Алиеву стоит опасаться войны в Нагорном Карабахе
Политический кризис, переживаемый сейчас Арменией, так или иначе скажется на перспективах урегулирования нагорно-карабахского конфликта. Но как? Все зависит от точки отчета при оценке ситуации. Если размышлять категориями большой геополитики в духе покойного Вадима Цымбурского, выдающегося российского мыслителя, то этот конфликт давно интегрирован в так называемую Южную дугу, которая начинается в Донбассе и, проходя через Крым, Северный Кавказ и Закавказье, охватывает Турцию и Ирак с выходом на Сирию. Все составные части дуги тем или иным образом тесно соприкасаются. И развитие событий подтверждает этот тезис.
Так, Киев отказывается от практической реализации Минских соглашений (подписаны в феврале 2015-го участниками «нормандской четверки» — лидерами России, Франции, Германии и Украины) по части выхода на прямые переговоры с Донецком и Луганском, хотя речь идет о восстановлении «единого украинского пространства». Точно так же ведет себя и Баку, заявляя, с одной стороны, о сохранении территориальной целостности страны, с другой, ведя переговоры по урегулированию нагорно-карабахского конфликта на основе Мадридских принципов, в которых прописан пункт о так называемом промежуточном статусе Степанакерта до проведения соответствующего референдума. При этом для всех очевидно, что если бы Киев желал сохранить под своим контролем Донецк и Луганск, а Баку — Степанакерт, двум столицам давно бы было пора адаптировать свое законодательство, выправить собственный политический процесс таким образом, чтобы жители Донецкой и Луганской народных республик, как и Республики Арцах (Нагорного Карабаха), не чувствовали себя ущемленными, чтобы их интересы были соблюдены, а экономические и социальные права гарантированы.
Однако Украина и Азербайджан на сегодняшний день ничего из этого сделать не могут, точнее, не желают. Они рассчитывают на то, что им удастся решить проблемы иными средствами — с использованием силового фактора и выдавливанием из Донбасса русских, а из Нагорного Карабаха армян. Так эти два кризиса начинают влиять сегодня друг на друга, в том числе с точки зрения подходов по урегулированию. Киев не скрывает, что делает ставку на ослабление влияния Москвы на постсоветском пространстве. Баку, как пишет американское агентство Stratfor, проблемы в российско-украинских отношениях оценивал, да и оценивает в таком же ключе, откровенно саботируя достигнутые при прямом участии президента России Владимира Путина соглашения в Санкт-Петербурге о введении системы мониторинга на линии соприкосновения конфликтующих сторон в зоне нагорно-карабахского конфликта и размещении там международных наблюдателей. Учитывая наличие тесных связей между Ереваном и Москвой, нынешний политический кризис в Армении воспринимается Азербайджаном прежде всего как потенциальный фактор утери Россией своего влияния не только в этой стране, но и в Закавказье в целом. Это первое.
Второе. Для Азербайджана открывается перспектива переведения проблемы урегулирования нагорно-карабахского конфликта из межгосударственной плоскости по линии Баку — Ереван во внутреннюю армянскую плоскость. Не случайно глава пресс-службы МИД Азербайджана Хикмет Гаджиев, комментируя ситуацию, заявляет, что «Азербайджан готов вести переговоры по нагорно-карабахскому урегулированию со здравомыслящими политическими силами, которые придут на смену военно-диктаторскому режиму Сержа Саргсяна, в рамках норм и принципов международного права и соответствующих резолюций Совбеза ООН». То есть Баку, похоже, уже знает, какие именно политические силы должны прийти к власти в Армении. И у него появляется соблазн воспользоваться ситуацией для перехода к силовому варианту урегулирования конфликта, о чем, кстати, предупреждают сопредседатели Минской группы ОБСЕ. Хотя война может сплотить армян, которые задвинут свои собственные политические разборки на второй или третий план. По имеющейся у ИА REGNUM сведениям, эти варианты активно обсуждались президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым во время его переговоров в Турции с коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом. В контексте концепции Южной дуги это означает, что сложная военно-политическая обстановка на Ближнем Востоке, где на территории Сирии и Ирака идет активная борьба с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и вовлеченность в эту борьбу Турции, сковывает маневренность Анкары на закавказском направлении.
Более того. Если в Ереване власть окажется в руках так называемых прозападных сил, далеко не факт, что урегулирование нагорно-карабахского конфликта будет осуществляться по азербайджанскому сценарию. А сам Алиев вместе с Эрдоганом после Саргсяна могут оказаться запутанными в «демократических сетях» Южной дуги, в которой все конфликты, включая и нагорно-карабахский, окажутся связанными в одну охапку. Прецедент «армянской революции» может оказаться заразительным и для Турции, и для Азербайджана. Официальный представитель МИД России заявил: «Мы считаем, что усугубление в нагорно-карабахской проблематике не должно произойти, осложнения никаким образом не должны произойти» и «выход должен быть в мирном переговорном пути». Россия надеется и на то, что после стабилизации внутренней ситуации в Армении переговоры по нагорно-карабахскому конфликту между Баку и Ереваном возобновятся. Но когда это будет? Выступил и Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, который присоединился к призыву сопредседателей МГ ОБСЕ, адресованному всем сторонам, «не допустить возможной эскалации вдоль контактной линии и активизировать усилия по поиску мирного разрешения нагорно-карабахского конфликта».
Но как бы то ни было и кто бы ни стоял за нынешними армянскими политическими потрясениями, Москве следует срочно обозначить новые и эффективные рычаги влияния на ход событий в регионе.