Бугульминский Казанско-Богородицкий монастырь
Решение о закрытии было незаконным, и 15 февраля 1932 года на заседании президиума исполкома ему попытались придать законный статус, приняв постановление о закрытии на основании подложного заявления: «Ходатайство верующих Казанско-Богородицкой церкви, бывшего женского монастыря, учитывая распад религиозной общины, удовлетворить и имущество принять в госфонд». Подобная фальсификация возмутила верующих, которые обжаловали постановление в ТатЦИКе. В мае 1932 года в Бугульму прибыла инспекция в составе члена Центральной комисии по делам культов при ТатЦИКе Бикеева и заведующего общим отделом РИКа Родионова. Они осмотрели религиозные здания Бугульмы, сделав вывод, что районные власти невнимательны по отношению к обращениям религиозных общин, что местная власть храмы «отобрала незаконно, верующих, которые заступаются за религию — арестовывают, хозяйства раскулачивают…». И районные власти пошли на попятную: 3 ноября 1932 года Бугульминский райисполком заключил новый договор с религиозной общиной на пользование молитвенным зданием монастыря.
Ключегорский Казанско-Богородицкий монастырь
Согласно преданию, в Москве монахиням посоветовали остановиться в доме купца Ермакова, который держал специальные помещения для таких монастырских сборщиц подаяний. Однако, когда они добрались до купеческого дома, им отказали, сказав, что все места заняты. Пока монахини в растерянности, стоя под дождём, думали, что же делать дальше, их плачевное положение заметил из окна сам Ермаков. Он позвал их к себе и расспросил, кто они, откуда они и с какой целью приехали в Москву. Узнав о бедности монастыря, он сказал им, что его жена, Екатерина заболела, и пусть они помолятся за неё, а если она поправится, то он построит каменный храм во имя святителя и чудотворца Николая. Переночевать монахиням он разрешил в своем кабинете, приказав прислуге накормить их и обсушить. Всю ночь монахини молились, а наутро Ермаков позвал их и сказал: «Должно быть, по молитвам вашим и по милости святителя и чудотворца Николая жена моя сейчас чувствует хорошо, а потому я решаюсь данное вам обещание исполнить. Я строю в вашем монастыре каменный тёплый храм. Посылайте своей игуменье письмо, чтобы или сама ехала, или прислала доверенную».