Великолепный часослов герцога Беррийского
Каждый пергаментный лист согнут вдвое, образуя два листа и четыре страницы манускрипта. Изначально каждая тетрадь была сложена из четырёх таких двойных листов (кватернион), то есть содержала 16 страниц. До настоящего времени только 20 из 31 тетради остались кватернионами, в остальные либо были добавлены листы, либо из них листы были изъяты. Наличие неоконченных фраз в конце некоторых тетрадей, не имеющих продолжения, также указывает на то, что рукопись сохранилась не полностью. В часослове имеются пустые страницы, как разлинованные, так и не имеющие никакой разметки. Указания-маргиналии для рубрикатора (каллиграфа, выполнявшего заглавия), надписанные на полях тонким пером светло-коричневой тушью, остались нестёртыми, так как работа над рукописью была внезапно прервана.
Великолепный часослов герцога Беррийского
Художников, выполнявших оформление на первом этапе (до 1416 года), Миллард Мисс разделил по легко читаемым стилевым различиям и дал им условные имена: «Мастер сплетений», «Мастер сухой манеры», «Мастер веретён». Он же приписал обрамление и инициалы евангельских секвенций и канонических часов Марии «Мастеру Бревиария Иоанна Бесстрашного». Немногочисленные обрамления больших миниатюр сильно отличаются друг от друга; по сути, каждое из них — отдельный декоративный тип. Так, в обрамлении миниатюры «Благовещение» зрителю представлен «мир небесный»: ангелы во главе с Богом-Отцом; «Встреча Марии и Елизаветы» — картина «перевёрнутого мира» с фантастическими персонажами и сценами; «Чудесное умножение хлебов» — «мир природы», где реалистично выписанные дельфиниумы и улитки создают пышную раму. Но большей частью поля крупноформатных миниатюр остались пустыми. Только в единичных случаях они были заполнены позднее. Возможно, что уже в начале работы братья Лимбург отказались от создания обрамлений, подобных тем, что окружают миниатюры «Прекраснейшего (Брюссельского) часослова», или они не понравились заказчику. Так или иначе, но большинство миниатюр остались без декоративных бордюров, а мастера, работавшие над часословом позднее, не стали заполнять пустые поля.