Шокай, Мустафа
Мустафа Шокай оглы (Чокаев, Чокай) родился 25 декабря 1890 года в казахском ауле Аулие́-тарангыл на реке Сырдарье близ Перовска. Его предки были степными аристократами из рода Кыпчак-Бошай. Дед Мустафы был правителем Сырдарьинской области Хивинского ханства, а отец — уважаемым в народе судьёй. В их семье была хорошая библиотека старинных рукописей. По воле отца Мустафа пошёл учиться в русскую школу Перовска, так как знание русского языка стало жизненно необходимым. В 1902 году отец отправил его учиться в Ташкентскую гимназию. Тогда Мустафа впервые услышал имя Керенского. Керенский и Шокай с интервалом в десять лет закончили Первую ташкентскую мужскую гимназию, а позже оба с отличием окончили юридический факультет Санкт-Петербургского университета (1899—1904 и 1910—1914 соответственно). В бурные революционные годы их пути пересеклись.
По окончании Ташкентской гимназии в 1910 году, как лучший ученик, Мустафа был представлен к золотой медали. Узнав об этом, ненавидевший «инородцев» туркестанский генерал-губернатор Самсонов распорядился отдать золотую медаль выпускнику Зепрометову. К чести как своей, так и училища, тот отказался, и Шокай получил свою медаль. Пытаясь сгладить скандал, губернатор предложил Мустафе должность переводчика в своей администрации, но Шокай отказался и уехал в Санкт-Петербург, где поступил на юридический факультет университета. Туркестанскую стипендию получали только русские студенты, но Мустафе помогли казанские татары, он жил на их стипендию.
Шокай, Мустафа
Таким образом он пытался извлечь из возможного сотрудничества с нацизмом хоть какую-то пользу для Туркестана, но получил отказ, так как Гитлера Туркестанский легион интересовал лишь как «пушечное мясо». Тогда он написал письмо главе МИДа Третьего рейха группенфюреру СС Иоахиму фон Риббентропу, где были такие строки:
"…видя, как представители нации, воспитавшей таких гениев, как Гёте, Фейербах, Бах, Бетховен, Шопенгауэр, обращаются с военнопленными… я не могу принять предложение… возглавить Туркестанский легион и отказываюсь от дальнейшего сотрудничества. Все последствия моего решения я осознаю́."
Последствия наступили быстро. Поняв, что использовать Шокая не удаётся, немецкое руководство решает убрать его. 22 декабря 1941 года Гитлер подписал указ о создании Туркестанского и других национальных легионов. Так что к их созданию Шокай не имеет никакого отношения. Он в это время лежал в берлинском госпитале «Виктория». 27 декабря 1941 года его не стало. В официальном заключении написано, что он «умер от заражения крови на фоне развивающегося сыпного тифа», которым он мог заразиться при посещении концлагерей. Но такие же симптомы могли быть и при отравлении. К тому же в своих воспоминаниях Мария Горина-Чокай упоминала, что Мустафа уже переболел тифом в Туркестане и у него должен был быть иммунитет. В отравлении Шокая упорно подозревали его сподвижника, узбека Вели Каюма , который и возглавил созданный в марте 1942 года Туркестанский легион и, по словам Гориной, вёл роскошный образ жизни. 
Мустафа Шокай похоронен на турецком мусульманском кладбище (Османидов) в Берлине. На надгробном памятнике чуть ниже даты кончины по воле супруги М. Шокая, Марии Яковлевны, проставлены три латинские буквы и четыре цифры: JOH.15.13. Они указывают на тринадцатый стих пятнадцатой главы Евангелия от Иоанна, который гласит: