Публий Корнелий Тацит
Принадлежность Тациту больших исторических сочинений долгое время не подвергалась сомнению. Одним из первых усомнился в подлинности этих работ Вольтер, хотя французский просветитель ограничился лишь предположением. Новые попытки оспорить авторство Тацита появились уже в XIX веке под влиянием традиции гиперкритики источников и, прежде всего, школы Бартольда Нибура. При этом все попытки доказать поддельность сочинений Тацита были сделаны не историками, а публицистами. В 1878 году британский писатель выпустил работу «"Тацит и Браччолини: Анналы, созданные в пятнадцатом веке"» (), в которой утверждал, что сочинения Тацита — это подделка, выполненная итальянским гуманистом Поджо Браччолини (Браччолини разыскал в монастырях Италии и Германии ряд рукописей латинских авторов, в том числе и сочинения Корнелия Тацита, подробнее см. выше). В 1890 году французский писатель издал сочинение «"Об оригинальности Анналов и Истории Тацита"» (), в котором повторил основные мысли Росса в более развёрнутой форме. Хотя оба этих сочинения вызвали некоторый интерес в обществе, учёным сообществом они не воспринимались всерьёз. К середине XX века они были отвергнуты абсолютным большинством исследователей.
Тангутское письмо
Изучение мёртвого тангутского языка и письменности началось в 1870 г. с момента опубликования английским миссионером в Китае Александром Уайли (Alexander Wylie) статьи о шестиязычной надписи на каменных воротах Цзюйюн Гуань () близ Пекина, датируемой 1345 г. На воротах представлено шесть, практически идентичных по содержанию надписей, выполненных на разных языках: санскрите письмом ланцза, тибетском, монгольском квадратным письмом Пагба-ламы, уйгурском, тангутском и китайском. Одна часть была написана большими знаками соответствующих письменностей, другая — малыми. Большими знаками записана транскрипция санскритского текста двух дхарани — Uṣṇīṣavijaya-dhāraṇī на восточной стене и Tathāgatahṛdaya-dhāraṇī на западной, дополненная для заполнения оставшегося места отрывками из других дхарани (состав используемых дхарани варьируется от языка к языку). Малыми знаками на пяти языках (отсутствует текст на санскрите) записан текст панегирика в честь монумента, кроме того, китайский и тангутский текст дополнен поэтическим кратким изложением Tathāgatahṛdaya-dhāraṇī-sūtra.