Какому римскому императору принадлежит фраза: "После нас хоть пожар"?
После нас хоть потоп
Ту же мысль выражала старинная греческая поговорка, которую в латинском переводе часто употреблял Тиберий: («после моей смерти [хоть] земля смешается с огнём» или «когда умру, пускай земля огнём горит»).
Римская империя
Миролюбивый Адриан занялся преобразованиями в администрации и в области права. Как Август, Адриан провёл многие годы в посещении провинций; он не побрезгал взять на себя должность архонта в Афинах и лично составил для них проект городского управления. Идя с веком, он был просвещённее, чем Август, и стоял на уровне современной ему образованности, достигшей тогда своего апогея. Как Адриан своими финансовыми реформами заслужил прозвище «обогатителя мира», так его преемник Антонин был прозван «отцом рода человеческого», за его попечения о провинциях, подвергшихся бедствиям. Высшее место в ряду Цезарей занимает Марк Аврелий, прозванный философом, о нём мы можем судить не по одним эпитетам — мы знаем его мысли и планы в его собственном изложении. Как велик был прогресс политической мысли, совершившийся в лучших людях Р. со времени падения республики, об этом яснее всего свидетельствуют его знаменательные слова, «Я носил в своей душе образ свободного государства, в котором все управляется на основании одинаковых для всех законов и равного для всех права». Но и этому философу на престоле пришлось испытать на себе, что власть римского императора — личная военная диктатура; многие годы он должен был провести в оборонительной войне на Дунае, где он и умер. После четырёх императоров, воцарившихся в зрелом возрасте, престол опять достался, по праву наследства, юноше, и опять недостойному. Предоставив управление государством любимцам, Коммод (180—193), подобно Нерону, жаждал лавров не на поле битвы, а в цирке и амфитеатре: но вкусы его были не артистические, как у Нерона, а гладиаторские. Он погиб от руки заговорщиков.
Civis Romanus sum
Римских граждан душили в тюрьмах, предавая позорнейшей из казней, и тот возглас, та мольба: «Я римский гражданин!» (), которая не раз спасала стольких римлян в чужих землях, среди варваров, здесь навлекла лишь страшнейшую смерть и скорейшую казнь.
В июне 1850 года лорд Пальмерстон выступил с речью, которая стала известна как речь «"Civis Romanus sum!"». В ней он ратовал за то, чтобы каждый британский подданный вне пределов родины защищался Британской империей так же, как римские граждане — в Римской.
Камо грядеши
Ранее апостол Пётр сказал эту фразу Иисусу Христу на Тайной вечере (). В Риме существует церковь Домине-Кво-Вадис, расположенная на месте, где, по изложенному в апокрифических «Деяниях Петра» преданию, апостол Пётр встретил Христа, к которому обратился с вопросом: «Куда Ты идёшь, Господи?» (). Услышав ответ: «За то, что ты оставил Мой народ (почти все христиане в Риме были убиты по приказу императора после великого пожара), Я иду в Рим на второе распятие» (), Апостол попросил разрешения у Господа идти с Ним (). После прибытия в Рим Пётр был распят вниз головой, приняв мученическую смерть.
Тулдила
Единственный исторический источник, сообщающий сведения о Тулдиле — панегирик императору Майориану, написанный поэтом Сидонием Аполлинарием. Согласно этому источнику, в начале 458 года император Западной Римской империи с большим войском, собранным для войны с вандалами, совершил поход к Дунаю, чтобы обезопасить от варваров северо-восточные провинции своего государства. Поэт писал, что во время похода множество народов покорилось императору, и что один из варварских вождей, Тулдила, отказавшийся признать над собой власть Майориана, погиб в бою с римским войском. Так как, по свидетельству Сидония, люди, которых возглавлял Тулдила, недавно потеряли своих правителей в битве, предполагается, что они могли быть гуннами, владевшими землями в Мёзии и Прибрежной Дакии.
Греко-карфагенские войны
Слова Геродота о том, что Гамилькар приносил жертву всесожжения, когда узнал о бегстве своих войск, после чего сам бросился в огонь, Ашери объясняет как этиологический миф для обоснования культа этого героя, возможно, введённого в Карфагене после войны.
Публий Корнелий Тацит
В книге XV «Анналов» Тацит уделяет один абзац описанию преследований и казней христиан при Нероне. Уже во время Великого пожара Рима в 64 году император начал искать виновных, и в качестве козлов отпущения его выбор пал на христианскую общину Рима.
Марк Антоний Прим
На подступах к Риму Антоний Прим заметил облако дыма, возвышающееся над Капитолием. Незадолго до этого он получил весть от гонца, что Тит Флавий Сабин и Тит Флавий Домициан, брат и сын Веспасиана, укрылись в храме Юпитера Капитолийского от разъярённых солдат германских легионов Вителлия. У стен Рима завязалась небольшая стычка, в которой одержали верх вителлианцы. Вителлий, желая избежать дальнейшего кровопролития, послал к Антонию послов с просьбой о мире. Но Антоний заявил, что после убийства Флавия Сабина об этом не может быть и речи.
Морж и Плотник
Строки о капусте и королях могут быть связаны с римским императором Цезарем Гаем Аврелием Валерием Диоклетианом Августом. Этот император оставил трон и удалился в провинцию, а когда римляне пришли вновь звать его править империей, он ответил им: «Если бы вы видели, какую я вырастил капусту, вы бы меня не уговаривали».
Тит (император)
В 80 году в Риме произошёл большой пожар, в течение трёх дней опустошивший, предположительно, всю северо-западную часть города — от Капитолия до Марсова поля. В частности, сгорели термы Агриппы, театр Помпея, театр Бальба, Серапейон, Пантеон и ряд других объектов. Узнав об этом, Тит, по словам Светония, сразу воскликнул: «Все убытки — мои!» На восстановление построек и храмов он отдал убранство своих пригородных усадеб и всё строительство финансировал из собственных средств, отказавшись от помощи частных лиц, городов и вассальных царей. Такое его поведение может объясняться нежеланием делить с кем-либо благодарность горожан.
Алексей Стратигопул
Это было совершенной неожиданностью, но полководцу некогда было направлять вестовых в Никею, чтобы получать инструкции. В ночь на 25 июля 1261 года несколько воинов проникли в город через тайный ход и отворили () для остального войска. Никейцы ворвались в город и атаковали сонных латинян. Чтобы посеять панику среди врагов, они пустили огонь по крышам ночного Константинополя, предав пожару венецианские кварталы. Радостные греки вышли на улицы с криками «Да здравствует император Михаил», «Да здравствуют ромеи». Когда латинский император Балдуин II проснулся и понял, что на город произошло нападение, он тщетно пытался собрать разбросанных по ночлегам и сонных французов. Никто не знал, какими силами и откуда в Константинополь проникли никейцы, а потому император решил, что греки привели в город огромное войско. Бросив императорские регалии, Балдуин бежал вместе с остальными латинянами.
В тот же день остатки разгромленных и деморализованных французов достигли острова Эвбея. Латиняне не стали терять времени и, срочно погрузившись на корабли, отплыли к городу, надеясь штурмом вернуть его обратно. Однако никто не знал, какими силами византийцы захватили его, и хитрый Алексей Стратигопул постарался создать видимость многочисленного войска. Он привлёк местных жителей, восторженно приветствовавших свержение латинян, переодев их в воинов и вооружив. И когда латиняне подплыли к стенам, они увидели множество воинов. В конце концов, боясь потерпеть сокрушительное поражение, последние остатки французской армии отплыли в Италию, чтобы сообщить страшную для Запада весть о падении Латинской империи.
Октавиан Август
Многие незнатные римляне, в том числе и отец будущего императора, не имели когномена (третьей части имени). Гай же имел его с рождения — «Фури́н» ( — «Фуриец») в честь победы отца над восставшими рабами Спартака возле этого города. Сам Октавиан возводил свой когномен по рождению к одному из греческих эпитетов Аполлона как стража дверей ( [thuraios] — «находящийся за дверью»). Дион Кассий однажды называет будущего императора «Гай Октавий Кайпий» (), но в других источниках этот когномен не встречается. Существуют различные версии о значении этого слова — от искажённого латинского названия римской колонии в Фуриях ("Copiae") до неточной передачи латинского слова «козерог» ("Caper", "Capricornus"). Общепринятым когноменом считается именно Фурин.
Кар (римский император)
Согласно гораздо более многочисленной латинской традиции, Кар ничего Пробу не сообщал, а был сам зачинщиком восстания. Дальнейшие события, описываемые латинскими источниками, в целом совпадают с версией, изложенной в греческих трудах. Поэтому уверения «Истории Августов» о непричастности Кара к восстанию против Проба не вызывают доверия, поскольку именно Кар получил наибольшую выгоду от солдатского мятежа. Когда Кар узнал о гибели Проба, он сообщил сенату, что по воле армии он стал императором. Он не испросил у сенаторов даже формального одобрения, пренебрегнув тем самым традициями. Это свидетельствовало о том, что власть римских императоров, до тех пор прикрывавшаяся республиканскими обычаями, приобретает открытый авторитарный характер.
Веста
Веста была богиней священного вечного огня, который считался нерукотворным. По мнению римлян, его угасание означало бы близкий крах всего государства. Хоть огонь и считался «вечным», его ежегодно тушили и зажигали вновь вначале путём трения дощечек одна о другую, затем от сфокусированного линзой солнечного света 1 марта, в первый день нового года по древнеримскому календарю. Уже от него зажигали огонь в очагах каждой из курий. В каждом доме была «своя Веста» — домашний очаг, горевший в первом помещении дома — вестибуле.
O sancta simplicitas
O sancta simplicitas ([о санкта симплицитас], ) — выражение, приписываемое Яну Гусу. Приговорённый католическим Констанцским собором к сожжению как еретик, он будто бы произнёс эти слова на костре, когда увидел, что какая-то старушка (по другой версии — крестьянка) в простодушном религиозном усердии бросила в огонь костра принесённый ею хворост. Впрочем, биографы Гуса, основываясь на сообщениях очевидцев его смерти, отрицают факт произнесения им этой фразы.
Фридрих II (император Священной Римской империи)
Говорили о том, что император скрылся в горе. Томас Экклестон в своей книге, написанной между 1257 и 1274 годами, записал рассказ францисканца брата Мансуэтуса, папского легата в Англии в 1258 году. Тот поведал, что некий монах видел Фридриха во главе огненной армии рыцарей, скакавших возле Этны. Трава под копытами их лошадей горела, а море кипело. Стоявший рядом с монахом рыцарь сообщил ему, что это император Фридрих, который скрылся в Этне. Томас Экклестон пишет, что это произошло в момент смерти императора. Если для монаха это означало, что Фридрих спустился в ад, то многим сицилийцам напомнило совсем другое: Этна долгое время считалась обителью ушедших героев. Например, Гервасий Тильберийский в книге «Императорские досуги», написанной для Оттона примерно между 1210 и 1214 годами, записал, что в Этне спит король Артур.
Инцитат
Некоторые современные историки ставят под вопрос негативность портрета Калигулы. В частности, Энтони Баррет в "«Caligula: The Corruption of Power»" (Yale, 1990) утверждает, что Калигула использовал коня как средство разозлить и высмеять сенат, а не потому, что был сумасшедшим. Они предположили, что римские историки позднего периода, которые донесли нам эти истории, были весьма политически ориентированными и вдобавок заинтересованными в красочных, но не всегда правдивых, историях. В 2014 году ирландский историк Дэвид Вудс в специальной статье проанализировал этот сюжет и пришёл к выводу, что он был вырван из контекста и происходил из шутки императора, которая была построена на типичной для римской культуры игре слов и могла относиться к двум людям из-за ассоциаций словосочетания «конь Инцитат» ("equus Incitatus", буквально «быстрый конь») с их именами. Адресатом колкости мог стать будущий император Клавдий, чьё имя образовано от прилагательного "claudus" (хромой, увечный) или консул-суффект 38 года Азиний Целер, чьё имя происходит от слова "asinus" (осёл), а вместе с когноменом "Celer" (быстрый) образует «быстрый осёл».
Онкологическая гипертермия
В подтверждение древности гипертермии обычно приводят знаменитую сентенцию Гиппократа (460—356 гг. до н. э.) «Что не излечивают лекарства, то лечит железо, что железо не излечивает, то лечит огонь. Что даже огонь не лечит, то следует признать неизлечимым» ("Quae medicamenta non sanat, ferrum sanat; quae ferrum non sanat, ignis sanat. Quae vero ignis non sanat, insanabilia reputari oportet"). Очевидно, что данное изречение относится не к гипертермии, а к , поскольку греческое выражение «резать и жечь» ("temnein kai kaiein") и соответствующее латинское «огнём и железом» ("igni et ferro") отражали древнюю практику врачевания, выражающуюся в эксцизии с последующим . У Эсхила Агамемнон, вернувшись на родину, обещает восстановить порядок подобно тому, как врач «прижигает и режет» (позднейшее «огнём и мечом»). В диалоге Платона «Горгий» Сократ советует совершившему неправедный поступок «довериться судье смело и с закрытыми глазами, как доверяются врачу, чтобы он резал и прижигал». Таким образом, Гиппократ понимал «лечение огнём» как (термоабляцию), что не имеет отношения к гипертермии.
Христианин
Первое употребление термина вне Библии принадлежит врагу христиан, современнику Нерона, римскому историку Тациту, который отметил, что император обвинил "«христиан»" в Большом пожаре Рима в 64 году н.э.
Публий Валерий Публикола
О битве этой рассказывают и чудеса: будто в ночной тишине из Арсийского леса раздался громовой голос, который сочли за голос Сильвана; он произнес: «У этрусков одним павшим больше: победа у римлян!»
После смерти Брута Публикола промедлил с избранием напарника по консульству, вследствие чего поползли слухи о том что он стремится к царской власти. Также в вину ему ставилось то, что он начал строить дом на вершине Велийского холма — там на высоком и укрепленном месте это была бы неприступная крепость. Дабы очиститься от подозрений, Валерий перенес свой дом к подножию холма. Также он провёл следующие законы:
Отсюда и пошло его прозвище Публикола ( — «заботиться о народе»).
Марк Порций Катон Младший
Катон стал объектом политической полемики после смерти. После своего самоубийства он стал символом республики для врагов Цезаря и противников первых императоров. Сначала Цицерон написал апологетическое сочинение «Катон», на которое Цезарь ответил довольно большим памфлетом «Антикатон» в двух книгах. Предполагается, что именно в «Антикатоне» содержалась история, будто Катон просеивал пепел кремированного брата в поисках золота. Эта часть произведения и другие подобные известия считались явной клеветой уже современниками. Хотя «Антикатон» не сохранился, предполагается, что он представлял собой сборник всех слухов, порочащих Катона, включая самые нелепые из них. Кроме того, Марк Юний Брут написал свою версию «Катона» (предположительно, после появления памфлета Цезаря), а затем Октавиан Август написал свою версию «Антикатона». Ни один из памфлетов не сохранился, лишь часть содержания сочинений Цицерона и Брута известна по переписке Цицерона и ссылкам других авторов, а «Антикатон» Цезаря известен во фрагментах и ссылках других авторов. По-видимому, «Катон» Цицерона пользовался большой популярностью и служил одним из источников вдохновения для ряда римлян, настроенных против Цезаря, в то время как «Антикатон» Цезаря не имел широкого распространения.
Гай Лутаций Катул
В историографии существуют разные мнения о том, насколько историчен рассказ об этом споре. Он восходит только к двум авторам — Валерию Максиму и Иоанну Зонаре, тогда как Полибий, Диодор Сицилийский, Евтропий и Орозий о Фальтоне молчат. В связи с этим возникло предположение, что данный эпизод — выдумка анналистов (возможно, Валерия Антиата). Согласно другой версии, конфликт между Катулом и Фальтоном действительно имел место и стал проявлением более масштабного конфликта внутри римского нобилитета — между патрициями и плебеями, претендовавшими на исключительную роль в разгроме Карфагена.
О жизни Квинта Лутация после триумфа известно только, что он построил храм Ютурны на Марсовом поле. Предположительно он умер вскоре после 241 года до н. э..
Луций Турций Апрониан Астерий
Он был, вместе с другими римскими аристократами, послан сенатом Рима к императору Юлиану в Антиохию, где тот наградил Апрониана, назначив префектом Рима. Во время его префектуры, 18 марта 363 г., в Риме сгорел храм Аполлона Палатинского. Аммиан Марцеллин, который называет Апрониана «"честным и строгим судьей"» и отмечает, что «"запасы провианта были настолько обеспечены, что ни разу не возникало ни малейших жалоб на недостаток припасов, что случается в Риме постоянно"», достаточно подробно описывает судебную деятельность префекта. Он жестко преследовал «колдунов», не раз вынося смертные приговоры. Как пишет Аммиан, «"Говорят, что он развивал столь бурную деятельность в этом отношении потому, что будучи назначен префектом повелением Юлиана, бывшего в тот момент в Сирии, по дороге в Рим потерял один глаз и заподозрил, что это было следствием наведенной на него порчи"».
Римская империя
Подобно тому, как «строгое» право (jus strictum) римлян под воздействием права народов проникается идеей общечеловеческого разума и справедливости, в Римской империи одухотворяется значение Рима и идея римского владычества. Повинуясь дикому инстинкту народа, алчного до земли и добычи, римляне времён республики не нуждались в оправдании своих завоеваний. Ещё Ливий находит совершенно естественным, чтобы народ, происходящий от Марса, покорял себе другие народы, и приглашает последних покорно сносить римскую власть. Но уже при Августе Вергилий, напоминая своим согражданам, что их назначение — владычествовать над народами (tu regere imperio populos, Romane, memento), придаёт этому владычеству моральное назначение — водворять мир и щадить покорённых (parcere subjectis). Идея римского мира (pax romana) становится с этих пор девизом римского владычества. Её возвеличивает Плиний, её прославляет Плутарх, называя Рим «якорем, который навсегда приютил в гавани мир долго обуреваемый и блуждавший без кормчего». Сравнивая власть Рима с цементом, греческий моралист видит значение Рима в том, что он организовал всечеловеческое общество среди ожесточённой борьбы людей и народов. Этой же идее римского мира дал официальное выражение император Траян в надписи на храме, воздвигнутом им на Евфрате, когда до этой реки была вновь отодвинута граница империи. Но значение Рима скоро поднялось ещё выше. Водворяя среди народов мир, Рим призывал их к гражданскому порядку и благам цивилизации, предоставляя им широкий простор и не насилуя их индивидуальности. Он властвовал, по словам поэта, «не оружием только, а законами». Мало того: он призывал постепенно все народы к участию во власти. Высшая похвала римлян и достойная оценка их лучшего императора заключается в замечательных словах, с которыми греческий оратор, Аристид, обратился к Марку Аврелию и его товарищу Веру: «при вас всё для всех открыто. Всякий, кто достоин магистратуры или общественного доверия, перестаёт считаться иностранцем. Имя римлянина перестало быть принадлежностью одного города, но стало достоянием человеческого рода. Вы установили управление миром наподобие строя одной семьи». Немудрено поэтому, что в Римской империи рано появляется представление о Риме как общем отечестве. Замечательно, что эту идею вносят в Рим выходцы из Испании, давшей Риму и лучших императоров. Уже Сенека, воспитатель Нерона и во время его малолетства правитель империи, восклицает: «Рим — как бы наше общее отечество». Это выражение усваивают себе затем, уже в более положительном смысле, римские юристы. «Рим — общее наше отечество»: на этом, между прочим, основывается утверждение, что изгнанный из одного города не может проживать в Риме, так как «Р. — отечество всех». Понятно почему страх Р. владычества стал уступать у провинциалов место любви к Риму и какому-то поклонению пред ним. Нельзя без умиления читать стихотворение греческой поэтессы, Эринны (единственное от неё, до нас дошедшее), в котором она приветствует «Рому, дочь Ареса», и сулит ей вечность — или прощание с Римом галла Рутилия, на коленах лобызавшего, со слезами на глазах, «священные камни» Р., за то, что он «создал единое отечество многим народам», за то, что «благом стала для покорённых против их воли римская власть», за то, что «Рим превратил мир в стройную общину (urbem fecisti quod prius orbis erat) и не только владычествовал, но, что важнее, был достоин владычества». Гораздо существеннее, чем эта благодарность провинциалов, благословляющих Рим за то, что он, говоря словами поэта Пруденция, «поверг побежденных в братские оковы», другое чувство, вызванное сознанием, что Рим стал общим отечеством. С тех пор как, по выражению Ам. Тьерри, «маленькая община на берегах Тибра разрослась во вселенскую общину», с тех пор как расширяется и одухотворяется идея Рима и римский патриотизм принимает моральный и культурный характер, любовь к Риму становится любовью к роду человеческому и связующим его идеалом. Уже поэт Лукан, племянник Сенеки, даёт этому чувству сильное выражение, говоря о «священной любви к миру» (sacer orbis amor) и прославляя «гражданина, убеждённого в том, что он родился на свет не для себя, а для всего этого света». Это общее сознание культурной связи между всеми римскими гражданами порождает в III веке понятие romanitas, в противоположность варварству. Задача соратников Ромула, отнимавших у соседей, сабинян, их жён и поля, превращается, таким образом, в мирную общечеловеческую задачу. В области идеалов и принципов, возвещаемых поэтами, философами и юристами, Рим достигает высшего своего развития и становится образцом для последующих поколений и народов. Он был обязан этим взаимодействию Рима и провинций; но именно в этом процессе взаимодействия заключались зародыши падения. Оно подготовливалось с двух сторон: претворяясь в провинциях, Рим утрачивал свою творческую, созидательную силу, переставал быть духовным цементом, соединявшим разнородные части; провинции были слишком различны между собой в культурном отношении; процесс ассимиляции и уравнения в правах поднимал на поверхность и ставил нередко на первый план национальные или социальные элементы, ещё не культурные или стоявшие много ниже общего уровня.
Аггерий
Agger[3] v(iri?) c(larissimi) et inl(ustris) ex p(raefecto) u(rbi) adq(ue) pat(ricii)
Аггерий из благородных и знатных людей патриций и префект города
После падения Западной Римской империи у целого ряда префектов города Рима невозможно определить точную дату пребывания в должности: известно лишь, что они были префектами до 483 года. Одним из них был и Аггерий.
Секуритас на монетах Древнего Рима
Со времени гражданской войны 68—69 гг. популярность приобретают эпитеты, свидетельствующие об обеспечении безопасности всего римского народа и государства, такие как «P[opuli] R[omani]» (безопасность римского народа), «ROMANI» (римлян), «PVB[lica]» (общественная), «REIPVB[LICAE}» (государства), «IMPER[II}» (империи). Иногда согласно легендам на монетах на богиню возлагались и более масштабные задачи, такие как безопасность «мира» («ORB[IS]»), «века» («SAECVLI»), «времени» («TEMPORVM»), «вечности» («PERPET[VA]»)
Кремуций Корд
О его происхождении нам ничего неизвестно. Корд был автором римской истории (возможно, названной «Анналами»), где описывались события гражданских войн и последовавшего за ними единоличного правления императора Октавиана Августа. В 25 году историк был обвинён в Сенате за то, что в своём сочинении хвалил Брута и называл Кассия «последним римлянином». В результате, Корд покончил жизнь самоубийством. Сенат постановил, чтобы его работы были конфискованы и сожжены эдилами. Однако, некоторые копии сохранила Марция, дочь Корда. Сочинение Корда было вновь опубликовано в правление Калигулы. До наших дней сочинение Кремуция не дошло.
Гай Юлий Цезарь
Римские императоры начиная с I века до н. э. подчёркивали свою преемственность с Октавианом, а через него — с Цезарем, включая в состав своих полных имён в том числе и когномен диктатора «Цезарь». После пресечения династии Юлиев-Клавдиев эта традиция была нарушена Вителлием, но затем имя «Цезарь» окончательно превратилось в один из официальных титулов римских правителей. Во многом благодаря Цезарю в новом значении начал использоваться и термин «император», под которым начали понимать не только победоносного полководца, но и носителя власти (империй) над войсками. Из латинского языка эти термины распространились во многие европейские языки с небольшими фонетическими изменениями или без них (император, кайзер, кесарь, царь). Кроме того, со временем и юлианский календарь, и название месяца «июль» распространились в большинстве европейских языков (впрочем, традиционные названия месяцев сохранились в ряде славянских языков — белорусском, польском, украинском, хорватском, чешском и других, а также среди носителей баскского, литовского, финского и некоторых других европейских языков), а также в некоторых языках Азии и Африки — например, в индонезийском, суахили, татарском, хинди и ряде диалектов арабского. В повседневный обиход вошли фразеологические обороты и крылатые фразы, основанные на различных событиях из биографии Цезаря, не всегда подтверждённых источниками (; жена Цезаря должна быть вне подозрений; перейти Рубикон; жребий брошен!; пришёл, увидел, победил; и ты, Брут?).
Резня в Смирне
Некоторые источники возлагают ответственность за возникновение пожара на греков и армян. 17 сентября Мустафа Кемаль направил телеграмму министру иностранных дел с инструкцией, каким образом следует «комментировать» события. Телеграмма излагает следующую версию: город был подожжён греками и армянами, которых к тому побуждал митрополит Хризостом, утверждавший, что сожжение города — религиозный долг христиан. Турки же делали все для его спасения. Тот же Кемаль говорил французскому адмиралу Дюменилю: «Мы знаем, что существовал заговор. Мы даже обнаружили у женщин-армянок всё необходимое для поджога… Перед нашим прибытием в город в храмах призывали к священному долгу — поджечь город». Французская журналистка Берта Жорж-Голи, освещавшая войну в турецком лагере и прибывшая в Смирну уже после событий, писала: «Кажется достоверным, что, когда турецкие солдаты убедились в собственной беспомощности и видели, как пламя поглощает один дом за другим, их охватила безумная ярость и они разгромили армянский квартал, откуда по их словам появились первые поджигатели». Эта версия с тех пор стала официальной в Турции. Однако известный турецкий историк Фалих Рыфкы Атай называет виновником пожара турецкого командующего Нуреддин-пашу, решительно отвергая официальную турецкую версию. Сам Мустафа Кемаль, наблюдая за пожаром, заявил:
Квинт Фабий Максим Кунктатор
Эти строки стали каноническими для римской литературы. Их цитируют Цицерон, Тит Ливий, Вергилий, Овидий. При этом Ливий всё же высказывает определённые сомнения: «можно спорить, был ли он медлителен по характеру своему, или того требовало тогдашнее положение на войне». Полибий, не писавший о «спасении государства», тем не менее признавал, что в 217 году до н. э. тактика Фабия была максимально разумной и осмотрительной и что его военных заслуг было достаточно для прозвания «Величайший». О медлительности Фабия как главном факторе, обеспечившем Риму победу во Второй Пунической войне, пишут Луций Анней Флор, Евтропий, Псевдо-Аврелий Виктор, Луций Ампелий.
Содом и Гоморра
Римский историк I—II в.в. н. э. Публий Корнелий Тацит упоминал города Содом и Гоммора и их сожжение огнём с неба: «…расстилаются равнины, которые… были некогда плодородные и покрытые многолюдными городами, а после выжжены небесным огнём… остатки городов видны и поныне, земля же с тех пор как бы… обуглилась и не может плодоносить. Всякое растение, посаженное ли рукой человека, или само пробившееся… вянет, чернеет и рассыпается в прах. Что до гибели некогда славных и великих городов, то я готов верить, что их спалил небесный огонь».
История физики
Несколько римских мыслителей оставили сочинения по теоретико-физическим проблемам — частью под греческим влиянием, частью оригинальных. Тит Лукреций Кар (I век до н. э.), по своим взглядам эпикуреец, написал поэму «"О природе вещей"». Поэма содержит попытки объяснения различных явлений (в том числе магнитного притяжения) с позиций атомизма Демокрита. Другой римский сторонник атомизма, Сенека, в своём семитомном труде «"Исследования о природе"» даёт объяснения электричеству, небесным явлениям, кометам, свойствам воды, воздуха и света. Объяснения Сенеки по большей части «легкомысленны» — например, цвета предметов, по его мнению, возникают при смешении солнечного света с тёмными облаками. Ещё больше фантазий в книге Плиния Старшего «Естественная история» — например, что алмаз экранирует магнит, что звёзды могут спускаться на мачты кораблей, образуя «огни святого Эльма» и др. Полководец Секст Юлий Фронтин (I век н. э.), которого на склоне лет назначили смотрителем городского водопровода, оставил сочинение «"О римских водопроводах"»; в нём он впервые, за полтора тысячелетия до Торричелли, отметил, что скорость вытекания воды из сосуда зависит не от ширины отверстия, но от уровня воды в сосуде.
История архитектуры
Пантеон — самая грандиозная купольная постройка античности.
После Адриана в римской архитектуре развивается вычурность мотивов, излишество украшений, в смешение самых разнородных форм и в иррациональность их употребления. Каждый император старается оставить о себе память каким-либо значительным сооружением. Антонин Благочестивый строит в Риме храм Антонина и Фаустины. Марк Аврелий — колонну своего имени по образцу Траяновой. Септимий Север — тяжёлые, обременённые архитектурными и скульптурными украшениями триумфальные ворота в подражание арке Тита, а также небольшой, но гармоничный храм Весты в Тиволи. Каракалла наделяет Рим роскошными общественными банями, Аврелиан — колоссальным храмом Солнца. При Диоклетиане построены термы, ещё более вместительные и великолепные, чем бани Каракаллы. Не менее колоссален был сооружённый этим императором в Спалато (в Далмации) дворец, из камней которого выстроена впоследствии значительная часть этого города.
Роберт Гвискар
Пожар 1084 года был одним из самых разрушительных в римской истории: полностью выгорели Капитолийский и Палатинский холмы, на пространстве между Латераном и Колизеем не осталось ни одного целого здания. В числе разрушенных пожаром сооружений можно упомянуть и раннехристианскую базилику Сан-Клементе.
После пожара Роберт не стал задерживаться в Риме и отправился обратно в Апулию, взяв с собою ненавистного римлянам Григория VII. Вслед за ушедшим Робертом в Рим вернулся антипапа Климент III. Григорий VII нашёл убежище в Салерно, столице Апулии, где и умер 25 мая 1085 года. Взятие и сожжение столицы христианского мира осталось самым громким деянием Роберта Гвискара, но с практической точки зрения оно оказалось безрезультатным. Рим остался в руках антипапы, и Григорий VII умер в изгнании. Урбану II, второму преемнику Григория VII, удалось окончательно утвердиться в Риме только в 1094 году, уже после смерти Роберта.
История христианства в Римской империи
У нас этот вопрос в связи с другими затронут был Ю. А. Кулаковским в статье «Христианская церковь и римский закон» («Киевские унив. известия», 1891, № 12, и «Русск. обозр.», 1892, № 1), что дало повод к оживлённой полемике между автором, с одной стороны, и профессорами Киевской духовной академии и В. И. Модестовым — с другой. В последнее время полемика по этому вопросу (точнее говоря, по вопросу, были ли христиане действительными или мнимыми поджигателями Рима) вновь загорелась в Италии по поводу брошюры С. Pascal, «L’incendio di Roma e i primi Cristiani» (1901).
Иоанн XIII (папа римский)
Иоанн был отмечен хронистами за его благочестие. С детства он имел прозвище «Белая курица» из-за его светлых волос. Его эпитафия в базилике, где он был похоронен, гласит:
Существует легенда, связанная с образом Иоанна XIII. По Дитриху из Меца, один из вельмож при дворе императора Оттона I был одержим злым духом, в результате чего уродовал собственное лицо и кусал руки. Император приказал, чтобы дворянин был препровожден к папе Иоанну XIII и на него были надеты цепи Святого Петра. Согласно легенде, Иоанн надел копии цепей апостола на вельможу, но это не помогло. Однако, когда папа надел истинную цепь Святого Петра, с которой он, согласно Деяниям Апостолов, бежал из тюрьмы царя Ирода, густой дым вышел из тела дворянина, и злой дух его покинул.
Золотой дом Нерона
Римский пожар 64 года расчистил в городе обширные пространства, прилегавшие к Палатинскому холму, центру империи (arx imperii), некогда — месту жительства легендарных царей Рима. Первым цезарем, построившим свой, пока ещё скромный, дворец на склонах Палатина, был Август (первое десятилетие до н. э.). Тиберий, когда жил в Риме, обитал во дворце Августа, и, вероятно, расширил его. В четвёртом десятилетии н. э. Калигула выстроил на Палатине новый дворец, соединённый с Форумом высоким деревянным мостом, «чтобы ходить в гости к Юпитеру». Нерон, по словам А. В. Амфитеатрова, «нашёл Палатин уже застроенным и не дающим волю его творческой фантазии… не застраивать же было ему единственную пустующую часть холма — area Palatina — традиционное место свиданий государей с приветствующим их народом.». Он начал с постройки «проходного дворца» (domus transitoria), дворца-пассажа, соединявшего в низине Палатинский и Эсквилинский холмы. До 64 года планы постройки обширной виллы внутри города, а, возможно, и полной реконструкции Рима, не могли быть реализованы: пришлось бы пойти против вековой традиции и снести десятки храмов и монументов, что даже Нерону было не по силам. Пожар 64 года снял это препятствие.
Гражданские войны в Древнем Риме
После 30 до н.э, республика была объединена под лидерством Октавиана. В 27 до н. э. Октавиану сенат предоставил титул Августа. Эти две даты, как полагают, отмечают конец республики и рождение Римской империи. Период правления Юлиев-Клавдиев был известен как «Pax Augusti» (мир Августов), и был началом эры, известной как «Pax Romana» (римский мир). Следующая гражданская война произошла только после смерти Нерона в 68 году.
Благодатный огонь
"В Великую Субботу, накануне Пасхи, на утреннем церковном служении во храме Гроба Господня, по пропетии: «Кирие, элейсон» (Господи, помилуй!) — Ангел нисходит и возжигает лампады, висящие над Гробом Господним. Патриарх передает этот Огонь епископу и наконец всему народу, дабы всякий мог засветить этот Огонь в своем доме. Нынешнего Патриарха зовут Феодосием (863—879); он призван на это место за своё благочестие."
Митрополит Кесарии Каппадокийской Арефа пишет в начале X века, в послании к эмиру Дамасскому:
Нерон
Описание правления Нерона историка III века Диона Кассия (книги 61—63 его «Римской истории») большей частью утеряно, а те фрагменты, которые сохранились, были изменены Ксифилином в XI веке.
Программа Nero для записи файлов на оптический диск путем прожига названа в честь императора Нерона, по преданию, сжегшего Рим.
Градостроительство Древнего Рима
После убийства Коммода в ночь на 1 января 193 года прекратила своё существование династия Антонинов. Вспыхнул политический кризис, известный в истории как «Год пяти императоров». Сперва преторианцы убили Пертинакса, затем Рим заняли войска Септимия Севера, сместившие Дидия Юлиана, который был казнён. Положив начало новой династии, Септимий Север прежде всего распустил старую преторианскую гвардию, заменив личный состав верными людьми. Вскоре недалеко от Рима был расквартирован II Парфянский легион.
К концу II века в Риме почти перестали возводить новые храмы. Лишь в начале III века были заново перестроены храм Весты и расположенный по соседству атриум весталок, сильно пострадавшие при пожаре. Храм был построен в виде круглого периптера с коринфскими колоннами на отдельных пьедесталах. Атриум весталок был расширен: вокруг двора, украшенного фонтанами и статуями, располагались жилые и хозяйственные помещения. В этот же период потеряли свою былую популярность театральные представления, вытесненные гладиаторскими боями. Опустевшие театры повсеместно стали переделывать для новых зрелищ, что привело к смешению театра и амфитеатра. Также при императоре Септимие Севере (193—211 годы) на внутренней стене храма Мира (форум Веспасиана) был создан уникальный мраморный план Рима.
В 203 году у южного склона Палатина был построен монументальный нимфеум Септизоний, который заслонил субструкции императорского дворца. Стену почти 90-метровой длины, обращённую к Аппиевой дороге, украшали трёхъярусные портики с мраморными колоннами и экседры со скульптурами. В центре находилась статуя императора Септимия Севера, а вокруг неё — фонтаны.
Анастасий II (папа римский)
Имя Анастасия II не было включено в древние мартирологи; даже тени подозрения о каких-то соглашениях с Константинополем было достаточно для того, чтобы он стал вторым (после Либерия) из неканонизированных Римских пап, хотя предполагаемая вина так и осталась неподтвержденной. Согласно средневековой легенде, нашедшей отражение в Божественной Комедии Данте, Анастасий II был ввержен в ад: «Здесь Папа Анастасий заточен / Вослед Фотину правый путь забывший» (Ад, XI, 8-9). Тем не менее, современные ученые считают это ошибкой: скорее всего, Данте имел в виду византийского императора того времени, Анастасия I.
Фавориты императора Гонория
На картине изображён западноримский император Гонорий, занятый кормлением собравшихся на коврике перед ним птиц. Тёмные цвета ковра и его одежды определяют пространство. На расстоянии от Гонория и птиц изображена одетая в более светлые тона группа советников, стремящихся привлечь внимание правителя. На заднем плане высится статуя первого римского императора Октавиана Августа.
О большом пристрастии Гонория к птицам известно из труда «Война с вандалами» византийского историка Прокопия Кесарийского: Говорят, что в это время в Равенне василевсу Гонорию один из евнухов, вероятнее всего, смотритель его птичника, сообщил, что Рим погиб; в ответ василевс громко воскликнул: «Да ведь я только что кормил его из своих рук !». Дело в том, что у него был огромный петух, по имени Рим: евнух, поняв его слова, сказал ему, что город Рим погиб от руки Алариха; успокоившись, василевс сказал: «А я-то, дружище, подумал, что это погиб мой петух Рим». Столь велико, говорят, было безрассудство этого василевса.
Пиетас
Когномен «Пий» получали особо благочестивые лица, чья привязанность и почтительность к родителям имела экстраординарный характер. Так, современниками он был присвоен Квинту Цецилию Метеллу Пию за его старания по возвращению отца из изгнания, а также Сексту Помпею Магну после битвы при Мунде. Этот когномен также стал частью имени императора Римской империи Антонина Пия. От латинского слова pietas образованы французское piété и немецкое Pietät, пришедшие в русский язык в форме «пиетет», имеющем значение «глубокое уважение, почтительное отношение к кому-либо или чему-либо».
История Рима
Эпоху в жизни города составило правление Нерона, более, однако, в отрицательном, чем в положительном смысле. Ему косвенно или непосредственно обязан Рим тем, что в центре его появилось огромное пространство, свободное от построек. Возникло оно вследствие известного пожара, совершенно уничтожившего кварталы между Палатином и Эсквилином и сильно повредившего другие, особенно центральные части города. Сам Нерон хотел воспользоваться пожаром для осуществления своей идеи расширения палатинского дворца вплоть до Эсквилина, то есть для создания особого императорского города; но исполнению этой идеи было положено только начало, золотой дом Нерона далеко не был доведен до конца. Печальную картину представлял Рим во время смут, последовавших за смертью Нерона: ряд начатых построек золотого дома по соседству с опустевшим и обгорелым центром и разрушенным Капитолием, в уцелевших домах постои солдат, на улицах постоянные смуты и борьба.
Только с утверждением на престоле династии Флавиев Рим оживляется и вновь поднимается из руин, на этот раз более красиво и целесообразно построенным. Ряд мер полицейского характера меняет вид улиц; о новой распланировке города нет речи, но новые дома имеют более благообразный вид: одной из мер Веспасиана было, например, обязательное снабжение каждого дома портиком, благодаря чему улицы получали вид крытых галерей. Свободным пространством после пожара Флавии воспользовались для своих монументальных построек. Веспасиан не мог сочувствовать идее нероновского золотого дома; территорией его он воспользовался для ряда колоссальных построек. В долине между Палатином и Эсквилином возник и теперь ещё стоящий амфитеатр — Колизей, вокруг него — ряд построек служебного характера; недалеко оттуда, на Целии, вырос колоссальный храм, окруженный портиками и посвященный памяти божественного Клавдия. Веспасиан и в этом храме Клавдия, и в храме Мира, почти примкнувшем к форуму Августа, повторял идею императорских fora. Храм и форум Мира, возникший в связи с прежними площадями, но по направлению к Колизею, а не к Марсову полю, показывает, что Веспасиану желательно было связать центр города с территорией золотого дома. В том же направлении идет деятельность его преемников: Тит воздвигает рядом с Колизеем свои термы, Домициан связывает форум Мира с комплексом площадей первых императоров так называемой проходной площадью (forum transitorium), с храмом Минервы; постройку этой площади заканчивает Нерва.
История Древнего Рима
Династия Антонинов — третья от начала принципата римская императорская династия, её представители: Нерва (96-98), Траян (98-117), Адриан (117—138), Антонин Пий (138—161), Марк Аврелий (161—180) и Коммод (180—192). Правление Антонинов было эпохой относительной стабилизации, но все же оно не избежало крупных внутриполитических потрясений: мятежи иудеев при Траяне и Адриане, волнения в Греции, Египте и Мавритании при Антонине Пии, восстания в Британии и в Египте и мятеж наместника Сирии Авидия Кассия при Марке Аврелии. Кризисные тенденции усилились при Коммоде, который попытался возродить абсолютистский курс Калигулы, Нерона и Домициана: ущемление высших слоев, террор против сенатской оппозиции, заигрывание с армией (повышение жалованья солдатам) и столичным плебсом (щедрые раздачи и грандиозные зрелища), требование божественных почестей и провозглашение себя новым Геркулесом. Истощение казны, массовые конфискации, увеличение налогов, неспособность государства обеспечить бесперебойное снабжение Италии продовольствием и справиться с многочисленными разбоями в провинциях лишили Коммода какой-либо поддержки в обществе. В ночь на 1 января 193 он был убит в результате заговора своих приближенных. С его гибелью окончилась эпоха Антонинов.
Инсула
Марциал и Ювенал писали о плохом состоянии столичных инсул во времена Флавиев и в начале эры Антонинов. К середине II века ситуация не изменилась, так, Авл Геллий вновь описывает постоянную опасность пожаров в римских инсулах. Во время правления Антонина Пия Рим по-прежнему опустошали серьёзные пожары, подверженность пожарам многоквартирных домов юрист Ульпиан принимает как должное и сообщает, что в императорском Риме ни дня не проходило без пожара. Историк III века Геродиан разъясняет причину постоянных бедствий: многие из домов столицы всё ещё частично были выстроены из дерева. Полтора века после Геродиана Симмах описывал как катастрофу обвал жилого дома на форум Траяна.
Гамилькар Барка
Античные историки единодушно дают самые высокие оценки Гамилькару как храброму воину, непобедимому полководцу и непреклонному врагу Рима. Тит Ливий вложил в уста Ганнона слова о том, что римляне называют Гамилькара вторым Марсом. В источниках неоднократно встречается утверждение, что, если бы не ранняя гибель Гамилькара, Вторая Пуническая война началась бы намного раньше.
Ефрем Антиохийский
Однажды ему было сообщено о некоем столпнике, проживавшем в окрестностях Иераполя, — именно Ефрему было сказано, будто тот столпник входил в общение с еретиками северианами. Великий архиерей Божий тогда самолично отправился к нему и упрашивал его, и даже слезно умолял, отстать от Северова заблуждения… 
Желая устрашить патриарха, столпник ответил: 
— "Прикажем, господин патриарх, разжечь большой костер и войдем на него оба: будет правой вера того, кто выйдет из огня целым и невредимым; ему мы и последуем все!" 
Когда было принесено множество дров, патриарх приказал развести громадный костер около столпа, а затем сказал столпнику: 
— "Сойди со столпа, и, согласно словам твоим, пойдем оба в огонь". 
Столпник изумлялся между тем горячей вере патриарха и его твердому упованию на Бога и не желал сходить со столпа. 
Тогда патриарх сказал ему: 
— "Разве не сам ты решил так? Разве не этим именно способом захотел ты испытать Бога? Почему же ныне ты не желаешь вступить в огонь?" 
Вслед за тем патриарх, сняв омофор и став вблизи костра, возвел очи свои на небо и помолился Богу… Окончив молитву, патриарх бросил свой омофор в средину пламени. Несмотря на то, что огонь горел около трех часов и дрова вполне разгорелись, патриарх вынул из огня свой омофор целым и нисколько неповрежденным.
В 544 году Ефрем, после долгих раздумий, подписал указ императора Юстиниана I об анафеме епископов еретиков Феодора, Феодорита и Ивы. Сомнения Ефрема были вызваны неосуждением этих лиц на Халкидонском соборе.
Марк Порций Катон Старший
Для потомков Катон был известен прежде всего как яркая личность, борец против роскоши и пороков, воплощение староримских добродетелей, а его сочинениям была уготована более сложная судьба (об их влиянии см. ниже раздел «Влияние на римскую литературу»). Кроме того, Катона часто связывали с окончательным разрушением Карфагена. В эпоху гражданских войн в I веке до н. э. римляне начали воспринимать время после Второй Пунической войны как «золотой век» Римской республики, а Катона — как образцового политика. Для Цицерона имя Катона было синонимом старых, почти забытых нравов предков ("mos maiorum"): он упоминал его в своих речах едва ли не каждый раз при упоминании о светлом прошлом. Он посвятил ему диалог «Катон, или о старости» ("De senectute"), но его образ в этом сочинении не совсем историчный: как полагает М. Е. Грабарь-Пассек, в изображении Цицерона Катон — «"умудрённый жизнью старец,  восхваляющий жизнь на лоне природы и прелести старости"», что не соответствует другим сведениям других источников, рисующих чрезвычайно деятельного человека, считавшего старость «безобразной». Высоко ценил личность Катона историк Тит Ливий. В начале II века н. э. в моду вошла архаизированная латынь, благодаря чему внимание к личности Цензора и к его сочинениям резко возросло. Творчество и личность древнего автора почитали, в числе прочих, императоры Адриан и Марк Аврелий, а также наставник последнего, известный ритор Фронтон. Последний однажды предложил установить в каждом городе памятник Цензору.
Камо грядеши (роман)
Почти всё действие романа проходит в Риме и его окрестностях. Подробно показан знаменитый римский пожар, который по преданию Нерон организовал сам, чтобы вызвать поэтическое вдохновение. Во время правления Нерона христиане впервые подверглись масштабному гонению, на них император возложил вину за пожар.
В это гонение мучениками стали апостолы Пётр и Павел, их смерть также описана в книге. Название романа писателю подсказало старинное предание: апостол Пётр после уничтожения почти всех христиан Рима тайно покидает город, за городом он встречает Христа и спрашивает у него: «Куда идешь, Господи?». Христос отвечает: «Раз ты оставляешь народ Мой, Я иду в Рим на новое распятие». После этого Пётр вернулся в Рим и принял мученическую смерть. Этому событию посвящена базилика Петра на Ватиканском холме, а также сохранившаяся до наших дней церковь-часовня "«Quo vadis»" на Виа Аппиа в Риме (вблизи древних Капенских ворот). В храме-часовне имеется бюст Сенкевича, поставленный польскими эмигрантами.
Налог на общественные туалеты
Необходимость как можно быстрее пополнить казну государства после только что закончившейся гражданской войны заставила Веспасиана вводить самые разные налоги и жестоко карать за попытки уклониться от их уплаты, что давало римлянам повод для злословий. Римский историк Гай Светоний Транквилл (70 — 140 г. н. э.) описывает диалог, состоящийся между императором Веспасианом и его сыном Титом. Когда последний упрекнул отца в неблагородном происхождении денег, собранных путём введения налога на туалеты, император заставил сына понюхать монеты и спросил, чем они пахнут. «Ничем» — ответил сын. «Странно, а ведь они из мочи!» — поставил точку в диалоге император. Так родилось крылатое выражение non olet pecunia — «деньги не пахнут» (также aes non olet — «медь не пахнет»).
Римские имена
В надписях после имени раба указывается имя господина в родительном падеже и характер занятий раба. После имени господина стоит слово "servus" (раб) всегда сокращенно "ser", очень редко "s", также оно может стоять между двумя когноменами господина; вообще строгого порядка слов нет. Слово «раб» часто совсем отсутствует; как правило, его нет у рабов, принадлежащих женщинам. Напр., "Euticus, Aug(usti) ser(vus), pictor" — Эвтик, раб Августа (императорский раб), живописец; "Eros, cocus Posidippi, ser(vus)" — Эрот, повар Посидиппа, раб; "Idaeus, Valeriae Messalin(ae) supra argentum" — Идей, казначей Валерии Мессалины.
Источники знаний о Римской империи
Однако, в последнее время Annales maximi снова обратили на себя общее внимание. Дело началось с издания Германом Петером (1870) сохранившихся отрывков не дошедших до нас «остатков Р. историков» (Reliquiae etc.), первое место между которыми отведено отрывкам из Annales maximi. Касаясь вопроса о их происхождении, Петер высказал мысль, что доски этих анналов выставлялись не ради поучения потомства, не для того, чтобы служить материалом для истории, а в интересах современников, с целью сообщить им сведения об одержанной победе и т. п. Этим материалом пользовались затем, по свидетельству Дионисия, римские историки; Петер находит возможным указать в тексте Ливия 8 мест, заимствованных непосредственно из анналов. С этим нельзя согласиться уже потому, что важнейшее из этих мест относятся к первым годам республики, то есть к эпохе догалльского пожара; но мысль Петера, что «доски» на форуме исписывались понтификами не ради исторических, а ради практических целей, заслуживает полного внимания. Только едва ли вероятно, что эти доски играли роль официальных бюллетеней или новостей; гораздо правдоподобнее предположение Зеека («Die Kalendertafel der Pontifices», 1885), что album — не что иное, как публично выставлявшийся понтификами календарь на текущий год. Неудовлетворительно объяснение Зеека, почему в этот календарь стали входить анналистические данные, ради которых был составлен свод содержания досок, в 80 книгах, старшим понтифексом Муцием Сцеволой, в эпоху Гракхов. Гораздо убедительнее решен этот вопрос Цикориусом, в статье «Annales М.», в новом издании «Real-Encyclopoedie» Pauly. Говоря с некоторым пренебрежением о содержании понтификального альбома, Катон указывает, что там можно узнать о затмениях солнца и луны, о дороговизне хлеба и т. п. Принимая во внимание это известие и важное участие коллегии понтификов во всех действиях и обрядах, совершавшихся римскими магистратами, Цикориус приходит к заключению, что понтифики отмечали на своих календарных досках совершавшиеся ими жертвоприношения и другие обряды по случаю освящения храмов, празднеств, знамений (напр. солнечных и лунных затмений) или бедствий (напр. засухи, голода, чумы и т. п.). Этим объясняется, с одной стороны, что эти tabulae, когда они были сведены Муцием Сцеволой, получили название анналов, а с другой стороны, что ни Ливий, ни Дионисий нигде не ссылаются на анналы и единственный отрывок из них, приводимый Авдом Геллием, касается искупительного обряда, предложенного гаруспексами по случаю удара молнии в форум. Из всего этого следует, что и большая или понтификальные анналы, независимо от вопроса о их начале, не могли служить обильным и надежным источником для древней Р. истории. А при этих условиях первый римский историк — анналист Фабий Пиктор и следовавшие за ним анналисты имели в своем распоряжении, кроме фастов, лишь случайный и скудный материал: надписи на храмах и памятниках Рима, законодательные памятники (XII таблиц и отдельные законы или плебисциты), обряды и храмовые празднества, в которых сохранялась память о прошлом, предания исторического содержания (о Порсенне, взятии Вей, взятии Р. галлами), семейные предания и родословные, и лишь со времени второй самнитской войны — кое-какой анналистический материал, а затем для третьего века до н. э. уже и сведения, почерпнутые у сицилийских историков. Скудная летопись, составленная первым анналистом Фабием Пиктором для эпохи, предшествующей второй пунической войне — он писал, по свидетельству Дионисия, лишь «эпитомарно» — стала постепенно разрастаться, вследствие риторического воспроизведения римского прошлого у позднейших анналистов, не желавших уступать и в историографии исключительное первенство грекам. Но если область доступной исследованию Р. истории значительно сократилась сравнительно с тем, как она в начале столетия представлялась оптимизму Нибура, то она расширилась для нас в других направлениях. Уже Моммзен попытался, с помощью сравнительного языковедения, воссоздать картину древнейшего быта латинян до их отделения от греков. Дальнейшее развитие лингвистики подвергло сомнению (Schrader) существование отдельного греко-италийского племени, но лингвистические исследования сохранили своё значение для исследователя Р. истории, особенно в вопросе о влиянии греческой культуры, и создали более твердую почву для этнографии древней Италии, где ещё Нибур был принужден довольствоваться критикой и комбинацией одних литературных известий, напр. разноречивых преданий о пеласгах у древних писателей. Ещё ближе касается Р. истории интересный материал, доставляемый археологией в новом значении этого слова, то есть бытовой археологией, развившейся наряду с археологией художественной. Долгое время в Италии весь интерес при раскопках сосредоточивался на добывании художественных или по крайней мере ценных по материалу произведений. Когда в 1817 г. были найдены в могильнике на Албанской горе глиняные погребальные урны первобытного изделия в форме хижины, римские археологи отнеслись к ним равнодушно, полагая, что имеют пред собою варварские сосуды ретийских солдат императорской эпохи или грубых аборигенов, населявших Лаций до прихода Энея. Лишь успехи археологии в странах, не знавших в своем прошлом блестящей, художественной культуры — в Скандинавии и Швейцарии, — научили правильно оценивать скромный и скудный материал, доставляемый раскопками на почве Италии. Исследование, с 50-х годов, свайных построек в Швейцарии побудило итальянских археологов раскапывать и изучать так наз. terra mare. то есть остатки свайных поселений на суше, в долине По. Вскоре удалось составить довольно полную картину быта обитателей террамар, а раскопки древнейших могильников в Романье (Villanova, Marzabotto и т. п.) дали возможность указать соединительные звенья между культурой террамар и могильников Альбы Лонги. Когда занятие Рима итальянцами вызвало строительную горячку в новой столице Италии, на Эсквилине и в его окрестностях, под простонародным кладбищем республиканской эпохи, были найдены более древние могилы, обнаружившие непосредственную связь быта древних римлян с более древним бытом их соплеменников на склоне Албанской горы и в террамарах. С другой стороны, раскопки на Эсквилине сомкнули цепь, связующую доисторическую эпоху в жизни Рима с исторической: на Эсквилине, напр., были найдены под стеною, приписываемой Сервию Туллию, покойники в глиняных стволообразных гробах, относящихся, очевидно, к эпохе более древней, чем самая стена, перерезавшая старинное кладбище, когда понадобилось расширение городских укреплений.
Великий пожар Рима
Однако современные историки более склонны полагаться на описание событий, данное Тацитом, пережившим пожар в детском возрасте. По его свидетельству, Нерон немедля отправился в Рим и за свой счёт организовал спасательные команды для спасения города и людей. Также, ещё во время пожара, он разработал новый план строительства города. В нём Нерон установил минимальное расстояние между домами, минимальную ширину новых улиц, обязал строить в городе только каменные здания, а также все новые дома строить таким образом, чтобы главный выход из дома был обращён на улицу, а не во дворы и сады.
После нас хоть потоп
После нас хоть потоп ( [a.pʁɛ nu lə de.lyʒ]), вариант После меня хоть потоп ( [a.pʁɛ mwa lə de.lyʒ]), то есть после нашей смерти погибай хоть весь мир; это выражение принадлежит маркизе де Помпадур и было в первый раз употреблено ею при получении Людовиком XV глубоко поразившего его известия о неудачном сражении при Росбахе (1757). Помимо этого, фраза фаворитки стала и олицетворением губительной расточительности финансовой политики Людовика, который оставил в наследство Людовику XVI страну, находящуюся на грани банкротства.
Мистерия апостола Павла
Нерон празднует фальшивый триумф, после которого следует оргия. Нерон паясничает, по его приказу окружающие занимаются любовью. Министр внутренних дел Тигеллин сообщает императору, что существуют люди, которые не придерживаются общепринятых в Риме норм — христиане. Нерон хочет видеть одного из них. К нему приводят апостола Павла. Происходит первое столкновение императора с новой верой. Нерон ввергает Павла в тюрьму. Мы слышим большой монолог апостола о христианской любви (2-е послание к Коринфянам). Начинается великий римский пожар. В чудовищном пламени гибнут люди и животные. В самый разгар пожара Нерон на балконе своего дворца поет стихи из «Энеиды» Вергилия, описывающие пожар Трои. Бедствие кончается. Тигеллин сообщает, что народ считает виновником пожара именно его, Нерона. Нерон решает переложить вину на христиан. Следует сцена их сожжения; погибая, они поют «Верую». Нерон вершит суд над ап.Павлом, Тигеллин произносит обвинительную речь, Нерон юродствует. Павла осуждают на смерть. По всей империи начинается мятеж против Нерона. Его свергают. Чтобы не подвергнуться мучительной казни, он решает кончить жизнь самоубийством — Нерон вновь кривляется: «Какой великий артист погибает!». Его добивает раб. В тихом звуке музыки возникает имя апостола. Оно растет, возвышается, переходит в финал-апофеоз ап.Павла.
Великий пожар Рима
Об организации Нероном пожара говорится в телесериале «Доктор Кто» в серии «Ад» ().
Manus manum lavat
Manus manum lavat () — фразеологический оборот, употребляемый в значениях: «Рука руку моет, и обе белы живут»; «Услуга за услугу»; «"tu mihi, ego tibi"» («"ты мне, я тебе"»).
Цитируется в приписываемом философу Платону диалоге «Аксиох» как изречение греческого комедиографа Эпихарма. Из римских писателей встречается у Петрония («Сатирикон», XLV), а также у Сенеки в сатирическом произведении «Отыквление» [то есть превращение в тыкву, символ глупости] божественного Клавдия, где боги решают, признать ли, согласно традиции, умершего императора (слабоумного Клавдия) богом:
Мнения разделились, но, видимо, решение склонялось в пользу Клавдия, ибо Геркулес[которого Клавдию удалось склонить на свою сторону], видя, что надо ковать железо, пока горячо, начал перебегать от одного к другому и всех подговаривать:"Не подводи, пожалуйста, меня, при случае я тебе отплачу чем угодно: "рука руку моет"."
Тит (император)
В июле римляне начали штурмовать башню Антония — ключ к Храмовой горе. С помощью таранов они пробили стену, но оказалось, что за ней уже построена новая. После двухнедельных боёв солдаты Тита всё-таки заняли башню и подступили к Храму. Пробить его стену тараном не удалось; «когда Тит убедился, что пощада чужих святынь ведёт к ущербу и гибели его солдат, он отдал приказ поджечь ворота». На следующий день (предположительно 5 августа) Тит собрал своих офицеров, чтобы решить, что делать с Храмом дальше. Согласно Иосифу Флавию, командующий отверг предложение разрушить Храм; но есть прямо противоположное свидетельство Сульпиция Севера, использовавшего утраченные книги «Истории» Тацита. Большинство учёных считает, что именно Тит настоял на том, чтобы Храм был разрушен.
Храм Сатурна (Римский форум)
Храм в честь бога Сатурна был воздвигнут около 489 года до н. э. вскоре после победы над этрусскими царями из рода Тарквиниев. Храм несколько раз сгорал, так, в 42 году до н. э. он заново был отстроен после пожара эдилом Мунацием Планком. Ему приписывается возведение подиума, полностью покрытого травертином (40 м в длину, 22,50 — в ширину и 9 — в высоту). Храм был отреставрирован после пожара во время правления Карина (283 год н. э.). Надпись на фризе подтверждает это:  — «Сенат и народ Рима уничтоженное пожаром восстановили».
Великое гонение
Несколько ранее февраля 303 года огонь уничтожил часть императорского дворца. Галерий убедил Диоклетиана, что преступниками были христиане, вступившие в заговор с дворцовыми евнухами. Было проведено расследование, но виновные не были установлены, тем не менее казни последовали. В числе казнённых были евнухи Дорофей и Горгоний. В «Церковной истории» Евсевий приводит красочное описание, как некоего Петра сначала бичевали, потом поливали уксусом, а после этого жарили по частям на жаровне. Казни продолжались, как минимум, до 24 апреля, когда были обезглавлены 6 человек, включая епископа Анфима. Гонения продолжались, и теперь пресвитеры и прочее духовенство арестовывались без предъявления обвинения и приговаривались к смерти. Второй пожар произошёл 16 дней спустя после первого, после чего Галерий покинул город, объявив его небезопасным. Диоклетиан вскоре последовал за ним. Лактанций обвиняет Галерия и его подручных в поджогах. Константин впоследствии называл это «небесным огнём».
История Древнего Рима
Нерон (54—68 годы н. э.) был пятым римским императором, последним из династии Юлиев-Клавдиев. Римский император Нерон прославился и сделал свой вклад в историю как неоднозначный и сложный человек, который с одной стороны знаменит своей жестокостью, паранойей, боязнью заговоров и покушений на себя, а с другой известен как любитель изящных искусств, поэзии, пиров и спортивных игр.
Правление Нерона характеризуется крайней жестокостью. Так, была убита его жена Октавия, которая не смогла подарить ему наследника, были уничтожены сотни патрициев и граждан Римской империи, которые подозревались в заговорах или неодобрении его политики. Неуравновешенность и сложное психическое состояние Нерона подтверждается пожаром, который он устроил в Риме. Чтобы получить незабываемые впечатления и эмоциональный прилив, который был необходим ему как поэту и театральному актёру, Нерон поджёг город и наблюдал за пожаром с холма, делясь впечатлениями с окружавшими его патрициями и придворными. Подтверждением жестокости императора стало расследование причин пожара. Им была выдвинута мысль о причастии христиан к поджогу города. Тысячи христиан, которые в те времена жили в Риме и его окрестностях были арестованы и собраны в тюрьмах города. По указу императора христиане были подвергнуты пыткам и издевательствам и в конечном итоге были получены признания от лидеров христиан, в том, что именно они подожгли город. А когда было получено признание — тысячи невинных людей были казнены или же использованы для организации гладиаторских боев, самые крупные представления посетил сам Нерон со своей свитой, которую заставлял разделять получаемое им удовольствие.
Нерон не имел интереса к политике и управлению государством. Такое отношение к государству привело к началу упадка в экономике, отсутствию поддержки в среде аристократии, обеспеченных граждан, армии.
Источники знаний о Римской империи
Отсюда Нибур делал вывод, что большие анналы сохранились лишь со времени гальского погрома, во время которого деревянные доски вероятно сгорели в доме понтифекса. Но, по аналогии с средневековыми анналами, Нибур предполагал и в Риме существование частных анналов и семейных хроник, с самого начала республики. Такого рода анналы могли сохраниться в домах знати на Капитолии, который не был сожжен, и данные, в них заключавшиеся, составили остов древнейшей Р. истории; все что в ней жизненно, в чём её сок и сила (Saft und Kraft), все, что придает ей связанность, передано потомству в песнях. Нибур предполагал, что некоторые отрывки из этих древнейших анналов сохранились подлинно в тексте Ливия, подобно тому, как в других местах Ливия он видел отрывки из древнего эпоса. Эти два источника истории, письменный — летописный и устный — эпический, текли порознь, пока не были соединены Фабием Пиктором. Такова стройная теория историографии, послужившая опорой Р. истории Нибура (доведенной до пунических войн).
Римляне (Доктор Кто)
Вместо того, чтобы убить Йена Далес напал на Нерона. Прибежала стража, и Далес с Йеном начали биться со стражниками. Йен звал Барбару, но Нерон схватил её и она не смогла сбежать, но Йен с Далесом успели сбежать. Нерон сказал что когда они вернутся за Барбарой он их схватит. Попея приказала Тавиусу избавиться от Барбары. Тавиус пообещал помочь Барбаре сбежать с Йеном. Барбара рассказала Тавиусу, что Нерон собирается отправить на арену Максимуса. Тавиус рассказал Доктору, что Максимус собирался убить Нерона и что во время концерта на Доктора натравят львов. Появляется Нерон. Во время разговора Доктор держал за спиной очки и линзой случайно поджег чертежи Рима Нерона. Тогда Нерона осенило, что можно поджечь Рим тогда у сената не будет выбора кроме как сделать Рим по его чертежу .Йен и Далес смешиваются с толпой рабов и идут о дворец .Тавиус послал одного из охранников проверить все ли нормально. Рабам Нерон приказал сжечь Рим. Тавиус проводил Йена к Барбаре и дал Барбаре одежду рабов. Доктор с Вики вышли на улицу,Вики сказала: «Вот Йен с Барбарой удивятся узнав где мы были». Далес с Йеном и Барбарой бегут вместе с другими рабами, но вскоре отделяются. Рим горит. Далес отделился от группы и остался дома. Йен и Барбара вернулись к себе в дом. После вернулись и Доктор с Вики так и считающие, что Йен с Барбарой только лежали и ничего не делали. Когда ТАРДИС продолжил полет Доктор сказал Йену, что какая-то сила схватила их и они падают.
Сербский крест
Кресты с огнивами встречаются на древнегреческих вазах как элементы узора одежды древних греков. Со времён Римской империи кресты с огнивами использовали в качестве символов, но не элементов гербов или эмблем. Некоторые историки связывают их с лабарумом, эмблемой империи Константина Великого. В VI веке крест с четырьмя полями, в которых располагались буквы, стал изображаться на чеканящихся византийских монетах. После Крестового похода бедноты крест с огнивами стал символом первых крестоносцев, а как символ Византийской империи он стал использоваться при Михаиле VIII Палеологе, который сверг Латинскую империю и возродил Византийскую империю. В качестве огнива использовалась греческая буква «бета» (Β) — первая буква в каждом из четырёх слов греческого девиза "Βασιλεὺς Βασιλέων, Βασιλεύων Βασιλευόντων" ().
Великий пожар Рима
Великий пожар Рима () — пожар, опустошивший одиннадцать из четырнадцати кварталов Рима при императоре Нероне, в июле 64 года. Пожар начался в ночь с 18 июля на 19 июля в лавках, расположенных с юго-восточной стороны Большого цирка, к утру пламенем была охвачена бо́льшая часть города, и только через шесть дней удалось остановить распространение пламени.
Помимо официально зарегистрированных граждан там проживало огромное количество неучтённых рабов, сезонных рабочих из ближних провинций, а также нелегальных мигрантов из стран, прилегающих к границам империи. Огонь распространялся очень быстро, этому способствовали искривлённые узкие улицы и огромные здания, которые также препятствовали движению толп, спасающихся от пожара. Полностью выгорела Священная улица с храмом Весты и многие другие здания.
Марк Плеторий Цестиан
Последнее упоминание о Цестиане относится к 51 году до н. э. Цицерон в письме к Аттику из Киликии упоминает «известие, что плеториевым пожаром обожгло Сея». Сей — это римский публикан и враг Цицерона; исследователи единодушны во мнении, что Марк Плеторий был осуждён за какое-то преступление (возможно, за вымогательство), а Сея признали его соучастником. Цицерон счёл необходимым заметить, что известие про Сея его «не огорчает». Отсюда возникло предположение, что новости про Цестиана автора письма всё-таки огорчили и что в речи в защиту Фонтея Цицерон называет Марка Плетория своим другом всерьёз.
Монеты Нерона
После так называемого великого пожара Рима 64 года Нерон объявил о необходимости гармонии в обществе в свете общей для каждого римлянина беды. Официальная политика проявила себя в частности помещением богини согласия Конкордии на монеты. Выпуски 65 года и позднее изображают богиню, олицетворяющую Рим, Рому. Она символизирует либо восстановление города после разрушительного пожара, либо победы римской армии на востоке. Во втором случае на протянутой руке Ромы находится богиня победы Виктория. Во время пожара пострадала одна из главных древнеримских святынь храм Весты. Его восстановление отобразили на монете.
Тит (император)
Ещё при жизни отца Тит стал официальным наследником императорской власти. Он занимал должность префекта претория и почти каждый год избирался консулом. После смерти Веспасиана в 79 году Тит стал императором (это был первый в истории Рима случай перехода власти от отца к родному сыну). Во внутренней и внешней политике Тит продолжил курс отца. Его недолгое правление было отмечено большим пожаром в Риме и извержением Везувия; при ликвидации последствий этих катаклизмов Тит проявил большую щедрость. В античных источниках он изображён как идеальный правитель.
Великий пожар Рима
Хотя, скорее всего, Нерон не имел к пожару никакого отношения, необходимо было срочно найти ответственных за пожар. И этими ответственными стали христиане (существует версия, что христиане были лишь одними из представителей восточных религий и культов, обвинёнными в поджоге, а не единственными). Через несколько дней после пожара христиан обвинили в поджоге города. По Риму прокатилась волна погромов и казней. Тацит описывает эти события так:
И вот Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощрённейшим казням тех, кто своими мерзостями навлёк на себя всеобщую ненависть и кого толпа называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается всё наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев. Итак, сначала были схвачены те, кто открыто признавал себя принадлежащими к этой секте, а затем по их указаниям и великое множество прочих, изобличённых не столько в злодейском поджоге, сколько в ненависти к роду людскому. Их умерщвление сопровождалось издевательствами, ибо их облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзаны насмерть собаками, распинали на крестах, или обречённых на смерть в огне поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения.
Эдикт Каракаллы
Из современников об указе упоминает только Дион Кассий («Римская история», книга LXXVIII, глава 9), порицая императора. Текст указа сохранился в грекоязычных папирусах, и реконструируется следующим образом:
"«Император Цезарь Марк Аврелий Север Антонин Август говорит: (теперь же…) следует отсрочить всякие жалобы, устные и письменные, чтобы я поблагодарил бессмертных богов, что они этой победой… меня сохранили невредимым. Я полагаю, что я лучшим и наиболее благочестивым образом удовлетворю величие богов, если я всех чужестранцев, когда бы они не вошли в круг моих подданных, приобщу к почитанию наших богов. Итак, я дарую всем чужестранцам во всей вселенной римское право гражданства, за исключением тех, кто происходит от сдавшихся. При этом я сохраняю все государственно-правовые различия существующих общин»".
Публий Корнелий Сципион Эмилиан Африканский
Это продолжалось семь дней. Римские части постоянно сменяли друг друга, а Публий Корнелий оставался на поле боя, без сна и отдыха. Наконец, на седьмой день к нему пришли жрецы храма Эшмуна с просьбой подарить жизнь всем, кто хочет выйти из Бирсы. Сципион ответил согласием. Этим воспользовались, согласно Аппиану, 50 тысяч человек, согласно Орозию, 55 тысяч (30 тысяч мужчин и 25 тысяч женщин), согласно Флору — 36 тысяч воинов. Остались только 900 римских перебежчиков в храме Эшмуна, стоявшем на отвесной скале, а с ними — Гасдрубал, его жена и двое детей. Защитники храма не могли держаться долго, поскольку у них не было продовольствия. Они оставили внешнюю ограду и перебрались в здание, а Гасдрубал, бросив семью, пришёл к римлянам. Сципион усадил его у своих ног; перебежчики, увидев это, осыпали Гасдрубала «всяческой бранью и упрёками» и подожгли храм. Их гибель в огне означала, что Карфаген пал.
Город горел 17 дней. Полибий сообщает, что глядевший на грандиозный пожар Сципион Эмилиан заплакал от жалости к гибнущему городу. Проконсул процитировал «Илиаду»:
Сальванди, Нарсис-Ашиль
Автор афоризма «"мы танцуем на вулкане"», который возник при следующих обстоятельствах: 5 июня 1830 года герцог Орлеанский (с 30 июля 1830 года — французский король Луи Филипп) устроил в своём парижском дворце Пале-Рояль бал в честь короля Обеих Сицилий Франциска I, при этом кто-то устроил в дворцовом саду небольшой пожар, и полиция начала выводить оттуда людей. Бывший на балу граф Сальванди произнёс тогда свои знаменитые слова: «"Это вполне неаполитанский праздник... Мы танцуем на вулкане"». Эти слова оказались пророческими: через два месяца революция свергла Карла X. Следует отметить, что ещё в 1794 году Робеспьер говорил: "«Мы ходим по вулканам»."
Гиппон
Возник около 1 200 года до н. э. как колония Тира. Римляне прозвали Гиппон «Царским», так как здесь находилась резиденция царей Нумидии. Вблизи этих мест в конце весны 46 до н. э., на заключительном этапе гражданской войны, были потоплены эскадрой Публия Ситтия помпеянские командиры Квинт Цецилий Метелл, Публий Юниан, Манлий Торкват и Плеторий Цестиан. В последнее столетие существования Западной Римской империи большой авторитет получила гиппонская епископия, во главе которой стоял св. Аврелий Августин. Именно здесь были написаны его основные труды. При жизни Августина в Гиппоне состоялось несколько церковных соборов, посвящённых определению Библейского канона.
Жизнь двенадцати цезарей
Сочинение Светония бесценно в том отношении, что оно проливает свет на домашнюю, интимную сторону деятельности римских императоров. Именно к «Жизни двенадцати цезарей» восходят наиболее расхожие мотивы и сюжеты, связанные с императорами (конь Калигулы, актёрские упражнения Нерона, слова Веспасиана «деньги не пахнут», гладиаторское приветствие "Ave, Caesar, morituri te salutant"). Взгляд автора не искажён сенаторскими предрассудками, свойственными, например, произведениям Тацита. За идеал правителей он принимает «божественных» Августа и Тита.
Солнечная печь
Во время Второй Пунической войны (218—202 до н. э.), греческий ученый Архимед, как говорят, отразил атакующие римские суда, поджигая их используя «горящее стекло», которое, возможно, было массивом зеркал. Эксперимент, чтобы проверить эту теорию был проведен группой в Массачусетском технологическом институте в 2005 году.
И пришел к выводу, что, хотя теорией была звук для стационарных объектов, зеркалам бы вряд ли удалось сконцентрировать достаточное количество солнечной энергии, чтобы поджечь корабль в боевых условиях.
Филолог (апостол от 70)
По римским преданиям, Филолог был знатный римлянин, сын св. Персиды, упоминаемой св. ап. Павлом в послании к Римлянам (XVI, 12). С молодых лет служил в преторианской гвардии, отличался мужеством и красотою; случайно познакомился со св. Акилою, которого он защитил от грубых оскорблений языческой толпы. Юлия, отличавшаяся необыкновенной красотою, была его супругою; находилась в родствe с Персидою, у которой была еще дочь Клавдия. Через посредство Акилы молодая чета познакомилась с ап. Павлом во время его первых римских уз и им была обращена в христианскую веру, но Филолог не желал оставлять выгодной при дворе службы и был потаенным христианином. Вскоре по освобождении ап. Павла из уз и отбыли его из Рима в 64 году Нероном был подожжен город и в сожжении столицы обвинены были христиане, за что, по приказанию императора, мнимые виновники преступления были преданы страшной казни; христиане, облитые смолой и горючими веществами, были сожжены и представляли из себя огненные факелы в садах Нерона. Филолог и Юлия не попали в число первых жертв неистовства Нерона. Положение Филолога в преторианской гвардии некоторое время отклоняло от него подозрения в принадлежности к христианству. После ужасной казни римских христиан Филолог решился пойти и объявить себя христианином; некоторые из братии убеждали его пощадить себя и юную жену, что видимо смутило его, но Юлия прекратила внутреннюю борьбу своего мужа. Она, обратившись к Филологу, твердым голосом произнесла: «Где поставил нас Господь, там мы и должны быть и не страшиться высказывать доброе исповедание Его. В жизни и в смерти мы — чада Его». На следующий день Филолог и Юлия явились к префекту Рима, жестокому Тигеллину и исповедали себя христианами. С пылавшими огнём священного мужества и одушевления глазами, Филолог смело выступил пред кровожадным тираном, признал себя открыто христианином, и высказал сожаление, что он не исповедал свою веру раньше, боясь лишиться места в преторианской гвардии. Юлия также решительно высказала свои убеждения и обратилась к Богу с молитвою простить их прежнее малодушие и милостиво принять их настоящее исповедание. При виде её светлого почти детского лица, в толпе, жаждущей кровавых зрелищ, шевельнулось невольно чувство сострадания к невинной жертве. Но это был лишь один миг. Участь христиан была решена; их приговорили к сожжению. Нерон распорядился, чтобы муж и жена сгорели вместе на одном костре.
Октавиан Август
Религиозная политика императора, нацеленная на укрепление традиционных римских верований, считается одним из важнейших направлений его деятельности по «восстановлению республики». Октавиан отремонтировал или отстроил заново 82 храма и святилища в Риме, восстановил церемонию авгурского гадания за процветание государства и народа ("auguris salutis"), получил право возводить семьи в поредевшее из-за войн и естественной убыли сословие патрициев. В 12 году до н. э., после смерти Лепида, Октавиан стал великим понтификом. Пользуясь этими полномочиями, он восстановил важную жреческую должность фламина Юпитера ("flamen Dialis"), остававшуюся вакантной после самоубийства Луция Корнелия Мерулы в 87 году до н. э. Во 2 году до н. э. император освятил храм Марса-Мстителя ("Mars Ultor") на форуме Августа, где отныне должен был собираться сенат при обсуждении вопросов войны и мира. Вновь начали проводиться игры на празднике луперкалий и игры в честь ларов — покровителей перекрёстков. Восстанавливая почитание последних, Октавиан приказал отремонтировать все святилища ларов на перекрёстках улиц и дорог, а также распорядился добавить в них свои собственные изображения. Широко пропагандировались лозунги окончания войн и установления мира ("pax Augusta"), и в 13 году до н. э. в Риме был заложен алтарь мира ("ara pacis"). В «Деяниях божественного Августа» император подчёркивал, что в его правление трижды закрывались ворота храма Януса, что символизировало прекращение всех войн. Наконец, устанавливалось почитание обожествлённой абстракции "Pax Augusta" («мир Августа»), сопровождавшееся ежегодными жертвоприношениями.
Dominus et deus noster sic fieri iubet
Впервые данное выражение встречается в произведении Светония «Жизнь двенадцати цезарей». В этих словах отразилась склонность к самовозвеличиванию, присущая римскому императору Домициану.
С не меньшей гордыней он начал однажды правительственное письмо от имени прокураторов такими словами: «Государь наш и бог повелевает () …» — и с тех пор повелось называть его и в письменных и в устных сообщениях только так.
От происходит доминат — неограниченная монархия, установленная в Риме в правление императора Диоклетиана. В результате «» стало официальным обращением к императору.
Веста
Древние римляне воспринимали Весту целомудренной богиней. В «Фастах» Овидия представлен рассказ, согласно которому её пытался во время сна обесчестить Приап. Крик осла разбудил богиню, в связи с чем ослов освобождали от работ в праздник богини весталии.Старшая весталка Эмилия поручила заботу о вечном огне молодой и ещё неопытной жрице. Она недоглядела за очагом, и огонь погас. На жрицу пало обвинение в том, что огонь перестал гореть из-за «позора» весталки. Эмилия, при великом понтифике и других собравшихся в храме Весты жрецах, заявила о своей невиновности. Затем она сказала: «Веста, охраняющая город римлян, если верно то, что я почти тридцать лет службы тебе исполняла свои обязанности честно, если я за это время сохранила душу чистой и тело нетронутым, яви себя и приди мне на помощь! Не будь безразлична к своей жрице, не дай ей погибнуть самой несчастной из смертных! Но если я совершила какое-либо бесчестие, то накажи меня, а город избавь от моего позора!» После этого она оторвала от своих одежд кусок ткани, бросила на очаг, и он сразу же загорелся.
Марк Антоний
После самоубийства Антония Октавиан остался без политических противников и приложил много усилий для популяризации своего образа — «восстановителя республики». Со временем началась фактическая реабилитация многих оппонентов его приёмного отца и его собственных — Катона Младшего, Гнея Помпея, Цицерона, даже Брута. Однако Антоний по-прежнему оставался врагом, а все следы его пребывания стирались из информационного поля: его имя начали стирать из посвятительных и даже официальных надписей (в частности, из консульских фаст), все следы сделанных ранее почестей уничтожались, заложенный Клеопатрой храм в честь Антония после завершения перепосвятили Октавиану. Имя Антония ни разу не упоминалось в декрете о новых почестях Октавиану по случаю самоубийства Марка. День его рождения стал считаться официально проклятым, а всем мужчинам из рода Антониев законодательно запретили носить преномен — личное (первое) имя — Марк. Об отношении простых римлян к поражению Антония известно немного. Записанная Макробием в «Сатурналиях» история позволяет говорить об их готовности к любому исходу кампании 31 года до н. э. По словам римского автора, после битвы при Акции люди, желавшие продемонстрировать своё преклонение перед победителем и надеявшиеся на щедрое вознаграждение, начали дарить ему птиц, повторявших заученные похвалы в честь Октавиана. Впрочем, выяснилось, что один из дарителей заранее подготовил и другую птицу — вместо «Да здравствует Цезарь, победитель, император!» она повторяла «Да здравствует победитель император Антоний!»
Сигизмунд (император Священной Римской империи)
В 1414 году созвал Констанцский собор, предназначенный для ликвидации Великого раскола (1378—1415 годы) и выбора общего папы. Эту задачу он выполнил, однако вошёл в историю прежде всего вынесением смертного приговора Яну Гусу, что и привело к многолетним гуситским войнам. По преданию, на Констанцском соборе, в ответ на сделанное ему замечание, что, употребив слово schisma в женском роде, он нарушил латинскую грамматику, Сигизмунд ответил: «Ego sum rex Romānus et supra grammaticos» (Я — римский император и выше грамматиков).
Градостроительство Древнего Рима
После продолжительных гражданских войн, которые сопровождались жесточайшими проскрипциями, конфискациями земель и домов, римское общество стремилось к миру и спокойной жизни. Смуты и войны способствовали тому, что стали очень популярны идеи о прошлых счастливых временах, о благочестивых предках, которые вели простую и «правильную» жизнь. Октавиан не уставал подчёркивать, что с его воцарением наступили мирные времена и народ вернулся к обычаям старого Рима. Первым, что сделал Октавиан, была реставрация старых храмов, где, как писал поэт Секст Проперций, «паук ткал свою паутину». Кроме восстановления пришедших в запустение храмов, были также освящены и новые. В центре каждого римского района стояла часовня, посвящённая ларам и гению Августа (за ними следили особые магистры, ежегодно избираемые на свой пост). Однако, Октавиан отрицательно относился к восточным культам и запрещал в пределах Рима строить храмы, посвящённые египетским богам.
Начало империи ознаменовалось масштабной перестройкой Рима. Как писал Гай Светоний Транквилл: Октавиан Август «получил Рим кирпичным, а оставил его мраморным». В 29 году до н. э. Август возвёл на Римском форуме триумфальную арку, посвящённую победе над Марком Антонием и Клеопатрой. Центральный сводчатый пролёт арки по бокам фланкировали меньшие пролёты прямоугольной формы. В том же году на форуме были закончены и открыты для публики курия Юлия и храм Цезаря.
Римские имена
Агномен чаще всего был личным прозвищем в том случае, если когномен был наследственным. Иногда римлянин получал агномен за какие-либо особые заслуги. Публий Корнелий Сципион в честь победы, одержанной им над Ганнибалом в Африке в 202 до н. э., стал именоваться торжественно Африканским (лат. "Africanus", ср. прозвания русских полководцев — Александра Невского, Дмитрия Донского, Суворова-Рымникского, Потемкина-Таврического). Луций Эмилий Павел получил прозвище "Macedonicus" за победу над македонским царем Персеем в 168 до н. э. Диктатор Луций Корнелий Сулла сам присоединил к своему имени агномен "Felix" (счастливый), так что его полное имя стало "Lucius Cornelius Sulla Felix". Агномен "Felix" из личного прозвища превратился затем в наследственное (консул 52 н. э. "Faustus Cornelius Sulla Felix").
Цезарь (титул)
Юлий Цезарь был убит в 44 году до н. э. Его наследник, внучатый племянник Гай Октавий Фурин, по завещанию получил и имя диктатора. После своей победы в гражданской войне и установления режима принципата он именовался как Гай Юлий Цезарь Октавиан Август. Две части этого имени — Цезарь и Август — впоследствии включались в официальные имена всех римских императоров, со временем превратившись в титулы. В литературной традиции же эти два имени вообще стали практически синонимами официальных титулов правителей — princeps и imperator. Так, например, у Веллея Патеркула Август и Тиберий, как правило, именуются «Caesar» (51 раз), Август 16 раз назван «Augustus», Тиберий — ни разу. «Imperator» по отношению к правителю встречается всего 3 раза (вообще в тексте — 10 раз), а титул «princeps» — 11 раз. В тексте Тацита слово «princeps» встречается 315, «imperator» — 107, a «Caesar» — 223 раза по отношению к принцепсу и 58 раз по отношению к членам правящего дома. Светоний использует «princeps» — 48, «imperator» — 29, a «Caesar» — 52 раза. Наконец, в тексте Аврелия Виктора и «Эпитомы о Цезарях» слово «princeps» встречается 48, «imperator» — 29, «Caesar» — 42, a «Augustus» — 15 раз. В этот период титулы «август» и «цезарь» были практически тождественны друг другу. Последним императором, именовавшимся Цезарем как родственник Юлия Цезаря и Августа, был Нерон.
Александр Север
В Палатинском дворце и в общественных сооружениях он повелел поместить изречение, услышанное им от христиан: «Не делай другому того, чего не хочешь самому себе» (Vita A. S. LI 7-8; cр. Мф 7, 12; Лк 6, 31). В свете подобных свидетельств маловероятны сообщения поздних актов о мученичестве святых Цецилии, пап Урбана I, Каликста I, Калопеда и Астерия, Мартины именно в правление А. С."
Сенат (Древний Рим)
Даже после падения Западной Римской империи Сенат в Риме продолжал функционировать при варварском правлении, сохраняя влияние на уровне города. Известен, например, эпизод, когда «Теодерих отправил к императору Зенону легата Феста, главу сената, надеясь получить для себя царское облачение». Однако в середине VI века численность римских знатных родов уменьшилась в результате войн между остготами и Византией, так как город переходил из рук в руки, и варвары уводили представителей знати в качестве заложников. Последние упоминания римского сената относятся к 603 году: в Григорианском регистре упоминается, что в этом году сенат приветствовал открытие статуй императора Фоки и его жены Леонтии. Предполагается, что как учреждение сенат исчез примерно в 630 году, когда с разрешения византийского императора Ираклия I, в римской курии была построена базилика .
Палаты
Слово, согласно этимологическим исследованиям, заимствовано в русский язык из греческого. Оно восходит к "", а то в свою очередь к " "«дворец» и собств. «Палатинский холм», который со времён Августа стал резиденцией римских императоров. Прокопий Кесарийский в своем повествовании «Война с вандалами», написанном в VI веке новой эры, описывает греческий эквивалент следующим образом: «…царский дом римляне, подражая грекам, называют Палатием. Поскольку некий Паллад, родом эллин, ещё до взятия Трои поселился в этом месте и построил здесь замечательный дом, они стали называть это строение Палатием; Август, став автократором, решил сделать его своим местопребыванием, и с того времени Палатием называют помещение, в котором пребывает царь» ("Прокопий Кесарийский". Война с вандалами. Кн. I. Гл. XXI.).
Амвросий Аврелиан
Современник Гальфрида, Уильям Мальмсберийский, называет Аврелиана «…"последний из уцелевших римлян, который стал монархом после Вортигерна, подавил самонадеянных варваров при помощи Артура…"». Ambrosius, the sole survivor of the Romans, who became monarch after Yortigern, quelled the presumptuous barbarians by the powerful aid of warlike Arthur.
Александр из Дамаска
Раннее высказывались предположения, что Александр из Дамаска тождествен «Александру-платонику», о котором Марк Аврелий упоминает в 1-й книге сборника своих мыслей «К самому себе». Там римский император говорил он нём как о своём учителе в умении «не говорить никому часто и без нужды и в письмах не писать, что я-де занят, и не извинять себя вечно таким способом». По крайней мере известно, что именно благодаря Марку Аврелию Александр оказался во главе парипатеческой кафедры в Афинах.
Архитектура Древнего Рима
После Адриана римское зодчество быстро клонится к упадку, вдаётся в вычурность мотивов, излишество украшений, в смешение самых разнородных форм и в иррациональность их употребления. Наступает четвёртый, последний период истории римской архитектуры, продолжающийся до окончательной победы христианства над язычеством (с 138 по 300 гг.). И в это время, каждый император старается оставить о себе память каким-либо значительным сооружением. Антонин Благочестивый строит в Риме храм Антонина и Фаустины; Марк Аврелий — колонну своего имени по образцу Траяновой; Септимий Север — тяжёлые, обременённые архитектурными и скульптурными украшениями триумфальные ворота в подражание арке Тита, а также небольшой, но гармоничный по пропорциям и благородно-красивый по деталям храм Весты в Тиволи. Каракалла наделяет Рим необычайно обширными и роскошными общественными банями, Аврелиан — колоссальным храмом Солнца. При Диоклетиане построены термы, ещё более вместительные и великолепные, чем бани Каракаллы, но представлявшие собой, по конструкции и расположению, только сколок с них. Не менее колоссален был сооружённый этим императором в Спалато (в Далмации) дворец, из камней которого выстроена впоследствии значительная часть этого города.
Веста
Кроме самой богини, на монетах римских императоров чеканят объединяющий всё государство храм Весты. Когда, во время великого пожара Рима 64 года, храм пострадал, его восстановление в следующем 65 году сразу же нашло отображение на деньгах.
Гай Веллей Патеркул
Гай Велле́й Пате́ркул (; около 19 года до н. э. — около 31 года) — римский историк, автор «Римской истории» («Historiae Romanae libri II») в 2 книгах, излагающие события от Троянской войны до 30 года н. э. Особенно подробно описаны времена Августа в виде биографических очерков выдающихся деятелей.
Сошествие Христа в ад
Тема сошествия Христа в ад присутствует в сочинениях христианских авторов, начиная со II века. Из раннехристианских авторов об этом писали Поликарп Смирнский, Игнатий Богоносец, Иустин Философ, Мелитон Сардийский, Ипполит Римский, Климент Александрийский, Ориген и Тертуллиан. Первые авторы в основном развивали тему воскрешения Христом ветхозаветных праведников, однако начиная с Мелитона Сардийского (ум. ок. 190 года) в богословскую традицию входит утверждение, что после своей крестной смерти Спаситель душой сошёл в ад «и Душой овладел всем адом». Уже в трудах писателей II—III веков сложилась совокупность представлений о сошествии в ад, впоследствии воплощённая в «Евангелии Никодима».
В сочинениях Ипполита Римского (ум. ок. 235 года) уже содержатся упоминания о проповеди в аду Иоанна Предтечи и о сокрушении Христом ада: «"привратники ада, увидев Тебя, убоялись, и сокрушились врата медные, и вереи железные сломались, и се, Единородный вошел [туда] как душа к душам, Бог Слово одушевленное; ибо тело лежало во гробе и отнюдь не было лишено Божества; но, даже во аде пребывая, сущностью Он был со Отцом и таким образом был и в теле и во аде"».
Наивность
Нельзя исключать возможность того, что появившееся в русском языке слово наивный, в момент своего «рождения» содержало в себе все смыслы и энергию, свойственные лат. nativus. Обращение к Риму как норме и идеалу государственной мощи было традиционно для русской культуры. «Повесть о князех владимирских» связывала Рюрика с потомством брата Августа Прусом. В «Степенной книге…» представлен сюжет о дарах — регалиях греческого императора Константина Мономаха, врученных киевскому князю Владимиру Мономаху: «Его же ради мужества и греческаго царя Конъстантина Манамаха диадиму и вѣнецъ и крестъ животворящаго древа приемъ, и порамницю царскую и крабицю сердоличную, из нея же веселяшеся иногда Августъ кесарь Римьскии, и чѣпь златую». Иван Грозный в послании шведскому королю Иоганну III писал: «Мы от Августа Кесаря родством ведемся». Симеон Полоцкий уподобляет царя Алексея Михайловича римскому императору Константину Великому, сделавшему христианство государственной религией:
История Римской империи
В 139 году Антонин Пий, согласно римским обычаям, принял титул «Отца Отечества» (лат. "Pater Patriae"), хотя он сначала хотел от него отказаться. Однако император отклонил предложение сената переименовать сентябрь в антонин, а октябрь в фаустин — в честь нового императора и его жены. Фаустина Старшая получила от сената титул Августы. Известно, что Антонин Пий всего лишь один раз покидал пределы Италии за всё время своего правления, живя постоянно на своей вилле в Ланувии. Основными принципами его правления были "«aequitas, felicitas, fides»" («справедливость, счастье, верность»). При нём провинции достигли своего расцвета. Одним из главных достоинств правления Пия было то, что он был легко доступен для всех своих подданных, и во вмешательстве вольноотпущенников для обработки каждого запроса не было никакой необходимости. Известны депутации, которые посылались императору из Тарракона, галльских городов. Были и случаи, когда Антонин Пий разрешал некоторые споры, возникавшие в провинциях. Вот один из примеров: некоторые граждане Фив были в споре с городом Платеи из-за некоторых земель, располагавшихся между городами. Будучи не в состоянии решить этот вопрос самостоятельно, они вынесли его на суд императора, удовлетворившего их просьбу.
Татиана Римская
В Палатинском дворце и в общественных сооружениях он повелел поместить изречение, услышанное им от христиан: «Не делай другому того, чего не хочешь самому себе» (Vita A. S. LI 7-8; cр. Мф 7, 12; Лк 6, 31). В свете подобных свидетельств маловероятны сообщения поздних актов о мученичестве святых Цецилии, пап Урбана I, Каликста I, Калопеда и Астерия, Мартины именно в правление А. С. В войне с Персией (232) А. С. лично руководил войском, остановив продвижение Сасанидов в Месопотамию. Во время похода в Германию (234 - нач. 235) он вместе с матерью пал жертвой мятежа, поднятого буд. имп. Максимином".
Аврелиан
В итоге, по рассказу «Истории Августов», когда город был взят и солдаты, помня слова императора, что он не оставит в нём живой собаки, стали требовать отдать им Тиану на разграбление, Аврелиан ответил: «"Да, я объявил, что в этом городе не оставлю ни одной собаки: всех собак убивайте!"». После захвата города армия остановилась там на отдых. Затем Аврелиан перешёл в Киликию через Таврские горы, где все города сдались ему без боя. Около Антиохии состоялась первая битва между римлянами и пальмирцами. Несмотря на превосходство пальмирской конницы, армия Аврелиана одержала победу над Зенобией, которая бежала с остатками своего воинства к Эмесе. Оставшийся небольшой гарнизон в Антиохии римляне быстро разгромили. Всех жителей города Аврелиан помиловал. После взятия Антиохии в походе наступил непродолжительный перерыв. Дождавшись подкреплений из Малой Азии, Аврелиан снова двинулся в путь. У Эмесы состоялась новая битва, окончившаяся победой римлян. Зенобия бежала со всей своей армией в Пальмиру, а жители Эмесы открыли римлянам ворота. После завоевания Сирии Аврелиан направился к Пальмире, предварительно заключив союз с некоторыми пограничными племенами, которые обещали предоставить римской армии провизию и воду. Когда армия достигла ворот Пальмиры, римляне сразу начали осаду города. Аврелиан предлагал Зенобии заключить с ним мир, однако она считала, что римляне не сумеют взять Пальмиру, так как у её защитников было достаточно продовольствия, чтобы удержать город.
Градостроительство Древнего Рима
После смерти Веспасиана на Римском форуме, рядом с храмом Конкордии, началось строительство храма Веспасиана, завершённое уже при императоре Домициане. Простиль храма заслонил собой лестницу с форума на Капитолий. На подиуме были установлены статуи первых Флавиев — Веспасиана и Тита. В короткое правление императора Тита (79—81 года) продолжилось строительство Колизея и восстановление Капитолийского храма, начатые его отцом. В 80 году в Риме бушевал трёхдневный пожар, во время которого погибло множество зданий от Капитолия до Марсова поля, в том числе храм Нептуна, храм Исиды и Сераписа, театры Бальба и Помпея, дворцы Тиберия и Нерона, термы Агриппы, портик Октавии. Первые работы по восстановлению начались ещё при Тите, который построил на месте сгоревшего дворца Нерона термы Тита. 
Термы Тита, симметричный план которых известен благодаря рисунку Андреа Палладио, располагались между Колизеем и Эсквилинским холмом. В них вдоль главной оси находились кальдарий, тепидарий и фригидарий, а по сторонам от них — другие помещения (вестибюль, раздевальни, залы для омовений и массажа, зал для сухого потения). Посетители разделялись на отдельные потоки, которые после прохождения процедур сходились в центральных залах терм для дальнейшего времяпровождения.
Греко-персидские войны
Геродот первым из античных писателей называет греко-персидские войны термином τα μιδικα, который впоследствии станет одним из общепринятых для обозначения этого конфликта. Это название встречается у «отца истории» один раз и впоследствии стало применяться в значении хронологического ориентира, как и Троянская война. Фукидид также использовал в основном это понятие для обозначения конфликта. Этот термин является сокращением от τα μιδικα πραγματα, что означает «мидийские дела» (или «дела с мидянами», «отношения с мидянами»). Переводят это понятие в изданиях Геродота и Фукидида по-разному. У Фукидида это выражение подразумевает битву при Марафоне 490 года до н. э. и поход Ксеркса 480—479 годов до н. э. Таким образом, окончание войн он относил к 479 году до н. э. и не включал в него события пентеконтаэтии. В IV веке до н. э. этот термин продолжает сохраняться (оно используется в сочинениях Андокида, Ксенофонта и Аристотеля), несмотря на то, что появляется общая тенденция перехода от восприятия персов как мидян к восприятию их как персов.
Определение ο μιδικος πολεμος («мидийская война») впервые употребляет Фукидид, подразумевая поход Ксеркса. Диодор Сицилийский относил окончание войны к взятию Сеста в 479 году до н. э. Один раз Фукидид использует термин το μιδικο («мидийское дело»), подразумевая только военные действия против Ксеркса в 480 году до н. э.