Минпросвещения РФ против цифрового насилия. Что делать с МЭШ?
Министр просвещения РФ Ольга Васильева подробно и ясно представила позицию федеральной власти по цифровой школе. С её слов, технологии требуются, в первую очередь, отдалённым учреждениям, где ограничен доступ к информации; задачи усадить детей за клавиатуру министерство не ставит, более того, вместе с учёными изучает, насколько опасным могут быть гаджеты для здоровья ребёнка. Интервью Васильевой вышло на телеканале НТВ 27 мая.
«Сейчас творятся мифы, причём мифы самые красочные, большие. Она (цифровая школа, — прим. ИА REGNUM ) трепет возбуждает. Недавно прочитала, что я хочу заменить учителя, что я хочу, чтобы маленькие дети вместо чистописания сидели за клавиатурой компьютера. Я хочу, чтобы меня услышали. В рамках цифровой школы у нас нет желания посадить ученика перед экраном. Это первое. Это будет интернет, скоростной: 100 мегабит — городские школы, 50 мегабит — сельские школы. Это будет онлайн-платформа для 42 тысячи школ, 100 тысяч зданий, из них 27 тысяч — это сельские школы. При этом большая часть детей, по численности, обучается в городах. У нас есть очень отдалённые районы. И вот здесь почему должна быть цифра? Я как учитель могу взять оттуда», — рассказала министр.
По словам Ольги Васильевой, в онлайн-платформе уже сейчас есть с 1 по 11 класс все предметы, есть все библиотеки, есть архивы. Платформа хорошо, качественно сделана. Там есть виртуальный музей, и можно, работая очень далеко от большого города, показать артефакты своему классу.
«Это то, чего не было раньше и о чём мы даже не могли мечтать. Именно про это цифровое образование — создание цифровой образовательной среды. Не замены кого-то чем-то, боже упаси. Более того, параллельно с этим мы сейчас вместе с нашими уважаемыми учёными занимаемся исследованиями о влиянии гаджетов на физиологию разных возрастных категорий. Потому что на сегодняшний день ни в одной стране мира нет ответа на вопрос — хорошо это или плохо», — заявила глава Минпросвещения РФ.
По словам министра, сейчас российский школьник на шесть часов больше сидит у компьютера, чем американский сверстник. При этом эксперты считают, что ребёнок, сидящий за компьютером два раза в неделю, даёт значительно больше результатов, чем тот, который сидит чаще. Васильева привела пример Китая и Сингапура, где «очень строго время ограничено работы с экраном».
«Я общалась со своим коллегой, французским министром, — у них точно такое же деление, как и у нас. И он мне сказал, что мы вносим в парламент Франции закон об исключении гаджетов из образовательного процесса с 1 по 9 класс, кроме классов лицея. Уже четыре месяца закон во Франции действует. Но я думаю, что французы прежде, чем это принимать, тоже долго всё это обдумывали. Я не говорю, что 100% завтра мы выбросим все эти телефоны и забудем как страшный сон. Хотя у нас много примеров школ, и вы прекрасно знаете, что дети заходят в класс, складывают свои телефоны. Есть телефон экстренной связи у учителя, я говорю про малышей. И жизнь идёт своим чередом, потому что не очень он нужен в учебном процессе — этот замечательный гаджет для маленького, допустим, второклассника, третьеклассника», — считает Ольга Васильева.
Министр представила именно ту позицию, которую от неё, безусловно, хотят услышать сторонники традиционной школы. Удивительно, почему Васильева так долго воздерживалась от публичных комментариев по данной теме, ведь именно отсутствие прозрачности и даёт поводы для беспокойства и гипотез.
Второй важный аспект — глава Минпросвещения РФ дистанцировалась от организаторов эксперимента «Московская электронная школа». Она наглядно показала, что МЭШ не имеет общего с главным замыслом федерального проекта.
Во-первых, столичные школы, в отличие от сельских, не испытывают дефицита информации. Следовательно, не являются главным объектом проекта «Цифровая школа».
Во-вторых, Васильева разделяет опасения от использования гаджетов. Она прямо заявила об отсутствии необходимых научных исследований на текущий момент и рассказала о работе, которая ведётся, чтобы этот пробел устранить. Напомним, глава департамента образования Москвы Исаак Калина говорил корреспонденту ИА REGNUM, что исследования проводились, но подтверждений своих слов не привёл. И в этом споре двух чиновников образования Васильева выглядит более убедительной.
Очевидно, что вероломное тотальное внедрение электронных устройств в учебный процесс московских школ проводилось без санкции министра, занимающего более взвешенную позицию, она не сторонница цифрового насилия над ребёнком. Роль техники — вспомогательная, она должна не заменять традиционную школу, а точечно давать ей новые возможности.
Летом 2018 года Минздрав РФ обнародовал данные о том, что 45% московских школьников испытывают проблемы со зрением. И на этом фоне столичный департамент образования принял решение распространить МЭШ на все школы Москвы.
Что если гаджеты московского образования наносят вред детскому здоровью? Как расценить решения московской власти и кто должен дать эту оценку: прокуратура, Следственный комитет, ФСБ? Почему вообще без широкого обсуждения, без одобрения родителей запустили сомнительный проект «Московская электронная школа»?
Знает ли мэр Сергей Собянин о рисках, которые проигнорировали его подчинённые? Разделяет ли он мнение федерального министра и что теперь сделает для безопасности московских детей?