Превратится ли Казахстан в коммерческое государство?
Сейчас в Казахстане основная общественно-политическая дискуссия идет вокруг определения условий политической игры. То есть будет ли Казахстан суперпрезидентской республикой, президентской республикой или парламентско-президентской республикой, как надо выбирать депутатов, какой характер митингов нужен и т.д. Это обсуждается в СМИ, телеграм-каналах, в социальных сетях и просто даже, как в старые добрые времена, — на кухнях.
Но в реальности, помимо политических свобод, важны еще административные и экономические. А кроме того, очень важным является тот старый вопрос, на который так любят отвечать марксисты — в чьих интересах устроено государство. При этом это абсолютно не зависит от политического строя в стране, просто потому что правила игры могут меняться, а бенефициар может оставаться тем же самым — как поняли при анализе налогоплательщиков Флоренции.
Сейчас из-за различных экономических и административных нововведений есть очень большой риск превращения Казахстана в коммерческое государство. По определению известного экономиста Владислава Иноземцева, коммерческое государство — это государство, чьи политические институты работают для личного обогащения элит. То есть и парламент, и выборы, и правительство — всё работает на то, чтобы максимизировать денежные потоки для господствующих элит, которые при этом вполне могут быть сменяемыми и конкурировать друг с другом. Лучший пример для этого — это Украина и Киргизия.
Какими путями это делается?
Увеличение налогов и изменения налоговых режимов. Повышаются акцизы на отдельные виды алкоголя и табака, проводится работа по выявлению сдающихся в аренду квартир и продаж в инстаграме, фрилансеры платят пенсионные взносы. Для индивидуальных предпринимателей, занимающихся торговлей, вместо патента будет режим декларации, что существенно повысит налоговую нагрузку.
Усиление контроля над торговлей. Внедряются кассовые аппараты, работающие онлайн, вводится всеобщая маркировка товаров. В принципе, данные меры делаются для борьбы с теневой экономикой, контрафактом и контрабандой, но в итоге всё равно это приведет к повышению цен. Но вместе с тем обязательная маркировка и применение кассовых аппаратов вводится для той продукции, которая в дополнительных защитных мерах может и не нуждаться.
К примеру, лекарственные препараты или парфюмерная и косметическая продукция, среди которой объем нелегальной продукции крайне незначителен ввиду сложности ее изготовления и низкой маржинальности нелегальной торговли. Или одежда и обувь.
Подделку любому потребителю довольно легко обнаружить, и тут уже вступает в дело экономическая составляющая поведения потребителя. Есть такая категория потребителей, которая осознанно покупает контрафакт просто ввиду его низкой стоимости. При этом на легальном производителе это мало сказывается — такой потребитель всё равно не стал бы покупать оригинальную вещь с соответствующей ценой. При этом явно продвигается предложение о том, что оператором системы маркировки и ККМ будет частная компания, и все виды абонентской платы будут поступать не в бюджет (для борьбы с контрабандой и теневой экономикой), а на счета частника.
Увеличение сборов в государственные фонды. Увеличатся с 2020 года отчисления в Единый пенсионный фонд с 10 до 15%, также увеличатся с 2 до 3% отчисления в Фонд социального медицинского страхования.
Увеличение сборов в негосударственные фонды. Это прежде сборы за упаковку и утильсборы с техники, идущие в частное ТОО «Оператор РОП». Разумеется, импортеры и производители все это переложат в конечном счете на потребителей.
Фактически государство перешло к политике «люди — новая нефть» и решило всё больше снимать с них денег.
При этом всём увеличение потоков от бизнеса и населения у государства не приводит к увеличению доходов государства. Потому что деньги должны пойти на обогащение контролирующих государство элит.
Лучшим примером этому служит деятельность различных органов государственного аудита, которые, находя нарушения на сотни миллиардов или даже триллионов тенге, всё равно не возбуждают ни одного уголовного дела. И более того, скрывают от общественности результаты проверок. Или когда квазигосударственный сектор является для государства как акционера убыточным, не принося доходов. Зато средства государства очень умело выкачивается разными способами — через различные проекты, закупки и услуги, а то и просто как помощь бизнесу, которую возвращать не надо.
В коммерческом государстве сами государственные институты не являются влиятельными, а правит всем олигархическая верхушка, у которой есть демократически избираемые политики, собственные партии, СМИ, общественные движения.
Есть очень большие подозрения, что казахстанская элита в качестве идеала решила все же приблизить Казахстан по политическому устройству к Украине. То есть ослабление исполнительной власти будет сделано для увеличения власти олигархических группировок, которые будут никому не подконтрольны. И которые будут эксплуатировать не только свои коммерческие активы, но и будут прямо перенаправлять себе различные государственные сборы и пошлины.
Мечтающая об увеличении народовластия казахстанская оппозиция при необходимости будет использована как повод и средство для изменения правил игры, а потом будет безжалостна утилизирована — «уличный протест сделал свое дело, уличный протест может уйти».
А с теми, кто не поймет этого, будет всё по-другому. Ведь еще право на насилие тоже перейдет от государства к олигархам. Конечно, никаких тонтон-макутов не будет, но гораздо более эффективные, чем МВД, частные охранные фирмы справятся с любым проявлением недовольства.
Однако все эти планы по построению коммерческого государства могут споткнуться о две вещи. Первая — это соседи, которые сейчас не так активно вмешиваются в дела Казахстана из-за личных взаимоотношений Нурсултана Назарбаева с их лидерами. Во-вторых, есть мощный религиозный фактор — ведь ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) разгромлено как псевдогосударство, но еще живо как идея и организация. Кто может гарантировать, что они не используют возможности социальных протестов в своих целях?
Так что Казахстан находится на перепутье, и поворот не туда будет иметь слишком высокую цену. Ведь модель олигархического государства не способна к развитию и очень нестабильна.
Читать далее: