Плещеев, Алексей Николаевич
Положение изменилось к лучшему после того, как поэту стал оказывать покровительство генерал-губернатор граф В. А. Перовский, давний знакомый матери. Плещеев получил доступ к книгам, сдружился с семьёй увлекавшегося искусством и литературой подполковника (позже — генерала) В. Д. Дандевиля ,посвятив ему несколько стихотворений тех лет, с польскими ссыльными, с отбывавшим в этих же краях ссылку Тарасом Шевченко, с одним из создателей литературной маски Козьмы Пруткова А. М. Жемчужниковым и поэтом-революционером М. Л. Михайловым.
Зимой 1850 года в Уральске Плещеев познакомился с Сигизмундом Сераковским и его кружком. Впоследствии они встречались в Ак-Мечети, где оба служили. В кружке Сераковского Плещеев вновь оказался в атмосфере напряжённого обсуждения тех же социально-политических вопросов, которые волновали его в Петербурге. «Один изгнанник поддерживал другого. Высшим счастьем было пребывание в кругу своих товарищей. После муштры собирались часто дружеские собеседования. Письма с родины, новости, принесённые газетами, были предметом бесконечного обсуждения. Ни один не терял мужества и надежды на возвращение…», — рассказывал о кружке его участник Бр. Залесский. Биограф Сераковского уточнял, что в кружке обсуждались «вопросы, связанные с освобождением крестьян и наделением их землёй, а также отмена телесного наказания в армии».
Мечёв, Алексей Алексеевич
Вся его жизнь была связана со служением в московских храмах. Служил псаломщиком в Знаменской церкви. С 18 ноября 1884 года — диакон церкви великомученика Георгия в Лубянском проезде. С 19 марта 1893 года — священник храма святого Николая в Клённиках на Маросейке, в котором прослужил до конца жизни. Это был один из самых маленьких храмов Москвы, в котором было очень мало прихожан. Несмотря на это, ввёл в церкви ежедневное богослужение, восемь лет служил в пустом храме почти в одиночестве. Однако постепенно священник получил известность как добрый пастырь, в храме становилось всё больше прихожан, со временем сформировалась одна из самых известных в Москве православных общин. По воспоминаниям верующих, его проповеди были просты, искренни, трогали сердце глубиной веры, правдивостью, пониманием жизни.