Анастасия Николаевна
Согласно отчёту Якова Юровского, Романовы до последнего момента ни о чём не подозревали. В подвал по требованию Я. М. Юровского были принесены стулья, на которые села императрица и Николай с сыном на руках. Анастасия вместе с сёстрами стояла позади. Сёстры принесли с собой несколько сумочек, Анастасия захватила также любимую собачку Джимми, сопровождавшую её во всё время ссылки.
Волкова, Мария Аполлоновна
После возвращения в Москву жила в собственном доме на Страстном бульваре, рядом с Екатерининской больницей. Не имея своей семьи, посвятила себя воспитанию племянников, а также дочери своей подруги В. И. Ланской — Анастасии Перфильевой. «Энергичная, живая, с серыми большими глазами и с седеющими буклями, она была уже не первой молодости, — вспоминала Т. Кузминская, — хороша собой она никогда не была (с похожим на лик мопса лицом), славилась своим прямым и здравым умом и острым языком, которого многие побаивались, все московское общество хорошо к ней относилось, с большим уважением. Мария Аполлоновна была не только умна, но и считалась очень образованной». Память у неё была огромная; читала она всё интересное, дельное, появлявшееся тогда в европейской литературе, и следила за событиями с какою-то совершенно молодою жадностью. Страстная охотница посмеяться, неизменный друг друзей своих, которых собирала у себя раза три в неделю играть в вист; но карты эти были скорее предлог, нежели цель. Между игрой и по окончании шли оживленные разговоры о новостях дня, о новых книгах и статьях.