Трампу следует взвешенно подойти к отношениям с Ираном — National Interest
На фоне ухода советника национальной безопасности и большого противника Ирана Майкла Флинна из администрации президента США Дональда Трампа Вашингтону следует более взвешенно подойти к сдерживанию влияния Ирана на Ближнем Востоке, при этом любые шаги должны делать с учетом американских, а не израильских интересов, пишут Аарон Дэвид Миллер и Ричард Сокольски в статье для The National Interest.
Автор подчеркивает, что конфронтация с Ираном без учета потенциальных рисков и последствий не приведет США к желаемым результатам. Так, Белый дом должен ввести санкции против Ирана за нарушение резолюции Совбеза ООН, США также следует следить за тем, чтобы Тегеран строго придерживался условий ядерной сделки. Запретительные меры США должны ввести и против группировки «Хезболла» за террористическую деятельность.
Однако есть ли у Вашингтона воля, способности и союзники, чтобы эффективным образом сдержать Иран? Хотя стучание себя в грудь и позволит администрации почувствовать себя сильнее, но возможности администрации даже сдерживания, не говоря уже о сокращении иранского влияния, значительно ограничены ввиду географических, демографических и политических преимуществ Ирана, а также поддержки его союзников.
Более того, США нужны сотрудничество с Ираном и боевой потенциал шиитских вооруженных формирований, находящихся под контролем Тегерана, для уничтожения ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Вашингтону нужно также поддерживать взаимодействие с иракским правительством, находящимся под влиянием Исламской республики.
Основной задачей для вооруженных сил США и Ирака является освобождение Мосула от боевиков ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), а также предотвращения появления исламистов в других частях страны. Поэтому последнее, что сейчас нужно администрации США, — это опосредованная война с Ираном, которую США не могут выиграть. Неудивительно, таким образом, что в Департаменте обороны США с большой осторожностью отнеслись к предложению отнести Корпус стражей исламской революции в категорию террористических организаций.
В Сирии США связали себя со слабой и дезорганизованной оппозицией, противостоящей Ирану, на стороне которого больше активов в регионе, в том числе боеспособные шиитские формирования. Иран также пользуется поддержкой России в этой стране. Что важнее, Сирия играет крайне большую роль для интересов Ирана, который стремится защитить алавитов и сохранить доступ к Ливану. Поэтому пока администрация Трампа будет считать уничтожение ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) приоритетной задачей в Сирии, считает возможным сотрудничество с Россией в этой борьбе, а также будет выступать за сохранение ядерной сделки с Ираном, Вашингтон не будет проявлять рвения в том, чтобы начать конфронтацию с Тегераном в Сирии.
В свою очередь, в Йемене Тегеран выступает на стороне хуситов — закаленных в боях воинов, пользующихся поддержкой предыдущего правительства. Из-за безответственной и неэффективной кампании нанесения бомбовых ударов Саудовской Аравии популярность хуситов только возросла. Что в этих условиях будет делать Вашингтон для сдерживания Ирана? Если расширить поддержку Белым домом кампании коалиции во главе с Эр-Риядом, это еще больше испортит репутацию США. Если поддержать одну сторону конфликта против хуситов, США еще больше завязнут в гражданской войне, при этом не обладая каким-либо значительным влиянием на месте. Захват иранских судов, направляющихся с оружием в Йемен, вряд ли будет эффективным. Такой шаг также чреват серьезной конфронтацией с Ираном. Более того, единственным жизненно важным интересом США в Йемене является уничтожение группировки «Аль-Каида на Аравийском полуострове» (АКАП) (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В том же заинтересован и Иран.
Автор тем не менее отмечает, что, по меньшей мере, пока громкие слова не соответствуют делам. Так, несмотря на заявления Трампа о готовности отказаться от сделки с Ираном, пока этого не произошло. И несмотря на все шаги администрации в отношении Ирана, пока она проявляет невиданную для себя сдержанность.
Это динамика может измениться, если Иран начнет провоцировать администрацию, например, с помощью своих ВМФ. Однако, если занять жесткую позицию по отношению к Тегерану и не обдумать последствия такого шага, это может подорвать и лидерство, и репутацию США и их руководства. И хотя Израиль уже строит грандиозные планы создания антииранской оси с умеренными арабскими странами, Иран — крупная страна, и его влияние будет сдержать трудно, не говоря уже о его сокращении.
Вместо того, чтобы выступать необдуманно в поддержку израильских интересов, с помощью мудрой и реалистической политики удастся избежать антииранских авантюр и сфокусироваться на сдерживании Тегерана там, где его стремления к региональной гегемонии угрожают жизненно важным интересам США, а именно в уничтожении ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), сохранении доступа к энергоносителям и предотвращения ядерного распространения. США также следует и сотрудничать с Исламской республикой там, где это взаимодействие способствует продвижению интересов США, например, в противодействии суннитскому терроризму, стабилизации Ирака и поддержания сделки с Ираном. Благодаря мудрой политике США смогут избежать возможности погрязнуть в еще одном региональном конфликте, а также необходимости выполнять повестку дня своих союзников, когда это идет вразрез с интересами США.
Таким образом, эффективный подход США к Ирану будет означать защиту союзников и партнеров Белого дома от нападок Тегерана, использование силы для защиты свободы морского судоходства в Персидском заливе, предотвращение иранских или спонсируемых Ираном терактов против объектов и контингента США и ответы на них. Вашингтон также будет должен применить силу, чтобы не дать Исламской республике отказаться от условий ядерной сделки.
Важнее, вероятно, то, что администрации Трампа необходимо хорошо подумать о том, чего она хочет добиться в регионе и до каких пределов готова дойти в ужесточении своих позиций по отношению к Ирану. Если у администрации нет четкого понимания результата, она окажется в крайне невыгодном положении конфронтации с Ираном в условиях, когда интересы США не поставлены на карту и, когда противодействие с Ираном лишь усугубит ситуацию.