Лонгстрит, Джеймс
Действия Лонгстрита в сражении под Геттисбергом вызывают множество споров по сей день. Он прибыл на поле боя вместе со своим корпусом только днём 1 июля, когда сражение уже началось. К этому времени Юэлл и Хилл отбросили северян от Геттисберга на Кладбищенский Холм. Ли не хотел ввязываться в бой, пока его армия не сконцентрирована, но ряд обстоятельств и действия генерала Хилла принесли армии Юга ряд локальных побед в первый день. На встрече с Ли Лонгстрит высказал свои опасения на счёт сильных позиций федералов на Кладбищенском холме и предложил обойти левый фланг северян и спровоцировать генерала Мида на атаку позиций конфедератов. Однако, Ли сказал: «Если враг будет там завтра, мы его атакуем».
Геттисбергская кампания
Историк Джозеф Глэттхэр выделяет несколько причин, и на первое место ставит тот факт, что южане сражались на чужой, непривычной им территории с враждебно настроенным населением. Дисциплина в армии неуклонно падала, и один рядовой писал домой, что армия всё больше напоминает просто вооружённую толпу и ни к чему хорошему это не приведёт. Следующей причиной Глаттхэр считает неудовлетворительную работу офицеров, а третьей причиной называет стратегические просчёты и, в том числе, действия кавалерии. Кроме того, Глаттхэр обращает внимание на неудовлетворительное состояние боеприпасов; это выяснилось только через неделю после Геттисберга, во время тестовых испытаний в лабораториях. Испытания показали, что снаряды, произведённые в арсеналах Ричмонда, разрываются в нужное время, однако, в ходе кампании армия использовала боеприпасы из арсеналов Чарлстона, Атланты и Огасты, запалы которых горели медленнее и, как результат, снаряд разрывался не там, где полагалось. Это повлияло, как минимум, на эффективность бомбардировки 3 июля.