Западу, может, придется пойти на «замирение» России — American Conservative
Россия оказалась на грани войны с Украиной. Было бы преступлением со стороны Москвы напасть на соседнее государство, однако моральные соображения не имеют большого значения для президента РоссииВладимира Путина. Тем не менее он прагматик, а не идеолог, благодаря чему с ним, вероятно, можно будет договориться, пишетДаг Бендоу в статье, вышедшей 3 февраля в The American Conservative.
Сделки, уступки и компромиссы, хотя иногда непростые и неприятные, — это жизненная сила дипломатии, и США должны стремиться к такому сотрудничеству с Москвой. В последнее время российский лидер не сходит с заголовков мировых газет. Он потряс Вашингтон, Киев и Брюссель, а также бросил вызов попыткам Америки расширить сферу своего влияния до границ России. Российские власти угрожают военными действиями против Украины, если США и НАТО не пойдут на ряд уступок, в первую очередь остановив расширение трансатлантического альянса и сократив уже развернутые военные контингенты.
Хотя обе стороны все еще ведут переговоры, США и их союзники уже заявили, что самая четкая «красная линия» для Москвы — отказ от любого возможного членства Украины в НАТО — не подлежит обсуждению.
В отсутствие дипломатических уступок он, вероятно, предпримет какие-то военные действия, чтобы оправдать свой нынешний курс — балансирование на грани войны. Последствия такого развития событий могут носить и катастрофический характер, в том числе для России.
Блинкен утверждал, что действует из принципа, однако его заявление — пример ханжеского лицемерия. Ни одна страна не имеет права вступать в НАТО. Напротив, статья 10 предусматривает, что «договаривающиеся стороны по всеобщему согласию могут предлагать любому другому европейскому государству, способному развивать принципы настоящего Договора и вносить свой вклад в безопасность Североатлантического региона, присоединиться к настоящему Договору».
Существующие члены не обязаны добавлять в альянс то или иное государство. Включение Украины ухудшит, а не укрепит региональную безопасность. Кроме того, внутри альянса практически нет поддержки для присоединения Киева в обозримом будущем. Защита Блинкеном теоретического и несуществующего принципа может привести к войне в Европе. Сейчас как раз время для умиротворения.
До Мюнхенской конференции 1938 года умиротворение, при котором учитывались требования других сторон, было уважаемым дипломатическим инструментом. Однако впоследствии одного намека на такой курс действий было достаточно, чтобы сразу начинали звучать обвинения в стремлении отдать кого-то агрессору. По сути, лучшей в истории проверкой преимуществ умиротворения была бы Первая мировая война.
28 июня 1914 года сербский террорист, вооруженный главой военной разведки своего правительства, убил наследника Габсбургской монархии, правившей ветхой Австро-Венгерской империей. Вена была полна решимости наказать Белград. Можно представить себе, как отреагируют американцы, если другая страна отправит вооруженных агентов, чтобы убить вице-президента и дестабилизировать страну.
Увы, никто не был склонен к компромиссу, ожидая уступок другой стороны. Ситуация все быстрее скатывалась к открытому вооруженному противостоянию. Как писал в конце июля того года канцлер Германии Теобальд фон Бетман-Хольвег, все вышло из-под контроля. Через несколько дней по Европе начали маршировать войска. Через какое-то время столкновения начались и за ее пределами.
Если обратиться к прошлому, то окажется, что самой поразительной чертой того, что первоначально называлось Великой войной, было полное отсутствие цели. Если бы только государственные деятели того времени, по большей части не злонамеренные, а недальновидные, могли заглянуть в будущее, они почти наверняка заключили бы сделку. И было много компромиссов, которые могли бы предотвратить то, что стало прелюдией ко Второй мировой войне.
К сожалению, Адольфа Гитлера нельзя было замирить, но никто не осознавал этого до того, как стали очевидны последствия Мюнхенской конференции. Западные государственные деятели привыкли иметь дело с такими авторитарными личностями, как Бенито Муссолини, Франсиско Франко и Юзеф Пилсудский. Великобритания и Франция «стремились» к союзу с лидером Советского Союза Иосифом Сталиным до того, как он заключил пакт с Гитлером, который не был разорван даже после того, как немецкие войска двинулись на восток. Гитлер оказался явлением уникальным.
Его заявление о том, что распад СССР стал «катастрофой», не вылилось, как у Гитлера, в кампанию агрессии. Оно лишь отражало реальность, которую ощущали многие, если не большинство российских граждан, чей уровень жизни и национальная гордость пострадали от распада их страны. Самое главное, что до войны с Грузией в 2008 году Вашингтон почти не жаловался на поведение России, по крайней мере, за пределами своих границ.
С тех пор «хищничество» Москвы было скромным — «аннексия» исторически входившего в состав России полуострова Крым, которую поддерживали местные жители, а также «влияние», но не владение Абхазией, Южной Осетией и Донбассом. Это жалкий список приобретений для любого претендента на статус завоевателя. Путин — опасный, но контролируемый «хищник», с которым США могут иметь дело.
Тем не менее идея договориться с Москвой вызывает в Вашингтоне стенания и скрежет зубов. Например, Эрик С. Эдельман и Дэвид Дж. Крамер из Центра стратегических и бюджетных оценок и Института Джорджа Буша-младшего соответственно написали соответствующую статью в Foreign Affairs.
Очень часто говорится, что Путин боится «демократической» Украины, но никто никогда не подкрепляет это заявление доказательствами. Российский лидер подчеркнул исторические связи Украины и России и не выказал опасений по поводу демократического эксперимента Киева. Украинская демократия на сегодняшний день не выглядит более грозной, поскольку президент угрожает своему предшественнику сомнительным судебным преследованием за государственную измену, чем в прошлые годы.
Более того, «вмешательству» России предшествовала ничем не прикрытая поддержка Запада уличного путча против избранного «умеренно пророссийского» президента Украины Виктора Януковича. К тому же у России с незапамятных времен в Крыму располагалась база Черноморского флота, в связи с чем очень важную роль играл статус Севастополя.
После свержения Януковича, после которого официальные лица стран Запада бродили по Киеву, обсуждая, кого они надеются увидеть у власти, то, что НАТО выполнит данное Киеву в 2008 году обещание о неизбежном присоединении его к альянсу, стало гораздо более вероятным. Перспектива расширения НАТО давно злила российскую власть. Так, в 2007 году Путин заявил на Мюнхенском форуме по вопросам безопасности, что США «во всех отношениях перешли свои национальные границы», чье «ничем не сдерживаемое, гипертрофированное применение силы» «ввергло мир в пучину следующих один за другим конфликтов». Путин отметил, что «НАТО выдвигает свои передовые силы к нашим государственным границам, а мы, [строго выполняя Договор], никак не реагируем на эти действия».
В начале следующего года в американской телеграмме (слитой Wikileaks) подробно излагались сохраняющиеся опасения Москвы: «стремление Украины и Грузии вступить в НАТО не только задевает за живое в России, но и вызывает серьезные опасения по поводу последствий для стабильности в регионе. Россия не только воспринимает окружение и попытки подорвать ее влияние в регионе, но и опасается непредсказуемых и неконтролируемых последствий, которые могут серьезно затронуть интересы безопасности» страны.
Далее автор довольно прозорливо сообщает, что «Дмитрий Тренин, заместитель директора Московского центра Карнеги, выразил обеспокоенность тем, что Украина в долгосрочной перспективе является наиболее потенциально дестабилизирующим фактором в американо-российских отношениях, учитывая уровень эмоций и сложностей, вызванных ее стремлением к членству в НАТО. Письмо [украинских властей странам НАТО] с просьбой рассмотреть ПДЧ стало «неприятным сюрпризом» для российских официальных лиц, которые посчитали, что стремление Украины вступить в НАТО благополучно отошло на второй план».
С тех пор Москва не видит причин доверять странам Запада, которые продолжают заверять Киев в членстве в НАТО: «Неофициальный ответ Вашингтона? Не волнуйтесь, мы лжем — Украине, а не России, конечно!» Такие шаги не могут вызывать доверия у Москвы.
Возможно, Россию так и не получится «замирить», но единственный способ узнать это — попробовать. Отсутствие соглашения чревато вооруженным нападением на Украину, более широким масштабом похолодания отношений с Москвой, разрушительными санкциями против России, наращиванием военного присутствия США в Европе и расширением сотрудничества между Москвой и Пекином. Несомненно, небольшое умиротворение стоило бы затраченных усилий.