Рязанская группа говоров
На первой диалектологической карте русского языка, составленной в 1914 и изданной в 1915 году, территория современных рязанских говоров находилась в северной части Восточной группы южновеликорусского наречия, занимая все те районы этой группы, которые в современном диалектном членении русского языка определяются как территория русских говоров раннего, или первичного, формирования. Остальная часть Восточной группы карты 1914 года, не относящаяся к современным рязанским говорам, — это территории к югу в бассейнах Хопра, Медведицы и среднего течения Дона, а также территории за Волгой, определяемые теперь как разнородные говоры позднего формирования.
Рязанская группа говоров
Выход из-под власти рязанских князей с начала 1160-х годов Муромского княжества прервал процессы общего развития муромских и рязанских говоров. Муромские говоры попали в сферу влияния ростово-суздальского диалекта и сблизились с владимирскими говорами. В дальнейшем в результате татарского нашествия на русские земли происходит значительный отток рязанского населения на север, вместе с тем создаются предпосылки для укрепления самого Рязанского княжества. Со второй половины XIII века под татарской властью в Рязанской земле формируется достаточно сильное княжество, одно из местных великих княжений северо-восточной Руси. В XIV веке Рязанское княжество географически рассматривалось как Рязанская Украина — южный форпост великорусских земель. Политика Рязанского княжества одновременно связывала Рязанскую землю с центром русских земель (их объединяла охрана южных границ, борьба с финно-угорскими племенами на востоке), и в то же время разделяла (в борьбе за волости Черниговской земли — Лопастни, Вереи, Боровска, в попытках ориентироваться на Великое княжество Литовское). Обособленность развития Рязанской земли создавала предпосылки для возникновения определённого круга языковых инноваций собственно рязанского характера.
Рязанское княжество становится центром формирования не только диалектных черт Рязанской группы говоров, но и черт такого крупного диалектного объединения как юго-восточная диалектная зона. Часть диалектных инноваций Рязанской земли получает довольно широкое распространение в западном и северном направлении, в центральных южнорусских и восточных среднерусских говорах. Кроме того, некоторые черты рязанского происхождения имели значение и для образования южного наречия в целом.
Такой чертой является, например, совпадение флексий в формах существительных женского рода продуктивного типа склонения с основой на "-а" в родительном, дательном и предложном падежах во флексии "-е": "у жен"[е́], "к жен"[е́], "о жен"[е́]. Данное явление, последовательно распространённое в рязанском ареале, начало складываться, по-видимому, ещё в XIII—XIV веках.
Тенденции к унификации падежных форм прослеживаются также на примере истории других грамматических явлений. Так, в рязанских говорах произошло совпадение форм дательного и предложного падежей в форме типа "по гряз"[е́], "в гряз"[е́]. В сравнении с формами типа "у жене́" формы "по грязе́", "в грязе́" сложились позднее (и вероятнее всего, под влиянием унификации флексий существительных женского рода продуктивного типа склонения с основой на "-а") — в рязанских письменных памятниках они отмечаются только с XVII века. Предположительно, рязанские говоры были очагом возникновения такого новообразования, как развитие форм родительного падежа единственного числа местоимения 3-го лица женского рода "у ней" ("у йей"), в рязанском ареале данная форма также развивалась под влиянием процесса совпадения форм родительного, дательного и предложного падежей существительных женского рода: "у жене́", "к жене́", "о жене́" — "у ней", "к ней", "о ней". Так же, как и форма "у жене́", форма "у ней" ("у йей"), стала распространяться на запад в центральные южнорусские говоры, а позже, после включения Рязанского княжества в Московское государство, эта форма получает распространение и в северо-западном направлении. Подобные выводы А. И. Сологуб обосновывает наличием значительных ареалов исключительного употребления формы "у ней" ("у йей") (в восточной части южного наречия русского языка), и почти исключительным распространением формы "у ней" ("у йей") в тех говорах, в которых известна форма "у жене́".