Сверх-Борджиа в Кремле
В последние несколько лет своей жизни, проведенных в Мексике, Лев Троцкий был преимущественно занят подготовкой крупной работы о советском лидере Иосифе Сталине: он собирал документы и накапливал материалы о том, как «мелкий провинциальный большевистский функционер» смог стать «тоталитарным диктатором» Советской России и «обеспечить себе поистине неограниченную власть». С весны 1938 года Лев Давидович в своих изысканиях полностью переключился на личность вождя СССР.
Своеобразным аналитическим и эмоциональным итогом в оценке Троцким Сталина стала статья «Сверх-Борджиа в Кремле», являвшаяся завершающей в серии из двух материалов, заказанных американским журналом «Life» («Лайф»): первым был автобиографический набросок «Иосиф Сталин. Опыт характеристики», вызвавший протест как сталинистов, так и либералов в США. «Сверх-Борджиа…» был подписан к печати 13 октября 1939 года. В сопроводительном письме в редакцию Троцкий категорически отрицал элемент личной ненависти в оценке «кремлёвского владыки».
Психическое здоровье Сталина
Процессы 30-х годов служили не только политическим символом логической обоснованности «большой террора», но в то же время были психологическим символом попытки логически оправдать параноидную тенденцию самого Сталина».
По оценкам Такера, мир «большого террора» Чистки и связанных с ней процессов, заполненный множеством замаскированных врагов, плетущих заговор с целью уничтожения сталинского режима и самого Сталина, был образным миром самого Сталина. Под сталинским руководством НКВД с помощью Вышинского и других подтверждал реальность этого мира и заставлял его проявляться ещё более конкретно и убедительно, используя для этого аресты большого числа советских граждан, вынуждая их сознаваться, что они были замаскированными врагами, и выставляя их на показательные процессы, в которых бывшие ведущие оппозиционеры и другие люди публично объявляли себя виновными в измене. Соответственно, мы можем рассматривать процессы как приводной механизм, передающий вовне работу чего-то похожего на параноидную систему, составляющими которой являются центральная тема (великий заговор) и злобная псевдообщность («Блок правых и троцкистов»). В этом отношении стенограмма процесса является документом из истории человеческой психопатологии.