Владимир Высоцкий в театре
«Таганка», в которую попал Высоцкий, восходила к эстетике Бертольда Брехта, наследию Всеволода Мейерхольда и Евгения Вахтангова, традициям агитационных бригад 1920-х годов, однако не была их прямым потомком. По мнению критика Вадима Гаевского, неким отдалённым аналогом театра, созданного Любимовым, мог бы служить шекспировский «Глобус», в котором «тоже ломали трагедию и не гнушались фарсом». Не случайно спектакль «Гамлет» с Высоцким в главной роли стал одной из визитных карточек Театра на Таганке. Высоцкий не только воплотил на таганской сцене самые разные образы, но и сумел — не без влияния профессиональной среды — значительно расширить тематику своих песен.
— Некоторые склонны считать, что без Высоцкого не было бы Театра на Таганке.
— Это Высоцкого не было бы без Таганки!
Владимир Высоцкий в театре
Сценические работы Высоцкого отразились в оценках критиков ещё при жизни актёра. Первое появление его фамилии на страницах всесоюзного издания произошло в 1960 году, когда корреспондент газеты «Советская культура» Л. Сергеев разместил материал о дипломном спектакле по пьесе Горького «На дне», поставленном в Школе-студии МХАТ. В статье, озаглавленной «Девятнадцать из МХАТ», был — среди прочих — упомянут и эпизод с участием Высоцкого, исполнившего роль картузника Бубнова. Через два года фамилия Высоцкого появилась в интервью Бориса Чиркова журналисту челябинской газеты «Комсомолец» — речь в публикации шла о том, что в Театре имени Пушкина работает группа «способных молодых артистов».
Пресса 1960-х годов весьма живо реагировала на спектакли Театра на Таганке, однако поначалу рецензенты не выделяли Высоцкого персонально — его фамилия просто включалась в перечень исполнителей, работавших над той или иной постановкой. Так, после представления «Десять дней, которые потрясли мир» автор «Советской культуры» Григорий Бояджиев в статье «Стая молодых набирает высоту» отметил энтузиазм нескольких актёров, в том числе Высоцкого. Критик Яков Варшавский на страницах «Вечерней Москвы» указал, что «Г. Ронинсон, В. Высоцкий, А. Чернова не потерялись в стремительном карнавале номеров и интермедий». Литературовед Александр Марьямов в рецензии, напечатанной в журнале «Юность», упомянул о Высоцком не только как об актёре, появляющемся в спектакле «в пяти обличьях», но и как об авторе зонгов.