Красавица (картина Кустодиева)
В «Красавице» Кустодиев обратился к редкому для русского искусства жанру обнажённой натуры — роскошная сомлевшая ото сна купчиха, привстав со своего пышного ложа средь пены белых пуховых подушек и кружев, появляется из-под атласного одеяла как Афродита из перламутровой раковины. В красавице нет никакого резкого декадентского излома, несмотря на неестественно согнутую в локте руку, которой она опирается на перину; наоборот, в несколько неуклюжей позе красавицы, слегка откинувшейся назад, в сочетании с крохотными ступнями, которыми она ступает на мягкий пуфик, можно увидеть странную грацию и неповторимую прелесть целомудренной чистоты. Изобильная красота эдакой купеческой, русской «Венеры Урбинской» Тициана — алые губки-вишенки, румяные щёки, персиковый подбородок, бирюзовые глаза, золотисто-пшеничные волосы, лебединая шея, пышный стан и округлые плечи, холёное и гладкое тело — как «кровь с молоком». В народных представлениях это и есть женская красота, она сродни пуховым розовым подушкам и расшитому кружевами одеялу в чехле зефирного цвета, округлостью форм и складками так похожему на свою хозяйку.
Церковный парад лейб-гвардии Финляндского полка
Кустодиеву было предложено сообщить о своём решении насчёт заказа, принятие которого могло помочь ему как художнику, которому в этом году не удалось ничего продать кроме двух небольших женских портретов, приблизиться к царскому двору и познакомиться с именитыми заказчиками по примеру Валентина Серова или Ильи Репина. Примечательно, что во время недавней революции 1905 года Кустодиев принял участие в работе сатирических журналов «Жупел» и «Адская почта», вскоре закрытых цензурой по причине антиправительственного настроя. В них были опубликованы издевательские и гротескные портреты царских министров Витте, Горемыкина, Игнатьева, Победоносцева, Коковцова и Дубасова, изображённых в раззолочённых орденами и аксельбантами мундирах, которые составили сатирический цикл «Олимп». Героев для своих карикатур он находил в Мариинском дворце во время работы над картиной «Торжественное заседание Государственного совета…» совместно с Репиным. В том же 1905 году она экспонировалась на организованной Сергеем Дягилевым «Выставке исторических портретов» в Таврическом дворце, где имя молодого художника, возможно, стало известным самому Николаю II. Между тем, отношение Кустодиева к сановникам с критических позиций, без пиетета и с изрядной долей иронии, едва ли не было замечено царским окружением, хотя карикатур на императора он не рисовал. К тому времени Кустодиев был многообещающим художником, известность и признание к которому пришли раньше остальных, однако он постоянно нуждался в деньгах ввиду всё возрастающих семейных расходов и рождения третьего ребёнка, и после долгих раздумий без сомнений согласился на предложение «финляндцев».