«Почему у меня два разных образа? Испортили карьеру. Все просто.
Есть заговор. Люди сидят и договариваются между собой не брать футболиста. А ты веришь в то, что я ухожу из "Спартака" бесплатным футболистом, какой бы я там ни был, в 30 лет я ухожу и из 16 команд у меня нет ни одного предложения? За меня платить ничего не надо. Я играю, я так же забиваю. И меня никто не берет, кроме "Ахмата". Я в "Ахмате" — и все сразу замолчали.
Я тебе еще раз говорю: ты веришь в это, что уйти из "Спартака" на расцвете сил своих — и ты никому не нужен командам?
Просят: "Не надо брать, он нас обидел". Таких много футболистов было. Билялетдинов. Было такое? Измайлов был. Много футболистов.
Договариваются. Так и есть. По-взрослому если разговаривать, так и есть. Просят и все. А потом что выходит?
Кто просит? Я не знаю. Ты лучше меня все это знаешь. Я выхожу в "Ахмате" и забиваю, я иду в "Химки" и забиваю 12 голов, даже больше. Больше, чем в лучшие годы в "Спартаке" и "Локомотиве", попадаю обратно в сборную. Получается, в 34 ты нужен, а в 33 ты не нужен никому?
Мне заблокировали вход в российский футбол. Даже в ближайшую Турцию. Я когда разговаривал, мне говорили, что людям звонили: "Нет, нельзя брать, потому что у вас с нами испортятся отношения". Вот так это было.
Зачем это все говорить и поднимать? Давай мы закроем эту тему», — сказал Глушаков интервью журналисту Нобелю Арустамяну.