Монгольское нашествие на Русь
В XIX столетии тема похода Батыя на Русь получала все большее внимание. В 1823 году П. Н. Наумов ввел в научный оборот термин «монголо-татары». В 1826 году Императорская академия наук объявила конкурс на тему того, какое влияние имело нашествие на развитие Руси. Несмотря на то, что конкурсная премия так и не была вручена, дискуссия по данному вопросу широко развернулась в публицистике. В последующие годы большое внимание историков было уделено военным аспектам вторжения, в частности, организации и тактике монголов. Эти вопросы были затронуты в таких работах как «Рассуждение о причинах, замедливших гражданскую образованность в русском государстве» М. С Гастева и «О военном искусстве и завоеваниях монголов» М. Иванина, опубликованных в 1832 и 1846 годах соответственно. Значительный вклад в источниковедение о монгольском нашествии сделал профессор Казанского университета И. Березин, исследовавший множество ранее неизвестных российским историкам источников. В своих работах «Первое нашествие монголов на Россию» и «Нашествие Батыя на Россию» он широко опирался на таких восточных авторов как Рашид-ад-Дин и Джувейни. В этот период еще одно детальное описание нашествия сделал С. М. Соловьев. В противовес теории Н. М. Карамзина и Х. Д. Френа об огромном влиянии вторжения Батыя на внутреннюю жизнь Руси Соловьев считал, что это событие не оказало ключевого влияния на развитие русских княжеств. Подобных взглядов в дальнейшем придерживались такие историки как В. О. Ключевский, С. Ф. Платонов, М. Н. Покровский, А. Е. Пресняков и др. Середина XIX века также характеризуется становлением «монгольского вопроса» как одной из главных тем российской медиевистики.
Богдо-гэгэн
Монголоведы и тибетологи, занимавшиеся историей института Богдо-гэгэнов, сходятся во мнении, что первым титул «Богдо-гэгэн» получил Ундур-гэгэн Дзанабадзар (1635—1723). Он получил этот почётный титул у себя на родине, ещё будучи ребёнком (в период между 1639 и 1641 гг.).
Дзанабадзар являлся представителем знатного монгольского рода, сыном Тушэту-хана Гомбодоржа. Халхаские князья и нойоны, начиная с XVII века, регулярно посылали одного из своих сыновей на обучение в Тибет, что гарантировало юношам успешную духовную карьеру. Желая видеть своего сына уважаемым ламой, в 1650 году Тушэту-хан отправил Дзанабадзара в Лхасу, где он получил высшие буддийские посвящения от «Великого Пятого» Далай-ламы и был объявлен хубилганом (воплощением) Таранатхи, Пятнадцатого Джебдзун-Дамба-хутухты (тиб. "rje btsun dam pa"), крупного тибетского философа, историка и мастера тантрического буддизма. Вернувшись на родину с ценными буддийскими реликвиями, Дзанабадзар принял на себя руководство монгольской сангхой. При нём в Халхе было построено множество монастырей, в некоторых из которых были установлены бурханы, изготовленные самим Богдо-гэгэном.