Помните музыку на подиумах «Ф-1»? Кажется, она с гонками всегда, но на деле появилась только в эпоху Шумахера
Слушаем.
Церемония вручения трофеев в гонках «Формулы-1» – настолько тщательно прописанный ритуал, что многие болельщики знают его наизусть: три счастливых призера выходят по очереди на подиум, слушают национальные гимны в честь победителей, вместе с представителем лучшей команды получают из рук организаторов Гран-при кубки, а затем разбрызгивают шампанское.
Последнее действо проходит под разудалый классический марш, который сегодня настолько прочно ассоциируется с «Ф-1», что кажется, будто он играл на подиумах всегда.
Музыка на подиуме появилась относительно недавно
На самом деле двухминутный отрывок из знаменитой оперы стали включать всего лишь в середине 90-х – в былые времена гонщики обливались шипучим напитком под одобрительные возгласы окружающих, а делать это под музыку начали только с сезона-1993. Прост, Сенна, Шумахер и Хилл одними из первых стали трясти бутылки… под оду «К радости» Бетховена.
Традиция, очевидно, быстро прижилась, но с выбором музыки было явно что-то не то – произведение Бетховена было одновременно гимном Евросоюза, да к тому же больше подходило чему-то возвышенному, а потому плохо сочеталось с озорством пилотов, которые заливали напиток соперникам за шиворот.
И уже в 1996-м Международная автомобильная федерация (ФИА) включила в церемониальный протокол другую мелодию – увертюру из оперы «Кармен».
«Кармен» плохо стартовала, но позднее стала сверхпопулярной
Сегодня в это сложно поверить, но когда французский композитор Жорж Бизе поставил «Кармен» в 1875 году в Париже – зрители возмутились. Благочестивая публика была шокирована историями испанских воров и контрабандистов, цыганок и работниц сигарной фабрики, тореадоров и женщин легкого поведения. Не любовная история, а какой-то криминал в простонародье – это что вообще? Знакомые после премьеры хвалили автора сдержанно и только из чувства приличия, а все остальные критиковали открыто, много и яростно.
Бизе умер в том же году – ему было всего 37! – и этот факт добавил скандальности произведению, поскольку многие считали, что композитор попросту не пережил волны незаслуженной критики. Однако на противоречивую постановку люди все равно ходили (из любопытства), а после небольших правок реакция и вовсе изменилась.
От оперы Бизе в восторге были Ницше и Брамс, Вагнер и Чайковский. Последний даже предрекал ей гигантский успех в будущем. И неудивительно – из-за множества ярких и запоминающихся мелодий, драматичного сюжета и моря чувств.
Никто не знает, кто придумал включать на подиуме увертюру из «Кармен», но все указывает на Экклстоуна
До сих пор никто не признался, кому пришла мысль позаимствовать отрывок из «Кармен» в «Формуле-1», но по косвенным признакам можно сделать вывод, что за выбор отвечал лично Берни Экклстоун, бывший в те годы фактически единоличным управляющим чемпионата мира. Конечно, формально за правила отвечает ФИА, но ее президент Макс Мосли (занявший высший пост в реформированной структуре в 1993 году) считался близким соратником Экклстоуна и охотно соглашался на разные предложения владельца коммерческих прав.
Добавьте к этому еще два важных момента: Экклстоун всегда безумно много внимания уделял мелким организационным деталям; а еще ни одно подобное решение (включать или выбирать музыку) не мог ни один рядовой сотрудник ФОМ или Федерации. Все решения обязательно замыкались на Берни.
Легко представить, что англичанин неоднократно задумывался о несоответствии происходящего на подиуме со звуковым фоном и размышлял, как добавить огонька. И когда придумал – отправился с предложением к Мосли.
Но почему именно «Кармен»?
С выбором жанра все понятно – классическая музыка не устареет через пять, десять или тридцать лет и позитивно оценивается почти всеми (а еще не требует авторских отчислений!). Ну а если выбирать из классики – то следует обращаться к чему-то, что у всех на слуху. Кроме того, нужна живая и легкая мелодия – все-таки на подиуме предполагается веселье.
Как насчет одной из самых известных опер мира? Каждый год великое творение Бизе на разных сценах ставят по 600-800 раз! К тому же вступление достаточно услышать лишь однажды, чтобы запомнить на всю жизнь.
Даже название идеально подходит для тех, кто выступает за рулем гоночной машины: Carmen – это же Car men! И, наконец, мотив из увертюры повторяется во втором акте оперы – когда свою песнь исполняет тореадор Эскамильо. А ведь гонщики тоже своего рода тореадоры, которым суждено или укротить дикую технику, или погибнуть.
С включением отрывка из «Кармен» в подиумной церемонии все встало на места: бодрый марш тореадоров идеально подошел к праздничному настроению и расплескиванию шампанского, и сегодня представить вместо этой мелодии что-то другое уже попросту невозможно. Получилось гениально.