Ветеран СОБР: Грозный был как Сталинград
«Город будто вымер. Мы ехали и смеялись, ещё шутили приколюшки всякие — кто на кого составит завещание. Поравнялись с церковью, и тут по нам как шмальнули!»
В 25-ю годовщину мартовских событий 1996 года в Чечне ИА REGNUM публикует воспоминания участников этого эпизода Первой чеченской войны. Тогда, в первых числах марта, СОБРу, ОМОНу и Внутренним войскам РФ пришлось снова отвоёвывать у боевиков Грозный.
Принято считать, что 6 марта 1996 г. в Грозный с разных направлений вошли боевики. Как сообщает сайт warchechnya.ru, к тому моменту в городе постоянно находились от 700 до полутора тысяч боевиков, структурно организованных в боевые подразделения.
По данным командира сводного отряда СОБР Виктора Вичужанина, в Грозный вошло несколько сотен боевиков — отряды Хаттаба и Шамиля Басаева численностью примерно 500 человек. К ним присоединились боевики, которые уже находились в городе под видом мирных жителей.
По словам Вичужанина, атакован был не только Грозный: бои шли по всей Чечне, во всех районных центрах.
Я расскажу только об одном эпизоде событий 6—7 марта, в которых участвовали пермяки и мои земляки — уральцы (Курганский СОБР). В действительности трагических эпизодов в те дни было много, как и много раненых и погибших. Много было героических поступков.
В ночь с 5 на 6 марта боевики напали на ОМОН Республики Алтай на 6-м блокпосту возле Старого русского кладбища. Алтайцы приняли бой, появились раненые.
Когда об этом стало известно в ГУОШе, за ранеными на 6-й блокпост был отправлен Курганский СОБР на БТРе. Однако до места они не добрались, поскольку их остановил добежавший под огнём от церкви, где попал в засаду Пермский СОБР, Игорь Омышев. Он остановил БТР рядом с 22-м блокпостом.
Как рассказал командир отделения Пермского СОБР Александр Макаренко в книге Антона Николаева и Марины Пентюховой «В Грозном идёт «дождь», пермяки, двигаясь утром 6 марта к ГУОШ, попали у церкви под шквалистый огонь.
Пермяки ехали двумя «коробочками»: Макаренко и Омышев — на БРДМ, а выстрел РПГ попал в БТР. Машины разделяли 50 метров, по БРДМ боевики вели плотную стрельбу, а из БТР в это время по рации начали просить о помощи. Боевики ударили по второй машине кумулятивным снарядом, отчего загорелась и БРДМ.
Бойцы стали отходить за дом, чтобы занять оборону. Двоих в это время ранило. Макаренко, стрелявший из пулемёта, решил вытащить тех, кто был внутри. Успел вытащить водителя через люк, его оттащили в сторону, но в БРДМ снова попала граната.
В горящем БРДМ оставался пулемётчик Фёдор Кузьмин, но к машине под плотным огнём было трудно подойти. Пулемётчик, прикрывая товарищей, сгорел в машине. Боевики начали стрелять по тем, кто выбрался из подбитой бронетехники.
Тогда бойцы увидели стоящих пулемётчика и гранатомётчика. Как отмечает Макаренко, собрам повезло, что у противника не было «Шмеля». Они забежали в подвал, откуда боевики выманивали их, обещая «ничего не сделать».
Боевики добили оставшихся наверху двух СОБРов, забрали у них рации.
Она позвала бойцов из подвала в церковь: Отец Владимир (с 20 февраля по 7 марта 1996 года он исполнял обязанности настоятеля Михаило-Архангельской церкви Грозного) дал добро. Бойцы перетащили в храм раненых товарищей, поднялись на второй этаж, пятерых раненых спрятали за большим распятием. Те, кто мог стрелять, заняли оборону. Боевики продолжали обстреливать церковь. Макаренко по рации просил вызвать огонь танков на себя.
Бойцы отстреливались на площадке между первым и вторым этажами под перекрёстным огнем, обороняя вход в церковь. Наконец на помощь пришли тюменцы на танке.
Как рассказал Макаренко, в том бою, прикрывая отход второго экипажа, сгорел заживо в БРДМ пулемётчик Кузьмин (Герой России), погибли также командир первого отделения Сергей Федин, Вадим Бажин, врач Вадим Субботин, Сергей Плешков, Дмитрий Бывальцев, Андрей Борисов, Игорь Гуль, — всего восемь человек.
Омышев, когда боевики подбили БТР и БРДМ, побежал за помощью — от церкви к 22-му блокпосту, где и остановил БТР курганцев.
Как рассказывает Сергей Маслов (Курганский СОБР), БТР буквально поливало огнём. Выбравшись из БТР, курганцы забежали на блокпост, где было решено, что четверо вместе с Омышевым поедут выручать пермяков, оказавшихся в засаде у церкви, а остальные останутся оборонять укреплённую точку.
Курганцы и Омышев двигались на БТР по городу: машина под плотным огнём проехала 500 метров. По словам водителя БТР Александра Елина (Курганский СОБР), из люка нельзя было высунуться — такой плотности был огонь.
Бойцы выбрались из БТР, спрятались в проулке. Из дома вышла чеченская женщина предложила им укрыться в доме. Омышев, Елин, стрелок-наводчик Константин Максимов, Родькин и тяжелораненый майор Звонарёв укрылись в доме. Звонарёва накрыли матрасом.
Сын женщины вызвался пойти за водой, но привёл в дом боевиков. Она совсем не ожидала этого. Боевики осаждали дом, СОБРы оборонялись.
Когда боевики начали забрасывать дом гранатами, Омышев и раненый и контуженный Родькин укрылись в ванной. Граната, залетев в окно дома, попала в унитаз — Родькину оторвало голову.
Елин рассказал, что им, когда они прятались в доме, пришлось «играть в «кошки-мышки» с боевиками.
Однако этим всё не закончилось, поскольку бойцов обнаружили подростки. Елин и Максимов выбежали из дома к 22-му блокпосту, виляя. Во время этого побега Максимов был смертельно ранен снайпером в глаз. К Елину подбежали боевики, он схватил гранату и сказал:
До блокпоста он смог добраться только ночью: дорога была заминирована, с блокпоста ему осветили пусть трассирующими пулями.
Вызволил пермяков и батюшку из обстреливаемой церкви 7 марта отряд, возглавляемый Петром Кузьминым (Челябинский СОБР). Боец рассказал, что 6 марта Грозный был как Сталинград.
Он рассказал, что 7 марта ему дали 20 тюменцев, три БМП и взвод солдат — для эвакуации убитых и раненых. От моста до храма, где были пермяки, идти надо было километра полтора. Добравшись до храма под огнём, они по рации предложили пермякам выйти, но те не согласись, потому что их непрерывно обстреливали.
Челябинец добавил, что во время этой операции ранения получили двое, никто не погиб. Раненых они повезли в «Северный».
В завершение описания этих трагических и одновременно героических событий, добавлю высказывание Отца Владимира, который укрыл бойцов, вместе с ними держал оборону и которого хотели лишить сана за то, что он покинул обстреливаемый храм.