Что означает поражение Эрдогана в «битве за Стамбул»
Турецкий лидер называл муниципальные выборы своей «финальной» кампанией и началом транзита властиЧем закончились муниципальные выборы в Турции
31 марта во всех провинциях Турции — их более 80 — прошли муниципальные выборы. Право голоса на них имеют все граждане республики, достигшие возраста 18 лет, — в общей сложности 61,4 млн человек. По последним данным, суммарная явка составила около 79%.
Основная битва велась за главный культурный, исторический и экономический центр страны — Стамбул, который с 2019 года находится под контролем оппозиции, поскольку мэром тогда был избран 53-летний член Республиканской народной партии (РНП) Экрем Имамоглу.
После подсчета почти 100% бюллетеней его результат на нынешних выборах составил 51,09% голосов, тогда как его оппонент из правящей Партии справедливости и развития (ПСР), бывший министр окружающей среды и урбанизации Мурат Курум получил 39,59%. «Мои дорогие стамбульцы, сегодня вы открыли дверь в новое будущее. С завтрашнего дня Турция станет другой. Вы открыли дверь к расцвету демократии, равенства и свободы… Вы зажгли надежду у урны для голосования», — сказал Имамоглу, выступая перед сторонниками РНП в ночь с 31 марта на 1 апреля.
Турецкой оппозиции также удалось сохранить под своим контролем столицу страны. Действующий мэр Анкары Мансур Яваш, также представлявший РНП, набрал 60,35% голосов (кандидат от правящей партии Тургут Алтынок — 31,69%). Кандидаты РНП одержали победу и в других крупных городах — Измире, Бурсе, Анталье, Адане, Шанлыурфе.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган признал, что ПСР не смогла достичь желаемого результата на выборах, но пообещал с уважением отнестись к решению турецкого народа и вернуть доверие к своей партии. «То, что эта глава о выборах, которая утомила нашу нацию, наших людей и нашу экономику за последний год, закрыта на сегодняшний день, само по себе является победой», — заявил он.
Всего кандидатов от РНП в разных частях страны поддержали порядка 37,74% принявших участие в выборах избирателей. Впервые за 20 лет оппозиция обошла правящую партию, у которой суммарно оказалось 35,49%. Остальные голоса распределились между исламистской Партией повторного благоденствия (6,19%), прокурдской Демократической партией народов (5,68%), Партией националистического движения (4,98%), Хорошей партией (3,77%) и другими.
Почему выборы в Стамбуле были важны для Эрдогана
Возвращение мегаполиса под контроль ПСР было принципиальным моментом для партии, ведь ее представители, включая президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, были во главе городской администрации на протяжении четверти века. Перед муниципальными выборами 2019 года Эрдоган говорил: «Тот, кто выиграет Стамбул, выиграет всю Турцию». Однако победу тогда неожиданно одержал молодой оппозиционер Имамоглу, который прежде возглавлял стамбульский пригород Бейликдюзю. Он обошел ставленника Эрдогана, бывшего премьер-министра страны Бинали Йылдырыма, всего на 13 тыс. голосов (0,16%).
ПСР потребовала пересчета голосов, а затем и вовсе добилась аннулирования результатов выборов в Стамбуле. На перевыборах, которые состоялись летом того же года, победу вновь одержал Имамоглу. И он даже улучшил свой результат, обойдя соперника более чем на 800 тыс. голосов (9%). Одержав победу на президентских выборах 2023 года, Эрдоган пообещал вернуть контроль над главным экономическим и культурным центром страны: «Мы начали со Стамбула, мы продолжим со Стамбула».
На нынешних выборах именно в Стамбуле велась наиболее агрессивная избирательная кампания. По данным НКО Gözlemevi, Курум потратил на продвижение в соцсетях по меньшей мере втрое больше средств, чем Имамоглу, — 5,48 млн турецких лир против 1,62 млн (примерно $169 тыс. и $50 тыс. соответственно).
В поддержку кандидата от правящей партии выступили все ключевые фигуры администрации Эрдогана — он сам, спикер парламента Нуман Куртулмуш, главы МИДа и МВД Хакан Фидан и Али Ерликая. «Оппозиция отбросила Стамбул на 30 лет назад, но мы откроем новую эру в этом историческом городе», — заявил Эрдоган на митинге сторонников ПСР 24 марта. Также он заявил, что оппозиционные власти погрузили Стамбул «в грязь и мусор», от которого он избавил город, будучи мэром в 1994–1998 годах, — именно эта должность, как считается, придала импульс политической карьере Эрдогана.
Эрдоган также упрекнул городскую администрацию в недостаточной подготовке к возможным землетрясениям (мегаполис находится вблизи участка Северо-Анатолийского разлома, проходящего под Мраморным морем, и сейсмологи и власти опасаются повторения прошлогоднего разрушительного землетрясения на юго-востоке страны) — возможно, чтобы придать большее значение тому обстоятельству, что кандидат в мэры от ПСР Курум отвечал в правительстве за ликвидацию последствий стихийных бедствий и строительство нового жилья для пострадавших в ходе землетрясения 2023 года.
Однако в итоге ПСР не только не смогла вернуть себе контроль над Анкарой и Стамбулом, но и утратила позиции в районах, пострадавших от землетрясения, — под контроль оппозиции перешли города Адыяман и Килис.
Как итоги выборов повлияют на борьбу за президентское кресло
Турки восприняли муниципальные выборы как референдум о доверии самому Эрдогану и его политическому курсу, отмечает Financial Times. Победа на выборах в Стамбуле, Анкаре и других крупных городах Турции мобилизовала турецкую оппозицию, деморализованную и расколотую после поражения на президентских выборах 2023 года. При этом на передний план вышел Экрем Имамоглу — человек, который уже трижды одерживал победу над представителями ПСР. Он также рассматривался как возможный кандидат от оппозиции в ходе президентской кампании 2023 года, однако в итоге было решено выдвинуть тогдашнего председателя РНП Кемаля Кылычдароглу. После его поражения оппозиционная коалиция распалась, а Кылычдароглу потерял пост председателя РНП.
Сейчас именно с именем Имамоглу оппозиционный электорат — причем не только сторонники Республиканской народной партии — связывает свои надежды на успех в следующей президентской кампании, которая пройдет через четыре года, сказал РБК востоковед, старший преподаватель факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Григорий Лукьянов. «Благодаря своему возрасту и репутации эффективного управленца, гибко мыслящего патриотичного политика ему удастся сформировать принципиально новую коалицию политических сил, что для оппозиционных деятелей может стать решающим фактором для очередного изменения политической жизни Турции и выхода ее на принципиально новые рубежи после окончательного завершения эпохи Эрдогана», — отметил эксперт.
Впрочем, отдельные представители «старой гвардии» внутри РНП как опасались Имамоглу во время президентской кампании 2023 года, так и продолжают делать это сейчас, ведь его выдвижение в авангард турецких оппозиционных сил способно повлечь за собой значительную внутреннюю трансформацию, без которой невозможно успешное участие в следующих президентских и парламентских выборах, пояснил Лукьянов.
При этом сам Имамоглу по-прежнему ориентирован на молодежь, жителей крупных городов, обеспеченных и образованных граждан, тогда как для «нетрадиционного» электората — жителей сельской местности и небольших городов, поддерживающих ПСР, — он по-прежнему остается неприемлемой фигурой. По мнению эксперта, для превращения в политика общенационального уровня Имамоглу предстоит проделать немало работы — и должность мэра Стамбула может стать в этом помехой.
Сам Эрдоган заявил в начале марта 2024 года, что муниципальные выборы станут для него «финальной» кампанией. «Это мои последние выборы с полномочиями, предоставленными мне законом, но их результаты ознаменуют передачу власти моим братьям и сестрам, которые придут после меня», — сказал Эрдоган. При этом на протяжении последнего года одним из потенциальных преемников называют не выдвинутых президентом кандидатов в мэры Стамбула и Анкары, а его зятя и бизнесмена, совладельца компании Baykar Makina 44-летнего Сельчука Байрактара.
С 2003 по 2014 год Эрдоган занимал должность премьер-министра Турции, после чего был избран президентом. В 2017 году он инициировал референдум по внесению поправок в Конституцию, превративших страну в президентскую республику. В 2018 году состоялись досрочные президентские выборы, на которых вновь победил Эрдоган, причем новый его срок засчитывался как первый в рамках обновленной Конституции. Нынешний президентский срок, начавшийся с июня 2023 года, таким образом, считается вторым.
Согласно ст. 101 Конституции Турции, никто не может находиться на посту президента страны более двух пятилетних сроков. Reuters и Associated Press ранее допускали, что Эрдоган может попытаться внести поправки в Основной закон, чтобы баллотироваться и в 2028 году.
Победа оппозиционных сил на муниципальных выборах стала для Эрдогана и ПСР репутационным ударом, однако она мало повлияет на управляемость политической системы. За последние пять лет Эрдоган уже выработал стратегию сосуществования с оппозиционными мэрами и реализации своих фундаментальных проектов вроде Стамбульского канала вопреки их сопротивлению, отметил Григорий Лукьянов. На общенациональном уровне ПСР вынуждена все чаще полагаться на партийные коалиции, а на местном не способна порождать собственных «экремов имамоглу» — харизматичных, самостоятельных и самобытных лидеров.
Лукьянов допустил, что Эрдоган может принять кардинальные управленческие решения для выправления ситуации, но ПСР во многом выживает благодаря образу своего лидера и остается его личным проектом. Не исключено, что после завершения эпохи Эрдогана партия претерпит значительные трансформации. «ПСР в любом случае будет играть роль в процессе транзита власти, но какая это будет роль — роль агнца на заклание или функционального элемента новой политической системы — вопрос открытый. И ответ на него будут искать все участники политического процесса в ближайшие годы», — резюмировал эксперт.