Полукриминальные связи и сговор: похоронный бизнес во Владимирской области
Владимир, 16 июня, 2016, 22:34 — ИА Регнум. Драка на Хованском кладбище, произошедшая в мае 2016 года, заставила обратить внимание на ситуацию с похоронным бизнесом в регионах. Что касается Владимирской области, можно констатировать, что мигранты не являются серьезной проблемой для ритуальной сферы, корни проблем здесь кроются в другом.
В феврале 2016 года город всколыхнула трагическая новость: в больнице №6 микрорайона Юрьевец от свиного гриппа скончалась 31-летняя молодая женщина, мать троих детей. Госпитализированная 27 января, она умерла рано утром 2 февраля. Родственники женщины были убеждены в виновности медиков — та жаловалась им на постоянное ухудшение самочувствия, но, тем не менее, должной помощи, по словам родных, пациентка не получала. Лекарства тоже приходилось покупать родным. В итоге после такого «лечения» женщина оказалась в реанимации с отеком легких, и ее уже не спасли.
Цинизм ситуации в том, что о смерти женщины семье сообщил не врач, а похоронный агент. Медики позвонили мужу только после обеда, когда он забрал вещи жены из больницы, пишет Зебра-ТВ.
Этот случай вызвал большой отклик в обществе и в том числе среди должностных лиц, включая губернатора области Светлану Орлову.
Департаментом здравоохранения администрации Владимирской области в медучреждении была проведена проверка, в ходе которой, по словам директора департамента Александра Кирюхина, вскрылись дефекты лечения. Выяснилось, к тому же, что между больницей и одной частной владимирской похоронной организацией имелся подписанный обеими сторонами договор, содержавший пункт о передаче больницей последней сведений об умерших в обмен на бесплатную транспортировку тел в морг, сообщает портал VEDOM.Ru.
В свою очередь, руководство больницы с выводами не согласилось и заказало независимую оценку за пределами Владимирской области. В департаменте пообещали направить материалы по данному факту в прокуратуру для оценки действий должностных лиц медучреждения.
Как прокомментировал в телефонном разговоре с корреспондентом ИА REGNUM представитель пресс-службы прокуратуры Владимирской области, материалы к ним в итоге не пришли.
В начале марта по данному случаю возбудили уголовное дело. Расследование все еще продолжается. При получении результатов экспертизы следователи обещают обнародовать дальнейшие действия.
«Дело возбуждено по факту, когда невозможно очевидно установить лицо, причастное к совершению преступления. Здесь участники — медперсонал, это не один человек. Следователи ожидают результатов экспертизы по вскрытию, по биоматериалу, на всех стадиях оказания помощи. На всех этапах нужно давать оценку действий. Экспертиза назначается, чтобы посмотреть, на каком этапе и кто допустил, и были ли допущены дефекты лечения», — сообщила корреспонденту ИА REGNUM старший помощник руководителя регионального следственного управления по взаимодействию со СМИ полковник юстиции Ирина Минина.
Эта вопиющая во всех смыслах история вновь дала повод говорить о полукриминальной связи медперсонала с представителями похоронной сферы, а также о положении дел в «похоронке» в целом. То, что у «похоронщиков» имеется разветвленная агентская сеть во Владимире, ни для кого не секрет. Но отношение к этой щепетильной теме, скорее, двойственное. С одной стороны, подобные истории закономерно вызывают волны гнева в адрес медиков и правоохранителей, не способных навести порядок. С другой, те, кому в трудные минуты своей жизни приходилось иметь дело с такими агентами, отмечают, что помощь их, в общем-то, неоценима, другое дело, что о таком понятии, как «этика», эти люди почти не думают. Ну, и обмен информацией о скончавшихся между уполномоченными государственными органами нередко оставляет желать лучшего.
Вот что рассказала жительница Владимира Галина О., когда у нее скончалась пожилая мама: «Приезжает полиция и агенты вместе с ними, если не раньше. Но меня это тогда не шокировало, потому что в таком состоянии человек на все согласен. У меня был шок на следующий день, когда бабушки уже не стало, а из поликлиники идет врач. И я ей говорю, что тут уже надо мне помощь оказывать».
В случае с умершей женщиной похоронный агент представлял интересы ООО «Бюро ритуальных услуг», которого другие участники рынка позиционируют как монополиста в данной сфере. И ситуация, по мнению конкурентов, только стагнирует.
«Если в феврале эта фирма «покрывала» примерно 80 процентов рынка ритуальных услуг, то в данный момент этот процент увеличивается», — считает директор ООО «Ритуал 93» Сергей Максимов. И такая ситуация, когда почти все «поле» подминает под себя лишь один игрок, по его словам, длится не менее 10 лет. И никто из опрошенных нами представителей данной сферы не отрицает, что случаи, подобные февральскому, вновь могут иметь место…
Сергей Максимов — один из немногих в этом бизнесе, кто согласился открыто прокомментировать положение дел. В этой сфере он более 20 лет, знает ее «вдоль и поперек», работал в муниципалитете с 2006 по 2014 годы. Корни проблем, по его мнению, ответственные должностные лица во Владимирской области предпочитают не замечать. Максимов, ни много ни мало, полагает даже, что у региональных чиновников имеется некая заинтересованность в сохранении положения дел на уровне «все как есть».
Вот его версия: «Истоки проблемы — в тесных взаимоотношениях ООО «Бюро ритуальных услуг» и ГБУЗ «Областное бюро судмедэкспертизы», существующих на протяжении уже многих лет. Со временем этот «тандем» оброс широкой сетью информаторов среди медиков и не только, что является сегодня одним из «столпов» монополии ООО «Бюро ритуальных услуг».
Не обошлось и без административного влияния. Речь о монополизации права на такую операцию как бальзамирование тел умерших — в некотором смысле это еще один «столп» «могущества» этого «сообщества» двух организаций. Сергей Максимов говорит, что во Владимире порядка 90% услуг по бальзамированию «де-юре» оказывается именно областной судмедэкспертизой — это объективно сложившаяся реальность, а точнее, результат многолетних мелких и незамеченных нарушений (а иногда и пренебрежения) должностными лицами действующего законодательства.
Согласно ГОСТ 32 609−2014 «Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения» и ГОСТ Р 54 611−2011 «Услуги бытовые. Услуги по организации и проведению похорон» (п.
«Популярности» ООО «Бюро ритуальных услуг», по словам конкурентов фирмы, придавали и сотрудники правоохранительных органов, которые, выезжая на дом для констатации факта смерти человека, выдавали родственникам умершего бланк с рекламой похоронного бюро на обороте. В ходе проведенной внутренней проверки таких бланков на рабочих местах полицейских обнаружено не было.
Сергей Максимов демонстрировал копии имеющихся у него бланков, датированных 2015 годом. По его словам, при необходимости найти их можно в соответствующих организациях, где они хранятся как отчетность.
Обращает на себя внимание и тот факт, что выдача документов о констатации факта биологической смерти на дому, являющихся основанием для осмотра трупа органами полиции и выдачи направления в морг, работниками лечебно-профилактических учреждений зачастую игнорируется. А этого однозначно требует форма протокола, утвержденная постановлением Правительства РФ
Косвенным доказательством связи похоронного бюро и судмедэкспертизы могут служить копии квитанций на оказание услуг. Там указано, что плата взимается за «услуги по подготовке тела к захоронению» — бальзамирование, санитарную обработку тела, одевание, косметические и парикмахерские услуги, за фиксацию останков тела. … Отдельного внимания, по мнению Максимова, заслуживает «ценник» на «услуги работников ритуальной службы» ООО «Бюро ритуальных услуг», выполняемые в бюро судмедэкспертизы — он значительно завышен… Между тем, согласно п.п.
Несмотря на «возраст», данный приказ действующий. Приказом Минздрава РФ
Выходом из ситуации, по мнению Сергея Максимова, могло бы стать законодательное регулирование: «Практически во всех регионах данная услуга не фигурирует в уставах бюро судмедэкспертизы». Примеры обеспечения условий для честной конкуренции есть. Как будет во Владимире — покажет время.