Красавица (картина Кустодиева)
В «Красавице» Кустодиев обратился к редкому для русского искусства жанру обнажённой натуры — роскошная сомлевшая ото сна купчиха, привстав со своего пышного ложа средь пены белых пуховых подушек и кружев, появляется из-под атласного одеяла как Афродита из перламутровой раковины. В красавице нет никакого резкого декадентского излома, несмотря на неестественно согнутую в локте руку, которой она опирается на перину; наоборот, в несколько неуклюжей позе красавицы, слегка откинувшейся назад, в сочетании с крохотными ступнями, которыми она ступает на мягкий пуфик, можно увидеть странную грацию и неповторимую прелесть целомудренной чистоты. Изобильная красота эдакой купеческой, русской «Венеры Урбинской» Тициана — алые губки-вишенки, румяные щёки, персиковый подбородок, бирюзовые глаза, золотисто-пшеничные волосы, лебединая шея, пышный стан и округлые плечи, холёное и гладкое тело — как «кровь с молоком». В народных представлениях это и есть женская красота, она сродни пуховым розовым подушкам и расшитому кружевами одеялу в чехле зефирного цвета, округлостью форм и складками так похожему на свою хозяйку.
Купчиха за чаем
Картина размерами написана маслом на холсте. Справа внизу подпись: «Б. Кустодиевъ/1918».
Пышная, полная, сытая белотелая, румяная, голубоглазая и русоволосая молодая женщина, в общем, довольная и весёлая купчиха, удобно устроившись, вальяжно сидит за столом на балконе деревянного особняка, в своём «домашнем раю». Подперев одной рукой локоть другой, в которой она держит фарфоровое блюдечко, купчиха чинно и по купеческой традиции пьёт из него чай, кокетливо оттопырив свой пухлый мизинец. Купчиха необыкновенно хороша и воплощает в себе народный идеал: алые губки бантиком, прямой нос, чёрные соболиные брови дугой, небесно-голубые глаза. Розово-свежее от послеобеденного сна лицо и открытые, отличающиеся мраморной белизной округлые плечи этой красивой и пышущей здоровьем женщины подчёркнуто выделяются на фоне её чепца и складок такого же тёмно-фиолетового с чёрными разводами бархатного платья. Примечательно, что атласное тело купчихи даже светлее неба. Рядом о сдобное плечо своей хозяйки ластится и трётся, мурлыча и изогнув хвост, сытый и ленивый кот, непременный житель любого купеческого дома, холёный и просто лоснящийся от непрестанного удовольствия. Стоит заметить, что Кустодиев иронично наделил мордочку кота чертами хозяйкиного лица. Купчиха выглядит старше и внушительней самой модели, более миловидной и в реальности обладавшей пышными, но всё же гораздо меньшими формами. Однако некоторые моменты из первоначального эскиза Кустодиев всё же перенёс на картину.