Достоевский, Фёдор Михайлович
Фёдор Миха́йлович Достое́вский (; , Москва, Российская империя — , Санкт-Петербург, Российская империя) — русский писатель, мыслитель, философ и публицист.
Член-корреспондент Петербургской АН с 1877 года.
Достоевский, Фёдор Михайлович
«Записки из подполья», знаменовавшие новый этап в развитии таланта Достоевского, должны были стать частями большого романа «Исповедь», нереализованный замысел которого зародился в 1862 году. Первая часть философской исповеди героя «Подполье» была написана в январе и феврале, а вторая («Повесть по поводу мокрого снега») — с марта по май 1864 года. В повести Достоевский выступил как новатор, наделив рассуждения «подпольного человека» большой силой убедительности. Эту «доказательность» унаследовали Раскольников, Ставрогин и братья Карамазовы в монологах последующих романов «великого пятикнижия». Столь необычный для современников приём стал основанием для ошибочного отождествления персонажа с автором. Обладая собственным понятием выгоды «отрешившийся от почвы и народных начал» «подпольный парадоксалист» ведёт полемику не только с теорией «разумного эгоизма» Н. Г. Чернышевского. Его рассуждения направлены как против рационализма и оптимизма просветителей XVIII века (Руссо и Дидро), так и против сторонников различных лагерей общественно-политической борьбы начала 1860-х годов. «Подпольный человек» уверен, что «живая жизнь» не поддаётся расчёту по формуле «2 х 2 = 4». Герою «Записок из подполья», который на последних страницах повести называет себя «антигерой», ближе философские идеи Канта, Шопенгауэра и Штирнера о свободе воли — «своё собственное, вольное и свободное хотенье» превыше всего, и он доводит свою программу крайнего индивидуализма и скептицизма до логического предела. При этом, к большому удивлению Достоевского, тезис о «потребности веры и Христа» не пропустила цензура. Образ утратившего связь с народом «лишнего человека» стал результатом многолетних раздумий Достоевского и не переставал волновать его до конца жизни. Многие мысли автора «Записок из подполья» получили развитие в последующих романах, начиная с «Преступления и наказания».