Эксплуатация женщин и высокая культура: рай и ад в квартале развлечений Ёсивара
Культура ИсторияДве стороны квартала развлечений
«Кварталы развлечений никогда больше не должны существовать в нашем мире. Это место и система, которую ни один разумный человек сегодня никогда не будет пытаться воспроизвести», – говорит Танака Юко, исследователь культуры периода Эдо (1603-1868) и почётный профессор Университета Хосэй. Это были места сексуальной эксплуатации, где с женщинами обращались как с подневольными работниками, их заставляли работать проститутками, чтобы погасить семейные долги, и там они регулярно подвергались насилию и риску болезней.
В то же время район Ёсивара в Эдо (совр. Токио), как один из кварталов развлечений, официально лицензированных сёгунатом, сыграл основополагающую роль в культуре периода Эдо, впервые объединив многие аспекты японской культуры в новом творческом синтезе. Танака считает, что важно показать обе стороны исторической реальности.
В Ёсиваре процветало книгопечатание и издательское дело. В этом районе были созданы знаменитые гравюры укиё-э Китагавы Утамаро, которые издавал Цутая Дзюдзабуро (издатель, который прославился благодаря своим путеводителям по кварталам удовольствий), это родина популярной художественной литературы, известной как сярэбон, пародийной поэзии и изобразительного искусства. Также Ёсивара была крупным центром каллиграфии, поэзии жанров вака и хайку, чайной церемонии, музыки и танцев, а ещё кимоно и других видов моды. Там передавались и совершенствовались праздники и популярные мероприятия, посвящённые временам года, и другие аспекты традиционной культуры. Ёсивара была зоной развлечений, предлагавшей много больше, чем бордельные утехи, и её влияние выходило далеко за рамки сибаритских удовольствий.
Эта двойственная природа квартала развлечений сегодня представляет собой дилемму для всякого, кто хочет говорить о культуре Ёсивары. Нынешняя крупная выставка, посвящённая культуре кварталов развлечений, в которой Танака помогала в качестве научного руководителя, проходит в Университетском художественном музее (Токийский университет искусств) до 19 мая. Перед её открытием в марте она подверглась критике в Интернете за якобы игнорирование отрицательных сторон района и представления происходившего там как «развлечений». Мы поговорили с Танакой, чтобы узнать больше об истории и целях выставки.
Ёсивара как пространство сценической культуры
«В прошлом, – говорит Танака, – многие выставки были посвящены работам художников укиё-э, там творили Китагава Утамаро и Тёбунсай Эйси. Это первая выставка, которая показывает саму Ёсивару и проливает свет на это удивительное пространство, которое существовало настолько долго и сейчас потеряно для нас навсегда».
Кварталы развлечений Ёсивары (расположенные на территории нынешнего Тайто, недалеко от Асакусы и знаменитого храма Сэнсодзи) когда-то занимали площадь около 100 000 квадратных метров: «вымышленный мир, где придумывали и воплощали в жизнь экстравагантные фантазии о яркой альтернативе повседневному миру» на протяжении почти 250 лет, как говорит Танака. Ёсивара стала местом действия популярной манги «Клинок, поражающий демонов» (Кимэцу-но яйба), и сегодня история этого района привлекает внимание своим туристическим потенциалом, хотя от того района, каким он был на пике своей славы в период Эдо, мало что осталось.
«В центре внимания выставки – облик Ёсивары как пространства. Ёсивара периода Эдо была искусственным пространством, построенным посреди полей недалеко от главной части города, с дорогами, образующими прямоугольную сетку. Здесь располагались одни из самых впечатляющих зданий, которые кто-либо в то время мог видеть, а вдоль широкой аллеи, проходящей через середину района, были высажены аккуратные ряды деревьев сакуры и сезонных цветов.
Этот район привлекал не только мужчин, приходящих в публичные дома. Сюда приходили женщины и дети, чтобы полюбоваться цветением сакуры, а приезжие заглядывали сюда, чтобы поглазеть на знаменитые достопримечательности. Весь район представлял собой плавильный котёл, где в концентрированном пространстве смешивались все аспекты культуры, образуя контекст этого замечательного перформативного пространства – возможно, уникального в мировой истории. Экспонаты на этой выставке были разработаны так, чтобы максимально передать атмосферу и ощущение этого удивительного места».
Достоинство великих ойран
«Многие картинки на выставке изображают яркие и оживлённые места развлечений. При взгляде на них возникает ощущение присутствия, и как будто слышны звуки и разговоры людей, музыка сямисэнов, под которую поют и танцуют, вы видите веселье в самом разгаре», – говорит Танака.
«Художники уделяли большое внимание таким деталям, как узоры на женских кимоно, тот способ, как носили многослойную одежду, баланс между сложными причёсками, шпильками и другими аксессуарами. Они выявляли у женщин чувство стиля. Видя, с какой тщательностью украшали себя куртизанки, мы можем понять, как портные, производители кимоно и другие мастера того времени использовали все свои навыки и изобретательность в творчестве.
Художники укиё-э стремились запечатлеть в своих картинах не портретное сходство женщин или реалистичное изображение обнажённого тела. «Я надеюсь, что посетители выставки смогут понять, как работали художники, чтобы передать достоинство женщин, работавших в кварталах развлечений, – говорит Танака. – В первой половине периода Эдо Ихара Сайкаку (1642-1693), поэт жанра хайку и автор ярких прозаических повествований, действие которых происходит в кварталах развлечений Осаки, использовал выразительные языковые средства, чтобы изобразить решительность женщин, работавших в публичных домах. Немного позднее жившие в Эдо художники укиё-э выражали собственную эстетику, изображая на своих картинах достоинство куртизанок».
Среди женщин существовала строгая иерархия, с установленными привилегиями и правилами, определяющими их одежду и поведение. Суперзвёздами района были ойран, которые находились на вершине этой системы. Эти женщины должны были обладать не только физической красотой и изысканным вкусом в одежде и искусствах, им также полагалось уметь играть на сямисэне и других музыкальных инструментах, а ещё обучаться чайной церемонии, аранжировке цветов и другим умениям, необходимым для элегантных развлечений. Их превозносили как идеальных женщин, обладающих всеми навыками, чтобы развлекать и удовлетворять политически и экономически влиятельных мужчин того времени. «Вполне вероятно, что сами женщины сознательно стремились максимально приблизиться к этому идеализированному образу».
Колыбель современного издательского дела
Лицензированные публичные дома и кварталы развлечений также существовали в Киото, Осаке и других городах. Осакские кварталы послужили местом действия для произведений Сайкаку, в том числе «Любовных похождений одинокого мужчины» (Косёку итидай отоко), однако именно Ёсивара в Эдо имела наиболее тесную связь с литературным искусством на протяжении XVIII и XIX веков.
«Кварталы развлечений породили новые литературные произведения и даже целые жанры. Среди тех, кто часто посещал этот район, были такие деятели, как Санто Кёдэн, писатель популярной художественной прозы, изображавший жизнь простых людей и формировавшуюся городскую культуру того времени. Издательские компании Цутая Дзюдзабуро и других издателей создали широкую сеть, которая связала самых разных людей разных жанров», – рассказывает Танака.
«Художники укиё-э и писатели встречались, дружили и сотрудничали в создании новых произведений. Печатники, художники и другие мастера, занимающиеся изготовлением гравюр на дереве, также формировали связи через издателей. Издательство Цутая располагалось прямо перед главными воротами квартала, и несложно представить, что оно служило идеальным местом для налаживания связей между различными людьми, занимающимися издательским делом и искусством».
Влияние на повседневную жизнь
Обитатели кварталов Ёсивара прилагали все силы для того, чтобы отмечать важные события в течение года. Например, во время праздника поминовения мёртвых О-Бон в середине лета на чайных домах (домах свиданий) висели фонари, расписанные известными художниками и каллиграфами, и весь район превращался в своего рода художественный музей под открытым небом.
Во время праздника Нивака, который проходил в восьмом месяце лунного календаря, посетители наслаждались танцевальными и музыкальными выступлениями гейш – мужчин и женщин – на специальных платформах.
«Праздничные платформы проносили с процессией по улице через центр района, и любой желающий мог увидеть музыкальные и танцевальные представления лучших артистов из числа гейш Ёсивары», – говорит Танака.
Самые красочные и пышные праздники проходили в период цветения сакуры. Вишнёвые деревья с корнями перед самым цветением пересаживали на клумбы, устроенные вдоль центральной улицы района Наканотё, и увозили, когда лепестки опадали. Это великолепное зрелище было возможно благодаря высочайшему мастерству садовников и садоводов Японии периода Эдо.
Живописное полотно «Цветущие сакуры в Ёсиваре», предоставленное для выставки Художественным музеем Уодсворт Атенеум в Харфорде, штат Коннектикут, является одной из крупнейших картин Утамаро, созданных им самим (в отличие от гравюр). На картине изображены 52 женщины квартала, которые любуются цветущей сакурой.
Фурута Рё, профессор музея, который курирует выставку, выражает надежду, что посетители получат удовольствие от всей экспозиции, а не сосредоточатся исключительно на каком-то отдельном шедевре. «Мы надеемся, что посетители смогут почувствовать смену времён года и сменяющие друг друга красочные мероприятия в течение года», – говорит он.
Фурута отмечает, что его самого поразили изменения, которые происходили с видом сакуры, высаживаемой вдоль главных улиц Ёсивары. «До определённого времени деревья сажали перед чайными домами более или менее хаотично, но затем – и трудно точно сказать, когда – практика изменилась, и их начали размещать аккуратными прямыми линиями вдоль улицы Наканотё, проходящей через центр района. Это изменение не упоминается ни в одной из имеющихся у нас записей».
«Судя по произведениям искусства, собранным для этой выставки, кажется вероятным, что это изменение произошло примерно в то же время, когда была написана картина «Цветущие сакуры в Ёсиваре», в 5 году Кансэй (1789-1801), то есть в 1793 году. Район развлечений имел собственную администрацию, и, по-видимому, такое соглашение было достигнуто внутри сообщества квартала в целом. Вполне возможно, что эта красочная аллея красивых деревьев сакуры вдоль центральной улицы района должна была появиться в годы Кансэй, примерно тогда, когда здесь работали Цутая Дзюзабуро и Утамаро».
Фурута говорит, что Ёсивара и системы жизнеобеспечения, определявшие жизнь в квартале развлечений, претерпели значительные изменения в течение своей 250-летней истории, но сохранилось мало материалов, которые позволили бы современным учёным проследить тенденции этих изменений. «Вот почему мы хотели использовать эти произведения искусства, чтобы заново открыть для себя затерянный мир, который никогда не возродится».
Реалистичные портреты куртизанок
На вершине иерархии Ёсивары стояли ойран, исключительные красавицы, искушённые во многих изящных искусствах. Какими же на самом деле были эти лидеры развлекательных кварталов?
Фурута говорит, что на самом деле нет исторических ресурсов, которые бы дали нам истинную картину. В печатных путеводителях по кварталам развлечений, таких как «Записи оценок куртизанок» (Юдзё хёбанки), то есть справочниках о работницах публичных домов, может быть указано, что такая-то женщина обладает особыми навыками или, например, искусна в каллиграфии, но они ничего не говорят нам о личностях этих женщин. Картины укиё-э, как правило, показывают характерный стиль отдельного художника – все женщины на картинах Утамаро изображены в одном стиле, по которому легко можно определить его авторство. Поэтому мы не можем по этим произведениям искусства судить даже об истинном облике и представить, как куртизанки выглядели в действительности. Это одна из причин, почему на картинах всегда указывали имя ойран и дом, в котором она работала. Для западной аудитории свойственны, наверное, ожидания более реалистической передачи облика женщин, но такой реализм не был приоритетом для художников укиё-э.
И наоборот, картина «Ойран» Такахаси Юити, написанная в 1872 году, в первые годы эпохи Мэйдзи (1868-1912), представляет яркий контраст со знаменитыми стилизованными изображениями укиё-э.
Как объясняет Фурута, это была первая картина маслом, изображающая женщину из квартала развлечений. На ней показана ойран из дома Инамото, известная как Коина IV. Согласно статье в газете «Токё нитинити симбун» того времени, эту картину заказал завсегдатай кварталов развлечений, который хотел увековечить подлинный внешний вид ойран и сохранить мимолётную красоту района в веках.
Фурута говорит, что для картины, вероятно, намеренно попросили женщину сделать причёску сагэгами, которая в то время уже выходила из моды развлекательных заведений. Кроме того, волосы изображены не совсем идеально, что типично для стиля Такахаси Юити. Он любил изображать вещи, которые чуть-чуть не в порядке, или слегка не на своём месте, это была важная часть его реалистического стиля.
У куртизанки на картине суровое лицо со следами усталости. Ученик Такахаси писал, что героиня картины была в слезах, увидев готовый портрет, и гневно протестовала, говоря, что она выглядит совсем не так.
Права женщин в старину и в наши дни
В октябре 1872 года, через шесть месяцев после того, как Такахаси нарисовал портрет, вновь созданное правительство Мэйдзи издало указ об освобождении проституток (сёги кайхо рэй), отчасти в ответ на критику со стороны западных стран, осуждавших торговлю людьми. Это не привело к исчезновению публичных домов, просто теперь считалось, что женщины работают по своей воле, и их больше нельзя продавать для проституции в погашение долгов. Но дни Ёсивары уже были сочтены, и в последующие годы большая часть культуры кварталов разлечений была утрачена, поскольку ценности в обществе быстро и резко изменились в результате растущей вестернизации страны.
«Мы не должны забывать о суровой реальности женщин в публичных домах, – говорит Фурута. – Такая система невообразима с точки зрения наших современных ценностей. Учитывая это, на данной выставке мы стремимся показать историю Ёсивары как места для распространения культуры Эдо среди широких слоёв японского населения. То, что это особое пространство фантазии и воображения просуществовало 250 лет, является свидетельством огромной творческой энергии всех людей, которые собирались здесь и сделали возможным такой культурный расцвет».
При этом Танака подчёркивает два важных факта, которые необходимо учитывать в любой попытке передать историю Ёсивары и культуру кварталов развлечений.
Ёсивара, как говорит Танака, представляла собой перформативное пространство, в котором умело использовались всевозможные художественные приёмы. Издательская индустрия процветала благодаря распространению этой культуры среди широких слоёв общества, и ксилографии укиё-э, которые сегодня известны и ценятся во всем мире, родились в этой среде. Это один факт.
В то же время кварталы развлечений не могли функционировать без работавших там молодых женщин, вынужденных заниматься проституцией для погашения долгов. Хотя сёгунат принимал меры по обеспечению правопорядка в лицензированных заведениях, они не защищали человеческие права женщин, которые там работали. До эпохи Мэйдзи сама концепция прав человека не существовала, и это всегда стоит иметь в виду при оценке культурных произведений того времени.
Танака также призывает задуматься и о нынешней ситуации – мы можем задаться вопросом, действительно ли права женщин защищены в таком неравном обществе, раздираемом огромным разрывом в доходах и возможностях, как то, которое мы видим сегодня в Японии. По её словам, она хотела бы через эту выставку донести до людей собственное послание о правах женщин и надеется, что она не только предоставит возможность узнать об уникальном месте, которое послужило истоком многих аспектов японской культуры, но и поможет людям по-новому осознать многие проблемы, с которыми мы всё ещё сталкиваемся сегодня.
Фотография к заголовку: Китагава Утамаро, «Цветущие сакуры в Ёсиваре» (Ёсивара-но хана, фрагмент), ок. 1793 г. (с разрешения Художественного музея Уодсворта Атенеум, Хартфорд, Фонд Эллы Гэллап Самнер и Мэри Кэтлин Самнер)