Песнь немцев
С началом Второй мировой войны, по крайней мере во фронтовых частях, «Песня Хорста Весселя» плавно отошла на второй план. Хвастливая песня веймарских уличных бойцов мало подходила для кровавого фронтового быта. В то же время «Песнь немцев» периодически использовалась и в качестве опознавательного символа, хотя и не в той мере, как во Фландрии в 1914 году. Примером может служить исполнение её солдатами 134-й пехотной дивизии на восточном фронте в 1944 году. Как и в случае с Лангемарком, это широко использовалось в пропагандистских целях. Отдельные пассажи из «Песни немцев» мигрировали и в другие национал-социалистические песни. Так, в «Песне истребителей танков» () встречались строки «От Мааса до Мемеля, от Эча до Бельта, стоят немецкие мужчины и сыны против всего мира» («"Von der Maas bis an die Memel, von der Etsch bis an den Belt, stehen deutsche Männer Söhne gegen eine ganze Welt"»).
Кестнер, Эрих
Кестнер несколько раз допрашивался в гестапо и был исключён из союза писателей. Его произведения были среди тех, что попали в огонь на Опернплац в Берлине в 1933 г. как "«противоречащие немецкому духу»". Кестнер сам наблюдал за происходящим, стоя в толпе на площади. Публикация произведений Кестнера в Третьем рейхе была запрещена. В Швейцарии Кестнеру удалось опубликовать безобидный развлекательный роман «Трое в снегу» (нем. «"Drei Männer im Schnee»") (1934). В качестве исключения Кестнеру было позволено написать сценарий для нашумевшего фильма «Мюнхгаузен».