Politico: РФ в Сирии попала впросак, и Трамп должен этим воспользоваться
Президент США Дональд Трамп должен перестать «вилять» по вопросу Сирии и воспользоваться той сложной ситуацией, в которой оказался его российский коллега Владимир Путин в этой арабской республике, где между Ираном и Израилем может начаться новая война, пишет Джонатан Щанзер в статье для американского издания The Politico.
Автор подчеркивает, что такой исход событий был предсказуемым с того момента, как Москва стала партнером Ирана и подконтрольной ему группировки «Хезболла». Они обменивались разведданными, патрулировали территории и вместе сражались против суннитских радикалов и других мятежников, выступающих против «режима» Асада.
К такому маловероятному союзу Тегеран подталкивали вполне очевидные причины: исламская республика рассматривает Сирию в качестве крайне важной территории для создания сухопутного моста к Средиземному морю. Сирия носит ключевой характер для регионального доминирования Ирана в регионе и для сохранения путей военных поставок «Хезболле» в Ливан.
Амбиции же России более глобальны. Прежде всего, Путин хотел уколоть администрацию бывшего президента США Барака Обамы, продемонстрировав, что Москва может стать гегемоном на территории, прежде находившейся под влиянием США. Кремль также хотел дать понять арабским государствам в регионе, что Россия является сильным и надежным партнером, который готов поставить современное оружие по хорошей цене и без свойственной США волокиты и проверок.
Притязания на могущество России были сразу же признаны Израилем, чьи официальные лица стали регулярно совершать визиты в Москву. Там они неоднократно выражали свою обеспокоенность растущим присутствием Ирана в Сирии, а также его поставками оружия шиитским вооруженным формированиям в Сирии. Они предупреждали, что Иран готовит военную инфраструктуру для удара по Израилю.
По словам официальных лиц Тель-Авива, в ходе визитов не было сделано никаких запросов о нанесении ударов по целям Ирана и «Хезболлы», вместо этого было выражено стремление наносить такие удары самостоятельно. Была также открыта линия связи, которая оставалась открытой даже после более 100 ударов Израиля по иранским целям в Сирии. При этом ни Кремль, ни Тель-Авив не признавали эти удары. Скорее всего, в Кремле считали, что они могут играть за обе стороны, оставаясь в Сирии под предлогом контртеррористической операции.
Однако этому пришел конец, когда 9 февраля Иран направил в воздушное пространство Израиля свой беспилотник. В ответ авиация Израиля нанесла удар по базе ВВС Сирии поблизости от Пальмиры, уничтожив ряд батарей ПВО. По некоторой информации, этот удар был нанесен без предупреждения России.
С точки зрения Израиля, эти удары являлись важными посылами. Во-первых, четкое предостережение Ирану от нарушения воздушного пространства Израиля. Во-вторых, нанеся удар в глубине сирийской территории, Тель-Авив дал понять, что может действовать внутри страны с относительной безнаказанностью (страна лишилась всего одного своего истребителя). Иран теперь понял, что Россия, возможно, была неспособна защитить его активы в стране.
За прошедшие с того момента два месяца между Израилем и Ираном установилось относительное спокойствие, хотя в самой Сирии ситуация была далекое не спокойная. Ее обострило недавнее заявление Трампа о том, что США могут «очень скоро» вывести войска из страны. Для Тель-Авива такие слова Трампа носили одновременно и тревожный, и отрезвляющий характер. Поскольку военный проект Ирана теперь мог расти в геометрической прогрессии, израильские стратеги посчитали, что теперь они должны взять дела в свои руки.
И именно это они и сделали 8 апреля, когда по базе ВВС Сирии был нанесен очередной удар. Опять же Россию, похоже, оставили в неведении, а ее ПВО оказалась неспособной предотвратить удар.
Таким образом, глава Кремля оказался в крайне непростой ситуации: угроза ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) сдержана, однако теперь на подконтрольной России территории зреет конфликт между Ираном и Израилем. И это столкновение, с учетом заявлений Тегерана о необходимости уничтожить Государство Израиль или численность проиранских шиитских формирований, будет самым кровопролитным в регионе за последние несколько десятилетий.
Владимир Путин, безусловно, попытается стать посредником и в этом конфликте, что ему вряд ли удастся. На фоне этого и химических атак российский лидер, возможно, наконец, поймет, что действия Ирана в Сирии едва ли соответствуют интересам России в стране.
Именно это и является тем рычагом давления, который так долго искал Трамп. Более того, это возможность наконец оформить сирийскую политику, которая приведет к маргинализации и Ирана, и России — основных виновников массовых убийств в войне, которая длится уже более семи лет.