Владимир Высоцкий в кино
Далеко не все профессиональные композиторы и музыковеды при жизни Высоцкого готовы были воспринимать его как коллегу по цеху. Так, критик Василий Кухарский на страницах журнала «Советская музыка» (1968, № 10), издававшегося под эгидой Союза композиторов СССР, отмечал, что Высоцкий создаёт «мутную дребедень про Нинку-наводчицу», а его музыка представляет собой «перепевы блатного и полублатного „фольклора“ под убогий гитарный „счёс“». Творческие искания Владимира Семёновича не принимали ни Дмитрий Кабалевский, ни Василий Соловьёв-Седой, писавший в 1968 году в газете «Советская Россия»: «Я решительно против того, чтобы нашей молодежи навязывать косноязычность, блатной лексикон, музыкальный примитив». Вероятно, отсутствие официального признания и членского билета Союза композиторов оказывало непосредственное влияние на взаимоотношения Высоцкого с кинематографистами: в ряде картин, где использовались его песни, фамилия автора в титрах не указывалась вообще. К примеру, в фильме «Карантин» звучала песня Владимира Семёновича «Давно смолкли залпы орудий…» в исполнении Юрия Каморного; автор в титрах не значился. Та же самая история произошла с произведением «Долго же ты шёл в конверте, листок…», вошедшим в приключенческую ленту «Внимание, цунами!»: песенно-музыкальная тема оказалась лейтмотивом картины, в титрах был указан композитор Олег Каравайчук; авторство Высоцкого осталось за кадром.
Песенно-поэтическое творчество Владимира Высоцкого
К тому моменту, когда Высоцкий начал сочинять свои первые песни, на магнитофонах уже звучали произведения Булата Окуджавы, Михаила Анчарова, Новеллы Матвеевой и других поэтов. Творчество некоторых авторов весьма ощутимо повлияло на художественный почерк Владимира Семёновича. В их числе — трио в составе Сергея Кристи, Алексея Охрименко и Владимира Шрейберга. В послевоенные годы написанные ими песни («Ходит Гамлет с пистолетом», «О Льве Толстом — мужике непростом» и другие) считались частью городского фольклора. Одно из их произведений — «Я был батальонный разведчик, / А он писаришка штабной. / Я был за Россию ответчик, / А он жил с моею женой» — представляло собой стилизацию под популярные в конце 1940-х годов вагонные куплеты. Молодой Высоцкий включал их в свой репертуар и даже придумывал для «жалобного» сюжета гротескные развязки. Одна из первых песен Владимира Семёновича — «Сорок девять дней» — несла отголоски «Батальонного разведчика». Эпическое начало произведения Кристи — Охрименко — Шрейберга («Я был…») в дальнейшем использовалось поэтом в таких песнях, как «"Я был" душой дурного общества», «"Я был" слесарь шестого разряда». Сочинённая Высоцким в 1963 году драматическая история под названием «Я женщин не бил до семнадцати лет» создана фактически «по мотивам» «Батальонного разведчика» и написана тем же стихотворным размером (амфибрахием).