Закроет ли Эрдоган для России Проливы?
После начала Россией специальной операции по принуждении Украины к миру президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган оказался в ситуации своеобразной «развилки» между словами и делами.
Сначала о словах. Эрдоган связался по телефону с побывавшим накануне с визитом в Москвe президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и провел с ним обмен мнениями по развитию кризиса на Украине. Дело в том, что накануне турецкий президент переговорил по телефону со своим российским коллегой Владимиром Путиным и, как намекают многие турецкие издания, получил информацию о предстоящей на Украине операции. Алиев до сих пор никак не прокомментировал эту российскую акцию. Он, выступая посредником между Москвой и Киевом, поддерживая постоянный диалог с Путиным, тоже мог знать о том, как будут развиваться события на Украине и вокруг нее. То есть тандем Эрдоган — Алиев на этом направлении выступал де-факто дуэтом с посредническими усилиями и для него не было каких-либо «сюрпризов». Поэтому, учитывая, что в ходе телефонного разговора Алиев и Эрдоган договорились действовать совместно во внешней политике, многие турецкие эксперты предполагают, что Баку будет оказывать сдерживающее влияние на действия Анкары относительно событий на Украине.
Хотя со стороны Эрдогана все же прозвучало то, чего от него ждали на Западе. Он заявил, что «Турция отвергает и считает неприемлемой военную операцию, начатую Россией в отношении Украины», и «этот шаг противоречит международному праву, является тяжелым ударом по миру, спокойствию и стабильности в регионе». Но ситуацию «от слов к делу» попытался развернуть посол Украины в Турции Василий Боднар, который передал турецкому МИД требования Киева перекрыть проливы Босфор и Дарданеллы для прохода военных судов России и закрыть воздушное пространство для российских самолетов. Чуть ранее президент Украины Владимир Зеленский сообщил, что на переговорах с главами США, Германии, Европейского совета, Польши и Великобритании обсуждался проект создания так называемой антипутинской коалиции, и, как пишет турецкое издание Hurriyet, Эрдогану было предложено присоединиться к этому альянсу. Однако тут стали вылезать наружу важные нюансы. Дело в том, что турецкие эксперты сразу отметили, что предложение посла Украины в Турции перекрыть проливы Босфор и Дарданеллы не является эксклюзивным.
Первыми об этом заговорили бывшие командующие Объединенными силами НАТО в Европе Филип Бридлав и Бен Ходжес в Конгрессе США. Они считали, что «единственная страна НАТО, которая способна отвлечь Кремль на другие события от Украины, — это Турция». По их мнению, «она могла бы создать угрозы в Керченском проливе, закрыть Босфор и Дарданеллы для российских военных кораблей в соответствии с ее полномочиями по Конвенции Монтрё, блокировать российскую базу в сирийском Тартусе». Для этого, полагали американские генералы, Североатлантический альянс «должен показать, что поддерживает Турцию». Однако генсек НАТО Йенс Столтенберг уточнил, что «мы поддерживаем Украину», но «твердые гарантии безопасности предоставляем только союзникам по НАТО». При этом в Брюсселе и намекнули, что можно было бы послать в Черноморский регион и на Балтику передовой отряд Сил реагирования НАТО в составе 5 тысяч человек под французским командованием. Однако Париж не демонстрирует стремления втягиваться в украинский кризис. Министр обороны Франции Флоранс Парли заявила, что какое-либо военное присутствие на восточном направлении, даже инициированное НАТО, «не будет принято к исполнению немедленно».
То есть Турции предлагают «ввязаться в бой» и начать таскать каштаны для чужого дяди из огня. Турецкое издание Yeni Şafak идет в своих прогнозах дальше, утверждая, что «США после Украины пытаются создать в бассейне Черного моря в лице Турции еще одну «страну-фронт» для противостояния России». Это первый момент. Суть второго в том, что Зеленский, предлагая Эрдогану примкнуть к «антипутинской коалиции», отводит ему роль обычного статиста, тогда как президент Турции ведет в регионе самостоятельную игру и даже пытается тасовать в своих интересах украинскую колоду. Не случайно директор киевского Центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский утверждает, что «совпадение интересов Эрдогана и Киева — временное явление». Кроме того, как считает Погребинский, Эрдоган обладает психологией восточного человека, приверженного идее внешнего соблюдения своего нового геополитического статуса, который не всеми признается в США и Европе.
Если же возвращаться к проблеме Проливов, соединяющих Черное и Средиземное моря, то они контролируются в соответствии с Конвенцией Монтрё от 1936 года именно Турцией. Теоретически Эрдоган может использовать Проливы как рычаг для давления на страны, которые ими пользуются. Но закрыть Босфор и Дарданеллы можно только в случае войны или если Анкара почувствует для себя угрозу. Но то, что сейчас происходит между Россией и Украиной, официально названо специальной операцией. Москва войну Киеву не объявляла, а Турции никто не угрожает. Так что у Эрдогана есть поле для политико-дипломатических маневров, однако в основном на западном направлении. Он не пожелает портить отношения с Россией во имя стоящего за плечами Киева коллективного Запада, который все время пытается использовать Турцию «втемную» на вторых или третьих ролях. Эрдоган не намерен отказываться от общения с Путиным и справедливо критикует усилия Запада в отношении России, называя их «малоэффективными». Анкара не играет на обострение, нанося удары удар по стабильности в регионе, — ей это не нужно.