Бугульминский Казанско-Богородицкий монастырь
15 ноября 1936 года Президиум ЦИК ТАССР удовлетворил ходатайство Бугульминского райисполкома о закрытии Казанской церкви, тем самым поставив точку в истории монастыря. И хотя Крымова, находившаяся под следствием, но не арестованная, вновь обжаловала подобное ущемление прав верующих в Комиссии по вопросам культа при ЦИК СССР, и ЦИК СССР телеграммой от 23 ноября 1936 года предложил татарским властям до окончательного решения дела не препятствовать верующим пользоваться церковью, но после переписки с ЦИК ТатАССР 11 января 1937 года последовала резолюция ЦИК СССР: «…Вопрос о закрытии Казанской церкви считаем исчерпанным».
Бугульминский Казанско-Богородицкий монастырь
21 сентября 1923 года состоялось организационное собрание Казанско-Богородицкой общины при женском монастыре. Требовалась перерегистрация общины, для чего следовало выбрать председателя и членов исполнительного органа, членов ревизионной
комиссии, составить поимённый список членов общины и церковнослужителей. В собрании принимало участие 102 человека, проживавших в монастыре. Для принятия властями предлагался типовой текст устава, единый для всех религиозных общин государства. В случае отказа его принять, местные органы власти снимали общину с регистрации. Однако в тексте устава не делалось разграничений между монастырскими и приходскими храмами, что не устраивало инокинь, решивших отстаивать монашеский уклад жизни, не желая считаться обычными прихожанами. Они единогласно внесли дополнение в устав, и «определили навсегда, чтобы к храму нашей общины в председатели и члены исполнительного органа назначались только монахини нашей общины и чтобы устав общины, весь внутренний распорядок жизни, связанный с монашескими обетами послушания и труда, освященные вековыми традициями, поддерживался неизменно под надзором и управлением избранным нами председателем».