Русские крестьяне предпочитали не выдавать преступников властям, а приговор тем, кто нарушил законы, выносился на сходе. Часто такой суд в отношении злоумышленников был беспощаден, но считать собрания эмоциональным стихийным действом всё же не стоит. К данной процедуре односельчане подходили серьёзно и хладнокровно.
Крестьянский кодекс
Беспощадна крестьянская община была к конокрадам. Дело в том, что для многих семей лишиться лошади означало голодную смерть. По этой причине конокрадов чаще всего ждала смертная казнь. Но сход мог проявить «снисхождение». В таких редких случаях преступников наказывали калёным железом или забиванием гвоздей в голову. Правда, во время приведения приговора в силу, часто наступала смерть преступника.
Ещё одно страшное правонарушение – кража зерна. За это полагались телесные наказания. Но если вора ловили с поличным, то избивать его начинали и до суда. Примечательно, что в этом процессе принимали участие все, кто находился рядом. Воров нередко забивали до смерти или калечили. Спастись же от разъярённой толпы можно было лишь бегством.
Не церемонились и с поджигателями. Крестьян, уличённых в поджогах, привязали к коню, которого гоняли несколько часов по полю. Но даже после смерти виновных сельские жители не останавливались. Издеваться они продолжали над трупом, который в итоге требовалось утопить в ближайшем пруду.
В древности большим спросом пользовались услуги ворожей. К ним приходили врачеваться, искать помощи в повседневных делах. Но вот если колдуны ничем помочь не могли, то разговор с ним был коротким. Таких «шарлатанов» сжигали на костре.
Должно быть стыдно
За мелкие кражи, жалобы земскому начальнику и добрачные половые связи полагалось «посрамление». Так, воришек водили по селению с украденной вещью. От тех, кто сопровождал таких злоумышленников, требовалось привлечь к процессии как можно больше внимания, а поэтому поощрялись крики и хохот.
За жалобы сход мог назначить наказание кнутом. Пороли провинившихся, естественно, у всех на виду. Девушек же, которые были уличены в интимной близости до свадьбы, обнажёнными по пояс водили по деревне с сорочкой на земле. А муж мог на вполне законных основаниях истязать супругу, которую подозревал в неверности. В таких случаях доказательств совсем не требовалось. Жена же ответить ничем не могла. За жалобу на побои её лишь в очередной раз избивали – на этот раз на глазах у односельчан.