В начале 1947 года генералу Лаврову поступил донос о том, что в период Великой Отечественной войны советские адмиралы Лев Галлер, Николай Кузнецов, Владимир Алафузов и Георгий Степанов без согласия Государственного Комитета Обороны и властей страны передали британцам секретную документацию на парашютную торпеду. Тем самым военачальники якобы усилили мощь английского флота.
Это сообщение основывалось на рядовом доносе офицера Военно-Морского флота СССР. По словам Жухрая, письмо написал служащий Минно-торпедного управления, капитан первого ранга по фамилии Алферов. Вся информация об этой истории была передана Лавровым лично Иосифу Сталину.
Незадолго до этого пост заместителя министра вооруженных сил занял Николай Булганин, а через несколько месяцев он стал заместителем Председателя Совета Министров. Последнее назначение сделало Булганина заместителем самого вождя. Именно Булганин, по мнению «подсудимого» Кузнецова, и сыграл центральную роль в «деле адмиралов». В частности по указанию Булганина состоялся суд чести, который стал отправной точкой для репрессий в отношении упомянутых морских офицеров.
Суд чести и суд Военной коллегии
Вообще, организацию так называемых «судов чести» инициировал Андрей Жданов. Как считает Владимир Кузнечевский, автор издания «Сталин и «русский вопрос» в политической истории Советского Союза. 1931-1953 гг.», по замыслу Жданова суды чести должны были стать эдакими инструментами для воздействия на государственный и партийный аппарат. В послевоенные годы суды чести были довольно привычным явлением. Суды устраивались над сотрудниками министерств образования, геологии, электропромышленности, станкостроения, а в 1947 году суд чести состоялся и в Министерстве вооруженных сил. Тогда на скамье подсудимых оказались перечисленные выше адмиралы.
Суд чести признал всех четверых виновными в передаче информации британцам и ходатайствовал перед Советом Министров СССР, чтобы дело было отправлено в суд Военной коллегии. Так и случилось. Кузнецова, Галлера, Алафузова и Степанова взяли под стражу, а в феврале 1948 года суд под председательством Василия Ульриха огласил обвиняемым приговоры: Галлера «наградили» 4 годами лишения свободы, Алафузов и Степанов получили по 10 лет, а Кузнецов, благодаря своим заслугам перед родиной, коими, кстати, могли похвастать и его коллеги, от уголовного наказания был освобожден.
Дальнейшая судьба адмиралов
Впрочем, это вовсе не значит, что Николай Кузнецов прямо-таки легко отделался. Как утверждает Михаил Болтунов, автор издания «Дипломаты в погонах», Кузнецова понизили в звании до контр-адмирала. Еще до смерти Сталина, а именно в 1951 году, он был даже назначен военно-морским министром СССР. Однако снова адмиралом Николай Герасимович стал только в 1953 году, то есть после того, как с него сняли судимость. К тому же, эта опала оказалась не последней. Позже адмирала обвинили во взрыве линкора «Новороссийск» и в 1956 году отправили в отставку. Между тем, как пишет Дмитрий Волкогонов в своей книге «Семь вождей», в момент трагедии Кузнецов вообще находился в отпуске по болезни.
Более печальная участь постигла трех других участников судебного процесса. Владимир Алафузов был лишен высокого звания. В заключении он, как и Георгий Степанов, находился до 1953 года. Тогда же их обоих и реабилитировали. Как утверждает В. Н. Булатов, автор книги «Адмирал Кузнецов», впоследствии по инициативе главкома ВМФ Алафузову и Степанову были выделены квартиры, оказана материальная помощь и гарантирована работа на флоте. Но самой трагической оказалась судьба Льва Галлера. Через несколько месяцев после приговора он был помещен в Казанскую психиатрическую больницу МВД СССР, где и скончался в июле 1950 года.