Олимпийская чемпионка, многократная победительница чемпионатов мира и Европы по фехтованию на саблях Ольга Харлан плакала и три дня не могла поверить, что она с подругами по сборной получила олимпийскую лицензию в Париж-2024. Ведь сезон девушки начинали на 19 месте в рейтинге, а в родной стране идет война и каждый день гибнут люди, что сильно выбивает из колеи.
После отбора на ОИ-2024 Харлан приехала в Киев и выиграла национальный чемпионат, после чего планирует навестить родителей, которые остаются в родном Николаеве.
В разговоре с OBOZ.UA Ольга вспомнила момент, когда узнала, что она с командой смогла отобраться на Олимпиаду, рассказала о собственной борьбе за жизнь и отношении к россиянам на Играх во Франции.
– Скандал на чемпионате мира в прошлом году, когда после победы вы не пожали руку россиянке, несправедливо получили дисквалификацию, но потом доказали свою правоту, повлиял на дальнейшее отношение к вам, к украинской команде и на отбор к Олимпийским играм-2024?
– Лично нам это дало толчок, мол, что мы это можем сделать. Ведь в команде мы заняли четвёртое место на чемпионате мира. Это для нас был колоссальный результат, мы очень его ждали. Взяли важные очки, которые нам нужны были для квалификации на Олимпийские игры. И тогда мы поняли, что в Париж можно отобраться именно командной.
Сказать, что какое-то отношение к нам другое стало после Милана – нет. Но, думаю, что они начали понимать – наши соперники, судьи и все – что украинская команда так просто не сдается. Что нас не задавить и ничего с нами не поделать. Мы действительно очень сильный народ и у нас сильное фехтование.
Стало лучше и в том плане, что россияне больше не приезжают в нашем виде оружия.
– Я так понимаю, что история с вами их чему-то и научила.
– Я считаю, что таких людей нельзя ничего научить. Если честно, я вообще не хочу об этом думать. Я их не вижу, они с нами не соревнуются. И это хорошо.
– Вы сказали, что четвертое место на чемпионате мире стало для сборной толчком. А когда поняли, что все будет хорошо, и вы возьмете командную лицензию?
– Мы не знали до последнего. Когда квалифицировались досрочно, еще до окончания отбора, это были Афины. Там мы стали вторыми. А впереди у нас были еще одни соревнования в Сант-Никлас. И когда мы выиграли поединок за вход в финал, только тогда тренер рассказал, что мы квалифицировались. На что я сказала, что не верю. Вообще не верю. Он такой: "Да, мы квалифицировались, и неважно, каков будет результат на следующих соревнованиях".
Тогда я начала плакать, упала на колени. Потому что я реально не поверила, что мы это сделали, потому что были очень трудные моменты и в плане фехтования, и из-за новостей из дома, это выбивает очень сильно. И если заглянуть назад, то мы проходим очень трудный, но крутой путь, учитывая, что начинали сезон с 19 места в рейтинге.
А после награждения я просто так села себе с кепкой... Тогда еще был обстрел Одессы – именно в тот день или за день до этого. А у нас Елена Кравацкая из Одессы, и ее сын был там. Такие моменты мы все переживаем вместе, и нам нужно овладеть своими эмоциями и как-то еще и фехтовать.
Поэтому под конец, когда все уже было сделано, случился этот выброс накопившихся эмоций, и я села и плакала. Я не верила, что с тем, что происходит в нашей стране, столько людей гибнет, мы еще делаем такие вещи. Это очень много говорит о нас как о личностях.
Вообще, в начале соревнований в Афинах тренеры не сказали нам, что если мы будем в финале, то мы точно проходим на Олимпиаду. И это была очень классная идея, поскольку мы бы ощущали давление и было бы очень тяжело. Но после этого я еще три дня не верила, что мы добыли в борьбе эту лицензию. Говорю, может, они неправильно посчитали?
– Когда узнали, что все-таки квалифицировались на Олимпиаду, почувствовали облегчение, отлегло?
– Я не могу сказать, что камень упал с плеч, ведь сейчас мы сделали то, что должны были сделать. А теперь идет подготовка именно в Париж, у нас новая цель – Олимпиада и олимпийская медаль. А там еще и личное соревнование... Давление? Это уже мои пятые игры и каждые от меня что-то ждут. Я все понимаю и это нормально, ведь это неотъемлемая часть того, что я делаю и очень классная поддержка. И сейчас она другая, чем перед Токио и другими Олимпиадами.
– Можно сказать, что этот сезон стал для вас определенной перезагрузкой? Потому что после "пустой" Олимпиады в Токио вам было тяжело, возникали разные мнения, даже завершить карьеру. Затем началась полномасштабная война. И вот в этом сезоне вы снова с наградами и в личных состязаниях, и в командах. Чувствуете, что прошли какой-то критический этап?
– Нет. Я считаю, что сейчас все спортсмены и люди Украины уже третий год проходят какой-то этап. Поэтому мы, спортсмены, не исключение, мы тоже люди и граждане своей страны. Я могу сказать, что эти два года очень тяжелые, но эти два года показывают нашу силу. Насколько мы устойчивы и насколько мы хотим жить, и мы боремся за жизнь.
Поэтому могу сказать, что в спорте таким вот образом мы боремся за жизнь – быть на пьедесталах, быть на международных аренах, рассказывать об Украине и напоминать всем, что происходит в нашей стране.
– Сборной РФ не будет на Олимпиаде-2024 в Париже, но нет ли у вас ощущения, что спокойно выступить во Франции украинцам, в том числе вам, россияне не дадут? Что они еще готовят какой-то подвох?
– Нет, у меня нет такого ощущения. Я вижу, что их даже не будет на открытии и это уже хорошо. Я, конечно, считаю, что их там вообще не должно быть. Они для меня не существуют. И сам факт, что они уедут, будет плохо влиять, но все будет хорошо.
– Как часто удается бывать дома, в Николаеве?
– Вот поеду на следующей неделе на пару дней. А до этого была в декабре. И для меня это очень важно. Несмотря на то сколько дней я провожу в Украине, я все равно еду в Николаев – мне это очень нужно. Скорее всего, в Олимпиаду мы больше не будем приезжать в Украину, и перед Парижем я увижу родных последний раз.
– Помните свой первый визит в Николаев после начала полномасштабного вторжения РФ?
– Да, это был январь 2023 года. Трудно. Конечно, трудно видеть город, который был солнечным, живым и совсем другим, чем сейчас. Не все, конечно, разбомблено, но есть места, которые пострадали очень сильно из-за обстрелов. И они так и стоят, напоминая о происходящем, напоминая, что сосед нас просто убивает. Поэтому, да – это было очень тяжело. Но сейчас уже люди возвращаются в Николаев. У меня там родители, они не уезжали.
– Приходилось разговаривать с нашим титулованным прыгуном в воду Алексеем Середой, и он рассказывал, что оккупанты как-то попали в их дом, и папе приходилось ремонтировать крышу.
– Он просто живет в таком районе – называется Октябрьский, и вот туда прилетает, поскольку это ближе к Херсону. А мои родители, к счастью, живут со стороны Киева. И в такой ситуации ты все же видишь что-нибудь хорошее.
– Я понимаю, что мы сейчас не можем ничего загадывать, даже не знаем, что будет завтра. Но, может, думали, что будет на Олимпиаде?
– Сейчас еще не думаю об этом и даже не знаю, когда мы там фехтуем. У меня еще три соревнования. Важные состязания. А там уж буду думать.
Ранее OBOZ.UA рассказывал, что Харлан завоевала "золото" Кубка мира по фехтованию.