Трудно быть наследником Манделы: импичмент для Южной Африки
Почти всегда политики стремятся, чтобы высшая судебная инстанция расширила их полномочия. И крайне, крайне редко возникает ситуация, когда они хотели бы, чтобы суд их полномочия сократил.
Балека Мбете, спикер парламента Южной Африки делала все, чтобы Конституционный суд страны признал, что она не имеет права назначать тайное голосование по запуску процедуры импичмента действующего президента страны Джейкоба Зумы. Но своим решением, принятым на этой неделе, суд ей отказал, указав спикеру, что такое право у нее есть.
А, значит, есть и обязанность.
Кризис вспыхнул в марте, когда увольнение Зумой без серьезных оснований (точнее, с подозрениями на коррупционные основания, о чем подробно рассказывало ИА REGNUM ) уважаемого министра финансов Правина Гордхана в марте вызвало самый серьезный кризис режима за несколько десятилетий. Джейкобу Зуме припомнили годы правительственных коррупционных скандалов, рекордной безработицы и замедления экономического роста. И только невероятный союз ветеранов борьбы с апартеидом и капитанов бизнеса остановил тогда южноафриканскую «цветную» революцию.
Далее последовал еще один невероятный союз, «коалиция непримиримых врагов» — белых буржуа из Демократического альянса и молодых леваков из партии Борцов экономической свободы, о чем тоже рассказывало ИА REGNUM. Этот союз привел к тому, что Африканский национальный конгресс, власть которого в ЮАР казалась незыблемой со времен Нельсона Манделы, утратил контроль над ключевыми индустриальными агломерациями — Преторией, Йоханнесбургом и Порт-Элизабет.
Территория власти АНК стремительно сжимается, но монополия «партии Манделы» в парламенте по-прежнему незыблема — 62% голосов позволяют принимать любые решения.
В такой ситуации партия не может себе позволить отставку президента — пусть даже его сменит более эффективный и популярный политик из того же Африканского национального конгресса. На это, собственно, и делает ставку президент Джейкоб Зума.
Но это не значит, что партия довольна своим членом Джейкобом Зумой. Причем недовольство проявляется по всей партийной вертикали, — от рядовых членов до «политбюро» из авторитетнейших ветеранов борьбы с апартеидом, соратников Нельсона Манделы.
Так, совсем недавно президент столкнулся с беспрецедентной публичной критикой со стороны высокопоставленных лиц АНК, в том числе со стороны собственного вице-президента и одновременно второго человека в партии Сирила Рамафозы .
Сирил Рамафоза — не просто мультимиллионер, но и создатель самого массового и организованного общественного объединения страны Национального союза шахтеров. Именно он был главным переговорщиком от конгресса с белыми властями ЮАР в историческом 1994-м, и именно ему приписывают заслугу бескровного отказа страны от апартеида. За Рамофозой и другими ветеранами революции стоят не только огромные деньги, но и миллионы рядовых партийцев.
За всеми этими процессами в АНК внимательно наблюдает «коалиция непримиримых врагов» — Демальянс и леваки из партии БЭС. Именно они инициировали обращение в Конституционный суд ЮАР, когда спикер парламента Балека Мбете отказала им в тайном голосовании по началу процедуры импичмента президента Зумы, сославшись на то, что у нее для этого нет нужных полномочий.
Оппозиция попросила Конституционный суд разъяснить спикеру, что такие полномочия у нее есть — ведь если президента избирают тайным голосованием, то и недоверие ему логично выносить той же юридической нормой ‑ и суд встал на их сторону.
С этого момента ситуация приобрела совершенно другой политический контекст.
В открытом голосовании у оппозиции не было ни одного шанса получить нужный ей результат — сработал бы механизм партийной самозащиты, АНК не пошла бы на еще большее ослабление своих позиций сменой президента через вотум недоверия.
Совсем другое дело — тайное голосование. Здесь ставка оппозиции как на рядовых депутатов, чувствительных к позиции своих избирателей, крайне недовольных Зумой, так и на тяжеловесов партии, обладающих собственным «депутатским кланом», которые в еще большей степени, чем рядовые партийцы, недовольны Зумой.
Ситуация развивается стремительно.
Заявление парламента сразу после вынесения судебного решения показало, что тайное голосование будет одобрено большинством.
«Теперь, когда суд разъяснил, что у Спикера есть полномочия в соответствии с Конституцией, чтобы объявить тайное голосование… она, соответственно, обеспечит, что такое решение будет принято», — говорится в заявлении.
Оппозиция немедленно бросилась в атаку, организовав кампанию давления на депутатов от правящей партии.
«Парламент, контролируемый АНК, должен будет выбирать между тем, что лучше для себя и что лучше всего подходит для Южной Африки… Они не присягали быть верными Джейкобу Зуме или АНК … Они обещали быть верными Южной Африке», — заявил лидер оппозиционной партии «Демократический альянс» Ммуси Майман.
И здесь, конечно же, на руку коалиции Демальянса и левых работает тот факт, что они «контролируют поле» — им уже принадлежит власть в ключевых муниципалитетах и городских агломерациях. А если еще и Рамафоза подключит своих шахтеров, и другие тяжеловесы дома Лулути (штаб-квартира АНК) нажмут на свои рычаги — результат тайного голосования становится предсказуемым.
Но не все так просто. Риски для АНК потерять в результате рокировки президента монополию на высшую власть в стране велики, и, по мнению большинства высказавшихся аналитиков, специализирующихся на африканской политике, решение о будущем шаге пока не принято.
Джейкоб Зума показал себя в высшей степени живучим политическим животным, говоря американским политическим жаргоном. И есть серьезная вероятность, что ему удастся прорваться сквозь флажки и в этот раз.