Провокация о казахстанских и киргизстанских миротворцах в Сирии: для чего?
На минувшей неделе в Казахстане и Киргизии разразился скандал, связанный с Сирией. Вызвали его два человека: сначала официальный представитель президента Турции Ибрагим Калын, который заявил о совместной миротворческой миссии России и Турции в сирийской провинции Идлиб. Затем депутат Государственной Думы России Владимир Шаманов объявил, что Россия ведет переговоры с Казахстаном и Киргизией.
Последнее выступление, растиражированное российскими СМИ, сразу вызвало однозначную реакцию и в Казахстане, и в Киргизии. Отношение к данному заявлению в обеих странах было отрицательным. Почти сразу же выяснилось, что никаких переговоров не было.
В общем, вот так и появился скандал на ровном месте. Какие у него еще есть аспекты, кроме медийного, рассмотрим на примере Казахстана.
Правовой
Начнем с того, возможна ли вообще отправка миротворцев из Казахстана в Сирию. Читаем договор о коллективной безопасности от 15 мая 1992 года:
«Статья 2.
В случае возникновения угрозы безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету одного или нескольких государств — участников либо угрозы международному миру и безопасности государства — участники незамедлительно приводят в действие механизм совместных консультаций с целью координации своих позиций, вырабатывают и принимают меры по оказанию помощи таким государствам — участникам в целях устранения возникшей угрозы.
Статья 6.
Решение об использовании сил и средств системы коллективной безопасности в соответствии со статьями 2 и 4 настоящего Договора принимается главами государств — участников.
Использование сил и средств системы коллективной безопасности за пределами территории государств-участников может осуществляться исключительно в интересах международной безопасности в соответствии с Уставом ООН и законодательством государств-участников настоящего Договора»
То есть чтобы отправить миротворцев в рамках ОДКБ в Сирию, надо сначала получить мандат Совета Безопасности ООН, а затем провести внутренние консультации, после чего глава каждого участвующего государства принимает решение об отправке своего контингента.
Теперь смотрим внутреннее законодательство Казахстана.
В Военной доктрине Казахстана от 2011 года миротворческая деятельность регулируется так:
«Основными принципами участия Казахстана в миротворческих операциях являются беспристрастность и сохранение полной нейтральности, отсутствие особых отношений с какой-либо из конфликтующих сторон, отказ от прямого или косвенного содействия в реализации интересов одной из сторон, если это ведет к ущемлению интересов других участников конфликта.
Главным в миротворческой деятельности Казахстана является принципиальная позиция государства в деле консолидации коллективных усилий в соответствии с решениями Совета Безопасности ООН и общепризнанными нормами международного права для обеспечения региональной и международной безопасности.
Выполнение задач в операциях по поддержанию и восстановлению мира возлагается на специально подготовленные по международным стандартам подразделения Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан. Их участие в миротворческих операциях осуществляется на основании решения парламента Республики Казахстан, принимаемого в соответствии с Конституцией, законодательством Республики Казахстан и ратифицированными международными договорами»
Теперь смотрим другой документ — закон «О миротворческой деятельности Республики Казахстан» от 2015 года. В нем в главе «Направление национального контингента для участия в миротворческой операции» написано:
«Основаниями для рассмотрения вопроса об участии национального контингента в миротворческой операции являются решение международной организации и (или) международный договор, ратифицированный Республикой Казахстан»
Таким образом, так как ОДКБ не получил мандата ООН на миротворческую операцию и даже в принципе такого обсуждения не было, а Казахстан не имеет договора с Сирией о военной или другой помощи, то отправка миротворческого контингента невозможна.
Политический
В настоящее время Казахстан с одной стороны является непостоянным членом Совета Безопасности ООН, а с другой предоставляет площадку для Астанинского переговорного процесса. При этом надо отметить, что он — не гарант соглашения о деэскалации, а только посредник.
Поэтому будет крайне проблемным его участие в миротворческой операции, пока идет переговорный процесс: кто будет доверять посреднику, который вмешивается в ход событий на месте? Да и не только в самой Сирии — за ее пределами тоже будут недовольны. Дело в том, что в мире преобладает точка зрения не «законное и легитимное правительство борется с деструктивными мятежниками», а «в стране идет гражданская война между различными политическими силами».
Да и какие могут быть дивиденды от такого вмешательства? Срыв Астанинского процесса, а он в случае отправки миротворцев обязательно будет, не компенсирует гипотетическую благодарность Турции, России и Ирана.
Социальный
Практически 20 лет Казахстан во внутренней политике продолжал лозунги позднего СССР: «Лишь бы не было войны» и другой внешнеполитический пацифизм. А так как казахстанская пропаганда в этом аспекте работает достаточно успешно, то население страны теперь не готово к внешнему противостоянию, пусть даже в форме миротворческой операции. Несмотря на то, что ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) давным-давно объявило войну Казахстану и даже проводит против него террористические акты, население страны этого еще не осознало.
Военный
Тут два интересных обстоятельства. С одной стороны, казахстанские военные готовы к любому виду миротворческих операций и имеют для этого специализированное подразделение «Казбриг». Дай им приказ — никаких проблем с добровольцами бы не было, особенно если бы заработную плату и страховку платило ООН.
С другой стороны, все же численность «Казбрига» не настолько велика, чтобы как-то сильно повлиять на ход боевых действий. Плюс все же у него не так много опыта проведения боев в городских условиях, а значит при вмешательстве возможны жертвы среди гражданского населения, что тоже вызовет социальный протест внутри Казахстана.
Выводы
Проанализировав все вышеотмеченное, можно сделать следующие выводы:
- Нет правовых оснований для отправки в Сирию казахстанских миротворцев как в рамках ОДКБ, так и в рамках двусторонних отношений.
- Политически миротворческая миссия неприемлема и несовместима с Астанинским процессом, который принимает Казахстан.
- Население Казахстана не готово к тому, что государство станет принимать участие в военных конфликтах, несмотря на то, что сами казахстанские военные готовы к миротворческим операциям.
- На мой личный взгляд, данный медийный вброс про переговоры России с Казахстаном и Киргизией насчет отправки миротворцев в Сирию, был направлен на подрыв отношений этих стран с Россией и срыв Астанинского процесса, вне зависимости от того, что думали Ибрагим Калын и Владимир Шаманов. Надо отметить, что основное негодование пришлось на Россию, хотя начал-то вброс представитель Турции.
PS. Есть еще определенный историко-религиозный момент. В последний раз жители Казахстана участвовали в боях на Ближнем Востоке как организованная военная сила в 1258 году в составе войска Хулагу. При взятии Багдада они завернули последнего халифа из династии Аббасидов аль-Мустасима в ковер, а потом бросили под копыта своих боевых коней. Затем Багдад был уничтожен. С тех пор у мусульман нет общепризнанного халифа, а жители нашей страны и ряда стран-соседей проходят у арабов как Яджудж и Маджудж (библейские Гог и Магог). Возвращение потомков воинов Хулагу на борьбу с новым халифатом может вызвать ряд неприятных апокалиптических ассоциаций у местных жителей и способно вызвать приток добровольцев в ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ).