«Расширение ЕАЭС со временем приведет к изоляции Узбекистана»
Ташкент, 7 декабря, 2015, 18:56 — ИА Регнум. «Если Таджикистан вступит в Евразийский экономический союз, между Узбекистаном и Китаем, являющимся стратегическим партнером Ташкента, возникает буферная зона ЕАЭС», — заявил эксперт Российского совета по международным делам Никита Мендкович в интервью корреспонденту ИА REGNUM.
ИА REGNUM: Чем объясняется значительное неравенство в доходах жителей Ташкента и остальной части населения Узбекистана?
Это довольно типичная ситуация. В столице сконцентрированы госаппарат, штаб-квартиры крупных компаний и научно-исследовательские институты. В этих структурах преобладают высококвалифицированные кадры с более высоким уровнем заработной платы.
В первую очередь, имущественный разрыв связан со спецификой развития агропромышленного комплекса Узбекистана. В 2000-х годах он был неудачно реформирован, как и во многих других странах Центральноазиатского региона.
Сейчас в республике превалируют мелкие хозяйства. Это препятствует созданию товарных высокоприбыльных производств в данной области. Кроме того, до недавнего времени существовала проблема низких закупочных цен на основные культуры, заказчиком которых является государство. Я имею в виду хлопок. Возможно, сейчас ситуация изменилась. Недавно чиновники делали заявления о повышении закупочных цен. В какой мере они сейчас устраивают фермеров, я не знаю.
Помимо этого, Узбекистан не избежал наследия 90-х годов — трудностей с системой орошения. Естественно, при таких условиях деревни беднее. Согласно официальной статистике, в регионах ниже уровень потребления ряда продуктов питания, чем в целом по стране. Это негативный сигнал.
В целом, ситуация в Узбекистане комплексная — есть проблемы и есть достижения. Из плюсов — удалось сохранить часть промышленности, включая крупные машиностроительные предприятия. И они являются одними из ведущих экспортеров страны. Доля промышленности вернулась к показателям времен Советского союза.
ИА REGNUM: Это связано с политикой приватизации?
Приватизация шла нелинейно и была активизирована в довольно позднее время. И до сих пор экономика Узбекистана сохраняет черты госкапитализма. Наглядный пример — сфера сельского хозяйства. В Узбекистане отсутствует частная собственность на земельные участки, активная закупочная политика властей и фактическая монополия на закупку ряда культур — того же хлопка.
В последнее время растет доля частного малого бизнеса в ВВП страны. После последних выборов властью был заявлен курс на его наращивание. Приняты указы, являющиеся в какой-то степени аналогом российских указов — связанные с сокращением числа проверок и ослаблением административного прессинга. Как эти законы будут работать — говорить пока рано.
ИА REGNUM: Насколько эффективно будут работать эти законы при концентрации ресурсов в руках государства?
Они могут работать с поправкой на сектора экономики. Нужно помнить, что фермеров можно отнести к частному бизнесу. Но они находятся в активной конфронтации с государством. И по ряду культур фактически выступают государственными агентами — действуют при поддержке государства, с расчетом на госзаказ.
То же можно сказать и про малый бизнес. В отдельных секторах, где государственная монополия не является абсолютной или неэффективна, бизнес может развиваться. Классический пример — сфера услуг. Крупные компании не всегда эффективны, и с задачами лучше справится малый бизнес.
ИА REGNUM: Каково текущее состояние и дальнейшие перспективы энергетической отрасли Узбекистана?
Фундаментальных нерешаемых проблемы нет. Текущее снижение цен на нефть и газ бьет по узбекскому экспорту, но это общемировая проблема.
В республике эта сфера развивается без серьезных перекосов. Несколько лет назад были нарекания в работе нефтеперерабатывающих заводов, которые повлекли серьезные кадровые перестановки, в том числе и на политическом уровне. В последнее время сигналов о проблемах не поступало.
ИА REGNUM: Узбекистан заявляет о намерении увеличить экспорт природного газа. Насколько это реально в ситуации, когда газовая отрасль республики с трудом покрывает внутреннее потребление?
Проблема в том, что товарные экспортные позиции Узбекистана довольно узкие — это газ, хлопок и продукция машиностроительной отрасли. Вдобавок к тому, накладывается негативная мировая динамика — кризис перепроизводства снижает закупочные цены практически на все виды сырья. Что касается машиностроения, то на этом рынке падает спрос. А Узбекистан импортирует довольно большой объем товаров. В этой ситуации наращивание экспорта необходимо.
ИА REGNUM: В ноябре курс американской валюты в Узбекистане рос рекордными темпами. С чем это связано?
Девальвация является стандартной реакцией на мировой финансовый кризис. На девальвацию пошли Россия, Китай и Казахстан. Ползучая девальвация наблюдается в Киргизии. Это естественная реакция на сужение рынков сбыта, ее цель — защита собственного рынка от интервенции.
ИА REGNUM: Может ли Узбекистан сохранить свою экономическую независимость при расширении ЕАЭС и участии в союзе Киргизии и, возможно, Таджикистана?
У Узбекистана очень важная транзитная роль. На территории республики находится железнодорожный узел, обеспечивающий транзит российских и казахстанских товаров в Таджикистан, Киргизию и Афганистан. Развитие прямого железнодорожного сообщения между Казахстаном и Туркменией эту монополию нарушит. Без создания альтернативных маршрутов Узбекистан будет сохранять относительную экономическую независимость.
С другой стороны, расширение ЕАЭС со временем может привести к тому, что Узбекистану придется адаптироваться к новой региональной реальности, так как страна не имеет выхода к морю. Фактически, Евразийский экономический союз окружает Узбекистан.
Но нужно учитывать, что Узбекистан уже предпринимает меры, чтобы не оказаться в проблемной ситуации. Несмотря на заявление президента Ислама Каримова о том, что республика не вступит в ЕАЭС, поскольку опасается за свой суверенитет, он также не исключил возможности соглашения о создании зоны свободной торговли с Евразийским экономическим союзом. Это является более низкой ступенью интеграции, но при этом остается механизмом для налаживания более тесного сотрудничества.
ИА REGNUM: В будущем это может послужить основой для изменения мнения официального Ташкента о вступлении в Евразийский союз?
Возможно. В случае Узбекистана — решение об участии в экономическом союзе будет зависеть от того, как поведет себя ЕАЭС.