Бакинская операция
Ей предшествовала сложная внутриполитическая обстановка в Азербайджане, который переживал в течение 1919—1920 годов глубокий политический и социально-экономический кризис; в уездах страны происходили вооружённые конфликты между различными политическими, социальными группами. Одновременно, в подполье, начиная с момента падения в 1918 году Советской власти, активную деятельность проявляли различные партии и организации социалистической ориентации. Для достижения своих политических целей они в феврале 1920 года объединились в  — АКП(б).
Бакинская операция
Для обсуждения ультиматума перед заседанием парламента была образована комиссия в составе М. Г. Гаджинского, М. Э. Расулзаде, , А. Сафикюрдского и А. Кардашева. Во избежание кровопролития член ЦК партии «Мусават» на совещании в узком кругу у Н. Усуббекова предложил некоторым депутатам оставить Баку и переехать в Гянджу для организации там сопротивления. Однако его предложение не нашло поддержки у собравшихся. В 20:45 открылось экстренное заседание парламента, на повестке дня которого был лишь один вопрос — ультиматум о сдаче власти. Перед обсуждением вопроса военный министр С. Мехмандаров сообщил членам парламента о невозможности вооружённого сопротивления. По настоянию М. Э. Расулзаде было принято решение провести открытое заседание парламента, "«чтобы не принимались решения без ведома народа и чтоб он знал в каком положении мы находимся»". Огласив текст ультиматума, премьер-министр М.-Г. Гаджинский предложил принять условия ультиматума и был поддержан представителями различных парламентских фракций — С. А. Агамалиоглы («Гуммет»), К. Карабековым («Иттихад»), А. Сафикюрдским (Социалистический блок), А. Кардашевым («Эхрар»). Несмотря на то, что М. Э. Расулзаде не соглашался с условиями ультиматума, партия «Мусават» вынуждена была присоединиться к мнению большинства. По воспоминаниям Агамали оглы, "«парламент был полон. Первым говорил, кажется, , доказывая необходимость сдачи. Вторым Мамед Эмин, который очень сожалел, что приходится так бескровно отдавать большевикам, но не стоял за сопротивление, если этого не хотят другие. Потом говорил я и очень резко, „Никто не осмелится затеять какое-либо сопротивление, никто не осмелится подвергнуть разрухе город и пролить напрасно кровь невинных. Ни капли крови. И за что? За то, что происходит перемена власти и взамен Усуббекова, Хойского и прочих сторонников дармоедов и бездельников у власти станут Нариманов, Мирза Давуд и другие, то есть сторонники интересов рабочих и крестьян. Кто осмелится сопротивляться… Надо спешить — время дорого“»".