Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!
Данная фраза впервые упоминается Жан-Жаком Руссо в «Исповеди» (1766—1770). Однако не совсем в том виде, в котором её привыкли цитировать. Согласно Руссо, эту фразу произнесла молодая французская принцесса, которую народная молва, а также многие историки, отождествили впоследствии с Марией-Антуанеттой (1755—1793):
Бей жида-политрука, рожа просит кирпича!
Некоторые современные исследователи, изучая листовки Третьего рейха, обращают внимание преимущественно на «комикс» со словами «Бей жида-политрука, рожа просит кирпича!», но игнорируют такую его часть, как «Пропуск в плен» или к «Командирам и бойцам Красной Армии!». Например, литературный критик Лев Аннинский, вспоминая удивление писателя Юрия Трифонова низким уровнем агитационной листовки про «жида-политрука…», допускает, что немцы могли разглядеть единственную «главную педаль»: «Тут главное — „жида“ найти. Мне не дает покоя мысль: неужели же в нас все-таки что-то такое было, что позволяло им надеяться уловить нас на этом уровне?».