Последний день Помпеи
Писатель Николай Гоголь в статье «Последний день Помпеи», написанной в августе 1834 года и опубликованной в январе 1835 года в сборнике «Арабески», называл картину одним из ярких явлений XIX века и «светлым воскресением живописи, пребывавшей долгое время в каком-то полулетаргическом состоянии», а самого́ Брюллова — «первым из живописцев, у которого пластика достигла верховного совершенства». Сравнивая Брюллова с его знаменитыми предшественниками, Гоголь писал: «Его фигуры, несмотря на ужас всеобщего события и своего положения, не вмещают в себе того дикого ужаса, наводящего содрогание, каким дышат суровые создания Микеля-Анжела. У него нет также того высокого преобладания небесно-непостижимых и тонких чувств, которыми весь исполнен Рафаэль. Его фигуры прекрасны при всём ужасе своего положения. Они заглушают его своею красотою». Именно в этом Гоголь видел высшее совершенство художника — в том, что в само́й катастрофе ему удалось показать всю красоту человека и «всё верховное изящество своей природы».
Тюльпановое безумие
Картина была написана Жеромом в 1882 году. Она известна как «Тюльпановое безумие» (, ), или «Дуэль над тюльпанами» (, ). Некоторое время полотно принадлежало Мэри Джейн Морган (1830—1885), жене железнодорожного магната , приходившегося двоюродным братом Джону Пирпонту Моргану. В замужестве Мэри вела благопристойную жизнь и была достаточно бережливой, однако после кончины мужа в 1878 году занялась скупкой всевозможных произведений искусства и собрала большую коллекцию, ставшую примечательной благодаря своим размерам, а не художественному вкусу богатой вдовы. Одной из любимых её картин было именно «Тюльпановое безумие» Жерома. После смерти Мэри Морган, в марте 1886 года в Нью-Йорке прошёл десятидневный аукцион, организованный , выручившим больше одного миллиона долларов за фарфор, серебро, книги, керамику, скульптуры, гравюры и картины. В числе прочих работ видных французских художников, в том числе Жерома, было продано и «Тюльпановое безумие»: за 6 тысяч долларов. В 1912 году на распродаже имущества Германа Шауса в Нью-Йорке картина была картина куплена агентом Дж. С. Эвансом от имени Томаса Футера за 1,650 долларов. В 1923 году работа перешла в качестве дара его дочери миссис Кефас Г. Гласс, а затем уже по наследству её дочери миссис Сирил У. Кин. В 1983 году она передала картину в дар Художественному музею Уолтерса в , пригороде Балтимора (Мэриленд, США).