Надир-шах
Британский дипломат и писатель Перси Сайкс пишет следующее о Надир-шахе:«Надир шах, последний великий азиатский завоеватель, родился и вырос в Хорасане, который он всегда рассматривал как родину. Я навестил место его рождения, а также Калат-и-Надири и другие округа, особенно связанные с именем великого Афшара, с несколькими из потомков которого я также знаком. Вследствие этого я могу рассказать истории и легенды о герое, чье имя, как говорили мне многие мои персидские друзья, все еще очень сильно нависает над Хорасаном».Иосиф Сталин читал о Надир-шахе и восхищался им, называя его учителем, наряду с Иваном Грозным. Наполеон Бонапарт начиная с молодых лет, также читал о Надир-шахе и восхищался им. Наполеон считал себя новым Надиром, и называли его европейским Надир-шахом.
Алауддин Аттар
Алауддин учился в медресе, когда умер отец. Отказавшись от своей доли наследства в пользу братьев, он сосредоточился на учёбе. Ещё будучи студентом, юноша решил встать на путь дервиша ордена Хаджаган. Поэтому большое внимание он уделял изучению богословских наук и особенно преуспел в тасаввуфе. Алауддин мечтал стать учеником Бахауддина Накшбанда и нашёл самый короткий путь к сердцу шейха, посватавшись к его дочери. За душой жениха не было ничего, кроме рваной циновки, на которой он спал, двух камней, которые он использовал вместо подушки, да старого кувшина для омовения. Но Бахауддина подкупили его блестящий ум, глубокие знания и подвижнический образ жизни. Алауддин стал членом семьи великого шейха, но стать учеником Шаха Накшбанда ему мешали юношеский максимализм, излишняя горячность и чрезмерная гордость. Чтобы усмирить необузданный нрав зятя, шейх Бахауддин заставил его покинуть медресе и переехать в свой дом в Касри-Хиндуван. Он ввёл его в тарикат, но всё время держал при себе, периодически проводя таваджух (очищение сердца). «Я держу его рядом с собой с целью уберечь от волка. А волк — это его нафс», — объяснял Шах Накшбанд окружающим. Наконец, он устроил своему зятю испытание: Алауддин должен был подобно женщине ходить по базарам и площадям с подносом на голове и продавать яблоки, причём периодически совершать это на глазах своих братьев. Преодолев стыд и перенеся упрёки родных, послушник шейха Бахауддина прошёл испытание и стал его мюридом.