Есть смысл разобраться, учитывая российско-украинскую войну и попытки Кремля обеспечить себе "победу на фронте".
Особенность 1: 150 тысяч – это и много, и мало?
Рост спроса в срочниках связан с двумя этапами увеличения численности вооруженных сил России – Владимир Путин издавал соответствующие указы в 2022 и 2023 годах. Оба раза численность армии увеличивалась примерно на 130 тысяч, причем благодаря военной составляющей, а не гражданскому персоналу. Но одно дело издавать указы, другое – найти призывников.
Для понимания ситуации советую посмотреть на возрастно-половую пирамиду населения России. В призывном возрасте сейчас самые малочисленные поколения россиян.
То есть на очередную призывную кампанию может просто не хватить годных (и желающих служить) граждан. Тем более, что призывная кампания проходит дважды в год. Именно поэтому в России увеличивают призывной возраст, стремясь "захватить" и тех, кто надеялся "отсидеться" до заветных 28 лет.
Особенность 2: новые резервы в виде украинской молодежи
Одним увеличением призывного возраста дело не ограничивается. Кремль заявил о "присоединении новых территорий", то есть оккупированные части Запорожской и Херсонской областей он считает своими. Значит мобилизация будет проходить и там. Молодым гражданам Украины будут "предлагать" послужить России. За отказ их будут преследовать.
Особенность 3: но не на фронте?
Не совсем. В Кремле заявляют, что срочников не будут отправлять на фронт. Как и в тыловые районы оккупированных частей Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей. Но о приграничных областях (Брянской, Белгородской, Курской, Ростовской) а также о Черноморском флоте России никто ничего не говорил. Поэтому даже срочники могут оказаться участниками вполне реальных боевых действий. Если в Кремле решат попробовать "открыть еще один фронт", например, в направлении Харькова, то гарантированно окажутся. И наконец стоит вспомнить истории допросов пленных в Украине.
Особенность 4: дело не только в срочниках
Кроме срочников, которые могут не попасть на фронт, стоит учитывать такую логику:
- увеличение количества срочников даже в тыловой части высвобождает часть контрактников, которых можно отправить на фронт здесь и сейчас;
- кроме призывной кампании, в так называемых "ДНР" и "ЛНР" на апрель запланирована очередная волна мобилизации. Вероятно, аналогичные решения будут приняты и по оккупированным частям Запорожской и Херсонской областей;
- после теракта в Подмосковье развернулась информационная кампания, направленная на мигрантов из Центральной Азии. С одной стороны, их по определению демонизируют, с другой – подчеркивают "исключения", которыми являются мигранты, воюющие за Россию. То есть усилится процесс вербовки в российскую армию выходцев из стран Центральной Азии;
- не прекращаются запущенные в 2022 – 2023 годах механизмы вербовки, которые позволяли поддерживать численность армии (и даже постепенно наращивать ее), несмотря на потери на фронте.
Можно предположить, что всеми перечисленными методами Россия пытается уже в ближайшие 2 месяца получить дополнительный человеческий ресурс для создания новой группировки, способной угрожать Украине.
Опасная тенденция
Это, в принципе, не новое и прогнозируемое. На фоне проблем с помощью от партнеров, внутриукраинских политических процессов, долгого обсуждения нового закона о мобилизации для Кремля ближайшие месяцы являются прекрасным "окном возможностей". Кремль может попытаться добиться преимущества и предложит выход на переговоры о, например, перемирии с "позицией сильного".
Но есть одна очень опасная для Украины тенденция. Это попытка повторить "кейс Донбасса" на оккупированных в 2022 году регионах. Говорится о том, чтобы заставить украинцев идти воевать против Украины.
Здесь для Кремля не так важен именно военный результат – важны жертвы. Проще говоря, чем больше мобилизованных (призванных) погибнет, тем лучше. Такая себе попытка разъединить кровью.
Для Украины как государства, для украинских спецслужб, структур, которые занимаются информационными операциями, есть поле для работы. С одной стороны дать алгоритмы как избежать призыва/мобилизации (уехать, к сожалению, большинство не сможет), с другой – подумать как гарантировать возможность перехода на свою сторону тех, кого уже успели загрести в армию. Ну и, в конце концов, не забывать, что часть таких "мобилизованных" может помочь и в разведывательной деятельности.
А еще одна попытка активизации на фронте будет. И она может начаться уже в мае.