Польша воюет с памятниками – Франция наносит ответный удар
Польша получила неожиданный удар от Франции. Государственный совет Франции подтвердил на днях судебное решение о необходимости демонтировать крест с памятника папе Римскому Иоанну Павлу II, который был подарен российским скульптором Зурабом Церетели в 2006 году бретонскому городу Плоэрмель. Госсовет ссылается на статью 28 французского закона от 9 декабря 1905 года об отделении Церкви от государства. Раз крест является религиозным символом, его нахождение в одном из мест общественного пользования города противоречит законодательству.
Несмотря на то, что Франция давно уже более чем светская страна, где даже флаг Европейского союза вызывает раздражение у французских леваков, усматривающих в 12 золотых звездочках прямые аллюзии на Богородицу, которую изображают с 12 звездами в виде нимба вокруг головы, далеко не все одобрили нападение на святой крест. Как заявил французской католической газете La Croix мэр Плоэрмеля Патрик Ле Диффон, он «не хочет быть тем мэром, который поместит эту работу в шкаф». По словам мэра, «в городе царит разочарование, я встречаю гораздо больше сочувствующих, чем противников памятника. Население привязано к статуе и кресту». Ле Диффону предстоит выполнить решение Госсовета в течение шести месяцев. Торопиться он не собирается. Сначала хочет проконсультироваться с самим Церетели, согласится ли он с удалением креста. Второй вариант: оставить крест, но переместить Иоанна Павла II с городской площади в «частную зону». А вместе с тем городские власти беспокоятся о том, как суды поведут себя в отношении всех крестов, пребывающих в общественном пространстве с 1905 года.
Инцидент с «польским Иоанном Павлом II», который в апреле 2014 года был причислен папой Франциском к лику святых, стал предметом острых дебатов в Польше. Безусловно против решения Госсовета Франции выступила правящая польская партия «Право и Справедливость» (PiS). Как сообщила премьер-министр Беата Шидло, «правительство приложит все усилия, чтобы уберечь памятник нашему соотечественнику от цензуры, мы предложим перенести его в Польшу, если французские власти и местные жители на это согласятся». Заместитель министра культуры Ярослав Селлин пошел дальше. «Удаление из общественного пространства крестов является свидетельством болезни части европейской цивилизации, которая была основана на христианстве, — сказал чиновник. — Что интересно, во Франции пока нет такого давления, чтобы удалялись символы иной религии, например, ислама». А представитель канцелярии премьер-министра Павел Шефернакер и вовсе счел, что «мы живем во времена войны цивилизаций. Отход от нашей европейской цивилизации — это открытие поля для тех ценностей, которые ежедневно терроризируют Западную Европу».
И хотя среди оппозиционных польских политиков слышны призывы не горячиться, признать, что Франция имеет суверенное право самой решать, что ей делать с памятниками на собственной земле, можно не сомневаться, что в Польше требование убрать крест с памятника папе многие будут воспринимать как еще одно недружественное действие Парижа. Особенно в контексте высказываний французского президента Эманюэля Макрона, который неоднократно заявлял о том, что Варшава не будет диктовать европейцам, как тем жить, и выносил Польшу на периферию Евросоюза. К тому же Париж недавно настоял на внесении поправок в законодательство ЕС о командированных работниках, против чего выступала Варшава, которая понесет существенные финансовые потери после вступления изменений в силу. Залезть в кошелек или плюнуть в душу даже по отдельности неприятно, а тут Франции в отношении Польши удалось в течение последних месяцев совместить это.
Впрочем, некоторые злые польские языки утверждают, что Варшава наступила на грабли, которые сама же и разбросала, когда стала воевать с собственными памятниками. В Польше активно сносят монументы эпохи Польской Народной Республики и «памятники благодарности» воинам Красной армии, погибшим во время освобождения страны от нацистов. Если режим партии «Права и Справедливости» считает недопустимым нахождение их в общественном пространстве, то почему бы и Парижу не проделать аналогичную выходку в отношении того, что в светской Франции считается допустимым только в частном порядке? И в это же время в России демонстрируются противоположные тенденции. Так, в июле сего года на Урале был установлен памятник Иоанну Павлу II и передана в местный храм частица его мощей.
«Делегация посольства Республики Польша в России посетила Тобольск в дни празднования 110-летия Тобольского римско-католического храма. Польские дипломаты приняли участие в торжественной мессе и церемонии открытия и освящения памятников святого Иоанна Павла II и святого Рафаила Калиновского. Эти памятники были подарены польскими мотоциклистами Катынского рейда и Ясногорских съездов, которые ранее посетили Тобольск, — говорилось в сообщении пресс-службы мэрии города. — Тобольск славится своей самобытностью, традициями, и то, что теперь в нашем городе будут храниться мощи святого Иоанна Павла II, значимо и важно для нас. Наш город единственный в России удостоен такой чести, и мы очень этому рады. Уверен, что это укрепит наши взаимоотношения, а многоконфессиональный Тобольск теперь с радостью будет принимать паломников Католической церкви».
Это серьезный вызов для Варшавы. Если в правящей польской партии рассматривают ситуацию в Европейском союзе как «войну цивилизаций», если в этой «войне» Польша оказывается на одной стороне, а Западная Европа — на другой, то возникает вопрос, с кем тогда Варшава может разделить единые цивилизационные ценности, кто ее союзник. И здесь недалеко и до второго вопроса, могут ли общие цивилизационные ценности преодолеть геополитические факторы, возможно ли найти устраивающее обе стороны решение, например, в контексте польско-российских отношений. Есть и такой вариант: конечно, Польша может попробовать дождаться того, когда Евросоюз вернется к своим христианским корням. Однако пока для Варшавы ее западные соседи становятся всё большей и большей проблемой.