Что готовят Алиев и Эрдоган для Еревана
Президент Азербайджана Ильхам Алиев посетил с официальным визитом Турцию. Это его первый зарубежный визит после избрания на пост президента страны. Поэтому в определенном смысле он носил символический показательный характер, стал демонстрацией достигнутого особого уровня во взаимоотношениях между Баку и Анкарой. Для президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана здесь тоже многое строится на символах, ведь он, как и Алиев, идет на досрочные президентские и парламентские выборы, объявив 20 апреля о старте своей избирательной кампании.
Алиев таким образом свою победу и подтверждение выбора Анкары в качестве главного стратегического партнера преподносит Эрдогану как знак поддержки в сложнейшей политической борьбе, разворачивающейся сегодня в Турции. Причина и мотивация такой политики, конечно, глубоко спрятаны и обусловлены нынешними внешними и внутренними региональными проблемами, в которые погружена Анкара. Баку важно удержать Турцию в союзнических отношениях в условиях фактической войны с Арменией из-за Нагорного Карабаха. Тогда как Анкара имеет асимметричные интересы, связанные с недопущением появления в регионе курдского государства. Азербайджан утратил свою территориальную целостность, Турция стоит на пороге потенциального развала. Здесь же стоит отметить, что Эрдоган требует от США сделать выбор между ним и курдами, которые с геостратегической точки зрения интересуют американцев больше, чем турки. Поскольку через курдов Вашингтон может влиять на страны их компактного проживания в ближневосточном регионе — а это, помимо Турции, еще и Иран, Сирия и Ирак.
При этом два тюркских государства находятся в состоянии войны с различными противниками. Напомним, что между Анкарой и Баку подписан договор о стратегическом партнерстве и взаимопомощи. Однако особой конкретики в нём нет. Азербайджанская армия вряд ли будет участвовать вместе с турками в их военных сражениях в регионе. Точно так же, как и турецкая вряд ли примет активное участие на стороне Баку в случае, если тот начнет войну с Ереваном, особенно в ситуации многослойного сирийского конфликта. Так что Алиев сейчас находится в весьма затруднительном положении, в условиях отсутствия решения для уравнения типа «или — или». Что до Турции, на которую спроецирована курдская проблема после Ирака и Сирии, то она сейчас всерьез обеспокоена тем, что в дальнейшем курдская проблема на Ближнем Востоке может каким-то образом увязываться с армянским вопросом, что она вновь может быть разыграна ведущими державами, причем не только в отношении Анкары, но и Азербайджана.
Если в Турции появится так называемый «армянский очаг», о чём уже открыто рассуждают многие турецкие эксперты, то может быть определен западный вектор развития армянского вопроса наряду с российским направлением, которого придерживается Ереван. Но пока никто не знает, как и в каком формате произойдет и произойдет ли вообще реанимация армянского вопроса в контексте событий на Ближнем Востоке, поскольку, в отличие от курдов, армяне не располагают в регионе необходимой геополитической мощью. Вот почему, как сообщают турецкие СМИ, в ходе визита Алиева в Турцию и его переговоров с Эрдоганом серьезно обсуждалась сложившаяся ситуация в Армении после отставки премьер-министра Сержа Саргсяна, анализировалась с точки зрения «ослабления интеграционных процессов между Анкарой и Баку» и отрабатывались совестные сценарии действий на случай прихода в Ереване к власти так называемых «новых сил».
Как пишет в этой связи азербайджанский политолог Тофик Аббасов, «Анкара и Баку способны помочь Еревану». Но как? Неужели через обозначение существующих параллельных политических слоев на карабахском направлении? Пока Алиев по итогам своего визита в Турцию публично говорил только о банальном взаимодействии с Анкарой в сфере оборонных поставок, то есть обозначил всё же так называемый силовой фактор, а также о газопроводе TANAP, привлечении инвестиций в экономику и так далее. «Братание» Азербайджана с Турцией продолжается. Точно так же, как и усиливается давление США и ЕС на Анкару и Баку под лозунгами демократии и прав человека. Так что сейчас после переговоров двух президентов сложно прогнозировать дальнейший ход развития событий в регионе, хотя есть ощущение того, что всё приближается к какой-то переломной точке.