Сверх-Борджиа в Кремле
В последние несколько лет своей жизни, проведенных в Мексике, Лев Троцкий был преимущественно занят подготовкой крупной работы о советском лидере Иосифе Сталине: он собирал документы и накапливал материалы о том, как «мелкий провинциальный большевистский функционер» смог стать «тоталитарным диктатором» Советской России и «обеспечить себе поистине неограниченную власть». С весны 1938 года Лев Давидович в своих изысканиях полностью переключился на личность вождя СССР.
Своеобразным аналитическим и эмоциональным итогом в оценке Троцким Сталина стала статья «Сверх-Борджиа в Кремле», являвшаяся завершающей в серии из двух материалов, заказанных американским журналом «Life» («Лайф»): первым был автобиографический набросок «Иосиф Сталин. Опыт характеристики», вызвавший протест как сталинистов, так и либералов в США. «Сверх-Борджиа…» был подписан к печати 13 октября 1939 года. В сопроводительном письме в редакцию Троцкий категорически отрицал элемент личной ненависти в оценке «кремлёвского владыки».
Дело врачей
Доктор исторических наук Геннадий Костырченко, опровергая утверждения Месяцева, пишет, что Сталин не просто контролировал, но и лично направлял расследование по этому делу требуя «раскрыть» не только вредительское лечение, сколько шпионаж и террор. Сразу же после расправы над 11 чехословацкими руководителями, казнёнными по делу Сланского, где также использовались мотивы «вредительского лечения», 4 декабря Сталин вынес на рассмотрение президиума ЦК вопрос «О положении в МГБ и вредительстве в лечебном деле». Костырченко считает, что развязывая публичную пропагандистскую кампанию, Сталин готовил публичный политический процесс. Он пишет, что отмену дела инициировал 13 марта (то есть через неделю после смерти Сталина) Лаврентий Берия.