Крупный функционер афганского "Талибана" (террористическая организация, запрещена в РФ) Мохаммад Омар-Джан Ахундзада был убит несколько дней назад в пакистанской Кветте. Ответственность за его смерть пока не взяла на себя ни одна террористическая группировка. В самом "Талибане" подозревают, что к убийству могут быть причастны пакистанские спецслужбы. Однако не исключено, что инцидент имеет прямое отношение к разгорающейся борьбе за власть внутри руководства афганских талибов, пишет "Независимая газета".
Советник эмира "Талибана" мулла Мохаммад Омар-Джан Ахундзада был убит двумя выстрелами в грудь вечером 18 апреля с.г. в Кветте – пакистанском городе, который более 20 лет, вплоть до августа 2021 года, являлся неформальной столицей движения афганских талибов. Здесь заседала "Шура-е-Кветта" (Совет Кветты) – главный руководящий орган "Талибана", который традиционно возглавлял эмир этой группировки.
Уроженец уезда Шах-Джой южной афганской провинции Забуль мулла Омар-Джан являлся членом кветтской шуры и входил в высшее руководство "Талибана". Он был очень близок к нынешнему лидеру талибов маулави Хайбатулле Ахундзаде и имел статус его советника. "На самом деле Омар-Джан был больше чем советником эмира. Он был самостоятельной фигурой, политическим тяжеловесом, к мнению которого прислушивался и маулави Хайбатулла, и его окружение", – рассказал источник в афганском "Талибане".
Как и многие руководители талибов, мулла Омар-Джан имел не только афганский, но и пакистанский паспорт. Немаловажно и то, что его семья контролировала в Кветте мечеть, которую посещали члены высшего руководства "Талибана": сначала имамом в этой мечети был Инаятулла Габаргай Ахундзада, отец Омар-Джана, а затем это место перешло к самому Омар-Джану. Даже после прихода талибов в Афганистане мулла Омар-Джан сохранил за собой должность имама "семейной" кветтской мечети и регулярно бывал в ней.
Последние два года мулла Омар-Джан постоянно проживал в Кандагаре – столице афганского "Талибана", городе, где находится резиденция эмира Хайбатуллы. Здесь он не только числился советником лидера талибов, но и, самое главное, возглавлял особое кандагарское "медресе джихада". Как сообщили источники в "Талибане", в медресе муллы Омар-Джана на поток был поставлен процесс подготовки террористов-смертников. По словам бывшего офицера афганских спецслужб, "Омар-Джан был настоящий отец кандагарских смертников, подготовивший сотни боевиков, готовых умереть по его приказу. Такие боевики – серьезный военно-политический ресурс в Афганистане. Его контролируют очень немногие, что делало Омар-Джана одним из самых влиятельных и перспективных игроков в теневой афганской и талибской политике".
Говоря о возможных заказчиках убийства муллы Омар-Джана, некоторые источники в регионе склонны обвинять в этом спецслужбы Пакистана. В частности, о том, что Омар-Джан был убит по приказу властей Пакистана спецслужбами этой страны, заявили представители "Техрик-е-Талибан Пакистан" (ТТП, пакистанский "Талибан", – формально этой организации нет в списках террористов, но российские силовики считают, что она является террористической, поскольку сотрудничает с афганскими исламистами). При этом в официальном сообщении ТТП содержится намек, что это убийство "светоча исламской мысли", возможно, было совершено по требованию "западных хозяев" Исламабада. В рядах афганских талибов также есть те, кто склонен верить в версию "пакистанского следа".
В последнее время отношения между властями Пакистана и руководством афганского "Талибана" серьезно осложнились – дело дошло до открытого противостояния, что проявляется в периодически возникающих боевых стычках на границе между пакистанскими пограничниками и афганскими талибами. В Исламабаде склонны видеть за нынешним "непослушанием" талибов, которые пришли к власти в Кабуле лишь благодаря поддержке пакистанской армии и спецслужб, интриги эмира Хайбатуллы и его ближайшего окружения. По имеющейся информации, маулави Хайбатулла переориентировался с Исламабада на Тегеран и предпочитает старой неравноправной игре с пакистанцами новое партнерство с Ираном.
Естественно, это не устраивает пакистанский истеблишмент, который уже длительное время ищет способы образумить руководство афганских талибов и восстановить над ними свой контроль. Возможно, убийство муллы Омар-Джана, ближайшего соратника эмира Хайбатуллы, является одним из сигналов лидеру "Талибана" остановиться в своих попытках найти других хозяев и партнеров в регионе.
Впрочем, вполне вероятно, что убийство в Кветте 18 апреля имеет отношение к другой увлекательной политической интриге, которая стремительно разворачивается в талибском закулисье. Речь идет об активизации борьбы за власть между различными фракциями в "Талибане".
По словам источника в движении талибов, большинство его членов разочаровались в своем лидере: "Сейчас всерьез обсуждается возможность свержения маулави Хайбатуллы и замена его на новую фигуру. Наиболее вероятным претендентом на пост эмира является министр обороны мулла Мохаммад Якуб, которого поддерживают не только другие тяжеловесные фигуры в руководстве движения, но также Катар и США. Нынешний эмир Хайбатулла и его окружение знают об этих планах и пытаются их не допустить. Поэтому, в частности, подконтрольные эмиру структуры ведут постоянную слежку за муллой Якубом и его окружением, а сам эмир официально запретил Якубу поездки за рубеж, в Катар, где тот неформально встречался с американскими представителями".
По словам афганских источников, важным силовым и политическим ресурсом эмира Хайбатуллы в противостоянии с группой муллы Якуба являлись кандагарские боевики "Талибана", в том числе подготовленные в "медресе джихада" муллы Омар-Джана. Для сторонников муллы Якуба и его зарубежных операторов, готовящихся к финальной схватке за власть в "Талибане", было важно выбить из рук эмира ресурс Омар-Джана. Его убийство в Кветте эту задачу выполнило, одновременно продемонстрировав и политическую уязвимость лидера афганских талибов.
Похоже, загадочная смерть муллы Мохаммада Омар-Джана Ахундзады не последняя – закулисная борьба за власть в руководстве "Талибана" далека от завершения. И в ней участвует не только мулла Якуб, но и другие политические тяжеловесы. Теперь ход за ними.