Как ответит Путин на гроссмейстерскую игру Эрдогана
Трехдневный вооруженный конфликт на товузском участке границы между Арменией и Азербайджаном изменил ситуацию в Закавказье принципиальным и неожиданным образом. Раньше конфликтующие стороны временами постреливали друг в друга. Но никто не предполагал, что Азербайджан начнет вооруженное вторжение в Армению, не опасаясь столкнуться с соответствующей реакцией ОДКБ. Что касается Армении, то ее аналогичное действие в отношении Азербайджана вообще исключалось.
Считалось, что вооруженные осложнения между Баку и Ереваном возможны только на карабахском участке фронта, что и происходило в апреле 2016 года. Но на сей раз все пошло иначе. Как пишет Le Monde, «опять неожиданно конфликтующие стороны близко подошли к точке невозврата, и никто пока не знает, кто, какая сила придавала импульсы такому развитию событий с множеством последствий». По оценке специалиста по Закавказью Нурлана Гасымова, «мы имеем дело с наиболее противоречивым событием после окончания карабахской войны апреля 2016 года», потому что «ни Армения, ни Азербайджан не разъяснили, какие задачи выполняли военные».
В этой связи бывший начальник Генерального штаба ВС Грузии генерал-майор Гиви Иукуридзе считает, что возникшая ситуация требует серьезного осмысления и глубокого анализа. Потому что, во-первых, впервые после 1994 года, заключения перемирия между Арменией и Азербайджаном, Турция столь открыто стала проявлять свою заинтересованность в военном присутствии в регионе. Во-вторых, при негативном ходе событий, по мнению Иукуридзе, возникла бы вероятность использования Анкарой территории Грузии в военных действиях для выполнения своих тактических и оперативных целей по поддержке Баку. По словам генерала, «в последний период Турция себя ведет таким образом, что ни во что не ставит международные нормы, поэтому с ее стороны пересечение границы Грузии в военных целях меня не удивит».
Действительно, почему-то именно Турция изначально стала придавать повышенное значение «товузскому кризису», несмотря на незначительные масштабы этого противостояния. Как рассказывал сам президент Азербайджана Ильхам Алиев, его турецкий коллега Реджеп Тайип Эрдоган выходил с ним на телефонный контакт, были интенсивные связи и между оборонными ведомствами двух стран. Эрдоган обещал Алиеву военную поддержку, словно подталкивая его к конфликту, понимая, что в данном варианте вооруженная конфронтация между Баку и Ереваном напрямую затрагивает интересы Москвы.
Когда президенту Турции приходилось решать острые проблемы в Идлибе, он выходил на диалог с президентом России Владимиром Путиным. Но сейчас его телефонный разговор с российским коллегой состоялся уже после того, когда определилось отношение ОДКБ к инциденту в Товузе. Так выявился новый курс Турции в Закавказье и роль в нем Азербайджана. По всем признакам, Баку, как и Закавказье, включено в так называемую «дугу напряженности Эрдогана». Как полагают турецкие эксперты, Анкара начинает «одновременную гроссмейстерскую игру сразу на нескольких геополитических досках» от северного Ирака через северную Сирию, через Средиземное море и через Израиль в Ливии, в Катаре и Сомали, в Средиземном море против Греции, Кипра, Франции и Израиля и в Закавказье.
Это новое качество турецкой внешней политики и геополитики, без внешней обозначенной прозападной или натовской ориентации. Правда, есть версия, что Анкара всё же координирует свои усилия с определенными западными кругами по части дестабилизации ситуации в Закавказье. Если это так, то «товузский кризис» — только первый звонок. В Москве это, конечно, видят и понимают. В случае необходимости ей есть чем ответить и тоже начать двигать фигуры на шахматных геополитических досках.
На первых порах необязательно это делать в Закавказье. Несмотря на то, что на северо-востоке границы Армении с Азербайджаном в настоящее время наступило определенное затишье, конфликт может «рвануть» в любой момент.