Грузия в составе Российской империи
Крепостное право в России было отменено в 1861 году. Александр II планировал также отменить его и в Грузии, но это было невозможно без потери только что приобретённой лояльности грузинской знати, благосостояние которой зависело от крепостного труда. Задача провести переговоры и найти компромиссное решение была поручена либералу Димитрию Кипиани. 13 октября 1865 года царь подписал указ об освобождении первых крепостных в Грузии, хотя полностью крепостное право исчезло только в 1870-е годы. Крепостные стали свободными крестьянами и смогли свободно передвигаться, вступать в брак по своему выбору и принимать участие в политической деятельности. Замлевладельцы сохранили право на всю свою землю, но только часть её оставалась в их полной собственности, а другую получили право арендовать бывшие крепостные, веками жившие на ней. После выплаты в качестве арендной платы достаточной суммы, чтобы компенсировать потерю земли владельцам, они получали землю в собственность.
Манифест о трёхдневной барщине
19 февраля 1861 года император Александр II поставил точку в многолетних спорах о проблеме крепостного права, подписав Манифест о земле и воле. С. Б. Окунь справедливо отмечал, что при составлении Местного положения 1861 года по великороссийским, новороссийским и белорусским губерниям Манифест о трёхдневной барщине и циркуляр Бибикова легли в основу главы III «О повинности издельной (барщине)». После ликвидации крепостного права трёхдневная барщина впервые в общероссийском масштабе начала реализовываться в имениях, где крестьяне были переведены в разряд временнообязанных.
Возвестив многомиллионной массе крепостных крестьян огромной империи о падении оков рабства, Манифест Александра II настойчиво преподносил эту меру как исполнение «завещания предшественников наших», как осуществление воли прежних монархов династии Романовых. Однако в тексте Манифеста о земле и воле упоминался только указ о вольных хлебопашцах императора Александра I и инвентарные реформы николаевской эпохи. Манифест о трёхдневной барщине в тексте Манифеста о земле и воле вообще не фигурировал, имя императора Павла I также не упоминалось. Инициаторы крестьянской реформы 1861 года не посчитали нужным и возможным отдать должное российскому самодержцу, который, издав Манифест о трёхдневной барщине, начал процесс законодательного ограничения крепостного права в стране. У дворянско-помещичьих кругов время Павла I прочно ассоциировалось с наступлением самодержавия на дворянские привилегии и Александр II, видимо, не хотел раздражать благородное сословие упоминанием имени своего деда. Так, с легкой руки авторов Манифеста о земле и воле, законом, создавшим прецедент ограничения крепостного права государством, длительное время считался указ о вольных хлебопашцах Александра I, а не Манифест о трёхдневной барщине Павла I, который был таковым в действительности. «Павловская тема» (не только цареубийство, но и реформы, преобразования Павла I) долго оставалась нежелательной и полузапретной для научных исследований. Лишь в начале XX века исследователи постепенно начали вспоминать о том, что нача́ло ограничению крепостного права было положено императорским Манифестом о трёхдневной барщине. Современная историческая наука также исходит из этого.