1988 год, 2 декабря, аэропорт Минеральные воды, освобожденные дети-заложники. Фото - архив семьи.
Фильм «Командир», премьера которого гремит по стране, - о Геннадии Зайцеве (руководителе легендарной группы «Альфа») и о теракте в Орджоникидзе (Владикавказе) в 1988-м. Тогда бандиты захватили автобус с классом, но «альфовцы» спасли всех заложников.
И это фильм о долге и чести. Всех, больших и маленьких.
Перед премьерой в Москве уже 45-летние, съехавшиеся дети-заложники впервые узнали имя спасителя – Геннадия Зайцева. И сказали: «Спасибо!»
А Геннадий Николаевич Зайцев сказал про 4 «г», про то, как вели себя эти дети, какие недетские решения принимали: «Я откровенно говорю, какая дружная команда была... Какой характер!» И это слова Командира группы «Альфа» о Диме Швыдко, маленьком командире, и его товарищах.
На премьеру Дмитрий Швыдко летал с мамой. Семья переехала с Кавказа в Белово в 2000-х. Полтора последних года семья Швыдко – Дмитрий и родители, как и семьи других заложников, были на связи с сценаристом и режиссером Тимуром Хваном, рассказывали про теракт, что пережили, отправляли фотографии тех дней.
И вот – премьера, Москва, зал на 1500 человек.
- Страшно было ждать и переживать все заново? – спросила я после маму, Людмилу Александровну, и папу, Леонида Павловича (он посмотрел фильм в Белово). Годами, в снах, знаю, мама видит, что Диму теряет, как это было в 1988-м, и зовет, и просыпается в ужасе...
- Сначала было интересно, как события документальные превратят в художественные, - поясняют родители.
- А началось кино, и в нем – один в один, - говорит мама, - и я прорыдала весь фильм.
2024 год, в Москве, бывшие дети-заложники на встрече с командиром группы "Альфа" Геннадием Зайцевым. Рядом с ним, справа, Людмила Швыдко, крайний справа - ее сын Дмитрий. Фото - архив семьи.
Автобус
... Это было в СССР. 1 декабря 1988-го. Снегопад обрушился на мокрый серый город сказочно-новогодне. И 4 «г» из 42-й школы Орджоникидзе, выскочив из типографии, с экскурсии, с подаренными календарями на новый год - с Высоцким, запрыгал радостно по первому снегу. Но пока строились и считались, озябли. Потому тормознувший рядом автобус и приняли на ура.
— Мы – шефы, садитесь! — звал, улыбаясь, дядька за распахнувшейся дверцей. Класс и учительница забежали. Ловушка захлопнулась. Так начался теракт.
…Те четверо террористов сначала захватили автобус пустой. Ехали, заметили класс, загрузились детьми, объявили их заложниками и определились: обменять ребят на оружие, бронежилеты, на миллионы в валюте и на самолет за границу.
И вот класс – в заложниках. И информация начала расходиться по городу.
- Я днем забегал домой на обед, что бывало редко. Дима торопился, сказал, они – на экскурсию, обедать некогда. «Нет, покушай», - усадил я его, - вспоминает папа. – И потом, как пришла информация – «автобус», «детей захватили, с экскурсии» - дошла до меня в числе первых, я был секретарем райкома партии... Я и сказал: «Там мой сын...», удивив всех. – «Откуда знаешь?» - «Чувствую...»
И папа Димы – в штаб, предложил обмен, себя - в заложники вместо детей. Террористы отказали.
- А поменять, Вы просили, на сколько детей?
- Не было, на сколько. Как получится. Любой родитель готов был на это.
«Честь имею!»
Террористы заявляли, что если не будут выполняться их требования, начнут убивать.
И шли переговоры с ними – отпустить хотя бы первых девочек, и стало ясно: всё надолго.
И родители Димы переживали, что сын начнет сам искать выход. Потому что характер. Да даже рос на колыбельных – на песнях любимых, патриотических («Шел отряд по берегу...» и «Там, вдали, за рекой»). И взрослел на книгах о детях-героях, о подвигах на войне. И был самый шустрый в классе. Родители боялись правильно. Сын подбил мальчишек готовить побег. Террористы отгородили в конце автобуса закуток – типа туалета, рядом с дверцей, замотанной проволокой. И ребята, просясь туда, пытались ее распутать.
Но самое главное, что 35 лет спустя и имел в виду командир группы «Альфа» Зайцев, с уважением сказав про коллектив 4 «г», во время теракта был ПОСТУПОК детей, касавшийся советской детской святыни – пионерского галстука.
Террористы поманили обещанием освобождения. Через предательство.
— Обещали свободу, сразу, тому, кто сожжет свой галстук. И бандиты зажигали спички, учительница тушила... А вокруг – бензин. Террористы с самого начала расставили на сиденьях трехлитровые не закрытые банки с бензином, между детьми, повесили банки в авоськах на стенах, и автобус мог взорваться в любой миг... В фильме, впрочем, бандитами было сказано, про галстуки, не сжечь, а растоптать. Но ребята отвергли предложение, - рассказывает мама Димы. - «Пацаны, прячем галстуки!» - сказал тогда Дима. И все стали прятать, кто в карман, кто за пазуху, Дима - в сапог. Никто галстук не отдал, никто.
Родители позже у Димы спросили, как он решился.
- Ответил: «Мама говорила, это частичка красного знамени, ее надо беречь». А в фильме, сегодня, зрителям-детям пояснят, галстук – частичка знамени Победы, что тоже - верно.
И так в 1988-м дети отказались от предложения террористов, потому что были детьми своей Родины. А еще – детьми гор (русские, осетины), где силен кодекс чести... Ни голод, ни холод, ни страх смерти не должны сломить твоего духа. Да упаси тебя бог от позора...
И свой галстук Дмитрий Швыдко хранит до сих пор. И говорит, он все еще пахнет бензином.
Тот самый галстук Димы Швыдко.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО
Людмила Швыдко, мама Димы, с галстуком сына, который он сберег в 1988-м в автобусе от террористов.
Фото: Лариса МАКСИМЕНКО
Последний
Но вернемся в декабрь 1988-го. Террористы затребовали самолет, выкуп, оружие. Самолет, было решено штабом, сядет в соседних Минводах (там полоса длиннее и сможет принять транспортный «Ил-76»).
- И в памяти на всю жизнь осталось. Автобус с террористами и детьми едет из Орджоникидзе в Минводы. Ночь. Мороз. Милицейская машина впереди, вторая позади. И потом фары, фары, может быть, сотня машин родителей, родственников, друзей. Я автобус несколько раз обгонял – не видно ничего, шторки закрыты... К середине пути нас всех отсекли, так было нужно для спасательной операции, - рассказывает Леонид Швыдко. – И было страшное чувство. «Дети улетят...»
И в аэропорту Минвод «альфовцы» готовились к штурму.
Но главное, вел линию командир группы «Альфа» Зайцев, было спасти всех детей и их продолжали обменивать. Сначала террористы выпустили девочек, потом начали отдавать мальчишек.
- Я чувствовал, Дима останется до конца. И сын оказался в последней «тройке».
Они, родители, хранят фото: самолет, от него – в рывке – трое. Справа – Дима. Потом он вернется – за учительницей, ее выменяют последней. И они, учительница и трое мальчишек, побегут от самолета. Чтобы жить.
Дети-герои, класс Димы Швыдко, он в нижнем ряду, второй справа. Фото - архив семьи.
... Да, на черно-белом фото не понять, что куртка у Димы коричневая.
... А в фильме «Командир», 35 лет спустя, бывшие дети-заложники сыграли своих родителей. Но Дима вырос крепче отца. И в фильме секретаря райкома Швыдко сыграл актер. А Дмитрий сыграл папу другого мальчика-заложника. Съемки были в аэропорту Вологды (он больше всего остался похож на старый аэропорт Минвод)… И бежал «киношный» Димка к «киношному» папе в руки – после освобождения. И настоящий, выросший Дмитрий стоял снова в коричневом, только пальто, рядом. Дождался «своего», по фильму, «сына», обнял. Но не удержался, и потрепал радостно по кроличьей шапке «киношного» Димку. И ничего не играл. А получилось – здорово, до слез. Потому что снова «был» в тот миг в том страшном и победном 1988-м.
На съемках фильма "Командир". В центре слева 45-летний Дмитрий Швыдко. Рядом актер Михаил Хмуров, сыгравший секретаря райкома Леонида Швыдко, и Рома Борзовский в роли Димки Швыдко из 1988 года. Фото - архив семьи.
Кстати, на самом деле после освобождения ребята не сразу попали в объятья родителей. Их повезли из Минвод в родной город. И в аэропорту Орджоникидзе детей с трапа, возле которого собрался чуть ли не весь город, передавали мамам по воздуху. Из рук в руки, успевая прижать, поцеловать и протянуть соседу как самую ценную ношу в мире.
Диму, привезенного из аэропорта, волновавшегося, что не успел забрать брата из детского садика, сразу посадили за стол. И он уснул в ту же секунду, от мирных запахов дома и еды, среди слёз счастья.
P.S. После теракта дети из 4 «г» школы N42 Орджоникидзе были официально признаны пионерами-героями Советского Союза.
О главном
А если бы бандиты увезли детей за границу?
Такая вероятность – страшный сон. «Не знаем, удалось ли бы детей потом вернуть...» - говорят родители. Террористы сначала требовали вылета в Пакистан. Потом согласились на Израиль. Дипотношений у нашей страны не было ни там, ни там. В Израиле согласились преступников вернуть, но с условием сохранить жизнь. И так пустой самолет из Минвод улетел с террористами в Израиль. И, считай, сразу "альфовцы" забрали и перевезли террористов из Израиля в Союз... Получив максимальные сроки, террористы отсидели, давно вышли.
От пережитого стресса часть родителей заложников рано умерла. Из детей-заложников уже нет двоих.