Европа: правый марш продолжается
Постсоветские европейские страны (неважно, являются ли они членами ЕС/НАТО или так мыкаются) во внешней политике чаще всего позиционируют себя где-то между положением «жертвы будущей российской агрессии» и миссией «последний бастион на пути восточных орд в старушку-Европу». И под этими лозунгами высасывают из старушки и ее трансатлантического партнера ресурсы и средства. Как по мне — нерационально, поскольку ресурсов на востоке гораздо больше, а средства — это не более, чем должным образом нарезанная бумага, на которые «жертвы-бастионы» обменивают свой суверенитет.
Тем более, что защищать «старушку» сейчас следует все более от нее самой. Потому что слухи о том, что правый европопулизм/евроскептицизм «сдулся», оказались явно преувеличенными. Хотя, конечно, на майских выборах в Европарламент «правые» набрали голосов меньше, чем от них ожидали. Своей основной цели (1/3 мандатов) правые евроскептики набрать не смогли, удовлетворились 151-м. А недавний эпизод в Бундестаге, когда там дружно провалили законопроект от «Альтернативы для Германии» №19/74 127 под названием «Для политики новой России — сотрудничество вместо конфронтации» (75 — «за», 535 — «против», 1 — воздержался), многие назвали «разгромом прокремлевских сил» и, опять-таки, свидетельством конца правого популизма.
Прокатили №19/74 127, конечно, лихо, но следует понимать, что правый евроскептицизм — это не бескомпромиссная борьба за интересы Москвы. Порой наоборот: нет большего антипатика России, чем польские скептики из «Права и Справедливости». И Россия (восстановление сотрудничества с ней) — это лишь один из «маркеров успеха», сопутствовавших правым в электоральной истории Европы 2016−2018 годов. Когда-то я предложил его назвать «маркером B-I-R» (Брюссель — иммигранты — Россия). И первые два маркера (сдача национальных суверенитетов в пользу евробюрократии и мигрантские афро-азиатские волны) волновали европейцев куда больше лика Путина на футболке итальянского уже экс-премьера Маттео Сальвини.
И будут волновать… Например, на фоне угроз турецкого президента Эрдогана вернуть «боевиков террористической группировки «Исламское государство» (ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)), являющихся гражданами европейских стран». А их у него по камерам более тысячи двухсот хранится. И по сравнению с этими ребятами тихие и миролюбивые африканцы, сомалийцы и прочие мигранты, «щупающие» европеек на площадях Кельна, Цюриха или Зальцбурга, покажутся ангелами.
Поэтому стоит присмотреться даже не к BREXIT, который из панъевропейской интриги потихоньку превращается в мыльную оперу для англо-саксонского потребления. Достаточно кратко взглянуть на электоральные результаты «разгромленной» в Бундестаге «Альтернативы». В 2019 году Германия пережила четыре «электоральных эпизода» выборов в ландтаги — парламенты федеральных земель:
- 26 мая 2019 года — Бремен — «Альтернатива» получает пять мест в бюргершафте (перед началом выборов — одно место). Рост в пять раз…
- 1 сентября 2019 года — Бранденбург — 23 места в государственном парламенте Бранденбурга (на предыдущих выборах 2014 года — 11 мест). Рост в 2,1 раза…
- 1 сентября 2019 года — Саксония — 38 мест в ландтаге (в 2014 году — 14 мест). Рост в 2,6 раза.
- 27 октября 2019 года — Тюрингия — 22 места в ландтаге (в 2014 году — 11 мест). Рост в два раза.
Если это называется «разгром», то у экспертов что-то не то не только с логикой, но и с арифметикой.
Ну, ладно: Бранденбург, Саксония и Тюрингия — это Восточная Германия, «постсоциалистические совки», не готовые «ментально, информационно и из-за других проблем» поддерживать демократические ценности (это не я, так о восточных немцах излил киевский киндер-мудрец по имени Виктор Таран). Допустим…
Но возьмем Испанию… Западнее уже некуда: дальше только Португалия и Атлантический океан. 28 апреля этого года там проходили выборы в кортесы (парламент), оценить итоги которых как «правый прорыв» я просто не смог. А разве можно назвать это иначе? С ноля — и 10,3% голосов, 24 парламентских мандата, пятое по численности представительство в кортесах… Это все — результат партии VOX («Голос»), которую определяют как «правых популистов», «ультранационалистов», «антиисламистов» и пусть «мягких», но «евроскептиков».
После 28 апреля испанские победители не смогли поделить добычу и сформировать правительство. Поэтому 10 ноября там прошли новые выборы. И опять: VOX — 15,1%, 52 мандата (+28), третье место.
Так что если все резюмировать, то «правый марш» по Европе уверенно продолжается. И время пока работает на популистов-евроскептиков. Да и сами популисты работают. Ведь трубившие в победные трубы по поводу «фиаско в Бундестаге» даже не заметили, что там «прокатили» документ, поданный 30 января 2019 года. Но в Бундестаге уже с 23 октября лежит новый шаблон № 19/24349 под названием «Снять санкции против России», и составлен он, как мне кажется, несколько более грамотно. Потому что если январский документ требовал от Бундестага фактически оказать услугу России (зона свободной торговли, возобновление форматов диалога, молодежный обмен, визовые послабления), то в ноябрьском варианте правые требуют снятия санкций с России по причинам, куда более понятным бюргеру-избирателю: потому что «участие Федеративной Республики в санкционном режиме ЕС с самого начала не было в интересах Германии».
И самая большая неприятность, которую сейчас Бундестаг может сделать «альтернативщикам», — это принять предложенный документ. Поскольку тогда будет выбито из рук очень мощное средство воздействия на сознание избирателей — личная выгода. Ведь «хочешь ударить побольнее — ударь по карману» — это, по-моему, немецкая пословица.