Гладь больших, топи маленьких: Госдума «наводит порядок» среди киносмотров
Бойся законотворцев, послабления дарующих! Так всё чаще хочется воскликнуть при виде очередного одобренного Госдумой законопроекта, призванного — согласно бодрым пояснительным запискам — облегчить жизнь россиян и усыпать их путь розами. То, что у этих роз то и дело почему-то оказываются трехсантиметровые шипы, уже почти никого не удивляет.
Законопроект под номером 243 990−7 «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной поддержке кинематографии Российской Федерации» (в части совершенствования процедуры выдачи прокатного удостоверения)», принятый Госдумой 26 июля в третьем чтении, в первые минуты многие восприняли на ура. Как же, ведь в нём не закрутили гайки, а, наоборот, ослабили, да еще в такой болезненной области, как регламентирование демонстрации фильмов! Отныне кинофестивали смогут показывать фильмы без прокатного удостоверения, чем не повод для вечеринки с фейерверками? Но радость оказалась преждевременной и очень быстро сменилась весьма смешанными чувствами. Потому что Госдума, одной рукой отвалив щедрый дар одним, другой тут же дала по голове другим, как бы не вбив их по шляпку в землю.
Прежде всего, в поправках к закону — особенно если начинать знакомиться с ними не с самого сухого текста поправок, а с пояснительной записки — ярко «светятся» два смысловых пятна: это разрешение для кинофестивалей показывать кинофильмы без прокатного удостоверения и определение, что же такое кинофестиваль. Если сосредоточиться только на этих «пятнах» то ничего, кроме поводов для радости, увидеть нельзя. Потому что определение кинофестиваля, данное в законе, достаточно широкое:
«Кинофестиваль — культурно-просветительное мероприятие, проводимое в соответствии с регламентом (правилами), утверждаемым организаторами кинофестиваля, и представляющее собой публичную демонстрацию специально отобранных фильмов, которое может включать конкурсную программу, состоящую из отобранных жюри фильмов».
То есть кинофестиваль может включать в себя конкурсную программу, жюри и награды, но не обязан. Может и не включать и представлять собой просто демонстрацию фильмов, объединенных какой-то одной темой, автором, местом создания и так далее. Сюда относятся, среди прочего, ретроспективы известных режиссеров, например, ретроспектива фильмов Стэнли Кубрика, которая проходит прямо сейчас. Всё правильно. И вот на этих самых культурно-просветительных мероприятиях, именуемых кинофестивалями, теперь можно показывать кино без прокатного удостоверения, не на птичьих правах и под угрозой штрафов, а вполне законно.
Пояснительная записка с нотками искренней заботы о нуждах кинематографистов указывает на то, что существовавшая доныне практика штрафных санкций за прокат кинокартин без прокатного удостоверения «создает ряд проблем для представителей киносообщества» — прежде всего, для организаторов кинофестивалей. Весьма резонно говорится о том, что на фестивалях зачастую демонстрируются режиссерские версии фильмов, не предназначенные к дальнейшему прокату, а потому получать прокатные удостоверения на них и смысла-то нет.
Но, разнежившись под этот ласкающий слух голос разума и утратив бдительность, тут же и налетаешь на здоровенный подводный камень. Потому что обещанный пряник предусмотрен вовсе не для всех, да и кнут отнюдь не сломан и не брошен в печку. Под боем остаются самые беззащитные, наименее раскрученные и престижные, лишенные гламурного блеска «красных дорожек» и призов мероприятия — но при этом наиболее важные для развития кинематографа, да и для той самой культурно-просветительской функции, ради которой, вроде бы, и существуют кинофестивали.
Оказывается, кинофестиваль, конечно, может не иметь конкурсной программы с жюри и присуждением призов, но тогда и обещанные послабления в законе на него не распространяются. Киносмотр, чтобы подпадать под благостную поправку, должен не только являться ярко выраженным конкурсом, но и продолжаться не более десяти дней (горе неформальным и новаторским начинаниям для молодых кинематографистов, которые могут длиться в течение нескольких месяцев, вроде Международного фестиваля уличного кино, о котором мы недавно писали) и демонстрировать фильмы, созданные не более года назад (горе, горе киноретроспективам).
Можно, конечно, сказать, что ничего страшного не случилось. Ведь закон № 126-ФЗ, в который вносятся «смягчающие» поправки, действует аж с 1996 года, а закон №101-ФЗ, введший штрафные санкции за прокат и (или) показ фильмов без прокатного удостоверения, был принят еще 5 мая 2014. С тех пор никакого резкого сокращения фестивальных площадок не произошло, и даже появились и успешно развивается новая молодая поросль кинофестивалей. Но ведь уточнения вводятся и рамки очерчиваются не просто так! Теперь, когда всё четко разъяснено и расставлено по полочкам, можно применять карательные меры уже не по площадям, а высокоточно. И направлены эти меры оказываются на самое живое и подвижное, на тот неокостеневший и не задубевший «подлесок» кинематографического мира, из которого могут со временем подняться мощные стволы новых талантов. Новым законом оказываются обласканы уже распустившиеся цветы и вытянувшиеся растения, но общипываются почки и затаптываются ростки. Потому что у маленьких фестивалей, созданных силами энтузиастов, попросту нет средств на то, чтобы соответствовать требованиям или платить штрафы. Да и никакого желания нет — потому что введение конкурсной составляющей разрушит неповторимую атмосферу этих смотров.
Что касается введения практически заградительных мер в отношении киноретроспектив (здесь они «пролетают» сразу по двум параметрам — отсутствие конкурса и демонстрация заведомо старых фильмов), то это удар не только и не столько по кинематографистам и прокатчикам, но и по культурному уровню нации. Ибо именно киноретроспективы прививают обычным, не причастным к киномиру, зрителям вкус и любовь к кино не как к развлекательной жвачке для глаз, а как к подлинному искусству.
Налицо очередная недальновидная — и в своей недальновидности разрушительная — законотворческая инициатива, проведенная под лукавой дымовой завесой «заботы о народе», в данном случае — о кинематографистах. На самом деле одна из целей тут вполне очевидная и несложная — правильно огородить очередную «поляну» для добывания денег в казну. Большие кинофестивали — это престиж и витрина, а потому «доить» их как бы неприлично. Зато все прочие будут вынуждены раскошеливаться — это при том, что упорно ходят разговоры о том, что стоимость прокатного удостоверения, которая составляет пока что всего 3500 рублей, может подскочить до 5 миллионов. Понятно, что для организаторов кинофестивалей такие суммы будут не только неподъемны, но и платить их не будет никакого смыла — они никогда не будут «отбиты» прокатом, так как массовый прокат фестивальных и тем более ретроспективных фильмов чаще всего не планируется.
Есть здесь и другая составляющая — милое чиновничьему сердцу желание в очередной раз повысить собственную важность и «нужность». По мнению креативного директора ИА REGNUM Дмитрия Третьякова, тут у чиновников интерес скорее классовый:
«Я думаю, что цель именно получить денег там если есть, то скорее вторичная. Первичная — характерная для чиновника идея зарегулировать всё. Чиновничье государство работает на свой класс (если можно так выразиться) и увеличивает нагрузку на чиновников, оправдывая тем самым их количество. Ведь процесс получения этого самого удостоверения может оказаться не мгновенным, и вообще вводит в некоторой степени цензурную составляющую (что не обязательно плохо, но таки вводит)».
Похоже, все уже привыкли к тому, что законотворческие инициативы, вроде бы направленные «на всё хорошее» и выглядящие на первый взгляд, как наливное яблочко, слишком часто содержат внутри червоточины и даже опасную отраву. Но эта привычка однозначно из числа вредных. Необходимо довести до Совета Федерации и президента, за которыми остается решающее слово, информацию о неизбежных тяжелых последствиях, к которым приведет красиво упакованный «подарок» от законодателей кинематографистам.