«Я вдруг услышал слитный, нечленораздельный, почти животный вопль. Затем раздался рык», — так подчиненные Гитлера вспоминали его реакцию на побег в Британию своего ближайшего соратника Рудольфа Гесcа. Тот боготворил фюрера, сидел с ним в тюрьме и редактировал «Майн Кампф». Британцы не могли поверить, что этот видный нацист сам пришел к ним в руки, и удивились, выслушав его послание. Подробности — в материале «Газеты.Ru».
Национал-интеллектуал
Рудольф Гесс, как и сам Адольф Гитлер, вырос за пределами Германии. Он родился 26 апреля 1894 года в Египте, где жил его отец — богатый немецкий предприниматель Фриц Гесс. Семья, несмотря на жизнь в арабской стране и британской колонии, хранила немецкие традиции и идентичность, и Рудольф сам признавался, что именно это сделало его убежденным националистом. При этом молодой Гесс называл Египет «маленьким раем» и восхищался Британской империей, что затем сыграет важную роль в его биографии.
В 14 лет юношу отправили для обучения в Германию и Швейцарию. На момент начала Первой мировой войны он в возрасте 20 лет работал стажером в одной из немецких торговых компаний и вопреки воле отца записался на фронт добровольцем. Войну он прошел в пехоте, успел принять участие в «Верденской мясорубке» и получить несколько ранений, а незадолго до капитуляции Германии прошел обучение на летчика-истребителя.
После окончания войны Гесс вступил сразу в четыре объединения, в каждом из которых был компонент будущего нацизма.
Например, он стал членом знаменитого Общества Туле, которое искало древние корни немецкого народа, популяризировало идею «арийской расы» и мистического национализма. При вступлении в общество человек должен был поклясться, что в роду у него нет евреев, чернокожих или азиатов.
- Одновременно Гесс вступил одну из групп фёлькиш/народного движения, объединившего этнических националистов с уклоном в неоязычество, сторонников превосходства немцев по крови над другими народами и радикальных антисемитов.
- Также будущий соратник Гитлера успел повоевать в составе фрайкора — добровольческой армии, созданной для вооруженной борьбы с коммунистическими повстанцами. У «Фрайкора» не было единой идеи, но он, как и любая военизированная организация, нес в себе дух милитаризма и привлекал людей, склонных к вооруженному политическому насилию.
- Наконец, Гесс поступил в Мюнхенский университет, желая изучать историю и экономику. В его группе преподавал геополитику Карл Хаусхофер. Профессор был сторонником идеи Фридриха Ратцеля о Lebensraum — жизненном пространстве. В рамках этой теории нации и государства были подобны организмам или личностям, сформировавшимся в определенных географических условиях и имеющим уникальный национальный характер. Интересы нации, как и организма, монолитны, а поскольку население на рубеже XIX-XX веков росло бурно, то интересом нации становилось расширение территории путем поглощения слабых соседей.
С точки зрения современной политологии такая геополитика считается откровенной лженаукой, вроде астрологии и френологии . Сам Хаусхофер не принимал органическо-дарвинистскую теорию слишком близко к сердцу и не призывал государства вести войну на уничтожение. Он был сторонником континентального блока Германия-Франция-Россия-Япония-Италия в противовес атлантическим Великобритании и США, а начало Второй мировой войны повергло его в глубокую депрессию. Однако его идеи оказали существенное влияние на нацизм, — вероятно, подобно тому, как марксистская идея «грабь награбленное» влияет на активиста, который понял ее буквально и начал выносить из магазинов телевизоры во время протестов.
Заместитель фюрера
С Гитлером Гесс познакомился в 1920 году на митинге в Мюнхене, где мгновенно уверовал в фюрера и стал членом НСДАП № 16. Он сразу был самым преданным сторонником фюрера и однажды закрыл его телом от заложенной марксистами бомбы. Гесс был одним из создателей штурмовых отрядов (SA) и принял активное участие в Пивном путче 1923 года, когда нацисты впервые попытались захватить власть. По его итогу он вместе с Гитлером и другими руководителями НСДАП оказался в тюрьме Ландсберг.
Демократические власти Веймарской республики не имели цели сгноить бунтовщиков в темнице, и потому условия в тюрьме были мягче, чем в российской колонии общего режима. Заключенные днем не были заперты в камерах и могли свободно гулять и общаться, что позволило Гитлеру начать писать «Майн Кампф». В этом ему активно помогал Гесс. Многие главы книги написаны после их бесед. Гесс тщательно протоколировал все разговоры, помогал фюреру оформить разрозненные мысли в стройный текст, удалял скучные и нелепые фрагменты и делился своим видением. Бывший летчик выступил не соавтором, но музой и редактором фюрера. Именно Гесс приобщил Гитлера к идеям геополитики и приглашал Хаусхофера читать заключенным лекции. Профессор и фюрер друг другу не понравились — первый считал второго необразованным плебеем, а Гитлеру Хаусхофер показался очередным интеллектуальным болтуном, пусть и генералом с боевым опытом. Так или иначе, переработанная теория жизненного пространства в явном виде упоминается в «Майн Камф».
После прихода нацистов к власти в 1933 году Гесс получил должность рейхслейтера (один из 16 высших руководителей НСДАП) и заместителя фюрера партии. Гесс был идеальным соратником нацистского диктатора. Обладая деятельным складом ума, он помогал Гитлеру во всех вопросах, но из-за отсутствия тщеславия не пытался «подвинуть» своего начальника. Гесс регулярно организовывал и открывал Нюрнбергские митинги, через него проходили многие указы Гитлера, он выступал по радио, будучи голосом партии, через него Гитлер вел переговоры с промышленниками. Он последовательно продвигал идеи антисемитизма и принял участие в разработке Нюрнбергских законов, лишавших евреев немецкого гражданства (однако сделал исключения для Хаусхофера, женатого на дочери табачного фабриканта еврейского происхождения).
С началом войны Гесс стал одним из членов военного кабинета министров без конкретного портфеля полномочий. Именно он подписал указ об аннексии Данцига и других северных польских территорий. Он же настоял на создании отдельного драконовского уголовного кодекса для поляков на этой территории, поскольку, по его мнению, этот народ был малочувствителен к мягким наказаниям. Однако в целом влияние заместителя фюрера с началом войны упало, и он все больше и больше отдалялся от реальной политики. Кроме того, рос его интерес к мистике и астрологии, что вкупе с тяжелой ипохондрией заставляло сомневаться в ментальном здоровье заместителя фюрера.
Последний полет
10 мая 1941 года в 22:08 британский радар на севере Англии зафиксировал необычную цель. К берегу со стороны Cеверного моря приближался одиночный самолет. Ему присвоили обозначение «Рейд 42» и выслали на перехват три истребителя, но те не смогли обнаружить противника. Через полчаса наблюдатели в деревушке Чаттон сообщили о тяжелом истребителе Мессершмитт Bf.110, идущем на высоте 15 метров. Еще через час крестьянин Дэвид Маклин обнаружил на своей ферме Флорс человека, пытающегося освободиться от парашюта. Говорящий оказался немцем, представился как Альфред Хорн и заявил, что у него есть важное сообщение для герцога Дугласа Гамильтона, командира авиакрыла британских ВВС, расположенного под Эдинбургом. Вскоре задержанный оказался под арестом в казармах Мэрихилл в Глазго.
Гамильтон прибыл к казармам на следующее утро и согласился поговорить с заключенным наедине. Его удивлению не было предела: немецкий летчик оказался самим Рудольфом Гессом, прибывшим с дипломатической миссией. Заместитель фюрера предлагал заключить мир: немцы и англичане родственные арийские народы, а в войне между ними гибнет лучший человеческий материал. Единственным бенефициаром этого выступают большевики, против которых необходимо объединить усилия. Гесс рассказал о планах войны против СССР и предлагал сделку: полная свобода действий для Германии в Европе в обмен на сохранение Великобританией колоний.
В чем выгода этого предложения для британцев, неясно: он предложил им то, чем они владели и так. Вдобавок, Лондону были глубоко безразличны теории об арийской расе, Гиперборее и прочие идеи Общества Туле. Нацисты на тот момент воспринимались как абсолютное зло, дикое агрессивное животное, нарушающее любые договоры и стремящееся к мировому господству силовым путем. Германия виделась британцам не потерянным братом по расе, а злобным врагом, который только что попытался склонить их к капитуляции путем ковровых бомбардировок Лондона с целью убить как можно больше мирных жителей.
Поэтому Гесса не удостоили аудиенции у руководства Великобритании. Его сочли вражеским военнопленным, вдобавок, психом, — он привез с собой целый мешок с 28 лекарственными препаратами и набором гомеопатических средств, а также регулярно жаловался, что охранники пытаются его отравить.
Версию о психическом расстройстве поддержало и руководство Германии, объявив, что заместитель фюрера сошел с ума и, страдая от галлюцинаций, улетел в неизвестном направлении.
Позиция была странной: получается, подписывают указы и руководят страной невменяемые люди.
Среди историков нет консенсуса о том, действительно ли Гесс спланировал свою миссию без согласия фюрера, страдая от психических проблем и переживая удаление от реальной политики. Личный архитектор Гитлера Альберт Шпеер вспоминал, как Гитлеру донесли новость о побеге:
«В холле я увидел двух адъютантов Гесса — Лейтгена и Пича с бледными лицами. Они попросили меня пропустить их вперед, потому что они должны передать Гитлеру личное письмо Гесса. Как раз в этот момент из своих верхних помещений вышел Гитлер. Одного из адъютантов пригласили наверх. Пока я еще раз пролистывал свои эскизы, я вдруг услышал слитный, нечленораздельный, почти животный вопль. Затем раздался рык: «Немедленно Бормана! Где Борман?» Придя в себя, фюрер объявил Гесса предателем и пообещал расстрелять, как только найдет».
На то были причины: слухи о сепаратных переговорах с Британией подрывали союз с Италией и боевой дух немцев. Кроме того, Гитлер справедливо полагал, что англичане предупредят СССР о нападении, запланированном на июнь 1941 года. Правительство Черчилля и правда послало такое предупреждение, но Сталин не поверил ему и счел уловкой.
Рудольф Гесс находился под арестом до конца войны и был обвиняемым на Нюрнбергском трибунале. Там он все еще пытался доказать, что охранники его травят и всячески прикидывался больным. Но это не помогло. Его признали виновным в преступлениях против мира (планировании и подготовке агрессивной войны) и сговоре с другими немецкими лидерами с целью совершения преступлений. Гесса приговорили к пожизненному заключению, которое тот отбывал в тюрьме Шпандау, где и совершил самоубийство в августе 1987 года.
До самых последних дней бывший заместитель фюрера оставался убежденным нацистом и антисемитом. На его могилу поместили надпись «Ich hab's gewagt» («Я осмелился»), которая служила местом паломничества для неонацистов. Ее снесли с согласия родственников лишь в 2011 году, а прах развеяли над морем.