Последний день Помпеи
Когда работа над картиной была окончательно завершена, Карл Брюллов стал показывать её в Риме в своей мастерской на "Via di San Claudio". Заказчик картины — князь Анатолий Демидов — заплатил за полотно сорок тысяч франков. Популярность картины и её автора стремительно росла: в те дни вместо обычного приветствия на римских улицах и в местных кафе можно было услышать: «Видели ли вы картину „Последний день Помпеи“, о которой говорит весь Рим?» Писатель Николай Рожалин в письме к литературному критику Степану Шевырёву от 25 августа 1833 года сообщал: «У нас в Риме важнейшим происшествием была выставка картины Брюллова в его студии. Весь город стекался дивиться ей». По рассказу самого́ автора «Помпеи», изложенному в воспоминаниях его ученика Аполлона Мокрицкого, в один из дней к нему в мастерскую пришёл глава римской школы художников Винченцо Камуччини, который, постояв несколько минут перед картиной, подошёл к Брюллову, прижал его к себе и сказал: «Обними меня, Колосс!» Работавший в Риме датский художник и скульптор Бертель Торвальдсен заявил, что «такой картины никто из теперешних художников не только написать, но и скомпоновать не в силах». Художник Григорий Гагарин писал, что «успех картины „Гибель Помпеи“ был, можно сказать, единственный, какой когда-либо встречается в жизни художника». По словам Гагарина, «это великое произведение вызвало в Италии безграничный энтузиазм»: в разных городах её автору устраивали торжественные приёмы, «ему посвящали стихотворения, его носили по улицам с музыкой, цветами и факелами».
Из Рима полотно перевезли в Милан, где оно с успехом экспонировалось на Миланской художественной выставке 1833 года, проходившей в Брерском дворце. Участие полотна в этой экспозиции было обеспечено при содействии Юлии Самойловой; сообщая об этом факте, художественный критик Владимир Стасов писал, что «Последний день Помпеи» был помещён на выставке «стараниями графини Самойловой, как видно из письма к его брату в ноябре 1833 года». Слава художника росла, его картину сравнивали с творениями Рафаэля, Микеланджело и Тициана. Брюллов получил диплом почётного члена Миланской Академии изящных искусств, в сопроводительном письме от которой было написано: «Присоединив Вас к себе в качестве своего почётного члена, Академия только увеличила блеск своей славы». Академии Болоньи, Флоренции и Пармы также сделали Брюллова своим почётным членом.
Помпеи
Небольшой, однако богато украшенный дом, принадлежавший торговцам-вольноотпущенникам Авлу Веттию Конвиве и Авлу Веттию Реституту. Настенная роспись выполнена после 62 года в четвёртом стиле. Через вход и вестибюль, где находится известная фреска с изображением Приапа, можно попасть в атрий, стены которого украшены фризами с амурами и психеями. Два крыла атрия украшены медальонами с головой Медузы и Силена (справа) и фреской с дерущимися петухами (слева). Ещё один вход ведёт сюда с улицы через хозяйственные постройки.
Справа располагается второй маленький атрий с ларарием (отдельным святилищем). Прямоугольный в плане перистиль перпендикулярен направлению главного входа. Он украшен дорическими колоннами и настенной живописью. Перистиль полностью восстановлен, по оставшимся следам воссозданы даже клумбы. В перистиль открывается триклиний, стены которого расписаны амурами, подражающими деятельности людей. Видны сцены торговли, гонок на колесницах, обработки металлов, ткачества, сбора винограда, празднеств. Там же большое количество фресок, иллюстрирующих эпизоды мифов, изображения богов. В зале слева от перистиля — юный Геракл, душащий змей.
Граффити на стене дома называет его владельцем Поппея Абито, родственника Поппеи, второй жены Нерона.