ЭСБЕ/Шиитство
Шиитство или шиизм — после суннизма наиболее распространенная ветвь мусульманства, которая, впрочем, сектантски религиозный характер приняла только постепенно, а первоначально была просто одной из четырех политических партий, существовавших во времена Омейядов. Правительственную и господствующую партию составляли сторонники Омейядов, признававшие, что имамат (верховенство в халифате) по праву принадлежит Омейядам; против этого спорили, каждая в свою пользу, мединская партия (сподвижники пророка и антихалиф ибн-Зобейр), хариджиты (требовавшие имамата избирательного) и шииты, стоявшие за то, чтобы имамат, или халифские права, наследственно сохранялись в династии самого пророка Мухаммеда, т. е. в роду Али. Следовательно, принадлежать к Ш. означало сперва быть приверженцем Алидов, и понятие «Ш.» не вызывало ни в ком мысли о неправоверии или уклонении от догматов общепринятого, официального мусульманства. Такие случаи, как (при Османе) провозглашение Али — египетским обращенным евреем Абдаллахом ибн-Сабой — живым воплощением Божества, были на первых порах исключительными. Слово «Ш.» (mî’a) по-арабски значит «дружина», «пособники»; среди новейших ориенталистов существует, впрочем, наклонность выводить название Ш. от предполагаемого греч. слова .

В настоящее время Ш. исповедуется лишь в очень немногих местах помимо Персии (так, среди арабов Йемена со II в. ислама до наших времен держится Ш. толка зейдитского); главным же образом это — религия Персии, где ее исповедуют и иранцы, и фанатичные иранские тюрки, а также религия персов русского Закавказья и английской (бывшей великомогольской) Индии; в Индии живет также глава радикальной шиитской секты исмаилитов, имеющей много тайных последователей среди горных таджиков русской Средней Азии и племени хезаре и некоторых других в Афганистане (где официальное господство имеет суннизм).

Склоняться к Ш. персы стали с I же века хиджры, пользуясь им как средством протеста против существующего арабского (тогда омейядского) правительства, да и вообще против арабской нации победителей. Еще шииты-персы, собравшиеся вокруг Мохтâра (685—687) для борьбы против Омейядов и Зобейритов, воспользовались предлогом мести убийцам Хосейна (Гусейна), чтобы, при взятии столицы Ирака Куфы, истребить множество арабов. Массовый прилив персидского элемента в ряды Ш. начался, собственно, после поражения Мохтâра, когда шииты, подобно Зобейритам и отчасти хариджитам, были усмирены деятельным омейядским халифом Абдальмаликом и вытеснены из Месопотамии на чисто персидскую почву, в Хорасан. Здесь, на далекой окраине, усвоенное местными персами Ш. (т. е. приверженность к Алидам) прониклось у многих из них в течение второй половины царствования династии Омейядов разными воззрениями доисламской религии Ирана (учением о воплощении Божества в человеке, о грядущем Мессии — махди и т. п.). Спорадически высказанная уже раньше боговоплотительная ересь Абдаллаха ибн-Сабы, имамопоклонная ересь Кайсâна и др., до тех пор в западной половине халифата находившие очень мало последователей, здесь, среди массы хорасанских шиитов, развились в целые секты, с множеством адептов. Тем не менее даже в Хорасане не все еще шииты приняли тогда вместо политической окраски религиозную персидско-еретическую. В остальных частях халифата Ш. и подавно оставалось еще течением не специально-персидским, а политическим общеарабским или, вернее, общехалифатским, и такого своего характера оно не могло окончательно потерять до тех пор, пока продолжал существовать арабский халифат. Историю Ш. в I в. хиджры, при Омейядах, и неожиданное официальное его возвышение при святоше Омаре II (717—720) — см. Омейяды. Из числа первых (могущественных) халифов аббасидских некоторые относились к Ш. очень благосклонно, особенно известный друг персов аль-Мамун (813—833), а среди населения персидских провинций халифата Ш. все больше и больше делалось любимым вероисповеданием, причем по-прежнему вырабатывало из себя и при Аббасидах разнообразные ветви — и политические, и религиозные. Политические разветвления появлялись вследствие разногласия между шиитами по поводу того, кто из самих Алидов наиболее имеет прав на имамат; преобладающая часть шиитов признавала такое право за прямым потомством Али по Хосейну с уклонением имамских прав, после 7-го потомка, в сторону младшей линии (а так как эта цепь потомков прекратилась, около 873 г., на 12-м имаме, то такие шииты, составляющие и теперь огромное большинство и чтящие память 12 имамов, называются «двунадесятники», «иснаашариййе»); другие стояли за принадлежность имамата потомству старшего сына Али — Хасана; третьи находили, что в потомстве Хосейна 7-м имамом должен считаться не младший брат и преемниками не его дети, а старший, Исмаил, со своими детьми (отсюда имя этих шиитов — «исмаилиты») и т. д. По отношению к воззрениям собственно-религиозным одни тогдашние шииты (например, зейдиты) оставались довольно близкими к суннитам; другие, менее умеренные, не ограничивались признанием исключительных прав Али на халифат и воззрением на трех первых халифов, как на узурпаторов, но отвергали вместе с тем и ту общемусульманскую сунну, которая возводилась ко временам и к авторитету первых трех халифов и содержалась в сборнике Малика и других уважаемых всеми мусульманами хранителей преданий; у некоторых же, наиболее крайних («голâт»), продолжали еще больше, чем при Омейядах, прививаться к мусульманству разные вольнодумные и еретические зороастрийские и индо-персидские догматы. Такие, особенно радикальные, шииты организовали на своих иранских окраинах даже восстания против Аббасидов, как это сделал хорасанский чудотворец Моканна (убит в 779 г.) при Махоие и азербайджанец Бабек (казнен в 837 г.) при Мамуне и Мотасыме. В течение IX века, когда в халифате происходил распад, в некоторых его пунктах достигли политической власти и потомки Али: сперва одна ветвь, еще в конце VIII века, утвердилась среди берберов в северной Африке, в Марокко (идрисиды, 788—985); потом другая ветвь, давно уже укрывавшаяся в прикаспийских провинциях, основала там и политическое княжество (табаристанские Алиды, 864—928, в Гиляне и Дейлеме — еще дольше); третья ветвь Алидов, ставшая во главе шиитов зейдитского толка, приобрела власть в Йемене (имамы-рассиды и их потомки, 893—1872). Между тем шиитская ветвь исмаилитов (см.), до тех пор ничем не выделявшаяся и мало чем (кроме вопроса об Исмаиле) отличавшаяся от обыкновенных «двунадесятников», получила (около 864) новую, хитрую и радикальную организацию и быстро сделалась могущественной политической силой в Передней Азии (карматы, см.); при ее содействии в начале Х в. был основан шиитский фатимидский халифат, который к 969 г. стал простираться от Атлантического океана до Сирии и (991) Евфрата. Багдад (с 945 г.), вместе с его бессильным аббасидским суннитским халифом, находился в то время в руках султанов-буидов, которым принадлежала и западная половина Персии и которые явно исповедовали Ш.; по соизволению одного из буидов, на дверях багдадских мечетей в 961 г. начертано было проклятие против обидчиков Али; там же в Багдаде слезно и торжественно, ради демонстрации против суннитов, стали справлять во время месяца мохаррема годовщину страстей дома Али. Таким образом, между X—XI вв. Ш. имело официальный перевес в значительной части мусульманского мира, кроме восточной половины Ирана, где Махмуд Газневидский подвергал его гонению, и Кордовского халифата, где сохранял свои права суннизм. Около середины XI века водворением тюрков-сельджуков было восстановлено торжество суннизма в Азии, а в 1169 г. Салах-эд-Дином был ниспровергнут ненавистный для багдадских халифов египетский халифат фатимидский и отменено в нем Ш.; но и Салах-эд-Дин не мог ничего поделать против новой исмаилитской секты ассасинов, которая возникла при Сельджукидах, утвердилась на Каспийском море и в Сирии и Ливане и достигла таинственного, сказочного могущества. Монголы, совершившие нашествие с Хулагу-ханом, сокрушили и разорили крепости ассасинов (1256). Для обыкновенного, нерадикального Ш. владычество терпимых монголов оказалось, однако, благоприятным; к началу XIV в. хулагиды обратились в ислам, и через несколько лет хулагид Олцзайту (иначе Мохаммед Xoäâ-бендé, 1304—1316) принял Ш. в качестве государственного персидского исповедания, первый из государей всей Персии (буиды владели только ее частью). После Олцзайту, когда Иран распался вследствие междоусобий, Ш. было оттеснено удельными правительствами на задний план; только с воцарением династии Сефевидов (1499), возводившей свой род к одному из 12 имамов, оно окончательно было объявлено государственным исповеданием вновь восстановленной персидской державы и остается таким до наших дней. Официально принято было Ш. «двунадесятников», а не исмаилитов, которые с тех пор хранят свою веру в тайне. О Ш. при Сефевидах — см. Персия.

Наступившая при Сефевидах бюрократизация Ш. и постоянная борьба Персии с соседними тюрками-суннитами (османами и узбеками) обратила официальное Ш. в клерикальную и нетерпимую религию, чуждую прежнего вольнодумства; однако искренне предан этому новому Ш. только иранизованный тюркский элемент, а значительное количество природных персов находит душевное успокоение в суфизме (см.) и бабизме (см.), кое-кто в исмаилитстве; жители же Курдистана, Луристана, Кирмана и др. мест северо-западной Персии считаются шиитами только внешне, а на самом деле обычно принадлежат к тайной секте «ахл-и хакк» или «людей истины» (происхождения, вероятно, радикально-исмаилитского и не без влияния ереси Абдаллаха ибн-Сабы), которая верует в периодические воплощения Божества и известна у правоверных шиитов под именем «Алиилахи», т. е. «обоготворителей Али», — название это, однако, неправильно, потому что Али у «людей истины» есть не более чем одно из прежних воплощений Бога, смененное дальнейшими воплощениями. Боготворителями Али скорее можно назвать обыкновенных шиитов, по крайней мере, народную массу; да и все шииты вообще ставят Али очень высоко, выше самого Мохаммеда, и считают посещение могил 12 имамов за такой же хадж, как и путешествие в Мекку. Ненависть к памяти первых трех халифов, особенно Омара, внедрена в шиитов с невероятной силой и исступленно проявляется в страстное десятодневие («ашура») месяца мохаррема, когда, в воспоминание страстей дома Алиева, происходят мистерии «теазие» и на Омара изливаются ожесточенные проклятия и сочиняются самые непристойные пасквили. Если исключить это преклонение перед Али и 12 имамами и изуверскую ненависть к памяти первых трех халифов, то серьезных отличий между шиитами и суннитами не окажется вовсе (оставляя в стороне мистиков-суфиев, бабидов, исмаилитов, «людей истины»). Даже в обрядах нет существенной разницы: она в этом отношении не больше, чем между христианством православным и римско-католическим. Догматика, в основе своей, одна и та же; только учение о предопределении не получило у шиитов того фаталистического толкования, какое ему придано в современном суннизме. Пять столпов ислама одинаково признаются и Ш., и суннитами; только со времен Сефевидов предпочитается пилигримство в Кербелу, где погиб имам Хосейн, и к гробницам прочих имамов, а не в Мекку, где шииты часто подвергаются оскорблениям от турок. Отвергая сунну и хадисы четырех правоверных школ суннитских (ханифитов, шафиитов и проч.), шииты для обоснования своего богословия и юриспруденции (шиитского фыкха) опираются на свои собственные хадисы и свою сунну, которые, однако, значительно менее достоверны и носят следы более явной, более поздней и более фантастической подделки, чем хадисы и сунна, легшие в основу богословия и фыкха суннитских школ. Старейшие шиитские сочинения мы имеем от III в. хиджры = IX в. после Р. Х. (см. Броккельманн, «Gesch. d. arab. Litt.», I, 185—186); их сохранилось крайне мало, даже от вв. IV—V, а было несравненно больше, как видно из перечня Тусия («Tusys List of Shy’ah books and Alam al-Hoda’s notes on Shy’ah biography», ed. by «Bibliotheca Indica», Калькутта, 1853—1855).

Литература. Г. ван Флотен (van Vloten), «» (Амстердам, 1894); Э. Браун (Brown), «A literary history of Persia» (т. I, Л., 1902, стр. 220—247); Ст. Гюйяр, предисловие к «Un grand maître des Assassins» («Journal Asiat.», 1887); A. ф. Кремер, «Gesch. d. herrsch. Ideen des Isl.» (Лейпциг, 1868, ч. III, 372 и сл.); И. Гольдциэр, «Muhamm. Studien» (Галле, 1890, т. II, 110 и сл.) и «Beiträge zur Litt.-Gesch. d. Šî’a» (в «Sitz.-Ber. d. Wiener Ak.», 1874, т. 78, 439 и сл.); отчасти Г. Дюга, «Hist. des philos. et des théol. mus.» (П., 1878, 29—36). О современном положении Ш. см. Дж. Малькольм, «Hist. of Persia» (Л., 1815, т. II; французский перевод, т. IV); Гобино, «» (П., 1857); Дози, «», последняя глава (Лейден, 1879); Уильз, «Современная Персия» (СПб., 1887; есть более позднее английское изд.); Кёрзон, «Persia» (Л., 1892); вообще много др. сочинений о Персии (см.). О шиитском праве — сочинение Керри (см. Право мусульман). Об особенностях ислама в Индии — сочинение Гарсена де Тасси. По-русски: А. Мюллер, «История ислама» (т. III, СПб., 1896); А. Крымский, «История арабов» (М., 1903, 196—198, 203—224), «Мусульманство» (M., 1899) и «История Персии» (печ.); А. Смирнов, «О расколе шиитов и исмаилитов в особенности» («Ученые Записки Императорского казанского университета», 1846, кн. 1, стр. 79—180); «Шераиуль-ислям, или Законы мусульман шиитского исповедания». Вып. I. «О торговле и залоге» шейха Абуль-Гкасима аль-Мухагкыг (СПб., 1862, изд. II отд. канцелярии Его Императорского Величества); Н. Ханыков, «О духовном управлении в Персии» («Кавказ», 1849, № 15); Н. Ив—ский, «О религии и администрации в Персии» («Петербургская Газета», 1869, №№ 99—101); M. Майсуров, «Несколько сведений о религиозных обычаях мусульман-шиитов и о причинах различия их с суннитами» («Кавказ», 1860, № 23); Ад. Берже, «О народных праздниках, постах и замечательных днях у мусульман-шиитов» («Кавказский Календарь на 1856 г.», отд. IV, стр. 582—608); А. К., «Что должен делать каждый дербентский мусульманин-шиит, чтобы счастливо провести весь новый год?» («Известия Кавказского отделения Императорского русского географического общества», 1872, т. I, № 1, 20—23); «Хождение в Кербелу и Неджеф, путеводные заметки богомольца из Тавриза» («Труды Восточного отделения И. Р. археологического общества», 1864, ч. 8, 353—383); И. Березин, «Кербеля» («Магазин Землеведения и Путешествий», 1858, т. V, 206—230); «Шах-Гуссейн, праздник у шиитов» («Русский Вестник», 1866, т. 65); под тем же заглавием — статьи Мирзы-Сафиева («Закавказский Вестник», 1853, № 51, стр. 173 и «Кавказ», 1875, № 19), Н. Истомина («Кавказ», 1861, №№ 41—42), Старожила («Кавказ», 1852, № 69; «Современные Известия», 1880, № 352), A. M. («Северная Пчела», 1830, №№ 112—113). См. еще Мистерии у персов, Суфийство, Бабизм. О нынешних исмаилитах среди российских горных таджиков — грая А. Бобринский в «Этнографическом Обозрении» (1902). О секте «людей истины» печатается исследование В. Ф. Минорского в изд. Лазаревского института восточных языков.

.

Примечания 

ЭСБЕ:Ислам