Последний день Помпеи
Писатель Николай Гоголь в статье «Последний день Помпеи», написанной в августе 1834 года и опубликованной в январе 1835 года в сборнике «Арабески», называл картину одним из ярких явлений XIX века и «светлым воскресением живописи, пребывавшей долгое время в каком-то полулетаргическом состоянии», а самого́ Брюллова — «первым из живописцев, у которого пластика достигла верховного совершенства». Сравнивая Брюллова с его знаменитыми предшественниками, Гоголь писал: «Его фигуры, несмотря на ужас всеобщего события и своего положения, не вмещают в себе того дикого ужаса, наводящего содрогание, каким дышат суровые создания Микеля-Анжела. У него нет также того высокого преобладания небесно-непостижимых и тонких чувств, которыми весь исполнен Рафаэль. Его фигуры прекрасны при всём ужасе своего положения. Они заглушают его своею красотою». Именно в этом Гоголь видел высшее совершенство художника — в том, что в само́й катастрофе ему удалось показать всю красоту человека и «всё верховное изящество своей природы».
Ромео и Джульета: сцена в гробнице
«Ромео и Джульета: сцена в гробнице» () — картина английского художника Джозефа Райта, написанная в 1790 году, выставлявшаяся в 1790 и 1791 году, на выставке в Дерби в 1839 году в Институте Механики, и сейчас выставленная в Музее и художественной галерее Дерби. Картина изображает сцену из драмы «Ромео и Джульетта» Шекспира, в которой Джульетта, стоящая на коленях у тела Ромео, слышит чьи-то шаги и обращает на себя кинжал, чтобы покончить жизнь самоубийством (строка «Там шум! Я поспешу. О нож счастливый!» (акт 5, сцена 3)).