Предпосылки Февральской революции 1917 года
Следующим после братьев Кирилла в очередности престолонаследия был Павел Александрович (дядя царя) и его сын Дмитрий Павлович. Как и брат царя Михаил, Павел Александрович состоял в морганатическом браке, из-за чего долгое время жил вне России. Таким образом, все ближайшие родственники Николая II, которые, учитывая тяжелую болезнь наследника, могли реально претендовать на престол, в силу разных причин, главным образом, касающихся их семейной жизни, находились с императором в сложных отношениях. Император и императрица, понимая всю тяжесть болезни цесаревича, верили в его выздоровление и поэтому не рассматривали даже возможность наследования престола кем-либо из великих князей. При этом ни один из ближайших к трону великих князей не стремился к государственным достижениям и не отличался яркой приверженностью каким-либо политическим взглядам и харизмой.
Романов, Владимир Кириллович
К концу жизни Владимира Кирилловича представителей Российского Императорского Дома по мужской линии, не состоявших в неравнородных, нединастических (т. н. морганатических) браках уже не оставалось. Дети же от таких браков, согласно Основным Законам Российской империи и Учреждению об Императорской фамилии, не являются членами Российского Императорского дома — великими князьями и даже князьями крови императорской. Руководствуясь этим положением императорского законодательства, Владимир Кириллович объявил своей наследницей дочь Марию Владимировну, как рождённую от равнородного брака. По Закону о престолонаследии (ст. 30 Основных законов), действительно, после прекращения мужских линий династии права на престол переходят в женские линии последнего царствовавшего государя. Достаточно сложен вопрос о равнородности брака самого Владимира Кирилловича. Часть монархистов считает его морганатическим, поскольку таковым в 1911 году был признан другой брак княжны Татьяны Константиновны с грузинским князем Багратион-Мухрани, так как в тот период не существовало акта о признании князей Багратион-Мухранских в царственном достоинстве. Это применяется в качестве аргумента о спорности прав потомства Владимира Кирилловича на главенство в Российском Императорском Доме. Другая же часть монархистов считает брак Владимира Кирилловича равнородным, ввиду того, что заключённый в 1946 году брак испанской инфанты Мерседес с князем Ираклием Георгиевичем Багратион-Мухранским был признан равнородным, поскольку к тому времени самим же Владимиром Кирилловичем, было признано царственное достоинство князей Багратион-Мухранских, как представителей Царского дома Грузии.