Каково это — жить без полиции? Страшная сказка Сиэтла: The Hill
Оккупация района Капитолийского холма в Сиэтле — это предостерегающая история о том, что бывает, если расформировать полицию. Недавно в этом городе был проведен эксперимент по самоуправлению общин, и он провалился оглушительно. Настолько, что на этот пример должен обратить внимание любой муниципалитет, рассматривающий вопрос о расформировании своих полицейских сил таким образом, чтобы оставить вакуум в правоохранительных органах.
В ночь на 8 июня, после столкновений с активистами, протестующими против убийства Джорджа Флойда, департамент полиции Сиэтла покинул свое восточное здание в районе Капитолийского холма. Протестующие взяли под контроль шесть кварталов, которые они назвали оккупированной протестной зоной Капитолийского холма (CНОР). Мэр Сиэтла Дженни Дюркан предположила, что происходящее может обернуться в «лето любви», а левацкое издание The Nation заявило, что СНОР — это «антикапиталистическое видение общественного суверенитета без полиции».
Но для тех, кто живет и работает в этом районе, страха было гораздо больше, чем любви, и «видение» оказалось кошмаром.
На прошлой неделе предприятия и жители района СНОР подали иск в федеральный суд против города Сиэтл, утверждая, что «беспрецедентное решение» города предоставить целый район самому себе нанесло ущерб их имуществу и поставило под угрозу их безопасность. В жалобе подчеркивается поддержка истцами прав на свободу слова и активность движения Black Lives Matter, но то, что происходит в зоне «оккупации», похоже на антиутопию.
Согласно жалобе, активисты СНОР использовали бетонные барьеры, оставленные полицией, чтобы блокировать доступ в район для полицейских машин, мусоровозов и других транспортных средств. Вооруженные активисты иногда решали, кто может войти в СНОР. Полиция перестала реагировать на экстренные вызовы, за исключением тех, которые были связаны с самыми серьезными угрозами безопасности, но даже и в таких случаях реакция была медленной. Инциденты с поджогами и нападениями обходились и вовсе без вмешательства полиции. Однажды в выходные три человека, все чернокожие, получили огнестрельное ранения в СНОР, и один умер; когда появилась полиция Сиэтла, протестующие не дали им быстро добраться до одной из жертв. В отсутствие полицейских следователей частные лица взяли на себя поиск гильз от пуль. До сих пор никому не предъявлено обвинение в этом убийстве.
Навалился кучами мусор, фасады магазинов покрыты граффити, музыка и фейерверки мешали жителям спать, а местный парк превратился в рай для наркоманов. Люди на костылях, нуждающиеся в физиотерапии, не могли попасть к своему терапевту в зону СНОР из-за баррикад. Работнику техобслуживания, который пытался убрать граффити, угрожали. Работники местных предприятий перестали приходить на работу, потому что не чувствовали себя в безопасности, что, конечно, принесло убытки фирмам. Жилые комплексы оказались вынуждены нанимать вооруженных охранников. Вскоре произошли еще две перестрелки, в результате которых один человек погиб, а 14-летний подросток был найден в критическом состоянии.
Отказавшись от «лета любви», мэр Дюркан поклялась вернуть район, где оказался СНОР, к прежнему порядку из-за вредного воздействия на жителей города. Но протестующие СНОР сопротивляются, ложась перед бульдозерами, пытающимися убрать баррикады. Они настаивают, что не уйдут, пока Сиэтл не сократит свой полицейский бюджет по крайней мере на 50 процентов, не объясняя при этом, что же защитит другие районы города, когда такие драконовские меры неизбежно приведут к сокращению полицейских сил.
Расформирование полиции — это концепция изменения формы, которая означает разные вещи для разных людей. Городской совет Миннеаполиса предлагает расформировать свою полицию и заменить ее «целостным, ориентированным на общественное здравоохранение подходом», что бы это ни значило. Другие муниципалитеты изучают более скромные, не связанные с полицией решения конкретных проблем, таких как психические заболевания, разбираться с которыми часто входит в обязанность полиции.
Сейчас есть момент для крайне необходимой полицейской реформы. После смерти Джорджа Флойда общественность широко поддержала серьезные перемены, включая запрет на удушение и расовое профилирование, независимую проверку превышения должностных полномочий полицейскими, требование к полиции носить на себе мини-камеры. Но больше CHOP ‑ и момент для реформы будет упущен. Мэр Дюркан наконец поняла это, когда сказала о протестующих CHOP: «Пора этим людям расходиться по домам».