Гранж
Уникальное звучание гранжа частично обусловлено от других музыкальных сцен. Как отмечал сооснователь Sub Pop Джонатан Поунмэн: «Сиэтл был прекрасным примером периферийного города с активной музыкальной сценой, которая была полностью проигнорирована американскими СМИ, зацикленными на Лос-Анджелесе и Нью-Йорке». В свою очередь Марк Арм утверждал, что изоляция города означала: «этот один из уголков карты был по-настоящему инбредным, где копировались идеи друг друга». В 1980-х Сиэтл «…был отдаленным и провинциальным городом»; по словам Брюса Пэвитта это было «…пролетарское» и «небогатое» место, в связи с чем эстетика его музыкальной сцены — «…рабочая одежда, шляпы дальнобойщиков, гитары из ломбарда» представляла собой не искусственно выдуманный имидж, а результат того, что Сиэтл «… был очень бедным». К примеру, когда «… „Nevermind“ возглавил национальный чарт США, Кобейн жил в машине».
Гранж
Тем не менее, в 1994 году Дэниел Хаус, владелец лейбла C/Z Records, оспорил мнение о засилье наркотиками гранжевой сцены. Заявив следующее: « … [в Сиэтле] (героина) было не больше, чем где-либо ещё»; подчеркнув, что «героин не является важной частью культуры [Сиэтла]» — «марихуана и алкоголь… распространены гораздо сильнее». В том же году, Джефф Гилберт, один из редакторов журнала "Guitar World", отметил что медийное ассоциирование гранжевой сцены Сиэтла с героином была «раздута [прессой]»; в свою очередь подчеркнув, что местные музыканты «…были [просто] кучкой [марихуановых] укурышей». Анализируя десятилетие 1990-х публицист Джил Трой отмечал, что представители гранж-сцены «… при выборе наркотиков переключились с фешенебельного кокаина [среднего класса 1980-х] на марихуану синих воротничков», а редакция журнала "Rolling Stone" выражала мнение, что сиэтлские музыканты были «сумасшедшими от кофе [эспрессо]» днем « … поглощая ночью океаны пива фирмы Java смешанного с ликёром», подытожив «неудивительно, что музыка [гранж] звучит именно так [как будто так и есть]». «Некоторые ветераны музыкальной сцены [Сиэтла] утверждали, что MDA», наркотик схожий с экстази, «был жизненно важной частью гранжа», так как употреблявшая его публика получала эффекта «бодрого тела» (в отличие «ясного разума» марихуаны), благодаря чему могла по достоинству оценить «тяжёлые басовые грувы». В свою очередь, Пэт Лонг в своей книге «History of the NME» отмечал, что гранжеры, связанные с лейблом Sub Pop, устраивали многодневные вечеринки употребляя там MDMA — это демонстрирует, что «теплые лучи» экстази, оказали влияние даже во влажном, сером и изолированном Северо-западном регионе.