Эти банки пролежали в вечной мерзлоте больше века, но вкус царских щей с мясом сохранился превосходно.
Фото: Евгений САЗОНОВ
В 1973 году экспедиция «Комсомольской правды», которую возглавлял знаменитый полярник Дмитрий Шпаро, на Таймыре нашла склад Русской полярной экспедиции Эдуарда Толля. В 1900 году он заложил запас продуктов: мясные консервы, шоколад, чай, сахар, ржаные сухари, овсяная крупа... Этими припасами Толль собирался вскоре воспользоваться - он был одержим идеей открыть Землю Санникова, большой арктический континент, в существование которого тогда верили многие. Но не случилось. Эдуард Васильевич с тремя товарищами отправился в авантюрную вылазку на остров Беннетта, откуда не вернулся. Про склад забыли на десятилетия. А когда Шпаро и его товарищи нашли тайник, оказалось, что продукты сохранились в идеальном состоянии. Феноменом заинтересовались ученые, производители продуктов питания, сотрудники Государственного резерва. Потому что вопрос, как длительное время сохранять продукты, чтобы они не теряли полезных свойств, жизненно важен для военных, жителей Крайнего Севера, вахтовиков, путешественников, служб МЧС. Не говоря уж о Росрезерве, который создает стратегические продовольственные запасы страны на случай чрезвычайных ситуаций.
В 1974 году начался уникальный научный эксперимент. Минпищепром СССР и «Комсомольская правда» организовали новую экспедицию на Таймыр: часть продуктов из склада Толля изъяли для исследований. Но в то же время рядом с консервами царских времен заложили образцы современных продуктов питания. С тех пор периодически ученые забирают некоторые образцы для анализа, добавляют новые, и по условиям эксперимента склад Толля будет действовать в таком режиме по крайней мере до 2050 года.
По случаю круглой даты в стенах РАН прошла научная конференция «Качество продуктов, хранящихся в вечной мерзлоте. Исследования длиной в 125 лет».
Профессор Анастасия Семенова, замдиректора по науке Федерального научного центра пищевых систем РАН, объяснила, что на самом деле плодами эксперимента, который начал в 1900 году Эдуард Толль, пользуются не только военные или сотрудники специальных служб, но и обычные граждане. Часто сами не подозревая об этом.
- Дело в том, что торговые сети хотят получить от нас продукты для так называемой теплой полки, - говорит Анастасия Артуровна. - То есть продукты питания, которые не требуют особых условий хранения. И то, что такие колбасы, консервы и другие продовольственные товары появляются в супермаркетах, - это результаты нашего эксперимента.
Мы поговорили с Дмитрием Шпаро, путешественником, писателем, директором клуба «Приключение», без которого эти исследования не могли состояться.
- Дмитрий Игоревич, вы рассказывали о том, как готовится к изданию книга дневников Толля. Это попытка восстановить историческую справедливость?
- Конечно! Ведь мы до сих пор пользуемся плодами его экспедиции, - отвечает знаменитый полярник. - Кстати, в то время, когда мы нашли склад, были живы его дочери, и мы с ними переписывались. Но полностью его дневники (они были найдены после его смерти) были изданы лишь в 1909 году в Германии усилиями жены. А в СССР выходили отрывки в сильно урезанном виде, вероятно, составители сокращали главы, где упоминался Александр Колчак, соратник Толля. И это недоразумение, безусловно, надо исправлять, потому что Эдуард Васильевич был на 100 процентов патриотом Русского государства. И когда мы в 1979 году вместе с экспедицией газеты «Комсомольская правда» на лыжах пришли на Северный полюс, мы принесли с собой портреты трех полярников: Георгия Седова, Владимира Русанова и Эдуарда Толля. Эти люди погибли, мечтая о полюсе. Нам хотелось, чтобы они символически там побывали. Поэтому, помимо общественного значения, для меня в истории Толля есть глубокая личная составляющая. И, естественно, мне очень хочется, чтобы эта книга Эдуарда Васильевича появилась на русском.
Полвека назад молодой Дмитрий Шпаро принес в редакцию «Комсомолки» запаянный ящик из склада Толля. В нем оказалось 6 килограммов овсяных хлопьев. Фото: Личный архив Дмитрия Шпаро
- Толль оказался немного на периферии признания из-за Колчака? Ему с соратником не повезло, который затем возглавил Белое движение?
- Нет, при советской власти Толля никогда не упрекали за то, что он взял с собой Колчака. Кстати, лет 15 назад была большая кампания по возвращению острову Колчака его имени. При советской власти его переименовали в остров Расторгуева, а мы с Владимиром Ивановичем Куроедовым - он тогда был командующим флотом - проталкивали идею вернуть острову первоначальное название. И в итоге мы своего добились. Я считаю, Колчак - безупречная фигура, человек безумной храбрости. А в истории покорения Арктики спасательная экспедиция по поискам Толля, которую он возглавил, - одна из самых выдающихся экспедиций.
- Почему вы так думаете?
Готовится к выходу книга дневников Толля. Шпаро назвал это «восстановлением исторической справедливости».
Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН
- Понимаете, полярники - это люди особого склада. Например, всем было понятно, что Седов шел на смерть. Как русский патриот он хотел принести себя в жертву, но при этом жертвовал двумя другими людьми - матросами, жизнями которых он не имел никакого права распоряжаться. У Толля получилось, по сути, то же самое: он принес себя в жертву науке. Вместо того чтобы заниматься подготовкой к зимовке на тот случай, если яхта «Заря» не сможет к ним пробиться, он занимался исследованиями. Писал душераздирающие письма своей жене, которую безумно любил… А с Колчаком получилась замечательная история. Он отчитывался в Академии наук о результатах экспедиции Толля. Академия обсуждала, как быстро организовать поиски, люди не знали, что группа Толля погибла. А Колчак всего лишь лейтенант - то есть никто. Он встает и говорит: я готов возглавить экспедицию, надо взять баркас, и мы с ним дойдем до острова Беннета. На него смотрели, как на сумасшедшего, потому что это невозможно. И тем не менее Колчак дошел до цели и не потерял людей. Он, конечно, полярный гигант, выдающийся океанолог. Например, Колчак открыл антициклонический дрейф льда в Арктике. Потом этим маршрутом несколько кругов сделала советская дрейфующая станция СП-22. Поэтому мы хотели, чтобы книга Толля была дополнена несколькими приложениями, одно из них будет посвящено именно Александру Колчаку.