Пашинян запутался в «заговорах»
После того, как глава МИД Азербайджана Эльмар Мамедъяров после апрельской встречи в Москве со своим армянским коллегой Зограбом Мнацаканяном сообщил, что их следующая встреча по предложению американцев может состояться в Вашингтоне, эксперты стали теряться в догадках.
До этого момента переговорный процесс между конфликтующими сторонами, Баку и Ереваном, проходил сверхускоренными темпами. В роли посредников в нем был непосредственно задействован президент России Владимир Путин, который способствовал достижению договоренностей «на ногах» в Душанбе между президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и премьер-министром Армении Николом Пашиняном, проводил с ними телефонные переговоры после их саммита в Вене. Поэтому идея провести переговоры между главами МИД Азербайджана и Армении в США, являющимися одним из сопредседателей Минской группы ОБСЕ, предполагало вступление в игру президента Дональда Трампа и государственного секретаря Майка Помпео. Это выглядело интригующее и наводило на мысль, что существует некий проект решения по урегулированию нагорно-карабахского конфликта, есть что обсуждать. Появились даже версии, согласно которым Вашингтон готовит или уже подготовил свой план по урегулированию конфликта, и он будто бы отличается от того, который продвигает МГ ОБСЕ, руководствуясь известными Мадридскими принципами.
Однако вскоре в американской газете The Washington Times появилась статья, где указывалось, что поощрение Помпео встреч между министрами иностранных дел Армении и Азербайджана с выходом на переговоры Алиева с Пашиняном может только теоретически конструировать позитивную перспективу мирного соглашения. Для того, чтобы всё перевести в практическую плоскость необходима «простая» резолюция Конгресса, написанная в сотрудничестве с кокусами (партийная организационная структура), которая должна предусмотреть следующее. Во-первых, общее послание администрации Трампа, в котором указывается на благословение Конгресса США для урегулирования этого конфликта. Во-вторых, было предложено использовать наработки ученого из Chatham House и одного из ведущих мировых экспертов по армяно-азербайджанскому конфликту Лоуренса Броерса. Предлагалось провести в Вашингтоне товарищеский футбольный матч между национальными командами Армении и Азербайджана, демонстрируя начало выстраивания «недорогой меры укрепления доверия между двумя странам».
Если же говорить о контурах соглашения, то они по сути дублируют Мадридские принципы: вывод армянских войск с «оккупированных территорий», развертывание миротворческих сил (необходимо обеспечить безопасность армянского населения), возвращение перемещенных лиц и самый высокий уровень автономии для армян Нагорного Карабаха, а также пакет мер по постконфликтному экономическому восстановлению, включая региональные проекты, как скоростное железнодорожное сообщение между Тбилиси, Баку и Ереваном. При этом высказалась надежда, что «новоизбранный лидер Армении, обещающий стране экономическое развитие», может подписать такое соглашение. Бывший специальный советник госдепартамента США Пол Гобл, говоря о заявлении Пашиняна ввести в переговорный процесс Степанакерт, предложил ввести так называемые «двухэтажные» переговоры: «один публичный — только с участием Баку и Еревана, второй — непубличный, в ходе которых каждая из сторон сможет провести консультации со Степанакертом».
Таким образом, Вашингтон, как в принципе и Москва, обозначил свою приверженность Мадридским принципам, но при определенной их собственной интерпретации. На наш взгляд, Баку такой ход событий — во всяком случае на данном этапе — устраивает, Ереван нет, так как ему предлагают подписывать документ о возвращении азербайджанских районов с неочевидной перспективой статуса Нагорного Карабаха. Вот почему московский цикл переговорного процесса не перешел в вашингтонский, переговоры стали буксовать. Однако мало кто предполагал, что тезис Гобла о возможностях непубличного диалога Баку — Степанакерт и Ереван — Степанакерт станут реализовывать самым неожиданным образом. Согласно нашим источникам, именно в этот момент в Баку стали циркулировать слухи о возможности подписания некого «сепаратного соглашения» с Ереваном, чему якобы мешает так называемый карабахской клан. Эта конспирологическая версия начала обрастать «мясом» после того, как был освобожден из-под стражи Роберт Кочарян.
В ответ Пашинян заговорил о «вероятном заговоре, готовящемся представителями прежнего режима совместно с арцахскими кругами». Более того, премьер заявил и о том, что «существуют силы, которые готовы ради своих групповых интересов способствовать развязке войны и возложить вину за вероятные потери на власти, тем самым добившись их отстранения». Согласно предложенной «заговорческой» логики, на линии фронта в Нагорном Карабахе должно было произойти обострение ситуации (тем более что Азербайджан в эти дни проводил масштабные военные маневры). Однако, по словам известного бакинского политолога Тофига Аббасова, «Азербайджан не воспользуется какими-то проблемами внутри Армении» и в нем «готовы к любым поворотам с армянскими политическими и околополитическими фигурами». А в Ереване даже лояльные настроенные к Пашиняну издания потребовали предъявления доказательств о существовании «заговора карабахского клана».
СМИ справедливо усмотрели серьёзную опасность для общества разделения армян на «карабахцев» и «не карабахцев». Вот что пишет «Голос Армении»: «Зачем надо было сотрясать всех ссылками на «заговор»? Есть конкретные факты? Расследуйте, докажите, накажите. Иначе — полный пшик, ибо голословность всегда является свидетельством отсутствия крепких фактов и использования пустой политической риторики в определенных и зачастую нечистоплотных целях». Если возвращаться конкретно к вопросу о перспективах урегулирования нагорно-карабахского конфликта, то прав главный редактор ИА REGNUM Модест Колеров, когда говорит, что «вся проводившаяся до сей поры внешняя политика Армении и НКР в карабахском вопросе была подчинена борьбе за признание независимости НКР от Азербайджана, и до сих пор никто из них официально эту борьбу не прекратил», что «МИД НКР внятно и определенно отверг уничтожающие НКР принципы урегулирования», а «МИД Армении этого не сделал и продолжает консультации на основе объявленных уничтожительных принципов».
Фактом становится то, что политика руководства Степанакерта из-за «игр» Пашиняна перестает быть созвучной политике Еревана, хотя «красная черта» еще не перейдена. Но все знают, к чему приводят уличные методы борьбы, блокирования зданий, когда власть открыто демонстрирует свою беспомощность в ситуации «нахождения во власти» и наращивает градус противостояния, открывая воронку «второй волны революции», которая может «уничтожить и своих «детей». В Баку за этим внимательно наблюдают, в Москве тщательно анализируют, чтобы понять, куда все же дрейфует Армения. За всем также пристально следят и на Западе. Ереван вибрирует. Но не является ли всё это каким-то «договорным спектаклем», участники которого проявят себя нескоро? Об их действиях пока можно судить только по деталям и попытками прощупать друг друга и ситуацию. Если да, то ответная реакция проявится потом, в других местах и по совсем другим поводам. Однако ясно одно: провал армянской политической элиты может быть не прощен как противниками, так и сторонниками власти. Ждать осталось недолго.