Гранж
Уникальное звучание гранжа частично обусловлено от других музыкальных сцен. Как отмечал сооснователь Sub Pop Джонатан Поунмэн: «Сиэтл был прекрасным примером периферийного города с активной музыкальной сценой, которая была полностью проигнорирована американскими СМИ, зацикленными на Лос-Анджелесе и Нью-Йорке». В свою очередь Марк Арм утверждал, что изоляция города означала: «этот один из уголков карты был по-настоящему инбредным, где копировались идеи друг друга». В 1980-х Сиэтл «…был отдаленным и провинциальным городом»; по словам Брюса Пэвитта это было «…пролетарское» и «небогатое» место, в связи с чем эстетика его музыкальной сцены — «…рабочая одежда, шляпы дальнобойщиков, гитары из ломбарда» представляла собой не искусственно выдуманный имидж, а результат того, что Сиэтл «… был очень бедным». К примеру, когда «… „Nevermind“ возглавил национальный чарт США, Кобейн жил в машине».
Гранж
Тексты гранж-музыкантов, как правило, представляют собой мрачный, нигилистический материал, базирующийся на чувствах страха и страданий. Содержание песен затрагивает такие темы, как социальное отчуждение, апатия, пренебрежение, , халатность, предательство, социальная/, психологическая травма, ущемление прав и стремление к свободе. Джеффри Пирлин из Массачусетского технологического института подчеркивал, что тексты этого жанра «были одержимы бесправием», описывая их атмосферу, как «безысходное отчаяние». В свою очередь, журналистка Кэтрин Стронг утверждала, что гранж-песни, как правило, были посвящены «негативным переживаниям или чувствам», причем основными темами были отчуждение и депрессия, но с «иронической насмешкой». По мнению Тары Тэлли, гранж-музыканты выражали «сильные чувства» в своих текстах о «социальных проблемах», включая «желание „распять неискреннего“», подход, который фанаты жанра ценили за его аутентичность. Тем не менее, тексты гранж-исполнителей нередко критиковались за их «…грубость и часто встречающуюся похабность». В 1996 году консервативный колумнист написал эссе, критикующее гранж-субкультуру, под названием «Героин, наш герой»; он назвал гранж музыкой, которая, по большей части, «…лишена идеалов и импульсов для политических действий».