Нынешний плей-офф сложился для екатеринбургского хоккея историческим образом. Впервые в истории КХЛ «Автомобилист» прошёл два раунда плей-офф, последовательно выбив из борьбы «Ак Барс» (4-1) и СКА (4-1) и сумев добраться до полуфинала Кубка Гагарина. В серии за выход в финал команда Николая Заварухина была максимально близка к итоговой победе, но в решающем матче всё-таки уступила магнитогорскому «Металлургу» (2:3, 3-4) и завоевала бронзовые медали.
В эксклюзивном интервью «Чемпионату» 32-летний защитник «Автомобилиста» Денис Баранцев рассказал о секрете успеха уральской команды, проанализировал путь в плей-офф, ответил на вопросы о системах игры финалистов Кубка Гагарина, порассуждал о своём будущем, а также выразил личное мнение относительно возможного возвращения в КХЛ старого лимита в пять иностранцев.
«Преобладает опустошение. Могли играть в финале»
— Неделю назад завершился сезон КХЛ для «Автомобилиста». Впервые в истории клуба взяли бронзовые медали, но для выхода в финал не хватило всего одной победы. Какие эмоции преобладают?
— Седьмой матч сложился таким образом, что мы вполне могли играть в финале, поэтому сейчас преобладает опустошение.
— Ваш одноклубник Ник Эберт высказал мнение, что в «Автомобилист» перед началом плей-офф вообще никто не верил и все смеялись над перспективами команды пройти хотя бы первый раунд. Это было частное мнение Ника или вся раздевалка действительно видела тот скепсис, который царил по отношению к вашей команде?
— Всё действительно так и было. Нас считали командой не под плей-офф, а мы выходили и выигрывали – сначала прошли «Ак Барс», затем прошли СКА – в нас реально никто не верил.
— Но вас это бесило?
— Мы профессионалы. И на самом деле старались не обращать внимания на то, что и кто пишет. Это не должно было нас отвлекать.
— Перед началом серии с «Ак Барсом» могли представить, что управитесь за пять матчей?
— Мы сплотились перед плей-офф и стали той командой, которой и хотели быть. У нас не было лишних мыслей, что Казань – сильный соперник. Мы знали, что будет тяжело, но в плей-офф нужно просто идти от игры к игре.
«Произошла страшная трагедия. Для нас и СКА это был тяжёлый матч»
— После прохождения «Ак Барса» серия со СКА уже пошла по накатанной?
— Да. Всё равно, когда ты проходишь столь сильного и тяжёлого соперника, это придаёт позитивных эмоций. На этом фоне мы пошли дальше и выиграли серию у СКА. Опять же, в плей-офф много не задумываешься на тему соперника. Всегда будет тяжело, но двигаешься матч за матчем, через терпение и работу. Обидно, что затем оступились на «Магнитке».
— Единственное поражение в серии со СКА вы потерпели на следующий день после трагедии в Москве. В тот день отменили встречу «Спартака» и «Магнитки», а ваша пара свой матч провела. Что это были за ощущения?
— Произошла действительно страшная трагедия, но в ситуации с проведением того матча от нас ничего не зависело. Понятно, что, если нам скажут выходить и играть, значит, нужно выходить и играть. Для нас это был очень тяжёлый матч с психологической точки зрения. Однако я уверен, что это был настолько же тяжёлый матч и для игроков СКА.
— После поражения в Екатеринбурге нужно было возвращаться в Санкт-Петербург. Не возникло опасения, что серия может уйти из рук?
— Наверное, сдерживал тот факт, что мы изначально вели в серии 3-0, и это нас немного успокаивало. Но в то же время понимали, что одна осечка, вторая осечка – и можно легко потерять серию. Всё это мы прекрасно осознавали, поэтому серьёзно настраивались на пятый матч.
«У «Автомобилиста» эмоциональная команда. Эмоций нам как раз и не хватило»
— Серия с «Магниткой» складывалась качельным образом – они трижды выходили вперёд, вы трижды их догоняли – но отыграть четвёртое поражение возможности уже не было. Как всё это виделось изнутри?
— Это была настоящая и очень интересная серия плей-офф. Такое развитие показывает, что команды были равны и имели одинаковые шансы на выход в финал. Получается, что на данном этапе «Магнитка» оказалась чуть-чуть сильнее.
Егор Яковлев и Денис Баранцев
Фото: Юрий Кузьмин, photo.khl.ru
— В этой серии вы одержали сумасшедшую победу, отыгравшись с 0:3 и выиграв 5:3 в четвёртом матче, после этого общий счёт стал 2-2. Не было надежды, что соперник может морально просесть?
— Нет. Мы об этом никогда не думаем. Скорее всего, тут сказалось то обстоятельство, что как раз нам и не хватило эмоций на следующий матч, и в результате мы проиграли пятую встречу. Всё равно у нас такая эмоциональная команда, и на протяжении всей серии были эмоциональные качели. Эмоций и не хватило.
— В ходе серии вы потеряли основного голкипера Евгения Аликина, выбывшего из строя из-за травмы. Его не хватило в последних матчах, хотя ведь и Владимир Галкин играл надёжно?
— У нас в команде реально два сильных вратаря — что Аликин, что Галкин. Ни в коем случае нельзя вменять поражение им в вину. Конечно, травма Аликина повлияла каким-то образом, но это не было большой проблемой, потому что мы были уверены в каждом из наших вратарей.
— У Галкина совсем не было кубкового опыта как у стартового голкипера в КХЛ. Пытались его поддерживать дополнительно или не стоило этого делать?
— Даже не нужно было этого делать, потому что Володя – профессионал. По нему было видно, что в этом нет никакой необходимости.
«Говорить можно всё что угодно, но философия Никитина даёт результат»
— Многие говорят, что «Магнитка» играет в красивый романтичный хоккей, никогда не переходя на откровенно защитный стиль хоккея. Как её соперник вы согласны с такой позицией?
— На самом деле, в плане скоростей «Магнитка» чем-то была похожа на СКА. Если вспомнить первый раунд, то все видели и понимали, что «Ак Барс» в плане игры не такая супербыстрая команда. В той серии где-то включались, забивали, но всё равно шла более закрытая игра, а с «Магниткой», как и со СКА, получалась более быстрая и открытая игра.
— В финале Кубка Гагарина «Магнитка» сейчас играет с «Локомотивом». С одной стороны, часто говорят, что если уж проигрывать в плей-офф, то будущему чемпиону, с другой — Ярославль – это ваша бывшая команда. На чьей стороне симпатии?
— Не очень хорошо говорить, что за кого-то болею в этом финале. Но я поиграл в Ярославле, у меня там остались друзья и знакомые, поэтому всё-таки буду переживать за них.
Денис Баранцев
Фото: Ильнар Тухбатов, photo.khl.ru
— В своём последнем сезоне в Ярославле вы играли под руководством Игоря Никитина. Проповедуемый им стиль хоккея не критикует только ленивый. Его игроков даже называют командой роботов. Что думаете на сей счёт?
— У Игоря Валерьевича своя жизнь в хоккее, своя философия и свой путь, который, как вы видите, даёт результат. Тут пиши – не пиши, комментируй – не комментируй. Говорить можно всё что угодно, но в хоккее всё определяет результат. Он стоит во главе угла, а всё остальное – это бессмысленные рассуждения.
«В «Автомобилисте» поменялась атмосфера»
— В плей-офф, особенно по ходу двух первых раундов, самой обсуждаемой темой была магия братьев Заварухиных, которые синхронно вывели свои команды в полуфинал Кубка Гагарина. Вы в раздевалке шутили на эту тему?
— На самом деле, у нас вообще была шутливая раздевалка в этом году. Мне кажется, поэтому мы так далеко и пошли в плей-офф. Конечно, посмеивались, но самое главное, что у нас сложилась команда.
— В начале разговора вы отметили, что команда сплотилась перед плей-офф, а ведь по ходу сезона всё было очень непросто, и даже ходили разговоры о возможной отставке вашего тренера. Можете назвать переломный момент в сезоне, когда ситуация начала исправляться?
— Если честно, то просто не смогу назвать определённую дату или что-то в этом роде. Просто, чем ближе наступал момент плей-офф, тем всем в команде становилось всё лучше понятно, что это уже не регулярка.
— Не было каких-то дополнительных собраний в раздевалке, разговоров на тему, что нам нужно собраться?
— В любом случае это же всё равно просто разговоры, а всё идёт изнутри каждого игрока.
Денис Баранцев (справа)
Фото: Илья Смирнов, photo.khl.ru
— В итоге получилось провести лучший сезон в истории клуба. В чём была главная сила «Автомобилиста» в плей-офф?
— В коллективе. Больше ничего не приходит на ум. Тактические схемы, по которым мы играли, сложились давно и особо не менялись. Как и требования: что от нас требовали в прошлом сезоне, то же самое требовали и в этом. Всё это не менялось, а вот атмосфера поменялась.
— У вас было запредельное меньшинство и огромное количество блокированных бросков.
— Всё шло от характера. Все хотели побеждать, выигрывать каждый матч, добиваться результата, поэтому ловили всё на себя.
«Появление новой арены в Екатеринбурге станет долгожданным событием для города»
— В КХЛ очень многое меняется, ввели перекрёстный формат в плей-офф, как он вам?
— Отвечу шуткой – раз мы впервые в истории клуба взяли бронзу, значит, всё было отлично (смеётся).
— Меняются и стадионы: в Санкт-Петербурге вам удалось сыграть на самой крупной арене России. Понравились ощущения от игры на таком объекте?
— Сколько он вмещает? 23 тысячи?
— Официально 24 тысячи.
— Огромная арена, которая отличается от всех остальных в России. На ней потрясающая атмосфера. Мне очень понравилось там играть.
— Екатеринбург уже давно ждёт окончания строительства своей арены. Насколько большим событием для города станет её появление?
— Наш маленький «Уралец» (вместимость арены 5570 зрителей. – Прим. «Чемпионата») не может вместить всех желающих прийти на хоккей, поэтому строительство новой арены – очень важный шаг для болельщиков. К тому же в этом случае речь идёт обо всей инфраструктуре города.
— На ледовой арене можно проводить концерты и другие мероприятия.
— Да, потому это будет долгожданное событие.
«На травме не мог смотреть за игрой «Автомобилиста». Был тяжёлый психологический момент»
— Как оцените свой личный сезон, который для вас получился таким непростым, ведь пришлось и в ВХЛ поиграть?
— Скажем так, мой сезон получился очень интересным. В начале чемпионата получил травму, выбыл на два месяца, потому ещё одна травма на месяц – и, грубо говоря, три месяца вне хоккея. Для меня тогда был очень тяжёлый психологический момент. Не мог смотреть за игрой команды, находясь вне льда.
— Невозможно со стороны смотреть хоккей и понимать, что ничем не можешь помочь команде?
— Очень тяжело. Смотришь и переживаешь за ребят просто сумасшедшим образом. Понятно, что травма рано или поздно залечится, но сложно смотреть и не играть. Однако, как показала практика, ничего – все сильные и всё выдержали. Плей-офф продемонстрировал, что всё было сделано правильно.
Никита Гребёнкин и Денис Баранцев
Фото: Максим Шмаков, photo.khl.ru
— Игра в ВХЛ в таком случае стала подарком судьбы, ведь получили возможность набрать игровые кондиции?
— На самом деле, очень удивился и здесь бы хотел выделить руководство «Автомобилиста», потому что условия в фарм-клубе в ВХЛ – в «Горняке» – оказались не хуже, чем в КХЛ. Понимал, что будут автобусы, но в детстве на них всё проездил, и как раз это меня не пугало. Этого я не боялся. Но когда играешь в КХЛ, то уже привыкаешь к определённому комфорту…
— Отели, питание, восстановление.
— Это всё бытовые условия, которые помогают тебе лучше восстанавливаться. И в «Горняке» в этом плане всё было на уровне.
Когда туда ехал, то уже знал главного тренера Алексея Саныча Алексеева, который раньше работал в Тольятти во второй команде. Также знал Георгия Мишарина, с которым поиграл в «Торпедо». Они меня встретили с любовью, и вообще не было никаких проблем. Плюсом стало то, что дали возможность полностью восстановиться. За счёт этих шести матчей сумел набрать кондиции.
— Я же правильно понимаю, что вы по регламенту не могли там находиться больше определённого количества времени, так как имели односторонний контракт в КХЛ.
— Да, всё так и было, согласно регламенту КХЛ.
«С удовольствием остался бы в «Автомобилисте», но это уже работа агентов»
— Через полторы недели в КХЛ открывается окно переходов, у вас истекает контракт с «Автомобилистом», и вы становитесь неограниченно свободным агентом. Уже есть понимание относительно дальнейшего продолжения карьеры?
— Ничего не могу сказать. Конечно, с удовольствием сам бы остался в «Автомобилисте», и мне бы очень хотелось, чтобы сохранился этот костяк. Но как будет, так будет.
— Дела агентские.
— Тут сложно что-то предугадать. Идут какие-то разговоры, но это не моя работа. Моё дело – играть в хоккей, а общаться с командами – прерогатива агента.
— Тема последних недель – возвращение в следующем сезоне в КХЛ прежнего лимита на легионеров. Это положительный или отрицательный шаг для российского хоккея?
— Пока в стране происходит такая ситуация, я считаю, что нужно придерживаться лимита в три иностранца. Когда всё изменится, тогда можно будет возвращаться к пяти. Хочу отдельно подчеркнуть, что тут вопросы не к ребятам-иностранцам.
— Вы говорите именно о текущем известном политическом моменте.
— Да. Моё мнение, что сейчас нужно оставлять трёх иностранцев, а потом, когда всё наладится, возвращаться к старому лимиту. А это произойдёт обязательно, потому что Россия – сильная держава.