Азербайджан теряет Грузию
Как сообщает портал «Грузия Онлайн», премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили после встречи с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым в Давосе сообщил, что «в ближайшее время лидер Азербайджана посетит Грузию». При этом премьер уточнил, что на переговорах не затрагивалась газовая тематика, он отнес ее к категории «чисто технического характера», подчеркивая, что «абсолютно никаких разногласий между нашими государствами нет». Но дело в том, что Алиев уже побывал в Тбилиси в ноябре 2015 года и провел переговоры с руководством страны после того, как появились сообщения о переговорах министра энергетики Кахи Каладзе с российским концерном «Газпром» об условиях поставок газа в Грузию. До этого азербайджанский президент почти год не посещал эту страну. Его визит поздней осенью прошлого года, который, кстати, не анонсировался, сопровождался встречей с президентом Грузии Георгием Маргвелашвили, экс-премьером Ираклием Гарибашвили и председателем парламента Давидом Усупашвили. Кроме того, состоялась встреча с еще одним экс-премьером Бидзиной Иванишвили и католикосом-патриархом всея Грузии Илией II.
В тот момент Азербайджан был вторым среди стран — основных торговых партнеров Грузии. Внешнеторговый оборот Тбилиси и Баку составлял $725,1 млн, почти на 33% меньше, чем за январь — ноябрь 2014 года. Главной составляющей азербайджано-грузинского сотрудничества была и остается энергетическая сфера. 92% от потребностей в газе Грузии обеспечивает Азербайджан, называя этот факт «обеспечением энергетической безопасности», как бы указывая на то, что возможная диверсификация поставок газа и нефти якобы «заведет» эту страну на тропу «потери суверенитета». Тбилиси является площадкой для различных энергетических и транспортных коридоров, которые связывают Азербайджан и Турцию, что еще недавно квалифицировалось как «стратегический актив для энергетической безопасности Европы». Грузия — единственный выход Азербайджана на Запад. И на Турцию, если не считать узкий (на сегодняшний день по целому ряду обстоятельств — условный) коридор в Нахчыване.
Падение товарооборота между Тбилиси и Баку объяснялось как временное явление, обусловленное общей ситуацией как в мировой, так и в региональной экономике. К тому же Баку был уверен в том, что после признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии возобновление диалога, не говоря уже о сохранении или расширении торгово-экономического сотрудничества Тбилиси с Москвой, будет исключено или затруднено на достаточно долгий исторический период. Однако правительство Иванишвили изменило грузинскую политику не только по отношению к России, но и к Азербайджану. В Грузии началась финансовая проверка деятельности азербайджанской государственной компании SOCAR, встал вопрос о несправедливых тарифах за прокачку нефти через территорию Грузии, о сближении Тбилиси с Ереваном, как-то незаметно всплыла проблема о демаркации границ, в бакинских СМИ начали появляться публикация о проблемах азербайджанцев в Грузии, определилась закаталинская проблема и вопрос монастыря Давида Гареджи. В то же время в экспертном сообществе двух стран преобладала позиция, согласно которой «Грузия и Азербайджан придерживаются приоритетов сохранения стратегического партнерства», хотя для Азербайджана все же была характерна тенденция внешнего управления грузинскими социально-экономическими и политическими процессами.
Первый «звонок» из Тбилиси прозвучал для Баку тогда, когда грузинская делегация посетила Тегеран, где иранская сторона заявила о желательности упрощения визового режима с Грузией, а стороны заговорили о возможности реализации двухсторонних проектов без подключения Азербайджана. Второй — когда прозвучало заявление министра энергетики Грузии о нехватке газа, отсутствие которого Азербайджан не имеет возможности восполнить, чем министр оправдывал начало переговоров с «Газпромом». Как говорил Каладзе, «сегодня потребление Грузии составляет 2,5 млрд куб. м в год, что на 38% больше показателя 2012 года. Потребление 2015 года по сравнению с 2014 годом увеличилось на 19%. Сейчас нам приходится ежедневно ввозить около 11 млн куб. м. Его составной частью являются 6 млн куб. м из SOCAR посредством трубопровода «Казах», 2,9 млн куб. м получаем из «Шах-Дениз» и 2,5 млн куб. м, то есть те 10%, идут за транзит из России. Больше этого из «Казаха» мы не получаем, физически невозможно пропустить по этому трубопроводу больше 6 млн куб. м». Это первое. Второе. Каладзе заявил, что «Газпром» предлагает газ Грузии дешевле, чем азербайджанский, и в случае закупки его Тбилиси сбалансирует дефицит, который не может пополнить SOCAR. Третье. «Газпром» предложил Грузии платить за транзит не натурой, а деньгами, заявив, что может обеспечить поставку газа в Армению через Иран, что разваливает намерения Грузии выступить в роли главного закавказского энергетического хаба.
Баку расценивает такую позицию Тбилиси как «газовое предательство» и как-то, что руководство этой страны «ставит под угрозу обеспечение энергетической безопасности Европы», что, видимо, входит в главный внешнеполитический приоритет Азербайджана. И не только его. Как отмечает исследователь Керим Хас из Международной организации стратегических исследований (Анкара), после недавнего кризиса в отношениях с Москвой, связанного с атакой Турции на российский бомбардировщик, диверсификация энергетической стратегии стала для Анкары вопросом не выбора, а необходимости. «Грузия как ключевая транзитная страна, лежащая между богатыми энергетическими ресурсами государствами и рынками сбыта, находится в геополитической опасности, что требует военной поддержки со стороны Запада, — пишет Хас на портале Польского института международных дел. — В свою очередь, Азербайджан как страна, с одной стороны, транзитер газа из Центральной Азии, с другой, являющаяся экспортером собственных энергоресурсов, нуждается в усилении своей позиции, чтобы сбалансировать влияние потенциальных соперников в регионе. Поэтому укрепление трехсторонних энергетических связей Турции, Азербайджана и Грузии кажется позитивной тенденцией, которая будет иметь прямые последствия для баланса сил в регионе».
Однако посол ЕС в Грузии Янош Херман, который, по его словам, имеет постоянный контакт с местными властями, а они предоставляют своим иностранным партнерам информацию о ходе переговоров с Россией, однозначно заявил, что поддерживает стремление Тбилиси к диверсификации источников энергии. Учитывая, что после снятия санкций крылья в регионе расправляет Тегеран, Баку на днях озвучил новую схему: «Газпром» может ежегодно поставлять 10 млрд куб. м в Иран через территорию Азербайджана. За это Иран будет обеспечивать газом Армению, а остальной объем газа «Газпром» получит в Персидском заливе. Есть и другой вариант: через Армению и Грузию выводить газ на европейский рынок. Реалистичность поставок российского газа в Армению в обход Грузии подтвердил президент Академии энергетики Реваз Арвеладзе. Он пояснил агентству «Интерпрессньюс», что между Арменией и Ираном существует один газопровод, но ввиду отсутствия достаточного количества компрессорных станций его пропускная способность составляет 1 млрд куб. м в год. Однако объем этот может быть увеличен до 2,5 млрд куб. м: «Россия сегодня может поставлять Армении половину требуемого газа, и, наверное, через год потребность может быть удовлетворена полностью». Так что в истории с «Газпромом» нет никакого «заговора», а стороны, включая ЕС, играют по правилам рынка.
Рождение четырехугольника Россия — Грузия — Армения — Иран если и не разваливает энергетический треугольник Азербайджан — Грузия — Турция, то создает параллельный маршрут, в котором Армения превращается в транзитное государство, а Грузия — в закавказский энергетический хаб. Азербайджан такой ход событий не устраивает, но что он может сделать? Президент SOCAR Ровнаг Адбуллаев провел переговоры в Тбилиси, однако соглашения не было достигнуто, как полагают некоторые эксперты, из-за геополитического фактора, позволяющего Грузии занять более сильные позиции в регионе, а Армении вырваться из блокады. При этом никто не собирается выдавливать SOCAR с грузинского рынка, поэтому трудно спорить с грузинским политологом Гелой Васадзе, который говорит об осуществлении в Закавказье геополитической сделки с долгосрочной хорошо просчитанной перспективой, ориентированной на изменения влияния Баку в регионе, пусть в конце прошлого года министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедъяров в своем интервью свел к нулю такую вероятность. Правда, он тогда говорил о том, что «пока Армения не прекратит оккупационную политику, сухопутные связи России с Арменией через Азербайджан будут невозможны». А через Грузию и Иран?
Так что необходимость еще в одном визите президента Азербайджана Алиева в Грузию существует, но изменить описанную тенденцию развития событий у него нет возможности из-за растраченного впустую исторического времени и нежелания использовать в национальных интересах имевшиеся до вывода Ирана из режима санкций самые различные ресурсы. Что касается Грузии, то в задачу ее дипломатии входит сохранить добрые и выгодные для себя отношения с Азербайджаном и смело смотреть в будущее.