Расследование убийства, где подозреваемый — мигрант, а убитый — русский, получило видимое ускорение, как это порой случается в нашей стране, под давлением возмущенных обитателей соцсетей, а не благодаря служебному рвению правоохранителей, частенько предпочитающих замять скользкую тему.
И ЕШЕ РАЗ О ФМС
Как бы там ни было, дело попало на контроль к Александру Бастрыкину, который поручил передать его в главное следственное управление СКР. Теперь можно быть более-менее спокойным, что расследование будет глубоким и объективным. Но Александр Иванович не может один работать за всех сотрудников правоохранительных органов, которых в России насчитывается без малого миллион.
И среди этого миллиона доблестных полиционеров немало доморощенных политиков, которые вместо борьбы с преступностью о престиже государства денно и нощно думают: как бы какого скандала не вышло на национальной почве.
И вот только не надо бить себя ушами по щекам, в очередной раз пытаясь доказать, что преступность не имеет национальности. Еще как имеет. И прекрасно известно, что значительная доля правонарушений совершается именно мигрантами, чувствующими полную свою безнаказанность под защитой диаспор, фактически представляющих собой разновидность ОПГ.
А вина за это целиком и полностью лежит на Федеральной миграционной службе, о тотальной коррумпированности которой открыто говорят повсюду, что никак не влияет, впрочем, на размах ее разрушительной деятельности. Именно насаждаемая этой службой политика правоприменения приводит к однозначно отрицательному отбору въезжающих в нашу страну.
Именно она позволяет беспрепятственно проникать к нам и обустраиваться у нас уголовникам, потенциальным преступникам, бесполезному балласту, не обладающему квалификацией и неспособному даже толком выучить русский язык. В то же время честные пути возврата гражданства умным, патриотически настроенным соотечественникам, по воле судьбы оказавшимся в момент развала СССР на территории бывших союзных республик, наглухо перекрыты.
ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ ВОДИТЕЛЬСКИЙ ОТБОР
Не будем с умным видом рассуждать, чем вызван этот отрицательный отбор — сребролюбием ли чиновников, засильем ли во власти либералов, желающих сделать все как на Западе, осознанным ли стремлением продолжить геноцид русского народа, начатый большевиками и продолженный в постперестроечный период. Важно, что он есть, и что он отражается почти на всех сферах нашего общественного бытия.
Не является исключением и сообщество автомобилистов. Только-только российские водители преодолели совковое хамство, только-только в моду начала входить вежливость на дорогах — и на тебе. Понаехали «трудолюбивые мигранты», плюющие с высокой горы на буквально выстраданные правила мирного сосуществования на дорогах.
Почему этот азербайджанец поставил свой автомобиль вплотную к подъезду? Да потому, что ему это было удобно. Точно так же, как удобно мигрантам сидеть с грязными башмаками на сиденьях общественных скамеек. Точно так же, как привычка «джигитов» разъезжать по городу с открытыми окнами, терзая уши окружающих заунывной, но громкой горской музыкой. В обычае некоторых «гостей» и даже «новых граждан» плевать на законы и обычаи той страны, куда они вселились.
ВОЙНА ЗА ПАРКОВКИ
Однако одним только голым хамством понаехавшего контингента трагический случай в Люблино не объяснишь. Он стал возможен в том числе и потому, что против водителей давно уже вводятся репрессии, напоминающие геноцид. Людей буквально выживают из личного автотранспорта, заставляя пересаживаться либо на общественный, либо на богомерзкий каршеринг, либо пользоваться форменными орудиями убийства — электросамокатами.
Главное же оружие в борьбе с наиболее упрямыми автовладельцами, никак не желающими сгибаться под репрессиями, это — платные парковки. Этот вид издевательства буквально парализовал поездки на личных машинах по Москве, ибо зверские тарифы не дают возможности оставить их ни у больниц, ни у магазинов.
Бесплатных парковок становится все меньше, власти грозятся сделать платными даже дворы и придомовые проезды. Оно, конечно, гораздо легче и прибыльнее, чем строить новые жилые дома с обязательным подземным паркингом (об этом прекратили говорить еще по времена Лужкова) или запретить точечную застройку (эта инициатива также скончалась, не родившись).
В результате за свободные парковочные метры идет бескомпромиссная борьба, в которой побеждает или самый наглый, или самый вооруженный, имеющий к тому же крышу и не боящийся пустить в ход нож.