Фрейд, Зигмунд
Зигмунд Фрейд родился 6 мая 1856 года в небольшом (около 4500 жителей) городе Фрайберг в Моравии, которая на тот момент принадлежала Австрии. Улица, на которой родился Фрейд, — Шлоссергассе — сейчас носит его имя. Деда Фрейда по отцовской линии звали Шломо Фрейд, он умер в феврале 1856 года, незадолго до рождения внука, — именно в его честь последний получил имя. Отец Зигмунда, Якоб Фрейд, был женат дважды и от первого брака имел двоих сыновей — Филиппа и Эммануила (Эммануэля). Во второй раз он женился в возрасте 40 лет — на Амалии Натансон, которая была вдвое его моложе. Родители Зигмунда были евреями, происходившими из Германии. Якоб Фрейд имел собственное скромное дело по торговле тканями. Во Фрайберге Зигмунд прожил первые три года жизни, пока в 1859 году последствия индустриальной революции в Центральной Европе не нанесли сокрушительный удар по небольшому бизнесу его отца, практически его разорив, — как, впрочем, и почти весь Фрайберг, оказавшийся в значительном упадке: после того, как завершилась реставрация находящейся поблизости железной дороги, город переживал период роста безработицы. В том же году у четы Фрейдов родилась дочь Анна.
Елизавета Алексеевна
Прасковья Фредро, дочь знаменитой мемуаристки Варвары Головиной, долгое время бывшая подругой Елизаветы Алексеевны, в своих мемуарах писала об Адаме: "«Князь Чарторижский, введённый императором Павлом в окружение его сына, был одним из тех редких и опасных людей, которые сильно чувствуют и внушают столь же сильные чувства: их благородную и глубокую страсть выражает меланхолический взгляд, а их сдержанность и молчание говорят лучше всяких слов. Он не старался вызвать любовь великой княгини, напротив, он долго и доблестно противился её чувству, но эти усилия спасти её только подлили масла в огонь.»". По словам Фредро, Чарторыйский влюбился в 18-летнюю девушку, и они оба пытались сопротивляться своему чувству, а Александр же, наоборот, подначивал своего друга: "«Упрекая великого князя в неверности жене, указывая ему на опасности, которыми тот окружал её, он [Чарторыйский] слышал в ответ только скверные шуточки и советы не стесняться. (…) Всем известно, что великая княгиня оступилась. Но сколько было причин пожалеть её, простить и остаться так же преданной ей, как и моя мать!»".