Масленица
Со стимуляцией плодородия В. Я. Пропп связывает третью сторону Масленицы — поминальную. Ушедшие предки, по представлениям крестьян, находились одновременно и в ином мире, и в земле, а значит, могли влиять на её плодородие. Поэтому крайне важным было не гневить предков и почтить их своим вниманием. Для этого в Масленице существует широкий пласт поминальной обрядности: элементы тризны (кулачные бои, скачки и т. д.), иногда — посещение кладбищ, всегда — обильные трапезы, обязательно включавшие блины, ставшие в современном массовом сознании главным атрибутом Масленицы. Вопреки широко распространённому мнению, блины не являются и никогда не являлись символом солнца у славянских народов. В. Я. Пропп отмечает, что блины были обрядовой едой на поминках, и именно в этом качестве, по его мнению, использовались на Масленицу и в рождественский Сочельник. Причиной поминального использования блинов он считает особую архаичность этого блюда.
Стрелы (Ярославская область)
В период, свободный от полевых работ, молодёжь устраивала посиделки с танцами и играми. Особенно большие гуляния были во время церковных праздников – Рождества Христова, Крещения, Святой Пасхи, Святой Троицы, Никитина дня. Участие в них принимали все жители селения от мала до велика, в том числе и коммунисты. На Масленицу подростки в течение трех дней собирали у жителей Стрел пришедшие в негодность корзины, старую мебель, дрова, резину и другие «горючие» материалы. Ребята помладше, по два или три человека подходили к каждому дому, стучали небольшой палкой по наличнику и пели такую колядку: «К высокому дому, к парадному крыльцу, подайте дров на Масленицу-ту. Отдай, не греши, корзину от души!» Отказов не было. Сложившуюся в селении традицию старались не нарушать. Поэтому, если не было возможности дать корзину, то несли несколько поленьев дров. Ребята постарше везли по дороге между двумя посадами домов большие деревянные сани-розвальни. В них собиралось полученное от стрельских крестьян. Затем сани увозили за деревню на правый берег Которосли и там всё складывали в большую кучу. В воскресенье поздним вечером перед началом Великого поста возле неё собиралось много деревенских крестьян, которые приходили и целыми семьями. Казалось, что в потемках куча несколько увеличивалась в размерах. Нанизанные на длинные шесты корзины выглядели со стороны длинными шеями сказочного Змея Горыныча. Бегавшие возле них с самодельными факелами подростки медлили зажигать. Всем хотелось увидеть, как сначала заполыхают красные огни больших кострищ в Никольском-на-Перевозе, Курбаках, Приимкове и только потом поднять в небо «огненное чудовище» у себя. После этого большие языки пламени и густой дым устремлялись ввысь и здесь. В это время каждый из подростков старался вымазать ладонь сажей и провести ей по лицу товарищу. Дома сажу трудно было отмыть не только «хозяйственным» мылом, но даже и содой. На другой день утром в школе у многих ребят на лице, шее, ушах и руках были видны следы вечерней гулянки в последний день Масленой недели. Никитин день праздновался только в Стрелах, тогда сюда приходила молодёжь и из других селений. Когда в соседнем селе Васильково праздновали Боголюбим, то со всей округи молодёжь собиралась там. Так было и в других близлежащих селениях.