Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки
Утром 6 августа 1945 года американский бомбардировщик B-29 «Enola Gay», названный так по имени матери (Энола Гей Хаггард) командира экипажа, полковника Пола Тиббетса, сбросил на японский город Хиросиму атомную бомбу «Little Boy» («Малыш») эквивалентом от 13 до 18 килотонн тротила. Три дня спустя, 9 августа 1945, атомная бомба «Fat Man» («Толстяк») эквивалентом в 21 килотонну тротила, была сброшена на город Нагасаки пилотом Чарльзом Суини, командиром бомбардировщика B-29 «Bockscar». Общее количество погибших составило от 90 до 166 тыс. человек в Хиросиме и от 60 до 80 тыс. человек — в Нагасаки.
Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки
Правительство США ожидало, что ещё одна атомная бомба будет готова к использованию в середине августа, и ещё по три — в сентябре и октябре.
10 августа Лесли Гровс, военный директор Манхэттенского проекта, направил меморандум Джорджу Маршаллу, Начальнику штаба армии США, в котором он написал что «следующая бомба… должна быть готова к применению после 17—18 августа». В тот же день Маршалл подписал меморандум, с комментарием, что «она не должна быть применена против Японии до тех пор, пока не будет получено прямое одобрение Президента». В то же время в Министерстве обороны США уже началось обсуждение целесообразности отложить использование бомб вплоть до начала Операции «Даунфол» — ожидаемого вторжения на Японские острова.
Проблема, перед которой мы стоим сейчас [13 августа], — это надо ли, предполагая, что японцы не капитулируют, продолжать сбрасывать бомбы по мере их производства, или накапливать их с тем, чтобы затем сбросить все в короткий интервал времени. Не все в один день, но в течение довольно короткого времени. Это также связано с вопросом о том, какие цели мы преследуем. Другими словами, не должны ли мы концентрироваться на целях, удары по которым в наибольшей степени помогут вторжению, а не на промышленности, боевом духе войск, психологии и т. п.? В большей степени тактические цели, а не какие-то другие.
Вплоть до 9 августа военный кабинет продолжал настаивать на 4 условиях капитуляции. 9 августа пришли известия об объявлении войны Советским Союзом и об атомной бомбардировке Нагасаки в 11 часов дня. На заседании «большой шестерки», состоявшемся в ночь на 10 августа, голоса по вопросу о капитуляции разделились поровну (3 «за», 3 «против»), после чего в обсуждение вмешался император, высказавшись за капитуляцию. 10 августа 1945 года Япония передала союзникам предложение о капитуляции, единственным условием которого было сохранение императора номинальным главой государства.