«Социальный паразитизм» и справедливое неравенство. Часть 2
В первой части, которая касалась положения незащищённых групп населения и бездомных в разных странах, я обещала затронуть вытекающую оттуда очень сложную тему, которую многие бы назвали «социальным паразитизмом». И, на самом деле, написание этой статьи далось мне очень непросто и заняло много времени, потому что в ней сквозило неопределённостью, запретностью и конфликтностью.
В современном мире в достаточно развитых странах существуют льготы, пособия и другие виды помощи очень разным группам людей: многодетным, родителям-одиночкам, сиротам, инвалидам, пожилым, безработным, бедным, бездомным, религиозным, жертвам насилия, терактов и многим другим. Вместе с тем эта самая помощь не берётся из ниоткуда — она формируется среди прочего из налогов остальных людей, которые могут или хотят работать. И вот среди этих самых других людей — нормальных, здоровых, трудящихся, устроенных — нередко бытует негодование по поводу необходимости «содержать» тех, кто всего этого лишён.
За их негодованием можно увидеть логику: «Если я работаю, почему он/она не может?», «Почему я должен содержать нахлебников, пусть идут работать», «Они вечно ищут халяву и живут на пособия», «Не нужно было так плодиться, они сами это выбрали», «Пойдут на что угодно, лишь бы не работать и жить за чужой счёт» или даже «Не могут себя обеспечить — не моя проблема» и «Почему я должен обеспечивать тех, кто не приносит пользу обществу?»
И вот, на самом деле, корень любого негодования в отношении незащищённых групп кроется именно в пользе обществу, а не в том, что на кого-то выделяются какие-то деньги из отчислений налогоплательщиков. И если двигаться вдоль логики этих рассуждений, можно очень легко прийти к форме самого нетолерантного общества, какое только можно придумать, в котором каждый сам по себе, где на нормальную жизнь (или жизнь вообще) имеют право только те, кто входит в круг относительного благополучия, кому повезло суметь обеспечивать себя и своих близких через лёгкий или упорный труд. А все те, кто остаётся волею случая за пределами этого круга, могут болеть, умирать, должны быть отрезаны от остального общества, а ещё лучше, чтобы их вообще не существовало, потому что они вызывают неприятные чувства жалости и вообще портят картину мира и всё равно бесполезны.
Разумеется, наверное, прекрасен был бы мир, в котором не было бы нуждающихся, болеющих физически или психически, молящихся сутками напролёт и не имеющих времени работать, где каждый человек приносил бы пользу, где не было бы жертв насилия и людей с ПТСР, ограничивающего их жизнь, не так ли? Однако такой мир является утопией и на самом деле далеко не так прекрасен, как может казаться на первый взгляд. А всё потому, что представления о правильном неизбежно разнятся, а в стремлении к условиям тотального благополучия и в отсутствии необходимости решать задачи, связанные с сочувствием и помощью, человечество утратит не так уж и давно укрепившуюся в нас эмпатию. Кажется, в XX веке мы уже проходили похожий сюжет попыток построить идеальный мир, наполненный «правильными, достойными жизни активными людьми», и ничем хорошим это не закончилось. И тем не менее многие задаются вопросом: «Чем обществу могут быть полезны те, кто играет роль обузы, не приносит видимой пользы и живёт на пособия?»
Чтобы ответить на такой непростой вопрос, для начала можно посмотреть, как обстоят дела с эмпатией и тесно связанным с ней сознанием у других видов. При наблюдении за животными, очевидно, что они испытывают самые разные эмоции, и эмпатия — одна из них. Животные умеют играть, радоваться, бояться, испытывать ярость, стресс, привязанность, тоску. Какие-то виды даже демонстрируют проявления скорби. И это всё среди прочего говорит о наличии у животных сознания. Не буду делать глобальные выводы, но лично мне кажется, что бы там ни показывали зеркальные тесты, а в мире, где есть эмоции, где для выживания чрезвычайно важно умение распознавать своего или чужого, отделять себя от другого животного, самосознание просто неизбежно. Мы, люди, придумали, что для проверки наличия самосознания нужно зеркало и пятно. Но на самом деле всё куда сложнее, как и с проверкой уровня интеллекта (своего или других видов). Дикие и домашние животные ориентируются не только на визуальную информацию, которая может быть очень разной и иметь разное значение, но и на химическую или даже акустическую, и всё это делает зеркальные тесты не слишком полезными в проверке наличия самосознания.
Многим кажется, что эмпатия — это чисто наше, человеческое. Однако такие представления бытуют только в силу отсутствия возможности наблюдать за дикими животными регулярно и в силу наших представлений о собственной уникальности. Это довольно далеко от правды: другие животные тоже демонстрируют и эмпатию, и иные эмоции. Они устанавливают тесные связи друг с другом, проявляя заботу о слабых в том числе, защищают от хищников своих, а нередко и представителей других видов, включая человека. Есть немало задокументированных историй взаимопомощи, наблюдаемой у животных. В дополнение к этому, уместно будет упомянуть и факт, что творчество — тоже не только наша, человеческая характеристика. Например, орангутаны с удовольствием рисуют, проявляя индивидуальность, настроение, предпочтения в цветах и с течением лет даже меняя свой стиль. А любое творчество, будь оно высшим пилотажем признанных мастеров или несмелыми штрихами маленького ребёнка, требует наличия эмоций, мышления и умения сопереживать. Разумеется, дикие животные могут быть для нас непредсказуемыми, могут убивать из страха или ради пропитания и с ними таки нужно проявлять осторожность, а не считать их добрыми и заботливыми созданиями, но речь сейчас не о технике безопасности, а о нашей естественной схожести с остальным животным миром в определённых аспектах.
В очень и не очень давние времена выживали самые приспособленные, самые устойчивые, самые сильные. Но так как мы животные социальные, развитие эмпатии оказалось для нас очень полезным. Во-первых, это один из ключевых навыков, позволяющих устанавливать и укреплять социальные связи и контролировать свои собственные всплески эмоций, что, бесспорно, всегда очень увеличивало шансы на выживание. Эмпатия, развиваемая качественной заботой о тех, кто нуждается в той или иной помощи со стороны общества, делает вид сильнее, понижая внутривидовую агрессию и способствуя миру.
Конечно, любой инструмент, включая инструменты эволюции, имеет и свою обратную сторону применения. Молотком можно построить что-то полезное и красивое, но можно и уничтожить, в том числе и чью-то жизнь. Повышенный уровень эмпатии тоже может способствовать нехорошим поступкам. Убийству из сочувствия. Агрессии в отношении реального или вымышленного врага, который может гипотетически нести угрозу группе. Бездействию в опасной ситуации и многому другому. Однако здесь в дело вступают принципы морали, воспитание и устанавливаемые законы, которые в той или иной степени помогают регулировать эти отклонения от курса и периодические проявления тёмной стороны эмпатии.
Тесно связанный с этим вопрос — роль наших заслуг в распределении благ. Многие считают, что каждый человек должен работать (а кому-то кажется, что это должна делать даже женщина с маленьким ребёнком), обеспечивать себя самостоятельно и не ожидать, что им будут помогать в их сложностях другие люди или государство, потому что у нас равноправие и в принципе никто никому ничего не должен. Но здесь происходит путаница между равноправием и понятием равных возможностей. Права у разных людей могут быть равными (хотя пока ещё мы и этого не достигли), но возможности равными не будут никогда.
Равноправие не означает, что каждый должен себя содержать сам, на себя зарабатывать, за себя везде платить и сам себе открывать двери и ни за что не прибегать к пособиям и разнообразной помощи. Возможность зарабатывать — это как раз про распределение возможностей. Да, на первый взгляд, может показаться, что эти возможности у всех одинаковы, что у всех есть доступ к любой работе и возможность позаботиться о себе. Но реальность далека от этих представлений.
В действительности одни в этом мире имеют больше возможностей, здоровья, удачи или денег, а другие меньше. С этим неравенством ничего не поделаешь, но оно должно работать в том числе и на улучшение жизни тех, кому не так повезло, у кого меньше возможностей в данное время. Нельзя забывать о том, что количество денег и прочие блага не зависят прямо от того, сколько усилий мы вкладываем в труд, потому что здесь огромную роль играют банальное везение и неустранимая разница стартовых условий. Кто-то родился в благополучной семье, получил хорошее образование, был единственным ребёнком или обладает природными талантами к чему-то, а другой не имел может быть даже ничего из этого — это всё факторы, на которые никто не может повлиять. Так что та выгода, которую условия жизни и общество позволяют человеку извлекать из своих талантов или других не зависящих от него стартовых условий, не может принадлежать в полной мере ему одному. Доходы от навыков более талантливых и успешных должны идти на пользу тем, кто оказался на обочине жизни или просто в сложной ситуации, — эти последние должны получать выгоду от достижений первых, и это справедливо. Поэтому чем богаче человек, тем выше у него налоги, идущие, среди прочего, и на поддержание слабых групп общества (хотя на жизни нуждающихся в помощи сегодня это никак положительно не сказывается, к сожалению, но изначально именно это лежит в основе принципа). Придерживаясь этого направления, мы строим более здоровое и устойчивое общество.
Также нередко сегодня можно встретить представления, что одни группы населения более достойны помощи, чем другие. Многие склонны считать, что помощь нужно оказывать только тем, кто оказался в беде или в сложном положении в силу обстоятельств, а не личного выбора (а хорошо ещё, если он при этом подаёт надежды выбраться и встроиться в «круг полноценных»). Поэтому под осуждение попадают, например, многодетные родители, которые выбрали быть таковыми и теперь пользуются «благами государственной помощи». Или ульрарелигиозные люди (как это нередко происходит в Израиле), которые не только многодетны, но и часто не работают, не служат в армии, бывает даже не признают государство, но всё равно пользуются пособиями и другой помощью. (Справедливости ради, далеко не все религиозные живут по этим принципам.)
Конечно, в современном мире контрацепция доступна всем, и кажется разумным планировать количество детей в соответствии с возможностью обеспечить их нормальной жизнью и образованием, потому что дети — это дорого и сложно. С другой стороны, выделяемая государствами помощь многодетным родителям идёт в первую очередь не на облегчение жизни родителей, а на благо детей, которые не выбирали быть рождёнными, а оказались в этом мире и этой конкретной семье просто потому что так сложилось, и они уже автоматически подпадают под принцип распределения благ, описанный выше.
Мне лично кажется, что помощь должна распределяться между всеми, кому она требуется, даже если эти люди сами выбрали оказаться в нуждающемся положении.
Каким бы противоречивым ни казалось это, но в действительности не такое большое число людей сознательно сделает выбор поставить себя в зависимое от пособий положение. Потому что это очень сложно и далеко не самая удобная и райская жизнь «полная халявы», и потому что люди в большинстве своём всё же любят максимально контролировать обстоятельства жизни и быть ответственными за свои доходы. К тому же в этом непредсказуемом мире каждый из нас в любой момент может оказаться за чертой круга благополучия, в той категории, которая подвергается осуждению только за то, что там оказалась.
Мы живём в самое лучшее, самое благополучное и мирное время, какое только было в нашей очень долгой и сложной истории. С течением тысячелетий и веков мы становились добрее, умнее, находчивее, учились справляться с собственной агрессией и желанием делить общество на слои, с жаждой пыток и казней, развивали медицину, улучшали условия жизни и научались заботиться не только о себе и членах своего круга. И в итоге мы пришли к тому, что у нас есть сегодня, включая и социальное страхование, позволяющее тем, кто не может или не хочет работать, более-менее нормально жить. И кто бы ни пользовался пособиями — инвалиды, пожилые, многодетные, религиозные, — и насколько бы они ни казались бесполезными для общества, на самом деле они играют очень важную роль в дальней перспективе: они помогают нам как виду развиваться, умнеть и становиться сильнее.
Используемые материалы:
- Mama's last hug: animal emotions and what they tell us about ourselves in SearchWorks catalog (stanford.edu)
- Good natured: the origins of right and wrong in humans and other animals in SearchWorks catalog (stanford.edu)
- Are we smart enough to know how smart animals are? in SearchWorks catalog (stanford.edu)
- The age of empathy: nature's lessons for a kinder society in SearchWorks catalog (stanford.edu)
- Orangutan drawings change with season and mood | Science | AAAS
- Frontiers | The Effects of the Environment on the Drawings of an Extraordinarily Productive Orangutan (Pongo pygmaeus) Artist | Psychology (frontiersin.org)
- CambridgeDeclarationOnConsciousness.pdf (fcmconference.org)
- Yes, Animals Think And Feel. Here's How We Know (nationalgeographic.com)
- Do Animals Have Feelings? Examining Empathy in Animals | UWA Online
- Бесстрашный слоненок защищает больную мать от незнакомцев: видео (nat-geo.ru)