Взятие Киева (1169)
Тем не менее, Киев оставался столицей Руси и считался общим владением княжеского рода. Занять его стремились все сильные князья. Киевское княжество с этого времени стало именоваться «Русской землей» в узком смысле слова и собственной династии оно не имело: все его столы занимались князьями, приходившими из других земель. Тот, кто контролировал Киев, получал титул «великого князя», и мог претендовать на главенство в династии Рюриковичей. При этом даже с учётом уменьшения реального политического влияния Киевская земля оставалась одним из наиболее развитых и густонаселенных регионов Руси. Поскольку в Киеве жил митрополит и находились главные храмы и монастыри, он являлся неоспоримым культурным и религиозным центром всей Руси.
Съезды русских князей
Киевский съезд (1231) — княжеский съезд смоленских Ростиславичей и черниговских Ольговичей 6 апреля 1231 года, приуроченный к поставлению Кирилла на ростовскую епископскую кафедру. Лаврентьевская летопись, повествующая о съезде, умалчивает о его решениях. Хронологически съезд совпал с заключением династического брака между старшим сыном Юрия Всеволодовича владимирского Всеволодом и дочерью Владимира Рюриковича киевского и предшествовал передаче Торческа Владимиром Рюриковичем киевским через Даниила Галицкого сыновьям Мстислава Удатного, неудаче Михаила в борьбе за новгородское княжение и включению его в борьбу за Киев.
В Черниговской земле регулярно проходили съезды Ольговичей. Первый из них состоялся в 1142 году в селе Ольжичи, которое, судя по названию, являлось для черниговских князей родовым владением. Старший князь Всеволод Ольгович, в то время правивший в Киеве, встретился со своими братьями: Святославом и Игорем Ольговичами и Владимиром и Изяславом Давыдовичами. Обсуждались вопросы владения столами и раздел земли вятичей. Последнее требование Всеволод осуществить отказался. Обиженные братья заняли солидарную позицию, поцеловав крест друг с другом, и покинули съезд, отказавшись принять приглашение Всеволода на пир. Через послов они передали брату: "«Ты сидишь в Киеве; а мы просим у тебя Черниговской и Новгородской" [то есть Новгород-Северской] "волости, Киевской не хотим»". Примирение было достигнуто на новом съезде, который прошёл в том же году в Киеве.