В ходе мероприятия Токаев говорил о диктатуре закона и порядка, зарплатах госслужащих, необходимости искоренения бюрократии и бумажной волокиты.
Однако, говоря о Сингапуре, нельзя не отметить, что феноменальное преображение островного государства также связывают и с противоречивыми методами, к которым прибегнул Ли Куан Ю: были проведены не только масштабные экономические реформы, но и введена смертная казнь за коррупцию. По данным Amnesty International, с 1991 года по 2011 год в Сингапуре было казнено около 450 человек.
Что касается Казахстана, то за 10 месяцев 2023 года за коррупцию были осуждены 2 министра, 2 вице-министра, 15 акимов от сельского до областного уровня и их заместителей и 169 служащих руководящего звена. В суд направлено более 1 тысячи дел, возмещено 282 миллиарда тенге ущерба.
В беседе с Tengrinews.kz правозащитник Евгений Жовтис и политолог Эдуард Полетаев порассуждали о том, насколько эффективна смертная казнь как мера противодействия коррупции, и о том, может ли Казахстан пойти по пути Сингапура в этом вопросе.
Смертная казнь — очевидное решение?
"Многочисленные исследования не устанавливают никакой корреляционной связи между применением смертной казни и ее влиянием как сдерживающего фактора, — подчеркнул Евгений Жовтис. — То есть человек, совершая преступление, надеется, что избежит наказания, и не сравнивает: грозит ли ему смертная казнь, пожизненное или длительный срок лишения свободы. В Сингапуре и Китае казнят чиновников за коррупцию, но коррупция продолжает существовать. А в демократических государствах, например в Европе, уровень коррупции на порядок или несколько порядков ниже, а смертной казни там нет.
Кстати, смертная казнь не существует в законодательстве или не применяется на практике более чем в двух третях всех стран мира. В США, где исторически смертная казнь применялась, тоже наблюдается тенденция к ее сокращению, и в настоящее время она сохраняется в законодательстве 27 из 50 штатов. На постсоветском пространстве смертная казнь сохранена только в законодательстве Беларуси. Хотя в случае совершения самых ужасных преступлений, террористических, против несовершеннолетних, которые потрясли общество, во многих государствах появляются призывы восстановить смертную казнь, но обычно это остается на уровне дискуссий".
Эксперт напомнил, что смертная казнь — необратимый вид наказания. Если суд ошибся или намеренно вынес несправедливый приговор (суд ведь тоже может быть коррумпирован), исправить эту ошибку после казни уже невозможно.
Как победить коррупцию?
В борьбе с коррупцией, по мнению юриста, важна не жестокость наказания, а его неотвратимость.
«Чтобы эффективно бороться с коррупцией, необходимо несколько принципиальных условий. Условие первое — это политическая система. Коррупция значительно ниже в демократических политических системах, где есть разделение властей, где есть сильное гражданское общество, где есть независимость средств массовой информации, где есть политическая оппозиция, где есть серьезный общественный контроль».
«Еще нужно выстраивать систему так, чтобы она создавала меньше возможностей для коррупции, чтобы меньше было лазеек для дискреционных полномочий, то есть когда у чиновника есть свобода усмотрения: могу принять такое, а могу и другое решение. И эффективная борьба с безнаказанностью за нарушение закона», — добавил Евгений Жовтис.
Казахстан и смертная казнь
Он полагает, что Казахстан не вернется к применению смертной казни.
«Крайне сомнительно, что вообще будет этот вопрос ставиться снова — вопрос о пересмотре Конституции. Я думаю, что шансов практически нет. Думаю, смертная казнь не будет возвращена».
Эдуард Полетаев не исключает того, что Казахстан может вернуть смертную казнь и что в целом наказания за совершение серьезных преступлений будут ужесточаться.
«Думаю, что признание приоритета прав человека, формально как минимум, останется в мире, и в Казахстане в том числе. Но государство может пойти на возврат смертной казни в каких-то особо исключительных случаях. Это тоже не просто так: занимает время, нужно менять законодательство. Поэтому пока, думаю, обойдутся теми мерами, которые уже существуют. И может быть ужесточение, как в случае с наркопроизводством, по ряду статей Уголовного кодекса, но не до лишения жизни — увеличение сроков будет предусмотрено и так далее».
Эксперт напомнил, что дискуссии о целесообразности смертной казни ведутся столетиями.
«По этой проблеме сотни научных работ написаны, книг, несколько столетий это обсуждается. Помните фильм "Иван Васильевич меняет профессию", когда переводчик лыка не вязал, его в кипятке и сварили? И даже в те времена были добрые цари, короли, ханы, которые пытались отказаться от смертной казни либо ее ограничивали. В последние годы в этом направлении большую работу провела ООН. Она не раз призывала страны мира отменить смертную казнь или ограничить ее применение. Уже 170 стран, по данным ООН, отказались от смертной казни. Но это не значит, что это явление легко получится убрать, потому что есть религиозные особенности, есть культурные особенности. И международное сообщество не может навязать государству свое законодательство», — отметил Эдуард Полетаев.
Опыт же Сингапура, по словам политолога, действительно впечатляет многих политиков.
«Для многих руководителей стран, которые не очень давно получили независимость, для политических элит Сингапур является примером успешного государства. Независимость эта страна получила в 1965 году и выжила. Это один из крупнейших портов и аэропортов мира, там высокий уровень доходов, порядок. Всем элитам нравится, когда народ ходит по струнке. И этому способствовали достаточно жесткие наказания, которые практикуются в Сингапуре. А Ли Куан Ю стал интересным персонажем, способствующим тому, чтобы опыт Сингапура изучался. Помню, в Грузии Саакашвили (экс-президент Михаил Саакашвили — ред.) показывал книгу Ли Куан Ю, переведенную на грузинский язык. Чуть ли не на каждом углу в Тбилиси она продавалась. Разные политические режимы, разные элиты использовали опыт Ли Куан Ю, и где-то даже успешно. Другое дело, что эта страна довольно специфическая. Транзитный потенциал у нее — да, огромный. На перекрестке морей находится в Юго-Восточной Азии, развивающемся регионе, активное компактное государство, где режим управления наладить достаточно просто, потому что все плечом к плечу живут».
Региональные особенности
Также, по словам эксперта, нужно учитывать региональные особенности Юго-Восточной Азии. К примеру, на Филиппинах президент открыто говорил о том, как охотился на наркоторговцев и убивал их.
«Несколько тысяч человек было застрелено. Десятки тысяч сдавались в плен, чтобы не быть жертвой этого антинаркотического террора», — добавил политолог, говоря об особенностях региона, где расположена и Малайзия, которая до последнего времени практиковала смертную казнь.
Камбоджа и Таиланд тоже ведут ожесточенную борьбу с наркопреступностью. И в определенной степени это дало результаты — наркотрафик снизился. А это значит десятки тысяч спасенных жизней. В Китае также применяют смертную казнь, констатировал эксперт.
«Эти споры никогда не останавливаются. Они говорят, что смертная казнь является сдерживающим фактором. Другие — что нет научных доказательств того, что она действительно сдерживает», — добавил Эдуард Полетаев.
Периодически в Казахстане звучат высказывания о том, что хорошо бы вернуть смертную казнь для наказания коррупционеров. Противники же этой меры говорят, что это негуманно и — что особенно важно — необратимо. А ведь ошибки суда не исключены.
С другой стороны, рассуждает Эдуард Полетаев, пожизненное заключение тоже вызывает критику: звучат мнения, что кормить всю жизнь преступника за счет государства затратно.
Ранее, разбирая февральское выступление Президента Касым-Жомарта Токаева, политобозреватель Газиз Абишев обратил внимание на важный посыл, который, по его мнению, можно считать в словах Главы государства.
"Представляется, что эта фраза [о Сингапуре] — ключевая для анализа среднесрочного курса верховной власти. Дело не только в том, что Токаев поработал в Сингапуре в разгар реформ Ли Куан Ю, но и в том, что для излечения извечных казахстанских болячек сингапурский метод — один из немногих лежащих на поверхности и более-менее контролируемых путей.
Принцип верховенства закона — это ведь слово в слово из программ Ли Куан Ю. Безжалостная борьба с коррупцией вкупе с финансовой мотивацией чиновников, привлечение иностранных корпораций для индустриализации экономики, ускоренная замена старых элит новыми технократами — все из сингапурского опыта", — рассудил Газиз Абишев.