Фигурки из мальтийского захоронения
Вначале была древность
Территория, на которой возник Иркутск, активно обживалась древними людьми. Стоянки первобытного человека открыты археологами близ Иркутска, у военного госпиталя, на Верхоленской горе, по берегам Ангары и ее притока Ушаковки. Здесь находили хозяйственный инвентарь доисторического времени - примитивные орудия труда (каменные и костяные предметы). Между прочим, именно стоянка, обнаруженная при строительстве военного госпиталя в Иркутске в 1871 году, была одной из первых стоянок древнекаменного века, найденных в России. Не случайно известный сибирский археолог академик А. П. Деревянко писал: "Находки, сделанные в Иркутске, вызвали в научном мире много гипотез о Сибири как колыбели человечества. Авторами этих гипотез были крупные французские ученые - археологи и антропологи второй половины XIX века - М. Вагнер, А. Катрфаж, Жозеф Август де Бай. Предположениям этим не суждено было подтвердиться, но интерес к археологии Сибири в XIX века у специалистов был большой".
Любопытно, что еще в 1927 г., А.П. Окладникову при раскопках на ангарских островах между Иркутском и Байкалом пришлось встретиться с материалами совершенно другого облика. «Тщательные раскопки на Сосновом острове и других соседних с ним островах Ангары показали, что перед нами действительно другая, ранее неведомая культура железного века, более древняя, чем та культура «курумчинцев» (курыканов), которую мы знали прежде. Это было нечто новое, существенно важное для понимания ранней истории Восточной Сибири, неизвестная прежде новая глава этой истории» (Записки Иркутского областного краеведческого музея. Иркутск,1958.С.19).
Раскопки иркутских ученых убедительно доказали, что в жизни древнего народа очень большое место занимала металлургия. Будущий академик А.П.Окладников сделал вывод, что обнаруженные остатки плавильных горнов могли принадлежать древнему народу плавильщиков и скотоводов раннего железного века. Он нашел большое число своеобразных каменных молотов округлой формы с шелобками для привязывания к рукояти и т.п. Среди изделий древних мастеров ангарских островов наиболее интересными археологам показались ножи, «напоминающие по очертаниям ножи бронзового века, огромные остроги с втулкой внизу для древка, литые чугунные или железные топоры-кельты, также в точности повторяющие по форме древние бронзовые орудия такого рода. Литые топоры с Ангары совершенно одинаковы с железными втульчатыми наконечниками мотыг и теслами древнего Китая, где очень рано (еще до начала н.э.) началось производство таких литых изделий, как топоры, и выплавка изделий из чугуна…» (Записки Иркутского областного краеведческого музея. Иркутск,1959. С.19-20).
А.П. Окладников предположил, что расцвет металлургического производства на Ангаре в это время может быть объяснен тем, что местные племена общались с гуннами, укрепленный форпост которых находился в долине р. Селенги, вблизи устья р. Иволги около нынешнего Улан-Удэ.
Интересно, что именно в Приангарье спустя тысячелетия возникло металлургическое производство, которое по мере освоения сибирского края принимало вид заводского предприятия и носило товарный характер. Накопленная история?
В 1881 году иркутский археолог Н. И. Витковский в месте впадения р. Китой в Ангару и в 1900 году М. Овчинников в Глазковском предместье Иркутска, обнаружили целые неолитические кладбища. Когда человек умирал, его клали в яму, вырытую в песке, головой на северо-восток или на юго-запад. В таких погребениях находились вещи, которые, как считали соплеменники умершего, могут понадобиться в загробном мире. Погребение покрывалось тонким слоем песка с красной охрой, а яма засыпалась и делался могильный холм. Нередко на таких холмах совершались поминальные жертвоприношения.
Открытие Н. И. Витковского - могильник в Глазково - дало имя целой культуре, которую вошла в мировую археологию, как Глазковская.
Четыре тысячи лет тому назад настал энеолит – эпоха орудий труда из меди и бронзы. Первые погребения этого времени нашли именно в Иркутске, в Глазково.
Из металла делались украшения и крючки, иглы и шилья, ножи. Люди этой культуры изготавливали лодки: долбленки из цельных могучих стволов деревьев, легкие маневренные берестяные суденышки. Между племенами стали устанавливаться связи, начинался обмен орудиями труда, продуктами питания.
Разные ветры проносились над Сибирью. Народы сменяли друг друга. На место исчезнувшей культуры приходила новая. Еще не было кочевого скотоводства, еще не было земледельческой оседлости. Жизнь оставалась опасной, нередко смертельно, без общепринятых правил, но уже с неметившимся распорядком (прообразом хозяйственного календаря): сезонной охотой и рыболовом, перемещениями туда, где больше зверя, воды, рыбы, травы, леса...
Территория , на которой возник Иркутск и близлежщие места, населяли разные народы. Эти земли входили в состав великих империй древности и часто являлась транзитными для многих этносов. Одно из них гуннское государство, которых возникло во втором веке до нашей эры. Империя гуннов представляла собой союз кочевых племен и доминирующим элементом хозяйствования было скотоводство. Оно давало пищу, материалы для одежды, товарную массу для торговли и обмена.
После распада империи гуннов, господствовать стали сянь-би. До третьего века нашей эры их государство властвовало на территории Южной Сибири. Затем пришло время жужаней, тюрок ту-гю. В VIII веке после распада государства Ту-гю возникло Уйгурское ханство.
Л.Немировский. Река Иркут. 1840 – 1850-е гг.
К приходу русских в Приангарье основным населением были буряты и тунгусы. Н.И.Витковский, напомнил о том, что «есть, правда, историки, которые, обосновав свои выводы на китайских источниках, умеют рассказать нам, что еще два столетия до начала нашей эры в страны прилежащие к рекам Оби, Ангаре и Сленеге пришли гунны и, покорив местных жителей, сделали Прибайкалье местом ссылки своих военнопленных; что в III столетии после Р.Х. ( рождества христова – С. Г.) места эти были уже заняты татарским народом Го-эй, подчинившим своей власти значительную часть Китая; что в IV столетии эти Го-эй оставили почему-то прибайкальские страны и места их заняли снова гунны под различными названиями; что в следующем столетии по берегам р.Ангары, даже в том именно месте, где ныне город Иркутск, обитал рослый, светловолосый и голубоглазый народ Кику, могущий выставить 80 000 войска, имевший непосредственные сношения с китайским двором и в 648 году признавший себя его вассалом. В VIII столетии хан тюркского народа Као-че доносил своему тестю и союзнику, китайскому владыке о благополучном покорении этого голубоглазого народа; что около того же времени явился на сцену многочисленный, разбросанный по Сибири народ Шивэй, родственный киданям и кумохам и почитаемый предками нынешних тунгусов, и что, наконец, только за несколько столетий до Чингисхана из глубины Монголии пришли сюда буряты и вытеснили, по мнении одних тунгусов, а по мнению других якутов, распространились по обе стороны «святого моря» (Известия ВСОРГО.Иркутск.1889. Т.ХХ.№1.С.11)
Н.И.Витковский сделал вывод, что многочисленные погребения обнаруженные в Сибири, свидетельствуют о ее заселенности в древние времена, что разнообразие в захоронениях дает основание полагать о принадлежности их разным народом. Каким? Это и по сей день загадка, предмет исследований и тема для гипотез.
Сам же исследователь и путешественник считал, что хотя в ангарской долине и не найдено памятников, подобных забайкальским, но основываясь на открытиях, «можно сказать, что верховья ее (Ангары – С.Г.) – нынешние Иркутский и Балаганский округа – и в доисторическое время не представляли необитаемой пустыни. Может быть, задолго до рассвета современной, железной эпохи своеобразная жизнь развивалась уже по берегам могучего истока Байкала; человек не знакомый еще с употреблением металлов, боролся здесь с негостеприимной природой и в борьбе этой достиг такой степени господства, что в этой стадии развития, к которой относятся найденные близ устья р.Китоя остатки его, он является перед нами не дикарем в точном смысле слова, а полуоседлым звероловом» (Известия ВСОРГО.1889. №1. ТХХ.№1. С.12-13).
История народов нередко складывается драматично. Одни поглощались более сильными и воинственными, другие, чтобы избежать этого добровольно шли на обьединение и таким образом находили свое будущее, третьи мигрировали дальше, в поисках удобных для проживания земель.
Еще в XVII веке на территории Приангарья проживали ашехабаты, балаганские тунгусы, булагаты, медензинкуры и многие другие. Они принадлежали к разным этническим группам: тунгусам, манчьжурам, кетам… Никто и никогда не сомневался, что огромная территория Сибири служила общим домом для многочисленных народов. Замечательно разветвленная система речных путей позволяла древнему человеку быстро осваивать ойкумену. Когда на одном из ангарских островов, с поэтическим названием Сосновый, между Байкалом и Иркутском в 1951 будущий академик археолог Окладников заложил раскоп и получил первые находки, удивлению ученых не было конца. Сразу же под дерном они обнаружили черепки глиняных сосудов, железные шлаки и крицы для плавки металла. Это были следы жизни и деятельности людей железного века.
Дальнейшие исследования позволили разделить обитателей железного века на две группы. Более поздняя - люди курумчинской культуры или точнее культуры древних скотоводов курыканов. Это они производили грубую толстостенную керамику, покрывая ее незатейливым узором.
Но задолго до 1951 года, а именно в 1927 году Окладников нашел обломки сосудов совершенно иного облика и качества. Реконструкция позволила увидеть сосуды тонкой работы, с богатым узором.
Раскопки на Сосновом и других островах привели археологов к выводу, что они столкнулись с другой, ранее неизвестной науке культуре железного века, еще более древней, чем культура «курумчинцев» (курыканов). «Это было нечто новое, существенно важное для понимания ранней истории Восточной Сибири, неизвестная прежде новая глава этой истории» (Записки Иркутского Областного краеведческого музея. Иркутск.1958.С.19).
Чем дольше шли поиски, тем поразительнее становились находки. Исследователям открывались остатки плавильных горнов, каменные молоты, которыми ковали металл, рабочие площадки из тщательно уложенной гальки. Находили металлические изделия, напоминающие ножи бронзового века, чугунные и железные топоры-кельты.
Под слоем, который относился к эпохам железного и бронзового века, были обнаружены изделия неолита - глиняные сосуды с богатым орнаментом, топоры из зеленого нефрита и пилы, которыми разделывали сам нефтрит, прекрасные скульптурные изображения рыб - приманки для рыбной ловли.
Когда ученые погрузились в это море найденных материалов они увидели что многие элементы , технологии обработки и производства очень схожи с тем, что делалось на Енисее и, к примеру, в Карелии, Китае, Монголии. Напрашивался вывод, что такие совпадения итог усиления культурных связей между племенами Запада и Востока.
Первое сообщение о находке художественных изделий ледникового периода в Азии относится к 1872 года. Пришло оно из Иркутска, с берегов Ангары, как итог исследований А.Чекановского и И.Черского. Находки были сделаны ими на год раньше, в 1871 году, когда шло строительство нового военного госпиталя в окрестностях губернского Иркутска на берегу Ушаковки. Особую ценность представляли художественные изделия из мамонтовой кости. Черский сделал заключение, что эти предметы относятся к каменному периоду. Это его заключение могло бы стать революцией в мировой археологии, но увы, сенсационные открытия в силу различных обстоятельств продолжали дожидаться своего часа. Мало кто мог поверить, что здесь жил древний человек, обладавший художественным восприятием и умением передавать образы реалистично.
Люди, которые в древности населяли ангарские берега, по всей видимости, не были изолированы от других населенных территорий. Во всяком случае, профессор Г.И. Медведев говорил о «прямых родственных связях ангарской стоянки (палеолитическая стоянка древнего человека) Красный Яр с Забайкальем» (Сибирь и ее соседи в древности. Новосибирск.1970.С.12). Правда, речь идет о нижнем комплексе, в верхнем ничего родственного обнаружено не было.
Гигантская, малонаселенная территория позволяла древним людям сохранять свою индивидуальность, «изолированность», которые выражались в том числе в орудиях труда… Не случайно З.А.Абрамова утверждала, что в целом палеолит Ангары, находящийся в ином ландшафтном поясе, существенно отличался, скажем, от палеолита Забайкалья (Сибирь и ее соседи в древности.Новосибирск.1970. С.12).
Судя по археологическим данным, материалы палеолитических стоянок ряда территорий прилегающих к Енисею схожи с материалами палеолитических стоянок Селенги. Ученые отмечали, что Забайкалье и Минусинскую котловину сближает наличие вкладышевой техники, в то время как на Ангаре вкладышевые орудия отсутствовали.
Общепризнано, что Ангара имела свою уникальную мальтинско-буретскую культуру, происхождение которой остается загадкой, хотя иркутские археологи профессор Г.И. Медведев и профессор М.П.Аксенов, доказали, что в более поздние времена связи ангарского и забайкальского населения имелись. На взаимосвязи ангарских племен с племенами Енисея, Якутии указывал Р.С.Васильевский (Древние культуры Приангарья. Новосибирск.1978. С.148)
Несколько слов о мальтинско-буретской культуре.
Вначале, как мы говорили И.Д.Черский в переделах Иркутска обнаружил первое в России палеолетическое поселение. Затем последовало открытие еще одного палеолетического памятника – Верхоленская гора. Древнее поселение Красный Яр располагалась на правом берегу Ангары в 200 километрах от Иркутска. Название свое поселение получило из-за красного песчаника, который выходит на излучине Ангары.
Большой интерес у археологов вызвали находки на Усть-Белой. Они доказали, что древние люди жили здесь очень долго. Само поселение, судя по всему, принадлежало большой семейно- родовой общине, которая в свою очередь состояла из малых семей.
Обитатели Усть-Белой занимались охотой на косулю и рыболовством и … производством орудий труда. «Мастерская, располагавшаяся на поселении включала места производства, запасы сырья, продукты первичного расщепления, заготовки, отходы.» (Древние культуры Приангарья. Новосибирск.1978. С.90).
Но самыми знаменитыми стали стоянки людей древнекаменного века, в Мальте и в Бурети. Первую случайно обнаружил крестьянин Платон Брилин в 1928 г. Исследования проводил знаменитый иркутянин, археолог М.М.Герасимов и эти археологические раскопки места обитания первобытного человека стали мировой сенсацией. Спустя восемь лет А.П. Окладников открыл стоянку на берегу Ангары у села Нижняя Буреть. Между двумя стоянками было каких-то семь-восемь километров. Археологический материал был во многом схож. Ученые смогли восстановить картину жизни первобытных людей, которые жили здесь 24-25 тысяч лет до нашей эры.
Реконструкция зимней одежды древних жителей. Фото: С.Григорьев.
Прежде всего уточнили климатические условия. Оказывается, приангарские территории не были подвержены сплошному оледенению. Там, куда ледники не дошли, а впоследствии стали отступать, природные условия благоприятствовали жизни человека. Соответственно в этих местах обитали мамонты и носороги, которые становились добычей первобытного человека.
В Бурети обнаружили жилище полуземляного типа. Оно представляло собой прямоугольное углубление в земле, по краям которого были вкопаны кости мамонта. Они служили опорами и их было 12. Сверху к ним крепились кости оленя и вся конструкция накрывалась шкурами зверей. В Мальте жилища имели в основании круг. Стены складывались из плит известняка, установленных на ребро. Эти и другие факты позволили А.П.Окладникову и Р.С.Васильевскому сделать вывод, что подобно верхнепалеолетическим охотникам всей приледниковой зоны Европы и Азии, древнейшие обитатели Ангары вели своеобразный полуоседлый образ жизни» (Северная Азия на заре истории. Новосибирск.1980. С.38). Бытовавшие представления об исключительно бродячей жизни охотников каменного века ставились под сомнение. Действительно, для «зимовки» они строили целые поселки с жилищами. Полученный материал свидетельствовал, что в Мальте и Бурети древние жилища размещались поблизости одно от другого вдоль берега реки. Они имели одинаковые способы строительства – в качестве материала для сооружения жилищ использовались кости мамонта и носорога, рога северного оленя. В основании жилища делали углубление прямоугольной формы. По краям прямоугольника расставлялись прочные кости мамонта. Их вкапывали в землю и укрепляли известняковыми плитами. На эти кости-столбы крепилась остальная часть постройки – крыша. В буретском жилище насчитали 12 столбов.
Крышу жилища вначале составляли рога оленя, которые создавали своеобразную сетку, на которую крепили покрытие. К реке вел выход – узкий коридор.
В Мальте древние приангарские жители возводили и надземные жилища. М.М.Герасимов выделил три типа строений, что свидетельствует о строительных навыках наших предков, возможности выбирать целесообразность того или иного типа для конкретных условий жизни.
К первому ученый отнес так называемое переносное жилище. Оно небольшое в диаметре. Крышу над головой составляли сходящиеся к верху жерди покрытые шкурами животных. Второй тип более основателен и требовал значительных усилий при строительстве. Это крупные кости животных. ограниченные по кругу известняковыми плитами, так что получалась невысокая стена. Крышу также составляли жерди, покрытые шкурами, но крыша эта была уже двухскатной. Третий тип жилища превосходил предыдущие в несколько раз. 60 квадратных метров в окружности! Здесь древний строитель также составлял невысокую стенку по кругу из костей, укрепленных известняковыми плитами. Вал это достигал до 80 сантиметров высоты; пол - чашеобразное дно.
Мальтинский дом отапливался и освещался огнем костра. Здесь же человек осуществлял прием пищи.
Мальтинцы и буретцы промышляли охотой, рыбалкой, собирательством. Значит пищевой рацион был разнообразен.
Герасимов насчитал около 400 оленей, которые были сьедены здесь. И это кроме мамонтов и носорогов. Мамонтов было не менее 12, а носорогов не менее 10. Кроме того в пищу шли быки, лошади, львы, рассомахи и медведи. Какое разнообразие животных было в Приангарье в древние времена! Даже первобытные львы!
Найденные при раскопках женские статуэтки из кости и камня произвели настоящий фурор! 20 женских статуэток, украшения в виде бус и браслетов, фигурки птиц, животных составили уникальную коллекцию первобытного искусства.
Итоги раскопок позволили Герасимову сделать вывод, «что раскопанная часть стоянки в селе Мальта является хорошо обжитым, оседлым лагерем значительной группы охотников. Он оставался обитаемым в осеннее и зимнее время. Основным источником существования поселения являлась охота. Необходимо отметить высокую степень организации охоты. Так как только при коллективной охоте можно обойтись без применения специализированных орудий. Подобных орудий на стоянке Мальта не найдено» (М.М.Герасимов. Памятники дородового общества Прибайкалья. Иркутск. 2007. С.24-25).
Охотничьи трофеи использовались максимально. Кроме еды они давали различный инвентарь. Шкура оленя, к примеру, шла на одежду и на покрытие жилища, кости и рога могли использоваться в качестве топлива.
М.М. Герасимов, определив сколько и каких животных добывали наши предки, сделал вывод о высоком уровне охотников мальтинцев. Как знать, может быть, эта стоянка была своего рода опорной зоной для первобытного человека в Приангарье.
В арсенале мальтинцев были уже самые разнообразные предметы для охоты, хозяйственной деятельности: различные отбойники, топорообразные орудия, нуклеусы, пластины скребки и пластины с прямым и скошенным лезвием, пластины острия, скребки вогнутые, проколки, резцы, иглы, шилья, долото, ножи, гладильники и лощила, песты…
Находки и публикации М.М.Герасимова вызвали странную реакцию у части исследователей – его стали обвинять в подделке и некомпетенции. Достаточно сказать, что один из основателей сибирской археологической школы, человек во всех смыслах яркий и уважаемый, профессор Б.Э.Петри считал, что у человека, который осваивал север Азии в эпоху плейстоцена «отсутствовала художественная одаренность». Но именно открытия Герасимова привели к переоценкам этой теории. Более того, со временем, нашего пращура поставили вровень с «европейскими собратиями» палеолита. (В.Е.Ларичев, Е.С.Аннинский. Древнее искусство: знаки, образы и время.Новосибирск.2005. С.14)
Многочисленные исследования привели ученых к выводу, что у людей ледниковой эпохи, где бы они не жили от Атлантики до Сибири, были во многом схожие представления об окружающей среде. Между прочими, М.М. Герасимов, проследив технологию изготовления костяных изделий мальтийцами выяснил, что она была достаточно сложной: «Статуэтки женщин в их конечном виде - это результат кропотливой работы специальными кремниевыми инструментами: пилой, молотком, долотом, наборами резцов. Куски бивня и заготовки из них предварительно вымачивали и выпаривали на огне. Затем следовало не менее десятка технологических стадий. Окончательно оформленную фигурку заглаживали и вышлифовывали лощилами» (Б.А.Фролов. О чем рассказала сибирская мадонна. М.,1981. С.89)