Моррисси, Дэвид
В период с ноября 2008 по январь 2009 года Моррисси впервые за девять лет вернулся на сцену театра, сыграв в спектакле Нила Лабьюта "In a Dark Dark House" Терри — одного из братьев, с которыми жестоко обращались в детстве. Моррисси взял роль, так как ему понравился предыдущий спектакль Лабьюта под названием "The Mercy Seat" (2002). Занимаясь традиционной подготовкой к роли, он читал исследования людей, в детстве подвергшихся физическому насилию, о том, как он справлялись с пережитым надругательством над ними, и вложил эти эмоции в своего героя. Во время репетиций он консультировал и Лабьюта, но избегал спрашивать его о том, как именно нужно сыграть Терри. "Daily Telegraph" раскритиковал спектакль; журналист Чарли Спенсер писал, что в нём удалась только роль Моррисси. Бенедикт Найтингейл из "The Times" поначалу почитал, что игра Моррисси «была слегка скованной, как если бы он ждал его реплики, а не сразу реагировал на них», но по мере продолжения событий на сцене нашёл его более впечатляющим.
Линдси-Эбер, Дэвид
Как говорит сам Дэвид, наибольшее влияние на него оказали драматурги: Джон Гуэр, Эдвард Олби, Жорж Фейдо, Эжен Ионеско, Джордж С. Кауфман и Мосс Харт, — эксцентричные комедии 1930-х годов: «Мой слуга Годфри», «Двадцатый век», — и «что-нибудь Престона Стёрджеса, Фрэнка Капры, Братьев Маркс и Эбботта и Костелло». В его произведениях проходит тонкая грань между серьёзной реальностью и радостным безумием, мир его пьес часто тёмный, забавный, загадочный, иронический, полный надежд и немного косоглазый. «Мои пьесы, как правило, населены невезучими в поисках ясности». Молодой драматург всегда думал, что театр — место, где случаются абсурдные вещи, именно поэтому он старается отстраниться от реальности в своих произведениях. Он опирается на персонажи, которые смотрят на мир иначе, чем остальные.