Почти две недели Иран вынашивал план мести Израилю за авиаудар по посольству в Сирии, и, в конце концов, нанес удар с помощью около 300 ракет и "шахедов". Воздушные цели сбивали на подлете к израильским границам партнеры Израиля, в частности США и Великобритания, Иордания и Саудовская Аравия. Теперь Израиль ищет пути для ответного удара по Тегерану, но Запад отговаривает его, потому что боится эскалации на Ближнем Востоке.
В интервью Главреду политический эксперт, руководитель Центра общественной аналитики "Вежа" Валерий Клочок рассказал, будет ли большая война на Ближнем Востоке и почему Запад не спешит сбивать ракеты над Украиной.
Как можно объяснить атаку Ирана на Израиль?
Давайте возьмем за точку отсчета то, что Иран впервые в истории со своей территории обстрелял Израиль, с которым у него давний скрытый конфликт. До этого конфликт проявлялся посредством прокси-групп - "ХАМАСа", "Хезболлы", йеменских хуситов и других, которыми руководит Корпус стражей Исламской революции (КСИР). Однако Израиль системно уничтожал военные объекты Ирана на территории Сирии, а удар по консульству в Дамаске был дополнительным поводом для прямой атаки. Иран демонстрирует свою позицию силы на Ближнем Востоке - он много лет наращивал свои военные возможности, касающиеся, в частности, систем противовоздушной обороны путем закупки их у России, систем атаки с воздуха (баллистические, крылатые ракеты и беспилотники). Кроме того, Иран в последние годы работал над тем, чтобы все его военные объекты были спрятаны под землей. Поэтому Иран не боится ответных ударов.
Также Иран накапливал мощную армию - по разным оценкам, она насчитывает от 500 до 600 тысяч личного состава, 200 тысяч резерва, не считая прокси-групп, которые также имеют на вооружении и ракеты, и другие виды поражения противника. Атака Израиля - это повод, поэтому я далек от мысли, что это все успокоится. И начало эскалации против Израиля - свидетельство того, что Иран готов к серьезным действиям на Ближнем Востоке.
Как в целом будет выглядеть ответ Израиля на атаку Ирана?
Сложно сказать, но сухопутной операции как варианта я не допускаю. Наиболее вероятно, судя по имеющейся публичной информации, Израиль должен продолжать уничтожать прокси-группы. И в этом ему должны активно помогать западные партнеры. Они, кстати, так и делают, потому что после сложных переговоров между Нетаньяху и Байденом относительно ответа со стороны Израиля, ночью военно-морские силы США и Великобритании вместе с военно-воздушными силами этих стран нанесли очередной удар по хуситам в Йемене.
США, Британия и западные партнёры ограничены в действиях своими намерениями сохранять стабильность на Ближнем Востоке, потому что это регион, который фактически контролирует весь нефтяной рынок мира. Например, Саудовской Аравии, которая производит достаточно много нефти, нужен покой в регионе. Но Израиль никогда особо не прислушивался к советам, но видит свою линию отстаивания государственности.
Их проблема больше, чем то, как ее видят США, ведь Израилю нужен не просто покой, а чтобы его не поджимали со всех сторон. И определенные сдвиги в этом есть - чего только стоит то, что Саудовская Аравия, Иордания выступили против Ирана. Это - очень серьезный маркер того, что ситуация понемногу ломается. Но не стоит недооценивать КСИР, потому что Тегеран на сегодня является достаточно мощным игроком. Тем более, после того, как он заручился поддержкой Китая. Поэтому пока (по крайней мере, такое видение есть у Белого дома) Израиль с союзниками будут действовать против прокси-групп, но не будут переходить в прямую конфронтацию с Ираном как минимум до выборов в США.
Если говорить о предпосылках для разрастания войны на Ближнем Востоке, то что именно может спровоцировать полномасштабную войну?
Мы немного забываем историю с террористическим нападением "ХАМАС", прокси Ирана, на Израиль. То же самое и с хуситами в Йемене, которые провоцируют нестабильность на Ближнем Востоке, что касается, в частности, поставок нефти. А это выгодно Ирану и России. Поэтому надо понимать, что природа конфликта исходит не от Израиля, стран Евросоюза или США, чьи военные базы размещены на Ближнем Востоке, а от Ирана, который очень давно стремится к господству и последовательно к этому движется. То, что Запад медлит - это неправильная политика, потому что этим он дает Ирану шансы развиваться. Атака на Израиль была тестовой, чтобы понять, как работает западная ПВО. В этот раз они запустили 300 воздушных объектов, а завтра могут 1000, потому что у них есть это количество, в этом даже можно не сомневаться. Но справится ли система ПВО? Вопрос открытый.
Кстати, относительно реакции Запада. Вы ранее упоминали о непростых переговорах Нетаньяху с Байденом. Почему Запад так себя ведет и фактически показывает свою слабость?
Демократы Белого дома показали, чем для них является война в мире. Потому что заявление главы Пентагона о "не бейте по российским НПЗ, сохраняйте в покое Каспийский транспортный консорциум" и о недопущении эскалации на Ближнем Востоке свидетельствуют о попытке обеспечить стабильность на рынке нефти. Скачок цены им не нужен, потому что Америка самостоятельно не справится со стабилизацией этого рынка.
Я склонен верить в то, что ВСУ создают серьезную угрозу для стабильности электорального поля в США. Ведь если цена на нефть серьезно подскочит, это создаст серьезные вызовы для демократов, поэтому сейчас они пытаются сгладить эту историю. Мол, не атакуйте, давайте проведем выборы, а потом разберемся. К сожалению, политики мыслят категориями реальной политики, так же как бизнес, который обслуживает политиков в США. Ведь для крупных компаний, которые имеют сотни миллиардов дохода в год, война не является поводом прекращать бизнес - для них это один из факторов, который может либо мешать, либо способствовать увеличению доходов и расходов.
Поэтому Белый дом и говорит так, чтобы ничего не делать, никуда не бить, или бить очень ограниченно и по прокси-группам. И атака по хуситам только подтверждает то, что это должны быть локальные ответы. Но Иран понимает, что это вызов для США, и не может не воспользоваться ситуацией, поэтому будет и в дальнейшем провоцировать Израиль на ответ. Война мешает многим политикам, все хотят ее переждать, но она сама собой не пройдет.
Каждый политик на своей должности мыслит категориями сохранения власти. И ему неважно, на кону стоит жизнь украинцев или что-то другое. Мы должны быть реалистами, а значит и давить на США (что мы сейчас и делаем), нанося удары по НПЗ. Так же, как и Израиль.
Потому что он, как и Украина, говорил Соединенным Штатам, чтобы они дали как можно больше оружия, иначе, мол, мы останемся без страны. И это не преувеличение, а факт, который, в отличие от нас, могут не понимать в Европе. И хотя у нас и нет тесных контактов с Израилем, но природа действий у обеих стран одинакова.
Сколько может длиться эскалация между Ираном и Израилем - это определенная фаза, которая, условно говоря, продлится месяц, а потом ситуация успокоится, или она может затянуться?
В количественном соотношении мощностей армии Израиля и Ирана, шансов у Израиля победить прямой военной атакой нет. Потому что даже по численности населения у Израиля до 10 млн человек, тогда как у Ирана около 80. По количеству армии может быть паритет, но дело в ее поддержке. Мы точно не знаем возможностей иранской армии. Но они есть, и это, по-моему, очевидный факт. Тем более, что Иран сегодня поддерживается Китаем, который имеет серьезные возможности. К тому же и Турция, которая имеет прямое отношение к Ближнему Востоку, скорее, поддерживает арабский мир, чем Израиль. И это тоже не добавляет Израилю шансов на проведение успешной операции за день-два. Но и не отвечать он не может, ведь количество войн, в которых Израиль участвовал, огромно еще со времен после Второй мировой войны.
Процесс трансформации Ближнего Востока не может произойти быстро. Потому что даже отдельные арабские страны выступили против Ирана только после того, как "ХАМАС" напал на Израиль. Ближний Восток - это очень чувствительный организм, поэтому прогнозировать, как быстро это может произойти или когда закончится, сложно. То, что такой конфликт неизбежен - очевидно, и удастся ли Соединенным Штатам, Великобритании и Франции стать успешными менеджерами этого процесса, я тоже сомневаюсь, потому что это не от них зависит. Во многом ситуация будет зависеть от намерений Ирана и Китая.
К чему готовиться Украине, если на Ближнем Востоке начнется не просто обмен ударами, а полномасштабное противостояние?
Я не вижу для нас в этом большой угрозы на данном этапе - это понимают и американцы, и все остальные. Помощь Украине точно будет выделена, Европа уже направляет больше средств на "оборонку". И если на Ближнем Востоке начнется большая война, то Иран прекратит так мощно помогать России. А перед Китаем, соответственно, встанет дилемма - поддерживать Россию или Иран. Все равно этот нарыв прорвет, после чего начнется деэскалация. Такова природа войны, ведь ресурсы у всех рано или поздно иссякнут. Сейчас Россия получает помощь от Ирана, Китая и Северной Кореи. Следовательно, впоследствии стоит ожидать и конфликта в Восточной Азии, потому что Южно-Китайское море взорвется со дня на день. Еще несколько успешных испытаний баллистических ракет Северной Кореей - и там тоже все зашевелится. Тем более, Япония уже отказывается от пацифизма и НАТО даже рассматривает сотрудничество с ней. И это та страна, которая, как и Израиль, имеет статус особого партнера США.
Но нам свое делать. Нам нужно выделять больше денег на оборону. Однако выгод от такой войны для Украины гораздо больше, чем опасностей, поскольку она ускорит принятие многих решений, которые касаются вопросов безопасности Украины и в Европе, и в США.
Как даже те удары, которые сейчас происходят между Израилем и Ираном, влияют на Конгресс США в контексте выделения помощи Украине и Израилю?
Существенно влияют, они являются катализатором. И это понимает даже Трамп, который не изменил решения о голосовании документа. Сейчас демократы пытаются добиться голосования своего законопроекта, который согласован в Сенате. Поэтому, как я и сказал, процессы на Ближнем Востоке прямо влияют на скорость принятия решений. Помощь Украине была бы проголосована в любом случае, но сейчас американские политики пытаются получить на ней дивиденды, поэтому сыплются заявления, которые уже по большому счету мало на что влияют.
А как вы думаете, как скоро Штаты могут принять решение о выделении помощи Украине?
У меня нет сомнений, что оно будет уже на этой неделе. Вспомните историю с голосованием за бюджет США, когда изо дня в день говорили о шатдауне, а потом взяли и проголосовали. То же самое будет и сейчас, потому что Трамп очень умело моделирует кризис, управляет им, а потом его решает.
Если говорить о том, как и кем сбивались ракеты, которые летели на Израиль, то почему это не работает с Украиной? Чего боится Запад?
Израиль имеет статус особого партнера США, как и Япония. И если бы Украина имела такой статус, нам бы и НАТО не было бы нужно. Потому что это означало бы, что мы имели бы на территории Украины или поблизости военные базы США, морские и воздушные, и военные США защищали бы нас. Такой статус имеют и британцы - это совсем история отношений.
Украина не была в таком статусе - фактически мы были нигде, и мы должны это осознать. И когда сейчас Кулеба говорит о том, что Украина ведет переговоры с Польшей, Румынией, Болгарией, чтобы их системы ПВО сбивали цели над территорией Украины, то этот диалог проводили и раньше, десятки лет назад. По этому поводу готовились и соответствующие договоры, но только сейчас они приобретают практическую реализацию. Пока, в отличие от Японии или Израиля, у нас нет таких отношений и договоров, и поэтому сейчас мы должны "разгребать" последствия нашего недальновидного сотрудничества с западными партнерами. Потому что мы имели кучу внутренних политических проблем, Россия нас блокировала и на Западе, и внутри Украины. Если говорить о НАТО, то Украина только в прошлом году создала совет "Украина-НАТО", который РФ имела уже десятки лет и прекратила работу только после полномасштабного вторжения.
То есть Украина только сейчас начинает выстраивать это партнерство. Мало того, что мы потеряли много боевой техники, самолетов, в том числе под давлением Запада, а теперь удивляемся, что Запад нас не защищает.
С другой стороны, Украина имеет статус партнера НАТО с расширенным возможностями. Что это фактически означает, и почему это не является основой для того, чтобы Запад помогал нам сбивать ракеты?
Этот статус у нас есть уже в течение 10-15 лет, но он ничего нам не дает, это бутафория. У нас должны быть конкретные договоры сотрудничества по размещению военных баз и использования систем ПВО для сбивания воздушных целей на определенном расстоянии. НАТО не может само этого сделать, мы должны подписать такие договоры с каждой страной отдельно (ведь в случае с НАТО это будет означать его прямое участие в войне). Сейчас подобные договоры подписываются, но это также не те договоры, которые обязывают Францию, Германию или другие страны размещать военные базы в Украине. Потому что даже Германия впервые за свою историю только недавно начала размещать свою отдельную бригаду в Латвии.
Поэтому у Украины должны быть договоры со странами (не обязательно членами НАТО), которые способны предоставлять нам такую военную помощь. И даже если бы мы получили приглашение на вступление в НАТО, это мало что изменило бы, поскольку НАТО ничем нам не обязано. Это просто приглашение, а мы идем определенным путем, который можем проходить и 10 лет. Этот процесс длительный, а без политического решения - он ни о чем.
Кто такой Валерий Клочок
Валерий Клочок - общественный и политический деятель, магистр государственной службы.
С 2017 года активно занимается политической и экономической аналитикой.
С 2022 года - руководитель Центра общественной аналитики "Башня", председатель благотворительного фонда "Новая дорога".
С 2020 по 2022 год сотрудничал с независимой неправительственной организацией Growford Institute (Think Tank), которая осуществляет стратегические глобальные исследования в сфере экономики и финансов, оценивает системные риски и разрабатывает оптимальные модели экономического развития для стран, регионов и мира в целом.
С 2016 по 2018 год - председатель центрального исполнительного комитета всеукраинской партии.
С 2006 по 2016 год - руководитель пресс-службы народного депутата, руководитель пресс-службы всеукраинской партии.
С 2010 года - до сих пор - основатель, директор частного предприятия.
С 2005 по 2006 год - главный консультант секретариата депутатской фракции в Верховной Раде Украины IV созыва.
2005 год (с марта по октябрь) - начальник отдела по вопросам взаимодействия со средствами массовой информации и связей с общественностью (пресс-служба) Государственной таможенной службы Украины, советник таможенной службы III ранга.
С 2004 по 2005 годы - пресс-секретарь депутатской группы в Верховной Раде Украины IV созыва.
С 2003 по 2004 годы - инспектор отдела образования районной государственной администрации.
Наши стандарты: Редакционная политика сайта Главред