Публий Корнелий Тацит
Принадлежность Тациту больших исторических сочинений долгое время не подвергалась сомнению. Одним из первых усомнился в подлинности этих работ Вольтер, хотя французский просветитель ограничился лишь предположением. Новые попытки оспорить авторство Тацита появились уже в XIX веке под влиянием традиции гиперкритики источников и, прежде всего, школы Бартольда Нибура. При этом все попытки доказать поддельность сочинений Тацита были сделаны не историками, а публицистами. В 1878 году британский писатель выпустил работу «"Тацит и Браччолини: Анналы, созданные в пятнадцатом веке"» (), в которой утверждал, что сочинения Тацита — это подделка, выполненная итальянским гуманистом Поджо Браччолини (Браччолини разыскал в монастырях Италии и Германии ряд рукописей латинских авторов, в том числе и сочинения Корнелия Тацита, подробнее см. выше). В 1890 году французский писатель издал сочинение «"Об оригинальности Анналов и Истории Тацита"» (), в котором повторил основные мысли Росса в более развёрнутой форме. Хотя оба этих сочинения вызвали некоторый интерес в обществе, учёным сообществом они не воспринимались всерьёз. К середине XX века они были отвергнуты абсолютным большинством исследователей.
Татская письменность
Первые памятники татской (горско-еврейской) письменности относятся к концу 1870-х — началу 1880-х годов, когда раввин Яаков Ицхаки составил первую татскую книгу «Сокровищница слов еврейско-татского языка». В этой книге использовалось еврейское письмо, приспособленное под нужды татской фонетики. В начале XX века татская письменность на еврейской графической основе получила более широкое применение — на ней стали издаваться книги, а в 1915 году была предпринята попытка издания газеты. В 1921 году на этом алфавите вышел первый букварь «Таза школа». В 1927 году на Всесоюзном совещании по культурной работе среди татов, прошедшем в Москве, было решено отражать на письме все гласные звуки еврейско-татского диалекта (א [æ], אַ [a], אָ [о], י [i], ו [v], וּ [u]). Однако в то время начинался процесс перехода татского языка на латинский шрифт, что сделало реформу неактуальной.