Рабочий и колхозница
Торжественное открытие выставки состоялось 25 мая 1937 года. Павильон СССР получил восторженные отзывы, а скульптура «Рабочий и колхозница» была признана символом триумфа советского искусства, французская пресса окрестила её «величайшим произведением ХХ века» и воплощением идеи «освобождённого труда». Поэт Луи Арагон и писатель Ромен Роллан, художники Франс Мазерель и Пабло Пикассо восхищались творением Мухиной и называли его «поразительным, современным творением, динамичным воплощением будущего». По всему миру были выпущены коллекционные серии почтовых марок, значков, открыток и плакатов с изображением монумента. Даже критики отмечали общую выразительность скульптуры, тогда как сама Мухина неоднократно высказывалась, что не была полностью довольна работой из-за очень сжатых сроков.
Тамбовский колхозник (танковая колонна)
Тамбовский памятник являлся одним из первых образцов промышленного века, когда на постамент, выполненный в духе «сталинского классицизма», установили технику. Автор проекта — уроженец Тамбовского края, архитектор В. Г. Самородов. Идея, заложенная им в монументе, раскрывала смысл Победы, в которой ратный подвиг воинов основывался на трудовом героизме. Так, оформление постамента, имитирующего кладку из камней, могло символизировать вклад в общенародное дело каждого человек, работавшего в тылу. Об этом говорило и содержание не сохранившейся рельефной надписи северной плоскости постамента: Успехи Красной Армии были бы невозможны без поддержки народа, без самоотверженной работы советских людей на фабриках и заводах, шахтах и рудниках, на транспорте и сельском хозяйстве. Самоотверженный труд советских людей в тылу войдёт в историю наряду с героической борьбой Красной Армии, как беспримерный подвиг народа в защите Родины. Сталин. 
С южной стороны воспроизводился текст телеграммы, присланной в Тамбов, в которой Верховный главнокомандующий передавал «мой сталинский привет и благодарность Красной Армии». Изображение рельефных знамён на фасаде и направление линии надписей с двух сторон как бы «возвышали» оба подвига — и боевой, и трудовой.