Минфин откажет нефтяникам в льготах. Их возместят потребители бензина?
Минфин планирует вернуть потерянные доходы бюджета от введения налога на добавленный доход (НДД). Ранее, как сообщило издание «Известия», финансовое ведомство оценило их в 213 млрд рублей. На самом деле, все помнят, Минфин прекрасно знал какими, так сказать, потерями может обернуться эксперимент по введению НДД и был, кстати, ярым противником этой меры. А мера вводилась для стимулирования инвестиций в разработку труднодоступных месторождений и новых скважин. Подготовленный сейчас Минфином законопроект, имеющийся в наличии у «Известий», предусматривает временно новый режим, действующий до конца 2023 года, при котором по ряду месторождений планируется индексация коэффициента налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), включенного в платеж по НДД. Еще одним новшеством является заложенная законопроектом необходимость актуализации запасов компаний, от уровня которых зависит размер налоговых льгот, при этом объем ресурсов не пересматривался с 2006 года. Эксперты, как пишет издание, назвали готовящуюся реформу обоснованной, но предрекли по сути сворачивание некоторых проектов. По их мнению, ужесточение режима НДД может сделать часть проектов нерентабельными.
Отметим, что при сложившейся на мировом рынке цене на нефть и избытке ее предложения сейчас вряд ли кому-то нужно в принципе наращивать добычу, и поскольку предлагаемая Минфином реформа носит временный характер, то отчасти ее можно считать оправданной. Однако за кадром остается много тревожных вопросов.
По мнению собеседника издания, реформа Минфина нужна не столько для возмещения потерь, которые бюджет понес из-за злоупотребления рядом компаний режимом НДД в 2019 году, сколько для донастройки системы, мол, «неприятно получать каждый год минус 200 млрд рублей, особенно в нынешних условиях. Все ключевые изменения режима постоянные и не связаны с компенсацией». Какие такие злоупотребления имеет в виду оппонент?
В своем обзоре эксперимента по переходу на НДД аналитики независимого национального отраслевого консультанта по вопросам развития ТЭК России — компании VYGON Consulting подчеркивают, что переход на НДД — это правильная системная мера, и постепенное расширение периметра необходимо, но для его корректной настройки профильным регуляторам требуется подойди к вопросу анализа эффективности пилотных проектов системно. По их мнению, должна быть создана система мониторинга и бенчмаркинга затрат на месторождения, перешедшие на НДД, что даст государственным органам возможность контролировать налоговую базу НДД, а компаниям позволит избежать обвинений в неправомерном увеличении затрат. Между тем аналитики указывают, что, «с другой стороны, практика применения действующего закона о НДД показала, что компании зачастую не могут списать экономически обоснованные расходы при добыче (например, затраты на строительство инфраструктуры, расходы при выполнении буровых работ собственными силами и пр.). При этом в выручку для расчета НДД включаются несуществующие доходы (например, от реализации 95% попутного нефтяного газа). Также в налоговую базу НДД включаются дополнительные доходы от добычи природного газа и конденсата на участке недр, но ставка НДПИ на газ и газовый конденсат сохраняется на уровне действующей налоговой системы. Подобные нормы закона направлены на увеличение доходов бюджета, но это не должно происходить за счет необоснованного увеличения налоговой базы НДД, и закон в этой части также должен быть скорректирован».
Тем временем разогревать общество, то есть население страны, во всяком случае возникает именно такое впечатление, Минфин на тему «обжорливости» российской нефтянки пытается давно. В общем и целом мы понимаем, точнее, знаем, что на защите интересов именно населения Минфин никогда и не стоял, но тут в середине июня этого года замминистра финансов РФ Алексей Сазанов в интервью Reuters заявил, что введение налога на дополнительный доход (НДД) в нефтяной отрасли России — самая большая ошибка последних лет. «Есть хорошая фраза: богатые богатеют, бедные беднеют. НДД — это наглядная демонстрация этой фразы. Посмотрев на итоги введения НДД, я могу сказать, что лично для меня это самая большая ошибка за все время работы в Минфине», — подчеркнул Сазанов. «Условно можно сказать, что у каждого гражданина России забрали по 1400 рублей. Потому что эти деньги не получил бюджет, из которого финансируются все расходы государства. При этом, куда они пошли — непонятно», — еще раз Сазанов сделал пассаж в сторону «ненасытной» нефтянки, от которой, к слову, все эти годы и кормился бюджет и решались задачи страны. Понятно, что каждые из этих фраз не могут не резать слух и не доставлять боли и без того раздраженному разуму населения. Но Сазанов не унимался и продолжал бить своими аргументами: «В 2017 году, когда мы обсуждали НДД, нам говорили — это очень правильный режим, вырастут инвестиции. Мы ввели его на 10% добычи, но инвестиции не увеличились ни на рубль. У топ-5 нефтяных компаний абсолютно никак не изменились инвестиции, разница — ноль. А вот дивиденды за это время выросли в два раза — на 500 млрд рублей».
Между тем остается непонятным, за чей же счет Минфин собирается сейчас в результате своей реформы возместить бюджету, так сказать, потерянные доходы? Не за счет ли населения, за интересы которого с месяц назад так переживал Сазанов? Допустим, свершилось — реформу приняли. И вот перед нефтяниками возникает задача доплатить в бюджет 200 миллиардов рублей в год. Экспорт у них в силу низких цен на рынке не идет. Что остается? Внутренний рынок? Нефтяники заложат эти расходы в стоимость продаж нефтеперерабатывающим заводам, а те — переложат на плечи потребителей? Население и так возмущенно ростом цен на бензин при действии низких цен на нефть. Рыночные цены на нефть не привели к снижению цен на бензин. С другой стороны, не забываем, что когда на мировом рынке цены на нефть высокие, то цены на бензин в России сдерживаются. Если предположение о том, что нефтяники сейчас начнут перекладывать расходы на внутренний рынок подтвердятся, то не получится ли так, что нефтеперерабатывающие предприятия начнут играть уже «свою музыку»: дабы избежать роста отпускных цен на бензин, которые, безусловно, повлекут рост розничных цен, начнут просить субсидии от государства. «Масло масляным» выйдет, не правда ли? Да еще и в создавшейся ситуации опять же обвинят нефтяников. Не стоит ли за этой хитромудрой идеей Минфина Герман Греф?
29 июня глава Сбербанка в интервью ТАСС предположил, что к концу 2020 года российская нацвалюта может укрепиться до уровня 60−62 рублей к доллару. Давая такую оценку, Греф опирался на прогнозы аналитиков, предрекающих баррелю нефти к концу года стоимость порядка 60 долларов. Аналитиком, которому особо доверяет Греф, является Генри Гроубу, который и дает баррелю рост до 60 и даже до 62 долларов. Эксперты, интервьюируемые изданием «Известия», назвали прогноз Грефа слишком оптимистичным, но практически каждый из них учитывал при этом негативный сценарий развития, предусматривающий вариант: «если пандемия повторится, то спрос на нефть и в целом на энергоресурсы снова упадет». Судя по завышенным Грефом в отличие от других экспертов оценкам стоимости барреля, второй волны пандемии не будет. Хотя, из оценок МВФ и Всемирного банка следует, что пандемия может иметь вторичное значение: сама по себе мировая экономика вошла в самую сильную рецессию за последние 100 лет, что не дает повода для оптимистичных прогнозов по быстрому восстановлению спроса на сырьевые товары, в том числе энергоносители, даже если пандемию удастся купировать. Аналитики VYGON Consulting заявляли, что предотвратить резкий спад цен на нефть способно, конечно же, сокращение объемов добычи. В случае ухудшения эпидемиологической обстановки, чтобы не допустить коллапса, страны ОПЕК+ могут принять решение о продлении периода максимального сокращения добычи.
Собственно реформа Минфина, в результате которой можно ожидать сокращения инвестиций в добычу нефти так или иначе может привести к снижению объемов добычи. Вероятно, искусственное сдерживание инвестиций отрасли в добычу нефти с одновременным снижением ее объемов добычи и дают основания Грефу строить свои оптимистичные прогнозы! Повод для таких предположений дают и другие прогнозы, которые на днях сделали западные аналитики в статье The Wall Street Journal. Они предсказали, что в ближайшие годы цены на нефть могут достигнуть 100 долларов за баррель, а уже к 2025 году — 150 долларов. Основной причиной роста цен станут сокращение добычи и снижение инвестиций в отрасль. Предлагаемая Минфином реформа, рассчитанная до конца 2023 года вполне укладывается в эту логику — прогнозы западных аналитиков и оптимистичную оценку Грефа.
Напоследок посмотрим статистику. Напомним, режим НДД, призванный стимулировать компании инвестировать в разработку новых скважин и добычу нефти на выработанных месторождениях, стал действовать с 1 января 2019 года. По итогам прошлого года объем добычи нефти и газового конденсата в России повысился лишь на 0,8% по сравнению с 2018 годом, составив 560,2 млн тонн. При этом экспорт вырос значительнее объемов добычи — в страны дальнего зарубежья — на 3,7% выше 2018 года, составив 248,51 млн тонн. В отличие от НДПИ, НДД взимается с финансового результата — с дохода от продаж сырья за (!) вычетом расходов на добычу и логистику.