Северорусское наречие
В одном из самых ранних вариантов диалектного членения русского языка, предложенном М. В. Ломоносовым в работе «Российская грамматика», севернорусское наречие упоминается под названием "поморский диалект", под которым, вероятнее всего, понимаются не только собственно поморские говоры, но и все окающие говоры русского Севера. В диалектологических исследованиях XIX века севернорусское наречие упоминается как "окающее" или "северное", в частности, в очерке наречий русского языка В. И. Даля («О наречиях русского языка», 1852) отмечаются окающие наречия — северное и восточное, но чаще всего встречается название "северновеликорусское", которое и закрепляется в русской диалектологии конца XIX — начала XX веков. Данное название было связано с тем, что понятие русский народ в то время включало всех восточных славян, русские делились на три большие группы — великорусы, белорусы и малорусы. В соответствии с этим в русском языке выделялись четыре диалектные группы — белорусское наречие, малорусское наречие и два великорусских наречия: северновеликорусское и южновеликорусское. Под таким названием севернорусское наречие упоминается на первой диалектологической карте русского языка 1914 года. Данное название употребительно и в настоящее время наряду с новым названием — северное наречие русского языка или севернорусское наречие. Термин «великорусский» выходит из употребления в первой половине XX века, так как белорусы и малорусы стали рассматриваться как отдельные народы, а белорусское и малорусское наречия соответственно как отдельные белорусский и украинский языки. За великорусами закрепляется название русские и соответственно название великорусский язык почти полностью вытесняется названием русский язык. В русскую диалектологию вводится новая терминология — северное и южное наречия русского языка, а также среднерусские говоры (вместо северновеликорусское, южновеликорусское и средневеликорусские). Как северное и южное наречия представлены основные диалектные объединения на второй диалектологической карте русского языка 1964 года, в «Русской диалектологии» 1965 года, «Диалектном членении русского языка» 1970 года К. Ф. Захаровой и В. Г. Орловой и других важнейших работах по диалектологии русского языка.
Западная группа говоров южнорусского наречия
В связи с тем, что отнесение говоров из переходной русско-белорусской полосы к тому или иному языку как правило затруднено, при картографировании говоров для создания диалектологических атласов русского и белорусского языка было принято решение границы территории обследования провести по границам Белорусской ССР с РСФСР. При составлении же диалектологической карты русского языка был учтён фактор влияния русского и белорусского литературных языков при несовпадении государственных и языковых границ на говоры, размещённые на территориях соответственно России и Белоруссии, когда одна часть бывших Полоцких и Смоленских земель оказалась в сфере влияния русского языка, а другая — в сфере влияния белорусского. Так, например, на территории Белоруссии наблюдаются тенденции замены диалектного диссимилятивного яканья литературным сильным яканьем; на территории России диалектное диссимилятивное яканье заменяется литературным иканьем. Произношение сочетания "-ый", "-ий" под ударением в случаях типа "мыйу", "пий" в говорах Белоруссии на границе с Россией устойчиво сохраняется, а в говорах России произношение "мыйу", "пий" сосуществует с произношением "мо́йу", "пой" и постепенно вытесняется из речи носителей переходных русско-белорусских говоров на территории России. Таким образом с синхронной точки зрения за время существования национальных языков одни и те же черты на смежной территории Белоруссии и России стали компонентами разных языковых систем — белорусской и русской, и потому не могут считаться чертами, характерными преимущественно для одного из этих языков. На основании чего авторами диалектного членения русского языка 1964 года была проведена граница между белорусским и русским языком (а следовательно, и граница Западной группы говоров) по линии государственной границы. Тем не менее по усилению распространения ряда явлений, характерных для белорусского языка в целом, говоры Западной Брянщины (среднебелорусские с чертами переходности к южнорусскому наречию) были отнесены к белорусскому языку. Кроме того особо отмечается наличие типично белорусских черт в узкой полосе вдоль границы Белоруссии с Западной Смоленщиной.