Командир батальона "Ахиллес" Юрий Федоренко всегда без предупреждения появляется на локации, где живут его бойцы. Если в помещении грязно, командным голосом может дать инструкцию, как убирать за собой. Если находит банку даже безалкогольного пива – выбрасывает ее.
Сухой закон – одно из главных правил в батальоне "Ахиллес", за его нарушение – "строгое наказание в рамках законодательства". На совещаниях с военными тот же Юрий Федоренко – творческий человек. Выслушивает чужие идеи, постоянно предлагает свои, прислушивается к побратимам и много креативит. Атмосфера совещаний похожа на атмосферу планерок в стартапе.
Юрию 33 года. Его позывной – "Ахиллес". Он руководит одноименным батальоном ударных беспилотных авиационных комплексов 92-й отдельной штурмовой бригады имени кошевого атамана Ивана Сирко. Только в марте его батальон поразил 689 российских целей на Бахмутском направлении. При этом сам Юрий научился управлять БпЛА сравнительно недавно – летом 2022 года. Тогда в Харьковской области он понял важность разведки дронами и инициировал создание аэроразведки в рамках своей стрелковой роты.
Liga.net поговорила с "Ахиллесом" и узнала, как создавался батальон, почему важно быть рядом со "своими" и как атмосфера человечности помогает на войне.
Битва с подсолнухами
Юрий родился в селе Черкасской области. С пятого класса сам ездил на электричке в школу в райцентр. Тогда же начал заниматься спортом – соединял рукопашный бой с тяжелой атлетикой.
Одно из самых счастливых воспоминаний детства – о первых заработанных деньгах летом после восьмого класса. Вернее, о процессе их зарабатывания.
"В колхозах выращивали экспериментальные сорта подсолнухов, и бракованным подсолнухам с какими-то черными пятнами надо было "отрубать головы". Чтобы когда собирают урожай, хорошее зерно не перемешалось с плохим, – вспоминает Юрий. – И вот мы с ребятами этим и занимались – представляли, что мы на поле боя сбиваем головы этим подсолнухам мечом. Это была моя первая и одна из самых веселых работ – можно было кататься на лошадях, быть с друзьями".
После девятого класса решил, что нет смысла дальше учиться в школе – ведь если пойти в профтехучилище, можно одновременно окончить школу и получить профессию. Выучился на повара-кондитера. Но на самом деле с детства мечтал быть военным, и после ПТУ планировал поступать в военный вуз. Говорит, что "провел подготовительную работу", понял, что без связей это нереально, поэтому пошел другим путем.
"Я пришел в военкомат и спросил, могу ли пойти служить на контракт, – рассказывает Юрий. – Мне предложили подписать контракт с Нацгвардией. Сначала попал в военную часть, которая занималась охраной дипломатических представительств в Киеве, потом – в автороту. А дальше произошло судьбоносное событие: на соревнованиях по рукопашному бою я занял первое место и меня перевели в роту специального назначения. Там я прошел достаточно мощную подготовку – нас учили штурмовым действиям в городской застройке и всему, что с этим связано".
Зарплата на контракте в Нацгвардии была тогда 1200 гривень. Даже на 2009 год это очень мало. Юрий описывает, на что хватало этих денег: 200 гривень – за общежитие в Киеве, еще 1000 гривень – дважды сходить в магазин.
"Поэтому было много подработок. Официально это запрещалось, но иначе выжить было невозможно. Мы с другими ребятами вертелись, как могли – организовывали охрану разных мероприятий, что-то где-то покупали, а потом перепродавали в части. Работали через дополнительные общественные коммуникации – скажем так. И конечно, способом, предусмотренным законом".
За год службы в роте спецназначения Юрию дали разрешение поступить в вуз – он получил первое высшее образование по специальности "Правоведение" в Национальной академии внутренних дел с отличием.
"Рэмбо"
В мае 2014 года, когда Славянск и Краматорск уже были оккупированы россиянами, Юрий заехал на свою первую в жизни ротацию на Восток. Это была Семеновка – населенный пункт в восточных окрестностях Славянска. Юрий тогда был командиром отделения, но по факту выполнял функции пулеметчика – "потому что пулеметчика вывели из строя, а я паренек сильный, поэтому взял на себя его функционал".
Где-то тогда же Юрий получил первый позывной – "Рембо". "Мне было 22 года, я всю жизнь занимался спортом, поэтому был накачанный и с пулеметом. Кто-то посмотрел на меня и говорит: "Рэмбо, первая кровь". Так и повелось", – вспоминает Юрий.
Летом 2014 года Федоренко получил ранение. Скорее всего, тогда где-то рядом с ним прилетело из гранатомета – когда Юрий очнулся, он был завернут в асфальт.
"Это было ранение средней тяжести, контузия со всеми сопутствующими элементами. Все указывало на то, что нужно как можно быстрее обратиться к врачу, но мы тогда верили, что удастся быстро выбить россиян с нашей земли, война не продлится долго. Поэтому просто обработали раны, и я остался в строю выполнять задачи – тогда так делали много раненых".
Уже на ротации в Киеве Юрия направили в госпиталь и во время военно-врачебной комиссии в 2015 году признали ограниченно пригодным и уволили в запас.
В гражданской жизни Юрий получил второе высшее образование – "Публичное управление и администрирование" в Университете государственной фискальной службы, занимался предпринимательством, а впоследствии – общественной деятельностью.
В 2019 году баллотировался в Верховную Раду от Слуги народа – но не прошел. В 2020 году стал депутатом Киевсовета – и является им до сих пор.
В середине февраля 2022 года Федоренко вступил в Тероборону – хотя в то, что начнется полномасштабная война, в полной мере не верил. "Я успел съездить на пару занятий по подготовке, мы активно искали помещение для Теробороны в Днепровском районе, – вспоминает Юрий. – А даже будучи депутатом, помещение получить очень сложно. А потом настало 24 февраля".
Первая операция с дронами
23 февраля Юрий приехал домой поздно вечером. Лег спать, а в пять утра проснулся от звонка – звонил по телефону отец.
"Он говорит: "Началось". Я спрашиваю: "Что именно?". Он говорит: "Война". Ракеты летят, посмотри в окно", – флегматично вспоминает Юрий. – Я посмотрел – и точно, летят ракеты. Сразу позвонил мэру, спросил, что мы делаем. Он сказал, что организует охрану города и чтобы я был на связи. Тогда позвонил секретарю городского совета, тот тоже сказал оставаться на связи. И тут я вспомнил, что я в теробороне. Набрал командира 128 батальона 112 бригады ТрО ВСУ города Киева и спрашиваю: "Александр Борисович, где собираемся?". Он говорит: "А помнишь, мы просили помещение бог весть сколько, и нам его так и не дали? Так может пора его забрать?". Уточнили у мэра, он сказал: "Берите все, что нужно".
25 февраля утром Юрий в составе ТрО уже выехал на Житомирское направление – охранять аэропорт "Чайка", и выполнял отдельные задания с 72 бригадой. Через 15 дней подразделение Юрия вернулось в Киев, на ДВРЗ. Вырыли там линию обороны, Юрий готовил подразделение к ударно-штурмовым действиям – то есть к тому, что лучше всего умел с 2014 года. "Только тогда на Востоке со мной служили казаки от 18 до 40 лет, а сейчас это был весь срез общества – бизнесмены, рабочие, учителя, врачи, психологи. Мне кажется, подразделение охватило все существующие профессии, и это были люди очень разных возрастов".
В мае 2022 года подразделение Юрия поехало на харьковское направление, в населенный пункт Базалиевка. "Нас с трех сторон обстреливали из всего – "Градов", "Ураганов", минометов, танчиков. Ну очень было интересно, – говорит Юрий. – А мы адекватного ответа дать не могли – потому что не видели врага. Только проводили единичные разведки боем. Тогда как раз у меня появилась группа, пилотировавшая "Мавики 3". Мы подняли их в воздух и увидели, что враг прямо перед нами – на расстоянии 2,5 километра, и вообще не боится".
У Юрия возникла идея: он пошел к 92-й бригаде и предложил: "Ребята, давайте так. Мы вас корректируем "Мавиками", вы стреляете. И вместе уничтожаем врага". Первая же совместная операция оказалась удачной. "Я понял, что эта штука очень эффективна, и что условия войны сейчас совсем другие по сравнению с 2014 годом. Тогда я участвовал преимущественно в стрелковых боях и не испытывал влияния бронированной техники и артиллерийских систем реактивного огня".
Так началось самое интересное. Подразделение Юрия выполняло задание, ради которого и приехало в Харьковскую область – охрана населенного пункта Базалиевка, отражало атаки россиян, а параллельно – быстро училось аэроразведке. Сам "Ахиллес" тогда тоже научился управлять дронами.
С июня по август 2022 года подразделение Юрия закрывало разведывательными расчетами БпЛА следующие населенные пункты: Печенеги, Базалиевка, Лебяжье, Пушкарное, Коробочкино, Семеновка, Балаклея. Расчеты подразделения имели между собой горизонтальные связи: то есть если один расчет "видел" с помощью дрона какую-то цель – систему РСЗО, "Град", "Урал" или что-либо другое, но не имел возможности ударить, то передавал эту цель другому расчету. Информацию о передвижении передавали в пункт управления артиллерией, и она била по технике.
"Все это помогло существенно снизить обстрелы Чугуева – ведь в начале мы видели, как российский "Град" разворачивается, выбрасывает пакет (полный залп с установки. – Liga.net.) в сторону Чугуева, затем дозаряжается и выбрасывает еще один пакет. А теперь для них было успехом, если они успевали выбросить две ракетки. Мы видели их – и сразу по ним был прилет".
В августе 2022 года батальон ТрО, в состав которого входило подразделение Юрия, шел на ротацию в Киев. "Мы собрались на казачье вече, – говорит Юрий. – У нас ведь все добровольцы, и есть решения, которые мы принимаем не по приказу, а в процессе обсуждения. Решили, что не поедем в Киев. Почему? Как бы это ни звучало, но каждый проходящий службу в подразделении пришел выигрывать эту войну. Для нас было неприемлемо идти на ротацию, еще и в момент, когда благодаря аэроразведке мы наконец достигли максимальной эффективности. Мы видели, что благодаря нашей работе враг оттащил свою технику более чем на 12 километров от места, на котором был до этого. Как можно было уйти?".
Подразделение Юрия прирядили к 92-й бригаде. Тогда еще не все из личного состава хорошо умели "летать" на дронах. Поэтому график опытных пилотов выглядел так: в четыре утра пилот уже выходил на позицию, работал до 22 вечера. Возвращался, спал три часа – и так по кругу.
"Я понимал, что это ненормально, люди истощаются. Поэтому выступил с предложением: давайте мы снимем с меня задачи по обороне населенного пункта Базалиевка, и я переквалифицирую своих людей на операторов дронов. Сделаем дополнительные группы, чтобы личный состав мог хотя бы немного отдыхать. Мое предложение приняли, а через пять дней меня вызвали на совещание и говорят: "Юрий Сергеевич, мы идем в контрнаступление в Харьковской области". Я спрашиваю: "Сколько времени на подготовку?". Мне отвечают: "На позавчера".
Харьковское контрнаступление
Когда началось контрнаступление, три взвода подразделения разделились. Один пошел вместе с 14 бригадой к границе, другой – с Третьей танковой в направлении Балаклеи, а Юрий повел взвод вместе с 92-й бригадой – в направлении Шевченково-Купянск.
"Работа была очень сложная, потому что нужно было одновременно оперативно работать в поле и контролировать взаимодействие между взводами", – говорит Юрий.
Он вспоминает историю с того времени – как вместе с другими военными ехал на автомобиле из Грушевки в направлении Купянска. На встречу ехала другая машина с военными.
"Мы кричим им: "Привіт!", они нам в ответ: "Привет!", машем руками. А потом разъезжаемся, словно в слоумо, и понимаем, что у них машина без крестов, и они зеленые. А они понимают, что у нас автомобиль с крестами, и мы пиксельные. Уже потом мы узнали, что их ликвидировали, – вспоминает Юрий. – Так вот мы зашли на точку, которую для себя определили, подняли коптеры и видим, что в 500-600 метрах от нас очень много разной техники. И это техника врага. Враг стоял сзади, справа и впереди. Мы просто проскочили между боевыми порядками противника и попали туда. Ощущения были любопытные. Дальше мы два часа корректировали огонь артиллерии. Тогда удалось сильно разбить противника – и в плане техники, и в плане личного состава. В тот же день этот рубеж был взят нашими штурмовиками".
Контрнаступление закончилось, подразделение Юрия продолжало работать – официально в составе 112 бригады 128 батальона ТрО, фактически – вместе с 92 бригадой.
В январе 2023 года командир 92-й бригады позвал "Ахиллеса" на разговор. "Он говорит: "Юр, давайте переходите к нам. Мы и так вместе воюем, а так будем в одном подразделении", – вспоминает Юрий. – Я спросил, сколько есть времени на подумать – мне ведь нужно пообщаться с личным составом: 92-я бригада воюет постоянно, и надо было спросить у своих, готовы ли они. Он говорит: "Видишь дверь? У тебя есть время – как пройти к этой двери". Конечно, я ответил: "Понял, мы с вами".
До перехода в 92 бригаду подразделение "Ахиллеса" насчитывало 91 человека. 44 из них перешли в 92 бригаду. Юрий останавливается на этом моменте: другие не перешли не из-за недостаточной мотивированности, а из-за состояния здоровья и возраста.
"В начале 2023 года ударные средства БпЛА только развивались, но уже в июне по общей статистике Сил обороны наше подразделение стало одним из наиболее результативных среди себе подобных, – говорит Юрий. – Поэтому мы вышли с предложением, что для выполнения боевых задач рационально было бы масштабировать наш опыт и создать батальон. 31 января 2024 года мы официально стали батальоном в составе 92-й бригады. Не буду называть цифры, но мы стали условно в пять раз больше".
Как устроен "Ахиллес"
Чтобы коптер поднялся в воздух, полетел и уничтожил врага, нужно много людей и подготовительной работы. Нужно построить вокруг этого целую инфраструктуру. "Ахиллес" перечисляет: это приведение боеприпасов в соответствие с боевым применением, мастерские, где ремонтируют технику, R&D-центры, где создают и испытывают новые разработки, обеспечение питанием, формой, топливом, обучение пополнения.
Для всего этого нужны люди, поэтому батальон "Ахиллес" сейчас активно комплектуется. На момент создания батальона (31 января 2024 года) он был укомплектован на 11,5%, сейчас – почти на 40%.
"Заявок от гражданских очень много, – говорит Юрий. – Только сейчас у нас висит 200 необработанных заявок на должность пилота, а бывали времена, когда этих заявок было 1500. Но не со всеми удается найти общий язык по разным причинам. Наши основные требования к кандидатам – это дисциплина и мотивация, осознание, что служба в ВСУ – не вынужденная мера или приговор, а реальность, в которой мы живем, и что нужно полностью отдать часть своей жизни этой реальности".
Юрий говорит: часто гражданские думают, что управлять дроном – простая работа, и любой геймер, который еще вчера сидел в геймерском кресле в своей квартире и убивал врагов в игре, сегодня будет сидеть в зоне боевых действий в таком же кресле и делать все то же самое, только с боевым дроном.
"Люди смотрят эту картинку о геймерах в соцсетях и новостях и думают: "Хи-хи-хи, это так весело и так просто", – говорит "Ахиллес". – Но на самом деле это так не работает. Иногда подразделения беспилотных систем, в частности наше, играют ключевую роль в том, как завершится бой. Мы сильно донимаем врага, поэтому мы для него приоритетная цель".
Когда гражданский посылает заявку на вакантную должность в "Ахиллес", в течение двух недель ему приходит ответ – прошел ли он на этап собеседования. Все собеседования проводят командиры подразделений, в которые подается кандидат. Но финально утверждает списки "новеньких" все же командир батальона. На этом этапе могут отсеяться те, кто уже успешно прошел собеседование и получил предварительное "да".
"Факторы могут быть разные, – говорит Юрий. – Был случай, когда отобрали военного 26-ти лет, у него был опыт управления дронами, он мотивированный, все вроде как хорошо. Но почему-то он подался на должность инженера. Я спрашиваю, почему так, ведь если у него есть опыт пилотирования, логично было бы развивать это направление. И тут оказывается, что у человека есть сомнения, сможет ли он выполнять задачи в поле. Но это так не работает. Мы все военные, и какая бы должность у тебя ни была, если придет время Ч, ты должен взять в руки оружие и вступить в бой. Если в критической ситуации кто-то один из расчета замнется, мы можем понести потери. Это очень важный момент, и из-за него эта кандидатура отпала".
После мобилизации в "Ахиллес" военный проходит такие этапы: месяц общевоенной подготовки, еще месяц или 45 дней специализированной подготовки – зависит от средства БпЛА. Дальше приезжает в подразделение, знакомится со своей командой и начинает выходить на боевые задания как наблюдатель – перенимает опыт и пытается пилотировать в боевых условиях.
"И только когда старший расчета, человек с колоссальным опытом, говорит, что человек готов самостоятельно выполнять боевые задания, его передают в тот боевой расчет, где он будет дальше работать. То есть от мобилизации до непосредственно работы – более трех месяцев подготовки. Мы не заинтересованы в неподготовленных военных на поле боя".
Правила батальона
Личный состав батальона разбросан по разным локациям. Чтобы держать постоянную связь, Юрий каждый день посылает в общий чат батальона голосовые сообщения, где рассказывает о ситуации на фронте. Каждый военный должен поставить на это сообщение лайк – иначе получит штраф. Деньги со штрафов идут в фонд батальона.
Строгий запрет для личного состава – на алкоголь. Когда "Ахиллес" приезжает на локацию, где живут его военные, всегда заглядывает в холодильник. Выбрасывает даже безалкогольное пиво – ведь оно ассоциируется с алкоголем. Может пройтись по комнатам и посмотреть, не прячут ли где-нибудь пьяного. Приезжает на локацию всегда без предупреждения.
"Алкоголь и наркотики – это харам, категоричное "нет", – говорит Юрий. – Это то, за что я наказываю по законам военного времени – жестко. Но без унижения чести и достоинства человека, без нарушения его конституционных прав. Наказание не связано с физическим влиянием, скорее с разными ограничениями, которые можно наложить на человека". Какое именно это наказание – "Ахиллес" не говорит.
Каждый боец может позвонить Юрию напрямую и рассказать о своей проблеме или конфликте. Конечно, если эту проблему не могут решить командиры низших звеньев. "У меня сохранены контакты всех военных батальона, и я всегда сделаю все возможное и невозможное, чтобы урегулировать ситуацию, – говорит Ахиллес. – Потому что бывает так, что сегодня это небольшая проблема, но если ее не решить, через месяц она может стать непреодолимой".
Бывает, что человек приходит в "Ахиллес" на одну должность, но оказывается на ней недостаточно эффективным. Тогда ему ищут другую роль в подразделении: например, пришел на должность пилота, но свое место нашел в мастерской по ремонту дронов.
"Иногда и боевые пилоты "перегорают", когда постоянно находятся на позициях, – рассказывает Юрий. – Тогда нужно человека на месяц достать из этого, дать ему другой функционал – и потом он придет и сам попросится, чтобы его поставили в расчеты. Еще не было случаев, чтобы меня кто-то разочаровал. Вот когда человек может полностью разочаровать? Если ты брал специалиста, а он оказался солевым наркоманом. Такого я не встречал. А во всех остальных случаях человека можно переквалифицировать".
Для "Ахиллеса" максимально важен командный дух. Или, как он говорит, дух казачества. Он уверен: сверхсложные задачи люди могут выполнять не по приказу, а из общего понимания, что это нужно делать.
"Это общее понимание приходит за счет отношения к людям и отношений в команде – человечности, коммуникации, правды, которую ты озвучиваешь своему личному составу, – говорит Юрий. – Есть такая категория задач, которая называется "на мужика" – это сверхсложные задачи, связанные с невероятным риском для жизни. От их исполнения зависит много жизней. Никто не будет выполнять такие задачи, если у вас в команде формальная атмосфера, все зарегулировано исключительно приказами, и нет нормальной коммуникации внутри подразделения".
"Делай то, что в зоне твоей ответственности"
За более чем два года полномасштабной войны батальон "Ахиллес" ни разу не был на ротации. Юрий рассказывает, как выглядят его обычные сутки сейчас: вчера он лег спать в три ночи, проснулся в 4:50 – россияне начали штурм. Отразили. Далее – совещание по итогам прошедших суток, планирование задач на день, две встречи со смежными подразделениями с обменом опытом использования БпЛА и боеприпасов.
"Потом я поехал взглянуть на новые позиции. Линия столкновения сейчас достаточно сложная, и командир каждого звена должен понимать, откуда работает его личный состав. Потому что одно дело – видеть местность на карте, совсем другое – вживую. Когда вернулся, противник снова начал штурм. Мы отбили. Дальше было совещание по итогам дня, и где-то в час ночи я лег спать. Даже не успел вчера поотжиматься".
Раз в два месяца Юрий ездит в Киев – на полтора дня на сессии Киевсовета. О том, как он переживает эти поездки с резким переходом между двумя мирами – войны и условного мира – говорит очень обтекаемо. Как и все, что касается личных эмоций. Говорит коротко, что уже "переболел".
"Однажды я был в Киеве, и вечером мы с офицерами из других подразделений встретились поужинать. Подходим к ресторану, а там у входа мужчины стоят курят, – говорит Юрий. – Увидели, что идут военные в форме – и буквально начали рассыпаться, через две секунды на курилке не осталось никого. Внутри кафе бурлит жизнь. Но зашли люди в форме – и, кажется, даже музыка стала играть тише, большинство мужчин отводили взгляд, резко стали смотреть в телефоны. Как будто мы – какая-то угроза для них и их уклада жизни. Это все результат неправильной информационной политики. Людям нужно доносить, что Силы обороны – не приговор, а возможность защитить свой дом и свою семью". Юрий рассказывает об этом случае со смехом, но этот смех не кажется веселым.
В одном из интервью "Ахиллес" говорил, что почти год назад вернулся из поездки в Киев, и "фактически заболел". "Это когда все, что тобой движет, куда-то упало, и ничего не хочется, какая-то апатия наступила. Я сидел и разбирался, что делать?" – говорил он.
Сейчас "Ахиллес" не говорит об этом случае и о своем состоянии. Рассказывает сразу о том, к чему пришел в раздумьях о своем месте в жизни – какое оно сейчас.
"Я стараюсь делать все, куда у меня дотягиваются руки, и на что я могу влиять, – говорит Юрий. – Знаете, как турник "Рукоход" в школе – ты подтягиваешься, перехватываешься, снова подтягиваешься – с каждым разом на ступень выше. Я вывел для себя формулу: делай качественно то, что в зоне твоей ответственности – чтобы там был порядок и прогресс. Береги людей, выполняй боевые задания, обеспечивай. Не думай обо всем, что происходит вокруг. Когда ты думаешь обо всем, значит, ты не занят ничем конкретно. Если каждый на своем месте будет работать качественно и с самоотдачей – военный, должностное лицо, депутат, предприниматель – государство в целом будет крепким. Всё просто. Эмоции могут быть разные. Но они не влияют на работу".
Читайте также