Расстрел царской семьи
В октябре 2011 года Соловьёв передал представителям дома Романовых постановление о прекращении расследования дела. В официальном заключении Следственного комитета России, оглашённом в октябре 2011 года, указывалось, что следствие не располагает документальными доказательствами причастности Ленина либо кого-то другого из высшего руководства большевиков к расстрелу царской семьи. Современные российские историки указывают на несостоятельность выводов о якобы непричастности лидеров большевиков к убийству на основании отсутствия в современных архивах документов прямого действия: Ленин практиковал личное принятие и отдачу самых кардинальных распоряжений на места тайно и в высшей степени конспиративно. По мнению историка А. Н. Боханова, ни Ленин, ни его окружение не отдавали и ни за что не стали бы по вопросу, связанному с убийством царской семьи, отдавать письменные приказы. Кроме того, А. Н. Боханов отмечал, что «очень многие события в истории не отражены документами прямого действия», в чём нет ничего удивительного. Историк-архивист В. М. Хрусталёв, проанализировав имеющуюся в распоряжении историков переписку между различными правительственными ведомствами того периода, касающуюся представителей дома Романовых, писал, что вполне логично предположить ведение «двойного делопроизводства» в большевистском правительстве, по подобию ведения «двойной бухгалтерии». Директор канцелярии Дома Романовых Александр Закатов от лица Романовых также прокомментировал это постановление таким образом, что лидеры большевиков могли отдавать не письменные приказы, а устные распоряжения.
Николай II Немодлинский
В июне 1497 году новый генеральный наместник Силезии, князь Казимир II Цешинский, организовал съезд в Нысе, принадлежавшей вроцлавскому епископству. Предполагалось обсудить петицию короля Чехии Владислава Ягеллона об утверждении предыдущих привилегий для силезских княжеств, а также опасность для Венгрии со стороны турок-османов. На съезд, кроме князя Казимира II Цешинского, прибыли князь Генрих I Зембицкий, епископ вроцлавский , князь Николай II Немодлинский и другие сановники. Переговоры начались в мэрии города, где 26 июня произошла трагедия. По неизвестным причинам Николай II Немодлинский напал с кинжалом на князя Казимира Цешинского и епископа Вроцлавского Яна Рота. Нападение Николая Немодлинского было отбито при помощи слуг. Николай, желая избежать ответственности, бежал из мэрии и укрылся в расположенной недалеко церкви Святого Якуба, где попросил убежища, но был арестован и заключен в темницу. Силезские сановники долго обсуждали, что делать с пленником, и в конце концов приняли решение о его казни. Попытки добиться его освобождения (в том числе выкуп в размере 100 000 венгерских злотых) не дали никаких результатов из-за позиций генерального старосты Силезии, князя Казимира Цешинского. Судебный процесс велся на немецком языке, который князь Николай II Немодлинский, видимо, не знал (существуют некоторые доказательства, что Николай и его брат Ян II знали только польский и чешский языки). Николаю разрешили написать письмо брату, в котором он оставил ему все свои владения. Приговор городского суда был исполнен практически немедленно. Князь Николай II Немодлинский был обезглавлен на рыночной площади в Нысе 27 июня 1497 года. По преданию, его последними словами были: «"Ныса! Ныса! Ты наказываешь меня, потому что мои предки дали вам церковь, а теперь ты заставляете меня заплатить?"».