От кого хочет освободить русских «Свободная Россия»?
Все эти «желтые жилеты», оранжевые аксессуары, белые ленточки или литера Z в разных ее репрезентациях могут разрушать связи, превращать приятелей в идейных врагов, приводить к травле и, в конце концов, к официальным действиям — запрету и даже уголовному наказанию за использование. Символы — это не только знак принадлежности к определенной идеологии, но и форма ее воплощения. Трактовка символов не всегда одна и та же, но наиболее «запомнившаяся» будет превалировать: вряд ли у здравомыслящего человека свастика на красном фоне будет вызывать ассоциации исключительно с атрибутом индуистского бога Вишну.
Флаг очень удобен: его можно использовать в уличной политике — группу демонстрантов всегда легко «опознать» чисто визуально. Недаром создатели флага «Свободной России» сетовали на то, что во время проведения «антивоенных» демонстраций в разных городах мира (вплоть до Австралии) собравшихся под украинским «жовто-блакитным прапором» не принимали за русских — что логично. Флаги очень удобны для всякого рода «мерча». Но самое главное, флаг вне интерпретации — просто полотно.
Знамена известны с глубокой древности, но настоящее свое значение получили только в христианскую эру. Согласно легенде, император Константин использовал в битве со своим братом знамя с крестом, так как накануне ему было видение Креста Господня в небе с девизом In hoc signo vinces («Сим победиши!»).
В дальнейшем крест как традиционный, так и андреевский, часто употреблялся при составлении флагов и гербов. И это не совпадение — крест изображался на антиминсах (платах с частицами мощей), на которых совершается освещение св. Даров — главной части литургии в православии и других восточных церквях. К нему нельзя прикасаться несвященнослужителям, без него невозможно совершение церковной службы. Храм, в котором нет антиминса, — просто красивое здание.
Аналогия со знаменем прямая, которая так же прослеживается до сих пор. Так, воинское подразделение, утратившее знамя, распускается, но сохранившее, пусть даже состоящее из нескольких человек, снова набирается и продолжает существовать (вспомните кинофильм «Они сражались за Родину»).
Осквернение флага — серьезный политический акт, который выражает острое неприятие той организации и действий, которые за этим флагом стоят. Вспомните многочисленные случаи сожжения американского флага пацифистами во время протестов против войны во Вьетнаме. Согласны мы с христианской трактовкой знамен или нет, для нас они всегда будут иметь колоссальное символическое значение.
Кто стоит под новым б-с-б-знаменем?
Именно поэтому не стоит недооценивать создание флага движения «Свободная Россия», появившегося прямо сразу после начала СВО как визуальный маркер протестующих граждан России, в основном проживающих за границей. Однако он является, если можно так выразиться, материальной квинтэссенцией ряда идей, объединяющих протестантов против СВО и шире — против существующего в современной России порядка, который уже много лет не дает им покоя, является официальным поводом для эмиграции и т.д.
Сразу оговорюсь, что в этих идеях, на мой взгляд, нет ничего нового, нет свежести, и именно поэтому они скучны и непривлекательны. На них можно было бы не обращать внимания, если не их откровенная враждебность и агрессивность. Под налетом «общечеловеческих ценностей», толерантности и принципов гуманности они чаще всего просто обозначают ненависть и нетерпимость по отношению к своим оппонентам. Собственно, сам флаг представляет из себя официальный флаг РФ, лишенный красной полосы, что на самом деле не совсем так, но об этом ниже. Отсутствие красного цвета объясняется «смытой кровью» — то есть чувством вины за начавшуюся войну на Украине — вспомните лозунг «Мне стыдно, что я русский» (кстати говоря, появившийся еще в конце 80-х — начале 90-х).
Те, кто этот флаг наклеивает на авто или вставляет в аватарку в соцсетях, часто пишут что-то вроде «мы за мир», используют различную риторику сожаления и раскаяния и в то же время открыто высказывают уверенность, что «путинская Россия рухнет — это факт», всех «сатрапов» ждет «второй Нюрнберг», а сама страна находится на грани распада. Подчеркну, никто из «свободных русских» не сомневается в этом (то, что подобные взгляды точно не поддерживает большинство населения, лишь создает для них иллюзию элитарности и исключительности).
На форуме движения «Свободная Россия», прошедшем недавно в Вильнюсе, возможность фактического самоуничтожения нашей страны не вызывала дискуссий, выступавшие в связи с этим ставили вопрос: достойны ли мы как ее граждане рассчитывать на международное помилование и помощь, как послевоенная Западная Германия (одним словом, за этим стоит представление, что последние события — такие же или хуже тех, что сотворил Третий рейх). Екатерина Шульман, одна из тех, на кого «свободные русские» явно ориентируются, и вовсе удивила, сказав, что «прежняя формация государства рассыпается на глазах» и что «переизобретение» России — это большое занятие для всего интеллектуального класса на ближайшие десятилетия. К этому высказыванию мы вернемся ниже.
Вообще, сочетание «замирной», задевающей сентиментальные струны риторики с просто поистине змеиной агрессией — довольно узнаваемый маркер. Такой несистемный, казалось бы, комплекс эмоций и взглядов свойственен представителям т. н. поколения «снежинок» (англ. snowflake), считающего собственную безопасность абсолютной ценностью, выступающего против любого проявления насилия и одновременно готового на любое насилие по отношению к своим оппонентам. Это, например, герои репортажей журнала The Village, те, кто из-за, в общем, необоснованного страха эмигрировал в Грузию, Израиль, Прибалтику и другие страны. Это персонажи, от содержания страничек в «Фейсбуке» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) которых складывается впечатление, что монитор вот-вот «замироточит», — так много там стенаний и плача. При этом по отношению к своим оппонентам они используют исключительно площадную брань. Всех их также объединяет уверенность, что «весь этот кошмар» скоро кончится. И речь идет не столько о военных действиях на Украине, сколько о современных российских порядках. Кстати, «свободные русские» поддерживают и одноименный «легион», который сейчас воюет против ВС РФ. Как и их предшественники, власовцы, «легионеры» используют лазорево-белые цвета (Власов осквернил Андреевский флаг тем, что использовал его на нашивках униформы).
Историческая интерпретация
«Свободная Россия» как название для протестного движения — не современное «изобретение». Так назывался диссидентский кружок, действовавший в Свердловске (ныне — Екатеринбург) в 1968−70 гг. Он возник на волне событий в Чехословакии и «красного мая», когда протестное левацкое движение в Европе сильно повлияло на политические процессы во многих странах, и во многом стало основой для современного европейского политического дискурса. Как пишет учебник «История Урала с древнейших времен» (да-да, учебник с таким названием используют в школах), «Свободная Россия» насчитывала до 50 членов. Естественно, КГБ «накрыл» организацию, а ее незадачливых создателей советская юстиция раскассировала на срок до пяти лет по колониям. Впоследствии, уже в 2000-е, создатели организации заняли оппозиционную по отношению к руководству страны позицию. Кстати говоря, голубой цвет полосы на флаге «Свободной России» на самом деле соответствует не современному российскому флагу, но влагу РФ 1991−93 гг. и тому, который часто можно было увидеть на демонстрациях в поддержку Ельцина в период перестройки.
Очень любопытна аллюзия на знамя Новгородской республики. И дело не только в том, что Новгородское вече принято считать единственным примером демократии среди русских княжеств. Путешественники, которые посещали Русское государство, начиная с Сигизмунда Герберштейна (XVI в.) часто отмечали, что собственно русские делятся на «московитов» и «новгородцев». Если первые, по мнению западных хронистов, обладали целым комплексом недостатков (свирепые, злые, при этом трусливые и раболепные, скупые и одновременно нищие), то новгородцы были вполне себе «европейцами». На это накладывается еще и известный в Европе поход Ивана Грозного на Новгород в 1569 г., показанный как бессмысленная жестокость тирана против собственного населения. «Любимая песня» украинских националистов о том, что московская власть — наследница не древнерусских, а золотоордынских традиций, отлично укладывается в это представление. Сейчас, кстати, подобные мысли высказывал другой почитаемый среди «свободных» эмигрантов интеллектуал, известный писатель Григорий Чхартишвили (Борис Акунин).
О том, насколько Новгородская республика отличалась от «Московщины» и как это важно для исторического бэкграунда «Свободной России», говорит вполне себе соответствующий идеологии движения скандальный мультфильм, который демонстрируют всем посетителям «Ельцин-центра» (и снова Екатеринбург). В этом мультике, который представляет из себя общий абрис всей российской истории, главным антигероем показан… Иван Третий, цепями сковавший русские земли и коварно захвативший Новгород. А ведь речь идет ни много ни мало о деятеле, основавшем такую историческую реальность, как Россия. Подчеркну, что важна не сама история «Господина Великого Новгорода», не имеющего никакого отношения к современной демократии, а ее интерпретация в рамках современного политического дискурса.
Конечно же, за всем этим, казалось бы, несовместимым фейерверком идей, аллюзий и интерпретаций не стоит ничего общего. Действительно, что может быть общего с протестом против войны на Украине, протестом против власти (чего стоит одна только схожесть флага «Свободной России» с бело-красно-белым флагом белорусских протестантов, выступавших против Александра Лукашенко двумя годами раннее), Новгородской республикой и небинарными дизайнерами этого «знамени»?
Такое просто невозможно вне постмодернизма, однако по отдельности всё это выражает ценности, объединяющие сообщество тех, кто занимает активную позицию против того, какое место должна занять наша страна как в геополитическом плане, так и в плане сохранение «самости», своей идентичности. Это символ того «конструкта», эрзаца, которым хотят подменить нашу историческую память, традиции государственности и вселить онтологическое чувство вины как часть нашего сознания, которое по этой логике также необходимо «переизобрести». Речь идет об очень опасном потенциале, который, еще раз подчеркнем, из интернет-сообщества перешел в уличную политику и сейчас используется боевиками, воюющими против наших Вооруженных сил.