Публичная история
В качестве дисциплины публичная история оформилась в середине 1970-х годов в США. К этому, по всей видимости, привело стечение нескольких обстоятельств. Первое — рост социально-политической активности среднего класса в шестидесятые годы и осознание участвовавшими в этой активности историками, а затем и широкой общественностью сначала кризисного состояния главенствовавшего тогда исторического нарратива, а затем и того, что будучи вынесен из академического сообщества в публичное поле, такой нарратив имеет высокую инструментальную ценность для политического активизма. Второе обстоятельство — связанное с экономическим кризисом середины семидесятых на Западе сжатие рынка труда для профессиональных историков, отмечаемое, в частности, Джил Лиддингтон. К той же причине возводит появление публичной истории как дисциплины Питер Новик, по мнению которого публичная история представляет собой набор практик, «объединённых исключительно тем, что осуществляются они вне университетов». Третье обстоятельство — возросший к концу семидесятых встречный спрос на историю со стороны широких слоёв населения. Отметим лишь, что применительно к Франции, историк Пьер Нора отмечает тот же феномен, возводя его к окончательному разрушению крестьянского уклада: «Конец крестьянства был к этому времени уже пятнадцать лет как описан социологами и историками; но теперь он стал вдруг ощутим почти физически и болезнен как ампутация: это был подлинный конец „общности памяти“», — пишет Нора.
Публичная история
Примером английского варианта локальной истории можно назвать проект по истории сообщества Бьютауна (Butetown Community History Project), проведённый в Центре Истории и Искусств Бьютауна в одном из наиболее старых многоэтничных рабочих районов Великобритании, расположенном в портовых доках Кардиффа. Этот проект является примером не только описания истории локального сообщества, но и её погружения в более общие контексты, такие как политика историописания, история народа и культурная демократия. Целью проекта было открытие индивидуальных историй жителей этого района, который на протяжении 150 лет представлялся в официальных и художественных описаниях как принципиально «Иной» по отношению к доминирующим представлениям о благе и морали. Помимо переписывания истории теми, кто к ней причастен, и обретения ими возможности быть услышанными, целью проекта было само осуществление этой работы в сообществе на демократических основах как инициативы «снизу». В рамках этого проекта, который продолжался 15 лет, были осуществлены практики совместного образования и исследования, устной истории, выставочной и издательской деятельности.