Литву раздражает налаживание отношений Белоруссии и Польши?
Минские эксперты пытаются понять, что стоит за резкой агрессивной риторикой Вильнюса в адрес Минска, которая активизировалась неожиданно в последние дни. Свой ход сделала президент Литвы Даля Грибаускайте. Напомним, что 5 июня в интервью литовской национальной телекомпании LRT президент Литвы рассказала о главных вызовах и угрозах для своей страны, а также для Эстонии, Латвии и Польши: «Это нахождение России и Белоруссии у наших восточных границ. Конечно, это и милитаризация, которую мы наблюдаем в Калининграде, использование территории Белоруссии для различных экспериментов и агрессивных игр, направленных против Запада. Среди них — и предстоящие военные учения». Под последним имеются в виду белорусско-российские маневры «Запад-2017», которые пройдут на территории Белоруссии и России в сентябре этого года. В ответ белорусское министерство иностранных дел вызвало литовского посла для дачи объяснений в связи, заявив: «Очень странно, что подобная риторика звучит из уст президента страны, дружественные отношения с которой скреплены белорусско-литовским «Договором о добрососедстве и сотрудничестве», подписанным и действующим уже более 20 лет».
Действительно, странностей здесь хватает. Во-первых, о проведении учений «Запад-2017» известно давно, многочисленные заявления, комментарии и разъяснения по их поводу делаются в рабочем порядке. Москва неоднократно подтверждала, что по завершении маневров российский контингент возвратится домой, а эксперты от НАТО будут приглашены в качестве наблюдателей (о чем, в частности, говорил и президент Белоруссии Александр Лукашенко, и посол России в Белоруссии Александр Суриков). Поэтому информационная мотивация заявления Грибаускайте остается загадкой. Во-вторых, что интересно, президент Литвы взяла на себя ответственность выступать не только от имени свой страны, но и Таллина, Риги и Варшавы. Однако уже 8 июня во время выступления перед литовским Сеймом с годовым отчетом Грибаускайте ни слова не сказала о литовско-польских отношениях, да и вообще опустила тему Польши. Еще одна загадка. Ведь логично было бы продолжить и развить тезис об общих угрозах, озвученный двумя днями ранее в телевизионном интервью.
Комментируя сказанное президентом Литвы в эфире телекомпании LRT, белорусский портал TUT. BY обращает внимание на политическую географию. «Военные стратеги и в Киеве, и в Варшаве, и в Риге рассматривают Белоруссию примерно так же, как и литовцы — как российский плацдарм, — пишет издание. — Почему же при одинаковых стратегических оценках только Вильнюс делает заявления, по дипломатическим меркам, балансирующие на грани хамства, в адрес Минска? Для примера: польская правящая партия «Право и Справедливость» (PiS) — одна из самых антироссийских сил в своей стране. И, о чудо, — одна из самых дружелюбных партий к официальному Минску. В Варшаве считают, что пока российский медведь стоит на задних лапах, граница у Буга будет тем спокойнее, чем лучше будут отношения с Белоруссией. Позиция Литвы могла бы объясняться рационально, если бы количество резких выпадов в адрес Минска в один момент могло бы сдуть Белоруссию куда-то за Урал. А вместо нее сомкнулись бы литовская и украинская границы. Польша и Украина принимают реальность и работают с ней, пытаясь снизить риски. Литва пытается эту реальность от себя отогнать, загородившись эмоциями».
Думается, что дело все-таки не в эмоциях. В Минске популярна версия, что реакция Вильнюса связана с неудачными попытками заблокировать строительство Белорусской АЭС в Островце. Действительно, недавно литовское правительство объявило ее «угрозой литовской национальной безопасности», а Грибаускайте назвала объект «геополитическим оружием». Если так, то это напрямую затрагивает и соседнюю Польшу. Однако в Варшаве не спешат присоединяться к «священной войне», объявленной белорусам Вильнюсом, и приносить польские интересы на алтарь «солидарности с Литвой». Польский политолог, главный редактор портала Energetyka24.com Петр Мачонжек отмечает, что северо-западная часть Польши испытывает дефицит электроэнергии. Хуже обстоят дела в Литве, которая после закрытия Игналинской АЭС импортирует энергию. Как считает Мачонжек, заявления литовской стороны о полном отказе покупать электроэнергию у Белоруссии выглядят не вполне искренними, поскольку непонятно, зачем ей это делать, «если не производят в своей стране энергию, если зарабатывают на использовании ее и если хотят иметь дешевую энергию для своих граждан».
Верно, и здесь есть загадка, ведь атомная станция в Островце строится с 2011 года, прошло уже шесть лет. Единственным новым процессом в регионе, имеющим геополитический характер, является предпринятое Варшавой налаживание отношений с Минском. Похоже, именно это беспокоит Вильнюс в условиях, когда польско-литовские отношения остаются отягощенными серьезными проблемами, которые не решаются со сменой правительств. Хотя Варшава не обостряет особо вопрос, связанный с дискриминацией польского меньшинства в Литве, забывать о нем тоже не собирается. Ныне правящая в Польше партия «Право и Справедливость» активно разыгрывает карту исторической памяти и гуманитарного измерения, с чем сегодня столкнулся Киев. Следующим на очереди может стать Вильнюс. Некоторые польские эксперты в дни, когда PiS только начинало реанимировать диалог с Минском, отмечали, что на этом пути Польше придется договариваться с Россией. Иначе говоря, Белоруссия при определенных обстоятельствах способна оказаться площадкой тройственного диалога. Литва терпела белорусский плацдарм, пока он был одновременно пророссийским и антипольским. Но когда Минск и Варшава активизировали контакты, Вильнюс задергался. Почему? Опасается, что может оказаться в полукольце Варшава — Минск — Москва (с учетом нависающего сверху Калининграда)? Посмотрим.