Ахмадинежад врывается в иранскую политику
В Иране произошло то, о чем многие эксперты, правда, ссылаясь больше на слухи, предполагали: экс-президент республики Махмуд Ахмадинежад, находившийся на посту главы государства с 2005 до 2013 года, возвращается в большую политику и будет баллотироваться на предстоящих в июне президентских выборах. Как сообщили иранские агентства, он зарегистрировался для участия в президентских выборах.
Дальше процедурно события будут развиваться следующим образом: Совет стражей Конституции проведет проверку зарегистрировавших кандидатов и утвердит или отклонит кандидатуры. Стоит отметить, что Совет стражей является государственным органом, контролируемым консерваторами. Он состоит из 12 членов, половина из которых назначается непосредственно духовным лидером страны аятоллой Али Хаменеи, они являются мусульманскими богословами, а другая половина назначается судебной властью и утверждается парламентом. Совет осуществляет надзор за большинством иранских выборов и имеет право принимать или отклонять документы любого кандидата. Кроме того, он одобряет законы, принятые иранским парламентом. Затем в период с 26 по 27 мая министерство внутренних дел объявит, какие кандидаты допущены, после чего они смогут начать свою предвыборную кампанию, которая продлится до 17 июня. Интрига тут в том, утвердит ли Совет стражей кандидатуру Ахмадинежада, ведь в 2017 году ему дал отвод сначала Хаменеи, с мнением которого согласились стражи.
Обозначим главный тренд, точнее его признаки. В первую очередь это касается иранского парламента 11-го созыва, в котором так называемые консерваторы имеют почти 60 депутатских мандатов из 290. Их утверждал Совет стражей. Две фигуры из второго правительства Ахмадинежада теперь исполняют обязанности первого и второго заместителя спикера парламента Мухаммеда Багера Калибафа, который является ставленником Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Сам парламент на 75% является оппозиционным президенту Хасану Роухани. Политик-реформист Хусейн Хани-заде в интервью изданию Donya-e Eqtesad заявил, что «с началом работы парламента 11-го созыва сторонники Ахмадинежада вели переговоры с Советом стражей о возможности его участия в выборах», а экс-президент несколько раз беседовал с членами Совета стражей, после чего решил баллотироваться на президентских выборах.
Судя по всему, кандидатуры Калибафа и главы судебной власти Ибрагима Раиси от консерваторов были отклонены, что, по оценке некоторых политиков из этого лагеря, «усилило внутри него напряженность, вызванную отсутствием другого сильного кандидата». Теперь, по оценке экспертов, КСИР готовится «зачистить» министерство информации (разведка) и поставить туда главу разведки Корпуса, завершив «консервативную кадровую ротацию по всем направлениям, внешним и внутренним». Все это увеличивает возможности Ахмадинежада проскочить сито Совета стражей. Есть ли у него шансы на победу? По внешним наблюдениям, Ахмадинежад активно приступил к реализации сценария возвращения в большую политику где-то с начала 2017 года, посещая провинции, где выступал с речами и публично критиковал правительство по многим вопросам. Он принимал участие в акциях протеста в январе 2018-го и осенью 2019-го, возглавлял уличные толпы, яростно критиковал внутреннюю и внешнюю политику правительства, разоблачал коррупцию в разных эшелонах власти. Одетый в простенький дешевый костюм с базара, он завоевал симпатии иранской улицы призывами к «ренессансу иранской революции».
Наибольшей популярностью Ахмадинежад пользуется в небольших городках и сельской местности. Его происхождение, биография, популистская риторика и имидж соответствуют запросам определенной части иранского населения. Он всегда придерживался аскетического образа жизни, не был замечен в каких-либо коррупционных скандалах. После отставки отказался от президентской пенсии, объяснив это тем, что работал не для пособия от государства, а для блага народа. Политические и иные убеждения Ахмадинежада хорошо известны и многократно описаны специалистами. Но то было раньше. А каким станет его новый образ, остается пока неизвестным. Понятно, что в ходе предвыборной кампании экс-президенту придется раскрывать некоторые карты. Однако сейчас ссылаться на его прежние заявления по разным политическим поводам и пытаться выстраивать какую-либо картину его возможных будущих деяний через прежние характерные особенности — занятие неперспективное.
Очевидно пока следующее. Внутриполитическая борьба в Иране выплескивается на новый уровень, и исход этой «схватки под ковром» таит в себе риски и вызовы как для страны, так и для всего региона, да и мировой политики. Иран вступает на путь реформирования. Но какого? С политической сцены будет сметаться так называемый либеральный класс, проявлявший готовность к развитию сотрудничества с Западом, активизируется процесс смещения представителей реформаторов, а затем и умеренных консерваторов-традиционалистов со всех постов в государственном аппарате, начнется постепенная концентрация ветвей власти в руках радикальных сил. Наступит «эпоха смуты». Однако это вовсе не означает, что Ахмадинежад будет полностью дистанцироваться от западного направления. Тем не менее ни у кого нет сомнений в том, что ситуация внутри Ирана и вокруг него будет переходить в новое качество.
Наконец, многое будет зависеть от взаимоотношений Ахмадинежада с духовным лидером Хаменеи. Сегодня обстановка пока благоприятствует экс-президенту. Посмотрим, что дальше. Возможно, в последний момент фигуры на шахматной доске станут расставлять по-новому. Иран — такая страна, где исключать ничего нельзя.