Война России против Украины вступила в новую фазу. Атаки беспилотников и ракет на энергетическую инфраструктуру Украины стали частыми и масштабными, превысив порог возможностей существующей системы противовоздушной обороны. В них часто применяются те же беспилотники Shahed иранского производства, которыми Тегеран ударил по Израилю.
Это перевод репортажа корреспондента "Би-би-си" Сары Рейнсфорд, оригинал материала на английском языке можно прочитать здесь.
Видя мощный ответ на эту атаку со стороны союзников Израиля, Владимир Зеленский отметил, что когда речь идет об Украине, "риторика не защищает небо". По его словам, звук этих беспилотников, будь то над Ближним Востоком или в Европе, "должен послужить тревожным сигналом для свободного мира".
Украинские чиновники говорят, что могут по пальцам одной руки пересчитать тепловые и гидроэлектростанции по всей стране, которые еще не получили серьезных повреждений или не были полностью разрушены.
Украина пытается отремонтировать все, что может, и сохранить подачу электроэнергии в дома и на промышленные объекты, но российские атаки не прекращаются. На прошлой неделе пострадала крупная ТЭЦ недалеко от Киева, а на северо-востоке, во втором по величине городе Украины Харькове, все три крупные электростанции лежат в руинах.
Красно-белые полосатые трубы харьковской ТЭЦ № 5 все еще видны за несколько километров. Стоит подойти чуть ближе, и масштаб разрушений становится очевидным. В главном здании пробита огромная дыра. Вокруг — месиво из почерневшего металла и битого бетона.
Атака 22 марта была преднамеренной и разрушительной. Пять российских ракет попали в одно и то же место, повредив турбины, генераторы и трансформаторы, и вывели станцию из строя. Неделю спустя Россия снова нанесла удар по городским электростанциям.
Для Игоря Орловского это личное. "Это как разрушенный дом. Это боль и слезы", — говорит заместитель директора станции, ведя меня по обломкам металла и камня к месту взрыва ракет. Он работает здесь еще с советских времен.
"Это очень горькое чувство. Но в то же время это мобилизует, чтобы все это сделать, устранить, восстановить. Потому что мы понимаем ответственность свою, что за нами полуторамиллионный город, и без нас городу не обойтись. Город не выживет", — говорит он.
С начала полномасштабного вторжения было совершено шесть нападений на эту станцию, но мартовское стало самым разрушительным. И деморализующим: инженерам потребовался год, чтобы отремонтировать одну из секций ТЭЦ, а через две недели после возобновления работы Россия нанесла удар точно по тому же месту.
Другие источники в энергетическом секторе рассказывают похожие истории о все более точных ударах. В прошлом, говорят они, ракеты не приземлялись на территории или наносили меньший ущерб.
У некоторых это вызывает подозрения, что российские агенты в Украине передают информацию в Москву: электростанции занимают огромную территорию, и повреждения или ремонт невозможно скрыть.
Но Россия и так знает, куда целиться. Это оборудование создавалось еще в СССР, на руинах до сих пор видны советские надписи, а у России есть старые чертежи электростанций.
Орловский подозревает, что точность российских ударов, скорее всего, связана с интенсивностью недавних атак. "Если запустить пять, шесть, семь ракет в одну и ту же точку, некоторые из них обязательно попадут".
В полях вокруг — гигантские опоры линий электропередач. Но с марта ток по ним не идет ни с электростанции № 5, ни с других харьковских ТЭС.
Харькову приходится получать электроэнергию с западной Украины, что означает ограниченные поставки и регулярные отключения. Кроме того, россияне атаковали и электрические подстанции.
Местные власти пытаются минимизировать последствия и сократить время отключений света в домах и на предприятиях. Жители привыкли заряжать свои гаджеты и несколько пауэрбанков, как только появляется электричество. Они также хранят запасы воды для питья и стирки.
Харьковское метро, как и светофоры, снова запустили, хотя и с перебоями. Но в условиях ненадежного энергоснабжения, которое может стать еще хуже, предприятия решают проблемы электроснабжения самостоятельно.
Харьков — крупный издательский центр. Александр Попович, руководитель большой полиграфической фирмы, говорит, что уже несколько недель компания полагается на три генератора.
В начале войны в 100 метрах от главной производственной линии разорвалась ракета. "Она уничтожила все наши склады и 10 тонн бумаги. Но трудности делают нас сильнее", — говорит Попович, излучая дух непоколебимости и решимости, ставший визитной карточкой Харькова.
"К сожалению, я не могу починить электричество, — говорит он. — Но каждый должен делать свою работу. Моя работа — выпускать книги до нашей победы. Мы должны продолжать работать. Мы должны дать людям в Украине возможность читать новые книги".
Компания рассматривала возможность переезда дальше от российской границы, но решила остаться и даже вложила средства в увеличение производства. Теперь, когда Россия вновь нацелилась на Харьков, Попович признается, что иногда беспокоится: "Но потом я думаю о нашей армии. Наши солдаты должны знать, что они защищают не пустые города. Они защищают города, где живут люди".
Десятки его сотрудников ушли на фронт. Фотография одного из них, погибшего в бою на восточном фронте, висит рядом с главным входом.
С фронта сейчас поступают тревожные сообщения. В выходные главнокомандующий ВСУ генерал Александр Сырский заявил, что ситуация на некоторых участках значительно ухудшилась. Теплая погода и просохшая почва дают России возможность использовать при наступлении бронетехнику и вновь надавить на украинские силы, написал он в своем Telegram-канале.
Особенно интенсивные бои идут в районе Часова Яра на Донбассе. Генерал считает, что Москва хочет захватить эту территорию к 9 мая.
Сырский рассказал о героических усилиях своих войск по сдерживанию ежедневных атак противника. Но он также отметил необходимость улучшения их морально-психологического состояния.
После более чем двух лет войны его бойцы измотаны. Но когда депутаты в Киеве наконец проголосовали за новый закон, регулирующий порядок мобилизации мужчин, поправку, устанавливающую предельную продолжительность участия в боевых действиях, из него убрали. Для войны с многочисленной армией противника Украине нужны все ее солдаты до последнего.
Падение боевого духа усугубляется нехваткой боеприпасов, поступающих на передовую, и тем, что Конгресс США все еще не сумел одобрить важнейший пакет помощи для Киева.
Украинские войска, как и все остальные украинцы, чувствуют, что их война постепенно уходит из международной повестки дня. А теперь появился новый повод для беспокойства: многие отмечают разницу в реакции на обострение кризиса на Ближнем Востоке.
Израиль получил прямую поддержку от союзников для защиты своего неба от иранских ракет и беспилотников, при этом те же страны ограничивают свою помощь Украине, ежедневно подвергающейся российским атакам.
Президент Зеленский дал понять в своем заявлении с осуждением действий Ирана, что разочарован. "Слова не останавливают дроны и не сбивают ракеты. Только ощутимая помощь способна делать это. Помощь, которую мы ждем", — написал президент Украины в соцсети X.
Германия пообещала немедленно направить в Украину еще одну установку ПВО Patriot. Поблагодарив канцлера Олафа Шольца за поддержку в критический момент, Зеленский призвал другие страны последовать его примеру.
Сотрудники харьковской электростанции № 5 были бы рады такой защите. "Мы только-только все отремонтировали, а теперь приходится начинать все заново, — сказал мне рабочий по имени Юрий. — Мы справимся, но главное — не попасть под новый удар!"
Оценивая ущерб, спасая то, что можно спасти, и разрабатывая план восстановления, он и его коллеги ежедневно много раз слышат сирены воздушной тревоги.
Как объясняет мне сотрудник пожарной охраны, есть два вида воздушной тревоги. Если угроза сосредоточена в районе границы, примерно в 40 км от ТЭЦ, некоторые сотрудники продолжают работать. "Но если есть ракетная опасность для Харькова, то объявляем: "Срочно! Немедленно в убежище!"", — говорит он.
Это замедляет восстановительные работы и расшатывает нервы. Любая ракета, выпущенная по Харькову, долетит до него в течение нескольких секунд, и доказательств опасности, которую это представляет, вокруг достаточно.
Но к работе вернулись не только инженеры и строители. Когда мы приехали на станцию, группа женщин убирала дорожки, красила бордюры и даже выдергивала одуванчики у главного входа.
Чуть позже, во время очередной воздушной тревоги, я обнаружила их в убежище. "Жизнь идет, и нам все равно нужно поддерживать порядок, — сказала одна из женщин, несмотря на то что вся электростанция лежит в руинах. — Нам нравится поддерживать чистоту и порядок. Это наша работа. Но это еще и полезно для духа!"
Женщины также заново покрасили подземное бомбоубежище в зеленый цвет, несколько скрасив мрачность бункера времен холодной войны, построенного для защиты от ядерной атаки Запада. Вместо этого он теперь защищает украинцев от баллистических ракет, запускаемых их соседом.
"Они говорят, что это для того, чтобы мы сдались, что они хотят запугать нас, чтобы мы бежали отсюда, — говорит другая женщина, когда тревога заканчивается и она собирается вернуться к работе. — Они хотят, чтобы мы уехали из Харькова. Но мы этого не сделаем".