Низами Гянджеви
По мнению Е. Э. Бертельса Низами по вероисповеданию был мусульманином-суннитом, а также питал отвращение к крайним шиитам, карматам и исмаилитам. В поддержку последнего он приводит следующие строки Низами:
До наших дней сохранилась только небольшая часть лирической поэзии Низами, в основном это касыды (оды) и газели (лирические стихи). Сохранившийся лирический «Диван» Низами составляет 6 касыд, 116 газелей, 2 кит’а и 30 рубаи. Однако, по словам средневековых биографов Низами, это лишь небольшая часть его лирики. Небольшое число его рубаи (четверостиший) сохранились в антологии персидской поэзии Нузхат ол-Маджалис, составленной персидским поэтом XIII в. Джамалом ал-Дином Халилом Ширвани, однако впервые описанной только в 1932 г.
Мавзолей Низами Гянджеви
Из последних слов А. Бакиханова видно, что возобновление мавзолея происходило в то время, когда он ещё писал «Гюлястан-Ирам», то есть в начале сороковых годов XIX в. Это время совпадало с семисотлетней годовщиной рождения великого поэта. Мавзолей, возведенный Мирзой Адигёзаль-беком, к началу нынешнего столетия разрушился, но его остатки точно отмечали место, где находился старый мавзолей и место погребения Низами.
Однако спустя несколько десятилетий мавзолей снова пришел в упадок. В 1873 году правитель Персии Насер ад-Дин Шах Каджар по дороге домой из своей первой поездки в Европу проехал мимо могилы Низами. Он упомянул в своем дневнике гробницу шейха Низами около дороги примерно в пол-лиге от Гянджи, и описал её как «очень жалкое кирпичное здание».