Англиканство
Реформация в Англии проводилась в отличие от других стран «сверху», по воле монарха Генриха VIII, который таким образом пытался порвать с папой и Ватиканом, а также укрепить свою абсолютную власть. Поворотным событием стало провозглашение парламентом в 1534 году независимости английской церкви от римской курии. При Елизавете I была составлена окончательная редакция англиканского символа веры (так называемые «39 статей»). В «39 статьях» признавались и протестантские догматы об оправдании верой, о Священном писании как единственном источнике веры и католический догмат о единоспасающей силе церкви (с некоторыми оговорками). Церковь стала национальной и превратилась в важную опору абсолютизма, её возглавлял король, а духовенство подчинялось ему как часть государственного аппарата абсолютистской монархии. Богослужение совершалось на английском языке. Отвергалось учение католической церкви об индульгенциях, о почитании икон и мощей, было уменьшено число праздников. Вместе с этим признавались таинства крещения и причащения, была сохранена церковная иерархия, а также литургия и пышный культ, характерные для католической церкви. По-прежнему взималась десятина, которая стала поступать в пользу короля и новых владельцев монастырских земель.
Лондонская Полиглотта
Брайан Уолтон, живя в эпоху массовых религиозных войн, полагал, что одной из причин раскола христианского мира является неверное понимание Писания и сознательные и бессознательные искажения, допускаемые при его комментировании и истолковании. Результатом была его убеждённость в полезности издания именно полиглотты, поскольку из множества вариантов перевода представал подлинный библейский текст. Отчасти это объяснялось и влиянием Лода, поскольку англиканская церковь того времени постоянно находилась в состоянии борьбы между прокатолически и прокальвинистски настроенными элементами на фоне постоянно растущего фанатизма. Уолтон рассчитывал, что надёжными «союзницами» теологии станут история, филология и география; в своих трудах он неоднократно критиковал мистические и символические интерпретации Библии. В «Пролегоменах» (V, 3. 34) он писал, что «Слово Божье не в текстах, будь то рукописных или печатных, но в правильном понимании истинного смысла Слова, которое никто не может выразить лучше Церкви».