Петербургский парламент 2015: двигает время, изгоняет духов, скандалит
Но было и хорошее: в Устав города вернули имя «Ленинград», горожанам запретили шуметь после 22:00, а оппозиционеры поучаствовали в ненавистной им «поправке БФК».
Ленинград или немецкая деревня?
Законотворческая деятельность 2015 года в Петербурге, как обычно, была нацелена на федеральный уровень. В начале года закс попробовал «протащить» через Госдуму закон единоросса Виталия Милонова о пятидневке для школьников. Это явно было шагом в сторону умеренности, который самый известный петербургский депутат совершил то ли из усталости, то ли потому, что проблемы сатанистов и секс-меньшинств в России уже решены. В новом законе речь шла о том, чтобы отменить всяческое обучение по субботам для учеников младших классов. Но правительство РФ дало отрицательное заключение на проект, видимо, доверяя родителям думать о том, когда и сколько будет учиться их ребенок.
Попытались на федеральный уровень распространить и штрафы за прогулки по городу в купальниках и плавках. За появление на улицах Петербурга «в полуобнаженном» или в «голом виде» тот же Виталий Милонов предложил штрафовать на 1−3 тыс. рублей и 3−5 тыс. рублей, соответственно. Осталось неясным, где именно и как часто парламентарий встречал голых людей на городских бульварах. Зато другой единоросс Александр Кущак вполне успешно продолжил превращение Северной столицы России в немецкую деревушку, запретив горожанам шуметь после 22:00. Он подвинул «ночное время» в Петербурге на час раньше, а утро, наоборот, стало начинаться на час позже, в 07:00. Бизнес попытался было возмутиться, мол, потеряет еще больший доход в тяжелых экономических условиях, но власть над светом и тьмой, шумом и тишиной петербургский парламент никому не отдал и остался непреклонен. Однако в русле борьбы за нравственность закс не поддержал коммунистов, отказавшись проголосовать за введение в Уголовный кодекс статьи за саботаж. А по поводу статьи за тунеядство, предложенной Андреем Анохиным — бывшим «эсером», изгнанным из партии за хроническую поддержку «ЕР», — спикер Вячеслав Макаров вообще высказался в том духе, что при его жизни никаких наказаний за безработицу он не потерпит. Депутат Анохин на ближайшей маевке упрямо организовал собственную колонну «против тунеядцев», а спикер на последнем заседании почти назвал его шизофреником, от чего потом попытался откреститься. Тунеядцев и саботажников не одобрили, но тоска по советскому прошлому все же свое взяла, и 25 марта коммунист Константин Смирнов добился принятия законопроекта о возвращении имени Ленинград в Устав Петербурга. Для этого Смирнову пришлось читать стихи и даже спортивные кричалки с трибуны Мариинского дворца. «Город над вольной Невой, город нашей славы трудовой, слушай, Ленинград, я тебе спою…» — декламировал депутат. Единственное, чего он не делал — не пел, о чем, кажется, сожалели все присутствовавшие поклонники его таланта. Коллега Алексей Ковалев признался, что в итоге так и не понял, о чем был законопроект, но это выступление Константина Смирнова, безусловно, войдет в историю Мариинского дворца.
Темные силы нас злобно гнетут
Не законом единым жив петербургский парламент. К счастью для журналистов, и к сожалению для избирателей, нынешний созыв в 2015 году попадал в скандалы. Причем делал он это со всей душой. Началось с малого: Городской суд еще в феврале решил-таки наказать Виталия Милонова за одно из сотен оскорблений, которыми он весьма экспрессивно украшает свою лексику в борьбе с оппонентами. Суд оставил в силе решение первой инстанции оштрафовать депутата за то, что он назвал главу центра экспертиз ЭКОМ Александра Карпова «гадом и жуком». Кроме того, Милонов сообщил в интервью, будто Карпов работает на западные спецслужбы и специально поставлен в Петербург мешать строительству новых церквей. Цена вопроса, впрочем, составила всего 25 тыс. рублей.
Возможно, чтобы избавить парламент от излишней агрессии, в Мариинский дворец наведался шаман Коля. Пригласил его депутат от КПРФ Игорь Коровин, который прогуливался с ненецким знахарем по залам, пока тот изгонял злую энергию и всячески очищал закс от скверны. Здесь уже Виталий Милонов воспротивился «языческому действу». К тому моменту комиссию закса по этике давным-давно упразднили за ненадобностью — с этикой у петербургских депутатов всегда было всё в порядке, — так что разбираться пришлось так называемой контрольной группе во главе со стихоплетом Константином Смирновым. Депутаты жарко дискутировали о значении слова «камлание», выяснили, что это подразумевает «вызов духов» под наркотиками. И обратились в прокуратуру.
Так как о путешествии шамана по дворцу коллеги Игоря Коровина узнали из СМИ, последовали «репрессии»: журналистам было запрещено гулять по парламенту без сопровождения сотрудника пресс-службы. Это вылилось в журналистскую акцию под условным названием «Нет цензуре», а депутат Ирина Комолова окрестила ситуацию «позором петербургского закса». Что привело к оправданиям спикера, который подчеркивал, что не собирался ограничивать свободу журналистов, и постановление быстро отменили.
Депутат Коровин же, видимо, подцепил немного злой энергии, когда ее изгонял шаман, потому что под конец года стал героем уже другого скандала. Он является фигурантом уголовного дела об избиении пенсионера и даже попадал под подписку о невыезде (которую, впрочем, уже сняли). Дело возбудили по части 1 статьи 116 УК РФ. По версии следствия, днем 26 октября на улице Куйбышева Коровин внезапно избил 66-летнего администратора ТСЖ Александра Пименова. Тот охранял парковку, где остановилась служебная Toyota депутата. Сам парламентарий в разгар рабочего дня направился в близлежащий винный магазин.
Пенсионер несколько раз сделал замечание народному избраннику, попросив не парковаться дольше 30 минут на чужой стоянке, в ответ депутат накинулся на своего потенциального избирателя, полагают следователи, повалил его на асфальт и не менее 10 раз ударил руками и ногами по телу и голове. Сам Коровин вину отрицает, утверждая, что защищался от инвалида 3-й группы, который первым на него напал, но в сети появилась видеозапись инцидента.
Член фракции «Единой России» Светлана Нестерова тоже оказалась замешана в скандале с госпитализацией, однако никого не избивала, а пострадала сама. Дело в том, что в октябре ее помощников задержали по делу о мошенничестве. Сотрудники петербургского управления ФСБ провели больше 15 обысков в квартирах, которые зарегистрированы на помощниц депутата Веру Шишкину и Татьяну Китову либо на их ближайших родственников. Предположительно, речь идет о четырех уголовных делах о мошенничестве с НКО. Как только об этом стало известно, сама Нестерова срочно легла в больницу. Помощницы же оказались под арестом.
На фоне подобных приключений даже скучно смотрится история единоросса Сергея Никешина, у которого в течение года всего-навсего обнаружили бизнес, которым он как депутат не должен управлять. Никешин не отпирался, а сообщил, что находится «в процессе передачи долей частным лицам».
«Золотые» полеты и «парашюты»
Гораздо более рьяно депутаты защищали свою поездку на Кипр: в середине года внезапно выяснилось, что парламентарии решили слетать в теплые края, причем билеты были куплены по ценам, почти в три раз превышающим те, что предлагаются на сайтах авиакомпаний. Командировка должна была начаться 25 июня, на билеты в обе стороны для девяти человек было потрачено 975 тыс. рублей. После огласки в Мариинском дворце инициировали служебную проверку.
Алексей Ковалев предложил навсегда запретить чиновникам и депутатам летать бизнес-классом, но закон многократно торпедировали в заксе. На словах все парламентарии поддерживают такую меру, но предлагают молча «начать с себя», а лишний закон принимать отказываются. Хотя, в связи с кризисом парламент все же решил затянуть пояса: например, сэкономил на экспертах, которые следят за тем, чтобы законы были написаны качественно, — расходы сократились на 2%.
Кроме того, из-за переноса выборов с декабря на сентябрь 2016 года группа независимых депутатов потребовала в целях экономии бюджетных средств отменить думским коллегам «золотые парашюты» — выплаты за все те месяцы, что они не досидят свой срок.
Группа независимых депутатов — это, пожалуй, единственное заметное партийное преобразование в петербургском парламенте, которое произошло за год. Туда вошли шестеро оппозиционеров. Речь идет о Максиме Резнике, Ольге Галкиной, Вячеславе Нотяге, которые давно отбились от «Яблока», а потом потеряли веру и в обновленную «Гражданскую платформу» без Михаила Прохорова, а также о бывшем члене КПРФ Ирине Комоловой и покинувших «Справедливую Россию» вслед за Оксаной Дмитриевой Владиславе Бакулине и Сергее Трохманенко. По большинству вопросов городской жизни их позиция совпадает, поэтому они решили работать вместе. И первым делом обратились к председателю Госдумы Сергею Нарышкину с просьбой включить «узников Болотной» и Олега Навального в амнистию в честь юбилея Победы.
Затем было достаточно громко объявлено, что на выборы 2016 года группа пойдет с той же Дмитриевой, причем, возможно, решат баллотироваться и в Госдуму. Однако спустя несколько дней выяснилось, что поддержки партии «Гражданская сила», которая имеет право не собирать подписи за выдвижение на федеральном уровне, Дмитриева не получит, так что пока эта затея находится в подвешенном состоянии.
Как и попытка отмены «золотых парашютов»: в Совфеде сообщили, что закс не должен выходить за рамки своей, петербургской компетенции в этом вопросе. А спикер Макаров к тому времени уже заверил, что в парламенте Северной столицы никаких парашютов не допустит.
Тайна Мариинского дворца
Кроме того, Вячеслав Макаров так же громко обещал раскрыть пресловутую поправку Бюджетно-финансового комитета при принятии бюджета города, и он это сделал.
Многие годы считалось, что эта анонимная поправка — возможность дать депутатам немного подзаработать за лояльность Смольному по другим вопросам: каждый раз парламенту позволяется перераспределить 1−2% городской казны по своему усмотрению, и деньги чаще всего направляются в какие-то малоизвестные фонды, НКО или муниципалитеты, близкие конкретным депутатам. Добиться персонального авторства каждой конкретной поправки никогда не удавалось, здесь закс выступал единым фронтом и своих не сдавал.
Но в 2015 году всё изменилось. Теперь поправка БФК не анонимна: ее направляют от… фракций. То есть авторов никто по-прежнему не знает, но можно примерно определить их партийную принадлежность. Более того, в поправке позволили поучаствовать оппозиционерам — та самая независимая группа перераспределила около 75 млн рублей.
Что, конечно, не идет ни в какое сравнение с деньгами, которыми руководила фракция «Единой России»: около 2 млрд рублей, из которых более 360 млн направили на субсидии неким НКО на «выполнение общественно полезных программ», на «молодежную политику» и «культуру». Правда, ни одна конкретная организация в документах так и не названа.