Приватизация: панацея или иллюзия?
Алексей Кудрин — человек, сформировавшийся в пору иллюзий его поколения по поводу капитализма, носит свои юношеские убеждения через всю жизнь с упорством подвижника веры. Он убеждён в том, что государственная собственность в силу своей экономической природы хуже частной, потому что в госсекторе невозможно наладить эффективное управление. А в частной компании, мол, возможно — потому что там якобы меньше бюрократических барьеров, и мотивация собственников выше.
Своё мнение Кудрин продолжает отстаивать и сегодня, когда подавляющему большинству населения после всех приватизационных экспериментов стало ясно на своём личном опыте, что догма о более высокой эффективности частника — это как минимум заблуждение, а как максимум — ложь, причём злонамеренная. Миф о более высокой эффективности частного сектора перед государственным опровергается все прошедшие 30 лет после распада Советского Союза.
Зачем далеко ходить — пока частный сектор Москвы строил ковидные госпитали в количестве четырех штук, сколько за этот же срок построило Министерство обороны по всей стране? Подсказка — двадцать. Но Кудрин все равно настаивает, что лучше приватизации нет способа наладить управление крупной собственностью.
Едва ли надо объяснять Кудрину, что частная собственность не отменяет неэффективного управления и коррупции. В силу жизненного опыта Кудрин знает об этом больше, чем кто-либо другой в России. А это значит, что цели Кудрина иные. Он не ищет повышения эффективности, а хочет «подтолкнуть падающего». Ничем иным его мнение о том, что именно в кризис надо проводить приватизацию, избавляясь от активов, не объясняется.
Если у вас возникли трудные жизненные обстоятельства, и в этот момент к вам подходит ваш давний хороший знакомый и говорит, что сейчас лучшее время продать квартиру и машину, потому что они отвлекают ваши средства и силы от сбережения того, что у вас есть, что вы о таком человеке подумаете? А если он ещё предложит познакомить с хорошими покупателями, даже организовать аукцион и стать поручителем по сделке, поверите ли вы в его чистосердечие?
Любой экономист знает: продавать надо не в кризис, а в рост. Когда цены растут, а не падают. Но если цены растут, возникает вопрос — а зачем продавать курицу, несущую золотые яйца? Ведь это логика не хозяина, а рейдера.
К тому же мы уже слишком хорошо знаем, как организуются кризисы в наше время. Те самые, в результате которых обнищавшие собственники избавляются от имущества, ставшего непосильным. Как роняют курсы валют и биржевые котировки, как провоцируют банкротство, как втягивают в кредитную кабалу с последующими махинациями с залогом и принуждением к банкротству. Кризис — лучшее время для рейдера. И его покровителей и заказчиков во власти.
Многие из нас помнят, как приватизированные заводы немедленно продавались на металлолом, а деньги выводились в офшоры. Как новые собственники становились нелюдью, выжимавшей последние соки из людей и имущества. Как бездарно управляли компаниями, воруя, грабя и теряя позиции в бизнесе. В чём тут эффективность частника? В том, что новые, кто купит бизнес у банкрота, будут лучше?
А откуда им взяться, лучшим? Миф об эффективном частнике не учитывает, что эффективность — это продукт трудовой этики, то есть культуры. В пору, когда народ весь ХХ век не имел собственности, но считал правильным блат, воровство и взятки, приписки и показуху (они делают вид, что нам платят, а мы делаем вид, что работаем), откуда взяться трудовой этике частника?
Многие наши крупные собственники — это продукты именно воровства, взяточничества, приписок и показухи. Все эти позднесоветские процессы определяли приватизацию. Все наши прощённые олигархи — это не эффективные собственники, а эффективные мошенники. Эффективные собственники выросли с нуля, а не через приватизацию госсобственности.
Кроме того, наш ВПК выпускает продукцию лучшую в мире. А он тотально государственный. Значит, дело в том, как организовано управление, а не в том, кто собственник. А управление — это процесс социально-политический. Р. Хасбулатов как-то сказал, что в неэффективном государстве ни одна форма собственности не будет эффективной, и он был полностью прав.
Рост количества частников не приводит автоматически к росту качества управления. Восточный базар не создаёт Фордов и Джобсов. Они — продукт длительной эволюции социума, в котором родились. Нет лучших торговцев, чем выходцы с Востока. Но ни одного известного предпринимателя среди них нет. Они умеют втекать в нужные кабинеты и давать взятки. Но не умеют организовать производство или торговлю так, как до них никто в мире не делал.
Торговая цивилизация — далеко не самая эффективная из всех прочих. Раздать казённое имущество много ума не надо. Зато потом любую неудачу можно объяснять тем, что «собственность ищет своего эффективного собственника». Просто пока не нашла. Но вы подождите лет двести, может дождётесь. Ведь когда-то можно попасть в десятку даже с закрытыми глазами.
Цивилизация, построенная Кудриным, способна только выводить деньги из экономики и закрывать целые социальные сектора как неэффективные. При этом Кудрин сбивает всех с толку тем, что в числе первых зовёт повысить расходы на здравоохранение и образование. Но деньги для этого он будет выводить из экономики в разные кубышки, сдаваемые в залог американцам. Ведь вклады должны приносить проценты, а у нас они только потратятся.
Как-то в начале 90-х начальник кредитного отдела одного филиала московского коммерческого банка учил подчинённых: «Деньги надо держать вот так» — и показывал сжатый кулак. «Разожмёшь пальцы — и все разлетятся». Все кивали головой. Понимали, что вот он, рачительный хозяин.
Потом банк лопнул, его председатель правления убежал в США, а начальник кредитного отдела филиала — в Германию. Жили они там очень небедно. Они знали, как раздавать кредиты так, чтобы они не разлетелись. Такие вот были эффективные собственники. Частники, конечно.
Кудрин — это концентрированный портрет таких финансистов начала 90-х. Он соблазняет вас избавиться от активов — вам ведь трудно. Кризис на дворе. Не тратьте денег зря. Деньги надо держать в кулаке, едва разожмёшь пальцы — и все разлетятся.
Но только почему-то после того, как вы по их советам избавитесь от имущества, выяснится, что ваши финансовые учителя прикупили ещё один дом в Майами и ещё две квартиры в элитном комплексе в Москве. Пересели с дорогой машины на ещё более дорогую. И вообще потеряли к вам всякий интерес. С вас ведь больше уже нечего взять.
Эффективность управления — это не производная от собственности. Мотивация к эффективному управлению — это не обладание собственности. Крупнейшими ТНК на Западе управляют не собственники, а менеджеры. И эффективны они не потому, что владеют какой-то частью акций, а потому, что жестоки, циничны, прозорливы и быстры.
Уходя из компании, они отдают акции, но уносят опыт — главный их капитал. Их главное богатство — записная книжка. С телефонами тех, кто решает любые проблемы. Связи и кадры (то есть опыт) решают всё. Как вы понимаете, к собственности это не имеет вообще никакого отношения.
В России нельзя сейчас начинать приватизацию, так как это умножит повреждённый первородным грехом компрадорства и коррупции корпус распорядителей ключевых национальных ресурсов. Крупный сектор должен быть государственным. Это уже поняли все. Частным должен быть малый и средний бизнес. Тут он да, эффективней госсектора.
Но Кудрин вовсе не его имел в виду, говоря о приватизации. Он говорил о крупных госактивах, созданных на деньги общества и его трудом. Вот что хочет приватизировать Кудрин. Точнее, не он, а те, кто через него говорит с президентом России. И если с Кудриным согласятся, то плохо будет нам всем.
Кроме начальников кредитных отделов, сумевших насобирать денег на эмиграцию в Германию. Или руководителей банков, сумевших переехать после банкротства банка в США, Израиль или Канаду. Обманутые дольщики — это не по их части. Не вписались в рынок. Кто же виноват, что они оказались такими неэффективными и поверили мошенникам?