СУ-122
Серьёзной слабостью у СУ-122 было отсутствие пулемёта. Хотя самоходки по тактическим планам должны были вести бой во втором эшелоне боевых порядков атакующих танков или пехоты, в реальном сражении высока вероятность наткнуться на пропущенную первым эшелоном группу вражеских пехотинцев. Кроме того, достаточно часто, особенно в 1943—1944 годах, практиковалось использование СУ-122 как безбашенных танков в первых эшелонах боевых порядков, где важность наличия пулемёта трудно переоценить. Без прикрытия со стороны своей пехоты СУ-122 была практически беззащитна в ближнем бою и легко могла быть уничтожена противотанковой гранатой (ручной или из гранатомёта). Особенно остро этот недостаток ощущался в боях в населённых пунктах, где соприкосновение с противником бывает весьма плотным и к перечисленным опасностям добавляется сбрасывание противотанковых мин с верхних этажей зданий.
СУ-122
В Великобритании их роль играли специализированные танки «близкой поддержки» () — модификации «Матильды», «Черчилля», «Крусейдера», «Кромвеля», вооружённые 76-мм или 95-мм гаубицами вместо штатных пушек, что было сходно с довоенной советской концепцией «артиллерийского танка». Некоторым аналогом СУ-122 в британской армии можно считать САУ Bishop, представляющую собой установку 25-фунтовой (88-мм) гаубицы-пушки на шасси пехотного (лёгкого по отечественной классификации) танка «Валентайн». Но достаточно полного сходства не было — английская самоходка была значительно легче, сильно уступала советской по калибру орудия, но при этом имела значительно бо́льшие габариты по высоте. В тактическом плане САУ Bishop имела тяготение к выполнению функций самоходной гаубицы, несмотря на очень малый максимальный угол возвышения своего орудия в 15° для такого применения.