Сталинский режим стремился вовлечь в политические «игры» представителей всех слоёв населения, не исключая детей. Один из самых вопиющих случаев произошёл в 1944 году в Саратове, где по 58-й статье судили шестерых школьников, в т. ч. 11-летнего Венедикта Егорова.
Юный «подпольщик»
«Лично написал и распространил среди населения г. Саратова 6 листовок контрреволюционного содержания, возводил в них клевету на мероприятия, проводимые партией и советским правительством, одновременно призывал к участию в организованной борьбе против существующего строя. Наряду с этим высказывал террористические намерения в отношении руководителей ВКП(б)», — вот лишь несколько строчек из приговора, вынесенного советским судом Вене Егорову – ученику 4 класса начальной школы №47 города Саратова (документ цитируется по базе данных сайта «Бессмертный барак»).
Как же обстояло дело, по версии чекистов? Осенью 1943 года, пока Красная Армия освобождала Украину, глубоко в тылу активировались «классовые враги». Группа школьников создала «антисоветскую молодёжную организацию» под названием «Общество юных революционеров» (оно же «Общество чистых ленинцев»). Подростки писали антисталинские листовки с призывами «вернуться к ленинским заветам», которые затем разбрасывали по почтовым ящикам. Активное участие в «подпольной работе» наряду со старшими товарищами принимал Венедикт Егоров. Как записали следователи, мальчик даже якобы собирался поехать в город Горький, чтобы купить там оружие. На снимке, приложенном к материалам дела, у Венедикта суровое, совсем не детское выражение лица. Вероятно, школьник озлобился, пройдя через горнило допросов в НКВД.
Жертвы «революционных идеалов»
Вполне возможно, что показания из «юных революционеров» выбили силой, но было ли что «выбивать»? В том, что советские школьники играли в «тайные организации», нет ничего удивительного. Власть сама навязывала детям революционную романтику. Всего за пару месяцев до событий в Саратове Верховный совет СССР посмертно присвоил звания Героев Советского Союза пятерым участникам «Молодой гвардии». Разумеется, о подвигах краснодонского подполья рассказывали и в школах. Между тем, политические порядки в стране не были секретом даже для детей. Стоит ли удивляться, что юные саратовцы начали называть Сталина «кровавым фашистом» и срывать его портреты в общественных местах?
И всё-таки для них это было лишь игрой. Последствия своих действий они предусмотреть не могли, особенно самый младший участник «организации». Разрабатывать символику и шифры – нормальное увлечение для мальчишки в возрасте Вени Ерофеева. Но говорить о сознательном противостоянии властям в данном случае не приходится. К счастью, это понимали и судьи. Ребёнку зачли те несколько месяцев, что он содержался под стражей, и отпустили на волю. Однако судимость стала для Венедикта клеймом на долгие годы – до официальной реабилитации в 1957 году.
Другим участникам «Общества юных революционеров» повезло меньше. 14-летний пионер Борис Анохин получил 3 года колонии, 13-летние Сигизмунд Шварц, Герман Куликов и Святослав Ильин – по 4 года. О судьбе вожака ОЮР – 13-летнего Гелия Павлова, в квартире у которого собирались заговорщики – упоминает в «Архипелаге ГУЛАГе» Александр Солженицын. По его словам, Павлов сидел в колонии в Заковске с 1943 по 1949 годы. Все ОЮРовцы впоследствии были реабилитированы за отсутствием состава преступления.
Добавим, что Венедикт Егоров, по-видимому, не был самым юным из осуждённых за «контрреволюционную деятельность» советских детей. «По 58-й вообще никакого возрастного минимума не существовало! <…> Доктор Усма знал 6-летнего мальчика, сидевшего в колонии по 58-й статье – уж это, очевидно, рекорд!» — отмечал Александр Солженицын. Подтвердить или опровергнуть мнение писателя по данному вопросу может только открытие новых архивных документов.