Уникальный Семён Франк внутри русской философии
В новую книгу историка философии, профессора Полтавского национального технического университета Геннадия Аляева вошли работы, сочетающие в себе теоретический анализ с результатами биографических и библиографических изысканий. Они посвящены в первую очередь Семену Франку (1877−1950) и его философскому окружению (Николай Лосский, Сергей Булгаков, Лев Шестов), а также наиболее значимым для автора мыслителям (Петр Чаадаев, Павел Флоренский, Алексей Лосев), которые нередко накладываются на «круг» автора «Света во тьме» (Николай Бердяев, Василий Зеньковский).
Подобный отбор, а точнее приоритет в выборе «главного героя» сборника, связан с научными интересами профессора. Аляев является одним из организаторов и редакторов Полного собрания сочинений Франка, о котором мы писали тут.
В Семене Франке исследователя привлекает его уникальность. Своеобразие автора «Непостижимого» заключается в «двуединстве рационализма и мистики, базирующемся на исходной религиозно-философской интуиции cogito ergo est esse absolutum» (мыслю, следовательно, есть абсолютная сущность лат.). Не менее важно, подчеркивает Аляев, что созданная Франком система была лишена всяческой схоластики и схематизма.
В числе тем, затронутых философом, автор обращает внимание на дискуссию первой половины ХХ века о христианском социализме. Персоналистическому социализму Бердяева, отвергавшему капиталистические отношения, и утопическим, не лишенным системных противоречий идеям Сергея Булгакова, Франк противопоставлял принципиальный отказ от социалистической революционности и коллективизма. Он отстаивал «приоритет духовной свободы личности, над какими бы то ни было внешними формами организации общества».
Интересен анализ работы Бердяева «Основы религиозной философии» (1930-е годы). Этот программный для автора «Самопознания» текст характеризует определенный этап его творчества. По мнению Аляева, в работе преобладает онтологизм (понятие «персонализм» употреблено всего один раз), не характерный для «классического» Бердяева.
Не менее ценны статьи о национальном сознании в картине мира Василия Зеньковского, философии культа в разнообразном наследии Павла Флоренского и ряд других.
В заключение хочется выразить надежду, что работа над собранием сочинений Франка не помешает, а напротив, простимулирует появление новых книг Геннадия Аляева, в том числе в рамках настоящей «черной» серии.