Явные и скрытые угрозы. О чём говорили министры обороны России и Франции
Вечером 3 апреля состоялись переговоры между министром обороны Сергеем Шойгу и его французским коллегой Себастьяном Лекорню. О разговоре настоятельно просил официальный Париж, отметили в Минобороны России. Сам факт общения вызвал общественный резонанс. По нескольким причинам.
Во-первых, просто потому, что разговор состоялся — первая за 18 месяцев телефонная беседа министров двух стран. Сторонники идеи глобальной изоляции России уже негодуют. Например, бывший президент Франции Франсуа Олланд требует от властей вообще не контактировать с Москвой.
«Если мы хотим мира, мы должны уметь проявлять силу», — заявил он.
Во-вторых, потому что инициатором выступила Франция. Сейчас Париж играет роль главного европейского ястреба на российском направлении.
«На фоне ожидаемого ухода голландского премьера Марка Рютте в НАТО глава Франции Эммануэль Макрон почувствовал, что может стать самым влиятельным политиком Европы, и решил самоутверждаться с помощью антироссийских речей», — сказал ИА Регнум доцент РГГУ Вадим Трухачёв.
Причём подобные речи раньше можно было слышать лишь из уст восточноевропейских политиков.
«Президент Эммануэль Макрон сейчас говорит такие вещи и выступает с такими инициативами, с которыми даже американцы пока остерегаются выступать», — поясняет в комментарии ИА Регнум политолог-международник, эксперт РСМД Елена Супонина.
По её мнению, американцы сейчас используют Макрона для прощупывания почвы на предмет возможного ужесточения позиции. Например, о вводе натовских войск на Украину — причём Макрон даже готов сделать это в одностороннем порядке.
«Появляются новые сведения о подготовке Парижем военного контингента для отправки на Украину. В этих целях командование французского иностранного легиона в начале марта утвердило состав батальонно-тактической группы численностью порядка 1500 человек», — отмечает спикер российского МИД Мария Захарова.
В-третьих, резонанс вокруг диалога министров обороны возник потому, что официальные пресс-релиз российского и французского военных ведомств о содержании переговоров отличались.
СМИ и эксперты выделяют две ключевые темы переговоров. Прежде всего борьба с терроризмом. Тут отличия были минимальны.
Себастьян Лекорню «подтвердил, что Франция не располагает информацией, позволяющей установить связь между этим нападением и Украиной», а «также призвал Россию прекратить любую эксплуатацию этого вопроса», говорится в официальном пресс-релизе французского минобороны.
Но целью звонка было не обвинять Россию в том, что она называет Украину террористом, а попросить помощи в защите Франции от неподконтрольных Парижу террористов, собирающихся сорвать Олимпийские игры, которые через несколько месяцев должны пройти во французской столице.
Еще до звонка Лекорню Париж устами Макрона предлагал обмениваться мнениями по борьбе с терроризмом.
«Это французское предложение <…> поступило в то время, когда Франция снова находится в максимальной боевой готовности, <…> за четыре месяца до Олимпийских игр на ее территории», — напоминает издание Le Parisien.
Ситуация с безопасностью, вернее с опасностью, настолько серьёзна, что французские спецслужбы уже попросили власти страны отменить церемонию открытия Игр. Поэтому не удивительно, что «Франция не хочет пренебрегать ни одним потенциальным источником информации, чтобы предотвратить потенциальные риски, которые могут повлиять на это событие», поясняет издание Le Figaro.
А Россия, много лет воюющая против терроризма на нескольких континентах, является важным источником информации. И может ей поделиться — если, конечно, не выяснится, что Франция участвовала в организации теракта в «Крокусе».
Что же касается украинской тематики, тут отличия оказались более серьёзными. В российском оборонном ведомстве заявили, что в ходе разговора «была отмечена готовность к диалогу по Украине» и «исходные положения могли бы основываться на «Стамбульской мирной инициативе».
Французская же сторона уверяет, что ни о каких переговорах не было и речи. Парижские СМИ со ссылкой на окружение Лекорню пишут, что «российский министр подтвердил готовность возобновить диалог по Украине», однако «Франция ничего не приняла и не предложила» по этому поводу.
На самом деле диалог, скорее всего, состоялся. Себастьян Лекорню должен понимать последствия возможного ввода французских войск на Украину. Французских — или всё-таки натовских?
«Одна Франция вводить войска не будет. Только вместе с США, Британией, Германией и Польшей», — уверен Вадим Трухачёв.
Многие эксперты считают, что сам ввод маловероятен — хотя бы по техническим причинам.
«Франция, как и остальные страны НАТО, пока не готова к серьёзному военному конфликту с Россией. Она даже не готова обеспечить Украину снарядами и иным вооружением.
Европейские страны НАТО фактически деиндустриализированы. Чтобы поставить экономику на военные рельсы, её надо сначала реформировать», — поясняет ИА Регнум старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
К тому же Францию ожидают выборы: сначала парламентские, затем президентские. У партии Макрона сейчас — около 20% поддержки, лидирует по опросам Марин Ле Пен, говорит Офицеров-Бельский.
Может сложиться ситуация, что Макрону для поддержания реноме и падающего киевского режима придётся решаться на ввод войск. Не исключено, что задачей Лекорню было обсудить с Шойгу риски этого шага. Или понять последствия возможного российского ответа.
«Невозможно вообразить ситуацию, когда по французским войскам может быть нанесен удар, а НАТО не вовлечётся и смолчит», — отмечает Елена Супонина.
Не исключено, что Сергей Шойгу сказал примерно то же, о чём накануне заявил вице-спикер Госдумы Пётр Толстой.
«Мы убьем всех французских солдат, которые ступят на украинскую землю. Всех до единого.
На сегодня, если считать за всё время конфликта на Украине, там побывало 13 тысяч наемников. Из них 367 французов. 147 ликвидированы. 147 граждан Франции уже погибли на Украине. И мы убьём всех остальных. На этот счёт можете не переживать», — сказал Толстой в интервью французскому телеканалу, добавив, что для Москвы Украина — экзистенциальный вопрос.
Поэтому Франции стоило бы думать не о вводе войск, а о выводе действующих под видом наёмников и отпускников военных на Украине.
«Там присутствуют французские офицеры, удары по ним наносились, погибшие были. И чем больше будет погибших, тем активнее будет во Франции дискуссия о том, нужно ли посылать войска. А дискуссия эта Макрону не нужна, она отягчает его политическое бытие», — уверен Дмитрий Офицеров-Бельский.