Квислинг, Видкун
Александра Воронина вспоминает о беседе со своим будущим мужем:
В сентябре 1919 года Квислинг покинул Норвегию и стал офицером разведки в норвежской делегации в Хельсинки, на этом посту (который он занимал с октября 1920 года до мая 1921 года) необходимо было совмещать дипломатию и политику. Осенью 1921 года Квислинг снова оставил Норвегию по просьбе исследователя и филантропа Фритьофа Нансена. В январе 1922 Квислинг прибыл в Харьков для оказания помощи гуманитарной миссии Лиги наций. Освещая последствия дурного управления и уровень смертности, составлявший примерно десять тысяч человек в день, Квислинг составил доклад, продемонстрировавший его административные способности и поистине бульдожье упрямство в достижении поставленных целей. 21 августа он женился на русской женщине Александре Андреевне (Асе) Ворониной, дочери коробейника. Александра написала в своих воспоминаниях, что Квислинг сказал, что любит её, но судя по его письмам домой и расспросам его двоюродных родственников между ними двумя никогда не было никакой романтики. По-видимому, Квислинг всего-навсего хотел избавить девушку от нужды, даровав ей норвежский паспорт и финансовую стабильность.
Флеминг, Валентайн
Через год после окончания колледжа, 15 февраля 1906 года, Валентайн женился на Эвелин Сен-Круа Роуз, дочери мирового судьи Джорджа Альфреда Сен-Круа Роуза и Беатрис Квейн. Эвелин происходила из весьма уважаемого семейства: по отцу она была внучкой сэра Филипа Роуза, консультанта по юридическим вопросам премьер-министра Дизраэли; по матери — сэра Ричарда Квейна, ведущего лондонского хирурга и редактора известного «Медицинского словаря». Помимо Эвелин, в семье была дочь Кейтлин и двое сыновей — Айвор и Харткорт; с последним Валентайн был хорошо знаком. Согласно семейной легенде, Валентайн и Эвелин встретились на балу в Оксфорде; кроме того, отец девушки увлекался регатой, в которой также принимал участие Валентайн. Эвелин была полной противоположностью будущего супруга: она играла на скрипке и неплохо рисовала акварелью, в то время как ни один представитель семейства Флемингов не имел способностей ни в музыке, ни в искусстве. Кроме того, Эвелин была женщиной в высшей степени легкомысленной и расточительной, отличавшейся снобизмом и тщеславием.