Жанна д’Арк
Карл, однако, колебался. Сначала он приказал, чтобы матроны подтвердили девственность Жанны, затем отправил её в Пуатье, где она должна была подвергнуться допросу богословов, а также отправил гонцов на её родину. После того, как не было найдено ничего, что могло бы бросить тень на репутацию девушки, Карл решился передать в её руки командование войсками и назначил её главнокомандующим. Ведущие французские военачальники Этьен де Виньоль по прозвищу Ла Гир (на  означает «гнев, ярость»), Потон де Сентрайль и граф Дюнуа, из последних сил отбивавший английские атаки в Орлеане, должны были пойти под её командование. Начальником её штаба стал принц Алансонский. Важную роль в таком смелом решении сыграл тот факт, что Жанна именем Бога подтвердила Карлу его законнорождённость и права на престол, в которых сомневались многие, включая самого Карла.
Письма Жанны д’Арк
Написано на латинском языке 23 марта 1430 года. Стиль письма весьма угрожающ — «богемским еретикам» предписывается вернуться в лоно католической церкви, в противном случае против них будут выдвинуты войска. Письмо подписано духовником Жанны — Жаном Пакерелем, из чего иногда делается вывод, что сама она к этому письму отношения не имела. Существует также гипотеза, что письмо изготовлено немцами во время гуситских войн и представляет собой попытку повлиять подобным образом на руководителей восстания, среди которых авторитет Жанны был достаточно высок. Латинский подлинник найден в венском архиве, опубликован вместе с немецким переводом де Ормейром в 1834 году.Во время процесса в Пуатье, Жанна, как то следует из сохранившихся документов, утверждала, что «"не знает ни А ни Б"», и в то же время на пяти из сохранившихся семнадцати писем стоит её подпись, особенно отчётливая в третьем письме к жителям Реймса. Чтобы разрешить это противоречие, граф Конрад де Малесси-Мелён выдвинул предположение, будто Жанна, воспользовавшись временем перемирия (с 6 августа по 9 ноября 1429 года), успела обучиться письму и чтению. Эту же гипотезу поддержали такие крупные исследователи и биографы Орлеанской Девы, как Р. Перну и В. Клэн, отмечая к тому же, что во время Инквизиционного процесса Жанна требовала, чтобы ей были предоставлены материалы дела, тогда как обвиняемые по делу о ереси, как правило, не имели права прибегать к услугам адвоката (и Жанна действительно не имела такового) и следовательно, прочесть документы ей было некому.