Пресс-конференция Эйзенхауэра — 60 лет американской политики в телеэфире
60 лет назад — 19 января 1955 года — в США впервые была показана по телевидению и в новостных киножурналах, а также передавалась по радио пресс-конференция 34-го президента страны — Дуайта Эйзенхауэра. До этого дня пресс-конференции глав государства, как и интервью, транслировались в основном печатными изданиями и частично по радио в записи, на телевидении политики выступали нечасто.
Так, в 1952 году в ходе президентской избирательной кампании на телеэкраны вышел кандидат в вице-президенты США Ричард Никсон. Сев под перекрестные вопросы телекомментаторов в специальной телепрограмме, он надеялся отмыться от обвинений в коррупции. Телепередачу посмотрели и послушали в радиоэфире 9 млн человек — половина всех телезрителей страны. Все восемь лет президентства Эйзенхауэра Никсон был вице-президентом, несмотря на свою репутацию.
Переданная всем основным американским телеканалам речь Эйзенхауэра была незначительно отредактирована — из 33-минутной записи осталось 28 минут. Решение о том, что именно будет вырезано, принимал пресс-секретаря президента Джеймс Хагерти. Обсуждать причины редактирования тех или иных моментов он не стал, пишет The New York Times 20 января 1955 года. Он только отметил, что ответ президента на вопрос об углублении фарватера реки Делавер был вырезан, так как имел «местное значение».
Известны другие слова Хагерти о пресс-конференции: «Я рад, что мы передали пленку с выступлением на радио, телевидение и в кинохронику. К черту этих необъективных газетчиков. Мы идем непосредственно к народу, который сможет в точности услышать, что говорит президент Эйзенхауэр, не читая эти искажающие правду публикации».
Достаточно смелое заявление, не правда ли? Как могли «газетчики», пусть даже необъективные, искажать слова лидера нации? Что происходило зимой 1955 года, если Эйзенхауэру потребовалось «напрямую» обратиться к американскому народу, без возможного «искажения» своих слов в газетных публикациях?
Эйзенхауэр стал президентом в январе 1953 года, а в 1956 году был переизбран на второй срок (до 1960 года). После президента-демократа Трумена впервые за 20 лет в Белый дом вошел президент-республиканец. От Трумена Эйзенхауэру, руководившему высадкой англо-американских войск в Нормандии в 1944 году и войсками НАТО, достался бюджет с дефицитом в $9,4 млрд и раздутыми военными расходами.
В 1953—1954 финансовом году бюджет был сведен без большого дефицита, поскольку Эйзенхауэр отложил снижение налогов до того времени, когда будет лучше сбалансирован бюджет. Однако начался кризис 1954 года — производство снижалось, безработица росла (до 6%). На фоне этого республиканцев, и, в частности, Эйзенхауэра, беспокоили предстоящие выборы.
В январе 1955 года бюджет вновь стал камнем преткновения — накануне пресс-конференции, 17 января, Эйзенхауэр направил Конгрессу, большинство в котором составляли демократы, бюджет 1955−1956 фискального года. В проекте бюджета он отказался отменять налоги на корпорации и налог с торгов на фондовых рынках, чтобы вновь избежать дефицита.
Также в бюджете опять значительно были сокращены ассигнования на армию и флот (на $10 млрд — до $40,50 млрд) — Эйзенхауэр делал ставку на «Новый взгляд» («New Look»), который заключался в том, что упор делался на массированное возмездие, на снижение расходов, где только возможно, за исключением стратегических ВВС. Президент считал, что авиация США, имея на вооружении ядерное оружие, способна надежно защитить страну от потенциального противника и задачей концепции было предотвратить ядерное нападение на США за счет угрозы ответного удара большей мощности. Такая политика оказалась эффективной — относительно дешевое ядерное оружие позволяло сокращать дефицит федерального бюджета при сдерживании СССР от возможного нападения на США.
«Новый взгляд» означал большую экономию и растущее недовольство — c 1955 года демократы сконцентрируют все внимание на критике оборонной политики Эйзенхауэра, утверждая, что «пещерные фискальные взгляды» президента угрожают безопасности нации на фоне растущей военной мощи СССР. В частности, накануне пресс-конференции в Конгрессе с критикой сокращения военных расходов выступили начальники штабов ВМФ и ВВС.
Пресс-конференция 19 января началась в 10:32 утра в Белом доме, в зале сидели 2016 репортеров. В телеэфир попали ответы Эйзенхауэра на вопросы по поводу Тайваня (через несколько дней президент США получит от Конгресса карт-бланш на применение вооруженных сил США против КНР по своему усмотрению), борьбы с коммунизмом, безопасности страны, а также краткий итог двухлетнего президентства Эйзенхауэра. Не обошел он вниманием и бюджет: он обещал сбалансировать его, уменьшив расходы до $60 млрд.
На следующий день, 20 января, Эйзенхауэр направил экономическое послание в Конгресс. Вскоре бюджет был принят. Насколько на внутриполитические распри повлиял выход Эйзенхауэра на телеэкраны? По большому счету, он ведь ничего толком не сказал, не сделал никаких громких заявлений. По поводу бюджета президент США только намекнул, что если у Конгресса есть сложности с пониманием цифр, он готов дать разъяснения в индивидуальном порядке. Журналист Кларк Молленхофф по поводу выступления Эйзенхауэра отметил, что ни один президент никогда не говорил так много, не ответив на заданные вопросы.
Однако политически «выход к нации» был сильным шагом. По словам обозревателя The New York Times, Эйзенхауэр перед камерами «был самим собой», и если он решит пойти на второй президентский срок, эта пресс-конференция станет «важным политическим преимуществом» республиканцев.
Начавшаяся в 1950-е годы эра телевидения позволила делать из политиков звезд, а из звезд — политиков (и те, и другие примеры на слуху). Современная политическая жизнь в США во многом создается масс-медиа, поддерживается и порождается ими. Ранее применявшийся как политический инструмент для достижения своих целей, телеэфир перестал быть инструментом — он стал формировать реальность, превращая политиков в инструменты. Думал ли Дуайт Эйзенхауэр о таком переформатировании мира, когда выходил под прицелы телекамер 60 лет назад?