Монгольское нашествие на Русь
В XIX столетии тема похода Батыя на Русь получала все большее внимание. В 1823 году П. Н. Наумов ввел в научный оборот термин «монголо-татары». В 1826 году Императорская академия наук объявила конкурс на тему того, какое влияние имело нашествие на развитие Руси. Несмотря на то, что конкурсная премия так и не была вручена, дискуссия по данному вопросу широко развернулась в публицистике. В последующие годы большое внимание историков было уделено военным аспектам вторжения, в частности, организации и тактике монголов. Эти вопросы были затронуты в таких работах как «Рассуждение о причинах, замедливших гражданскую образованность в русском государстве» М. С Гастева и «О военном искусстве и завоеваниях монголов» М. Иванина, опубликованных в 1832 и 1846 годах соответственно. Значительный вклад в источниковедение о монгольском нашествии сделал профессор Казанского университета И. Березин, исследовавший множество ранее неизвестных российским историкам источников. В своих работах «Первое нашествие монголов на Россию» и «Нашествие Батыя на Россию» он широко опирался на таких восточных авторов как Рашид-ад-Дин и Джувейни. В этот период еще одно детальное описание нашествия сделал С. М. Соловьев. В противовес теории Н. М. Карамзина и Х. Д. Френа об огромном влиянии вторжения Батыя на внутреннюю жизнь Руси Соловьев считал, что это событие не оказало ключевого влияния на развитие русских княжеств. Подобных взглядов в дальнейшем придерживались такие историки как В. О. Ключевский, С. Ф. Платонов, М. Н. Покровский, А. Е. Пресняков и др. Середина XIX века также характеризуется становлением «монгольского вопроса» как одной из главных тем российской медиевистики.
Конграты
По мнению монгольских историков их имя произошло от слов «хун» (лебедь) и «ард» (люди; букв.
племя лебеди). Лебедь — один из тотемов монгольских народов, например бурят. Название этого племени впервые появилось в 61-м параграфе «Сокровенного сказания монголов» в форме «ongirad». Этноним "хонгират (хунгират)" имеет единое происхождение с бурятским этнонимом "хонгодор". Г.Р. Галданова отождествляет этноним "хонгодор" со средневековым "хунгират", ввиду возможности перестановки -"рат" и -"дор" . Позднее А. Ангархаев, соглашаясь с возможностью трактовки Ш.Р. Цыденжапова, указал на возможность упрощенного варианта от хон (хонг) и арад —> хонгарад ~ хонгирад ~ хонгодор. С.П. Балдаев полагал, что этноним произошел от слов "хон" — “благородная птица”, "гоодор" — “шулята благородной птицы”. По мнению Д.С. Дугарова в основу легли тюркские хун/хон (кун) — “солнце” и хуба — “лебедь”, носителями которых были „осколки прежде могущественных хунну”. Ш.Р. Цыденжаповым было предложено считать этот этноним произошедшим от тотема лебедь «хун» в эпоху хуннов. А современное фонетическое оформление сложилось из хун — “лебедь”.