Истомин, Михаил Константинович
Во время перехода русской 2-й Тихоокеанской эскадры на Дальний Восток во время русско-японской войны 1904—1905 гг., М. К. Истомин, будучи командиром вспомогательного крейсера «Урал», открыто высказывал намерение сдать свой корабль врагу (Политовский Е. С. От Либавы до Цусимы: Письма жене. — СПб., 1908. — С. 259). Именно поэтому вспомогательный крейсер «Урал», единственный из всех вспомогательных крейсеров русской 2-й Тихоокеанской эскадры, не был накануне Цусимского сражения 14-15 мая 1905 г. командующим эскадры отпущен в свободное самостоятельное крейсерство, как прочие вспомогательные крейсера, а участвовал в Цусимском сражении. Почему командующий русской 2-й Тихоокеанской эскадры вице-адмирал З. П. Рожественский не отстранил столь позорно ведущего себя командира одного из боевых кораблей своей эскадры от командования и не предал его за его преступные разговоры суду военного трибунала, остаётся неизвестным, возможно это связано с большими родственными связями предателя с высшими военно-морскими кругами России. Во время Цусимского сражения командир вспомогательного крейсера «Урал» капитан 2-го ранга М. К. Истомин, родной племянник героя обороны Севастополя 1854—1855 гг. контр-адмирала В. И. Истомина, осуществил своё предательское намерение — вспомогательный крейсер русского флота «Урал» был позорно брошен своим экипажем во главе со своим командиром.
Литта, Джулио Ренато
В Роченсальмском сражении русский галерный флот, одним из отрядов которого командовал Литта, одержал блестящую победу. Перед русским командованием стояла задача нанести удар по шхерному флоту шведов, активно содействовавшему сухопутным войскам Финляндии. Русская гребная флотилия подошла к Роченсальмскому рейду накануне. Утром 13 августа отряд из 20 русских судов вступил с противником и неравный бой, в ходе которого было потоплено 33 и захвачено в плен 9 шведских судов. Шведам пришлось оставить Роченсальмский рейд; русская армия перешла в наступление и отбросила неприятеля за реку Кюмень. Однако за первым Роченсальмским сражением последовало второе, и здесь удача оказалась на стороне неприятеля (1790). Войну, которую Россия уже почти выиграла, пришлось закончить на условиях статус-кво, а полководческая репутация Литты и Нассау-Зигена оказалась подмоченной.