Расстрел царской семьи
По данным Генеральной прокуратуры РФ, официальное решение о расстреле Николая II было принято 16 июля 1918 года Президиумом Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Оригинал этого решения не сохранился. Однако через неделю после расстрела был опубликован официальный текст приговора: Постановление Президиума Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов: Ввиду того, что чехо-словацкие банды угрожают столице красного Урала, Екатеринбургу; ввиду того, что коронованный палач может избежать суда народа (только что обнаружен заговор белогвардейцев, имевший целью похищение всей семьи Романовых), Президиум областного комитета во исполнение воли народа, постановил: расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного перед народом в бесчисленных кровавых преступлениях.  Постановление Президиума областного совета приведено в исполнение в ночь с 16 на 17 июля.  Семья Романовых переведена из Екатеринбурга в другое, более верное место. Президиум областного Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов Урала
Дискуссия о роли Ленина в расстреле семьи Николая II
В начале июля 1918 года в Москву к Свердлову отправляется член президиума Уралсовета Голощёкин. Возможно, что вместе с Лениным тогда эти деятели, что находит подтверждение в дневниках Л. Д. Троцкого, решали судьбу царской семьи. Однако достоверность утверждений Л. Д. Троцкого исследователями оспаривается. С. Н. Дмитриев, к. и. н., утверждает, что в это время советским руководством решено было создать легенду о том, что местные власти Екатеринбурга сами приняли решение об убийстве, якобы без указаний из центра и из-за наступления белых отрядов. Предположение противоположного характера высказал к. и. н. В. Г. Бушуев: легендой может оказаться интерпретация событий, говорящая об инициативе Центра в деле расстрела царской семьи. Согласно этому историку, екатеринбургские радикалы в условиях наступления белых могли принимать решение, не считаясь с мнением центрального руководства, а признать, что местная власть действовала столь независимо, Центр не мог, поскольку это нанесло бы ущерб его авторитету.