Российско-финляндские отношения
В 1809 году по Фридрихсгамскому мирному договору, завершившему последнюю русско-шведскую войну, Россия присоединила к себе всю территорию Финляндии. За 100 с небольшим лет пребывания в составе Российской империи из бывшей шведской провинции Финляндия стараниями российских монархов фактически превратилась в автономное государство со всеми присущими ему атрибутами. Великое княжество Финляндское получило собственные органы власти, денежную единицу, свою армию, почту, таможню. Государственным языком оставался шведский, а с 1863 года такой же статус приобрёл и финский язык. Все посты в администрации, за исключением должности генерал-губернатора, занимали местные уроженцы. Собранные в Великом Княжестве налоги тратились исключительно на нужды края. Власти империи старались не вмешиваться в финляндские дела. Как образно заметил в 1880-е годы один из депутатов народной партии Швеции: "«Маленький финский лев, попав на широкую грудь русского орла, так окреп и вырос, что мы, оставившие его вам в виде хилого львёнка, не узнаём нашего бывшего вассала»."
Великое княжество Финляндское
По переписи 1810 года, то есть через год после присоединения Финляндии к Российской империи, население княжества составило 863 300 человек. Из них 15 % (129 тыс.) — германские по языку шведы, составлявшие абсолютное большинство городского населения региона, и 85 % (734 тыс.) — финно-угорские по происхождению финны, карелы и саамы. Шведоязычное меньшинство занимало ведущее положение в культуре и экономике княжества и во времена Российской империи, включая период независимой Финляндии после революции 1917 года, но его доля, равно как и влияние, постепенно сокращалось в силу ряда демографических причин, несмотря на то, что по условиям мирного договора с Российской империей гражданам Шведского королевства разрешалось проводить любые гражданские операции на территории Российской Финляндии, то есть иммигрировать, свободно распоряжаться имуществом и т. д. Финны и саамы, расселённые по мелким хуторам, традиционно составляли основу крестьянского сословия, но со второй половины XIX века начали вовлекаться в урбанизационные, экономические, а также национал-политические процессы по всему княжеству.