Саудовская Аравия раздувает пожар религиозной войны
Приведение в исполнение властями Саудовской Аравии смертного приговора шиитскому имаму Нимру Бакр аль-Нимру будет иметь «катастрофические последствия для Ливана и Ближнего Востока». С таким заявлением в ватиканском информационном агентстве Agenzia Fides выступил маронитский священник, национальный директор Папского миссионерского общества в Ливане отец Руфал Зейб. В интервью изданию он пояснил, что казнь имама окажет «непосредственное влияние на ухудшение институционального кризиса в Ливане». И не только, можно ждать «катастрофических последствий» для всех ныне существующих конфликтных точек на Ближнем Востоке, от «Сирии и Ирака до Йемена». В отношении Ливана, где местные общины уже несколько лет не могут избрать президента страны (по оценкам экспертов — проблема связана с неспособностью договориться между силами, которые, с одной стороны, ориентированы на Эр-Рияд, с другой стороны, на Тегеран), отец Руфал уточняет, что накануне Рождества была предпринята попытка найти консенсус вокруг кандидатуры Сулеймана Франжье-младшего, внука бывшего ливанского президента. Это получило поддержку Саудовской Аравии, но теперь, говорит директор Папского миссионерского общества, можно ожидать, что против Франжье автоматически выступит шиитская организация «Хизбалла».
Дестабилизация Ливана, риск повышения эскалации в Сирии и Йемене — не единственное негативное последствие кризиса между Саудовской Аравией и Ираном для Ближнего Востока и особенно для проживающих в нем христиан. Под ударом оказывается хрупкая стабильность в Египте. Начиная с прихода в 2013 году во власть армии во главе с генералом, ныне — президентом страны Абдулом-Фаттахом Халилом Ас-Сиси, выступление которых тогда и после этого поддерживали копты-христиане, казалось, что в этой стране религиозная напряженность может быть преодолена. Руководство Египта не просто шло на демонстративные и в то же время важные жесты как, например, посещение православных коптских храмов во время Рождества. Значительные изменения были внесены в законодательные акты, позволившие расширить присутствие коптов в политической среде и облегчить их религиозную общественную деятельность. Более того, Египет начал становиться центром христианско-мусульманского диалога, важную роль в котором заняли авторитетный суннитский университет аль-Азхар в Каире и персонально Ас-Сиси, коптский православный патриарх Тавадрос II и папа Римский Франциск.
Накануне дня рождения Пророка Мухаммада президент Египта обратился с посланием в адрес факультета и имамов университета аль-Азхар. В нем он сказал: «Наш Господь создал этот мир для народов, а не только для одной нации; для религий, а не только одной из них; и конфессий, а не одной конфессии». За год до того Ас-Сиси уже призывал мусульманских богословов принять участие в обновлении учения об исламе и реформировать их учебные программы под нужды современной эпохи. Египетский президент, равно как многие другие политики и религиозные лидеры, руководствовался задачей найти адекватный и сильный ответ на вызовы фундаменталистских течений, которые подпитывают ныне джихадистов на Ближнем Востоке, среди них можно особенно выделить ДАИШ (ИГИЛ — структура, запрещенная в России), «Аль-Каиду» и «Братьев-мусульман». Здоровые силы мусульманского общества в последнее время начали сближаться и координировать свои усилия в противодействии экстремистам. Можно, например, отметить недавнюю инициативу муфтиев Египта, Ливана и Иордании, которые подписали совместную «Бейрутскую декларацию для чистоты религиозного понимания». В ней говорится о сотрудничестве между департаментами, уполномоченным выдавать религиозные указы (фетвы) в Египте, Иордании и Ливане, обмену информацией и опытом для борьбы с религиозным экстремизмом и экстремистами, которые угрожают безопасности арабских обществ, их единству и их устойчивости. Предполагается проект в сфере усиления сотрудничества между мусульманскими и христианскими религиозными деятелями, для чего в Бейруте будет создана «обсерватории сосуществования».
Однако жестокий и негуманный акт, предпринятый Саудовской Аравией, способен погубить первые плоды попыток мирного сосуществования различных конфессий. Все попытки мусульманских политиков, ученых и богословов выработать связанную модель, предусматривающую дистанцирование от экстремистских течений, взаимодействия крыльев Ислама, шиизма и суннизма, друг с другом, диалог с христианством, сейчас поставлены под угрозу. «Благодаря» Эр-Рияду ныне вновь на поверхность выходят подробности далекой истории, которая более 1300 лет назад разделила Ислам. Вместо пения труб мира забили барабаны и кимвалы религиозной войны. Противостояние Саудовской Аравии и Ирана заставляет четко определяться на Ближнем Востоке — кто с кем и против кого. И вот уже университет аль-Азхар в этом конфликте делает свою ставку. В заявлении, которое цитирует саудовское государственное информационное агентство SPA, руководство университета потребовало «уважения к внутренним делам Королевства» и отказа «от вмешательства извне», осудив также нападения на посольства Саудовской Аравии в Тегеране и консульства в Мешхеде. Тем самым этот уважаемый и авторитетный суннитский центр вывел сам себя из диалога с шиитскими коллегами и, похоже, что и с рядом христианских сил. В этом году Ватикан запланировал проведение саммита с участием католиков, в котором должны были принять участие представители христианских, суннитских и шиитских общин, провести его планировалось в декабре 2016 года в Тегеране. Смогут ли теперь в этой встрече принять участие богословы из аль-Азхар? Сомнительно.
Как заметил в интервью австрийскому католическому изданию KATHPRESS специалист по исламу университета Берна Райнхард Шульце, саудовско-иранский конфликт говорит о «распаде исламского мира». Вместе с тем, он предполагает, что есть шанс купирования потенциального суннитско-шиитского конфликта, так как, по его мнению, реальным является, скорее, религиозное противостояние между шиитами и «радикальным пуританским направлением суннитского толка — ваххабизмом, который стал доминирующим учением в Саудовской Аравии и является государственным вероисповеданием». Таким образом, если мировая общественность окажет давление на Эр-Рияд, возможно, вплоть до введения санкционного режима, то тогда появиться надежда потушить религиозную войну в ее зародыше. Иначе — последствия трудно будет описать, и не только для одного Ближнего Востока. Как отметил в беседе с Radio Vaticana заместитель главного редактора журнала Famiglia Cristiana Фульвио Скаглионе, казнью шиитского проповедника Саудовская Аравия решила сказать Западу, что она является главным центром на Ближнем Востоке, «мы делаем то, что хотим, и Запад должен принять» эти условия на будущее. Поэтому, подчеркивает эксперт, отношение Запада к Саудовской Аравии должно измениться, Эр-Рияд — в течение многих десятилетий — ощущал свою «безнаказанность», которая становится по-настоящему «разрушительной». Эта точка зрения представляется обоснованной, и миру пора предпринять значительные усилия в регионе по обузданию тех, кто становится угрозой его существования.
Выступая на днях в немецкой печати, бывший государственный секретарь США Генри Киссинджер заявил, что «потрясения на Ближнем Востоке не закончатся без некоего аналога Вестфальского мира, который означил конец Тридцатилетней войны между различными группами, имевшими различные мотивы, и привел к созданию системы государств, которая после этого на протяжении нескольких столетий составляла основу международных отношений. Даже сейчас она считается фундаментальной концепцией. Возможно ли что-то подобное? Да. Но это «что-то» не возникнет в результате прямых переговоров с ДАИШ». Отметим в свою очередь, что Вестфальский мир, среди прочего, решал накопившиеся за столетия религиозные конфликты. Он уравнял в правах католиков и протестантов (кальвинистов и лютеран) и отменил ранее действовавший принцип «Чья власть — того и вера». Немецкие князья лишились права определять веру своих подданных, вместо того был провозглашен принцип веротерпимости, в соответствии с которым христиане любого вероисповедания могли свободно отправлять свой культ в любой части Империи. Чего-то подобного сегодня остро не хватает Ближнему Востоку.