Прыжок Эрдогана через референдум
Председатель Высшей избирательной комиссии Турции Сади Гювен сообщил, что 16 апреля 2017 года в стране состоится референдум по поправкам в Конституцию страны. Будут открыты 64 тысячи избирательных участков для 55 млн 336 тыс. 960 избирателей. Кроме того, за пределами Турции находятся еще 2 млн турецких избирателей, которые смогут воспользоваться правом голоса в диппредставительствах в 57 странах мира. Это сообщение последовало после того, как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган ратифицировал пакет конституционных поправок, касающихся введения президентской системы правления в республике.
Сразу бросаются в глаза особенности принципиального свойства. Референдум будет проходить в условиях чрезвычайного положения, введенного после неудачной попытки государственного переворота в июле 2016 года. В правительстве уверяют, что «референдум пройдет при любых обстоятельствах», и что его проведение в режиме чрезвычайной ситуации «не вызывает беспокойства». 19 апреля истекает срок чрезвычайного положения, введенного в Турции после неудачной попытки государственного переворота в июле 2016 года. Его отмена далеко не факт. Поэтому представители оппозиции опасаются, что в этом случае исход голосования не может отражать волю народа. Еще одна особенность: все поправки в Конституцию прошли в редакции правящей партии «Справедливость и развитие» (ПСР) и вступившей с ней в альянс Партии националистического движения (ПНД).
Некоторые статьи предложения по изменению Конституции, с первых дней ставшие поводом для продолжающихся и по сей день дискуссий, содержат новые для Турции положения. Статья 18 предложения по изменению Конституции регулирует понятие партийности президента. Согласно этой статье, вводится понятие «партийного президента»
или «президента, являющегося также руководителем партии». Статья 16, вносящая изменения в систему правительства, отменяет «Совет министров». Полномочия и функции исполнительной власти будут переданы президенту согласно Конституции и законодательству. В этой статье, вносящей изменение в пункт, связанный со структурой Совета национальной безопасности (СНБ), указано: «Президент будет нести ответственность перед Великим национальным собранием Турции (ВНСТ) в части обеспечения национальной безопасности, а также подготовки Вооруженных сил к защите родины». Статья 8 предоставит президенту полномочия по изданию президентского указа «по вопросам, касающимся исполнительной власти». Президент будет наделен полномочиями премьер-министра и сможет принимать по своему усмотрению необходимые меры путем установления политики национальной безопасности.
Статья 13, регулирующая военные суды, препятствует созданию «военных судов, кроме дисциплинарных судов». В поправке значится следующее: «Военные суды могут быть созданы только в случае войны и для рассмотрения судебных исков по преступлениям, совершенным военнослужащими в рамках своей должности». Статья 12 предложения, регулирующая «управление чрезвычайным положением», предоставляет президенту право объявления чрезвычайного положения. Согласно статье 11, президент будет обладать полномочием распускать парламент в любое время. В случае, если парламент внесет изменения в систему избрания президента, тогда действующий президент, находящийся на втором сроке, сможет избираться на новый срок, не ограничиваясь вторым сроком. Статья 6 лишает депутатов полномочий задавать вопросы главе исполнительной власти. Статья 5 освобождает парламент от полномочий по проверке Совета министров. Статья 3 снижает возрастной порог по избранию на пост депутата с 25 до 18 лет.
Сразу после получения парламентом 18 статей с предложениями по изменению Конституции стали обсуждаться результаты опроса и комментарии экспертов, относительно результатов референдума. Последний опрос общественного мнения, обнародованный Университетом Кадира Хаса, поверг в шок ПСР и дворцовый фланг. 71 человек из 100 ответил: «В Турции экономический кризис. Зачем во время кризиса проводить референдум и менять систему»? Если по результатам референдума Эрдоган объявит, что набрал 60% голосов, к чему собственно и подготавливают его СМИ, останется ли структура, которая займется проверкой честности референдума? Разве есть какой-либо орган с полномочиями Высшего совета по выборам, способного заявить, что на выборах отмечались нарушения? Хотя, в сущности, президенту уже нечего терять и референдум — это его серьезный шанс. В определенном смысле референдум — это референдум по подтверждению законности Эрдогана. Если президент проиграет на референдуме, он утратит и свою легитимность. Поэтому он очень рискует.