Конфликт Трампа с Ираном станет трагедией для Кавказа
Время «тостов» и громких обещаний «осушить вашингтонское болото» уходит, начинается эпоха конкретных действий. Постепенно идет «тонкая настройка» внешнеполитического механизма, определяются приоритеты и ключевые направления деятельности. Разумеется, нет недостатка в заявлениях и предположениях относительно последствий «смены караула» в Вашингтоне для регионов Кавказа и Ближнего Востока.
Некоторые серьезные перемены во внешней политике США не заставили себя долго ждать: в частности Трамп, как и обещал, подписал указ о выходе своей страны из Транстихоокеанского партнерства. Продолжение начатого при Буше и Обаме строительства стены на границе с Мексикой вряд ли можно назвать сенсацией, но вот указ от 27 января «О защите страны от въезда иностранных террористов» (куда попал Иран, но не попали аравийские монархии Персидского залива) вызвал активное противодействие внутри страны. Обещания перейти к совместной с Россией борьбе с террористами в Сирии пока не наполнены конкретикой, и вряд ли гипотетические планы на этот счет будут выходить за жесткие рамки «выборочного партнерства», как его видит бывший главнокомандующий Объединенными вооруженными силами НАТО в Европе Джеймс Ставридис: «Мы должны противостоять России, когда это необходимо, и сотрудничать везде, где можем. Думаю, команда Трампа примет этот подход».
При этом иллюзии вокруг мифического «изоляционизма» новой американской администрации постепенно развеиваются, уступая место более трезвым и реалистичным оценкам. Так, наивные ожидания некоторых завсегдатаев ток-шоу российских федеральных каналов по поводу возможной отмены антироссийских санкций были дезавуированы представителем США в ООН Ники Хейли. Напомним, преемница одиозной Саманты Пауэр заявила о том, что санкции против России должны сохраняться до тех пор, пока Крым не будет «возвращен» киевскому режиму. По мнению главы Института внешнеполитических исследований и инициатив Вероники Крашенинниковой, «цели администрации Трампа остаются теми же, что были у администрации Обамы, однако реализовывать их они будут гораздо более жесткими средствами. Компромиссы уходят с политической сцены, и Трамп, по всей видимости, будет делать политику так, как раньше он делал бизнес, разговаривая со всеми государствами в режиме сделки на своих условиях».
Несмотря на известные проблемы и вероятные «фронты», вроде калифорнийского, Соединенные Штаты по-прежнему остаются наиболее влиятельной сверхдержавой мира, и не приходится удивляться частоте упоминаний ее нового президента, мнение которого по тому или иному вопросу пытаются разгадать представители экспертно-аналитического сообщества той или иной заинтересованной стороны. Скажем, в Грузии будут демонстрировать свою важность для НАТО, тем более что от былой скептической риторики миллиардера в отношении Североатлантического альянса, похоже, скоро не останется и следа. Нет ничего удивительного и в том, что в Баку или Ереване едва ли не под лупой изучают буквально каждое слово и выражение лиц из окружения Трампа по карабахскому вопросу, пытаясь уловить нюансы и разгадать сокровенные мысли новых обитателей вашингтонского олимпа. Проправительственные эксперты в Баку более чем уверены, что, в отличие от предшественника, при котором «азербайджано-американские отношения переживали не лучшие времена», сейчас все изменится. «Любой шаг нового президента Соединенных Штатов Америки в сторону Азербайджана выведет двусторонние отношения на новый уровень сотрудничества. Я лично ожидаю, что они значительно улучшатся, станут более доверительными и плодотворными», — заявил известный своими задорными эскападами глава бакинского Центра политических инноваций и технологий Мубариз Ахмедоглу. Соответствующую уверенность ему дает заявление Трампа о стремлении к невмешательству во внутренние дела других государств, что «безусловно, на руку и азербайджанской стороне». «Администрация Дональда Трампа не является проармянской, да и не отличается особой любовью к ним, — продолжает политолог, ранее решительно заявлявший о несомненной пользе для прикаспийской страны Хиллари Клинтон. — Поэтому я считаю, что и в процесс карабахского урегулирования президент Дональд Трамп может внести свою лепту».
Конечно, как мы покажем ниже, пока это является не более чем гаданием на кофейной гуще либо же попытками выдать желаемое за действительное. Пока что актуальные проблемы Кавказского региона, с трудом поддающиеся решению (если поддающиеся вообще), артикулируются в Америке не слишком активно. Так, в ходе слушаний в сенатском комитете по внешним делам утвержденный в должности госсекретаря Рекс Тиллерсон сделал достаточно стандартные и дипломатически выверенные заявления по карабахскому вопросу, Карабаху, Геноциду армян, армяно-турецким и армяно-американским отношениям. В частности он пообещал «работать с правительствами Армении и Азербайджана для нахождения мирного, долгосрочного решения, которое позволит обеспечить стабильность и процветание в регионе. Первым шагом в этом направлении должно стать установление доверия, чтобы быть уверенным, что все соглашения между сторонами будут соблюдаться». «Трагические события 1915 года остаются болезненным вопросом в отношениях между Арменией и Турцией, и в интересах США обеспечение мирных и стабильных отношений между этими двумя странами, — это уже о Геноциде. — Я буду поддерживать открытый диалог между Арменией и Турцией в интересах региональной стабильности. Неозвучивание США выражения «Геноцид армян» плохо характеризует наши ценности и поощряет продолжение таких преступлений. Я никогда не стесняюсь называть страны, действия которых противоречат ценностям США и нарушают права человека и международные нормы». Конечно, из этого заявления вовсе не следуют какие-либо кардинальные изменения в риторике официальных лиц США, особенно с учетом важности Турции для американской политики на Ближнем Востоке.
В статье пятилетней давности «Станет ли Южный Кавказ «второстепенным фронтом»?» на пике слухов о практически неминуемых американских бомбардировках ядерных объектов Ирана нашли отражение тревожные ожидания если не третьей мировой войны, то, по крайней мере, крупного регионального военного конфликта, который не мог не затронуть Кавказ хотя бы в силу географического соседства: «Страна, рискующая потерять глобальное лидерство, обязана нападать первой… Реализации американской стороной «экстремального» сценария в случае с Ираном, видимо, пока что-то препятствует, что, не исключено, дает определенный шанс не допустить наихудшего». Таким шансом стало подписание при активной роли России «Совместного всеобъемлющего плана действий» — соглашения по иранской ядерной программе между Ираном — с одной стороны и США, Россией, Китаем, Францией, Великобританией и Германией — с другой. Согласно широкому убеждению многих экспертов, частичная нормализация отношений с Ираном стала едва ли не единственным внешнеполитическим активом администрации глобалистов Барака Обамы (если не считать, конечно, таковыми разгул «арабской весны» и гражданскую войну на Украине, приведшие к гибели десятков и сотен тысяч людей).
Санкционное давление стало постепенно ослабевать, что позволило Москве закрыть контракт на поставку в Иран зенитно-ракетных систем С-300, прикрывающих в настоящее время его воздушное пространство (информацию о якобы имеющихся планах поставок Ирану комплексов С-400 посол России в Тегеране Леван Джагарян опровергает). И вот, похоже, наметившаяся было в 2014—2015 годах оттепель в отношениях между Вашингтоном и Тегераном уходит в прошлое — очень надолго, если не безвозвратно. Так, советник президента США по национальной безопасности Майкл Флинн, заявление которого было опубликовано 3 февраля на сайте Белого дома, возглашает: «Дни, когда Соединенные Штаты и мировое сообщество закрывали глаза на враждебные и воинственные действия Ирана, закончились».
В своем де-факто ультиматуме Ирану Флинн обвиняет его в реализации и поддержке насильственных действий, якобы дестабилизирующих Ближний Восток, назвав эту страну «ведущим мировым спонсором терроризма». Он выдвигает абсурдные утверждения о том, что высшее иранское руководство продолжает угрожать Соединенным Штатам и их союзникам: якобы за последние годы «воинственное и беззаконное поведение Ирана только возросло». В связи с этим напомним, что именно Иран, наряду с Россией и Турцией, стал одним из гарантов мирного процесса в Сирии (об этом мы писали в прошлом номере «Ноева Ковчега») и переговорного процесса в Астане, способного прекратить многолетнюю гражданскую войну и террористическую интервенцию на Ближнем Востоке, активно подпитываемую в том числе американскими спецслужбами…
По мнению Флинна, «международное сообщество слишком терпимо к плохому поведению Ирана. Ритуала созыва Совета Безопасности ООН на экстренное заседание и принятие сильного заявления недостаточно. Администрация Трампа больше не будет терпеть провокации Ирана, которые угрожают нашим интересам». Что США предпримут, если они, видите ли, «потеряют терпение», боевитый советник не распространяется, но новая волна антииранских мер — уже реальность. 4 февраля Госдеп объявил о введении санкций против ряда иранских компаний и физических лиц, связанных с иранской ракетной программой. Финансовое ведомство обновило список иранских должностных лиц, которым запрещается посещение Соединенных Штатов. И это, как заверяет в интервью Fox News сам господин Трамп — «только начало». Ибо «Иран нас (американцев) совершенно не уважает. Это же террористическое государство номер один. Они повсюду рассылают деньги и оружие». Новые ограничительные меры в отношении исполнителей ракетной программы Ирана и связанных с ней секторов экономики (иранских и зарубежных) готовит и американский конгресс. Штампуются доклады об «агрессивной политике Ирана в регионе» и о его «асимметричных возможностях» для противостояния США и Израилю. Среди рекомендаций — отказ от «ядерной сделки» с Тегераном и ужесточение санкционной политики. Как бы безумно это ни звучало, не исключается и перспектива обсуждения военных действий. Притом что баллистические ракеты Ирана, столь беспокоящие его отменно вооруженных оппонентов, являются не более чем инструментом сдерживания и сохранения стабильности в регионе.
Можно предположить, что столь явно демонстрируемая неадекватность относительно путей решения «иранского вопроса» получит и дальнейшее продолжение — например в виде попыток раскачать внутриполитическую ситуацию в Иране накануне предстоящих там летом президентских выборов. Собственно, первые всполохи мы уже видели, в том числе в виде активизации различных террористических группировок в приграничных районах страны, атакующих в том числе нефте‑ и газопроводы. По мнению некоторых специалистов, речь идет также о «давней зависимой ближневосточной политике США от Израиля. Союз с Израилем не дает американской дипломатии пространства для маневра, а в Тель-Авиве вопрос ставится жестко: или мы, или иранцы. В выборе нового президента США в пользу Израиля никто не сомневается». В этой связи не исключено, что планы по использованию территорий некоторых кавказских стран в качестве плацдарма для антииранской деятельности могут получить новое дыхание. Комментируя декабрьский визит Биньямина Нетаньяху в Баку, советник президента Ирана Али Аскар Солтание заявил об обеспокоенности азербайджано-израильским сближением в последнее время.
8 февраля по итогам российско-иранских консультаций в Москве были сделаны заявления сторон о решимости продолжать выполнение соглашения по иранской ядерной программе, являющегося «важным стабилизирующим элементом международных отношений». Таким образом, односторонняя денонсация соглашения «шестерки» с Ираном означала бы для Вашингтона обострение отношений не только с Тегераном, но и с остальными участниками переговоров, включая Россию и Китай. Однако обозначившийся агрессивный и безапелляционный стиль принятия решений вызывает серьезные опасения. «Если в какой-то момент произойдет американская атака на Иран, конечно, это скажется на регионе Южного Кавказа. Любые военные действия на Ближнем Востоке затрагивают соседние регионы и соседние государства. Но никаких прямых слов в отношении Южного Кавказа мы не слышали», — считает Вероника Крашенинникова.
Президент США Дональд Трамп имеет историческую возможность по-настоящему заработать престижную Нобелевскую премию мира, используя свое мастерство в области заключения сделок для решения Нагорно-Карабахского конфликта, пишет, например, глава американской Caspian Group Holdings Роб Собхани. Вот так, ни больше и ни меньше. Для Трампа и его команды по национальной безопасности урегулирование Нагорно-Карабахского конфликта будет четким сигналом о том, стремится ли президент России Владимир Путин быть партнером Соединенных Штатов на мировой арене для разрешения конфликтов. Казалось бы, частное мнение, но уж больно сильно перекликается с изречением американского лидера: «Если Россия поможет нам в борьбе с «Исламским государством» (запрещенная в России террористическая группировка. — Ред.) и с исламским терроризмом по всему миру, то будет хорошо». К сожалению, Вашингтон был слишком занят ситуацией на Ближнем Востоке, чтобы взять на себя ведущую роль в установлении прочного мира между Арменией и Азербайджаном, утверждает Собхани, добавляя: «Важно отметить, что в регионе Ближнего Востока Трамп не найдет более надежного и доверенного партнера, чем президент Азербайджана Ильхам Алиев». Казалось бы, обыкновенный лоббизм, однако автор не забыл упомянуть о том, что в ходе недавнего визита в Баку премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выделил Азербайджан как одну из немногих мусульманских стран в мире, которая заслуживает немедленного и недвусмысленного внимания Вашингтона. Интересно, что в числе прочих элементов замирения упоминается «создание фонда примирения, который будет инвестировать в инфраструктурные проекты между двумя странами, как, например, поезд из Баку через Армению в Нахичевань», а также «создание американо-франко-российского партнерства для создания безопасной и надежной атомной электростанции в Армении, которая заменила бы старую советскую Мецаморскую АЭС».
Армяно-американские отношения в военной сфере продолжают углубляться, и при президенте Трампе заокеанские партнеры не отступят от своих обязательств, заявил в эфире радио «Свобода» командующий Национальной гвардией американского штата Канзас генерал-майор Ли Тафанели. Канзас как штат — партнер Армении, весьма доволен двусторонним военным сотрудничеством, реализуя около 15 проектов. По данным посольства США в Ереване, начиная с 2002 года в рамках программы зарубежного военного финансирования США выделили Армении 48 млн долларов, что позволило ей приобрести предназначенные для солдат защитные средства, средства радиосвязи и систему мобильного полевого госпиталя, а также дало возможность отремонтировать учебные территории, позволяющие готовиться к миротворческим миссиям.
Наконец, посол США в Ереване Ричард Миллз выступил 1 февраля на форуме Армяно-американской торговой палаты в Ереване с резонансной речью, затронув не только экономические, но и геополитические вопросы. Так, по его мнению, нерешенность карабахского конфликта препятствует экономическому развитию страны, подпитывая коррупцию. Свой тезис посол объясняет тем, что конфликт вокруг Карабаха привел к блокаде Армении, в то время как в условиях закрытости границ влиятельным бизнесменам легче контролировать экономические рынки и не допустить конкуренции. Несмотря на выделение в прошлом году 750 тысяч долларов созданному при армянском правительстве Антикоррупционному совету, результатов его благотворной деятельности пока не видно. В этой связи не столь уж фантастическими выглядят подозрения в том, что под видом борьбы с коррупцией де-факто поддерживаются те или иные сомнительные фигуры, которым, заметим, въезд за океан отнюдь не воспрещен. А рекомендации господина посла премьер-министру ориентироваться на сведения армянских СМИ выглядят как минимум двусмысленно.
Конечно, интерес США при администрации республиканцев к Кавказу не только не снизится, но и, возможно, обретет новые формы. Собственно, это прописано в суммах бюджета Госдепартамента, выделяемых на внешнеполитическую активность, и в различного рода интересных программах, которые вряд ли будут сворачиваться. Например, только по линии сотрудничества с Агентством по уменьшению угроз Минобороны США в Армении реализуется несколько десятков проектов, стоимость каждого из которых варьируется от 10 до 700 тысяч долларов США. Речь идет в частности об исследованиях возбудителей особо опасных болезней животных, программах обмена опытом, повышения квалификации местных специалистов на базе научных центров США, приглашениях на конференции и семинары. И Армения — вовсе не изолированное звено в военно-бактериологической деятельности американских партнеров на постсоветском пространстве, имеющей явные признаки нарушений международной Конвенции о запрещении бактериологического (биологического) и токсинного оружия…
Как известно, президенты приходят и уходят, в то время как национальные интересы, неразрывно связанные с глобальным доминированием, остаются неизменными. Вопрос заключается в том, какими способами это доминирование поддерживать — политтехнологическими, финансово-экономическими, военными либо иными — и каким образом сочетать и дозировать соответствующие методы. И можно не сомневаться в том, что период правления Трампа для народов и государств Кавказа скучным точно не будет. И уж во всяком случае хотелось бы, чтобы спустя год или два мы не вспоминали правление Обамы с его кровавой «арабской весной» и «печеньками» ушедшей Нуланд на киевском Майдане как период спокойствия, благополучия и процветания.
Пока же, как замечает востоковед Александр Кузнецов, «американская политика на Ближнем Востоке возвращается на круги своя, к образцам 2010−2013 годов, когда в СМИ всерьез обсуждалась возможность бомбардировок иранских военных объектов». По оценке заместителя министра иностранных дел России Сергея Рябкова, сотрудничество с Ираном является «незаменимым элементом российской внешней политики». Ориентировочно на конец марта запланирован визит в Москву президента Ирана Хасана Роухани.
Эскалация воинственной риторики и возможные практические действия США против Ирана повлекут для народов и государств Кавказа новые проблемы, одновременно поставив перед Россией и ее союзниками чрезвычайно непростые вопросы. При этом остается призрачная надежда, что, аналогично Китаю, в случае с Ираном опытный бизнесмен в кресле президента своей воинственной риторикой задирает ставки, оставляя возможность направить в Тегеран письмо с предложением начать деловой разговор…
Газета «Ноев Ковчег» — ИА REGNUM