Импортозамещение отечественного софта столкнулось с интересантами?
Два параллельных события, удивительно схожих по своей сути — отсутствием понимания и присутствием чьих-либо интересов, — развернулись вокруг установки отечественного ПО и замены импортного оборудования на российское. В Российском союзе промышленников и предпринимателей (РСПП), как сообщил «Коммерсант», считают нереалистичным внедрение отечественного софта с 2024 года, а оборудования — с 2025 года, отмечая, что это потребует серьезных затрат, что следует из заключения комиссии РСПП по связи и информационно-коммуникационным технологиям. Соответствующий проект указа президента разработан Минцифры. Его первая версия, опубликованная 21 мая, предполагала, что отечественное ПО должно быть внедрено уже с 2021 года, а оборудование — с 2022 года. По итогам тогдашних обсуждений проект был скорректирован: теперь предполагается, что объекты КИИ перейдут на российский софт до 1 января 2024 года, а на российское оборудование — до 1 января 2025 года. Между тем, как подчеркивает издание, и этот формат в РСПП уже тоже посчитали неправильным. Заметим, будто тянут время.
На этот раз в РСПП увидели, что оборудование первично, а потому последовательность, предполагающая сначала установку ПО, а потом замену оборудования, приведет к неэффективным затратам. Компании будут вынуждены устанавливать российское ПО на имеющейся импортной технике, а через год переносить этот софт на новые российские устройства и адаптировать к ним. В пример авторы заключения приводят расходы некой металлургической компании, оценившей свои затраты в 10 млрд руб. При таких расходах, считают в РСПП, компании могут пересмотреть свои инвестиционные планы.
Между тем, по мнению экспертов, привлеченных изданием для оценки заключения РСПП, — для большинства организаций установленные на 2024−2025 годы сроки позволяют реализовать проекты по модернизации, однако порядок перехода «не учитывает динамичную природу» реестров отечественного ПО и оборудования, мол, реестры активно наполняются, и уже сейчас заявки не успевают рассматривать в установленные сроки, а значит, планы до 2024−2025 годов будут вырабатываться на основе устаревающих данных. Также эксперты отмечают, что связность и консистентность отечественных IT-решений и оборудования еще не достигают уровня глобальных аналогов, что требует существенных усилий для отбора и тестирования бизнесом.
Кстати, о связности. После поправок Минцифры о переносе сроков по переходу на отечественные ПО и оборудование, чем на этот раз снова недовольны в РСПП, IT-ассоциации обратились к Владимиру Путину с просьбой не сдвигать на 3 года сроки перевода компаний на отечественное ПО. Представители ассоциации разработчиков программных продуктов «Отечественный софт» (АРПП) и ассоциации российских разработчиков и производителей электроники (АРПЭ) отмечали в своем обращении, что они не согласны с предложением Минцифры сдвинуть сроки перевода в стратегически важных отраслях, так как одобрение такой инициативы поставит отрасль и систему государственного управления в зависимость от иностранных вендеров при реализации новых проектов по цифровизации экономики.
Напомним, Минцифры предложило перенести сроки в связи с обращениями Газпрома, «Росатома», ВТБ и «Ростелекома», в которых они указывали на неготовность разработчиков российского ПО удовлетворить потребности госучреждений. К слову, именно эта причина может быть наиболее вероятной во всех этих развернувшихся спорах.
Второе событие, связанное с импортозамещением софта разыгрывается вокруг банковской сферы. Ассоциация банков России (АБР), как сообщает издание «Ведомости», также направило обращение в Минцифры, Минэк, Минюст и ЦБ, в котором сообщает, что контролировать перевод банков на российское ПО должно не Минцифры, предлагая передать эти полномочия в сам Центробанк (ЦБ). Дело в том, что в опубликованном в октябре проекте указа президента РФ, подготовленном Минцифры, предлагается именно за этим же ведомством закрепить функции куратора вопросов софтверного импортозамещения в кредитных организациях. АБР, по сути, выступает против этого предложения, так как, по мнению организации, этот проект не учитывает специфики финансового рынка. АБР опасается, что положения указа могут привести к потере контроля над данными, составляющими банковскую тайну. Банки лишатся возможности использовать ПО собственной разработки, не включенное в Реестр отечественного ПО, утверждают авторы обращения.
Смотришь на всё это со стороны и думаешь, что же мешает одним установить отечественное ПО при его, конечно, совместимости с импортным оборудованием и отсутствии возможности внешнего вмешательства в работу такого оборудования и уж затем менять оборудование, но по мере выхода его из строя или по мере исчерпания в принципе совместимости с современным ПО. Охотно верится, что российские разработчики ПО не готовы в полном объеме удовлетворить потребности всех госкомпаний. Но почему же тогда возникло обращение к президенту со стороны IT-ассоциаций, несогласных с переносом импортозамещения на более поздние сроки? Возникает впечатление, что по одну сторону баррикад есть некая экономическая заинтересованность, по другую — она же, но с примесью страха за потерю контроля над банковским рынком, точнее за разрушение монополии на владение данными, которые тем или иным образом вращаются как на импортном оборудовании, так и на иностранном ПО. Но о каких таких собственных разработках банков может идти речь. Возможно, о сбербанковском суперкомпьютере «Кристофари». Видимо, включить его ПО в реестр отечественного невозможно. А как же интересы государства и защиты данных россиян — вот ведь в чем вопрос более важный, чем чья-либо заинтересованность.