Как облечь мечту в форму — и разделить ее с другими
Самый известный скульптор ХХ века, Огюст Роден родился в Париже, в семье служащего городской администрации. Будущий создатель современной скульптуры к школьной учебе относился равнодушно, интерес у него вызывало только рисование, и уже в 14 лет отец позволил ему поступить в школу художников. С начала учебы и довольно долгое время Роден зарабатывал ремеслом декоратора или подмастерья, вплоть до 1862 года, когда потрясшая его смерть любимой сестры — ей было всего 24 — заставила его отойти от занятия скульптурой. Он поступил послушником к известному и уважаемому священнику Петру Эймару, позже канонизированному Римско-Католической Церковью, который и убедил его вернуться к скульптуре. Роден последовал совету, однако долгое время работал анонимно.
Вскоре, однако, жизнь начала меняться. Роден познакомился со швеей Розой Бёре, с которой прожил более 50 лет и женился под самый конец. Через два года после начала отношений Роза родила сына, Огюста. Опять же вскоре после знакомства с ней Роден обзавелся собственной мастерской, превратив в нее бывшую конюшню. Первой работой Родена, которая бросала дерзкий вызов всем классическим канонам скульптуры — чем он так любил заниматься впоследствии — стал бюст «Человек со сломанным носом», для которого ему позировал местный крестьянин. Парижский салон с возмущением отверг изображение некрасивого, морщинистого лица, — впрочем, через 11 лет, в 1875 году, он заново исполнил этот бюст и был принят салоном. К тому времени Роден уже был состоявшимся скульптором, относительно неплохо зарабатывал и жил в бельгийском Икселе. На следующий год Роден совершил большое путешествие по Италии, где был бесконечно потрясен работами Микеланджело. Этого величайшего гения Роден считал своим учителем, заставившего его заново посмотреть на сам принцип скульптуры — и по-новому открыть для себя собственное занятие. Первой работой, за которую взялся Роден после Италии, стал знаменитая скульптура «Бронзовый век», изначально называвшаяся «Человек, вернувшийся к природе». Такое название получила скульптура — над которой автор работал более 8 лет — благодаря истории своего создания. Желание изобразить бьющуюся в человеке жизнь, единую с природой, наталкивалось на канон, не позволявший Родену добиться желаемой естественности. Все изменилось, когда однажды, после утомительной работы, служивший ему моделью бельгийский солдат шагнул. Это движение изменило всё — и скульптура в прямом смысле вошла в мировую культуру, впрочем, не без скандала: точность изображения была так велика, что критики обвинили Родена в том, что он попросту сделал слепок с модели. Снять обвинения ему помогли только показания свидетелей. Сам Роден к тому времени уже оформил свое творческое кредо:
«Если вы действительно хотите научиться — есть только один способ: работать наедине с природой, наблюдать своими глазами», — говорил он.
За почти анатомическую точность изображения хулители называли его «мясником», а известная карикатура изображала его окруженным множеством женских ягодиц в разных ракурсах, за подписью «37 способов съесть яблоко». Преклонение перед красотой тела и эротизм действительно были свойственны его работам — впрочем, сам он считал так:
«Говорят, что я слишком много думаю о женщинах. А если разобраться, есть ли на свете что-то более важное, о чём стоит думать?».
Тем не менее первое признание ему принесло не женское и не любовное изображение, а статуя Иоанна Крестителя, выполненная им с итальянского крестьянина. Эту скульптуру приобрело государство — Родену к тому времени было уже 40 лет.
В 1880 году мастер получил госзаказ — портал для нового Музея декоративного искусства. Музей в итоге так и не был создан, а вот работу Роден продолжил: это стали знаменитые «Врата ада», увенчанные одной из самых известных его фигур — «Мыслителем». «Врата ада», вдохновленные «Божественной комедией» Данте (который сам был представлен в образе задумчиво смотрящего на людей человека) — монументальное произведение, вмещающее в себя 186 фигур. Многие персонажи его предшествующих скульптур нашли свое место в этой композиции. Среди них и «Поцелуй», один из известнейших шедевров мастера.
Человеческая любовь и страсть изображались Роденом как высшее состояние природы, при этом эротизм был проявлением свободы (как в скульптурах «Поцелуй» или «Красавица»), а разум — как в «Мыслителе» или «Бальзаке» — наоборот, несвободы и скованности. Окончательно эта форма достигает своего совершенства именно в «Мыслителе»; созерцание страшной картины обреченности высокой красоты проклятию и исчезновению — это самый страшный парадокс, стоящий перед человеческим разумом. «Мыслитель» Родена не хочет шевельнуться, застыв в страшном напряжении, способный скорее погибнуть, нежели выйти из оцепенения, старясь «разрешить мысль», думая не рассудком, а всем телом. «Врата ада», символически и пророчески открывшие для Европы ХХ век, недаром венчаются прекрасным «Мыслителем», свернувшим свое тело в узел и навеки застывшим перед тем, что не вмещаемо разумом.
Еще одну известнейшую, глубоко психологичную работу Родена, «Граждане Кале», вдохновила не любовь, а страдание. Памятник, создававшийся по госзаказу (и встреченный с негодованием), напоминал о событиях Столетней войны (14—15 века), когда осада французского Кале англичанами вынудила горожан сдаться. Но английский король Эдуард III обещал пощадить город, если ему выдадут шестерых самых знатных граждан, одетых в рубище и с веревками на шее. Скульптурная группа ломала традиционное представление о певце красоты и наготы: она изображала фактически грядущее человеческое жертвоприношение. Эти граждане смотрят в лицо скорой смерти от рук захватчиков, а тела их продолжают цепляться за жизнь. Стремление Родена изобразить в униженных, испуганных людях жажду жизни вызвало возмущение совета Кале: так, сказали ему, мы своим выдающихся граждан не изображаем.
Не повезло Родену и со статуей Бальзака, которую представители заказчика — Общества литераторов — назвали «бесформенной массой». В этой работе особенно отчетливо проявление то различие, которое вкладывал Роден в изображение различных фигур. Люди для него походили на природу и ее явление, но если женщина была схожа с бабочкой, птицей, цветком, радугой, то мужчина — с камнем и деревом. Однако показ памятника в Парижском салоне в 1989 году вызвал гнев зрителей, заказчик работу не принял, измотанный этим скандалом Роден вернул гонорар и оставил статую себе, предсказав ей блестящее будущее, что и оправдалось впоследствии. Статуя была установлена в Париже лишь спустя 22 года после смерти мастера.
Международное признание Роден попытался найти в поздние годы, когда ему было уже 60. Тогда он вложил все свои средства в павильон на Всемирной выставке 1900 года, где смог продать свои работы в музеи всего мира. После этого он начал получать заказы на портреты знаменитостей и богачей: он изображал писателя Бернарда Шоу, композитора Густава Малера, политиков Жоржа Клемансо и Доминго Сармьенто, ученого Марселена Бертло и других.
Завещание Роден написал в 1916 году, оставляя все работы и рукописи государству. При том, что многочисленные любовницы практически не таясь расхищали его работы, так, что его поместье пришлось охранять. Вскоре Роден заболел воспалением легких и умер 17 ноября 1917 года в возрасте 77 лет. Он похоронен в Мёдоне, где жил последние годы, над его могилой установлена копия «Мыслителя».
В работах Родена поражает четкое следование пропорциям при отходе от классических канонов скульптуры.
«Я узнал, что в самом сердце чувства лежит геометрия … Это архитектура наших тел, концерт форм», — считал он.
Прежде всего, то, что выделяет его из сонма великих предшественников — это яростное следование движению, причем движению двух типов — геометрическому, когда принципом изображения становится шаг, падение, переворот, мускульное усилие, и движению внутреннему, когда человек, с запечатленной в его теле и лице историей своей жизни, вновь находится на волне чувства. Зачастую интрига для зрителя возникает в колебании между человеческим и животным, с одной стороны, и живой и неживой природой — с другой.
Роден не работал с профессиональными натурщиками, «натренированными» на неподвижность, он жаждал движения: не случайно он предпочитал, чтобы ему позировали крестьяне или танцовщицы. Движение было для него тем решающим экспериментом, который позволяет выявить внутреннюю эмоциональную правду личности в художественном объекте. Родену удалось уйти в своих работах от условности, от неестественных и постановочных поз, от бездушной статики. Стремясь к психологизму, пытаясь предать скульптуре живую эмоцию, как на живописном портрете, Роден говорил, что любое психологическое состояние отражается в движении тела. А сам он — оформляет для себя свою мечту, воплощая ее в гипсе, бронзе или терракоте.
Интересно, что Роден, нередко показывавший свои новые работы журналистам, спрашивал — что, по их мнению, изображает та или иная скульптура. Нередко художники, писатели и поэты иронично отзываются о толкованиях своих произведений, усмехаясь, что и думать не думали о том, что нашел зритель. Роден относился к восприятию своих работ иначе: внимательно выслушав толкования, он говорил, что именно это и имел в виду. Нередко он предлагал зрителям самим дать названия его работам, позволяя им облечь в одно слово всю ту гамму переживаний, которую воплощало изображение. Вероятно, к столь нетипичному методу работы побуждало его желание отдать рационализацию другому человеку, не замыкать свое творение на себе, не навязывать зрителю содержание, а дать ему блестяще исполненную форму — и, войдя с ней в резонанс, позволить наполнить форму тем смыслом, который отозвался узнаванием в каждом зрителе. Величие мастера складывается из многих слагаемых, и это умение сделать свое творение чем-то личным для каждого воспринимающего — одна из безусловных черт гения мысли и формы.