American Conservative: США не смогут развалить Иран так же, как и СССР
Вашингтон, 7 августа, 2018, 11:00 — ИА Регнум. Проводя политику максимального давления против Ирана, неоконсервативные круги в США запустили ностальгический нарратив: администрация президента США Дональда Трампа, по их мнению, может свергнуть власть в Иране так же, как администрации его предшественника Рональда Рейгана удалось победить и расчленить Советский Союз, пишет Барбара Славин в статье для американского издания The American Conservative.
Подобные аналогии проводит, в частности, Фонд защиты демократии (Foundation for Defense of Democracies), который выступает за принятие драконовских мер против исламской республики. Его аргументацию можно было легко заметить в недавней речи главы государственного департамента США Майка Помпео, с которой он выступил в библиотеке им. Рейгана. В ней он подчеркнул, что в Иране по-прежнему действует революционный режим, «нацеленный на распространение революций в других странах, если необходимо — с помощью силы».
Читайте также: Госсекретарь США сравнил руководство Ирана с мафией
Автор напоминает, что стратегия противостояния и развала Советского Союза заключалась в военном и экономическом давлении, сопряженном с тем, чтобы уделять особое внимание нарушению прав человека и коррупции, а также поддержке Вашингтоном местных диссидентов. Такое сравнение с Ираном ошибочно по ряду показателей, и даже там, где уместно говорить о схожих чертах СССР и ИРИ, подобный план, воплощаемый администрацией Трампа, едва ли увенчается успехом.
Хотя неоконсерваторы изображают Иран в качестве глобальной страшилки наравне с Советским Союзом, утверждая, что исламская республика должна стать приоритетной целью Трампа, сама страна является не чем иным, как средней по мощи державой в регионе, откуда большинство граждан США, в том числе сам Трамп, хотели бы уйти.
Иран так и не смог успешным образом произвести экспорт своей уникальной теократической системы, даже в соседний Ирак, в котором большинство населения составляют шииты, или в Ливан, где шиитов тоже немало и действует сильный союзник Тегерана «Хезболла». Советский Союз, в свою очередь, доминировал над Восточной Европой на протяжении четырех десятилетий и поддерживал коммунистические партии по всему миру, в том числе в Иране, когда там правил шах. Он «вторгался» в другие страны по «собственному желанию», в том числе в Чехословакию весной 1968 года, а также в Афганистан в 1979 году для поддержания дружественного режима.
Советский Союз также был равной по силе США ядерной державой, обладая огромным арсеналом этого оружия массового поражения. Иран же так и не разработал ядерное оружие, а его дальнешие работы в этой области можно было сдерживать на протяжении целого десятилетия, если бы США вернулись к соблюдению Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — подписанной в 2015 году ядерной сделки — или если бы СВПД каким-либо образом смог пережить односторонний выход США.
Сравнение с Советским Союзом, по мнению Славин, уместно в плане экономики, хотя и по разным причинам. Администрация Рейгана смогла позволить себе больше в гонке вооружений, чем Советский Союз, который оказался неспособен удовлетворять растущие требования своих потребителей и поддерживать свое военное преимущество и альянсы, в том числе войну в Афганистане. Администрация же Трампа пытается добиться коллапса иранской экономики посредством санкций, которые отпугнули крупные многонациональные компании и уничтожили уверенность в иранской валюте.
Автор указывает, что как в СССР, так и в Иране были построены автократические системы, которые подавляют выражение своих политических взглядов и отправляют в заключение диссидентов. Вполне уместно для США и других стран делать эти нарушения достоянием общественности, а также добиваться наказания тех, кто несет за них прямую ответственность.
Тем не менее, когда в администрации Трампа осуждают «мафиозное» правительство, возглавляемое «лицемерными святыми людьми», они наносят вред своей репутации, поскольку демонстрируют вопиющие двойные стандарты. Ведь именно глава этой администрации — президент Трамп — назвал северокорейского лидера Ким Чен Ына «достойным» человеком, участвовал в танцах с саблями в Саудовской Аравии, а также льстил внушающим оторопь лидерам Филиппин и Египта.
В свое речи Помпео указал на то, что США каким-то образом будут поддерживать иранских демонстрантов, которые неоднократно выходили на улицы городов республики с конца прошлого года. Эта поддержка тем не менее не распространяется на тех граждан Ирана, которые могли бы перебраться в США, в отличие от Рейгана, который принял в стране советских изгоев и всех, кто бежал от преследования.
Благодаря запрету на въезд, законность которого недавно подтвердил Конституционный суд, бо́льшая часть граждан Ирана не может посетить США. И хотя научный обмен по-прежнему технически возможен, «доскональные проверки», а также страх работающих в США выходцев из Ирана, что после своего выезда из страны по той или иной причине они больше не смогут вернуться, в значительной степени подрывают ключевой аспект этой публичной дипломатии старого типа.
Между Ираном и США нет дипломатических связей, которые сыграли столь важную роль в продвижении межличностных контактов США с Советским Союзом. Сама Славин в 1970-х годах принимала участие в программе обмена студентами, благодаря которой произошла «гуманизация» Советского Союза в глазах американских гостей. Помогла и улучшить образ граждан США в Советском Союзе.
К сожалению, лишь незначительное число граждан США понимает реалии современного Ирана, из-за чего они легко поддаются пропаганде тех, кто стремится показать страну в исключительно негативном свете. Если бы, несмотря на все противоречия, администрация Трампа действительно выбрала путь Рейгана, она бы не только отменила запрет на въезд, но и искренне стремилась к возобновлению переговоров по развитию ядерной сделки.
Вместо этого администрация Трамп своими шагами подталкивает Тегеран к тому, чтобы не соблюдать условия сделки, а также требует от исламской республики капитуляции во внутренней и внешней политике. Данный подход, почти без сомнений, гарантирует, что в Иране не будет своего «аятоллы Горбачева», готового и способного идти на разрешение давних противоречий между Вашингтоном и Тегераном и на дальнейшую либерализации иранского общества.