Гамаюн
Во-первых, гамаюн — это райская птица, с которой связываются представления «о счастье и блаженстве». Среди примеров рассказ «» (1851) Ивана Тургенева, главный герой которого мечтает побывать в местах, «где живёт птица Гамаюн сладкогласная, и с дерев лист ни зимой не сыплется, ни осенью, и яблоки растут золотые на серебряных ветках, и живёт всяк человек в довольстве и справедливости». Другой пример — стихотворения Константина Бальмонта «» (1907) и «» (1909), где гамаюн — райская птица, услаждающая людей своим пением: «И если звоном нежных струн ты убаюкан, засыпая, так это птица Гамаюн поёт в безвестном, голубая». В стихотворении «» (1915) Сергея Есенина с гамаюном сравнивается играющий на рожке пастух. Сладкоголосая птица гамаюн упоминается в «Повести о детстве» (1948) Фёдора Гладкова.
Гамаюн
В современной культуре Гамаюн часто упоминается вместе с двумя другими легендарными райскими птицами, Алконостом и Сирином. Их образы во многом сближаются, хотя в конкретных произведениях каждой из птиц обычно приписываются свои характерные особенности. В песне «Купола» (1975) Владимира Высоцкого появление птицы Гамаюн сравнивается со звоном семи «заветных струн» (вероятно, отклик на стихотворение Бальмонта) и восходом семи «богатых лун»; в то время, когда Сирин «радостно скалится, веселит, зазывает из гнёзд», а Алконост «тоскует-печалится, травит душу», Гамаюн показана как дающая надежду на пробуждение родины, которая «раскисла, опухла от сна». Другим примером может быть песня «Сирин, Алконост, Гамаюн» (1992) Бориса Гребенщикова. Птица гамаюн как символ надежды и возрождения встречается ещё до Высоцкого в историческом романе «Зори над Русью» (1954) Михаила Рапова, где она вводится для завязки основного сюжета — освобождения Руси от татарского ига. В работах современных художников, вслед за Васнецовым, Гамаюн преимущественно изображается птицей с женской головой.