В истории нередко одни государства прирастали за счёт других в результате не только войн, но и удачных коммерческих сделок. Самой известной у нас является, несомненно, покупка Соединёнными Штатами Америки Аляски у России в 1867 году всего за 7 200 000 долларов. Но и Россия не брезговала покупать территории. Даже после успешно завершённых войн.
Смоленск, Киев и Левобережная Украина
В 1654-1667 гг. между Россией и Польшей шла война за Украину. Начавшись удачно для России, она вскоре превратилась в череду поражений. Украинские казаки, вначале присягнувшие Москве, потом стали тяготиться своей клятвой и неоднократно изменяли. В этих условиях русский царь Алексей Михайлович уже не стремился довести дело до владения всей Украиной, так как не надеялся поладить с казаками.
В свою очередь, полякам тоже были не нужны вечно мятежные украинцы. Когда Россия ушла с правого берега Днепра, а поляки неудачно пытались вторгнуться в Левобережную Украину, сама обстановка подсказала обеим сторонам мысль – мириться на условиях проведения новой границы по Днепру. Таким образом, Россия и Польша разделили между собой Украину.
Всё было бы просто, да только на правой стороне Днепра оставался Киев, который в России было принято считать «матерью своих городов». Царь Алексей Михайлович полагал, что без Киева его титул государя всея Великия, Малыя и Белыя Руси не соответствует действительности. Усилия русской дипломатии были направлены на то, чтобы удержать Киев за Россией.
*
30 января 1667 года в Андрусове под Смоленском было заключено русско-польское перемирие, завершившее тринадцатилетнюю войну. Оно было подписано тоже на тринадцать лет. Уже на Андрусовских переговорах возник финансовый вопрос. Поляки, понимая, что им не удастся вернуть себе все территории, утраченные в ходе военных действий (кроме Левобережной Украины, это была ещё Смоленщина), подняли тему денежных компенсаций польской короне и шляхте за лишение их земель на левом берегу Днепра и под Смоленском. Фактически это были репарации, которые Польше хотелось получить не за выигранную, а за проигранную войну.
Россия не отвергла этого требования в принципе, и между обеими странами завязался спор о конкретной сумме выплат. Претензии поляков простирались на 10 миллионов злотых (2 миллиона тогдашних рублей). Посол царя Афанасий Ордин-Нащокин убедил поляков отложить вопрос о компенсациях до визита польских послов в Москву за ратификационными грамотами. Чтобы подтвердить добрые намерения российской стороны, он прямо в Андрусове выплатил польским послам 70 000 злотых (14 000 рублей) в качестве царского подарка.
Когда же поляки в октябре того же года приехали в Москву, их аппетиты возросли чрезмерно. Они потребовали выплаты им по 3 миллиона злотых каждый год действия перемирия, то есть в общей сложности 39 миллионов злотых или 7 800 000 рублей. После торга стороны сошлись на сумме в один миллион злотых (200 000 рублей). Из них три четверти Россия выдала польским послам напрямую, а оставшуюся треть суммы выплатила в течение следующих шести месяцев. Итак, двести тысяч рублей можно считать ценой, за которую Россия купила у Польши Левобережную Украину и Смоленскую землю.
Что касается Киева, то царь обещал отдать его Польше через два года. Но этого обещания ему очень не хотелось выполнять. Поляки видели, что им не удастся силой отнять город, и склонялись к получению выкупа за него. Таким образом, вопрос снова упёрся в конкретную сумму.
В 1678 году на очередных русско-польских переговорах в Москве, уже при царе Фёдоре Алексеевиче, перемирие было продлено ещё на 13 лет, а Киев предварительно оценен в 200 тысяч рублей, которые Россия обязывалась уплатить после заключения договора о «вечном мире». Переговоры об окончательном мирном соглашении начались в 1684 году и с перерывами шли два года. Наконец, 26 апреля 1686 года искомый Московский договор «о вечном мире» (уже при формальных царях Иване V и Петре I и фактической правительнице Софье) был подписан. Русским удалось ещё снизить сумму выкупа за Киев до 146 000 рублей.
Таким образом, общая цена, за которую Россия в 1667-1686 гг. приобрела у Польши Смоленщину, Левобережную Украину и Киев с небольшой территорией на правом берегу Днепра, исчисляется в 360 тысяч рублей, считая размер подарка Ордина-Нащокина на первых переговорах.
Санкт-Петербург, Выборг и Ливония
Когда Россия при Петре Великом завершала Северную войну 1700-1721 гг. со Швецией, ей уже было не в новинку платить деньги за завоёванные кровью своих солдат территории. Но шведам во время Ништадтских переговоров удалось очень высоко поднять планку своих требований – не чета полякам! Они отлично знали, что для Петра вопрос владения выходом к Балтийскому морю – вопрос буквально жизни и смерти. Ведь ещё в 1707 году, не надеясь на победу над Карлом XII, Пётр предлагал ему даже древний русский город Псков, лишь бы самому владеть устьем Невы! Карл тогда не согласился, надеясь сам диктовать свои условия…
Так вот, русские дипломаты (иноземцы, приглашённые Петром на русскую службу – Яков Брюс и Андрей Остерман) не стали сильно торговаться со шведами. За завоёванные русской армией в тяжелейших двадцатилетних боях Ингрию, Ливонию и Карельский перешеек с Выборгом они согласились заплатить Швеции 2 миллиона ефимков, то есть 1,33 миллиона рублей.
Со времён царя Алексея Михайловича ценность рубля несколько упала, но не в разы. Таким образом, за владение территориями, в несколько раз меньшими, чем те, которые Россия отвоевала у Польши, она заплатила Швеции почти вчетверо больше.
Очевидно, русские дипломаты допетровского времени, хотя и не всегда действовали удачно, всё-таки больше блюли интерес России, чем петровские дипломаты. Следует напомнить, что мир с Польшей заключался после войны, закончившейся почти вничью – во всяком случае, победа России была не убедительна, и в последние годы войны она чаще проигрывала сражения. А Ништадтский мир между Россией и Швецией заключался после блестяще выигранной войны, когда русский флот и русские войска уже показывались в окрестностях Стокгольма!
Пётр Великий явно хуже своих предшественников на троне сумел извлекать выгоду из ситуации, которую создавал себе своими же победами.