Уехавший за границу ярославский общественник ответил на обвинения коллег
Ярославль, 2 ноября, 2017, 15:57 — ИА Регнум. Для меня эти причины туманны. Возможно, поводом стали наши отношения с властью. Мы более мобильны, мы готовы к работе 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Мы готовы выехать на место проверки или чтобы отснять какой-то телевизионный сюжет оперативно. Мы более доступны, чем Владимир Васильевич Тамаров или Лев Петрович Размолодин. Также, я думаю, повлияла наша активность помимо общественного совета, который собирается лишь два раза в неделю. Мы работаем всегда, когда у нас есть возможность. Мы выезжали по ночам, выезжали тогда, когда надо. Действовали мы не от имени общественного совета, а как активисты-общественники от группы «Дороги Ярославля».
А как вы себе это представляете? Вот узнали мы из социальных сетей, что где-то кладут асфальт в лужи. Не будем же мы вызванивать Тамарова и Размолодина, заезжать за ними. Мы просто собирались и ехали на место, пытались выходить на связь с представителями ДГХ, требовали присутствия технадзора. Мы более мобильны, и быть может потому у «аксакалов» возникло ощущение, что мы работаем помимо них.
Ну, получается, что так.
Мне самому интересно, что хотел этим сказать Владимир Васильевич, поскольку ни материальной, ни какой-то иной выгоды мы не получаем ни от общественного совета, ни от мэрии, ни от подрядчиков. Надо понимать, что у нас, у общественников, нет возможности как-то повлиять на решения мэрии, принимать или не принимать ту или иную отремонтированную дорогу. Поэтому даже смысла нет кому-то платить нам деньги.
Если бы я находился в Ярославле, то непременно связался бы с Тамаровым, и мы обсудили бы этот вопрос. Но я нахожусь за рубежом, и у меня нет возможности ни времени выходить с ним как-то на связь и требовать объяснений. Те люди, что меня знают, они уверены в моей бескорыстности.
Не согласен, у меня никакого конфликта интересов нет, поскольку мы не работаем по госконтрактам, не сотрудничаем с государством, не выполняем работы, на которые общественный совет мог повлиять хоть как-то.
Да? Честно, я не помню такого. Агентство по муниципальному заказу мэрии арендует у нас площади, но более мы с ними не сотрудничаем. Я не считаю, что у меня есть конфликт интересов. Поскольку наши отношения с агентством и ДГХ не могут как-то повлиять на мою деятельность общественника. Если и существуют какие-то хозяйственные договоры, то они совершенного другого плана. С другой стороны, наверное, плохо, если в составе общественного совета были бы люди совершенно ничего не понимающие в этом деле. Я бы, например, не пошёл в общественный совет при департаменте здравоохранения, поскольку ничего не понимаю в этой деятельности. Более того, я подавал все свои документы, анкеты, входя в состав общественного совета при ДГХ. Они проверялись. И я уверен, что меня бы не пропустили, если бы понимали, что я могу получать какую-то выгоду от своей общественной деятельности. Зачем им лиса в своём курятнике? Не стали бы они так подставляться. Я ещё хочу отметить, что Дмитрий Петровский, обвиняя меня в конфликте интересов, ссылается на требования к составу Общественной палаты России. Там, действительно, люди, работающие в отрасли и имеющие заинтересованность, не могут входить в состав общественной палаты. Но в положении об общественном совете при ДГХ такого требования нет.
Мы выполняем поставку материалов подрядчикам. Куда они их используют, этого я не могу сказать. Мы не работаем с фирмами, которые занимаются реализацией программы «Безопасные и качественные дороги».
А с другими это как магазин — приехал клиент, заплатил деньги, взял асфальт, уехал.
Хм, в теории такое могло произойти. Но я бы не смог знать мой ли это асфальт. Это ведь не какой-то уникальный продукт.
Мы коллеги. Мы занимаемся параллельными бизнесами. В принципе мы с ним в конкурентных отношениях. Я говорил, что не могу его открыто критиковать, поскольку всё же существует какая-то корпоративная этика. Я не могу его лично критиковать хотя бы в силу того, что он юридически находится в стороне от проводимых работ — не является ни учредителем, ни руководителем этих компаний. А если говорить о работе самих компаний, то я никогда не скрывал претензий, если они были: к тому же Самвелу Шаиняну, который сейчас получил 1,5 года колонии, к «Трассе», «Ярдорремстрой» критиковали, когда он был. Но предъявлять претензии лично к Погосяну я не могу, я не вижу такой возможности и причины тоже.
Моя совесть чиста. Если бы я был успешным бизнесменом, то жил бы намного лучше.
Вы знаете, это не такое дорогое образование. Сейчас я его получаю на собственные сбережения, и они не очень большие. Поэтому планирую искать тут работу.