Ну погоди, «Ну, погоди!» еще вспомнят наши внуки…
1 января 1969 года состоялась премьера одного из самых популярных мультфильмов СССР «Ну, погоди!» — любимого российской публикой до сих пор. В 1970 он вышел в новой редакции, но авторы даже не представляли, что этот проект будет сниматься еще 37 лет, хотя и с перерывами.
«Ну, погоди!» как наш ответ «Тому и Джерри»…
«Ну, погоди!» по популярности превзошел все советские мультфильмы, а очень многие предпочитают его американскому «Тому и Джерри». «Ну, погоди!» и был задуман советскими чиновниками как «наш ответ Чемберлену», то есть «Тому и Джерри». Эта идея была воплощена съемочной группой мультфильма виртуозно.
Смотрите галерею рисунков, ставших основой мультфильма «Ну, погоди!»
Чем же так нравилась людям незамысловатая, казалось бы, история, когда Волк бесконечно гоняется за маленьким и безобидным зайчиком и постоянно сам попадает впросак? Я провела опрос среди зрителей, и узнала очень интересные подробности восприятия этого мультика в разных концах бывшего СССР.
— В детстве я смотрела «Ну, погоди!» на казахском, мне было года четыре. Думала, что Москва, если и есть на свете, то она из мультика: такая нарисованная, ненастоящая. А еще я все время ждала, когда, наконец, этот конфликт исчерпает себя, и они помирятся. И если честно, почему-то мне было жалко волка, — рассказывает драматург и писатель Жанар Кусаинова.
Если учесть, что в самом начале мультфильм планировался как некая борьба добра и зла, то в результате у авторов вышло явно не то, что задумывали заказчики. Веселая погоня, в которой наибольшие симпатии вызывает отрицательный герой, — это все же заслуга съемочной группы.
— Я обожала «Ну, погоди!», — рассказывает сценарист Светлана Шиловская. — С учетом того, что у нас в школе была шестидневка, я все равно в воскресенье вставала спозаранку и бежала с десятью копейками в кулаке в «Дом офицеров». А там надо было дождаться у кассы самого высокого, потому что мы, мелкие, до окошка не дотягивались. Пользуясь случаем, спросила дочь — Аглаю. Она сказала, что у нее было два любимых мультфильма — «Бременские музыканты» и «Ну, погоди». И нам всем всегда было жалко волка. Заяц — «ботан» и отличник, бесил.
Еще одна моя знакомая сообщила, что ее семилетняя дочь мечтает сыграть Волка на Новый год. А другая, что городские пейзажи в «Ну, погоди!» повлияли на выбор квартиры, которую она решила купить. Жилье было приобретено в одном из типичных для «Ну, погоди!» домов, похожих на дом Зайца.
Первый режиссер не захотел менять Волка и Зайца
Многие уже подзабыли, как выглядели первый Волк и первый Заяц, вышедшего в 1969 году выпуска «Ну, погоди!» хотя они довольно сильно отличались от тех, что появились на голубых экранах через год, в исполнении другой съемочной группы.
Между тем, первого Зайца и Волка придумал режиссер-мультипликатор Геннадий Сокольский и члены его съемочной группы. Он же стоял у истоков замечательного мультальманаха «Веселая карусель», в котором и вышел первый сюжет «Ну, погоди!».
В первом варианте Заяц был маленьким (вначале сюжета мать везет его в колясочке) и совсем еще не дорос до образцового пионера-отличника и спортсмена, а Волк был постарше и несколько кровожаднее. Но Заяц все равно находчиво отбивался от попыток Волка употребить его на ужин.
Тем не менее, мультфильм вышел в эфир и был отлично принят зрителями, но заказчикам он почему-то не понравился. Чиновники решили, что герои слишком уж злые и попросили Геннадия Сокольского внести изменения в их облик, а также создать новый сюжет. Но режиссер наотрез отказался. Возможно, он предвидел, что судьба у этого мультфильма будет не самая простая, а перспективных проектов у него хватало.
С 1969 года Сокольский начал работать над альманахом «Веселая карусель» не просто как мультипликатор, а как самостоятельный режиссер. И это для него был очень важный прорыв в профессии. Ведь до 1969 года он часто работал в паре с известными художниками-мультипликаторами, которые не давали его таланту проявиться.
Надо отметить, что в мультипликации есть такая особенность: художники-мультипликаторы очень часто становятся режиссерами, и свое видение процесса, хода и постановки сюжета они поясняют остальной съемочной группе — сначала рисуя, а потом уже на словах.
Итак, режиссер рисует черновик, его доводят до ума художники-постановщики и художники-мультипликаторы, сценарий пишут сценаристы. Но это опять же — групповой труд. Например, Волк в мультфильме время от времени курит. Но курение используется не только для того, чтобы показать, какой это нехороший персонаж, но и чтобы сделать с дымом несколько веселых трюков. При этом в группе обязательно работают и просто художники-мультипликаторы, и сценаристы, и композиторы, и актеры на озвучке, и монтажеры.
Геннадий Сокольский стоял у истоков сборника мультфильмов «Веселая карусель», но многие помнят созданное им «Серебряное копытце», «Ивашка из дворца пионеров», «Птичка Тари», «Мышонок Пик», «Маленькая колдунья», последние серии Винни-Пуха, полнометражный фильм «Пингвиненок Лоло» (рассказ о приключениях пингвиненка в Антарктиде — совместная работа российских и японских мультипликаторов, сценаристы — Виктор Мережко и Эйчи Тати), «Замок лгунов» (режиссёр, сценарист), «Сокровища затонувших кораблей» и многие другие. Впрочем, в 1993 Сокольский все-таки принял участие как мультипликатор и в 17-м выпуске «Ну, погоди!».
27 декабря 2014 года в возрасте 78 лет после тяжелой болезни он ушел из жизни. Как и многие мультипликаторы, Сокольский не имел государственных наград и званий.
При Котеночкине Волк и Заяц подобрели и запели
Вскоре после выхода первой серии «Ну, погоди!» на студию «Союзмультфильм» начали приходить целые мешки писем с просьбой продолжить историю волка и зайца. После отказа Сокольского менять концепцию мультфильма, чиновникам пришлось долго искать новую съемочную группу и режиссера. Ибо многие профессионалы не хотели связываться с этим проектом, называя его примитивным и несерьезным. И, наконец, согласился режиссер Вячеслав Котеночкин.
Но самое интересное, что образы первого Волка и Зайца не понравились и самим авторам сюжета. Критиковал его и Эдуард Успенский, позвавший на «Союзмульфильм» своих друзей и соавторов — юмористов Аркадия Хайта, Александра Курляндского и Феликса Камова.
— Этот сюжет почему-то не понравился почти никому. В том числе и авторам — Феликсу Камову, Аркадию Хайту и Александру Курляндскому. Вроде как, получился «Мейерхольд», а им хотелось «МХАТа». И вместе мы пошли по «дороге Станиславского».Первые герои были внешне совсем иные, но мы отталкивались именно от этих типажей. У меня до сих пор сохранился эскиз Волка, утвержденный худсоветом. Но, что любопытно, этого волка я встретил еще в 41-м году, — вспоминает художник «Ну, погоди!» — Светозар Русаков (3.4.1923 — 14.8.2006) в своем интервью для газеты «Газета». (№ 143 (679) от 9.8.2004) — Я увидел такого типа в Новосибирске, где мы с мамой оказались в эвакуации. Мороз тогда стоял зверский, но я решил сходить на новый фильм. Пришел в кинотеатр, а там — очередь. И вдруг лезет такая фигура — «свой», новосибирский! А мы — эвакуированные, вроде как, уже второй сорт. Я взял его за шкуру, притянул к себе и говорю: «Слушай, джентльмен, куда лезешь?» Если бы вы видели его реакцию! «Это я джентльмен?! Как ты меня назвал?!» И он остался у меня в памяти на всю жизнь.
Собственно авторами образа Волка — франтоватого хулигана, идущего на шаг позади моды, и были Русаков и Котеночкин. Котеночкин любил рассказывать, что зайца — румяного отличника — он увидел сразу, а вот образ Волка долго на глаза ему не попадался, пока он не увидел пузатого недотепу-хулигана с длинными черными волосами и сигаретой, приклеенной к губе в одной из московских подворотен.
Светозар Русаков, кстати, прошедший войну в составе Белорусского фронта и получивший несколько серьезных боевых наград, рассказывал, что Вячеслав Котеночкин не планировал создавать целый цикл мультфильмов, но после каждой вышедшей серии студию заваливали письмами поклонники мультфильма. Сам же Котеночкин подбирал и музыку для каждого сюжета. У него была целая коллекция грамзаписи.
Кстати, музыкой, а также «ламповым» звуком «Ну, погоди!» выгодно отличается от однообразного проигрыша «Тома и Джерри». Точно так же, как и стилем героев, и местом действия. Для каждого сюжета они — индивидуальны, так как специально продумывались художниками, а каждых из них был силен в чем-то своем.
Русаков умер в 2006 году, тогда же состоялась его единственная персональная выставка, в которую вошли и фронтовые работы. При жизни этого счастья выдающийся художник-мультипликатор так и не дождался.
«Том и Джерри» по стилистике почти неизменны, хотя и там каждый художник вносил свою лепту. Кто-то рисовал фоны, кто-то фигуры. И знатоки уверяют, что их «почерк» не менее индивидуален, чем у художников «Ну, погоди!», а выработка — значительно выше: творческий коллектив «Тома и Джерри» выпустил 144 серии, причем состав съемочной группы почти не менялся, как и в «Ну, погоди!».
Впрочем, художник Светозар Русаков, участвовавший в разработке большей части серий «Ну, погоди!», уверял, что во время работы над циклом он лично не видел ни одной серии «Том и Джерри», но за сценаристов не ручался.
Сценаристы в мультфильме делали очень сложную работу: они придумывали «гэги», то есть смешные трюки, которые надо было не просто описать словами, как это делали эстрадные авторы, но и расписать подробно и поэпизодно в мульт-формате.
В первом же фильме, созданном группой Котеночкина, звучит песня Владимира Высоцкого «Если друг оказался вдруг…». Высоцкого на озвучку роли Волка мечтал взять не только сам Котеночкин, но и другие члены группы, но чиновники отмели актера, как неблагонадежного.
Именно тогда на роль пригласили Анатолия Папанова с его незабываемым придыханием в голосе. За этот дефект речи, получившийся из-за неправильного прикуса, его ругали в ГИТИСе, но именно он стал «визитной аудиокарточкой» артиста. Многие короткие фразы из комедийных фильмов, произносимые с неповторимой интонацией Папанова расходились на цитаты. Достаточно вспомнить «Кто заказывал такси на Дубровку?» из «Бриллиантовой руки».
Папанов очень неплохо пел, но об этом Котеночкин узнал довольно поздно, когда Папанов и Клара Румянова исполняли новогоднюю песенку «Расскажи, Снегурочка, как дела!» «Знал бы раньше это его замечательное качество, Папанов давно бы у меня запел! Еще в предыдущих выпусках!» — признавался Котеночкин в одном из интервью. До того, у актера в мультфильме было всего несколько реплик «Ну, заяц, погоди!» и «Ну, чумодан, погоди!»… Впрочем, Котеночкину было достаточно послушать Папанова в 1971 году во время исполнения песни к кинофильму «Белорусский вокзал», где папановский голос явно выделяется на фоне других голосов великолепной пятерки актеров фильма.
Популярность озвученного Папановым Волка вовсе не радовала артиста. Дети не давали ему прохода, дразнили, даже, когда он выходил из подъезда собственного дома. А на гастролях в Болгарии ему на каждом выступлении предлагали произнести «Ну, погоди!» для пущего удовольствия болгарских детей. На одной из творческих встреч во время личного прощания со зрителями Папанов, как заведенный, повторял «Ну, погоди!» и делал вид, что благословляет болгарских пионеров. Детки были в восторге, в отличие от рассерженного актера. После смерти актера, его голос, записанный во время озвучки, использовался еще в двух выпусках «Ну, погоди!», но некий дух из мультфильма все же пропал. И это почувствовала вся группа.
Анатолий Папанов за свою творческую жизнь озвучил 95 мультфильмов, в том числе «Лягушонок ищет папу» (1965), «Пастушка и трубочист» (1967), «Паровозик из Ромашкова» (1967), «Раз-два, дружно!» (1967), «Маугли: Ракша» (1968), «Самый большой друг» (1968), «Маугли»: Похищение (1969), «Ну, погоди!» (выпуски 1−18) (1969−1993), «Маугли: Последняя охота Акелы» (1970), «Обезьяна с острова Саругасима» (1970), «Сказка сказывается» (1970), «Травяная западенка» (1982).
Дух времени и пространства
Никто из авторов «Ну, погоди!» толком не мог объяснить причин его популярности. Вячеслав Котеночкин полагал, что мультфильм полюбился зрителям за трюки, которых было маловато в других мультфильмах. Один из авторов-прародителей «Ну, погоди!» Александр Курляндский, писавший в соавторстве с Аркадием Хайтом и Эдуардом Успенским диалоги для дуэта сатириков Александр Лившиц — Александр Левенбук, считал, что до «Ну, погоди!» в отечественной мультипликации остро не хватало юмора.
Наконец, эта ниша была заполнена. Чего только стоила Свинья о трех лифчиках, Бегемот — хранитель музея, боксеры! Кстати, именно Успенский и привел в «Союзмультфильм» Хайта, Курляндского и Камова, дабы они, наконец, сочинили что-то смешное для мультипликации.
Как уверял Курдяндский, сценаристы «Ну, погоди!» тоже не видели «Том и Джерри», просто потому, что американская мультипликация в то время была почти недоступна. Знали диснеевскую «Русалочку», «Белоснежку и семь гномов», а вот «Том и Джерри» как-то не поступал ни в прокат, ни в закрытые показы для профи. Просто такие «догонялки» с трюками строятся по одному принципу, на первый план выходит — исполнение.
Увы, конфликтов в драматургии очень ограниченное количество. Некоторые насчитали всего 33. Один из них — муж вернулся не вовремя, а кто-то прячется в шкафу.
Многие критики писали, что авторы якобы уловили дух времени застоя. Этакую беззаботность и стиль «культурного отдыха» обычного человека 1970−1980-х годов. Обратимся вновь к мнению современных зрителей.
— Наши дети и внуки смотрят «Ну, погоди!» взахлеб. Я знаю четырехлетнюю девочку — дочку моей приятельницы, которая живет в Шотландии, а все равно очень любит этот мультфильм, — рассказывает ИА REGNUM сценарист Светлана Шиловская. — Краски, музыка, быстрый монтаж, музыкальный эквивалент идеально вписываются в картинку. Нет нравоучительности. Волк добрый, хоть и нехороший. Есть озорная «мальчишескость» в этом мультике. Где мы еще видели пьяных… героев мультфильма? Детские мультики обычно довольно медленные (я не про современные компьютерные), а там все динамично и развивается параллельным действием. Волк идет туда-то, а заяц туда-то, и вот уже зрители ждут, как и где они встретятся и заранее переживают. Крутая драматургия на самом деле! Почти детектив!
Интересна судьба сценаристов, принимавших участие в проекте. Феликс Камов, на самом деле, носивший фамилию Кандель, в 1973 году твердо решил выехать в Израиль и на 4 года стал «отказником». Он учил иврит, участвовал в сионистских демонстрациях, после одной из которых его арестовали на 15 суток вместе с Натаном Щаранским, а выйдя на свободу, он написал книгу «Зона отдыха». Выехать ему мешала не только общая политическая ситуация в СССР, но и секретность, полученная во время работы в одном из закрытых авиационных институтов. Кандель с отличием закончил МАИ. В 1977 Феликс Кандель все же попал на землю обетованную.
— В конце 1977 года, когда Гильдия сценаристов Голливуда решила, что не будет вступать в контакты с советскими сценаристами, пока меня не выпустят из страны, в ЦК решили, наверно, что никаких секретов я уже не помню, — вспоминал писатель в интервью порталу Jewish.ru. — И мы получили разрешение на выезд: моя жена, двое сыновей и я.
В процессе борьбы за выезд и уже после репатриации он писал довольно серьезные книги, о которых поклонники «Ну, погоди!» почти ничего не знают. Он увлекся историей еврейского народа, особенно российских евреев, и, получив доступ к советским архивам уже после перестройки, написал шеститомник «Книга времен и событий», посвященных исторической теме.
В конце 1970-х сериал из-за отъезда Канделя в Израиль «Ну, погоди!» чуть не закрыли. В титрах фамилию Канделя заменили на псевдоним «Камов», а потом и вовсе вырезали.
Не кануть в лету фильму помог случай и смелость Анатолия Папанова. Папанова награждали званием народного артиста, и Подгорный спросил его, куда пропал «Ну, погоди!» Папанов и ответил, что больше серий не будет, закрыли из-за отъезда Канделя. Подгорный возмутился, и не дал из-за одного отъехавшего сценариста закрыть сериал, который любили его дети.
Камова, как писателя-историка, привлекала тема Холокоста, или как его называют в Израиле «Катастрофы», однако во время ее изучения, эмоциональная нагрузка оказалась непереносимой. Спас его все тот же веселый мультфильм «Ну, погоди!», от которого он, казалось бы, уже давно отошел. В 2004 году писателю позвонил его приятель, Александр Курляндский, с которым они работали над всеми выпусками «Ну, погоди!», и предложил поработать над двумя сериями — продолжением мультфильма.
Режиссером был уже Алексей Котеночкин, сын Вячеслава Котеночкина. Как уверяет писатель, работа над этими сериями вместе с друзьями Курляндским и Хайтом помогла ему выжить. Хайт тогда уже тоже эмигрировал, но в Германию. Кто-то называет эти две серии менее удачными, чем 16 предыдущих «золотых». Кто-то — более технически продвинутыми. Но после 2006 года ни одной серии «Ну, погоди!» более не вышло.
Александр Курлянский из России уезжать не стал, хотя с падением железного занавеса ему удалось поработать со многими зарубежными коллегами. «Творческому человеку везде трудно, а в США, где все достаточно консервативно, еще трудней! Я быстро избавился от иллюзий!», — рассказывал он в интервью радио «Коль Исраэль!»
Курляндский предполагает, что работа над «Ну, погоди!» в обозримом будущем может быть продолжена. Но каждый экономический кризис отодвигает эту перспективу все дальше от нас.
Смотрите галерею любимых кадров из «Ну, погоди!»
В России Курляндский успел сделать очень много. Он — автор замечательных мультфильмов — «Только для взрослых» (1971), «Вокруг света поневоле» (в соавторстве с Хайтом и Камовым) (1973), «Спасибо, аист!» (1978), «Баба-Яга против» (1980), «Великолепный Гоша» (1981), «Встречайте бабушку» (1984), «Возвращение блудного попугая» (1984), «Из пушки на луну и далее без остановок» (1990) и других замечательных мультфильмов для детей и взрослых. Написал он и ряд книг для взрослых: «Последний чемпион» (фантастика — в соавторстве с Эдуардом Успенским), «Тайны кремлёвских подземелий», пародийного боевика «Тринадцатая ножка Буша». Работает также и в жюри многочисленных кинофестивалей.