Валентайн (танк)
Работы по «Валентайну» стартовали в самом начале 1938 года. Проект был частной инициативой фирмы «Виккерс» и поэтому не имел официального проектного «A»-обозначения, в отличие от других британских танков. Отправной точкой для создания «Валентайна» послужили три ранее созданные фирмой «Виккерс» машины — крейсерские танки Mk I ("A9") и Mk II ("A10"), а также пехотный танк «Матильда Mk I» ("A11"). Новый танк проектировался как пехотный, но в то же время предполагалось использовать на нём удачные решения, применённые на крейсерских танках, а также как можно большее количество их узлов и агрегатов. Вертикальное бронирование планировалось оставить 60 мм, как и на A11, но вооружение должно было по сравнению с последним возрасти с пулемёта до 40-мм пушки в двухместной башне. Чтобы при заданном уровне бронирования не допустить чрезмерного возрастания массы танка, что повлекло бы за собой невозможность использования ходовой части и моторно-трансмиссионной установки A10, конструкторам «Валентайна» пришлось пойти на максимальное ужатие габаритов будущего танка. Получившийся в результате танк сложно было однозначно отнести к пехотным или к крейсерским танкам — к 1940 году его бронирование было несколько заниженным по меркам пехотных танков, но низкая скорость (вдвое ниже, чем у крейсерского Mk III) не позволяла ему стать и крейсерским. В дальнейшем, однако, как показала практика, он довольно успешно сумел выступить в обеих ролях.
M3 (танк)
Несмотря на отдельные недостатки, танки M3 получили высокую оценку военачальников союзнических войск, — Главнокомандующий объединёнными англо-американскими силами фельдмаршал Бернард Монтгомери по опыту боевого применения танков M3 «Грант» бронетанковыми частями 8-й армии на Североафриканском театре военных действий отметил, что вооружение «Грантов» позволяло эффективно вести борьбу с немецкими панцерваффе. Также он заявил, что «гранты» были: «Несокрушимой твердыней в те дни в Египте, когда военный успех сопутствовал противоположной стороне», — и отнёс на счёт «грантов» и «шерманов» стратегическую победу в ходе битвы под Эль-Аламейном. В целом, мнения по танку варьируются и оценки отличаются в зависимости от условий конкретного ТВД и противостоящих сил и средств противника, — при преодолении эшелонированной береговой оборонительной полосы в ходе морской десантной операции на Западноевропейском театре военных действий, насыщенной береговой артиллерией и противотанковыми средствами, союзники столкнулись с гораздо более превосходящими по своей совокупной огневой мощи огневыми средствами противника и встретили с его стороны сопротивление значительно более решительное, чем в Северной Африке и в Италии.В Красной Армии, эксплуатация танков, получивших официальный индекс ГАБТУ М3с («Эм три средний»), имела во многом импровизированный характер, так как, во-первых, для полномасштабной постановки танков М3с в строй потребовались бы их поставки в гораздо больших количествах, чем было реально получено по программе ленд-лиза, во-вторых, потребовалась бы разработка новых организационно-штатных структур подразделений, укомплектованных новыми танками, в-третьих, разработка новых программ подготовки танкистов с учётом опыта войсковой эксплуатации новых танков (которого на момент начала поставок ещё не было по причине их разработки за рубежом), в-четвёртых, разработка собственной нормативной и технической документации (наставлений и руководств) по эксплуатации и обслуживанию указанных танков, с учётом имеющейся материально-технической базы (мало было перевести на русский язык оригинальную техническую документацию, требовалось ещё иметь и ремонтно-техническую службу аналогичную таковой в Вооружённых силах США, оснастить эту службу всем оборудованием и техникой, используемой их американскими коллегами, перевести вообще всю касающуюся документацию, — производственную, эксплуатационную, ремонтную, — и техническое делопроизводство с англо-американской в метрическую систему мер, что потребовало бы многих месяцев, а то и лет), в-пятых, перерасчёт всех стандартизированных общевойсковых норм движения техники для военных частей и соединений с учётом тактико-технических характеристик новых танков (времени на марш и развёртывание в боевой порядок, темпов движения частей с боем и без боя, времени на переправу и форсирование водных преград, и многих других), ну и наконец, в-шестых, перестройки производственной базы страны под выпуск узлов и агрегатов, запасных частей и деталей новых танков, с заменой производственного оборудования на новое, соответствующее по своим габаритно-техническим характеристикам и другим технологическим параметрам применяемому американскими производителями, переналадки и перекалибровки станков и инструментов там, где это можно сделать без полной замены производственной базы.
Опыт эксплуатации танков механизированными и бронетанковыми частями РККА на Восточноевропейском ТВД вызвал резко отрицательные отзывы советских военнослужащих, что обуславливалось наличием на вооружении Красной Армии более совершенных и превосходящих M3 в плане своей огневой мощи и боевой эффективности в целом моделей танков тяжёлой весовой категории, в то время как в армиях США, Британии и их союзников ничего подобного не было ещё очень долго (по той простой причине, что до лета 1944 г., то есть до открытия второго фронта в Западной Европе они в подобных танках не особо нуждались, так как их военные действия носили, главным образом, экспедиционный характер, что отражалось на структуре войск, вооружении и военной технике, и практике их боевого применения). Кроме того, раскрытию боевого потенциала танков M3 на вооружении РККА в полной мере препятствовало то обстоятельство, что танки поступили в войска практически без сопроводительной документации и без квалифицированных представителей стороны-поставщика, способных разъяснить назначение и эксплуатационные характеристики тех или иных деталей, что значительно осложняло ознакомление с техникой конечных пользователей в СССР, которым приходилось осваивать полученную бронетехнику методом проб и ошибок, что в условиях войны было крайне затруднительным и нежелательным. Для преодоления этой проблемы, во-первых, командирами танков в соответствии с Приказом НКО № 0400 от 9 октября 1941 г. назначались офицеры — младшие лейтенанты и лейтенанты или опытные военнослужащие старшинского состава (разумеется, далеко не во всех соединениях было требуемое количество незанятых лиц среднего командного состава, которых можно было привлечь к выполнению функций командиров танков), во-вторых, командиры армейских соединений, на оснащение которых поступили М3с, старались либо задействовать их во втором эшелоне наступающих войск, либо на второстепенных направлениях ударов, где предварительно было достоверно установлено разведкой отсутствие немецких и наличие венгерских, итальянских, польских, румынских, хорватских, чехословацких и других вспомогательных войск (которые по мере накопления боевого опыта советскими войсками и достижения коренного перелома в войне уже не рассматривались командованием РККА в качестве серьёзного противника), либо в качестве самоходной артиллерии или вспомогательных средств огневой поддержки пехоты, либо вообще не использовать их по прямому назначению, если это представлялось возможным (к аналогичным методам распределения имеющихся боевых средств прибегали представители британского командования на островах, которые после начала поставок танков M4, задействовали переоборудованные M3 (модификация с индексом M10) для патрулирования береговой линии от возможной высадки немецких войск).