Взгляд из Вашингтона на нависший конфликт
Сирийский конфликт застал президента Трампа врасплох. Будучи справедливо умиротворенным в целом ходом расследований вокруг «российской смычки», он начал готовиться к новым шагам. На сегодняшний день ведь мало кто в Вашингтоне не признал, что нет и не будет «вещдоков», указывающих на связь Трампа и его команды с российскими структурами в ходе выборов. Президент США показал уже, что относится к своим предвыборным обещаниям серьезно. Одним из важных пунктов было и остается сближение с Россией.
Это было совсем недавно: Дональд Трамп поздравил Владимира Путина с победой на выборах и предложил встретиться в Белом доме, советам советников вопреки. Он сделал это уже после начала кризиса с отравлением в Солсбери, что добавочно подтверждает его стратегическую устремленность и личную расположенность.
Химическая атака в Сирии была проделана сразу после его заявления о намерении вывести оттуда все американские войска. Недоброжелатели поспешили говорить и писать о том, что уступчивость Трампа привела к новому преступлению. В отличие о того, что мы видим и слышим по российским телеканалам, в США и на Западе нет ни у кого сомнения, кто это сделал и зачем. Это следует уразуметь для серьезного обсуждения дальнейших опций Трампа. Российские телеведущие и телеэксперты могут быть убеждены, что ничего не произошло вовсе или что-то было, но не было осуществлено силами Асада. Важно, что там так никто не думает.
Американские эксперты подтвердили, что их службы познания мира, как и их израильские и европейские коллеги, располагают информацией о химической атаке с вертолета, и добавляют, что у повстанцев нет сегодня вовсе средств доставки для осуществления подобной операции. Если в 2013 году израильтяне поставили под сомнение причастность военных сил режима, а год назад — личную инициативу Асада, то на этот раз все разведслужбы едины в своих выводах.
Для понимания самого явления надо подчеркнуть, что среди предполагаемого общего числа жертв войны в Сирии (приблизительно полмиллиона людей) на долю жертв химического оружия не придется и одного процента. Знатоки любят спорить, какая смерть страшнее: от взорвавшейся бомбы или от химического оружия? Более того, при выполнения такой задачи, как зачистка местности, где действуют боевики, поддерживаемые населением, применение химического оружия приводит к уменьшению губительных масштабов. Ибо при химической атаке даже гибель нескольких десятков приводит к массовому бегству. Это не попытка оправдать, а необходимые вводные для понимания ситуации в Сирии.
Тем не менее химическое оружие строжайше запрещено международным правом даже там, где оно допускает использование других видов средств уничтожения людей. А в нашем случае действует не правовая или гуманитарная логика, но — это откровенный вызов президенту США, на который он не может не отреагировать. (Для сравнения вспомним, как спокойно реагировали США, СССР и Европа на истребление курдов в иракском городе Халабжа в марте 1988 года. Тогда погибло пять тысяч человек, а при последней химической атаке в Сирии — сорок).
Как помним, год назад американцы выпустили 69 ракет по сирийскому аэропорту вследствие использования того же химического оружия. Дональд Трамп предупредил тогда президента Сирии Асада, что США будут действовать в следующий раз с пущей жесткостью. Целый год никто не слышал про химическое оружие в Сирии. А нынче — прямой вызов Трампу лично и его администрации. Все американские и западные эксперты сходятся во мнении, что президент не сможет не отреагировать. При этом военные эксперты сомневаются, что это произойдет в ближайшие сутки, но предвидят удары через неделю и больше.
Газета «Нью-Йорк таймс» опубликовала три основных направления мысли в Пентагоне и в Белом доме касательно планирующегося удара. Сам Трамп делает всё, чтобы из Белого дома не было утечек. Но журналисты и эксперты предполагают…
Первый и мягкий вариант ответа напомнит то, что уже было год назад: один точечный удар по военному объекту. С точки зрения американцев, минусом сего действия является его неэффективность. Если встать на их позицию и принять как факт использование режимом Асада химического оружия, то придется признать, что Америке не удалось за все эти годы прекратить полностью использование химического оружия.
Вторым вариантом может быть возобновление поддержки оппозиционным группам, включая боевиков. Минусом такого шага для американцев будет предполагаемый скептицизм со стороны их президента и широкие возможности Ирана и России обогнать и перегнать. Они ведь находятся там непосредственно, опираясь на восстанавливающуюся инфраструктуру режима.
Третьим и самым радикальным сценарием может быть либо прямое вторжение, либо бомбардировки такой силы, чтобы режим Асада окажется под угрозой. Однако такие действия могут задеть российских военных и поставить Россию в положение, когда ей придется сбить несколько американских самолетов, например. А дальше эскалация может привести к военным действиям в полную силу.
Стоящие вдали от микрофонов американские аналитики не рассматривают всерьез возможности прямого столкновения между США и Россией. Риторика Дональда Трампа видится им попыткой отыграться за унижение, и что он сделает всё для избежания серьезного конфликта с Москвой. Одной из главных тем обсуждения в кабинете Трампа являются сейчас предложения по готовящейся атаке, и так, чтобы не вынуждать Россию реагировать.
С другой же стороны, риторика войны всегда опасна. Эта черная дыра агрессии не раз уже приводила людей к кошмарам, о которых все жалели потом.