«Наглеют на горе крестьянском»: аграрии готовятся к банкротствам
Сибирские аграрии, воспарявшие было духом в связи с недавним визитом в Новосибирск первого заместителя министра сельского хозяйства РФ Джамбулата Хатуова, так и не получили адекватного решения главной проблемы нынешнего года: собранный урожай некуда сбыть, да и цены на него упали намного ниже себестоимости. Высокопоставленный московский чиновник хотя и заверил, что сибирское зерно нужно, но на экспорт, общеизвестно, что в регионе сложилась катастрофическая ситуация с предоставлением железнодорожных вагонов.
Это признаёт и заместитель председателя Алтайского краевого законодательного собрания, председатель комитета по аграрной политике и природопользованию Сергей Серов.
«Сегодня у нас определён зерновой трейдер, который будет работать на экспорт — Арбузовский элеватор. Все необходимые документы имеет. И сегодня основной вопрос — в чём? Нет вагонов, зерновозов», — отметил парламентарий в интервью «Вестям».
К тому же очевидно, что льготный железнодорожный тариф на перевозку зерна и муки из Сибири не спасёт: тариф «съест» прибыль. Повлиять на эту ситуацию регионы вряд ли способны. Из 135 миллионов тонн российского зерна 15,5 миллиона вырастила в этом году Сибирь. Но элеваторы — по данным Союза переработчиков — заполнены ещё прошлогодним урожаем. На этом фоне произошло резкое снижение цен.
К примеру, если в сентябре за тонну алтайской пшеницы 3-го класса давали около 7 тысяч рублей (почти в 2 раза меньше, чем в 2016 году), а гречиху закупали в среднем по 12,5 тысячи за тонну, то сегодня за пшеницу крестьянам предлагают всего 4−5 тысяч за тонну при себестоимости в 6 тысяч рублей. Но и это, как оказалось, не предел: в Союзе фермеров отмечают, что в отдельных районах Алтайского края за гречиху трейдеры дают всего 3,5 тысячи (год назад тонну можно продать по 30 тысяч рублей).
Между тем у переработчиков цены на зерно сложились сейчас выше, чем у экспортёров. По данным ИКАР, пшеницу 3-го класса можно продать за 10 710 рублей, 4-го класса — за 9550 рублей.
«Наглеют. На горе крестьянском, это беда для всех. Кто-то на этом хочет заработать, опускает цену до 3,5 — это абсурд полнейший. Возникают возмущения у крестьян, что это никому не нужно», — считает исполнительный директор Союза крестьянских (фермерских) формирований Алтайского края Александр Вайс.
Зернопереработчики парируют: цены снижены потому, что упала стоимость муки. Они тоже работают по законам рынка.
«Сегодня мука стоит дешевле, чем пшеница в прошлом году. По сегодняшним ценам сельхозпроизводители в итоге не хотят продавать, а переработчики, не желая идти на риск из опасений, что цены и дальше будут снижаться, не закупают больших объёмов», — привел довод президент Союза зернопереработчиков Алтая Валерий Гачман. Эту информацию подтверждают и его коллеги в других регионах. Мол, зерно после нового года может подорожать на мировом рынке, но на внутреннем — вряд ли.
Интересная тенденция: если мука подешевела, то почему подорожал хлеб? Почему 200-граммовая булка хлеба «7 злаков» в Алтайском крае стала стоить 32 рубля (160 рублей килограмм), а килограмм необходимого для ее выпечки зерна — 5 рублей?
«Всем известно, что из килограмма зерна должен получиться примерно килограмм хлеба. Так пусть чиновники посчитают, какая получается разница, и подумают, у кого она «оседает»! Явно не в кармане государства. Я на этой кривой экономике потерял уже несколько миллионов», — досадует алтайский фермер Владимир Жданов.
Он, как и многие другие руководители крестьянских фермерских хозяйств, вынужден всеми правдами и неправдами отбиваться сейчас от кредиторов: наступил срок выплаты по процентам. В этом вопросе им мог бы помочь введённый режим ЧС (уборочная кампания в Сибири проходила в сложных условиях: из-за дождей и сильных ветров у многих аграриев полег урожай), но и этого пока не произошло.
В условиях неопределенности часть крестьян уже не рассматривает вопрос о развитии своего агробизнеса. Те, у кого есть возможность и склады, — держат урожай. У кого нет — размещают объявления о продаже бизнеса. Такие объявления уже встречаются на известных торговых площадках (например, Avito).
Это и понятно. К примеру, алтайские крестьяне до января 2018 года должны будут вернуть банкам почти 3 млрд рублей. И здесь тоже существует проблема: если пойти на реструктуризацию, кредитная история автоматически будет испорчена, про льготные кредиты под 5% годовых можно забыть.
В условиях рекордного урожая главным для производителей каналом сбыта по-прежнему остаётся экспорт. В этом году предстоит вывезти за рубеж 34 млн тонн зерна. Так пойдёт ли сибирское зерно на экспорт по льготным тарифам? Закупит ли Родина в свои закрома хотя бы часть богатого сибирского урожая по хорошей цене? Судя по информации agrobook.ru с недавнего заседания Зернового союза сельхозпроизводителей Ростовской области, проходившего в Азове, ничего хорошего ждать не приходится не только Сибири.
Выражения «Сельское хозяйство в заложниках!» и «При такой политике скоро вымрут последние, оставшиеся на селе» были далеко не самыми эмоциональными на этом заседании.
«Я удивляюсь нашей власти: весной министр сельского хозяйства сказал, что Турция закрылась, но мы найдём новые рынки сбыта. Если он так сказал, то должен исполнять. Министр сказал, и на этом всё закончилось, никто ни за что не отвечает», — поделился с коллегами гендиректор ЗАО «Красный Октябрь» Александр Шебалков.
Беспокоит ростовских крестьян и то обстоятельство, что Минсельхоз может выпустить на рынок 500 тысяч тонн интервенционного зерна. По их мнению, даже вид стоящих на рейде кораблей, ожидающих погрузки зерна в Азовском морском порту, не развеял опасения. Все склады и элеваторы заполнены, закупки практически остановлены.
«Мы не можем позволить себе увеличивать урожай, не увеличивая портовые мощности. За 10 лет в стране не было построено ни одного нового теплохода река-море», — привёл довод гендиректор ООО «Астон» Дмитрий Лысенко.
Резюмируя заметим, То, что Россия оказалась не готова к рекордным урожаям — уже очевидно. Равно как и то, что последствия этих событий могут оказаться плачевными для всех. Но чиновники предпочитают их замалчивать, либо хвастаться, как «богатеют» российские фермеры, оттеснив американских.
Между тем борьба за хлеб становится подлинным фронтом. Ситуация все более начинает походить на спланированную провокацию.