«Памятник более развитой цивилизации»: 38 лет безвременья Чернобыля
Подробности аварии на ЧАЭС в 1986 году давно уже никого не интересуют — слишком много времени прошло, чтобы разбираться, кто был виноват и что тогда случилось. А вот Чернобыльская зона отчуждения перетекла в область легенд. Стоит только упомянуть, что бывал в этих прекрасных местах, как тут же сыплется набор дежурных шуток про гигантские помидоры, говорящие грибы и свечение по ночам.
Посещение г. Припять — одно из событий, пополняющих копилку «жил не зря», а планы украинских властей по сносу аварийных зданий, озвученные несколько лет назад, вызвали в интернетах стон горького сожаления. Как туристический объект город атомщиков является, наверное, одним из самых известных в мире. Хотя экскурсионное обслуживание было одним из худших на свете.
Потому что гораздо прибыльнее всегда была нелегальная хозяйственная деятельность, кипевшая в Зоне: рубка леса, добыча песка и янтаря, заготовка металлолома, нелегальные охота и рыбалка. Заповедный статус территории и её закрытость создавали прекрасные условия для того, чтобы «Чернобыльская республика» жила отдельно от остальной страны.
В последний раз Чернобыльская АЭС и Зона были на слуху весной 2022 года, когда туда зашли подразделения ВС РФ. С того времени их все оставили в покое, по крайней мере активности сильно сократились. Парадоксальным образом 30-километровая зона вокруг атомной станции оказалась последним на Украине местом, где нет вездесущих ТЦК, где никто не трогает памятники и не занимается «декоммунизацией», где любые украинские законы попросту не имеют силы — некому исполнять, некому и следить за исполнением.
Зона, по размеру равная герцогству Люксембург, могла бы стать землёй обетованной для тех, кто ищет спокойствия и жизни среди великолепной природы Полесья. Но пока не станет, сохраняя и хорошее, и плохое, которое тоже застыло в безвременьи — свалка радиоактивных отходов и отработавшее ядерное топливо, судьба которых отложена на неопределенное «потом».
Другая Зона
Та Зона, которую собственными глазами видели и мы, давно уже не существует. Масштабные пожары 2020 года уничтожили полтора десятка сохранившихся сёл и кладбищ, военный городок «Чернобыль-2», тысячи гектаров территории Чернобыльского биосферного заповедника. Выгорели печально знаменитый «Рыжий лес» (точнее, то, что было на его месте) и советский молодежный лагерь «Изумрудное», где жили первые ликвидаторы катастрофы.
Многие уверены, что так прикрывалась нелегальная заготовка леса, в результате которой исчез огромный массив, не уступающий по площади киевскому Пуща-Водицкому лесу, около 30 тыс. га. А вся рыба из пруда-охладителя (включая громадных сомов, которых туристы кормили батонами), осушенного к 2021 году, попала на столы украинцев.
Сама АЭС тоже выглядит иначе, в 2019 году введен в эксплуатацию новый «саркофаг» над четвертым энергоблоком станции. Он сооружен на европейские деньги над старым объектом, который имел название «Укрытие», как временная мера — когда и его нужно менять на что-то другое. Зато город Припять, главный объект всех туристических маршрутов, продолжает рассыпаться, поскольку никаких работ по консервации зданий все эти годы не проводилось. Единственное, что сделано, — укреплено колесо обозрения, да и то потому, что ему угрожало обрушение, чреватое возможными жертвами и скандалами.
Лишь в апреле 2021-го правительство внесло в Государственный реестр недвижимых памятников Украины гигантскую загоризонтную радиолокационную станцию «Дуга». Но к этому времени РЛС основательно обглодали охотники за радиоактивным металлом, и в принципе никто не мог им помешать пилить и дальше. Это всегда было одним из важных направлений нелегального бизнеса в Зоне, усилиями металлоломщиков «испарился» огромный, в 20 гектаров, отстойник радиоактивной техники, участвовавшей в ликвидации аварии у с. Рассоха.
А для легального бизнеса всегда работали разного рода проекты по созданию хранилищ отработавшего ядерного топлива. На Чернобыльской АЭС еще с советских времен осталась «мокрое» хранилище для 21 тысячи топливных сборок для старого реактора РБМК-1000. Лицензия на его эксплуатацию истекла еще в 2016 году, однако попытка построить для них новое место хранения окончилась провалом. Французы из компании Framatome, которым отдали подряд на ХОЯТ-2, деньги освоили и поделились с кем нужно, однако объект к эксплуатации непригоден. Размер ячеек хранилища оказался меньше, чем нужно, топливные сборки в него просто не пролезали.
Заново строить взялась американская компания Holtec International, которая одновременно должна была возвести в зоне отчуждения Централизованное хранилище отработавшего ядерного топлива. Хотя подобного опыта не имеет. Там украинское правительство намеревалось хранить переработанные топливные сборки, которые, по условиям договора, должна была возвращать Россия. А заодно отработавшее американское топливо с собственных АЭС и радиоактивные отходы, оставшиеся кое-как присыпанными у ЧАЭС с 1986 года.
В декабре 2020 года возведение первого пускового комплекса ЦХОЯТ было завершено, а эксплуатация началась в 2021 году. Тогда же и оказалось, что руководство компании «Энергоатом» тайно и без тендера привлекло нового частного подрядчика для достройки хранилища, которому перечислило не менее 1 миллиарда 145 миллионов гривен. Хотя публично чиновники заявляли, что объект готов «почти на 100%» и остается только «высеять траву».
А сколько было украдено на новой дороге от КПП «Дитятки» до КПП «Припять» с подъездом к ЧАЭС, построенной в рамках проекта «Большое строительство» Зеленского — пока неизвестно. Но то, что начали строить в Зоне вместо миллиона других локаций, где дороги нужнее, говорит само за себя.
Жизнь не вернется
В советские времена специально созданная Государственная комиссия изучала долгосрочные последствия радиационного загрязнения и считала возможным возродить зараженные земли спустя 30 лет. Это соответствует периоду полураспада радиоактивных элементов, включая радиоактивный йод, стронций-90 и цезий-137. Несмотря на всплеск радиофобии, когда была заморожена достройка всех АЭС, специалисты видели реальную перспективу возрождения Зоны — включая ее повторное заселение.
Казалось, обширные территории вокруг закрытой атомной станции вполне могут быть рекультивированы, а люди вернутся в свои дома, что и было бы лучшим доказательством отсутствия опасности. Однако постоянным населением были и остаются «самосёлы», в основном люди преклонного возраста, большая часть которых живет в городе Чернобыль. Сейчас их там порядка полусотни, они просто доживают свой век.
Между возрождением жизни и заработком «втёмную» украинская власть уверенно выбрала второе. Прекрасно осознавая, что вокруг хранилища ядерных отходов никакое «возрождение» невозможно, притом что строить его острой необходимости не было. Имелись и другие варианты, начиная с нормальных и построенных на взаимной выгоде отношений с Россией.
Одновременно чернобыльская тема исправно использовалась в целях политической пропаганды. Например, к 35-летию катастрофы в штаб-квартире ООН украинские пропагандисты открыли фотовыставку, чтобы рассказать миру «о роли лжи и масштабного искажения информации советским режимом, повлекших Чернобыльскую трагедию и усиливших ее последствия».
Все это преподносилось как очередное преступление «оккупационного режима», отравившего несчастную Украину. Хотя даже иностранные туристы видели в Припяти не «ужасы совка», а уцелевший город советских атомщиков, современный и развитый для реалий своего времени. Многоэтажные жилые дома, универсамы, школы, кинотеатры, дворец культуры, спорткомплексы, бассейны, рестораны и пионерские лагеря. А ритуальная борьба с коммунизмом никак не продвигала решение реальных проблем, которые мешали вернуть к жизни загрязненные территории.
Теперь главным препятствием на пути мечтаний украинских чиновников превратить Чернобыльскую зону «в мощный туристический кластер» после выхода американо-британского лубочного сериала «Чернобыль» назначены российские военные. Они-де разрушили «инфраструктуру» и нанесли «колоссальный вред». Однако увидеть всё это не представляется возможным.
Сейчас доступ туда сильно ограничен — ни о каком туризме или сталкерских походах не может быть и речи, а журналисты должны договариваться о поездке не только с Госагентством по управлению зоной отчуждения (ГАЗО), но и с военными. Линия границы с Беларусью, как можно понять из разрозненных сообщений, заминирована, и в Зоне размещен гарнизон ВСУ. Если раньше «сталкерам» грозил символический административный штраф, то сейчас сталкерскую группу могут объявить вражеской ДРГ и расстрелять.
Если повезет и этого не произойдет, то бродячих романтиков будет ждать более серьезная ответственность за проникновение в пограничный охраняемый район. И без давней традиции таких вылазок, очень популярных, Зона тем более уже не та, какой была когда-то. Не меняется только традиционная коррупционная составляющая. Несмотря на все трудности, министерство защиты окружающей среды и природных ресурсов Украины вместе с ГАЗО представили «Стратегию развития до 2032 года».
Она пафосно обещает «превращение Зоны отчуждения в Зону возрождения» путем освоения бюджетов на разминирование, замену утраченной аппаратуры, развитие научных проектов и возобновляемой энергетики, защиту уникальных местных экосистем, надежный радиационный мониторинг и дозиметрический контроль. Одновременно предлагается музеефицировать «места, подвергшиеся российской оккупации». Как, например, предлагается организовать разминирование, если ВСУ обеспечили минирование, — формальная логика понять не позволяет.
Но остается понятным одно: этот прекрасный уголок украинской земли останется прозябать в хроническом запустении. Попытки и дальше паразитировать на советском наследии уже не сработают: не будет никакой «победы» и толп восторженных иностранцев, готовых, как встарь, дать «на лапу» полторы тысячи долларов за право ходить, где душа пожелает.
Оставшиеся среди деревьев и кустарников руины принадлежавших АЭС объектов, останутся памятником древней, более развитой цивилизации, погибшей от рук варваров. А рассыпающиеся бетонные солдаты над братскими могилами тех, кто сражался здесь в 1943 году, — грустным символом потерянной памяти. Счет идет не на годы, и совсем скоро от чернобыльских объектов останутся одни непрезентабельные руины.
Но и в этом есть свой смысл. Зона как бы напоминает всем нам, что ничто не вечно. Даже в моменты отчаяния, когда кажется, что ничего изменить нельзя, перед глазами всегда есть пример: пройдет и это. Лоси будут задумчиво жевать траву меж могил тех, кто сегодня мнят себя повелителями миллионов жизней и незаменимыми вождями. А если не оставить после себя чего-то действительно стоящего, то глупые идеи и пустые слова исчезнут куда быстрее, чем Чернобыльская атомная электростанция им. Ленина.