США руками Токио создают на Тихом океане «второй фронт»?
Американская «большая игра» против России и Китая получает подкрепление со стороны Японии. Развивший бурную активность японский премьер Фумио Кисида, всего месяц назад вернувшийся из визита в Индию, вновь собирается в крупное азиатское турне. На этот раз он направляется в Индонезию, а затем во Вьетнам и Таиланд. Осторожно сообщается, что при определенных обстоятельствах Кисида после этого может оказаться и в Европе. Логика Токио просчитывается без особого труда, да особо и не скрывается. Обиженный на Россию за безрезультатное завершение переговоров по Южным Курилам, а на Китай – за тупик в вопросе архипелага Сенкаку, который Пекин считает своим и называет Дяоюйдао, Кисида принялся таскать каштаны из огня для своего заокеанского патрона.
Стоило президенту США Джо Байдену в начале марта резко высказаться об Индии за то, что она воздержалась при голосовании по резолюции, осуждающей Россию, в Генеральной Ассамблее ООН, как японский лидер засобирался в Дели уговаривать премьер-министра Нарендру Моди подыграть Вашингтону. Визит Кисиды состоялся 19 марта, а двумя днями раньше индийский представитель в Международном суде ООН вместе с представителями США и других стран Запада проголосовал за решение о «немедленном прекращении» российской военной операции на Украине (из 17 судей против такой постановки вопроса высказались только российский и китайский).
Посетил японский премьер еще и Камбоджу, отправившись после этого на саммит «Большой семерки» в Брюссель, отчитаться о «проделанной работе». Ну, а Моди после встречи с Кисидой 22 марта провел еще двое переговоров – виртуальные с австралийским коллегой Скоттом Мориссоном и в Вашингтоне с Байденом. Видимо, посчитав «судебное» голосование несущественным и недостаточным, оба жестко надавили на Индию, обвинив ее в том, что она «выпадает» из стройных антироссийских рядов объединения Quad.
Иначе говоря, посетив Дели, Кисида в том эпизоде сыграл некую «стамбульскую» роль, существенно поколебав и дестабилизировав позицию индийского руководства по Украине. Ведь, с одной стороны, Индия – участник Quad, который вместе с новоиспеченным блоком AUKUS.
С другой, Дели входит в БРИКС, а также ШОС, где, особенно в последнем случае, ведущую роль играет российско-китайский стержень. Эта двойственность вынуждает Индию заниматься лавированием, ведя «двойную стратегию», которая на практике оборачивается судорожным, ситуативным реагированием на конкретные ситуации вместо проведения «генеральной линии». И помощь в «разыгрывании» Дели, по сути втемную, Вашингтону оказал именно Кисида.
Сейчас, в эти дни, та же история, только уже не с Индией, а с Индонезией. И против Москвы и Пекина с японским участием хотят теперь надавить на Джакарту, которая не только занимает особые позиции в АСЕАН (в индонезийской столице расположена штаб-квартира объединения), но и, это в данном случае главное, готовится в ноябре текущего года принять очередной, семнадцатый по счету саммит «Группы двадцати». А маршрут через Ханой и Бангкок далее в Европу раскрывает все те же планы Японии, что и месяц назад.
Уговорить индонезийского лидера Джоко Видодо принять против российского участия ограничения, а затем представить результат этого многопланового давления, которое оказывается на Индонезию под эгидой Вашингтона, перед вьетнамскими и тайскими властями как собственный выбор Джакарты, призвав их к солидарности в рамках АСЕАН. И – с докладом о «выполненной задаче» — в Европу.
Вот это сочетание совместного, американского и японского, нажима именно на Индию и Индонезию как нельзя лучше раскрывает стратегию коллективного Запада и то, зачем в ее рамках Кисида был приведен к власти, сменив не успевшего толком освоиться в премьерском кресле Ёсихидэ Сугу.
Во-первых, США, взявшие курс на создание «восточной НАТО», рассчитывают слепить ее как некую сумму Quad и AUKUS; оба блока не только дополняют друг друга, но и дозированно выходят за рамки АТР, что Вашингтону и нужно. На американо-австралийский стержень этих антироссийских и антикитайских объединений, по оценке секретаря российского Совета безопасности Николая Патрушева, блоков нанизывается с одной стороны Япония, а с другой – Великобритания, которая в последнее время все более обнаруживает концептуальное лидерство внутри Запада. Между ними делят функции; известно и понятно, почему: с тем же Дели у англичан ничего не выходит. Вот и подослали Кисиду, и он провоцирует правительство Н. Моди на некий «однозначный» выбор.
Во-вторых, параллельно с усилиями Японии и Австралии США устроили показательный переворот в Пакистане, спровоцировав там правительственный кризис и добившись отмены решения о роспуске нижней палаты парламента. В результате премьер-министра Имрана Хана, совершившего 24 февраля визит в Москву и о многом там договорившегося, сменил в этом кресле его непримиримый проамериканский оппонент Шахбаз Шариф.
Пакистан тоже является участником ШОС, и США мало того, что устраивают Дели и Исламабаду перекрестный нажим, так еще и таким способом поощряют сдерживание ими друг друга в собственных интересах. К этим «высшим» комбинациям Японию, правда, не особо подпускают, оставляя Токио черновую работу. В-третьих, с таким же прицелом Кисиду отправляют и в зону АСЕАН.
Представляется, что США стремятся его руками решить сразу две задачи. В тактическом плане да, Вашингтону нужно, чтобы Джакарта дала от ворот поворот российскому участию в «двадцатке». Тем более что западные СМИ с подачи США муссируют эту тему уже второй месяц. Японские же медиа вслед за окружением своего премьера вяло комментируют ситуацию в том смысле, что Индонезия сама принимает решение о приглашении как лидеров на ноябрьский саммит, так и правительственных чиновников на планируемую на днях подготовительную встречу глав центробанков и минфинов.
Однако известно, что США, а за ними ряд других западных стран после мартовского брюссельского саммита «семерки», высказавшегося за исключение Москвы из G20, предупредили Дж. Видодо, что если он пригласит российского лидера Владимира Путина в Джакарту, а Путин, как было объявлено, собирается участвовать, причем в очном формате, то Запад может пересмотреть состав своих делегаций, отказавшись от прибытия на саммит президентов и премьеров и заменив их нижестоящими чиновниками. Разумеется, это будет преподнесено как сугубо индонезийский провал, а не провокация коллективного Запада.
Со стратегической точки зрения, однако, «двадцаткой» дело не ограничивается. США, когда еще в 2018 году при Дональде Трампе поссорились с Китаем, принявшись за эскалацию против Пекина тарифных санкций, загримированных под «ликвидацию дисбаланса двусторонней торговли», не скрывали стремления «подбить клинья» к АСЕАН.
Однако все обернулось конфузом. Сначала Вашингтон обидел своих несостоявшихся партнеров тем, что вместо самого Трампа или хотя госсекретаря Майка Помпео на саммит АСЕАН + США в ноябре 2019 года прибыли президентский советник по вопросам национальной безопасности Роберт О'Брайен и глава минторга Уилбур Росс. В результате семь из десяти лидеров АСЕАН отказались тогда от встречи, и американские посланцы решили подсластить пилюлю, пообещав провести специальный саммит с АСЕАН в Вашингтоне в начале 2020 года.
Однако грянул ковид, и все заглохло. Комментируя отношения с Вашингтоном, некоторые лидеры АСЕАН тогда не скрывали раздражения стремлением США вмешаться в повестку их отношений с Китаем. Не секрет, что у ряда членов «десятки», прежде всего у Вьетнама и Филиппин, с Китаем имеются территориальные противоречия в Южно-Китайском море (ЮКМ). На этом и попытались сыграть, но безуспешно.
Сейчас намечается уже «японское» продолжение. Собственно, сторона Токио даже на словах не скрывает, что «впряглась» за США однозначно и бесповоротно, спекулируя при этом эксклюзивностью для Азии своего статуса члена «семерки». Кисида уже объявил, что в Джакарте намерен «помочь» Видодо в «координации» позиций вокруг российского участия. В частности, речь может идти и том, чтобы параллельно с Россией или вместо нее пригласить на «двадцатку» Украину. А если удастся, вообще поставить вопрос об исключении России.
Формально в японских правительственных кругах обосновывают стремление «отодвинуть» нашу страну от участия в «двадцатке» некоей «необходимостью» избежать обхода санкций, хотя где санкции, а где G20, не уточняется. Об этом, в частности, в одном из комитетов японского парламента разоткровенничался глава минфина Сюнъити Судзуки, призвав для этого «вести работу» внутри «двадцатки», с теми странами, которые проигнорировали западные санкции. Особенно главного японского финансиста задевает китайская поддержка России. В Токио в связи с этим подчеркивают, что сами ведут себя «правильно», вслед за ЕС взяв курс на поэтапный отказ от российского газа и угля. И к тому же призывают всех остальных.
Перечень аспектов японской активизации будет неполным, если не упомянуть об еще одной двусторонней встрече в интересах США, которая «незаслуженно» не привлекла к себе первоочередного внимания, возможно, потому, что Кисида в ней не участвовал, ибо переговоры прошли не на высшем уровне. Но с далеко идущими планами и перспективами. Речь идет о состоявшейся 9 апреля японско-филиппинской встрече в формате «2+2», с участием глав МИД – Ёсимасы Хаяси и Теодоро Локсина, а также министерств обороны – Нобуо Киси и Дельфина Лорензаны.
Прежде всего по ее итогам объявлено, что стороны приступили к разработке договора о расширении и укреплении взаимодействия в военной сфере. При этом не скрывалось, что острие формирующегося сближения двух союзников США в регионе направлено прежде всего против Китая. А также против России и альянса Москвы и Пекина, который стороны «напрягает».
С Японией все ясно, а вот при чем здесь Филиппины – отдельный вопрос, ибо президент Родриго Дутерте, чей президентский срок заканчивается в мае, а во второй раз он избираться не может, на протяжении всей своей легислатуры ориентировался на Пекин и делал многозначительные реверансы Москве, подвергая суровой критике США. Президентская и вице-президентская кампания на Филиппинах в разгаре, и в выборах участвует экстравагантная связка сына бывшего президента и диктатора – Фердинанда Маркоса — младшего и дочери Дутерте – Сары.
Правда, она может и распасться, если кто-то из избирающихся по отдельности участников свои выборы проиграет. Но отец-президент, видимо, очень хорошо представляет себе возможности и масштаб внешнего вмешательства США, хотя бы на примере переворота в Пакистане. И потому «переобулся в воздухе», стараясь уйти с должности «красиво».
Официальная смена власти на Филиппинском архипелаге – в июне, и до того времени анонсирована встреча Кисиды с Дутерте; не уточняется, будет ли на ней подписан договор, или он будет передан преемнику. Но в любом случае приоритет военной тематики в сочетании с наличием на Филиппинах военно-морской базы Пентагона, как говорится, в комментариях не нуждается. Причем филиппинская сторона, вслед за японской, усиленно муссирует тему американского «Индо-Тихоокеанского» концепта, рассматривая ее основой региональной геополитики.
Итак, суммируем: Индия в совокупности с Quad, триумвират из АСЕАН в составе Индонезии, Вьетнама и Таиланда, маячащий на горизонте военный альянс с еще одним участником АСАН — Филиппинами – таков вектор японской геополитики, которую Токио осуществляет прежде всего в интересах Вашингтона. А также, надо полагать, в надежде, что из благодарности усилиям своего верного азиатского «оруженосца» США не станут препятствовать и закроют глаза на милитаристские амбиции Японии, связанные с пересмотром «мирной» 9-й статьи конституции (на деле они эти амбиции изо всех сил поощряют как направленные против России и Китая).
Очень похоже, что на Дальнем Востоке все активнее вызревает фурункул нового крупного альянса под эгидой Вашингтона и с ролью Токио как регионального лидера. Как мы хорошо помним по событиям более чем 80-летней давности, за этим фактом стоит неослабевающее стремление японской военщины к реваншу, включая устремления по созданию в помощь совместно с США на тихоокеанских рубежах России своеобразного «второго фронта». И в условиях предельной напряженности в Европе это не может не вызывать серьезных опасений.