Монгольское нашествие на Русь
В XIX столетии тема похода Батыя на Русь получала все большее внимание. В 1823 году П. Н. Наумов ввел в научный оборот термин «монголо-татары». В 1826 году Императорская академия наук объявила конкурс на тему того, какое влияние имело нашествие на развитие Руси. Несмотря на то, что конкурсная премия так и не была вручена, дискуссия по данному вопросу широко развернулась в публицистике. В последующие годы большое внимание историков было уделено военным аспектам вторжения, в частности, организации и тактике монголов. Эти вопросы были затронуты в таких работах как «Рассуждение о причинах, замедливших гражданскую образованность в русском государстве» М. С Гастева и «О военном искусстве и завоеваниях монголов» М. Иванина, опубликованных в 1832 и 1846 годах соответственно. Значительный вклад в источниковедение о монгольском нашествии сделал профессор Казанского университета И. Березин, исследовавший множество ранее неизвестных российским историкам источников. В своих работах «Первое нашествие монголов на Россию» и «Нашествие Батыя на Россию» он широко опирался на таких восточных авторов как Рашид-ад-Дин и Джувейни. В этот период еще одно детальное описание нашествия сделал С. М. Соловьев. В противовес теории Н. М. Карамзина и Х. Д. Френа об огромном влиянии вторжения Батыя на внутреннюю жизнь Руси Соловьев считал, что это событие не оказало ключевого влияния на развитие русских княжеств. Подобных взглядов в дальнейшем придерживались такие историки как В. О. Ключевский, С. Ф. Платонов, М. Н. Покровский, А. Е. Пресняков и др. Середина XIX века также характеризуется становлением «монгольского вопроса» как одной из главных тем российской медиевистики.
История Улан-Батора
После смерти монгольского монарха, Богдо-хана, 26 ноября 1924 года на заседании 1-го Великого Хуралдана была принята первая в истории страны конституция Монголии. На этом же заседании решался вопрос о новом имени столицы страны, более сообразующемся с текущими социально-политическими реалиями. Рассматривались предложения, поступавшие от населения; так, некий делегат Тэбэкто предлагал переименовать Ургу в «Монгольский Народно-Партийный Пекин». Председатель собрания объявил, что из всех поступивших вариантов больше всего голосов за имя «Батор-Хото» (, «город-богатырь»), имплицитно подразумевающее фигуру Чингисхана. Тогда к собравшимся обратился уполномоченный Коминтерна Т. Р. Рыскулов:
Чингисхан был народным героем, но он был завоевателем. Теперешняя Народная Монголия не имеет завоевательных целей, она хочет освободиться и развиваться самостоятельно, по революционному пути. Поэтому название Улан-Батор-Хото будет революционным названием, и оно будет понятно всем. Приставка «Улан» (красный) придаёт этому названию революционный характер, будет означать революционную твёрдость монгольского народа в деле защиты своей независимости.
Это предложение было принято единогласно.