«2015-й — год старта объективных экономических реформ в России»
Москва, 28 декабря, 2015, 12:04 — ИА Регнум. Завершающийся 2015 год продемонстрировал возможность временного существования необычного баланса между политическими достижениями и экономическими результатами. Очевидный рост внешнеполитических достижений сопровождался столь же внешне очевидным ухудшением экономических результатов: 4-процентным снижением ВВП страны, ростом официальной инфляции до 13%, почти двухкратным снижением валютного курса рубля. Дефицит федерального бюджета теперь покрывается за счет резервных фондов страны. Иначе говоря, у разного рода оппозиции поводов для критики правительства хватает с избытком. Об этом заявил профессор кафедры управления рисками, страхования и ценных бумаг РЭУ имеи Г. В. Плеханова Владимир Галанов, комментирую корреспонденту ИА REGNUM итоги 2015 года в сфере экономики.
«Однако, если говорить объективно или с позиций общественных интересов, то в нынешних условиях более важным является вопрос, не скрывается ли за видимыми экономическими провалами начало процессов экономического роста в стране. Ведь очевидно, что стране необходимы положительные процессы в экономике, которые и есть основа ее успешной внешней политики.
В целом возможны два варианта подходов к экономическим процессам: прямой и обратный. Обратный подход, назовем его «реформистский» подход, означает, что реформы в экономике проводит само государство, именно оно «давит» на рынок и заставляет его измениться в соответствии с некими провозглашаемыми «государственными» целями. Прямой подход, или подход от рынка, означает, что «реформы» проводит сам рынок, а государство лишь помогает ему в этом. Конечно, в современных российских условиях полностью доверить судьбу экономики исключительно рыночной стихии означает на деле проиграть и в экономическом соревновании и утратить достигнутые позиции во внешнем мире. «Стихийные» экономические реформы должны обязательно стать управляемыми и направляемыми Российским государством, но, естественно, если это управление не имеет скрытых частных целей по торможению экономического роста.
В 2015 году уже начались «стихийные реформы», то есть начались существенные экономические изменения структурного и объемного характера, вытекающие из действия законов рынка. Это изменения, связанные с замещением импорта в сфере материального производства, с отсутствием дешевых внешних кредитов в сфере финансов, кредитования и с развитием национальных платежных систем.
Именно эти реформы, хотя и сопровождающиеся падением ВВП, и есть самый главный итог уходящего года. В силу кардинально изменившихся внешнеполитических условий функционирования российской экономики в прошедшем году был запущен рыночный процесс экономического роста в стране. В предшествующие годы такой рост обеспечивался преимущественно сырьевыми отраслями экономики, и прежде всего, результатами работы в нефтегазовой сфере. Но к 2014 году возможности такого базиса роста ВВП оказались исчерпаны, и рост составил менее одного процента. Зато в 2015 году начался «вынужденный» рост в сельском хозяйстве и в производстве продуктов питания, что, кстати, позволило сразу «забыть» такую модную теоретическую проблему, как «обеспечение продовольственной безопасности страны». Произошел подъем производства во многих отраслях обрабатывающей промышленности, таких как: отрасли, производящие предметы потребления, отрасли электроники, машиностроения, оборонной промышленности.
Важно подчеркнуть, что речь идет не только о росте стоимостного объема этих отраслей, но и о росте натуральных объемов производства материальной продукции, которая призвана заместить товары, ранее поставлявшиеся по импорту, оплачиваемому за счет валютных поступлений от экспорта российского сырья.
Поэтому при рассмотрении итогов 2015 года следует руководствоваться не столько показателями снижения ВВП, сколько показателями роста производства продукции в отраслях материального производства, которую следует оценивать не только с позиций денежного (стоимостного) объема, но в полной мере учитывать и ее истинный рост, то есть рост натуральных объемов производства основных материальных благ. Ведь человеку для жизни (для потребления) требуется не денежный объем произведенных товаров, а их необходимое натуральное количество. На наш взгляд, для более точного учета размеров растущей экономики России правильнее было бы, кроме общепринятого на рынке показателя ВВП, руководствоваться еще и показателем, рассчитываемым только по сфере материального производства.
Закрытие доступа российским банкам и компаниям к дешевым западным кредитам привело к тому, что банки и внешнеэкономические компании уже не могут «без труда» зарабатывать на разнице во внешних и внутрироссийских процентных ставках или валютных курсах, то есть они уже не могут оставаться в качестве «банков-спекулянтов». Внешне это привело к тому, что большинство российских банков заканчивают 2015 год с убытками, раз их спекулятивный бизнес «накрылся», что, очевидно, тоже вызывает «справедливую» негативную критику экономических итогов года и со стороны представителей банковских кругов. Тем не менее теперь банки будут вынуждены (иначе потеряют свой бизнес) начинать кредитовать национальный рынок так, как это и «положено» на рынке, а не только наживаться на кредитуемом малом и среднем бизнесе. Теперь они будут уже не только искать доходные сферы своего кредитования внутри России, но, на наш взгляд, им придется еще и самим становиться инициаторами рождения все новых и новых таких сфер кредитования и инвестирования. В результате инновационность российской экономики будет не только уделом научных статей и конференций, но и реальностью самой рыночной практики.
Мрачные итоги 2015 года по размерам ВВП, инфляции и по другим обобщающим и общепринятым в современном рыночном хозяйстве показателям часто используются в крайне отрицательном ключе, создавая и нагнетая общий негативный фон, который призван восстановить российское население против начинающихся экономических процессов («стихийных реформ») в стране и свернуть все достигнутые внешнеполитические завоевания, а в конечном счете и осуществить цель наших внешнеполитических недругов — «поставить» Россию на «свое место».
Объективно 2015 год — это не только год падения ВВП, но и год начала экономических реформ в российской экономике. Те, кто считают, что 2015 год — это лишь год падения ВВП, по сути есть противники именно действительных рыночных реформ, которым они предпочли бы те реформы, которые проводились бы под их «личным» контролем и потому в целях их частных интересов. Самое интересное, что к их числу относятся и те, кто раньше говорили о пагубности сырьевой ориентации России, а теперь именно они же нагнетают страсти по поводу отсутствия экономического роста. Они не желают видеть этих позитивных процессов, которые и есть истинная суть ранее предлагавшихся ими же «реформ». Ведь для них сутью предлагавшихся реформ был вовсе не уход от сырьевой направленности российской экономики, а, прежде всего, положительное изменение своего собственного места в финансовых потоках экономики. Скрытая идея такого рода реформ, проводимых от лица государства, заключалась в том, чтобы занять желаемое место на рынке не в результате участия в конкурентной борьбе, которая теперь есть неизбежное следствие «стихийного» характера нынешних экономических процессов («стихийных реформ»), а — в результате «продавливания» государством их интересов в рыночной среде под предлогом «руководящей роли» государства на современном рынке.
Следует заметить, что ранее все пожелания реформ делались в благоприятных («подходящих» для реформаторов) экономических условиях. Однако никакие действительные структурные изменения в экономике в благоприятных условиях просто невыгодны правящей элите и потому неосуществимы, несмотря на всю их позитивность для страны в целом. Реформы, как и революции, не совершаются тогда, когда «все хорошо». Они есть результат назревших проблем, которые мешают обществу развиваться, а точнее — повышать качество жизни большинства членов общества, а не только имеющейся в нем элиты. Тех, кто в «тучные годы» трубили о необходимости реформ с вершин прошлых достижений, на самом деле интересовал не рост всеобщего благосостояния, а лишь рост своих собственных денежных доходов, возможности которого были ограничены в силу узости общей доходной базы экономики. Но теперь-то эта база все более расширяется. Значит, если все же отсеять те «критические силы», которые уже могут решать свои денежные проблемы, остается вторая группа «критиков», которая нацелена на критику положения дел в экономике как самоцель. Но это означает, что независимо от выражаемых пожеланий, такая критика нацелена на подрыв экономической основы российской внешней политики.
«Реформа» российской внешней политики стала тем рычагом, который позволил найти решение проблемы альтернативного развития экономики страны и отказа от пути, ведущего страну в положение сырьевого придатка других стран мира. Не мировое господство и не борьба с негативными мировыми явлениями есть истинная цель «реформы» российской внешней политики. Такой истинной целью является необходимость положительного изменения экономических тенденций в российской экономике. В силу общеизвестных причин экономические реформы в нашей стране стали невозможны «сверху», со стороны самой властной элиты, но они невозможны были и «снизу», со стороны самого бизнеса. Единственная сила, которая способна запустить процесс позитивных для страны в целом экономических изменений, — это сила законов самого рынка. Раз реформы невозможны в виде действий (законов) самой власти, но они всегда возможны как внешняя необходимость, как закон самого рынка. Рынок может заставить экономику измениться даже тогда, когда этого «не хотят» сами государственные структуры. Остается лишь необходимость контролировать эти структуры, чтобы они не мешали рынку сделать быстро и эффективно то, что не удалось совершить государственной машине», — высказал свое мнение Галанов.
«2015 год стал годом начала роста многих важнейших для страны отраслей материального производства, и в этом заключается его позитивное значение. Продолжение и ускорение этого роста в 2016 году будут означать, что экономика страны находится на пути, который неизбежно приведет к росту благосостояния ее граждан», — резюмировал эксперт.