Военная победа в Сирии есть. Дело за дипломатией
Советник по гуманитарным вопросам спецпосланника ООН по Сирии Ян Эгеланн заявил на брифинге, что ООН «не нашла ни одного сирийского района, который в настоящее время можно было бы назвать осажденным». По его словам, «мы начинаем видеть конец этого конфликта», и «боевые действия также практически закончены на юго-западе страны, поэтому ООН теперь может доставить помощь в большее количество районов». Действительно, западные журналисты, работающие в этом регионе, в своих репортажах сменили тональность и описывают уже другие реалии.
«На пограничном переходе тех, кто въезжает в Сирию из Ливана, встречают большие билборды с изображением сирийского президента Башара Асада. На одном щите с гордостью написано: «Добро пожаловать в победоносную Сирию», — сообщает Матия Шерич из хорватского издания Advance. — В Дамаске многие контрольно-пропускные пункты, которые обычно тормозили дорожное движение, закрыты. Центр города опять соединен со своими обширными предместьями, которые на протяжении долгого времени удерживала под контролем вооруженная оппозиция. На центральном рынке близ места, где всего еще несколько месяцев назад разрывались гранаты повстанцев, молодежь делает селфи, а рядом играют дети. Победная, расслабленная и позитивная атмосфера царит в тех регионах Сирии, которые находятся под контролем правительственных сил».
Да, судя по всему, сирийская война, которая продолжается более семи лет и по длительности превзошла Вторую мировую войну, в которую прямо или косвенно были вовлечены почти все региональные и мировые державы, завершается. Теперь перед Сирией стоят иные задачи. Как подчеркивает Reuters, страна в руинах, необходимо восстановить мирную жизнь. По некоторым оценкам, Сирия потеряла убитыми от 350 до 500 тысяч человек. Около 7,6 миллиона сирийцев переместились внутри страны, а около пяти миллионов покинули ее. Западные эксперты отмечают, что на восстановление потребуется где-то 1 трлн долларов. Откуда брать такие средства? Тем более что эта проблема становится предметом большого политического торга, исходя из принципа: кто платит, тот и заказывает музыку.
Если все взвалить на плечи России и ее союзников по коалиции, Турцию и Иран, то тогда следует признать исключительно их победу в Сирии, а значит и сохранение там за ними политического влияния. Если считать победу в Сирии «общей», то в восстановлении и реконструкции должны принимать участие США, ЕС и другие страны мира, многие из которых, хотя и формально, но входили в возглавляемую американцами международную коалицию по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). И снова интрига. Некоторые государства (в частности Персидского залива) обуславливают свое участие в восстановлении Сирии проблемой сохранения во власти Асада на фоне того, что Вашингтон начал процесс резкого обострения отношений с Ираном.
Все это будет тормозить попытки выхода на политико-дипломатическое урегулирование сирийского кризиса, которое наверняка теперь станет приобретать новые форматы. Не случайно еще в начале 2017 года тогдашний государственный секретарь США Джон Керри говорил о том, что «Путин переломил ход войны в Сирии, но найдется совсем другой рычаг воздействия, и результат будет совсем другим, чем кто-то ожидал, и ему понадобится международное сообщество не только, чтобы этого достичь, но и чтобы в конечном итоге понять, как перестроить эту страну, полностью разрушенную войной».
Теперь об исходной диспозиции, сложившейся сейчас в Сирии. Зарубежные издания обозначают ее следующим образом: под контролем сирийской правительственной армии находится большое количество районов, которые много лет контролировали мятежники и джихадисты. Есть районы, на севере и востоке страны, что занимают Демократические силы Сирии (ДСС). Там находятся сейчас базы войск США и Франции. В руках джихадистов остается провинция Идлиб. Турция контролирует северную часть провинции Алеппо. На территории страны остаются и иранские военные подразделения. На этом направлении складываются и будут в дальнейшем формироваться различные региональные комбинации, что выводит проблему внутрисирийского урегулирования в новую плоскость.
Теоретически ясно, что мирные переговоры и мирное соглашение — это единственное решение сирийского конфликта. Но как все будет обстоять на практике? На Западе озвучиваются идеи, согласно которым в Сирии необходимо провести кантонизацию и федерализацию (тогда несколько кантонов или федеральных единиц образовали бы новое государство). Одна часть была бы многонациональной и подчинялась Асаду, другая — суннитским оппозиционным группировкам, которые поддерживает Запад, третья — Турции, а еще одна — курдам, которые создали сильный административный аппарат. Как пишет в этой связи одно европейское издание, речь идет о членении Сирии в духе Дейтона.
Есть и другая идея, предложенная Москвой в проекте конституции Сирии. Но главное здесь, на наш взгляд, пока то, что на территории современной Сирии завязаны такие тугие узлы с участием России, США, Турции, Ирана и Израиля, разрубить которые быстро вряд ли удастся. Так что сложная сирийская игра начинает приобретать новые формы и очертания, которые затрудняют выстраивание послевоенного экономического, политического и дипломатического фундаментов, и до настоящего эндшпиля — если иметь в виду прочное политическое урегулирование — в Сирии еще далеко. И этом вся соль. Но главное, что сделано, одержана победа над ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), и теперь дело за дипломатией.
Правда, в интервью немецкому журналу Focus глава ведомства по охране конституции ФРГ Ханс-Георг Маасен предупреждает, что «хотя ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и понесла потери в Сирии и Ираке, от нее продолжает исходить большая опасность, и она может переформировываться в «халифат без территории».