Крах белого фронта начался здесь: Дениславье
Крах белого фронта на Севере начался с восстания в 3-м Северном полку в Дениславье, деревне на нынешней дороге Архангельск — Каргополь, откуда осенью 1919 года белые вели непрерывные танковые атаки с целью окружения красных на Онеге.
В Гражданскую войну периодически волновались и восставали то белые, то красные полки. Особенно часто это случалось у белых, после развертывания из малочисленных добровольческих формирований 14 Северных стрелковых полков. Малочисленность населения Северной области вынуждала пополнять полки пленными красноармейцами — к концу войны в белой армии их было до 50% состава. Возможности пропаганды, в которой сильны большевики, были широкими. Второй причиной волнений была переброска белых партизан далеко от родных деревень. Мысли их были рядом с домом, в родных краях они совершали чудеса героизма, а вдалеке роптали. Домашнее хозяйство с 1914 года пришло в упадок, семьи бедствовали, нужно было возвращаться. К тому же зимой 1919−1920 годов все понимали бессмысленность борьбы, Колчак и Деникин были разгромлены, а Северная область осталась один на один со всей Красной армией. Как замечали белые,
«высланные в разведку или в полевой караул часто обратно не возвращались, причем иногда у оставленных винтовок находили записки с просьбой не винить за измену, так как, не видя конца борьбе, они соскучились по родным и решили пробраться домой» (1).
Видя приготовления красных к последнему наступлению, эсеры, которых было много в Архангельске и на фронте, искали выход из положения. В январе 1920 года лидеры эсеров в губернском Земском собрании Скоморохов, Едовин, Едемский стали искать канал переговоров с большевиками об условиях сдачи фронта. Наивность эсеров зашкаливала, они шли на переговоры с тремя условиями:
«1) Земля должна была остаться в пользовании у крестьян на существующих в Северной области условиях, 2) Войска Северной области должны были употреблены только для караульной службы в ее пределах, и 3) Виновники гражданской войны (очевидно — офицеры) подлежали выдаче большевикам» (2).
Неизбежный крах фронта хотелось продать подороже, а понимания, что красные будут делать то, что считают нужным, несмотря на договоренности, не было.
В условиях военной диктатуры генерала Миллера земское собрание не влияло на решения и армию, поэтому для повышения роли лидерам эсеров нужно было, во-первых, создать кризис — чтобы сделать генералов более сговорчивыми, войти в узкий круг решающих лиц и создать некий переходный «от белых к красным» период, где они были бы незаменимы. Что планировалось в этот период и после, не ясно, не исключено, что целью всего этого было сохранение своих жизней. Одним из каналов переговоров стал родной брат депутата Едемского унтер-офицер Едемский — состоявший при штабе 3-го Северного полка, и кризис удобно было создать в этом полку.
Ядро полка составляли шенкурские белые партизаны, в подавляющем большинстве эсеры. Когда-то героическая воинская часть на Двинском фронте после перевода от родных деревень на Железнодорожный фронт стала неустойчива.
Борис Федорович Соколов, член правительства Северной области:
«С переходом 3-го полка в руки полковника Постникова, весьма храброго офицера, но неумелого администратора, в этом полку начались неурядицы и неустройства… Большевики этим воспользовались и организовали… коммунистическую ячейку среди штабных солдат» (3).
Соколов сам эсер, и вопрос о предательстве уводит в сторону большевиков. Но ядро полка было идейно-эсеровским, и если там и работали большевистские ячейки, без эсеров восстание было невозможно.
Северин Цезаревич Добровольский, генерал-майор, прокурор Северного фронта:
«Числа 5, 6 февраля агентами контрразведки… благодаря неосторожной болтовне лежавшего в лазарете больного матроса была открыта преступная организация… эта организация поставила своей целью открытие фронта неприятелю… в 3-м Северном стрелковом полку. Предполагалось немедленно, при отводе 3-го Сев. стрелкового полка в резерв, и замене его Архангелогородским стрелковым полком, поднять восстание в тылу этого полка, чтобы одновременно увлечь и этот последний за собой… и обнажить на этом участке фронт, что повлекло бы по плану восставших и измену 6-го Сев. стрелкового полка, недовольного тем, что его давно не сменяют с позиций… были точно установлены фамилии заговорщиков 3-го Сев. стрелкового полка, … командиру последнего полковнику П. (Постников — прим. автора) было сообщено требование арестовать их. Последний, получив список, был ошеломлен его составом, так в него входили наиболее преданные и надежные с его точки зрения солдаты, составлявшие личную охрану штаба и … службу связи, поэтому он заколебался и начал выяснять, не произошло ли недоразумения. …сведения о предполагаемом аресте проникли в среду заговорщиков, они решили ускорить свое выступление, и в ночь с 6 на 7 февраля ими было поднято восстание. Стоявшие на позициях роты, захватив 12 человек своих офицеров, перешли к противнику. В это время другие восставшие роты, расположенные в деревне, захватили стоявшие там орудия, прислуга которых не желала присоединиться к бунтовщикам, и ушла прочь. Одновременно в другой деревне бунтовщиками были также арестованы офицеры, и к ним был приставлен караул. Оставшаяся верной своему долгу артиллерия, расположенная недалеко от этих двух деревень, открыла огонь сначала по ближайшей деревне, где были захвачены пушки. Вследствии чего бунтовщики бросили их и бежали, …После этого огонь был перенесен на ту деревню, где находились арестованные офицеры, причем караулившие их бунтовщики разбежались. В это время началось наступление большевиков, во главе которых шли уже соединившиеся с ними бунтовщики. Батарея, стоявшая в деревне, открыла по ним огонь, и оставшиеся верными долгу стрелки, во главе с командиром полка подполковником П. (Постниковым — прим. автора), отбили атаку пулеметным и ружейным огнем. Однако силы были слишком неравны, и маленькая группа человек в сто так быстро таяла, что пришлось оставить Дениславье, тем более, что противник уже стал заходить в тыл, причем отступавшие попали при этом под сильный пулеметный огонь, которым им были нанесены тяжелые потери и в частности у подполковника П. (Постникова — прим. автора) была раздроблена рука. …Таким образом, на самом главном участке фронта создалось чрезвычайно непрочное положение, вызванное не победой большевиков, а изменой. …в тылу и на фронте велась пропаганда за немедленный мир… наступление на нас совпало с открытием Земского собрания, так что удар нам наносился одновременно как с фронта, так и с тыла» (4).
Соколов:
«…от всего полка осталось только около 200 солдат, пришедших вразброд на станцию Плесецкую. Сам полковник Постников спасся чудом, тяжело раненный, он скрылся в лесу и был приведен полуживой солдатами его полка на станцию Плесецкую. … Офицеры были перебиты своими же или частью успели пробраться лесом до станции Емцы. Начался отход войск, занимавших ст. Плесецкую, в тыл до ст. Емцы» (5).
Николай Петрович Зеленов, полковник, командир артдивизиона:
«Получилась брешь, заполнить которую не представлялось возможным, ибо в резерве не было ни одного солдата… Зараза восстания и предательства перебросилась далее на восток в 7-й полк (Средь-Мехреньга и Тарасово)» (6).
Соколов:
«События в 3-м полку произвели страшное впечатление на генерала Миллера и на Земское собрание. Это факт поколебал оптимизм генерала и заставил его пойти на большие, большие, чем он хотел и предполагал, уступки Земскому собранию… После долгих дебатов (Земское собрание — прим. автора) приняло предложение Иванова о сформировании «Правительства спасения»…какой нелепицей казался этот торг в дни уже сочтенной и умирающей Северной области!» (7).
Попытки торга с большевиками не имели смысла, их централизация власти исключала сепаратные договоренности на периферии. В лучшем случае — переговорами, предательством, открытием фронта — их инициаторы спасали свою жизнь и как-то встраивались в послевоенную действительность.
Какую же судьбу выбрали таким образом председатель губернского земского собрания Павел Павлович Скоморохов и его заместитель Егор Васильевич Едовин — эсеры и одни из организаторов, как показало следствие белых, восстания в Дениславье? Скоморохов спустя месяц после прихода Красной армии в Архангельск, в марте 1920, арестован особым отделом 6 армии. Освобожден в начале 1921 года по личному ходатайству Кедрова. В феврале 1925 года арестован и осужден на 3 года лагерей. В марте 1928 года сослан в Северный край на 3 года. В 1938 году арестован и осужден на 8 лет лагерей. В 1947 году сослан на 3 года в Якутию. В 1949 осужден на поселение в Красноярский край. Освобожден в 1954 году. Едовин арестован после прихода Красной армии в марте 1920, дальнейшая судьба неизвестна.
Такие игры и такие результаты.
Примечания:
- Белый Север, 1918−1920. Мемуары и документы. Архангельск, 1993. Т.2. С.174.
- Там же. С.175.
- Там же. С.385.
- Там же. С.173−175.
- Там же. С.385.
- Там же. С.224.
- Там же. С.385−386.