Политические изменения в регионе вынудили власти Армении по-иному взглянуть на события более чем столетней давности. И эту позицию премьер-министр Никол Пашинян выразил в своем выступлении по случаю траурной даты. По сути он говорил о том, что армянам уже пора преодолеть потрясение столетней давности, прекратить искать "утраченную родину" и перестать оценивать всех сквозь призму оценки тех событий: признания или не признания "геноцида" армян.
Что сказал Пашинян?
1. В 1915 году армяне стали жертвой геополитических интриг и ложных обещаний (читай, царской России? – прим.ред.).
2. Произошедшее более ста лет назад до сих пор определяет социальную психологию армян:
Мы часто строим свои отношения и конкурируем с другими странами и международным сообществом в состоянии душевного потрясения, и именно поэтому порой нам не удается правильно разграничивать реалии и факторы
3. В итоге армяне получают новые потрясения:
Это вовсе не обвинение в собственный адрес, а такой ракурс, когда мы и только мы несем ответственность и являемся вершителями своей судьбы, и мы обязаны иметь достаточно мысли, воли, глубины и знаний, чтобы нести эту ответственность в сфере наших суверенных решений и восприятий.
Словом, премьер призвал не переваливать проблему с больной головы на здоровую, а также использовал "спорный" термин "мец егерн".
Чем "геноцид" отличается от "мец егерн"?
Никол Пашинян оказался первым лидером в Армении, официально использовавшим термин "мец егерн" (великая резня, - арм.). Слова "геноцид" премьер также не избежал, но эксперты подчеркивают, что именно словосочетание "мец егерн" как употребляют используют руководители государств, не признавших "геноцид" армян. Для стороннего наблюдателя это не слишком существенная деятель, но не для тех, кто долгие годы политизировал проблему, пытаясь сделать ее инструментом давления на Турцию.
Так, экс-президент Армении Серж Саргсян усмотрел в словах Пашиняна фактически уголовное преступление, сославшись на статью уголовного кодекса Армении "Опровержение, смягчение, одобрение или оправдание геноцида и других преступлений, направленных против мира и безопасности человечества".
Так или иначе, напомним, что конвенция ООН "О предупреждении преступления геноцида и наказании за него" трактует геноцид как "действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу". Было ли это в Османской империи?
Сколько армян погибло в ходе событий 1915 года?
Выступлению Пашиняна предшествовал спор о числе жертв событий 1915 года. Ранее армянские историки утверждали, что в канун Первой мировой войны в Османской империи проживало 2 млн армян, и три четверти из них было уничтожено в 1915-1923 годах. Однако есть основания полагать, что обе цифры существенно завышены. Более того, при некоторых недобросовестных подсчетах оказывается, что чисто жертв превышает численность армянского населения Османской империи.
Косвенно на это указывают дискуссии, разразившиеся в армянском обществе после обнародования идеи составить полный список жертв "геноцида" армян. Заговорили о технических сложностях.
В лучшем случае, путем долгой, тяжелой работы можно идентифицировать 200-300 тысяч жертв. Но на это уйдут многие годы, к тому же даст серьезный козырь в руки наших противников, которые непременно воспользуются этим, чтобы приуменьшить масштабы трагедии армянского народа
- директор Национального архива Армении Аматуни Вирабян.
В Ереване не скрывают, что идея составления списков не только плохо реализуема технически, но и опасна с политической точки зрения. Опасна для тех, кто видит в трагических событиях Первой мировой рычаг давления на соседнюю Турцию и не заинтересован как в огласке реальных исторических фактов, так и в выстраивании добрососедских отношений с Анкарой.
Есть у противников составления списка и еще один важный, но не афишируемый аргумент: если цифра в 1,5 млн жертв будет подвергнута сомнению, то как армянские политики будут смотреть в глаза парламентариям и руководителям тех стран, которые под давлением армянской диаспоры признали события 1915 года "геноцидом"?
Как события 1915 года рассматривали в СССР?
Готово ли сегодня армянское общество встать на позиции Пашиняна, сказать сложно, ведь даже в СССР, проповедовавшем идеи интернационализма, подогревалась ненависть армян к Турции, еще в 1951 году ставшей членом НАТО и считавшейся враждебным Советскому Союзу государством ввиду геополитического противостояния. 29 ноября 1967 года в Ереване по решению Совета Министров Армении и при поддержке Москвы, был открыт Цицернакаберд – мемориальный комплекс, сооруженный в память "геноцида".
Однако на излете СССР тема фактически исчерпала себя. В феврале 1985 года вопрос "геноцида" армян обсуждался на заседании Политбюро ЦК КПСС под председательством будущего генсека Михаила Горбачева. Инициировал то заседание депутат Верховного Совета от Армянской ССР Карен Демирчян, который на фоне зарождавшегося армяно-азербайджанского конфликта задался целью уговорить Москву широко отмечать по всему Советскому союзу "День памяти геноцида".
Тогда Демирчяну жестко оппонировал председатель Совета министров СССР Николай Тихонов, недавно вернувшийся из Турции, и первый заместитель председателя Совета министров СССР Андрей Громыко, получивший еще в бытность своей работы на посту главы внешнеполитического ведомства прозвище "Мистер Нет":
Дашнаки ненавидят советскую власть больше, чем турок. Так что они и их вопли не могут быть для нас критерием.
Горбачев тогда вынужден был признать справедливость слов более опытных коллег, но уже через три недели он стал генсеком ЦК КПСС, вывел их из состава Политбюро, и вскоре своими то ли непродуманными, то ли провокационными действиями подтолкнул армянских националистов на развязывание кровавого карабахского конфликта, ставшего триггером для распада СССР.
Что говорят независимые исследователи о событиях 1915 года?
Наиболее полным независимым исследованием на тему событий 1915 года можно считать работу американского политолога, профессора Массачусетского университета Гюнтера Леви "Армянские погромы в Оттоманской Турции: спорный геноцид", изданную в 2005 году. Леви приводит несколько важных аргументов в пользу того, что произошедшее в Османской империи нельзя считать геноцидом. Главы из его книги опубликованы на "Вестнике Кавказа" и с ними можно ознакомиться.
Однако Леви писал книгу, основываясь на документах той эпохи, и свидетелем происходившего не был. В качестве беспристрастного свидетельства тех событий можно рассматривать рассказ служившей сестрой милосердия на Кавказском фронте дочери Льва Толстого Александры, которая оказалась с русскими войсками в Ване:
Вражда между турками и армянами длилась веками. Жестокости были с обеих сторон, но здесь, в Ване, нам пришлось наблюдать нечеловеческую жестокость армян. Говорили, что армяне отрезали груди женщинам, выворачивали, ломали им ноги, руки, и жертв этой бесчеловечной жестокости я видела лично.
Все это, очевидно, нельзя не учитывать сегодня, соотнося, как выразился премьер-министр Армении, "с насущными интересами Республики Армения, нашей национальной государственности".
Показательно, что позиция армянского премьера было позитивно воспринята в Анкаре. Так, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган завил:
В регионе Южного Кавказа устанавливается новый порядок. Пришло время отбросить беспочвенные воспоминания. Всегда лучше действовать в соответствии с реалиями времени, чем опираться на сфабрикованные истории, не имеющие никакой связи с реальностью. Теперь это понял и Никол Пашинян.