Ювенальные кары на Урале: отнятые дети, приступы у ребёнка и уголовка
В Свердловской области продолжается противостояние многодетной семьи и чиновников органов опеки и попечительства города Карпинска. Пятерых детей 2,3,6,8 и 14 лет у отца и матери забрали ещё 26 февраля, при этом родителям не представили никакого постановления и не пояснили, на основании каких законов детей забрали из семьи.
Как всё начиналось
В начале года семья и пятеро несовершеннолетних детей (трое общих, двое от другого брака матери) переехали из собственного дома в съёмную благоустроенную квартиру в Карпинске для того, чтобы сделать ремонт. Однако этим мечтам не было суждено сбыться из-за навалившихся бед.
Иван и Светлана проживают в браке с 2012 года. До этого женщина состояла в другом браке. От первого мужа у неё четверо детей. Самым старшим 16 и 20 лет. Отношения её нового супруга с детьми от предыдущего брака сложились неудачно. И 23 января 2018 года произошёл первый конфликт, в ходе которого 20-летний сын супруги нанёс ножевые ранения (одно в спину, два в область сердца на груди). Причиной агрессии стало то, что он находясь, в состоянии алкогольного опьянения, хотел забрать 14-летнюю сестру вечером на прогулку, а Иван запретил.
В результате пострадавший провёл десять дней в больнице, а в отношении агрессора возбуждено уголовное дело по подозрению в умышленном нанесении тяжких телесных повреждений (ст. 111 УК РФ). В это же время в семью с проверками зачастили сотрудники органов опеки и попечительства, при этом семья на учёте по неблагополучию не состояла.
Вторая беда произошла вечером 26 февраля. Родители уже укладывали детей спать, когда в дверь позвонили, а затем вошли чиновницы управления социальной защиты, инспектор ПДН и четверо сотрудников полиции ППС. Они заявили, что в органы межведомственного взаимодействия поступил сигнал о том, что в семье якобы избивают детей.
Иван обратился на горячую линию общероссийской общественной организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» и по просьбе общественников начал вести съёмку, а телефон передал сотруднице ПДН. Она пояснила, что к ним поступил звонок от 14-летней дочери об избиении, у всех остальных детей якобы также обнаружены синяки, а на основании этого звонка всех детей забирают в медицинский центр для снятия побоев.
Сами родители отрицают факты насилия. На видеозаписи, которую сделал Иван, видно, что синяков у детей нет. Более того, приглашённые органами опеки сотрудники ППС, якобы из-за «буйного нрава отца» всё время так и простояли в коридоре. Никакой угрозы вошедшим Иван явно не представлял, более того, если верить родителям, то именно ему угрожали, что в случае, если родители не отдадут детей, то заберут и его. При этом матери даже не предложили проследовать с детьми вместе с детьми в больницу.
Запутанное дело
Данная семья далеко не идеальная. Родители ранее сами воспитывались в специальных учреждениях для детей. Иван ранее судим за имущественные преступления (первый раз в возрасте 14 лет). Ранее семья считалась неблагополучной, но в последние годы это «клеймо» было снято. Также оба родителя негативно относятся к употреблению алкоголю.
При этом дело выглядит достаточно странно. Уже начиная с повышенного внимания сотрудников опеки, которые зачастили с проверками. Позже выяснилось, что звонок в полицию о якобы насилии в семье сделала подруга 14-летней дочери Светланы. При этом эта же девочка дружит с 20-летним сыном Светланы, который 23 января напал с ножом на Ивана.
Также во время отбирания детей родителям не представили никаких постановлений или иных документов. Многочисленные запросы сотрудников СМИ и общественников так и остались без ответов по существу. В первую очередь журналистов и общественников интересовали основания, на которых дети были отобраны и до сих пор удерживаются в социально реабилитационном центре (СРЦ) города Карпинска.
И это главный вопрос, так как Иван и Светлана не лишены и даже не ограничены в родительских правах, и на данный момент именно они являются единственными законными представителями своих детей. Сотрудники опеки предлагали Светлане «добровольно» подписать заявление о помещении детей в СРЦ, но она отказалась. Дети с 26 февраля по 7 марта (то есть 10 дней) находились в медицинском учреждении, будучи абсолютно здоровыми. При этом процедуру снятия побоев можно провести в течение дня, а организация экспертизы в рамках проверки также не требует столь долгого времени.
Из больницы четверых детей перевели в СРЦ Карпинска, также без согласия родителей, а матери наконец-то предложили лечь в больницу вместе с двухлетним сыном.
При этом в отношении обоих родителей была организована проверка. В свою очередь Иван и Светлана обратились в СКР с заявлением. Они также просили провести проверку в отношении чиновниц соцзащиты, так как считают, что при отбирании детей опека превысила свои полномочия.
В итоге в отношении Светланы уголовное дело по ст. 156 УК РФ (неисполнение родительских обязанностей по воспитанию несовершеннолетних детей) в полиции возбуждать не стали. А вот в отношении Ивана уголовное дело по подозрению в истязаниях (ст. 117 УК РФ) было возбуждено. Судя по постановлению о возбуждении уголовного дела, оно основано на показаниях 14-летней дочери Светланы, у которой сложились неприязненные отношения с отчимом. При этом следователи не представили родителям ответ о проведении доследственной проверки по их заявлении.
Однако в пресс-службе следственного управления СКР по Свердловской области сообщили, что заявителям отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников управления социальной защиты города Карпинска, за отсутствием в действиях органов опеки состава преступления.
Ещё одним неприятным моментом стало то, что шестилетний ребёнок Ивана и Светланы за время нахождения в СРЦ дважды госпитализировался. Оба раза (17 марта и 11 апреля) у малыша происходил приступ, и его доставляли в больницу на скорой помощи. На данный момент он лежит в городской клинической больнице города Карпинска вместе с матерью.
Не менее странным выглядит и то, что в один прекрасный день Светлану и двухлетнего сына просто выписали из больницы.
Более того, есть основания полагать, что сотрудники СРЦ сомневаются в виновности Ивана, который по версии следствия истязал своих родных и неродных детей. По крайней мере, директор предложила ему записаться в «школу родителей» и попытаться наладить отношения с 14-летней падчерицей, которая, возможно, «смягчится» и изменит своё отношение к мужу матери. Иван, который охотно идёт на конструктивный контакт, согласился и будет посещать занятия три раза в неделю.
«Ибо тайна беззакония уже в действии»
Происходящее и есть пресловутая ювенальная юстиция, когда чиновники опеки действуют не в рамках существующего законодательства и отбирают детей не по решению суда, а по собственному решению. Как показывает общероссийская практика, свои действия они обосновывают не только подозрениями в побоях, но и «отсутствием нужного набора продуктов» (при этом никаких регламентов о том, что должно быть в холодильнике, нет), тем, что в доме «слишком грязно» (степень «загрязнения» также определяет чиновник), или просто «за бедность».
При этом, как бы мы не относились к физическим наказаниям детей за проступки, даже подтвержденный факт того, что ребенка отшлепали (а это надо доказать), не является основанием отбирать ребенка и тем более всех детей. При этом директор СРЦ сообщила родителям, что получила постановление, согласно которому дети будут находиться в учреждении на всё время проведения следствия, в целях недопущения оказания на них давления со стороны родителей. При этом вновь подчёркиваю, что родители прав не лишены и являются единственными законными представителями своих детей. И если можно предположить, что родители якобы могут оказывать давление на детей, то могут ли оказывать давление на детей те, кто отобрал их из семьи и удерживает в СРЦ?
Ситуацию можно охарактеризовать цитатой из Евангелия «ибо тайна беззакония уже в действии». Именно незаконное, на наш взгляд, отбирание детей 26 февраля и запустило весь этот государственный маховик, который уже на данный момент как катком проехал по несчастной семье. И эта ювенальная машина, когда приведена в действие, не намерена останавливаться.
Родители намерены и дальше добиваться того, чтобы чиновники опеки и попечительства понесли ответственность за свои действия, так как Иван и Светлана считают, что опека превысила свои полномочия (ст. 286 УК РФ). Хотя в последние годы госслужащие больше боялись обвинения по ст. 293 УК РФ — «Халатность», то есть непринятия хоть каких-то мер, что служило одной из причин беззакония в отношении «трудных» семей (стоит напомнить, что в карпинском случае в семье Ивана и Светланы все дети с 2012 года живы и здоровы).
В свою очередь госслужащие, раскрутившие ювенальный маховик, настаивают на том, что вне семьи дети «в безопасности», а их действия абсолютно законны. Но так ли это?
Недавно в Пермском крае разразилось два скандала, в которых оказались замешаны представители государственных структур. Оба они случились в конце 2017 года. В первом случае 16 декабря трагически погиб трёхлетний мальчик, которого вместе с двухлетней сестрой отобрали у 35-летней матери. Девочку женщине удалось забрать из инфекционного отделения больницы, а мальчик был помещён в СРЦ. Там он сломал руку, был доставлен 11 декабря в больницу и впоследствии скончался. Самое циничное в данной истории, что 20 декабря в региональном минсоцразвития должно было состояться заседание опекунского совета, на котором планировалось лишить его мать родительских прав и окончательно отобрать у нее мальчика который находился вне семьи 4,5 месяца!
Нельзя утверждать, что трагедии не могло произойти в семье, но от фактов не «отмоешься». Ребёнка отобрали органы опеки, и в результате последующих событий он скончался. Так где детям безопаснее? Возбуждено уголовное дело, но до сих пор никто не понёс ответственность.
Второй случай в том же Пермском крае внушает надежду попавшим под каток ювенальной юстиции родителям. В отношении госслужащих 21 декабря всё-таки было возбуждено уголовное дело. Ранее они отобрали из семьи троих детей. Мать обратилась в прокуратуру, и надзорные органы установили, что чиновники превысили полномочия, и передали материалы проверки в СКР. Суд состоялся в середине марта, и вина госслужащих была доказана.
Не менее громкий скандал произошёл в начале апреля в Екатеринбурге. Информация о возможных противозаконных действиях сотрудников «Специализированного дома ребёнка» в Орджоникидзевском районе Екатеринбурга появилась в публикации The Insider. Потенциальные опекуны сообщили журналистам, что за ускорение процедур, связанных с оформлением опеки, с них потребовали 80 тыс. рублей. Другие граждане сообщили о непрозрачности системы усыновления детей из детских домов и домов малютки и возможных коррупционных действиях с денежными счетами сирот.
После того как скандал был предан огласке, было возбуждено уголовное дело. Проведены первые допросы свидетелей в Москве. Как бы то ни было, в результате скандала вскрылась схема, при которой нечистоплотные на руку государственные служащие в сговоре с недобросовестными потенциальными опекунами могут создать «опекунский рынок детей». Ведь за детей, взятых под опеку, гражданам платят неплохие деньги (в Свердловской области это порядка 10 тыс. рублей на ребёнка, тогда как семья из Карпинска за пятерых кровных детей получает всего пособий на 11 тыс. рублей).
А самое отвратительное в том, что если на таком рынке будет спрос, а детей-сирот не будет, то ювенальная машина, используя незаконные методы, будет создавать «социальных сирот» при живых родителях. И вместо реальной помощи проблемным семьям будет соблазн применить к любой кровной семье все возможные ювенальные кары, подавив даже естественное желание родителей защищаться.
Если, конечно, «тайна беззакония уже в действии»… Или всё-таки в России ещё нет?