Невыносимая жажда полета
В определенных кругах считается хорошим тоном отзываться скептически о «премиальной прозе» — то есть о текстах, которые почти наверняка будут выдвинуты на самые престижные литературные премии («Большую книгу», «Нацбест», «Ясную Поляну», «НОС» или «Русский Букер») и с высокой вероятностью займут одно из призовых мест. Но о романе Ольги Славниковой «Прыжок в длину», опубликованном сперва в толстом литературном журнале «Знамя», а затем отдельной книгой, хочется говорить в другом тоне. И для того есть веские причины.
На первый взгляд, главный герой этой истории, бывший спортсмен Олег Ведерников — персонаж по определению «страдательный», призванный вызывать сочувствие и жалость у читателя, не вконец зачерствевшего душой. Талантливый на грани гениальности прыгун (как не трудно догадаться, в длину), он совершает настоящий подвиг самопожертвования: накануне первых серьезных соревнований в затяжном прыжке, который сделал бы честь олимпийскому чемпиону, выхватывает из-под колес машины зазевавшегося школьника Женю Караваева. Спасает совершенно случайного пацана — а сам остается без ног, без карьеры, без будущего.
Казалось бы, эмоциональный вектор задан на первых же страницах: нам предлагают поставить себя на место человека, который потерял все, безвозвратно утратил смысл жизни. «Упругий баллон» внутри, гнавший Ведерникова к спортивным достижениям на грани возможного, безумная жажда полета никуда не делись, но теперь герой никак не может утолить эту жажду — ощущения, должно быть, мучительные. К тому же Караваев, жизнь которого Олег выкупил дорогой ценой, при ближайшем рассмотрении оказался человеком с гнильцой — если без словесных реверансов, законченным социопатом. Уж кому-кому, а «негодяйчику Женечке», как называет его Славникова, умение ставить себя на место другого человека абсолютно недоступно. Он свято уверен, что все вокруг обязаны жертвовать собой ради благополучия его уникальной персоны — а вот он ничего не должен urbi et orbi.
На первый взгляд, у Славниковой получилась насквозь манипулятивная конструкция, которая должна вызывать у читателя вполне определенные чувства — простые и сильные. Однако писательница обманывает ожидания. Вместо того, чтобы двинуться по пути наименьшего сопротивления, она начисто игнорирует традиционные сентиментальные клише, исчерпывающе описанные фразой «бедная крошка безногая пыльной дорогой ползет». Да, жизнь многообещающего спортсмена сломана на самом взлете — но у Ведерникова полно возможностей обмануть судьбу, худо-бедно срастить обломки, найти новый смысл существования. Он не беден, люди симпатизируют ему, перед бывшим атлетом открыты разные дороги, от карьеры параолимпийца до роли благотворителя или общественного деятеля — персонажи, выбравшие такую стратегию, встречаются ему на каждом шагу. Однако все эти варианты малоинтересны главному герою, он полностью замкнут на себе и не требует сочувствия.
Разумеется, на самом деле эта книга совсем не о «нелегкой жизни ампутантов», как сказано в одном книжном обзоре. Олег не святой и не герой, не озлобившийся на весь мир калека — он, строго говоря, даже не совсем человек: живой символ, метафора, сконцентрированный талант, лишенный надежды на самореализацию, выход вовне. Более-менее похожим на человека он становится только в финале, когда у него по странному совпадению вновь появляется призрачная надежда совершить прыжок — один-единственный, последний, во всех смыслах завершающий. Но до этого момента он остается невидимым центром притяжения, вокруг которого вращаются планеты чужих судеб, незримым наблюдателем, не имеющим собственного голоса. Такой отказ от очевидных, легко предсказуемых поворотов неожиданным образом делает роман по-настоящему захватывающим: хочется понять, куда же вырулит в конце концов этот странный сюжет.
Главной книгой Ольги Славниковой, ее opus magnum, до сих пор считается роман «2017», написанный в далеком 2005 году: даже вручение автору «Русского Букера-2006» обошлось без привычных скандалов и внутрицеховых разборок — редчайший пример в истории премии, почти уникальный. Увы, следующее крупное произведение, прямолинейная, угловатая и гротесковая «Легкая голова» (2010), репутацию писательницы, мягко говоря, не укрепила. А вот у «Прыжка в длину», при всей его локальности и герметичности, мне кажется, есть шанс исправить ситуацию. Книга переполнена свежими, резкими, как высверк молнии, сравнениями и образами: бёдра выглядят «как большие античные амфоры», швейцарские горы высятся словно «остро заточенные, составленные в пирамиды стальные инструменты», под ногами прыгают, «будто вихлястый кузнечик, чьи-то ослепшие очки» — открывай на любой странице и черпай горстями. Славникова мастерски выстраивает конфликт между легким, воздушным, нездешним Ведерниковым и приземленным, подчеркнуто вещным негодяйчиком Женечкой, всей массой прогибающим под себя изменчивый мир. В «Прыжке…» есть нерв, интрига, загадка: даже когда основной сюжет пробуксовывает, писательница удерживает читателей в напряжении, переключаясь на второстепенных персонажей, окружающих Ведерникова плотным кольцом. Наконец, автор не переводит разговор в социальную плоскость, избегает высокопарных обобщений и набивших оскомину рассуждений об обществе и общественном долге — даже когда материал вполне располагает. Современному русскому писателю такое дается ценой титанического волевого усилия — одним этим Ольга Славникова, на мой взгляд, уже заслужила самую высокую оценку премиальных жюри.