Канада: новая эра страны
Оттава, 8 ноября, 2015, 19:19 — ИА Регнум. На этой неделе внимание всей Канады, включая СМИ, было приковано к Оттаве. Там состоялась церемония принятия присяги новым правительством либерала
Точка отсчета нового политического периода, принятие присяги правительством Джастина Трюдо (Justin Trudeau) в эту среду (4 ноября) сопровождалось символическими актами транспарентности и открытости. Разумеется, в этом была значительная доля того, что мы назвали бы политическим маркетингом, но также и очевидное обязательство изменить многие вещи.
В течение этого, праздничного, дня, новый премьер-министр только и делал, что совершал поступки и говорил слова, лишь подчеркивающие разрыв традиций. Все началось с открытия решеток в Ридо Холл (официальная резиденция генерал-губернатора Канады и место проживания главы страны, монарха Великобритании, во время посещения Канады — прим. ИА REGNUM ) для публики. Продолжилось — появлением министров, которые пришли давать присягу… пешком. Наконец, завершилось все пресс-конференцией для представителей СМИ нового премьер-министра и его подчиненных, да еще и позволение прессе присутствовать на первом совещании правительства. Все — на резком контрасте с предыдущим режимом (правительства Харпера — прим. ИА REGNUM ). И контраст, конечно, желаемый новым правительством.
Жест, который, в то же время, лучше всего обозначает смену эпох, это равенство между женщинами и мужчинами в кабинете премьера Трюдо, которое тот обещал, и слово сдержал. Равенство выражается в числе 15. По пятнадцать мужчин и женщин — на постах министров. Но речь идет не только о формальностях. Между министрами справедливо разделены полномочия, и между представителями сильного и прекрасного пола справедливо разделены портфели «первого плана».
На вопрос, к чему это равноправие сегодня, премьер-министр отвечает, что мы живем в 2015 году. В то же время, правдой было бы сказать, что у Трюдо просто было желание добиться этого равноправия… то самое желание, которого не оказалось у консерватора Стивена Харпера (Stephen Harper), как и у либералов, бывших премьер-министров Поля Мартина (Paul Martin) и Жана Кретьена (Jean Chrétien).
Впечатление, которое произвел на нас первый день правительства, можно описать одним словом — современность. Оттава (столица Канады — прим. ИА REGNUM ) попала, наконец, пусть и с 15-летним опозданием, в 21 век. Век, начатый, кстати, под руководством правительства либералов. Которые, когда-то, погрязли в скандалах, позволивших электорату воспользоваться моральными ценностями «правых», оказавшихся во власти Канады на долгое время.
Мы говорим о современности, которая учитывает компетентность и опыт новых министров, которые все вместе являются живой иллюстрацией социального и культурного разнообразия Канады. Это то, что мы могли бы сказать о присутствии в правительстве министра юстиции Джуди Вильсон-Рэйболд (Jody Wilson-Raybould), индеанки из Британской Колумбии, и о Мириам Монсеф (Maryam Monsef, представительнице гражданского общества, по происхождению — из Афганистана, и чьи родители сбежали из-под власти движения «Талибан». Что касается традиционного разнообразия на уровне провинций, то и с этим у правительства Трюдо — полный порядок. Каждая провинция страны представлена своим министром. Квебек, например, представлен шестью министерскими постами. Это справедливо с учетом размеров и населенности провинции. Среди людей квебекского влияния — министр иностранных дел Стефан Дион (Stéphane Dion). Но хотелось бы заметить, что портфели, доставшиеся Квебеку, относятся к социальной, культурной, и политической сфере, а не экономической. за единственным исключением — поста министра транспорта, доставшегося Марку Гарно (Marc Garneau). Это производит впечатление, что премьер, как бы, сохраняет некоторые предубеждения прошлых времен… (речь идет о мнении о франкоканадцах как несколько более легкомысленных, за счет французского влияния, чем англоговорящие жители Канады — прим. ИА REGNUM ).
Теперь правительству остается исполнить свои обещания на деле. Энтузиазма новоиспеченным министрам хватает. Все может начаться с начала декабря — с сокращения налогов для «среднего класса», о котором столько говорилось, и с ожидаемого создания комиссии по расследованию насилия в отношении женщин-аборигенок Канады, которые были убиты или пропали без вести. Все будут аплодировать этому. Но реальность состоит еще и в экономических задачах, таких, как ежедневное управление экономикой страны в условиях кризиса, и которое покажет нам реальную силу правительства.
Конечно, этот кабинет — великолепен, несмотря на все свои слабости. Более половины министров — новички, лишь некоторые когда-то работали в правительстве. Это относится и к самому премьер-министру, который, в рамках своего кабинета, оставил за собой полномочия регулятора отношений между федеральным центром и провинциями. Очень многое придется сделать в этом отношении, и Трюдо предстоит еще научиться своей профессии премьера.
«Расследование о действиях канадцев в Афганистане продолжается»
Другое издание, La Presse, уделило значительное внимание расследованию, которое проводится в отношении тех, кто сам обязан проводить расследования — военной полиции. Речь идет об обвинениях в плохом обращении с задержанными, которые выдвигают афганские заключенные в адрес военной полиции ВС Канады в период с 2010 по 2011 годы.
Издание обнаружило, и обнародовало, в мае этого года, что военная канадская полиция в Афганистане установила «атмосферу террора» в тюрьме в военной базе города Кандагар причем безо всякой санкции Министерства Обороны Канады.
Теперь, после принесения присяги новым правительством страны во главе с Джастином Трюдо, новый президент Комиссии по изучению жалоб в отношении военной полиции, Хиллари МакКормак (Hilary McCormack), известила Министерство обороны страны, генерального прокурора, а также ряд других уполномоченных лиц, что, в соответствии с Законом о национальной обороне, проведет расследование в интересах общественности.
Расследование газеты, в свою очередь, позволило установить, что правонарушения были осуществлены в декабре 2010 года и не прекращались до января 2011 года, ко времени окончания миссии канадских военных в Афганистане.
Около сорока заключенных-афганцев находились тогда в центре для задержанных на военной базе в Кандагаре. Следуя инструкциям вышестоящих, военные полицейские осуществляли ряд подавляющих мер. Речь идет о силовом вторжении в клетки заключенных. Целью этого было заставить заключенных сделать признания, и выдать ценную информацию, которая бы позволила канадским военным и их союзникам реагировать на угрозы повстанцев, и находить тайники с оружием.
Эти «силовые вторжения» — неожиданные, сопровождаемые шумом и угрозами — снимались на камеры, которые были вмонтированы в стены камер-клеток, согласно информации, которой располагает La Presse.
Газета напоминает, что в соответствии с международным правом пытки заключенных, и негуманное обращение с ними, запрещены. В среднем, в камере заключалось от шести до восьми задержанных. Военные полицейские врывались в камеру с дубинками и оружием, заставляли заключенных лечь на пол, кричали и «создавали атмосферу высокого напряжения». Это производило на задержанных такое впечатление, отмечает La Presse, что некоторые из них «совершали произвольный акт дефекации или мочеиспускания».