Рабочие бастуют. Войскам дан приказ применять оружие. Есть первые жертвы
Санкт-Петербург, 9 марта, 2017, 12:00 — ИА Регнум. 24 февраля забастовками были охвачены все районы Петрограда. Полиция не могла ни разогнать, ни остановить многотысячные демонстрации. Бастовало более 200 тысяч рабочих с 224 предприятий, причем не только с крупных заводов, но и с небольших заводиков, на которых работало не более нескольких десятков человек.
Тысячи рабочих с утра формировали демонстрации и пробивались к центру из разных районов столицы.
«Рабочие Выборгской стороны пробивались к Невскому через Литейный мост. Полиции удалось остановить шествие, но около 10 часов утра движение рабочих с Выборгской стороны усилилось. Смяв заставы, огромная толпа в несколько десятков тысяч человек заполнила весь Литейный мост. У выхода с моста их остановили полицейские, конные жандармы и солдаты 9-го запасного кавалерийского полка. Толпа с криком «ура!» бросилась на конные части и, прорвав их в одном месте, хлынула густой массой по Литейному проспекту. Полицию, пытавшуюся рассеять толпу, забросали кусками сколотого льда, лопатами, гайками. Был тяжело ранен полицейский надзиратель».
«У Троицкого моста конная полиция врезалась в людскую массу. Один из городовых открыл стрельбу по демонстрантам, убив молодую работницу и ранив рабочего-столяра завода Щетинина А. Грабовского. В ответ демонстранты забросали полицию камнями и кусками льда. В полицию стреляли. Городовые отошли. Стычки с полицией происходили в ряде мест, они нередко кончались успешно — полицейские отступали. Число избитых и раненых полицейских, по официальным данным, возросло до 28».
У всех мостов через Неву скапливались огромные массы бастующих. Здесь были сосредоточены воинские заставы. Многие демонстранты перебирались на левый берег Невы по льду. Через реку шли толпы людей. Военный министр советовал вести заградительный огонь так, чтобы пули ложились впереди людей, перебирающихся через Неву. В расклеенном по городу приказе Хабалов предупреждал население, что он подтверждает свое распоряжение «войскам употреблять в дело оружие, не останавливаясь ни перед чем для водворения порядка».
Днем к движению присоединились трамвайщики. Забастовка трамвайщиков лишила власти возможности быстро перебрасывать резервы.
Район Невского и Литейного проспектов был буквально захвачен рабочими. Полиция разгоняла демонстрантов, но они быстро собирались в другом месте.
«Особенно многолюдные митинги происходили у городской думы (Невский пр., д. 33 — ИА REGNUM ) и на Знаменской площади (ныне пл. Восстания — ИА REGNUM ) у памятника Александру III… В этих районах находилось около 50 тыс. рабочих».
Сохранилось одно из донесений пристава градоначальнику от 24 февраля:
«В 12 часов 45 минут более 3 тыс. демонстрантов подошли к Казанскому собору на Невском. Рабочие пели «Марсельезу» и «Вставай, поднимайся, рабочий народ». Из толпы раздавались возгласы: «Долой царя!», «Долой правительство!», «Давайте хлеба!». Демонстранты несли красные флаги. Против демонстрантов были двинуты полусотня 6-й сотни и вновь подоспевшая 3-я сотня 1-го Донского казачьего полка и два взвода 9-го запасного кавалерийского полка. Целый час понадобился им, чтобы рассеять демонстрацию».
Историк Исаак Минц в «Истории Великого Октября» указывает на некоторые важные моменты изменения общественной атмосферы 24 февраля.
Во-первых, появились первые признаки ненадежности частей (в том числе казаков), которые должны были подавлять народное движение:
«У казаков, совсем недавно ретиво разгонявших толпы, стала падать решимость. Около 3 часов дня большая группа демонстрантов с Невского проспекта продвинулась к Знаменской площади. Впереди рассыпным строем шла полусотня казаков, но она не сдерживала толпу. Демонстранты прорвались на площадь. Тут их пытались рассеять конные жандармы, но были встречены камнями, осколками льда, поленьями. Жандармы ускакали. На площади в присутствии казаков начался митинг. Ораторы призывали: «Да здравствует республика! Долой войну!» Из толпы неслись крики «долой полицию!» и «ура!» в честь казаков, которые отвечали толпе поклонами.
Вечером на Невском проспекте, недалеко от Литейного, во время митинга появились казаки. Оратор прекратил речь. Наступила тишина. Раздавался только стук копыт. Толпа молча следила за подъезжавшими казаками. Они медленно приблизились и, не меняя скорости, проехали сквозь толпу. Демонстранты вновь сгрудились вокруг оратора. <…>
Демонстранты, к которым присоединились рабочие «Сименс-Гальске», численностью до 5 тыс. человек с пением «Вставай, поднимайся, рабочий народ» направились к Среднему проспекту. Отряд конных городовых врезался в толпу, пытаясь рассеять ее. В это время появился патруль казаков. Полицейское начальство потребовало от них помощи, но казаки молча проехали и скрылись. Полицейские успели только разобрать на погонах инициалы «Н. 2»,
Во-вторых, на сторону бастовавших рабочих начали сдвигаться обыватели, в происходящее быстро вовлекались самые широкие слои жителей Петрограда:
«В демонстрациях было много учащейся молодежи — студентов и учеников. Полиция с тревогой отмечала, что публика, скоплявшаяся на тротуарах, весьма сочувственно относилась к забастовщикам и крайне недружелюбно встречала усилия городовых и казаков по разгону демонстраций. Пристав Гаваньского участка сообщал, что в 11 часов по Среднему проспекту Васильевского острова проходила толпа демонстрантов. Женщины, скапливавшиеся на тротуарах, поддерживали забастовщиков. «Недолго вам ликовать, скоро всем голову снесут», — кричала женщина полицейским».
Поэт Александр Блок в «Последних днях императорской власти» пишет о продовольственных проблемах в столице:
«В пятницу, 24 февраля, появилось объявление Хабалова: «За последние дни отпуск муки в пекарни для выпечки хлеба в Петрограде производится в том же количестве, как и прежде. Недостатка хлеба в продаже не должно быть. Если же в некоторых лавках хлеба иным не хватило, то потому, что многие, опасаясь недостатка хлеба, покупали его в запас на сухари. Ржаная мука имеется в Петрограде в достаточном количестве. Подвоз этой муки идет непрерывно».
К Хабалову явилась депутация от мелких пекарен с жалобами на то, что из-за объявления, на них валят, будто они прячут муку; у них же мало муки, и рабочие забраны на военную службу. Хабалов приказал немедленно переслать их прошение о 1.500 рабочих в отдел главного управления генерального штаба по отсрочкам.
После этого к Хабалову явилась депутация от общества фабрикантов; они просили увеличить отпуск, муки для фабрик и дать муку от интендантства. Окружной интендант на запрос Хабалова сказал, что у него на довольствии 180.000 нижних чинов, но уделил для фабрик до 3.000 п.
Хабалов созвал у себя в квартире совещание… решили в ночь на 25-е произвести обыски и арестовать уже намеченных охранным отделением революционеров… решили вызвать запасную кавалерийскую часть в помощь казакам первого Донского полка, которые вяло разгоняли толпу; у них не оказывалось нагаек».
Николай II в этот день писал жене из Ставки:
«Мой мозг отдыхает здесь — ни министров, ни хлопотливых вопросов, требующих обдумывания».
Царица же отправила в Ставку следующее письмо:
«Я надеюсь, что Кедринского (императрица перевирает фамилию Керенского — ИА REGNUM ) из Думы повесят за его ужасную речь — это необходимо, и это будет примером. Все жаждут и умоляют тебя проявить твердость»
Из дневника Александра Бенуа:
«По выходе из театра наша молодежь видела, как казаки разъезжали по тротуарам Невского и разгоняли густые толпы народа. Decidemment cela commence! (Решительно, это начинается! — фр.) Говорят, что даже кое-где в городе и постреливали!»
Из воспоминаний княгини Палей:
«24 февраля (9 марта) вспыхивают забастовки, и рабочие массами ходят по улицам, но все еще спокойно, и народ, этот добрый малый, кажется, шутит и смеется со взводами казаков, которые объезжают город. Именно в этот день появилось первое красное знамя, эта гнусная тряпка. Несмотря на эти признаки, о которых нам сообщали по телефону, газеты не говорили ни о забастовках, ни о начинающихся беспорядках».
Справка ИА REGNUM :
Сергей Хабалов — генерал-лейтенант, командующий войсками Петроградского военного округа.
Петр Залуцкий — революционер, член Исполнительной комиссии Петербургского комитета и Русского бюро ЦК РСДРП.
Александр III — российский император с 1881 по 1894 годы. Прозван Царем-Миротворцем за то, что в его правление Россия не вела войн. Однако во внутренней политике был консерватором и противником реформ. За покушение на него был казнен Александр Ульянов, старший брат Владимира Ленина.
Русское бюро ЦК РСДРП — орган, в 1903—1917 годах осуществлявший руководство практической работой российских партийных организаций: устройством подпольных типографий, изданием запрещённйо литературы и так далее. Руководило выступлениями петроградских рабочих.