Права человека в Эстонии. Безгражданство
30 марта 1990 года Верховный Совет Эстонской ССР принял Постановление «О государственном статусе Эстонии». В нем сообщалось, что Верховный Совет утверждает, что оккупация Эстонской Республики Союзом ССР 17 июня 1940 года не прервала существование Эстонской Республики де-юре: территория Эстонской Республики является оккупированной до настоящего времени. В том же постановлении государственная власть СССР в Эстонии была признана незаконной с момента ее установления.
Получается, что «коллаборационисты» публично заявили о своей нелегитимности. Но чего тогда стоит изданное ими постановление? Несмотря на все эти несуразности, «местные представители оккупационных властей» переименовали Эстонскую ССР в Эстонскую Республику, и был объявлен так называемый «континуитет», то есть «продолжение» Первой Эстонской Республики (1920−1940). Соответственно, люди, приехавшие в Эстонию с 1940 по 1990 год, а также их потомки были признаны «оккупантами» и лишены эстонского гражданства вместе с гражданскими правами.
Однако 12 января 1991 года в Москве был заключен Договор об основах межгосударственных отношений РСФСР и ЭР (вступил в силу 14 января 1992 года). Ч. 1 ст. 3 этого Договора предусматривала, что РСФСР и ЭР берут на себя взаимные обязательства гарантировать лицам, живущим на момент подписания настоящего Договора на территориях РСФСР и ЭР и являющимся ныне гражданами СССР, право сохранить или получить гражданство России или Эстонии в соответствии с их свободным волеизъявлением.
Россия это соглашение исполнила. Жителям Эстонии достаточно было прийти в консульское учреждение российского посольства и поставить в советский паспорт штамп о российском гражданстве. Эстония же известна своей избирательностью в исполнении международных договоров. Как правило, они исполняются частично и только в тех частях, которые устраивают правящий режим. Не стал исключением и Договор 1991 года. Вместо свободного волеизъявления мы получили достаточно сложную и не менее унизительную процедуру натурализации, со сдачей экзамена на знание эстонского языка и знание конституции и закона о гражданстве Эстонии.
Правозащитник Сергей Середенко попытался разобраться в этой ситуации. Удалось выяснить, что для реализации Соглашения должна быть создана смешанная комиссия, которая и должна была регулировать вопрос исполнения этого Соглашения. Однако она так и не была создана. Получилась абсурдная ситуация. Для реализации своих прав жалуйтесь в комиссию, которой нет.
Таким образом, в 1992 году 32% жителей Эстонии остались без гражданства. До сих пор 16% постоянных жителей Эстонии не имеют гражданства страны проживания. Из них 6% (75 тысяч) вовсе не имеют никакого гражданства. Последние 10 лет количество лиц без гражданства снижается в основном за счет естественной убыли, то есть постепенного вымирания.
Существующий в Эстонии политический режим имеет признаки апартеида. Половина русского населения не имеет гражданства Эстонии и, вследствие этого, поражена в гражданских и политических правах. У них нет даже легальных способов борьбы за свои права, так как они не могут быть членами партий, депутатами как местного, так и государственного уровня, а также не могут быть чиновниками. Даже имеющие эстонское гражданство из-за структурной дискриминации не могут занимать высокие позиции как в публичной, так и в частной сфере.
Также лицам, не являющимися эстонцами, крайне трудно участвовать в гражданских объединениях, так как их проекты редко поддерживаются эстонскими фондами. Это известная в Эстонии проблема, которая умышленно не решается, чтобы создавать дополнительные преференции для представителей национального большинства.
В Эстонии не осталось ни одной партии, в программе которой была бы защита национальных меньшинств. Среди депутатов парламента количество неэстонцев крайне низкое, и их участие в политике страны сродни участию капо в помощи администрации нацистских концлагерей. Они не отстаивают права национальных меньшинств, а прислуживают этническому большинству, отрабатывая свои должностные оклады.
Комитет ООН по ликвидации расовой дискриминации в п. 11 (е) Заключительных замечаний по объединенным десятому и одиннадцатому периодическим докладам Эстонии рекомендовал рассмотреть возможность ратификации Конвенции о статусе апатридов и Конвенции о сокращении безгражданства. Эта рекомендация не была исполнена. То, что 16% жителей Эстонии до сих пор не имеют гражданства страны проживания, — это очень серьёзная проблема. Здесь стоит подчеркнуть, что речь идёт не о новых мигрантах, а о людях, которые живут в Эстонии уже в нескольких поколениях. Количество новых мигрантов незначительно. То, что за почти 30 лет гражданство Эстонии получило только 160 тысяч человек, тоже весьма характерно. По-прежнему более половины живущих в Эстонии национальных меньшинств поражены в своих правах. Если бы правительство исполнило рекомендацию комитета о ратификации Конвенции о сокращении безгражданства, то проблема такого высокого процента лиц, не имеющих гражданства страны проживания, была бы во многом решена, так как подавляющее большинство этих лиц родилось в Эстонии.
Неграждане (как и граждане государств, не входящих в ЕС) имеют ограничения по заниманию ряда должностей. В частности, негражданин не имеет права быть:
- чиновником, как государственным, так и муниципальным;
- членом политической партии;
- нотариусом;
- судебным исполнителем;
- присяжным переводчиком;
- патентным поверенным;
- капитаном порта;
- капитаном эстонского судна;
- оператором центра управления судоходством;
- лицом, чьи рабочие обязанности связаны с авиационной безопасностью;
- предпринимателем — физическим лицом, оказывающим охранные услуги, руководителем охраны или руководителем службы внутренней охраны.
Помимо этого, лица без гражданства (и граждане государств, не входящих в ЕС) не имеют права:
- голосовать на выборах в парламент Эстонии;
- быть депутатом как парламента Эстонии, так и волостных (городских) советов;
- считаться национальным меньшинством и пользоваться вытекающими из этого статуса правами;
- участвовать в работе органов национальной культурной автономии;
- приобретать недвижимость на приграничных территориях.