Антрополог и ведущий программы «Дробышевский. Человек разумный» Станислав Дробышевский рассказал о бьюти-процедурах древних людей. По его словам, археологи находят охру и другие пигменты, которыми могли пользоваться в древности. Кроме того, предки современного человека могли делать макияж с помощью ягод и создавать бижутерию из растений. Он объяснил также, чем могли отличаться стандарты красоты у людей, живущих в разных климатах. Подробнее о бьюти-рутине древних людей, — в колонке Станислава Дробышевского для RTVI.
Откуда мы знаем об украшениях древних людей
Из долговечных материалов мы можем находить раковины, кости, зубы. Однако, как показывает этнография, 90% украшений создавались из недолговечных материалов: ягод, орехов, растений. Мы не находим огромного количества пигментов, чаще всего видим лишь охру. Так что если люди клюкву как-то измельчили, а потом ей намалевали лицо, этого мы наверняка не узнаем с точки зрения археологии.
Люди могли цветочки в волосы вставлять, что-то плести из соломы, расписывать кору дерева. Мы видим лишь мизер от того, что было. Историки искусства пытались генерализированные тенденции наблюдать, но они получались сугубо искусственными.
Говоря об одежде, нельзя выявить единые стандарты: мы рассматриваем слишком гигантские промежутки времени и слишком разные культуры. Даже если взять, скажем, Европу времен оледенения, то одни бегали за оленями, другие — за бизонами, третьи — за лошадьми. И у них уже будет неодинаковое представление о жизни, и неодинаково будут украшаться, поэтому универсалей тут нет и быть не может физически.
О декоративной косметике
О том, какие конкретно средства люди использовали, мы ничего не знаем. Часто мы находим охру — это желтоватый пигмент, состоящий из гидрата окиси железа с примесью глины. В природе он встречается довольно массово. При жжении охра дает другие оттенки от красно-оранжевого до бордового. В качестве белого пигмента могли использовать мел, в качестве черного — уголь. В качестве синего пигмента мог применяться толченый вивианит, но он, правда, редко встречается в природе.
Минеральные краски сохраняются, а разные мазюкалки мы можем увидеть в этнографии: например, когда смешивают животный жир с ягодами, получается помада, а если с травами, то крем. Но найти на раскопках мы этого не можем.
Кроманьонцы очень любили охру, но мы это можем видеть на наскальной живописи. Например, на изображениях людей можно заметить черточки. Либо на скульптурах есть такие царапулечки, которые могут означать шрамирование, татуировки или окраску. В погребальных обрядах могла использоваться краска. Но в этом случае мы не знаем — так человек жил или так он умер. Может быть так, что он лежит, покрытый сантиметровым слоем краски охренной, но сказать точно нельзя — ходил ли он так при жизни или его после смерти так покрасили, чтобы он из могилы не восстал.
Живые примеры мы можем видеть в этнографии, где диапазон гигантский. Это, правда, не охотники-собиратели, а уже неолит. Австралийские аборигены, например, использовали белую краску, подчеркивающую красоту темной кожи, рисовали ей пятна, полосы. В пещере Трех Братьев (Труа-Фрер) во Франции есть изображение человека с оленьими рогами. Здесь тоже неясно: это был шаманский обряд или он каждый день так ходил. Этнография показывает, что бывает очень по-разному. Допустим, в североамериканских или южноамериканских племенах одни могли краситься, другие — нет. В Новой Гвинее одни обмазываются глиной, другие — минеральной краской, третьи — краской из ягод, а четвертые вообще ничем не мажутся.
О шрамировании
Шрамирование было популярно в Палеолите у всех мужчин старше 18 лет. На головы были нанесены шрамы, причем весьма рельефные. Кстати, в современной Африке и Австралии такое делают на каждом шагу. А о том, что так делали древние люди, мы знаем по тому, что они при шрамировании так сильно корябали череп, что на нем оставались следы. Про тех, кто шрамировал грудь или руки, мы ничего сказать не можем, потому что на костях это никак не отразилось.
Во Франции есть пещера, где можно увидеть гравировку фигур мужчины и женщины. На их теле тоже изображены пятнышки, полосочки. Вероятно, это тоже некая скарификация.
О стандартах красоты
В каждом конкретном месте были свои стандарты красоты. Универсальных не было и быть не могло, потому что это слишком гигантские промежутки времени, слишком большой разброс географический. Но в конкретных местах, конечно, были, да, без сомнения.
Есть куча спекуляций на тему венер верхнепалеолитических — фигурок, сделанных обычно из бивня мамонта. Одни бывают пухленькие, другие, наоборот, — стройные. Причем иногда на одной стоянке могут быть и те, и другие. Но отражают ли они идеал или люди вырезали фигуры тех, кого они видели вокруг? Этого мы не знаем.
Французские ученые выявили корреляцию между этими формами этих фигурок и климатом. Оказалось, что чем холоднее было на стоянке, тем стройнее фигура. Ученые решили, что раз суровее климат, тем тяжелее было жить, меньше было еды, поэтому многие худели. Тогда люди и изображали более худых. А когда наступало тепло, еды становилось больше, то и люди были с более округлыми формами. Работа, честно говоря, прикольная, но, мягко говоря, недостоверная, так как все вилами по воде писано.
Этнография же показывает, что красивым считали тех, кто их и окружал. Конечно, можно украсить тело рисунками, бусами, но чем более изолированно общество, тем чаще его члены будут считать красивыми своих соплеменников.