2 апреля беспилотники впервые с начала войны против Украины долетели до Татарстана.
Казахстан не имеет отношения к ударам по российским предприятиям в Нижнекамске и Елабуге, заявило Минобороны страны.
«Распространяемая в некоторых телеграм-каналах информация о том, что якобы беспилотники, атаковавшие объекты Республики Татарстан, были запущены с территории Казахстана, не соответствует действительности», — сообщили в ведомстве.
О том, что атаку могли организовать из «степных районов в северо-западной части» Средней Азии, ранее заявил член комитета Госдумы по обороне генерал-лейтенант Андрей Гурулев. «Они не контролируются ни с воздуха, ни радиолокационными станциями. Провести можно что угодно», — сказал депутат.
Журналист кремлевского пула Дмитрий Смирнов также допустил, что территорию Казахстана могли использовать для запуска дронов по Татарстану. Он отметил, что от Нижнекамска и Елабуги до границы с этой страной всего 500 км, а с Украиной — 1200 км, но позже удалил пост.
Минобороны Казахстана подчеркнуло, что «подобные инсинуации направлены на дискредитацию республики», и призвало граждан и СМИ не реагировать на распространяемые слухи.
2 апреля беспилотники впервые с начала войны против Украины долетели до Татарстана и атаковали промышленные предприятия. В Елабуге удар пришелся по производству иранских дронов Shahed, в Нижнекамске — по нефтеперерабатывающему заводу.
НПЗ принадлежит «Татнефти» и производит 6% всего бензина в России и почти 10% — дизтоплива. По данным источников Reuters, завод оказался парализован: была аварийно остановлена установка АВТ-7, на которую приходится половина мощности предприятия — 21,7 тысячи тонн нефти в сутки.
Украина совершенствует беспилотники, большинство тех, что атаковали российские НПЗ, имеют радиус действия от 700 до 1000 км, но есть и модели, способные пролететь более 1000 км, рассказал в интервью Die Welt министр цифровой трансформации Михаил Федоров.
Президент Украины Владимир Зеленский ранее говорил, что ВСУ бьют по промышленным и энергетическим объектам на территории России, поскольку она делает то же самое. «Мой вопрос: почему мы не можем им ответить? Их общество должно научиться жить без бензина, без дизеля, без электричества. Это справедливо. Когда Россия прекратит это делать, прекратим и мы», — подчеркивал он.