Советник главы Офиса Президента Михаил Подоляк в эксклюзивном интервью 24 Каналу рассказал, сколько денег надо Украине, чтобы паритетно воевать и победить Россию, а также что именно приблизит завершение войны. Больше об этом – читайте далее в материале.
Напомним, что в первой части интервью мы писали об уничтожении оккупантами одной из крупнейших украинских ТЭС, а также – что ждет Белгород и российские НПЗ. Эти и другие интересные темы – по ссылке.
Сколько денег надо Украине, чтобы паритетно воевать
Президент США Джо Байден сказал, что война в Украине приблизится к завершению, когда в Конгрессе вынесут на голосование законопроект о помощи. Однако вопрос: когда нам ее выделят и как именно. То есть, дадут ли нам помощь в долг, или это будет бескорыстно. Или все равно как, главное – чтобы предоставили?
Главный вопрос точно не в этом, помощь выделят. После войны, если вы ее выиграете, будут работать совсем другие условия и договоренности, и все будет переписано. Но давайте о другом.
Вы говорите о 61 миллиарде. Себестоимость войны уже другая. 61 миллиард – это уже объективно не та сумма, которая достаточна для того, чтобы заставить Россию проиграть. Потому что на каждом этапе войны есть своя себестоимость: с учетом тех активов, которые использует Россия, тех возможностей, которые предоставляют России другие страны, перестройка на милитарную составляющую экономики в России и тому подобное. Год назад – это была одна сумма, сегодня она совсем другая.
Да, в России тоже все в дефиците, есть проблемы с экономикой, но не такие, которые все ожидали. Себестоимость войны уже другая. Учитывая то, какие виды оружия использует Россия, Украина должна использовать совсем другое оружие, чем сейчас. И поэтому 61 миллиард – это было хорошо до декабря 2023 года.
В 2024 году Россия потратит на войну 350 – 400 миллиардов долларов. Это прямые ассигнования на войну и опосредованные ассигнования. Вы понимаете какая это цифра? Соответственно Украина должна все-таки где-то более-менее быть в паритете. Это может быть не 350, но 200 миллиардов должно быть. Понятно, говорится не только о Соединенных Штатах, это и наш бюджет, и бюджеты наших европейских партнеров. Но надо это балансировать, потому что себестоимость войны меняется.
Так же они (США – 24 Канал) не понимают, что 61 миллиард – это сегодня, и для Украины. А завтра, если все остановится в замороженном виде, ежегодно Соединенным Штатам надо будет выделять на новую систему безопасности 200 – 300 миллиардов. Это не учитывая бюджет Пентагона, где есть уже практически триллион долларов.
Это очень сложная вещь – объяснять людям, что важно получить помощь именно тогда, когда ты должен ее получить. Потому что чем дальше, тем больше надо пересматривать математику и себестоимость войны.
Почему помощь Украине важна для самих США
Вернемся к Соединенным Штатам. Я еще раз подчеркиваю, что это не помощь Украине – это помощь самим Соединенным Штатам. Я не верю в то, что они этого не понимают, имея соответствующий политический опыт, физиологический возраст и интеллектуальную подготовку. Они вкладывают сегодня в репутацию Соединенных Штатов.
Посмотрите на то, что уже происходит с репутацией Соединенных Штатов, что уже происходит с концепцией глобального лидерства, с концепцией международного права, которая должна удовлетворять подобные "интересы" России. Уже идет перестройка глобальной системы безопасности. Уже другие страны, которые заинтересованы в уничтожении этой системы сдерживания, ожидают, что Россия не проиграет, потому что тогда можно будет поднимать ставки в тех или иных регионах.
Это говорит о том, что все будет иметь другой вид: с бюджетной, финансовой и милитаристской точки зрения. А главное – кто будет глобальным лидером.
Очевидно, сегодня это фиксация статуса Соединенных Штатов на будущие 50 лет. Будут ли они находиться в сердцевине всего, будут ли прописывать те же правила, или все будут ориентироваться на США? Посмотрите, какие дискуссии уже идут в Европе относительно отношений между Европейским союзом и Соединенными Штатами, относительно отношений в рамках НАТО и тому подобное. Это же фундаментально имеет другой вид. Это уже не о войне в Украине. Это о войне глобального типа.
Для меня важно, чтобы США оказали помощь Украине – этот 61 миллиард – в любом виде, хоть, подчеркиваю, надо увеличивать этот бюджет. Конечно, Украина в этом нуждается, но для меня это важно также потому, чтобы Соединенные Штаты остались глобальным лидером, потому что это все же фиксирует определенные правила.
США не могут принять пакет помощи Украине / Getty Images
Если не будет Соединенных Штатов как репутационного лидера, то, поверьте мне, правил не будет и будет совсем другой мир. И война в Украине – это будет только маленькая составляющая того, что дальше будет происходить на глобальных рынках. Мы с вами это видим.
Кстати, на Ближнем Востоке все в ожидании. Понятно, война на Ближнем Востоке сегодня доминирует на медиаплощадках, но она является производной от ключевого конфликта этого столетия – от войны в Украине. Потому что Россия является ключевым донором глобальной нестабильности и переписи этих правил. Надо, чтобы они это осознали.
Когда война в Украине приблизится к завершению
А как насчет тезиса, что война в Украине приблизится к завершению?
Война в Украине приблизится к завершению, когда у нас будет: паритет 1:3 снарядов; закрытое небо; тактическая авиация – 60+ самолетов F-16; дальнобойные ракеты в количестве 250 – 500 штук в месяц; дроны в соразмерном количестве к российским. Для этого нужно финансирование.
Нанести тактические поражения России по линии фронта возможно с учетом типа войны, которая идет, и с учетом креативности генеральных штабов России и Украины. Но для этого нужно соответствующее математическое количество оружия.Как только это оружие нанесет существенные тактические поражения на том или ином направлении, чего, к сожалению, не было сделано в 2023 году, то после этого начнутся необратимые процессы по линии фронта.
Потому что, еще раз подчеркну, Россия также дефицитная страна. Она концентрирует большое количество ресурсов, но это остаточные ресурсы. Скомпенсировать, например, регулярную армию в том количестве, которая уже уничтожена, они не смогут. Поэтому как только мы будем иметь совсем другую паритетность по линии фронта, как только нанесем тактические поражения, после этого в этой войне очень быстро будут развиваться необратимые процессы.
Мы увидим обвальные события в России – это очевидно. После теракта в "Крокусе", после убийства Навального, после похода вагнеровцев на Москву, можно говорить о том, что в России нет силовой вертикали. Она очень быстро завалится, как только они потерпят поражение по уровню фронта. Дальше будут неконтролируемые процессы – много людей с оружием, убийства, масштабные бунты в разных регионах.
Это очевидно, и было бы желательно, чтобы наши партнеры, в частности, поняли, что эту войну надо ускорять, финализировать. Это можно сделать, только существенно нарастив военную помощь Украине. После этого все будет идти очень быстро в самой России.
Остановить это невозможно. Владимир Путин не является человеком, который умеет управлять. Он не умеет принимать быстрые антикризисные решения. У него нет на кого опереться. Нет силовой вертикали. Да, понятно, силовая вертикаль есть для работы с диссидентами, "иноагентами", но для всего остального – нет. Как только там появятся крайне агрессивные люди с оружием, которые будут убегать с переднего края, вы увидите совсем другое развитие событий в России.
Сейчас у Украины нет оружия, но она стоит. Есть один к десяти снарядам, но можно пойти другим путем – один к трем снарядам, и тогда вы будете видеть совсем другую картинку на линии фронта. А если вы уберете, например, те же КАБы, которыми Россия буквально засыпала Авдеевку, то вообще все будет иметь другой вид.
Какое оружие может производить Украина и что нужно от партнеров
А вы можете описать, чего Украина больше всего ждет от партнеров, и что мы можем сделать собственными силами?
Чего мы точно не можем сделать и что нам нужно от партнеров – это системы противоракетной обороны. Особенно такого типа, как Patriot. Потому что, к сожалению, Украина была зависима от тех же комплексов С-200, С-150, С-300 еще советского производства. Поэтому перестроить систему и построить полностью другую систему закрытого неба своими ресурсами просто невозможно.
Далее, нам нужны дополнительные артиллерийские способности. Нарастить производство, чтобы иметь в месяц 150 – 250 тысяч снарядов только силами Украины невозможно. Здесь нужна помощь партнеров. Но нашими силами возможно нарастить производство:
- дронов любых модификаций, в частности простых FPV-дронов;
- РЭБов – стационарных и мобильных систем;
- минометов 120 – 82 калибра;
- дальнобойных ракет, как это ни парадоксально.
Это возможно, и Украина это делает. Мы имеем соответствующий опыт, производственные возможности.
Невозможно производить авиацию, и поэтому нужна тактическая авиация, которая будет работать на другом уровне. Потому что все, что могла отрабатывать Украина – это МиГи, Су еще старых поколений – до 27-го. Но Россия использует 31-го, 35-го, то есть уже другого поколения. Против них могут эффективно работать как раз F-16.
Вот есть компоненты, которые Украина абсолютно точно увеличивает уже, и есть компоненты, без которых мы не можем дальше продвигаться. Опять же, если ты не закрываешь от тактической авиации линию фронта, она всегда будет под давлением России. Это же очевидно. Засыпали КАБами, потом добавили артиллерии, потом отправили эти штурмовые отряды. Там нет разницы с оружием они или без оружия.
Какая главная цель Украины на саммите мира
Саммит мира в Швейцарии должен предварительно состояться уже 15 – 16 июня. Будет ли приглашение для России? Потому что Швейцария говорит, что достичь какого-то мира без России якобы невозможно.
Предлагаю дождаться ближе к июню и обсудить это. Потому что я не совсем понимаю, как это должно работать. Хорошо, приехала Россия, которая продолжает атаковать нас крылатыми ракетами и давить по линии фронта КАБами, а у нас и дальше дефицит оружия. О чем вы хотите с ней там говорить? И слово "мир" – это в каком смысле? То есть Россия говорит, чтобы мы ей все отдали, заморозили конфликт, и это будет называться "миром". Ну это же не о мире, правильно?
О чем нам надо договориться с Россией? Вы же говорите, что надо вернуться к международному праву, надо уважать суверенитет, территорию других стран и так далее. То есть вы хотите назвать миром что? Захват чужой территории, масштабное убийство гражданского населения, безнаказанность за военные преступления, отсутствие выплаченных репараций за разрушенную инфраструктуру – так вы хотите назвать "мир"?
Ну тогда говорите, что не существует никаких территориальных целостностей, суверенитетов, что вы предлагаете стране-агрессору не отвечать за преступление, которое она совершает на территории Украины. И поэтому желательно, чтобы она села за стол, где она это зафиксирует. Мы все это подпишем, назовем "миром" и будем рассказывать избирателям, какие мы "крутые". Мол, больше ракеты не летят.
То, что там были убиты десятки тысяч гражданского населения, якобы не имеет никакого значения. Россия дальше считает Украину страной, которую надо будет уничтожить, и будет это делать через террористические акты, но мы это называем "миром". Это будет выглядеть так.
Я просто хочу, чтобы без эвфемизмов люди говорили об этом. На мой взгляд, очень хорошо в последние дни об этом говорит и господин Кэмерон (министр иностранных дел Великобритании Дэвид Кэмерон – 24 Канал), и господин Столтенберг (Генсек НАТО Йенс Столтенберг – 24 Канал). Нельзя считать миром попытку умиротворения агрессоров – это фикция. На силу надо отвечать силой.
Я еще раз подчеркну, что идея президента Владимира Зеленского на саммите мира была в том, чтобы зафиксировать, что мир может быть только справедливый. И чтобы это зафиксировали все страны, которые также заботятся о своей территории, своей субъектности, своем суверенитете и международном праве.
Поэтому на саммите мира надо зафиксировать, что есть один тип мира – справедливый. Остальные – это фикция, которая будет приводить к следующим датам войны. И поэтому в начале надо это зафиксировать, что все страны Глобального Юга, все страны, которые занимают нейтральную позицию, договорились наконец о правильной риторике, что мир может быть только справедливым для них, для Украины, для любой другой страны.
А после этого уже решить, как заставить Россию отвечать за преступления, и как заставить Россию понять, что мир может быть только справедливым, а не мир через захват и убийство.
Поскольку вы не сказали, что России не будет на первом глобальном саммите мира, то, я так понимаю, что наши партнеры все равно продолжают размышлять над этой возможностью, как бы приобщить страну-агрессора, убийцу и террориста к тому, чтобы мирно с ней о чем-то поговорить за одним большим столом.
Партнеры могут думать все что угодно, но субъектом, который будет продвигать конкретность реализации саммита мира, является Украина. И президент Украины непосредственно, который является инициатором и саммита, и формулы.