Гумилёв, Лев Николаевич
В 1960-е годы Гумилёв впервые обратился к теме Древней Руси, причём в областях, которые ранее называл «скучными»: источниковедении и древнерусской филологии. В октябре 1964 года на заседании отделения этнографии Всесоюзного географического общества Гумилёв представил доклад о новой датировке создания «Слова о полку Игореве». Он датировал «Слово» не концом XII века, а 40—50-ми годами XIII века. Автор «Слова», по мнению Гумилёва, призывал князей к единству не в борьбе с половцами, тогда слабыми и раздробленными, а с монголами, зашифровав реалии своего времени под предыдущее столетие. Датировка основывалась на нескольких догадках, в том числе относительно трактовки слова «троян» и наличия на Руси несторианства. В 1965—1966 годах доклад в дополненном виде публиковался под названиями «Монголы XIII в. и „Слово о полку Игореве“» и «Несторианство и Древняя Русь». Специалисты практически не отреагировали на эти публикации. Например, В. Лихачёва — дочь академика Д. С. Лихачёва — свидетельствовала: «…папа не счёл нужным реагировать на статью… не сочтя её положения достойными серьёзного обсуждения». Г. Вернадский, однако, выступил с разбором аргументов Гумилёва и полностью их опроверг.
Древнейшая история Северного Приазовья
Именно походу на половцев (1185 год) посвящён знаменитый памятник средневековой словесности «Слово о полку Игореве». События развивались в ставке одного из самых могущественных половецких ханов — Кончака (предположительно район современного города Славянска). Как известно, этот поход оказался для русских очень неудачным. Однако в результате похода сын Игоря Святославовича вернулся домой с женой-половчанкой (дочерью хана Кончака), и таких междинастических браков во времена Древней Руси и Половецкого ханства было немало. В начале XIII века половцы стали оседать на землю, на это время приходился пик развития торговли Половецкой степи, отдельные ханы стали принимать христианство вслед за русскими. Однако с востока приближались монгольские войска, которые в 1220 — 1223 годах прошли через всю Половецкую степь и вошли в Приазовье.