Швейцарский поход Суворова
Армия двинулась в путь в ночь с 23 на 24 сентября (5 октября). Авангард вёл М. Милорадович, за ним шли войска А. Розенберга и В. Дерфельдена, в арьергарде находился П. Багратион, многократно отбрасывавший пытавшегося атаковать с тыла противника. Марш продолжался до наступления сумерек. После полуночи 25 сентября (6 октября) русские войска, более не преследуемые противником, снова тронулись в путь через перевал Рингенкопф (Паникс, 2 407 метра) Это был последний, наиболее тяжёлый горный переход. Тяжело раненных пришлось оставить. Войска двигались по извилистой тропинке, допускавшей движение только в одиночку, в густом тумане, при снегопаде и сильном ветре, валившем с ног. Снежный покров достигал полуметровой глубины. Число русских солдат, погибших во время этого перехода, доходило до двухсот. Вьюков было потеряно 300. В наиболее трагическом положении оказались французские пленные. Более тысячи пленных, взятых войсками Розенберга, с 20 сентября шли без сапог, взятых у них русскими, сапоги которых полностью износились уже после перехода через хребет Росшток. До Кура дошло около 1400 пленных, столько же разбилось в пути, замёрзло и умерло от истощения сил. В пропасти пришлось бросить все орудия. Ночевала вся армия на перевале. Спуск с него 26 сентября (7 октября) был ещё сложнее подъёма. Но и в этих условиях Суворову казалась кощунственной сама мысль избавиться от французских пленных. Вечером 26 сентября русские войска достигли Иланца, а 27 сентября (8 октября) — города Кур, где вся армия впервые с начала перехода через Паникс получила тепло, хлеб, мясные и водочные порции.
Концепция Виктора Суворова
Суворов подверг критике устоявшуюся в советской и зарубежной исторической науке трактовку начального этапа Великой Отечественной войны (в том числе, используя «Ноту МИД Германии» от 21 июня 1941 года и «Обращение Адольфа Гитлера к немецкому народу в связи с началом войны против Советского Союза» 22 июня 1941 года). По его мнению, летом 1941 года Красная армия готовилась к удару по Германии (с последующим захватом всей остальной Европы, затем колоний европейских государств-метрополий в Азии, Африке и на океанских островах), который должен был быть нанесён в июле, а немецкие войска своим нападением сорвали эти приготовления. Сокрушительные поражения, которые потерпела на первом этапе Красная армия, Суворов объясняет тем, что она была застигнута в последний момент перед нападением, а именно тем, что она готовилась к наступательной войне и не была готова к войне оборонительной. Суворов пишет, что в конце 1940 — начале 1941 года, у западных границ СССР была тщательно сформирована огромная группировка советских войск. Вся группировка была на завершающей стадии подготовки к нападению: для войск к границе были вывезены горючее, боеприпасы, запчасти и пр., войска укомплектованы личным составом, техникой, и обеспечены продовольствием и обмундированием, командирам взводов и рот был выдан русско-немецкий разговорник, пригодный для общения с местным населением на незнакомой территории и военнопленными, причём по военной, а точнее — наступательной, тематике. При этом на предполагаемом плацдарме совершенно не готовились фортификационные сооружения, характерные для оборонительной войны, не развёртывался укреплённый район — что трактуется Суворовым как ещё одно доказательство того, что советским командованием готовилась наступательная война на западе. События 22 июня 1941 года Суворов назвал не более чем упреждающим (превентивным) ударом, чтобы сдержать предполагаемую Германией агрессию со стороны СССР. Сам факт нападения Германии на СССР Суворов называет «самоубийством», так как по его словам, Германия не была готова к войне с СССР, отставала в области вооружений, а промышленность Германии работала в режиме мирного времени.