Корейская война
Сталин, однако, ссылаясь на недостаточную степень готовности северокорейской армии и возможность вмешательства в конфликт войск США и развязывания полномасштабной войны с применением ядерного оружия, предпочёл не удовлетворить эти просьбы Ким Ир Сена. Вероятнее всего, Сталин считал, что ситуация в Корее может привести к новой мировой войне. Несмотря на это, СССР продолжал оказывать Северной Корее большую военную помощь, и КНДР продолжала наращивать свою военную мощь, организуя армию по советской модели и под руководством советских военных советников. Большую роль также играли этнические корейцы из Китая, ветераны Народно-освободительной армии Китая, которые с согласия Пекина перешли на службу в северокорейские вооружённые силы. Таким образом, к началу 1950 года северокорейские вооружённые силы превосходили южнокорейские по всем ключевым компонентам. Наконец после немалых колебаний и поддавшись на настойчивые уверения Ким Ир Сена, Сталин дал согласие на проведение военной операции. Детали были согласованы во время визита Ким Ир Сена в Москву в марте — апреле 1950 года. В разработке плана вторжения в Южную Корею принимал участие главный военный советник в КНДР генерал-лейтенант Николай Васильев. 27 мая советский посол в Северной Корее Терентий Штыков сообщил в телеграмме Сталину, что общий план нападения готов и одобрен Ким Ир Сеном.
Корейская Народная Республика
Утром 16 августа 1945 года Ё выступил перед народом, изложив условия соглашения с японцами, и объявил о создании Комитета по подготовке строительства государства ("Конгук чунби вивонхве" , сокращенно «Кончжун»). Для обеспечения безопасности в стране был организован «Отряд по обеспечению безопасности» ("Чхиандэ"), а по всей стране по инициативе местного населения возникло 145 его отделений. Хотя с 17 августа японцы организовали усиленную охрану всех важных объектов в столице, они опасались появляться на улице без нужды и часто переодевались в корейскую одежду, чтобы их не опознали. Японские патрули несли службу по городу, но ни во что не вмешивались. Беспорядки и столкновения с японцами в целом удалось предотвратить, и волны погромов, которых боялась японская администрация, не было, однако массами Комитет Ё Ун Хёна воспринимался как преемник японского генерал-губернаторства. Разнообразные комитеты на местах признавали себя его отделениями, однако между центром и этими комитетами не было никаких связей и контроля.