Русь без Украины и Белоруссии
Михаил Юрасов. На западных рубежах Руси. СПб.: Наука, 2018.
В книге рассказывается, как проходили контакты русских князей с финно-угорскими и балтскими племенами, а также с государствами (точнее, раннегосударственными образованиями), существовавшими на территориях Польши, Чехии и Венгриив домонгольский период. Из всего этого геополитического разнообразия основной интерес древнерусских правителей был направлен на Венгрию и Польшу.
Михаил Юрасов (ИРИ РАН) пишет, каким образом князю Олегу удалось объединить русские земли вдоль легендарного пути «из варяг в греки». Граница между ними сложилась к 882 г., то есть ко времени прихода в Киев князя. Именно в это время и имели место столкновения с венграми (Венгерский союз племен) во главе с Арпадом, которые вместе с уличами и тиверцами «положили предел экспансии Олега в юго-западном направлении». В дальнейшем она продолжилась при Владимире Святославиче, дружины которого вышли в итоге на рубежи естественных границ Древней Руси на юго-западе, образовав русско-венгерское и русско-польское пограничье по Волыни, Перемышлю, Дорогичину и Червеню.
Историк подробно размышляет о воздействии, которое восточный сосед Венгрии оказывал на нее. В частности, при Ярославе Мудром на Русь бежали попавшие в опалу принцы Эндре (Андраш), Бела и Левенте. Их отца, двоюродного брата Иштвана I Вазула, прозванный «святым королем», монарх приказал лишить зрения и слуха. А вскоре, уже при Эндре I, на его землях «ощущается заметное влияние восточного христианства». Не в последнюю очередь оно было связано с тем, что король породнился с Ярославом, взяв в жены его дочь Анастасию.
Естественно, начавшаяся вскоре после смерти киевского князя феодальная раздробленность привела к обратному процессу — активному вмешательству западных государей в охватившую Древнюю Русь междоусобицу. Так, например, неудача похода 1144 г. на юго-западную Русь Гезы II не остановила этого венгерского короля. Он всячески поддерживал Мономашичей (потомков Владимира Мономаха) и даже породнился с его внуком Изяславом Мстиславичем. Трудно сказать, насколько это был удачный выбор. Ведь в конечном счете монарх оказался втянут в крайне тяжелую борьбу своего нового родственника с его дядей, тогда еще суздальским князем Юрием Долгоруким. На первый взгляд столь противоречивая политика венгерского двора, тем не менее, имела под собой логическое объяснение. Как отмечает Юрасов, короли оказывали помощь тем представителям династии Рюриковичей, с которыми имели семейные связи.
Столь же сложными были и отношения Руси с Польшей, в ходе которых конфликты также сменялись союзами и наоборот. Например, владимиро-волынский князь Роман Мстиславич поддержал князя Казимира II Справедливого в борьбе за отобранный у него Краков.
К сожалению, никто из наших западных союзников не помог нам в борьбе с начавшейся экспансией Батыя. Впрочем, за свою слепоту они заплатили позднее, когда монголо-татарское воинство пришло в польские и венгерские земли.
Издание предоставлено книжным магазином «Циолковский».