Великий немой, большой брат и человеческое жертвоприношение
Так 28 декабря 1895 года в Париже произошла первая встреча человечества с Великим немым. В подвале «Гранд-кафе» на бульваре Капуцинов французы Огюст и Луи Люмьеры представили широкой публике первый в мире короткометражный фильм «Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота». Это был первый в истории кинематографа коммерческий сеанс, и именно этот день принято считать днем рождения кинематографа.
О возможности создания «самодвижущихся картинок» люди думали с момента появления фотографии в начале XIX века. Для процесса съёмки и воспроизведения движения фотографирование должно происходить с короткими выдержками. На создание системы записи и воспроизведения движущихся изображений ушло почти столетие, но и после появления соответствующих типов фотоэмульсий в 70-х годах XIX века кино появилось не сразу. В результате наиболее удобную систему предложили французы, братья Луи и Огюст Люмьеры. Аппаратура Люмьеров оказалась очень удобной, с её помощью можно было легко снимать и демонстрировать фильмы на большом экране, что и предопределило успех их изобретения. Устройство, изобретенное братьями, получило название «Кинематограф» (или «синематограф»).
Смотрите галерею «Братья Люмьер, их фильмы и их фабрика»
Однако прошло еще какое-то время прежде чем появилось кино как вид искусства, таким, каким привыкли воспринимать его мы.
К концу первого десятилетия двадцатого века кинохроника оформляется в сюжетное кино, появляется понятие «фильм д'ар» — художественный фильм. Законченный вид кинематограф получает с изобретением звукового кино. Далее с ростом технических достижений шло наращивание изобразительных возможностей.
Некоторые историки кино настаивают на том, что своей популярностью кинематограф обязан интересом к нему известных людей своего времени, первых лиц государств, например, русского императора. Бесспорно, в таком утверждении есть доля истины, но только доля. Кинематограф стал популярным только потому, что таил в себе невообразимые до этого возможности и доселе неизвестные инструменты раскрытия заложенных в человеке творческих способностей. Эти возможности и инструменты переосмысливаются и открываются нами до сих пор.
Первыми, кто осознанно и массово поставили кинематограф себе на службу, были создатели Страны Советов и фашистской Германии. Здесь не имеет смысла говорить о различиях между теми и другими, достаточно посмотреть созданные в те годы кинохронику и кино, чтобы увидеть разницу между теми, кто служил человечеству, и теми, кто восхвалял зверя. Самым убедительным доказательством этого является май 1945 года. Речь идет о том, что кино и формирует, и отражает окружающую нас реальность.
Но было и третье направление, которое из-за своей нацеленности на коммерциализацию и техническую составляющую процесса, такую, как трюки, спецэффекты, до поры до времени не заявляло своих миропроектных претензий.
Смотрите галерею «Кинотехника. Раннее развитие»
После разгрома фашизма под запрет попало и кино, его прославлявшее. В результате ко второй трети двадцатого века на сцене остались советский кинематограф, высокое европейское кино и коммерческий мейнстрим, олицетворяемый Голливудом. Пусть не упрекают специалисты, что в действительности направлений было больше, было и национальное и прочее кино. Это как с религией — культов много, но на человечество влияние оказали в основном мировые религии.
Начинает выдыхаться советский проект, и как отражение этого меняется и советский кинематограф. На смену строителям Магнитки приходят «Самогонщики», героев покорения Арктики сменяют герои «Гаража», продающие малую родину на машиноместо. Собственно это обытовление, омещанивание и опошление того, что называется человеческим предназначением, позднее и приведет к концу века этот кинематограф к полному мировоззренческому и интеллектуальному банкротству.
Не менее странные метаморфозы начинает переживать и европейское кино. Все вдруг встает с ног на голову, содержательный разговор сменяется вдруг полной бессодержательностью, выдаваемой за новую философию и поиск новых смыслов, якобы призванных помочь сбросить путы консервативного общества человеку, не важно какого — социалистического или же классически капиталистического.
Нечто подобное переживает и Голливуд, который до сих пор, пусть часто с помощью трюков и спецэффектов все же говорил о вечном, и вдруг полностью сосредотачивается на спецэффектах и все помыслы сосредотачивает на совершенствовании отнюдь не главного — технической составляющей кинопроцесса.
Долго ли, коротко ли, но до бесконечности подобное продолжатся не могло. К концу 1980-х годов советское кино, за которое не вступились ни его авторы, ни народ для которого оно и создавалось, было разгромлено окончательно. И его место, возможно бесповоротно, занял Голливуд. Ибо язык не поворачивается называть сделанное по голливудским калькам, но с нашими актерами и среди наших березок кино Возрождением отечественного кинематографа. Хотя, может, оно и к лучшему, что с нашим кино все так, как сложилось?
Европейское кино, пережив эпоху бессодержательности, ринулось исследовать и смаковать глубины того, что казалось благодаря христианству и гуманитарному прогрессу, давным-давно в человеке изжито.
Вот и получается, что в XXI веке человечество осталось один на один с Голливудом. Который довел до совершенства свои визуальные возможности и впитал самые отвратительные черты нового европейского кино. А самое главное — остался единоличным властителем в сфере самого массового из искусств. Правы будут те, кто напомнит про телевидение, но оно здесь вторично и лишь продолжает начатое кинематографом.
Раз постсоветская эпоха за все 25 лет так и не смогла создать нечто сопоставимое с фильмами позднесоветской эпохи, мы так и будем в каждый Новый год прятаться от реальности в заученных до последнего слова и жеста фильмах. Лицемерно называя это нашей традицией.
Смотрите галерею «Рождение кино»
Вот такая грустная новогодняя история. До встречи в синематографе!