Подводные лодки поступили на вооружение российской армии в 1881 году. На флоте они появились почти на четверть века позже.
Дело в том, что до 1914 года все береговые крепости принадлежали Военному ведомству. А отношения между Военным и Морским министерствами в России были, мягко выражаясь, сложными. Каждым ведомством руководило два человека. Морским — Управляющий Морским министерством и генерал-адмирал (великий князь Алексей Александрович); Военным ведомством — Военный министр и генерал-фельдцейхмейстер (великий князь Михаил Николаевич).
Каждая пара начальников была подчинена непосредственно царю. Чёткого разграничения полномочий не было. Положение усугублялось тем, что Михаил Николаевич пытался свалить Алексея и сделать генерал-адмиралом своего сына Александра.
В такой ситуации командованию береговых крепостей не приходилось особо рассчитывать на Морское министерство, и они завели собственные флотилии. В каждой имелись свои минные заградители — малые пароходы или паровые катера. Кстати, специально для Военного ведомства были спроектированы морские мины принципиально иной конструкции, чем во флоте. Имелись и торпеды. Правда, стрельбы ими велись не с кораблей, а со стационарных береговых аппаратов.
В 1880-х годах Военное ведомство России обзавелось подводным флотом. Причём лодок в нём было больше, чем во всем остальном мире. А в русском флоте, напомню, подводные лодки появились в 1903-м.
С чего все началось? Жил-был богатый польский шляхтич Стефан Казимирович Држвецкий. Правда, обретался он не на родине, а во Франции. Много работал, но особой отдачи от его изобретений не было, хотя Држвецкий умел создать великолепную рекламу. Так, на Венской всемирной выставке 1873 г. его разработки заняли целый стенд.
В 1874-м шляхтич отправляется в Россию, где становится Степаном Карловичем Джевецким. Поскольку к началу войны 1877 г. с Османской империей Морское министерство не соизволило построить на Чёрном море ни одного боевого корабля, теперь оно стало хвататься за любые суррогатные средства борьбы на море, как утопающий за соломинку. Тут-то Джевецкий и предложил свой проект сверхмалой подводной лодки.
Её длина составляла всего пять метров, а высота — менее двух. Экипаж состоял из одного человека. Вся нижняя часть корпуса лодки представляла собой балластную цистерну, над средней частью которой размещался резервуар для воздуха, сжатого до 100−200 атмосфер. Этот воздух использовался для обеспечения дыхания человека в подводном положении, а также для продувки балласта при всплытии. При погружении лодки вода в балластную цистерну шла из-за борта самотёком, для чего имелся специальный клапан.
Запаса воздуха, имевшегося внутри этой лодочки, водоизмещение которой не превышало двух тонн, хватало максимум на 20 минут непрерывного пребывания под водой одного человека.
К августу 1878 г. лодка Джевецкого была построена на частном заводе Бланшарда в Одессе. Затем конструктор три месяца испытывал её на Одесском рейде. Тем временем закончились и война с турками, и последовавшее за ней противостояние с Англией. Ни в Джевецком, ни в его лодке Морское ведомство больше не нуждалось. И тогда изобретатель задумал устроить представление…
В июле 1881 г. опытный образец доставили в гатчинский пруд. Погрузившись, Джевецкий выждал, пока на середину водоема не выплывет лодка, в которой сидели солидный мужчина с окладистой бородой и миниатюрная красавица. Вода была прозрачной, и пассажиры на борту хорошо видели, как под ними два раза проплыло подводное чудовище. А затем рядом с ними всплыла субмарина Джевецкого. В то время подводные лодки казались куда большим чудом, чем сейчас марсоходы…
Затем оба судна пристали к берегу. Открылся люк, из которого выскочил пан Степан с роскошным букетом орхидей. Он подбежал к даме, грациозно упал на колено и протянул ей букет. Красавица пришла в восторг, не скрывал удовлетворения и её спутник. Это были император Александр III и его супруга Мария Федоровна, которые постоянно проживали в Гатчинском дворце, спасаясь от злодеев-бомбистов.
Царь не хотел спорить с упрямым братцем Алексеем, командовавшим флотом, и посоветовал Джевецкому обратиться в Военное ведомство, которым заправлял дядя, великий князь Михаил Николаевич. Тот постоянно проживал на Лазурном Берегу и на просторы Невы наведывался редко. В итоге Военное ведомство с подачи царя дало Джевецкому заказ на 50 подводных лодок. Они были построены на Невском заводе в Петербурге в 1881—1882 годах в обстановке большой секретности.
Для Военного ведомства Джевецкий предложил новую модификацию лодки. Длина — 6 метров, водоизмещение 11,5 тонны. Движение осуществлялось за счёт мускульной силы четырёх членов экипажа. Люди сидели парами, спиной друг к другу. Нажимая ногами на педали велосипедного типа, они крутили шестеренчатые передачи, соединённые через привод с универсальным шарниром, передающим вращение на гребной вал, на обоих концах которого (в носу и корме) имелось по гребному винту. Оба были сделаны поворотными.
Для наблюдения за противником имелся четырёхметровый перископ. Лодки были вооружены специальными пироксилиновыми минами, которые предполагалось подводить под днища кораблей противника. 34 изделия Джевецкого были отправлены по железной дороге в Севастополь, 16 остались в Кронштадте.
Первые лет пять лодки несли вахту, даже проводились учения, но не далее 200 метров от берега. Позже они были законсервированы и хранились в крепостях до 1905 года, затем были отправлены на лом.