Какую «прекрасную Японию» хочет вернуть Абэ-сан?
Съезд правящей Либерально-демократической партии Японии (ЛДП), как и планировалось, одобрил внесение в Устав партии изменение, позволяющее ее члену выдвигать свою кандидатуру на пост председателя партии, а значит, и главы кабинета министров, не два раза подряд, как прежде, а три. Ни у кого не вызывает сомнения, что сделано это исключительно с целью позволить нынешнему премьер-министру страны Синдзо Абэ находиться у руля страны не до 2018, а до 2021 года.
При объяснении необходимости этой меры нередко утверждается, что пользующийся довольно высокой поддержкой избирателей Абэ должен осуществлять общее политическое руководство подготовкой и проведением намеченных на 2020 год Олимпийских игр в Токио. Намекают и на то, что он лучше других может быть арбитром между председателем Национального олимпийского комитета Японии, бывшим премьер-министром Ёсиро Мори и губернатором столичной префектуры Юрико Коикэ, находящимися в открытой конфронтации по поводу финансовых и иных связанных с Олимпиадой проблем.
В действительности же, амбиции премьера Абэ гораздо шире и глубже. Ему потребовалось дополнительное время для того, чтобы попытаться вывести Японию из синдрома страны, потерпевшей поражение в войне. При этом под личным девизом Абэ «Вернуть прекрасную Японию!» многие японцы усматривают стремление реанимировать атрибуты довоенной Японии с ее антидемократическими профашистскими порядками, за установление и поддержание которых поплатились жизнью казненные по приговору Токийского трибунала японские военные преступники. Кстати, души этих преступников канонизированы в синтоистском храме японского милитаризма «Ясукуни», и члены кабинета Абэ демонстративно совершают обряды поминовения их, что рассматриваются в странах-жертвах японской агрессии как кощунство.
Важным этапом возвращения Японии к националистической идеологии 30-х годов прошлого столетия Абэ и его сторонники видят в восстановлении культа и роли в обществе императора Японии, который ранее являлся не только верховным правителем, но и духовным главой японской религии синто, воодушевлявшей японцев на агрессивные войны «во имя божественного Тэнно хэйка».
Японские правые силы больше не желают видеть в императоре лишь символ нации, как это определено действующей послевоенной конституцией, требуют восстановит его прежние права и властные прерогативы. Это, считают они, способствовало бы сплочению нации, изоляции левых сил, возрождению институтов национализма. Следует признать, что для этого существует благодатная почва, ибо для многих японцев император остается сакральной фигурой, самим своим существованием помогающей жителям этой страны преодолевать жизненные невзгоды, бороться с последствиями многочисленных в Японии стихийных бедствий.
Удобным моментом для попыток восстановить довоенный статус микадо рассматривается ожидаемое отречение нынешнего императора Акихито в пользу своего сына. Приход нового императора может быть подан пропагандой как наступление новой эпохи, новой истории.
Важнейшей целью Абэ и возглавляемой им партии вкупе с поддерживающим ее крупным капиталом страны является отказ от важнейших статей послевоенной Конституции Японии. При этом, в первую очередь, речь идет об отказе от 9-й мирной статьи основного закона страны, которая гласит:
«Искренне стремясь к международному миру, основанному на справедливости и порядке, японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров.
Для достижения цели, указанной в предыдущем абзаце, никогда впредь не будут создаваться сухопутные, морские и военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны. Право на ведение государством войны не признается».
Не скрывая свою оппозицию сохранению 9-й статьи конституции, премьер-министр Абэ заявляет, что она не соответствует нынешним геополитическим условиям и сложившейся нестабильной ситуации в регионе, а потому требует пересмотра. Следует признать, что в своем отношении к «мирной статье» Абэ встречает поддержку населения. Под воздействием пропаганды о возрастающей военной угрозе, якобы исходящей от соседних стран, все большее число японцев соглашаются с призывом премьера превратить Японию в «нормальную страну», то есть государство, обладающее сильной армией с правом применения ее не только для обороны метрополии, но и далеко за рубежом.
Фактически пацифистские конституционные обязательства японского государства уже не имеют силу, ибо выхолощены реакционными законами, принятыми пользующейся своим большинством в парламенте ЛДП и ее союзниками. При поддержке сюзерена — США в стране воссозданы оснащенные современнейшим вооружением достаточно крупные сухопутные, военно-морские и военно-воздушные силы. Два года назад, вопреки народным протестам, по инициативе Абэ и его заокеанских союзников ЛДП, по сути, силой протащила закон, позволяющий применять японские так называемые «силы самообороны» в совместных с американской армией и флотом военных операциях в любой точке планеты.
Для идеологического обеспечения проводимого Абэ курса на демонтаж послевоенной демократической структуры в стране создан и активно действует почти во всех префектурах страны так называемый «Японский конгресс» — «Ниппон кайги», объединяющий националистически настроенную политическую и религиозную элиту. Именно «Ниппон кайги», одним из активных деятелей которого является и премьер Абэ, является штабом и «мозговым центром» реформ, призванных покончить с послевоенным синдромом народа, коренным образом изменить содержание образования в стране, изгнать или нейтрализовать учителей школ и преподавателей ВУЗов, якобы прививающих «мазохистское» отношение к истории, внедряющих чувство вины за совершенные предшествующими поколениями японцев преступления против соседних народов. О масштабах деятельности и влиянии «Ниппон кайги» свидетельствует то, что его членами, по существующим данным, являются большинство министров кабинета Абэ и до половины депутатов парламента от ЛДП.
«Окончательное завершение послевоенного периода» не мыслится Абэ и его сторонниками без «возращения» утраченных по итогам Второй мировой войны территорий, в том числе законно перешедших к России Курильских островов. При этом не следует забывать, что, если официально японское правительство претендует на южные Курилы, то представления о «незаконно захваченных северных территориях» у японских националистически настроенных правых сил гораздо шире — это все Курилы вплоть до Камчатки и южная половина острова Сахалин.
У здания МИД Японии уже много лет стоит бетонная стела со словами: «Война закончится тогда, когда Японии будут возвращены наши острова». «Поклявшемуся» лично подписать мирный договор с Россией на основе «возвращения островов» Абэ-сан, похоже, требуется дополнительное время для исполнения своего сокровенного желания.