Колчак, Александр Васильевич
Верный Колчаку генерал Каппель во главе ещё сохранивших боеспособность остатков частей Восточного фронта поспешил ему на выручку — несмотря на лютую стужу и глубокие снега. В результате при переправе через реку Кан Каппель провалился с конём под лед, обморозил ноги, и уже 26 января скончался от воспаления легких. Тем не менее войска белых под командованием генерала Войцеховского продолжили движение вперед. Их оставалось всего 4—5 тысяч бойцов. Войцеховский планировал взять штурмом Иркутск и спасти Верховного правителя и всех томившихся в тюрьмах города офицеров. Больные, обмороженные, 30 января они вышли на линию железной дороги и у станции Зима разбили высланные против них советские войска. После короткого отдыха, 3 февраля, каппелевцы двинулись на Иркутск. Они с ходу взяли Черемхово в 140 км от Иркутска, разогнав шахтёрские дружины и расстреляв местный ревком. По свидетельству генерала Пучкова, генерал Войцеховский мог рассчитывать при реализации своего плана спасения Колчака не более чем на 5 тысяч бойцов, которые были растянуты вдоль дороги так, что на их сборы к месту боя понадобилось бы не менее суток. Армия имела четыре действующих и семь разобранных орудий с ограниченным количеством боеприпасов. В большинстве дивизий наличествовало не более двух—трёх пулемётов с малым количеством патронов. Ещё хуже дела обстояли с патронами у стрелков. Тем не менее, по свидетельству генерала, «…при малейшей надежде найти Верховного Правителя в городе армия атаковала бы Иркутск немедленно же с подходом к нему». В ответ на ультиматум командующего советскими войсками Зверева о сдаче Войцеховский направил красным встречный ультиматум с требованием освобождения адмирала Колчака и арестованных с ним лиц, предоставления фуража и выплаты контрибуции в размере 200 млн рублей, обещая обойти в этом случае Иркутск стороной. Большевики не выполнили требований белых, и Войцеховский перешёл в атаку: каппелевцы прорвались к Иннокентьевской в 7 км от Иркутска. Иркутский ВРК объявил город на осадном положении, а подступы к нему были превращены в сплошные линии обороны. Началось сражение за Иркутск — по ряду оценок, не имевшее себе равных за всю Гражданскую войну по ожесточённости и ярости атак. Пленных не брали. Каппелевцы взяли Иннокентьевскую и смогли прорвать линии городской обороны красных. На 12 часов дня был назначен штурм города. В этот момент в события вмешались чехословаки, заключившие с красными соглашение, имевшее целью обеспечение их собственной беспрепятственной эвакуации. За подписью начальника 2-й чехословацкой дивизии Крейчего белым было направлено требование не занимать Глазковского предместья под угрозой выступления чехов на стороне красных. Сражаться со свежим хорошо вооружённым чешским войском у Войцеховского уже не хватило бы сил. Одновременно пришли вести о гибели адмирала Колчака. В сложившихся обстоятельствах генерал Войцеховский приказал отменить наступление. Каппелевцы с боями начали отход в Забайкалье.
В ночь с 6 на 7 февраля 1920 года адмирал Колчак и председатель Совета министров Российского правительства Виктор Пепеляев были расстреляны без суда — по постановлению № 27 Иркутского военно-революционного комитета, подписанному Александром Ширямовым (председатель); а также Сноскаревым, Левенсоном (члены комитета) и управделами комитета Обориным.
Оппель, Владимир Андреевич
В 1930 году Оппель тяжело заболел: появились приступообразные боли в левой лобно-височной области, левосторонний экзофтальм, периодические обильные носовые кровотечения. Обследовавший его профессор В. И. Воячек связывал эти симптомы с хроническим гайморитом, которым Оппель страдал с 1901 года, и настоял на оперативном вмешательстве. В декабре 1930 года профессором Н. Н. Петровым выполнен кюретаж левой верхнечелюстной пазухи. Гистологическое исследование удалённых тканей выявило наличие клеток папилломатозного рака, в связи с чем была также проведена лучевая терапия, после окончания которой симптомы заболевания исчезли, а В. А. Оппель вернулся к хирургической практике. Однако уже весной 1931 года вновь появились интенсивные головные боли и выраженный левосторонний экзофтальм. В октябре 1931 года профессор Н. Н. Петров выполнил хирургическую операцию в объёме радикального удаления верхней челюсти и энуклеации левого глазного яблока, на которую Оппель согласился, лишь убедившись в возможности продолжать оперировать с одним глазом после нескольких месяцев тренировок, во время которых он завязывал левый глаз повязкой. Операция, во время которой на верхней стенке верхнечелюстной пазухи была обнаружена крупная раковая опухоль, завершилась благополучно, и вскоре после окончания лечения В. А. Оппель с протезом верхней челюсти получил возможность читать лекции студентам и врачам, оперировать, принимать участие в заседаниях хирургического общества. Однако в 1932 году после возвращения болевого синдрома был диагностирован рецидив рака; выполненная по этому поводу третья по счёту операция не смогла избавить Оппеля от вернувшихся жалоб. В сентябре 1932 года его здоровье заметно пошатнулось: появились ознобы, повышение температуры тела. Оппель сам диагностировал у себя абсцесс головного мозга, и 5 октября невропатологом М. И. Аствацатуровым этот диагноз был подтверждён. Абсцесс располагался у турецкого седла. На следующий день Н. Н. Петровым было выполнено вскрытие этого абсцесса, однако через 12 часов после операции 7 октября 1932 года на шестидесятом году жизни В. А. Оппель умер, не приходя в сознание. При аутопсии был установлен посмертный диагноз: "«Хронический лептоменингит основания черепа. Острый гнойный менингит базальной поверхности варолиева моста»". Похоронен на Академической площадке Богословского кладбища в Ленинграде.