После вас хоть потоп: Пессимизм науки и оптимизм правящего большинства
Сегодня законопроект о федеральном бюджете за два часа пленарной работы принят во втором чтении. Министр финансов А. Силуанов поблагодарил депутатов и предупредил, что весной и осенью вновь придет в палату для обсуждения изменений в принятый закон.
В четыре часа утра закончил работу над законопроектом Комитет Госдумы по бюджету, и этим кто-то будет гордиться. Потому что теперь качество профессиональной работы определяется количеством пролитого пота.
О цифрах бюджета и достоинствах тоже будут говорить бесконечно много и долго, особенно те, кто считает его совершенством или верхом возможного. Например, представители проправительственного большинства.
Полное собрание сочинений на тему бюджета страны пополнилось еще одной тысячей страниц обобщенного заключения бюджетного комитета.
Оно содержит оценки Международного валютного фонда, Всемирного банка, Института экономической политики им. Гайдара, Института «Центр развития» и экспертов Высшей школы экономики, экономического факультета МГУ, Российского экономического университета им. Плеханова, Российской академии народного хозяйства и госслужбы при Президенте Российской Федерации и многих других.
Однако весьма выборочно цитируются выводы головного академического учреждения — Института экономики РАН.
Почему?
И каким бы мог быть бюджет страны, если бы политики, декларирующие приоритет научного знания, не пренебрегали бы рекомендациями уполномоченных государством отечественных научных учреждений? Которые официально утверждают, что этот бюджет поистине является бюджетом глобального падения.
Можно было, конечно, взять чистую страницу, слева изложить мнение экспертов этого института, а справа, для сравнения, слова тех, кто участвовал в Государственной думе в принятии решения по бюджету.
А если попробовать создать виртуальную дискуссию, опираясь на тексты экспертного заключения Института экономики РАН и стенограммы пленарных заседаний Государственной думы?
С одной стороны — правительственные представители (А. Силуанов, министр финансов) и важные проправительственные депутаты, такие как А. Макаров, председатель думского комитета по бюджету, А. Исаев, зампред палаты, и другие. Наречем их — Решающие. С другой стороны — российские ученые или просто — Наука. Комментарии обозначим так — От автора.
Может быть, это поможет членам Совета Федерации как палаты регионов в их работе над бюджетным законом.
Итак, виртуальная дискуссия.
Тема — бюджет на 2018 год и последующий плановый двухлетний период.
Начинают Решающие:
— В первую очередь мы через бюджет (а бюджет — это основной инструмент экономической политики государства) создаём условия для экономического роста.
«Нас не могут устраивать нынешние темпы роста, необходимо вывести их на уровень выше среднемировых. Пока решению этой задачи мешает целый ряд структурных ограничений. Чтобы преодолеть их, нужно задействовать новые источники роста — прежде всего это увеличение производительности труда за счёт модернизации производств и запуска новых промышленных объектов на базе самых современных технологий — это сказал президент два дня тому назад».
Наука:
— Судя по проекту бюджета, главная концепция государственной бюджетной политики — использовать прирост доходов и экономию не на развитие, а на снижение дефицита. Доходы будут расти (цена на нефть будет выше), а рост расходов за три года составит только 2,6 процента, что даже ниже запланированной инфляции.
Настороженность вызывает тот факт, что превышение фактических поступлений над запланированными будет изъято из экономики с целью финансирования дефицита бюджета в кризисные периоды, но не станет источником финансирования будущего развития (например, в виде вложений в человеческий капитал).
Переход к сбалансированному бюджету происходит за счет отказа от стимулирования экономики.
Большие возражения вызывает заметное (на 5% в сравнении с 2017 г.) снижение расходов на национальную экономику.
Проект федерального бюджета явно снимает с федеральных властей ответственность за экономическое развитие.
Анализ расходов подтверждает оценку проекта как бюджета жесткой экономии, далекой от характеристики «эффективной консолидации».
Он не может стать и не станет фактором роста российской экономики, обрекая ее на стагнационное развитие и сильное, весьма опасное, падение доли России в мировом ВВП.
В 1990 г. удельный вес России в мировом ВВП по паритету покупательной способности составлял 5,21%. По данным Института мировой экономики и международных отношений РАН (Росстат перестал публиковать эти данные), доля России в мировом ВВП в 2013 г. составляла 2,8%, а в 2016 г. — 1,9%.
Таким образом, при сохранении темпов роста, предусмотренном прогнозом Минэкономразвития России и ожидаемом росте мирового ВВП, эта доля и дальше будет снижаться, стремясь к нулю.
Россия — из страны развивающейся — может перейти в страну с падающей экономикой. Эта ситуация находится в остром противоречии с политическими амбициями руководства нашей страны.
Поэтому необходим коренной перелом в экономическом мышлении составителей бюджета, в изменении его главных параметров, а если говорить конкретно, то в существенном увеличении расходов бюджета даже за счет увеличения его дефицитности.
От автора: новыми правительственными поправками ко второму чтению трехлетний бюджет по разделу «Национальная экономика» будет еще уменьшен с 845 миллиардов рублей до 501 млрд, на 40 процентов. Реализация приоритетной программы «Повышение производительности труда и поддержка занятости» будет также стоить меньше: было запланировано 4,5 млрд, будет — 1,87 миллиардов рублей.
Цена за баррель нефти определена в районе 40 долларов США.
Наука:
— Вряд ли следует считать обоснованной эту цену, которая с почти 50 долларов США за баррель в 2017 году сокращена до 43,8 доллара в 2020 году. Потому что безубыточность членами ОПЕК колеблется от 49,1 доллара в Кувейте до 64,3 — в Алжире и 139 — в Норвегии.
Не могут сократиться наши нефтегазовые доходы с 39,4% в 2017 году до 33,4% в 2020 году. Почему не учитывается строительство дополнительных газопроводов в Западную Европу, Турцию и Китай, а также добыча нефти и газа в Восточной Арктике?
Решающие:
— 74 источника по цене на нефть в мире считаются уважаемыми, и все они высказывают разные точки зрения — так на какую из них мы будем опираться? Или на собственное мнение? Поэтому — 40 долларов.
Наука
— Различия в социально-экономическом развитии регионов неизбежно увеличатся, а их долги — еще более вырастут. Заверения в том, что этого не произойдет, — не обоснованы. Расходы по блоку «Сбалансированное региональное развитие» сократятся, а те, которые будут осуществляться, никак не объясняются, зачем и для чего они нужны.
Нет ответа на вопрос, что даст направление «Развитие федеративных отношений и создание условий для эффективного и ответственного управления региональными и муниципальными финансами». Туман слов. Игра терминами.
Нет следов или наметок по реализации указа президента о частичном зачислении в бюджеты субъектов Российской Федерации и местные бюджеты доходов от отдельных налогов и сборов.
Судя по всему, Минфин России продолжает линию на имитацию каких-либо серьезных изменений в этой сфере без реального финансового обеспечения.
Говорят об увеличении дотаций и уменьшении субсидий, хотя раньше официально считалось, что субсидии более эффективный инструмент межбюджетных отношений, нежели дотации, но объяснения этим переменам не дается.
Некоторые моменты выглядят просто парадоксально. Например, предусматривается увеличение объема дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности в связи с «централизацией» в федеральный бюджет одного процента от ставки налога на прибыль. Возникает вопрос: зачем централизовать (проще говоря, отнимать у регионов) эту долю налога, чтобы потом компенсировать это увеличением дотаций? Ведь этот шаг имеет откровенно дестимулирующий характер.
Недостаток средств для выполнения своих обязательств вынуждает власти субъектов РФ брать кредиты, в том числе у коммерческих банков. Потом они не могут с ними рассчитаться: проценты слишком высоки, срок окупаемости вложений превышает срок, на который взят кредит, и т.д.
В результате растут долги субъектов Федерации, увеличивается дефицит региональных и местных бюджетов. Очевидно в итоге долговая ситуация в регионах будет усугубляться тем, что всё больше доходов сосредоточивается в федеральном бюджете, всё меньше остается в региональных и местных бюджетах.
Решающие (дискутируют между собой):
— 2 триллиона 200 миллиардов рублей составляет долг субъектов Российской Федерации. Это и коммерческие долги, и просроченная задолженность бюджетных организаций (школ, больниц, высших учебных заведений).
Что будем делать?
Министр финансов: задача — снизить долю коммерческого долга до 50 процентов от объёма налоговых и неналоговых доходов к 2020 году.
Просроченную задолженность бюджетных организаций мы сейчас выверяем.
Новые губернаторы, которые пришли в регионы, нашли эту задолженность, как скелеты в шкафу.
После инвентаризации будем вместе смотреть, как нам распределить более адресно объём межбюджетных трансфертов.
Наука:
В предстоящем году жесткая политика экономии продолжится.
Более половины снижения общей суммы расходов приходится на социальную политику. Даже в 2015—2016 гг., на фоне резкого падения нефтегазовых доходов бюджета и роста дефицита, расходы на социальную политику так не снижались.
Рост расходов на образование и здравоохранение приходится на далекий 2020 год. Также нельзя согласиться со снижением расходов, и весьма значительным, по статьям «Культура и кинематография», ЖКХ, «Физкультура и спорт».
Это такие незначительные статьи расходов (эти три статьи занимают в 2017 г. всего 2% всех расходов бюджета), что экономия по этим статья не оказывает заметного влияния на снижение расходов бюджета (менее 0,5 процентного пункта). При этом для самих видов деятельности подобные сокращения расходов могут оказаться катастрофическими.
Решающие:
Почему-то никто не говорит о том, что стоимость всех льгот, которые предоставлены на уровне законов, составляет по итогам 2016 года 9,6 триллиона рублей.
Но ведь это на самом деле не просто льготы — это расходы бюджета, это деньги, которые бюджет не получил. Бюджет вроде бы консервативный, но в то же самое время он оказывается и самым социальным бюджетом последнего времени.
От автора:
Это наиболее чувствительная тема для населения, поэтому здесь неуместно продолжать в жанре виртуальной дискуссии.
Во-первых, надо отдать должное правительствующим деятелям. Ко второму чтению и поправками существенно увеличено финансирования направлений социальной сферы. Как правило, за счет закрытых, секретных, статей бюджета, нам не известных.
И ИА REGNUM планирует постоянно следить за тем, как и на что пойдут немалые выделенные средства, и публиковать свои выводы.
Во-вторых, на компенсационные выплаты гражданам Российской Федерации по вкладам в Сберегательном банке будет направляться по 5,5 млрд рублей ежегодно.
В-третьих, в 2018 году 15,4 млрд рублей пойдут на повышение оплаты труда сотрудникам государственных учреждений, на которых распространяются положения Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 года № 597 «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики», Указа Президента Российской Федерации от 1 июня 2012 года № 761 «О Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012—2017 годы» и Указа Президента Российской Федерации от 28 декабря 2012 года № 1688 «О некоторых мерах по реализации государственной политики в сфере защиты детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».
В-четвертых, 9 млрд рублей дополнительно выделяется на субсидии на приобретение жилья федеральным государственным гражданским служащим.
Вместо заключения
Наука считает, что необходимо предусмотреть рост расходов бюджета в реальном измерении как минимум на 4 процента в год, а значит в номинальном не ниже чем на 8 процентов в год. Это значит, что расходы бюджета должны составить в 2018 г. — 17 729 млрд руб., в 2019 г. — 19 147 млрд руб. и в 2020 г. — 20 679 млрд руб.
Это даст возможность направить дополнительно на развитие экономики в 2018 г. — 1200 млрд руб., в 2019 г. — 2773 млрд руб. и в 2020 г. — 3513 млрд руб.,
С учетом мультипликативного эффекта предлагаемый прирост расходов может увеличить темпы роста ВВП к концу 2020 года на 0,84 процентного пункта, а прирост доходов федерального бюджета за счет увеличения темпов роста ВВП — на 0,42 процентного пункта.
Таким образом, дефицит относительно ВВП не должен превысить 4,0 процента ВВП.
И последнее.
Из поправок законопроекта ко второму чтению становится ясно, что разработчики бюджета абсолютно рассчитывают на дополнительные доходы.
Например, запланировано, что бюджет города Москва может передать в федеральный бюджет 5,25 млрд рублей, которые по решению правительства страны будут направлены в уставный капитал открытого акционерного общества «Российские железные дороги» для строительства железнодорожной инфраструктуры Киевского направления Московской железной дороги.
Интересно, а знают ли об этом депутаты Московской городской думы или они, следуя своей диагональной стратегии, уже одобрили этот проект, не читая его?