Анастасия Николаевна
Согласно отчёту Якова Юровского, Романовы до последнего момента ни о чём не подозревали. В подвал по требованию Я. М. Юровского были принесены стулья, на которые села императрица и Николай с сыном на руках. Анастасия вместе с сёстрами стояла позади. Сёстры принесли с собой несколько сумочек, Анастасия захватила также любимую собачку Джимми, сопровождавшую её во всё время ссылки.
Толстая, Александра Андреевна
Александра Андреевна не раз бывала у Толстых в Ясной Поляне. С Софьей Андреевной у неё сложились теплые отношения, правда, не без некоторой ревности на первых порах.
У Софьи Андреевны есть такая запись (1891) в дневнике: «Приезжала и гр. А. А. Толстая из Петербурга и погостила несколько дней. О ней я отзываюсь в дневнике, что она радостна, ласкова, но придворная мозга костей. Любит царя, царскую фамилию, двор — и своё положение. Но разговоры мы с ней вели бесконечные. На все отзывчивая, чуткая, добрая и по-своему религиозная, она всем и всяким интересовалась, обо всех охотно говорила и никого не осуждала. Её мучило новое верование Льва Николаевича, она не могла с ним согласиться, но она любила его всю жизнь, и, не осуждая его, жалела и его, и меня, и детей».
Александра Андреевна стала крестной матерью младшей дочери Толстых, которую назвали в её честь Александрой. В книге, посвященной своему отцу, Александра Львовна напишет о своей крестной так: «Иногда у него бывала непреодолимая потребность человеческого общения, и тогда он писал Александрин, единственному человеку, которая со всей чуткостью умной, любящей женщины понимала его».