Иллюзия возможностей: Европейский рынок ждет товары из Киргизии
Бишкек не добился прорывных результатов в реиндустриализации за последние несколько лет. Партнеры по Европейскому союзу рисуют заманчивые перспективы, но республика не сможет воспользоваться ими до тех пор, пока не решит накопившиеся внутренние проблемы.
Киргизия — единственная страна в Средней Азии, недавно получившая право поставлять часть своих товаров на рынок Европейского союза без пошлины. Бишкек заявляет, что это позволит стране заметно увеличить экспорт отечественной продукции и привлечь зарубежных инвесторов.
Подобные аргументы в Киргизии звучали и ранее — о радужных перспективах власти говорили в августе 2015 года при вступлении Киргизии в ЕАЭС. Говорят они об этом и сейчас, обсуждая перспективы сотрудничества с Китаем.
На самом деле участие в каком бы то ни было экономическом объединении или программе, включая «Всеобщую систему преференций Плюс», увы, не дает автоматических гарантий увеличения экспорта. Этому есть множество причин — внешних и внутренних.
Что мешает Киргизии наращивать экспорт?
Внешние причины
— Защита рынка от новых поставщиков товаров. Страны, входящие в экономические союзы, так или иначе препятствуют вхождению «новых» игроков на рынки. Инструментами могут стать бюрократия, унификация стандартов качества товаров и услуг и многое другое. Киргизские власти повлиять на коллег в ЕС не смогут, а киргизские предприниматели не обладают достаточными финансовыми ресурсами для «борьбы на равных».
— Преференции могут быть отменены. Экономические программы являются рычагом для лоббирования политических интересов крупных стран и объединений. Предоставленные ими возможности могут быть в любой момент изменены, аннулированы, либо приостановлены в одностороннем порядке.
Бонусы для малых стран де-факто являются инструментом поощрения или наказания. Киргизия находится в односторонней зависимости от тех партнеров, которые выделяют средства на поддержку экономических и социальных сфер.
Внутренние причины
В самой Киргизии в сфере производства накопился комплекс проблем, который значительно усложняет выход киргизских товаров на любые внешние рынки.
До вступления в ЕАЭС ведущую роль в экономике Киргизии занимал реэкспорт китайских товаров. Существенных инвестиций в сферу производства (за исключением золотодобычи, нефтепереработки и электроэнергетики) практически не было.
Киргизия была аграрно-индустриальной республикой. Но со времен распада СССР сферы сельского хозяйства и животноводства, равно как и индустрия, пришли в упадок. Устаревшие технологии переработки, отсутствие контроля качества, развал ветеринарии, преобладание мелких частных фермерских хозяйств и деградация почв — только часть проблем.
Сейчас, уже в рамках ЕАЭС, Киргизия пытается срочно реабилитировать отрасли и вывести производство на новый уровень. Однако прорывных результатов пока нет.
Схожие проблемы имеются и в швейной отрасли. До вступления в ЕАЭС большая часть фурнитуры и тканей закупалась в КНР и Турции. Готовая продукция поступала на внутренний рынок и частично экспортировалась в соседние Казахстан и Россию. После роста стоимости сырья импортировать его стало невыгодно.
Сейчас власти Киргизии пытаются частично заместить импорт сырья — запущена фабрика по производству тканей, планируется создать два технопарка и постепенно укрупнять производство.
Привлечение инвесторов
Казалось бы, Киргизия имеет ряд преимуществ по сравнению с другими государствами региона и может рассчитывать на значительный приток инвестиций:
- Либеральное законодательство в отношении иностранных инвесторов;
- Выход на рынок ЕАЭС, Китая, Европейского союза, членство в ВТО;
- Дешевая рабочая сила;
- Дешевая электроэнергия.
Преимущество в виде либерального законодательства нивелируется своеобразным толкованием законов и международных соглашений, которые не гарантируют инвесторам соблюдение достигнутых договоренностей.
Последние два пункта все чаще подвергаются сомнению. Рабочая сила остается неквалифицированной и не может быть привлечена к участию в высокотехнологичных производственных процессах.
Что касается дешевой электроэнергии, то Киргизия не может самостоятельно обеспечить ее бесперебойные поставки, необходимые для производства. Дефицит энергии особенно заметен зимой и весной. Последние годы Киргизия закупает часть потребляемого электричества в Казахстане (зимой) и Таджикистане (летом).
Европейский рынок и статус ВСП+
Будучи членом «Всеобщей системы преференций Плюс» (ВСП+), Киргизия может поставлять в Европейский союз (ЕС) около семи тысяч наименований товаров. По 3300 товарным позициям предоставляется беспошлинный доступ, а по 3700 применяются сниженные ставки таможенных пошлин.
Основными статьями экспорта Киргизии в ЕС являются сырьевые ресурсы: сельхозпродукция (кожевенное сырье, хлопок-волокно, табак, овощи и фрукты), двигатели, механизмы, оборудование и части к ним, лампы накаливания, радиаторы, лом и отходы металлов и др.
По факту, за 2016 год треть экспортируемых в ЕС товаров (в рамках «ВСП+») занимала фасоль, 23% — этно-одежда, мумие, мед, орехи, сухофрукты, 9% — грибы.
Объем экспорта за год составил $68 млн (более 4,02 млрд рублей). Это на 53% больше, чем в 2015 году. При этом в структуре товарооборота объем торговли Киргизии со странами ЕС составляет менее 7%.
Эти данные не соответствуют оптимистичным прогнозам экономистов. К примеру, доктор экономических наук Джумакадыр Акенеев утверждал, что после подписания договора «ВСП+» Киргизия «уже в первые годы получит доход в $400 млн (около 23,3 млрд рублей)».
Более осторожные прогнозы озвучил ИА REGNUM эксперт Европейского союза Руджеро Малосси, проверявший в Киргизии строительство и оснащение лабораторий по контролю качества продукции.
«Киргизия может поставлять свои товары в неограниченном количестве при условии, что все они будут соответствовать стандартам качества и иметь соответствующие документы. Учитывая множество трудностей, говорить о поставке товаров сельскохозяйственной и мясо-молочной отрасли из Киргизии в ЕС в ближайшие несколько лет не представляется возможным».
Рынок ЕАЭС и Китая
Первые позиции во внешней торговле Киргизии по-прежнему занимают страны ЕАЭС — 39,4% и КНР — 28,3%.
Динамика такова — объем товарооборота Киргизии со странами ЕАЭС в 2016 году сократился на 16,7%. С Китаем же, напротив, товарооборот увеличился на 45,5% по сравнению с 2015 годом.
Возможности экспорта сельскохозяйственной продукции в ЕАЭС ограничены. Ее могут продавать 19 киргизских предприятий, включенных в единый реестр ЕАЭС. Это 12 предприятий по выпуску молочной продукции, одна — мясной, и по три компании, выпускающих мед и рыбную продукцию. Казахстан до сих пор не пускает большую часть мяса и молока из Киргизии, объясняя свое решение неготовностью киргизских лабораторий проверять качество продукции.
В КНР Киргизия экспортирует 97 товарных позиций. Среди них — масличные семена и плоды, зерно, лекарственные растения, табак и промышленные заменители табака, руды, шлаки и зола, топливо минеральное, нефть и продукты их перегонки, битуминозные вещества, необработанные шкуры и выделанная кожа, шерсть, пряжа и ткань из конского волоса.
Объем экспорта из Киргизии в Китай за 2016 год вырос в 2,2 раза и составил $80 млн 86,5 тысяч (около 4,7 млрд рублей).
Вывод
- Программа ВСП+ упрощает Киргизии доступ к европейским рынкам, но не решает основных проблем страны. Наибольшие затруднения для роста экспорта связаны не с отсутствием доступа на рынки сбыта, а с нехваткой в Киргизии качественной продукции для экспорта.
- Без решения внутренних проблем перспективы выхода на новые рынки и выведение экономики из кризиса останутся лишь перспективами.
- Публикуемые в местных СМИ радужные прогнозы относительно перспектив участия Киргизии в различных экономических объединениях типа «ВСП+» или ЭПШП зачастую не имеют под собой достаточной базы и являются не столько продуктом серьезной аналитики, сколько пропаганды. Большая часть комментаторов не разбирается в нюансах участия страны в подобных проектах и не считает нужным это делать.
- Участие в международных программах, в основном, направлено на получение инвестиций для демонстрации экономического роста. Однако при имеющихся схемах контроля за их распределением и расходованием возможность достижения положительных результатов вызывает сомнения.