Берроуз, Уильям Сьюард
Так, в первом своём произведении автор демонстрирует традиционный повествовательный стиль и, отмечает Грауэрхольц, даже некую присущую ему лаконичность, однако уже через шесть лет в «Голом завтраке» Берроуз предстанет новатором, создав произведение, подавляющим большинством критиков рассматриваемое в качестве бессюжетного, по стилистике — «скомканного». Редактор писателя отмечает, что подобная стилистическая трансформация датирована промежутком между 1954 и 1957 годами, однако восстановить точную последовательность событий представляется невозможным; он поясняет: «Многие из сочинений 1950-х фрагментарны по своей природе; некоторые страницы, начинавшиеся как письма Гинзбергу, так и не были отправлены. Берроуз их перепечатал и соединил с другими материалами. Отправленные письма также содержали большие куски текста, находящиеся в состоянии проработки. Потому-то и не видно границ между „письмами“, „дневниками“ и „сочинениями“, по крайней мере в рукописях, относящихся к упомянутому периоду».
Берроуз, Уильям Сьюард (младший)
В письме близкому другу, поэту-битнику Аллену Гинзбергу, 16 апреля 1949 года Берроуз-старший писал, что ему предъявлено обвинение в хранении наркотиков и грозит тюремное заключение; 27 мая он первый раз упоминает, что собирается с семьёй перебраться на юг. 13 октября писатель уже отсылал письма из нового дома в Мексике. На новом месте Берроуз-старший пытался стать фермером; на обширных территориях, прилегающих к дому, он выращивал хлопок и марихуану. 13 октября 1949 года он писал Гинзбергу: С хлопком вышло недурно, однако расходы на сбор урожая и технику почти съели доход. Месяца через два подоспеют осенние овощи. Мехико — сказочный город, цены тут — треть от штатовских. Жить бы здесь и не тужить, да и смогу ли обитать ещё где, не представляю…Джоан в это время пыталась избавиться от пристрастия к бензедрину, который было попросту негде купить; она много пила. В разгар вечеринки 6 сентября 1951 года Берроуз сказал гостям, что будет стрелять из пистолета «в стиле Вильгельма Телля», — его жена поместила стакан на голову, и писатель, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, убил её выстрелом, не попав в «мишень». Много лет спустя Берроуз-младший скажет, что был свидетелем произошедшего, однако свидетельства говорят в пользу той версии, что ребёнка в данный момент не было в комнате.