Уничтоженное кладбище красноармейцев
В 1960-х годах, скорее всего, перед 50-летием начала Гражданской войны, на Кегострове провели спецоперацию. Кегостровский лесозавод, в частности биржу, нужно было расширять. Мешало кладбище заключенных губернской тюрьмы и пленных красноармейцев. И те и другие в 1918—1920 годах содержались на острове в двух лагерях. Первый считался отделением для больных, второй, для пленных — был фильтрационным. Здесь белые и английские контрразведчики выявляли комиссаров и коммунистов, и часто тут же, за колючей проволокой, расправлялись с ними и хоронили.
В первом лагере содержались сотни больных, во втором — тысячи. Нельзя сказать, что лагеря были устроены как на Мудьюге, чтобы заключенные быстрее умирали, но смертность была высокая. В 1918—1920-х годах здесь умерли или были убиты сотни заключенных. Как вспоминает кегостровский краевед Николай Баскаков, площадь кладбища была не менее 50 на 20 метров, а может и больше. В 1920-х здесь поставили памятники. Один (№1) на месте лагеря, второй (№2) на кладбище, третий (№3) установили в поселке в 1960-х годах.
Ночью экипаж пожарной машины выкопал останки нескольких человек, погрузил и перевез в поселок, где похоронил у памятника № 3. Остальные захоронения ушли под песчаную намывку для лесобиржи, а памятник №2 пропал. Зная, что при СССР памятники строго контролировались обкомом КПСС, можно быть уверенным, что санкцию на перенос захоронения дали на высоком областном партийном уровне. Хочется верить, что к решению не имел отношения Борис Вениаминович Попов, заступивший на пост первого секретаря обкома КПСС в 1967 году. Через год оказалось, что операция не имела смысла — на лесобиржи стали поступать сушилки, которым столько места не было нужно. Но дело было сделано, по УК РСФСР уничтожение кладбища можно было бы квалифицировать как «надругательство над могилами».
В 2019 году произошла вторая часть истории с памятниками. Памятник №3 в поселке имел табличку: «Здесь похоронены борцы, погибшие в борьбе за освобождение Севера от иностранных интервентов и белогвардейцев в 1918—1920 гг.». На него повесили еще одну табличку: «Всем погибшим во время Гражданской войны на Севере в 1918—1920-х годах». То есть над костями замученных заключенных и красноармейцев предложено почтить память их палачей. Идея понятна — общее примирение. Да, предки многих северян были мобилизованы в Красную и белую армию, да, война была жестокой с обеих сторон. Но красные сохранили территорию России, которой мы до сих пор гордимся, а белые оказались пособниками оккупантов-интервентов, целью которых было расчленение России. И чтить их память наравне, а тем более на костях их жертв, неправильно. Чтить, по христианским заповедям, надо все захоронения, но уважительно по отношению ко всем сторонам прошлого. Спасибо кегостровским ТОСовцам, они привели в порядок памятник №1, на месте лагеря — покрасили и обкосили его. Десятилетия он находился на заброшенной территории лесозавода, погружаясь в заросли ивы.
Последние годы ТОС разрабатывал проект благоустройства острова. Кегостров — прекрасная зеленая зона отдыха для архангелогородцев — с парками, пляжами и нетронутым деревенским укладом. Каждый час сюда ходит теплоход, который может отвезти всех желающих. Где-то недалеко от утерянного кладбища планируется жилая застройка. Будет неправильно, если оно уйдет под дома, а будет правильно найти его, обозначить насколько возможно точно границы и сделать мемориальным местом. Проблема в том, что живы только один-два кегостровца, кто помнит, где оно было, во-вторых, археология недешева, а площадь большая. Нужна помощь поисковиков архангельского областного центра «Патриот» с их опытом работы на воинских захоронениях, и специалисты-георадарщики, чья техника может без земляных работ установить места могил. Нельзя оставлять проблему без решения, она выйдет наружу костями красноармейцев.
Такая ситуация не исключение ни в Архангельской области, ни в стране. «Бессмертный полк» задал очень высокую планку отношения к защитникам страны, и ей нужно соответствовать.