Инчхонская десантная операция
25 июня 1950 года началась война в Корее. Корейская народная армия (КНА, армия Северной Кореи), быстро наступая на юг, уничтожила основные силы южнокорейских войск. С начала июля в Южную Корею начали прибывать американские подразделения под флагом ООН, однако они оказались не готовы противостоять наступающим силам северокорейцев, обеспеченных техникой, военными советниками и вооружением из СССР. После ряда поражений и фактического разгрома 24-й пехотной дивизии, командир которой генерал Дин попал в плен, американские войска совместно с остатками южнокорейской армии отступили в юго-восточную часть Корейского полуострова, где находился важный морской порт Пусан. Ким Ир Сен распорядился взять Пусан к 15 августа, однако сражения в центральной части полуострова несколько задержали северокорейское наступление, позволив США перебросить на юг свежие воинские подразделения. При поддержке авиации и военно-морского флота войскам США удалось во второй половине августа остановить наступление противника.
Группа советских военных специалистов в Корее
В Пхеньяне телеграмму расценили как согласие на операцию с условием достижения гарантированного успеха. После ещё одной консультации с Пекином Сталин 9 февраля 1950 г. дал согласие на подготовку широкомасштабной операции на Корейском полуострове, одобрив намерение Пхеньяна военным путём объединить родину. Вслед за этим были резко увеличены поставки советских танков, артиллерии, стрелкового вооружения, боеприпасов, медикаментов, нефти. В штабе Корейской Народной Армии, при участии советских военных советников, в режиме строгой секретности велась разработка плана наступательной операции, шло ускоренное формирование нескольких новых корейских войсковых соединений. Но позиция Сталина, который дал согласие на поход Ким Ир Сена, была осмотрительной. Он, — как показало дальнейшее развитие событий, далеко не безосновательно, — опасался вооружённого вмешательства США в конфликт между Северной и Южной Кореей, которое могло привести к непредсказуемым последствиям, и даже к прямой конфронтации двух сверхдержав, что грозило ядерной войной. Поэтому, как он считал, Москва должна была, с одной стороны, заручиться согласием Пекина на поддержку военных действий КНДР по объединению Кореи, а с другой — по возможности остаться в стороне от назревавшего конфликта во избежание риска быть втянутым в широкомасштабную войну с США в случае их вмешательства в корейские дела. В Кремле склонялись к мысли, что поход Ким Ир Сена на юг может увенчаться успехом, в случае быстрых и решительных действий с его стороны. Делался расчёт на то, что северокорейская армия, без посторонней помощи, овладеет южной частью Корейского полуострова до того, как в ход событий вмешаются американцы.