Лукашенко, «Вагнер» и Россия: потворство порождает безнаказанность
Александр Лукашенко 29 июля в прямом эфире выслушал доклад главы КГБ и ещё ряда силовиков, рассказавших о том, что в санатории под Минском было задержано 33 бойца российской частной военной компании «Вагнер», и о том, что в белорусских лесах прячется ещё около 200 их подельников. По версии официального Минска, задержанные готовили в Белоруссии то ли теракты, то ли просто «массовые беспорядки», причём вроде как в соавторстве со злосчастным блогером Сергеем Тихановским, который при этом уже не первый месяц проводит в тюрьме. Согласно «утечкам», опубликованным продажными российскими телеграм-каналами, «вагнеровцы» якобы признались в том, что они замышляли покушение на самого Лукашенко. (Как тут не вспомнить советские тридцатые годы с многочисленными делами о подготовке убийства другого усатого деятеля?)
При задержании российские граждане, которые вызвали подозрение белорусских правоохранителей тем, что, находясь на территории санатория, не употребляли алкоголь и носили одежду в стиле милитари (мощная конспирация для потенциальных исполнителей терактов), судя по просачивающимся в сеть сведениям, были явно шокированы происходящим. Известно, что российские и белорусские силовые структуры традиционно тесно сотрудничают, и представители соответствующих российских организаций по умолчанию привыкли к тому, что на белорусской территории им ничего не угрожает и угрожать не может. Именно поэтому во время нападения местных правоохранителей задержанные апеллировали к своему российскому гражданству и пытались рассказать о своём боевом опыте в Донбассе — белорусских силовиков политически не очень грамотные «вагнеровцы», по всей видимости, воспринимали как «своих», а всё происходящее — как досадное недоразумение. Ну что ж, теперь им, к сожалению, придётся испытать на себе все реалии карательной системы «братской страны». А потом, возможно, не менее братской Украины.
Причины произошедшего лежат на поверхности. Для Лукашенко нынешняя президентская кампания стала самой сложной за всю его политическую историю. Уровень поддержки бессменного белорусского правителя беспрецедентно низок. Сам он ранее сравнил текущую ситуацию с событиями 2006 и 2010 годов, когда местная оппозиция попыталась изобразить некое подобие «майдана». Однако тогда всё ограничилось жиденькими уличными акциями в Минске, которые были в кратчайшие сроки разогнаны и подавлены. И главное: все тогдашние вожди оппозиции прекрасно понимали, что конкурировать с Лукашенко они объективно не могут — население в целом продолжало уверенно поддерживать действующую власть.
Однако теперь всё иначе. Многочисленные провалы в экономике, сделавшие кризис бесконечным, бездарная внутренняя политика, откровенно хамские выходки вождя, в частности, призвавшего бороться с коронавирусом водкой и трактором, — всё это стёрло рейтинги режима в порошок. «Батька» самым настоящим образом превратился в «Сашу 3%». Вдобавок ко всему в этот раз Лукашенко пришлось иметь дело не со стандартным набором «лидеров демократической оппозиции», едва ли менее сменяемых, чем он сам, а с относительно адекватно выглядящими оппонентами, одному из которых он, судя по опросам СМИ, проигрывал разгромно и без вариантов. При этом беспрецедентные по своей массовости уличные акции в поддержку оппозиционных кандидатов проходят по всей стране, включая небольшие города. Против власти выступили и тщательно выпестованные ею националисты, которые, по разумению режима, должны были помогать ему бороться с Россией. В итоге Лукашенко, не мудрствую лукаво, одного своего конкурента выдавил из страны, а ещё двух просто бросил в тюрьму.
Весь последний период своего нынешнего президентского срока Лукашенко непрерывно бодался с Москвой. Это и должно было стать сутью его нынешней предвыборной кампании — «элегантная победа» над Россией. При этом всё начиналось в какой-то беспрецедентно либеральной атмосфере: власть не препятствовала уличным акциям Сергея Тихановского, равно как и появлению в политическом поле Виктора Бабарико и Валерия Цепкало. Все без исключения белорусские эксперты, с которыми мне удалось пообщаться в начале нынешнего предвыборного цикла, в один голос утверждали, что режим полностью контролирует происходящее, что уличные акции призваны «стравить пар» ещё за два месяца до дня голосования, и что среди альтернативных кандидатов нет ни одного не-спойлера. Но во всём этом вызывал вопросы один ключевой момент: Лукашенко никогда не рискует тем, что связано с сохранением его власти, особенно в нынешней ситуации, когда экономика летит в пропасть, а уровень поддержки действующего президента населением изо всех сил пытается её догнать. По идее, в нынешней кампании всё должно было изначально выглядеть совсем иначе — до предела закрученные гайки, полностью стерилизованное политическое поле и пара оппозиционных фриков в качестве «противников», которым предназначались честно заработанные полпроцента голосов избирателей.
Однако вместо этого официальный Минск начал разыгрывать рискованный политтехнологический сценарий, в рамках которого Лукашенко должен был убедительно одержать верх над своим основным оппонентом Бабарико, которому определили роль «ставленника российских олигархов», несмотря на то, что бывший председатель «Белгазпромбанка» — убеждённый белорусский националист. По всей видимости, данная схема была предложена Лукашенко западными специалистами, привлечёнными той частью белорусского истеблишмента, которую принято ассоциировать с главой МИД Белоруссии Владимиром Макеем. Цель у всего этого была одна — узаконить новый срок Лукашенко в глазах США и ЕС, перед которыми белорусский самодержец должен был предстать как адекватный руководитель, отстоявший суверенитет Белоруссии и эффектно победивший ставленников «имперской России» в рамках законной выборной процедуры. Таким образом имидж «последнего диктатора» на Западе был бы окончательно отмыт, и его можно было бы, наконец, со спокойной душой признать за партнёра и союзника.
Но ситуация стала быстро выходить из-под контроля. Народ с невиданным для местных реалий энтузиазмом повалил на улицы, а националисты, которые все последние годы декларировали лояльность властям в рамках совместной борьбы с Россией, вдруг продемонстрировали ярко выраженное желание от этих властей избавиться. Лукашенко происходящее серьёзно напугало, и он по старой доброй традиции приказал закатать всех в асфальт.
С этого момента у министра иностранных дел Макея и его подчинённых явно прибавилось работы. Им пришлось непрерывно убеждать представителей европейского и американского истеблишмента в том, что репрессии вызваны необходимостью противодействия козням Кремля и стремлением спасти «суверенитет». В этом плане провокация с «вагнеровцами» — спектакль, рассчитанный прежде всего на внешнего потребителя. Разумеется, на Западе все всё прекрасно понимают, однако подобной картинки там, как правило, вполне хватает для принятия самых что ни на есть принципиальных решений. Так было в Черногории в 2016 году, когда местный аналог Лукашенко Мило Джуканович обвинил Москву в том, что она пыталась свергнуть его руками агентов ГРУ, так было в Солсбери, так было в Донбассе.
С другой стороны, целый сонм российских блогеров и политологов всех мастей вдруг резко осознал, что по ту сторону российско-белорусской границы происходит что-то не то. Даже официозные СМИ, для которых Лукашенко практически всегда был неприкосновенной фигурой, начали потихоньку роптать. Однако все эти возгласы в духе «он перешёл красную черту!!!», «он окончательно решил рассориться с Россией!!!» и пр. имеют мало общего с реальным положением вещей — равно как и продолжающиеся попытки «отмазать» диктатора, переложив ответственность за происходящее на якобы дезинформировавшие его местные спецслужбы и козни агентов иностранных разведок («товарищ Сталин ничего не знал, в ЦК пробрались враги»). Лукашенко отнюдь не собирается окончательно рвать с Москвой, ибо он рассчитывает и дальше получать от неё дармовые ресурсы, кредиты, рынки сбыта и прочие прелести. И имеет все основания на это рассчитывать. Он действительно хочет окончательно «отмыться» на Западе и при этом продолжить доить Россию, потому что знает — никто ему всерьёз мешать не собирается.
Лукашенко пошёл на этот шаг исключительно потому, что прекрасно понимает — ему ничего не будет. Нет, произошедшее, несомненно, создаст локальный кризис в двусторонних отношениях, но сколько их было за последние годы? И белорусский правитель всегда выходил сухим из воды. Он арестовывал топ-менеджеров российских корпораций и «отжимал» российские банки. Он обещал властям РФ признать Абхазию с Южной Осетией, разместить на белорусской территории авиабазу российских ВКС, пойти, наконец, на углублённую интеграцию с Россией — и нарушил все эти обещания, равно как и десятки других. Он поддерживает Украину в конфликте с республиками Донбасса, продаёт оружие на Ближний Восток, где оно попадает в руки джихадистов, использующих его против бойцов ВС РФ, его ручные депутаты голосуют в международных структурах за антироссийские резолюции. Наконец, он непрерывно хамит Москве, старается её унизить, откровенно плюёт ей в лицо.
А что же Российская Федерация? Как всегда, ничего. Иногда создаётся впечатление, что происходящее ей даже нравится, ибо объяснить иначе маниакальное желание продолжать цацкаться с обезумевшим экс-директором совхоза попросту невозможно. Кремль может сколько угодно бодаться с Лукашенко, но в конце Москва всегда платит по всем его долгам. И с каждой новой уступкой он всё больше убеждается в собственной безнаказанности и вседозволенности. Даже сейчас максимум на что сподобится Москва — возвращение бойцов российской ЧВК домой. Но никакого реального спроса с белорусской власти не будет. И уже сейчас можно быть уверенным, что как минимум до дня выборов задержанные просидят в застенках. А после того, как Россия эти выборы признает, самодержец решит судьбу узников согласно собственным представлениям о должном.
Боюсь, даже если Лукашенко сдаст русских солдат Украине на пытки и смерть — через некоторое время всё будет забыто, и он вновь окажется «союзником», от которого по-прежнему будут ждать «интеграции», которая, разумеется, вот-вот произойдёт.
Есть ли у терпения РФ предел? Со временем в этом сомневаешься всё больше.