«Меня критиковали всегда. И когда в «молодежке» работал. Как правило, необоснованные какие-то претензии были, я их не мог понять. Анализируя эту ситуацию, пришел к выводу. Могу ошибаться. В «молодежку» за время моей работы порядка 500 человек хотели попасть: каждые полгода по 40-50 местных молодых игроков делают такие попытки. Многих из них я не брал. Дома такой игрок никогда же не скажет, что плохо играл, что не «тянет», а скорее скажет, что тренер плохой.
У этих парней есть родные, друзья, соседи. И вот в итоге создается круг людей, для которых я плохой. Или отец этого игрока – он же не скажет другу, что сын не попал в «молодежку» из-за того, что он плохой футболист. Он скажет, что тренер берет «своих», национальный вопрос поднимет. А правды не скажет. И таких людей много. И что получается? «Брат его играет, а моего сына он списал»… Но брата не я брал в команду. Эти люди не знают, сколько я своих родственников списал. Племянники, двоюродные, троюродные… Все хотят играть», – отметил Агаларов.