Никольский, Константин Николаевич
В 1974 году Никольский стал ритм-гитаристом группы «Цветы», которая после выхода одной маленькой пластинки и записи второй поступила на работу в Московскую областную филармонию (по признанию А. Сикорского лидер «Цветов» Стас Намин часто и совершенно бескорыстно организовывал концерты и «Осколкам», и «Счастливому семейству»). Лидер «Цветов» знал Никольского, своего друга, ещё по институтским рок-тусовкам и его талант был очень близок к стилю, который Намин культивировал в группе, и Константин с Александром Лосевым, будучи одного роста, не только хорошо смотрелись, но и вместе пели. Однако Намин, который, к тому же, учился на филфаке МГУ, выразил недовольство большим количеством концертов и пригрозил уходом из филармонии. Эта организация зарабатывала на «Цветах» огромные деньги, организовывая гастроли по три концерта в день на стадионах и во дворцах спорта. Солистами помимо Александра Лосева были также Сергей Грачев, Константин Никольский и Александр Слизунов. Из-за непосильной работы, делавшей невозможным какое-либо творчество, начался конфликт с администрацией учреждения. Филармония отнеслась к этому совершенно спокойно, поскольку сохраняла за собой модное название. Намин, Никольский и клавишник Слизунов ушли. Затем министерство культуры запретило и группу, и само название «Цветы» как «пропаганду западной идеологии и идей хиппи».
Никольский, Константин Николаевич
Заглавная композиция под названием «Воскресенье» была написана Никольским и датировалась 1978—1979 годами. С неё, как правило, начинались концерты, и на альбоме она шла первой. Никольский к тому моменту отошёл от музыки Сантаны и не на шутку увлекся Dire Straits, у которых ритм в ряде композиций также обозначался с помощью регги. Альбом делался в два наложения — на инструментальную фонограмму писались вокал и соло-гитара, а в нескольких вещах сверху добавлялось ещё одно гитарное соло Никольского, причем звук снимался не с гитары, а с мониторов. Беда всей сессии заключалась в том, что звук в мониторах кардинальным образом отличался в наушниках у Арутюнова. Когда Арутюнов с Никольским приехали на телевидение осуществлять монтаж, они ужаснулись: на выверенной стационарной аппаратуре пленка шипела, тарелки били по ушам, а вокал оказался попросту завален. Это был акустический обман среднечастотных мониторов, приведший к диспропорции звука по всему спектру частот. «Воскресение» оказалось ещё одной жертвой нестандартных линейных характеристик — в одном ряду с сотнями рок-групп, обманутых в стенах студий хрустальным звучанием сверхизысканных мониторов. Но Арутюнову все-таки удалось спасти эту запись. На пленке ORWO он сделал скорректированный моно-вариант, добавив при помощи эквалайзера низы на вокал и по возможности опустив высокие частоты. В таком сверхдоработанном виде пленка пошла в народ — если не учитывать вариант с псевдостереофоническим звучанием, который неудачно попытались сделать спустя несколько месяцев на одной из радиостанций.