Вот уже более 30 лет Эдриан Ньюи остаётся одним из главных героев Формулы 1 – с тех пор, как созданные им машины начали выигрывать гонки и чемпионаты. В последние недели он стал ещё и одним из главных героев слухов, поскольку всё громче разговоры о том, что самый успешный конструктор гоночной техники в истории чемпионата намерен расстаться с Red Bull Racing, где его больше не устраивает атмосфера, и перейти в другую команду.
В какую, пока не вполне ясно, и как бы в Милтон-Кинсе ни отрицали, что всё к тому идёт, в мировой спортивной прессе вовсю обсуждается сценарий, при котором следующим местом работы Ньюи станет Ferrari, где ему готовы платить совершенно космические гонорары.
Риккардо Патрезе, вице-чемпион мира 1992 года, уверен, что он стоит любых денег. В начале 90-х итальянский ветеран Формулы 1 пилотировал машины Williams, созданные Ньюи, так что ему можно верить.
«Однозначно, Ньюи того стоит, потому что он чемпион среди инженеров, – цитирует Патрезе Gazzetta dello Sport. – Если Эдриан перейдёт в Ferrari, мы начнём побеждать. Правда, ещё надо понять, действительно ли он переходит на работу в Маранелло. Я неплохо его знаю, мы с ним друзья – в годы, когда я выступал за Williams, у нас сложились замечательные отношения. И я понимаю, что он любит Англию, и на родине его всё устраивает.
В общем, трудно сказать. В газетах я читаю, что он уходит из Red Bull и может присоединиться к Ferrari. Если всё так и будет, я очень обрадуюсь, ведь тогда мы станем чаще видеться. Что же касается аэродинамики, то любая машина, к которой он прикасается, выигрывает гонки».
С тех пор, как Патрезе был напарником Найджела Мэнселла в Williams, выигравшего титул в 1992 году, Ньюи стал намного опытнее, и команды, с которыми он сотрудничал, за три с лишним десятилетия, завоевали более двух десятков титулов.
Последним, кто в 1997 году стал чемпионом мира за рулём машины Williams, был Жак Вильнёв. Он на своём опыте знает, что Ньюи не просто гений аэродинамики – его также отличает способность чувствовать, что именно нужно гонщику.
«Исключительность натуры Эдриана Ньюи именно в этом, – считает Вильнёв. – Мой опыт сотрудничества с ним ограничен 1996 годом, да и то он тогда в основном общался с Деймоном Хиллом, но я знаю, что он любит разговаривать с гонщиками, старается понять их ощущения.
Он всегда знал, что дело не только в данных телеметрии. Он знает, что гонщик – не робот, и делает на это поправку в процессе конструкторского поиска и при выборе тех или иных решений. И хотя мы общались не так много, я понял, что он всегда пытается найти оптимальные решения, не обязательно основанные только на расчётах, но в том числе и на наших ощущениях. А в следующем году он уже расстался с Williams…»