Повсеместно о клещах в России стали говорить только в конце 1990-х годов. Но несмотря на это, все советские дети из уроков биологии знали, что клещи могут заразить человека страшным клещевым энцефалитом. Только вот это знание было очень абстрактным и далеким для большинства граждан Страны Советов, ведь такие клещи водились где-то далеко, в тайге.
Героизм и трагедии идут всегда рядом
Открытие роли таежных клещей в развитии этой тяжелейшей инфекции, и обнаружение вируса, вызывающего ее, было героической страницей в истории медицины. Это удалось благодаря знаменитой экспедиции ученых на Дальний Восток в 1937 году, когда там свирепствовала неизвестная болезнь. Возглавил ее основатель нашей вирусологии Лев Зильбер. Задача была успешно решена, но не без трагедий.
Клещевым энцефалитом заразились несколько участников экспедиции. У одного из них, Михаила Чумакова, на всю жизнь осталась парализованной правая рука, и он практически оглох. Но это не помешало ему стать известнейшим вирусологом, и позже победить не только в СССР, но и практически во всем мире полиомиелит — инфекцию не только не менее опасную, чем клещевой энцефалит, но и еще более распространённую.
О подвиге ученых в Советском Союзе знали многие, о нём были написаны книги и нередко рассказывали даже в школе.
Но о другой трагедии, связанной с этой экспедицией, мы узнали только после Перестройки. Сразу после нее Льва Зильбера арестовали, обвинив в том, что он способствовал распространению клещевого энцефалита среди военных и даже привез вирус собой для заражения жителей Москвы. Это был его второй срок из трех. Первый он получил при схожих обстоятельствах: после победы над чумой в Нагорном Карабахе в 1930 году его сразу же обвинили в попытке спровоцировать эпидемию чумы в Азербайджане.
Как главной клещевой инфекцией стал боррелиоз?
Но сейчас о клещах мы вспоминаем не только в связи с энцефалитом. Гораздо чаще после их укусов развивается клещевой боррелиоз или болезнь Лайма. В советские годы даже разговоров об этом не было. Теперь же даже столичный регион является эндемичным по этому заболеванию. В некоторых районах до трети клещей заражены боррелиями — эти бактерии и вызывают болезнь. Тоже тяжелую, поражающую многие органы и делающую людей инвалидами. К счастью, если инфицированного пролечить антибиотиками сразу после укуса клеща, то болезнь остановится. Но если она разовьется, то вылечить ее практически невозможно.
И сейчас это заболевание, природные очаги которого сформировались на большей части территории России, пугает еще сильнее, чем клещевой энцефалит в 1930-е годы. Почему же мы раньше ничего не знали о нем, и почему тогда на территории России не было такого количества клещей?
На первый вопрос ответ простой. Впервые болезнь Лайма и роль клещей в её развитии были описаны только в 1975 году в США в штате Коннектикут, в небольшом городке Олд-Лайм у детей, которым был поставлен диагноз ювенильного ревматоидного артрита (серьезное поражение суставов у людей до 16 лет). В этом региона заболеваемость таким артритом была в 100 раз выше, чем в других местах. То есть, клещевую болезнь принимали за давно известный артрит. И так было тысячелетиями, ведь болезнь существовала и раньше, прячась под масками артрита и ряда других заболеваний. Но вот отделить ее от них смогли только в Коннектикуте, где сформировался природный очаг с большим количеством зараженных клещей. А самих боррелий обнаружили только в 1982 году.
В нашей стране клещевой боррелиоз впервые выявили и описали в 1985 году. Сделал это профессор НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н. Ф. Гамалеи РАМН Э. И. Коренберг. Ещё шесть лет он потратил на то, чтобы ее официально признали — только в 1991 году клещевые боррелиозы были включены в официальный государственный перечень заболеваний, регистрируемых на территории России. А к концу 1990-х эта еще недавно неизвестная инфекция стала практически повсеместной. Проблемы с ее диагностикой остаются, далеко не всем таким пациентам поставлен правильный диагноз. Некоторые продолжают лечиться у ревматологов, неврологов и других специалистов.
Как клещам удалось оккупировать большую часть страны?
Главный вопрос заключается в том, как сформировались очаги болезни в тех регионах, где еще 20−30 лет назад ни про клещей, ни про их укусы и не знали. Как клещам удалось оккупировать большую часть страны, «протащив» в себе боррелий? По признанию специалистов, вызываемая ими инфекция стала самым распространённым заболеванием среди всех инфекций, передаваемых при укусах клещей.
«Объяснить, почему в конце 1990-х годов так широко распространились клещи, выйдя за границы своего ареала, мы со стопроцентной точностью не можем, — говорит aif.ru профессор, заведующая лабораторией биологии арбовирусов ФГАНУ "ФНЦИРИП им. М. П. Чумакова РАН" Галина Карганова. — Есть несколько факторов, которые могли этому способствовать. Конечно, однозначную роль в этом сыграло изменение климата. Именно с этим связано распространение клещей на новые территории. Определенное значение имел отказ от ДДТ. Этот инсектицид очень широко применяли в сельском хозяйстве, его распыляли даже с самолетов. Проводили и обработку лесов в тех регионах, где существовали эндемические очаги клещевого энцефалита. Поскольку ДДТ очень плохо распадается, это давало долгий эффект. Страдали от него не только клещи, но и другие насекомые.
Использование ДДТ было глобальной проблемой, он широко применялся не только у нас, но и по всему миру. Скоро стало известно, что инсектицид очень вреден не только для насекомых, но и для природы в целом, и для человека. Загрязнение Земли им оказалось очень существенным, из-за чего от его широкого применения стали отказываться, а позже совсем запретили на мировом уровне.
Сейчас есть другие, менее вредные акарициды, уничтожающие клещей. Но действуют они недолго, более половины сезона, и их приходится применять по два раза за сезон. Используют их не так широко, как раньше ДДТ, но обработку определенных мест ими производят. Например, обрабатывают территории детских садов и лагерей, некоторые парки, места общественных собраний, особенно перед какими-то массовыми мероприятиями. Леса не обрабатывают.
Есть еще несколько факторов, эффект которых не столь однозначен, но их роль обсуждается. Например, часто говорят о том, какую роль мог сыграть в этом отказ от обработки земель в постперестроечное время. Это тоже могло способствовать миграции грызунов и распространению ими клещей. Но с другой стороны, в эти годы произошло расширение ареала и увеличение численности клещей и во многих странах Европы, включая Швейцарию, Швецию и Финляндию, в которых с землепользованием все было нормально.
Скорее всего, в широком распространении клещей играют и какие-то общебиологические факторы, которые мы еще плохо понимаем. Они недостаточно изучены. Например, мы замечаем, что численность клещей колеблется в разные сезоны, и в этом есть цикличность. Причем эти циклы разной длительности. Есть короткие, примерно один раз в три года число клещей увеличивается. Они, скорее всего, связаны с цикличностью изменения численности грызунов. По-видимому, есть и более продолжительные циклы.
Если резюмировать, то можно сказать, что изменение климата, определенное воздействие человека на среду обитания клещей и их прокормителей — основные факторы, связанные с нынешним увеличением количества клещей и инфекций, переносимых ими, во многих регионах страны".