Михей (Пхиасаявонг)
Завершив второй курс обучения в католическом колледже, он покинул это учебное заведение, как и католическую миссию и обратился в Представительство Русской Православной Церкви с заявлением о своём сознательном выборе быть православным христианином. По прежнему желая быть священнослужителем, он попросил просил предоставить ему возможность получения богословского образования в одном из православных духовных учебных заведений России. По прошествии достаточно длительного времени и испытания истинности его обращения в Православия, было принято решение присоединить его к Православной Церкви по второму чину через миропомазание и оставить для прохождения годовой практики при храме святителя и чудотворца Николая в Бангкоке, после чего ходатайствовать о его зачислении на обучение в одну из духовных семинарий России.
Масонство в России
Благодаря исследованиям академика Пыпина и академика Пекарского, известны многие подробности работы, осуществлявшейся в "елагинской системе лож", и её отличий от других систем. Академиком Пекарским были найдены подлинные ритуалы, переведенные Елагиным с актов ложи «Аполлона». Особенность их, в сравнении со старинными английскими, которые можно найти в книгах «Иоакин и Боаз, или подлинный ключ к двери франкмасонства старого и нового», 1762 год, и «Три сильных удара, или дверь древнейшего франкмасонства, открытая для всех людей», заключается в так называемом «Пути», или «мытарствах» новопоступающего во время приёма: допускаются устрашающие эффекты в виде брата в «"окровавленной срачице"», устремленных против него шпаг, «"смешения крови… с кровию братиев наших"»; ещё больше эффектов показано в церемонии возведения брата в степень мастера, хотя все же эти «прикрасы» проще, чем о том говорится в донесении Олсуфьева о масонах при императрице Елизавете Петровне. Эти «прикрасы», однако, скоро распространились и в Англии, так что здесь ещё нет отличия елагинской системы от староанглийской. Елагин стремился удержать три первоначальных степени — «"ученика, товарища и мастера"», и если он и принял впоследствии четыре высших, рыцарских степени, то они не играли большой роли, а были просто почетные. Сам Елагин в § 12 своих «Бесед» относится отрицательно к увеличению числа степеней: "Не уповайте новых орденских степеней, ниже суетных украшений".