Гранж
Уникальное звучание гранжа частично обусловлено от других музыкальных сцен. Как отмечал сооснователь Sub Pop Джонатан Поунмэн: «Сиэтл был прекрасным примером периферийного города с активной музыкальной сценой, которая была полностью проигнорирована американскими СМИ, зацикленными на Лос-Анджелесе и Нью-Йорке». В свою очередь Марк Арм утверждал, что изоляция города означала: «этот один из уголков карты был по-настоящему инбредным, где копировались идеи друг друга». В 1980-х Сиэтл «…был отдаленным и провинциальным городом»; по словам Брюса Пэвитта это было «…пролетарское» и «небогатое» место, в связи с чем эстетика его музыкальной сцены — «…рабочая одежда, шляпы дальнобойщиков, гитары из ломбарда» представляла собой не искусственно выдуманный имидж, а результат того, что Сиэтл «… был очень бедным». К примеру, когда «… „Nevermind“ возглавил национальный чарт США, Кобейн жил в машине».
Гранж
По мнению редакции "Vogue", «Кобейн свободно выбирал одежду как из женского, так и из мужского гардеробов, а его внешний вид, отсылающий к комиссионным магазинам Сиэтла, породил [моду на] целый пласт мужской рабочей одежды в стиле лесорубов и женских платьев периода 1940-х — 1970-х годов. Это полностью противоречило вызывающей, вычурной эстетике 1980-х. В растрепанных джинсах и цветочных платьях он смягчил брутальный имидж архетипного бунтаря изнутри и дал старт радикальной тысячелетней идее андрогинии». Его предпочтения в одежде «являлись антитезой образа мачо», музыкант изменил восприятие публики «… сделав крутыми сутулость и раскрепощённость, независимо от того, был ли ты парнем или девушкой». Культуролог Джулианна Эскобедо Шеперд отмечала, что эксперименты Кобейна с платьями «Не только сделали образ фрика нормальным [в обывательском понимании], они сделали его желанным».