_:n39a3ba7df59d463fa99b9fe73a42a866xb0
<http://schema.org/articleBody>
"19 июля, в половине девятого утра, умер Савва Васильевич Ямщиков. Это случилось в реанимации Псковской областной больницы, куда он был срочно госпитализирован днем 15 июля, за несколько часов до открытия в Пскове своей \"домашней\" выставки \"Музей друзей\". Фото 29 сентября 2008 года, Псков. 21 июля эта фотография будет на прощании с Саввой в Псковском музее-заповеднике В свой последний приезд в Псков он собирался долго, не смог быть на Пушкинском празднике поэзии 6 июня, сдал билеты на первое заседание созданного и его усилиями Общественного совета по культурному наследию при губернаторе (1 июля), передав по телефону пожелания для нового совета в коротких и большей частью непечатных выражениях, и в итоге заставил выписать себя из московской больницы, где пролежал больше месяца с запущенным рожистым воспалением многострадальной своей ноги, и то – с едва ли не ежедневными выходами «в свет», 10 июля. И поехал в Псков. Ехал в одном купе с директором Пушкинского музея-заповедника Георгием Василевичем и бывшим актером Псковского драмтеатра, ныне известным питерским шоуменом Игорем Гаврюшкиным, спутником и водителем почти всех его путешествий в последнее время. Звонит на ночь глядя: «Лев Маркович, это Савва. Мы тут с Василевичем и Гаврюшкиным сидим в поезде. В Псков едем. Приходите завтра к 11 часам к Мирожскому монастырю, там будут крест на Южных воротах освящать, пока Гаврюшкин там побудет, а мы с Вами поговорим». Звонок в 9 утра 11 июля: «Лев Маркович, это Савва. Приходите сейчас в кафе «В городе N», мы тут с Гаврюшкиным завтракаем, не хочу ехать в монастырь, там владыка будет, не хочу его видеть (отношения Саввы с Евсевием были чрезвычайно напряжены из-за постоянных нарушений Псковской епархией правил пользования памятниками и личной враждой владыки с иконописцем архимандритом Зиноном, духовным другом Саввы - ЛШ). Газету принесите, пожалуйста, по одному экземпляру за последние недели (Савва либо в Москве, куда ему привозили, либо в Пскове, когда бывал наездами, читал многомесячными кусками все выпуски «Псковской губернии» в течение последних пяти лет - ЛШ)». Прихожу. Савва, как заправский купец, заказывает «чаю моему другу… и т. д.» и подвигает початую бутылку белого вина. «За здоровье!» Все это время он практически безостановочно звонит по телефонам псковским своим знакомым, уточняет место и время встречи. Суббота, утро, народ спит. Не все знают, что Савва в Пскове. Но, по саввиному обычаю, с 9 утра в любой день – всяк рабочее время. «Алексей, доброе утро, это Савва. Ты уже проснулся?.. Где ты? Я могу сам к тебе заехать… Сейчас Гаврюшкин…» Весь разговор наш – про предстоящий вытребованный им в Псков визит министра культуры Александра Авдеева. Он свято верит, что теперь-то и начнется «спасение Пскова». Говорим о его «домашней» выставке «Музей друзей», которая откроется в Псковском музее-заповеднике 15 июля, о выставке в память и к 95-летию любимейшего им игумена Псково-Печерского монастыря Архимандрита Алипия («Человек. Художник. Воин. Игумен»), открытие которой назначено на 27 июля и роскошные проспекты которой были ими только что доставлены в Псков. «Когда увидимся?» - «Пятнадцатого». Расстались. Савва с Игорем поехали в Тригорское, где в гостевом доме Савва жил уже много лет каждое лето. 13-го, как выяснилось чуть позже, Савва приехал в Псков досрочно – посмотреть свою выставку «Музей друзей» и дать распоряжения. Встретился с Юрием Киселевым (директором Псковского музея-заповедника) и Юлием Селиверстовым, сыном одного из его ближайших друзей прошлого века, Александра Ивановича Селиверстова, организатором Саввиной выставки в Пскове, искусствоведом, заведующим художественной галереей Псковского музея-заповедника. В тот же день уехал. А Юлий дал ему в тот час некую записку. Поздним вечером тринадцатого звонок. «Лев Маркович, это Савва. Я тут получил текст о Пскове… Это надо обязательно срочно напечатать в вашей газете, я напишу предисловие…» - «Чей текст, Савва Васильевич?» - «Не могу сказать, его выгонят с работы». – «Савва Васильевич, не выгонят, Вы не позволите. Чей?». – «Юлия [Селиверстова – ЛШ]». – «Савва Васильевич, помилуй Бог, там работать вообще некому, и выгнать уже не получится, всё напечатаем, только пришлите». Ночью с адреса Валентина Яковлевича Курбатова приходит письмо с Юликовой статьей, но без Саввиного предисловия. Выяснилось потом, что предисловие Савва диктовал Курбатову по телефону, под рукописную запись на листочки, и файл с перепечатанным текстом Валентин Яковлевич присоединить поначалу забыл. Весь день 14-го созванивались, и я подтвердил, что Юлий согласился доработать свой текст для печати (первый вариант представлял собой непубличную служебную записку лично Савве на уровне тезисов под заголовком «Псков сегодня и пути его спасения»). Публикацию назначили на 22 июля – под день города, накануне визита Авдеева. (Статья выйдет в свет 22 июля, как и договорились, под названием «Дорога к жизни» - ЛШ). Утром 15-го, в среду, ожидался визит в Псковский музей-заповедник губернатора Андрея Турчака – для осмотра бедствующего учреждения культуры – этот вопрос обсуждался на заседании Общественного Совета по культурному наследию. Савва не должен был участвовать в \"культурном походе\", но в день открытия выставки (намечалось на 16 часов) приехал с утра. Днём планировалась его короткая встреча с губернатором во внутреннем дворике Поганкиных палат – по всё тому же визиту Авдеева. Видно было, что Савве не по себе. Сидел в машине. Губернатор опаздывал. Мы сидим у Юрия в кабинете. Ждем. Около полудня заходит Игорь Гаврюшкин. Говорит: «Надо бы Савву врачам показать. Что-то не то». Нехорошо Савве стало еще утром, в Пушкинских Горах. Позвонили Т. К. Ширшовой (председателю комитета здравоохранения области), та – А. П. Волкову (главному врачу областной больницы). Игорь с Саввой уехали. Примерно через полтора часа вижу Гаврюшкина во дворе Поганкиных палат. «Я Савву в больницу положил». – «Да??? Что у него?» - «Непонятно еще. Наверно, сердце». Как выяснилось через несколько часов, Савве была сделана срочная операция. У него открылось внутреннее язвенное кровотечение. Предположение псковских врачей – при лечении рожистого воспаления на ноге в Москве ему давали сильно действующие препараты, не по возрасту и общему состоянию организма. И – наступила реакция. Но – только версия, больше ничего сказать не могу. Врачи тогда сказали и Савве, и Игорю: «Успели… Вот если бы через несколько часов…» Знать бы. Операцию делали под общим нарокзом. Мобильный телефон Саввы Игорь переключил на свой, чтобы ему не мешали. На открыти выставки и почувствовалась впервые какая-то острая сиротливость: \"Музей друзей\" открылся, стены и залы полны, но хозяина нет... Утром в четверг звонит Игорь: «У Саввы всё нормально. Операция прошла хорошо, я был у него. Веселый, розовый, частушки поет. До среды будет в реанимации, потом в обычную палат переведем. Там подключим его к связи, будем общаться». В тот же четверг, 16 июля, в 22.20, звонок. Вижу по номеру: Савва. Что такое? Кто звонит? «Лев Маркович, я Вас приветствую! Это Савва! Докладываю: всё в порядке, операция прошла нормально, я в реанимации, всё хорошо. Вот ведь как получается: раньше бегал в эту больницу с врачами водку пить, а теперь вот в реанимации лежу». – «Это был тогда, наверно, аванс, Савва Васильевич!» - «Да, такая форма предоплаты!» - «Всё в силе остается, Лев Маркович, продолжаем работать!» - «Продолжаем, Савва Васильевич! Сил Вам. Буду ждать Вашего звонка». Всё. Потом я узнал, что, отойдя от наркоза, он звонил своим друзьям беспрестанно – это была его связь с миром, его надежда на выход из больницы, его проверка протянутых рук. Все здесь? Все рядом? Он напоминал нам о себе. Входящие звонки переадресовывались на Гаврюшкина, а исходящая связь была в его руках. И он пользовался ею всласть, не выпуская телефон из рук. Думали мы о нём в те дни едва ли не постоянно. Мысли – не скажу предчувствия – были неотступны. В субботу утром написал Игорю Гаврюшкину смс-сообщение: «Игорь, как Савва?» Он перезвонил из Питера: «Всё нормально, в четверг я с ним общался, в среду переводим в обычную палату…» Но про четверг я и так знал… А утром в воскресенье не выдержал кардиостимулятор, поставленный ему пару лет назад. Он, помню, гордо так тыкал себя пальцем в огромную грудь: «У меня теперь здесь батарейка!» И радостно улыбался. Очень верил в эту машинку. Врачи говорили, что после таких операций, как ему сделали 16 июля, критический день – третий. 19 июля 2009 года в полдевятого утра сердце его остановилось. * * * Сотрудничество Саввы Васильевича Ямщикова с «Псковской губернией» началось в 2004 году и продолжалось все эти пять лет. Мы публиковали как его прямые тексты, так и статьи, где он выступал одним из главных действующих лиц. Вот антология основных вышедших в свет материалов – в хронологическом порядке. С. Прокопьева. Тот самый праведник. Савва Ямщиков: «И это самое большое счастье – память» // № 29 (199) от 4-10 августа 2004 г. Савва Ямщиков. Моё Сенно // № 29 (199) от 4-10 августа 2004 г. Савва Ямщиков: «Пока Бог дает нам двигаться, мы сделаем все, чтобы вернуть Пскову облик, который он имел…» // № 29 (199) от 4-10 августа 2004 г. Савва Ямщиков. Памятники рукотворные. «Лукавый старается опошлить любое, даже самое светлое событие» // № 29 (248) от 27 июля – 2 августа 2005 г. Савва Ямщиков. Отец Зинон: «Икона ничего не изображает, она являет…» // № 31 (250) от 17-23 августа 2005 г. Савва Ямщиков. Стоматолог и кузнец. «Он был псковским талисманом». Памяти Александра Селиверстова // № 32 (251) от 24-30 августа 2005 г. Савва Ямщиков. Азартные апостолы псковского Возрождения. Архитектор, художник, реставратор и кузнец // № 2 (271) от 18-25 января 2006 г. «Псковский набат. Сны о потерянном граде». Расшифровка звуковой дорожки фильма. Авторы сценария: Эдуард Киташов, Алексей Горовацкий. Режиссеры: Юрий Зубков, Алексей Горовацкий // № 28 (297) от 19-25 июля 2006 г. Савва Ямщиков. Сын древнего Пскова // № 12 (331) от 28 марта – 3 апреля 2007 г. Е. Ширяева. Торг у Покрова. Покровская башня уже становилась разменной монетой в политических расчетах. Теперь она, похоже, становится предметом торга // № 29 (348) 25-31 июля 2007 г. Е. Ширяева. На святое дело идем. Последний и решительный бой за историческое наследие Псковщины пройдет, похоже, у подножия Святого Холма // № 31 (350) от 15-21 августа 2007 г. Е. Ширяева. «Надо бомбить «центр». В сосновом бору под Псковом прошел очередной «последний и решительный бой» за памятники истории и культуры // № 46 (365) от 28 ноября – 4 декабря 2007 г. Савва Ямщиков. Гоголь в Михайловском. «Сегодня в поисках выхода из духовного тупика, в которой оказалась ввергнута наша страна, нам необходим исповедальный, чистый, вдумчивый голос Гоголя» // № 30 (399) от 30 июля – 5 августа 2008 г. Е. Ширяева. Осенняя тревога. Историческое и культурное наследие Пскова ждет, пока правительство России разберется – кто за него отвечает // № 32 (401) от 13-19 августа 2008 г. Савва Ямщиков: «Скажите мне, кому вы отдали иконы?» // № 39 (408) от 1-7 октября 2008 г. Е. Ширяева. Работать и добиться. Сформирована «небольшая, но авторитетная и боевая экспертная группа» по оценке иконописного наследия архимандрита Зинона // № 45 (414) от 12-18 ноября 2008 г. Савва Ямщиков. Самое время. Эпоха кризиса идеально подходит для разговора о судьбах псковской культуры // № 2 (423) от 21-27 января 2009 г. Савва Ямщиков: «Церковоначалие Псковской епархии словно не замечает трагедии гибнущего древнего города» // № 11 (432) от 25-31 марта 2009 г. Все на защиту Пскова! Савва Ямщиков: «…Добьемся мы сейчас восстановления Пскова. Вы знаете, сколько людей родится под это?» // № 13 (434) от 8-14 апреля 2009 г."
<https://lev-shlosberg.livejournal.com/154500.html>