Антиутопия без сахарного дефицита, или Зачем ты был первым игроком?
Некоторые фильмы-экранизации стоит смотреть только для того, чтобы потом возник повод прочитать книгу, по которой они поставлены — другого внятного смысла, кроме разве возможности приятно убить два часа своей жизни, в них обнаружить трудно. Экранизации вообще крайне редко оказываются лучше литературного оригинала, но когда при переносе на экран почти напрочь выхолащиваются заложенные в книгу мысли и уничтожается атмосфера ради демонстрации чисто технических возможностей кинематографа, становится по-настоящему обидно, черт возьми. Особенно если эта странная операция проделана рукой такого мастера, как Стивен Спилберг.
Фильм «Первому игроку приготовиться» снят по книге Эрнеста Клайна, писателя, принадлежащего к субкультуре гиков — фанатов культовых фантастических фильмов, комиксов, сериалов и видеоигр. Автор сам принимал участие в написании сценария, так что нельзя сказать, что над созданным им миром злодейски надыздевались без ведома создателя. Собственно, особого издевательства-то и нет. Понятно, что книгу, герой которой по сюжету то и дело с азартом играет в древние игры вроде «Пакмана», невозможно экранизировать как она есть (тем более, что фильм «Пиксели» уже промелькнул на экранах пару лет назад). И то, что и другим героям из команды Парсифаля дали развернуться и показать себя, совсем не плохо. Обескураживает другое — превращение пусть и увлекательно-приключенческой, но антиутопии в беззубую сказку и практически пародию на этот жанр.
Главный герой фильма Уэйд Уотс, как и его книжный тезка, живет в трущобах, составленных из взгроможденных друг на друга трейлеров. Он сообщает зрителю, что реальность, в которой он живет — полный отстой и ловить в ней абсолютно нечего. Вот только из того, что мы видим на экране, ощущение серьезных проблем никак не складывается. Более того, возникает чувство, что, по крайней мере, соотечественники героя просто, грубо говоря, зажрались. Трущобы? Но они довольно-таки благоустроенные, летающие дроны доставляют их жителям пиццу, в каждом трейлере есть выход в сеть и необходимое оборудование виртуальной реальности. Бедствия? Вообще-то «сахарный дефицит и бунты из-за скорости Интернета» иначе как насмешку над социальными проблемами расценить невозможно. Совсем не то в книге:
«Сначала я не понял, с чего вдруг такая шумиха: подумаешь, миллиардер умер. На Земле есть проблемы посерьезнее. Энергетический кризис. Климатические катастрофы. Голод и нищета, в которых прозябает немалая часть человечества. Полдюжины войн… Короче, обычно новостные ленты не отвлекали народ от интерактивных сериалов и мыльных опер, если только не случалось нечто из ряда вон выходящее. Ну, типа, появился новый смертельно опасный вирус или очередной крупный город сгинул под ядерным грибом».
Из книги мы узнаем, что нефть на планете практически кончилась, а жители пригородов бегут обратно в города, где попросту не хватает места даже для трущоб, вот они и растут в высоту. Жизнь в этих трущобах действительно трудна и отвратительна: «Я проснулся от грохота стрельбы из соседнего штабеля. За пальбой последовали приглушенные крики, затем стало тихо. Вообще-то перестрелки в штабелях дело обычное…»«Я давно уже соорудил себе из железок подобие лестницы и чаще всего приходил и уходил именно этим путем. Шаткая лесенка была привинчена к лесам, но всё равно тряслась и громыхала, и это привлекало ненужное внимание. В штабелях вообще следовало передвигаться тише мышки. Вокруг было полным-полно опасных и отчаявшихся типов. Если зазеваешься — ограбят, изнасилуют, а потом продадут на органы на черном рынке».
Зарабатывает книжный Уэйд починкой и перепродажей найденной на свалке электроники, на свалке же он подобрал и практически всё оборудование для выхода в OASIS, а необходимую электроэнергию он добывает, вращая педали велотренажера, превращенного в генератор. Но даже в виртуальности он поначалу отнюдь не ведет жизнь плейбоя. Дело в том, что перемещение по виртуальным мирам OASISа — какой сюрприз! — платное. Потому Уэйд вынужден кусать себе локти, не в силах подвинуться дальше бесплатной школьной «планеты» Людус, где он заканчивает последний класс. И не видать бы ему заветного Пасхального Яйца как своих ушей, если бы помешанный на честной игре создатель виртуальной вселенной не разместил первый квест Охоты именно в этом доступном для всех мире.
А что же Уэйд/Парсифаль из фильма? Он ведет жизнь виртуального плейбоя. Пусть его реальное существование довольно неказисто, в OASISе он может отправиться куда угодно и участвует в охоте за «пасхалкой», разъезжая на шикарном авто, снабженном устройством для сбора высыпающейся из неудачливых конкурентов игровой валюты. То есть, как ни крути, целенаправленно промышляет мародерством, на что ему довольно вяло указывает приятель Эйч. Но ведь это же понарошку, а значит, не так уж и аморально. А вот книжный Парсифаль, если ему удается с какой-нибудь оказией попасть в один из игровых миров, зарабатывает очки опыта, честно воюя со слабосильными «неписями» вроде гоблинов и крыс. Чудак-человек…
Атмосфера фильма находится абсолютно на ножах с фантастическим, но при этом весьма продуманным и внутренне логичным миром книги. В романе нет, да и не может быть навороченных гонок и прочих головокружительно-неоновых красивостей, он насквозь ностальгичен, некриклив и является гимном массовой культуре 80-х годов прошлого века. Этим он культурологически и интересен. Фильм Спилберга создан под девизом: «Потому что я могу». Он демонстрирует технические и финансовые возможности своих создателей, способных «потянуть» 3D-графику высшего класса и покупку прав на демонстрацию чужих персонажей, помещенных в обстановку OASISа. В этом смысле Спилберг и компания чем-то неуловимо напоминают антагонистов «Первого игрока» — почти всемогущую корпорацию IOI, штурмующую квесты Холлидэя не столько за счет геймерских талантов и сообразительности, сколько при помощи большой наглости и больших денег.
Кстати, об антагонистах. Главный злодей Нолан Сорренто в книге выступает довольно-таки условным олицетворением зла, которое представляют собой транснациональные корпорации. В фильме он получил больше живых личных черт… но при этом не только не стал более зловещим, но почему-то сделался смешным и даже жалким. Его довольно легко обводят вокруг пальца практически подростки. Силовые акции он возлагает на весьма карикатурную, хотя и жестокую бой-бабу из службы безопасности и виртуального наемника, сам же мало на что толком способен. Впрочем, мало на что способно и беспомощно-картонное «сопротивление», к которому в фильме принадлежит Саманта/Артемида. Абсолютно нелепой выглядит долговая тюрьма IOI — должники занимаются весьма условными каторжными работами в виртуальности (в книге Уэйд, нарочно попав в лапы корпорации, трудится во вполне понятной службе техподдержки). Единственное яркое злодеяние IOI в фильме — взрыв в Штабелях. В книге при этом жертв гораздо больше. К тому же из пасхантерской пятерки Парсифаля подручным Сорренто удается сделать четверку — причем гибнет отнюдь не только аватар. В фильме сама стилистика не допускает ничего, кроме сладкого хэппи-энда для всех.
Со сладостью романтической в фильме тоже явный перебор, доходящей даже до пошлости. Если несчастная любовь Холлидея в книге всего лишь один из моментов, то в фильме на ней построена изрядная часть сюжета. К тому же создатель OASISа помещает внутрь квеста виртуальную копию своей возлюбленной, с которой претенденту на наследство необходимо начать флирт, пусть и невинный. Лично мне трудно представить такой поступок со стороны искренне влюбленного человека, пусть даже и весьма чудаковатого.
В общем, фильм вышел гораздо более детским и легковесным, чем книга Клайна, изданная в 2011 году, когда реальный мир был еще чуть менее безумным, чем нынешний. Поводов для глобального пессимизма и разнообразных проблем с тех пор только прибавилось — из фильма же можно заключить, что все страхи человечества если и не остались позади, то оказались не столь и грозными. А если вспомнить фильмы о Робокопе, созданные, к слову сказать, как раз в 80-е, где присутствуют все те же мотивы — хищная корпорация, беспомощные и бесправные люди, нищета и мужественное сопротивление злу, то обстановка спилберговского «Первого игрока» и вовсе выглядит заповедником розовых пони. Книга не дает никакого решения проблем, финал оптимистичен, но открыт. В фильме «волшебная таблетка» находится — это два дня в неделю, принудительно свободных от виртуальности. Вероятно, для того, чтобы «нормально поесть», ведь, по словам экранного Холлидея, реальный мир нужен именно для этого. В книге эти слова американского комика Граучо Маркса являются лишь эпиграфом к одной из частей, виртуальный Холлидей же говорит добывшему Яйцо герою несколько другое:
«Я создал OASIS, потому что в реальном мире нигде не чувствовал себя дома. Я не знал, как общаться с людьми. Я всю жизнь прожил в страхе — до тех пор, пока не почувствовал, что она уже на исходе. Тогда-то я и понял, что, как бы ни был страшен реальный мир, это единственное место, где можно найти истинное счастье. Потому что он — реальный».
Слишком пафосно, слишком открытым текстом, слишком старомодно? Во что бы то ни стало нужна ирония в стиле стенд-апа и туманные намеки, иначе сегодняшний зритель не поймет? Но если — хотя бы изредка — не разговаривать о важных вещах всерьез, то тогда и игру затевать не стоит. Ведь игра на самом деле — это очень и очень серьезная вещь. Заядлые игроки, настоящие гики, не спешащие шагать в ногу с броской сиюминутностью, это понимают.