Блок, Георгий Петрович
В 1938 году он был привлечён к работе над «Полным собранием сочинений» А. С. Пушкина, предпринятым Академией наук СССР; около двух лет заняло составление выпущенного в 1940 году указателя к IX тому академического собрания сочинений Пушкина. Эта работа дала ему исходный материал для кандидатской диссертации «Пушкин в работе над историческими источниками» и привлекла его к изучению литературы и языка XVIII века. Во время работы над диссертацией им была написана серия небольших очерков о Пугачёве, которые были заказаны Гослитиздатом для «Справочника по Пушкину» и утверждены к печати, но «Справочник» не был напечатан в связи с начавшейся войной, а рукописи потерялись в издательском архиве. В своей диссертации Г. П. Блок тщательно проанализировал работу Пушкина над «Историей Пугачёва». Защита диссертации состоялась в конце 1946 года в Институте мировой литературы им. А. М. Горького. В 1949 году эта работа была издана отдельной книгой: «Пушкин в работе над историческими источниками» (М.; Л.: изд-во и 1-я тип. Акад. наук СССР, 1949 (Ленинград). — 216 с., 12 л. ил.). «Значительное внимание Блок уделил выявлению иностранных сочинений, которые просматривал Пушкин в пору создания „Истории Пугачева“. Разыскания исследователя подтвердили пушкинские высказывания о том, что за единичными исключениями сочинения иностранцев о Пугачеве малодостоверны, изобилуют домыслами и вымыслами».
Даль, Владимир Иванович
Пушкин очень обрадовался такому подарку и в ответ подарил Владимиру Ивановичу рукописный вариант своей новой сказки «О попе и работнике его Балде» со знаменательным автографом:
Через год, 18-20 сентября 1833, В. И. Даль сопровождал Пушкина по пугачёвским местам Оренбургского края. Именно от Пушкина он узнал сюжет «Сказки о Георгии Храбром и о волке». Вместе с Далем поэт объездил все важнейшие места пугачёвских событий. В благодарность он прислал Далю в 1835 году подарочный экземпляр своей «Истории Пугачёва».
«Пушкин прибыл нежданный и нечаянный и остановился в загородном доме у военного губернатора В. Ал. Перовского, а на другой день перевёз я его оттуда, ездил с ним в историческую Бердскую станицу, толковал, сколько слышал и знал местность, обстоятельства осады Оренбурга Пугачёвым; указывал на Георгиевскую колокольню в предместии, куда Пугач поднял было пушку, чтобы обстреливать город, — на остатки земляных работ между Орских и Сакмарских ворот, приписываемых преданием Пугачёву, на зауральскую рощу, откуда вор пытался ворваться по льду в крепость, открытую с этой стороны; говорил о незадолго умершем здесь священнике, которого отец высек за то, что мальчик бегал на улицу собирать пятаки, коими Пугач сделал несколько выстрелов в город вместо картечи, — о так называемом секретаре Пугачёва Сычугове, в то время ещё живом, и о бердинских старухах, которые помнят ещё „золотые“ палаты Пугача, то есть обитую медною латунью избу.