И $1 млрд мало: чиновники продолжают зарабатывать на работниках ЗИЛа
В свое время Сергей Собянин, рассказывая о том, как Москва заработает на реновации промзоны «ЗИЛ» миллиард долларов, ни словом не обмолвился о судьбе жильцов заводских общежитий. Такая избирательность неудивительна: приватизировали ЗИЛ во времена Ельцина — Лужкова, тогда же, вопреки российскому законодательству, передали в частную собственность ведомственные общежития вместе с проживающими в них людьми. Может показаться, что нынешняя администрация ни при чем, да только основным владельцем приватизированного АМО «ЗИЛ» является правительство Москвы. Являясь таковым де-факто и де-юре, мэрия активно распродает имущество автогиганта, напрочь забывая о бывших работниках с их жилищными проблемами.
Галина Михайлушкина в 1992 году поступила на АМО «ЗИЛ», тогда же получила комнату в одном из ведомственных общежитий в Бирюлево. В 1996 году ее в числе других соседей переселили в комнату на улице Днепропетровской, 27, корп. 1. На новом месте у людей забрали ордера на прошлое жилье, а на новое не выдали, чем, по сути, закабалили их. Завод как-то работал, и Галина попросту не ожидала тех бед, которые на нее обрушатся в будущем. Тут необходим небольшой экскурс в историю вопроса.
Мечтавший сохранить за Москвой статус промышленного центра Юрий Лужков настоял на своем видении приватизации столичных активов. Получив в собственность завод имени И. А. Лихачева, рачительный хозяйственник перестроить его работу на новый лад так и не смог. Сопровождавшийся чередой коррупционных скандалов и корпоративных войн, процесс структурной перестройки и оздоровления предприятия привел к вмешательству президента Ельцина. Во исполнение президентского указа правительство Москвы продало в собственность АМО «ЗИЛ» часть социальных объектов.
По сути произошло следующее: при приватизации имущественного комплекса АМО «ЗИЛ» жилищный фонд не подлежал включению в перечень приватизируемых объектов недвижимости. Следуя букве закона, правительство Москвы должно было включить ведомственные общежития в муниципальный жилой фонд. Являясь же крупнейшим собственником автогиганта, мэрия имела право оставить управление социальными объектами в ведении администрации завода, что и было сделано.
В 1994 году Ельцин поддерживает «оздоровление», и во исполнение его указа правительство Москвы продает муниципальный жилой фонд АМО «ЗИЛ». То есть самому себе и еще одному крупному акционеру холдингу «Микродин». Сумма сделки не указывалась, но о цифрах можно судить, например, по тому, что блокирующий пакет акций завода обошелся «Микродину» в смешные $3,5 млн в тех ценах.
Ничтожность и притворность этой сделки признавали не только юристы, но и суды вплоть до ВС. Вот что было указано в одном из решений Мосгорсуда: «В соответствии с абзацем 1 пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года N 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» переход государственных и муниципальных предприятий в иную форму собственности либо их ликвидация не влияют на жилищные права граждан, в том числе, и на право бесплатной приватизации жилья.
Указанными выше нормами, действующими с 23 декабря 1992 года, и подлежащими применению в системной взаимосвязи со статей 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», которая предусматривает право каждого гражданина, занимающего жилое помещение в государственном и муниципальном жилищном фонде на приватизацию указанных помещений, не допускалось включение объектов жилищного фонда, к которому относятся и общежития, в состав приватизируемого имущества государственных и муниципальных предприятий. Такие объекты подлежали передаче в муниципальную собственность.
Таким образом, при приватизации имущественного комплекса АМО ЗИЛ, жилищный фонд, в том числе дом, в котором проживает истец, не подлежал включению в перечень приватизируемых объектов недвижимости. Включение жилищного фонда в состав приватизируемого имущества государственного и муниципального предприятия не должно влиять на жилищные права граждан, вселившихся и проживавших в данных жилых помещениях до приватизации».
Превратившийся в контору по сдаче жилья внаём, бывший флагман отечественного машиностроения начинает наступление на права живущих в общежитиях работников. В конце девяностых и нулевых людей начинают все более ущемлять, произвольно повышают платежи, граждан, как крепостных, переселяют из одних помещений в другие, занимаются подселением. Отметим, что правовая система пока еще встает в имущественных спорах на сторону работников. Именно в это время были приняты решения о незаконности передачи общежитий в собственность АМО «ЗИЛ», о том, что люди имеют право на социальный наём и приватизацию занимаемых помещений.
На рубеже десятилетий предприятие останавливают, работники становятся бывшими, а не называемые акционеры АМО «ЗИЛ» создают управляющие компании, в нашем случае — ТСЖ «улица Днепропетровская, 27, корп.1». Не мудрствуя лукаво, ТСЖ взвинчивает платежи для бывших сотрудников, параллельно с этим активно сдает и продает помещения в доме всем желающим и начинает через суды либо выселять, либо переводить в худшие помещения жильцов.
Управдомы придумали, как превратить исправно оплачивающих коммунальные услуги граждан в вечных должников. Пользуясь двусмысленностью российского законодательства и нежеланием прокуроров и судей защищать законопослушных граждан, стали добавлять в платежки графу «койко-место» с произвольными суммами. Действительно, такое понятие в жилищном кодексе есть, но применимо оно не ко всем видам ведомственного жилого фонда. И уж тем более не применимо к муниципальным домам.
Вот и Галина, как ни бьётся, постоянно оказывается в должниках. Смиряясь с непомерно завышенной коммунальной платой, койко-место женщина оплачивать не намерена. Накапливаемая таким образом задолженность дает основания управляющим домом обратиться в суд с требованием о переселении Галины и ее сына в другую комнату. Женщина убеждена, что они мешают ТСЖ продать занимаемую ими квартиру. Из занимаемой 18-метровой комнаты их намерены подселить к другим людям в 11-метровую проходную.
В качестве давления на непокорных ТСЖ регулярно отключает людям электричество, раньше еще и заглушки на канализацию ставили. Галина с сыном вновь сидят без электричества. Выселяют в квартиру, где также без электричества бедует женщина с ребенком. Полиция на жалобы жителей дома давно не реагирует, мол, это ваши внутренние разборки с ТСЖ. Раз приехавший на вызов сотрудник жилищной инспекции Москвы, по словам Галины, просто убежал без оформления акта. В итоге в судебных разбирательствах судьи верят на слово представителям ТСЖ, заявляющим, что компания действует строго в рамках законодательства, и последовательно отказывают гражданам в удовлетворении законных прав. В настоящее время проигравшая во всех инстанциях вплоть до Верховного суда Галина Михайлушкина боится того, что судебные приставы без ее присутствия освободят занимаемую площадь, и, вернувшись с работы, она не сможет попасть в жилище.
Малой толики вырученных от реновации промзоны «ЗИЛ» средств хватило бы для решения проблем обездоленных бывших работников автогиганта. Скажут — ведь не администрация Собянина разоряла автогигант. Все верно, нынешнее руководство города лишь паразитирует на созданных трудом поколений ценностях, а заодно и ущемляет этих создателей. Собственник предприятия в лице правительства Москвы сам себе в лице акционеров АМО «ЗИЛ» продал дома, а теперь «дерет три шкуры с их обитателей».