Руководитель реквизированной сети клиник «Новое зрение» рассказал об отношениях бизнеса и власти в Беларуси.
Руководитель реквизированной сети клиник «Новое зрение» Олег Ковригин рассказал «Радыё Свабода» о национализации его центров в Беларуси, отношениях бизнеса и власти и цене «откупа» от уголовных дел, а также о задержании Интерполом.
Как власти забрали клиники «Новое зрение»
«17 января 2023 года более 150 сотрудников силовых структур одновременно вошли во все клиники за пять минут до закрытия. И путем прессинга, путем пыток, а некоторые сотрудники были отпущены с допросов в 5 часов утра (ночные допросы в принципе запрещены), выдавили показания, что якобы есть какие-то зарплаты в конверте. И речь шла об очень незначительной сумме. Им нужна была какая-то зацепка, чтобы зайти на предприятие.
Ситуация стала развиваться так, что заблокировали счета. Чем платить за электроэнергию? Это блокирование является полностью незаконным действием: даже если такое происходит, людям все равно должна выплачиваться заработная плата, даваться деньги на оплату коммунальных услуг, потому что больница — это процесс, который нельзя остановить. Это не фабрика, где можно нажать выключатель и просто не выпускать продукцию».
«Стояла конкретная цель, которая заключалась просто в одном – изъятии активов у иностранной компании, которая имела тесные связи с Литовской Республикой, Великобританией, все поставки шли с Запада. Ряд сотрудников, которые работали в компании, участвовали в событиях 2020 года».
«Я столкнулся с проблемой, с полным отсутствием возможности оказания юридической помощи. К нашему юристу пришли силовые структуры (люди были в штатском) и изъяли всю деловую документацию за последние 15 лет, деловую переписку. После этого все адвокаты отказывались с нами работать в Беларуси. Единственный выход-найти каких-то ликвидаторов, но и здесь мы столкнулись с тем, что и ликвидаторы не хотят работать. Как только приходила команда, их вызывали на допросы и угрожали внесудебными расправами».
О задержании Интерполом
«Меня поставили в красный список Интерпола, который подразумевает высшую степень опасности, приравняли к людоеду. Я ехал на суд в Беларусь, был остановлен на контроле, задержан по процедуре, которая есть у Интерпола.
Избавить от ордера может только суд. У меня это заняло один день. Провел его в компании полицейских, которые понимали, что это все как минимум неправда, как максимум они выражали мне сочувствие и помощь. Мой суд длился 15 минут, потом отпустили. Теперь будет процесс, чтобы снять эту карточку Интерпола».
Об отношениях бизнеса и власти
«Естественно, я знаю бизнесменов, которые имели связи с Лукашенко. Я с ними знаком как с пациентами. Можно было поговорить, выпить кофе. Не секрет, что весь крупный бизнес в Беларуси идет по арабской модели. В ОАЭ существует центр, который отслеживает бизнесы от одного миллиона и составляет точные. В Беларуси созданы информационно-аналитические центры, которые выполняют, по-видимому, такие же функции. Если бизнес приносит какие-то дивиденды, прозрачный, на ладони, то для них с ним можно делать все что угодно. Получить развитие и прыгнуть вперед возможно только применяя технологии и общение с государственными структурами. Яркий пример — компания «Табакерка». У меня легкое чувство брезгливости к такому бизнесу, не считаю его честным. Это просто коррупция, воровство, лоббизм. У нас был абсолютно простой, чистый бизнес: человек мог выбрать — пойти получить услугу в государственной больнице или в частной».
«У меня нет политических требований. Я строю больницы. Более того, даже вот сейчас это политическое дело не подтолкнет меня заниматься политикой. Я просто рассказываю, что могут сделать с обычным человеком ради денег».
«Не вижу централизованной власти, одного человека, который может охватить все. Я думаю, что под этим соусом наносится огромный ущерб стране, людям, просто набивающим карманы тем чиновникам, которые в этом участвуют».
«Отрасль микрохирургии просто разрушена. И если бы они сказали, что «поняли свою ошибку, окажем вам помощь» и если бы у меня появилось желание, то даже специалист хорошего уровня будет восстанавливать это пять лет. Но вы правы в том, что недостача денег заставляет бросаться в каких-то непонятных движениях и от этого получать еще большие проблемы».
«Рассказывали историю, что в районе был завод, который обвинили в какой-то мелочи, но он давал 40 процентов налогов в бюджет. Это зацепило юриста, который занимался этим делом, он пришел на прием к министру экономики, начал говорить, что, если закроете этот завод, не смогут содержать этот район, так как все зависит от налогов, которые платит этот человек. Нет такого понятия «государственные деньги», это налоги, которые платят люди, народные деньги. Закончилось все тем в кабинете, что он (министр экономики. — Ред.) сказал: «Мне все равно». А выход нашли в том, что присоединили этот район к другому. Навесили налоговую нагрузку на другой район. Что же это такое?»
Почему решил не платить «откуп» властям
«Суммы на откуп были огромные. За то, чтобы просто выйти, — 30 миллионов долларов, плюс штрафа 20 миллионов долларов. Это из первых уст человека, с которым я разговаривал. Он, к сожалению, умер, но он был моим другом.
Мне 55 лет. Я прошел 90-е, но никогда не платил бандитам. А для меня что бандит, который приходит с оружием в руках требовать чего-то, что чиновник с удостоверением — бандит. У них там внутри есть понятие, что я недоговороспособен. Я не плачу. Главная цель, чтобы им дали взятку. Какую-то часть в бюджет, но главное им. Сохранить часть бизнеса там — это для меня то же, как продать часть совести».
Что делать бизнесменам в Беларуси
«Очень разные ситуации. Я бы с удовольствием порекомендовал инвесторам свернуть бизнес и уйти из Беларуси. Но специализированное здание и социальная ответственность перед пациентами заставляла нас работать. Мы видели, что может быть такой исход, мы ожидали, что так могут сделать».
«Тот, кто работал в Беларуси, сможет спокойно, взяв себя в руки, работать в любой другой стране. Я бы рекомендовал менять локацию».
«Если кардинально нельзя изменить свою жизнь в стране, то надо подумать об отходных путях. Я не случайно выехал из Беларуси (это не первое преследование Олега Ковригина со стороны белорусских властей, еще раньше его обвиняли в контрабанде оборудования, однако в 2016 году уголовное дело против него закрыли. — Ред). Лучше это делать заранее, а не тогда, когда за тебя взялись. Я считаю, что если человек не запачкался с властями общим делом, то бизнес в эмиграции можно вести».
Будет ли подавать в международный суд против Беларуси
«Думаю, что будем это делать от инвесторов. Но мы сейчас в очень странной ситуации: нет никакой связи с происходящим с предприятиями. Взяли на работу директора — чтобы он руководил, — через три часа его забрали прямо с работы и повезли на допрос. Никакого управления нет, они всех запугали».
«Если мы получим на руки факты фактического хищения собственности, документы, естественно, будет консультация с юридическими компаниями, которые примут меры для того, чтобы компенсировать этот ущерб. Если будет признано, что государство Республика Беларусь допустило попустительство своим органам, будет взыскиваться ущерб с собственности страны по всему миру. Первые консультации говорят, что шансы на успех очень велики».