Усиление санкционных ограничений подстегнуло интерес российского бизнеса к Узбекистану, более же масштабному присутствию компаний из РФ пока препятствуют риски изменения бизнес-климата и неуверенность в эффективности защиты прав собственности, а также традиционно высокая доля неформального сектора в экономике страны. В РЭЦ отмечают рост спроса на страхование инвестпроектов в Узбекистане, эксперты же советуют выходить на этот рынок напрямую — это дает компаниям из РФ доступ к льготам для инвесторов.
Российский бизнес смотрит на предпринимательские свободы Узбекистана со смесью интереса и осторожности.
Второй день выставки «Иннопром. Центральная Азия» был посвящен обсуждению промкооперации в отдельных отраслях и региональной логистике. Больше всего вопросов у бизнеса вызывают условия работы на узбекском рынке, а также строительство инфраструктуры и выход на рынки третьих стран. Российские компании уже являются участниками специальных экономических зон, но число таких резидентов пока невелико — в технопарках «Чирчик» и «Джизак» (это площадки, которые создавались с привлечением российских управляющих компаний) работают девять компаний (в «Чирчике» зарегистрировано 14 резидентов, в «Джизаке» работают три компании, еще семь проектов — в стадии стройки). В СЭЗ «Навои» из восьми десятков резидентов только два — российские (еще семь компаний работают на территории СЭЗ, но не получили статус резидента). При этом резидентам обещают не только налоговые льготы (обнуление налога на прибыль, например, начинает действовать при инвестициях свыше $3 млн), но и упрощенный подход к соблюдению бюрократических процедур (в частности, ввозу оборудования в СЭЗ). С 2022 года участниками СЭЗ также могут стать компании, занимающиеся внешней торговлей, логистикой и сервисом.
По словам представителя РЭЦ в Узбекистане Павла Буханова, большинство запросов бизнеса сейчас связано с возможностями промкооперации, при этом в последнее время резко вырос интерес к страхованию инвестконтрактов.
Такое страхование распространяется только на политические риски (как изменения условий налогообложения), но не коммерческие риски реализации проекта. Раньше инструмент не пользовался особым спросом, хотя и был доступен, заметил он.
«Интерес к странам Центральной Азии, как правило, связан с экспортными планами производителей и также с технологическим партнерством, когда необходимо привязаться к поставкам компонентной базы или разместить сложное высокотехнологичное оборудование», — говорит исполнительный директор Ассоциации индустриальных парков России Денис Журавский. Приток инвестиций в размещение производств в российских парках в 2023 году также был рекордным. Помимо этого, локализация позволяет участвовать в государственных тендерах и частично снимает проблему дефицита кадров на российском рынке, но компания должна вкладываться в обучение сотрудников на месте.
У российского бизнеса долгое время сохранялись стереотипы в отношении Узбекистана, на практике же компании сталкиваются с препятствиями при работе с нормативной документацией — это касается, например, доступа к информации о приватизации активов, отмечает управляющий партнер S. Verenin's Legal Group, координатор проекта Invest in Uzbekistan Сергей Веренин. Присутствовать на рынке, по его словам, лучше официально — это дает доступ к льготам, в плане же сохранности вложений компания ничего не теряет: соглашение о защите инвестиций является достаточно эффективным.
Особенностью рынка является и высокая доля неформального сектора, что затрудняет инвестиции в качественные проекты — те же склады класса А, ставки аренды которых по определению будут выше, говорит партнер Commonwealth Partnership Uzbekistan Денис Соколов.
Растущие доходы влияют и на зарплатные ожидания — в районе Ташкента уже трудно найти специалиста менее чем на $800 в месяц, замечает он. В других регионах проблема — нехватка инфраструктуры, как промышленной, так и транспортной (в том числе ж/д путей для перевозок внутри страны и коридоров для поставки на внешние рынки через порты Ирана).
Заметим, если в ЕАЭС регулирование гармонизируется на уровне «пятерки» (в том числе по сертификации, устранению барьеров