После нынешнего армейского набора Россия встанет на паузу.
В США есть сдвиги, в идеале (!) к середине мая это должны почувствовать украинские войска на фронте (5-7 дней на завершение формальностей и полторы-две недели на доставку заметных объемов ракет ПВО, дальнобойных средств и боеприпасов). В России идет свой процесс. Который сопровождается масштабными акциями прикрытия и спекуляциями. Глянем подробнее.
1. Общим местом разговоров последних месяцев стало утверждение, что Россия к концу мая соберет маленькую орду, а к концу лета — большую.
И перейдет сначала в маленькое, а потом в большое решительное наступление. Откуда гипотетически возьмутся эти орды?
Роспропаганда и российские официальные лица уже около года проталкивают тезис, что ежемесячно в ряды оккупационных войск «добровольно» (т.е. на условиях наемничества) вливаются до 45 тыс. человек. З0К — это стабильный минимум, которым бравирует Кремль.
После теракта в «Крокусе» заявляли о всплеске патриотизма у 16 тыс. добровольцев, которые за сутки якобы встали под ружье. Потом уточнили, что это за 10 дней и что тоже оказалось неправдой.
Все это «стабильное вранье» имеет под собой некоторую фактическую основу, а также ряд особенностей.
Если очень упрощенно и грубо.
В 2023 году, после того, как закончился эффект массовой мобилизации и истощился ресурс зэков, Кремль нащупал некий баланс «кнута и пряника» для народа: на войну стали заманивать пакетом материальных плюшек, одновременно подталкивая в эту сторону уязвимых и неблагополучных граждан (обладателей разного рода долгов, штрафников, безработных, просто бедных и т.д.).
Мотивационный пакет в РФ состоит из двух частей — федеральной и региональной.
Федеральная часть:
единовременная выплата от Минобороны РФ при заключении контракта (сейчас — 195 тыс. рублей);
ежемесячное довольствие (от 50 тыс. на этапе сборов и до 250 тыс. в «зоне СВО»);
ряд компенсаций при ранениях;
посмертная компенсация родственникам;
также для членов семей и выживших на войне оккупантов федеральными законами установлен ряд льгот.
Региональный пакет выстроен примерно в той же логике, но более разношерстый по содержанию. Регионы дают единоразовую выплату, местами подбрасывают ежемесячно. Где-то прощают долги по коммуналке, придумывают какие-то стимулы для детей (оплата за садик, школа), привозят дрова и т.д.
Сверху это все покрыто толстым слоем пропаганды.
Однако россияне несут огромные потери. Если взять минимальные цифры — потери убитыми, которые видны в самой России — то за месяц в РФ публично хоронят от 3000 солдат (порядка 100 в день). Плюс раненые. Т.е., даже по российским (!) данным, треть озвученного притока наемников гарантированно выбывает. В действительности — приток меньше, доля выбывших — больше.
Пополняться в текущем режиме на фоне дефицита средств у Сил обороны Украины они были способны. Как будет летом — зависит от реальной динамики поставок западного оружия и боеприпасов.
2. Для масштабных действий по преодолению усиливающейся линии фортификаций (особенно — если наша армия получит поддержку и сможет решить проблему российской тактической авиации с ее КАБами и УМПБ) россиянам нужно рывком накопить войска за 3-4 месяца. При этом открытая массовая мобилизация остается крайне непопулярной затеей.
Ввиду чего на федеральном уровне уже предприняты такие меры («кнут»):
начат весенний призыв, призывной возраст повышен с 27 до 30 лет. Срочников отправлять на войну формально нельзя, а контрактников — можно. Срочников (суммарно 130 тыс.) через 3 месяца будут склонять к подписанию контракта и участию в «СВО». Многих склонят;
введены электронные повестки. Процесс доставки «писем счастья» будет носить скрытый характер. Не нужно ничего публично объявлять.
Однако еще осенью обозначилась тенденция к наращиванию региональной части пакета бонусов. Это был один из маркеров, что они не собирают плановое количество солдат. Мигрантов в армию и ВПК массово не подрядишь. Поэтому ужесточается конкуренция за трудовые ресурсы.
Региональные бонусы начали увеличивать в разы с нового года в контексте «избирательной кампании». Но самое интересное — после выборов эта тенденция только усилилась!
В данный момент разворачивается настоящая битва за поголовье солдат, которых субъекты федерации должны передать федеральному центру и/или собрать в региональные подразделения.
Богатые и удачливые регионы буквально покупают людей у менее обеспеченных территорий. То, что раньше, не особо выпячивая, проворачивал Кадыров, теперь публично анонсируют десятки губернаторов и даже мэров.
В конце 2023 года конкурентный прайс за голову новобранца для региона составлял 200 тыс. рублей единовременной выплаты.
Обеспеченные регионы давали 300+ тыс. (например, в Татарстане выплата состояла из денег Минобороны + региона + города + предприятий и даже местный ДОСААФ подбрасывал — в Казани получалось под 900 тыс. суммарно), наиболее хилые и жадные субъекты федерации находились в Центральном федеральном округе — кое-где вообще ничего не добавляли.
С 1 апреля цены местами выросли в три-четыре раза.
Краснодарский край уже предлагает 1 миллион рублей (порядка $10К).
За ним ценник в миллион поставил Нижний Новгород.
Ростовская область еще в марте предлагала 500 тыс. за контракт с Минобороны, а за контракт с именным (региональным) батальоном «Дон» — 700 тыс.
2 апреля губернатор Ростовской области Василий Голубев огласил распоряжение: повысить базовую региональную выплату до 700 тыс. рублей. Цитата: «Эти средства смогут получить те, кто подписал контракт в Ростовской области, вне зависимости от их места проживания или регистрации» (!). А за контракт с именным батальоном теперь платят 1 млн рублей.
Т.е., установлена некая планка в «миллион за голову» для «приличных регионов». Что потянет вверх цены везде.
Санкт-Петербург пока держал 905 тыс.
В Московской области региональная доплата в именных подразделениях региона была 605 тыс.
Даже Брянск поднял ценник единовременной выплаты до 400 тыс. рублей.
Москва публично обещает 50 тыс. ежемесячной (!) доплаты и индивидуальную единовременную выплату. И т.д.
На что стоит обратить внимание?
3. Это очень наглядная история о накоплении внутренних дисбалансов в РФ: между регионами и между различными отраслями.
Это легализованные внутренние колонии, где жизнь граждан официально имеет разную стоимость.
Пустых рублей Москва может напечатать достаточно. На какое-то время этого инструмента хватит.
Но покупка наемников в товарных количествах до сих пор возможна, потому что есть деньги от продажи нефти, которые Кремль загоняет в ВПК и армию. Богатые регионы получают ресурс, чтобы сохранить свои кадры и купить бедных. Плюс у Кремля остаются средства, чтобы перераспределить на социалку в те субъекты федерации, где не сложилось с оборонкой и другими доходными отраслями.
Если нарушить этот нефтяной поток, перестанет работать механизм перераспределения. Что резко обострит противоречия внутри России. Наши партнеры наверняка держат этот момент в голове. И ясно показали, что они не заинтересованы в каких-то резких изменениях. В постепенном «высушивании» — да, а в пережиме кислорода — нет, дабы не вызвать непредсказуемые конвульсии.
Одно из последствий роста ценника для наемников — подрыв всего «окологероического» дискурса. В регионах РФ уже немало инцидентов, когда списанных из армии оккупантов рассматривают исключительно как временно платежеспособный контингент. Никакого пиетета, никаких сантиментов. Погнался за деньгами — теперь твои проблемы. Мертвый оккупант полезен для пропаганды, живой — вреден. И все больше россиян понимают реальный выбор и видят его последствия.
Стремительный рост ценника за новобранца может быть связан с ощущением, что люди, которые в принципе готовы идти на войну за деньги, заканчиваются. И дальше сумма уже не будет иметь особого значения при массовом наборе. А значит — только кнутом. Поэтому благополучные регионы спешат выполнить норму. Чтоб иметь люфт по градусу репрессий. А это еще больше повысит давление в субъектах федерации, которые и так платят в основном кровью.
Кавказ уже задействован минимально. Дальний Восток сильно пострадал. Сибирь, Урал и Поволжье тянут основную ношу сейчас. А в западных регионах анонсировано большое военное строительство в Московском и Ленинградском военных округах для имитации угроз НАТО. Им нужно накапливать профессиональные части, а не сжигать их. Т.е., безлимит человеческого ресурса в РФ — это преувеличение.
Плановые наводнения, плановые пожары (в Башкирии уже началось из-за аномальной жары для данного периода), плюс усилия украинской армии на российской территории будут перегружать госаппарат. Замедлять процессы мобилизации.
4. Совокупность фактов порождает такую гипотезу.
Если первую массовую мобилизацию Россия переварила фактические незаметно и нашла ходы, как пополняться, то нынешнее напряжение с целью собрать большую орду к осени дастся на порядок сложнее. А в следующий раз подобную операцию будет можно провести только через значительный промежуток времени, иначе велик риск пойти вразнос.
Отобьемся летом и осенью — и россияне вынужденно станут на паузу, пока не найдут новые решения (если найдут).
Как я уже писал — для всех россолдат будет заготовлен минимум один персональный дрон. Но ведь не все участвуют в штурмах. Поэтому на каждого штурмующего будет 2-4 устройства. Появится стабильное решение по авиации (интуитивно — к августу должно быть) — и задача для росвойск по достижению хоть какого-то значимого результата станет нереальной. По земле они далеко не проползут, потери будут колоссальными.
Т.е., апокалиптические сценарии не являются основными. Наоборот — есть возможность влиять. Запугивание Украины неизбежным и скорым крахом — это подталкивание довольствоваться малым и способ раскрутить спирать отказа от сопротивления.
Ситуация для нас действительно тяжелая. Но не безысходная. Два года назад было на порядок хуже.
Избежать внутренней дестабилизации. Не позволить россиянам организовать гуманитарный кризис — за счет подготовки. Помогать армии в той форме, которая доступна. Нас очень много и другого дома у нас нет.
Алексей Копытько, «Фейсбук»