Русские женщины (поэма)
Близкие, оберегая Марию Николаевну, долго не решались сообщить ей о том, что Сергей арестован и приговорён к каторжным работам. Когда княгиня узнала о приговоре и объявила о своём решении ехать к мужу в Сибирь, родители и братья пытались её остановить. Тяжелее всего было расставаться с маленьким сыном; ночь перед отъездом Мария Николаевна провела с ребёнком, у которого просила прощения за вынужденную разлуку. В пути Мария Николаевна навестила родственницу — Зинаиду Волконскую. Та поддержала Волконскую в её «роковой решимости». Вечером в московский дом Зинаиды Волконской съехались гости. Среди них был и Пушкин, которого Мария Николаевна знала с отроческих лет. Поэт пожелал княгине терпения, сил и здоровья. Затем была долгая дорога, завершившаяся встречей с мужем. Прежде чем обнять Сергея, княгиня опустилась на колени и приложила к губам его оковы.
Волконская, Елизавета Григорьевна
Своим ближайшим единомышленником в России считала философа В. С. Соловьёва, с которым её связывала многолетняя дружба. Первый том книги Соловьёва «История и будущность теократии» был издан при финансовой и моральной поддержке княгини Волконской. После смерти княгини Соловьёв написал обширный некролог, в котором, в частности, писал:
Считала себя горячей сторонницей свободы совести, пыталась пропагандировать в высших кругах Петербурга идею о необходимости и неизбежности её установления в России. Хотя она не дожила восемь лет до «манифеста об укреплении начал веротерпимости» 1905 года, который отменил уголовное преследование за выход из православия, её деятельность в этой области дала основания С. М. Волконскому сказать: «Верю тому, что имя княгини Е. Г. Волконской лежит невидимо под этим государственным актом. Сама она всегда мечтала о таком манифесте»