Мины, особенно противопехотные, считаются жестоким оружием из-за неизбирательного действия и опасности для мирных жителей. Из-за этого их пытаются запретить, а ООН даже учредила 4 апреля День просвещения по вопросам минной опасности и помощи в разминировании. Важно помнить, что мины — это не только примитивные «блины», которые ждут, пока на них наступят. Некоторые из них бывают умными и способны выбирать цели, а другие почти невидимы для металлоискателей. О разнообразии мин — в материале «Газеты.Ru».
«Стелс» мины из дерева
Первые противопехотные мины современного типа появились во второй половине XIX века и применялись, например, во Франко-прусской войне. В ту пору они считались редким нишевым оружием и оставались в таком статусе в течение Первой мировой войны, когда основными средствами обороны были колючая проволока и пулемет.
Ситуация изменилась ко Второй мировой войне: военачальники осознали, насколько важно лишить противника возможности свободно перемещаться. Однако к тому времени технологии позволили создать эффективное средство борьбы с минами — переносной металлодетектор. Они появились в первой половине войны, — например, советский ВИМ-203 или польский Mark I, используемый Великобританией, стали важнейшими инструментами для саперов.
В ответ на это немцы разработали два типа новых мин, Glasmine 43 и Schü-mine 42. Первая имела корпус из стекла и химический взрыватель, а вторая — деревянный корпус и взрыватель с минимальным содержанием металла.
Металлодетекторы их не видели, и потому разминирование можно было проводить либо вручную, либо с помощью минных цепов, либо бомбами и снарядами (что ресурсоемко). Большинство стеклянных мин немцы применить не успели, а деревянные использовались широко, — известно, что во время высадки в Нормандии британская армия массово привлекала к их поиску кинологов с собаками. Аналогичные деревянные мины существовали и в СССР (например, ПМД-6), причем основной мотивацией при выборе материала была не скрытность, а простота и цена.
Мины-лягушки
Классическая нажимная мина, существовавшая с XIX века, обладала существенным недостатком, — она ранила только того, кто на нее наступил. Будучи закопанной в землю или лежащей на ней, она не могла засеять пространство вокруг осколками и поразить весь отряд. Зная об этой проблеме, немецкие инженеры еще до войны создали S-mine — мину, способную выпрыгивать из земли.
Она представляла собой цилиндр диаметром 10 см и высотой 15 см, из которого торчал вверх стальной стержень. На конце стержня размещался датчик физического контакта, но с помощью специального адаптера его можно было заставить срабатывать от растяжки. Мину закапывали в землю так, чтобы торчал только стержень.
При срабатывании взрывателя небольшой пороховой заряд выбрасывал мину из стакана-основания на высоту метра, после чего основной снаряд детонировал и засыпал все вокруг сотнями стальных шариков.
Выпрыгивала мина через несколько секунд после того, как на нее наступят, но, вопреки распространенному мифу, стоять на ней во избежание взрыва было бесполезно. Механизм срабатывал независимо от того, убрал человек ногу или нет, и самым эффективным способом спастись, если ты ощутил или услышал контакт, было лечь на землю или занять укрытие.
S-mine была очень эффективна и массово применялась Вермахтом. В 1939 году большое количество мин-лягушек, прикрывающих «линию Зигфрида» , стало одним из ключевых факторов, из-за которых французы отказались от наступления. Единственным минусом S-mine была большая масса металла, из-за чего их надежно обнаруживали металлодетекторы.
В итоге прыгающие мины были быстро скопированы западными союзниками, а в СССР их судьба была неудачной. Советская ОЗМ-152 появилась еще до войны, но отличалась от немецкого аналога — она была ненадежной, дорогой в производстве и сложной в установке. Поэтому с началом войны их производство было прекращено. Близкий аналог S-mine появился в СССР лишь в 1950-х годах.
Не пачкая руки
Основным способом постановки мин с момента их появления было помещение их на или в землю вручную. Это занимало время и подвергало риску саперов, а минирование тылов противника могут проводить только самые опытные бойцы.
Поэтому в середине XX века появились системы дистанционного минирования, которые позволяли разбрасывать мины с помощью артиллерии, специальных машин, с вертолетов или самолетов.
Открыто разбросанные нажимные мины более заметны и менее эффективны, и потому инженеры постарались приблизить их к установленным вручную с помощью ряда хитростей.
Печально известной вехой в истории дистанционного минирования стала американская BLU-43 Dragontooth, разработанная в середине Вьетнамской войны. Она состоит из пластикового корпуса размером со спичечный коробок и более крупного стабилизатора, который при сбросе с самолета заставляет мину спускаться по спирали и мягко приземляться, — это похоже на траекторию опадающего лепестка. Внутри корпуса налита жидкая взрывчатка, которая детонирует, если на BLU-43 наступить, — эффект, как правило, не летальный, но тяжелая травма стопы почти всегда гарантирована.
В США эта мина не получила распространения, зато СССР очень быстро скопировал ее под именем ПФМ-1 «Лепесток». В отличие от американского аналога, ее можно было также разбрасывать с помощью реактивных снарядов и минных заградителей на базе автомобилей. ПФМ-1 массово использовались в войне в Афганистане, а затем их гигантские запасы были унаследованы постсоветскими армиями.
Мина при падении остается на поверхности и замаскирована лишь защитной окраской, а уничтожить ее можно подручными средствами: например, унеся простыми вилами в безопасное место или бросив в нее старую покрышку (если вы гражданский человек, ни в коем случае не делайте этого и в случае обнаружения мины обратитесь в полицию или к военнослужащим).
Однако BLU-43/ПФМ-1 берут не качеством, а количеством, и при сбросе их сотнями тысяч поля становятся почти непроходимыми для пехоты, особенно если прикрывать их стрелковым оружием и артиллерией. Кроме того, за счет своего количества такие мины считаются чрезвычайно опасными для мирных жителей, и особенно для детей, которые принимают их за игрушки. Кроме того, для своих войск мины-лепестки столь же опасны, как и для вражеских. Поэтому ПФМ-1 ненавидят как солдаты, так и гуманитарные организации, которые борются за запрет противопехотных мин.
В ином направлении пошли создатели советской мины ПОМ-2 и ее американского функционального (но не конструктивного) аналога ADAM (Area denial artillery munition — зона поражения артиллерийскими боеприпасами). ПОМ-2 внешне напоминает S-mine с набором «ножек», расположенных звездой. После сброса она разворачивает их, чтобы прийти в вертикальное положение, а также раскидывает в стороны четыре тонких десятиметровых капроновых нити. Если за нить потянуть с силой всего 300-400 грамм-сил, стоящая вертикально мина взорвется и поразит людей осколками.
ADAM также предназначена для сброса с воздуха или с помощью снарядов и использует чувствительные нити для детонации. Однако на этом сходство заканчивается: по форме она больше похожа на кусок торта, у нее нет ножек, зато есть «прыгающий» механизм, подобный S-mine. Чтобы снаряд всегда выбрасывался вверх, он помещен в круглую емкость, куда налита жидкая взрывчатка. Она всегда стекает вниз и при детонации толкает сферический боеприпас в противоположную сторону.
Мины могут быть умными
Некоторые мины совершенно не похожи на классические и больше напоминают ловушки из приключенческих фильмов. Самые простые из них представляют собой подобие гранатометов-самострелов, направленных поперек дороги или поля. Например, созданная в 1960-е годы американская M-24 mine основана на снаряде гранатомета Super Bazooka, пусковая труба которого смонтирована на специальной установке. От установки тянется кабель, в котором находятся два изолированных друг от друга провода. Когда танк сдавливает кабель, нарушает изоляцию и замыкает цепь, гранатомет стреляет, поражая танк. Аналогичным образом работает немецкая противотанковая PARM, но ее модифицированная версия оснащена инфракрасным датчиком для более точного наведения на цель, что позволяет увеличить дальность до 100 метров.
Советская противотанковая ТМ-83 была устроена еще более хитро. У нее не было проводов, в режиме ожидания она прослушивала почву вокруг с помощью акустического датчика.
Когда поблизости оказывался танк, включался инфракрасный датчик, и как только машина доезжала до линии, куда он направлен, производился выстрел. Если же танк не попадал в поле зрения, мина снова «засыпала». Стреляла ТМ-83 не гранатой, а ударным металлическим ядром, способным пробить броню.
Самые современные противотанковые мины работают по схожему принципу, но имеют больший радиус действия и поражают противника сверху. К этому классу относятся американские M93 Hornet, XM1100 Scorpion и российская ПТКМ-1Р. Они так же оснащены акустическими датчиками, но их дополняют чипы, которые способны определять тип техники. Благодаря этому дорогая мина срабатывает исключительно на танки и не реагирует, например, на легковые автомобили.
Когда танк оказывается примерно в 50 м, из стоящей на земле установки высоко в небо выбрасывается снаряд. Он быстро вращается, а установленный ИК-сенсор сканирует при спуске (или подъеме) местность концентрическими кругами. Когда «взгляд» датчика падает на танк, снаряд выпускает в этом направлении ударное ядро.
В целом, любые мины отличаются невысокой избирательностью и представляют опасность как для собственных войск, так и для мирных жителей. В связи с этим использование мин пытаются ограничить, а международные гуманитарные организации настаивают хотя бы на запрете противопехотных мин.
Однако вряд ли это произойдет в обозримом будущем, поскольку к Оттавскому договору о запрете не присоединяются основные воюющие страны: США, Россия, Китай, Израиль и Индия (Украина присоединилась, но отказалась от соблюдения). Возможность заблокировать продвижение противника (или хотя бы замедлить его) считается слишком ценной, и потому гуманитарные соображения пока отступают.