В онлайн-кинотеатре Кинопоиска появился «Лед 3» — новый фильм романтической франшизы, над которым работали сценарист предыдущих частей Андрей Золотарёв и новый режиссер Юрий Хмельницкий. Сюжетно картина отчасти напоминает первый «Лед»: на первом плане здесь снова история любви. Но не Саши Горина, а его дочери-фигуристки Нади и хоккеиста Серёги. Влюбленных сыграли восходящие звезды Анна Савранская и Степан Белозёров. Мы поговорили с ними о съемках проекта, любимых фильмах и детских мечтах.
Анна Савранская
играет Надю
Степан Белозёров
играет Серёгу
О мэтче
— Расскажите, как вы попали в проект. Как проходили пробы?
Степан: Я попал в проект раньше Ани, толком ничего о нем не зная. Мы встретились с режиссером Юрой Хмельницким, классно и продуктивно пообщались, прогнали две сцены, которые, кстати, в итоге в фильм не вошли.
Анна: Моя история со «Льдом» началась с самопроб. Правда, тогда я записывала их для кучи проектов и тут же забывала. По словам Юры, в январе 2023-го он начал пересматривать все самопробы, которые ему присылали, и, наткнувшись на мое видео, понял, что пропустил его. В итоге мне назначили встречу, и все закрутилось очень стремительно. Я, можно сказать, запрыгнула в последний вагон.
— Вы были друг с другом знакомы до съемок?
Степан: Да, я играл в составе группы Uncle pecos на фестивале, где была Аня. Там впервые и познакомились.
Анна: Нас свела общая знакомая. Я сказала ей: «Последними выступали такие классные ребята!» А она мне: «О, так это ж мои друзья!» Кстати, Стёпа, я послушала ваш последний альбом. Это что-то невероятное!
— Выходит, мэтч на пробах сложился быстро?
Степан: Есть красивая легенда о том, что Аня первая подпела мою любимую песню. Мы ее пару раз озвучивали, но это лишь отчасти правда. На пробах играли универсальную сцену, которая по ходу дела сильно менялась. Ее прогоняли очень много раз. Приходилось вносить изменения, для того чтобы происходящее не теряло смысла. Знаете, как это бывает со словом, когда неоднократно повторяешь его… Мой персонаж Серёга приглашал Надю в караоке, и я решил спеть песню «Сахарный пакет» Петра Налича. Так вот Аня подхватила меня, и было очень классно. Тогда-то все, кажется, и поняли, что мэтч случился.
Анна: Мне сказали потом, что это действительно повлияло на решение команды. Но да, я была не первой, кто подпел. Развенчание легенды! Новая сенсация!
— Возникшая химия как-то позволила вам импровизировать на площадке?
Степан: Мы все время что-нибудь добавляли!
Анна: Хотя изначально все было уже прописано очень живо! Мы перед съемками регулярно ходили на репетиции, ночами собирались на Байкале, чтобы почитать сценарий, обсудить его, поменять текст кое-где. А на площадку приходили уже с готовым материалом. Хотя и в него время от времени что-то добавляли, разумеется.
Степан: Регулярные читки — очень монотонное, скучнейшее, но необходимое занятие. Ты не можешь оставить партнеров, залезть в телефон или выйти покурить. Начинается реальная работа. У меня в такие моменты наступали озарения, приходили какие-то идеи.
— Юрий Хмельницкий — дебютант. Комфортно было работать с молодым режиссером? Что, на ваш взгляд, он привнес во франшизу?
Степан: Именно из-за того, что Юра молодой, нам было комфортно. Когда мы познакомились, я понял, что он искал не просто актеров, а диалога. Очень важно почувствовать, что режиссер готов слушать, готов работать в соавторстве. Юра, безусловно, босс, но его уровень подключения подкупает. На съемках он всегда шел от нас, ему было искренне интересно.
— А про Александра Петрова что скажете? Он, как старожил, давал какие-то советы?
Анна: С Сашей вообще очень-очень хорошо работалось!
Степан: Я всем говорю, что он хай-профи. Иногда на площадке бывал какой-то фон, из-за которого тяжело собраться. Но только не с Сашей, с ним никакого волнения. Даже когда надо было сыграть драку, мы могли спокойно обо всем договориться, найти идеальное решение сцены. Не могу, конечно, сказать, что мы теперь кореша, отвечающие друг другу на сторис. Но я в общем-то и не преследовал такой цели.
О спорте
— Знаю, что для съемок приходилось учиться кататься на коньках. Расскажите подробнее о тренировках. Тот же Петров говорил нам, что куда лучше играть сцены в тренерском пиджачке.
Анна: Я с Сашей полностью согласна. Лед — это прикольно, но сложно и больно.
— Много падать приходилось?
Анна: Я, пожалуй, больше всех боялась упасть. У меня есть травма колена, о которой я никому до начала съемок не говорила. Было очень страшно вставать в кадр, потому что тренировалась я в наколенниках, а на съемках все, понятное дело, приходится снять. Хотя в целом, конечно, сцены на коньках — драйв и челлендж.
Степан: Ну ты, кстати, научилась гонять нормально!
Анна: Ближе к концу съемок — да! С тех пор даже соскучилась по конькам.
Степан: Я, если честно, тоже!
— А тебе, Стёпа, получается, пришлось еще и хоккей как-то осваивать?
Степан: Да! Но я-то люблю спорт, поэтому для меня все это было крайне увлекательно. Сперва я долго не мог раскататься: то нога неправильно стояла, то еще что-то. Но когда освоился, то уже гонял по замерзшему Байкалу вперед-назад. Мне нравилось чувствовать скорость и свободу! Что касается хоккея, то с ним все оказалось еще сложнее. Но делать вид, что ты понтовый профессионал — прикольно. То есть я учился даже не столько играть, сколько уверенно выделываться и праздновать забитые голы.
Но, признаюсь, мне было легче, чем Ане. Она должна была в одном свитере и лосинах кататься в минус двадцать. А у меня была полная экипировка, под которую можно было спрятать и куртку, и вторые штаны, и вообще что угодно. Хотя даже с защитой я отбил себе ноги.
О музыке
— Какой ваш любимый музыкальный номер в картине?
Степан: Мне нравится номер с участием Петрова и Ароновой. Восхищаюсь тем, как профессионально они все сделали. Там нет ничего лишнего. Если говорить о номерах, в которых участвовал я сам, то лучше всех получился «Никаких больше вечеринок». Там совсем чуть-чуть слышен мой голос, но дело вообще не в этом. Просто у потрясающей группы Cream Soda классная музыка.
Анна: Соглашусь с выбором Стёпы. Я так сильно хотела увидеть, как Саша и Мария будут петь, что даже приехала на съемки этой сцены. Была не моя смена, но зрелище потрясающее! Что касается своего номера, то любимый — «Любовь». Потому что я обожаю Дельфина.
Это был челлендж, потому что изначально номер собирались снимать одним кадром. Сначала мы с Сашей просто час наговаривали текст, потому что темпоритм у песни сложный. И если кто-то из нас ошибался или спотыкался, ве-е-есь дубль приходилось переснимать! В итоге на сцену ушло, кажется, 15 попыток. Градус эмоциональный планомерно рос, и на пятнадцатый раз произошла магия: мне удалось сделать шаг через себя, и у Саши тоже все сложилось. В финальный монтаж это все не вошло, но был настоящий артхаус! Целый отдельный этюд про то, как отец переживает одиночество, в том числе телом. Оператор Андрей Иванов подхватил нашу импровизацию и продолжил снимать ее одним кадром.
— Сколько длился дубль?
Анна: Минут шесть! Помню, как после заветного «Стоп! Снято!» сзади кто-то крикнул: «Вы гении!» Оказалось, что это Миша Врубель (продюсер фильма. — Прим. ред.) впервые заглянул на съемки. Представьте, гробовая тишина — и вдруг крик Врубеля. (Смеется.) Было круто!
Степан: Песню интерпретировали реально отлично! Очень жаль, что Юре в итоге не дали добро на эксперимент с одним кадром. На мой взгляд, эта сцена — воплощение его режиссерских амбиций. Ретроспектива сцен из первых двух «Льдов» в этом номере заставляет растрогаться, но в то же время, мне кажется, немного давит на зрителя. Не оставляет их наедине с собой, не дает подумать про какую-то свою боль. Но даже несмотря на это, самый частый отзыв на наш фильм — «Спасибо, плакали!». Что-то такое пишут почти в каждом сообщении, верно, Ань?
Анна: Все так! Понимаю наших зрителей! Я, например, если посмотрела хороший спектакль, то первым делом тоже говорю что-то вроде: «Я разрыдалась!» Для меня слезы — признак большого эмоционального потрясения.
— В саундтрек фильма вошли самые разнообразные хиты. А вы сами что слушаете?
Степан: В последнее время саундтреки к фильмам. Особенно часто — 8-минутную композицию из «Аватара», которая звучит, когда злые люди валят дерево Эйва. Понимаю, что советовать саундтреки — такое себе занятие, но… Я настоятельно рекомендую читать книги под них. Однажды в качестве эксперимента читал «Мертвые души» под саундтрек из фильма «1917». Вы удивитесь, как текст Гоголя интересно звучит под эти странные синт-вейвы Томаса Ньюмана. Какой-то совершенно новый уровень погружения в книгу! Еще хочу добавить, что последний альбом King Krule — класс! И еще Bring me the Horizon — топ!
Анна: Перечислю любимых исполнителей: «Самое большое простое число», «Кассиопея», «Серебряная свадьба». В последнее время хочется нежности, поэтому еще Sirotkin.
Степан: Просто весна пришла!
Анна: Именно! Ну и конечно, Uncle pecos. Треки «Грусть», «Мед» и вот это название, которое невозможно запомнить…
Степан: «Допельгангер»?
Анна: Точно!
Степан: Супер! Ты, кажется, единственная, кому он понравился, потому что обычно его называют слишком депрессивным.
О мечтах
— И Надя, и Серёга одержимы мечтой с детства. А вы кем мечтали стать, когда были младше?
Степан: Я мечтаю стать автогонщиком. Хотел бы катать на авторалли, но это прям суперсложно. Вместо этого участвую в гонках на картах, потому что быстро водить можно только на специальных треках. Не гоняйте, пацаны! Вас дома ждут. (Смеется.) В детстве еще, помню, хотел быть диджеем. Прям представлял, как включаю клубную музыку, и все веселятся. Теперь я играю на барабанах, и можно сказать, что это как раз то, чего я хотел. К тому же бить по ударным — идеальная медитация или, наоборот, минутка ненависти, если хотите, возможность хорошо сублимировать. Еще, кстати, исполнил другую мечту детства и купил себе игровой компьютер и кресло. Мой маленький я мне благодарен. Мы полетели рубить в компик!
Анна: Мне недавно мама сказала, что я в детстве мечтала стать ветеринаром, хотя я вообще такого не помню! Зато помню, как семь лет назад придумала объединить театр и реабилитацию бездомных. Так что в будущем, наверное, хотела бы помогать обездоленным. Причем интерес к этим людям тянется еще из детства. Бабушка рассказала, как я, будучи пятилетней, собиралась бомжевать. Казалось тогда, что так я смогу почувствовать бездомных, пойму, как им помочь. Еще могу сказать, что раньше хотела пойти по стопам мамы и стать певицей. Отчасти к этому тоже пришла — вместе с подругой мы сколотили группу «Дочка».
Степан: Я слышал группу «Дочка»! Вы же записывали видео и выкладывали в сторис! Было круто!
О детстве
— Центральный конфликт картины — между поколениями. Вы были непослушными подростками?
Степан: Я, на самом деле, не выкидывал никаких фокусов. Хотя в 12–13 лет казалось, что весь дом против меня. Был уверен, что меня заставляют мыть посуду, потому что хотят обидеть. Сейчас я понимаю, что это просто переходный возраст, но тогда все казалось таким искренним. Будто бы все нападают, а я защищаюсь.
Анна: Я была ужасным подростком (мама, прости!). С 13 до 16 лет попробовала все, что только можно. У меня тогда было правило — куда угодно, только не домой. В 15 лет, помню, влюбилась и сбежала из дома. Скопила деньги на билет и уехала в Москву. Правда, до столицы не добралась, в Ростове меня сняли с поезда и отправили в…
Степан: ...в кутузку?!
Анна: Нет! В центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей. И там я устроила революцию. У меня с собой был сборник стихов Бродского, и я, 15-летняя девочка, закричала: «Соберитесь, пожалуйста, все. Сейчас я вам буду читать Бродского». Сейчас бы не осмелилась, но тогда — легко! И ведь полицейские слушали!
— Какие стихотворения читала?
Анна: Из сборника «Остановка в пустыне». Добавлю, пожалуй, что за эти три года я перебесилась, и все прошло. Поступила потом в киноколледж № 40, в лучшее место для таких маргинальных людей, как я. Там была учеба с девяти до девяти, поэтому тусовки мне были уже не особо интересны.
— У вас есть любимые фильмы о спорте, помимо «Льда»?
Анна: «Тоня против всех»!
— Перед выступлением Надя в обязательном порядке целует плюшевого мишку. А у вас есть талисман или, может, просто любимая детская игрушка?
Анна: У меня нет. Скорее, какие-то ритуалы. Когда-то давно была мартышка Чита, но она ушла в небытие.
Степан: (Показывает плюшевого медведя.)
Анна: Да ладно! Медведь, ты серьезно? Почему ты не говорил? Он реально дурацкий! Я могу сказать про него все то же самое, что говорил твой Серёга.
Степан: Но я не сплю с ним! Зафиксируйте. Не сплю.
Автор: Никита Демченко