Потёмкин, Григорий Александрович
Однако уже в декабре 1775 года императрице самим же фаворитом был представлен Завадовский, после чего отношения её к Потёмкину немного охладились. Потёмкин тяжело переживал разрыв и даже писал императрице что «жив не будет, кто его место займет». Однако, Екатерина успокоила его и заверила, что, несмотря на завершение их романа, Потёмкин продолжит оставаться её ближайшим другом и советником:
Мало влияния на положение Потёмкина оказало и возвышение Александра Ермолова в 1785 году.
Голицын, Алексей Дмитриевич
В 1736—37 гг. оказался замешан в судебной тяжбе своего зятя Константина Кантемира (женат на сестре Голицына А. Д.) со его мачехой, княжной А. Н. Трубецкой за наследство его отца, князя Дмитрия Кантемира. По закону, имения Дмитрия Кантемира не могли быть разделены, а должны были быть отданы старшему сыну Кантемира от первого брака. Старшим сыном был Константин. При разделе Сенат решил дело (о какой-то доле наследства) в пользу мачехи Константина Анастасии Ивановны. Константин обратился в Верховный Тайный Совет.