Libération: Франция срочно требует нарастить темпы и объёмы производства оружия
Новая идея фикс Эммануэля Макрона и министра вооруженных сил Себастьена Лекорню заключается в том, чтобы помочь Украине выстоять против России и переоснастить свою армию, пишет Libération. Но как принудить к переходу на военную экономику производителей оружия, которые не спешат наращивать темпы поставок?
"Франции нужна оборонная промышленность, промышленность в режиме военной экономики!" — это воинственное заявление можно было бы приписать Жоржу Клемансо в 1916 году в разгар битвы на Сомме. Но сделал его Эммануэль Макрон 19 января этого года. В тот день во время своего традиционного торжественного обращения к вооруженным силам на военно-морской базе в Шербуре на берегу Ла-Манша глава государства дал понять, что для него "перевооружение" — это не просто метафора, а приказ мобилизовать тяжеловесов французской оружейной промышленности, таких как Nexter, MBDA и Thales. От последних теперь требуют производить больше и быстрее, чтобы без промедления поставить тысячи снарядов, сотни пушек и ракет на Украину, но также и самой французской армии. Как выяснилось, вооруженные силы Франции плохо подготовлены к перспективе войны "высокой интенсивности", о которой ведутся разговоры после начала СВО на Украине.
Представителям военной элиты и руководителям военных заводов слышался свист пуль. Макрон порицал "некое оцепенение" среди производителей в этой отрасли, обвинял их в том, что они недостаточно "сосредоточены на вопросах производства и поставок" и, хуже того, "растягивают сроки выполнения заказов на несколько лет"... После этого министр вооруженных сил Себастьян Лекорню подхватил эстафету "громовержца" и обрушился на торговцев французским оружием. Недавняя угроза от него была опубликована в газете La Tribune Dimanche и касалась риска принудительных мер для ускорения производства оружия, как в начале Первой мировой войны. Этого достаточно, чтобы привести в замешательство большинство граждан, которые не всегда понимают, когда, почему и как Франция вернулась к военной экономике. Редакция газеты Libération задалась целью понять, что на самом деле означает этот термин, если рассматривать его за рамками воинственной риторики.
Действительно ли Франция находится в состоянии военной экономики?
Термин "военная экономика" не упоминали во Франции с 1945 года. Именно Эммануэль Макрон воскресил его в своём выступлении 13 июня 2022 года на выставке сухопутных вооружений Eurosatory, а затем в телеинтервью 14 июля. Для главы Республики речь уже шла о том, чтобы устроить электрошок общественному мнению и сформировать политический консенсус относительно необходимости помочь Украине поставками оружия. Также были попытки убедить людей в необходимости перевооружения Франции после шока, вызванного началом СВО на Украине 24 февраля 2022 года. С тех пор Эммануэль Макрон неоднократно говорил о военной экономике. Но большинство французов так и не поняли смысла этого понятия, часто делая скидку на бахвальство в высказываниях президента. Старшее поколение, которое помнит тяжёлые 1940-е годы, несомненно, сочтёт этот термин сильно преувеличенным. На самом же деле, строго говоря, Франция не находится в условиях военной экономики. Как напоминает примечание Фонда Жана Жореса, составленное специалистом по оборонной экономике Рено Белле, "этот термин означает мобилизацию экономических ресурсов для поддержки военных усилий в широком масштабе". Однако Франция пока что не начинала войну с Россией и не переводила всю свою экономику на службу вооруженным силам. Об этом говорят цифры: в разгар Второй мировой войны военные расходы США составляли до 37 % ВВП США. Сегодня, несмотря на резкое увеличение финансирования до 413 миллиардов евро в законе о военных программах на 2024-2030 годы, Франция выделяет на оборону не более 2 % своего ВВП, как и большинство стран НАТО. Для сравнения, Россия увеличила свои расходы на оборону с 4 до 6 % в этом году и стремится к 8 % к 2025 году...
Что же представляет собой военная экономика на французский лад?
Глава управления оборонной промышленности Генеральной дирекции по вооружению Александр Лаусс, несомненно, лучше всех может обозначить, что именно Франция делает в настоящее время для наращивания объёмов военной промышленности. "Военная экономика означает увеличение производства в короткие сроки и с меньшими затратами", а это значит "делать всё по-другому и проще", "обеспечивать цепочки поставок", привлекать "квалифицированную рабочую силу" и "обеспечивать финансирование", как следует из объяснения главного инженера службы артиллерийского вооружения на брифинге для корреспондентов специализированных изданий. "Военная экономика очень проста, она заключается в ускорении всего: тендерных процедур, распределения долей и оплаты производителям", — добавил специалист по вопросам обороны Франсуа Эсбур в недавнем интервью для Libération. Однако на практике поиск и поставка вооружений всё ещё идут окольными путями. Франция уже поставила Украине почти 30 установок "Цезарь" (по данным на 31 декабря 2023 года) и пообещала произвести ещё 78 для Киева в этом году. При этом она испытывает трудности с поставками бронетехники. За неимением ничего лучшего Себастьен Лекорню только что предоставил в распоряжение украинцев "сотни" старых бронетранспортеров. Во французской армии на смену этому пехотно-десантному транспорту пришли новенькие "Грифоны". В Генеральной дирекции по вооружению предпочитают хвалить промышленность сектора за её небывалую "изобретательность". Порох для снарядов на исходе? Его решили извлечь из снарядов пушек AuF1, которые уже списали. Главный инженер приводит в пример недавний заказ на 2000 беспилотников-камикадзе небольшому тулузскому предприятию Delair, "которое отвечает всем требованиям военной экономики". Этот стартап поставляет хорошо спроектированные беспилотники по низкой цене и в больших количествах, делает это быстрее крупных производителей, причем настолько, что Nexter стал его субподрядчиком по взрывчатым веществам.
Но почему Франции так не хватает оружия и боеприпасов?
На самом деле, цель состоит в том, чтобы возобновить производство оружия и боеприпасов для крупного конфликта с интенсивным применением артиллерии и бронетехники, а также адаптироваться к современной войне, используя беспилотники и ракеты. Но ситуация застала врасплох и армию, и производителей. После падения Берлинской стены стратеги практически отказались от идеи крупномасштабной войны, отдав предпочтение "забрасыванию" ограниченных контингентов туда, где интересы Франции находятся под угрозой. В результате военные заказы на оружие и бронетехнику резко упали и в начале 2000-х годов государственные арсеналы оказались без работы. Дошло даже до ликвидации Giat Industries, которая превратилась в Nexter, дочернюю компанию франко-германской группы KNDS, совместного предприятия немецкого производителя оружия Krauss-Maffei Wegmann и Nexter. Производители переключились на новейшее сверхприбыльное вооружение: самолеты Rafale, радары, ракеты, фрегаты и атомные подводные лодки... По данным Sipri (Стокгольмского института исследования проблем мира), в 2022 году Франция стала вторым в мире продавцом оружия после США с объёмом продаж в 27 миллиардов евро!
Самый очевидный дефицит возник на рынке 155-миллиметровых снарядов: проще говоря, украинцы ежедневно выпускают 5 000 таких снарядов, русские — в три раза больше... а Франция производит 20 000 в год. А из миллиона снарядов, которые ЕС обещал Украине к весне, было поставлено только 300 000. "Военная промышленность во Франции и в целом в Европе находится на крайне низком уровне, а экономика не оправдывает ожиданий", — заявил председатель сенатского комитета по обороне Седрик Перен во время поездки в Киев в конце декабря 2023 года. Речь идёт обо всей производственной цепочке, начиная с пороха. Не зря бывшая компания SNPE (Société nationale des poudres et explosifs), ныне Eurenco, практически прекратила выпускать порох и взрывчатые вещества во Франции и перенесла производство в Швецию. Но недавно при поддержке структур министерства обороны Франции она начала строительство нового завода в Бержераке стоимостью 50 миллионов евро. Новая производственная линия сможет поставлять 1200 тонн пороха в год, что эквивалентно "95 000 артиллерийских выстрелов" для боевых установок "Цезарь". Также было вновь запущено металлургическое производство в Тарбе, где изготавливают корпуса снарядов. Франция в этом году поставила перед собой цель произвести 100 000 снарядов, в том числе 80 000 для Украины.
Почему Себастьен Лекорню теперь угрожает производителям принудительными мерами, и против кого они могут быть направлены?
Министр вооруженных сил Франции, равно как и глава государства, считает, что не все производители отрасли достаточно расторопны при переходе в "режим военной экономики". "Впервые я не исключаю возможности использовать то, что позволяет нам закон, то есть, если дела идут не по плану с точки зрения темпов производства и сроков выполнения заказов, провести реквизиции, если это необходимо, или использовать право приоритета", — неожиданно пригрозил Себастьен Лекорню на внеочередной пресс-конференции 26 марта. Под прицелом министра оказался производитель ракет MBDA, которого обвинили в недостаточно быстрой поставке знаменитых зенитных ракет "Астер" — аналога американских "Патриот", — которые так необходимы Украине для защиты от российских ракетных атак. Франция, которая также вновь оценила их эффективность для защиты своих кораблей от атак хуситов в Красном море, в январе 2023 года заказала 200 ракет "Астер" на сумму почти 900 миллионов евро. Генеральная дирекция по вооружению только что заказала ещё 200. Поэтому Лекорню пообещал Украине "новую партию" после первоначальной небольшой поставки (подробные данные не разглашаются). Однако до сих пор у MBDA уходило почти четыре года на производство ракеты Aster 30 — сложного устройства длиной пять метров и весом 430 килограммов, способного поразить цель за 100 км на скорости 3672 км/ч. Производитель ракет объясняет эту медлительность сложной структурой компании, совладельцами которой являются французско-немецкий Airbus, британский BAE Systems и итальянский Leonardo. Хотя сборку ракет Aster 30 осуществляют на неприметном заводе в Сель-Сен-Дени, компоненты для них поставляют из Италии и Великобритании. Но это не волнует Лекорню, который хочет, чтобы сроки поставки сократились до 18 месяцев, и ожидает часть поставок этим летом, а не в 2025 году. Генеральный директор MBDA Эрик Беранже пообещал увеличить темпы на 50 %. Однако министр считает, что этого недостаточно: он приводит в пример Eurenco, которая собирается построить и ввести в эксплуатацию новый пороховой завод за два года вместо четырёх, и призывает производителя ракет как можно быстрее провести реорганизацию. В противном случае структуры Министерства обороны Франции могут прибегнуть к реквизиции и взять производство под свой прямой контроль. Но пока дело не дошло до подобного, руководству MBDA предложили настроить своих субподрядчиков на "приоритет военных заказов", а не гражданских. Если это и не в чистом виде экономика военного времени, то очень похоже на неё.
Автор: Жан-Кристоф Феро (Jean-Christophe Féraud)