Беда Достопочтенный
Беда родился приблизительно в 672 или 673 году; о своём происхождении или родителях никогда не упоминал. Хотя Дж. Кэмпбелл и А. Такер доказывали знатное происхождение Беды или его родство с или , по мнению Дж. Брауна, для этого нет никаких оснований. Одним из важнейших доказательств является его невысокое положение в монастырской иерархии: в те времена особы знатного или королевского происхождения быстро достигали сана аббата или епископа. Согласно позднему преданию, он появился на свет в деревне Монктон, расположенной на землях двойного монастыря св. Петра и Павла в Ярроу. В «Церковной истории» (V, 24) он сам утверждал, что в возрасте семи лет родственники отдали его в обучение монахам.
Беда Достопочтенный
Самым сложным было объяснение самого акта творения. По мнению М. Зверевой, Беда мог также заинтересоваться постулатом о вечности космоса, который был общим у всех античных философов и приводился у Плиния. Из трактата Беды следует, что для него было важно иметь ясное и отчётливое (не обязательно простое) представление о реальном устройстве мира, то есть природе вещей, чтобы сообщить об этом ученикам. Поэтому вопросы о причинах космических явлений и деталях универсума зачастую занимали самого Беду значительно сильней, чем авторов, которых он приводил в свидетели. В частности, блаженный Августин рассматривал изучение составляющих эмпирического тварного мира как нечто второстепенное по сравнению со спасением души. Однако это может быть объяснено из исторического контекста: нежелание Августина уходить от главного могло происходить из опасения, что доказательность нехристианских философских систем в вопросах естествознания была выше по сравнению со святоотеческой и могла вызвать у новообращённых сомнение в состоятельности всего библейского учения. Для Беды не существовало альтернативы христианству, поэтому он мог позволить себе внимательно и подробно изучать «механику мироздания», вплоть до вращения планет, рассуждения об их цвете, природы морских приливов и проч. Беда пытался понять ту сторону Божественного творения, которая была явлена и открыта Богом для человеческого познания. Изучение вещей демонстрировало высшую мудрость и попечение о благе всего живущего, поэтому естествоиспытатель возносил хвалу Творцу, обретая в созерцании природы радость и надежду. Характерно, что в трактатах Беды полностью отсутствовали ссылки на непостижимость мироздания. Толкование Беды в трактатах об устройстве мироздания чаще всего было буквальным. В перечисленных выше трактатах он практически никогда не обращался к аллегориям и символическому объяснению, несмотря на то, что они составляли важную черту мышления средневекового человека. Моральное толкование, часто применяемое Бедой в других его сочинениях, также почти полностью отсутствовало в «естественнонаучных» трактатах.