Преступление и наказание
Второй момент связан с орудием убийства: когда герой лишает жизни Алёну Ивановну, лезвие топора направлено в лицо Раскольникову; в ситуации с Лизаветой, напротив, «удар пришёлся прямо по черепу, остриём». По мнению литературоведа Сергея Белова, эти сцены демонстрируют абсолютную власть топора: «Бессилие совладать с орудием убийства явилось началом крушения Раскольникова». Так преступление сразу переходит в наказание: герой понимает, что ответ на вопрос «Тварь я дрожащая, или право имею?» уже получен, а сам он — отнюдь не «сверхчеловек».
Семь (фильм)
Полицейские детективы Уильям Сомерсет и Дэвид Миллз расследуют дело о серийном убийце Джоне Доу, возомнившем себя орудием Господа. В своей одержимости последовательно карать за семь смертных грехов он подвергает жертвы смертельным физическим и моральным страданиям, которые готовит с холодной расчётливостью. Каждая кара тщательно спланирована, а каждая жертва (в понимании Доу) — эталон того греха, за который следует наказание. Изощрённый мучитель и убийца оставляет на месте преступления лишь название греха и хитроумную зацепку-головоломку, позволяющую найти следующего «грешника».