Только не говорите Дональду Трампу, что его обещание ввести 60-процентные таможенные пошлины на китайские товары может ускорить усилия Си Цзиньпина по продвижению крупнейшей экономики Азии на мировые рынки, чего Вашингтон совершенно не ожидал.
Специалисты осматривают лопасти ветряных турбин в промышленном парке в Чжанъе, провинция Ганьсу. Фото: China Daily / Wang Jiang / Facebook Screengrab
За последним тезисом Пекина скрываются экономические преобразования эпического масштаба, но великий технологический рывок не гарантирован, считают западные аналитики.
В сентябре прошлого года председатель КНР Си Цзиньпин вновь раз заговорил необходимости развития производительных сил нового качества. Несмотря на загадочность и некоторую двусмысленность этой идеи, окружение Си преподносит ее как ответ на вопрос о будущем китайской экономики, пишет западный эксперт Уильям Песек.
Мало кто из команды Си Цзиньпина понимал, что бывший президент США Дональд Трамп будет помогать коммунистической партии продавать эту стратегию. Спустя несколько дней после Всекитайского собрания народных представителей Трамп обнародовал свой план, "Как снова сделать торговые войны великими".
Помимо введения новых импортных пошлин, Трамп заявил, что в случае своей победы на выборах в ноябре он намерен лишить Китай статуса "страны наибольшего благоприятствования". На фоне этих заявлений деятельность Трампа в Белом доме в 2017-2021 годах может показаться весьма сдержанной. Поступая подобным образом, Республиканская партия Трампа, как бы предупреждает Пекин, что не надо снова и снова принимать меры для стимулирования роста экономики, основанного на внутреннем спросе.
Безусловно, Китай хочет заставить своих потребителей больше тратить и меньше экономить, чтобы из года в год поддерживать рост экономики на уровне 5 процентов. Для этого необходимо продолжать повышать доходы и создавать более надежные системы социального обеспечения, стимулирующие расходы. Это также подразумевает создание более насыщенных и надежных рынков капитала, необходимых для того, чтобы средний китаец мог инвестировать в акции и облигации, а не только в недвижимость.
Однако, по мнению ряда экономистов на Западе, чрезмерное внимание Пекина к стимулированию потребления раз за разом оказывается контрпродуктивным. Из-за этого Китай подвержен циклам бумов и спадов, которые требуют срочного вмешательства в ущерб развитию экономики. Кроме того, сильная зависимость КНР от экспорта делает экономику уязвимой перед подобными выкрутасами Трампа в духе торговой войны.
Лучшей альтернативы для ускоренного и масштабного превращения Китая в высокотехнологичную державу просто не существует, считают эксперты в области устойчивого развития. И, судя по всему, именно таким курсом Си и премьер Ли Цян планируют двигаться в 2024 году. На прошедшем в прошлом месяце заседании ВСНП Си Цзиньпин заявил: "Необходимо активизировать усилия по модернизации промышленной системы и ускорить развитие новых производственных сил".
Государственное информационное агентство КНР "Синьхуа" сообщает, что главным приоритетом является стратегия "оживления" Северо-Востока Китая и продвижение "зеленых производительных сил" по всей стране. А также превращение Китая в лидера инноваций в области полупроводников, цепочек поставок электромобилей, возобновляемых источников энергии, современной инфраструктуры, авиации и искусственного интеллекта.
Бывший главный экономист Всемирного банка Джастин Ифу Лин утверждает, что у Китая "достаточно возможностей для повышения уровня технологических инноваций, модернизации промышленности и производительности труда". Он ссылается на высокие нормы сбережений, богатые инвестиционные ресурсы и приверженность правительства экономическому развитию.
По словам Лина, у Пекина есть определенные достоинства, которые нередко теряются в заботах о текущих экономических проблемах. Являясь крупнейшей экономикой мира, пишет Лин, Китай "все еще находится в процессе модернизации промышленности и все еще сильно отстает от некоторых развитых стран. Впрочем, это преимущество для "позднего игрока".
На этом этапе ряд других экономик, включая Японию, Южную Корею и Германию, достигли темпов роста в 8 и более процентов. Если они смогли достичь этого, то и у Китая есть потенциал, считает Лин.
У Китая "есть еще одно неоспоримое преимущество в новой экономике, представленной искусственным интеллектом и цифровой экономикой". Китай находится на той же исходной отметке, что и развитые страны, но он демонстрирует значительный прогресс в области технологических инноваций, связанных с новой экономикой", - утверждает Лин.Несмотря на гору долгов LGFV в 9 триллионов долларов Китай намерен привести свою экономику в полное соответствие требованиям нового тысячелетия. На снимке: Ли Цян и Си Цзиньпин (фото из архива). Изображение: Twitter / Screengrab
Лин также обращает внимание на "богатый человеческий капитал" и огромные масштабы Китая. Благодаря этому любая технологическая инновация или разработка нового продукта "может легко выйти на внутренний рынок и получить выгоду от экономии на масштабе. Даже конкурируя с развитыми государствами, Китай может превзойти их в экономии на масштабе благодаря огромному размеру внутреннего рынка".
Кроме того, по мнению эксперта, Пекин обладает "лучшими возможностями по поддержке промышленности среди всех экономик мира".
29 марта Пекин назвал несколько государственных предприятий и конгломератов, которые, как он надеется, станут движущей силой следующего большого рывка Китая в перспективные отрасли. Это позволит экономике КНР стать менее восприимчивой к попыткам Соединенных Штатов сдержать подъем Китая. К ним относится искусственный интеллект, нейронауки, квантовые вычисления, ядерный синтез и другие высокотехнологичные направления.
За реализацией этой "инновационной" программы следит Комитет по контролю и управлению государственными активами. Цель состоит в том, чтобы делегировать нескольким конгломератам роль "катализатора" стартап-бума, который создаст процветающую экосистему для нового поколения технологических "единорогов".
Комиссия " ясно дала понять, что развитие новых и перспективных отраслей является ключевой задачей", - говорит Линь Сипэн, аналитик China Merchants Securities. "Культивируя стартапы и предприятия внутри своих экосистем, SOE будут также использовать возможности внешних инвестиций и слияний".
По словам Ху Юнцзюня, эксперта Государственного информационного центра при Национальной комиссии по развитию и реформам, главное - преодолеть "удушающий контроль" Запада за развитием китайского технологического сектора.
Безусловно, это создает множество рисков, поскольку Соединенные Штаты закручивают гайки. В то время как Трамп резко повысил таможенные тарифы, нынешний президент Джо Байден резко ограничил доступ Китая к полупроводникам и другим жизненно важным технологиям. Байден также пытается использовать своих союзников - Японию и Южную Корею - в борьбе с Китаем. Американский президент пообещал вложить сотни миллиардов долларов в восстановление технического потенциала внутри страны.
Производство новых высокотехнологичных продуктов на не самом современном оборудовании является для Китая очевидным примером рыночной неэффективности, потенциально способной поставить крест на планах Пекина по развитию высоких технологий. Тем не менее, чем быстрее Китай поставит инновации и предпринимательство во главу угла своей экономики, тем лучше, пишет Песек.
Пекин делает ставку на то, что подобные шаги повысят конкурентоспособность китайских компаний до уровня конкурентов в США и Европе. В Пекине считают, что это позволит увеличить численность рабочей силы с высокими доходами и повысить уровень жизни и потребительский спрос. И тогда со временем экономический рост Китая станет самоподдерживающимся, не требующим всплесков традиционных фискальных или монетарных стимулов.
Правда, не все уверены, что это сработает. "В теории все эти инвестиции в высокотехнологичные отрасли в конечном итоге приведут к появлению очень успешных компаний, которые смогут нанимать людей с высокой зарплатой, что создаст большой рост занятости и рост потребления", - говорит Артур Кробер, аналитик Gavekal Dragonomics.
Однако, предостерегает Кробер, "я думаю, что проблема в том, что, во-первых, нет никакой возможности, чтобы эти новые высокотехнологичные отрасли, независимо от того, насколько успешными они станут, смогли полностью заменить потерю спроса, которая происходит в секторе недвижимости, сокращающемся, вероятно, где-то на 30-40 процентов".
Китайский рынок полупроводников находится под санкциями США. Изображение: Asia Times Files / iStock
И второе, - говорит Кробер, - даже если эти инвестиции в высокие технологии окупятся, а я, честно говоря, думаю, что многие из них окупятся, это не обязательно означает, что производительность труда во всей экономике возрастет".
Эти высокотехнологичные компании могут в итоге составить довольно небольшую долю от общего числа занятых в экономике, предупреждает Кробер. В последнее десятилетие большая часть работников была занята в сфере услуг, в основном в отраслях, ориентированных на потребителя, и нет особых причин для того, чтобы это изменилось.
"Поэтому, - говорит Кробер, - идея о том, что вы добьетесь общеэкономического подъема производительности, который приведет к росту общей заработной платы и потребительской способности за счет инвестиций в высокие технологии, мне кажется немного фантастичной, если говорить откровенно. Поэтому, если все это проанализировать, я думаю, что в ближайшие несколько лет можно ожидать, что Китай будет продолжать бороться за сохранение темпов роста".
Тем не менее, тем больше причин для того, чтобы Китай выбрал новый, другой путь развития. Одной из таких причин является необходимость решения все более сложных демографических проблем. По мере того, как население страны, насчитывающее 1,4 миллиарда человек, стареет, а долги местных администраций растут, Китай должен срочно принимать меры для повышения производительности труда.
Дэвид Манн, главный экономист по Азиатско-Тихоокеанскому региону Института экономики Mastercard, считает, что 10-20 лет назад на материке "рост экономики обеспечивался исключительно за счет ежегодного увеличения числа жителей", что позволило замаскировать экономическую неэффективность.
Таким образом, рост частного сектора и экономические преобразования сейчас как никогда актуальны. Ключевой вопрос, по мнению Манна, заключается в том, насколько быстро и эффективно команда Си "сможет внедрять эти инновации и внедрять их таким образом, чтобы рост был хотя бы немного более интенсивным. При этом не нужно будет прибегать, например, к инвестициям в жилую недвижимость, которые не столь продуктивны".
Выступая в Пекине в конце прошлого месяца, директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристалина Георгиева озвучила характерные для "вашингтонского консенсуса" призывы к Китаю увеличить темпы роста за счет внутреннего спроса. Но она также заявила о необходимости повышения инноваций и эффективности труда.
"Внутреннее потребление зависит от роста доходов, а тот, в свою очередь, зависит от производительности капитала и труда", - пояснила Георгиева. "Такие реформы, как укрепление деловой среды и обеспечение равных условий для частных и государственных предприятий, помогут улучшить распределение капитала. Инвестиции в человеческий капитал - в образование, обучение в течение всей жизни, повышение квалификации - и качественное здравоохранение обеспечат более высокую производительность труда и более высокие доходы".
Георгиева подчеркнула, что такие реформы "особенно актуальны в условиях, когда Китай стремится использовать возможности "большого взрыва искуственного интеллекта". Готовность стран к переходу в мир искусственного интеллекта больше не является целью будущего - это уже вопрос сегодняшнего дня".
Однако, по словам Георгиевой, "предстоящая трансформация не будет легкой. Выдающиеся успехи Китая в развитии экономики принесли колоссальные блага сотням миллионов людей. Молодые поколения, прожившие всю жизнь в условиях исключительно высоких темпов роста, переживают то, что уже переживали многие страны по мере становления экономики и смягчения темпов роста".
В последние годы усилия Пекинна по развитию высокотехнологичных отраслей, в частности передового производства и сферы услуг, были обусловлены его инициативой "Сделано в Китае 2025". Согласно этой стратегии, Китай должен стать мировым лидером в производстве полупроводников, биотехнологий, аэрокосмической промышленности, возобновляемых источников энергии, самоуправляемых автомобилей, искусственного интеллекта, "зеленой" инфраструктуры, логистики и других областей.
Эта концепция до 2025 года сочетается с усилиями по созданию своего рода "Восточной Силиконовой долины" на юге Китая. Так называемая "зона Большого залива" Си стремится объединить Гонконг и Макао с Шэньчжэнем и восемью другими муниципалитетами, желающими стать самостоятельными экономическими центрами: Гуанчжоу, Чжухай, Фошань, Хуэйчжоу, Дунгуань, Чжуншань, Цзянмэнь и Чжаоцин.
Строительство 55-километрового моста Гонконг-Чжухай-Макао оценивается более чем в 15 миллиардов американских долларов. Фото: Синьхуа
Инновационный дух торопит муниципальных руководителей по всей стране. К примеру, в январе восточный город Хэфэй дал старт первому траншу серии крупных проектов в таких областях, как новые энергетические транспортные средства (NEV), информационные технологии нового поколения и производство фотоэлектрических элементов. Общий объем инвестиций составит 36,7 млрд юаней (5,1 млрд долларов США).
Хэфэй находится в преддверии реализации китайского плана по созданию 10 национальных исследовательских лабораторий, каждая из которых будет специализироваться на разных областях. Если в Хэфэе это будут квантовые вычисления, то в Шанхае - лаборатория, занимающаяся вопросами искусственного интеллекта.
Власти города Сямэнь, расположенного на востоке провинции Фуцзянь, выделили более 53 миллиардов юаней (7,3 миллиарда долларов) на проекты по повышению производительности в области новой энергетики, новых материалов и биомедицины.
В центральной провинции Хэнань были подписаны контракты на сумму почти 600 млрд юаней (83 млрд долларов) на создание передовых производственных мощностей и ряда перспективных развивающихся отраслей.
Одна из причин, почему такие усилия важны, заключается в том, что они открывают путь для местных администраций, желающих выйти из бизнеса по продаже земли. На протяжении многих лет концентрация сил на продаже и освоении земель с целью получения налоговых выплат отвлекала руководителей муниципалитетов от развития местных экономик.
Несомненно, в краткосрочной перспективе все это будет непросто. Китайские провинции оказались в центре внимания Пекина по снижению долговой нагрузки на экономику. Регулирующие органы призывают банки ограничить использование механизмов, связанных с оффшорными облигациями, выпущенными местными государственными финансовыми компаниями (LGFV).
Гора долгов LGFV в 9 триллионов долларов представляет собой серьезную проблему для усилий Си Цзиньпина по переходу к более продуктивному и устойчивому росту, ориентированному на новые технологии.
Между тем, аналитик Fitch Ratings Джереми Зук считает, что "экономически слабые регионы могут столкнуться с дальнейшим снижением бюджетных доходов и ростом расходов". Это довольно сложная проблема, добавляет он, в тот момент, когда Си одновременно стремится поддержать национальный рост и обуздать безудержные заимствования в стране.
Более того, масштабные экономические преобразования под контролем государства в том виде, в котором их пытается осуществить Китай, требуют времени и несут в себе огромные риски. Но главное, чтобы Си и Ли убедились, что "новое качество производительных сил" — это не просто красивые слова.
Перевод китайского локомотива на столь фундаментальные рельсы без разрушения экономики потребует, по крайней мере на время, увеличения прямых иностранных инвестиций (ПИИ), приток которых в 2023 году упал до 23-летнего минимума в 42,7 миллиарда долларов.
Еще одно опасени, которое испытывают некоторые иностранные инвесторы, заключается в том, что план Пекина по созданию более эффективной экономики изобилует громкой риторикой и обещаниями. При этом в нем мало конкретных шагов по реформированию, которые позволили бы повысить доверие зарубежных игроков.
Правда, падение фондового рынка на 7 триллионов долларов с пика 2021 года до января, по-видимому, стабилизировалось. Следует также отметить, что Си Цзиньпин недавно принял у себя известных мировых руководителей - Тима Кука из Apple, Стивена Шварцмана из Blackstone, Илона Маска из Tesla, Стэна Дила из Boeing, Альберта Бурлу из Pfizer, - чтобы успокоить международный деловой истеблишмент.
Китайский лидер Си Цзиньпин во время встречи с руководителями американских компаний и учеными в Большом зале народных собраний в Пекине 27 марта 2024 года. Фото: Синьхуа / Хуан Цзинвэнь
Впрочем, действия Пекина будут говорить громче слов. Едва ли в этом есть заслуга Трампа. Но риски торговой войны, которые несет в себе его правление, усиливают аргументы в пользу того, что Китаю следовало бы сменить свою экономическую линию - причем сделать это как можно скорее, резюмирует американский эксперт.