Малая металлургия во время «Большого скачка»: вопросов больше, чем ответов
Доменная печь в Шицзуйшане, Нинся-Хуэйского автономного района в 1958 году. На совсем уж самопальную печь непохоже. Хорошо видна воздуходувка с механическим приводом
История загадочного «похода за сталь», который развернулся в Китае с осени 1958 года в рамках «Большого скачка», интересует меня давно и основательно. Всякие либеральные издания иногда пишут об этой эпопее, по ходу рассказав об «ужасах коммунизма», причем пишут практически одинаковыми словами, как о какой-то непродуманной и провальной программе. Мол, Мао Цзэдун заставил китайцев выплавлять сталь в примитивных печах, чтобы догнать и перегнать Великобританию, но ничего хорошего из этого не получилось.
С тех пор, как я стал заниматься историей сталинской индустриализации, в которой черная металлургия занимала почетное место, я уже не могу читать подобные рассказы без усмешки. С вальяжным высокомерием всё знающих и всё понимающих людей авторы подобных сочинений писали о выплавке стали в примитивных печах, похоже, что и не догадываясь, что сталь таким образом получить нельзя. Сыродутные горны во всех вариациях дают лишь железную крицу, доменные печи дают только чугун. Просто поразительно, с каким апломбом люди могут иной раз утверждать небылицы.
Опыт исследования истории сталинской индустриализации подсказывал, что в подобных кампаниях есть некая подоплека экономического и технического характера, которая и обусловила применение подобных методов.
В общем, я пришел к тому, чтобы размотать всю эту историю до конца, хоть бы для этого пришлось переворошить китайские источники. Это потребует времени и сил, а сейчас некоторые предварительные результаты.
Статья Ло Пинханя
Бросающаяся в глаза однотипность, вплоть до повторений фраз, всякого рода западников, либералов и критиков китайского коммунизма, как и их убежденность и апломб, в общем не особенно удивляли. В идеологической борьбе и пропаганде такое встречается.
Но вот недавно я нашел источник совсем другого рода. Это была статья декана Института изучения истории Компартии Китая Партийной школы ЦК КПК Ло Пинханя, написанная в 2014 году – «Национальная кампания по выплавке стали 1958 года: доменные печи по всему Китаю потеряли больше, чем получили» (1958年全民大炼钢铁:神州遍地高炉 得不偿失). Ло Пинхань – автор множества работ по истории КПК. Такой автор определенно выражает апробированную, официально утвержденную партийную точку зрения на это событие. Источник, так сказать, самый официальный и авторитетный.
Краткое содержание его статьи таково.
В 1957 году Китай выплавил 5,35 млн тонн стали, план на 1958 году был установлен на уровне 6,24 млн тонн. В марте 1958 года на рабочей конференции, проведенной ЦК КПК, решили повысить план до 7,11 млн тонн, с достижением во второй пятилетке к 1962 году 15–17 млн тонн, возможно, до 20 млн тонн.
В мае 1958 года на 8-м съезде КПК Мао Цзэдун поставил цель перегнать Великобританию. Планы выплавки стали повышались, в основном для второй пятилетки. В июне 1958 года Министерство черной металлургии поставило план для 1962 года – 60 млн тонн. 22 июня Мао Цзэдун установил новую планку – 25 млн тонн в 1959 году, а за 1958 год достичь выплавки 11,5 млн тонн. В конце июля 1958 года в Китай приехал Н. С. Хрущев, Мао ему все это пообещал, но Хрущев остался при сомнениях.
Вот этот план уже предусматривал использование местной металлургии и предлагал построить 12 694 малых домны для выплавки 4,4 млн тонн чугуна. В конце августа 1958 года состоялось совещание в Бэйдайхэ, а потом и заседание Политбюро ЦК КПК, установившее план на 1958 год 10,7 млн тонн, на которых было решено провести массовую мобилизацию трудящихся в малую металлургию.
После этого в разных провинциях началось составление планов и организационные мероприятия. Например, в провинции Цзянси, на юго-востоке Китая, было решено построить в сентябре 20–25 тысяч новых доменных печей и довести суточную выплавку до 10 тысяч тонн. В провинции Хэнань в сентябре работало 45 тысяч доменных печей, было мобилизовано 3,6 млн работников, 407 тысяч единиц транспорта и была достигнута выплавка 18,7 тысячи тонн чугуна в день.
Дальше – интереснее.
В октябре 1958 года в провинции Хэнань на производстве чугуна и стали работало 5,7 млн человек, задули 128 тысяч печей разного типа и 29 октября выплавили 90,7 тысячи тонн чугуна и 5 тысяч тонн стали. Провинция Хубэй имела 184,3 тысячи печей и выплавляла в сутки 16,2 тысячи тонн чугуна.
Но это еще не самые мощные достижения.
Хуанцзянь-Маонаньский автономный уезд Гуанси-Чжуанского автономного округа на юге Китая 15 октября выдал 63,3 тысячи тонн чугуна и 51,8 тысячи тонн кричного железа. За день уезд выплавил больше, чем весь округ Гуанси с 1849 по 1949 год. Но другой уезд того же округа – Лучжай, поставил 18 октября 1958 года всекитайский рекорд – 207,2 тысячи тонн чугуна и 288,1 тысячм тонн кричного железа.
Некоторые из центров китайской малой металлургии по своим масштабам превращались в целые заводы. Вот тот, что на фото, явно превосходил по мощности, к примеру, Верхнетагильский завод, основанный Никитой Демидовым
Для сравнения: в июле 1958 года китайская черная металлургия выплавила 700 тысяч тонн стали или примерно 23,3 тысячи тонн в сутки.
Мобилизация народа на производство чугуна была более чем впечатляющей. Как пишет тов. Пинхань, в конце 1958 года в этой сфере работало около 90 млн человек, при том, что численность трудоспособных в Китае тогда составляла 266 млн человек. Эта армия рабочих обслуживала около 600 тысяч металлургических печей различного типа.
По отчету Министерства черной металлургии КНР, на 19 декабря 1958 года было выплавлено 10,73 млн тонн стали.
Чего в статье нет?
Тов. Ло Пинхань, конечно, борозды не испортил. Он изложил, хотя и вкратце, процесс принятия решений, общий ход кампании, основные итоги, привел цитаты и цифры. Но в завершении своей статьи он вдруг перешел прямо на позиции западников-ниспровергателей: стоимость металла с малых печей оказалась втрое дороже, чем на металлургических заводах (250–300 юаней против 85–116 юаней), качество металла было низким, а переброска столь значительного количества рабочих рук в металлургию привела, по его мнению, к голоду. И это удивительно.
Почему это западные критики и официальный историк Компартии Китая дуют в одну трубу? И какой интерес ЦК КПК самих себя мазать дегтем?
Обращает на себя внимание и то, что тов. Ло Пинхань оказался знатным фальсификатором, сделавшим свою работу весьма аккуратно и впечатляющим для людей, незнакомых с металлургическим производством, образом.
Во-первых, у него нет общей статистики. Так сколько именно выплавили металла в малой металлургии и какова была ее доля в общей выплавке за 1958 год? К тому же упоминается три продукта: чугун, сталь и кричное железо. По некоторым провинциям автор дает некоторую статистику, но общих цифр не приводит. Хотя что ему мешало дать таблицу?
Во-вторых, каково было территориальное распределение малой металлургии? Хотя тов. Ло Пинхань настаивает, что печи были повсеместно, из его же рассказа выходит, что были места мощного скопления, вроде Гуанси-Чжуанского автономного округа. Это обстоятельство уже серьезно меняет все дело, поскольку для столь масштабной выплавки, как в этом округе, надо было иметь мощные источники легкодоступной железной руды и угля.
В-третьих, каков был состав оборудования малой металлургии и распределение печей по типам? Сколько было доменных печей, выплавлявших чугун, сколько было сталеплавильных печей и конвертеров (такие упоминаются), сколько было сыродутных горнов и печей. Ну и как распределялась выплавка по этим типам. Это позволило бы оценить технический уровень малой металлургии.
Среди самоделок времен похода за сталью 1958 года была, например, электродуговая печь. Сиань, провинция Шэньси.
В-четвертых, на что именно был израсходован полученный металл, как его перерабатывали и какую продукцию из него производили? Тут нужно отметить, что чугунный плуг есть вещь столь же традиционная для китайского крестьянина, как соха для русского крестьянина. Уже в IV веке до нашей эры в Китае производилось около 40 типов чугунных сельхозорудий. Если выплавленный малой металлургией металл пошел на сельхозинвентарь, то нелишне было бы привести данные.
Вообще, распределение полученного металла – это ключ к пониманию сути всей программы. Но тов. Ло Пинхань нам этого ключа дать не пожелал, скорее всего, по прямому указанию руководства.
Фотографии сохранили больше, чем сообщили историки. Вот на заводике в Шанчене, провинция Хэнань, прокатывают полосовое железо на небольшом прокатном стане.
Наконец, в-пятых, как и когда вся эта эпопея закончилась? Это интересный вопрос, потому что есть сведения, что китайская малая металлургия вовсе не закончилась с эпохой «Большого скачка». Мне встретились упоминания, что в Юнчжоу провинции Хунань на юго-востоке Китая в 2018 году местные власти пытались уничтожить... нелегальные малые доменные печи.
Живут же люди! Плавят чугун в нелегальных доменных печах! Нам бы такое рвение к производству.
Без перечисленных данных история малой металлургии в эпоху «Большого скачка» оказывается историей без начала и конца, без анализа, в формате околпачивания легковерной публики.
Пока что в этой истории больше вопросов, чем ответов.
Но есть у меня предвкушение, что там была «Подоплека» (с большой буквы), которая заставила руководство Компартии Китая грубо сфальсифицировать эту страницу своей истории, дать и не выбить из рук всякого рода критиканов мощный пропагандистский тезис.
Подписывайтесь и будьте в курсе свежих новостей и важнейших событиях дня.