Шутер
Игрок находится в трёхмерном пространстве и имеет некоторую свободу передвижения. Уровни, как правило, являют собой ограниченный лабиринт, в котором расположены враги, союзники и нейтрально настроенные NPC. Действия большинства шутеров разворачивается в анизотропном пространстве (помещения имеют очевидные пол и потолок, в них действует гравитация), хотя существуют и исключения, в которых пространство изотропно (например, Descent). Геймплей канонического шутера сводится к поиску выхода с уровня, с устранением всех препятствующих противников и препятствий (поиск ключей к закрытым дверям, дистанционное открытие прохода при помощи органов управления, удалённых от самой двери). Таковы Wolfenstein 3D, Doom и многие подобные, однако это не является чертой определённой эпохи — канонические шутеры по-прежнему выпускаются. В расширенном жанре ставятся дополнительные цели, такие, как установка бомбы на вражеское укрепление, решение паззлов за отведённое время (System Shock и т. п). Иногда даже само уничтожение врагов в чистом виде является бессмысленным занятием — необходимо выполнить определённое задание и этим задействовать некий игровой триггер, чтобы пройти дальше. Наглядным примером такого подхода является "Call of Duty".
Суд — это я (фильм, 1953)
Как написал в 1992 году историк нуарового кино Боб Порфирио, «это был первый из серии продюсированных Сэвиллом фильмов по Спиллейну, и, наверное, единственный фильм нуар, который был снят в трёхмерной технике». При этом, как пишет Порфирио, «большая часть садизма романов Спиллейна здесь отсутствует, за исключением поразительных начального и финального эпизодов». Несмотря на то, что «другие элементы насилия в романе удалены, тональность мачистской сексуальности сохраняется, включая глубоко укоренённое женоненавистничество Спиллейна и его неприязнь к гомосексуалистам». Историк кино Спенсер Селби назвал картину «грубым, жестоким фильмом, который соответствует тональности романа Спиллейна». С другой стороны, Кини отметил, что «фильм начинается и заканчивается ударными сценами, но, всё остальное между ними скучно и утомительно. Есть лишь несколько увлекательных сцен драк, но сюжет развивается медленно и слишком запутан, а Эллиот не убедителен в роли грубого и мужественного, женоненавистнического и гомофобного детектива». По мнению Кини, «настоящим Майком Хаммером был Ральф Микер в „Целуй меня насмерть“ 1955 года». Как полагает Дэвид Хоган, «любая адаптация приключений Хаммера получится хорошо или плохо в зависимости от силы актёра, играющего Хаммера», и именно слабый актёр в ключевой роли «губит этот фильм». Вместе с тем, по мнению Хогана, «жестокие сцены поставлены хорошо и убедительно. Картина открывается с ударного эпизода, когда в друга Хаммера стреляют в его квартире, после чего он в агонии ползёт по полу к камере, одна его рука вытянута к нам (фильм снимался в трёхмерном варианте), и в этот момент на экране взрывом возникают название и титры фильма». Далее Хоган обращает внимание на то, что «фильм распадается на отдельные сцены, каждая из которых умно представлена полноэкранной рождественской открыткой (и соответствующей музыкой), предворяя следующее место действия. Всё происходит довольно стремительно, и в сценарии есть требуемые сюжетные повороты, однако они отходят на второй план, как только начинаются драки и стрельба. И Билл Эллиот очень старается».