Рост заработной платы в бюджетном секторе грозит увеличением разрыва в динамике доходов и производительности труда, считают в Банке России. Действительно, зарплаты растут намного быстрее производительности, и это может стать проблемой. Однако если смотреть на ситуацию в более длительной динамике, не всё столь однозначно: долгое время доходы россиян росли слишком медленно — точнее, не росли вообще. Какова связь между этими явлениями, разбирались «Известия».
Производительность труда, измеряемая обычно как объем ВВП на один человеко-час работы, является главной движущей силой долгосрочного экономического роста. На короткой дистанции расти можно за счет множества факторов (например, инвестиций или роста государственных расходов), но рано или поздно они исчерпывают себя. Только производительность труда, зависящая от уровня технологического развития и квалификации рабочей силы, может обеспечить стабильный рост на протяжении многих лет. Рост доходов без сопутствующего увеличения производительности может привести только к разгону инфляции.
Зависимость от ретроспективы
По итогам прошлого года в России производительность труда выросла менее чем на 2%, тогда как доходы населения увеличились более чем на 5%. Разница серьезная, что и дает повод ЦБ задуматься о будущем. Однако ситуация выглядит несколько иначе, если взглянуть на нее в более длительной ретроспективе. В предыдущие 10 лет доходы населения в реальном выражении снижались: с 2013 по 2022 год они упали на 6%. Производительность труда за тот же период хоть и медленно, но росла: около 7% суммарного прироста за десятилетие.
Кстати, схожее положение дел наблюдалось и в 2000-е годы. Доходы населения тогда росли очень быстро, заметно опережая производительность труда, которая тогда, впрочем, увеличивалась тоже достаточно хорошими темпами (в среднем 3% в год). Во многом это компенсировало ситуацию в предыдущее десятилетие, когда зарплаты падали намного быстрее производительности.
Можно посмотреть на эту ситуацию и с другой стороны, сопоставив зарплаты и производительность труда в разных странах. К примеру, производительность в России и Германии отличается в 2,2 раза, а зарплаты, с поправкой на паритет покупательной способности, — в 2,3 раза (в обоих случаях в пользу ФРГ). Но если добавить к уравнению тот факт, что россияне в среднем работают намного больше по времени (примерно на 40%), можно прийти к выводу, что труд в России недооплачивается, даже держа в уме разницу в производительности. И нынешний опережающий рост зарплат может быть компенсацией за их недостаточно высокий уровень в прошлые годы.
Максимум ресурсов
Не всё так просто, отмечает аналитик «Финама» Ольга Беленькая. По ее словам, спрос населения зависит от динамики реальных располагаемых доходов, в резюме ЦБ все-таки сопоставляется именно рост реальных зарплат и рост производительности труда.
— Отличие в данном случае состоит в том, что реальные располагаемые доходы населения с 2013 по 2022 год действительно упали, в то время как реальные зарплаты выросли. По-видимому, ЦБ беспокоит то, что экономика работает на максимуме использования ресурсов (прежде всего, трудовых), а рост спроса, поддерживаемого в том числе увеличением зарплат, превышает возможности наращивания выпуска, и это поддерживает инфляционное давление.
Она добавила, что, хотя в долгосрочной перспективе рост реальной заработной платы почти полностью обусловлен ростом производительности труда, в краткосрочной перспективе такие факторы, как соотношение переговорных позиций работодателей и работников («жесткость» рынка труда), а также резкие изменения экономических условий («структурная перестройка») могут привести к отклонениям в соотношении реальной заработной платы и производительности труда.
— Иногда рост заработной платы отстает от роста производительности, а иногда может превышать его. Если рост реальных зарплат устойчиво превышает рост производительности труда, то это может создавать проблемы для конкурентоспособности продукции предприятий и, вероятно, для занятости.
Ограничение предложения
Главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах подчеркнул, что проблема не в росте как таковом, а в быстром увеличении разрыва и в ограничениях на стороне предложения из-за санкций, которое, по мнению ЦБ, способствует инфляции.
— Кадровый голод и конкуренция за работников ускоряет этот процесс. На наш взгляд, частично это компенсация медленного роста доходов в предшествующее десятилетие, частично структурное изменение — большая доля расходов на труд, к которой экономика должна подстроиться, а разрывы — это как раз симптом такой подстройки.
Главный экономист «БКС Мир инвестиций» Илья Федоров констатирует, что вопрос о соотношении доходов и производительности не праздный и упирается в точку отсчета.
— Возможность наращивания доходов населения за счет ренты, которая наблюдалась в нулевые, неминуемо приводила к девальвации при ухудшении условий торговли. Период адаптации с 2014 по 2022 год был подстройкой под новую реальность экономики: более низкие цены на нефть и ограниченная трансляция ренты в экономику плюс санкции. Как бы болезненно ни было для потребителя снижение реальных располагаемых доходов с 2014 года, экономика не могла поддерживать прежние их уровни. Сейчас мы сталкиваемся с новым витком трансляции ренты. Произошел рост цены отсечения по бюджетному правилу до $60 за баррель, который расширяет разрыв заработных плат и производительности труда по экономике в целом.
Ко всему этому стоит добавить, что, несмотря на все проблемы с наращиванием производительности (которые в первую очередь упираются в технологическую модернизацию, для чего нужно старательно обходить санкции), предварительные прогнозы показывают оптимизм по крайней мере в этом направлении. Опрос российских предприятий несколько недель назад показал, что компании практически всех отраслей надеются заметно продвинуться в 2024 году и повысить производительность сразу на 3,2%, что будет одним из лучших показателей за последние 10 лет.