Кто и как будет определять будущее Белоруссии после Лукашенко?
Уже стало закономерностью — после каждой аналитической статьи на крупных информационных ресурсах с критическим разбором политики Лукашенко в отношении России немедленно сбегается целый рой белорусских троллей, набрасывающихся на авторов с оголтелой руганью.
Ни по каким другим темам, поднимаемым авторами, эти люди не проявляются и комментариев не оставляют, в полемике не участвуют. Такое впечатление, что их компьютеры реагируют только на слово «Лукашенко», и после получения такого сигнала они немедленно устремляются в массовую атаку.
За каждым более-менее заметным автором закреплена особая группа сопровождающих троллей, как в футболе за опасным нападающим закреплены несколько защитников. Работают они крайне топорно, аргументация их не только никого не убеждает, а наоборот, провоцирует и сплачивает других комментаторов, мгновенно формируя некий бой «стенка на стенку». На компьютерном жаргоне это называется «толстый троллинг» и считается крайне грубым браком в работе агитаторов.
Они не манипулируют аудиторией, а дразнят, и тем самым не разделяют её, а способствуют её сплочению. Однако других агитаторов у Лукашенко, видимо, нет, и его чиновники платят троллям не за качество, а за количество комментариев, за внешние символы активности. Так работают насквозь забюрокраченные системы.
Результативность таких воздействий никак не учитывается, хотя они ведут как раз к обратному эффекту. Это в целом характеризует понимание белорусским чиновничеством термина «эффективность управления».
Белоруссия застыла в эпохе «двадцать лет назад», как муха в янтаре, и даже по политическому языку троллей это чувствуется. Они продолжают использовать старые заезженные формулы и клише, которые, видимо, нравятся им и их начальству, но уже совершенно не работают в России в нынешней ситуации. Тем не менее огромная армия лукашенковских «дочерей крымских офицеров» получает кучу бюджетных белорусских рублей, по сути, занимаясь очковтирательством своему руководству.
Примером такой реакции может служить недавно вышедшая статья «АнтиРоссия. Почему нынешний курс Лукашенко обречён на поражение». Реакция троллей всех калибров была исключительно громкой и скоординированной. По степени злобности криков можно было судить о точности попадания в нерв неприятной темы. Всплыло то, что тщательно скрывалось.
Однако кроме вполне стандартной массовой истеричной реакции прежней группы прикреплённых троллей, неожиданно отреагировало и российское патриотическое сообщество. В статье было сказано, что национализм Лукашенко не имеет в Белоруссии широкой социальной базы, так как рассчитан на мелкобуржуазную среду, которая есть в Прибалтике, в Грузии и на Украине, но отсутвует в Белоруссии по классово-экономическим причинам.
Свергнуть Лукашенко может верхушечный слой из перебежчиков во власти и искусственно выращенных националистов, которые вербуются из деклассированной мелкой интеллигенции, и которую возглавят определённые ушедшие в раскол и в заговор высшие чиновники. Общество же в силу социально-классовой структуры остаётся чуждым националистической риторике власти, и потому курс Лукашенко не получит глубокой поддержки и обречён на историческое поражение.
Собственно, все признают: социальная база у белорусского национализма Лукашенко составляет 10−15% общества. В этом оценки, данные в статье автором и его российскими оппонентами, сошлись. Но вызывают удивление критерии критики, применяемые некоторыми нашими патриотами.
Вот что пишет в своём ТГ-канале эксперт по межнациональным отношениям при президенте России политолог Богдан Беспалько:
«Автор слишком уж увлечен марксистко-ленинскими теориями и даже придумал для белорусов «мелкую интеллигенцию». Оценка политических сил в Белоруссии и тем более оценка их возможностей несколько искажены. Халдей пишет, что Лукашенко одинок и ему не на кого опереться; и что, мол, поэтому Белоруссия никуда без российской поддержки далеко не уйдёт.
В том то и дело, что Лукашенко давно стал лидером целого социального слоя — «новой шляхты». Этакого политического класса, но который давно руководит парадом, и который может легко сам сменить вождя и посадить другого Лукашенко, еще более изворотливого и более недоброжелательного по отношению к России.
Этот давно сформировавшийся политический класс и его обслуга, включая силовиков, составляет, по разным оценкам, от 10 до 15% населения».
Вызывает крайнее изумление оценка политолога в стиле «слишком уж увлечен марксистко-ленинскими теориями». Что значит «слишком» и «не слишком»? Где точные критерии, кроме вкусового? И почему, собственно, это плохо? Это не работает? Но где доказательства?
Богдану Беспалько не нравится политический язык марксовой классовой методики. Но это дело вкуса, а в науке социологии так не работают. Там нет понятия «слишком» — «не слишком», это субъективно. Там есть понятие «репрезентативно — нерепрезентативно». А всё что сверх того — это от лирики, а не от физики, пусть и социологической.
Отсутвие понимания марксовой социологии выражается у Богдана Беспалько в том, что он не понял, что мы на разном языке говорим об одном и том же. То, что он называет «новая шляхта», в статье названо слоем во власти и среди обслуживающей её мелкой интеллигенции, термине, тоже не понравившимся Беспалько. «…Придумал для белорусов «мелкую интеллигенцию», — говорит Богдан, хотя это вполне известный термин в определённых социологических школах.
Мелкая интеллигенция — это те самые разночинцы, мелкие служащие, типа земских учителей, врачей и статистиков, склонных, как известно, поддерживать самые радикальные движения типа бомбистов-эсеров. Это давний социальный тип, постоянно воспроизводящийся в городской среде во все времена. Как можно, не зная этого, давать советы президенту?
Известный в экспертной среде канал «Бульба престолов», уже однажды уличенный в целом ряде серьезных концептуальных неточностей, также узрел в статье то, что там и близко не было написано — призыв никак не воздействовать на курс Лукашенко.
«С учётом сказанного упомянутая статья, где ключевая идея — это не менять Лукашенко и не душить РБ экономически (под предлогом, что у Лукашенко не выйдет создать полноценный бел. национализм), — явная работа на противника и попытка выиграть для него время».
Это пример того, как слепота вытекает из владеющих авторами политических доктрин. Они требуют своего языка и не понимают никакого другого. Националисты — что русские, что белорусские — просто не любят марксизм из-за его интернационализма и потому не признают вообще все его познавательные инструменты, независимо от степени их пригодности.
Но именно интернационализм может построить империю в стране, где живут более 150 наций и народностей. Национализм её только расколет. И потому уважаемые оппоненты реагируют не рассудком, а рефлексами. Найти в статье, где сказано, что у политики Лукашенко по классовой природе белорусского общества нет широкой социальной базы, явную работу на сепаратизм — это не просто узость кругозора, это уже пахнет манией преследования.
Для авторов, от которых привык видеть всегда качественную аналитику, это выглядит нервным срывом. Они уже видят врагов в своих единомышленниках, и это весьма прискорбно, ибо так можно зайти очень далеко.