Project Syndicate: ЕС столкнулся с опасным противоречием
Нельзя сказать, что самым значительным событием, произошедшим на недавних выборах в Европейский парламент, стало то, что консерваторы и социал-демократы уступили свои позиции либералам и «зелёным», или то, что ультраправые националисты получили меньше мест, чем ожидалось. Дело в том, что никто не ожидал, что в выборах примет участие такое большое число избирателей, пишет Жан Пизани-Ферри в статье для издания Project Syndicate.
Читайте также: IMI: Китай в конечном итоге может прийти на помощь Ирану
В период между первыми выборами в Европейский парламент, состоявшимися в 1979 году, и предыдущими выборами, которые прошли в 2014 году, явка избирателей постепенно снизилась с первоначальных 63% до 43%. Пять лет назад в 20 из 28 стран — членов ЕС менее половины европейских избирателей, имеющих право голоса, приняли участие в голосовании, что не могло не подорвать демократическую легитимность парламента. Эксперты открыто поставили под сомнение ценность выборов, к которым большинство избирателей просто не проявило интереса. Казалось, что ЕС отныне принадлежит дипломатам и технократам, а не европейским гражданам.
В 2019 году ситуация с явкой избирателей изменилась впечатляющим образом. Явка избирателей увеличилась в 20 европейских странах, достигнув в среднем 51%, что на восемь процентных пунктов выше, чем в прошлый раз. Правда, в некоторых европейских странах выборы в Европейский парламент проходили одновременно с национальными выборами. Но разрыв в явке по сравнению с предыдущими показателями оказался слишком велик, поэтому его нельзя просто списать на то, что в некоторых странах национальные выборы совпали с выборами в Европейский парламент.
Детальный анализ результатов выборов показывает, что многие европейские граждане решили, что ставки оказались слишком высоки, чтобы просто взять и пропустить выборы. Избиратели руководствовались разными мотивами, например, одни были обеспокоены последствиями изменения климата, других волновали вопросы миграции или борьбы с терроризмом. Также европейские избиратели заинтересованы в степени готовности ЕС к соперничеству с мировыми державами. Так как избиратели рассматривают ЕС в качестве единого игрока, они решили заявить о своих политических предпочтениях и направить своих представителей в Европейский парламент, чтобы те отстаивали их взгляды и интересы.
Теперь главный вопрос заключается в том, что новый Европейский парламент сможет дать своим избирателям? В рамках обычной демократии после парламентских выборов переходят к формированию правящего большинства, а затем проводят соответствующие политические изменения. Однако в рамках ЕС Европейский парламент — это лишь один из игроков, определяющих европейскую политику. К числу других игроков относятся Европейская комиссия, состав которой формируется с учётом пожеланий государств — членов ЕС, и Европейский совет, в состав которого входят лидеры европейских государств. Это означает, что между результатами выборов в Европейский парламент и реальными политическими приоритетами существует лишь слабая связь.
Кроме того, для парламентских коалиций свойственна определённая степень инертности. Поскольку ни одна из возможных альтернативных коалиций не имеет большинства, это приведёт лишь к расширению нынешнего альянса, в рамках которого правоцентристская Европейская народная партия (ЕНП) и левоцентристские «Социалисты и демократы» (S&D) останутся доминирующими игроками, которые, несомненно, обеспечат политическую преемственность.
Читайте также: The Hill: Энергетическую отрасль США ждут непростые времена
Выборы в Европейский парламент показали, что растущая доля европейских избирателей видит вещи иначе, чем их национальные правительства. Европейские граждане явно использовали свои голоса для выражения политических предпочтений, однако лишь немногие правительства готовы к расширению политических возможностей европейских институтов власти. Некоторые европейские страны по-прежнему крайне враждебно относятся к тому, чтобы предоставить ЕС больше полномочий или позволить Европейской комиссии более настойчиво продвигать свои приоритеты. По сути, большинство европейских правительств сегодня выступает за сохранение нынешнего статуса-кво.
Однако через пять лет ЕС либо достигнет тех политических целей, которые европейские избиратели справедливо считают благими для всего ЕС в целом, либо он полностью утратит свою актуальность и легитимность. С одной стороны, необходимо удовлетворить требования европейских избирателей, а с другой стороны, нельзя не учитывать стремление европейских правительств к стабильности и политическому компромиссу. Это противоречие, с которым в настоящий момент столкнулся Европейский союз. От того, удастся ли ЕС разрешить это противоречие или нет, будет зависеть, сохранят ли европейские граждане свой интерес к выборам в Европейский парламент или окончательно разочаруются и откажутся принимать в них участие.