Тихий блицкриг Германии: как из русских калининградцев делают немцев
В предыдущих материалах я рассказывал о «гибридной германизации» Калининградской области во временнóм аспекте (см. «Истоки кёнигсбергизации: 1989−1992 гг.», «Итоги автономизации российского региона в 2016 году», «Версия о внезапном «прозрении» федерального центра»). Сегодня поговорим об этих же процессах, упрямо не замечаемых региональными капитулянтами, в пространственном значении.
Передо мной лежит доселе не афишируемый серьёзный труд большого коллектива — географическая карта Калининградской области под названием «РАСПРЕДЕЛЕНИЕ объектов немецкого влияния на территории Калининградской области». На документ скрупулёзно нанесены более 150 объектов, классифицированные по следующим типам:
— совместные российско-германские предприятия — 26;
— филиалы клуба российско-германской дружбы (фонд «Помощь для Кёнигсберга») — 12;
— гостиницы и гостевые дома — 7;
— объекты, курируемые землёй Шлезвиг-Гольштейн — 36;
— общины новоапостольской церкви — 6;
— немецкие кладбища Второй мировой войны — 10;
— музеи Восточной Пруссии — 3;
— церковные округа (евангелическо-лютеранские) — 7;
— евангелическо-лютеранские приходы — 36;
— пункты встречи Немецко-Русского дома — 9.
О самой карте подробнее поговорим ниже, а пока пару слов, в каких условиях создавался этот продукт. Этому плану уже 14 лет. Материал был окончательно собран и размечен на карте к маю 2003 года.
Это было время, без преувеличения, бури и натиска (конечно же, в максимально культурном обличии) Германии на Калининградскую область, которую российское руководство в начале нулевых определило в качестве пилотной площадки для сотрудничества с Евросоюзом. Именно в 2003 году «сверху» было концептуально одобрено празднование в 2005 году спорного юбилея — 750-летия то ли Кёнигсберга, то ли Калининграда.
Именно в 2003 году было впервые учреждено генеральное консульство ФРГ в Калининграде, осевшее, правда, в гостинице (апартаменты предоставил местный предприниматель Борис Бартфельд — ныне один из ключевых проводников «культурной германизации» в Калининграде), а первым генеральным консулом стал дипломат Корнелиус Зоммер, не такой уж и чужой этой стороне — его отец, будучи солдатом вермахта, погиб в Восточной Пруссии в конце 1944 года.
Совсем уж из «мелочей» 2003 года — в Калининграде побывал депутат Бундестага Эрвин Маршевски, руководивший в германском парламенте рабочей группой «изгнанных и беженцев» (пятнадцать лет назад под словом «беженцы» в Германии подразумевались отнюдь не арабские мигранты, а немцы, депортированные с новой территории Советского Союза и Польской Народной Республики). Порыв депутата на тот момент был шаблонен — выразить озабоченность экономическим будущим — цитирую — «Кёнигсбергской области, относящейся к проблемным регионам окраин ЕС».
Стоит отметить, что Маршевски был приглашён в Калининград тогдашним спикером Калининградской областной думы Владимиром Никитиным — ныне уполномоченным Калининградской области по правам человека. Тот же Никитин инициировал в 2003 году внесение в Госдуму изменений в Федеральный закон «О порядке выезда и въезда в РФ», согласно которым вводится безвизовый порядок въезда и выезда в Калининградскую область для граждан стран Евросоюза.
Спустя несколько месяцев после визита Маршевски группа немецких депутатов во главе с Юргеном Климке (он до сих пор депутатствует в Бундестаге) предложила создать литовско-российско-польский еврорегион «Пруссия», который соответствовал бы, по замыслу немецких народных избранников, «историческим границам территории Восточной Пруссии». И опять же парламентариями двигала исключительно забота «о будущем Калининградской области».
Теперь вернёмся к карте распределения объектов немецкого влияния на территории Калининградской области. Расшифровывать все объекты на карте не позволяет формат статьи. Рассмотрим немецкую экспансию на примере нескольких знаковых населённых пунктов.
Итак, самая западная точка не только Калининградской области, но и России — по состоянию на 2003 год, закрытый для иностранцев военный город Балтийск, где дислоцирована главная военно-морская база Балтийского флота. Здесь отмечено три объекта немецкого влияния.
Первый — немецкое кладбище Второй мировой войны, открытое в 2000 году послом Германии в России Эрнстом-Йоргом фон Штудницем. На территории установлены гранитные плиты, на которых выбиты имена более 4 тыс. солдат и офицеров вермахта, погибших в первые месяцы 1945 года во время Восточно-Прусской стратегической наступательной операции Красной армии. Там же увековечена память пассажиров океанского лайнера, названного в честь нациста Вильгельма Густлоффа (первоначально судно называлось «Адольф Гитлер»). Судно затонуло в январе 1945 года после торпедной атаки советской подводной лодки С-13 под командованием будущего Героя Советского Союза Александра Маринеско.
Второй объект — курируемый землёй Шлезвиг-Гольштейн. С конца 90-х годов между администрацией города Балтийска и шлезвиг-гольштейнским городом Эккернфёрде сложились тесные партнёрские взаимоотношения. Следует отметить, что в Эккернфёрде, так же как в Балтийске, находится военно-морская база, которая так же имеет выход в Балтийское море. В настоящее время весь флот подводных лодок Германии базируется в Эккернфёрде.
Третий объект — российско-германское предприятие. С 1993 года в Балтийске функционировало акционерное общество закрытого типа «Совместное российско-германское предприятие «Вассертурм», занимавшееся оптовой торговлей. Также в уставе были прописаны дополнительные виды деятельности: строительство зданий и ресторанный бизнес. Учредителями выступили гражданин Германии Зигхард Эрдт из города Дуйсбург (неофициальной столицы бывших жителей Восточной Пруссии, осевших там после депортации) и комитет по управлению имуществом города Балтийска. В настоящее время «Вассертурм» ликвидирован.
Теперь обратим взор на восток Калининградской области. Сразу обращает на себя внимание скопление опознавательных значков на юго-востоке у городов Гусев, Нестеров, а также двух небольших посёлков — Ясная Поляна и Чистые Пруды. В этом квадрате насчитывается семь евангелическо-лютеранских приходов, шесть предприятий с немецким капиталом, четыре объекта, курируемых Шлезвиг-Гольштейном, три пункта встреч Немецко-Русского дома, пара гостевых домов для немцев и один филиал фонда «Помощь для Кёнигсберга».
Ясная Поляна и Чистые Пруды выбраны далеко не случайно. В начале 2000-х годов в Ясной Поляне «казахские» немцы построили целую улицу с немецкоязычными вывесками. Одна улица носила имя немецкого церковного реформатора Ульриха фон Гуттена (прямо по-немецки и было написано на дорожном указателе — Ulrich von Hutten-Str.), другая — имя кёнигсбергской поэтессы Агнес Мигель, писавшей оды Гитлеру и состоявшей в НСДАП.
В 2002 году калининградские депутаты не поддержали (после жарких дебатов!) самоуправство немцев, постановив, что улицы Мигель в Ясной Поляне не будет, однако Гуттен «прокатил», несмотря на то, что в конце Великой Отечественной войны одна из фашистских пехотных дивизий была названа именем Ульриха фон Гуттена как борца «за свободу Германии».
В Ясной Поляне также установлен памятный камень с немецкой надписью (в переводе: «Нашим павшим товарищам от Союза ветеранов танкового панциркорпуса»). Речь идёт о гитлеровцах, которыми во время Сталинградской битвы командовал генерал-фельдмаршал Фридрих фон Паулюс (В Ясной Поляне, или Тракенене при немцах, было имение этого немецко-фашистского военачальника).
В Чистых Прудах находится объект, казалось бы, не принадлежащий немецкой истории. Это кирха, в которой расположен музей литовского поэта, зачинателя литовской художественной литературы Кристионаса Донелайтиса. Но это мы с вами считаем, что в Чистых Прудах сосредоточен элемент российско-литовского культурного сотрудничества. В Германии так не считают.
Возьмите хотя бы немецкоязычную «Википедию» (не говоря уже о более серьёзной литературе). Там Tschistyje Prudy упоминаются как важный населённый пункт в Калининградской области с точки зрения германского религиозного мировоззрения. Немцы делают акцент на том, что евангелистская кирха, в которой сейчас находится музей Донелайтиса, является «единственной кирхой во всём Калининградском регионе, которая был восстановлена в советские годы после разрушения» (в 1950 году в церкви произошёл пожар). Да и сам Кристионас Донелайтис упоминается в крепкой связке с реваншистским понятием «Малая Литва».
Анализируя карту объектов немецкого влияния на территории Калининградской области, приходишь к мнению, что львиная доля этих объектов завязана на религиозную основу. Прежде всего, это 36 евангелическо-лютеранских приходов (наверное, совпадение, что столько же — тридцать шесть — объектов курирует в Калининградской области власть и общество земли Шлезвиг-Гольштейн). Идею образования (сами немцы называют «возрождения») евангелическо-лютеранской церкви в Калининграде привнёс германский пастор Курт Байер из Дрездена, прибыв в Калининград в 1991 году. В 1994 году на католическое Рождество в Калининграде была зарегистрирована община евангелическо-лютеранской церкви.
Но ещё раньше в Калининград пришли представители новоапостольской церкви. По данным калининградского историка Игоря Гурова, первые новоапостольцы появились в регионе в 1989—1990 годах под влиянием пропаганды ряда германских предпринимателей, посетивших Калининград после того, как депутаты горсовета единоличным решением сняли статус закрытого города. В настоящее время Калининградская область по сплочённости новоапостольцев стоит в России на третьем месте после Свердловской и Мурманской областей.
Стоит также остановиться на организации «Помощь Кёнигсберга», филиалы которой в 2003 году были сконцентрированы в курортных приморских городах Калининградской области. «Помощь Кёнигсберга» также тесно сотрудничает с религиозными структурами Германии. Прежде всего, фонд работает с церковью Святого Петра и католическим благотворительным центром «Каритас».
Фонд принимал от немцев пожертвования, одежду, продукты, чтобы потом транспортировать в Калининград. Симптоматично, что в самой Германии организация называется реваншистски — «Помощь Кёнигсберга» (даже сайт имеет название koenigsberghilfe). Однако, понимая провокационный характер имени, организаторы просили сердобольных соотечественников паковать подарки с причёсанной надписью «Поддержка Калининграда». На другом немецком сайте со схожим названием мы видим фотографии калининградских детей на фоне сельской безнадёги под рубрикой Leben in Königsberg («Жизнь в Кёнигсберге») и подписью «Условия жизни в Кёнигсберге для многих людей очень схожи».
…Итак, этой карте уже 14 лет. Конечно, за это время многие объекты канули в Лету. Например, в 2015 году по решению суда была ликвидирована НКО «Ясно-Полянский союз немецко-русской культуры «Тракенен», а её руководителю Димитару Муниру запрещён въезд в Россию. Закрыт влиятельный Немецко-Русский дом, который организовывал загадочные «пункты встречи» преимущественно в восточной части Калининградской области.
Но наивно полагать, что за эти годы число объектов, выступающих инструментами германизации, сократилось. Проблема даже не в этом. Потенциал, заложенный в те годы, дал главный результат. Масса жителей Калининградской области начала географически осознавать себя живущей в Кёнигсберге, Тильзите, Инстербурге и пр. Посмотрите на самоидентификацию таких людей в соцсетях.
Недавно я общался с польским историком Михалом Глоком, который был поражён, как в «Фейсбуке» известные в Калининградской области журналисты и деятели культуры пишут в справке: «Живу в Кёнигсберге».
«Поляк никогда не напишет у себя в «Фейсбуке», что он живёт в Данциге, Эльбинге или Алленштайне, — сказал польский историк. — Представить себе такое невозможно! Мы считаем полученные немецкие земли исторически своей землёй, и если они и были немецкими, то это произошло вследствие немецкой оккупации. Под это дело с начала образования Польской Народной Республики была заточена польская историческая наука».
На мой взгляд, стратегической ошибкой в СССР было то, что после войны советская историческая наука не начала системно работать по созданию мощного краеведческого пласта, где утверждалось бы, что Калининградская область — древняя славянская земля, а немцы исторически являются оккупантами этой земли. Ведь Сталин дал верный сигнал советскому и мировому обществу, заявив на Ялтинской конференции, что передаваемая СССР часть Восточной Пруссии с Кёнигсбергом были исконно славянскими землями. Но со смертью Сталина похоронили и эту идею.
В советское время ситуацию с историческим самосознанием калининградцев решили радикальным методом — закрыв Калининградскую область от внешнего мира и истории. Но, как известно, свято место пусто не бывает. Как только Союз рухнул, Германия, пользуясь политическим хаосом, идеологически оккупировала Калининградскую область.
Германия активировала диаметрально противоположную идеологему: Калининградская область — «исконно немецкая земля». Но чтобы у граждан России не произошло отчуждения от этой формулы, Германия поставила цель (и частично выполнила её) — влюбить калининградцев в немецкое прошлое. Поэтому калининградцы собирают немецкие пуговицы и кусочки черепицы, чего никогда, как признаётся Михал Глок, не делают поляки. Калининградцев заставили влюбиться в чуждую культуру и воспринимать её своей — на деле же немецкой.
В той же Польше если и есть некое заигрывание с немецким культурным наследием, то оно строго коммерциализировано, потому что в Польшу массово едут немецкие туристы (потомки живших в этих городах), которые приносят весомую прибыль в казну городов.
«Но к вам в Калининград немецкие туристы практически не ездят, а город завален немецкими вывесками, немецкими памятниками, немецкими праздниками. Это говорит о том, что вы делаете всё это не для приезжих немцев-туристов, а для себя, так как вы уже считаете себя немцами», — полагает польский историк.
С этим трудно не согласиться.