Как в СССР родилась «магнитофонная культура»
50 лет назад, в 1972 году, в Советском Союзе родилась уникальная магнитофонная культура, благодаря которой песни многих рок-ансамблей разлетелись по стране на магнитофонных пленках.
В СССР далеко не все авторы имели возможность записать свои музыкальные произведения, для этого нужно было быть как минимум членом официального Союза композиторов, а рок-музыкантам дорога в студию была и вовсе закрыта, потому что власти боялись рока как черт ладана. Но все рок-музыканты знали, что на большой мировой сцене каждая серьезная рок-группа ежегодно записывает одну или даже две пластинки. Чтобы соответствовать мировым тенденциям, советские рок-музыканты тоже стали записывать альбомы, которые выходили в свет на магнитофонной пленке. Ребята добывали магнитофоны, на которых было возможно делать минимальные наложения, и записывали альбом, время звучания которого равнялось звучанию пластинки, то есть примерно 35−40 минут. А далее эта запись отдавалась в подпольные студии звукозаписи, которые распространяли ее на магнитофонных бобинах и кассетах.
Еще в 1969 году московская ритм-энд-блюзовая группа «Скифы» попыталась сотворить магнитофонный альбом в студии Дома культуры Московского высшего технического училища имени Н. Баумана (МВТУ им. Баумана). Но ребята успели сделать только четыре песни. Когда до партийного руководства МВТУ дошли слухи о том, что некие рок-музыканты пытаются записывать свое творчество, «Скифов» выгнали из студии ДК МВТУ.
В итоге первый магнитофонный альбом в СССР появился лишь три года спустя. В 1972 году популярная московская бит-группа «Оловянные солдатики» записала альбом, который получил название «Рассуждения».
Группа «Оловянные солдатики» была создана в 1967 году студентами Московского энергетического института (МЭИ) Юрием Лашкаревым (бас), Юрием Тимофеевым (гитара, вокал), Александром Музыченко (гитара, вокал) и студентом Московского инженерно-физического института (МИФИ) Виктором Гусевым (барабаны).
Первоначально «Оловянные солдатики» именовали себя иначе — «Бегемоты». В этом названии было два слоя смысла: по-научному бегемоты назывались Hippopotamus, и корень этого слова «хип» имел филологическую связь с таким явлением, как хиппи! Таким образом, наши музыканты указывали на свою солидарность с новым молодежным движением, охватившим тогда весь мир. «Бегемоты» исполняли песни из репертуара The Shadows, Bee Gees и других зарубежных бит-ансамблей.
В 1968 году Ю. Тимофеев и А. Музыченко покинули состав, а к оставшимся Юрию Лашкареву и Виктору Гусеву присоединился гитарист Сергей Харитонов, который привел своего друга Андрея Горина, барабанщика джазового биг-бэнда из Московского Авиационного института (МАИ).
Однажды во время любовного приключения Горину пришлось прыгать с четвертого этажа, он получил тяжелый перелом ноги и не мог больше стучать за ударной установкой. Но не было бы счастья — несчастье помогло: истинный талант Андрея Горина как певца, поэта и композитора раскрылся именно в «Оловянных солдатиках».
К 1972 году песни «Оловянных солдатиков» стали очень популярны среди столичной молодежи. Главный хит этой группы — «Баллада о водосточной трубе» — распевался повсюду: во дворах, у костра, под простую акустическую гитару и просто так, массовым праздничным хором. Концерты «Оловянных» проходили с неизменным аншлагом. Публике импонировал посыл музыкантов, в котором хипповое настроение сочеталось со стебом и страстным желанием поставить всех на уши.
В тот самый момент, когда группа достигла пика своей популярности, возникла потребность в записях, поскольку поклонники желали слушать своих кумиров денно и нощно, и не только на концертах, но и дома. Некоторые зрители пытались записывать концерты «Оловянных солдатиков» из зала, но бытовые магнитофоны были еще плохонькими, микрофоны, доступные для простых любителей музыки, слабенькими, а потому качество таких записей было ниже среднего.
Но однажды басист группы Юрий Лашкарев приволок на репетиционную базу импортный и очень хороший по тем временам магнитофон Gründig TK 121. Это был монофонический, двухдорожечный магнитофон со скоростью движения пленки всего лишь 9 сантиметров в секунду. О каких-либо наложениях говорить, конечно, не приходилось, поэтому песни исполнялись «живьём», как на концерте, от начала и до конца. Если кто-то из музыкантов ошибался, магнитофон останавливался, пленка отматывалась назад, и неудавшийся фрагмент перезаписывался заново.
В альбом вошли песни «Осталось немного печали», «Старый крест», «Ты поила коня», «Рассуждение № 1», «Рассуждение № 2», «Найти бы дорогу», «Март», «Весенний карнавал», «То, что нам твердили в детстве», «Найти бы дорогу — 2», «О, Анапа!», «Не отпускай меня, любовь» и, конечно же, «Баллада о водосточной трубе».
Разумеется, основным критерием отбора песен для первого альбома была их востребованность у публики. Но в итоге получился не просто сборник популярных хитов. Музыканты придумали ироничную (или как тогда говорили — стебовую) концепцию альбома, которая выразилась в его названии — «Рассуждения».
Стеб — это озорная манера общения, которая требовала от собеседника практически мгновенной реакции на любую шутку.
«У нас были очень жесткие правила, — рассказывает Андрей Горин. — Три секунды на ответ. На любой вопрос. Чем круче, чем интереснее ты придумаешь феньку, — тем ценнее это было. Но три секунды — и отдыхай! Если ты не ловил влет — отойди! Ты не успел — ты не догнал».
У «Оловянных солдатиков» было немало прекрасных лирических композиций, а также песен-воспоминаний, в которых музыканты рассказывали о случаях, произошедших с ними в реальной жизни, а еще были песни, посвященные каким-либо конкретным предметам, например, водосточной трубе, но наибольшей популярностью у публики пользовались песни, основанные на стебовых рассуждениях о смысле жизни, поскольку такие песни предполагали отклик слушателя и дальнейшее развитие стеба. И так уж повелось, что подобные песни на концертах никак не назывались. Но альбом требовал жесткой структуры: если уж песня записана, то она должна иметь какое-то название — ведь так принято во всем музыкальном мире. В итоге немудреных размышлений возникло слово «рассуждение», и песня «Легла на песок от дерева тень» стала называться «Рассуждение № 1», а песня «Хорошо тому живется, кто не видел в жизни зла» превратилась в «Рассуждение № 2». А сам альбом получил название «Рассуждения». В итоге получилась характеристика жанра. И даже появилось новое качество музыки.
Молва о магнитофонном альбоме, который записали «Оловянные солдатики», быстро разлетелась по столице и окрестностям. Очень многие люди хотели иметь этот альбом, поэтому Юрий Лашкарев, возвращаясь с работы домой, тут же включал магнитофоны и начинал переписывать плёнки, которые у него скапливались десятками. А друзья уже несли новые и новые чистые катушки.
Альбом «Рассуждения» распространялся по Москве категорически бесплатно. Музыканты считали, что если люди хотят попрыгать на концерте, то они должны заплатить за это деньги, так как для музыкантов концерт — это работа. Но запись альбома являла собой реализовавшуюся мечту, и у наших героев было стойкое ощущение, что альбом продавать нельзя, как нельзя продавать мечту.
«Когда мы закончили запись, — вспоминает Андрей Горин, — у меня возникло удивительное ощущение, что все эти песни впечатались куда-то в космос, туда, где все наши мысли хранятся, а не исчезли в неизвестном направлении. Ведь раньше то, что ты делаешь, пропадало с последним звуком и с приходом комсомольца, который объявлял о закрытии вечера. И вдруг стало возможным прикоснуться, взять в руки то, что ты делаешь!»
Кстати, в 1972 году «Оловянные солдатики» были уже не любительской группой, а имели официальный статус, поскольку работали на студии «Союзмультфильм» над озвучкой мультипликационных фильмов, они уже записали песню собачек для мультфильма «Ну, погоди!», а в тот момент сочиняли музыку для фильма Сергея Юткевича «Маяковский смеется».
Известно точное место, где был записан первый советский магнитофонный альбом. Это — подвал «генеральского дома», который расположен по адресу: Ленинградский проспект, дом 75. В этом доме жила семья гитариста «Оловянных» Сергея Харитонова, его папа был контр-адмиралом, он и договорился о том, чтобы ребятам предоставили подвал в качестве репетиционной базы. Любопытно, что это был тот самый подвал, в котором в 1964 году родилась и репетировала московская группа «Сокол».
Творчество «Оловянных солдатиков» предвосхитило феномен «магнитофонной культуры» и во многом определило её развитие. Рок-группы и даже отдельные музыканты с тех пор стали стараться изыскать возможность записать на студии или дома на кухне магнитофонный альбом. Потом эта запись тиражировалась на магнитофонной ленте в коробках с обложкой, которую придумывали и исполняли наши лучшие художники и фотографы. В дальнейшем поклонники рок-музыки просто переписывали эти записи друг у друга.
Ко многим группам, появившимся уже в 1980-х годах, слава пришла именно благодаря магнитофонным альбомам («Аквариум», «Зоопарк», «Водопад имени Вахтанга Кикабидзе», «Альфа» и другие). В то же время известность ряда групп, популярных на стыке 1970−1980-х годов, но не имевших магнитоальбомов, сошла на нет («Аракс», «Интеграл», «Смещение»). Поэтому некоторые проницательные музыканты, имевшие вполне официальный статус, восприняли магнитофонную культуру как естественное развитие шоу-индустрии и начали записывать магнитоальбомы с целью раскрутки («Ария», «Мастер», Вячеслав Малежик). А началась вся эта история 50 лет назад, в 1972 году, с альбома рок-группы «Оловянные солдатики».