Взрыв в башне линкора «Айова» (1989)
В ходе церемонии 1999 года капитан флота в отставке Ларри Сикист, первый командир «Айовы» после возвращения в строй, произнёс речь перед бывшими членами экипажа «Айовы» и семьями 47 моряков, погибших при взрыве. Сикист подверг критике флот за то, что он вводил в заблуждение семьи погибших о своём расследовании и преследовал членов семей моряков, добавив при этом: «Со стороны командования флота хорошо было бы прийти сюда и сказать вам что-нибудь прямое, вроде „Мы просим прощения“». Представитель флота сказал в ответ: «Всё, что сказал капитан Сикист — это его мнение. Это его право».
Взрыв в башне линкора «Айова» (1989)
Группа анализа химикатов и материалов Sandia, возглавляемая Джеймсом Бордерсом, расследовала теорию о химическом детонаторе. Техники флота заявили, что пояски снарядов центрального орудия, выполненные из стального волокна, покрылись кальцием и хлором, был найден обрывок полиэтилентерефталата (обычно используемого для изготовления пластиковых сумок) и различные гликоли, включая тормозную жидкость, гипохлорит, антифриз, что вместе указывает на использование химического детонатора. Флот не смог предоставить Бордерсу поясок из стального волокна для анализа. Не осталось нетронутых поясков от снарядов и Sandia остались только материалы, уже исследованные ФБР. Команда Бордерса исследовала поясок и не обнаружила никаких следов полиэтилентерефталата. Люди Бордерса установили, что гликоль появился из-за использования чистящей жидкости Break-Free, оставшейся в стволе центрального орудия для очистки его после взрыва. Команда также установила, что кальций и хлор были и на других орудийных башнях линкора «Айова» и линкоров такого класса это свидетельствовало об обычном воздействии морской среды. Бордерс пришёл к заключению, что все «посторонние материалы», найденные специалистами флота на снаряде центрального орудия, могли появиться там обычными путями, и теория об использовании химического детонатора для взрыва выглядит крайне сомнительной.