Віленскі прывілей 1563 года
Во имя Божье станься. Ку вечной памети тое то речи.

Кгдыж вси справы с часомъ с памети людское сплывають и в забытье приходять, а для того есть вынайдено, абы письмом объясняны были ку ведомости потомъ будучимъ.

А прото мы, Жикгимонтъ Августъ, Божью милостью король польский, великий князь литовъский, руский, пруский, жомойтский, мазовецкий, лифлянтский и иных пан и дедичъ, чинимъ вѣдомо симъ листом нашимъ нынешним и напотомъ будучимъ, кому будеть потреба того ведати, ижъ кгды есьмо черезъ листы наши вэзвали на съемъ вальный, въ столечномъ месте нашомъ у Вильни зложоный, пановъ радъ нашихъ духовныхъ и светъскихъ, княжат, панятъ, врядниковъ всихъ земль того панъства нашого отчизного Великого Князства Литовъского, а за прозьбами пановъ радъ нашихъ ихъ милости и всихъ становъ помененых, дозволили есьмо и дозволяемъ привилея правъ и вольностей земъских в статутъ новописаный вложити и вписати, по тому жъ обычаю, яко и в Короне Польской привилея и вольности шляхетские въ статут уписаны суть. За што вси станы чинячи дяки, с чоломбитьемъ намъ, господару, и пану своему прирожоному, донесли намъ и в томъ прозьбу свою, ижъ в тых же привилеях земъскихъ некоторые артыкулы потребують ширшого объясненья, к латвейшому вырозуменью. А то в том напервей, яко ся стало обдарованье и наданье от прадеда нашого, славное памяти Якгейла, короля польского и навышшого великого князя литовского, также и от брата его милости Александра Витольта, великого князя литовского, в которых то естъ описано за злученьмъ панствъ подъ онымъ часомъ, Коруны Польское з Великим Князствомъ Литовскимъ, и за выданьемъ того привилея там же в Коруне Польской, в Гродле (!), ижъ «панове, шляхта, бояре земль наших Литовских дарованьемъ, привильями и наданьемъ, имъ даными, узычоными и подаными, только повшехное, то есть соборное вѣры хрестьянское и римъскому костелу подданые, и которым клейноты, то есть гербы шляхетские суть наданы, мають ся с тых вольностей веселити, учасниками быти и уживати, яко панове и шляхта Коруны Польское свои вольности держать и их уживають». А другий артыкулъ, ижъ «на достоенства и преложенства не мають быти обираны, одно естли бы были повшехное веры хрестиянское и поддани римъскому костелу, ани тежъ уряды, которые земъские вѣчные, яко суть достоенства кашталянства, не мають быти даваны, одно людямъ вѣры хрестиянъское, и до радъ наших не мають быти допущоны, ани в них бывати». Якожъ после того тотъ привилей, на вольность даный, в потверженья деда нашого Казимера, и стрыя Александра, и отъца нашого Жикгимонта Первшого, славное памети королей и великих князей литовских, и потомъ в нашо потверженье тыми жъ словы уписанъ. О томъ вси одностайне били намъ чоломъ, абыхмо то в поровнанье слушное приведши, нашимъ листомъ и привилеемъ достаточне то объяснили. Мы с паны радами нашими, обачивши, иж перед тым, ниж тотъ привилей у Городле выдан, станы и народы шляхетские знакомитыми службами речи посполитой и продкомъ нашимъ заслугуючися, зацне вывышоны и учтены были, яко то в самомъ томъ привилею на початку его меновите описаны, каковые станы на тот съемъ до Городла приехали, а к тому, иж теж бываючи не только римского костела послушные, але и грецкого, в лавицы рады продковъ наших и нашое, также и иные вси станы, на розныхъ службахъ наших бываючи, вѣрность и сталость свою ку службамъ продковъ наших и нашим охотне, яко добрым и вернымъ подъданымъ належить, завжды со всякою сталостью показовали. А такъ, уважаючи тые вси зацные заслуги и бачачи, же в томъ привилью не ку которому униженью и взгарженью оных, хто гербов не бралъ, также и тых, хто веру грецкую держачи, противко продкомъ нашимъ и намъ, господару, верность свою стале показують, одно, ижъ не вси на том сойме были, а звлаща станы руских земль. Прото, не уймуючи и ни в чомъ не нарушаючи оных первшихъ привильевъ, от продковъ нашихъ и от насъ, господара наданых, але во всем при моцы зоставуючи и заховываючи, только тые два члонъки и артыкулы вышей описаные объясняючи и ровнаючи, с порадою и с призволеньемъ пановъ радъ нашихъ духовных и светскихъ, ухваляемъ и хочем мети, иж от того часу, не только тые панове, шляхта и бояре, альбо потомкове ихъ, всихъ земль нашихъ того всего панъства нашого, дарованья привильевъ и наданья всихъ вольностей и прав земских ужывати и с них ся веселити мають, которые суть поддани костелу римъскому и которых теж предкове клейноты и гербы в Коруне Польской приймовали, але теж и вси иные стану рыцерского и шляхетского, якъ литовского, так и руского народу, одно бы были вѣры хрестиянское, и теж которых предкове клейнотов альбо гербовъ с Коруны Польское не брали, однако и заровно того всего вечными часы уживати и с тыхъ вольностей веселитися мають, яко перед тым здавна и до того часу тых всих вольностей стан рыцерский, шляхетский обоего народу, якъ литовского, так руского, уживали и с того ся веселили. Такъ теж на достоенства и преложенства всякие, до рады нашое и на урады дворные и земские не только поддани костелу римскому от того часу обираны и прекладаны быти мають, але однако и заровно вси рыцерского стану з народу шляхетского, люди веры хрестиянское, яко литва, так и русь, кождый водле заслугъ и годности своее от нас, господаря, на местца зацные и преложенства з ласки нашое браны быти мають. А жадэнъ стану рыцерского и шляхетского съ стороны закону своего будучи веры хрестиянское человекъ, не маеть быти от того отдалян и отълучанъ, для тых дву артыкуловъ и члонъковъ, в тых первых привилеяхъ описаных. Ведьже иж тое наданье вольностей и прав земскихъ, въ привилею короля Якгейла и великого князя Витольта спольном описаное, постановено и справлено естъ в Коруне Польской так, яко тот помененый привилей светчить, прото на первшом близко пришлом вальномъ сойме, который от нас зложонъ есть обоимъ тым панствамъ, Коруне Польской и Великому Князству Литовскому, тое поровнанье, будет ли потреба, еще з большимъ примноженьемъ вольности иншым листом нашим възновити за спольнымъ зволеньемъ обоего панства нашого, Коруны Польское и Великого Князства Литовского, панов рад и всихъ становъ хочемъ и обецуемъ, але не зменшаючи вже, ани уймуючи ни в чомъ сему листу нашому и овшем при моцы непорушне зоставуючи его на вѣчные часы.

Якож на утверженье тое речи печать нашу маестатную казали есьмо привѣсити к сему нашому листу, подписавши рукою нашою господарскою.

При том были панове рада наша ихъ милость князь Валериян, бискуп виленский; князь Янушъ Андрошевич, бискуп луцкий и берестейский; князь Миколай Пацъ, бискуп киевский; пан Миколай Радивил на Олыце и Несвижу княжа, воевода виленский, маршалок земъский, канцлер навышший Великого Князства Литовского, староста берестейский, ковенский и борисовский; пан Миколай Радивилъ, княжа на Дубинкках (!) и Бержах, воевода троцкий, гетман наш навышший Великого Князства Литовского, староста лидский, мозырский и белицкий; пан троцкий, гетман нашъ дворный Великого Князства Литовского, справца староства Жомойтского, державца кормяловъский, пан Григорей Ходкевич; воевода киевский, маршалок земли Волынское, староста володимерский, князь Костантын Костентынович Острозский; воевода новгородский, пан Павел Иванович Сопега; воевода витебъский, князь Штэфан Андреевич Збаразский; воевода подляшъский, староста менский, державца лысковский, межирецкий и аинский, пан Василей Тишкевич; маршалокъ дворный, подскарбий земъский Великого Князства Литовского, писар нашъ, староста могилевский, пан Остафей Волович; подчаший наш Великого Князства Литовского, староста дорогицкий, пан Миколай Кишъка с Техоновца; крайчий нашъ Великого Князства Литовского, староста бельский, пан Юри Александрович Ходкевич; стольникъ нашъ Великого Князства Литовского, староста плотельский, державца тельшевский, пан Янъ Ходкевичъ; староста житомирский, князь Роман Федорович Санкгушковича; конюший нашъ дворный Великого Князства Литовского, староста мельницкий, державца кгеранойнский, пан Ярош Корицкий; подскарбий наш дворный Великого Князства Литовского, державца пунский и жыжморский, пан Станислав Захаръяшевич Влошэкъ; мечникъ нашъ Великого Князства Литовского, пан Щасный Сирутевич; хоружий земский, державца радуньский, пан Щасный Герцыкъ; маршалок и писар нашъ, староста тыкотинский, пан Янъ Шимкович; писар нашъ, конюший городенский, державца ошмянский, вилькейский и красносельский, пан Янъ Миколаевич Гайко; писар нашъ, державца марковский и мядельский, пан Миколай Нарушевич и иные панове маршалки, старостове и державцы, и врядники наши земские и дворные.

Писан у Вильни под леты Божего нароженья тисяча пятьсот шестьдесят третего, месяца июня шостого дня.

Sіgіsmundus Augustus rex et magnus dux sst.

Nіcolaus Radzіwyl, palatіnus vіlnensіs, supremus marssalcus et archіcancellarіus mpp.

Миколай Нарушевич, секретар и писар д[во]р[ный], дер[жавца] мар[ковский].

Жыгімонт Аўгуст
Дакументы на старабеларускай мове‎
Дакументы Вялікага Княства Літоўскага XVI стагоддзя (да 1569 года)