Приключенческий фильм «Золото Умальты», рассказывающий о преступлении вековой давности в Хабаровском крае, показал впечатляющие результаты по итогам первых десяти дней проката. Только за первые трое суток картина собрала кассу в размере более 30,3 миллиона рублей и стабильно держится в прокатном топе уже на протяжении двух уик-эндов. Артист краевого музыкального театра Денис Желтоухов, который сыграл роль управляющего рудника, рассказал «АиФ-Дальинформ», как проходил съёмочный процесс, что нового «Золото Умальты» принесло в российский кинематограф и есть ли теперь у Дальнего Востока перспективы в области киноиндустрии.
«Работали без суеты и нервов»
— Как вам удалось попасть в актёрский состав «Золота Умальты»?
— Когда концепция фильма находился на стадии разработки, режиссёр Андрей Богатырёв предложил губернатору Дегтярёву пригласить каких-нибудь хабаровских артистов — было бы логично, чтобы в фильме, где местом действия выступает Хабаровский край, сыграли местные. Со мной связались, предложили сняться — я отказываться не стал. И как мне кажется, правильно поступил.
— Как протекал процесс съёмок? Было ли легко работать на площадке?
Режиссёр сделал так, что мои эпизоды записали в самом конце съёмочного процесса, чтобы я как приезжий с Дальнего Востока не был вынужден мотаться туда-сюда. В субботу я прибыл в Питер, а уже в воскресенье, в 5:30 утра, приехал в карельскую тайгу — там снимался бунт каторжников на золотом прииске и сцена, где я помогал Самойленко-Булыгину нанимать «солдат удачи». Он и другие актёры работали профессионально. Ничего лишнего, никакой суеты и нервов — все работали в замечательной, доброй и душевной обстановке.
— Довольны ли вы тем, как отыграли свою роль, и хотите ли сниматься в аналогичных фильмах в дальнейшем?
— Мне себя оценивать очень сложно, я этого делать не люблю. Но хотел бы отметить, что когда я сидел по ту сторону экрана на премьере в Москве, стыда не испытывал. Если Андрей Богатырёв или любой другой режиссёр захочет меня снять ещё раз, соглашусь с большим удовольствием.
Что касается роли, я не ищу какого-то конкретного типажа — готов пробоваться и в других жанрах, не только в детективах и вестернах. Современное кино для меня полегче, историческое — сложнее. Но что первостепенно — это интерес режиссёра к своему проекту и хороший сценарий.
— В чём, по-вашему, заключается главный посыл фильма? Чем он так «зацепил» аудиторию?
Основообразующая идея звучит так: золото — это зло. Сам по себе посыл не нов: все книги и фильмы про золото, которые я когда-либо читал и видел, никогда не заканчивались хэппи-эндом. Но фильм подходит к проблеме более многогранно: главный герой-золотопромышленник угнетал рабочих, не доплачивал им, плохо относился. История с самого начала была нечестная. А когда украденное золото начали искать «солдаты удачи», это закончилось трагедией.
Погоня за богатством неизбежно оборачивается враньём, алчностью, предательством — таких идей наш кинематограф не высказывал давно. Во время премьеры я не скучал, мне было интересно следить за сюжетом. Возможно, не помешало бы добавить чуть-чуть юмора — но в целом того, что я увидел, вполне достаточно.
«Наступила пора снимать смотрибельное кино»
— Только за первые трое суток «Золото Умальты» собрало в прокате свыше 30 миллионов рублей. Картину посмотрели сотни тысяч зрителей по всей стране. Как оцениваете такие результаты?
— Я посещал премьеру и уже тогда мог сказать — эти цифры были вполне ожидаемы. Наш зритель давно не видел такого фильма, где острый исторический сюжет соединён с детективом.
— Как мы видим, жанр истерна очень перспективен и находит большой отклик у зрителей. Почему раньше на него не обращали внимания?
— В нашей стране первопроходцем жанра стал фильм Никиты Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих», но после этого ничего подобного не снималось. Возможно, виной тому бедственное положение, в котором российский кинематограф находился в 1990-е годы. Но всему своё время — и сейчас, видимо, наступила пора снимать смотрибельное кино.
Другой причиной отсутствия подобных фильмов могла стать и дороговизна съёмок. Одно дело боевик с компьютерными спецэффектами, совсем другое — исторический детектев. Пролёты, виды, натуралистичные экшн-сцены, как, например, падающая телега с золотом — требуются большие усилия, чтобы всё это обставить и снять. Поэтому к жанру обращались не так часть, однако теперь это может войти в моду.
— По-сути, фильм стал дебютом для Хабаровского края — раньше не было таких кинолент, ориентированных на массового зрителя, действие которых происходит в нашем регионе. Сможем ли мы «поймать волну» и ещё раз заявить о себе в широком прокате?
— Как мне видится, Михаил Владимирович крепко взялся за эту историю с кино. У нас, действительно, есть очень живописные локации, подходящие для съёмок — на Петропавловском озере, в селе Пивань возле Комсомольска-на-Амуре. Миллион мест можно найти — натура у нас богаче, чем по ту сторону Уральских гор.
Помимо природных красот, нам есть и о чём рассказать. Взять, к примеру, нанайское село Сикачи Алян. Оно может стать местом действия фантастической истории о древнем народе, который жил здесь 8 тысяч лет назад. Да, мы находимся далеко от Москвы, но дело не только в затратах и расстоянии. Если у киноделов будет желание, будут появляться и новые проекты.
— Какую выгоду мы сможем из этого извлечь?
Если другие режиссёры последуют примеру Андрея Богатырёва, который проявил проницательность и снял «Золото Умальты», в отечественном кинематографе сложится тренд на Дальний Восток. Люди поедут смотреть на наши красоты, знакомиться с местной культурой, и туризм в регионе будет развиваться.
— Есть ли в Хабаровском крае актёры, достойные сняться в кино, которое будут смотреть во всей России?
— Практически в каждом нашем театре — и в краевом театре драмы, и в музыкальном — я могу выделить по три-четыре очень классных артиста, которые в мастерстве совершенно не уступают московским и петербургским коллегам по цеху. Знаю таких и на Сахалине, и на Камчатке. У многих сочетаются и талант, и большой сценический опыт.