Изабелла Баварская
Тем не менее, современные историки пишут: «История Изабеллы Баварской издавна является сфабрикованной смесью слухов и пропаганды, которые были впитаны исторической традицией и повторялись столь часто, что легенды стали неотличимы от фактов». Документы свидетельствуют, что ещё в 1413 году королева пользовалась безупречной репутацией. Первым в череде её любовников молва называла Людовика Орлеанского. Этот слух основывался на указаниях двух источников — бургундского стихотворного памфлета Pastoralet и замечания, обронённого Жаном Шартье, королевским историографом, после 1437 года. Анонимный автор поэтического памфлета описывал монархов этого времени как пастухов и пастушек под вымышленными именами, прилагая в конце глоссарий с соотнесением имён. Он утверждал, что его сочинение является правдивой записью событий, которые привели к убийству Жана Бесстрашного, герцога Бургундского, но скорее он занимался его прославлением. В стихах утверждалось, что Людовик Орлеанский действительно был убит по приказу бургундского герцога, но последний лишь выполнял приказ короля. В поэме Карл узнал о романе между женой и братом и поклялся отомстить, Жан Бесстрашный обещал позаботиться об этом. Тема адюльтера активно подчёркивалась, поскольку она являлась единственным извинением убийству. А Жан Шартье, отметив в своих записях день смерти королевы в 1435 году, проронил, что англичане укоротили ей жизнь, объявив, что её сын был незаконным. Он писал, что услышав этот слух, она была так расстроена, что больше никогда не была счастлива. (Любопытно, что письменные материалы о мире в Труа действительно относятся только к 1435 году, и там не упоминается о происхождении Карла как о поводе лишения его наследства).
Елизавета Баварская (императрица Австрии)
В Ишле отношения между Францем и Еленой не сложились, и Карл Людвиг первым обратил внимание матери на то, что Франц заинтересовался Елизаветой, которая стала настоящей красавицей. Вскоре сам старший сын признался матери Софии, что хотел бы жениться именно на Сиси. На балу император, предварительно посоветовавшись с матерью, приглашает на котильон не Елену, а Сиси. Для всех присутствующих это стало знаком тому, что последняя станет женой Франца Иосифа. Он попросил эрцгерцогиню узнать у Людовики, особо оговаривая, чтобы на Сиси «не оказывалось никакого давления», согласится ли та выйти за него. Елизавета была взволнована и польщена и призналась, что влюблена в императора, но её пугает грядущее высокое положение и соответствующая ответственность. Всё пошло не так, как было запланировано эрцгерцогиней Софией, но тем не менее она попросила у Людовики руки своей второй племянницы для Франца. Людовика, опасавшаяся, что брак вообще расстроится, была довольна, что императрицей всё-таки станет её дочь, и дала своё согласие. Император объявил о помолвке в Ишле во время мессы. В Баварии весть о намечающемся союзе была встречена с воодушевлением, в то же время в Вене к новостям отнеслись прохладно, так как брак считался делом рук Софии, которую недолюбливали после подавления революции 1848 года. В конце лета Франц Иосиф и Сиси расстались: император вернулся в Вену, его невеста — в Поссенхофен, где началась подготовка к свадьбе. Время Сиси было занято позированием художникам (её портреты рисовали сразу три мастера, приглашённые Францем Иосифом), подготовкой свадебного приданого и уроками: будущая императрица изучала историю и политику Австрии и Венгрии. Граф Иоганн Майлат, венгр по национальности, литератор из окружения герцога Максимилиана, сумел пробудить в Елизавете интерес к национальным обычаям и традициям венгерского народа. Никогда не любившая учёбу, Сиси прилежно занималась с Майлатом три раза в неделю.