ЭСБЕ/Базилиане
Базилиане. — Этим именем обозначается греко-униатский орден св. Василия Великого, существовавший с XVII столетия в пределах древней Польши и существующий еще теперь в Галиции. Базилианские монастыри возникли от преобразования по римско-католическому образцу православных монастырей по инициативе второго униатского митрополита Иосифа Вельямина Рутского или, быть может, самого Ипатия Поцея, первого униатского митрополита. Влияние католичества на орден высказалось на первых же порах его существования: сам Рутский был в Риме и просил у папы, чтобы он прислал нескольких кармелитов для реформы монастырей на Руси, но, не желая оскорбить религиозное чувство народа, который, вероятно, посмотрел бы недружелюбно на присутствие и руководящую роль римских монахов в греческих монастырях, требовал, чтобы кармелиты пришли в одежде монахов св. Василия, чтобы растили волосы на голове и бороде и исполняли все по обряду греческому. Историю базилианского ордена можно разделить на три периода: возрастания, процветания и упадка; первый — простирается от возникновения Б. до разделения их на две провинции: литовскую и польскую, или русскую, второй — оканчивается вместе с политическим падением Польши, третий продолжается до сих пор.

Первая кармелитская миссия, призванная Рутским около 1605 г., вскоре рассеялась; она была устроена в Троицком виленском монастыре, в котором Рутский, в качестве послушника (новиция) вместе с другими приготовлялся к монашеским обязанностям под руководством отца Петра, босоногого кармелита, и трех других монахов этого же ордена. Но вскоре затем вместо кармелитов на Б. стали сильно влиять иезуиты, и в 1621 г. Б. заключили с иезуитами теснейший союз. В этом же году на общем совещании, или так называемой первой лавриновской конгрегации было постановлено, чтобы орден руководствовался предписаниями иезуитов, которые с этой целью рассылались по базилианским монастырям. Но влияние иезуитов вызвало в ордене разногласия, для устранения которых была созвана вторая конгрегация в Рутке в 1623 г., где Б. дали клятву друг другу и обещание заботиться о сохранении единства, веры, обычаев и обрядов Восточной церкви. Однако, уже в следующем году (1624 г.) Б. послали к папе секретное прошение о присылке им в руководители четырех монахов кармелитского босоногого ордена. Просьба была уважена, и с тех пор не только прекращаются всякие дружественные сношения между базилианами и иезуитами, но начинается горячая вражда, которая продолжалась до 1686 года, когда была сделана новая попытка войти в союз с иезуитами. Все эти дружелюбные или враждебные сношения с католическими орденами должны были мало-помалу содействовать постепенному окатоличению базилианского ордена, который во внутреннем своем устройстве стал все больше и больше терять характерные черты восточного обряда и вместе с тем приближаться к западным обрядам. Эта постепенность выразилась прежде всего тем, что напоминавший римско-католических генералов орденов протоархимандрит базилианский подчинялся не непосредственно папе, как все другие орденские генералы, а между ним и папой посредником был митрополит. Сан протоархимандрита был учрежден еще на первой Новогрудской конгрегации униатских монахов св. Василия в 1617 г., причем тогда было постановлено, чтобы эта должность была пожизненна, и чтобы кандидаты на нее допускались только из простых монахов; но уже в 1658 г. пожизненность сана протоархимандрита была отменена. В первый период существования базилианского ордена его протоархимандритами, или визитаторами, т. е. ревизорами монастырей, были: Иосиф Вельямин Рутский (1617—1621), Лев Креуза Ржевуский (1621—1626), Рафаил Корсак (1626—1636), Пахомий Война Оранский (с 1636 г.), Антоний Селява (с 1652), Яков Суша (с 1661), Гавриил Коленда (с 1666), Пахомий Огилевич (1675—1679), Стефан Мартышкевич Бусинский (1679—1686), Иосиф Петкевич (1686—1690), Симеон Огурцевич (с 1690), Иоаким Кушевич (с 1694), Лев Кишка (1703—1713), Василий Процевич (1713—1717), Максимилиан Ветржинский (1717—1719), Антон Завадский (с 1719), Корнелий Столповицкий Лебецкий (до 1727 г.), Антонин Томиллович (1729—1736). С 1739 г. являются два провинциала, как частные протоархимандриты: один — для литовской провинции, Василий Полатило, другой — для вновь образовавшейся польской, или русской провинции, Патриций Жиравский.

Помощниками протоархимандрита были: провинциал, четыре консультора и секретарь ордена; при генерале, или протоархимандрите, находился центральный орденский архив, в котором хранились копии документов всех монастырей ордена. Чтобы сделаться монахом, непременно надо было пройти новицат, т. е. школу, в которой молодые люди приготовлялись к монашескому благочестию и учились будущим своим обязанностям. Первый такой новициат был основан около 1602 г. в Троицком виленском монастыре, где сам Рутский был новицием: отсюда распространились колонии базилианских юношей и по другим местам. Такие колонии Рутский основал сначала в Новогрудке, потом в Минске, Жировицах и Бытене: впрочем, эти колонии были в собственном смысле только зачатками настоящих новициатов. Потом упоминаются еще виленский и березвечский новициаты. Внутреннее устройство новициата основывалось на папской булле от 19 марта 1603 г. об устройстве новициатов всех монашеских орденов, помещенной впоследствии в числе булл, относящихся к базилианскому ордену. Новициат был непременным условием для поступления в базилианский орден, причем только тот имел право давать монашеские обеты, кому минуло 16 лет; зато если уже новиций дал монашеские обеты, то удаление его из ордена сопровождалось такими трудностями, что выход делался почти невозможным. В тесной связи с новициатом находились базилиан. школы для образования новициев, в которых дозволено было обучаться определенному числу Б.; они существовали в Риме, Вильне, Брунберге и других местах; алумнаты эти по большей части находились в руках иезуитов. Наряду с такими школами рано стали появляться у Б. и свои собственные школы с характером средних и низших учебных заведений для обучения как своих новициев, так и светских клириков, и светского юношества. Около 1641 года митрополитом Антонием Селявой была учреждена в Минске униатская семинария, оставшаяся под управлением базилиана Бенедикта Терлецкого; но эта семинария разрушена была при нападении на Минск в 1655 году московского войска; в 1681 году снова было постановлено основать семинарии в каждой епархии, но до двадцатых годов XVIII ст. не было почти ни одной униатской семинарии. Одновременно с русской семинарией Рутский заботился и о монашеских школах, но в первый период истории Б. они существовали только в следующих местах: в Холме, Новогрудке, Минске, Владимире Волынском. Жировицах и Бучаче.

Высшим выражением жизни базилианского ордена были конгрегации, или капитулы, т. е. совещания, на которые собирались не только митрополит и униатские иерархи, не только ближайшее начальство базилианского ордена, по и супериоры всех базилианских монастырей, легаты от каждого монастыря, магистры новициев и профессора базилианских школ. В первый период жизни ордена, когда он не разделялся еще на провинции, не было провинциальных конгрегаций, а только генеральные, распадавшиеся на два разряда: одни — избирательные, имевшие целью избрание протоархимандрита, другие — обыкновенные, собиравшиеся каждые четыре года или чаще, смотря по надобности. Постановления конгрегации имели для базилиан силу закона и могли отменяться только или новой генеральной конгрегацией, или папой; иногда конгрегация была вместе и избирательной, и обыкновенной. В первый период были следующие конгрегации: Новогрудская (1617, 1671, 1686, 1703, 1717, 1719, (1730), Лавришовская (1621, 1626), Рутская (1623), Жировицкая (1629, 1631, 1658, 1669, 1661, 1676, 1679, 1694), Виленская (1636, 1642, 1646. 1650, 1667, 1713), Минская (1652, 1688, 1690), Тороканская (1656,1661), Бытенская (1657, 1698, 1736), Супрасльская 1661, 1665), Виленская частная (1561) для протеста против Супрасльской, Львовская (1739), на которой были избраны провинциалы: литовский Василий Полатило и русский, или польский — Патриций Жиравский. Из этих конгрегаций некоторые не были утверждены папой, напр. Минская 1683 г. Некоторые же имели частный характер, напр. Виленская 1661 г. и Холмская 1719 г.; иные хотя и делали постановления, но эти постановления были или затеряны, или уничтожены, напр., акты конгрегации Виленской 1642 г. и 1646; постановления же остальных конгрегаций не имели систематического характера и часто даже противоречили друг другу.

В самом начале своего существования Б. имели монастыри только в епархиях, непосредственно подчиненных Ипатию Поцею, но уже в 1616 г. Рутский добился у Сигизмунда III подтверждения грамоты Сигизмунда I от 1519 г. о подчинении и подсудности киевскому митрополиту всего духовенства греческого обряда в Польше. На основании этой грамоты Рутский расширил пределы своей деятельности. В 1635 г. орден получил от Владислава IV очень важную привилегию, по которой в епископы должны быть избираемы не светские священники, а непременно монахи базилианского ордена. Понятно, что последние, попавшие в епископы или митрополиты, способствовали присоединению разных монастырей к Б. Затем последовало постепенное присоединение православных монастырей, находившихся вне границ Литвы, и таким образом, к концу жизни Рутского в базилианском ордене числилось уже до 40 базилианских монастырей, а именно: виленский, полоцкий, минский, новогрудский, супрасльский, черейский, брацлавский, могилевский, пустынский, мстиславский, смоленский, черниговский, троцкий, гродненский, черлонский, кобринский, лещинский, жировицкий, бытенский, жидичинский, два дубенских, дерманский, дорогобужский, шумский, стоянский, доброгорский, лавришовский, красногорский, пинский и холмский. Потом еще несколько монастырей приняло базилианский устав, но уже в этом же самом XVII в. во время политических смут, происходивших тогда в Польше, одни из базилианских монастырей отошли навсегда или на время под власть московского государя и были отторгнуты от ордена, как-то: онуфриевский, брацлавский. полоцкий, мстиславский, пустынский, смоленский; другие — были разорены московским войском и казаками, как-то: минский и новогрудский, и наконец, некоторые — рожанский и холмский, добровольно на время уступались православным. Так как не вполне точно определены были отношения между митрополитом и орденом, то митрополиты неоднократно старались подчинить себе базилиан, и таким образом произошли столкновения, начавшиеся после 1640 г. при митрополите Антонии Селяве, который даже был избран протоархимандритом ордена. Затем борьба продолжалась при митрополите Гаврииле Коленде, против которого особенно выступал провинциал Бенедикт Терлецкий, а после его смерти, последовавшей в 1661 г., протоархимандрит Яков Суша в провинциал Пахомий Огилевич. Но самая упорная борьба происходила при преемнике Коленды, митрополите Киприане Жоховском, от притязаний которого защищал орден протоархимандрит Стефан Мартышкевич-Бусинский. Для решения спора собрался в августе 1686 г., по предписанию папы и конгрегацией распространения веры, базилианский капитул в Новогрудке, под председательством киевского лученского епископа Фомы Уейского. Собрание было ознаменовано двумя важными в истории базилианского ордена действиями: составлением так называемого Nexus'a, или союза между митрополитом и орденом, и пересмотром всех до того времени изданных базилианских капитульных постановлений.

Nexus хотя и не был утвержден в Риме, тем не менее сохранял силу закона до 1743 г. и состоял из 17 пунктов, точно определявших отношения ордена к митрополиту, а именно, в нем перечислены были все случаи, когда митрополит имел право вмешиваться в управление орденом, оставляя во всем прочем последнему полную самостоятельность. Этим кончилась борьба ордена с митрополитами. Правда, что еще при митрополите Льве Кишке были столкновения с орденом, но причина этих столкновений лежала в личном характере самого Кишки. Важным последствием Nexus'a для базилиан было сильное увеличение числа их монастырей, так как к ним присоединились многие аббатства, принадлежавшие до тех пор епископам. Таким образом первый долгий и самый важный для базилиан период развития кончился очень счастливо для их ордена.

Второй период истории базилианского ордена начинают обыкновенно с 1743 г., хотя уже в 1720 г. Замостский собор постановил все униатские монастыри сделать базилианскими, установив, притом, для них две отдельные конгрегации: литовскую и польскую, или русскую, вследствие чего, естественно, и сам орден должен был разделиться на две провинции, управляемые каждая своим провинциалом и капитулом, но, вместе с тем, подчинявшиеся одному общему генералу, или протоархимандриту. Литовские базилиане не хотели согласиться с новым порядком вещей и ходатайствовали у папы об учреждении одной общей конгрегации имени св. Троицы для обеих провинций государства. Впоследствии они ограничили свои требования: не предъявляя более претензий относительно епископских униатских монастырей, где сохранилось более православных обрядов, они требовали, чтобы 12 существовавших уже до того в русской области базилианских монастырей не были отделяемы от литовской конгрегации. Тогда созвана была конгрегация в Дубне для решения этих споров и несогласий, но совещания не привели ни к какому результату, и обе стороны подали свои протесты. Это произошло еще при митрополите Льве Кишке, преемник же его, Афанасий Шептицкий, собрал второй капитул во Львове в 1739 г., и там епископы и митрополит освободили из-под своей власти монастыри в русских епархиях, установлена была конгрегация, избран частный русский протоархимандрит Патриций Жиравский, консульторы и др. сановники; в основание же внутренней организации русских базилиан положены правила, извлеченные из конституции литовской провинции. Несмотря на это, в устройстве обеих провинций были довольно крупные различия, например: между русскими монастырями и митрополитом существовала близкая связь, порванная на Литве долговременной борьбой, и кроме того здесь установилось правило, что после закрытия монастыря оставшееся его движимое и недвижимое имущество переходит в ведение епископа епархии, в которой находился монастырь. Это не нравилось литовским базилианам, которые сверх того все еще добивались своих прежних 12 монастырей. В 1742 г. они подали жалобу папе Бенедикту XIV, который решил спор, приказав всем соединиться в одну конгрегацию, председателем которой должен быть митрополит, причем на ее совещаниях непременно должен присутствовать папский нунций, т. е. уполномоченный. Тогда А. Шептицкий, в свою очередь, подал жалобу в Рим и требовал, чтобы были сохранены две провинции: литовская св. Троицы и русская, или польская Покрова Богородицы, чтобы спорные монастыри остались при польской провинции, и чтобы общая конгрегация носила новый титул; между тем литовские базилиане не соглашались уже только на новый титул, уступку монастырей и некоторые неважные пункты. Наконец, в 1743 г. на конгрегации в Дубне спор окончательно был решен, и только некоторые спорные пункты были посланы на решение папы. Буллой от 21 мая 1744, начинающейся со слов «Inter plures», папа одни из постановлений дубенского капитула 1743 года утвердил, другие поправил и дополнил, третьи вновь решил, для решения же некоторых труднейших — потребовал новых сведений. Во всяком случае, разделение на две провинции было утверждено, причем велено было уничтожить бедные монастыри присоединением их к богатым. Конгрегация 1760 г. в Риме присудила спорные монастыри литовской провинции, вследствие чего начальники польской провинции в 1752 г. внесли в акты публичного нотариата и луцкой латинской консистории манифестацию против папского декрета, но папа в 1764 г. уничтожил ее окончательно, запретив поднимать этот вопрос. В XVIII в. протоархимандритами базилиан были следующие лица: Патриций Журавский (1739—43), Поликарп Мигуневич (1748—47), Ипатий Билинский (1747—51), Иераклий Лисянский (1751—59), Ипатий Билинский — второй раз (1759—72), Порфирий Скарбек Важинский (1772—80), Иосиф Моргулец (1780—85), Иерофей Корчинский (1786—88), Порфирий Скарбек Важинский — второй раз с 1788 г., Максимилиан Вильчинский до 1793 г., Афанасий Фальковский до 1802 г., Юст Гуссаковский до 1804 г., когда звание протоархимандрита было уничтожено.

Во второй период своей истории Б. главным образом занимались воспитанием молодежи, соревнуясь на этом поприще с иезуитами. Сами базилиане воспитывались все еще в папских алумнатах и семинариях, и число их воспитанников в этих заведениях было увеличено с 1775 г. Что касается школ базилианских, то, по всей вероятносги, около 1751 г. каждая провинция имела только две школы, и окончательная организация училищ последовала не раньше 1763 г. Но скоро в этом отношении Б. сделали быстрые успехи: около 1774 г. базилианские школы имели часто по 300, а иногда даже по 500 учеников. Благодаря такому развитию школьного дела Б. орден считал себя сперва соперником иезуитов, а после уничтожения Общества Иисуса — наследником его прав и традиций. На основании этого, после 1772 г. Б. обратились к королю с проектом передать им все монастыри и капиталы иезуитов, причем обязывались вести дальше дело образования и воспитания польского юношества. Хотя польское правительство не приняло проекта и учредило известную эдукационную комиссию, тем не менее, несколько бывших иезуитских коллегий досталось в руки базилиан, так что в конце XVIII в. в их ведении находилось около двадцати шести училищ.

Непродолжительное время спокойного развития баз. ордена кончилось вместе с политическим существованием Польши. Уже в 1773 г., вследствие первого раздела Польши две базилианские провинции распались на четыре, а именно: литовскую и русскую, или польскую, которые остались в пределах Польши, белорусскую, отошедшую к России, и галицийскую, оставшуюся за Австрией. Тогда базилиане все более и более стали примыкать к чистому католицизму, чему особенно благоприятствовало то обстоятельство, что и на западе Европы уже в IV в. существовал орден св. Василия. С историей этих западных базилиан польские базилиане стали горячо знакомиться. С разделом Польши начинается упадок базилиан. ордена. Так, в 1786 году все базилианские школы в Польше были подчинены эдукационной комиссии; в Австрии было еще хуже: там в 1788 г. все богатые базилианские монастыри были закрыты, и оставлены только бедные, причем и права этих последних были сильно ограничены; им запрещено было принимать духовные завещания без особого разрешения императора, и вообще монастыри переданы во власть епископам. Не лучше была участь Б. в белорусской провинции, перешедшей к России: здесь в 1782 году был издан указ о разделении и католической, и униатской церкви; в 1785 году базилиане были отданы во власть архиепископа Лисовского, им запретили выбирать провинциала и генерала, а в 1793 г. эти постановления были распространены на Украину, Волынь и Подолию. Затем, после третьего раздела Польши в 1795 г. монастыри Минской, Волынской, Подольской и Брацлавской губернии отошли к белорусской провинции, непосредственное сношение базилиан с Римом было запрещено, и все перешло в полную власть Лисовского. Чтобы укрепить новый порядок вещей консистория была перенесена из Онуфриевского — в Полоцкий монастырь, и тогда уже, собственно говоря, базилианские монастыри не составляли более одного ордена, но были просто униатскими монастырями без всякого самостоятельного центра. По восшествии на престол императора Павла были учреждены три епархии, но, вместе с тем, они были подчинены особому департаменту юстиц-коллегии, в котором председательствовал католический архиепископ Сестрженцевич, потом департамент был преобразован в римско-католическую коллегию. Таким образом Б. утратили всякую самостоятельность, и только в 1800 г. был издан регламент, по которому Б. снова были возвращены к орденскому устройству. Это продолжалось, однако, очень недолго, так как уже в 1804 г. по высочайшему указу звание протоархимандрита было уничтожено и Б. отданы во власть епископов, чем и заканчивается второй период истории баз. ордена, кот. как орден перестал существовать. Тем не менее, остались децентрализованные базилианские монастыри, сохранявшие старые традиции и прежние идеалы. Впрочем, и до сих пор еще существуют базилиане в Австрии, а в России они еще в XIX в. успели не один раз заявить о себе в истории церкви. В этот последний период существования базилианства необычайно сильно разгорается борьба между Б. и белым духовенством. Весьма естественно, что, будучи при власти, Б. желали захватить все в свои руки, и потому держали в загоне белое духовенство, которое не допускалось в школы, и таким образом перед ним закрывался доступ к высшим местам в церкви. Кроме того, Б. взяли себе за образец латинские ордена, — белое же духовенство более придерживалось традиций греческой церкви; первые были совершенно довольны во время самостоятельности Польши своими привилегиями и местными правами, вторые всегда обращали взоры к Москве и всегда при всякой возможности высказывали в этом направлении свои симпатии. Таким образом, антагонизм между базилианами и белым духовенством существовал всегда, но резче всего он высказался в перешедших во власть России провинциях, где до тех пор процветали Б. Они еще были могущественны, если не привилегиями, то деньгами, так как им принадлежало около 20000 крестьян, 100 монастырей и 800000 руб. капитала. Противником их был полоцкий униатский архиепископ Лисовский; его доклады и старания привели к уничтожению базилианской организации и распоряжению, по которому Б. отдавались в ведение второго департамента римско-католической коллегии. Правда, значение базилиан возросло во время министерства Голицина и епископов Булгака и Головни, но это недолго продолжалось. В это время Б. имели еще свои школы, и притом двоякого рода: 1) монашеские, т. е. новициаты для юношей от 14 лет, желавших поступить в монахи; далее, философские и богословские классы для дальнейшего образования монахов и 2) светские: во всех монастырях приходские, и в больших — поветовые (т. е. уездные) училища, некоторые даже на правах гимназий. Вследствие жалоб белого духовенства на базилиан, император Александр I в 1822 г. велел закрыть несколько монастырей и на их местах учредить духовные училища.

Еще во время министерства Голицына изгнание иезуитов из России в 1820 г. подорвало существование Б. и тем же самым усилило белое духовенство, но еще более важное значение имели в истории Б. назначение в 1824 г. Шишкова министром народного просвещения и духовных дел и вступление на престол императора Николая I. Сейчас после этого жировицкий монастырь был отдан белому духовенству, и тогда митрополит Булгак и сами Б., желая защитить монастырские интересы, созвали так наз. великую консульту, или раду, в 1825 году, после чего в 1826 г. последовал окончательный разрыв между белым духовенством и Б.; последний факт вызвал несогласия в самом ордене, и борьба вскоре достигла крайних пределов, вследствие чего 9 октября 1827 г. был издан указ, по которому в базилианские монастыри могли поступать исключительно лица, хорошо знакомые с греческим обрядом. Этот указ, которым, собственно говоря, базилианские монастыри упразднялись, был вызван запиской митр. Семашки.

В следующем 1828 г. базилианские монастыри были переданы в управление молодых протоиереев коллегии и консистории, вследствие чего в этом же году, 17 января, последовало заключение коллегии о закрытии базилианских монастырей, а 27 апреля 1828 г. высочайший доклад о приведении в исполнение указа. Таким образом базилианство было уничтожено в литовских и русских областях древней Польши, хотя и здесь не совсем: Б. остались в Свято-Троицком виленском монастыре, где была их семинария, но в 1831 г. и здесь последовало закрытие и раскассировка монахов. После 1831 г. в пределах Русского государства остались базилиане только в пяти монастырях Царства Польского, а именно: в Варшаве, Холме, Белой, Люблине и Замостье, откуда они были удалены в шестидесятых годах.

Теперь, как мы уже сказали, Б. существуют только в Австрии, где они составляют отдельную конгрегацию св. Сальватора и имеют в Галиции 14 монастырей, а в Венгрии — семь (все униатские).

Ср. Петров, «Очерк истории базилианского ордена в бывшей Польше» (в «Трудах Киевской духовной академии», 1870—1872); П. И. Б., «Противодействие базилианского ордена стремлению белого духовенства к реформам русской греко-униатской церкви» (Вильно, 1889); Бобровский, «Русская греко-униатская церковь в царствование Александра I» (СПб., 1890 г.).

ЭСБЕ:Монашеские ордена