ЭСБЕ/Шлегель, Август-Вильгельм
Шлегель (Август Вильгельм Schlegel) — сын Иоганна Адольфа Ш., знаменитый немецкий критик, историк литературы и поэт-переводчик. Род. в Ганновере в 1767 г. Еще в детстве обнаружил необыкновенные способности к усвоению языков и страсть к литературе, в особенности к поэзии, и весьма рано начал писать стихи. Поступивши в 1786 г. в геттингенский университет, он скоро предпочел занятия философией и филологией изучению теологии и под руководством профессора Гейне занялся изучением древней литературы. Он помогал своему учителю в его издании Вергилия и составил в 1788 г. указатель к IV тому. Еще несколько ранее он получил премию за латинскую статью о географии Гомера. Но еще более Гейне на Ш. оказало влияние знакомство с поэтом Бюргером, занимавшим в это время кафедру в Геттингене. Бюргер скоро привязался к своему даровитому ученику, называл его своим поэтическим сыном и поместил первые стихотворения его, написанные в манере учителя, в геттингенском «Альманахе Муз», а также в «Akademie der schönen Redekünste». Стихотворения эти отличались скорее виртуозностью и совершенством формы и стихосложения, чем глубиной чувств и идей. К влиянию Бюргера вскоре присоединилось влияние Шиллера. Наряду с поэтической деятельностью, Ш. занимался также критикой. Уже в первой статье, напечатанной в Бюргеровой «Akademie», — о Шиллеровых «Художниках», — Ш. заявил себя выдающимся критиком-эстетиком; впрочем, здесь иногда он слишком увлекался филологической точкой зрения. С необыкновенной легкостью усваивая чужие поэтические идеи и чужие формы поэтических произведений, он невольно увлекся изучением иностранных литературных произведений. Все вышеуказанные качества поэта и критика он применил с особенным успехом в своей статье о «Божественной комедии» Данте, где дал блестящую характеристику поэта и произведения и постарался вникнуть в исторические и географические условия, содействовавшие развитию гения Данте. Таким образом, в своих критических теориях он является, с одной стороны, последователем Гердера, с другой же — предшественником Тэна. Объясняя поэму Данте, Ш. вместе с тем переводил избранные места из нее, стараясь по возможности придерживаться размера подлинника.

В 1791 г. Ш. переселился в Амстердам в качестве заведующего делами одной банкирской конторы и воспитателя детей у богача Мюильмана. Там он прожил до 1795 г., причем продолжал заниматься литературной деятельностью. В это время Шиллер пригласил его сотрудничать в «Талии», затем в «Horen» и в «Musenalmanach», и с этих пор завязалось знакомство Ш. с великим поэтом. В «Horen» Ш. поместил рассказ о султанше Мориэзеле, написанный под сильным влиянием шиллеровской прозы. В «Альманахе Муз» помещено было его стихотворение «Arion», в котором сказывается сильное влияние «Поликратова перстня». В стихотворении «Entführte Götter» Ш. избрал тему, которую впоследствии Шиллер обработал в стихотворении «Antiken in Paris». Наконец, тут же были помещены стихотворения Ш. «Pygmalion» и «Prometheus». Подобно прежним стихотворениям Ш. и всем последующим, эти античные баллады отличаются главным образом превосходной стихотворной техникой в ущерб чувству. В последовавшей за тем статье «О поэзии, просодии и языке» Ш. пытается объяснить философски происхождение стихотворных форм. В статье «Нечто о Вильяме Шекспире по поводу Вильгельма Мейстера» («Horen», 1796) Ш. доказывает необходимость полного, точного и притом поэтического перевода Шекспира, указывая на недостатки существующих прозаических или слишком вольных переводов великого поэта, и отстаивает право драматического диалога облекаться в поэтическую форму, находя, что именно размеренная речь производит в поэтическом произведении впечатление большего правдоподобия.

В 1795—96 гг. Ш. переводил «Ромео и Джульетту», а в 1797 г. издал статью об этой трагедии, в которой заключался тонкий эстетический анализ пьесы. Вероятно, тогда же возникло у него намерение перевести если не всего Шекспира, то, по крайней мере, значительную часть его драм, которое он и осуществил, издав в течение 1797—1801 гг. 17 драм Шекспира. Он возвращался к своему переводу и позднее. Превосходный перевод Ш. имел громадный успех и оказал сильное влияние на немецкую драматическую поэзию, между прочим, и на творчество Шиллера во 2-м периоде его деятельности. В 1796 г. Ш. переселился в Йену, где жил Шиллер. Здесь он женился на Каролине Бемер (урожденной Михаэлис), с которой познакомился значительно раньше. Эта даровитая женщина, став подругой жизни Ш., оказала немало услуг мужу, помогая ему в составлении рецензий, которыми Ш. стал теперь усиленно заниматься в видах увеличения заработка, помещая их главным образом в йенской «Allgemeine Zeitung». В течение нескольких лет он поместил в этой газете до 300 рецензий, из которых наиболее выдающимися по объему и значению были статьи: о «Фоссовом переводе Гомера» (1796) о «Horen» Шиллера (1796), о Шамфоре (1796) о «Musenalmanach» Шиллера (1797), о «Терпсихоре» Гердера (1797), о «Германе и Доротее» Гёте (1797) и о Тиковом переводе «Дон Кихота» (1799). Во всех этих статьях обращала внимание глубокая эрудиция автора, изящество вкуса, тонкая эстетико-философская и филологическая критика. Ему принадлежит заслуга выяснения во всем объеме значения произведений Гёте и Шиллера. Он также первый указал на дарования Тика и других деятелей романтической школы. Правда, в статьях Ш. не надо искать вполне разработанных критических теорий и принципов, но зато они заключают в себе множество отдельных тонких замечаний и написаны с необыкновенным изяществом стиля. Совершенно новую точку зрения он внес в теорию переводов, высказав требование, чтобы поэтические произведения переводились также стихами, притом по возможности размером подлинника. Наконец, в этих статьях Ш. боролся с испорченным вкусом публики, нападая на ее любимцев Иффланда, Коцебу и Августа Лафонтена и обращая ее внимание на истинно художественные произведения. Его основная точка зрения та же, что у Гёте и Шиллера: требование гармонического слияния формы с содержанием. Но, в качестве романтика, он чересчур увлекается внешней формой поэтических произведений, а также бесцельными фантастическими вымыслами народных сказок и легенд. В этом отношении на него влиял брат его Фридрих, который, благодаря дерзкому отношению своему к Шиллеру, был причиной разрыва и Августа Ш. с автором «Валленштейна»; этот разрыв, в свою очередь, повлиял немало на перемену мнения Ш. о классицизме Шиллера и Гёте. Перевод Шекспира обратил на Ш. внимание йенского университета. Он был приглашен занять здесь кафедру истории литературы и эстетики.

В 1798 г. в Берлине Ш. познакомился с Тиком, которого произведения он и раньше знал и любил. Позднее к ним примкнули Бернгард и Шлейермахер, Новалис, Шеллинг, и таким образом образовался кружок представителей так называемой «романтической школы», выразителем литературных тенденций которой был по преимуществу Ш. Все они стремились создать орган, где могли бы формулировать свои воззрения на поэзию и искусство, и желание их скоро осуществилось. В 1797 г. Фридрих Ш. отказался от участия в журнале «Lyceum», где он помещал свои статьи. Ш. также тяготился своими отношениями к «Allgemeine Zeitung», и в 1798 г. они начали издавать вдвоем свой собственный журнал «Athenaeum» без всяких сотрудников. В 1-м № журнала Ш. поместил статью «Gespräch über Klopstock’s grammatische Gespräche» (перепечатанную впоследствии в VII т. его сочинений под заглавием «Der Wettstreit der Sprachen»), где он не отказывался еще от прежних воззрений и вкусов, но обнаружил большую самостоятельность суждений. В 1-ой из указанных статей Ш., вопреки взглядам Клошптока, утверждает, что чувство приятного есть основа прекрасного. Основным критерием для суждения о сравнительных красотах стиха он считает благозвучие. Он требует прав гражданства для всех метрических систем различных народов, не только античных, и восстает против исключительного преклонения перед немецким языком. В «Beiträge» идет речь о романах, причем Ш. сходится с братом в воззрениях на сущность романтической поэзии и на роман, как на поэтическое произведение par excellence и притом свойственное главным образом новому времени, выражает по этому поводу свое сочувствие поэзии Тика. В 3-м № журнала помещен был его диалог «Die Gemälde», написанный под влиянием Вакенродера и Тика. Здесь Ш., исходя от оценки картин дрезденской галереи, переходит к поэтическому восхвалению сюжетов христианской живописи. В целом ряде сонетов он воспевал рождение Христа, Св. Семейство, Мадонну и проч. и вообще выказывал явное предпочтение католицизму перед протестантизмом; впрочем, как он сам засвидетельствовал 40 лет спустя, это было предпочтение исключительно на почве восхищения художественной стороной католицизма («»). В 1800 г. издан сборник его стихотворений, где были помещены эти «Картинные сонеты», а также некоторые из старых его стихов. Наиболее удачной пьесой во всем сборнике была элегия «Искусство греков», в которой он обращался к Гёте как к восстановителю древнего искусства. Гораздо более замечательны его юмористические произведения и пародии вроде Тиковских сказок, где он осмеивал морализирующую поэзию и ее главного представителя, Коцебу. Сюда относятся: «Schöne und kurzweilige Fastnachspiel von alten und neuen Jahrhundert», а также «Kotzebuade» или «Ehrepforte und Triumphbogen für den Theaterpräsidenten Kotzebue hei seiner Rückkehr ins Vaterland» (1800) — сборник пародий на Коцебу, средоточием которого является «Kotzebues Rettung oder der tugendhafte Verbannte», а также «Fastgesange deutscher Schauspielerinnen bei Kotzebus Rückkehr». Затем, в подражание Гётевской «Ифигении» Ш. написал трагедию «Ион» на тему трагедии Еврипида, которая считается лучшим из всех поэтических произведений Ш., хотя она не чужда весьма значительных недостатков. Он задался здесь целью модернизировать трагедию древнего поэта, устранив из нее все, что могло бы оскорбить современную нравственность и требования рассудка. Трагедия Ш. была дана 2 января 1802 г. в Веймаре, причем публика не знала имени автора. Почти одновременно Ш. задумал написать поэму «Тристан» в совершенно романтическом роде, но написал лишь первую песнь, воспользовавшись при этом поэмами Готфрида Страсбургского и Генриха Брибергского, и включив в нее некоторые похождения Ланселота. Здесь заметно влияние Тика, по настоянию которого была написана поэма. Вместе с Тиком Ш. задумал издание «Альманаха Муз», который должен был служить органом романтической школы вместо прекратившего свое существование «Athenaeum’a». 1-й № альманаха вышел в 1801 г. и остался единственным, так как в кружке романтиков начался разлад, которому в значительной мере способствовал неуживчивый характер Фридриха Ш., а также и перемена настроения Каролины Ш., охладевшей к Августу Ш. и вступившей в связь с Шеллингом, что привело в конце концов к разводу Ш. с женой (1802). В 1801 г. братья Ш. издали свои критические статьи и заметки под заглавием «Charakteristiken und Kritiken».

Не имея более органа для выражения идей романтической школы и для борьбы с филистерством и рутиной старой школы, Ш. задумал переселиться в самый центр филистерства, в Берлин, чтобы там действовать посредством живого слова, т. е. читать публичные лекции. В 1801 г. он открыл в Берлине курс лекций об изящной литературе и искусстве, который продолжал в течение 1802, 1803 и 1804 гг. Эти лекции имеют громадное значение в истории романтизма, так как в них систематизированы воззрения романтической школы на искусство и поэзию. Здесь Ш. прежде всего провозглашает автономию искусства, отвергая унизительные для него соображения полезности и морали, устанавливает взгляд на критику, которая отнюдь не должна исключительно анатомировать, расчленять произведения искусства, но объяснять его эстетически и исторически; критик, по мнению Ш., должен проникаться сущностью поэтического произведения, должен сам становиться художником. Он устанавливает также понятие романтической поэзии, как противоположной по духу античной или классической, определяя первую как поэзию философскую, идеалистическую и фантастическую, подчиняющуюся лишь произволу поэта, который сам не подчиняется ничему; затем подвергает критике различные древние и новые эстетические теории, особенно строго осуждая теорию Аристотеля и Канта, причем сам всецело стоит на точке зрения Шеллинга, утверждая, что «прекрасное есть символическое изображение бесконечного», дает самостоятельную теорию искусства, которая лежит в основе многих позднейших учений о прекрасном, в том числе эстетики Гегеля. Ш. оттеняет всюду, где можно, контраст античного и романтического; в главе о живописи, например, в противоположность воззрениям Винкельмана, Лессинга и Р. Менгса, стремившихся втиснуть живопись в рамки скульптуры, он настаивает на самостоятельном значении живописи и колорита. Переходя к поэзии, Ш. говорит много о ее происхождении, указывает на то, что возникновению поэзии предшествует образование языка, который сам есть также постоянно развивающееся поэтическое произведение всей нации или всего человечества; язык же возник прежде всего из потребности самосознания, формулировки мысли, а затем уже из потребности общения. Далее Ш. говорит об эпитетах, метафорах, сравнениях и т. д., о просодии, как об условии всякого самостоятельного существовании поэзии, о мифах, которые определяются Ш. как поэтические произведения, имеющие притязание на реальность, и т. п. Во втором курсе лекций Ш. намеревался изложить историю поэзии, причем хотел попутно знакомить слушателей с содержанием главнейших поэтических произведений, пользуясь по возможности их переводами на немецкий язык. Поэтому, в тесной связи с лекциями находилась деятельность Ш., как переводчика. Для них он перевел много отрывков из Данте, Петрарки, Боккаччо, Тассо, Гварини, Монтемайора, Сервантеса и Камоэнса. Большая часть их вошла в сборник, изданный в 1804 г. в Берлине, под заглавием «Blumenstraeusse italienischer, spanischer und portugiesischer Poesie». Под влиянием Тика Ш. увлекся произведениями Кальдерона. В 1803 г. он выпустил 1-ю часть «Испанского театра» с 3-мя драмами Кальдерона (2-я часть вышла в 1804 г. и заключала еще 2 драмы). Одновременно с этим он напечатал в журнале своего брата «Европа» статью «Об испанском театре», полную страстного увлечения испанским театром и особенно Кальдероном. Третий курс лекций Ш. начал с полемического введения, в котором высказал критические замечания по поводу просветительного настроения берлинцев прозаического характера излюбленной ими литературы. Он указывает здесь на отсутствие в современных воззрениях идеализма, унижает достоинство эмпирических наук, причем в своем отрицании положительных наук доходит до предпочтения астрологии перед астрономией, до защиты магии и вообще односторонне отстаивает преимущества фантазии перед рассудком; характеризуя поэзию будущего, он утверждает, что главная особенность новой поэзии будет заключаться в высшей степени самосознания. Поэтому связующим звеном между прошлым и будущим он считает философию Канта и Фихте, и корень будущей романтической поэзии видит в трансцендентальном идеализме этих мыслителей. После этого вступления Ш. переходит к своей главной задаче: истории поэзии. Здесь следует отметить его увлечение дидактической философской поэзией, в том числе поэмой Лукреция и даже диалогами Платона (которые он также отчасти относит к поэзии). Это было вполне в духе романтической школы, стремившейся к высшему синтезу философии и поэзии. Особенно замечательна та часть лекций, где Ш. говорит о драматической поэзии греков, дает превосходное описание внешней обстановки античных драматических представлений, остроумное объяснение значения хора, блестящую характеристику трех великих трагиков и объяснение сущности комедии Аристофана. В конце характеристики Еврипида Ш. указывает на зачатки романтических стремлений в древности. Это составляет переход к истории собственно романтической поэзии, в связи с выяснением стремлений романтической школы. При этом Ш. утверждает, что романтическая поэзия возникла в средневековой Европе, и причисляет к романтикам средневековых итальянских и испанских поэтов, Кальдерона, Сервантеса и Шекспира. Наряду с другими романтиками Ш. принадлежит честь восстановления интереса к старинной немецкой поэзии, чего не удалось достигнуть вполне его предшественникам, Гердеру, Иоганну Мюллеру и др. Ш. впервые изложил последовательно историю старонемецкой поэзии. Еще в 1798 г. он занялся изучением «Нибелунгов». Теперь же, в лекциях, он сделал попытку переработать старый эпос, приноравливаясь ко вкусам нового времени. В вопросе о происхождении поэмы о Нибелунгах Ш. высказал мнение, опираясь на исследования Вольфа о Гомере, что песнь о Нибелунгах есть свод древних песен и не принадлежит одному автору, но есть продукт коллективного творчества нации. В изложении истории немецкой поэзии, которую он делит на монашескую, рыцарскую, бюргерскую и ученую, самым замечательным местом был очерк развития ученой поэзии, который заканчивался резкой критикой ученого поэта Виланда, как малооригинального и безнравственного писателя. Как на идеал непосредственного поэтического произведения Ш. указывает опять-таки на «Нибелунгов». От выражения сочувствия к средневековой поэзии Ш. легко переходит к идеализации средних веков вообще, считая, что в эту эпоху наиболее ярко и полно выразились поэтические и идеалистические стремления человечества. Он превозносит феодальную систему, рыцарство, религиозные войны средних веков, суд Божий, рыцарскую нравственность, понятие о чести. Затем он переходит к обозрению поэзии провансальской и итальянской, останавливаясь особенно на Данте. Здесь не лишены интереса его замечания о терцине и сонете, в которых проявилось стремление романтиков преувеличивать значение внешней формы и склонность к мистическому толкованию значения форм. Наконец, он развивает понятие о романе, форме поэтических произведений, признаваемой романтиками поэтической и романтической par excellence.

В промежутке между 2-м и 3-м курсами лекций, летом 1803 г., Ш. читал лекции по энциклопедии наук, опять-таки с романтической точки зрения. В том же году он при посредстве Гёте познакомился с г-жой де Сталь; она пригласила его в качестве воспитателя ее детей, назначив ему содержание 12000 франков в год. С этих пор начинается дружба между обоими писателями и обоюдное влияние. Ш. сопровождал г-жу Сталь повсюду в ее путешествиях. В 1804 г. они предприняли вместе путешествие в Италию. В Риме Ш. посвятил ей, как «вдохновительнице великих идей», элегию «Рим» (изд. В 1805 г.), где поэтически изобразил главные моменты культурной истории Рима. В 1805 г. написал «». В 1806 г. отправился во Францию, где издал «» (П., 1807). Здесь он отдавал предпочтение простоте и величию древнего поэта перед галантной и напыщенной поэзией француза. В 1807 г. Ш. в Вене прочитал перед избранным обществом курс лекций по драматической литературе, где дал великолепную характеристику греческого театра и драмы и весьма строгую критику французской драмы, причем не пощадил даже Мольера. Ш. сопровождал г-жу де Сталь в ее путешествии по России и Швеции. В Швеции Бернадотт предложил ему место советника и личного секретаря. В 1813 г. Ш. издал сочинение «», где нападал на режим Наполеона, а также «Betrachtungen über die Politik der dänischen Regierung» и «». После отречения Наполеона Ш. вместе с г-жой де Сталь вернулся во Францию. В 1815 г. Ш. вторично посетил Италию, где издал в 1816 г. «» и «Niobé et ses enfants». В 1816 г. Ш. возвратился в Париж, где продолжал изучение провансальской поэзии, начатое им еще во время первого посещения Парижа (в 1814 г. он издал «» по поводу изданного Ренуаром собрания памятников провансальской поэзии). В 1818 г. издал «». Незадолго перед этим (в 1817 г.) умерла г-жа де Сталь. В память их дружбы Ш. издал ее сочинение «» и задумал написать ее биографию, но ограничился лишь переводом статьи о г-же де Сталь г-жи Неккер де Соссюр, предпослав ей свое короткое введение. К 1818 г. относится вторичная его женитьба на дочери профессора Паулуса, Софии, с которой он, впрочем, скоро расстался.

С 1818 г. Ш. был профессором истории литературы и искусства в Бонне, где, между прочим, занимался индийской литературой. Результатом этих занятий было издание «Indische Bibliothek» (9 частей, 1820—30), а также критическое издание «Bhagavat-Gîta» (1823), «Ramayâna» (1829) и «Hitopadesa» (1829) и, наконец, «» (1832). Одновременно с этим он занимался религиозными и политическими вопросами, и в 1825 г. издал «Abriss von der Europäischen Verhältnissen der Deutschen Litteratur» (1825), где провозглашает Германию страной, наиболее свободной в религиозном отношении. Против взводимых на него обвинений в неустойчивости его религиозных воззрений он защищается в статье «Verrichtigung einiger Missdeutungen» (1828), объявляя, что он всегда был правоверным протестантом и что его католические тенденции покоились всецело на артистическом восхищении перед художественной стороной католического культа. Он нападает даже на брата за его переход в католицизм. В 1833 г. Ш. поместил в «Journal des débats» статью «». К 1836 г. относится его полемика с Россетти, итальянцем, поселившимся в Лондоне, по поводу странного мнения последнего о том, что три великих итальянских поэта принадлежали к тайной секте врагов папства. В последние годы жизни Ш. утратил свое влияние, как критик и как профессор. Его товарищи по университету относились скептически к его трудам, считая их устаревшими. Ш. умер в 1845 г., почти всеми забытый. Но после него осталось собрание эпиграмм, в которых он утешал себя ядовитыми выходками против всех своих современников, даже против прежних друзей. В числе жертв его иронии находим Шиллера, Гёте, Цельтера, Мейера, Фридриха Ш., Фихте, Шлейермахера, Уланда, Рюккерта, Грильпарцера, Раупаха и др. Полное собрание сочинений Ш. было издано вскоре после его смерти, в 1846—47 гг. Böcking’ом в 12 томах. В 1846 г. изданы «» (Лейпциг); в 1848 г. — «Opuscula latina» (Лейпциг). Письма Ш. издал Ant. Klette (Бонн, 1868); «Vorlesungen über schöne Litteratur und Kunst», не вошедшие в полное собрание сочинений, изданы в 17—19 тт. Bernh. Seufferfs «Deutschen litteratur denkmäler der XVIII und XIX Jahrhund. in Neudrucken» (Гейльброн, 1884). Письма Шиллера и Гёте к Ш. изданы в 1848 г. в Лейпциге. Письма Ф. Ш. к А. Ш. издал Oscar Walzel (Б., 1840).

О Ш. см. Galusky, «G. de Schlegel» («Revue des deux mondes», 1846, февраль); Loebell, «Fragmente zur Characteristik W. v. S.» (1846); D. F. Strauss, «A. W. S.» (в «Kleine Schriften», 1862, и «Gesammelte Schriften», Бонн, 1876, т. 2); Parisot, статья о А. В. Ш. в «Biographie universelle» (1863, т. 38); статья о Ш. в «Nouvelle biographie générale» (т. 43, П., 1864); Rud. Haym, «Die romantische Schule» (Б., 1870; русский перевод Неведомского по заглавием «Романтическая школа», М., 1891); W. Dilthey, «Leben Schleiermachers» (т. I, Б., 1870); Mich. Bernay, «Zur Entstehungsgeschichte des Schlegelschen Shakespears» (Лейпциг, 1872); Rud. Génée, «Studien zu Schl.-S. Shakespeare’s Uebersetzung» (в «Archiv für Litteraturgeschichte», т. 10, Лейпциг, 1881); H. Welti, «Geschichte des Sonettes in der deutschen Dichtung» (Лейпциг, 1884); Jakob Minor, «A. W. v. S. in der Jahren 1805—45» (в «Zeitschr. f. die oesterreichischen Gymnasien» (Jahrg. 38, Вена, 1887); Lady Blennerhesselt, «Frau von Staël, ihre Freunde u. ihre Bedeutung in Politik und Litteratur» (т. 3, Б., 1889) и ст. Ф. Мункера в «Allgem. deutsche biographie» (Лейпциг, 1890, 31 т.).

ЭСБЕ:Персоналии
ЭСБЕ:Искусствоведы
ЭСБЕ:Критики
ЭСБЕ:Поэты
ЭСБЕ:Переводчики