Сто тысяч эстонских православных будут «прессовать» по «украинской схеме»
Эстонские власти поставили ультиматум местной православной церкви, входящей в юрисдикцию Московского патриархата (ЭПЦ МП). От неё требуют разорвать всяческие связи с Москвой, угрожая в случае отказа запретом.
У Таллина есть своя «карманная» Эстонская Апостольская Православная Церковь (ЭАПЦ), и власти хотят насильственно объединить с нею приходы «оккупационной» церкви.
Для того чтобы лучше представлять нынешнюю ситуацию во всей её полноте, необходимо знать и её истоки.
Шанс уничтожить влияние Москвы
Ещё тридцать лет назад в Эстонии при поддержке властей сложился, по сути, церковный раскол. В начале 90-х на территории воссозданной Эстонской Республики оказались сразу две конкурирующие православные церкви. Почему так получилось?
Освобождение Прибалтики Красной армией привело к закреплению церковного раскола в Эстонии. Бывший сторонник автокефалии митрополит Таллинский и всея Эстонии Александр (Паулус) эмигрировал в Швецию. Он и его сподвижники создали Синод Эстонской православной церкви в изгнании, пишет в своем труде преподаватель Института истории Санкт-Петербургского университета Иван Петров.
В то же время, как говорит ученый, часть сторонников автокефалии вернулась в СССР, и в 1945 году местные приходы воссоединились с Московским патриархатом.
Вышеупомянутый «Синод Эстонской Апостольской Православной Церкви в изгнании» располагался в Стокгольме и находился в юрисдикции константинопольского Вселенского патриархата.
Его члены после выхода Эстонии из состава СССР увидели возможность восстановить там своё влияние и приступили к активным действиям.
Эстонские власти новейшего времени с самого начала активно включились в игру именно на стороне бывших «эмигрантов», так как увидели в этом шанс окончательно уничтожить влияние Москвы в своём регионе. И в 1993 году государственная Служба по делам вероисповеданий официально и с большой охотой зарегистрировала «Эстонскую Апостольскую Православную Церковь».
Под этим именем объединились немногочисленные эстонские приходы. Права на довоенную собственность Эстонской православной церкви государство признало именно за ними.
Что же до Церкви Московского патриархата, то ей было предложено зарегистрироваться в качестве «новой» церковной структуры без всяких имущественных прав. Попытки оспорить это решение успехом не увенчались.
В феврале 1996 года Константинополь заявил о принятии Эстонской Апостольской Православной Церкви в свою юрисдикцию.
В ответ Московский Патриархат на несколько месяцев разорвал евхаристическое общение с Константинополем. Впрочем, после нескольких раундов переговоров стороны пошли на компромисс, признав возможность временного сосуществования на территории Эстонии двух церковных юрисдикций.
Приходам была предоставлена свобода выбрать, к какой из них принадлежать. Тем временем государство в Эстонии продолжало давить на верующих, побуждая их переходить под крыло ЭАПЦ.
Делалось это просто: если приход переходил под юрисдикцию Вселенского патриархата, государство возвращало ему имущество, некогда конфискованное советской властью. Приходы же, сохранявшие верность Московскому патриархату, были лишены имущественных прав и возможностей.
Ныне покойный митрополит Корнилий, возглавлявший ЭПЦ МП с 1992-го по 2018-й, рассказывал в 2013 году о том, какими методами ЭАПЦ пыталась задавить конкурентов.
«У них было очень мало приходов, буквально несколько. Потом число стало расти, процесс резко политизировался. <…> Некоторые всё решали политизировано, просто используя неприятие к Москве», — вспоминал митрополит.
«Лишено созидательного смысла»
Эстонская апостольская православная церковь объединяет около 7 тысяч верующих (большая часть — этнические эстонцы) и насчитывает 60 приходов, в которых служит 30 священников и 9 диаконов.
В свою очередь, Эстонская православная церковь Московского патриархата имеет лишь 31 приход, где несут служение 45 священников и 13 диаконов, объединяет свыше 100 тысяч верующих, 50 тысяч из которых ведут активную церковную жизнь.
Поскольку православная церковь воспринималась как «русская», это облегчало задачу разжигания неприязни к ней у этнических эстонцев. При этом в течение многих лет ЭПЦ МП находилась, по сути, на полулегальном положении. Ей долгое время отказывали в регистрации, в связи с чем Госдума России даже принимала особые заявления в 1996 и 2001 гг. «О нарушении прав православных верующих в Эстонии».
Официальной регистрации ЭПЦ МП добилась лишь в 2002 году.
Внимательно отслеживая современную геополитическую обстановку, власти Эстонии увидели, что она даёт им возможность исполнить их давнюю мечту — избавиться от любых остатков «русского мира» и выстроить моноэтническое государство.
«Зачистка» ведется постепенно. Сначала был осуществлен массовый демонтаж памятников советским воинам и ликвидация воинских кладбищ. Затем государство разобралось с политиками и активистами, представлявшими интересы русской общины — умеренных просто отстранили от власти, а более радикальных бросили в тюрьмы.
Потом дошла очередь и до церкви. В феврале из Эстонии был выслан глава ЭПЦ МП митрополит Евгений, а тем священникам, кто остался, выставили ультиматум: разорвать все связи с Москвой. В правительстве дали понять, что лучшим вариантом считают вхождение приходов ЭПЦ МП в состав Эстонской Апостольской Православной Церкви.
В особенности чиновников в Таллине волнует дальнейшая судьба Александро-Невского собора в Таллине и Пюхтицкого монастыря (в этом монастыре, находящемся в деревне Куремяэ на востоке страны, проживают более ста монахинь и послушниц), подчиняющихся Московскому патриархату напрямую.
И на этот ультиматум уже дан достаточно однозначный ответ. После вынужденного отъезда митрополита Евгения наиболее авторитетным представителем «московского» православия в Эстонии является пользующаяся всеобщим уважением матушка Филарета — настоятельница Пюхтицкого Успенского ставропигиального женского монастыря, открытого еще в 1891 году и ни разу не прерывавшего свою деятельность.
Накануне в эту обитель приехал лично министр внутренних дел Лаури Ляэнеметс, всячески уговаривавший Филарету отступиться от Русской православной церкви. Однако матушка в открытом письме Совету церквей Эстонии отметила, что монастырь не вправе по своей воле отказываться от канонической связи с Москвой, чего требует глава МВД. По её словам, это невозможно, поскольку ставропигиальный статус монастыря прописан в Уставе обители.
По словам игуменьи, Пюхтицкий монастырь и его насельниц пытаются втянуть в чуждые самой сути монашеского бытия политические противоречия.
«Представители государственной власти Эстонии, конечно, могут этого не знать и не понимать, но вы, наши собратья во Христе, знаете, что означает для обители ее каноническая связь с Матерью Церковью», — пишет настоятельница монастыря.
Игуменья Филарета добавила, что ставропигию монастырь получил в 1990 году стараниями и усилиями приснопамятного Патриарха Алексия II. «Для насельниц монастыря память о нем священна, ибо именно он, будучи в хрущевское богоборческое время архиереем Таллинским, спас обитель от закрытия», — отмечает Филарета.
«Мы глубоко убеждены, что вмешательство государства в сложившийся за более чем век уклад монастырской жизни лишено какого-либо созидательного смысла. В монастыре молились и трудились в царской России, в Советском Союзе, в Эстонской Республике — и мы искренне надеемся, что нас и впредь не лишат возможности возносить наши молитвы к Богу», — заключает игуменья.
«Украинская схема»
Что могут сделать эстонские власти в том случае, если местная православная церковь наотрез откажется разорвать связи с РПЦ? В МВД подчеркивают, что не хотели бы доводить до крайности, но в случае чего не остановятся и перед крутыми мерами.
Министр Ляэнеметс пригрозил, что «если они сами не примут каких-либо решений, то государство в какой-то момент вынуждено будет через суд ходатайствовать о принудительном прекращении деятельности».
В свою очередь, вице-канцлер МВД Райво Кюйт, встретившийся со священниками Воскресенского кафедрального собора в Нарве, сообщил, что они в министерстве подводят православные приходы «к выводу о неизбежности разрыва с Московским патриархатом».
По словам Кюйта, «если в ходе переговоров мы не найдём приемлемого решения, нельзя исключить применения предусмотренного законом механизма принудительной ликвидации». Для начала у церкви могут отнять её храмы и приходские здания, которыми она не владеет, а арендует у государства.
Политолог Андрей Стариков рассказал ИА Регнум, что власти Эстонии отчасти следуют украинской схеме.
«Мы все помним, как Пётр Порошенко в свое время носился с томосом Константинопольского патриархата, позволившим создать скандально известную ПЦУ. Наблюдая за этим со стороны, власти Эстонии лишний раз уверились, что сплоченная православная община может представлять собой серьезную силу — и сила эта потенциально оппозиционна государству, взявшему курс на искоренение всего русского.
Поэтому было решено любой ценой ликвидировать эту силу, оторвав Эстонскую православную церковь от Московского патриархата. Но православная община способна к сопротивлению, ибо удар наносится по основе основ, по самой их ценностной парадигме», — подчеркивает Стариков.
По его мнению, эстонские власти, опасаясь мощных эксцессов, будут действовать более мягко, нежели украинское государство.
Но и бездействовать, по словам эксперта, они тоже не могут, поскольку видят в самом факте существования ЭПЦ МП угрозу для себя. Недаром этой церкви уделяет неизменное внимание в своих отчётах эстонская Полиция безопасности (КаПо), упоминая ее в качестве фактора риска для государства.
У Таллина есть в этой ситуации еще один пример для подражания, говорит Стариков. В 2022 году власти Латвии сумели навязать свою волю тамошней православной церкви и убедить её отказаться от общения с Москвой, причем это прошло без особых инцидентов.
«Эстонское правительство рассчитывает повторить этот пример у себя. И сейчас всё зависит от духовенства и верующих, от твёрдости занятой ими позиции», — заключает эксперт.