Отсутствие выборов в Украине – не угроза демократии
Источник:
Ольга АйвазовскаяПонятие легитимности является политической константой, когда та группа, которая принимает избранного или не избранного политика занимать лидирующие функции, не имеет возражений. Когда есть политический консенсус между властью, оппозицией и гражданским обществом в вопросе невозможности проведения полноценных выборов, то легитимность является 100%.
То есть никто не ставит под вопрос легитимность президента Владимира Зеленского в Украине.
Читайте также Россия и Китай готовят ловушку для Украины
Выборы – это не всегда о легитимности
Вряд ли кто-то имеет право ставить под вопрос легитимность президента и парламента в условиях войны. Потому что даже пандемия COVID-19 2 года назад привела к тому, что устойчивые демократии, которые имеют достаточно финансовых ресурсов и организационных возможностей, откладывали выборы.
Потому что провести политический дискурс без физической встречи с избирателями, а только средствами онлайн рекламы, очень сомнительно как основание для того, чтобы потом эти выборы были признаны свободными и честными. Потому что ключевое во время избирательного процесса – это свобода формирования политической воли.
Однако есть государства, в которых президенты вроде бы избираются, то есть формальное голосование происходит, но они не являются легитимными с точки зрения проведения свободных, конкурентных избирательных процессов с целью легитимного делегирования властных полномочий. Можем констатировать, что дискуссия вокруг президентских выборов России не состоялась. То есть те страны, которые считают себя демократиями, не поставили под вопрос легитимность президента России. Но они время от времени ставят под вопрос легитимность президента Украины, который избран в 2019 году на свободных, честных, демократических выборах, и сомнения относительно результатов выявления граждан нет ни у кого.
К примеру, украинский парламент – это парламент популистов. Они избраны без понимания последствий и, к сожалению, в условиях военного положения и горячей фразы большой войны, частично не способны выполнять экстраординарные функции. Это вопрос способности, профессиональной политической роли, но даже в этом случае легитимность под вопрос ставиться не может. Ведь Конституция Украины очень четкая в этом вопросе.
Демократии Запада не готовы к войне
Кстати, мы решили проанализировать Конституции стран "Большой семерки" по вопросу проведения выборов, если бы война произошла на той территории и произошли захватнические действия России или каких-то других соседей. Я вынуждена констатировать факт – "Большая семерка" не готова к войне. Потому что ответа на вопрос, что будет с этими демократиями в условиях правового режима военного положения, нет. Это касается, в частности, и Франции.
То есть процедуры, которые направлены на повышение роли и функции президента в условиях чрезвычайного положения, состояния обороны, но на самом деле они ничего не говорят о демократичности института.
Если говорить о более широком контексте демократий, то к войне и выборам готовы Финляндия, Израиль и Южная Корея. Потому что они имеют эти угрозы. Поэтому, если во Франции во время состояния обороны нельзя менять Конституцию, а сегодня Конституция ничего не говорит о военном положении и выборах, у вас есть время подумать.
Украинская Конституция была готова
Если говорить о вопросе легитимности власти России, то это испытание западный мир не пришел. Даже Украина это испытание не пришла, потому что в заявлении парламента о непризнании выборов говорится о выборах на оккупированных территориях, а не в целом нелегитимности президента России Владимира Путина. Никто не ставит под сомнение, является ли он руководителем Кремля. Эта функция власти полностью монополизирована и присвоена.
Однако результат российских выборов оказывается приемлемым: без медиа, без какой-либо оппозиции, с четырьмя фамилиями в бюллетене, где все остальные кандидаты объявляют, что они не будут критиковать Владимира Путина, а через два дня после так называемого голосования приходят к нему на встречу и поют оды.
Поэтому украинский контекст дает ответ на вопрос о легитимности власти. Украинская Конституция более-менее была готова к этой ситуации, несмотря на то, что когда ее принимали, таких правовых или физических вызовов и обстоятельств не было.
Ссылаясь на исторический опыт стран Альянса во время Второй мировой войны, парламент Великобритании 10 лет не переизбирался, и это был результат консенсуса. То есть, легитимность лежит в плоскости консенсуса групп, которые могут между собой так или иначе соревноваться.Формальное голосование – это не о демократии
Является ли Украина демократией и что делать, если ситуация не изменится? Если мы говорим о демократических ценностях, принципах и Копенгагенских стандартах, то время вызовов не влияет на уменьшение веса или влияния этих стандартов. Поэтому, если условия горячей фазы войны будут сохраняться еще 5 лет, и мы вернемся к теме выборов, то я, к сожалению, вынуждена буду констатировать, что это будет выход на путь двойных стандартов.
Я 2 года участвовала в Минском процессе в политической подгруппе. Руководителем этой политической подгруппы был французский дипломат Пьер Морель. Мы очень много дискутировали о европейских принципах и стандартах, о регионе ОБСЕ, о Копенгагенских критериях. И, к сожалению, я вынуждена утверждать, что в условиях переговоров иногда выглядит так, что все готовы отступать. Но в условиях вызова создать в стране предпосылки для "failed state" (несостоятельного государства) мы не можем делать шаг назад. Потому что Украина – это уже развитая электоральная демократия, которой не является Россия.
Может ли Украина перестать быть демократией без выборов? Да, но она может перестать быть демократией и с выборами. Например, в 2010 году местные выборы не были честными, свободными, демократическими. ОПОРА – единственная организация, которая на тот момент была достаточно смелой сказать, что результаты выборов сфальсифицированы, а законодательство как инструмент уничтожения или недопуска оппозиции было применено на всей территории Украины. Это привело к тому, что выборы не были полноценными.
Решение здесь для нас – это европейская интеграция. Я не считаю, что в стране, где нет дня голосования, политики не думают о собственном будущем. Украина, которой руководят популисты, думает о политическом будущем больше, чем этого хотелось бы. Соответственно, если евроинтеграционный проект будет предусматривать требования не только по верховенству права и антикоррупции, но и демократии, прав человека и свобод, то даже в условиях войны все эти средства и силы можно сохранить.
Является ли общество влиятельным в Украине? 100% да. Потому что вопросы, которые не нравятся политикам, одобряющим формальные решения, выявляются после кризиса. После дискуссии их пересматривают украинский парламент, правительство и президент. Это и есть прямая демократия, когда общественное мнение имеет влияние на решения органов власти. А не когда общество в один день идет и заполняет бумажки и бросает их в ящик – это не демократия.
Во многих постсоветских странах следствием этого формального голосования являются авторитарные режимы, частично тоталитарные, которые создают опасность для собственных соседей.
Так, непризнание демократичности процесса в России нужно было начинать еще с 2012 года. Приемлемость этих двойных стандартов и привела к тому, что произошло полномасштабное российское вторжение в Украину. Это касается как международного права, так и норм, которые определяют, что такое демократия и демократические выборы.
Нет двойным стандартам! Вернемся к теме демократии не через призму формальных процедур, а через призму реальности влияния каждого гражданина на принятие решений в собственном государстве. В Украине это есть, несмотря на состояние войны, несмотря на то, что уже 2 года мы живем во время полномасштабного российского вторжения и вообще 10 лет во время российской войны.Украинская политическая элита – парламентские группы, оппозиционные и властные – в ноябре 2023 года подписали Меморандум по результатам "Диалога Жана Моне". Согласно этому меморандуму они согласились не проводить выборов во время войны, не менять законодательство, в частности Избирательный кодекс и избирательные системы, которые будут применяться в будущем, а также определить время, минимум в полгода после завершения активной фазы войны, для подготовки и проведения выборов. Потому что инфраструктура разрушена, а это означает, что во многих городах нет ни одного дома или помещения, где можно было бы полноценно провести день голосования. Это нужно учитывать.