«Например, если актив был приватизирован в начале 90-х годов по согласованию только с регионом, без участия федерального центра, федеральное правительство в то время само упустило из внимания эти сделки. Сейчас не буду говорить, сознательно это было сделано или нет, неважно. Но факт остается фактом. Правительство не проконтролировало, не сделало то, что должно было сделать в соответствии с тогдашней нормативной базой. А значит, претензии к нынешним собственникам активов неуместны. Особенно к тем, кто нормально, успешно работает, решает социальные вопросы, помогает обеспечивать национальную безопасность», — сказал президент.
Также глава государства отметил, что возврат в государственную собственность ряда активов не является пересмотром итогов приватизации — речь идет о случаях, «когда действия или бездействия собственников предприятий имущественных комплексов наносят прямой ущерб безопасности страны и национальным интересам». «Хочу еще раз обратить внимание и коллег в этом зале, и в правоохранительных органах: изъятие бизнеса оправдано только в той ситуации, о которой было только что мною сказано», — подчеркнул Путин.
За последний год Генпрокуратура неоднократно инициировала иски о передаче частных промышленных компаний в собственность государства в связи с незаконной приватизацией. Один из последних случаев — Ивановский завод тяжелого станкостроения, который, как утверждала Генпрокуратура, перешел в частные руки без разрешения правительства. По аналогичной причине в начале февраля ведомство потребовало конфисковать три завода Челябинского электрометаллургического комбината (ЧЭМК). 26 февраля суд передал государству акции заводов группы ЧЭМК.
О разработке поправок в законодательство, направленных на защиту прав добросовестных собственников бизнеса от деприватизации, в конце февраля сообщил президент РСПП Александр Шохин. Он отметил, что еще осенью прошлого года доложил о законопроекте Путину. Тот, по словам Шохина, на встрече с РСПП сказал, что «надо закрыть эту страницу с приватизацией». Замминистра финансов Алексей Моисеев позднее рассказал, что Минфин привлекает лучших специалистов в области юриспруденции и ведет «глубоко философскую» работу, чтобы защитить инвесторов от пересмотра итогов приватизации, в том числе занимается вопросами возмещения ущерба. Вместе с тем он не исключил, что, когда проводилась приватизация, сделки очень часто проходили с нарушением законов.
Путин и ранее говорил, что ни о какой деприватизации или огосударствлении экономики речи не идет. На коллегии Генпрокуратуры в конце марта он заявил, что работа прокуроров в этом направлении оправдана в тех случаях, когда «активы были приобретены в обход, с нарушением закона и, более того, используются во вред государству». В сентябре прошлого года Путин также обещал, что деприватизации в России не будет и «кошмарить» никого не собираются.