Волконская, Мария Николаевна
В Иркутске у Марии Николаевны произошло два столкновения с местными властями из-за посещения ею публичных мероприятий. После того, как Волконская с дочерью побывала в иркутском театре, вышло постановление, запрещающее «жёнам государственных преступников посещать общественные места увеселений». А на вечере в Иркутском девичьем институте Марии Николаевне пришлось выслушать «неприятное замечание» от гражданского губернатора Пятницкого. Она пожаловалась сестре Екатерине, и та обратилась к А. Орлову, который, напомнив, что Волконская преступлений не совершала и последовала за мужем добровольно, советовал Руперту обращаться с ней «возможно снисходительнее». Однако последний настаивал, что жёны и дети государственных преступников не должны появляться в публичных местах и учебных заведениях «для воспитания юношества предназначенных». Волконская открыла в Иркутске свой салон. По воспоминаниям Н. Белоголового:
Волкенштейн, Людмила Александровна
Решением суда от 28 сентября 1884 года она была приговорена к смертной казни через повешение. От подачи прошения на помилование Людмила Александровна категорически отказалась. Ожидая в камере смертников исполнения приговора, она писала: 
«В моей казни будет больше пользы, чем моя средней руки деятельность. Ранее или позже выдвинет многих взамен одной моей погибающей силы… Теперь логически мне следует желать всей душой именно казни, как фактической проповеди моих убеждений… Даже сам факт казни женщины без преступления, за одни убеждения, был бы лишней тяжёлой каплей в чашу общественного терпения».
По Высочайшему повелению смертный приговор был заменён отбыванием наказания в одной из самых строгих тюрем — Шлиссельбургской. Туда Волкенштейн была переведена 12 октября вместе с другими осуждёнными, помещена в одиночную камеру и в этой «живой могиле» содержалась почти 13 лет.
В. Н. Фигнер писала о ней в своих воспоминаниях: 
«Миссия и роль Людмилы Александровны была велика, и многие сердца навсегда запечатлели её образ и сохраняет о ней горячее воспоминание, полное признательности…
Прекрасная душой, Людмила Александровна обладала и красивой внешностью. Она была довольно высокая, очень стройная. Тёмные, слегка вьющиеся волосы тяжеловесной косой падали на спину. Прекрасный цвет лица и мягкие славянские черты лица с бровями, проведёнными широким мазком. Хорошо очерченный рот и чудные карие глаза, неотразимые в минуты серьёзности и грусти».
В 1896 году по случаю коронации Николая II она была освобождена из Шлиссельбургской тюрьмы и отправлена на Сахалин в ссылку. Прощаясь со своими товарищами-шлиссельбуржцами, она получила прощальное письмо, где было посвящённое ей стихотворение, написанное Николаем Морозовым, известным революционером, который был для неё не только товарищем по заключению, но и учителем, большим другом.