Культ личности Ленина
Искренность большевистских вождей, с 1923 года активно начавших раздувать ленинский культ, представляется довольно сомнительной. Так, во время январской партконференции 1924 года Сталин предал гласности изъятый из официальных протоколов XI съезда (1922) фрагмент выступления «дециста» Тимофея Сапронова, в котором Сапронов назвал Ленина «невеждой» и «олигархом». Годом позднее Сапронов публично заявлял о «гениальности» Ленина. Сам же Сталин, в 1922 году убедившись в серьёзности болезни Ленина, даже затребовал медицинскую литературу, изучив которую, заметил в кругу своих соратников: «Ленину капут». Это сталинское замечание дошло до самого Ленина, посчитавшего эту фразу оскорбительной. Если верить мемуарам Бориса Бажанова, Сталин после смерти Ленина, когда считал, что его никто не видит, прямо радовался, что для него наконец расчищена дорога к власти.
Русофобия
Леонид Шебаршин придерживается мысли, что толчком к русофобии послужила книга сэра Роберта Вильсона, который во время войны с Наполеоном был при ставке русского главнокомандования; другие исследователи считают, что историю русофобии на уровне государственной политики и имеющих распространение общественных настроений можно проследить вполне отчётливо с 1840-х годов, по мнению сторонников второй версии, имперская антилиберальная и милитаристская политика Николая I после ряда военных успехов стала вызывать опасения и восприниматься некоторыми европейскими державами как угроза их интересам… Сергей Кара-Мурза полагает, что русофобия — «представление Российской империи как деспотической тирании, душительницы всякой мысли и свободы» — стала господствовать в общественном мнении Запада с конца первой трети XIX века. В этой установке, по его словам, «удивительным образом совпадали идеологические противники — и консерваторы, и либералы, а потом и марксисты Запада». Именно после того как сами европейские правительства с большим трудом добились участия России, в соответствии с её обязательствами по Священному союзу, в подавлении революции 1848 г. в Австро-Венгрии, Россия была названа «жандармом Европы». Такое представление о России «импортировалось» в Россию, где перепечатывали и комментировали модную на Западе книгу французского маркиза де Кюстина, в которой он дал примитивную карикатуру на государственное устройство России.