Красавица (картина Кустодиева)
В «Красавице» Кустодиев обратился к редкому для русского искусства жанру обнажённой натуры — роскошная сомлевшая ото сна купчиха, привстав со своего пышного ложа средь пены белых пуховых подушек и кружев, появляется из-под атласного одеяла как Афродита из перламутровой раковины. В красавице нет никакого резкого декадентского излома, несмотря на неестественно согнутую в локте руку, которой она опирается на перину; наоборот, в несколько неуклюжей позе красавицы, слегка откинувшейся назад, в сочетании с крохотными ступнями, которыми она ступает на мягкий пуфик, можно увидеть странную грацию и неповторимую прелесть целомудренной чистоты. Изобильная красота эдакой купеческой, русской «Венеры Урбинской» Тициана — алые губки-вишенки, румяные щёки, персиковый подбородок, бирюзовые глаза, золотисто-пшеничные волосы, лебединая шея, пышный стан и округлые плечи, холёное и гладкое тело — как «кровь с молоком». В народных представлениях это и есть женская красота, она сродни пуховым розовым подушкам и расшитому кружевами одеялу в чехле зефирного цвета, округлостью форм и складками так похожему на свою хозяйку.
Чужая жена и муж под кроватью
Изначально Достоевским были задуманы и написаны два отдельных рассказа — «Чужая жена» и «Ревнивый муж». 31 декабря 1847 года Санкт-Петербургский цензурный комитет разрешил печать рассказа «Чужая жена», который с подзаголовком «Уличная сцена» был опубликован в 1848 году в первом номере журнала «Отечественные записки» Андрея Краевского. 31 октября 1848 года было получено разрешение на публикацию рассказа «Ревнивый муж», напечатанного в том же году в одиннадцатом номере «Отечественных записок» с подзаголовком «Происшествие необыкновенное». Исходя из схожести рассказчика в обоих произведениях, а также их первоначальной связи с рассказом «Ёлка и свадьба», исследоваетли творчества Достоевского полагают, что изначально все три рассказа должны были входить в цикл «Из записок неизвестного», к которому также относился рассказ «Честный вор».