Неожиданные приключения «Турецкого потока»
Не успел закончиться визит президента России Владимира Путина в Стамбул, еще не остыли живые впечатления от переговоров с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, как к удивлению экспертов председатель правления ПАО «Газпром» Алексей Миллер заявил, что первые работы по строительству газопровода «Турецкий поток» начнутся в 2018 году. При этом Миллер пояснил, что статья соглашения по проекту «Турецкий поток», касающаяся начала строительства, вступает в силу с момента подписания документа в Стамбуле.
В свою очередь министр энергетики России Александр Новак сообщил, что его ведомство будет находиться в постоянном контакте с турецким коллегой и обсуждать пути дальнейшего развития проекта. Более того, Новак также подчеркнул, что вопрос покупки природного газа Турцией по более низкой цене не был включен в повестку обсуждения между лидерами на высшем уровне, добавив, что «в настоящее время проект сконцентрирован на транспортировке газа, но в теории все возможно». Такая формулировка таит в себе определенный философско-политический смысл, ведь речь идет о проекте с очень серьезной геополитической нагрузкой. С одной стороны, «Турецкий поток» призван ликвидировать или максимально снизить транзит российского газа в Европу через Украину. С другой, он является альтернативой для другого газового проекта, «Южного коридора», патронируемого Азербайджаном и Турцией.
Москва стала спешить, хотя по всем прогнозам не ожидается возрастающей динамики спроса на газ в Европе. Скорее всего, он сохранится на нынешнем уровне. Собственная добыча газа будет снижаться из-за падения добычи в Великобритании, Норвегии и Нидерландах. Некоторые надежды связываются с потенциальным импортом газа из Египта и Израиля. В чем же дело и можно ли было хотя бы сейчас нормализацию отношений с Турцией провести «через помидоры и туризм» и не спешить с «Турецким потоком»? Тем более что турецкая и азербайджанская сторона не скрывают, что были бы не против, если бы к «Южному коридору» были бы подключены энергоресурсы Туркмении, и в этом проекте приняли участие другие страны, явно кивая в сторону России.
В таком случае, прежде всего, Турция превращалась бы в главный энергетический хаб на Ближнем Востоке, что усиливало бы ее важное стратегическое и геополитическое значение в регионе. Более того, в азербайджанских СМИ такую гипотезу стали рассматривать уже как состоявшийся факт и почему-то заговорили об альянсе Анкара — Баку — Москва, который «изменит соотношение сил в масштабах всего региона». Почему? Может быть, потому, что хотя вопрос экспорта российского газа в ЕС еще не решен, что ставит под сомнение появление второй нитки газопровода, все равно это может стать каким-то фактором давления России и Турции в диалоге с Западом вкупе с Азербайджаном.
Эксперты считают, что сейчас серьезно можно говорить только об одной нитке «Турецкого потока», тогда как со второй ниткой остаются не урегулированными ключевые проблемы. Как полагает директор турецкого Института энергетических рынков и политики Волкан Оздемир, все будет зависеть от исхода переговоров России с ЕС относительно поставок по ней только газа, а не диалога Турция — ЕС. На основе этого можно сделать вывод о том, что России и Турции в рамках проекта «Турецкий поток» пока реально выстраивают только двусторонние отношения, а вариант украинского транзита российского газа остается в запасе. Во всяком случае Турция всего лишь, как и Украина, транзитная страна, и сомнительно, что Запад признает роль Азербайджана в качестве единственного «гаранта энергетической безопасности Европы». А Баку вряд ли согласится «сдать» Киев в альянсе с Москвой и Анкарой, уничтожая украинский транзит.
Пока все свидетельствует о том, что Россия понадобилась Турции и Азербайджану потому, что США и другие их партнеры в Европе стали оказывать на них жесткое давление по проблемам демократизации правящих режимов. А что должна взамен получить Россия, осуществляющая внешнюю политику без миссионерских признаков любого толка, если вывести за скобки ее энергетическую стратегию? Очередной «удар кинжалом в спину» и что-то иное, ведь за заявлениями официальных лиц Турции и Азербайджана скрываются их реальные геополитические риски? Истина сегодня состоит в том, что на Большом Ближнем Востоке без совпадения двух условий — экономических и политических — проваливаются все проекты и наступает хаос.