Расследование Катынского дела в годы перестройки и после распада СССР
Собранные материалы позволяют сделать предварительный вывод о том, что польские военнопленные могли быть расстреляны на основании решения Особого совещания при НКВД СССР в течение апреля-мая 1940 года в УНКВД Смоленской, Харьковской и Калининской областей и захоронены соответственно в Катынском лесу под Смоленском, в районе Медное в 32 км от г. Твери и в 6-м квартале лесопарковой зоны г. Харькова.
Несмотря на предварительный вывод генерального прокурора Трубина, что приговоры польским офицерам вынесло Особое совещание, до ноября 1941 года Особое совещание не имело полномочий выносить смертные приговоры. С открытием документов «Особой папки» выяснилось, что приговоры выносила специально созданная тройка НКВД в составе Меркулова, Кобулова и Баштакова.
Резня в Завадке Мороховской
25 января в Завадку Мороховскую вошёл отряд Польской народной армии в составе 120 солдат, которые сожгли деревню и убили десятки людей, включая женщин и детей. Командовал нападением на деревню подполковник Станислав Плуто. Это было сделано несмотря на то, что никто из жителей села не был членом УПА. Солдаты 3-го батальона 34-го полка, захваченные позднее бойцами УПА, показали, что виноват в преступлении 2-й батальон 34-го полка 8-й пехотной дивизии. Их объяснения были опубликованы в брошюре ОУН «"Кровавым путём сталинской демократии"», изданной в 1946 году на польском языке. Одна из жертв нападения, Катерина Томаш, перед смертью успела сообщить прибывшим боевикам УПА, что вместе с польскими солдатами она также видела поляков — жителей села Небещаны.