Ленинский районный суд Нижнего Тагила оштрафовал 20-летнюю студентку Екатерину Сергеенко за антивоенные надписи на стенах домов. Заседание по делу об административном правонарушении завершилось сегодня. Накануне президентских выборов тагильчанка с помощью баллончика с чёрной краской оставила 16 надписей с явным антивоенным содержанием на фасадах зданий в центре города.
Как следует из материалов дела, Екатерина устроила своеобразный перформанс рано утром 14 марта. На дело она пошла в одиночку, вооружившись баллончиком с краской. Своё лицо девушка предусмотрительно скрыла маской, свидетелей по пути следования и во время нанесения надписей не встретила. Несмотря на это, уже на следующий день сотрудникам ОП № 16 МУ МВД России «Нижнетагильское» удалось вычислить и задержать юную оппозиционерку. По словам Екатерины, сыщики смогли вычислить её благодаря геоданным смартфона. Кроме того, незадолго до задержания правоохранители опросили папу девушки, который ранним утром подбросил дочь на автомобиле с Тагилстроя в центр города.
После общения с полицейскими тагильчанка во всём созналась и полностью признала свою вину. Это же она сделала в ходе судебного заседания. В итоге Екатерину признали виновной и обязали выплатить штраф в размере 30 тысяч рублей. Эту сумму студентка должна будет выплатить в течение 60 дней с момента оглашения приговора. По словам правонарушительницы, обжаловать приговор она не собирается и считает, что ей и так очень повезло.
«Меня задержали в тот же день после того, как я оставила граффити на проспекте Ленина и улице Карла Маркса. В общей сложности я нанесла около 16 надписей на фасадах домов и одной остановке. Я вообще никому не желала зла. Меня всегда вдохновляли сильные люди, которые открыто высказывали своё мнение, выходили на митинги. Я тоже хотела что-то сделать, но после этого инцидента поняла, что в тюрьму не хочу, поэтому буду вести свою политическую активность по-другому», — рассказала АН «Между строк» Екатерина.
Девушка пояснила, что в отделе полиции к ней отнеслись по-человечески и не «беспределили», чего она немного опасалась. В ходе опроса у неё изъяли мобильный телефон, однако доступа к личным перепискам полицейские получить не смогли и исследовали только открытую информацию владелицы: её подписки и комментарии под постами.