Немецкая оккупация Харькова
На Украине уже с первых дней оккупации началось создание украинской милиции, которая со временем становилась всё более неподконтрольной немецкой оккупационной власти и занималась вопросами построения украинской государственности и местного самоуправления. Однако такое течение событий не устраивало оккупационную власть. Учитывая большую потребность в специальных полицейских силах и неприемлемость существования малоконтролируемой местной милиции, рейхсфюрер СС и шеф немецкой полиции Гиммлер издал 6 ноября 1941 г. указ о создании специальных полицейских сил из местного населения, или приказ о так называемом «шуцманшафте». Исполняя директиву Гиммлера, на Украине 18 ноября 1941 г. был издан указ о «роспуске неподконтрольной украинской милиции» и организации «шуцманшафта». В приказе речь шла о необходимости привлечения в «шуцманшафт» лучших представителей украинской милиции и о обезоруживании и ликвидации оставшейся части украинской милиции. Наряду с созданием общих полицейских сил в этом наказ речь шла и о необходимости набора из среды украинской милиции людей для вспомогательной полиции, которая бы находилась в распоряжении вермахта и охраняла военнопленных и регулировала движение транспорта.
В Харькове вспомогательная полиция (Hilfspolizei — хильфсполиция) стала создаваться вскоре после начала оккупации города и возложении заданий наведения порядка в городе на фельдкомендатуру 787. Командование 55-го армейского корпуса в специальном «Положении о службе порядка в Харькове» возложило на неё задачу создания вспомогательной полиции. Был установлен верхний предел количества хильфсполицаев в 1000 человек. Вооружением вспомогательной полиции должны были быть дубинки, штыки и другое холодное оружие. Огнестрельное оружие вспомогательной полиции было запрещено. Начальником вспомогательной полиции должен был быть безупречный, верный, надёжный, энергичный украинец. Таким был признан Б. Конык, который прибыл в Харьков с Западной Украины и был членом ОУН (м). В декабре 1941 г. он начал формирование украинской полиции. Вскоре её первые подразделения были размещены на улице Епархиальной и в переулке Короленко. Полиция была организована по районам, и уже к лету 1942 г. в Харькове был 21 полицейский участок. Они подчинялись непосредственно штабу городской полиции, который изначально находился на улице Короленко, 4, а с января 1942 г. — в помещении гестапо по улице Сумской, 100. Среди командного состава полиции было немало украинских националистов — выходцев с Западной Украины, а рядовой состав набирался из военнопленных красноармейцев и местной украинской молодёжи. Военное обучение проводили немецкие военные инструкторы и лично Б. Конык. Он же заботился и о политико-воспитательной работе, проводил политические беседы, часто в националистическом духе. В конце 1941 — в начале 1942 г. Б. Конык организовал несколько демонстративных прохождений полицейских отрядов с оркестром, исполнением украинских песен и гимна «Ще не вмерла Україна».
Такие действия Б. Коныка не всегда устраивали немцев, даже несмотря на то, что он демонстрировал преданность новой власти. К тому же в составе украинской полиции были выявлены советские агенты. В конце 1941 г. были арестованы три украинских полицая, которые якобы подталкивали к дезертирству 34 своих сослуживцев. По свидетельствам немецких агентов в полиции, арестованные работали на советскую разведку и перед ними ставились задачи по установлению мест размещения и силы немецких войск. Таким образом, Б. Конык был отстранён от управления харьковской полицией и весной 1942 г. спешно покинул Харьков. Вместо него начальником харьковской милиции был назначен бывший полковник петлюровской армии Минжулинский. На этой должности он находится менее чем полгода. Затем был арестован и вывезен в Германию. Сформированные полицейские подразделения Харькова были переброшены в мае 1942 г. в направлении Изюм — Красноград для ликвидации прорыва Красной армии, а впоследствии переведены в направлении Сталинграда. Летом 1942 г. формирование украинских полицейских батальонов было прекращено из-за большого влияния в них украинских националистов и неполную подконтрольность.
До лета 1942 г. использование местного населения с полицейской целью было упорядочено. Вспомогательные полицейские силы из состава местного населения в тылу группы армий «Юг» были поделены на такие подразделения:
Украинский ландмилицкий корпус
В литературе встречается наименование — Ландмилицкий корпус, Ландмилиционный корпус.С 1709 года в России начинает упоминаться слово "ландмилиция" (ланд  — страна, государство, милиция — от  — военная служба, войско). В 1713 году государственные поселённые казацкие (слободские) полки на засечных линиях России реорганизованы и стали именоваться "ландмилицией (земская милиция, милиция)".
Лучше всех прочих живется офицерам "ландмилиции", ибо поскольку русское дворянство не испытывает особенной склонности к военному делу и менее всего — к службе в Петербурге или других местах, где всё дорого и где проедаешь своё состояние, то те, кого не снедает честолюбие, стараются попасть в "ландмилицию", где не приходится нести больших расходов и можно, когда двор о них почти позабудет, скорее получить отставку. Вообще надобно сказать, что в России военная служба не является доходной: офицер не имеет касательства к обмундированию, отпускам, вербовочным деньгам и т. д., и ему остается довольствоваться определенным по штату жалованьем. Говорят, правда, что некоторые выгоды есть у кирасир, их офицеры имеют преимущество перед офицерами всех других полевых полков.
Состав "Украинского корпуса" и его ландмилицких (ополчение) полков комплектовался в основном из пашенных солдат и драгун, а также из однодворцев Юга Российской империи «"На Украине дворяне — тоже вид мелкого дворянства, подобный польскому. Часто у них не более трех-четырех крестьян, а то и один-единственный двор с несколькими крепостными, помогающими дворянину возделывать землю. Из этих дворян набирается ландмилиция, и господа обычно сами несут мушкеты, что ни в коем случае не может восприниматься ими за зазорное, ибо то же самое делают и князья"».