Великолепный часослов герцога Беррийского
Вопрос о том, кто был «Промежуточным мастером», остаётся открытым. Если часослов после смерти герцога Беррийского находился во владении короля Франции, им мог быть один из художников, работавших для Карла VII. Кёниг находит в манере «Промежуточного мастера» сходство с художником, иллюстрировавшим «Книгу о свойствах вещей» ("Livre de la propriete des choses", Национальная библиотека, Париж) и входившим в окружение Рене Доброго, а Беллози — с мастером, работавшим над «Книгой о Сердце, охваченном любовью» (Вена, Австрийская национальная библиотека, № 2597). Некоторые исследователи приписывают миниатюры «Промежуточного мастера» Бартелеми д’Эйку, другие не согласны с этой атрибуцией, например, Кэтрин Рейнольдс полагает, что стиль художника, работавшего над часословом, не совпадает с манерой Бартелеми д’Эйка.
Мармион, Симон
«Часослов Симона Мармиона» (это не единственная рукопись с таким названием) из Музея Виктории и Альберта в Лондоне (1475—1481), размером 11×7,6 см — пример миниатюрных богато украшенных часословов, какие были модны в то время. Поля часослова оформлены особенно изысканно, здесь можно видеть не только обычные для декора цветы и листья, но и изображения изделий из слоновой кости и эмали, а также других сувениров, из тех, что собирали паломники. Книга, вероятно, делалась не на заказ, поскольку в ней нет ни одного геральдического мотива и в календаре не отмечены дни святых покровителей владельца. В то время в Северной Франции и Брюгге практиковалось создание часословов на продажу, но, обыкновенно, качество их исполнения было более низким. Единственная полностраничная миниатюра без декоративных полей в книге — необычная сцена «Небеса и Ад», располагающаяся рядом со «Страшным Судом». Две нижние трети листа отведены под картину Ада, выше обнажённые фигуры переходят по узкому мосту через озеро к Небесам, стараясь уклониться от дьяволов, которые шестами с крюками пытаются зацепить души умерших. Многие сцены из «Видений Тундала» и «Сон Карла Лысого» из Петербургских «Хроник» Мармиона содержат мотивы, предвосхищающие творения Иеронима Босха.