Лаура (Петрарка)
Дживелегов считал, что Лаура была реальной личностью и, вдобавок, отношения между ними были не платоническими: «Лаура не понимала по-латыни, да и не было в обычае воспевать даму сердца на языке Цицерона. Подчиняясь тому же обычаю, Петрарка скрыл истинный характер своей любви, скрыл, что то была чувственная страсть, и вслед за провансальцами и флорентийскими лириками представил себя платоническим вздыхателем, который, как Данте у своей Беатриче, ищет только приветствия и ласкового взгляда. С точки зрения ученого, итальянские стихи были чем-то очень несерьёзным; Петрарка называл их безделками "(nugellae)" и считал их чем-то незаконченным и незрелым "(rerum vulgarium fragmenta)." Но эти безделки ему дороги: он их тщательно собирает, и рукопись, переписанную начисто, хранит почти так же заботливо, как и свои латинские произведения. И чутьё его не обмануло. Латинские произведения Петрарки уже стали забываться, когда — это было в конце XV века — начали усиленно подражать его сонетам и канцонам. Латинские произведения его теперь давно забыты, а сонеты и канцоны заучивают в школах наизусть». Учёный отмечает, что любовь к Лауре в итальянских произведениях приукрашена по старому рецепту трубадуров, а в латинских обнаруживается её настоящий характер.
Петраркизм
Самим ранним опытом подражания Петрарке в Испании стали 42 сонета маркиза де Сантильяна, написанные в (1444) году. Однако системный характер петраркизм приобрел здесь много позже. По словам Н. Г. Елиной, в Испании «в 30-е гг. 16 в. возникла школа петраркистов, родоначальником которой был Хуан Боскан Альмогавер, а наиболее видным представителем — Гарсиласо де ла Вега, авторы любовных сонетов и канцон в манере Петрарки. Но в Испании петраркизм встретил и ожесточённых противников, защищавших национальные формы поэзии (Кристобаль де Кастильехо и др.). Тем не менее петраркистская поэзия просуществовала здесь до конца XVI века и в круг её до некоторой степени входит творчество поэта Фернандо де Эррера».