National Interest: Внешняя политика Трампа – «унизительный спектакль»
Непростое время переживают как союзники, так и противники США, поскольку внешняя политика Вашингтона все больше напоминает унизительный спектакль. Несмотря на то, что Трамп уже более пяти месяцев возглавляет Белый дом, до сих непонятно, ни каков внешнеполитический курс Белого дома, ни кто его определяет, пишет Даг Бендоу в статье для The National Interest.
Автор отмечает, что передача власти после президентских выборов всегда создает некоторую неопределенность в политике страны. Даже когда на пост главы Белого дома приходит преемник из той же партии, подходы и ключевые аспекты нового и старого лидера США отличаются. Как и неодинаковы личные связи. Однако на сегодняшний день можно наблюдать разногласия в самой администрации. Согласия нет практически ни в одной области.
Так, президент США Дональд Трамп пришел в Белый дом с призывами к сближению с Россией, однако глава Минобороны в его администрации Джеймс Мэттис, напоминая сенатора-республиканца Джона Маккейна, стал называть Москву величайшей угрозой, стоящей перед США. Затем глава Государственного департамента Рекс Тиллерсон потребовал от России сначала уйти из Крыма, если Москва хочет улучшения двусторонних связей между Кремлем и Белым домом. И вот теперь вооруженные силы США сбили сирийский бомбардировщик, в результате чего Москва выступила с угрозой взять на прицел ВВС США.
И действительно, последнее развитие событий может привести к втягиванию США в войну в Сирии в качестве активного участника, в результате чего США будут сражаться не только с террористической группировкой «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но и правительством Асада, Ираном и Россией. Более того, Совет по национальной безопасности уже призывает к более активной роли США как в борьбе против Асада, так и против поддерживаемых Ираном вооруженных групп. Тем не менее будучи кандидатом в президенты, Трамп критиковал как войну в Ираке, так и предложения о вступлении США в очередной ближневосточный конфликт. Когда во время президентской гонки его соперники-республиканцы угрожали сбивать российские самолеты, он называл именно ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) приоритетной целью. Позже он назовет своего основного соперника в президентской гонке бывшую первую леди США Хиллари Клинтон разжигателем войны, отчасти за ее милитаристский подход к Ближнему Востоку.
Соревнуясь с Клинтон за кресло президента, Трамп угрожал начать торговую войну против Китая, пообещав назвать Пекин валютным манипулятором и предложив ввести огромные тарифы на его продукцию. В свою очередь, Рекс Тиллерсон заявил на слушаниях по утверждению его кандидатуры, что нужно заблокировать тихоокеанские территории КНР, что стало бы потенциальным актом военной агрессии. Будучи еще лишь избранным президентом США, Трамп нарушил традиционную практику, приняв звонок с поздравлениями от лидера Тайваня Цай Инвэнь.
Однако после встречи с председателем КНР Си Цзиньпинем Трамп сменил свою позицию, став с надрывом рассказывать об их дружбе. Сначала потребовав от Китая, чтобы тот «решил» КНДР, Трамп принял объяснения лидера КНР о том, почему проблема сложнее, чем ему изначально казалось. И все же в качестве жеста в сторону Пекина Трамп отказался от риторики о возможности торговой войны и жесткого ответа на территориальные споры в Южно-Китайском море. Он также пообещал больше не говорить с Цай Инэнь без одобрения Си Цзиньпиня. И вот теперь после едва ли пяти месяцев в Овальном кабинете он говорит, что попытки положиться на КНР в вопросе Северной Кореи «не сработали».
Хотя Трамп и ожидал от Пекина, что тот будет действовать против Пхеньяна, сам Трамп колеблется между переговорами и войной с этой страной. В ходе предвыборной кампании он предложил пойти на диалог с Ким Чен Ыном. И лишь несколько недель спустя он отослал «армаду» к побережью Корейского полуострова в готовности, если потребуется, начать войну. Затем он заявил, что он был бы «польщен» встречей с Кимом, отметив, что тот «хитрюга». Теперь же глава Белого дома стремится к американскому «решению» проблемы, которую, как он считал, Китай либо не хочет, либо не может решить.
В том же, что касается Южной Кореи, кандидат Трамп отмел ценность альянса Вашингтона и Сеула, настаивая на том, что Республика Корея должна выделять больше средств на свою оборону, что вызвало вполне оправданное беспокойство в стране. Затем Мэттис и Тиллерсон посетили Южную Корею в попытке успокоить обеспокоенность этой страны, подтвердив приверженность США альянсу. Они также убедили Трампа выступить с таким же заявлениям.
Однако через несколько недель после выборов в Южной Корее Трамп заявил, что Сеул должен заплатить за систему ПРО THAAD, несмотря на соглашение, достигнутое с администрацией Обамы. Он также объявил о своем намерении разорвать Соглашение о свободной торговле, которое обсуждалось и подписывалось с большими для южнокорейских правительств издержками. Тогда советник Трампа по национальной безопасности Герберт Макмастер заявил, что никому не следует слушать главу Белого дома, тем самым очевидным образом вызвав неудовольствие своего по меньшей мере номинального начальника.
Отношение администрации к ЕС носит такой же неоднозначный характер. Дональд Трамп на протяжении долгого времени обвинял партнеров США по НАТО в том, что они слишком сильно полагаются на США и не выполняют взятые на себя обязательства, задолжав Вашингтону миллиарды. Особенно острый характер его гнев носил в отношении Германии, которую глава Белого дома обвинил в валютных манипуляциях.
Тиллерсон и Мэттис попытались сгладить ситуацию и убедить президента выступить в поддержку НАТО и роли альянса в поддержании мира в ЕС. Во время приготовления недавнего саммита блока официальные лица администрации США пытались примирить его членов, организовавшихся с целью более эффективного ответа Трампа. Решения предлагались разные, в том числе выступать с короткими и простыми замечаниями, чтобы у Трампа возникала мысль, что он одержал политическую победу. Трамп же вел себя бескультурно, повторяя свою критику союзников-нахлебников, а также отказался повторять успокоительную риторику его помощников.
Еще одной «целью» Трампа стала Саудовская Аравия, которую он обвинил в терактах 11 сентября и раскритиковал за то, что она полагается на Вашингтон для обеспечения собственной безопасности. Но став главой Белого дома, Трамп пошел навстречу Эр-Рияду с еще большей страстью, нежели его предшественник Барак Обама, которого критиковали за полупоклон во время встречи с королем Саудовской Аравии. Президент Трамп же пошел на полное политическое преклонение колен. И во время своего визита в Эр-Рияд он подписал еще одну крупную сделку на поставку оружия, предложив большую поддержку кровавой войне королевства в соседнем Йемене.
Более того, президент, по всей видимости, позволил убедить себя выступить в качестве фактического лоббиста при предоставлении поддержки конфронтации Эр-Рияда с Катаром. США и Саудовская Аравия на протяжении долгого времени критиковали Доху за то, что Катар выступил в качестве канала финансирования радикальных и даже террористических групп. Тем не менее после того, как президент-республиканец выразил поддержку Эр-Рияду в Twitter, Мэттис и Тиллерсон выступили на стороне Дохи, раскритиковав ее антагонистов. Государственный департамент даже заявил, что он «озадачен» поведением Эр-Рияда.
Безусловно, многие администрации часто спорили внутри себя по широкому спектру вопросов. Более того, президенты часто отменяли решения своих советников по внешней политике, беря под контроль международные вопросы, особенно такие, по которым споры особенно остры. В частности, Белый дом при Бараке Обаме держал под крепким контролем внешнеполитические вопросы, несмотря на то, что пост главы внешнеполитического ведомства занимали такие серьезные фигуры, как Хиллари Клинтон и Джон Керри.
Однако никогда ранее в США не был так очевиден раскол между президентом и его назначенцами по столь большому числу вопросов. Более того, никогда прежде президент так часто не терпел поражения в политической битве. В частности, страны-члены НАТО в Европе по-прежнему зависимы от Белого дома, политика которого по-прежнему носит враждебный по отношению к Москве характер. США все ближе к прямому вмешательству в Сирии. Вашингтон продолжает защищать Южную Корею от угрозы КНДР. США по-прежнему гарантируют безопасность Саудовской Аравии, пытаясь выступать в качестве посредника в конфликте между странами Персидского залива. Более того, США так и не начали торговой войны с Китаем, Германией и Южной Кореей.
Результатом этого стало то, что большое число стран по всему миру находятся в состоянии глубокой обеспокоенности, будучи неуверенными в том, кто же действительно принимает решения в США, а также в том, каковы его или ее взгляды на их отношения с Вашингтоном. Поэтому знакомое чувство теплоты, вызываемое статусом иждивенца оборонных обязательств США, исчезло. Европейский тур Трампа продемонстрировал, что его назначенцы, возможно, и способны убедить его примириться с политикой, которая ему не нравится, но они не могут заставить его принять ее. Иногда «внутренний Трамп» все же вырывается наружу.
Но лишь немногим более довольны и противники и потенциальные антагонисты США. Например, в Москве многие выражали надежды на улучшение отношений с США, на чем обвинениями России в электоральных манипуляциях, а также мышлением в рамках статус-кво Мэттиса и Тиллерсона был поставлен крест.
Администрация Трампа превратила свою внешнюю политику в унизительный спектакль. И не имело бы никакого значения, если бы так себя вели Бутан, Словения, Чад, Фиджи или Чили, никто бы не заметил, пусти эти страны свою внешнеполитический курс под откос. Однако из-за того, что США — доминирующая глобальная экономическая, политическая и военная держава, Вашингтон может своими действиями трансформировать — к добру или худу — страны и целые регионы. На сегодняшний день никто не знает, чего ожидать, даже те, кто принимает решения. Это не является положительным развитием событий для США, не благоприятно оно и для тех, на ком сказываются решения Вашингтона — то есть, как считает автор, для остального мира.