Шутер
Предки трёхмерных шутеров встречались как минимум от 1985 года («Eidolon» от Lucasfilm Games) до 1991 года («Hovertank 3D» и «Catacomb 3-D» от id Software), но широкую популярность жанру принесла игра «Wolfenstein 3D», созданная той же компанией. Процесс перестрелок в «Hovertank 3D» показался бы современному игроку невыносимо медленным. Задача игрока была спасти всех заложников за определённое время. Графически игра была на уровне своего времени: псевдотрёхмерные уровни, спрайтовые персонажи, бестекстурные стены. Оружие не отображалось и появилось только в игре «Catacomb 3-D», также обладавшей весьма вялой динамикой. С точки зрения свободы обзора игрок всегда смотрел параллельно земле. Лишь в «Wolfenstein 3D» игровой процесс был доведён до приемлемого уровня, что породило распространённое заблуждение, что именно эта игра является первым представителем жанра вообще.
Суд — это я (фильм, 1953)
Как написал в 1992 году историк нуарового кино Боб Порфирио, «это был первый из серии продюсированных Сэвиллом фильмов по Спиллейну, и, наверное, единственный фильм нуар, который был снят в трёхмерной технике». При этом, как пишет Порфирио, «большая часть садизма романов Спиллейна здесь отсутствует, за исключением поразительных начального и финального эпизодов». Несмотря на то, что «другие элементы насилия в романе удалены, тональность мачистской сексуальности сохраняется, включая глубоко укоренённое женоненавистничество Спиллейна и его неприязнь к гомосексуалистам». Историк кино Спенсер Селби назвал картину «грубым, жестоким фильмом, который соответствует тональности романа Спиллейна». С другой стороны, Кини отметил, что «фильм начинается и заканчивается ударными сценами, но, всё остальное между ними скучно и утомительно. Есть лишь несколько увлекательных сцен драк, но сюжет развивается медленно и слишком запутан, а Эллиот не убедителен в роли грубого и мужественного, женоненавистнического и гомофобного детектива». По мнению Кини, «настоящим Майком Хаммером был Ральф Микер в „Целуй меня насмерть“ 1955 года». Как полагает Дэвид Хоган, «любая адаптация приключений Хаммера получится хорошо или плохо в зависимости от силы актёра, играющего Хаммера», и именно слабый актёр в ключевой роли «губит этот фильм». Вместе с тем, по мнению Хогана, «жестокие сцены поставлены хорошо и убедительно. Картина открывается с ударного эпизода, когда в друга Хаммера стреляют в его квартире, после чего он в агонии ползёт по полу к камере, одна его рука вытянута к нам (фильм снимался в трёхмерном варианте), и в этот момент на экране взрывом возникают название и титры фильма». Далее Хоган обращает внимание на то, что «фильм распадается на отдельные сцены, каждая из которых умно представлена полноэкранной рождественской открыткой (и соответствующей музыкой), предворяя следующее место действия. Всё происходит довольно стремительно, и в сценарии есть требуемые сюжетные повороты, однако они отходят на второй план, как только начинаются драки и стрельба. И Билл Эллиот очень старается».