Атака Пикетта
Общая численность войск, наступавших на позиции северян, по разным оценкам составляла от 11 до 15 тысяч человек. Они наступали шеренгами, дивизии Петтигрю и Тримбла на левом фланге, Пикетта — на правом. Девять бригад образовали фронт длиной около 1600 метров. Местность между Семинарским и Кладбищенским хребтами была неровной, и наступающие войска периодически пропадали из поля зрения артиллеристов США. Увидев наступающих южан, ожидавшие их солдаты начали кричать «Фредерисксберг! Фредерисксберг! Фредерисксберг!», намекая на гибельную атаку северян во время битвы при Фредериксберге 1862 года. Артиллерия подполковника Фримана МакДжилвери, расположенная севернее холма Литтл-Раунд-Топ, обстреливала правый фланг конфедератов, в то время как левый фланг попал под огонь артиллерии, расположенной на Кладбищенском хребте. Когда южане подошли на 400 ярдов (365 метров) к шеренгам обороняющихся, стрельбу ядрами сменили картечь и ружейный огонь. Ширина фронта наступающих сократилась почти вдвое (до 800 метров), так как солдаты закрывали бреши в строю и пытались уклониться от огня с флангов.
Атака Пикетта
В это время Лонгстрит, завершив разговор с Пикеттом, отправился на позиции артиллерии Александера. Там он узнал, что у батарей заканчиваются боеприпасы, а артиллерийский обоз исчез. Оказалось, что Пендлетон отвёл его в тыл для безопасности, и не оставил на прежнем месте никого, кто бы мог указать его новое расположение. 9 орудий, которые Александер предполагал использовать для поддержки атаки, тоже исчезли — их увели куда-то в тыл. Эти новости заставили Лонгстрита ещё раз попытаться отменить атаку. «Идите и остановите Пикетта там, где он есть, — велел он Александеру, — и пополняйте боеприпасы». Александер ответил, что на это уйдёт часа два, и за это время федералы восстановят свои силы. Поэтому единственный шанс на атаку — это сейчас. Лонгстрит промолчал и потом произнёс медленно, с паузами, как будто разговаривая сам с собой: «Я не хочу этой атаки… Я уверен, она провалится… Не знаю, как она может иметь успех… Я бы не начинал и сейчас, но генерал Ли приказал, и ждёт её…» Александер почувствовал, что если немного надавить на Лонгстрита, то он решится на отмену, но это была слишком большая ответственность для полковника. Поэтому он промолчал.