Картину «Иван Грозный показывает сокровища английскому послу Горсею» Александр Литовченко писал по воспоминаниям дипломата, который в 1573 году приезжал в Москву. Ежедневно царя выносили (он уже плохо ходил) в сокровищницу, где он рассказывал придворным о том, что в ней хранилось. И даже потребовал как-то, чтобы ему принесли жезл из рога единорога с алмазами, рубинами, сапфирами, изумрудами и другими драгоценными камнями, которые он называл друзьями красоты и добродетели и врагами порока.
Среди сокровищ, лежащих вокруг Ивана Грозного, можно увидеть шлем Александра Невского, шапки Мономаха и Казанскую, отрезы парчовой алтабасной ткани, кубки из раковины наутилуса и в виде фигурки петуха, седло арчак, бархатные седельные кобуры – ольстры, конскую упряжь, стремена турецкой работы.
Что самое интересное, посол Горсей вряд ли видел что-то из этих предметов, за исключением, разве что, шапок. Почти все они поступили в сокровищницу не раньше XVII столетия. Да и расположены на картине именно в том порядке, в каком лежали в залах палаты в XIX веке.
По легенде, трон с резными пластинами, на которых изображены сцены из жизни царя Давида, фигуры тритонов, купидонов и гиппокампов, был в приданом царевны Софьи Палеолог, жены Ивана III. Для торжественных молебнов, в которых участвовал царь, его переносили в храмы Кремля. В конце XIX века скульптор Марк Антокольский изваял фигуру Ивана Грозного, сидящего на резном троне – эффект был настолько поразительный, что легенда о том, что он принадлежал именно этому правителю, возникла как будто сама собой.
Невероятно роскошное платье сшили для коронации Екатерины II – серебряную парчу украсили двуглавыми орлами (их больше 170) из шелка и золотых нитей и нежными брабантскими кружевами. Эффектные портреты императрицы в этом наряде написали Стефано Торелли и Виргилиус Эриксен.
Высшую воинскую награду России – орден Святого Георгия – Екатерина II учредила в 1769 году. Первая награда принадлежала самой императрице. Ее можно увидеть на портретах Федора Рокотова и Александра Рослина.
Всего же до революции золотым крестом со звездой с девизом «За службу и храбрость» были награждены 25 человек, в том числе Александр Суворов, князь Георгий Потемкин и генерал-фельдмаршал Петр Румянцев.
Для участников великолепного бала в Зимнем дворце сшили наряды в русском стиле – для Николая II директор Эрмитажа Иван Всеволожский и художник Евгений Пономарев создали костюм царя Алексея Михайловича. В 1911 году немецкая фабрика «Дондорф» выпустила игральные карты, которые были вдохновлены образами участников бала. Последнего российского императора изобразили в образе короля червей.
Стальной шлем конической формы, украшенный изображениями Христа, Богородицы, Иоанна Предтечи, Святителя Николая и ангелов, создан московскими и греческими мастерами во второй половине XIV века. Вероятнее всего, он принадлежал кому-то из великих князей – обычные шлемы так не украшали. Именно его носит Добрыня Никитич на картине Виктора Васнецова «Богатыри».
Четырехместная колымага – закрытый экипаж с окошками, обитый малиновым бархатом, принадлежал брянскому старосте Франциску Лесновольскому, а затем – боярину Никите Ивановичу Романову, двоюродному брату первого из царей Романовых – Михаила Федоровича. Богато украшенную колымагу можно увидеть на картине Василия Сурикова «Утро стрелецкой казни»:
Этот шлем, наверное, можно смело назвать самым известным в российской истории. Его легко узнать: он изображен на гербовом щите Большого герба российской империи, гербах цесаревича и великих князей, ордене Александра Невского. Именно в этом шлеме Невский изображен на картине Павла Корина, а также на мозаике на станции метро «Комсомольская». На самом деле, шлем или, точнее, шапка ерихонская, принадлежал царю Михаилу Федоровичу. А выполнил его и украсил золотым орнаментом, драгоценными камнями и рельефным изображением архангела Михаила придворный оружейник Никита Давыдов.
Для двойной коронации срочно пришлось искать и двойные царские венцы. Ивану Алексеевичу как старшему досталась Шапка Мономаха, а для Петра Алексеевича изготовили Шапку Мономаха второго наряда. Тулья у нее украшена золотой филигранью, шпинелями и изумрудами, а навершие – крестом с шемчужинами. Художник Карл Брож для альбома «Венчание русских государей на царство» изобразил двух цесаревичей в момент коронации.
Свидетелям коронации императрицы Анны Иоановны сложно было поверить, что подготовка к церемонии заняла всего несколько месяцев. За это время мастера успели сшить ей платье из французской парчи и две короны – одну для самой коронации, вторую – для торжественных приемов. Императорский венец украшен 2,5 тысячами алмазов, рубинами и турмалинами. Придворный художник Луи Каравак написал Анну Иоановну во всем великолепии: платье переливается серебром, его оттеняет роскошная горностаевая мантия, а на голове сияет корона.
Император успевал не только управлять страной и прорубать окно в Европу, но и мастерить себе обувь. Например, сам сшил себе ботфорты в голландском стиле. Носили такую обувь поверх меховых сапог: высота их почти 90 см, а еще есть каблук 7,5 см. На портретах Петра I часто изображали в ботфортах: например, на картинах Петра Дрождина и Алексея Антропова.
Из всех царских регалий бармы – самая роскошная. Этот широкий круглый воротник, украшенный изображениями святых и драгоценными камнями, был единственным символом власти, который не передавался по наследству. Новый монарх должен был заказать собственный вариант. Для царя Алексея Михайловича бармы создали стамбульские мастера: семь медальонов в россыпи рубинов, алмазов и изумрудов с образами Богородицы, Святых Константина и Елены, Василия Великого и святого воина Меркурия. На одном из самых известных портретов царя, написанных мастером Оружейной палаты, Алексей Михайлович изображен в торжественном облачении, с державой и скипетром в руках. А плечи его украшают драгоценные бармы.