится рассмотрение причин, способов и путей распространения и мер предупреждения определенных болезней и в особенности болезней заразных или повальных, что составляет так называемую профилактику болезней. Здесь общественный характер Г. выступает на первый план с особенной ясностью. Отдельный человек часто при всем желании не может предохранить себя от заразы никакими мерами осторожности, общественные же мероприятия дают блестящие результаты.

Состав частной Г. не может быть замкнут; в ней может быть столько отраслей или отделов, сколько можно себе представить своеобразных общественных комбинаций. Главные и наиболее разработанные отделы частной Г. следующие: профессиональная Г., или Г. занятий и образа жизни; частные ее виды будут: военная Г., морская, фабричная, Г. рудокопов и т. д. Затем сюда относятся детская и школьная Г., Г. городов, тюрем, больниц, железных дорог и пр. К частной Г. должно причислить также личную Г. людей данного общественного положения и возраста, Г. данной местности или данного климата и проч. В указанные рамки обыкновенно не укладываются некоторые отделы, имеющие прямое отношение к Г. Сюда относятся санитарная статистика, санитарное законодательство и гигиенические методы исследования по различным отделам. Старинное деление Г. на личную и общественную в настоящее время всеми оставлено, между прочим и потому, что, живя в общественных условиях, нельзя изолироваться от некоторых общих влияний, одинаковых для всех членов данной общественной группы. Приложение требований Г. к жизни нередко требует коренных изменений общественности и быта, почти всегда требует более или менее значительных затрат общественных средств и очень часто нарушает права и интересы многих лиц, поэтому необходима зрелая обдуманность в приложении гигиенических мер к жизни. Ввиду важности этих обстоятельств вкратце перечислим те условия со стороны самой Г. и со стороны общественной жизни, при котор. позволительно и возможно осуществление в жизни требований Г. Первое, и самое главное, — это основательность этих требований с точки зрения научной критики. Нарушение этого требования не раз уже стоило человечеству многих страданий, лишений и материальных трат. Вспомним судьбу прокаженных на Востоке в то время, когда ни самое понятие о проказе, ни данные о ее заразительности не имели в себе никаких научных оснований. Вспомним и лишения людей, подвергавшихся строгостям сухопутных карантинов, в настоящее время признанных не достигающими своей основной цели. Отдельными же неосновательными советами относительно образа жизни и диеты, можно сказать, полна история медицины и Г. и принесенный ими вред нужно ценить тысячами испорченных и погубленных жизней. Однако же в интересах общественного здоровья совершенно позволительно допускать в некоторых случаях преувеличения или обобщения частных явлений. Так, например, смертельная опасность от укушений бешенными собаками известна вне всяких сомнений, хотя в тоже время многие из укушенных не заболевают. Общество поступит совершенно правильно, если преувеличит эту опасность и примет меры к тому, чтобы в данной местности по возможности никтоне был укушен бешеной собакой. Делается еще шаг на пути преувеличений, и принимаются меры, устраняющие вообще возможность укушений собаками, как бешеными, так и здоровыми. Натуральная оспа, некогда опустошавшая европейские государства и до сих пор являющаяся местами тяжелым бичом для населения, может быть, однако же, остановлена в своем распространении при помощи предохранительных прививок. Мы преувеличиваем опасность заражения оспой, рекомендуем прививки для всех без исключения жителей данной страны или местности. Подобного рода преувеличения разумны и искупаются достигаемыми результатами. Но есть другого рода случаи, в которых не только не позволительны преувеличения, но наиболее разумно допущение известного риска. Бывают случаи смертельного отравления людей соленой рыбой, даже в приготовленном, жареном или вареном виде. Условия образования этого «рыбного яда» и ясные признаки его нахождения в данной рыбе еще неизвестны, случаи же отравления сравнительно редки. Радикальной мерой к предупреждению таких случаев было бы совершенное воспрещение употреблять в пищу соленую рыбу. Но это значило бы лишить миллионы людей питательной и вкусной пищи и вместе с тем убить крупную отрасль промышленности и торговли. Такая дилемма допускает только одно решение — сознательно допускать риск отравления некоторого числа людей и изучать явления рыбного яда с целью найти способ предупреждать его образование. Совместное путешествие пассажиров на железных дорогах или пароходах не исключает возможности взаимной передачи ими каких-либо, заразных болезней, но ради этой возможности непозволительно было бы требовать от каждого пассажира свидетельства в состоянии здоровья. Многие производства и ремесла заключают в себе источники вреда для здоровья рабочих и профессиональная Г. рекомендует целый арсенал предохранительных мер против этих опасностей; но известная сумма риска остается везде и должна быть допущена ввиду необходимости и важности для самих людей этого рода производств. Задача представителей Г. заключается в том, чтобы возможно выгоднее сочетать эти разнородные требования и находить для гигиенических требований формы применения возможно более легкие и исполнимые.

Требования и указания Г., имеющие научную основательность, могут быть в тоже время разделены на разные категории, из которых каждая имеет свое особое значение и особые условия применения к жизни. Некоторые из них могут быть названы априорными, или умозрительными, и, как таковые, почти не требуют проверки. Так, напр., никто не будет спорить, что для новорожденного младенца наилучшая пища есть молоко здоровой матери. Идеалом чистоты воздуха жилых помещений должен служить воздух свободной атмосферы. Все, что возбуждает в человеке отвращение своим видом, вкусом или запахом, более или менее неблагоприятно для его здоровья. Эстетические стремления человека к чистоте, к воздуху полей и лесов, к вкусной и разнообразной пище совпадают с гигиеническими положениями, исходящими из других начал. Такими и подобными тезисами нередко приходится довольствоваться там, где недостает более веских доводов; в известной мере они заслуживают внимания, но их нельзя принимать без сопоставлений с требованиями культуры и исторических привычек. Вслед за такими априорными положениями должно поставить эмпирические данные,данные «народной мудрости», вековой традиции, наблюдательности отдельных лиц, особенно врачей и проч. всегда заслуживающие внимания и исследования, как указания, взятые из жизни. Совершенному устранению подлежат лишь положения, несомненно основанные или на народном суеверии, или на господстве каких-либо произвольных доктрин. Впрочем, эмпирические положения могут переходить в совершенно доказанные, если, при отсутствии даже каких-либо объяснений, они могут быть подтверждены путем статистическим, который в области общественной гигиены может давать при правильном применении также же прочные результаты, как в области метеорологии и климатологии. Очень часто недостает объяснений, но связь фактов стоит вне всякого сомнения. Наконец, последняя и самая важная категория научных оснований гигиены заключается в таких данных, которые могут быть доказаны не только наблюдением, но и опытом. Сюда относятся многие положения диететики, основанные на опытах, произведенных над животными и людьми; многие данные о свойстве заразных болезней, о мерах уничтожения заразных начал (дезинфекция), о свойствах различной одежды и проч. Понятно само собой, что чем более обогащается эта последняя категория гигиенических положений, тем более мы получаем прочных оснований для проведения их в жизнь. Далее, для приложения к жизни гигиенических положений необходим ряд благоприятных условий со стороны самого общества, к которому положения эти должны прилагаться, и со стороны представителей и адептов гигиены необходима в этом отношении последовательность и осторожность. В этом отношении необходимо принимать в соображение: 1) степень доверия, господствующего в обществе, к голосу представителей медицины и гигиены. Доверие это подготовляется общим уровнем образования и в частности разумной организацией врачебной помощи населению. 2) Господствующее в данное время настроение общества по отношению к гигиеническим мерам. Настроение это периодически возрастает, особенно во время господства каких-либо повальных болезней, и ослабляется в периоды относительного благополучия. Настроение общества меняется также в зависимости от того, кто является ответственным лицом по исполнению каких-либо обязанностей. Так, напр., в городах, в которых очищение улиц от сора и грязи лежит на обязанности домовладельцев, последние всегда склонны находить улицы достаточно чистыми и нуждаются в постоянном побуждении со стороны администрации. Но как только повинность эта переводится из натуральной в денежную, так те же домохозяева являются весьма требовательными и далеко не довольствуются прежней степенью чистоты. 3) Издавая какое-либо распоряжение или узаконение в области гигиены, необходимо строго взвесить, будет ли оно исполнено. Если нет достаточных средств контроля и побуждения для проведения его в жизнь, то лучше обождать более благоприятного времени, не дискредитируя гигиенических мероприятий. 4) Могущественное средство для привития к жизни какого-либо гигиенического мероприятия есть развитие в обществе какой-либо привычки, которая, раз будучи усвоена, сама в себе носить залог прочности. Если, напр., настоянием администрации или иным способом удается в каком-либо городе, вопреки даже желанию большинства населения, обратить грязную торговую площадь с ветхими лавочками в чистый рынок, снабженный светом, водой, стоками нечистот и проч., то, по прошествии некоторого времени, можно быть уверенным, что само население привыкнет к такой обстановке торговли и восстановление прежней неопрятности будет уже невозможно. Привычки, приобретенные в детстве и ранней юности, сопровождают человека во всю его жизнь, определяя его отношения к внешнему миру. Привычки стола, одежды, чистоплотности отличаются особой устойчивостью. Голландская чистота жилищ, русская чистота кожи — являются образцом того, что могут сделать привычка и обычай. Все, что, по всем указанным соображениям, можно и должно провести в жизнь, как полезные гигиенические меры, осуществляется тремя путями: а) посредством санитарного законодательства: б) посредством общественно гигиенических мер и учреждений, и в) посредством частных советов и указаний со стороны представителей гигиены. Санитарное законодательство можно разделить на государственное и местное. Государственное законодательство входит в область гигиены, когда устанавливает правила постройки зданий, условия для постройки и ведения фабричных или промышленных заведений, регламентирует общие и международные мероприятия против распространения заразных болезней, устанавливает органы и учреждения, ведающие вопросы общественного здоровья и пр. Местное, или общинное, законодательство (у нас в России обязательные постановления, издаваемые городскими думами и уездными земствами) является дальнейшим и более подробным развитием общих узаконений, с применением их к данным условиям местности и времени. Это более подвижное законодательство особенно важно и полезно, так как устанавливаемые им меры имеют наиболее конкретный характер, отвечающий местным потребностям. Общественно-гигиенические учреждения и мероприятия принадлежат к числу самых сильных и верных средств для действительного проведения в жизнь положений гигиены. Сюда относятся общественные водопроводы, мощение улиц, устройство садов, рынков, общественных боен, удалений всякого рода нечистот и отбросов общественные здания для школ, зрелищ, больниц, богаделен и проч. и проч. Проведение хорошей воды, доступной для всех, устраняет множество частных опасностей и вредных влияний от способов сохранения, разноски и развозки воды из реки или колодцев и делает невозможными все преступления и проступки, которые должно предусматривать законодательство относительно водоснабжения. Сплавная канализация для удаления всякого рода жидких нечистот и отбросов делает излишним весьма сложный контроль чистоты дворов, нечистотных ям и т. д. и санитарный контроль превращает в технический надзор специалистов за исправностью действия системы. Хорошо устроенные больницы, школы, театры, тюрьмы и т. д. обеспечивают гигиенические условия для массы лиц, независимо от их понимания задач гигиены, независимо от чьей-либо доброй или злой воли. В этих учреждениях и мероприятиях заключается, можно сказать, большая часть будущих успехов общественной гигиены.

Для всех случаев, не относящихся к сфере законодательства или общественных мер, для распространения в массе населения гигиенических понятий, для ответов на частные и личные даже запросы в области гигиены, к услугам общества являются представители гигиены и в частности врачи, в специальное образование которых в настоящее время повсюду включается научная и практическая гигиена. В этой статье мы исчерпали таким образом важнейшее общее содержание гигиены, частные же ее указания частью приведены, частью будут приведены под соответственными терминами (см. Вода, Вентиляция, Дезинфекция, Одежда, Пища, Шкоды и т. под.).

. Оставляя в стороне более старую литературу, а также монографическую литературу важнейших отделов, приводим следующие важнейшие общие сочинения по гигиене, причем наиболее оригинальные и полные обозначены знаком *: Halle et Nysten, art. «Hygiène» («Dictionnaire d. sciences médicales», Париж, 1818, т. 22); *Michel Lévy, «» (Париж, 1844); Oesterlen, «Handbuch der Hygiene» (3-е изд., 1876); E. Reich, «System der Hygiene» (2 т., Лейпциг, 1870—71 г.); A. Tardieu, «» (Париж, 1853); *Pappenheim, «Handbuch der Sanitätspolizei» (1859); *Parker, «A manuel of practical Hygiene» (русск. пер. 1869 г.); *Roth u. Lex, «Handbuch d. Militärgesundheitspflege» (1872—77); *Arnoult, «» (2- е изд., Пар., 1881); A. Proust, «» (Париж, 1877); В. Субботин, «Курс гигиены» (т. I, Киев, 1877); А. Доброславин, «Гигиена» (т. 1, 1889 г.; т. 2, 1884); A. Bouchardat, «» (3 изд., Париж, 1887); *Nowak, «Lehrbuch der Hygiene» (2-е изд., Bенa, 1883); Eulenberg, «Handbuch des öffentlichen Gesundheitswesens» (2 т.); *Pettekofer u. Ziemssen, «Handbuch der Hygiene u. der Gewerbekrankheiten» (Лейпциг, 1882—87); *Ф. Эрисман, «Курс гигиены» (т. 1 и 2; Москва, 1887); И. Скворцов, «Курс практической гигиены» (т. 1, Варшава, 1884; т. 2*, Харьков, 1889); J. Rosenthal, «Vorlesungen über d.öff. u. private Gesundheitspflege» (Эрланген, 1887); M. Rubner, «Lehrbuch der Hygiene» (Вена, 1888—90); J. Uffelmann, «Handbuch der Hygiene» (Вена и Лейпциг, 1889—90); О. Dammer, «Handwörterbuch der öff. u. privaten Gesundheitspflege» (Штутгарт, 1891); *С. Flugge, «Grundriss der Hygiene» (2-е изд., Лейпциг, 1891); Т. Rochard, «» (Париж 1888); *его же, «» (т. I—V, Париж, 1890—92).