Почему Марка Цицерона называли "отцом отечества"?
Отец отечества
Впервые этот титул был пожалован великому позднереспубликанскому политическому деятелю и оратору Марку Туллию Цицерону за заслуги в подавлении заговора Катилины, произошедшего в период его консулата в 63 году до н. э. Вторым обладателем титула стал в 45 до н. э. Гай Юлий Цезарь, ставший пожизненным диктатором и фактически единоличным правителем Римской Республики.
Марк Лициний Красс
Марк Лициний занимает важное место во многих произведениях своего младшего современника Марка Туллия Цицерона. При этом последний упоминает Красса почти исключительно с неприязнью (исключением являются только некоторые публичные речи — как правило, произнесённые в тех процессах, в которых Цицерон и Красс выступали на одной стороне) и даже называет негодяем. Тем не менее Марк Туллий писал Крассу в январе 54 года до н. э., когда тот уже уехал в Сирию, о «старой дружбе», признавая, что таковой пришлось пострадать от «перемен судьбы» (О. Любимова назвала это письмо «льстивым и неискренним», а сам Цицерон уже в декабре 54 года извинялся за это вынужденное примирение перед Лентулом Спинтером). Между двумя политиками были три крупных конфликта: когда Цицерон приписал главную роль в разгроме Спартака Помпею и когда Красс поддерживал врагов Цицерона — Публия Клодия и Авла Габиния. В начале 50-х годов Цицерон написал сочинение «О своих замыслах», в котором выдвигались различные обвинения против Марка Лициния, но приказал не публиковать его до своей смерти. Текст не сохранился, и судить о содержании этой работы сложно. После гибели Красса Цицерон 7 лет о нём не писал; в трактате «Брут» он высказался об ораторском даровании Марка Лициния крайне сдержанно, а в последующих трактатах, начиная с «Парадоксов стоиков», говорил о Крассе как о примере корыстолюбия. 
О. Любимова считает, что Цицерон создал в своих поздних произведениях искажённый образ «Красса-корыстолюбца», который перешёл затем и в другие источники и даже в историографию, затмевая реальный образ Красса-политика. Так, согласно Веллею Патеркулу, Марк Лициний, «безупречнейший во всем остальном, равнодушный к наслаждениям, не знал меры и не признавал границ в страстной жажде славы и денег». В изображении Флора гибель Красса стала карой за «жажду парфянского золота». О «неуёмной жажде наживы» пишет и Орозий.