Последний день Помпеи
Публицист и писатель Александр Герцен неоднократно писал о картине «Последний день Помпеи» в своих письмах, дневниках и других произведениях. В частности, в очерке «Новая фаза русской литературы» (другой перевод — «Новая фаза в русской литературе»), опубликованном в 1864 году в газете «La Cloche», он так описывал свои впечатления о полотне Брюллова: «На громадной картине вы видите группы испуганных, остолбеневших людей; они стараются спастись; они погибают среди землетрясения, извержения вулкана, настоящего катаклизма; они падают под ударами дикой, тупой, неправой силы, всякое сопротивление которой было бы бесполезно. Таково вдохновение, почерпнутое в петербургской атмосфере». Герцен сравнивал неотвратимые силы природы с деспотической российской властью; тем самым он видел в картине иносказание и метафору, которые, возможно, и не входили в сознательные цели художника.
Казнь Джейн Грей
Под непосредственным впечатлением от «Казни» Делароша написана «Казнь Инессы де Кастро» Карла Брюллова. Брюллов, экспонировавший на Салоне 1834 года «Последний день Помпеи», на спор подрядился написать новую картину всего за семнадцать дней. Результат, по мнению Михаила Алленова — «трагифарс, разыгрываемый актёрами провинциального театра и рассчитанный на невзыскательный вкус. Всё поставлено на грань вызывающей вульгарности: „хотите Делароша? — нате вам Делароша!“ …Если бы вам удалось сопоставить работы Брюллова и Делароша, то последний в своих картинах является самой грацией и тактом». По мнению Александр Бенуа, считавшего Делароша «настоящим упадочником», Брюллов и вовсе был «русским Деларошем», а Деларош — «местным [то есть парижским] Брюлловым». Заслуга их обоих в том, писал Бенуа, что «они влили новую кровь в истощённый, засохший было на классической рутине академизм и тем продолжили искусственно его существование на многие годы».