Перемещение отрёкшегося Николая II из Тобольска в Екатеринбург
Историк В. М. Хрусталёв писал, что к этому моменту лидерами большевиков был составлен план по сбору всех представителей династии Романовых на Урале, подальше от внешних опасностей — в лице Германской империи и Антанты — с одной стороны, но в таком месте, где, с другой стороны, у большевиков были сильные политические позиции и они могли бы держать ситуацию с Романовыми под своим контролем. В таком месте, как писал историк, Романовых можно было бы уничтожить, лишь найдя для этого подходящий повод. Первым, 9 марта 1918 года, по решению Советского правительства, из Петрограда в Пермь был сослан великий князь Михаил Александрович. Вслед за Михаилом 26 марта 1918 года из Петрограда в Вятку были высланы князья Сергей Михайлович, три брата Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи (дети великого князя Константина Константиновича) и Владимир Павлович, а спустя месяц переведены в Екатеринбург. В начале апреля 1918 года из Москвы в Тобольск во главе вооружённого отряда отбыл комиссар Яковлев с приказом от большевистского руководства доставить Николая II в «красную столицу Урала» — Екатеринбург. Проезжая через Екатеринбург в восточном направлении, он вручил Ф. И. Голощёкину записку, написанную собственноручно Я.М. Свердловым, следующего содержания, обнаруженную в Государственном архиве Российской Федерации:Дорогие товарищи!Сегодня по прямому проводу предупреждаю Вас о поездке к Вам подателя т. Яковлева. Вы поручите ему перевести Николая на Урал. Наше мнение пока находиться ему в Екатеринбурге. Решите сами, устроить ли его в тюрьме или приспособить какой-либо особняк. Без нашего прямого указания никуда не увозите.…Задача Яковлева доставить Николая в Екатеринбург живым и сдать или председателю Белобородову или Голощёкину. Яковлеву даны самые точные и подробные инструкции.Всё, что необходимо, сделайте. Сговоритесь о деталях с Яковлевым.С товарищеским приветом. "Я. Свердлов"9.IV.1918 г.
Мария Николаевна (дочь Николая I)
2., Графъ Григорій Строгановъ можетъ имѣть помѣщеніе въ С[анктъ] Петербургскомъ и загородныхъ Дворцахъ Великой Княгини МАРІИ НИКОЛАЕВНЫ, но не иначе, какъ по званію причисленнаго ко Двору ЕЯ. Онъ не долженъ являться съ НЕЮ, какъ супругъ ЕЯ, ни въ фамильныхъ, ни въ иныхъ собраніяхъ Дома или Двора НАШЕГО, а равно и ни въ какомъ публичномъ мѣстѣ, и вообще предъ свидѣтелями. Прогулки съ Великою Княгинею запросто онъ можетъ дозволять себѣ только въ собственныхъ садахъ ЕЯ ВЫСОЧЕСТВА: С[анктъ] Петербургскомъ и Сергіевскомъ, но отнюдь не въ Петергофскомъ, и другихъ ИМПЕРАТОРСКИХЪ, гдѣ они могли бы встрѣчаться съ гуляющими, или проѣзжающими и проходящими» Избегая светских разговоров, супруги предпочитали проводить время за границей, сначала в Женеве, а потом в Риме. Не найдя счастья во втором браке, в 1862 году Мария Николаевна поселилась во Флоренции на вилле Кватро, и с помощью художника и коллекционера Карла Лифара стала приобретать произведения искусства для украшения своей новой резиденции. По словам Д. А. Милютина, она «совершенно выделялась из той среды в которой родилась и выросла, страстная и своеобычная, натура её не могла подчиниться условному, стеснявшему, лишенного внутреннего содержания формализму дворцовой жизни и царской семьи. Живя за границей она позволяла себе разные эксцентричности, держала себя как простая смертная, тон её, речи, обращения были крайне развязаны и бесцеремонны, только профиль её напоминал, что она дочь императора Николая. В последние годы она вдруг сильно опустилась и так исхудала, что трудно было ее узнать».