Ее центр находится в самом сердце Европы.
Одним из главных преимуществ Украины в войне с Россией является платформа, которая зародилась несколько лет назад в компании Google.
Впоследствии она превратилась в проект Maven, собирающий огромный массив данных о российской армии и помогающих ВСУ точно атаковать цели оккупантов.
Об этом пишет издание The New York Times в материале «В Украине победила новая американская технология. Пока ее не превзошли».
Шесть лет назад гигант из Кремниевой долины подписал небольшой контракт на 9 миллионов долларов, чтобы задействовать навыки нескольких самых передовых разработчиков для создания инструмента искусственного интеллекта, который поможет военным обнаруживать потенциальные цели на поле боя, используя записи с беспилотников.
Инженеры и другие сотрудники Google утверждали, что компания не должна иметь никакого отношения к проекту Project Maven, даже если он призван помочь военным отличить мирных жителей от боевиков.
В результате бурных обсуждений компания отказалась от участия в проекте, но Project Maven не умер, он просто перешел к другим подрядчикам.
Теперь он превратился в амбициозный эксперимент, который испытывается на передовой в Украине: он является ключевым компонентом усилий американских военных по передаче своевременной информации солдатам, сражающимся с российской армией.
Пока результаты неоднозначны. У генералов и командиров появился новый способ свести полную картину передвижений и коммуникаций России в одну большую, удобную для пользователя картину, используя алгоритмы для прогнозирования передвижения войск и возможных атак.
И, несмотря на первоначальные опасения Google по поводу участия в Project Maven, некоторые из наиболее видных деятелей отрасли работают над вопросами национальной безопасности, подчеркивая, как Соединенные Штаты используют свое конкурентное преимущество в технологиях для сохранения превосходства над Россией и Китаем в эпоху возобновления соперничества сверхдержав.
Более чем в тысяче миль к западу от Украины, глубоко внутри американской базы в самом сердце Европы находится центр сбора разведданных, который стал центром усилий по объединению союзников и новых технологий для нападения на российские силы.
Посетители не одобряют «Яму», как называют центр. Американские официальные лица редко обсуждают ее существование, отчасти из соображений безопасности, но в основном потому, что операция поднимает вопросы о том, насколько глубоко вовлечены Соединенные Штаты в повседневную деятельность по поиску и уничтожению российских солдат.
Используемая там технология возникла из Project Maven. Но версия, предоставленная Украине, была разработана таким образом, чтобы не полагаться на участие наиболее чувствительной американской разведки или передовых систем. Цели прошли долгий путь после протестов Google шесть лет назад.
«В те первые дни это было довольно просто, - сказал генерал-лейтенант Джек Шанахан, который был первым директором Объединенного центра искусственного интеллекта Пентагона. - Это было настолько просто, насколько это возможно. Идентифицируем транспортные средства, людей, здания, а затем пытаемся найти что-то более сложное».
По его словам, уход Google, возможно, замедлил прогресс в направлении того, что Пентагон теперь называет «алгоритмической войной», но «мы просто продолжали идти».
К тому времени, когда назревала война в Украине, элементы Project Maven проектировались и производились почти пятью десятками фирм от Вирджинии до Калифорнии.
Тем не менее, была одна коммерческая компания, которая оказалась наиболее успешной в объединении всего этого в то, что Пентагон называет «единым стеклом»: Palantir, компания, основанная в 2003 году Питером Тилем, миллиардером-консерватором-либертарианцем, и Алексом Карпом, его исполнительный директор.
Palantir фокусируется на организации и визуализации массивов данных. Но он часто оказывался в центре бурных дебатов о том, когда построение картины поля боя может способствовать чрезмерно автоматизированным решениям об убийстве.
Проект Maven быстро стал выдающимся успехом среди многочисленных попыток Пентагона вникнуть в алгоритмическую войну и вскоре включил данные почти двух дюжин других программ Министерства обороны и коммерческих источников в беспрецедентную общую оперативную картину для Вооруженных сил США.
Рано утром после российского вторжения высокопоставленный американский военный чиновник и один из самых высокопоставленных украинских генералов встретились на польской границе, чтобы обсудить новую технологию, которая может помочь украинцам дать отпор русским.
У американца в машине был планшетный компьютер, на котором он управлял проектом Maven через программное обеспечение Palantir и был подключен к терминалу Starlink.
На дисплее его планшета показывались многие из тех же разведданных, которые видели операторы в Яме, в том числе движение российских бронетанковых подразделений и болтовня среди российских военнослужащих, пробиравшихся к Киеву.
В ходе разговора стало очевидно, что американцы знают больше о том, где находятся собственные войска Украины, чем украинский генерал.
Украинец был совершенно уверен, что его войска отбили город у русских; американская разведка предположила иное.
Когда американский чиновник предложил ему позвонить одному из своих полевых командиров, украинский генерал обнаружил, что американец был прав.
Украинец был впечатлен и рассержен. По его словам, американские силы должны сражаться бок о бок с украинцами.
«Мы не можем этого сделать», — ответил американец, пояснив, что господин Байден запретил это.
По его словам, Соединенные Штаты могут предоставить развивающуюся картину поля боя. Сегодня подобное напряжение продолжает сохраняться внутри «Ямы», где каждый день идет осторожный танец.
Военные серьезно отнеслись к требованию Байдена о том, что Соединенным Штатам не следует напрямую нападать на россиян.
Президент заявил, что России нельзя позволить победить, но что Соединенные Штаты также должны «избежать Третьей мировой войны». Итак, американцы указывают украинцам правильное направление, но не дают им точных данных о целях.
Украинцы быстро улучшились и создали своего рода теневой проект Maven, используя коммерческие спутниковые фирмы, такие как Maxar и Planet Labs, и данные, собранные из каналов Twitter и Telegram.
На снимках в Instagram, сделанных россиянами или находящимися неподалеку украинцами, часто были показаны окопы или замаскированные ракетные установки.
Снимки, полученные с помощью дронов, вскоре стали важнейшим источником точных данных о целеуказании, равно как и данные геолокации российских солдат, у которых не хватило дисциплины выключить свои мобильные телефоны.
Этот поток информации помог Украине атаковать российскую артиллерию. Но первоначальная надежда на то, что картина поля боя будет передаваться солдатам в окопах, подключенным к телефонам или планшетам, так и не оправдалась, говорят полевые командиры.
Одним из ключей к системе был Starlink, сеть спутников, предоставленная Илоном Маском, которая часто была единственным средством, связывающим солдат со штабом или друг с другом.
Это усилило то, что уже становилось ослепительно очевидным: сеть Starlink из 4700 спутников оказалась почти такой же хорошей, а иногда и лучше, чем системы Соединенных Штатов стоимостью в миллиарды долларов, сказал один из чиновников Белого дома.
Некоторое время казалось, что это технологическое преимущество может позволить Украине полностью вытеснить русских из страны.
В пригороде Киева украинские старшеклассники провели лето 2023 года, работая на давно заброшенном заводе, спаивая поставляемые Китаем компоненты для небольших дронов, которые затем монтировались на каркасы из углеродного волокна.
Эти устройства были легкими и дешевыми, стоили около 350 долларов каждое. Затем солдаты на передовой привязывали каждого из них к двух-трехфунтовому заряду взрывчатого вещества, предназначенному для обездвиживания бронетехники или уничтожения операторов российской артиллерийской бригады.
Дроны были разработаны для выполнения задач камикадзе без экипажа и предназначены для одноразового использования как одноразовые бритвы.
Разрушенный завод под Киевом воплотил в себе все сложности и противоречия украинской войны. С самого начала украинцы понимали, что для победы или даже для того, чтобы остаться в игре, им необходимо заново изобрести войну дронов.
Но они едва могли обеспечить поступление достаточного количества деталей для поддержания усилий. Миссия по обновлению парка дронов в Украине увлекла г-на Шмидта, бывшего исполнительного директора Google.
«Украина, - сказал он в октябре между поездками в страну, - стала мировой лабораторией по дронам». Он описал внезапное появление в Украине нескольких сотен стартапов по производству дронов «всех мыслимых видов», поэтому г-н Шмидт начал финансировать другую концепцию, которая сейчас, после украинского опыта, находит сторонников в Пентагоне: гораздо более недорогие автономные дроны, которые будут запускаться стаями и разговаривать друг с другом, даже если они потеряют связь с люди-операторы на земле.
Идея заключается в создании нового оружия, которое научится обходить российскую ПВО и переконфигурироваться, если несколько дронов в рое будут сбиты.
«Здесь очень много моральных проблем», — признал г-н Шмидт, отметив, что эти системы вызовут новый раунд длительных дебатов о нацеливании на основе искусственного интеллекта, даже несмотря на то что Пентагон настаивает на том, что он будет поддерживать «соответствующие уровни человеческое суждение о применении силы».
Он также пришел к суровому выводу: эта новая версия войны, вероятно, будет ужасной.
«Наземные войска, над которыми кружат дроны, знают, что они постоянно находятся под бдительным оком невидимых пилотов на расстоянии нескольких километров», - написал г-н Шмидт в прошлом году. - И эти пилоты знают, что они потенциально находятся в оппозиции к перекрестию, наблюдая в ответ.… Это чувство разоблачения и смертельного вуайеризма присутствует в Украине повсюду».