Окерблад, Давид
После безуспешных попыток де Саси расшифровать Розеттский камень Окерблад продолжил его усилия в 1802 г. Ему удалось выявить в течение двух месяцев все личные имена, записанные демотическим письмом, а также прочитать такие слова, как «греческий», «египетский», «храм» и установить корректное значение 14 знаков. Тем не менее, Окерблад придерживался ошибочного убеждения, что демотика была чисто алфавитным письмом. Его методы исследования демотического письма с помощью его сопоставления с коптским языком во многом стимулировали работу Шампольона, которому удалось окончательно расшифровать систему египетских иероглифов и начать изучение древнеегипетского языка.
Шампольон, Жан-Франсуа
Летний сезон 1829 года сделал работу невозможной: участники экспедиции страдали от жары, а натуралиста укус скорпиона привёл к неизлечимой болезни, от которой он скончался в 1834 году. Трое участников во главе с Дюшеном уволились в июле и отбыли в Александрию. Шампольон распорядился сворачивать лагерь в гробнице; далее исследователи сняли дом в Эль-Курне. Глава экспедиции начал копировать надписи в Дейр эль-Бахри и немедленно обнаружил два совершенно неизвестных имени фараонов, одно из которых имело женское окончание, но маркировало портрет правителя с бородой. Шампольону стоило огромных усилий понять, что это была женщина-фараон Хатшепсут. Обследуя храм в Мединет-Абу, Шампольон составил для себя описание метода подсчёта павших противников в победных египетских надписях. Параллельно он разрабатывал теорию искусства, согласно которой греческое искусство произошло напрямую от египетского. В письме брату, где эта идея была изложена в первый раз, содержались и планы на будущее: 1 августа было запланировало закончить работы в Фивах, а 1 сентября начинать путь домой. Из Александрии Шампольон бомбардировал брата письмами, в том числе с распоряжением снять отдельную квартиру для Розины: во время его отсутствия жена и дочь жили у Жака-Жозефа на служебной квартире (с 1828 года он служил в Национальной библиотеке). В Луксоре Жан загорелся желанием перевезти в Париж один из обелисков, этот проект увлёк и Дроветти, к которому он обратился за содействием. Реализовано всё было уже после смерти Шампольона, в 1836 году: обелиск был установлен на площади Согласия. 4 сентября в Дендере Шампольон получил известие от брата, что вновь был забаллотирован на выборах в Академию надписей из-за оппозиции Жомара. В Каире он получил новости о кончине Томаса Юнга несколькими месяцами ранее.