Кан Ювэй
Обучаясь у Чжу Цыци, зимой 1878—1879 годов Кан Ювэй пережил духовный кризис, увлёкся чань-буддизмом и медитативными практиками. По собственным словам, он пережил просветление и осознал себя равным великим мудрецам и основателям религий древности, в том числе самому Конфуцию. Покинув учителя, в начале 1879 года он переселился в пещеру на горе , предавался аскезе и изучал каноны буддизма и даосизма. Со временем он вернулся в семью и стал заниматься вопросами практического управления государством. Он изучал трактаты Гу Яньу и , выстраивая на этой базе своё мировоззрение. Посетив британскую колонию Гонконг, Кан Ювэй открыл для себя западную цивилизацию и пришёл к выводу, что европейцев нельзя считать «варварами».
Янь Фу
Творчество Янь Фу знаменовало собой начало кардинального перелома в политико-правовой мысли Китая в начале XX века. Если Кан Ювэй и Тань Сытун, каждый по-своему, продолжали придерживаться китайской философской традиции, пытаясь изменить её изнутри, то Янь Фу явился тем мыслителем, который не только дал китайскому обществу возможность непосредственно познакомиться с европейской философией, но и собственными работами показал, что теоретические рассуждения могут строиться на совершенно иных основаниях, нежели те, которые были приняты в китайской философии. В этом смысле Янь Фу стоял на рубеже двух мировоззрений и методологий. На смену конфуцианской и буддийской классике Кан Ювэя и Тань Сытуна пришли западная наука и позитивистская методология. Ранее сведения о западных странах, равно как и сами европейские теории, призваны были служить скорее иллюстрациями, дополнительными аргументами к рассуждениям китайских мыслителей, влияние Запада здесь было ещё мало осознанным. Благодаря Янь Фу, европейская философия в Китае начала восприниматься как самостоятельная и принципиально иная картина мира. А. А. Крушинский отмечал, что «к Янь Фу во многом восходят истоки национального самосознания китайцев перед лицом цивилизации иного типа» и что «без учёта личности и творчества Янь Фу не только невозможно исторически реконструировать идейные трансформации, пережитые китайским обществом на рубеже прошлого и нынешнего столетий, но и нельзя по-настоящему понять идеологическую ситуацию в современном Китае». Американский историк Сяо Гунцюань следующим образом определяет и сравнивает значение Кан Ювэя и Янь Фу: «Если мы считаем „Датун шу“ первой работой по политической философии в позднецинском Китае, то „Лекции о политике“ могут рассматриваться как первая работа по политической науке в позднецинском Китае».