Молитва веры и надежды: «Вся моя жизнь там, в Донбассе, а я здесь. Один»
Среди тех, кто сегодня с нетерпением ждёт возвращения домой, в Донбасс, — Дмитрий Алексеевич Кирпа. Ему 71 год. Временный приют он нашёл, обратившись в службу помощи «Милосердие-на-Дону» (Ростов-на-Дону). У него в Луганской области остались родные люди — дочь, внук, а также двухлетний правнук, с которым прадед мечтает познакомиться. Он поделился с ИА REGNUM воспоминаниями и рассказал, о чём мечтает больше всего.
«Я родился на Украине в Полтавской области, под Киевом, в километрах 100−120 от Киева, рядом с Чернобылем, будем так говорить. Там мои родители жили, у меня там меньший брат живёт, племянники. Мое детство прошло прекрасно. Занимался футболом, волейболом. Школа… Школа была для меня игрушка. Учился хорошо, я налету всё схватывал, мне всё легко давалось, всё было доступно и легко благодаря моему характеру жестокому. Мне всё было доступно, легко… Родители научили меня порядку. Мать из Молдавии, скажем, цыганка была. Она была жестокая женщина. Батя тоже не подарок. Он у меня Великую Отечественную войну прошёл, был в пехоте, потом — танкист. В 19 лет он ушёл на войну. 30 марта будет день рождения его. Потом ранило его. Потом из госпиталя забрали и послали на танкиста. Он проучился 1,5 месяца. У него диплом об окончании военного училища — школьной тетради листик: «Такой-то окончил училище, присвоено звание «младший лейтенант», он до 1949 года прослужил», — рассказывает он.
«В 66-м году, когда мне было 15 лет, я уехал из Полтавской области в училище, расположенное в Луганской области, проучился там полгода. И вышел я с училища и там попал в стройуправление, автоматом как на отработку переводили, так и остался там», — вспоминает Дмитрий Алексеевич.
Женился Дмитрий Кирпа до службы в армии, когда ему было 22 года. В этом возрасте он уже двухкомнатную квартиру получил в Луганской области. А армейскую службу проходил в Зернограде Ростовской области, в стройбате.
«Где Родина приказала, там и служил. Дома строил», — рассказывает он.
Дмитрий Алексеевич работал на стройках каменщиком-монтажником, много лет трудился на шахте в Луганской области.
«Я никогда не был лодырем, всю жизнь работал: у меня были стройка и шахта, и больше ничего. Тогда квартиры давали, кто работал непосредственно на стройке. В первую очередь было такое. Тогда было так. Бесплатно квартира давалась. Жена моя работала на стройке штукатуром. Я работал монтажником до 79-го года на стройках, потом ушёл на шахту. Получилось, что зарплаты урезали, порезали, порезали… Потом ушёл на шахту, добывал уголь», — продолжает собеседник ИА REGNUM.
«Как получилось, что потерял связь со своей семьей? Знаете, потерять легко… Тяжело всё. Я стал в чём-то виноватым. И я уехал в Краснодар 20 лет назад — в 2002 году. Там та же стройка, всё то же самое. Я уехал на работу, жена моя знала. Она знала, что я строитель с большой буквы. У меня пятый разряд. Раньше их было шесть, но после окончания училища, шестой упразднили. Теперь всё там, а я здесь», — сетует он.
«Я с болью воспринял ситуацию в Донбассе. Всё осталось там, а я здесь. Оставил все документы в Луганской области, паспорт потерял. Я работал у людей, дома строили. Люди хорошо относились как к специалисту», — говорит Кирпа.
Отца Дмитрия Кирпы не стало 4 апреля 1994 года, с матерью он ещё успел повидаться, пока она ещё была жива.
Все годы своего отсутствия дома, в Луганской области, не было и дня, чтобы он не вспоминал о своей семье.
«Я знал, где моя семья. Но я не знал, что есть правнук. У меня всё в голове, я ничего не забыл, я всё это знал. Единственное, что меня таможня не могла пропустить [домой]. Я уже объездил и консульство, у генерального консула (Украины в Ростове-на-Дону) был, но это так, одно название осталось и ничего человеческого. Мне сказали, что российская таможня без паспорта вас пропустит, а вот ваша не пустит на Украину. Мне сказали, что могу сесть в поезд и ехать, но меня вернут назад. Я рвался поехать, подходил за поездом, всех на уши ставил, но мне сказали: «Сейчас тебя посадим!» — поделился Дмитрий Алексеевич.
В епархиальном социальном приюте Дмитрий Кирпа читает Библию, посещает службы. Работать уже не позволяет здоровье.
«Я калека, у меня ноги отказали от работы, от тяжёлой работы, я с палкой хожу. Я работы не искал лёгкой, мне было до лампочки — тяжёлая-нетяжёлая. Я теперь ругаю сам себя, знаете как. И вам говорю: «Берегите здоровье смолоду!» А как я, кому я нужен?.. У меня характер жестокий. Я ненавижу лодырей. Дело в том, что я казню себя, ну казнить — это мало сказано. Было бы здоровье. Я полтора месяца лежал в больнице в Краснодаре, что они мне сделали. Капельницы ставили, но я как ходил с палкой, так и остался с палкой ходить. Болезнь называется артрит. Заболели в коленях суставы, но эта вещь… Я занимался футболом, ой…» — говорит он.
Третий месяц Кирпа ждёт выдачи временного удостоверения, чтобы встретиться с родными людьми.
«С паспортом проблем не будет. Пусть мне дадут временное удостоверение, чтобы я уехал, я там всё сделаю. У меня там знакомые, там всё. Там домов моих вот этими руками перестроено больше 70. Так они не такие одноэтажные, а 100-квартирные, самый большой [дом] — 269 квартир. Документы подали, ждём теперь, чтобы пропуска мне выдали. Я бы давно уже уехал», — с горечью говорит он.
Дмитрий Алексеевич уже знает, что сделает перво-наперво, вернувшись в Донбасс.
«Поехать на могилку отца и матери в Полтавскую область. Обязательно! Это первая моя заповедь такая Божья. Поехать брата увидеть, там тоже племянников у меня… Семья моя обрадовалась, когда мы связались. 30-й год внуку, конечно, 5 сентября день рождения. Я знал, когда он родится, знал это всё. У меня всё в голове моей. Я прекрасно всё помню, мне память не отказала ни разу ни в чём», — отметил Дмитрий Кирпа.