Белобородов, Иван Наумович
В период работы над «Историей Пугачёва» имя Белобородова не сразу заинтересовало Александра Сергеевича Пушкина и впервые его имя появилось в рабочих записях поэта уже после того, как Николай I одобрил к печати вариант книги, Пушкин внёс в «Замечания о бунте» запись: «Иван Наумов сын Белобородов, отставной канонер, пристал к Пугачёву  1773 году, пожалован им в полковники и в походные атаманы, а потом в начале 1774 в старшие войсковые атаманы и в фельдмаршалы. Был жесток, знал грамоту, соблюдал в шайках строгую дисциплину». Не получив доступа к следственным делам пугачёвцев, Пушкин опирался на неточные сведения в записках Рычкова, Любарского, в записи преданий Дмитриева и конспекте статьи Бантыша-Каменского, в частности о том, что Белобородов был знаком с Пугачёвым ещё в период осады Оренбурга и вместе с Подуровым «заведывал письменными делами у Пугачева». Не знал Пушкин многих деталей биографии отставного капрала, которому в период восстании было 32 года, дав в «Капитанской дочке» следующее описание пугачёвского «фельдмаршала»: «Один из них, тщедушный и сгорбленный старичок с седою бородкою, не имел в себе ничего замечательного, кроме голубой ленты, надетой через плечо по серому армяку».
Дуэль и смерть Пушкина (Щёголев)
Извлекается из далекого прошлого литературоведческий труд П. Е. Щёголева «Дуэль и смерть Пушкина», заслуживающий уважения за свою фактологию, но далеко не бесспорный по своим личностным концепциям. И эта сугубо научная книга Щёголева чьими-то стараниями переиздаётся сверхмассовым тиражом в 600 тыс. экземпляров.  Ещё в двадцатых годах чрезвычайно субъективный взгляд Щеголева на семейные отношения Пушкиных был ошибочно принят некоторыми талантливыми литераторами за абсолютную истину и внёс такое смятение в умы, что многим и многим писателям, ученым, исследователям биографии поэта стоило большого труда в течение десятилетий отстоять доброе имя самого близкого Пушкину человека, его дорогого друга, любимой женщины, матери его детей — Наталии Николаевны. И истина, казалось, восторжествовала. Вновь на могиле жены Пушкина — цветы. Но нет, кто-то будоражит общественное мнение и вновь покушается на честь поэта.