Бакинская операция
Ей предшествовала сложная внутриполитическая обстановка в Азербайджане, который переживал в течение 1919—1920 годов глубокий политический и социально-экономический кризис; в уездах страны происходили вооружённые конфликты между различными политическими, социальными группами. Одновременно, в подполье, начиная с момента падения в 1918 году Советской власти, активную деятельность проявляли различные партии и организации социалистической ориентации. Для достижения своих политических целей они в феврале 1920 года объединились в  — АКП(б).
Багиров, Мир Джафар Аббас оглы
2 (15) ноября 1917 года, спустя неделю после падения Временного правительства в Петрограде, в Баку был сформирован Бакинский совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов (Баксовет). К весне 1918 года политическое противостояние между различными политическими силами в городе достигло своего апогея. В марте 1918 года Бакинский Совет, состоящий из большевиков и левых эсеров, при поддержке вооружённых отрядов армянской партии «Дашнакцутюн» и правых эсеров утвердил свою власть в Баку в результате кровопролитных событий. Вскоре в Кубе, куда вошёл отряд во главе с большевиком Д. Геловани, развернулись бои с местными лезгинами, вынудившие его уйти из города. Вслед за ними ушли и местные армяне. В апреле сюда двинулся крупный дашнакский отряд под командованием Амазаспа и большевистского комиссара Венунца. Присланный для мщения убитых армян, Амазасп объявил, что ему приказано "«уничтожить всех мусульман от берегов моря (Каспийского) до Шахдага»". Отрядом Амазаспа были сожжены 122 деревни в районе Кубы. В этом отряде находился и сам М. Д. Багиров. Вспоминая об этом, он писал: "«К великому моему сожалению, против моей воли мне пришлось быть свидетелем той кошмарной картины, которая была в Кубе… Даже я не мог спасти своих родственников. Были зверски штыками заколоты дядя мой старик лет 70 Мир Талыб, сын его — Мир Гашим, зять Гаджи Эйбат и ряд других моих родственников»". О причинах, приведших его туда, он в 1954 году на допросе, который вёл Генпрокурор СССР Р. А. Руденко, пояснял: