Про Украину, газ и теорию заговоров: есть ли план «Б» у Газпрома?
На днях в интернете появился любопытный видеоролик. В нем известный российский экономист Михаил Делягин делает весьма громкое заявление — мол, Газпром отказывается от переговоров с Украиной «до обретения вменяемости».
Оно тут же вызвало обширный диспут, в большинстве своем сводящийся к встречному вопросу: какое отношение этот человек имеет к российской нефтегазовой корпорации, чтобы говорить такое? Господин Миллер что-нибудь подобное где-нибудь произносил? Нет? Значит, все это глупости и пропаганда. Однако, если присмотреться к деталям, возникает одна интересная теория заговора.
На данный момент газовый конфликт между Киевом и Москвой действительно существует. У России на самом деле возник некоторый календарный разрыв в реализации двух своих газовых проектов. Считалось, что к концу 2019 года удастся полностью закончить вторую нитку «Северного потока» на Балтике и вторую линию «Турецкого потока» на Черном море. Закончить — то есть полностью подключить их к ГТС Евросоюза и пустить по ним газ в Европу.
Однако из-за сопротивления «наших иностранных партнеров» срок готовности по ним сдвинулся по меньшей мере до весны 2020 года. Из-за этого у Газпрома в поставках в ЕС образуется дыра в размере примерно 60 млрд кубометров газа, из которой Киев решил выдавить денег по максимуму. Понимая, что поезд уходит и что через год украинская ГТС потеряет всякое значение, «Нафтагаз» пытается зайти сразу с трех козырей.
Во-первых, заключить на фиксированных условиях не менее чем десятилетний контракт, гарантирующий получение прибыли не менее чем 3 млрд долларов в год. По двум вариантам: или схемы «бери или плати» при транзитной ставке в 1,5−2 раза выше текущей, или без обязательств по объему, но по тарифу в 3−4,6 раза дороже.
Во-вторых, снова попытаться вытрясти «старые долги за былые годы». Начиная с якобы недополученных 11−14 млрд долларов по прошлому контракту из-за «заведомо несправедливого ценообразования». «Нафтагаз» сообщил о подаче очередного иска в Стокгольмский арбитраж.
За последние пять лет разных претензий против Газпрома Украиной подано на сумму более 43 млрд долларов, из которых получить положительное решение удалось только на 4,5 млрд. Зато, опираясь на него, власти страны пытаются добиваться разных блокирующих решений по всей Европе. Например, суд Люксембурга по просьбе «Нафтогаза» арестовал счета SPV-компании GazAsia Capital S.A., которая эмитировала еврооблигации Газпрома в японских иенах.
Аналогичные попытки предпринимаются в Швейцарии, Нидерландах, Великобритании и Люксембурге. Как правило, все они в итоге оспариваются ответчиком и отменяются властями. То есть вытрясти хоть сколько-нибудь денег не получается, но надежды своего как-нибудь добиться Киев не оставляет.
В-третьих, только так Украина может избежать необходимости реформирования своей ГТС по нормам Евросоюза, с выделением транзитера в отдельную независимую частную компанию, выполнить которые она совершенно не в состоянии.
Да и вообще, ряд лиц, вроде главы «Нафтагаза» Андрея Коболева, открыто говорят о своем принципиальном нежелании заключать с «оккупантом» какой бы то ни было контракт. Итоговые последствия подобного шага его не интересуют. Главное, что если Миллер не хочет получить больно от плохого полицейского, то ему следует немедленно согласиться на все условия хорошего.
А именно — дать денег. Примерно около 40−50 млрд долларов, из которых примерно половину сразу, остальное частями на протяжении десяти лет, но не менее чем по 3 млрд в год.
Выдвинутые условия для Москвы, совершенно очевидно, неприемлемы. Но у Киева другого выхода тоже нет. Прекращение газового транзита из России не только лишает ВВП Украины сразу до 3% текущего объема, оно сильно сокращает объем имеющихся в распоряжении центральной власти денег, благодаря которым Киеву вообще еще удается сохранить Украину от территориально-политического распада. Так что он с этими требованиями к Газпрому пошел ва-банк. Все или ничего.
Последний раунд межминистерских переговоров по газу полностью провалился. Следующую встречу на уровне министров Еврокомиссия назначила на вторник, 19 ноября. И очень похоже, что хоть Делягин к Газпрому и не имеет отношения, а сам Миллер «ничего такого не говорил», в действительности только что имело место озвучивание реального российского ультиматума. Или Украина берется за ум и восстанавливает адекватность, или, коль хотите драться, значит, будем драться.
Тем более что «план Б» у Алексея Борисовича готов еще с лета. В середине августа в Роттердам прибыл плавучий регазификационный терминал «Маршал Василевский». Официально — для обеспечения газом Калининградской области, но если потребуется, через него в ГТС Евросоюза вполне возможно перебросить кораблями те самые недостающие 60 млрд кубов газа в виде СПГ.
Нет, он сам, регазификационный терминал «Маршал Василевский», конечно, маленький. Его мощность составляет всего 3,7 млрд кубометров в год. Но такие суда при необходимости Газпром легко зафрахтует еще. Конечно, это вызовет определенные технические сложности и несколько сократит доходность из-за роста операционных издержек, но результат все равно выйдет многократно дешевле украинских хотелок.
Но все это, конечно, пока чистой воды теория заговоров.