Боткина, Татьяна Евгеньевна
Татьяна, её брат Глеб и их отец последовали вместе с семьей Николая II в ссылку, однако только в Тобольск. Когда Николая II переместили в Екатеринбург, Татьяна и Глеб не смогли поехать туда.. На просьбу Татьяны о воссоединении с отцом в Екатеринбурге, представитель Советов на Урале Николай Родионов ей ответил: «Почему такая красивая девушка, как вы, хочет остаток жизни провести в тюрьме или быть расстреляна?» Татьяна ответила, что императорская семья не должна быть в тюрьме. Однако Родионов сказал ей, что они скорее всего будут расстреляны. Он добавил, что даже если он даст им пропуск до Екатеринбурга, то их арестуют прямо на вокзале и вышлют обратно в Тобольск, так как никто не разрешит им получить вид на жительство в Екатеринбурге. После того, как Татьяна узнала из отчета следователя Н. А. Соколова, что царь, его семья и слуги были убиты, она глубоко прониклась мыслью, что её отец умер, защищая императора.
Шереметьевская, Наталья Сергеевна
В марте 1917 года после того, как Николай II отрёкся от трона в его пользу, Михаил Александрович обусловил своё решение волей на то Учредительного собрания. Михаил и его семья сначала жили в его Гатчинском доме (ул. Николаевская, 24), затем (21 августа 1917 года) Михаил был помещён под домашний арест, но вскоре освобождён. 7 марта 1918 года — вновь арестован, уже Гатчинским советом, и по решению Совнаркома выслан в Пермь. Наталью Сергеевну он уговорил остаться в Гатчине. Она пыталась добиться возвращения Михаила, ездила для этого в Москву, даже встречалась с Лениным, но безуспешно. В марте 1918 года ей удалось отправить сына в Данию под видом сына своей гувернантки — когда маленького Георгия согласилась принять семья датского монарха, то датское посольство в Петрограде предоставило убежище ему и англичанке-гувернантке, служившей в доме Михаила Александровича. С помощью фальшивых документов гувернантка, уже как жена датского подданного, вместе с «сыном» была отправлена в Данию.