Статут ВКЛ — Разьдзел 1. О персоне нашой господарьской


Роздел первый. О персоне нашой г[о]с[по]д[а]рьской.

Артыкулъ 1. 

Вси обыватели Великого князства Литовского тым одным правом писанымъ и от насъ даным сужоны быти мают.

Напродъ мы, г[о]с[по]д[а]ръ, обецуемъ и шлюбуемъ под тою жъ присегою, которую учынили есмо всимъ обывателемъ всихъ земль паньства нашого, великого князства литовского, ижъ всихъ княжатъ панов радъ, духовныхъ и светъских, панов хоруговныхъ, шляхту, мѣста и всихъ подданыхъ нашихъ и всихъ станов в томъ панстве нашомъ Великомъ князстве Литовскомъ и иныхъ всихъ земль, здавна ку тому паньству прислухаючыхъ, почонъшы от вышъшого стану аж до нижшого, тыми одными правы и артыкулы, в томъ же статутѣ ниже[й] писаными и от насъ даными, судити и справовати маемъ. Такъже чужоземцы заграничники великого князства литовъского, приежъдчые и якимъ колвекъ обычаемъ прибылые люди тымъ же правомъ мают быть сужоны и на тыхъ врядѣхь гдѣ хто выступить.

Артыкулъ 2. 

Мы, г[о]с[по]д[а]ръ, шлюбуемъ никого не карати на заочное поведанье, хотя бы дотыкалося маестату нашого г[о]с[по]д[а]ръского ображен[ь]я або здрады речы посполитое. А хто бы тежъ на кого што несправедливе в тыхъ речах велъ около ображенья маестату нашого г[о]с[по]д[а]ръского або здрады речы посполитое, а не довелъ, тымъ самъ каранъ быти маеть.

Тежъ предречонымъ прелатом, княжатом, паномъ радамъ, духовъным и светъскимъ, паном хоруговнымъ, шляхтѣ и местамъ земль великого князства литовского и всихъ иныхъ земль, здавна и тепер до того панства великого князства литовского належачыхъ, обецуемъ словомъ нашымъ г[о]с[по]д[а]ръскимъ, ижъ на жадного чоловека выданье або осочен[ь]е явное, таемное подозренье тыхъ станов, вышей мененыхъ, которою колвекъ виною пѣнежною, крывавою, везеньемъ албо достоеньствъ, врядов або имѣнья одыймованьемъ винити и карати не маем и не будемъ, ажбы перво на соймѣ у суду явным рядомъ и поступкомъ права, коли жалобникъ, то естъ поводъ и отпор обжалованый очевисте стануть и достаточне наконець будут поконаны. Которые по судѣ и по таковом поконанью винные мают быти карани виною въ арьтыкулехъ, нижей описаныхъ, меновитѣ назначоною. А хто бы теж колвекъ кого обмовляючы в тыхъ речах около ображенья маестату нашого або здрады речы посполитое винилъ ку соромоте а зельживости, а шло бы таковому обвиненому о честь або о горъло, або которое колвекъ каранье, тогды тот, хто на кого мовить и ведетъ, а не доведет, тым караньемъ самъ каран быти маеть.

Артыкулъ 3. 

Ображенье маестату нашого г[о]с[по]д[а]ръского в чомъ се розумети маеть и яко за то карати.

Коли бы хто змову або спикнен[ь]е, або бунтъ учинилъ на здоров[ь]е наше, г[о]с[по]д[а]ръское, хотя бы пан богъ уховалъ, иж бы оная змова не была учинкомъ пополнена, таковый за слушнымъ доводомъ, яко о томъ нижей въ артыкуле пятомъ сего роздѣлу естъ описано, честь, горло и имен[ь]я тратить. Тежъ маестат нашъ ображон бываеть с тое причины, кгды бы ся хто бунтовал, покой посполитый взрушаючи, противъ нас, г[о]с[по]д[а]ря, або ку шкоде речи посполитое мынцу без воли нашое билъ, або по зейштью з сего свѣта нашомъ г[о]с[по]д[а]ръскомъ, также и потомковъ наших, королей полскихъ и великих князей литовъскихъ, хотечи хто осести и опановати тое панство великое князство и г[о]с[по]д[а]ремъ на немъ быти, и войско, людъ служебный збирал, выводилъ. Хто бы теж з неприятельми нашими порозумен[ь]е мѣлъ, листы до них або послы, радечи против намъ, г[о]с[по]д[а]ру и речи посполитой, або остерегаючи слал, тымъ неприятелемъ якую помоч давалъ. Хто бы теж замокъ нашъ неприятелю здрадою подал, кроме причины голоду кгвалтовъного. Хто бы тежъ люди неприятелские в панство нашо великое князство литовское здрадливе привелъ, а то бы на него слушне а справедливе было переведено таким же доводомъ, яко нижей написано, таковый с права, кромъ суду нашого с паны радами нашими великого князства литовского, честь и горло тратит. А сынове такового зрайцы дорослые, и которые бы теж за доводом слушным оказалися быть ведомыми тое здрады отцовъское, также честь и горло тратити мають. А тые сынове, которые бы не были лѣтъ зуполъных дорослых, або другие, и дорослыми будучы, а тое здрады отцовское не были бы вѣдоми, таковые чести ани горъла не будуть тратити, однакъ же и таковые недорослые и дорослые а здрады неведомые сынове за таковый выступъ отца своего от всихъ именей отчизныхъ, выслужоных и которымъ колвекъ обычаемъ набытых вѣчне отпасти мают. Але вси имен[ь]я здрайцы такого мимо детей и близкихъ на речъ посполитую и на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, ку столу нашому великому князству припадати будуть. А жоны таковых здрадец, которые не будут ли ведали тое здрады мужов своихъ, а с того ся выведуть присегами своими, таковые именей своих отчистыхъ и материстых и вена, передъ учинкомъ тое здрады имъ от мужей их описаного, не тратят. А дочки тежъ тых здрадец, ачъколвекъ почстивости своее не тратятъ, але до именей отчистых не прийдуть. Толко по смеръти матокъ своих до именей материстыхъ и до вена матчиного восполокъ из сынами, яко вышей описано невинными, водле права ихъ прирожоного приходити мають.

Артыкулъ 4. 

О ображен[ь]е маестату нашого г[о]с[по]д[а]ръского, ижъ кождый обвиненый справоватися винен. И о томъ, хто перестережеть и гдѣ таковых судити. Такъже о словномъ мовен[ь]ю або писан[ь]ю о г[о]с[по]д[а]ру.

Тежъ, коли бы хто якого ж кольвекъ стану был найденъ явне подойзъраный, ижъ маестат нашъ г[о]с[по]д[а]ръский образил, таковому жаденъ привилей, ани зацность, ани достоенство не маеть помагати, ани ся онъ имъ щитити можеть, абы ся не мѣлъ справовати, и гдѣ будеть правомъ поконан абы не мѣлъ каран быти. А хто бы в час перед учинъкомъ, милуючи п[а]на бога и пана своего и реч посполитую, справедливе перестерегъ або объявил таковые речи, тотъ маеть ласку нашу г[о]с[по]д[а]ръскую мѣти и чти подвышенья годен будеть. Ведь же в томъ выступе коло ображен[ь]я маестату нашого г[о]с[по]д[а]ръского, где кому идеть о честь и о горло, таковых шляхту подданыхъ нашихъ нигдей [так!] инде одно на сойме великомъ валномъ с паны радами нашими великого князства литовского мы, г[о]с[по]д[а]ръ, судити и подле выступу кождого их тымъ каран[ь]емъ, яко вышей описано, карати роскажемъ.

А где бы тежъ хто заочне што образливого о нас, г[о]с[по]д[а]ри, мовил и тежъ хто бы особу нашу, г[о]с[по]д[а]ръскую, явне и через листы свои явные писан[ь]я албо с подписаньем властное руки своее шкалевал, тогды о то перед насъ, г[о]с[по]д[а]ра, на рокъ завитый маеть быти позванъ. И покажет ли ся слушнымъ доводомъ водлугъ права шляхтою того панства за его и тых светковъ присегою, же што ущипливого о насъ, г[о]с[по]д[а]ри, мовилъ або писал неправдиве, тогды за то повинен будет в замку верхнем виленскомъ у везен[ь]ю учтивом седѣти шесть недел, а не болшъ. Вед же может быти меншъ за ласкою нашою, господарскою, а неоселый — тамъ, гдѣ мы, г[о]с[по]д[а]ръ, назначимъ, ведь же не инде одно у великомъ князствѣ литовскомъ. А таковую справу на первшомъ року тежъ не индей одно у великомъ князстве литовскомъ с паны радами нашими судити маемъ, в жадную лимитацыю тое справы не впущаючи. Што если бы ся на первшом року не скончило, тогды вжо в томъ обвиненый волен быти мает. А покажет ли ся невинность обвиненого, тогды тот хто такового помовил, самъ той винѣ подлегаеть. А для того мы, г[о]с[по]д[а]ръ, того, хто таковое мовен[ь]е албо писанье намъ ознаймить, меновите в позве писати роскажемъ. А вед же естли бы хто з глупъства або шаленства в томъ выступилъ, за то мы, господаръ, братися не будемъ.

Артыкулъ 5. 

О доводе ображен[ь]я маестату нашого господаръского.

Яко в кождомъ учынъку, за который горломъ карають, потреба доводовъ явных и ясныхъ, такъ и въ ображенью маестату нашого, неледа за осоченьемъ або обмовеньемъ, маемъ ся на подданыхъ нашихъ сквапяти. Але хто на кого ображенье маестату ведѣть, маеть довести сведецствомъ вѣры годными и неподозреными, людми добрыми, шляхтою, семма светками и ихъ и своею присегою. И то при слушныхъ правных доводехъ и явных а певныхъ знакох того такового учинку. А естли бы хто кого обмовилъ в томъ учинку, а звлаща гдѣ бы на его менилъ, же намъ, г[о]с[по]д[а]ру, на здоров[ь]е стоялъ або речъ посполитую здрадити и ку упадъку привести хотелъ, а на то ся готовалъ и усажалъ, а таковый поведачъ и сокъ естли бы таким явным сведецствомъ не довелъ, самъ отсуженьемъ почстивости и горломъ маеть быти каранъ.

Артыкулъ 6. 

Хто бы колвекъ с паньства нашого до зѣмли неприятельское утеклъ.

Тежъ уставуемъ, хто бы колвекъ с подданыхъ нашихъ утеклъ с паньства нашого до зѣмли неприятельское умысломъ злым на здраду а ку шкоде намъ, г[о]с[по]д[а]ру, и речы посполитой, такий честь тратить. А дети ачъкольвекъ для того выступу отца своего почстивости своее не тратять, але от именей отца своего отпадывають, которые до столу нашого г[о]с[по]д[а]ръского привернены быти мають, яко ж всихъ таковыхъ именей по здрадцах якихъ же кольвекъ на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, припалых, мы, г[о]с[по]д[а]ръ, николи никому отдавати не маемъ, абы ся на вси потомные часы здрада такового выступного показывала. А кождый, хто бы што таковых добръ у насъ, г[о]с[по]д[а]ра, собе упросилъ, а будучи о то упомненый, зася до столу нашого г[о]с[по]д[а]рского пустити не хотелъ, тогды и тотъ самъ за такого ж безецного розуменъ быти маеть. А ведь же дети того здрайцы естли бы што мели властного набытья своего албо перед тымъ учинкомъ отца своего от него отделены были, тогды при томъ зостати мають. Такимъ же обычаемъ и жоны, естли будуть не ведали таковое здрады мужов своих, таковые в томъ будуть заховани, яко в третемъ арътыкуле сего розделу о такихъ естъ написано. А если бы тот здрайца, утекаючы до зѣмли неприятельское, был пойманъ, тотъ горло и почстивост[ь] тратить. А иж вжо заплату свою возметь, дети его яко при чти, такъ и при имен[ь]яхъ отца своего зоставати мають, такъ же и жоны при маетности, имъ належачой.

Артыкулъ 7. 

Естли бы отец от детей утеклъ до зѣмли неприятелское, такъже и которые близские, и о томъ, хто бы такого поймалъ або забилъ.

Тежъ уставуемъ, естли бы отец от детей утеклъ до зѣмли которого неприятеля нашого и сего паньства нашого великого князства литовского, а дети на именью зоставил по собе, тогды именья его на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, и на речъ посполитую спадывають, абовемъ за выступъ отца их вжо суть отдалены от именей. А ведь же который бы сынъ был делъный от отца своего и первей тое части своее в деръжанью был, нижли утечеть отец его, и мешкалъ бы на томъ кромъ отца не въ одном местцу и не въ одномъ дому, а тое здрады и учинку отца своего не ведалъ и не был бы подойзреный и вывелъся того присегою своею, тогды таковые сынове и дочки от почстивости своее, именей отчизных и материстых не отъпадывають. А естли бы который прирожоный братъ албо дядко, або который ли будь з роду утеклъ до земли неприятеля нашого и земль поганьскихъ неприятелскихъ, тогды делница, то естъ част[ь] его, будеть ли выделена была, альбо и не выделена, спадываеть на реч посполитую и на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, до столу нашого. А ближний жаден ку тому ничого не маеть мети. А вед же то братьи и близкимь яко почъстивости, такъ и частямъ именья их шкодити не маеть. А хто бы такового здрадцу утекаючого забилъ або живого до насъ и вряду нашого привелъ, такового почстивости то шкодити не маеть, але ещо за то годенъ будеть ласки нашое г[о]с[по]д[а]ръское. А если бы такого здрадливого утеканья не довелъ, тогды самъ тымъ маеть быти каранъ, яко о доводе и каран[ь]ю вышей около ображенья маестату нашого естъ описано о томъ, хто на кого што ведеть, а не доведеть. А гонечи хто за такимъ здрайцою маеть ся перво на которомъ кольвекъ вряде близшомъ в томъ гоненью оповедати, иж за тымъ збегомъ гонить. А тотъ артыкулъ маеть ся стегати на всихъ тыхъ, якого кольвекъ народу и стану людей, которые бы в томъ выступе пойманы были, такъ через старостъ граничныхъ, яко и через инъшие особы, которые бы за нимъ гонили, и на который врядъ таковый здрайца пойманый будеть данъ, маеть быти у везенью задеръжанъ до сойму, а на сойме тымъ же правомъ маеть быти сужонъ, окромъ народу людей стану простого, которые и без сойму сужоны и караны быти мають на вряде томъ, гдѣ будеть поиманъ.

Артыкулъ 8. 

Если бы здрадца кому именье заставилъ або продалъ перъвей, нижли зъ земли утеклъ.

Теж коли бы который здрайца первей, нижъ до земли неприятельское утечеть, будучи ещо в паньстве нашомъ, продалъ або запродалъ кому якое именье, або люди, або земли, тогды тотъ, хто купить або закупить, окажеть ли на то листы слушные врядовые, иж за тыми того именья в держанью врядовне естъ, тогды тот таковое именье, купленое вѣчностью а закупленое до отданья ему сумы пѣнезей, держати спокоемъ маеть. А пакли бы такового доводу правного слушного не оказалъ, тогды тое купленое або закупленое именье тратить. А о голых долъгох за слушными правными записы на именья збеглого внесеных, хотя бы ещо хто передъ утеченьемъ водлугъ записовъ ку держанью именья не пришолъ, такъ ся розумети маеть, ижъ тотъ, хто ся с таковыми долъги окажеть, маеть присегнути на томъ, же о умысле его таковомъ зломъ не ведаючи, тую суму пенезей далъ. А такъ за тымъ от сумы своее отдаленъ быти не маеть, заховуючи в томъ при моцы першие записы, яко о том в розделе семомъ нижей описано естъ. А гдѣ бы ся трафило, жебы тотъ, хто до земли неприятельское утечеть, отбегъ имен[ь]я через него у кого кольвекъ закупного або такового, о которое бы хто его, будь близкостью самого того именья або яких кривдъ, шкодъ, з него поделаных, позыскуючи, первей утеченья его позывалъ, тогды на закупномъ именью мы, г[о]с[по]д[а]ръ, только сумы, которую оный збеглый на немъ мелъ, смотрети маемъ. А принявши суму, именье тому пущоно быти маеть, кому вечъность его водле права належати будеть. А о таковое имен[ь]е, которого бы близкостью хто доискивалъся або кривдъ, шкод, з него поделаныхъ, доходилъ, мы, г[о]с[по]д[а]ръ, через инъстыкгатора або умоцованого нашого на томъ же вряде, до которого оный збеглый был позыванъ, росправу водлугъ права посполитого приняти маемъ, за обвещеньемъ и зложеньемъ намъ року черезъ листъ отвороный того то вряду, которого будуть позвы о то первей зашли. Который листъ маеть быть покладанъ на томъ же именью, о которое право идеть, передъ початкомъ роковъ земъскихъ або рочковъ кгродскихь за шесть недель. А деръжачий от нас таковое именье што наборздей маеть намъ о томъ листѣ врядовомъ знати давати. Пакли быхмо зъ яких причинъ на першие роки або рочки ку такой справе никого от насъ не послали, тогды вряд, тую речъ еще до других рочковъ отложивши, повторе то намъ листомъ своимъ ознаймити маеть. А то вжо будеть рокъ завитый, на который гдѣ быхмо никого не послали, врядъ маеть, далей водлугъ права слухаючи доводу, судити и сказывати и намъ то листомъ своимъ судовымъ ознаймити черезъ тую ж сторону жалобную. А мы, г[о]с[по]д[а]рь, яко будучи сторожомъ справедливости от пана бога постановленымъ, узнаемъ ли зъ паны радами нашими судъ врядовый слушный, водлугъ того ся ку стороне жалобной заховати будемъ винъни.

Артыкулъ 9. 

О спокойномъ и учстивомъ захованью при дворе нашомъ г[о]с[по]д[а]ръскомъ.

Уставуемъ, кгды бы хто будучи при дворе нашом а не поважаючи пристойне зверхности нашего маестату, смел того ся важити, а на кого другого на палацу нашомъ торгнути словы быстрыми, ущипливыми, славе доброй и учъстивости шляхетской шкодливыми, а о то бы ся укривьжоны до нас утеклъ з жалобою, тогды мы о тую речъ ображоному справедливост[ь] неотволочную назавтрее жъ, а надалей третего дня, маемъ с паны радами нашими, пры насъ на тот часъ будучими, вделать, и найдет ли ся в том винънымъ, маемъ того за нашу вину везен[ь]емъ на замъку шесть недел карати. А жалобной стороне о прымовъку справедливость ведле права учинити. А хто бы на кого перед нами, г[о]с[по]д[а]ремъ, або хотя и не перед обличностью нашою, але на палацу, в замъку и на дворе нашом торгнулся рукою и далъ кому другому поличокъ, таковый черезь вряд двору нашого маеть быти зараз прыстигненъ и не спущаючи зъ замъку або зъ двору нашого ставленъ перед нами и сужонъ. А найдеть ли ся то с права, же онъ и початокъ учинил и ударилъ, за тую вину нашу маеть быти каранъ везен[ь]емъ, седеньемъ на замку нашомъ, где будеть воля наша, в томъ паньстве нашом чверть року. А оному ображоному навезку водълугъ стану его совито маеть заразомъ без складан[ь]я жадныхъ роковъ заплатити. А естли при поличъку роскрывавит, тогды навезъку такъже совито платити маеть и черезь полрока везенье терпети виненъ будеть. Хто бы тежъ передъ нами, г[о]с[по]д[а]ремъ, корда, шабли або якое иное брони достал и ранилъ, тот горло тратит. А где бы от тое раны умеръ або хто зараз забит былъ, тот горъло и почъстивость тратит, а головъщина або навезъка совито зъ именья и маетности его мает быти плачона и отправена без отволоки. А хотя бы хто, торгнувъшися на кого и добывши брони перед нами, не забил и не ранил никого, тот руку тратит. А хто бы въ замку, на палацу або въ дворе том, где быхмо сами особою нашою г[о]с[по]даръскою были, на кого другого брони ку зваде достал, таковый, хотя бы не ранил, тогды везен[ь]емъ у вежи на замку чверть року без вшелякое фолкги каран будет. А естли бы ранилъ, тогды за доводом руку тратит, а з ымен[ь]я або маетности рухомое ранъному навезька совито отправлена быти мает. А пакли бы хто такъ шкодливе былъ раненъ, ижбы не могъ быт[ь] жывъ, тогды за такового ранного шляхтич и вшелякого стану и достоенства чоловекъ мает быти через нас або вряд нашъ дворный шлюбом завязанъ до росправы, поки тотъ ранъный с тыхъ ранъ або умрет, або живъ зостанеть. А естли бы от тых ранъ умеръ, тогды тотъ, который ранил, с права за доводом горълом мает быти каран, а головщина зъ именья або маетности винъного теж совито плачона будет. А где хто не толъко на палацу и дворе, але в месте на улицы або в дому и на которомъ кольвекъ местъцу в месте том, где мы сами персоною нашою г[о]с[по]д[а]ръскою будемъ, кого ранилъ, збил або насмерть забил, тогды тотъ такой же вине подлечи маеть, яко бы на полацу нашом то вделал. Естли ж бы хто, будучи о такий выступъ через врядъ нашъ дворный заказанъ, не усправедлививъшися прочъ зъехал, тогды таковый за доводомъ и поконан[ь]емъ стороны жалобъное водълугъ права маеть быти заразъ с панъствъ наших выволанъ, а за учинокъ, пополненый передъ обличностью нашою, або за уеханье через шлюбъ и чьсти отсужонъ. Але потомкове за выступъ отца своего никоторой вине за то не подлегають, только стороне ображоной отправа водлугъ вины на именью и маетъности его чинена быти маеть. А хто бы перед заказомъ уехалъ, а о то бы до заказу очевистого не пришло, маеть по объвиненого позовъ нашъ дворный толко на две недели данъ быти, и кладен тотъ позов по оселого на близшом именью его, а по неоселого позовъ такий выданый маеть быти прибиванъ у брамъ замъковых и местъских, и пры костелехъ, и черезъ возныхъ объволыванъ, рокъ ему ку справе такъже за две недели назначаючи. А не станет ли и за позвом, то такъже веръхуописаное выволанье и инъшое каранье водлугъ учинку противко него стегатися маеть. Вед же гдѣ бы шло о якую речъ, што ся чсти дотычеть, тогды то аж на сойме с паны радами нашими здешънего паньства судити маемъ. А будеть ли такий свовольный на горачомъ учинъку пойманъ, а тотъ бы учинокъ вину отсуженья чсти и горъла за собою тягнулъ, тогды таковый, яко тотъ, который самъ собе тымъ учинъком вольность свою шляхетъскую зкгвалтилъ, маеть быти у везенью лжейшомъ до сойму осажонъ, и потомъ на сойме перъвшомъ ку розсудку в той речи ставенъ.

Артыкулъ 10. 

О погамованью хоженья и стрелянья непотребного з ручниц и з луковъ при дворе нашомъ г[о]с[по]д[а]ръскомъ и при кождомъ вряде нашомъ судовомъ.

Еще теж видячи мы в многих людях зуфальства и своволеньства збытечные, а хотячи то срокгостью права посполитого обваровати и завстегнути, уставуемъ, абы жаденъ, якого кольвекъ стану будучи, не смелъ при дворе нашомъ г[о]с[по]д[а]ръскомъ, гдѣ коли дворомъ нашимъ мешкати будемъ, такъ на палацъ и двор нашъ, яко и по месту збройне и з жадными инъшими бронями ходити, звлаща з ручницою, гаркабузомъ и з лукомъ, и з жадною иною стрельбою, окром меча, корда, шабли, шпады и инъшое ручное брони. И для того ж кождый приежъдчаючи до места того, гдѣ мешкати будемъ, виненъ будеть ручницы перед местомъ выстрелити и, скоро приехавши, ручницы, гаркабузы, луки и иную стрельбу в господе поховати и з ними по месту и на палац, ани до врядовъ нашихъ такъ в день, яко и в ночи ходити и стрельбы жадное на местѣ и в господе чинити не маеть. А [гд]ѣ [в оригинале: дгѣ] бы хто кого якою стрельбою на палацу або на дворе нашомъ г[о]с[по]д[а]ръскомъ ранилъ, тот с права горломъ за то каранъ быти маеть. А естли хто кого в месте на улицы, або в господѣ стрельбою ранить, тот маеть у вежи на дне полрока седети и раны совито платити. А естли бы на палацу або в дворе нашомъ тамъ, гдѣ сами дворомъ нашимъ будем, стрельбою забилъ, такий почстивость и горъло тратить. Вед же то детемъ и потомкомъ его ничого шкодити не будеть, только головщина зъ именья або маетности его плачона быти маеть. Пакли ж бы хто кого в местѣ томъ, гдѣ мы, г[о]с[по]д[а]ръ, дворомъ нашимъ будемъ, на улицы або в господе стрельбою якою забилъ, тотъ горломъ каранъ, а детям або близкимъ забитого головщина троякая водлугъ стану его зъ именья и маетности такого мужобойцы плачона быти маеть. А хто бы над сюю уставу и заказ нашъ смелъ з ручницою або з лукомъ по месту або на палац, або до двору нашого приходити, хотя бы з нее не стрелялъ, не ранилъ, ани забилъ, предъся такий бронь тую на вряд нашъ тратить. А к тому вины на вряд маршалъка нашого або тому вряду, до которого бы з бронью такою пришолъ, виненъ будеть дванадцать копъ грошей заплатити и, поки то заплатить, у везенью седети. А хто бы не мелъ чимъ вины тое заплатити, тот дванадцать недель у везенью седети маеть. Вед же для направы до ремесника ручницы ненабитые а луки неналожоные и без стрелъ приносити и назадъ односити вольно. А около притягненья до росправы в такомъ обвиненью мы, г[о]с[по]д[а]ръ, и вряды наши дворные заховатися мають водлугъ артыкулу вышей описаного в семъ же розделе девятого. А иж вряды наши судовые за порученьемъ нашимъ, шафуючи справедливостью людскою, местъце нашо г[о]с[по]д[а]ръское заедають [так!], прото, беспечность их варуючи, хочемъ мети, абы таковый же покой з стороны неуживанья тое стрельбы помененое былъ захованъ завжды такъ при судех земъских, кгродскихъ, подкоморъскихъ и комисаръскихъ. А противъ выступныхъ с тое уставы при врядехъ наших такое каранье маеть быти стегано, яко тутъ в семъ артыкуле нижей естъ описано. То естъ гдѣ бы хто з ручницою або з лукомъ по месту ходити або до вряду нашого судового приходити смелъ, хотя бы з нее не стрелялъ, не ранилъ, ани забилъ, таковый такою жъ виною каранъ быти маеть, яко бы то при дворе нашом г[о]с[по]д[а]ръскомъ вделал. Которых винъ естли бы заразомъ заплатити не хотелъ, тогды то на именью его порядкомъ статутовымъ отправено быти маеть. А хто бы з ручницы або з лука и якою кольвекъ стрельбою ранилъ кого, будь на местѣ, в господе альбо перед судомъ, тот маеть навезку совитую водлугъ стану ранъного за доводомъ з розсудъку того жъ вряду, под которого отправованьемъ судовъ то бы се стало, заплатити, будучи виненъ ку росправе становитисе заразомъ за заказомъ врядовымъ. А к тому за тое своволеньство у вежи земленой чверть года седети в дворе нашомъ судовомъ того ж повету. А хто бы черезъ заказ не усправедлививъшися уехалъ альбо везенья подняти не хотелъ, тот, кгды будет о то позванъ, на рокъ первшый завитый до того ж вряду, под которого судомъ то се станеть, совитой вине верхуменованой подлегати маеть. А гдѣ бы и за позвомъ не сталъ, альбо и ставши и правомъ в томъ переконаный будучи, досыть сказанью врядовому зъ стороны везенья чинити не хотелъ, тот на выволанье до насъ, г[о]с[по]д[а]ра, отосланъ быти маеть. А с канъцлярии нашое заразомъ выволанье маеть быти давано, выволываючи со всих паньствъ нашихъ, и поступокъ против него маеть быти чиненъ, яко въ инъших артыкулехъ о выволаньцохъ естъ описано. Пакли ж бы хто кого такою бронью з ручницы або з лука и якою кольвекъ стрельбою забилъ, а былъ бы на горачомъ учинъку поиманъ альбо за заказомъ врядовымъ самъ в право вдавшися, а слушнымъ правнымъ доводомъ в томъ переконанъ, таковый горъло тратить. А головщина троякая водлугъ стану забитого детямъ альбо близскимъ его з маетности оного мужобойцы лежачое и рухомое плачона и отправована быти маеть. И гдѣ бы ся то стало под урядомъ земъскимъ на рокох земскихъ, тогды такого, на горло сказаного, врядъ земский и судъ подкоморъский и комисарский маеть до вряду кгродъского на покаранье водълугъ учинъку его отослати. А врядъ кгродский виненъ будеть то выполънити, фолькги в томъ не чинечи, подъ присегою своею, на врядъ его учиненою. А естли бы такий обвиненый через заказ врядовый, не усправедливившися, зъехалъ, тотъ, будучи позванымъ до вряду кгродъского и правомъ слушнымъ переконаный, также горъло тратити маеть, а головщина четверако отправлена быти маеть на маетъности его.

А где бы и за позвомъ не сталъ, тотъ вжо тымъ самымъ учинъкомъ и непослушеньствомъ ку праву не толко горло, але и честь тратити будеть за отосланьемъ врядовымъ зъ розсудку нашого г[о]с[по]д[а]ръского и пановъ радъ того паньства на сойме за доводомъ стороны поводовое, водълугъ права на конецъ учиненымъ, там же передъ врядомъ нашимъ кгродскимъ на ономъ року запозваномъ. А неоселый человекъ в томъ панстве нашомъ, кгды бы будь у двору нашого г[о]с[по]д[а]ръского албо под урядомъ нашим которымъ судовымъ, в которую вину с тыхъ верхумененых попалъ, а не усправедливившися перед заказомъ або и по заказе врядовомъ, албо по справе сказанью досыт не учинивши и везенья не выконавши, прочъ от[ъ]ехал, таковый где колвекъ можеть быти под которымъ врядомъ постигнен, тамъ черезь тот врядъ за оказанемъ на листе судовомъ переводу правного у оного вряду, от которого зникънул, тыми винами вышей описаными водлугъ важности выступку своего каранъ быти маеть. А где бы шло о учинокъ крвавый о забойство, таковый неоселый за даньемъ справы от вряду нашого, под которым ся то станеть, почтивости и горла черезь нас, г[о]с[по]д[а]ра, на сойме отсужон быти маеть, а за раны выволаньемъ с паньствъ нашихъ каранъ будеть.

Артыкулъ 11. 

Хто бы напротивку выроку нашому мовилъ.

Тежъ уставуем, кгды быхмо мы, г[о]с[по]д[а]ръ, с паны радами нашими з выроку нашого сказан[ь]е учинили, а хто бы смел противъ тому выроку нашому и по сказанью што противного мовити, тогды таковый якого жъ колвекъ стану такъ высокого, яко и низшого маеть седети на замку нашомъ шесть недель, а то никому не маеть быти отъпущоно.

Артыкулъ 12. 

Хто бы зъ пригоды до земъли суседъ наших утеклъ, и о даванью такимъ кглейту.

Уставуемъ тежъ естли бы хто зъ якое пригоды припалое, кром ображенья маестату нашого и здрады речи посполитое, зъехал до земли якого суседа нашого, выймуючи землю неприятелскую, таковый почстивости, горла, ани имен[ь]я не тратить, одно маеть справоватисе тому, от кого будеть обвинен, и ласки нашое г[о]с[по]д[а]ръское перенайдовати за кглейтомъ нашимъ. А тот кглейт нашъ на врядех и везде, где ся оборочати будеть, а особъливе по местом, торгомъ и при костелех, мает давати объволывати и прибиваньем цедулъ ознаймовати и рокъ выйстья кглейту оповедати. А то для того, абы собе тымъ лепшую беспечность меть могъ. А если бы в томъ часе не переправилъ собе ласки нашое г[о]с[по]д[а]ръское и тому, кому завинил, не справил ся, тогды мают такового засе з границ панства нашего за тым же кглейтом нашимъ пропустити, лечъ не до земли неприятелское. А то мають чинити перед выйстьемъ кглейту. А намъ, г[о]с[по]д[а]ру, волно будеть кглейтъ далший дати еще разъ другий, а надалей и третий, яко бы ся от выволанья перед рокомъ и шестьма неделями за тыми кглейты выволаный зъ стороною своею противною росправилъ и ласку нашу г[о]с[по]д[а]ръскую собе переедналъ. И хотя бы хто болшъ над то кглейтов с канъцлярыи нашое одержал, таковый кглейтъ жадное моцы и важности, яко ку зволоце справедливости одержаный, мети не будеть. То ж ся маеть розумети о даванью кглейтовъ и тымъ, которые бы за нестан[ь]емъ своим перед нами, г[о]с[по]д[а]ремъ, або передъ судом головным, будь тежъ до суду кгродского и земъского, або за непоступлен[ь]емъ увязанья водлугъ сего жъ статуту до выволан[ь]я прыходили.

Артыкулъ 13. 

О зкгвалътованье и зламанье кглейту.

Тежъ уставуем, естли быхмо мы, г[о]с[по]д[а]ръ, кглейтомъ своимъ кого убеспечили, а тот бы кглейтъ явне и значне былъ объволанъ, за которымъ бы он обвиненый на справу до насъ або до вряду нашого приехалъ, а хто бы такового под тымъ часом ранилъ, тогды за раны совитую навезку платити, а за зламан[ь]е кглейту полрока у вежи на дне седети мает. А естли бы забилъ без его початку и причины, таковый самъ маеть быти каран горломъ, яко тотъ, который кглейтъ нашъ г[о]с[по]д[а]ръский зкгвалтил, а головщина совитая з маетности его лежачое и рухомое детямъ або близкимъ его маеть быти плачона. Тым же обычаемъ хто бы, за кглейтомъ приехавши, а самъ спокойне и скромне ся не заховалъ, а кого без данья причины и не въ обороне живота своего ранилъ або забилъ и який кольвекъ кгвалътъ учинил, тот самъ собе к[г]лейтъ зламалъ и за такий учинокъ и своволеньство свое честь и горло тратить. А о то не будеть ли пойманъ на горачомъ учинъку, позов ити маеть до кгроду на рокъ завитый. И зостанеть ли в томъ с права винень, ино врядъ кгродъский на горло маеть его сказати. А гдѣ бы таковый по учинъку зникнулъ, проч зъехалъ не росправивъшися, таковый честь тратить и маеть быть выволанъ вечнымъ выволаньемъ со всих паньствъ нашихъ, жебы ся до них николи не ворочалъ. А гдѣ бы ся таковый гдѣ в которомъ паньстве нашомъ знашолъ коли кольвекъ, предся тое каранье вышей мененое через врядъ нашъ кгродъский, подъ которым бы былъ постигненъ, выконано надъ ним быти маеть. А головщина, раны и шкоды на именью мають быти отправлены або, в недостатъку именья, и маетности рухомой, естли бы которая в паньстве нашомъ зостала. А тожъ ся маеть розумети и о послехъ чужоземскихъ, которые до насъ, г[о]с[по]д[а]ра, в посольстве приежъдчають.

Артыкулъ 14. 

О мандатехъ, в которых речах мають быть с канъцлярии нашое даваны.

Напервей манъдаты мають быти даваны о ображенье маестату нашого, г[о]с[по]д[а]ръского, и о здраду речи посполитое. Тежъ хто бы, у войску кого забивъши або кгвалтъ який, што несеть за собою вину крвавую, учинивши, утеклъ. Хто бы тежъ покой посполитый взрушилъ, яко естъ вышей въ артыкулех о ображен[ь]е маестату нашого, г[о]с[по]д[а]ръского, ширей описано. К тому гдѣ бы хто на панов радъ наших, воеводъ, кашталяновъ, старостъ, подъкоморих и на врядъ судовый кгродъский и земъский або комисаръский, будучи имъ на справахъ нашихъ, г[о]с[по]д[а]ръских, и земъскихъ або на суде седячих, а не поважаючи местъца зверхности нашое, г[о]с[по]д[а]ръское, торъгнулъся рукою и кого с тых становъ помененыхъ ранилъ або забилъ, тогды таковый маеть быти позыванъ передъ насъ, г[о]с[по]д[а]ра, манъдатомъ нашимъ на сеймъ. А тамъ на сойме з розсудъку нашого, гдѣ ся то покажеть, честь и горло тратить. А гдѣ бы не ранилъ, ани забилъ, одно словне обелжилъ, тогды таковый маеть быти позванъ до суду головного трибунальского, а тот судъ за доводом слушным маеть его сказати на везенье до вежи на шесть недель, которое везенье отпущоно быти не маеть. Тежъ листы мандаты наши мають быти даваны в речахъ и пожитъкох, столу и скарбу нашого, г[о]с[по]д[а]ръского, належачих, то естъ доходы и пожитки, з добръ нашихь приходячие, и чиненья з них личбы и тежъ от кривды и шкоды подданыхъ наших от врядниковъ нашихъ, которые бы ся стали зъ укривъжен[ь]емъ скарбу нашого от врядниковъ нашихъ. Еще теж мають быти мандаты даваны в тыхъ речахъ, о которых в трибунале, то естъ въ артыкулех головных судов, до мандатов нашых дорога ест указана. К тому тежъ мають быть мандаты даваны о мыто, где бы старостове, державцы або мытники наши, г[о]с[по]д[а]ръские, мыто новое небывалое, якимъ кольвекъ назвискомъ названое, в местехъ, на селах, на дорогах, на мостехъ и торговое на торгохъ вымышляли и брали албо над уставу а привилья наши мытъ подвышали и вытегали, албо от подъвод нашихъ, г[о]с[по]д[а]ръскихъ, и шляхетскихъ мыто по дорогахъ и в местечках брали. А за маньдатомъ кождый рокъ маеть быти завитый покладанъ от поданья очевистого або положенья на именью мандату, естли будемъ в здешнемъ панстве,- за чотыри недели, а естли за границою того паньства будемъ,- за осмъ недель. А о инъшие некоторие речы, кромъ тыхъ вышей помененыхъ и в трибунале описаныхъ, арътыкулы, маньдаты никому кгволи с канъцляреи нашое не мают быть даваны. А естъли бы были выданы, тогды сторона о иншую речъ, кромъ тыхъ менованых, мандатомъ нашимъ позвана будучи, не повинна будет перед нами становитисе. А за нестаньемъ жадная сказнь и отправа на такого давана быти и выданая моцы жадное мети не мает, для чого печатари и писары нашы постерегаючы в томъ достоенства и поваги маестату нашого и затрудненья справедливости людское, мають того пилновати, абы над сее замерен[ь]е мандаты с канцляреи нашое не выходили. А естли бы позваный перед нами стал, о то, же его неслушне мандатомъ позвано, оказалъ, тогды тот, хто его вызвалъ повинен будеть самъ або прокураторъ его, не сходечи с права, заплатити вины сто копъ грошей, которое вины половица стороне, а другая половица до скарбу нашого быти маеть. А што се дотычеть бранья мытъ черезь князей, пановъ, шляхту на именьях ихъ такъ подорожного, яко и торгового мыта, также и на перевозехъ, будь новыхъ незвыклых без данины нашое або тежъ подъвышъшаючи над уставу и привилья наши, таковых хто бы то чинилъ вольно будеть о то позвати до суду земъского того ж повету, в которомъ се то деяти будеть на рокъ завитый водлугъ арътыкулу двадъцать девятого, в семъ же розделе описаного. А окроме ты[х] причинъ такъ маньдатовъ, яко и позвы наши никоторие за дворомъ нашимъ никому даваны быти не мають.

Артыкулъ 15. 

О позыванье шляхты о забранье безправное именей, кгрунътовъ наших г[о]с[по]д[а]ръскихъ.

Хто бы с подданыхъ нашихъ того паньства великого князства литовъского, якого кольвекъ стану будучи, што добръ наших г[о]с[по]д[а]ръскихъ, людей, кгрунътовъ и иншихъ пожитъковъ безправне и без данины нашое забравъшы, держалъ, альбо што бы потомъ и за панованья нашого до столу нашого спадало, а то было бы затаивано, ино в таковых речахъ воеводове, старостове, державъцы нашы мають тых деръжачих власность нашу именемъ нашимъ г[о]с[по]д[а]ръскимъ перед насъ, г[о]с[по]д[а]ра, позвомъ нашимъ позвати. За которымь позваньемъ естли бы се оный шляхътич на комисары бралъ, тогды мы зъ стороны нашое комисаровъ выслати повинни будемъ, а шляхтичу комисаровъ такъ теж зъ стороны своее вывести волно. И гдѣ бы се тые комисары з обу сторонъ згодили, тогды вжо апеляцыя до насъ быти не маеть. Але естли бы се не згодили, тогды апеляцыя до насъ, г[о]с[по]д[а]ра, обема сторонамъ вольно, а мы за тою апеляцыею тутъ у великомъ князстве литовъскомъ судити будемъ с паны радами нашими, которые при насъ будуть.

Артыкулъ 16. 

Хто бы листы або печати наши и врядовые фальшовалъ, чимъ маеть быти каранъ.

Коли бы хто листы або печати наши фальшовалъ або накъшталтъ руки нашое, такъ тежъ канъцлера, подканцлерого и писаровъ нашихъ дворных, земъских, кгродъскихъ и подъкоморских того паньства великого князства литовъского листы альбо привилья якие змысливши подъписовалъ, або хто бы тежъ печати наши и врядовъ наших собе рылъ и у себе ихъ ховалъ и ихъ уживалъ, таковый с права за оказаньемъ явностью певною и доводомъ слушнымъ ничимъ иным, только на горле огнемъ каранъ быти маеть. Ку тому естли бы тежъ хто печати и выписы врядовые переправовалъ, тестамэнты, записы, церокграфы, на долги листы, на заставы фальшовалъ або, отбираючи печати от листовъ ку другимъ прикладалъ ку помочи и ку пожитъку собе а ку шкоде стороны своее противное, а то бы се на праве знашло и оказало, тотъ тую речъ, о што тые листы идуть и о што за ними право ведеть, тратить и горломъ предъсе за то маеть быть каранъ. А хто бы листы фальшованые на якую речъ набытую оказалъ, которые бы по чией смерти зъ именьемъ або шъ [так!] чимъ кольвекъ до рукъ пришли, и за такими листы чого уживалъ або ещо доискивалъсе, тотъ близший присягнути на томъ, ижъ такие листы по смерти тых, от которых се ему достали зъ именьемъ або которою кольвекъ речъю досталися, и за тымъ то стороне почстивости и горлу шкодити не будеть. А о тую речъ, о што право идеть, предъсе можеть мовити и правомъ поступовати и ку листом мовити, естли будуть противъ праву, але не дотъкливе. А гдѣ бы хто присягнути на томъ не хотелъ, тогды яко именье и кожъдую речъ, на што тые листы служать, тратитъ [так!], такъ и самъ горломъ каранъ быти маеть.

Артыкулъ 17. 

О фальшованью монеты, о мынъцахъ и о золотарохъ.

Тежъ хто бы монету нашу фалшовалъ, переправовалъ и обрезывалъ, такъ теж мынцары наши, которие золото, серебро и инъшую матерею, належачую и прислухаючую ку мынцы, фальшовали бы, зливали и мешали ку пожитку своему а ку шкоде речи посполитое, а того бы се на нихъ досветъчоно, тые мают быти на горле огнемъ карани без милосеръдья. По тому жъ и золотары, которие золото, серебро фальшуют и межы того мешають медь, цынъ або оловъ, а в томъ были бы дознани, тогды сами на горъле огнемъ мають быть карани, а зъ ихъ маетности тому, кому шкоду учинили, маеть быть плачоно. Вед же работа тая и матерея, без которое бы тое ремесло ихъ справовано быти не могло, подлугъ звыклости ее то фальшомъ розумено быти не маеть.

Артыкулъ 18. 

Не маеть нихто ни за кого теръпети, только кождый самъ за себе.

Тежъ уставуемъ, ижъ нихто ни за чий кольвекъ учинокъ не маеть каранъ и сказован быти, толко тотъ, который в чомъ самъ виненъ зостанеть, кгды жъ того право божое и справедливость хрестиянская учить. Яко жъ такъ хочемъ мети, абы ни отецъ за сына, ани сынъ за отъца, кромъ ображенья маестату нашого и речи посполитое здрады, яко вышей около того естъ описано, ани жона за мужа, ани мужъ за жону, такъ тежъ брат за брата, отецъ и матка за дочку, дочка за матку або отца, сестра за сестру, и жадный прирожоный и слуга за пана, панъ за слугу и нихто иный ни за чый вы[с]тупъ и вчинокъ не был каранъ, только кождый самъ за свой выступъ маеть теръпети и каранъ быти.

Артыкулъ 19. 

Хто бы много за мало упросилъ або безь данины побралъ.

Тежъ хто бы много за мало упросил, а то бы на него слушне с права было переведено и знайдено, вышей, нижли упросилъ, таковый тую выслугу свою от насъ даную всю тратит. А хто бы и добре упросилъ, а без данины нашое што къ той выслузе своей взял и к тому жъ привернулъ, предсе тую выслугу и тое забранье тратит. А спадываеть то зась на речъ посполитую и на насъ, г[о]с[по]д[а]ра. А хто бы ку отъчизному именью своему люди або земли, пущы, ловы, озера без данины нашое забрал, а то бы се с права показало, тогды маеть кождого человека, колко будеть взял, своими отчизными навязывати и з землями, або кождую землю земълею. А вед же не на голую повесть и обмову, але за огледан[ь]емъ и выведаньемъ слушнымъ и справедливымъ, правным поступкомъ и доводом черезъ людей цнотливых и веры годных, комисаровъ тубылцовъ, ровностью права и однакими доводами вдаючисе, мы, г[о]с[по]д[а]ръ, в таковой речи о кгрунтъ земленый в ровъное право з шляхтою, яко о томъ нижей описано.

Артыкулъ 20. 

О речъ земленую межи именьями нашими князьскими, паньскими и шляхетъскими мы, г[о]с[по]д[а]ръ, однымъ тымъ правомъ судити ся маемъ.

Тежъ мы, г[о]с[по]д[а]ръ, обецуемъ и хочемъ, абы то через насъ и потомков наших вечъне было деръжано, ижъ где бы се трафило в ымен[ь]яхъ нашихъ споръ и розница межи кгрунтами нашими и тежъ межи кгрунътами костелными подаванье нашого, а также межи кгрунтами нашими и шляхетскими и межи тыми имен[ь]ями, которые вышли з данины нашое дочасне, ижъ в той речи земленой маемъ мы и потомки наши, великие князи литовские, также одным правомъ, яко и подданые наши великого князства судитися, а не йначей. И чий доводъ слушный будет водле права, тотъ ку доводу мает быти припущонъ. А где бы нам с права от подкоморего або от комисаров доводъ былъ сказанъ, тогды тотъ шляхтичъ на местъцо старостино ку присезе маеть зо всее волости нашое ку тому местъцу, о который споръ идеть, прилеглых, кого самъ похочет, семи человеков обрати, родичов або заседѣлых людей того села, где спор идеть, добре ведомыхъ кгрунтовъ и границь того села, которие на тотъ часъ при томъ граниченью будуть. А старосты або державцы и тивуны будуть ихъ повинъни ставити. А предсе сведки з обух сторонъ ставены быти мают водле артыкулу дванадцатого и шеснадцатого в розделе девятомъ.

Артыкулъ 21. 

О листех заповедныхъ, ижъ не мають быти с канъцляреи нашое выдаваны.

Теж обецуемъ, ижъ листовъ наших заповедных на продолъжен[ь]е справедливости людъское, яко кольвекъ повстегаючи або задерживаючи ее от тых часовъ напотомъ до всякихъ судовъ, мы сами и потомъки наши великие князи литовъские давати не будем, кромъ только тых причинъ нижей описаныхъ. Первое — коли бы хто о речъ посполитую у неприятелей нашихъ у везенью былъ; другое — коли бы хто на службе нашой и речи посполитое в поселстве до земль чужихъ або на граниченье паньствъ наших зъ паньствы або землями суседовъ нашихъ заграничных, такъже и в наших речахъ г[о]с[по]д[а]ръскихъ властныхъ за границу с паньствъ нашихъ посланъ былъ,- таковымъ только листы наши мають быти до стороны и вряду даваны. А въ инъшихъ речахъ, кроме тыхъ менованых причинъ, хотя бы и листы выданы были кому, тогды всякие вряды наши судовые таковыхъ листовъ заповедныхъ, ку кривъде одное стороны одержаныхъ, не повинни приймовати, ани ихъ послушни быти.

Артыкулъ 22. 

О врядникох дворъныхъ, воеводахъ, старостахъ украинъныхъ и людяхъ служебныхъ, же се с права вымовляти не мають.

Забегаючи мы, г[о]с[по]д[а]ръ, продолъженью справедливости людьское, уставуемъ, ижъ врядники наши дворные, панове печатари, маръшалъки, подскаръбие, писары, секрэтары и вси иные врядники и слуги наши дворные, такъже воеводове, старостове украинъные и тежъ люди служебные, езные и пешие, в полю и на замъкохъ будучие, которие без рушенья посполитого за пенези служать, такъ ротмистры сами, яко и товаришы ихъ, будучи зъ именей своих до которого жъ кольвекъ вряду або и передъ маестатъ нашъ водле права позвани под часомъ покою в князстве литовъском, не мають и не будут мочы зъ отказу правного забавою таковых службъ своихъ вымовлятисе. И мы, г[о]с[по]д[а]ръ, таковых листы нашими от права вызволяти не маемъ, але кождый з них повиненъ будет поступкомъ правнымъ або самъ, або через умоцованого своего за позвы становитисе и усправедливяти, вынявшы тыхъ, которые на служъбе речы посполитое або поселствомъ в справахъ земъскихъ забавены будуть, што он по звороченью с тое послуги, на першихъ рокохъ будучи позваный, явне оказати и усправедливитисе, на другую послугу не от[ъ]ежъдчаючи, маеть. А естли бы на тых другихъ рокохъ того значне водле права, ижъ на послузе таковой былъ, не оказалъ, а то ку зволоце стороне учинилъ, тогды вжо на тых рокохъ вторыхъ, яко на року завитомъ, судъ тотъ, не припускаючи стороны позваное ку отводу, сторону поводовую ку доводу припустивши, тую речъ, о што позвано, на упадъ на немь всказати за доводомъ водле права и сего статуту маеть.

Артыкулъ 23. 

Листы отвороные кождому мають ворочаны быти.

Теж хто бы листы наши або врядовые отвороные в жалобе своей до кого принесъ, будь до князя або пана, або державцы, або зѣменинъ до зѣменина, або до мещанъ, тогды таковые листы мають быти даваны, а заразом и копея при листе за печатю возного. Естли пану або вряднику в руки дадуть, тогды зараз, вычитавъшы листъ таковый, маеть его вернути тому жъ возному. А хто бы кольвекъ з нихъ оный листъ отвороный, прочетъши, у себе задеръжалъ и, копею з него взявши под печатью возного, оному засе того листу не хотелъ вернути, тогды таковый за противность свою намъ, г[о]с[по]д[а]ру, у вину впадываеть в двадъцать рублей грошей. А за загамованье листовъ воеводиных, старостиныхъ и вряду земъского оному вряду шесть рублей грошей, а стороне другую шесть рублей грошей маеть заплатити. А ведь же листы отвороные мають обычаемъ слушнымъ даваны быти через возного поветового и передъ людьми стороньными шляхътою. А позвати о тое загамованье листу на рокъ завитый до того вряду, от которого листу будеть, а о листъ нашъ, г[о]с[по]д[а]ръский, або пановъ радъ ихъ м[и]л[о]сти — до суду земъского.

Артыкулъ 24. 

О збитью, зельживости албо и забитью посланца нашого г[о]с[по]д[а]ръского албо и возного при власныхъ листехъ нашихъ г[о]с[по]д[а]ръскихъ.

Уставуемъ: хто бы посланца нашого, г[о]с[по]д[а]ръского, албо тежъ возного за листы нашими, г[о]с[по]д[а]ръскими, самъ тотъ, до кого бы листы належали, албо черезь слугъ, подданыхъ своихъ и через кого ж кольвекъ збилъ албо, листы отъ него взявши, содърал, албо посланьца нашего любо тежъ возного, будь тежъ сторону, при них будучую, листы, мандаты, позвы ести примусилъ и тымъ насъ, г[о]с[по]д[а]ра, и зверхности нашое не учстилъ, тогды тотъ за слушнымъ доводомъ полъгода на замку нашомъ у Вилни верхнемъ седети, а того посланца албо возного совито навезати водлугъ стану его повиненъ будеть. Вед же дворенин посланецъ нашъ, также и возный при поданью таковых листовъ нашихъ и при всякой справе, на которую хто з нихъ посланъ будеть, маеть мети при собе сторону — двухъ шляхтичов для подпоры своее. А хто бы посланца нашого албо возного, за листы нашими до кого посланого, албо теж сторону насмерть забил, таковый с права за доводом слушным горломъ каранъ, а головщина з ымен[ь]я, а естли бы именья не мелъ, тогды з маетности его рухомое, троякая водлугъ стану забитого плачона быти маеть. А позвати о такую зелживость, бой албо забийство [так!] на рокъ завитый передъ судъ головный трибуналский, которий в томъ году на справах судовых заседати будеть, на которомъ же кольвекъ местъцу, не гледечи на то, в которомъ повете обвиненый оселость свою мети будеть. А тотъ судъ головный без вшелякое фолкги то судити и винъного за выступъ водле сего артыкулу карати маеть. Пакли жъ бы што с тых помененых речей посланцу нашому або возному, будь теж стороне, слуги албо подданые, албо хто ж кольвекъ з дому того, до кого будеть дворенин албо возный посланъ, учинили, ино в позве маеть быти описано, естли то з росказанья самого пана учинили, ижъбы самъ сталъ, а естли бы не з его росказанья, тогды абы тых обвиненых самъ албо через умоцованого своего становитися и тых слугъ албо подданых и кождого такого, хто бы то з дому его учинилъ, хотя бы и не припоручени были, ставити повиненъ будеть. А покажет ли се то с права за слушным доводом, же то будет сам учинил албо зъ его власного росказан[ь]я в дому, албо з дому его, албо в лесе, на имен[ь]ю то вчинено, тогды вов [так!] все тот сам г[о]с[по]д[а]ръ домовый водле выступъку своего попасти мает. А где бы тотъ панъ самъ, куторому [так!] бы вина дана, не зналсе до такого росказан[ь]я, тогды не згола, але присегою отведъшися, будеть отъ того воленъ. А однакъ же с тыхъ обвиненых слугъ и подданыхъ своихъ, и черезь кого кольвекъ то бы ся стало, тамъ же заразомъ на року запозваномъ судъ головный справедливость поступкомъ правнымъ чинити маеть. И естли хотя слуга, але шляхтичъ, то учинить, той же вине, вышей менованой, подляжеть. А естли не шляхтичъ — горломъ каранъ быти маеть. Пакли жъ бы хто не могъ такихъ обвиненых ку праву ставити за зникнен[ь]емъ ихъ, ино будеть виненъ присегу на том учинити, ижъ то без воли и росказан[ь]я его сталосе, такъже и без воли а ведомости его тотъ албо тые обвиненые зникнули и поутекали. А за таким отъводомъ самъ отъ объжалованья воленъ будеть. А тых обвиненыхъ стороне укривжоной волно будеть где можеть постигати и справедливости з ними доводити. А такому позван[ь]ю неочивистому двои роки до суду головного служити мают. Для того, естли в неведомости оного, который будеть позванъ, на именью его позовъ былъ положонъ, а не могъ бы зъехати альбо объвиненых ставити на першый рокъ, а за другимъ позвомъ и на другомъ року кгды станеть, маеть присегнути, же не могъ становитисе на першомъ року за неборъздымъ принесеньемъ ему ведомости о позве, звлаща, кгды прийдеть самой особе на присегу. Прото тая присега — неведомость позву — мает быти посполу с тою, яко вышей описано, ижъ без росказанья и ведомости его то се стало. А тымъ же обычаемъ поступовати мають, кгды бы в небытности самого пана на именью што с тыхъ речей посланцу нашому албо возному, албо стороне за листы нашими вчинено. Если жъ бы хто, будучи в такой речи позванъ, и на другомъ року без причинъ слушныхъ правных самъ альбо через умоцованого своего не сталъ и водлугъ сего артыкулу усправедливитися не хотелъ, противъ такового судъ головный заховатися маеть водлугъ того, яко въ арътыкулехъ на судъ кгродский около речей кгрвавых [так!] вынятыхъ за нестан[ь]емъ сторонъ позваныхъ естъ описано.

Артыкулъ 25. 

О листы заручные.

Теж обецуемъ и маемъ давати о беспечность здоровъя подъданымъ нашимъ шляхте за похвалъками и звазненьемъ чиимъ кольвекъ противко ихъ на кожъдого зъ великихъ и ровныхъ аж до низшихъ становъ с канцляреи нашое листы заручные и закладу на нихъ казати описовати межи шляхтою з обу сторон особъ собе ровныхъ; маеть быти закладъ або зарука покладана такъ великая, якое жалобная сторона потребовати будеть, ажъ до десети тисечей копъ грошей. А гдѣ бы шляхтичъ противъ особы стану вышъшого и можнейшого заручного листу потребовалъ, таковому маеть быти зарука в листе описана, такъже великая ажъ до десети тисечей копъ грошей. А тая зарука покладана быти маеть в листехъ заручныхъ о обеспечъность здоровъя самых особъ шляхетъскихъ. А хто бы, за похвалъкою або звазненьемъ своимъ обнесенъ будучи врядовне листом нашимъ або вряду нашого заручнымъ, а через тотъ закладъ нашъ кого самъ або з направы своее черезъ кого кольвекъ иного забилъ, тогды с права за слушнымъ доводомъ горломъ маеть быти каранъ безъ милосердья, хотя бы и на горачомъ учинъку не былъ пойманъ. А тое заруки, на листе описаное, половица на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, до скарбу земъского великого князства литовъского, а другая половица на дети, потомъки або близкие забитого и на именью противного отправлена быти маеть без жадное фолькги. А хотя бы хто и не забилъ, але предъсе ранилъ або бой через заруку учинилъ, тотъ такъже у заруку упадываеть. А навезку водлугъ стану и шкоды за доводомъ слушнымъ платити будеть повиненъ. А тое заруки такъже половица намъ до скаръбу земского, а другая половица стороне жалобной отправлена быти маеть. А ведь же гдѣ бы шляхтичъ, в заруки попалый, такъ много маетности лежачое и рухомое не мелъ, на чомъ бы тая вся зарука отправлена быти мела, ино, колько жъ маетъности мети будеть, тое половица до скаръбу земъского, а другая половица стороне подана быти маеть, а остатокъ заруки на особе самой водлугъ порядъку сего статуту отправлено быти маеть. И не маемъ никому таковых закладовъ отпускати, а то для завъстегненья своволеньства и злости людъское и для захованья покою посполитого. А если бы тотъ, которий заруку вынесъ, самъ або з направы своее через кого кольвекъ иного забойство або зраненье оному, на кого заруку взялъ, учинилъ, тотъ самъ такою жъ виною маеть быти каранъ. А в небытности нашой в здешънемъ паньстве воеводове и старостове судовые, гдѣ книги лежеть, будуть мочи листы заручные подъ печатьми своими шляхте давати по тому жъ, яко вышей естъ описано. А на воеводъ, старостъ судовыхъ в небытности нашой в томъ паньстве великомъ князстве литовъскомъ врядъ нашъ земъский судовый листы заручные и кромя роковъ судовых шляхте давати маеть под такими жъ заклады. Ведь же то предъсе варуемъ, ижъ гдѣ бы и по вынесенью заруки трафилосе то, жебы слуги, бояре, подданые обеюхъ сторонъ гдѣ на торъгу, на дорозе або в корчме, в небытности пановъ своихъ повадившисе, промежку себе забойство або бой, раны одна сторона другой учинила, ино одна сторона другой подъ заруки не подлегаеть, одно справедливости неотволочное поступкомъ права доводити собе мают. А естли бы которая сторона при объжалованью своемъ того правне довела, ижъ самой особе его обельживость, зраненье, бой альбо забитье сталосе, особе, убеспечоной заклады, тогды позваный гдѣ бы слушный доводъ противъко нему не показалъсе, близший будеть отприсегнутисе, же то безъ росказанья и ведомости его сталосе. Ведъ же с тыхъ слугъ и подданыхъ своихъ, которые помененый о тотъ выступъ маеть ставити на томъ вряде, и заразомъ справедливость з нихъ укривжоной стороне чинена от вряду быти маеть, и подле заслуги коранье [так!] онесуть с того жъ вряду. А гдѣ бы шло не о тую особу, которимъ заклады служать, але о слуги и подданые, жебы се таковый бой або забойство стало з волею оного, тогды за доводомъ и переконаньемъ правнымъ навезка и головщизна трояко маеть быти плачона водлугъ стану кождого с таковых укривжоныхъ.

Артыкулъ 26. 

О отъповедникохъ неоселыхъ.

Тежъ уставуемъ: хто жъ колвекъ неоселый, будь тубылець панства нашего, великого князства литовского, яко и чужоземецъ, кому тежъ кольвекъ иншому отповедь обличне або через листъ, або тежъ заочне учинилъ, таковый отъповедникъ мает быти поставлен через заказанье отъ насъ, г[о]с[по]д[а]ра, або вряду замъкового або земского перед правом, где бы колвекъ при котором вряде то се деяло. И естли бы тотъ оное отповеди перед врядомъ на него довелъ водле права, то естъ будь то писмомъ его властное руки або сведецством трохъ або двух шляхтичовъ, тогды таковый отповедникъ неоселый маеть быть на замъку нашомъ посажонъ и седети маеть дванадцать недель. А вед же, и выседевъши дванадцать недел, не маеть быти с того везеннья [так!] выпущонъ, ажъ первей себе рукоемствомъ уистить, абы тотъ, противъ кого отъповедь чинилъ, в покою отъ него былъ. А где бы жалобникъ доводу писмомъ або светъками на тую отповедь мети не могъ, а ку присязе бралъсе, тогды объжалованый близьший будеть отъприсегнутисе и от того воленъ быти маеть, же ему не отповедалъ.

Артыкулъ 27. 

О листехъ железныхъ, кому мають быть даваны.

Тежъ уставуемъ, ижъ листы железные с канъцляреи нашое не мають быти даваны тым, которые маетности свои на зъбыткох марне утратили и за токовыми [так!] збыточными утратами в долъги попали, але тымъ маемъ давати таковые листы, которые в долъги пришли и в убоство попали з божъего допущенья, то естъ ижъбы огнемъ погорели або маетности ихъ стонули, або бы отъ розбою, або отъ непрыятеля нашего забраны были, або хто бы тежъ для речи посполитое ку утрате и убоству и ку долгомъ пришолъ, такъже купъцомъ и инымъ людемъ упалымъ, окромъ жидовъ. Вед же дальшого часу волъности не маем тыми листы узычати и давати, толко в наболшой речи и суме тры годы. А в томъ часе маеть се тотъ о заплату старати. А вед же кому быхмо хотели такового листу железного узычати, тогды с канъцляреи нашое тотъ маеть быти отосланъ до вряду нашого належачого, откуль естъ, перед которымъ врядомъ хто такового листу железного потребуеть, маеть рукоемъство слушное поставити людей добрихъ, оселых и уиститися ими и их маетностями, ижъ не зникнеть в тых летехъ, яко на листе ему назначоно. А на остатни день выстья року будуть повинъни рукоими оного на томъ же вряде поставити, а долъжники долъговъ своихъ и оного истъца в того вряду упоминатисе, найдовати и доходити будуть. А естли бы рукоими не поставили, тогды сами за листы або за доводомъ правнымъ тые долъги повинъни будуть платити. Ведъ же гдѣ бы в томъ часе на листе замеронымъ тотъ чоловекъ долъжный умер, тогды поручники, доведъши того выписомъ врядовымъ, подъ которымъ такий долъжникъ умреть, в той речи вольни будуть. А тые, кому што винъно будеть, мають долговъ своихъ смотрети на маетъности оного змерлого долъжника своего водлугъ права, которое до того мети будуть.

Артыкулъ 28. 

Кому бы шло о честь, яко боръздо справедливость учинена быти маеть.

Теж обецуемъ и будемъ повинъни кождому с подданыхъ нашихъ, кому бы шло о честь, прудкую а неотволочную справедливость учинити на первшомъ близкопришломъ сойме великомъ вальномъ с паны радами нашими великого князства литовского без всякое отволоки. А естли быхмо на первшомъ сойме для затрудненья справъ речи посполитое того судити не могли, ино вжо на другом сойме конечно то сконъчити маемъ. А до розсудъку нашого вшелякая примовъка або обвиненье почстивости оного обвиненого ничого не маеть шкодити. А хотя бы умер або забитъ былъ, не дождавши того розсудъку нашого, тогды то ему, ани потомъкомъ его ничого шкодити не маеть, и зъ службы нашое, г[о]с[по]д[а]ръское, и земъское таковые приганеные не мають се вымовъляти.

Артыкулъ 29. 

О мытахъ новых и о вольности засаженья местечокъ, и о будованью мостов або гробель въ именьяхъ шляхетских.

Теж уставуемъ и приказуемъ, абы жадинъ ч[е]л[о]векъ в томъ паньстве нашомъ, великомъ князстве литовъскомъ, не смелъ новых мытъ вымышляти ани на дорогах, ни на мостех, ани на гребляхъ, ани на рекахъ, ани на перевозехъ, ани в торгохъ, ани на местечкахъ и стодолахъ або корчмахъ, на гостинцахъ, въ именахъ [так!] своихъ, кромя которые бывали зъстародавна уставлены або мели бы на то листы продъковъ наших або наши. А хто бы кольвекъ смелъ мыто подорожное и на торгохъ новое якое жъ кольвекъ самъ без данины нашое въ именью своемъ змышляти и установляти або над старый звычай и данину нашу повышъшати, тогды тое именье, в которомъ то будеть хто чинилъ, гдѣ бы се то оказало за слушнымъ доводомъ, тратить, и спадываеть тое именье на речъ посполитую и на насъ, г[о]с[по]д[а]ра, до столу нашого, великого князства литовского. А которые здавна за привильями и листами нашими мыто и мостовое на именьях своихъ беруть, тые властнымъ накладомъ своимъ в тых именьяхъ своих на дорогахъ гати, мосты, гребли, ровы направовати мають. А гдѣ бы хто мостовъ, гатей, гребель направленых не мелъ, а для того бы переездъ былъ трудный, а кому бы се на тых местъцах шкода стала, тому тотъ же панъ, хто мыто береть, виненъ будеть шкоду оправити и з накладомъ, што ищучи шкоды наложить. А старостове, державцы або мытники наши естли бы такъже беручи мыто дорогъ на именьяхъ наших не направовали, тогды шкоду и накладъ тому, хто ищучи што наложить, винъни будуть платити.

А которые бы теж князи, панове, земяне, шляхта старие дороги ставы своими затопили або заорали, привлащаючы собе пожитки, таковые дороги новые мають быти положоны не ку кривде людемъ перееждъчимъ, але што можеть быти напростей и такъ абы были направованы, жебы з возы тяжкими везде беспечный переездъ былъ. А к тому инъшие стародавные дороги на имен[ь]яхъ и на кгрунътехъ своихъ на местъцах потребных и топъких поправовати, мосты мостити, гати гатити тые, которые зъстародавна людми то робливали, и вперод будуть повинни. А где бы на чиемъ именью або кгрунъте злый переезьдъ былъ, а шляхтич хотелъ бы его направовати, а с того собе за наклад свой пожитокъ меть, тогды тотъ мает се до нас, г[о]с[по]д[а]ра, утечы. А мы, доведавшисе того через комисаровъ наших, ку тому именью его прилеглыхъ, маем ему дати и установити от купцовъ и иных переежъдчих людей, окром становъ, отъ того симъ статутом вызволеных, яко о томъ нижей описано, мыто або платъ подле важности накладу его и ласки нашое, г[о]с[по]д[а]ръское. Такъ тежъ врядники и мытники наши по дорогах, местечках и по селахъ нашихъ, г[о]с[по]д[а]ръскихъ, и тежъ князских, паньскихъ и земянскихъ, где перъвей мыта не бирано, часу празников и сходовъ жадныхъ мытъ и торгового вымышляти и брати не мають. А если бы се важили то учинити, тогды мають кгвалту дванадцать копъ грошей и шкоды з навезкою оправити. А на реках портовыхъ и на которых портъ можеть быть где кольвекъ в панстве нашомъ, великомъ князстве, жаден ставов новых ставити и гребел сыпати ку переказе порту и спусту не мають. А естли бы хто занялъ, тогды местъце волное ку поръту мает зоставити. Такъ тежъ и езы на реках портовых где зьстародавна бывали, хто бы ставил, тогды предсе маеть местъца зоставляти такъ слушные, абы езомъ або тамован[ь]емъ никому се шкода не стала. И таковых речей воеводове, старостове и державъцы наши кождый в державе своей мають досмотрати. А новых мытъ абы на рекахъ порътовых, на ставехъ и на греблях не было. Такъ тежъ на езохъ абы проходы слушные без завадъ на рекахъ были заставованы. А хто бы зь обывателей того паньства нашого якого кольвекъ стану и народу шляхетского для примноженья собе пожитку хотелъ на кгрунте своемъ местечъко новое садити, то ему волно будеть учинити, и торговое в немъ водлугъ давного звыклого обычаю, яко се то в местечкохъ инъших князскихъ и паньскихъ заховуеть, установити.

Артыкулъ 30. 

О небранью мыта от шляхты и подводъ ихъ.

Теж з ласки и доброти нашое, г[о]с[по]д[а]ръское, княземъ, паномъ радом, духовнымъ и светъскимъ, шляхъте в томъ панстве нашомъ даемъ тую вольность на водахъ, на дорогахъ, то естъ сухимъ путемъ и воденымъ, на торгохъ и на мостехъ, такъ по именьях нашихъ, яко и по ихъ властных, спущати, провадити и продавати добровольне зъ ихъ властныхъ гуменъ кождому его роботы правдивое его збожъе, а не купленое; от того не маеть быти мыто давано. Такъ тежъ и от подводъ шляхетскихъ, которые зъ ихъ властными речъми и збож[ъ]емъ ходять, от того всего мыто и мостовое брано быть не маеть. А естли бы што купленого збож[ъ]я и иныхъ речей пры томъ было, от того мають мыто платити. А ведь же сами особами своими або, гдѣ быхъ самыхъ при томъ не было, тогды слуги ихъ або справцы, от нихъ при томъ посланые, веры годные на мытехъ нашихъ головныхъ, где будеть врядъ кгродский або местъский, передъ врядом тымъ при бытности справъцы албо писара мытного. А где вряду такового нетъ, ино перед справцою мытнымъ мають присегнути, што естъ правдивое роботы его домовое, а што тежъ прикупленое ротою таковою, яко естъ нижей описано. И кгды на одной коморе присега учинена будеть, тогды вжо на инъшыхъ коморахъ не потреба будеть присегать, але пропущоно маеть быти за квитомъ, зъ оное первшое коморы взятымъ. А подводы без присеги мають быть пропущоны, только за листы и печатми пановъ своихъ. Тымъ же обычаемъ и о лесные товары и о всякое г[о]с[по]д[а]рство маеть се розумети и безмытъне пропущаны быти. Такъже и от того мыто на шляхъте брано быти не маеть, хто з нихъ што купивъши на свою властную потребу и обыходъ домовый, а не на продажу никому обчому альбо и подданымъ своимъ, будь з местъ нашихъ, г[о]с[по]д[а]ръскихъ, або заграничных паньствъ повезеть. А на мостехъ стародавныхъ, гдѣ передъ тымъ што будеть давано, только от подъводъ такихъ, которие, збожъе перекупуючи на продажу, без листовъ пановъ своихъ везуть, тые подле стародавного обычаю мають давати мостовое. А присега таковымъ способомъ маеть быти чинена: я, н.[айме], присегаю пану богу всемогущому, в тройцы единому, ижъ тотъ товар або збож[ъ]е, которий спущаю албо везу и тутъ оповедаю, естъ властный мой або пана моего господаръства домового, не купованый, ани зъ чужого именья способленый, але естъ зъ властного именья своего або пана моего — такъ ми, пане боже, поможы. А тымъ же обычаемъ мають присегати, отменивъши только словъ тых, же зъ заставного именья або з державы доживотное тые товары албо збожъе спущаеть албо везет, не закриваючи в томъ купцовъ вшелякого стану, которые звыкли лесы у инъших закуповати и под тытуломъ ихъ спущати, угору идучы, ижъ: тотъ товар везу албо проважу на властную домовую потребу свою албо пана своего, не на жадную продажу, ани на гандель, але на властный обыходъ дому своего албо пана своего, чого я або панъ мой обчымъ людемъ, ани своимъ подданымъ продавати не маеть — такъ ми, боже, поможи.

Артыкулъ 31. 

О прочищенью рекъ порътовыхъ.

Обачаючи пожитокъ не менший людей народу шляхетского, такъже и местъ наших головных, до которых бы се латвей живности и иные потребы спустом воденымъ спровожати могли, уставуемъ, ижъ естли бы в которомъ краю в томъ панстве нашомъ, великомъ князстве литовскомъ, река портовая была, которою бы до местъ нашых головныхъ спустъ быти могъ, а прочищен[ь]я бы потребовала, тогды старостове и державцы добръ нашихъ, где такая река через кгрунты наши идеть, поддаными нашими повинни будуть оную реку вычистити и порътъ направити такъ, яко бы се ею комяги, витины, судна воденые и плоты дерева, на будованье и на дрова годного, без завады проходити могли. По тому ж и вси станы такъ духовные, яко и светские от навышъшое ажъ до низшое особы повинъни будуть заховатисе и таковые реки портовые, через именье и кгрунтъ ихъ идучие, вычищати и направовати, яко се вышей поменило. Кгды ж то не без пожитку ихъ будеть, бо што бы мелъ на сту подводахъ до места нашого головного живности, от выхованья его зосталые, для продажы послати, то може судномъ воденымъ путемъ через колько человека отправити. А хто пущы свои надъ порътомъ маеть, пущаючи дерево, на будованье и на дрова годное, великий пожитокъ собе прибавить. А гдѣ бы через именье спольное таковая река шла, а одинъ бы учасникъ або и колько ихъ хотели бы тую реку до спусту выправити, а другие бы учасники ихъ до того одному або колько ихъ до помочы и до вычищенья таковое реки причинитисе не хотели, тогды тые, которые вычищать мають тамъ подкоморого поветового вывести. А подкоморий маеть тотъ накладъ ихъ за доводомъ слушнымъ ошацовати и намъ то на листе своемъ ознаймити. А мы, г[о]с[по]д[а]ръ, маемъ тому або тымъ особамъ, которые то реку вычистять, за накладъ ихъ дать мыто выбирать от тыхъ, которые тою рекою збожъе и инъшые товари спущати на продажу будеть. Ведъ же потуль того мыта имъ позволити маемъ, поки накладъ свой, на тое вычищенье реки учиненый, выберуть.

Артыкулъ 32. 

Хто бы подъ кимъ што упросилъ, а тому наперодъ дано.

Уставуемъ тежъ, хто бы под кимъ именье, люди, земли у насъ, г[о]с[по]д[а]ра, упросилъ и в привил[ь]ю бы то собе описалъ, а в того бы, под кимъ то онъ собе упросилъ, первей была на дате або на привил[ь]ю нашомъ описано, и то ему потвержоно, и того онъ поживалъ и в держанью былъ, тогды таковый первый привилей або листъ при моцы мает зостати. А за ним тотъ, кому дано тую речъ, держати и поживати маеть водлугъ листовъ и потверженья нашого перъвшого, а последние листы в ни во што оберънены будуть. Такъ же се мают розумети и о листехъ на вряды.

Артыкулъ 33. 

Хто бы на што листы упросилъ, а того в деръжанью не былъ, и о екъспэкътативахъ.

Тежъ уставуемъ, естли бы хто у насъ, г[о]с[по]д[а]ра, именье, люди або земли выпросил и в листе данины нашое ему то было описано, а того в держанью и в поживанью не былъ до десети летъ, тогды и листы наши и дата таковая потомъ жадное моцы меть не маеть. Такъ тежъ, справуючися водле правъ хрестияньскихъ и теж остерегаючи, абы межы поддаными нашими небеспочност[ь] [так!] и ростырки не множилися, уставуемъ, абы от сего часу жадные листы, которие по латине екъспэктатывами зовуть, жадное моцы не мели, а хотя бы от насъ кому были даны, предъсе деръжаны быти не мають, нижли естли бы хто самъ по своей доброй воли передъ нами, г[о]с[по]д[а]ремъ, з волею нашою, г[о]с[по]д[а]ръскою, на то призволилъ з деръжавы своее, што за живота своего в держан[ь]е кому пустилъ, того заразомъ при животе своемъ маеть уступити и то людемъ, в летехъ дорослымъ и годнымъ.

Артыкулъ 34. 

О недаванью двохъ достоеньствъ або врядовъ одной особе.

За прозбою всихъ становъ великого князства литовъского, бачечы мы, г[о]с[по]д[а]ръ, з лепъшимъ пожитъкомъ и озъдобою речи посполитое, кгды жъ дыкгнитарство и вряды два судовые одной особѣ даваны не будуть, прото уставуемъ и мети то хочемъ, и полнити обецуемъ, што ж одной особе бы назацнейшой и назаслуженшой двухъ дыкгнитарствъ в лавицы рады нашое, такъ тежъ двухъ врядовъ земъскихъ и дворныхъ, и староствъ судовыхъ от сего часу и на вси потомные часы давати не маемъ. А хто бы якое жъ кольвекъ дыкгнитаръство в ряде нашой албо врядъ дворъный, земъский, будь тежъ староство судовое, противъ сего статуту одержалъ, такового владзы нихто подлечи не будеть повиненъ. И овъшемъ хто кольвекъ его перед насъ, г[о]с[по]д[а]ра, на сеймъ позовет, тогды на первшомъ року яко на завитомъ стати маеть. И станеть ли албо не станетъ, мы, г[о]с[по]д[а]ръ, тамъ же на томъ року оного дыкгнитаръства албо вряду судового, о которий будеть позванъ, отсудити маемъ а инъшому дать. А тому, хто о то его позоветь, тотъ же позваный сто копъ грошей заплатити повиненъ будеть, и то на маетности его отправлено быти маеть, не складаючи роков статутовыхъ.

Артыкулъ 35. 

Абы се в дворехъ нашихъ, г[о]с[по]д[а]ръскихъ, не становилъ нихто.

Теж уставуемъ, ижъ жаденъ панъ и нихто зъ подданыхъ нашихъ свовольне в дворех наших у великомъ князстве литовъскомъ, езъдячи дорогами, не мають се становити и стацей на себе и на кони свои з дворовъ нашихъ брати, ставовъ, сажовокъ и озеръ наших волочыти. А естли бы хто напротивъко той уставе нашой учинилъ, а в дворех нашихъ становилъся, стацыю собе и конямъ своимъ з дворовъ нашихъ бралъ, ставы, сажовки и озера волочилъ, тогды, за слушнымъ доводомъ с права в томъ поконаный, маеть на замъку дванадцать недель седети, а шкоды оправити

Статут ВКЛ 1588 года