«Я сама дочь офицера из Лос-Анджелеса: тут не всё однозначно...»
«С того момента, как первый писец написал гимн хвалы Навуходоносора на каменной табличке, никогда еще в истории СМИ ни одному человеку не уделялось столько внимания, сколько уделяется сейчас Дональду Трампу. Уже более чем год он не выпадает из цикла новостей; по сути, только он один утром, в полдень и вечером, день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем заполняет собой эфир. Его каждое слово, фраза, движение, оскорбление, комментарий, новые импровизации, замечания, претензии, хвастовство, наглая и не наглая ложь, крики стали также нашими и частью нас. О, Трамп объявил о секретном плане по уничтожению ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), о «большой, толстой, красивой стене», повторил это снова и снова», — пишет Том Энгельхарт на страницах издания Tom Dispatch
«Он породил кампанию, которая действительно может телепортировать его (теперь это вполне правдоподобно) в Овальный кабинет. Он боролся и победил с 17 политическими соперниками… Он произносил завуалированные угрозы убийства; хвалил чье-то желание ударить кого-то в лицо; приводил цитаты из неонацистов и Муссолини; осудил аутсорсинг американских рабочих мест, в то время как сам перебросил свои рабочие места и производство; его «братство» с Владимиром Путиным; горько жаловался на возможные фальсификации на выборах, сфальсифицированные дебаты, сфальсифицированный микрофон; поклялся, что он, и только он, способен сделать Америку великой снова, и поэтому только мир целиком — подходящее место для подобного величия, только целый мир мог бы ему соответствовать.
Другими словами, благодаря постоянному вниманию СМИ, он стал живым воплощением американской современности. Независимо от того, что вы думаете о нем, такого «тура» мы никогда не видали, это триумф первого порядка, что бы ни случилось 8 ноября… Он отполировал свой собственный бренд; вызвал ажиотаж и продал свою «продукцию» на все 100%; продвинул своих детей; приковал внимание всех вечерних новостей всех кабельных сетей; стал в центре внимания, несмотря на то, что молодые зрители, как обычно, заключены в кокон-вселенную социальных медиа и своих смартфонов. Благодаря миллионам, миллиардам, возможно, триллионам слов, затраченных на него, бесконечные комментаторы, эксперты, «говорящие головы», отставные генералы и адмиралы, бывшие руководители разведки, чиновники администрации Буша, и бог знает, кто еще, поддерживали внимание кабельных каналов в «взбитом-Трампом-состоянии» почти 24 часа 7 дней в неделю. Он, его замечательное эго и теперь уже знакомые всем жесты — выдвинутая челюсть и взгляд, и оранжевые волосы, чрезмерно загорелое лицо, вечно повышенный тон — все это стало обоями нашей жизни, неотъемлемой частью нашей реальности. Если бы он был в прокате, как боевик, некоторые студии Голливуда попадали бы в обморок, потому что никогда ни один «селебрити» не рекламировался в таком нон-стоп режиме. Мы никогда не видели ничего подобного ему, и все же, как ни странно, если задуматься об этом, вы поймете, что есть что-то очень знакомое в его образе, и это не только из-за его шоу «Apprentice».
В мире, где так много вещей, которые заслуживают нашего внимания и до которых мы все никак не доберемся, будьте уверены, не про Дональда Трампа нужно думать. Но, на самом деле, все обстоит не так.
С точки зрения любого кандидата в президенты, от Джорджа Вашингтона до Барака Обамы, Трамп — просто какое-то чудо природы. На самом деле, его даже не с кем сравнить. Иногда его шаги ‑ и возвращение к величию — слегка отдают рейганизмом (но без какой-либо солнечности Рональда Рейгана и его обаяния).
Тем не менее, не обманывайте себя, как явление, Дональд Трамп не может иметь никакую другую прописку. Это чисто американское явление — такое же, как кусок обожженного яблочного пирога из Макдональдса. Что может быть более американским, в конце концов, чем две его главные профессии: продавец (уличный торговец) и мошенник? Человек, который продает свою жизнь и бренд в качестве эталона американской жизни… да ладно, давайте не будем претворяться, что мы не знакомы с этим!
Что же касается аферизма, так это крайне многим известный сюжет. Помните, как у Марка Твена «герцог» и «дофин» присоединились к Геку и Джиму на их плоту? Они выдают себя за пропавшего герцога Бриджуотера и давно умершего Людовика XVII Французского, чтобы Гек и Джим прислуживали им. И Гек потакает им, чтобы не вышло хуже.
Роль барыг и жуликов в американской жизни не стоит недооценивать. Это Дональд Трамп прекрасно осознает, он такой до мозга костей, даже если все эти ученые мужи и комментаторы и социологи (и все это советники Хиллари Клинтон) будут это отрицать… Но американцы любят аферистов. Исторически сложилось так, что мы часто восхищались, если не отождествляли себя с кем-то, кто намеревается обыграть и/или успешно поломать систему, будь то законная игра или преступная деятельность.
После первых президентских дебатов, когда Трамп, по сути, признал, что несколько лет он просто не платил налоги («что делает меня умным»). Он обыграл налоговую систему и «профессионалы» сделали предположение, что такое признание глубоко обеспокоит рядовых избирателей, которые платят налоги. Но не тут-то было. Я гарантирую вам, что Трамп чувствует себя где-то глубоко в «Миссисипи американской политики»…и после таких заявлений, что самое удивительное, число его избирателей растет, полюбуетесь на рейтинги. В конце концов, он победил систему, даже если он пока и не сделал этого фактически.
Всякий раз, когда я вижу Трампа и читаю отчеты о его деловых отношениях, я вспоминаю о том, что сказал в 1920-е годы в Чикаго криминальный авторитет Аль Капоне британскому журналисту Клоду Кокберну: «Слушай, не думай, что я один из тех проклятых[антиамериканских] радикалов… не думай, что я хочу сломать американскую систему. Мои ракеты летают строго по американским векторам. Капитализм… называйте это так, как вам нравится, дает каждому из нас прекрасную возможность, мы только должны захватить ее обеими руками и выжать из нее максимум пользы». «Ракеты» Трампа так же «летают по строго американским векторам». Он Тони Сопрано в казино капитализма ‑ и поэтому не может быть не американским явлением.
Мой отец был коммерсантом. Я рос наблюдая за ним… Я существовал на краю его вселенной продаж, и, хотя я думал, что отверг его мир, истина заключается в том, что, учитывая шансы и правильные обстоятельства, я до сих пор люблю продавать себя. Это затягивает в самую суть американского мира. Есть еще один аспект этой банальной карты мира отцов и детей — я когда-то признал то, что я и сейчас признаю в персоне Трампа — главное — то, что он хулиган. Эта челюстью-навыкат позиция, этот драчливый вызов миру — тело и лицо, которое, кажется, создано противостоять постоянной возможной угрозе. Это было нормой в мире, где я вырос, наши отцы выглядели так (и по-прежнему выглядят так во многих семьях). Это было большой частью «дотрамповского» мира: его манеры, «способ бытия», то, что Дональд перегнал в иконическую версию, на жесткий диск — позиционируя себя, как не банального школьного хулигана, но «большого» бесцеремонного бретера, гопника. Тем не менее, по крайней мере, для меня (и я думаю, что и для многих американцев) этот тип невозможно не узнать… и я подозреваю, что для людей, выросших среди хулиганов, идея о том, что такой хулиган в Овальном кабинете будет говорить за вас, на этот раз видится странно-привлекательной.
И тем не менее, я не считаю, что все в Дональде нам напоминает обычного американца. В этом странном сезоне выборов есть аспекты, которые являются настолько новыми, что поражают всех нас. Начнем с того, что он стал первым кандидатом нашей эры, который признал упадок страны. Иными словами, он единственный политик в США, который отказывается участвовать в ритуале — обязательном до сих пор для американских президентских кандидатов и президентов: подтвердить (неоднократно), что Соединенные Штаты являются самой великой, самой исключительной, самой необходимой страной всех времен и что они обладают «лучшей боевой силой в истории человечества».
Несомненно, сейчас подобное рефлекторное желание повторять эти шаблонные фразы отражает неуверенность в себе относительно будущей имперской роли Америки. Оно повторяется в качестве волшебной мантры и используется, чтобы отразить реальность. В конце концов, когда большая сила действительно находится на высоте, какими Соединенные Штаты были во времена моей юности, никто не чувствовал потребность постоянно защищаться и настаивать на том, что это так.
Трамп решительно разделался с этой версией «политической ортодоксии», и это во многом говорит нам о нашем времени — ведь сейчас он в последнем туре выборов 2016 года, а не на свалке американской истории. Его утверждение, уникальное в наши времена, о том, что Америка не лучше всех, и только он может сделать Америку великой снова! — Добавьте к этому его постулат о том, что военные США в эпоху Обамы не имеют ничего общего с «лучшей боевой машиной в истории». По его словам, теперь армейские клише — это «катастрофа» и «упадок», а генералы были «превращены в руины». Еще недавно такие заявления автоматически привели бы к дисквалификации его в качестве кандидата в президенты (или могли бы иметь и другие последствия). То, что он может теперь постоянно позволять себе такие заявления в глаза, писать их на футболках и кепках, делать их лозунгом кампании… говорит о том, что мы действительно проснулись в новом американском мире.
По сравнению с его республиканскими соперниками, а теперь и Хиллари Клинтон, он стоит особняком, принимая и подчеркивая то, к чему все большее число американцев, особенно белых, тоже очевидно пришли: что эта страна находится в состоянии упадка, ее величие осталось в прошлом, или, как смягчают социологии — «Америка больше не движется в правильном направлении»; и теперь очевидно, что она оказалась именно «на ложном пути». Таким образом, он осветил правильную магистраль, глубокие сомнения, особенно среди белых мужчин рабочего класса — что рабочие места ушли, и вообще мир протух.
Значительная часть белого рабочего класса, по крайней мере экономически или психологически, ощущает себя прижатыми к стене… и что некуда больше податься. При таких обстоятельствах, многие из этих избирателей, очевидно, решили, что готовы послать в буквальном смысле разрывной снаряд в Белый дом; то есть, они готовы рискнуть, даже если пострадают от этого — если он упадет на них.
Это и есть новое (неузнаваемое) амплуа, которое Дональд Трамп заполнил собой. Дональд представляет собой, как любит говорить мой друг, террориста-смертника от имени всех нас. И проголосовать за него, помимо всего прочего, будет значить — осуществить акт нигилизма; настроение, которое хорошо сочетается с упадком империи.
В конце концов, думайте о нем, как о послании в бутылке, которое прибило к нашем берегу…
Речь действительно не о Дональде Трампе. Речь о нас», — заключает автор Tom Dispatch.