Иран готовит ответ США
События, связанные с Сирией, в том числе российско-турецкий Сочинский Меморандум, а также шумиха, поднятая президентом США Дональдом Трампом вокруг так называемой ликвидации главаря группировки «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) некоего Абу Бакра аль-Багдади, существенно оттеняют более глубинные политические и иные процессы в мире.
Вот, например, поездка 1-го вице-президента Ирана Эсхага Джахангири в Ташкент, чтобы принять участие в 18-м заседании Совета глав правительств (премьер-министров) Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Иранские СМИ особо подчёркивали, что Джахангири уделяет большое внимание «углубленному обмену мнениями с лидерами Узбекистана, в том числе с премьер-министром Узбекистана Абдуллой Ариповым, о двусторонних отношениях и сотрудничестве». Обратим внимание, Иран пока не является полноправным членом ШОС, однако уже готов в рамках этой структуры на решительные шаги. Но сегодня в сторону Шанхайской организации, казалось бы, смотрят гораздо меньше, чем в предыдущие годы, потому что «живая» история буквально теребит сознание и подсознание исследователей всякими «остростями», в то время как в рамках ШОС процессы проистекают намного спокойней и менее заметней, чем в той же Сирии, допустим, или в Ираке и Ливане, в которых крайне острые политические кризисы, и иранцы, например, широко известный командир спецназа «Кодс» КСИР Ирана бригадный генерал Кассем Солеймани, заняты урегулированием ситуаций в указанных двух ближневосточных странах в пресловутом «ручном режиме»…
Кстати, в Тегеране открыто посмеиваются над американским президентом — и именно в связи с его заявлениями о ликвидации Абу Бакра аль-Багдади. К веселью присоединился и президент Сирии Башар аль-Асад, который в одном из последних своих телеинтервью даже назвал Трампа «самым лучшим президентом США». Конечно, с ироничной усмешкой и улыбкой. По ряду заявлений и комментариев, которые мы приведём, читатели и сами поймут, с чего веселятся в Тегеране и Дамаске. Ну, во-первых, «гордость» руководства США из-за ликвидации главаря ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Министр связи и информационных технологий Ирана Мохаммад Джавад Азари-Джахроми в своем послании назвал восторг президента США по поводу убийства Абу Бакра аль-Багдади ложным буквально в тот же самый день, когда Вашингтон тиражировал победные реляции. «Ничего особенного! Вы просто убили своё же творение», — написал Джахроми в своем аккаунте в Twitter в ответ на заявление президента США. А гендиректор иранского парламента по международным делам Хоссейн Амир-Абдоллахиян заявил, что лидер ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) был убит, потому что он был уже «отработанным материалом», в то время как поддерживаемые США террористы всё ещё активны в сирийском Идлибе, ожидая приказов.
Почему бы не торжествовать иранцам и сирийцам? Ясно ведь, что даже если главарь ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и был убит на самом деле, то это потому в том числе, что в Сирии ставка на ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) не сработала, «арабская весна» там захлебнулась и стала давиться своей же кровью. И те, кто сорвал план или «игру» — это в том числе власти Сирии и Ирана. Не зря в иранских СМИ в связи с этой новостью Вашингтона, одновременно указывали, что ведь это сам Трамп же несколько раз признавался, что ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — это «продукт американского производства». В августе 2016 г. Трамп заявил, что Барак Обама основал ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), и что террористическая группировка чтит его, сообщала американская же газета New York Times. Кроме того, в Иране обратили внимание на скептицизм России. В частности, иранские СМИ несколько дней подряд напоминали, что Министерство обороны России усомнилось в гибели лидера ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) во время ночного рейда и в том, что такой рейд вообще осуществлялся, поскольку российскими военными не зафиксировано никаких действий со стороны американской авиации в указанном районе, и «рассказы об обстоятельствах гибели аль-Багдади крайне противоречивы».
Во-вторых, сейчас в Иране вновь напоминают о заявлении одного из депутатов иранского парламента от 20 октября. ОАЭ «освободили замороженные деньги Ирана на 700 миллионов долларов», — заявил иранский законодатель Акбар Торки, не предоставив, правда, никакой дополнительной информации, сообщал источник Iran Daily. «Валютные отношения ОАЭ с Ираном улучшились, и некоторые иранские обменные пункты в Дубаи возобновили свою деятельность», — добавил Торки. ОАЭ пересмотрели отношения с Ираном, сказал он, добавив, что «эмираты также поняли, что западные страны и Саудовская Аравия не могут обеспечить безопасность этой страны в нынешних условиях, — сообщил депутат. — ОАЭ позиционирует себя как Швейцария на Ближнем Востоке, но торговля, банковское дело, энергетика и авиация этой страны зависят от безопасности, и она знает, что она не может добиться успеха без безопасности». Некоторые другие иранские официальные лица также указывали на улучшение отношений между Ираном и ОАЭ. Глава администрации президента Ирана Махмуд Ваези заявил, к примеру, что «эмиратцы проявили инициативу в решении проблем с Ираном». Кроме того, президент Ирана Хасан Роухани указал на этот вопрос на пресс-конференции (14 октября), заявив, что «в последние месяцы между Ираном и ОАЭ были установлены связи». Некоторые должностные лица ОАЭ прибыли в Иран, а некоторые иранские официальные лица отправились туда, продолжал Рухани, и в последние месяцы отношения между Тегераном и ОАЭ стали лучше.
Но если мы заметим, что меняется и риторика Саудовской Аравии, то тогда сообщения президента Рухани, главы его администрации Ваэзи и депутата Торки — свидетельство прорыва в ситуации в Персидском заливе и в отношениях Ирана с арабскими монархиями. И если правда то, что ОАЭ вернули Ирану 700 млн долларов иранских «замороженных» (по приказу США — прим.) денег, то, не исключено, мир становится свидетелем поражения антииранских сил в этой части планеты. То есть в целом на Аравийском полуострове. И тогда не за горами окончание оккупации, например, части территорий Йемена, не за горами поражение террористических группировок, того же ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Йемене и т. д. и т. п.
Однако мы хотим отметить, что увлечённость разборами ситуации в сфере борьбы с международным террористическим «интернационалом» не должна заслонять основную причину нынешнего обострения отношений между Западом и Ираном, в особенности — между США и Ираном. Это всё тот же «атомный вопрос», следовательно — судьба Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД, JCPOA) или ядерной программы Ирана. С того дня, когда президент США Трамп объявил о выходе Вашингтона из JCPOA и возобновлении антииранских санкций, официальный Тегеран отвергает, как известно, любые переговоры с американцами до тех пор, пока они не вернутся в рамки этого документа, подписанного летом 2015 г., и пока США и европейцы не начнут неукоснительно выполнять свою часть обязательств по JCPOA. А это — безоговорочная отмена всех санкций и «размораживание» всех средств Ирана на Западе. Поэтому, к примеру, шаг ОАЭ, описанный выше, не просто воодушевил иранцев, но и убедил Тегеран в том, что руководство Ирана избрало верную тактику в отношениях с Западом. При этом напомним — и те же европейцы, и Россия с Китаем, как важнейшие гаранты исполнения документа JCPOA, однозначно осудили США и постоянно просили Тегеран пока не терять выдержки и продолжать исполнять свои обязательства по JCPOA. Но с недавних пор, с лета 2019-го, Москва и Пекин уже заявляли нечто иное — в плане, что Россия и Китай «вполне понимают», почему Иран приступил к постепенному сокращению своих обязательств по «ядерной сделке» 2015 года…
С какого-то момента стало также ясно, что тактика постепенного сокращения Ираном этих обязательств — это плод неких совместных консультаций Ирана, России и, конечно же, Китая. Их объединённые усилия и шаги были же заметны и в других сферах — не зря ведь в сентябре власти Ирана объявили о предстоящих трёхсторонних ирано-российско-китайских военно-морских учениях в северной части Индийского океана. Сейчас также заметно, что в октябре Иран и Россия всерьёз готовились к некой программе согласованных действий. Ну, а что? Сколько ещё ждать не только Ирану, но и России и Китаю, чтобы США, образно говоря, «образумились»? Специальный помощник главы ядерного агентства Ирана — Организации по атомной энергии Ирана (AEOI) —Али Асгар Зареан заявил 20 октября на выставке ядерных достижений в университете имени Шахида Бахонара в Кермане, что в течение двух недель будет запущен в эксплуатацию второй проект на тяжёлом водном реакторе в Араке, сообщало Mehr News. Зареан сказал, что ядерная промышленность страны играет важную роль в производстве электроэнергии, добавив, что достижение 100%-го цикла ядерной деятельности в стране стало доступным. Он добавил, что страна стала самодостаточной в производстве центрифуг, добавив, что специалисты страны производят жёлтый кек, необходимый для обогащения урана. Между тем он подчеркнул, что иранская атомная промышленность не стремится производить ядерные бомбы в соответствии с фетвой лидера Исламской революции.
Помощник главы AEOI также сослался на тяжёлый водный ядерный реактор в Араке, заявив, что ядерный объект в Араке способен производить до 25 тонн тяжёлой воды, которая может быть экспортирована за пределы страны. «Хотя некоторые страны обвинили нас в блефе о мощности тяжёлого реактора Арак, они теперь стали покупателями нашей тяжёлой воды», — сказал Зареан. Также, по его словам, на ядерных площадках Фордо и Натанза установлено 1044 и около 5000 центрифуг для обогащения урана. Он также добавил, что работы над второй частью тяжёлого реактора в Араке будут завершены к 2021 году после прохождения испытаний на холодопроизводительность в следующем году. Убеждены, что для специалистов заявления г-на Зареана много о чём говорят.
Уже 21 октября официальный представитель МИД Ирана Аббас Мусави подтвердил позицию Ирана о том, что Тегеран готов сделать следующий шаг по сокращению обязательств по ядерной сделке 2015 г., если оставшиеся стороны соглашения не предпримут действий, чтобы защитить Исламскую Республику от последствий санкций США. «Мы надеемся, что станем свидетелями специальных действий со стороны остальных стран в отношении JCPOA, в противном случае Иран готов сделать четвёртый шаг», — заявил Мусави на регулярном брифинге для прессы, сообщала газета «Tehran Times». Он добавил, что механизм для следующего четвёртого шага уже разработан, и этот шаг Ирана состоится в начале ноября. Как сообщается из Тегерана, на следующем этапе Иран намерен ограничить проведение ядерных инспекций Международным агентством ООН по атомной энергии (МАГАТЭ). Мусави также сказал, что действия Ирана по сокращению его обязательств находятся в рамках JCPOA, и европейцы и никто в целом не имеют права жаловаться на это. «Если они обеспокоены, они должны выполнить свои обязательства, чтобы Иран вернулся к полному выполнению своих обязательств», — предложил он. Мусави также заявил, что Иран ещё не согласился с предложенным Францией и Японией механизмом спасения JCPOA. Поясним, в чём тут дело — 20 октября мировые СМИ сообщали, что Франция и Япония совместно предложили Ирану кредитные линии на сумму более 18 миллиардов долларов, если Тегеран полностью вернётся к выполнению JCPOA.
Сделаем паузу и вспомним всю подноготную. 8 мая, ровно через год после того, как США отказались от «ядерной сделки», Тегеран объявил о начале частичного сокращения своих обязательств по соглашению каждые два месяца. На первом этапе Иран объявил, что он не будет ограничивать свои запасы ядерного топлива до 300 кг, разрешённых в рамках сделки. Однако в этот день (8 мая) Высший совет национальной безопасности (ВСНБ) Ирана заявил, что, если оставшиеся стороны JCPOA, особенно европейцы, разработают механизм защиты Ирана от действия санкций в течение двухмесячного срока, он отменит это решение. Но поскольку европейские страны не уложились в срок, 7 июля Иран объявил, что начал обогащать уран до большей чистоты, чем 3,67%, тем самым начав второй этап. Опять же, поскольку Европа пропустила второй 60-дневный срок, Иран предпринял третий шаг, сняв запрет на ядерные исследования и разработки (НИОКР). В письме от 5 сентября министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф уведомил главу внешней политики Европейского Союза Федерику Могерини о третьем шаге Ирана. Верховный лидер Исламской революции аятолла Сейед Али Хоссейни Хаменеи заявил 2 октября, что Иран будет продолжать сокращать обязательства в рамках ядерной сделки. «Сокращение ядерных обязательств, за которые отвечает Организация по атомной энергии, должно продолжаться серьёзно и точно, как это было объявлено правительством, до тех пор, пока оно не достигнет благоприятных результатов, и оно обязательно достигнет результата», — заявил Верховный Главком вооружённых сил Ирана на встрече с командующими КСИР. В соответствующих выступлениях в начале октября официальный представитель Организации по атомной энергии Ирана (AEOI) Бехруз Камальванди объявил, что для ИРИ осталось только два других шага, чтобы прекратить обязательства по «ядерной сделке», если европейцы всё ещё продолжат настаивать на невыполнении требований Тегерана. «Только ещё два шага положат конец всем иранским обязательствам по JCPOA и вернут страну к условиям, предшествующим JCPOA», — сказал Камальванди, например, в интервью государственному телевидению Ирана.
Так или иначе, но было понятно, что многое будет зависеть от промежуточных консультаций Ирана с Россией, тем более что были и сведения, что Франция и Япония просили официальную Москву «уговорить» иранское руководство. 24 октября в Москве замминистра иностранных дел Ирана Аббас Аракчи и его российский коллега Сергей Рябков рассмотрели последнюю ситуацию, связанную с JCPOA. Ссылаясь на французский план и переговоры президента Роухани в Нью-Йорке, Аракчи сказал, что Иран приветствует все инициативы, которые способны разрешить кризис мирным путём, но эти инициативы приемлемы только тогда, когда они реалистичны и способны обеспечить выгоды Ирана в соответствии с JCPOA, сообщало агентство IRNA. Критикуя одностороннюю политику США и неспособность ЕС выполнить свои обязательства после выхода США из соглашения, Аракчи сказал, что, если требования Ирана не будут выполнены, он продолжит сокращать обязательства в рамках JCPOA. Повторяя, что путь дипломатии по-прежнему открыт, но его становится всё труднее и труднее пройти, Аракчи сказал, что оставшиеся стороны в JCPOA должны знать, что у них мало времени, если они полны решимости спасти сделку.
Рябков, со своей стороны, заявил, что выход США из JCPOA противоречит Резолюции 2231 Совета Безопасности ООН, и его страна поддерживает JCPOA как важное многостороннее достижение. В конце встречи оба должностных лица оценили тесные консультации между двумя странами, как ценные и подчеркнули необходимость продолжения переговоров. В той или иной мере, но по словам Рябкова, заметно, что у Москвы нет особого намерения постоянно «уговаривать» Иран делать то-то или не делать того-то, если остальные стороны «ядерной сделки» не проявляют сверхзаинтересованности в сохранении JCPOA. Проблема в том, что в Тегеране справедливо расценили «французский план» просто как дешёвую уловку и попытку слишком уж дёшево «купить» долготерпение Ирана. Согласимся — ну что такое «кредитные линии» (т. е. деньги, которые так и так придётся возвращать!..) пусть даже и на сумму не 18−19 млрд долларов, а на все 50 млрд, с «чисто» иранскими авуарами в 150 млрд долларов, «замороженных» Западом под диктовку США! Естественно, что Рябков согласился с доводами Аракчи, а иранский замминистра по сути попросил российского коллегу ретранслировать на Запад, что вот так — через каждые два месяца, Иран вообще выйдет из соглашения JCPOA, причём это его право отдельно оговорено в самом Соглашении. Иран имеет право разорвать эту «ядерную сделку», если хоть одна из других сторон будет просто уклоняться от выполнения своих обязательств. Так что Иран пока ещё вообще демонстрирует чудеса выдержки и долготерпения — ведь США уже полтора года как нарушают все представляемые и непредставляемые нормы дипломатии в исполнении договоренностей международного характера.
28 октября выше уже упоминавшийся Али Асгар Зареан официально заявил, что крупный ядерный объект в Фордо продолжает свою деятельность более быстрыми темпами, чем в эпоху до JCPOA: «Место, которое враг и гегемонистские державы пытались закрыть, продолжает свою деятельность более активно, чем раньше», сообщило агентство Mehr News. По словам Зареана, активность ядерной площадки Фордо, которая была построена возле священного города Кум иранскими экспертами по ядерной энергии, увеличилась по сравнению с прошлыми годами. Зам. председателя и Спецпомощник главы иранского ядерного агентства — Организации по атомной энергии Ирана (AEOI), отметил, что до подписания «ядерной сделки» на площадке работало всего 720 центрифуг, а сегодня там кружатся 1044 центрифуги первого поколения. Он также добавил, что всякий раз, когда стране необходимо 20% обогащения урана, эта потребность может быть удовлетворена в процессе, который разозлит Запад. «Поскольку враг не смог нанести вред Фордо и уничтожить его, враги сосредоточились на Фордо во время переговоров, чтобы замедлить его действие, чего не произошло», — добавил он. Чиновник далее приветствовал недавний прогресс, достигнутый в Фордо, как несопоставимый с прогрессом, ранее достигнутым на площадке, отметив, что темпы обогащения в стране не изменились по сравнению с эпохой до JCPOA.
30 октября глава администрации президента Ирана Махмуд Ваэзи подтвердил, что Тегеран предпримет четвёртый шаг для дальнейшей модификации своих обязательств по ядерной сделке, если европейцы не выполнят свои обещания. «Комитет изучает четвёртый этап», — заявил он журналистам в Тегеране, сообщало агентство Fars News. Он добавил, что Иран «сделает четвёртый шаг в своё время», если то, что к чему он стремится, не произойдёт во время переговоров и встреч до истечения двухмесячного срока после третьего шага. Исследователи во многих странах, что называется, насторожились. Ведь из слов Ваэзи следовало, что в Тегеране был создан особый Комитет для изучения возможных вариантов предполагаемого четвёртого шага, и о достигнутых выводах будет сообщено президенту Ирана Рухани, и этот план будет доработан и реализован, сообщало агентство Mehr News. Глава Организации по атомной энергии Ирана (AEOI) Али Акбар Салехи заявил журналистам, что четвёртый шаг будет объявлен самим президентом в установленный срок, то есть 7 ноября 2019 года. Действительно, и официальный представитель МИД Ирана Аббас Мусави предупреждал, что всё это будет иметь место, и именно в начале ноября четвёртый шаг, механизм которого уже разработан, этот шаг Ирана состоится.
Хотя правительство ИРИ ещё не сделало официального заявления о деталях четвёртого этапа, из сделанных замечаний и заявлений можно понять следующее. По словам г-на Салехи, в ближайшие дни Иран представит сеть из 30 центрифуг IR6. По его словам, Иран должен добавить до 45% своей обогатительной мощности, то есть около 3500 ЕРР будет добавлено к нынешним 5600 ЕРР. «До JCPOA у Ирана было 2300 килограммов обогащённого урана, и сейчас эта цифра составляет от 1700 до 1800 килограммов», — сказал Салехи, отметив, что страна возвращается к уровню до JCPOA. Соответственно, некоторые эксперты полагают, что Иран представит упомянутую цепочку в качестве четвёртого шага по сокращению обязательств по JCPOA. Что касается тяжёлого реактора в Араке, Салехи объявил, что вторая фаза проекта, являющаяся его основной частью, будет запущена в ближайшее время. В дополнение к замечаниям Салехи, президент Роухани также предложил некоторую информацию. На своей пресс-конференции президент Роухани (14 октября) объявил, что центрифуги IR7, IR8 и IR9 будут представлены и начнут функционировать в ближайшем будущем. Учитывая все сделанные заявления и замечания высокопоставленных иранских чиновников, четвёртый шаг страны по сокращению обязательств по JCPOA может включать в себя не только ограничение проведение ядерных инспекций по линии МАГАТЭ, но и открытие цепочки из 30 центрифуг IR6, повышение уровня обогащения, запуск второй фазы реактора в Араке, а также установку его заправочной машины, помимо представления центрифуг IR7, IR8 и IR9.
Конечно, можно ведь уповать на то, что разработки ядерного оружия в Иране официально запрещены распоряжениями аятоллы Али Хаменеи. Но, в то же время, насколько глупы были шаги президента США Трампа, насколько «простодушным» был обман со стороны Евросоюза и отдельных европейских стран, настолько же сейчас укрепилась уверенность Ирана в том, что Запад откровенно проиграл этот раунд противостояния. Дело дошло до того, что, если верить иранским и пакистанским источникам, в октябре Трамп упрашивал премьер-министра Пакистана Имран Хана быть посредником в отношениях между США и Ираном. И ведь Имран Хан в действительности приезжал экстренно в Тегеран. Его принял и аятолла Али Хаменеи — понятно же, что без одобрения Верховного лидера никто в Иране не изменит генеральной линии в вопросе о переговорах с США. Однако, видя ситуацию, надо признать, что миссия Имран Хана была невыполнимой.
Выразим уверенность, что даже по эпизоду с Имран Ханом Иран передал соответствующую информацию своим ближайшим партнёрам в Москву. Не исключаем — и в Пекин. В заключение хочется напомнить реплику из России по вопросу о «ядерной сделке» с Ираном и поведении Европы в этом вопросе, озвученную в середине октября. Механизм Евросоюза по финансовым расчётам с Ираном INSTEX доказал свою неэффективность, заявил тогда постпред России при ЕС Владимир Чижов. «С тех пор INSTEX только доказал свою неэффективность. Напомню, что за то время, когда был затеян этот механизм, у него сменилось три руководителя, а это о многом говорит», — сказал Чижов, сообщало IRNA. «Что касается наших европейских партнёров, то у «евротройки» вообще двусмысленная позиция по Ирану. Они, с одной стороны, говорят, что поддерживают Совместный всеобъемлющий план действий по ядерной программе Тегерана, а с другой стороны, занимаются тем, что подпиливают его», — отметил он. «Если когда-нибудь Соединённые Штаты и сядут с Ираном за стол переговоров, то за этим столом французов точно не будет. Это не значит, что позитивные усилия французской дипломатии не будут востребованы. Конечно, будут. Но переговоры американцы при нынешнем режиме ведут только в двустороннем формате. Так было с Северной Кореей, так будет с Ираном и с кем ещё угодно», — сказал он, комментируя усилия президента Франции Эммануэля Макрона по снижению напряжённости между Тегераном и Вашингтоном. В этом выводе — раскрытие причины скепсиса Рябкова и Аракчи вокруг франко-японских «предложений», причины нежелания Ирана вообще что-либо относительно США обсуждать с европейцами. И не исключено, что настанет момент, когда Трамп будет вынужден просить о посредничестве Россию или Китай в налаживании контактов с Ираном, а то и обе сверхдержавы одновременно.