«Не поддаются логике». ЕС недооценил возможности нашей нефтедобычи
Россия не может поддерживать прежний объем добычи нефти, так как лишена доступа к необходимым технологиям. В этом убеждена еврокомиссар по энергетике Кадри Симсон. В интервью Bloomberg она заявила, что не может согласиться с тем, что решение Москвы о сокращении нефтедобычи было добровольным. «Это было им навязано», — заявила Симсон.
Еврокомиссар, таким образом, оппонирует российскому вице-премьеру Александру Новаку, который ранее сообщил, что в марте 2023 года Россия добровольно снизит добычу нефти на 500 тысяч баррелей в сутки и уже реализовала весь объем производимой нефти. Что касается сокращения добычи, то, по словам Новака, это позволит восстановить рыночные отношения. Кроме того, вице-премьер убежден, что Евросоюз по-прежнему нуждается в российских нефтепродуктах, хотя действия европейских политиков «не поддаются никакой логике». То же самое можно сказать и о выводах Симсон, которая увидела результат антироссийских санкций там, где на самом деле очевидна попытка повысить доходность продаж отечественного топлива.
Решение Москвы сократить добычу нефти направлено на решение сразу нескольких задач, пояснила ИА REGNUM Тамара Сафонова, доцент факультета маркетинга и международного сотрудничества Института управления и регионального развития РАНХиГС при президенте.
Во-первых, из-за эмбарго на морские перевозки российской нефти и нефтепродуктов и из-за завышенных скидок возникла необходимость в изменении подходов к вопросам ценообразования и распределения.
Во-вторых, снижение предложения российской нефти на мировом рынке позволит повысить ее ценность, сократив дисконты при поставках на экспорт, указала Сафонова.
«К настоящему времени уже произошла глобальная перестройка грузопотоков нефти из стран Европы в дружественные и нейтральные страны, — отмечает эксперт. — Однако требуется полный разворот экспортных поставок нефтепродуктов, которые ещё частично закупаются странами Евросоюза».
Эти обстоятельства, разумеется, не значат, что санкции не оказали влияния на нашу топливную отрасль. Но причина снижения добычи конкретного вида углеводородов, нефти не в том, что российские нефтяники остались без технологий и компетенций, а в полной загрузке маршрутов транспортировки энергоресурсов на Восток и в Турцию. Об этом корреспонденту ИА REGNUM рассказал Вадим Понкратов, директор центра финансовой политики департамента общественных финансов Финансового университета при правительстве России.
«Снижение добычи нефти на 500 тыс. баррелей в сутки — закономерная реакция на то, что мы наблюдали с начала февраля. А именно на сокращение Россией поставок на экспорт в среднем 560 тыс. баррелей в день, — объяснил Понкратов. — Именно ограниченность мощностей поставок в дружественные страны лимитирует объем добычи углеводородов в стране».
Эксперт также прогнозирует, что «сейчас нас ожидает локальное ценовое ралли (период устойчивого роста цен) и поиск способов обхода наложенных ограничений, и в первую очередь странами ЕС, вынужденными следовать санкционной политике США».
При этом Понкратов подчеркнул, что Россия в состоянии поддерживать прежний объем добычи нефти на всех действующих месторождениях. Дело в том, что ключевые технологии в сфере добычи, переработки и транспортировки этого топлива уже «импортозамещены». Ведущие зарубежные добывающие и нефтесервисные компании начали уходить с нашего рынка еще после 2014 года — с этого момента мы активно развиваем все необходимые технологии, пояснил эксперт.
Схожее мнение высказал Аяз Алиев, доцент кафедры финансов устойчивого развития РЭУ имени Плеханова. Он отметил, что санкции, конечно, повлияли на нефтедобычу, но этот эффект был постепенным и накапливался не один год. «И несмотря на это, у России вполне достаточно ресурсов для поддержания объемов добычи. А сокращение ее объёмов вполне может быть связано и с регулированием спроса и предложения на рынке и корректировкой цен на нефть», — сказал Алиев ИА REGNUM.
Немаловажное значение имеет и еще один аспект: если сокращение нефтедобычи будто бы вызвано технологическим голодом российской «нефтянки», то почему российские власти объявляют об этом заранее, а не постфактум? На этот нюанс обратил внимание эксперт Финансового университета при правительстве и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
«Я абсолютно не согласен с тем, что Россия сокращает объемы добычи из-за того, что у нас нет доступа к технологиям, — сказал Юшков ИА REGNUM. — В противном случае почему тогда в январе или феврале не было сокращения? Почему в 2022 году мы нарастили объем добычи по сравнению с 2021 годом? Если бы было так, то заранее никто ничего бы не объявлял. Сократилась бы добыча, и Россия постфактум сказала бы об этом. Или какой смысл заранее объявлять о сокращении, когда добыча может сократиться на меньший показатель? Так что решение о сокращении добычи продиктовано исключительно экономическими причинами».
Это делается для того, чтобы Россия могла больше заработать и получить больше бюджетных доходов от продажи нефти, указал Юшков. «И проблема именно в этом: у нас сейчас дается очень большая скидка на каждый баррель нефти и от этой низкой цены бюджет недополучает денег. Государство это не устраивает», — отметил эксперт. Как подчеркнул Юшков, для России объемы экспорта — это не самоцель, так как «для нас важна цена». Поэтому и происходит сокращение добычи для экспорта.