Когда закончится садовая морока?
Дачи или заимки имеют очень давнюю историю еще с царских времен. В советское время жители городов по каким-то внутренним генетическим требованиям стремились к деревенской жизни, имитируя деревенскую усадьбу дачей. Это стало традицией. Хотя некоторые ученые-социологи и журналисты утверждают, что дача давала существенную прибавку к столу в голодном СССР. Врут антисоветчики, как всегда. А как же дачи на Рублевке, в Переделкино, Опалихе, Малаховке и в других престижных ныне местах? Там тоже дачи выделяли под картошку с редиской?
Каждый дачник получал от государства участок в бессрочную аренду согласно статусу и обустраивал его по своему карману. Государственные дачи — особая тема, речь не о них. Оговоримся, что дачниками по старинке будем называть и садоводов, и огородников. Хотя права у них по закону теперь разные. Однако дачники пока не видят различий между СНТ и ОНТ. Проблемы у них остаются общие.
Путаница в стратегии реформ
В СССР все было неправильно. Но вот наступили постсоветские «благодатные для собственников» времена, как оценивают их активисты перестройки. Землю отобрали у колхозов и совхозов, разделив ее формально по документам на паи. Затем землю мелкими частями в виде виртуальных паев скупили банки и частные корпорации. В результате земельной реформы колхозники не стали крестьянами — не вернулись в дореволюционное сословие, как фантазировали реформаторы-западники. Селяне или сельские рабочие лишились средств к существованию там, где колхозы и совхозы не стали частными агрохолдингами, а бывшие владельцы земельного пая не были приняты на работу в них по найму.
Пахотные земли в частной собственности банков стали зарастать бурьяном и кустарником. Да и фермерством в деревне занялись немногие, так как вся технологическая система советского сельского хозяйства была разрушена. Она строилась под крупное товарное производство, а не под мелких частников. Соответствующими были предприятия всей инфраструктуры по заготовке, хранению, переработке и сбыту сельхозпродукции. Они стали нерентабельными и даже лишними. Для мелкого производителя тоже не было создано нужных условий. Деревня без общины, названной когда-то кооперацией или колхозом, стала вымирать.
А при чем здесь дачники, спросит читатель? А дело в том, что абсолютизируя спекулятивно-монетаристскую модель экономики, теоретики реформ и завлабы перестройки рассчитывали наполнять госбюджет не за счет развития производства и сбыта сельхозпродукции, а за счет налогов с земли в частном владении. Государство отстранялось от производственных забот в сельскохозяйственной отрасли, получая доход, как бы поднимая его с земли. Все производственные заботы — это заботы тех, кто владеет продуктивной землей.
Когда подобная затея с землей провалилась, чиновники и депутаты обратили свое внимание на дачные участки и деревенские усадьбы. Дачные участки ни с того ни с сего отнесли к сельскохозяйственным угодьям. Отсюда родилась нынешняя проблема так называемой дачной амнистии. На самом деле это проблема кадастрового учета мелких землевладельцев (!), которые должны были быть безмерно счастливы от того, что стали частниками. Они стройными рядами должны были броситься в кадастровую палату регистрировать это счастье. Однако инертность дачников очень раздражала реформаторов «совковым менталитетом».
Население к тому времени уже имело опыт приватизации жилья и реформы ЖКХ, поэтому отнеслось с недоверием к инициативам власти. От всех этих коммунальных реформ в выигрыше оказались бюрократия и посредники в лице управляющих компаний. Коммунальное (общинное) хозяйство перестало быть общинным, то есть городским и муниципальным, власть освободилась от общинного бремени, а жильцам теперь приходится содержать и бюрократию, и частных посредников в системе коммунальных услуг. Примерно то же самое происходит с дачным хозяйством. Дачные участки ни с того ни с сего отнесли к сельскохозяйственным угодьям, которые должны облагаться налогом не только на имущество, но и на доходы с садов и огородов.
Дачная амнистия оказалась такой же провальной, как и вся земельная реформа по американскому образцу — частное владение продуктивной землей, а не бессрочная целевая аренда, как принято в Европе. Весь советский опыт идеологически отвергается с порога законодателями и заменяется чуждыми для России идеями. Правоустанавливающие документы самоуправляемых дачных кооперативов, переименованных в СНТ и ОНТ, были признаны фактически ничтожными. Их надо менять. Теперь частными правами граждан на имущество рулят Министерство экономического развития и Росреестр по своему усмотрению и с выгодой для себя. Партийные депутаты Госдумы, принимая законы под контролем «Единой России», потакают бюрократии.
Планы и действительность
Принимая Земельный кодекс, чиновники и депутаты (одно и то же по народным понятиям) приравняли дачников и сельских жителей как лиц, владеющих землей и земельными угодьями, к крупным предпринимателям-землевладельцам в сельскохозяйственной отрасли. То есть законодатели остались с теми же предрассудками к частнику или дачнику советского времени как к человеку богатому, состоятельному. И этот человек, по их мнению, является источником налогов в полной мере. Стало быть, нужно лишь скрупулезно учесть налогооблагаемое имущество, занести данные учета в государственный реестр (учетный список) и передать его в ФНС. И тогда деньги в бюджет потекут потоком. Других идей в головах публичных людей, ставших депутатами ГД, просто не было.
Но дело не пошло. Стандартизация в подходе к регистрации дач и дачного имущества не получилась — слишком много было различий по регионам между разными дачными кооперативами и самими дачами. Поэтому появились законы, спешно дополняющие ЗК РФ, которые противоречат друг другу, чем с выгодой пользуются чиновники и юристы помельче (толкователи законов на местах).
Противоречия в законах нарастают. Собственники махнули рукой на все эти заморочки, и регистрация в Росреестре значительно замедлилась, хотя амнистию — упрощенную процедуру регистрации — продлевали несколько раз. Но безрезультатно. Почему?
Дачная амнистия как принуждение к капитуляции
Амнистия — слово заморское. В России оно означает прощение за преступление. Какое преступление совершили дачники? Может, по понятиям чиновников и депутатов народ всегда виноват, а они вправе его судить? А люди по своей наивности думают, что власть должна защищать их права. А еще они считают, что из-за этого государство называют правовым. Святая простота! Правовое государство — это диктатура права, то есть закона, а законы придумывают чиновники или внедряют чужую практику.
Есть и такое понятие, как правовой произвол. Дачная амнистия — это принуждение к регистрации дач по процедуре, выдуманной в Минэкономразвития. Невыполнение этой процедуры ведет к ограничению имущественных прав собственников без суда, только лишь по решению чиновника. При чем тут амнистия? Отсебятина бюрократов налицо. Словосочетание дачная амнистия — журналистский сленг.
В МЭР придумали, например, как отличить недвижимое дачное имущество от движимого. Если теплица или сарай стоит на блоках, то это временная постройка и к недвижимости не относится, а если стоит на фундаменте (каком?), то это капитальная недвижимость. Где учились эти эксперты? В России сотни лет стоят монастыри и церкви на сваях. На сваях часто ставят и дачные (садовые) домики и сараи. Очень часто под дом, первоначально поставленный на блоки, заливают ленточный фундамент. Это делается по мере накопления денег и по причине подвижности грунта, ведь участки давали на болотах и неудобьях.
Кроме того, есть домики кирпичные и каменные, бревенчатые, из бруса разного размера в сечении, каркасные из вагонки, заводские панельные. Фундаменты под ними всякие. Но не все домики капитальные, например, те же каркасные. О сараях и говорить нечего, на то они и сараи. А старые дачки были построены из подручных материалов, когда стройматериалы были в дефиците. Они капитальные или какие?
Совсем глупо приравнивать дворец на участке в 40 га и стандартный садовый дом 6×6 м на шести сотках. Но закон для них одинаков. Интересно, каких размеров участки и строения у руководящих чиновников МЭР и Росреестра РФ? Сажают ли они на своих дачах экологически чистую картошку и редиску с укропчиком? Доказано, что психологически стереотип мировоззрения навязывается сильным слабому, начальником подчиненному, сверху вниз. Поэтому граждане и говорят про власть: «Они там живут в другом мире».
Тормозом в регистрации дач является и высокая цена за работу кадастрового инженера, которая заключается в межевании участка и составлении технического плана на дом и постройки. Без этого регистрация невозможна. Причем всю бюрократическую работу по сбору всяких документов делает собственник. А за что же платить 20 тысяч кадастровому инженеру? За приезд и отъезд?
Межевание проводится при разметке земли кооператива/товарищества в соответствии с генпланом, утверждаемым властью. Делается это с помощью рулетки и теодолита самими дачниками с точностью до сантиметров после оформления учредительных документов и выделения земли под кооператив/товарищество. Теперь дачникам навязали фактически повторное межевание с обязательным определением координат участка по спутниковой системе ГЛОНАСС и привязкой к топогеодезическим маркерам. Зачем?
Погрешность таких измерений сопоставима с размерами шестисоточного участка. Она составляет порядка трех-четырех метров в одной точке измерений, а размеры стандартного участка колеблются в пределах 20−30 метров. В чем смысл таких грубых бесполезных для садовода и огородника измерений? Да еще за большие деньги. Ведь собственниками дач в большинстве своем являются пенсионеры, много среди них пожилых вдов. Продать дачу проблематично — спрос упал. Поэтому и наследники отказываются от родительских дач — они им не нужны.
Видимо, это повторное межевание связано с тем, что с самого верху было приказано коммерциализировать ГЛОНАСС после завершения формирования и принятия в эксплуатацию, то есть организовать продажу услуг системы для самоокупаемости. Бюрократия тут же назначила «клиентов». Среди них оказалась топогеодезическая служба, входящая в структуру МЭР. Дачников в административном порядке обязали провести межевание участков заново и оплатить навязанные услуги геодезистов и ГЛОНАСС.
Другими словами, таким образом власти обеспечивают самоокупаемость системы за счет собственников клочков земли, которых-то землевладельцами назвать и язык не поворачивается. Да и до появления ГЛОНАСС системных проблем с межеванием и налогами на землю не было, а межевые споры разрешались правлением кооператива/товарищества или судом.
Другое дело — топографическая и спутниковая привязка общих границ СНТ и ОНТ. Погрешность измерений для таких площадей несущественная, вполне оправданная и приемлемая. Но плата за работу геодезистов и здесь должна быть невысокой.
Уходящая традиция
Приобретение дачи на семью — уходящая традиция. Новые поколения граждан РФ предпочитают проводить отпуск за рубежом или на море, в турпоездках по интересным местам. Сидеть весь отпуск на даче скучно. Приезжать на дачу на несколько дней в году, а содержать ее круглый год, накладно. Покупать дачу под шашлыки и баню глупо. Кто же тогда владеет дачами?
Конечно же, все зависит от материального положения дачников, их социального статуса и потребностей.
Шестисоточными дачами с типовыми жилыми летними домиками пользуются в основном небогатые горожане. В большинстве это пенсионеры или их наследники. На такие дачи летом вывозят детей, как говорят, на природу и на чистый воздух. Особым спросом такие дачи не пользуются, много их заброшено из-за нежелания потомков вступать в наследство. Эти дачи давно подменяются сельским туризмом или арендой жилья на короткий срок в подходящей деревне.
Выращивать овощи и фрукты на даче невыгодно — дешевле купить. Никаких гарантий качества домашних овощей и даже фруктов нет. Генетики-семеноводы и агрохимики работают на повышение урожая, на его количество, а не на чистоту продукта, который даже внешне будет уступать гибридам. Таковы свойства спекулятивной рыночной экономики.
Более состоятельные горожане стремятся вкладывать средства в участки СНТ, на которых можно построить капитальный дом с правом прописки и круглогодичным проживанием. Подобная дача может приносить доход или решить на некоторое время жилищную проблему. Такая тенденция поддержана законодательно. А если учесть возможность покупки участка даже не гражданами России, то такие сделки привлекают сообщества мигрантов.
Дорогие капитальные дачи в престижных районах строят и покупают бизнесмены, творческие работники и госслужащие высокого ранга, само собой не огурцы выращивать, а укрыться, отдохнуть от городской суеты, творить в тишине. Таких собственников мало. Хотя и тут предпочтительнее купить коттедж за городом.
Можно провести более тонкий и полный анализ тенденций в дачном хозяйства. Но Росстат — так же структура МЭР — это не интересует. А без такого анализа невозможно управлять хозяйством, позитивно влиять на процессы.
Упадок спроса на дачи ведет к разорению СНТ и ОНТ. Заброшенные участки — это недополученные членские и целевые взносы. Общие расходы товарищества вынуждены делить между собой остальные его члены. Расходы приходится сокращать, в первую очередь на охрану поселка и содержание дорог, на обустройство территории. Рост платежей и понижение комфортности проживания в поселке стимулирует рост числа заброшенных дач. Получается замкнутый круг.
Назрели перемены в пользу дачников
Классификация дач и регистрация участков СНТ и ОНТ не отвечает пожеланиям их владельцев. Законом дачи как таковые разделили на сады и огороды, а дачные кооперативы на огородные и садовые некоммерческие товарищества. Неспроста это. Что-то задумали чиновники МЭР и депутаты.
Не зря в СМИ возникали обсуждения законодательных инициатив по налогообложению теплиц, грядок, фруктовых деревьев и ягодных кустов. Параллельно поднималась тема налогов на сбор грибов и ягод в лесу.
Прошедшие подготовку в университетах США и Канады, выпускники ВШЭ, чиновники МЭР не знают, что подобная попытка уже была предпринята Хрущевым в 1950-е годы. Но от нее вовремя отказались — сады и ягодники стали уничтожать, городские и сельские рынки обеднели. Хрущев боролся такими методами с мелкобуржуазными проявлениями в обществе. А на что рассчитывает власть в наше время? На рост налоговых поступлений от населения в казну?
Сама процедура регистрации прав собственности на садовый участок крайне обюрокрачена. Это еще один тормоз в регистрации прав садоводов по процедуре дачной амнистии. Но никакой амнистии, то есть упрощения регистрации в самой процедуре, не видится.
По инициативе Совета Федерации в Госдуме разрабатываются новые поправки в законы, регулирующие правила упрощенной регистрации загородного имущества граждан (появилось новое такое понятие вместо дач, садов и огородов). Во всяком случае в СМИ уже объявлено об очередной дачной амнистии с продлением ее до 1 марта 2022 года и о бессрочных правилах регистрации имущества, позволяющих завершить ее новым собственникам при сделках и наследовании. Неужели так и будет? Даже не верится.