Румыния. Кризис. Конфликт
Один из моих знакомых французских политиков накануне Нового года отметил в своём блоге:
«И так европейское дело находится под угрозой и в тупике, а тут ещё наступает румынское председательство в ЕС!»
Подобное отношение западноевропейских политиков и политологов является достаточно распространённым. И связано оно не столько даже с пренебрежительным отношением к стране, относительно недавно ставшей составной частью «единой Европы» или неверием в «европеистский» настрой Бухареста, сколько с пониманием, что в силу непростой внутриполитической ситуации в этой восточноевропейской стране румынской дипломатии будет, действительно, непросто добиться успеха в продвижении тех приоритетов, которые сама Румыния в начале января 2019 г. и определила.
А положение во внутрирумынской политике, действительно, очень сложное, в чём я убедился в прошлом месяце в Бухаресте в разговорах с местными политическими деятелями и политологами. Ключевой осью этого румынского внутриполитического противостояния является то, что президент страны и правительство представляют интересы разных общественно-политических сил и, мягко говоря, относятся друг к другу без особого уважения. Президент Румынии Клаус Йоханнис был избран на высокий пост в 2014 г. благодаря поддержке Национал-либеральной партии (НЛП), правоцентристской политической силы, сегодня являющейся главной оппозиционной партией в стране. В свою очередь, парламентское большинство сейчас составляют Социал-демократическая партия (СДП) и Альянс либералов и демократов (АЛДЕ), то есть речь идёт о левоцентристском правительстве.
Само по себе это обстоятельство не является для Европы чем-то из ряда вон выходящим. Скажем, абсолютно аналогичная ситуация имеет сегодня место в Португалии, но никто о политическом кризисе в данном случае не кричит. Однако с Румынией дело другое. Это при том, что СДП по занимаемым позициям является вполне умеренной левоцентристской формацией, а НЛП вовсе не представляет собой силу жёсткого консерватизма по аналогии с венгерской «партией власти» (хотя, по иронии судьбы, её возглавляет однофамилец венгерского премьер-министра — Людовик Орбан!). Но, как отметил в разговоре со мной сенатор от СДП Адриан Тутуиану, «в отношениях по линии «президент-правительство» ничего не идёт». Глава государства регулярно обвиняет министров в некомпетентности, а социал-демократы в последние годы не раз угрожали К. Иоханнису импичментом за злоупотребление служебным положением.
Главным «полем битвы» между ведущими политическими силами и разными ветвями власти уже не первый год остаётся правовая система; можно сказать и более точно — антикоррупционная политика, ставшая тем «яблоком раздора» в румынской политике, «волны» от которого время от времени достигают Еврокомиссию и Европарламент. Президент при поддержке основных сил парламентской оппозиции (национал-либералов и третьей по влиянию силы в стране — созданного как раз на «антикоррупционной» волне Союза спасения Румынии) твёрдо настаивают на продолжении жёсткой линии против коррупции в исполнении Национального антикоррупционного директората. Правительственное большинство, в свою очередь, в течение последней пары лет делает ставку на реформу системы юстиции с тем, чтобы снизить роль судейского сообщества. Летом прошлого года было принято решение об отзыве со своего поста главы антикоррупционной службы. По мнению румынских социал-демократов, судьи выполняют «политический заказ» оппозиции, преследуя главным образом именно представителей СДП. Кстати, не так давно лидер СДП и одновременно председатель палаты депутатов Ливиу Драгня получил окончательный судебный приговор по обвинению в фальсификации результатов референдума о смещении президента в 2012 г.
Оппозиция делает ставку на «антикоррупционные» чаяния в румынском обществе, прежде всего распространённые в средних слоях населения. Выражением этой тактики являются регулярные марши и митинги протестующих против внутренней политики социал-либерального правительства, на которые нередко в Бухаресте собираются сотни тысяч человек. Кроме того, считает профессор политических наук Бухарестского университета Раду Карп, «у президента Йоханниса остаётся ещё один веский козырь в противостоянии с социал-демократами: он мог бы прибегнуть к референдуму по антикоррупционной тематике»… С учётом того, что в декабре Йоханнис повторно намерен участвовать в президентских выборах, ореол «борца с коррупцией» вполне может помочь ему в деле переизбрания.
Однако следует сказать, что социал-демократы, в свою очередь, держатся неплохо. На последних законодательных выборах в 2016 г. за список СДП отдали голоса 45% избирателей, что сегодня является очень высоким показателем поддержки для любой левоцентристской партии в Европе. Как отмечает депутат и заместитель председателя СДП Доина Панэ, «у партии имеется солидная социальная опора в большинстве слоёв населения». Судя по тому, что уже после парламентских выборов социал-демократы успешно первенствовали на местных выборах (в Бухаресте лишь в двух из 14 муниципальных округов «командуют» оппоненты СДП, да и городскую администрацию возглавляют социал-демократы), уровень их электоральной поддержки остаётся в Румынии весьма высоким.
Это связано не столько с популистской риторикой, к которой подчас обращается Л. Драгня и его команда, сколько с реальным состоянием социально-экономических дел. В штаб-квартире СДП в Бухаресте мне сказали, в частности, что за три года уровень зарплат в Румынии повысился почти в два раза, были приняты решения по снижению НДС и налогов на доход (в Румынии он сейчас равняется 10%), безработица продолжает сокращаться, составляя сегодня лишь пять процентов среди трудоспособного населения. Да, когда-то Румыния была абсолютно самой бедной страной в рамках Варшавского Договора. Сегодня же по уровню средних зарплат она уже опережает Российскую Федерацию…
Начавшийся год будет годом президентских выборов в Румынии, и этот момент говорит о том, что вряд ли острота политического противостояния в этой балканской стране в реальности снизится. Более того, полугодовой период румынского председательства в ЕС непременно будет использован ключевыми политическими силами страны в своих «узкопартийных» интересах. Так что в новым году, уверен, политическое «перетягивание канатов» в Румынии станет ещё более напряжённым и жёстким…
Бухарест — Санкт-Петербург