Волконская, Мария Николаевна
В Иркутске у Марии Николаевны произошло два столкновения с местными властями из-за посещения ею публичных мероприятий. После того, как Волконская с дочерью побывала в иркутском театре, вышло постановление, запрещающее «жёнам государственных преступников посещать общественные места увеселений». А на вечере в Иркутском девичьем институте Марии Николаевне пришлось выслушать «неприятное замечание» от гражданского губернатора Пятницкого. Она пожаловалась сестре Екатерине, и та обратилась к А. Орлову, который, напомнив, что Волконская преступлений не совершала и последовала за мужем добровольно, советовал Руперту обращаться с ней «возможно снисходительнее». Однако последний настаивал, что жёны и дети государственных преступников не должны появляться в публичных местах и учебных заведениях «для воспитания юношества предназначенных». Волконская открыла в Иркутске свой салон. По воспоминаниям Н. Белоголового:
Свистунова, Мария Алексеевна
Как многие дамы высшего света, Мария Алексеевна занималась благотворительностью. Она состояла членом Женского Патриотического Общества и даже опубликовала статью в 1825 году "«Благотворительность»" в "«Дамском Журнале»". Следующий 1826 год был для Свистуновой тяжелым. Смерть матери и ссылка старшего сына Петра в каторгу, вынудили её удалиться за границу. В России её больше ничего не держало, многие друзья жили во Франции, да и старшие дочери были замужем за французами. Постоянным местом своего пребывания она выбрала Париж. Время от времени Мария Алексеевна наезжала в Петербург, так 29 июля 1829 года Долли Фикельмон записала в своём дневнике: