Греческая военная авиация в Первой мировой войне
Греческая военная авиация (), в другом чтении Военно-воздушные силы Греции, в силу первоначального нейтралитета Греции и Национального раскола, вступила в Первую мировую войну, в июне 1917 года. Греческая морская авиация вступила в войну несколько ранее, в сентябре 1916 года.
История современной Греции
Когда в конце 1876 году сербская война отразилась волнениями в Фессалии и Эпире и когда оттуда начали доходить вести о варварствах турок, Грецию охватило сильное возбуждение; идея панэлленизма снова овладела умами и нашла горячее выражение в печати, в бесчисленных митингах и петициях. Палата вотировала экстраординарный кредит в 10 млн драхм на военные приготовления и приняла предложение о призыве под ружье 120 000 человек (при менее чем 2-млн. населении страны), а в начале 1877 года приняла закон о всеобщей воинской повинности. Образовалось коалиционное м-во, в состав которого вошли вожди всех партий. В апреле 1877 года Россия объявила войну Турции. Момент был для Греции удобный; но глава английского правительства, лорд Биконсфильд, заявил, что движение греческих войск через границу вызовет немедленное занятие Пирея. Греция продолжала, однако, служить убежищем для фессалийских беглецов, множество которых поступало в качестве добровольцев в греческую армию. Турецкий посланник потребовал объяснений; правительство ответило ему в успокоительном тоне. Новые зверства в Фессалии вызвали уличные волнения в Афинах. 4 августа Трикупис заявил державам, что если Турция не обуздает своих «черкесов», то Греция будет вынуждена объявить войну. Порта в ответ на это угрожала двинуть войска на Афины, если Греция не прекратит своих военных приготовлений. Угрозу, однако, было бы трудно выполнить, так как все силы Турции были поглощены войной с Россией. Тем не менее Греция медлила под влиянием угроз Биконсфильда. Наконец новое и уже однородное министерство Кумундуроса, образовавшееся 23 января 1878 года, 2 февр. двинуло в Фессалию корпус в 12 000 чел., но уже 7 февраля приказало ему вернуться, так как адрианопольское перемирие дало Турции возможность отправить и войско в Фессалию, и панцирный флот в Пирей, да и посланники великих держав решительно потребовали прекращения военных действий.
Греция просила у держав разрешения иметь представителей на берлинском конгрессе, но в этом ей было отказано. Только 27 июня 1878 года, когда обсуждался греческий вопрос, её представители (мин. иностр. дел Делианис и берл. посланник Рангабе) были приглашены на заседание конгресса для выражения желаний Греции. Зато Греция нашла горячего защитника в лице французского уполномоченного Ваддингтона. Делианис ввиду безнадёжности слишком больших требований просил конгресс, чтобы Греции были уступлены Фессалия, Эпир и Крит. Ваддингтон настаивал на отдаче Фессалии и Эпира как провинций, которые являются источником слабости для Порты, а для Греции явятся источником силы. Против этого решительно высказалась Англия. В результате конгресс рекомендовал Порте уступить Греции часть Эпира и Фессалии до рек Каламаса и Саламбрии. Крит, опять волновавшийся, безусловно оставлен в распоряжении Турции. Все это обостряло отношения между Портой и Грецией и тяжело отзывалось на греческих финансах. Государственные расходы Греции с 39 млн в 1876 году поднялись до 113 млн в 1881. Отсюда миролюбие нового министерства Трикуписа, образовавшегося 18 марта 1880 года. В Англии, между тем, Биконсфильда сменил Гладстон, по почину которого была созвана в Берлине конференция (16 июня — 1 июля 1880) по греческому вопросу. Она не привела ни к чему, так как Порта решительно заявила, что не отдаст Греции Лариссу и Янину. Неуступчивость Турции принудила Грецию держать свои войска по-прежнему готовыми.