Прибыльное ли дело торговать «слезинкой ребенка»? Да! — отвечают либералы
Рунет гудит. Да и не только Рунет — животрепещущую тему обсуждают новостные агентства, государственные и общественные деятели, представители партий и движений, известные священнослужители. Можно подумать, что стряслось нечто, схоже по масштабам с выходом Британии из ЕС. Тысячи людей строчат комменты в соцсетях и мчатся подписывать гневную петицию, требуя незамедлительно лишить должности детского омбудсмена Павла Астахова за «омерзительную черствость и цинизм».
Что такого ужасного сделал Астахов? Украл сиротские деньги? Сбил машиной ребенка и не остановился? Отправился отдыхать за границу, плюнув на катастрофу, в которой погибли дети? Ни в коем разе. Виноват детский омбудсмен, по мнению автора петиции Егора Решетова (кстати, он не только возмущенный гражданин, но и заместитель председателя Молодежного «Яблока» и, по его собственным словам, представитель «демшизы»), как раз в том, что посетил выживших в трагедии на Сямозере детей и разговаривал с ними. Проявив себя при этом не гибридом Демосфена с Фрейдом, а всего лишь живым человеком, не всегда находящим в непростой ситуации самые правильные слова.
Хотя, и в такой уж запредельной неправильности этих истрепанных по соцсетям слов («Ну, как поплавали?») есть большие сомнения, так как четкие критерии правильности отсутствуют, и судить можно лишь по последствиям сказанного для собеседника. Последствия же не только не были негативными и катастрофическими, разговор омбудсмена со спасенными подростками пошел вполне мирно, а уже через несколько секунд девочки рассмеялись. Ни они, ни их родители не стали шуметь о «черствости», не запустили никаких петиций — шумиху, без всякого запроса с их стороны, почему-то затеяло либеральное «Яблоко».
В этой связи стоит припомнить замечательные фразы наилиберальнейших либералов, которые могут войти в учебники как идеальные примеры ораторского искусства — и любви к детям заодно. Например, высказывание «норковой» колумнистки Божены Рынской, прославившейся активным участием в известной «болотной» движухе. Узнав о том, что жители одного из дворов в Нижнем Новгороде залили гудроном с битым стеклом детскую горку, она прониклась сочувствием… нет, не к лишившимся горки детям, а к взрослым вандалам. Светская львица заявила, что детский визг с соседней площадки так измучил ее нежную душу, что она не только готова залить там все гудроном, но и зарином сверху заполировать. Конечно, можно допустить, что г-жа Рынска по недостатку химической и иной образованности в точности не знала, что такое зарин, а погуглить поленилась, но по контексту ясно, что она вряд ли считала его чем-то вроде клубничного варенья.
А вот золотые слова «интеллигентнейшего» Льва Новожёнова следует привести дословно. Комментируя так называемый «Закон Димы Яковлева», запрещающий усыновление российских сирот гражданами США, он заявил:
«Вполне возможно, что проблемы многих из нас заключаются в том, что когда-то давно, в раннем детстве, нас не усыновила никакая американская семья. И даже, если бы нас использовали на органы, вполне возможно, что кто-то из нас был бы органом вполне добропорядочного человека. Не так уж и плохо, я считаю, чем быть каким-нибудь козлом на площади Курского вокзала и просить докурить чинарик».
Не правда ли, прекрасно? Все это сказано в достаточно спокойной обстановке (доносящиеся с площадки детские крики вряд ли можно считать чем-то экстремальным), письменно, а не устно, а потому у именитых работников клавиатуры и микрофона была возможность тщательно продумать свои запускаемые в Интернет тексты. То есть либеральные авторы сказали именно то, что думали.
И вот тут возникает некоторый когнитивный диссонанс. С одной стороны — праведный гнев и крики «Ату!» по поводу всего лишь немного неловкой фразы в начале разговора, которая, судя по всему, юными собеседницами была тут же забыта. С другой — людоедские высказывания, которые в беллетристике можно было бы счесть художественным преувеличением, чем-то из книг Диккенса, чьи отрицательные персонажи часто излишне монструозны. Как такое может быть?
Издревле людям известно одно хорошее правило, позволяющее распутывать такие кажущиеся противоречия: «По делам их узнаете их». Это самый надежный способ оценить вес сказанного и отделить искренние выражения мыслей и чувств от демагогических обманок. Итак, проверим реальными делами либералов декларируемую ими заботу о детях.
У либералов есть воистину самое любимое дитя — это «перестройка». Они не скрывают того, что именно они стоят за развалом СССР — напротив, они этим гордятся. Бедствия, к которым привел сей либеральный «подвиг» можно перечислять долго, однажды все итоги будут подбиты, жертвы и потери подсчитаны. В настоящий момент нас интересует, чем распад великой страны и полное переформатирование общественной жизни обернулись именно для детей.
Во-первых, из-за межнациональных конфликтов и выдавливания русских из бывших союзных республик возник огромный поток беженцев — это были семьи с детьми. Многие дети остались сиротами — часть из них пополнила ряды беспризорников. Беспризорщина вернулась в нашу страну впервые с военного времени. Вернулась и детская проституция — о ней не слыхали со времен НЭПа. Тут причина была не только в сиротстве, но и в резком, воистину чудовищном обнищании семей. Возродился (а ведь в те годы много говорилось о возрождении «России, которую мы потеряли»!) и детский труд. Новые хозяева жизни снисходительно поглядывали из окон иномарок на детишек с бутылками стекломоя и тряпками, чуть ли не бросающихся под колеса: «Молодцы, учатся деньги зарабатывать!»
Из-за закрытия предприятий и научных институтов, развала армии, катастрофически пошатнулась фигура отца. Ребенок мог гордиться отцом-ученым, отцом-офицером, отцом-классным инженером или высококвалифицированным рабочим, но не отцом — «челноком» или отцом-безработным. Впрочем, дискредитированы были и родители в целом, так как не могли больше быть примером для подражания, они воспринимались как неудачники, не сохранившие прежние ценности и плохо приспособившиеся к новым («не вписавшиеся в рынок», как с улыбкой и пожиманием жирными плечиками говорили либеральные экспериментаторы). В результате воспитателями ребенка стала улица и голливудские фильмы самого низкого сорта.
О разрушении системы образования долго говорить смысла нет — это на виду. Сперва оглупляющие учебники Сороса, потом безумные педагогические эксперименты, продолжающиеся по сей день, невозможность создать единый учебник по истории родной страны, дебилизм ЕГЭ, попытки ввести уроки секспросвета и «толерантности» — все это следствия либерального хаоса, некритичного внедрения либералами на нашу почву западных веяний, причем весьма сомнительных.
Комплекс законодательных норм, в целом именуемый «ювенальной юстицией», направленных на ограничение роли родителей в воспитании ребенка, облегчение изъятия ребенка из семьи, тотальный контроль над семьей, также протаскивается именно либералами. Именно либералы приходят в бешеную ярость, когда им в этом оказывается противодействие. Крики о «слезинке ребенка» тут зашкаливают. Либералов не смущают «слезинки» и целые потоки слез (а то и крови) детей, отданных на «усыновление» за границу, подчас в руки изуверов и извращенцев. Нет, они клеймят «людоедами» тех, кто против такого «усыновления» — например, того же Павла Астахова.
Стоп. А не в этом ли дело? Не потому ли те, кому, как мы убедились, всегда было глубоко плевать на детей, да и на взрослых тоже, кто спокойно прикидывал, какой процент «не вписавшихся в рынок» должен вымереть, вдруг чрезвычайно возмутились тем, что, де, человек, чья работа — не рыдать над детскими несчастьями, а делать так, чтобы они не повторялись, «неправильно» детские слезинки утирает и «не те» слова при этом говорит? Не потому ли, что он последовательно стоит на пути «правильных», по мнению либеральных компрачикосов, начинаний? То есть, ювенальных законов, усыновления за границу, школьного секспросвета, бэби-боксов (ящиков для подкидывания младенцев), а теперь вот — и свежих поправок в законодательство, делающих «воспитательный» шлепок по попе уголовным преступлением для родителей и близких родственников и всего лишь административным нарушением для любого хулигана с улицы.
Кампания по шельмованию Павла Астахова вызывает искреннее омерзение. Пресловутая «яблочная» петиция составлена по всем канонам самого примитивного черного пиара, начиная с фотографии объекта травли со смартфоном в руках. В наши дни смартфоны есть даже у многих школьников, но многолетними стараниями черных пиарщиков приличный телефон в руках чиновника переводит его в разряд «зажравшихся и самодовольных чинуш». Демагогически-крикливый текст петиции выдержан все в том же ключе: «Астахов — «бессердечный чинуша», Астахова — вон!» И «пипл», которому мастерски надавили на заранее вживленные кнопки, приученный ставить на автомате знак равенства между чиновником и «чинушей», бежит подписываться, даже не успев удивиться разительному несоответствию между градусом возмущения и реальным — совершенно ничтожным — инцидентом, который и инцидентом-то всерьез назвать невозможно. Так действует схема примитивнейшей и подлой «разводки» на эмоциях.
И еще об одном невозможно не упомянуть. От либералов ожидать самых низкопробных подстав и провокаций — общее место. Но когда к развеселой травле детского омбудсмена бодро подключился МК КПРФ, стало ясно, что общество больно куда серьезнее, чем, казалось на первый взгляд. Если кому не ясно, поясню. КПРФ во главе с Геннадием Зюгановым не раз декларировала, что стоит на последовательно патриотических позициях и выступает за традиционные семейные ценности. Шельмование человека, поддерживающего именно эти ценности, выступление при этом на подпевках и подтанцовках у сверхлиберального «Яблока», использование при этом разухабистого и хамского, типично либерального стиля — это симптом глубочайшего морального падения «коммунистической» (по названию) и «патриотической» (на словах) партии. Впрочем, заигрывания с либералами и деструктивными леваками за зюгановцами замечены еще с Болотной. Означает ли участие МК КПРФ в либеральной травле, что эти заигрывания перешли в новую стадию — ну, например, помолвки или даже чего-то более серьезного?
Что же можно посоветовать людям, вокруг которых завихряются мутные воды, в которых весьма недобрые силы пытаются ловить свою рыбку — то бишь, их же, людей? Ничего нового и оригинального — просто почаще включать мозг, фильтровать эмоции, не покупаться на крокодиловы либеральные «слезинки». И помнить одно: тех, кого разводят, тех в итоге и едят.