Медведь. Балалайка. Икра. Водка: дуэлянт пал смертью храбрых
Я отправился на этот фильм, не чтобы посмотреть этот фильм, а побывать в кинотеатре с большом экраном первый раз в жизни. И громким звуком. Выбор был не очень большой: либо пойти на зарубежный фильм с дубляжом, либо на отечественный (или почти отечественный), но без дубляжа. Я ненавижу дубляж и патриотично выбрал второй вариант. Тема «сделать как у них» всё-таки зазвучала с первых кадров. И я подумал, что, может быть, лучше смотреть зарубежное, чем как бы наше, которое как бы их… С другой стороны, и традиция дуэлей тоже была привезена из-за рубежа. Италия, Испания, Германия, Франция… Кодексы и законы отечественные были переводными в основном. Да и пистолеты. А уж что Пушкин начал писать на французском, так любой школьник знает. Некоторые выдающиеся филологи даже называли его «Конспектом европейской культуры для России». Собственно, и фильм для школьников… Ну студентов последних курсов даже.
Я был на сеансе с приятельницей, магистром филологии, которая начала плакать от жестокости фильма, но не ушла (надеясь на исторические съёмки). Благо мы купили ей молочный коктейль. После она выражалась о фильме в непривычных для неё, почти нецензурных выражениях. Я даже (как пригласивший, не зная на что) пытался как-то защитить картину. Хотя как — было не очень понятно. Ну, например: «но ведь лучше так, чем никак…», «зато сколько энергии, драйва, дождя, ветра, конфликтов, грязи», «ну зато про Россию, а не ковбоев», «это же аттракцион, а не занудная высоколобая муть», «а скольким артистам дали зарплату, а работникам кино вторых профессий, осветителям, работникам общепита». Конечно, это кино — общепит. Развесистая клюква, тем более печальная, что сделана вроде бы наполовину русскими. И для русских. Ах, нет, не для русских? Ну, так бы и делали. Медведи. Балалайки. Икра. Водка. Чего изволите?
Проката-с? Вот как. Прокатим. С ветерком. На тройке. На большом экране. С бубенцами.
Это могло бы быть великое кино. В стране, где слово честь забыто. Почти всеми. Обломки самовластия. То да сё. Да и сама возможность «честного человека» — проблематична. В России, где о дуэли писали столь многие: Лотман, Гордин, Востриков, Кацура… Список можно продолжать. А уж стрелялись-то и того больше. Лотман, конечно, не стрелялся, а только писал про тех, кто стрелялся, но напоминать про литературную дуэль излишне. Даже Блок с Белым. И почти — Толстой с Тургеневым. Можно было бы сделать интересное и подробное кино про реальных бретёров и дуэлянтов. При этом абсолютно исторически точное. Какие удивительные коленца выделывали характеры и судьбы реальных людей. Можно было снять хорошее кино. Без всяких спецэффектов.
Конечно, какие-то отсылки к истории были и в этом фильме, но общая интонация скорее лубочная. Усредненно «киношная» в дурном смысле. Начиная от бубна и заговора алеутской шаманки (возможный намёк на Толстого-Американца, вероятно, который, кажется, бывал в тех краях, если я не путаю судеб многочисленных дуэлянтов). Фильм кажется грубым, примитивно жестоким, нарочитым. Вырывать зубы (даже бриллиантовые у «злодеев»), чтобы показать боль, или показывать операцию по извлечению пули, чтобы дамы полусвета падали в обморок в зале, роняя попкорн на корсеты, сумочки и каблучки… Нельзя сказать, что это прямо уж так примитивно, но это не вершина тонкости режиссуры и миропонимания. Как и любовная сцена в карете. Не надо быть опытным ловеласом, чтобы усомниться в том, что при показанной геометрии — это не самое удобное место для внезапно нахлынувшей страсти. Да и так ли она, эта страсть, накатывает? А что до лица женщины в окне кареты, то, ну право слово, мы ведь не дети, чтобы не видеть лиц женщин в окошках карет. Понятно же — что нужен был красивый кадр. Или вот небо, такое прекрасное, что возникает подозрение, что не компьютерная ли это графика. А если да, то что нам с того. С вашего компьютерного неба. Вы за кого нас принимаете, господа? Вы что, думаете, в 19-м веке было компьютерное небо? Ужель мы будем считать достижением нарисованное небо? Или грим кнута, когда мы видим, что спина без рубцов, просто покрыта полосками краски. Но ведь кнут оставляет рубец, вероятно. Впрочем, так ли это важно… Может быть, фильм вовсе и не должен претендовать на реализм этим. И действительно у создателей что-то болит, кроме кредитных карточек.
Но, как ни крути, фильм кажется меньше, чем «реальная» жизнь. Это сложно сформулировать. Это неприятное ощущение, что эта сказка скучней, чем газета про это. Все ведь взрослые люди и понимают, что фильм нужно прокатывать, нужны там и сцены, вызывающие «ах», и сцены, вызывающие «ох», и даже «ух»… Но больше всего они вызывают привычное «эх». Кино получается и не русское, и не «американское». Сценарий получается и не «сказочный», и не «авторский», и не «реалистический». Понятно, что продюсер сильнее режиссёра. Не на дуэль же им идти. Времена другие. Трижды нужно показать в окне собор, чтобы все поняли, что речь о Петербурге. Драгоценности, высший свет, любовницы, подлецы, бретёры, офицеры. И всё такое прочее. И вовсе не так плохо, но ощущение чудовищной вторичности и скуки — не покидает ни на секунду. Почему? Может быть, потому что бывает другое «наше кино» — от Авербаха, Сокурова, Германа до Довженко, Эйзенштейна, Тарковского… Простите, а они где? Все вышли из зала? Впрочем, не мне об этом судить.
Неужели в дуэлях выживает только подобный кинематограф, с сексом в каретах (ну будем честны, он начался в каретах, а закончился в постели, героиня должна была ещё бегать обнажённой). Но это пошловато. Как бы это объяснить. Это не очень хорошо как бы. Мат Пушкина — это нормально. И даже талантливо. А то, что у вас это всё чуть-чуть как бы ну это… Хотя, дело это — вкуса, разумеется. Кому-то и это прекрасно. И был бы я не мелкой критической шавкой, а дворянином в шапке, то не миновать бы мне вызова. Так что смолчим-с. Но, с другой стороны, возможно, через такие фильмы люди задумываются об искусстве (или его отсутствии), истории (или её фальсификации), таланте (и том, что, может быть, без него и лучше). А дело чести режиссёра — в конечном счёте его собственное. Да и более талантливые адвокаты картины тоже найдутся. Пожелаем им удачи. Главное, что люди в картине красивые. И дома. И люстры. И звук хорошо записан. И актёры играют много и хорошо.