Владимир Мамонтов: Бои под Часовым Яром определят будущее не только России, но и Белоруссии
© Sputnik / Miroslav Rotari Владимир Мамонтов интервью
© Sputnik / Miroslav Rotari
Чтобы Россия не смогла взять Харьков, Запад может ее отвлечь нападением на Белоруссию. В Минске понимают, что преодолеть угрозы, исходящие от НАТО, страна сможет только в боевом братстве с Москвой.
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал гендиректор радиостанции "Говорит Москва" Владимир Мамонтов.
В Белоруссии начался новый этап проверки боеготовности армии, сообщила 5 апреля пресс-служба Минобороны страны в своем телеграм-канале.
— Владимир Константинович, сколько тут типичной риторики от Лукашенко, а сколько — реальных военно-технических приготовлений?
— Внезапные проверки свидетельствуют о том, что верховный главнокомандующий страны желает знать о подлинном состоянии своей армии. Это обычное дело. Но является ли эта проверка таким уж обычным делом? Я думаю, нет.
Безусловно, такая проверка тесно связана с тем, что вы назвали риторикой Лукашенко. Я бы назвал это иначе. Лукашенко очерчивает ясные перспективы перед своими соратниками, перед людьми, которые отвечают каждый за свой участок и составляют команду Александра Григорьевича.
Президент Белоруссии хочет донести до них, что времена меняются. Причем, и с точки зрения безопасности, и с точки зрения вызовов. От благодушия страны к великой настороженности, и готовности к серьезным испытаниям.
Перед этими военными приготовлениями было большое совещание. Лукашенко встречался с руководителями Белоруссии. Он говорил с ними в свойственных ему интонациях, но при этом там прозвучали обращения из разряда: "Мужики, я вас снимал с работы, я ругался с вами, но сейчас это ничего не значит по сравнению с теми вызовами, которые предстоят Белоруссии".
Это посыл, который его соратники поймут верно. Странно — если было бы иначе. В этом есть призыв к мобилизации.
В то же самое время, в последние дни президент Белоруссии много говорил о вещах, которые свидетельствуют, во-первых, о миролюбии страны. А, во-вторых, о важных социальных, экономических и иных перспективах.
В Белоруссии произошел ряд кадровых назначений, которые свидетельствуют о желании меняться. Например, в военных перестановках есть, как минимум, одно интересное назначение. Возрастного и заслуженного человека (которому оставили все регалии и который внес большой вклад в армию Белоруссии и ее безопасность) меняют на более молодого и энергичного.
[Президент Беларуси Александр Лукашенко 4 апреля рассмотрел кадровые вопросы. В частности, полковник Дмитрий Соболь назначен первым заместителем начальника Военной академии Беларуси. Занимавший ранее эту должность полковник Игорь Козлов назначен заместителем командующего войсками Северо-западного оперативного командования Вооруженных Сил. На этом посту он сменит генерал-майора Владимира Кулажина, который уволен с военной службы в запас по возрасту с правом ношения военной формы и знаков различия.]
Это означает, что возрастные люди консервативных взглядов, привычек и понимания ситуации должны быть заменены на более современных. Александр Григорьевич делает это спокойно.
В то же время президент Белоруссии принимает во внимание житейские вопросы, делая в этом плане тоже важные назначения, направленные на решение мирных задач в трудные минуты для Белоруссии. Например, с торговлей.
Лукашенко в стилистике батьки запретил говорить о санкциях. История, что "санкции мешают, с ними к нам пришла беда", ему абсолютно чужда. Президент Белоруссии отлично понимает оборотную сторону таких разговоров. "А вдруг мы все-таки ждем, что санкции отменят. Может мы хотим переждать, пересидеть, перетерпеть это. А потом оно как-то само вернется".
С этим он активно борется. Вернется — и хорошо. Но дело не в этом. Сейчас угрозы перевешивают подобные надежды, если они у кого-то есть. Угрозы Белоруссии формулируются очень внятно. Они исходят от поляков, натовцев и так далее.
Разведка Белоруссии и России, я думаю, в теснейшем контакте сейчас работают. Это не секрет. Лукашенко не зря заявил — данные этих ведомств говорят, что надеяться можно только на себя, на Россию, на наше боевое братство и экономическое сотрудничество — на союзное государство. Эта мысль внятно сейчас звучит в Белоруссии.
Я помню времена, когда надутые чиновники (они и сейчас существуют) махали пухленькой ручкой и говорили мне: "Да что ты там ходишь и рассуждаешь? Союзного государства нет и быть не может. Чепуха это все. Это искусственный пузырь". Ага.
Пришло время понять, что в понятие "союзное государство" с 1996 года заложены принципы и важнейшие вещи, которые сегодня оказались особенно востребованы.
Возвращаясь к теме проверки. Она нужна. Белоруссия проверяет себя на готовность. При этом и наши контингенты туда передислоцированы.
Это означает, что мы понимаем: те или иные масштабные действия, которые возможны на украинском театре военных действий, могут заставить наших геополитических противников (прямо говоря, врагов) отвлечь нас от решения важных задач. Например, путем нападения на Белоруссию.
Мы, безусловно, как братья должны будем защищать ее. Будем защищаться от этого все вместе. Обратите внимание на россказни, что Белоруссия отдала все свое вооружение России, и поэтому она сейчас ослабела, "несчастная".
При этом, не стоит забывать, что туда сейчас "Искандеры" поступили. Ничего не ослабело. И если где-то есть необходимость подставить плечо для союзного государства, мы это отработаем.
1 апреля, 23:40
В Белоруссии поймали пособников украинских спецслужб, совершивших и планировавших теракты В январе этого года в Белоруссии поймали 12 местных жителей, которые причастны к переправке взрывчатки с территории Украины в республику и созданию тайников. Все они были завербованы киевскими спецслужбами для совершения терактов, в том числе, в РФ, передаёт белорусский телеканал ОНТ— Как вы в целом оцениваете боеспособность белорусской армии?
— Белорусская армии вполне нормальная. Она отстроена еще по советским канонам — не такие они плохие.
Взять две страны, которые воюют — Украину с Россией. И русские, и украинские военачальники снизу доверху учились в советских военных академиях. Поэтому так все сложно и идет. С обеих сторон толково воюют, так как имеют одинаковую подготовку. И белорусская армия, я думаю, представляет собой примерно такую же боеготовность.
Однако. Я сейчас могу прозвучать немного зловеще, но, когда армии долго не воюют, у них появляются иллюзии о собственной боеготовности. Отсюда возможно некоторое расслабление.
С точки зрения военного профессионализма, боевой опыт в рамках ситуации на Украине должен пригодиться Белоруссии. Они могут в этом смысле потренироваться — на всякий пожарный случай.
Вспомните историю с Пригожиным и ЧВК "Вагнер". Александр Григорьевич Лукашенко сказал, пусть, дескать, натренированные пригожинцы заходят на территорию Белоруссии, если им нужны гарантии.
Тут же стало ясно, что зайдут вагнера не просто переждать опасность во время серьезнейшего конфликта, который был тогда в России. Нет, их рассматривали в том числе как наставников, вкусивших реалии войны на передовой — не по учебникам. Это колоссальный свежий опыт.
Ваш вопрос был — не рутина ли это. С одной стороны, да, рутина — по форме. Однако в Белоруссии понимают всю серьезность происходящего и то, что нужно отрабатывать свои действия на практике в связи с реальными угрозами со стороны Европы.
Есть и экзистенциальная угроза. Лукашенко хорошо об этом сказал. Он заявил, что, по всем данным, Белоруссию хотят закрыть, уничтожить — все на это заточено, и иллюзий питать не надо.
Я думаю, и по поводу России им [Западу] хотелось бы поработать в этом направлении. Хотя за это им зубы обломают, конечно.
Поэтому, с другой стороны, в Белоруссии идёт подготовка к возможной обрисовке военных действий совершенно нового характера. Как говорит Лукашенко, Белоруссия — самая мирная страна, но ежели полезут к нам — поймут обратное.
— Можем ли мы судить о том, где будет проникновение на территории Белоруссии? Со стороны Украины или из страны НАТО, которая граничит с Белоруссией — например, через Литву или Польшу?
— Я бы не стал прогнозировать ход военных действий. Потому что сейчас все зависит от развития военных действий между Россией и Украиной на известных нам фронтах, на которых мы все деревни знаем.
Например, то, что творится в Часов Яре и на его окраинах. То, как это закончится, в какой-то мере определит характер вступления или невступления на наших противников — через что они будут атаковать Белоруссию с целью распылить наши возможности.
У нас еще есть Молдавия и Приднестровье с гигантским оружейным запасом. Вы думаете, они не рассматривают эти возможности? Конечно, рассматривают. Через Украину, через Польшу — спят и видят.
В качестве одной из возможностей сообщество экспертов обсуждает весеннее или летнее наступление ВС РФ на Харьков. А что нашему противнику с этим делать? Пытаться маневрировать и отвлекать нас от этого, распылять наши силы.
Ситуацию утяжеляет то, что мы поставили себе еще одну важную цель, помимо победы. Мы собираемся выиграть это сражение, не потеряв людей. У нас их не так много.
Сравнения аккуратно нужно проводить. Говорят: мы брали Берлин. Там уже были взяты все высоты. Собственно, штурм Берлина обошелся нам в 300 тысяч погибших советских солдат.
Конечно, Харьков не Берлин, но все равно это укрепленный, мощный город-миллионник. Поэтому как будут действовать наши стратеги, что они будут делать… Есть теории, что не стоить брать Харьков, лучше обойти его. И так далее. Я не специалист, не буду углубляться в это.
— Готов ли Лукашенко предоставить свою территорию для нашего удара по Киеву? При каких условиях?
— У меня ощущение, что в лице Белоруссии мы имеем надежного союзника. Как будут разворачиваться события, увидим. Наши совместные рациональные действия направлены на защиту не только существования России, но и Белоруссии.
Здесь мы увидим координацию совместных действий стран. Какой она будет? Все, что я знаю про Белоруссию сегодня, весь мой опыт работы с белорусами подсказывает, что это наш лучший союзник, и он не подведет.
А контурные карты я пока откладываю в сторону. Я не командующий и не готов сейчас рисовать на карте стрелочки.