Надир-шах
Надир-шах, выходец из семьи пастуха, проведя детство в глубочайшей бедности, благодаря своему полководческому таланту и энергичности поднялся до самых вершин власти, создав одну из крупнейших империй в истории Востока. Его в дальнейшем часто называли Наполеоном Востока, сам же Наполеон Бонапарт восхищался им, восхваляя Надира в письме Фатх-Али-шаху Каджару, считал себя новым Надиром. Иосиф Сталин называл Надира, наряду с Иваном Грозным, своим учителем.
Убайдуллах Шаши
В Бухаре Убайдуллах становится адептом суфийского ордена Накшбанди, слушает проповеди его шейхов, но не найдя среди них учителя, идёт в Хорасан. Когда он прибыл в Герат, ему уже исполнилось 24 года. Здесь он, наконец, становится послушником одного из самых авторитетных шейхов тариката Накшбанди Сайида Касима ат-Табризи. Около четрёх лет под его наставничеством Убайдуллах постигал учение Бахауддина Накшбанда, полностью отрекшись от всего мирского. «Я был сподвижником многих суфийских шейхов, — рассказывал впоследствии шейх Убайдуллах о своём учителе, — но ни у одного из них не наблюдал состояния более высокого, чем у него. Всё, что я получил от других шейхов, — ничто по сравнению с тем, что я получил от него». Когда обучение было закончено, шейх Сайид Касим указал своему ученику путь в Гиссарские горы, где жил духовный лидер братства шейх Якуб ибн Осман ибн Махмуд аль-Чархи. Когда Убайдуллах достиг горного кишлака Халкату, он был крайне измождён и двадцать дней пролежал в лихорадке. Местные жители даже думали, что дервиш умрёт, но когда он всё же предстал перед хазратом Якубом, великий шейх сразу признал в нём достойного продолжателя дела Бахауддина Накшбанда. Убайдуллах стал его мюридом и очень быстро получил от Якуба аль-Чархи его знания и опыт, а вместе с ними иршад — право самому быть наставником суфиев, и «силсила» — преемственную святость. Другие мюриды шейха Якуба были поражены той скоростью, с какой он передал тайные знания своему новому послушнику. На их вопросы старец отвечал:
Он совершенный человек и ни в чём не нуждается, кроме дозволения, разрешения воспитывать других. Аллах дал ему чрезвычайно мощную силу… У него имеются все условия для того, чтобы быть шейхом-наставником. Светильник, фитиль и масло приготовлены
Получив благословение Якуба аль-Чархи, новый шейх ордена Накшбанди ещё около года совершенствовался в духовных практиках в Герате под наблюдением Сайида Касима ат-Табризи. В 1432 году Убайдуллах вернулся в Шаш и обосновался в Ташкенте. Очень скоро у молодого шейха появились первые мюриды. Кроме того, в народной среде быстро распространились слухи о высоком искусстве врачевания ишана, его даре предвидения и необыкновенной силе его амулетов. На первые подношения Убайдуллах купил акр земли недалеко от Паркента, арендовал пару волов у своих родственников и занялся хлебопашеством. Высокие урожаи, удача в торговле и подношения новых мюридов, среди которых было немало богатых и влиятельных людей, сделали шейха одним из самых состоятельных землевладельцев в округе. Но богатство не особенно волновало Убайдуллаха. Он продолжал вести аскетический образ жизни, носил скромную, уже кем-то ношенную одежду, а значительную часть своего состояния тратил на благотворительность. Когда в конце 1430-х годов в области Шаш в результате засухи случился неурожай, шейх Убайдуллах открыл свои амбары для голодающих, а также из своего кармана выплатил за разорённых дехкан налог в размере 300000 динаров. С того времени за ним прочно закрепилось прозвище Ходжа Ахрар — Ходжа «посвященный Аллаху». Позднее к его прозвищу стали добавлять и слово «вали» (провидец).