Кук, Фредерик
Сэр Уолли Герберт, известный британский полярник, совершил 476-дневный санный переход на собачьих упряжках через всю Арктику, достигнув Северного полюса 6 апреля 1969 года. В рамках подготовки к экспедиции Герберт вместе с Алланом Джиллом и Роджером Тафтом прошёл 1400-мильный начальный отрезок пути Кука из Гренландии на о. Элсмир через остров Аксель-Хейберг. Признавая опыт и авторитет Ф. Кука, Герберт, однако, писал: «Наши догадки относительно того, как далеко ушёл Кук от северной оконечности острова Аксель-Хейберг, не более обоснованы, чем другие». В то же время Герберт прямо называет Кука человеком, совершившим первое восхождение на Мак-Кинли. В 1989 году У. Герберт написал биографию Пири, в которой доказывал, что тот не дошёл до полюса примерно 50 миль (80 км), однако приоритета Кука Герберт никогда не признавал.
Кук, Фредерик
Полярная ночь на этой широте началась 3 ноября и продолжалась до 11 февраля 1909 года. Кук установил жёсткий распорядок дня: каждый член команды выстаивал 6-часовую вахту, чтобы поддерживать огонь в иглу и отгонять медведей от запасов мяса. Кук так описывал зимовку: У нас не было ни сахара, ни кофе, ни крупинки цивилизованной пищи. Мы располагали вполне добротным, полноценным питанием — мясом и жиром. Однако наши желудки устали от этой плотоядной пищи. Тёмная пещера с её стенами, увешанными мехами и костями животных, и полом, вымощенным льдинами, не давала повода для радостных ощущений. Безумия, презренного сумасшествия можно было избежать, только заполнив время физическим трудом и долгим сном. В этом подземном убежище, как мне кажется, мы вели жизнь людей каменного века. Внутри было холодно, сыро и темно, хотя постоянно теплились жалкие огоньки наших светильников. В верхней части жилища температура была сносной, однако на полу — ниже нуля. Наша постель представляла собой сложенную из камней платформу, достаточно широкую, чтобы на ней могли разместиться трое мужчин. Край постели служил местом для сидения, когда мы бодрствовали. Перед постелью было углубление в полу, которое позволяло нам поодиночке встать во весь рост. Там по очереди мы одевались и время от времени просто стояли, чтобы расправить наши онемевшие руки и ноги. По обе стороны от этого пространства мы расположили по половинке оловянной тарелки, в которых сжигали жир мускусного быка. Фитилями нам служил мох. У нас было мало спичек, и из страха перед темнотой мы холили и лелеяли эти огоньки, поддерживая их денно и нощно. Это был тщедушный, почти неощущаемый источник тепла и света. Мы могли различать лица, только вплотную приблизившись друг к другу. Мы питались дважды в сутки, но это не доставляло нам удовольствия. У нас не было иной пищи, кроме мяса и жира. В основном, мы поедали мясо в сыром замороженном виде. Ночью и утром из небольшой порции мяса мы варили бульон, однако у нас не было соли. Я находил некоторое облегчение в этом ужасном существовании, обрабатывая свои неразборчивые записи, сделанные во время путешествия.