Белобородов, Иван Наумович
В период работы над «Историей Пугачёва» имя Белобородова не сразу заинтересовало Александра Сергеевича Пушкина и впервые его имя появилось в рабочих записях поэта уже после того, как Николай I одобрил к печати вариант книги, Пушкин внёс в «Замечания о бунте» запись: «Иван Наумов сын Белобородов, отставной канонер, пристал к Пугачёву  1773 году, пожалован им в полковники и в походные атаманы, а потом в начале 1774 в старшие войсковые атаманы и в фельдмаршалы. Был жесток, знал грамоту, соблюдал в шайках строгую дисциплину». Не получив доступа к следственным делам пугачёвцев, Пушкин опирался на неточные сведения в записках Рычкова, Любарского, в записи преданий Дмитриева и конспекте статьи Бантыша-Каменского, в частности о том, что Белобородов был знаком с Пугачёвым ещё в период осады Оренбурга и вместе с Подуровым «заведывал письменными делами у Пугачева». Не знал Пушкин многих деталей биографии отставного капрала, которому в период восстании было 32 года, дав в «Капитанской дочке» следующее описание пугачёвского «фельдмаршала»: «Один из них, тщедушный и сгорбленный старичок с седою бородкою, не имел в себе ничего замечательного, кроме голубой ленты, надетой через плечо по серому армяку».
Пушкин (роман Тынянова)
Первая часть романа напечатана под названием «Детство» в № 1, 2, 3, 4 журнала «Литературный современник» за 1935 год. В № 10, 11, 12 того же журнала за 1936 год и в № 1, 2 за 1937 год была опубликована вторая часть, «Лицей». В книжном издании обе первые части впервые по­явились в 1936 году, в ленинградском отделе издательства «Художественная литература». Третья часть, «Юность», увидела свет в 1943 году (уже после смерти автора) в 7 и 8 номерах журнала «Знамя».
Замысел художественного повествования о жизни Пушкина некоторые исследователи относят к концу 1920-х годов, когда был опубликован труд В. В. Вересаева «Пушкин в жизни». Вересаев строго разделял биографию и литературную жизнь Пушкина; в то же время немалая часть биографических деталей в романе Тынянова связана с генезисом будущих пушкинских сюжетов и особенностей стиля. Указания самого автора во многом совпадают с этой точкой зрения. В своей "автобиографии" он писал: