Солоневич, Иван Лукьянович
После окончательного захвата власти в Петрограде большевиками Иван с женой и братом Борисом бежал на юг России, в Киев; участвовал в Гражданской войне на стороне Белого движения, неоднократно менял место жительства, выполняя агентурные поручения, сотрудничая с И. М. Калинниковым, доставал секретные сведения, которые, как оказывалось, никому не были нужны. Работал в издаваемой под эгидой Киевского бюро Союза освобождения России газете «Вечерние огни» (выходившей с сентября по ноябрь 1919 года). В качестве корреспондента газеты он встречался с большевиком Д. З. Мануильским, в разговоре с которым высказал мысль о том, что большевизм обречён по причине отсутствия сочувствия масс, на что Мануильский ответил: «… да на какого же нам чёрта сочувствие масс? Нам нужен аппарат власти. И он у нас будет. А сочувствие масс? В конечном счёте — наплевать нам на сочувствие масс». Этот разговор имел большое значение для формирования взглядов Солоневича на Советскую власть.
Солоневич, Иван Лукьянович
Осенью 1925 года Ивану Солоневичу, благодаря известности в спортивном мире, удалось найти работу председателем тяжело-атлетической секции Научно-технического комитета Высшего совета физкультуры. Через год в Москву переехали и жена с сыном, а сам Солоневич получил работу инспектора физкультуры в Культ-отделе Центрального комитета ССТС. Жена устроилась переводчицей Комиссии внешних сношений при ВЦСПС. Солоневичи поселились в комнате брата Бориса, которую тот получил, работая инспектором физической подготовки Военно-Морского Флота, но так как он был сослан на Соловки, комната досталась Ивану. В квартире дома № 75 на Тверской улице, где жил Солоневич, было семь комнат, в которых ютились восемь семей, причём одна из них жила в ванной. Условия жизни в Москве тех времён были невыносимыми, и Солоневич с семьёй переехал за город, в Салтыковку (улица Луговая, 12), где ему удалось снять мансарду. Кроме спортивной работы, Солоневич занимался фоторепортажем, спортивной журналистикой, написал шесть книг на спортивную тематику, читал доклады на спортивную тематику, а также пытался зарабатывать на жизнь другими способами. В частности, Солоневич в 1928 году подготовил руководства объёмом свыше трёхсот страниц: «Гиревой спорт» для Книгоиздательства ВЦСПС и «Самооборона и нападение без оружия» для издательства НКВД РСФСР, публиковался в журналах «Физкультура и спорт», «Активист», «Вопросы стенографии и машинописи», «Теория и практика физкультурной работы», «Медицинский работник», «Нашей газете». Его неоднократно приглашали в «Динамо» для консультации тренеров общества. В 1927 году Ивану Солоневичу было предложено место заведующего клубом советского торгпредства в Англии, но назначению помешал дипломатический скандал, разгоревшийся между СССР и Англией из-за подозрений, что некоторые сотрудники советской торговой компании «АРКОС» занимались шпионажем. В 1928 году сорвалась заграничная командировка Солоневича за спортивным инвентарём — ОГПУ отказало в выдаче разрешения на выезд без объяснения причин. В 1930 году Солоневич был уволен из ССТС, и устроился на должность физкультурного инструктора в объединение промысловой кооперации. Тамара Солоневич впоследствии работала референтом Международного комитета горняков при Профинтерне, а с 1928 по 1931 год в берлинском торгпредстве, по возвращении из Германии вновь работала переводчицей, а в 1932 году заключила фиктивный брак с немецким гражданином и уехала в Германию. Иван и Борис приняли окончательное решение бежать из Советского Союза. С 1927 года Иван Солоневич регулярно ездил в Ленинград под прикрытием журналистской работы и занимался подготовкой к побегу. На квартире семьи Пржиялговских собиралось антисоветски настроенное общество, в которое тогда был внедрён секретный сотрудник Н. А. Бабенко, посвящённый в планы перехода границы.