Исаия (Киккотис)
Конечно, ощущал очень большую ответственность. Старался ничего не упустить, все показать и подробно рассказать о любимом монастыре. А когда после осмотра передали, что Патриарх хочет меня видеть, то разволновался не на шутку. Его Святейшество спросил о планах на будущее. А я тогда собирался ехать в Бостон для учебы в православном университете. Позади была школа, армия и семинария в Никосии. Во мне зрело желание стать монахом. Полагаясь на волю Божию, все же в мечтах связывал свою судьбу с любимой обителью, монастырем Киккской Божией Матери. А Патриарх неожиданно произнёс: «Хорошо бы тебе приехать в Россию, чтобы учиться в Духовной Академии», и благословил. Вышел я ошеломленным, как же в Россию?! Языка я не знаю, да и планы были совсем другие. А игумен наш Никифор чуть позже вразумил: «Патриаршее благословение промыслительно, так что собирайся и поедешь в Россию».
Монашество в Византии
Желающему вступить в монастырь назначалось трёхлетнее послушничество, во время которого кандидат находился в монастыре, а настоятель решал, годен ли кандидат для монашеской жизни. Этот срок мог быть сокращён, если настоятель лично знал испытуемого. Несмотря на отсутствие канонического запрета, многие монастыри отказывались принимать евнухов и даже безбородых. Если человек становился монахом, то никто не мог лишить его этого статуса. Если монах по какой-то причине оставлял монастырь, то он должен был вернуться к прежнему состоянию. Покидать монастырь запрещалось, и ведение дел осуществлялось через представителей. При этом, однако, ктитор мог указать особые условия, на которых поступали в монастырь его родственники. Например, в своём типиконе для монастыря Кехаритомена императрица Ирина Дукиня устанавливала, что всё её потомки, поступающие в монастырь, могут участвовать только в тех богослужениях, каких пожелают, жить в отдельных кельях и питаться по своему вкусу. Типикон Григория Пакуриана давал его родственникам преимущественное право вступления в монастырь, и только если не добиралось установленное число монахов, разрешалось принимать посторонних. Юрист и историк Михаил Атталиат отдавал предпочтение бывшим чиновникам. Устанавливались и другие послабления и привилегии: освобождение от обязательных работ, сокращение срока послушничества, место за общим столом и т. д. Действовал принцип , по которому переход монахов в другой монастырь осуждался. Распорядок дня монаха определялся строгим соблюдением «порядка» (), а важнейшей обязанностью была доксология, публичное восхваление Бога в храме в соответствии с порядком, прописанным в типиконе. День начинался с утренней молитвы и завершался вечерней. Поведение во время молитвы в храме подчинялось определённым правилам — запрещалось прислоняться к стенам, переминаться с ноги на ногу. Во время приёма пищи в трапезной следовало соблюдать благопристойность и не переговариваться между собой. Для женщин идеалы монашества требовали более строгих ограничений, чем для мужчин, и предельной скромности.