Предпосылки Февральской революции 1917 года
Следующим после братьев Кирилла в очередности престолонаследия был Павел Александрович (дядя царя) и его сын Дмитрий Павлович. Как и брат царя Михаил, Павел Александрович состоял в морганатическом браке, из-за чего долгое время жил вне России. Таким образом, все ближайшие родственники Николая II, которые, учитывая тяжелую болезнь наследника, могли реально претендовать на престол, в силу разных причин, главным образом, касающихся их семейной жизни, находились с императором в сложных отношениях. Император и императрица, понимая всю тяжесть болезни цесаревича, верили в его выздоровление и поэтому не рассматривали даже возможность наследования престола кем-либо из великих князей. При этом ни один из ближайших к трону великих князей не стремился к государственным достижениям и не отличался яркой приверженностью каким-либо политическим взглядам и харизмой.
Отречение Михаила Александровича
Историк Г. З. Иоффе писал, что Михаил Александрович чувствовал себя плохо — у него обострилась язва желудка, ему хотелось побыстрее закончить совещание. Выслушав аргументы сторон, великий князь заявил, что хотел бы приватно переговорить с князем Львовым и Родзянко. Разрешение на это остальных участников встречи было получено, и Михаил Александрович ушёл с указанными лицами в отдельную комнату. Через непродолжительное время в комнату, где проходила встреча, вернулись Львов и Родзянко, а спустя несколько минут к собравшимся вышел великий князь и объявил о своём отказе взять верховную власть. Время было после полудня. Родзянко оставил воспоминания, что «Михаил Александрович поставил мне ребром вопрос, могу ли ему гарантировать жизнь, если он примет престол, и я должен был ему ответить отрицательно, ибо … твёрдой вооружённой силы не имел за собой…». Схожие воспоминания оставила графиня Л. Н. Воронцова-Дашкова, жена одного из ближайших друзей великого князя — И. И. Воронцова-Дашкова, находившаяся в тот день в квартире князей Путятиных.