«Универсальное средство» борьбы с преступностью?
«Универсальное средство» борьбы с преступностью — ни больше, ни меньше. Именно такой вывод «должен» сделать гражданин, ознакомившись с новой редакцией проекта Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» и с пояснительной запиской к нему, зарегистрированной в Государственной Думе РФ 28 декабря 2015 года под № 964 592−6.
Ну, как же: «В настоящее время всё ещё не выработаны отдельные способы и формы профилактики преступлений, совершённых женщиной в отношении новорожденного ребёнка.». А тройка сенаторов их «выработала» «в целях защиты и обеспечения права ребёнка на жизнь».
Для разработчиков законопроекта неважно, что такие «отдельные способы» и невозможно выработать, поскольку были, есть и будут роженицы, совершающие преступления в состоянии изменённого сознания, при котором не сработают меры профилактики, тем более, предложенные сенаторами.
Будь «безопасные для жизни и здоровья ребёнка специализированные места для анонимного оставления ребёнка после его рождения» даже в «шаговой доступности», то есть в соседнем квартале, смерть может настигнуть ребёнка на месте его рождения, поскольку женщина в таком состоянии, родившая ребёнка вне медицинского учреждения, не побежит искать этот злосчастный ящик, а поступит так, как повелит её помутневший разум, что подтверждается судебной практикой. Не тот контингент является клиентом «бэби-боксов» (как инициаторы называют своё детище). Один из лоббистов установки ящиков для детей так определяет свою «целевую аудиторию»:
«…На самом деле, мы сейчас говорим не о маргиналах, пьяницах и бомжах — это совсем другая история. Такие люди обычно как раз оставляют детей [у себя], потому что они для них часто являются средством заработка. Мы говорим о нормальных женщинах, попавших в тяжелые жизненные обстоятельства, которые понимают, что не готовы прокормить ребёнка. Часто у таких матерей уже есть дети, и они боятся, что появление нового малыша загонит их в такую нищету, что служба опеки заберёт всех», — говорит руководитель фонда «Колыбель надежды» Елена Котова.
Так чего, казалось бы, мудрить? Разберитесь с опекой, заставьте чиновников работать по закону, а не по своему усмотрению! Исправьте практику применения семейного и другого законодательства. Примите закон об уголовной ответственности сотрудников опеки и полиции за незаконное изъятие детей из семьи (благо, законопроект такой уже есть, второй год находится в стенах Государственной Думы РФ, да всё не найдёт субъекта законодательной инициативы).
Откройте в каждом городе вместо «бэби-боксов» кризисные центры для матери и ребёнка, чтобы женщина знала, что в любой сложной ситуации государство её не оставит один на один со своим горем, не даст умереть с голоду. Зачем огород городить, соблазнять малоимущих и попавших в тяжёлую жизненную ситуацию матерей «лёгким» решением проблем путём разлучения с ребёнком? Зачем таким образом снимать ответственность с государства за социальную защиту граждан?
Год от года количество инфантицидов в стране уменьшается благодаря социальной политике регионов, кропотливой работе медицинских, реабилитационных центров, о чём свидетельствуют статистические данные.
По ст.106 Уголовного кодекса РФ (убийство матерью новорожденного ребёнка) зарегистрировано преступлений:
1997 | 1998 | 1999 | 2000 | 2001 | 2002 | 2003 | 2004 | 2005 | 2006 | 2007 | 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 |
220 | 216 | 251 | 231 | 203 | 204 | 195 | 212 | 219 | 172 | 148 | 149 | 130 | 138 | |||
Направлено в суд с обвинительным заключением: | 58 | 65 | ||||||||||||||
Осуждено: | 66 | 60 | 75 |
Как видим, и без принятия скандального законопроекта, резко критикуемого родительской общественностью, ситуация в стране с обсуждаемым видом преступления улучшается: если в 1997 году было зарегистрировано 220 преступлений, то за первое полугодие 2014 года, согласно Пояснительной записке к законопроекту (!) — 13.
Нужно ли подвергать опасности, в том числе и смертельной, всех младенцев Российской Федерации, каждый из которых при принятии закона о легализации «бэби-боксов» может попасть в преступную схему бизнеса на детях?
Не будем останавливаться на недостатках юридической техники разработчиков законопроекта № 964 592−6, каждый грамотный юрист увидит их невооружённым глазом. Не будем повторять замечания, отмеченные в комментариях к первой редакции закона, зарегистрированного в Государственной Думе РФ под № 862 162−6, несмотря на то, что некоторые из них справедливы и для новой редакции.
Остановимся на норме, способной превратить жизнь родителей в кошмарный сон. Итак, по порядку. На подачу заявления о регистрации обычного ребёнка даётся месяц (п. 6 ст. 16 ФЗ № 143-ФЗ). Для найденных (подкинутых) детей статьёй 19 ФЗ № 143-ФЗ установлен усечённый срок — 7 дней со дня обнаружения. В число таких детей, предлагается включить и детей, оставленных (в нарушение установленного ст. 19.1 порядка) в медицинской организации, имеющей специально оборудованное место для анонимного оставления ребёнка после его рождения.
Составление акта об оставлении ребёнка в медицинской организации в данном случае федеральным законом не предусматривается. Поскольку у найденных, подкинутых детей и детей, оставленных в «бэби-боксах», предполагается разный статус (родителей первых двух категорий обязаны разыскивать органы полиции и, в зависимости от степени вины, привлекать к уголовной ответственности по ст. 125 УК РФ), сотрудники медицинских организаций не обязаны будут извещать органы внутренних дел об оставленном в ящике для детей младенце.
Согласно абзацу второму пункта 1 ст. 19, «Лицо, нашедшее ребёнка, обязано заявить об этом в течение сорока восьми часов в орган внутренних дел или в орган опеки и попечительства по месту обнаружения ребёнка». Во-первых, работники медицинских организаций будут являться не «лицами, нашедшими ребёнка», а лицами, принявшими ребёнка в специально приспособленном месте. Во-вторых, если федеральный закон разрешит родителям оставлять детей в специально приспособленных для этого местах, родители не будут нести уголовную ответственность за избавление от ребёнка путём помещения его в ящик для ненужных детей, а, следовательно, и не будет необходимости у медицинских организаций сообщать об оставленном младенце в органы полиции.
Облегчая участь преступников (имеются ввиду и виновные родители в том числе), разработчики дополняют перечень документов, необходимых для регистрации рождения ребёнка, указанных в абзаце втором пункта 2 ст. 19, документом «об обнаружении ребёнка», выданным «медицинской организацией, имеющей специально оборудованное место для анонимного оставления ребёнка после его рождения».
Следовательно, при принятии предлагаемых изменений в ФЗ № 143-ФЗ, оставленного в «бэби-боксе» ребёнка можно будет зарегистрировать в органах ЗАГСа по заявлению медицинской организации с приложением документа об обнаружении ребёнка, и документа, подтверждающего пол и возраст ребёнка, выданных той же организацией. При этом, согласно пункту 3 статьи 19: «Сведения о фамилии, об имени и отчестве найденного (подкинутого) ребёнка вносятся в запись акта о его рождении по указанию органа или организации, указанных в пункте 1 настоящей статьи. Сведения о родителях найденного (подкинутого) ребёнка в запись акта о его рождении не вносятся».
Таким образом, поскольку медицинская организация, имеющая специально оборудованное место для анонимного оставления ребёнка после его рождения, на основании своих же документов вправе зарегистрировать ребёнка в органах ЗАГСа, а сама процедура регистрации не предусматривает какой-либо идентификации ребёнка в органах ЗАГСа, возможны различные коррупциогенные схемы между работниками медицинских организаций и отделов ЗАГС по регистрации ребёнка, например, не на вымышленных «родителей», а на вполне конкретных усыновителей.
Зачем собирать кучу документов и дожидаться суда, который, возможно, и откажет в усыновлении, если можно «приобрести» ребёнка по сходной цене не теряя времени: в «бэби-боксы» будут «принимать» детей до полугода, а они на «детском рынке» — самый ходовой «товар». А если поступит ребёночек постарше, то кто же от него откажется? Сплошная «неучтёнка» — всегда ведь можно оправдаться перед контролирующими органами, что де, в организации «с этим строго, принимаем только до полугода, а старших — ни-ни, фейс-контроль налажен».
Кроме того, благодаря анонимности и необязательности проведения проверок органами полиции, могут найтись желающие предоставлять в ЗАГС фиктивные документы на несуществующих младенцев для получения подушевого финансирования на их содержание в медицинских организациях (домах малютки) до «их» четырёхлетнего возраста. При желании таких «детей» смогут передавать «под опеку», получать «на них» материнский капитал. Да мало ли мошеннических схем за прошедшие годы отработаны в стране и мире.
И при отсутствии криминальных схем участь родителей, лишившихся ребёнка не по своей воле (попросту — тех, у кого ребёнка украли), будет тяжела, поскольку в данной законодательной конструкции присутствует презумпция «невиновности родителя» (ведь в новом образчике «юридической мысли» по умолчанию считается, что в ящик кладет именно родитель!), и этого «родителя» (снова уточняем: мастера киднеппинга) никто не будет ни искать, ни привлекать к уголовной ответственности. Следовательно, из цепочки исключаются и правоохранительные органы, своевременная информация в которые из медицинских организаций могла бы помочь потерпевшим родителям разыскать своего ребёнка до передачи его на усыновление.
Согласно ст. 130 Семейного кодекса РФ, «не требуется согласие родителей ребёнка на его усыновление в случаях, если они неизвестны». При хищении младенца и помещении его в «бэби-бокс» в другом регионе страны ни родители, ни правоохранители — в случае организации «бэби-боксов» в шаговой доступности по всей Российской Федерации — физически не смогут проверить каждую медицинскую организацию за короткие сроки, в связи с чем в семидневный срок ребёнок получит новое свидетельство о рождении, а для органов опеки и суда родные родители окажутся неизвестными, что не помешает суду вынести решение об усыновлении их ребёнка и в соответствии с частью 2 ст. 134 СК РФ по просьбе усыновителя изменить ему имя и фамилию, а так же — дату и место рождения (ст. 135 СК РФ).
Кроме того, «По просьбе усыновителей суд может принять решение о записи усыновителей в книге записей рождений в качестве родителей усыновлённого ими ребёнка«(ст. 136 СК РФ). А если учесть, что «Судьи, вынесшие решение об усыновлении ребёнка, или должностные лица, осуществившие государственную регистрацию усыновления, а также лица, иным образом осведомлённые об усыновлении, обязаны сохранять тайну усыновления ребёнка» (ст. 139 СК РФ), и за разглашение тайны усыновления ребёнка против воли его усыновителей, привлекаются к ответственности в установленном законом порядке, то многие ли уверены, что при такой круговой поруке и при таких предлагаемых поправках к федеральным законам горькая чаша минует их детей и внуков?
Вот и получается, что «самый эффективный» способ «профилактики преступлений, совершённых женщиной в отношении новорожденного ребёнка» может создать условия для реализации более изощрённых преступных схем бизнеса на детях.