Российская империя Николая Павловича — без «мрачного семилетия»
Эта книга — не биография знаменитого полководца. Автор исследования историк Алексей Кривопалов справедливо пишет о сложившемся к середине XIX века «триумвирате» в лице императора Николая I, военного министра Александра Чернышева и собственно наместника в Царстве Польском и члене комитета министров Ивана Паскевича (1782—1856), который определял политику Российской империи в эти годы.
После прочтения книги создается впечатление, что если бы не злосчастная для России Крымская война (1853−1856), то конец царствования государя Николая Павловича, может быть, и не называли бы «мрачным семилетием» (то есть 1848−1855 гг.), а в целом оно также не несло негативного коннотата. Так, отмечает Кривопалов, благодаря советам Паскевича в 1830—1840 гг. прошли основные этапы реформирования вооруженных сил, благодаря чему боеспособность армии существенно возросла по сравнению с эпохой наполеоновских войн, а численность увеличилась в три раза. До определенной поры была успешна и внешняя политика. В качестве примера ученый приводит окончание революционного кризиса 1848 г., грозившего обернуться общеевропейской войной. Он обращает внимание на взаимосвязь между успешным умиротворением Германии и развертыванием русских войск (Большой Действующей армии). Паскевич в это время быстро подавил смуту в Венгрии, послав знаменитый рапорт Николаю I:
«Венгрия у ног Вашего Императорского Величества».
С чем был связан внешнеполитический кризис, обернувшийся поражением Санкт-Петербурга в Крымской войне?
Автор не снимает ответственности с «триумвирата» и лично Паскевича. Но одновременно он оговаривается, что
«в водовороте противоречивых внешнеполитических событий начала 1850-х гг. непросто было предвидеть стремительный переход англо-французских отношений от почти враждебных и чреватых прямой военной конфронтацией в 1850—1852 гг. к складыванию антироссийского альянса в 1853—1854 гг.».
Не менее неожиданным стало крушение альянса России, Австрии и Пруссии против Франции, обернувшегося враждебной по отношению к недавнему союзнику политикой немецких государств в начале Крымской войны.
После вступления Великобритании и Франции в конфликт Паскевич, понимая, что его масштабы «превышают естественные пределы возможностей русской армии», стремился к затягиванию войны с целью минимизировать негативные последствия поражения. В этой связи падение Севастополя (при ранее имевшей место утрате флота) было меньшим злом, чем территориальные уступки польских, литовских или части украинских земель. Его расчет оказался верным. Фельдмаршал вновь победил, хотя войну мы проиграли.
Издание предоставлено книжным магазином «Циолковский».