Грушецкая, Агафья Семёновна
Захоронение царицы Агафьи Семёновны Грушецкой оказалось необычным для исследователей поздних саркофагов некрополя бывшего Вознесенского собора Кремля, который служил родовой усыпальницей великих князей и первых царей России (сначала из рода Рюриковичей, а потом Романовых). На скелете, на груди под одеждой лежал золотой наперсный крестик, украшенный цветной эмалью и надписями, — в более ранних погребениях этой усыпальницы такие кресты не встречались. Тело царицы при захоронении было завёрнуто в шёлковый саван. Прекрасно сохранился её головной убор — волосник на подкладке. Однако от савана и платья Агафьи Грушецкой сохранились лишь незначительные фрагменты, что, впрочем, не помешало исследователям восстановить рисунок савана.
Алымова, Глафира Ивановна
Похоронена на Ваганьковском кладбище в Москве. Оставила воспоминания, по мнению великого князя Николая Михайловича, выдающие её характер: «Несимпатичная личность Ржевской тем ярче выступает в её „Записках“, чем более она старается объяснить свои поступки высокими побуждениями. Завистливая и неблагодарная, тщеславная и мелочная, она, не стесняясь, позднее жалуется на то, что благоговение, оказываемое ей и её мужу Великим Князем и Великой Княгиней, приезжавшими к ним, „то завтракать, то обедать“, „порождало толки“, и что „милость эта, при их скромных средствах, обходилась весьма дорого“. Несмотря на своё „отвращение“ ко двору и своё „бескорыстие“, Ржевская, как могла, пользовалась своим положением и сама себя при этом уличает: „Я носила цепи, налагаемые рабством, только до тех пор, пока положение это могло быть полезно детям моим, когда же они перестали в нём нуждаться, я покинула Двор“». Эти «Памятные Записки» были напечатаны в «Русском Архиве», 1871 год; на русский с французского их перевела правнучка Глафиры, дочь декабриста Петра Свистунова Магдалина Петровна.