Приостановка 5 апреля участия Беларуси в ДОВСЕ день в день совпала с таким же решением Турции. Наиболее лаконично его мотивы выразил турецкий дипломат Ялым Эралп: после начала конфликта на Украине ДОВСЕ утратил смысл. Но в основе эрозии Договора превышение групповых ограничений со стороны НАТО.
Химера евроатлантизма
По факту это прощание не только с постсоциалистической моделью европейской безопасности, но и установившейся после окончания Второй мировой войны Ялтинско-Постдамской системой международных отношений. Так происходит историческое переформатирование европейской безопасности, драйвером которого на современном этапе выступила Россия.
Она не просто приостановила участие, а окончательно и бесповоротно распрощалась с Договором об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), по выражению МИДа, «без сожаления и с полной уверенностью в своей правоте». Без участия России Договор превращается в филькину грамоту, о чем, кстати, заявила и турецкая дипломатия.
Да и странный это был Договор, особенно в условиях новейшего времени, потому что работал он в одностороннем порядке — против интересов России и Беларуси, которые неукоснительно его выполняли, а взамен получали и продолжают получать наращивание гонки вооружений и усиление военной активности на своих границах со стороны Запада.
Как известно, 7 ноября 2023 г. завершилась предусмотренная ДОВСЕ процедура выхода России из этого Договора. Таким образом, международно-правовой документ, действие которого было приостановлено Россией еще в 2007-м, окончательно ушел для нее в историю. Россия де-юре зафиксировала установившееся статус-кво: контроль и ограничение обычных вооружений в Европе не действуют.
Виной тому сознательно деструктивная позиция блока НАТО, который руками своих сателлитов систематически разрушал архитектуру европейской безопасности на континенте в угоду химере евроатлантизма. Страны Балтии вообще не присоединялись к Договору, а Польша решением Сейма 5 марта этого года приостановила действие ДОВСЕ.
Еще в апреле прошлого года Варшава уведомила о решении не выполнять ДОВСЕ в отношении Беларуси, ответившей зеркально. А уже в мае общая численность военнослужащих стран НАТО, одновременно участвовавших в ряде учений на польской территории, превысила установленный Венским документом порог 13 тысяч. ДОВСЕ де-факто тоже давно прекратил свое существование для Польши, у которой теперь полностью развязаны руки для бешеной милитаризации.
Тelegram-канал БелВПО замечает, что с начала текущего года в течение четырех месяцев НАТО будет репетировать полномасштабную сухопутную войну против России. С этой целью альянс объединит ряд крупномасштабных маневров, оперативных и тактических учений, кибернетических мероприятий в интересах моделирования «поля боя» на будущем «Восточном фронте» от Финляндии до Румынии. В центре событий — граничащие с Беларусью Польша и страны Балтии.
От Атлантики до Урала
Символично, что подписанный в 1990 году на излете существования Варшавского Договора ДОВСЕ, призванный покрывать «зонтиком безопасности» европейскую территорию, географически дублировал произнесенную некогда генералом Де Голлем формулу Европы от Атлантики до Урала.
Введенная в политический оборот с легкой руки французского лидера более шести десятилетий назад, она вызвала легкий переполох в советском руководстве, которое восприняло ее как посягательство на территориальную целостность СССР. Результатом буквальной интерпретации стала гневная отповедь в заявлении ТАСС.
Тогда в ответ на советское возмущение формула была признана некорректной французскими дипломатами. Но вопрос о том, что же подразумевал под ней яркий французский политик, так и остался открытым, спроецировавшись на международные реалии наших дней. Перипетии с ДОВСЕ теперь многое объясняют в формуле Де Голля.
Ключ к разгадке кроется и в политическом мировоззрении Шарля де Голля, который мыслил о том, что европейским строительством надо заниматься совместно с СССР, а не в противовес ему. Французский лидер стал первым послевоенным политиком, который видел Европу как неотъемлемую часть континентального пространства Евразии.
Навязчивое стремление вырвать Европу из континентального контекста — чем-то сродни мифологическому сюжету ее похищения, которое в современных реалиях совершается прямо на глазах у изумленной публики. Геополитическим пигмеям атлантистского толка не следует забывать, что основы европейской политики в ее континентальном измерении когда-то заложил французский лидер генерал Де Голль.
Тогда он казался Дон Кихотом, который бросил вызов атлантическому засилью, а сегодня его идеи на фоне распада ДОВСЕ оказались необычайно актуальными. В любом случае генерал Де Голль предвидел, что попытки обеспечить европейскую безопасность без учета интересов России ни к чему хорошему Европу не приведут.
Так оно и случилось. Этот основополагающий вывод из истории Договора подчеркивается и в заявлении российского МИДа по поводу выхода из ДОВСЕ. Еще один вывод — попытки цепляться за отжившие свой век договоренности, не соответствующие новой обстановке, обречены на провал, чреваты развалом механизмов сотрудничества в сфере контроля над вооружениями. НАТО в очередной раз показала свою недоговороспособность, а ДОВСЕ был торпедирован именно альянсом.
Фланговые ограничения
Министр иностранных дел Беларуси Сергей Алейник заявил, что пока неизвестно, чем можно заменить ДОВСЕ, милитаристская риторика Запада не способствуют возобновлению диалога по такому чувствительному вопросу, как контроль над вооружениями. Российский МИД еще более категоричен. В его заявлении отмечается, что на данном этапе никакие договоренности со странами НАТО в сфере контроля над вооружениями невозможны.
Только когда жизнь заставит их вернуться к конструктивным и реалистичным позициям, соответствующий диалог мог бы возродиться как часть усилий по формированию новой системы европейской безопасности, отвечающей интересам России и всех других стран, отвергающих диктат Запада, резюмируется в заявлении российского МИДа.
В нем же содержится оценка истории Договора, который был заключен на излете «холодной войны», когда формирование новой архитектуры глобальной и европейской безопасности на основе сотрудничества еще представлялось делом возможным, предпринимались соответствующие попытки.
Так, в тот период были заключены крупные соглашения по ключевым вопросам разоружения и контроля над вооружениями (стоит вспомнить о ДРСМД, ДСНВ-1 и ДСНВ-2, КЗХО, а в Европе, помимо ДОВСЕ, — о ДОН и ряде изданий Венского Документа). Не все из них выдержали проверку временем, но на том этапе они сыграли определенную стабилизирующую роль.
Даже после резкого изменения геополитической и геостратегической ситуации — прекращения существования Варшавского Договора, а затем и Советского Союза, — когда Россия была вынуждена сокращать и реформировать свои Вооруженные cилы, а параллельно вести борьбу с терроризмом, Договор обеспечивал ей материальные гарантии безопасности.
Например, ДОВСЕ позволил сделать процесс сокращений не односторонним, а взаимным, подключив к нему страны НАТО, прежде всего, Германию; совокупный потенциал тогдашних членов альянса был в определенной степени ограничен и поставлен под контроль. Все это позволяло России более свободно задействовать Вооруженные cилы для решения приоритетной задачи обеспечения внутренней безопасности и территориальной целостности, борьбы с сепаратизмом и экстремизмом.
Но указанные изменения привели к тому, что ряд положений ДОВСЕ (прежде всего фланговые ограничения) перестал отвечать интересам России, а сегодня и Беларуси. США запустили процесс расширения НАТО, а страны альянса стали открыто обходить групповые ограничения Договора. В итоге ДОВСЕ попросту утратил связь с реальностью, платой за это стал тяжелейший кризис европейском безопасности.
Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции.