Шухевич, Роман Иосифович
На задержание выехали около 20 оперативников МГБ и около 600 военнослужащих 62-й дивизии ВВ. Как пишет в своих мемуарах Павел Судоплатов, генерал МГБ «Дроздов потребовал от Шухевича сложить оружие — в этом случае ему гарантировали жизнь. В ответ прозвучала автоматная очередь. Шухевич, пытаясь прорвать кольцо окружения, бросил из укрытия две ручные гранаты. Завязалась перестрелка, в результате которой Шухевич был убит». По другой версии, во время обыска Шухевич, спрятавшись на площадке лестницы, застрелил из укрытия майора Ревенко, после чего бросился вниз и сам был застрелен автоматной очередью. В результате несогласованных действий опергруппы Шухевичем был убит сотрудник управления 2-Н МГБ УССР майор Ревенко. Украинскими националистами отстаивается версия, что Шухевич был не убит, а застрелился сам, чтобы не попасть в плен к оперативникам МГБ.
Убийство православного священника в Эвенкии
В ноябре 1998 года Руслан Любецкий появился в пос. Тура, где поселился в частной гостинице под именем «Романа Гаврилова». Местные жители посчитали «Романа» «человеком странным, даже помешанным». Вскоре Любецкий познакомился с настоятелем местного православного храма иеромонахом Григорием, который приютил его у себя дома, помог ему пищей и деньгами. В Туре Любецкий занимался охотой и рыболовством, а также проводил время в богословских спорах с отцом Григорием и с местными баптистами. Григорий активно проповедовал «язычнику», желая обратить его в православие. Эти беседы, однако, не привели Любецкого в лоно РПЦ, а, наоборот, вызывали у него раздражение. Любецкий пришёл к выводу, что отец Григорий, постоянно напоминая людям об их грехах, тем самым способствует их духовной деградации. Будущему убийце также показалось, что священник оскорбляет Иисуса Христа, который, по его глубокому убеждению, был «сыном Кришны». Любецкий утверждал, что накануне убийства он пережил состояние транса, в котором ему открылось, как и чем надлежало убить иеромонаха. В других источниках говорится, что Любецкий рассказывал, как к убийству священника его побуждал голос, который он слышал во сне и принимал за «голос бога Кришны». По свидетельству очевидцев, за два дня до совершения преступления Любецкий открыто говорил о своём намерении убить отца Григория за его «неправедность».