Запад приговорил Турцию к распаду
На днях Турцию посетил Глава Объединенного комитета начальников штабов ВС США генерал Джозеф Данфорд. Он прибыл по инициативе Анкары. Генерал провел переговоры с начальником Генштаба генералом Хулуси Акаром и премьер-министром Ахметом Давутоглу. Это первый визит такого высокопоставленного американского военного в Турцию после того, как 24 ноября 2015 года Анкара сбила российский самолет, что резко изменило ситуацию в регионе. По словам обозревателя портала Al-Monitor Зульфикара Догана, Турция, «испортив отношения с Москвой, стала шаг за шагом загонять себя не только в изоляцию на Ближнем Востоке», но и лишилась возможности влиять в прежней мере на развитие ситуации в Сирии.
Одновременно, по оценке других турецких экспертов, Анкара, выставляющая сейчас себя союзником Вашингтона по международной коалиции против ДАИШ (ИГИЛ — структура, запрещенная в России), считает, что американцы стали переходить обозначенные ранее так называемые «красные линии», что «подрывает доверие сторон друг к другу». О каких именно «красных линиях» ведется речь? Турецкая газета Yeni Safak обозначает их в следующей последовательности. В первую очередь, речь идет о чувствительности Анкары в отношении «Демократического союза Сирии» (PYD) и Отрядов народной самообороны (YPG). Турция объявила, что PYD — это сирийское подразделение Рабочей партии Курдистана (РКК). Но страны коалиции, в которую входит и Турция, контактируют с PYD. Что касается Вашингтона, то он представляет PYD в качестве светских курдских сил, борющихся с террористами ДАИШ. Какое-то время вооруженное крыло «Демократического союза» (YPG) продвигалось на запад от Евфрата. Это продвижение Турция и считает первой «красной линией».
США создали объединение под названием «Демократические силы Сирии». Это структура, костяк которой образовала PYD, а вокруг расположились арабы и туркмены. Под видом «борьбы с ДАИШ» PYD в составе «Демократических сил Сирии» стала менять демографическую структуру Сирии. Деревни, принадлежащие арабам и туркменам, освобождают и переселяют туда курдов, изменение демографической структуры региона происходит до начала переговорного процесса по Сирии. Это вторая «красная линия». Третье. Вашингтон потребовал от Анкары сосредоточить на границе с Сирией 30 тысяч военнослужащих и не пропускать через нее боевиков ДАИШ.
При этом Турция настаивала на необходимости захватить сирийский город Джераблус. По данным Yeni Safak, планировалось провести «масштабную операцию» во главе с США и Турцией. Однако всего за несколько часов до ее начала произошел инцидент с российским самолетом. Анкара хотела создать на участке между Джераблусом и Аазазом «буферную зону» с расселением там находящихся на ее территории 2,5 млн сирийских беженцев. За счет контроля над этой территорией она рассчитывала «разорвать» Сирийский Курдистан, а заодно создать для РПК силовой заслон из остатков различных террористических групп. Но сейчас Анкара оказалась в стороне от операций в Сирии. И четвертая «красная линия»: по мнению издания, уже нельзя не принимать во внимание «подозрения в существовании тайного сговора между США и Россией».
Последний тезис, кстати, исходит из известной пословицы — «На воре и шапка горит». Поскольку о тайном сговоре можно вести речь в первую очередь в отношении самой Турции. Но сначала обозначим общую диспозицию. В конце декабря прошлого года высокопоставленные американские отставники из различных ведомств стали говорить о том, что «Ближнего Востока, который мы знали, больше нет», а на переговорах по сирийскому урегулированию всем необходимо отказаться от принципа сохранения территориальной целостности Ирака и Сирии. При этом Турции, Катару и Саудовской Аравии предлагалось активно поддерживать в обозначенных двух странах «суннитское большинство».
Для Анкары этот проект не являлся сенсацией. Как пишет политический консультант, президент-основатель интернет-издания Réseau Voltaire и конференции Axis for Peace Тьерри Мейсан, еще в 2011 году министр иностранных дел Франции Ален Жюппе и его турецкий коллега Давутоглу подписали секретный договор о создании с помощью ДАИШ Суннистана и Курдистана, но без «нарушения территориальной целостности Турции», то есть на территории Сирии. Этот план был одобрен Израилем и Великобританией. Сегодня, как утверждает Мейсан, Жюппе, хотя и является членом оппозиции, считается одним из главных вдохновителей французской ближневосточной политики, а Давутоглу возглавляет правительство Турции.
31 октября 2014 года, сразу после резни в Кобани, глава Курдского демократического союза в Сирии Салих Муслим был принят президентом Франции Франсуа Олландом и турецким президентом Реджепом Эрдоганом. Главы двух государств, которые до сих пор отказывались помогать сирийским курдам, якобы убедили Муслима в том, что «в его личных интересах отказаться от обязательств перед РПК и присоединиться к их проекту». «Переоценив поддержку Вашингтона или не оценив должным образом российскую силу, Эрдоган отдает приказ сбить 24 ноября российский бомбардировщик, который якобы на 17 секунд вошел на турецкую территорию — пишет Мейсан. — Москва быстро отреагировала, введя против Турции жесткие экономические санкции, представила радиолокационные данные о воздушном инциденте, опровергающие заявления Турции о нарушении ее воздушного пространства, развернула в Сирии ЗРК С-400». Но со ссылкой на секретные соглашения западные СМИ опять-таки продолжают утверждать, что «операции американской коалиции были направлены не на искоренение ДАИШ, сегодня игра состоит в «освобождении» севера Сирии и заселении этой территории иракскими курдами, вытеснении ДАИШ в Иран, где ему выделен район Аль-Анбар». Единственное, что изменилось после появления российских военных в Сирии — это то, что Запад не настаивает на том, чтобы ДАИШ оккупировал сирийскую пустыню».
Анкара начинает нервничать, понимая, что «в результате изменения в регионе баланса сил Москва может закрыть глаза на раздел Турции и Саудовской Аравии, который уже начинается», что является «самым неожиданным для Анкары и Эр-Рияда результатом «арабской весны». Именно в этом контексте Турция воспринимает участившиеся переговоры между Белым домом и Кремлем на сирийском направлении, контакты Кремля с лидером турецкой прокурдской партии Селахаттином Демирташем и обострение в отношениях Саудовской Аравии и Ирана. Вступив на скользкий путь закулисной дипломатии, Турция создала вокруг себя не только большую зону политического недоверия, что, по оценке западных экспертов, превращает в реальность раздел ее на две части и «слияние в единое целое турецкого, иракского и сирийского Курдистана при поддержке США и появлении новой зоны регионального антагонизма вместо Палестины». При этом, похоже, Анкара просчиталась в вариантах расстановки сил в США.
В августе 2015 года экс-глава военной разведки генерал Майкл Флайн сообщил в интервью телеканала Al-Jazeera, что он предостерегал президента Барака Обаму от проведения совместных операций с ДАИШ. В декабре того же года бывший министр обороны Чак Хейгел заявлял, что позиция Белого дома по Сирии дискредитирует американского президента. По его словам, «устранение демократически избранного лидера Сирии неизбежно повлечет падение режима, аналогично тому, как Ливия была ввергнута в хаос после линчевания Муаммара Каддафи». Сообщалось также, что заметная часть военных США придерживается мнения, что «Обаме нет смысла продолжать политику неопределенности в отношении Сирии, в которую он был ввергнут последние три года». При этом они обозначили перечень требований: поддержать сирийского президента Башара Асада; действовать против ДАИШ совместно с Россией; наказать Турцию, которая ведет себя не как союзник, а как враг; прекратить воображать, что существуют умеренные сирийские повстанцы и перестать прятаться за этой выдумкой, позволяя ЦРУ поддерживать террористов.
Кстати, в Брюсселе циркулируют слухи о том, что Обама «убедил» Эрдогана вступить в американскую коалицию против ДАИШ только через «угрозу исключить Анкару из НАТО, то есть лишить ее возможности в дальнейшем выдавать свои планы за натовские». В свою очередь, Национальный совет по разведке США — открыто — рассуждает о предстоящей потере Турцией своей территориальной целостности, считая первым шагом на этом направлении перерастание «курдского вопроса» в гражданскую войну. Как видно, турецко-американский военный диалог становится день ото дня все более напряженным. На конец января намечен визит в Турцию вице-президента США Джозефа Байдена. Будем ждать, что из всего этого выйдет.