«Спасать турецких братушек»? Терроризм или боевая спецоперация в Стамбуле
На днях в сети интернет появилась интересная, но не бесспорная версия о том, что в стамбульском аэропорту произошел не теракт, а спланированная боевая операция спецслужб третьих стран или внутритурецкой оппозиции Эрдогану с целью не допустить развития российско-турецких контактов на высшем уровне. В этой версии, конечно, далеко не все бесспорно. В частности, даже если допустить, что это не террористы-смертники, а операция спецподразделения, и оно ее проводило, как предполагает автор, «с колес», то профессионалы бы все равно пустили вперед «глаза», а, значит, о наличии встречающей охраны должны были узнать до начала огневого контакта.
Более того, подобный сценарий не мог не быть учтен на этапе планирования, даже в случае очень сжатых сроков на подготовку. Есть вещи, которые делаются совершенно автоматически. Так что, на мой взгляд, если действительно «имела место быть» операция спецуры (без разницы, чьей именно), то она как раз прошла вполне штатно. Положить переговорщиков в задачу не входило. Зато создать шумный и кровавый инцидент, который потом СМИ раздуют самостоятельно и автоматически, получилось отлично: пришли, качественно нашумели и ушли.
Все, что я скажу дальше, — только лично мое частное мнение, основанное исключительно на ощущениях и не подкрепленное никакими убедительными перепроверяемыми фактами. Тем не менее складывается впечатление, что в Турции началась очень жесткая подковерная война сильных внутренних и внешних группировок, преследующих весьма разные цели. Эрдоган представляет собой лишь одну из них, причем, судя по происходящему, уже далеко не самую сильную и не самую изворотливую. Начиная с момента «удара в спину» России, он все больше вынужден реагировать на события, причем с заметным отставанием, чем возглавляет их. И судя по тому, как часто, как быстро и как сильно меняется его позиция (даже за последние три дня), очень похоже, что он и сам уже не понимает сути происходящего.
Однако эта борьба не является самостоятельным процессом. Оценивать его на таком уровне — все равно что пытаться свести едущий автомобиль только к совокупности кручения колес, движения поршней и создания в свечах искры системой зажигания. Совершенно исключая тот факт, что на самом деле все эти процессы вызываются и управляются водителем. Хотя его сейчас не видно, но анализ других факторов тем не менее позволяет с достаточно высокой вероятностью этого водителя вычислить.
Если смотреть на итоговый результат, то он для Турции как общества и государства складывается откровенно самоубийственным образом. Страна ударными темпами рвет связи буквально со всеми ведущими центрами силы на планете. Анкара уже поссорилась с Америкой, которая уже открыто делает геополитическую ставку на курдов. Правда, как всегда, двойственную и лицемерную. Оружие и разную другую помощь курды получают, но по поводу их главной цели — независимости Курдистана — Вашингтон говорит только призрачными намеками, трактовать которые можно как угодно, но которые нельзя, если что, назвать официальными обязательствами. Когда американским политикам потребуется изменить «генеральную линию» США в регионе, они с легкостью смогут удивленно округлить глаза, мол, мы ничего такого никому не обещали. Вы просто нас неверно поняли, и это ваша проблема.
В то же время Турция всерьез рассорилась с Евросоюзом. Как с самим ЕС в лице Брюсселя, так и с Берлином, как ключевым столпом нынешней Европы. С немцами дело дошло даже до обмена откровенными внешнеполитическими ударами. Бундестаг принял резолюцию по поводу «армянской резни», чем неизбежно взбесил турок, традиционно резко реагирующих на эту тему. Анкара в ответ отказала в посещении авиабазы Инджирлик немецкой официальной делегацией во главе со статс-секретарем Минобороны ФРГ Ральфом Браукзипе, несмотря на то, что в составе дислоцированных там частей НАТО находятся и подразделения Бундесвера. Инцидент не исчерпан до сих пор. Как говорят немцы, Турция по сей день свой отказ никак официально даже не прокомментировала. Таким образом, налицо откровенно вопиющее нарушение международного протокола.
Еще каких-то полсотни лет назад подобное почти автоматически означало начало прямой войны. К счастью, сегодня времена несколько иные, но сути дела это не меняет. Стратегическая линия на продолжение турецкого сближения с Европой сломана. Выкрутасы Эрдогана с метаниями от заверений в вечной дружбе до угроз провести у себя референдум по вопросу «а нужна ли вообще Турции та Европа!» и шантажа мигрантами окончательно загоняют вопрос в тупик. ЕС, безусловно, те еще жуки, но даже в их глазах Эрдоган утрачивает всякую договороспособность. А без доверия ни о каком взаимодействии не может быть и речи. А Берлин, в свою очередь, наглядно перешел к, так сказать, тяжелой артиллерии, позволив общественности подать в Верховный суд иск против Эрдогана и ряда других высокопоставленных турецких деятелей по обвинению в массовых убийствах мирных граждан, то есть в военных преступлениях. Для Эрдоган-паши отчетливо запахло риском повторить судьбу Милошевича, Хусейна и Каддафи.
Еще хуже у турков складываются отношения с Россией. Дело тут не только в туристах, хотя для страны экономические потери туристической отрасли существенны и сами по себе. Туризм в 2015 году обеспечивал 5% турецкого ВВП, и это с учетом уже тогда начавшихся проблем. А вообще доля услуг, в том числе туристических, в турецкой экономике достигает 27,2%. Но дело тут не в том, чьи, российские или европейские, туристы важнее. Теракты надежно убивают любой туризм как самостоятельное явление. Официальным лицам еще можно было пытаться делать хорошую мину при плохой игре, рассказывая раньше, что инциденты имели место лишь на востоке, в зоне курдов, и это далеко от мест туристического отдыха, которым ничего не угрожает.
Но после того как бомбы стали методично взрываться в самом Стамбуле и в международной зоне аэропорта, туристический отдых в Турции у кого угодно уже ассоциируется с попыткой сыграть в футбол на минном поле. К тому же Россия — это далеко не только туризм. С нами у Турции существует множество других — торговых, строительных, финансовых и крупно проектных связей. Как прямых (они к нам), так и обратных (например, АЭС «Аккую»). Действия Анкары, особенно по психологически для нас крайне важному и принципиальному вопросу со сбитым самолетом, выглядят верхом идиотизма. Даже при очень большом желании России сейчас становится все сложнее сохранять прагматичный подход к проблеме и не отвечать расширением антитурецких санкций на другие области экономического сотрудничества, кроме туризма, строителей и помидоров.
Параллельно с этим внутри самой Турции происходит прогрессирующая поляризация общества и резкое накопление объема других деструктивных проблем. Давеча, шантажируя Европу, Эрдоган сказал, что число накопившихся у него беженцев уже превысило 4 млн человек. В то время как летом 2015 года озвучивался только 1 млн. Тем самым наглядно видно, насколько быстро надувается пузырь беженцев в самой Турции. Для страны с собственным населением 77,6 млн даже их нынешнее число уже критично. Если дело так пойдет и дальше, то к весне 2017 года беженцев наберется свыше 10% от собственного населения, и тогда социальный, гуманитарный и даже политический взрыв станет лишь вопросом времени. Очень недолгого, если учесть еще фактор тесной связи Турции с исламским радикализмом и террористами ИГИЛ.
Но и это еще не все. Углубление «ссоры с Западом» означает дискредитацию господствовавшей в турецком обществе на протяжении более 50 лет идеи «европейского пути развития» страны. В том числе сопряжения турецкой культуры с западными «базовыми демократическими ценностями». В свою очередь, откровенно негативные последствия проведения в жизнь стратегии, избранной «партией Эрдогана», дискредитируют и «умеренно исламский националистический имперский» вариант дальнейшего развития страны. Тот самый, который требовал создания понятийной однородности нации на основе только турецкой культуры (в широком понимании, от языка и истории до национальной принадлежности), что, в частности, и стало главным побудительным мотивом попытки окончательного покорения и отуречивания курдов, вылившейся в новую этническую войну в турецком Курдистане.
Происходящее в стране формирует глубокий идейный вакуум, который неизбежно чем-то должен быть заполнен. Природа не терпит пустоты. Если нет глобальных идей, то самоценность возрастает у чисто локальных. Территориальных. Националистических. Клановых. Каких угодно. Включая религиозные. Везде и всегда такое заканчивалось масштабной гражданской войной в формате все против всех с последующим неизбежным разрушением институтов гражданского общества и государства.
Это очень важно понимать, когда речь заходит о движущих силах происходящих процессов. Только абсолютные идиоты разрушают собственную страну ради самого процесса разрушения. В любом разрушении всегда есть кто-то, кому оно однозначно выгодно и кто знает, какую выгоду для себя он извлечет из последствий. Когда в событиях не просматривается очевидного бенефициара, наиболее правильным критерием оценки становится древнеримское изречение «cui prodest» — «ищи, кому выгодно».
Разрушение Турции как светского государства и стабильного социума совершенно очевидно НЕ выгодно России и Евросоюзу. По целому ряду причин — от проблемы беженцев до угрозы роста радикального исламского терроризма. Для Ирана оно также серьезно осложняет жизнь в политическом и экономическом смысле. Собственных ресурсов ИРИ не так уж и много, а Россия, конечно, готова помогать, но ввязываться в бои по афганскому или вьетнамскому вариантам совершенно точно не намерена. Таким образом, Иран тоже исключается.
Определенный смысл существует для монархий Ближнего Востока, являющихся конкурентом Турции за доминирование в регионе. Но они также не могут не понимать, что основные преимущества от дестабилизации Турции получат не они, а «Исламское государство», уже сейчас представляющее угрозу для будущего правящих династий Катара, Королевства Саудовской Аравии и Арабских Эмиратов. Хотя свои резоны для того, чтобы погреть руки на костре несчастья геополитического регионального врага, у них, безусловно, есть, и в происходящие процессы они наверняка вмешиваются. Хотя бы из традиционной восточной тяги быть «самыми хитрыми и коварными». Впрочем, в последнюю четверть века подобные черты явно демонстрируют многие другие, в том числе западные, правящие элиты.
Стало быть, единственными, кто от происходящего выигрывает с минимальным количеством минусов, как мне кажется, являются США. Что глобально изменится для Вашингтона в случае краха Турции? Экономически — ничего. Доля США во внешней торговле Турции едва превышает 3,7%. Причем главный экспортный продукт страны — автомобили и автокомпоненты, если они пропадут, лишь освободится место на мировом рынке для американских автомобильных ТНК. Военные базы? Более чем уверен, в условиях хаоса американцы сумеют добиться права их автономности для использования ВС США. Зато перестает существовать серьезная региональная сила и становится возможным управлять регионом довольно небольшими ресурсами.
Учитывая данные перспективы, для США снижение геополитических масштабов Турции является наиболее важным геополитическим призом, в лучших традициях «так не доставайся же ты никому». Если возможности плотного контроля и эффективного управления регионом все равно утрачиваются, то лучше сделать так, чтобы порожденный в нем хаос настолько укоренился, что встроить эти ресурсы в свою систему управления не могли другие геополитические конкуренты. Было бы совсем идеальным, чтобы они еще и оказались вынуждены с этим хаосом бороться ввиду угрозы его расползания на их собственную территорию. Любые ресурсы, потраченные на эту борьбу, окажутся выключены из процесса противостояния с США.
Резюмируя сказанное, должен отметить, что мы имеем дело с глобальной геополитической операцией США по обрушению в хаос всех значимых регионов мира. В этом смысле происходящее в Турции означает, что правящие элиты Америки начали прямо рассматривать эту страну в качестве следующего этапа операции. И, судя по результатам, надо признать, что пока их действия успешны.
Из чего напрашивается и другой, менее очевидный вывод. Несмотря на охлаждение российско-турецких отношений, в цинично-глобальном смысле России в долгосрочной перспективе помогать Турции сохранять стабильность как государства геополитически гораздо выгоднее окончательного разрыва и расползания хаоса на территории Турции. Это, безусловно, не значит, что мы должны все забыть и самоотверженно кидаться спасать турецких «братушек». Они нам не братушки, и на грабли наступали сами. Однако поддаваться только сиюминутным эмоциям и впадать в истерику ни в коем случае нельзя. Будущее не заканчивается завтра, и мир одной Турцией не ограничивается тоже. Не стоит забывать, что в перечне целей американского стратегического плана «Глобальный Хаос» Россия присутствует тоже. Его разрабатывали и сейчас реализуют далеко не глупые люди, имеющие достаточно много разнообразных ресурсов и не страдающие от излишне строгих морально-этических правил. А опыт Украины показывает, что обыграть их можно лишь через нестандартные ходы и неочевидные стратегии.