Вице-президент Майк Пенс — будущий президент США?
А что если правда случится импичмент? — Внезапно, как инфаркт. Ведь сам Трамп вряд ли покинет пост добровольно…
«Правда в том, что вы избрали человека, который никогда не сдается. Он никогда не отступает. Он боец. Он победитель», — приводит слова Пенса о Трампе журнал Politico. «И я даю вам еще одно обещание: независимо от того, на чем будет сосредоточен Вашингтон, президент Дональд Трамп никогда не прекратит борьбу за американский народ и за свою программу, которая сделает Америку великой!»
— Аудитория ревет. Для тех, кто так долго ждал политического ренессанса, и кто чувствует теперь только расточительство, некомпетентность и запах скандала, слова вице-президента стали временным облегчением. Пенс предрекал множество ранних побед, но предупредил, что самые большие ждут впереди. Он выглядел авторитетно, но почтенно, говоря о партии и правительстве и неся приветствия от своего босса. Прежде всего, Пенс был оптимистичным, как и подобает его персонажу. «Счастливый воин» — имидж, который он так долго старался продвинуть. «Трудно поверить во все эти достижения — если вы не смотрите кабельные новости», — сказал он, посмеиваясь. «Это нигде не показывают, кроме одной сети!»
Накануне первой зарубежной поездки Трампа в двух новостных изданиях промелькнули истории, которые отражали растущую тревогу в окружении вице-президента. И источники, и их стратегия выглядели явным хореографическим этюдом. Во-первых, обе статьи были направлены на то, чтобы дистанцировать Пенса от хаоса, поглощающего Белый дом Трампа; CNN цитирует «старшего советника администрации», который сказал, что Пенс выглядит «усталым» и никогда не ожидал такого хаоса от работы, в то время как NBC цитировал «источник, близкий к администрации», который жаловался на то, что вопросы, связанные с Пенсом, и касающиеся скандального бывшего советника по национальной безопасности Майка Флинна держатся от него подальше. Во-вторых, обе истории были написаны бывшими «заложниками» Пенса — репортерами, которые провели месяцы, путешествуя вместе с ним, и были профессионально подготовлены в «боях» среди сплоченной команды вице-президента. И в-третьих, новостные отчеты о Пенсе в «сочувственном свете» начали выходить в тот самый момент, когда некоторые СМИ впервые начали его критиковать. NewYorkTimes сообщила недавно, что Флинн информировал команду Пенса в переходный инаугурационный период о том, что он находится под федеральным расследованием; Белый дом категорически отрицал эту историю. Но Пенс также пытался уладить неприятности, которые появились у Трампа на прошлой неделе, настаивая на том, что решение Трампа уволить Коми было основано на рекомендации заместителя генерального прокурора — что противоречило интервью Трампа Лестеру Холту из NBC; и это скорее навредило вице-президенту и заставило всех задать себе неудобный вопрос: Пенса держат в неведении или он лжет?
Как объясняют более дюжины людей, знакомых с ролью вице-президента в администрации и его отношениями с Трампом, — на самом деле ни то, ни другое. Они признают, что Пенс неоднократно становился жертвой «молчания Белого дома» и непредсказуемого президента, который регулярно оставляет высших чиновников на произвол судьбы. Они также не считают, что он выглядит «уставшим», хотя несколько друзей признают, что его терпение по поводу некомпетентности Западного Крыла иногда почти рвется…
С июля прошлого года, когда Трамп выбрал Пенса своим замом, вице-президент был почти невидимым на фоне парада рассказов о дворцовых интригах, повествующих о соперничестве, союзах, ударах почти как в реалити-шоу в стиле Трампа. Пенс ясно дал понять всем окружающим, и когда его выбрали, и в самом начале администрации, что центр внимания принадлежит Трампу. Другого президент и не терпел бы. «Он установил закон», — вспоминает один из сотрудников Пенса. «Все о Трампе, а не о нем». Неудивительно, что вице-президент отказался комментировать эту историю.
Его незаметность искусственна и специально поддерживается, чтобы удерживать внимание на президенте. Но также необходимо следить за слухами о том, что он, а не Трамп, руководит шоу; эта версия подтверждается как положением Пенса в партии, так и тем фактом, что он был наделен такими полномочиями, которые не имел ни один вице-президент перед ним: он реально может устанавливать и исполнять повестку своей администрации. Пять месяцев в эпоху Трампа (и около года с тех пор, как он был вырван из сложной ситуации в своем штате Индиана) Пенс, под которым когда-то шаталось кресло губернатора, стал самым популярным республиканцем в стране и накопил удивительную силу. Он глубоко вовлечен почти в каждое крупное решение Белого дома — будь то выход из Парижского климатического соглашения или назначение Нила Горсуча в Верховный суд. Он самый эффективный и надежный посланник администрации, часто именно он обладает лицензией на разъяснение или даже исправление того, что сказал его босс. И он считается на Капитолийском холме фактическим лидером Республиканской партии; он не только парашют для свободно падающего президента, но и начищенный до блеска, уважаемый государственный деятель, которого не стыдно цитировать.
Однако это влияние также угрожает гармонии между Пенсом и «его лихорадочным превосходительством». Трамп привык доверять своему «номеру два» (больше всех остальных в Белом доме), а люди, близкие к обоим политикам, говорят, что Трамп верит в его непоколебимую преданность и оставляет многое на усмотрение Пенса. И все же лагерь вице-президента работает в постоянной настороженности, передающейся от президента, известного своей неуверенностью и острой чувствительностью… Кен Блэквелл, бывший государственный секретарь из штата Огайо и давний консервативный активист, который руководил внутреннем крылом передовой команды Пенса, комментирует это так: «У Майка Пенса внутри портфеля лежит важное «дело». И он должен носить его так, как будто внутри бутылка с нитроглицерином».
Пенс так описывал свой первый разговор с Трампом о включении в кампанию. Губернатор Индианы сказал, что он «хотел знать, в чем будут заключаться его должностные обязанности, потому что есть только один человек, который это решает, и это президент». Пенс отказался поделиться ответом Трампа, но он сказал, что кандидату от республиканцев понравился тот факт, что он был губернатором. «Я также думаю, что он был впечатлен моими 12 годами в Конгрессе и отношениями, которые у меня сложились не только с членами Палаты, но и с сенаторами».
Признаков раскаяния пока не видно. Трамп часто хвастается своим выбором Пенса, говорят чиновники администрации, и чувствует себя ободренным после его одобрений и похвал. Трамп получил больше, чем просто ветерана парламента со связями. В Белом доме, который [по мнению многих] управляется дилетантизмом, если не анархией, Пенс стал считаться островом эффективности и дисциплины. Он успокаивает нервы и дома, и за рубежом частыми разговорами и публичными выступлениями; он возвел попытки нормализации Трампа в художественную форму. Но ничего не получилось…
Как бы то ни было, одна вещь очевидна для всех друзей вице-президента: на него «навалилось» больше, чем он рассчитывал. «Эта работа оказалась еще более сложной, чем я думал, — говорит Джеб Хенсарлинг, председатель комитета по финансовым услугам Палаты представителей и ближайшее доверенное лицо Пенса. «Я не уверен, что видел в своей жизни, как другая политическая фигура принимает на себя столько ударов, как президент Трамп. И, по общему признанию, его твиты еще больше вызывают огонь на себя». Пенс часто видит твиты Трампа в первый раз вместе с ежедневной сводкой новостей, собранной его персоналом.
Это те проблемы, для которых склонности Пенса, его личное мировоззрение и политический опыт идеально и уникально подходят. По словам друзей, он неустанно, но бесстрастно влияет на президента, и потерял самообладание только однажды, когда Флинн солгал ему о своих контактах с русскими; он заботится о том, чтобы всегда держать лицо. Он проповедует свою лояльность и гордится ею, будь то политика, бизнес или что-то еще. «Брат Пенс» производит впечатление на своего босса. Люди, которые проводили время с ними обоими, говорят, что Трамп, например, восхищается тем, как вице-президент и вторая леди всегда держатся за руки. И Пенс всегда был непоколебим в своем убеждении, что именно Трамп должен быть героем-реформатором в американской политической истории. Даже когда ситуация выглядела мрачной в преддверии выборов, Пенс написал текст в защиту Трампа для некоторых своих пессимистических союзников.
Возможно, и это самое важное, Пенс чувствует искреннюю привязанность к Трампу. Он говорил прошлой осенью, что поворотным моментом в их отношениях было то, что республиканский кандидат начал спрашивать его о молитвах и сказал, что он был особенно тронут, когда Трамп позвонил ему в ночь перед дебатами вице-президентов и оставил на автоответчике сообщение, в котором говорилось, что он только что молился за Пенса. Помощники в Белом доме говорят, что все более частые ссылки Трампа на Бога, бесспорно, являются результатом того, что он так много времени проводит со своим вице-президентом. Их «родство» может показаться натужным или даже фальшивым, но двое мужчин стали ближе и лично, и профессионально — больше, чем кто-либо мог себе представить год назад. Они говорят по телефону по нескольку раз в день, когда физически далеки друг от друга, и часто неразлучны в стенах Белого дома… Именно эта связь между ними, пусть это и кажется невероятным, заставляет Пенса отказаться от наград, даже несмотря на тот факт, что он единственный человек из орбиты Трампа, который этого действительно заслуживает.
В отличие от других товарищей из свиты Западного крыла, которые популяризируют рассказы о своей собственной незаменимости (Стив Бэннон, Джаред Кушнер, Келлианн Конуэй) именно Пенс, для многих беспристрастных республиканцев стал самым ценным игроком в Белом доме Трампа… Вице-президент один имеет набор навыков опытного политического деятеля, который понимает нюансы правительства так, как никто из команды «аутсайдеров» Трампа не может и надеяться,… и кто лучше всех понимает как не только выжить, но и процветать в Белом доме: делайте свою работу и избегайте всякого одобрения в ходе процесса. Например, в апреле, когда Пенс заключил компромисс между консерваторами и умеренными [республиканцами], что позволило провести в Палате невероятный закон о здравоохранении, его офис умолял законодателей и внешние группы прекратить называть это «поправкой Пенса», предпочитая, чтобы Трамп и Марк Медоуз, а также Том Макартур из Палаты получили дивиденды.
Пенс работал и над тем, чтобы лидеры-евангелисты оказались рядом в первые дни правления, а затем продвигал проблемы абортов и религиозной свободы, в то же время публично рекламируя президента как неутомимого борца за традиционные ценности. И учитывая огромную широту своих полномочий, как главы переходного периода, Пенс помогал администрации с единомышленниками, включая многих своих людей, которые были «глазами и ушами» вице-президента и могли оказывать влияние на федеральное правительство, — но вся похвала опять досталась Трампу как Провидцу, которому удалось собрать самый консервативный кабинет за все времена.
Президенту нравятся люди, которые не занимаются саморекламой… И президент любит исполнителей — он любит людей, которые делают, то о чем говорят. Именно к Пенсу первому Трамп обращается во время почти каждой встречи. Именно мнение Пенса Трамп спрашивает перед каждым большим решением. Именно Пенс стал основным поддерживающим звеном в президентстве Трампа. И именно Пенс подчеркивает это меньше всех.
«Подумайте об этом», — говорит старший помощник из администрации президента. «Президенту нравятся люди, которые не привлекают к себе внимания». Длинная пауза. «Майк Пенс — тихий исполнитель в этом Белом доме. И Трамп любит его за это».
Если работа на босса, такого как Трамп, является эквивалентом ходьбы по канату, то он уже может по нему бегать. Никто не ожидает, что Пенс, которому исполнилось 58 лет, внезапно сможет узурпировать власть президента; это просто не в его характере. Но близкие ему люди понимают, что с каждым новым пиком, на который взбирается Трамп, будь то отношения с Россией, Коми, Флинном, или их комбинация, шум о связке «президент-Пенс» будет становиться только громче.
В середине июня Пенс привлек внешнего адвоката для решения вопросов, связанных с Россией. Неустойчивая ситуация президента в сочетании с недавним всплеском политической активности Пенса — в мае он сформировал новый комитет — Великий Комитет Америки; его летний календарь завален встречами с видными законодателями; он проводит ужины с ключевыми активистами и донорами; и в настоящее время ведутся дискуссии о возобновлении переговоров с его старыми друзьями Чарльзом и Дэвидом Кохом и ситуация может стать неуправляемой для команды вице-президента. Республиканцы на Капитолийском холме уже действуют так, как будто Пенс сидит на вершине горы, а некоторые из них недавно начали сплетничать относительно того, что 71-летний Трамп откажется от идеи переизбрания в 2020 году. Много шума из президентства Пенса в Республиканской партии имеет гораздо меньше общего с импичментом, чем со слухами о том, что Трамп может просто устать от Белого дома и передать вожжи своему заместителю.
Вице-президент в предыдущей политической жизни действительно не скрывал своих устремлений к «верховной» работе. Его помощники теперь настаивают, что самая высокая его амбиция — продвижение повестки дня президента. Это, вероятно, так. Но каждая новая следственная «капля», которая точит Трампа, каждый «твит самосожжения» и, будем откровенны, с каждым днем этого президентства республиканская партия все больше смотрит на Пенса как на «следующего в очереди». Это реальность, которую все чаще признают его друзья, с которой они начали считаться, и этого нынешний вице-президент не может игнорировать.
«Он не знает, когда наступит его время — это может быть семь с половиной лет, это может быть семь с половиной месяцев», — говорит другой чиновник из Западного Крыла о Пенсе. «Но ему лучше быть готовым».
24 марта, в день неудачной попытки уничтожить Obamacare, спикер Пол Райан встретился с Трампом в Белом доме, чтобы объяснить, что их законопроект не набирает достаточно голосов. Дюжину членов затем пригласили в отдельную комнату в клубе Capitol Hill. Они хотели сохранить свой следующий шаг в тайне. Чтобы избежать утечек, никаким помощникам, другим законодателям или должностным лицам Белого дома не сообщили о месте собрания. Вскоре после того, как они собрались, дверь распахнулась, и зашел Пенс. Его сопровождал начальник штаба Трампа, Рейнс Прибус — никто даже не улыбнулся.
В связи с тем, что Американский закон о здравоохранении доживал свои последние дни, то есть до тех пор, пока Пенс не воскресит свой законопроект в течение последующих недель, — вице-президент просил своих товарищей по «чайному делу» пересмотреть свою оппозицию. Они не сдвинулись с места, и вице-президент позволил себе нехарактерную вспышку гнева. «Я был Freedom Caucus [группа конгрессменов-консерваторов] до того, как Freedom Caucus вообще появился», — сказал им Пенс. Он повысил голос, по словам нескольких людей, которые были в комнате. «Не пытайтесь сказать мне, что этот законопроект недостаточно консервативен».
Это был самый большой «всплеск эмоций», который когда-либо был за ним замечен. И это сработало: после того, как Пенс неожиданно покинул собрание и несколько взрослых мужчин еле совладали с лицами из-за напряженности в комнате, члены упомянутого Freedom Caucus хором заявили председателю Медоузу, что теперь если будет проведено голосование, они поддержат законопроект. Оказалось, что слишком поздно — команда Райана уже смутила огромное количество умеренных, но мощная игра Пенса все же получила отклик в группе законодателей, которые гордятся тем, что бросили вызов руководству своей партии. «Ряд наших людей проголосовал бы, как сказал вице-президент, только из-за этой встречи», — сказал мне Медоуз. «Были и члены совета Freedom Caucus, желающие поддержать законопроект, несмотря на большие оговорки, из-за вице-президента Пенса».
«Даже когда вы не согласны с ним, вы хотите согласиться с ним, потому что это Майк Пенс», — говорит Джим Джордан, председатель-основатель «Форума Свободы». Он был учеником Пенса после прихода в Конгресс в 2007 году и в конечном итоге присоединился к его «братству законодателей», которые возглавляли Республиканский комитет — группу, в которой случился консервативный мятеж — до того, как Freedom Caucus выделился в небольшой кружок строгих последователей. Джордан не был тронут последней просьбой Пенса, но он мог сказать другим членам. «Тот факт, что вице-президент попросил нас поддерживать свою точку зрения, затруднил наше стремление быть против», — говорит он. «Вот что случилось: идея отказа началась с Майка».
Действительно, предложение разрешить штатам отказаться от определенных требований Obamacare — ключевое изменение после того, как обрушился первый республиканский законопроект — возникла не у Макартура, ау Пенса. Вице-президент начал лоббировать интересы Трампа сразу же после фиаско 24 марта, чтобы он мог продолжать заниматься медицинской реформой. С «благословения» президента офис Пенса подготовил специальный язык, отдельно для консерваторов и отдельно для центристов, прежде чем созвать совместное заседание, и сгладить детали (которые, как подозревают некоторые, были представлены в несколько ином свете, чтобы получить одобрение обеих фракций).
Как раз это для многих его союзников и самого Пенса было самой сложной частью его новой работы: преодолеть его идеологическую предвзятость (глубоко укоренившееся консервативное чувство) и нести «весть» Трампа, а также довериться другим элементам в республиканской партии. «В ходе первого боя в нем было много «консервативной тоски», и мы знали, что он сам не проголосовал бы за это, если бы все еще был в Конгрессе… Вы могли видеть дискомфорт на его лице, когда он играл посредника, а в сердце хотел присоединиться к консерваторам», — говорит давний друг Пенса на Капитолийском холме. В то же время умеренные оценили, что Пенс дал им пространство, зная, что их ареалы отличаются… «Он пытался помочь, не заходя слишком далеко», — сказал Макартур в интервью изданию Indianapolis Star незадолго до того, как был принят пересмотренный законопроект.
Разумеется, отход от нейтралитета вице-президента был бы малопригодным вариантом для Белого дома, который находится в таком состоянии. Имея уже небольшой запас права на ошибку в поляризованном Конгрессе, Пенс пользуется особым рычагом в качестве связующего звена между «миром Трампа», который населен даже социал-либералами и республиканцами из истеблишмента, и консерваторами, которые легко могут голосовать блоком, чтобы сорвать повестку дня президента. «Бэннон пытался нас закопать. Прибус — нервный глупыш, который не хочет терять близость к президенту, потому что думает, что потеряет работу. Среди членов его семьи нет консерваторов. И никто из нас не доверяет Гэри Кону [главный экономический советник Трампа]», — говорит один из членов Freedom Caucus. «Итак, мы оглядываемся на кого-то, кому мы можем доверять, и Майк — наш парень».
Хотя он и не входил в Конгресс до 2001 года, Пенс впервые баллотировался в 1988 году и встретился с президентом Рональдом Рейганом во время кампании. «У меня было такое чувство, что я разговариваю с горой Рашмор!» — вспоминал Пенс.
Все эти движения не особо добавляли Пенсу удобства. Например, когда консерваторы сорвали первый законопроект о здравоохранении, побуждая его выступить их союзниками на их условиях. Или, когда Трамп по пятам этого поражения отправил несколько разъяренных твитов, нацеленных на отдельных членов Freedom Caucus, и призвал к их поражению в 2018 году. Через несколько дней Пенс встретился с группой, и законодатели выразили свое неудовольствие Белым домом. Они надеялись, что вице-президент посочувствует, потому что когда-то сам был на их месте (консервативный конгрессмен, голосовал против президента от своей партии). Но они были удивлены, когда после того, как Медоуз дал ему понять, что неформальное соглашение о широких возможностях администрации может быть прервано, Пенс просто ответил: «Я передам это президенту».
Это была беспроигрышная ситуация для Пенса: Fox Business опубликовал отчет о встрече, в ходе которой он якобы извинился перед Freedom Caucus за президентские твиты, хотя он этого не делал. И офис вице-президента перешел в режим «контроля за повреждениями», он пытался опровергнуть опасное лично для Пенса утверждение, что вице-президент только навредил Трампу, извинившись за его действия. В то же время извинение было именно тем, чего хотели некоторые члены группы, и они расстроились, что Пенс их не предложил.
Не случайно угрозы Трампа, направленные на Капитолийский холм, прекратились именно после этого. Роль Пенса в сглаживании президентской вражды с членами Freedom Caucus, а затем помощь в продвижении законопроекта подтверждает выбор друга Трампом. Но это была лишь одна часть уравнения: объяснение, почему Пенс привлекателен для Трампа, но не почему вице-президентство при Трампе нравится Пенсу.
Старший сотрудник кампании рассказал, что именно было написано в описании работы вице-президента Трампа. «Он сказал Пенсу, что хочет самого последовательного вице-президента», — вспоминает источник о встрече. «Это были его слова».
У Пенса, конечно же, были другие причины присоединиться к кампании: его губернаторство в Индиане было сорвано из-за неправильного обращения с законодательством о религиозной свободе, и хотя мало вероятно, что его бы не переизбрали в 2016 году, рейтинг одобрения был подмочен уже в масштабе штата. Его заместители готовились к не особо приятной кампании. Шанс на новый старт на национальной сцене казался более чем достаточным для кого-то в позиции Пенса — даже без того, что Трамп якобы обещал сделать его главным «операционным офицером» или «теневым президентом» в своей администрации.
«Я думаю, что это очень необычно», — говорит Дэвид Макинтош, президент клуба «Рост» и бывший конгрессмен от Индианы, который десятки лет знает Пенса и его рабочие отношения с президентом. «Во время кампании Трамп дал Пенсу уникальные полномочия по сравнению с любым вице-кандидатом в президенты, которого я видел в своей жизни… и это продолжалось когда они были приведены к присяге. Трамп доверял Пенсу, он хотел верности, [потому что] он был готов дать ему много власти».
Это важно для понимания их отношений: Трамп дал своему вице-президенту поразительную степень автономии, чтобы исполнить свое видение и преследовать основные цели его президентства, требуя взамен только послушания и подчинения. Их взаимопонимание создало интригующую динамику в Белом доме, по словам чиновников администрации, Пенс переключается в режим «смотрящего» всякий раз, когда Трамп покидает кабинет, командуя встречами с таким же президентским вожделением. Когда Трамп находится в кабинете, он всегда сначала зовет Пенса, не оставляя сомнений в умах чиновников Кабинета и у старших сотрудников Белого дома, у которых тоже вроде бы есть ключи от «президентской машины»…
Такое расположение может оказаться слишком заманчивым для любого амбициозного политика. И вы не ошибетесь, если подумаете так: Пенс амбициозен. Но он также смиренный, хоть и самоуверенный, а еще он набожный. Он опирается на свою веру и военную традицию, которая царит в его семье, — веру в подчинение. Примечательно, что Пенс подчеркивал «ориентацию на авторитет» как ключевой компонент лидерства, когда открывал Академию США в мае, говоря выпускникам: «Выполняйте череду приказов без исключения. Предоставьте себя властям, которые установлены над вами. Доверяйте своим начальникам, доверяйте приказам, и вы будете служить и вести себя хорошо».
«Если вы наблюдали за ним во время кампании, когда продолжалось все это безумие, он был верным солдатом. И он по-прежнему остается верным солдатом», — говорит бывший спикер Палаты представителей Джон Бонер. «Он и его команда, у них широко открыты глаза. Но он отлично справляется с этой ролью».
Пенс всегда поддерживал привязанность своим начальникам, не вынося сор из избы. Не было никаких утечек, не было неожиданных появлений «более высокопоставленных республиканцев». Каким-то образом Пенс вышел сухим после двух лет руководства Республиканской партией — первых двух лет президента Барака Обамы в Белом доме ‑ и был одинаково популярным и в партийном истеблишменте, и среди «мятежников», стучащих в двери.
Но Дональд Трамп — не Джон Бонер. Пенс умело провел первые пять месяцев без каких-либо выговоров, что вряд ли можно сказать еще о ком-то в Западном крыле. Но прошло пять месяцев, и… Основываясь на язвительных реакциях и приглушенном тоне коллег Пенса, они часто ходят на цыпочках, опасаясь, что что-то может быть воспринято не так их вспыльчивым боссом. Положение неустойчиво, они с этим соглашаются, и большая часть ситуации находится вне их контроля. На телевизионной пресс-конференции Пола Райана уже спрашивал уважаемый репортер из Fox News: смогут ли республиканцы преуспеть с Пенсом — президентом? «О, господи», — ответил спикер. «Нет даже смысла комментировать это».
Но что произойдет, если они ответят на вопрос утвердительно? Эти страхи бродили в окружении вице-президента еще до того, как он запланировал летнюю серию встреч в стиле предыдущей кампании в Айове и других штатах, где разговоры о будущих президентских амбициях никогда не бывают далеки от уст политического класса. До того, как он сформировал Комитет Великой Америки по рекомендации юристов, желающих эффективно использовать наличные деньги, он тем не менее был поглощен политическим позиционированием. Помощники Пенса подчеркнули, что первое пожертвование КВА пошло на кампанию по переизбранию Трампа. Прежде чем появятся предательские заголовки в Washington Post — «Президент Пенс» — звучит все лучше и лучше», USA Today «Опрос: Президент Трамп — сам себе худший друг, Пенс все делает лучше».
Друзья Пенса напоминают, что до того, как он принял пост вице-президента, он брал пример с Джорджа Буша старшего, а не с Дика Чейни или Дэна Куайла (вице-президенты при Буше старшем и младшем соответственно), которых Пенс знает лично, — именно это его модель для подхода к работе. Говорят, что он проводил параллели с тем, как работал Буш и Рональд Рейган, и Пенс видит это в работе со своим собственным боссом. Но стоит подумать еще вот о чем: ни Чейни, ни Куайл так и не стали президентами. А вот Буш-старший стал», — пишет издание Politico.
На самом деле роль Пенса больше похожа на роль Чейни, говорит один из республиканцев. «Но вспомните, что отношения Чейни с Бушем-младшим стали хрупкими, как только люди начали проецировать Чейни на его должность».