В апреле на фоне очередного обострения ситуации на Ближнем Востоке мир было приготовился к возвращению заоблачных цен на «черное золото», поговаривали уже о 100 долларах за баррель и выше. Однако атака Ирана против Израиля скорее охладила ситуацию на нефтяном рынке, чем накалила ее, приведя даже к некоторому снижению котировок. Почему так произошло?
Создается ощущение, что эта атака носила политико-ритуальный характер и скорее была призвана выпустить пар в отношениях двух стран, нежели стать прологом к масштабному конфликту в регионе. Поэтому немедленного зеркального ответа со стороны Израиля мы так и не дождались, в лучшем случае таковым будет объявлена какая-либо планово-очередная акция Тель-Авива на том или ином театре военных действий. А чего, собственно, мы могли ожидать? Думается, в воображении ряда наблюдателей рисовалась апокалиптическая картина горящих нефтяных вышек, трубопроводов и портов, подвергшихся ракетной атаке со стороны ЦАХАЛ. Но в действительности повторения «войны танкеров», аналогичной той, которая развернулась в 1980-х гг. между Ираком и Ираном, ожидать не стоит. И не только потому, что Израилю не с руки вести войну на два фронта и у него нет уверенности в своей победе. Просто его западным союзникам сейчас меньше всего нужны катаклизмы на нефтяном рынке и подорожавший баррель, особенно в преддверии президентских выборов в США.