«Иеновых дождей» из Японии на Россию не будет!
Японский премьер-министр Синдзо Абэ, объявивший отношения своей страны с Россией одной из приоритетных целей политики в период своего правления, продолжает экспериментировать на российском направлении. Громких слов и намерений немало. Тут и программа экономического сотрудничества с северным соседом из восьми пунктов, и согласие поучаствовать в развитии русских Курильских островов, которые Токио считает «своими», и внешне доверительные дружественные отношения с президентом РФ, и широкий культурный обмен в период перекрестного Года России в Японии и Японии в России.
Все это дает основания министру иностранных дел РФ, его заместителям, послу в Японии, да и самому президенту РФ говорить о поступательном движении, новом качестве отношений двух стран. При этом особое удовлетворение вызывают планы развития экономических связей. И хотя результаты реализации «плана Абэ из восьми пунктов» пока скромные, руководители обеих стран неизменно отмечают более ста проектов, реализация которых уже-де согласована.
Все это следовало бы искренне приветствовать, если бы не одно «но». В отличие от 70-х годов прошлого века, когда японский бизнес активно шел в СССР, где получал от реализации проектов реальную и немалую прибыль, нынешние программы в значительной степени политизированы и нацелены в первую очередь на отторжение от России Курильских островов любой ценой, не отказываясь и от ухищрений вроде совместной хозяйственной деятельности.
Абэ и его советники, убедившись, что нахрапом, угрозами свернуть экономические и иные связи с Москвой, вернуть утраченные по результатам войны Курильские острова и омывающие их богатые ресурсами акватории не удастся, прибегли к так называемому «экономическому прянику», попытавшись заинтересовать русских большими выгодами от сотрудничества с Японией. Но, конечно, не бескорыстно. Японцы могут быть действительно щедрыми, но эта щедрость всегда тщательно просчитана.
Особенностью нынешней тактики Абэ является отказ, не исключено, что временный, от многолетнего принципа политики в отношении нашей страны, именуемой «сэйкэй фукабун» — «нераздельность политики и экономики», к тактике, которую можно назвать «к политическим целям через экономику». Как показало выступление премьера Абэ на Петербургском экономическом форуме, русских ждет небывалое процветание от сотрудничества с Японией. И нужно-то для этого, с точки зрения Абэ, всего ничего — отдать Курильские острова.
Еще с горбачевско-ельцинских времен образовалась часть российского истеблишмента, загоревшаяся идеей обменять стратегически важные Курилы на экономические и финансовые «блага» от богатой и щедрой Японии. Вокруг Горбачева и Ельцина стали проявлять активность почти открыто работавшие в интересах Токио «агенты влияния», которые, надо думать, не бескорыстно убеждали своих патронов скорее пойти на уступки японским требованиям, в ответ на которые якобы непременно последует «не знающая пределов» помощь Японии. И они вместе со своими японскими партнерами почти преуспели. Ельцин был готов на сделку.
Потребовалось открытое обращение двадцати ведущих отечественных докторов наук и профессоров — специалистов по Японии и российско-японским отношениям в различных областях, включая торгово-экономические, — лично к президенту РФ Борису Ельцину с разъяснениями, что все не столь радужно, как рисуют представители «прояпонского лобби», пробравшиеся и на верхние этажи МИД РФ. Ученые-специалисты с глубоким знанием дела разъясняли, что уступка Курил не приведет к крупномасштабной японской помощи России:
«Глубоким заблуждением, навязанным руководству нашей страны японской пропагандой, является мысль, будто территориальные уступки или же обещания уступок в будущем… приведут к тому, что на нашу страну прольются обильные «иеновые дожди»: японские банки и предпринимательские фирмы не подчиняются токийским политикам и дипломатам и никогда не пойдут на альтруистические, благотворительные финансовые и экономические операции».
Тогда это обращение наряду с другими факторами возымело эффект — Ельцин за три дня до вылета отменил свой официальный визит в Японию. В ходе этого визита министр иностранных дел РФ Козырев и его заместитель Кунадзе готовили сдачу Курильских островов по формуле «два плюс альфа», то есть острова Хабомаи и Шикотан отдаются сразу, а по поводу крупнейших островов Большой Курильской гряды — Кунашира и Итурупа — ведутся переговоры.
Небезынтересная беседа на тему «Курилы за финансово-экономическую помощь» состоялась у автора этих строк с видным японским политиком, который так разъяснял позицию Японии в случае перехода южных Курил к Японии и подписания мирного договора: «Конечно, в этом случае мы отблагодарим российское руководство. Видимо, это даже вызовет определенный всплеск в торгово-экономических отношениях. Но пусть руководители России не рассчитывают, что это будет длиться неопределенно долго — от силы год-два. То есть период некоего «медового месяца»… А потом, как и у молодоженов, наступят будни, рутинная жизнь. К тому же скажу откровенно: японцы не позволят долго благодарить за Курилы, ведь мы считаем их своими, а потому, по большому счету, тут и благодарить-то не за что. Да и американцам резкое улучшение отношений Японии с Россией едва ли будет по нраву…»
Тем не менее эйфория по поводу нарисованного премьером Абэ «будущего процветания российского Дальнего Востока» на японские деньги и технологии в случае сдачи Курил не покидает головы определенных российских деятелей. Свидетельств тому немало. Особенно активно ведется пропаганда успехов на поприще торговли и экономического взаимодействия, призванных создать условия для разрешения проблемы территориального размежевания и подписания мирного договора. Взять хотя бы вошедшие в моду церемонии обмена папками с «протоколами о намерении» на глазах удовлетворенных лидеров двух стран.
О том, как в действительности, а не в бравурных рапортах политиков и дипломатов, обстоит дело с японо-российским торгово-экономическим сотрудничеством, рассказала ведущая газета Японии «Асахи симбун» в статье «Момент истины для экономических отношений между РФ и Японией». Перечислив все политические меры, направленные на расширение экономических связей двух стран, «Асахи» вынуждена констатировать, что, «несмотря на благоприятные возможности, торговля не развивается».
В подтверждение этого вывода отмечается: «К сожалению, статус Японии в качестве торгового партнера России в последние годы снижается… До 2016 года Япония занимала седьмое место, однако в 2017 году она откатилась на девятое место. Кроме того, доля Японии в общем объеме экспорта России упала до небывалых за последние годы 3,1%. Если проанализировать новейшую статистику за период с января по май 2018 года, это тенденция вообще не меняется. В то время как Япония теряет свои позиции, Китай и другие страны постепенно их укрепляют».
«Более того, — пишет автор статьи Мититака Хаттори, — меня шокировало то, что в 2017 году Южная Корея обогнала Японию. С точки зрения торговых отношений с Россией Япония стала впервые играть вторую скрипку, уступив лидерство Южной Корее. К тому же развитые страны Запада, которые вроде бы находятся в непримиримой конфронтации с Россией, также опережают Японию с точки зрения торговли с Россией. Наблюдая за всем этим, нельзя не оказаться в замешательстве… Факт в том, что отношения не развиваются соразмерно лозунгам. Мне кажется, Япония — это единственная страна, чиновники и частный бизнес которой относятся к расширению экономических отношений с Россией настолько придирчиво».
Автор отмечает, что весьма слабо изменяется структура экспорта и импорта в торгово-экономических отношениях Японии с Россией. В Японию поступает из России в основном сырье, а более половины японского экспорта в нашу страну приходится на продукцию японского автопрома.
Законно возникает вопрос: «А где же столь ожидаемые российским правительством современнейшие японские технологии, новейшие заводы и фабрики, новые материалы, достижения биотехнологии? Или все, в конце концов, сведется к строительству японских теплиц для выращивания клубники и «умным» светофорам в Воронеже? Но, простите, мы не этого ждем от страны — лидера научно-технического прогресса».
Тем, кто может в качестве оправдания сослаться на «санкционные меры» в отношении России, автор напоминает, что объявленные Токио санкции в отношении Москвы «существуют только на бумаге». Но при этом признает, что «в санкциях есть туманные формулировки, и японские компании, не обладающие серьезным влиянием, отказываются от ведения бизнеса в России, идя на поводу у США». А ведь правда. Взять хотя бы отказ закупать российский алюминий из опасений недовольства «дяди Сэма». Так что, как указывалось выше, не политики определяют, будут ли развиваться торгово-экономические отношения Японии и России, а японский бизнес, который не намерен рисковать ради амбициозных планов нынешнего премьера Абэ. Он, конечно, может объявлять разнообразные программы из восьми или даже более пунктов, но выполнять-то их должны японские предприниматели, у которых могут быть свои соображения. Видимо, именно учитывая позицию японского бизнеса, автор статьи в «Асахи» приходит к обоснованному выводу о том, что «Япония, которая хочет совершить прорыв в двухсторонних отношениях с Россией, используя экономический рычаг, находится в крайне жестких условиях».
И московские политики должны это понимать, а не предаваться мечтам и иллюзиям по поводу «иеновых дождей» и прорывных японских технологий.