На суде Тагиров прятался от камер.
Фото: Рузалия ХАКИМУЛЛИНА
Полицейские искали его по всей стране. Но не могли вычислить 10 лет. Когда за ним числилась уже 31 убитая пенсионерка, преступник осел в поселке Казани, обзавелся семьей. Но однажды утром к нему постучались полицейские. Радик Тагиров открыл дверь и сразу все понял.
«Хотел еще пожить!» - с досадой скажет потом на допросе «поволжский маньяк».
Эта история началась в марте 2011 года в Казани. Асия Шамсутдинова не смогла дозвониться до своей 90-летней матери и примчалась к ней на квартиру вместе с другими родственниками.
«У меня были с собой запасные ключи. Как только я открыла дверь, то почувствовала странный холод, - рассказывала Асия Шамсутдинова. – Открыла покрывало на диване, а она вся закоченевшая. На лице лежала подушка».
На место убийства приехали полицейские. Они с вечера и до самого утра опрашивали соседей. Но никаких зацепок не было. Пока преступника искали, начали происходить другие похожие убийства пенсионерок, причем уже в других городах Поволжья. Все они были задушены.
Каждый раз соседи рассказывали следователям одну и ту же историю. Ходил мужчина, представлялся то социальным работником, то коммунальщиком. Все расспрашивал про других жильцов дома. Тогда следователи поняли, что имеют дело с серийным убийцей.
Одна из пенсионерок выжила, вот только описать преступника не смогла – была подслеповата. Были еще две, до кого в итоге душитель не смог дотянуться. Но и они ничем не помогли следствию. Ижевск, Киров, Самара, Пермь, Ульяновск и Екатеринбург. Число жертв множилось. Один раз убийца попал в объектив камеры видеонаблюдения. Но составленный по ее записи фоторобот не помог поймать «поволжского маньяка».
За информацию о местонахождении «поволжского маньяка» обещали вознаграждение - 3 млн рублей. Но казалось, что он неуловим. Как выяснили позже, передвигался преступник только на общественном транспорте, между городами - на попутках, ночевал в компьютерных клубах, менял сим-карты, одежду и обувь, а вместо перчаток на месте преступления использовал свои же носки, вытирал поверхности, к которым прикасался. Лишь в одной из квартир оставил следы от обуви. А чтобы совсем наверняка, выключал перед убийствами телефон и оставлял его в тайнике на улице. И вообще никому не звонил, даже родителям.
На допросах он рассказал как заметал следы.
Фото: соцсети
Можно ли найти невидимку? У следователей уже опускались руки.
И вдруг - удача. В полицию обратилась пожилая женщина. Она искала своего сына, Радика Тагирова. Тот уже несколько лет не выходил на связь. Встревоженная мать подала заявление на его розыск и сдала свой образец ДНК. Прогнали по базе - и обнаружили совпадение с образцами биоматериала, оставшегося после преступления: в одной квартире маньяк оставил зажигалку.
Оказалось, Тагиров жил в поселке Дербышки около Казани, работал слесарем. Недавно стал отцом. Его жена и соседи и не представляли, что за монстр с ними рядом, пока 1 декабря 2020 года за Тагировым не пришли полицейские.
«Во время допросов он, бывало, замыкался в себе и плакал. По его рассказам, как-то раз он даже ночевал вместе с одной из убитых им пенсионерок», - вспоминал руководитель группы задержания полковник Марсель Гафаров.
Тагиров признался, что душил своих жертв сзади, потому что боялся смотреть им в глаза. К бабушкам он приходил, притворяясь соцработником, электриком, сантехником.
Следователи начали копаться в прошлом убийцы. В школе Радик учился так себе, зато занимался дзюдо и тхэквондо. Лучше всего у него получался именно удушающий прием. В последние годы учебы пил, сидел на наркотиках. Были у Радика и проблемы в общении с бабушкой. По его мнению, она была с ним слишком строга. Когда в 16 лет получал паспорт, решил поменять фамилию, мол, из-за отца, который пьянствовал и дебоширил в семье. Взял мамину девичью, стал Тагировым.
В армии Радику полгода не давали в руки оружие. Медкомиссия нашла у него психологические проблемы. Наблюдался невроз, парень не мог спокойно сидеть на одном месте. После армии, в 2005 году, Тагиров был осужден за незаконный оборот оружия. После освобождения женился. Но брак вскоре распался. Мужчина мало зарабатывал, из-за чего в доме часто происходили ссоры. Ушел жить к пожилой маме. Помните, именно так и описывали преступника эксперты.
Позже полицейские составили картину того, что происходило. Тагиров не работал официально, подрабатывал охранником, на наркотики и алкоголь были нужны деньги. Когда первые два убийства сошли ему с рук, поверил в свою безнаказанность. Отправляясь убивать, даме сердца говорил, что ездит в командировки. Расставшись с ней, уехал в Москву. Подрабатывал наркокурьером и промоутером.
Во время следствия Тагиров сначала говорил, что душил пенсионерок из-за денег, которые тратил на наркотики. Но однажды заявил, что у него было внутреннее, непонятное для него, желание совершать убийства. Возможно, хотел сойти за невменяемого. Не вышло.
«Поволжский маньяк» проведет остаток своей жизни за решеткой. Из них 10 лет - в тюрьме (в самых строгих условиях содержания). Далее пожизненный срок будет отбывать в колонии. А еще он должен выплатить потерпевшим 1 800 000 рублей. Но дождутся ли они денег - неизвестно.
КОМПЕТЕНТНО
«Почему» - вторично
Елена Пономарева, адвокат, заместитель председателя коллегии адвокатов Московской области «Цуканов, Пономарева и партнеры»:
«При вынесении приговора и назначении наказания учитываются все элементы состава преступления, в том числе его субъективная сторона - мотив, который может быть оценен в качестве смягчающего или отягчающего обстоятельства. Но все-таки в приоритете здесь - «что» сделано, а «почему» - вторично»
Катализатор - наркотики
Сергей Нурисламов, врач-психиатр, руководитель благотворительного фонда «Мы - пациенты»:
«Как же сложилась такая жестокая, но при этом расчетливая личность? Обычно сказывается генетическая наследственность либо условия жизни в неблагополучной семье.
Катализатором могли стать наркотики - ведь следствием установлено, что он был зависим.
Ну а метания между признательными показаниями во время следствия («Нападал ради денег, а убивал, чтобы не оставлять свидетелей». - Ред.) и желанием предстать в суде невменяемым, на мой взгляд, говорит об одном: он сознательно шел на преступление. А сидеть не хотел, считал, что лучше лечиться»