Война в Северной Африке: ИГИЛ атакует энергетическую вотчину Европы
Хотя революционный потенциал в Северной Африке уже угас, «арабская весна» не кончилась и вступает там в новую фазу. Противостояние «силовиков» и оппозиции сменяется терроризмом. В Тунисе, где в ноябре — январе участились атаки боевиков, объявляют чрезвычайное положение. По словам министра туризма Сельмы Эллуми Рекик, в 2015 г. страна лишилась почти миллиона туристов. Опытный, но пожилой президент (89 лет) Беджи Каид Эс-Себси не справляется с радикалами. Тунис возглавляет список государств, из которых ИГИЛ черпает силы. Вдобавок к этому намечается внутриполитический кризис. Раскол в правящей партии Nidaa, некоторые члены которой сдали мандаты, превратил исламистскую Ennahda в партию большинства в парламенте. Представители Nidaa выражают несогласие с политикой Эс-Себси, «отошедшей от изначальных целей». Соотношение голосов теперь — 58 к 69 в пользу оппозиции.
«Возрастной фактор» знаком и соседнему Алжиру. «Нездоровый» Абдель Азиз Бутефлика уже больше года не появляется на публике. Его сторонники полагают, что 78-летнего президента держат в заложниках, а страной «тайно» управляет его брат Сади. Лидер партии рабочих Луиза Ханун обвиняет «клику олигархов и министров, манипулирующих президентом, чтобы продавить решения в пользу бизнес-интересов», пишет New York Times. Стойкость политических режимов Магриба имеет определяющее значение для планируемых между берегами Средиземноморья энергопроектов. Италия, по словам главы МИД Паоло Джентилони, все еще заинтересована в проекте Galsi. Планируемый газопровод мощностью в 8 млрд кубометров в год свяжет алжирское месторождение Хаси Рмел с Италией через о. Сардиния. С Алжиром сопряжены и два других трубопровода. Trans-Saharan gas pipeline (NIGAL) объемом в 30 млрд кубов должен примкнуть к алжирским газосистемам с целью последующего реэкспорта в Европу. Правительство Нигерии, терроризируемое другим союзником ИГИЛ — «Боко Харам», пытается вернуть к жизни «умерщвленный» проект. На 683-киллометровую магистраль требуются $5 млрд. Исполнительный директор Nigeria National Petroleum Corp. надеется на участие «Газпрома», покинувшего нигерийский рынок в 2012 г. Снижение цен на газ с 2009 г.на 58%, когда был предложен NIGAL, «поднимает вопрос о его жизнеспособности», пишет Bloomberg. От порядка в Алжире зависит и судьба франко-испанского интерконнектора Midcat через Пиренеи (около 7 млрд куб м). Занесенный в список приоритетных проектов Еврокомиссии Midcat должен наполниться алжирским голубым топливом.
Ответственность за террористические акты 7 января в ливийском Рас-Лануф тоже взяло на себя «Исламское государство». Его сторонники намерены прибрать к рукам два нефтяных порта, Эс-Сидер и Рас-Лануф, что позволит им впервые завладеть нефтью. В разгар сражений с силами безопасности одна ракета угодила в нефтяное хранилище, уточняют Deutsche Wirtschaftsnachrichten. ИГИЛ, дислоцирующееся на родине Каддафи г. Сирт, использует раздор между Национальным конгрессом в Тобруке и Палатой представителей в Триполи. Два правительства пытается примирить итальянский МИД. «Мы не хотим дарить время ДАИШ», заявляет Паоло Джентилони. 17 декабря он собрал в Риме представителей стран — постоянных членов СБ ООН, чтобы ускорить создание единого правительства. Его лидером ООН выдвинула малоизвестного политика Фаеза Серраджа.Бывший глава внешнеполитического ведомства Италии Эмма Бонино уверена, что «условия безопасности помешают Серраджу и его коллегам занять офис в Триполи». Инициативы Италии с ее уязвимыми южными границами понятны, но оттого не более реалистичны, чем резолюция Совбеза о сирийском правительстве. На Востоке легитимация достигается не через дипломатию, но когда одна из сторон разгромлена. «Голову двух баранов в одном котле не сварить», — гласит поговорка.
На фоне стагнирующей Ливии Египет до недавней поры представлялся «гаванью спокойствия», пока о себе не напомнил «Ансар-Бейт аль-Макдис». Террористы Синая также присягнули Абу Бакру аль-Багдади. Взорванный над полуостровом российский лайнер ставит под вопрос инвестиционную привлекательность страны. В 2015 г. Египет расширил Суэцкий канал, привлек $138 млрд ПИИ на экономическом форуме в Шарм-эль-Шейхе и стал обладателем крупного газового месторождения Зохр (30 трлн куб. футов), входящего в мировую двадцатку. Нападение 8 января на туристический отель в Хургаде дает понять, что Египет не менее уязвим перед ИГИЛ, чем Тунис или Сирия. В этой ситуации Каир больше претендует на роль импортера европейского оружия, чем энергетического партнера ЕС. Франция продает Египту истребители «Рафаль» и предназначавшиеся России «Мистрали». «Рособоронэкспорт» готов составить конкуренцию. Каир ведет переговоры с Москвой о покупке систем ПВО «Антей-2500» и «Бук».
На совместные энергопроекты накладывает отпечаток не только политика, но и нефтяная конъюнктура. Пока Саудовская Аравия (10,33 млн баррелей в сутки), Иран (2,8), Ирак (4,32), ОАЭ (2,94) увеличивали присутствие на мировом рынке, страны Магриба свои позиции сдали. По статистике OPEC, за 2014−2015 гг. добыча Алжира упала с 1,12 до 1,10 млн баррелей, а Ливии — с 0,45 до 0,38. За 2011−2014 годы импорт газа из Северной Африки в Евросоюз снизился с 32,9 до 28,5 млрд кубометров (данные Eurostat). Поддержавший свержение «диктаторов» Вашингтон в нефтяных делах арабам — не «товарищ». Дальнейшее повышение Федеральным резервом ставки рефинансирования и расширение добычи сланцев только усугубит «волатильность» южносредиземноморских стран.