Дюрренматт, Фридрих
Написанная в начале 1949 года, в первой редакции, пьеса «Ромул Великий» была обозначена автором как «неисторическая историческая комедия». Историческая, поскольку в основе сюжета — история свержения в 476 году последнего императора Западной Римской империи Ромула Августа, и действуют в пьесе, соответственно, реальные персонажи; неисторическая — поскольку автор меньше всего заботился об историчности характеров главных героев и причины падения Римской империи интересовали его в последнюю очередь. В годы Второй мировой войны антифашистская драма нередко облачалась в античные и иные исторические декорации: таковы были «Антигона» Ж. Ануйя и «Мухи» Ж. П. Сартра, написанные в оккупированной Франции, «Жизнь Галилея» и «Мамаша Кураж» Б. Брехта; ещё раньше появился «Калигула» А. Камю, — осмысление современного опыта с помощью известных исторических сюжетов или античных мифов не было новацией швейцарского драматурга. Что же касается Сартра, то в ранних пьесах Дюрренматта исследователи обнаруживают не только формальное, но и идейное его влияние.
Ромул Великий
«Ромул Великий» — третье сочинение Фридриха Дюрренматта для театра; первые две пьесы, «Писание гласит...» и «Слепой», написанные в 1947 году, были поставлены на сцене, в Цюрихе и Базеле, но широкой известности автору не принесли. В первых пьесах действие разворачивалось в Германии XVI века, в «Ромуле Великом» драматург вновь обратился к истории, ещё более отдалённой, но, как и в «Писании…», исторический сюжет, в данном случае падение Западной Римской империи, заинтересовал его не сам по себе, а лишь своим сходством с недавними событиями — 12-летим существованием и падением Третьего рейха, и лишь в той части, в которой это сходство можно было уловить. По отношению к истории Рима пьеса Дюрренматта представляет собой откровенную пародию; соответственно, он не стремился к исторической достоверности характеров главных героев. Так, Ромулу Августулу, который в 476 году был ещё ребёнком, у Дюрренматта — «за пятьдесят» (соответственно, Орест из отца Ромула превращается в его преданного полководца); предводитель германцев Одоакр в его пьесе не имеет со своим историческим прототипом ничего общего, кроме имени.