Рабочий и колхозница
На проект пластического решения скульптуры «Рабочий и колхозница» был проведён второй конкурс, в котором приняли участие пять архитекторов: Вячеслав Андреев, Борис Королёв, Матвей Манизер, Вера Мухина и Иван Шадр. Комиссия под председательством Вячеслава Молотова долго изучала вариант Мухиной, нарком сам отметил и велел убрать неэстетичные «мешки» под глазами колхозницы и обратил внимание на то, что рабочий держал молот в левой руке. Комиссия потребовала внести некоторые изменения в проект: главным требованием было «одеть» фигуры, поскольку изначально юноша и девушка были обнажёнными, в подражание древнегреческому прообразу. Их тела драпировали складки декоративного шарфа, который одновременно связующим звеном всей композиции и соединял скульптуру с павильоном. По воспоминаниям Константина Рождественского, одного из создателей советского павильона для парижской выставки, был записан диалог наркома и скульптора:
— Зачем этот шарф? Это же не танцовщица, не конькобежец!
…Мухина спокойно ответила:
Она, конечно, имела в виду пластическое, образное равновесие и столь необходимую ей горизонталь. Но председатель, не сильно искушённый в искусстве, понял её «равновесие» в чисто физическом смысле и сказал:
— Ну, если это технически нужно, тогда другой вопрос…
Карамзин, Андрей Николаевич
Благодарные жители Нижнего Тагила собрали средства, и установили ему памятник на Салдинской улице. Проект памятника был создан скульптором А. Г. Беловым, сам памятник отлит на Тагильских заводах. Он представлял собой массивное четырёхгранное сооружение из чугуна, на белокаменном основании, украшенное кованными орлами, воинской арматурой и надписями: «Андрею Николаевичу Карамзину — признательные Тагильцы», и на другой стороне: «Убит 31 мая 1854 года в сражении с турками при Слатине». В благодарность за памятник Демидовы подарили тагильцам в их храм икону святого Андрея Критского, в драгоценном окладе, равном по стоимости построенному памятнику. В советское время памятник «помещику и капиталисту» был уничтожен.