Гончарова, Наталья Николаевна
Осенью ухаживание Дантеса за Натальей Николаевной стало ещё более демонстративным, в светском обществе начались пересуды. Атмосферу, в которой оказались в этот период Пушкины, светские сплетни вокруг их семьи и Дантеса в полной мере отражает дневник Марии Мердер. 3 ноября друзьям поэта был разослан анонимный пасквиль с оскорбительными намёками в адрес Пушкина и его жены. Пушкин, узнавший о письмах на следующий день, был уверен, что они — дело рук Дантеса и его приёмного отца, голландского посланника Геккерна. Вечером 4 ноября он послал вызов (без указания причины) на дуэль Дантесу, который получил Геккерн. Геккерн просил у Пушкина отсрочки на 24 часа. Наталья Николаевна, узнав об этом, через своего брата Ивана срочно вызвала из Царского Села Жуковского. Благодаря участию Жуковского и Загряжской дуэль удалось предотвратить. Дантес объявил, что его целью была женитьба на сестре Натальи Николаевны Екатерине. 17 ноября Пушкин послал своему секунданту Соллогубу отказ от дуэли. Вечером того же дня было официально объявлено о помолвке Дантеса и Екатерины Гончаровой.
Данзас, Константин Карлович
В 1863 году были опубликованы воспоминания Данзаса о дуэли, записанные его другом А. Н. Аммосовым. В них было указано, что Пушкин будто бы случайно встретил Данзаса, посадил его к себе в сани, повёз во французское посольство к секунданту Дантеса д’Аршиаку, и что будто бы только там Данзас узнал, куда и зачем Пушкин его привёз. Здесь же отмечалось, что «на стороне барона Гекерена и Дантеса был, между прочим, и покойный граф Бенкендорф, не любивший Пушкина. Одним только этим нерасположением, говорит Данзас, и можно объяснить, что дуэль Пушкина не была остановлена полицией. Жандармы были посланы, как он слышал, в Екатерингоф, будто бы по ошибке, думая, что дуэль должна была происходить там». Хотя современники Пушкина утверждали о случайной встрече поэта с Данзасом, современные исследования, «представляющиеся достаточно убедительными, показывают, что Пушкин скорее всего повидался со старым товарищем накануне поединка и выбрал его секундантом отнюдь не случайно»; так, племянница Данзаса рассказывала, что у неё хранилась записка Пушкина к её дяде с приглашением помочь ему в деле чести.