Зачем президент ЦБ Польши пугает поляков призраком немецкого реваншизма
Президент Центрального банка Польши Адам Глапиньский в последнее время всё чаще выступает в нетрадиционном амплуа публичного партийного политика. На днях в интервью изданию Gazeta Polska, обслуживающему радикальную часть польской правящей партии «Право и Справедливость» (PiS), глава Центробанка сделал ряд серьезных заявлений. Во-первых, он обвинил председателя оппозиционной партии «Гражданская платформа» (PO) Дональда Туска в том, что тот метит в президенты Европейской комиссии и «обещал» Брюсселю за поддержку его кандидатуры ввести в Польше евро вместо злотого. Во-вторых, Глапиньский «вскрыл» наличие у Берлина планов «вернуть в той или иной форме свои бывшие земли, которые сейчас принадлежат Польше, и подчинить себе пояс стран между Германией и Россией».
Споры о необходимости вхождения Польши в зону евро ведутся давно. У этой идеи есть свои сторонники и свои противники. Резко против ликвидации национальной валюты выступает «Право и Справедливость». В ней считают, что евро является инструментом Берлина, с помощью которого тот может лишать те или иные страны — члены Европейского союза свободы маневра, подчинять их экономики, а значит, и политику, немецким интересам. Вместе с тем в Польше есть и влиятельная фракция, видящая в зоне евро шанс на ускоренное развитие польского бизнеса. Однако нельзя сказать, что лидером этой фракции, явно или неявно, является Туск. В конце концов, он занимал пост премьер-министра Польши с 2007 по 2014 год, но не предпринял каких-либо серьезных усилий для того, чтобы запустить процесс перехода на евро. Поэтому ряд обозревателей видит в попытках президента Центробанка, которого называют «близким другом председателя «Права и Справедливости» Ярослава Качиньского», привязать личность бывшего премьера к «зловещим» брюссельским интригам участие Глапиньского в предвыборной кампании на стороне правящей партии.
Косвенно это подтверждается тем, что президент ЦБ, говоря о намерении Берлина «вернуть в той или иной форме свои бывшие земли», объясняет это в духе сделанного ранее Качиньским заявления о «германо-российских планах господства над Европой». Глапиньский, как пишет немецкая газета Berliner Zeitung, сегодня «распространяет теории о геополитических интересах Германии, которые предполагают пророссийскую направленность немецкой внешней политики». По его словам, «нападение России на Украину не заставило Берлин изменить план по разделу Центральной Европы на две сферы влияния: российскую и немецкую». Примерно о том же самом говорит и Качиньский, однако Глапиньский идет дальше, предполагая «отвоевание» Германией у поляков так называемых воссоединенных территорий, которые Польша получила по итогам Второй мировой войны.
Вопрос здесь в том, почему такие заявления делает президент Центробанка, от которого ждут слов о росте цен, инфляции, ставок по кредиту. Если польские спецслужбы получили информацию об изменении настроений в Берлине в отношении воссоединенных территорий, было бы логично, чтобы «озабоченностью» поделились премьер-министр, министр обороны или министр-координатор спецслужб. Однако они молчат, зато выступает Глапиньский. Складывается впечатление, что его готовят к новой миссии несмотря на то, что в этом году он смог добиться переизбрания на второй срок президентом Центробанка. Если «Право и Справедливость» осенью следующего года снова завоюет большинство в Сейме Польши, то ей понадобится определиться с тем, кто возглавит правительство. Действующий премьер Матеуш Моравецкий в последние месяцы растерял политические очки и, судя по всему, не сможет претендовать на пост главы правительства. Не связана ли медийная активность Глапиньского на непрофильные темы с тем, что его видят в числе кандидатов в премьеры? Или же расчет делается на 2025 год, когда поляки будут выбирать президента страны?