Баку: «ИРА – это значит Исламская Республика Азербайджан»
Накануне саммита «Восточного партнерства», который должен состояться 24 ноября в Брюсселе, экс-глава ПАСЕ (2005—2008 годы), представитель христианских демократов Рене Ван дер Линден дал интервью азербайджанскому информационному порталу Haggin.az. Оно привлекло наше внимание тем, что нидерландский политик отметил главную особенность Баку по сравнению с другими участниками ВП — Ереваном, Минском, Тбилиси и Кишиневом. Азербайджан является единственным исламским государством в этой группе, хотя его называют самым светским государством в исламском мире.
Отметим и то, о чём пишет в этой связи иранское издание Farda со ссылкой на заявление заместителя министра иностранных дел Республики Азербайджан Махмуда Мамедкулиева. По словам дипломата, «подписание нового соглашения Республики Азербайджан с Европейским союзом по стратегическому партнерству не представляется возможным до ноября». Причин тому множество. Первая. По мнению некоторых европейских экспертов, одна из них в том, что «ЕС оказался перед выбором: экспортировать в соседние страны стабильность или импортировать оттуда нестабильность». Суть второй. Существуют проблемы с проведением в странах «Восточного партнерства» глубинных и болезненных реформ с целью пресечения институциональной коррупции, усилении независимости правовой системы. Также сложно осуществлять конкретные меры по улучшению ситуации с правами человека. Что же касается конкретно Баку, очевидным выглядит то, что он пытается свести партнерство всего лишь к нескольким отдельным вопросам, включая урегулирование нагорно-карабахского конфликта. Хотя понимает, что ему может быть предложен далеко не тот сценарий, который он ожидает. Третья. В последние годы изменился не только внешний широкий геополитический контекст, но и ситуация на соседнем Ближнем Востоке, что имеет самое прямое отношение к Азербайджану. Вот что говорит по этому поводу Рене Ван дер Линден:
«С точки зрения Брюсселя, Азербайджан — это страна, где свободы меньше, чем должно быть в Европе. Но с точки зрения Джидды, столицы Организации исламского сотрудничества, в Азербайджане слишком много свободы, больше, чем должно быть в мусульманском мире. Эта двойственность мироощущения вкупе с растущими угрозами светскому исламу по всему миру ставят власти Азербайджана в сложное положение. Все изменения в сторону ползучей (как в Турции) или радикальной (как в большинстве арабских стран) исламизации формировались именно на базе развития демократии и гражданского общества. Результаты очевидны. И это вызывает опасения официального Баку, который стремится держать под жестким контролем этот сегмент политической активности, который регулярно пытаются заполнить исламистские группы. Как в этом случае реагировать нам, европейцам? Публично критиковать, называть власти диктаторскими, угрожать изоляцией, вызывая тем самым еще большее желание властей Азербайджана дистанцироваться от европейских институтов? А может, разговаривать с ними как с равноправными партнерами, которые сегодня сталкиваются с исламистскими вызовами и которым надо помочь сохраниться в европейской системе ценностей?»
Но светскость досталась Баку по наследству от Советского Союза. Когда же Азербайджан стал выстраивать альянс с Турцией по принципу «одна нация — два государства», то базировался на принципах кемалистской секуляризации и идеологии турецкого национализма. К тому же Анкара сама находилась чуть ли не преддверии вступления в ЕС, что в свою очередь открывало для Баку уже через Турцию (вместо России) новые перспективы для европейской модернизации. Стали раздаваться призывы о создании общего рынка по подобию европейского и в определенной степени в противовес ему, пространства с единым флагом, алфавитом, денежной единицей, мерами измерения, стандартами. Однако когда в Турции стали понимать, что эволюция европейского эксперимента, связанного с демократизацией, ведет к отказу от кемализма, обозначению фактора многоэтнического и многоконфессионального государства, пришедшая к власти в 2002 году Партия справедливости и развития вскоре взяла курс на исламизацию страны, которая, как предполагает Рене Ван дер Линден, может перекинуться и на Азербайджан.
Реально ли такое? Да, реально. И об этом уже давно рассуждают многие азербайджанские эксперты, но своеобразно, связывая такой тренд пока больше не с Турцией, а с соседним Ираном, с исходящим оттуда мощными потоками шиизма, который способен изменить подходы к азербайджанской идентичности. Напомним, что в Азербайджане свыше 60% граждан относят себя к шиитской ветви ислама. Как утверждает бакинский конфликтолог Ариф Юнус, автор книги «Ислам в Азербайджане», все религиозные группировки делятся на три больших группы — это шиитские организации и суннитские, которые в свою очередь делятся на две части, одна связана с салафизмом, то есть именует себя ваххабитами, другая ассоциирует себя с так называемым турецким исламом, в основном это суфии. Поэтому новый идейный прорыв Турции в Азербайджан на плечах суфиев вряд ли возможен, и Анкара может быть выдавлена из этой страны. Может быть, поэтому премьер Турции Бинали Йылдырым в интервью СNN «неожиданно» выступил с предупреждением о том, что «распространение шиизма в регионе стало серьезной угрозой», а это было воспринято турецкими экспертами как попытка рассматривать проблемы региона уже только с конфессиональной стороны, хотя и в самой Турции существует многомиллионная шиитская община. По оценке бакинского специалиста по Ближнему Востоку профессора Рафика Алиева, это является свидетельством того, что «Иран со своим политическим шиизмом становится более сильным игроком в регионе, Турции придется считаться с этим фактом».
Не случайно и то, что на днях турецкая газета Hürriyet выступила с призывом к Анкаре «перейти, пока не поздно, к светской дипломатии». Нельзя сказать, что Баку, в свою очередь, не видит возвышения ислама как у себя, так и в Турции, где ислам становится уже заметной политической силой, которую пытается держать под своим контролем турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган. Станет ли действовать аналогично и его азербайджанский коллега Ильхам Алиев? Окажется ли для него естественным и неизбежным вывод ислама в публичную сферу? Если да, то когда? Пока Алиев вместе с Эрдоганом подвергается резкой критике со стороны Запада и Европы по части нарушений норм демократии и прав человека. Однако по мере развития событий на Ближнем Востоке почти одновременно возрастают и геополитические риски для Азербайджана и Турции. Что касается Брюсселя, который одновременно отторгает Анкару и флиртует с Баку через «Восточное партнерство», то похоже, что ЕС пытается всеми способами установить свой контроль над Азербайджаном. Получится ли? Как пишет в Haqqin. az азербайджанский публицист Чингиз Гусейноглу, «ИРА означает Исламская Республика Азербайджан, и каким бы невероятным не казался этот прогноз, полагаю, что его публичного провозглашения ждать осталось недолго».