Бонни и Клайд в новом исполнении
Режиссер фильма «Как Витька Чеснок вёз Леху Штыря в дом инвалидов» Александр Хант запустил на Planeta.ru сбор средств на новый проект «Межсезонье» — приключенческую подростковую драму. Это история о парне и девушке, которые в знак протеста против запретов родителей убегают из дома с оружием и отправляются в рискованное криминальное путешествие. В съёмках фильма примут участие не только профессиональные актёры, но и обычные подростки. В прокат картина выйдет ориентировочно в 2020 году. Корреспондент ИА REGNUM пообщался с Александром и узнал, что послужило поводом для создания драмы и как проходит подготовка к съёмкам.
У меня была достаточно насыщенная подростковая жизнь, поэтому появилась мечта — снять кино об этом периоде. А вообще поводом для такого сюжета послужили псковские школьники. 15-летние Денис и Катя сбежали из дома с найденным в сейфе оружием, забаррикадировались на даче и, когда их попыталась взять штурмом полиция, покончили жизнь самоубийством. Я считаю, что этих детей можно было спасти, вывести из этой ситуации. Я отдаю себе отчёт в том, что фильм не может решать такие проблемы. Но мне бы хотелось исследовать их, разобраться в причине. Ведь эта история не единственная, их много.
Когда произошла эта история, я еще работал над «Чесноком». Но в какой-то момент понял, что она ярко во мне засела. В скором времени я уже начал собирать материал для будущего фильма. С тех пор потихоньку готовлюсь. Так что я бы не сказал, что много времени прошло.
Прежде всего я объявил общероссийский кастинг среди подростков. Каждый желающий может заполнить анкету. Это анкетирование — социальный срез всех российских подростков. Ребятам, которых отбираю для второго этапа, я отправляю вопросы для видеозадания, в котором они рассказывают о себе. У меня потихоньку копятся такие видеоинтервью, которые позволяют мне выявить общие маркеры и точки пересечения в сегодняшнем поколении.
В конце июня мы вместе с оператором ездили в детский лагерь в Анапу. Я был руководителем театрального кружка. Мы проводили разные тренинги, и отдельно я записывал с ребятами интервью. Я поехал туда с желанием разобраться, что же такое поколение Z. Не могу сказать, что выявил что-то удивительное, уникальное, что присуще современному подростку. Нет, скорее всё те же проблемы, только глубже зарытые.
Я с удивлением обнаружил, что практически все подростки очень закрытые. Почти каждому сложно проявлять свои эмоции, быть откровенным. Достаточно простые задания, например, на тот же показ эмоций, оказались очень сложными для ребят. А это только начало работы. В какой-то момент я понял, что всем колоссально не хватает общения. Потому что, когда мы просто общались, сложилось впечатление, что они голодные к этому. Мне кажется, нашему времени присуща некая параллельность. Мы все на каких-то параллельных осях, которые не пересекаются. Дети в своих мирах, родители — в своих. В подростковой среде очень мало общения и с родителями, и со своими сверстниками.
Я общался с девочкой, которая делилась очень интересными мыслями по поводу жизни, мира и всего на свете. Я задал ей вопрос: «Что ты хочешь в себе изменить?» Она ответила: «Я не хотела бы быть неинтересным человеком. Я не умею общаться с людьми, потому что я неинтересная». Это было странно, потому что её мысли были самыми мудрыми и интересными среди всего, что говорили дети. Было очевидно, что подростки просто не умеют общаться друг с другом. Это отражается и на общении с родителями, которые тоже зарыты в своих делах и проблемах. Родители и сами, по сути, ничего не рассказывают о себе детям. В итоге дети тоже ничего не знают о своих родителях. Для них это какие-то малознакомые люди.
Всё очень узнаваемо. Те же истории, те же проблемы. Я очень многое узнаю из своей юности в этих ребятах. Поэтому не чувствую большой дистанции. То, о чём говорят подростки, мне близко и понятно.
В плане книг — стандартная классика. Как правило, это «Преступление и наказание» Достоевского, произведения Брэдбери, «Маленький принц», «Герой нашего времени». Есть еще книга, как мне кажется, не очень хорошая — «Пятьдесят дней до моего самоубийства». Я заметил, что её часто отмечают, особенно девочки.
Если говорить о фильмах, то подростки смотрят современное кино. Для них фильмы, которые были раньше 2000 года — старые и древние. Поэтому в основном это культовые, популярные ленты. «Бойцовский клуб», «Заводной апельсин», истории о вселенной Marvel, «Хроники Нарнии», «Гарри Поттер».
С музыкой вообще интересно. Мне кажется, сейчас возникло целое музыкальное явление во «ВКонтакте». Эта соцсеть стала площадкой для появления новых музыкантов. Там достаточно большая аудитория, и это помогает им продвинуться куда-то дальше. В анкете ребята указывают много современных молодых музыкантов: «Пасош», Хаски, Гречка, Монеточка.
Я пока до конца не решил, буду ли еще какое-то задание отправлять ребятам или уже буду их собирать. За этим я и пошёл на Planeta.ru. У меня сейчас идёт такая работа, которая требует затрат, в том числе кастинг. Я уже съездил по разным городам и еще собираюсь поехать. В какой-то момент хочу всех ребят, которых отобрал, собрать в Москве или Екатеринбурге, где, скорее всего, и будем снимать. Осенью уже начну этап проб. Будем с ребятами пробовать разыгрывать сцены. Это будет финальный этап, после которого, надеюсь, я найду своих главных героев.
У меня уже есть около 3 тыс. анкет. А сколько прошли дальше, говорить не буду. Это пока не конечная цифра. Анкет становится больше, и ребят я дальше отбираю. Они меня атакуют, постоянно просят немедленно дать ответ. Но этап не закончен. Нет какого-то определенного количества человек, которые прошли куда-то. Даже те, кому я что-то отправлял — тоже далеко не финальный вариант. Я смотрю и пересматриваю анкеты, поэтому всё еще может измениться.
Да, есть ребята, которые засели у меня в голове. Я прежде всего ищу тех, кто максимально близок к моим героям. Я очень хорошо представляю, что это за характер. Ребята, которые больше всего попадают под него, остаются вместе со мной.
Это оказалось совсем не сложно. Я никаких хитрых манипуляций не производил. Во-первых, я не позиционировал себя как взрослый человек, который пытается себя вести с ними как условный режиссёр. Моя задача состояла в том, чтобы они поняли, что я близкий друг и со мной можно говорить на любую тему. Я был готов к тому, чтобы они мне доверились. И я с ними тоже делился своими личными историями. Это было обоюдное движение, поэтому дети достаточно легко шли навстречу.
В лагере я снимал отдельные интервью с каждым из ребят и собрал очень непростые истории. Как правило, они связаны с семьей. Среди них были очень тяжелые. Для меня это было неожиданностью. Есть классические проблемы, например, безотцовщина, неполная семья. Это настолько типичное явление у нас. Очень заметно, у кого есть проблемы в семье — сильно отражается на поведении. Эти ребята вели себя вызывающе, пытались заявить о себе в лагере. Дети, у которых, наоборот, всё благополучно в семье, были открыты и легко общались. Еще было очень заметно, что они почти не матерились. Ребята, у которых непростые жизненные ситуации, матерились очень нарочито. Для них это было важно. Мне кажется, мат — эта форма протеста, потому что его как бы нельзя использовать. Для них же это возможность проявить свою самостоятельность и заявить, что они не придерживаются правил.
На «Чесноке» мы что-то пробовали, но я был не очень в курсе. Тогда шли съемки, и я почти не принимал участия в краудфандинге. Это был неудачный опыт — мы пытались что-то собрать в качестве эксперимента, но не получилось. Так что «Межсезонье» — первый полноценный опыт.
Собирать деньги очень сложно. Это трудоёмкая неблагодарная работа. Силы, которые мы тратим, несоизмеримы с деньгами, которые приносит Planeta.ru. Но всё равно это очень интересная история, потому что мы находим новых друзей, новые возможности. Поэтому есть смысл развивать её дальше. Нам, конечно, очень важно собрать всю сумму, но мы уже имеем результат в виде новых дружеских отношений.
Честно говоря, не знаю. Я, конечно, не откажусь от затеи и буду продолжать своё дело. Уверен, что фильм в любом случае будет. Но я очень надеюсь, что Planeta.ru поможет мне это осуществить. И мы верим, что эта краудфандинговая кампания всё-таки будет успешной.
В идеале я хочу снять фильм, рассказанный от лица подростков, который поможет родителям услышать это поколение. Хочу, чтобы он стал своеобразным мостом в общении. Мне кажется, родители зачастую вообще не представляют, что происходит с их детьми.