Арианский спор
В результате на некоторое время установился церковный мир. Афанасий рассылал свои традиционные послания, главные из его оставшихся в живых врагов, Урсакий Сингидонский и Валент Мурсийский, раскаялись. Собор западных епископов в Милане в 348 году подтвердил Никейскую веру и хотел отсечь от церкви епископов, уже ранее осуждённых за общение с арианами или за клевету на Афанасия. К таковым принадлежали Урсакий и Валент. Видя неминуемую опасность, они подали собору , в котором анафематствовали «еретика Ария и защищавших его», и обратились с письмом к Юлию, признавая «ложью и измышлением» всё, что они свидетельствовали раньше об Афанасии. У папы они просили покровительства в том случае, если бы Афанасий и восточные стали требовать их на суд за клевету. Самому Афанасию они также писали, уверяя его в желании иметь с ним мир и прося его ответить на послание. Собор и папа оказали им снисхождение.
Арианский спор
Приведённое Феодоритом Кирским послание Евсевия Кесарийского пастве с разъяснением Никейского символа веры содержит минималистическое толкование слова «единосущный» как указания на отличие от творений, «с которыми Сын не имеет никакого сходства». Само же слово было принято, «имея в виду цель сохранить мир и не отпасть от правого образа мыслей». Разъехавшиеся по домам епископы, выйдя из-под влияния внешней обстановки, усомнились в правильности принятого решения. Старшие из них ещё помнили Антиохийский собор 269 года, осудивший не только Павла Самосатского и савеллианство, но и употребление слова «». Эти опасения через пять лет подтвердило осуждение одного из лидеров «никейцев», Евстафия Антиохийского. И если существовали сомнения в правильности осуждения антиохийского патриарха, то савеллианство Маркелла Анкирского, осуждённого на Константинопольском соборе в 336 году, было несомненным. То, насколько значимым для внутрицерковной жизни было осуждение Маркелла, видно, в частности, из того, что в своих созданных до 339 года сочинениях Афанасий Александрийский заменял «» другими словами.