Рынок роскоши уходит в «супердорого»
Москва, 30 сентября, 2016, 12:26 — ИА Регнум. В то время как спрос со стороны «среднего класса» на продукцию класса люкс стремительно падает, «супердорогой» сегмент продолжает расти. При этом производители, ориентированные на Москву, влияния кризиса практически не замечают, в то время как продажи во многих регионах практически умерли. Как передает корреспондент ИА REGNUM, об этом говорилось в ходе состоявшейся по инициативе Франко-российской торгово-промышленной палаты третьей ежегодной конференции, посвященной рынку роскоши и объединяющей российских и международных игроков отрасли для обсуждения актуальных вопросов.
Искушенный клиент
«Периоды кризиса не влияют на бизнес, потому что (в данном случае) цена и качество уникальные, а клиент искушенный. Поэтому в кризис у нас наоборот вырастают продажи и идет всплеск», — заявила основательница и креативный директор модного дома IZETA Изета Гаджиева.
По ее словам, «основные потребители класса люкс находятся в Москве», при этом, «иногородние потребители тоже любят покупать в Москве».
Дизайнер и совладелец Queensbee Наталья Мерш, ювелирная компания которой тоже работает преимущественно в Москве, заметила, что экономический спад не имел негативных последствий для продаж и в ее случае. В то же время в регионах картина кардинальным образом отличается.
Так, по словам основателя и президента Gourji Дмитрия Гуржия, некоторые регионы «полностью умерли» в отношении продаж, «за исключением двух-трех городов: Ростов-на-Дону, Краснодар и Нижний Новгород». «Всё остальное — у покупателей нет денег, полностью ушёл middle class и upper-middle. Остались очень дешевые покупатели и очень дорогие», — заметил Гуржий. «Рублевые продажи докризисные, до 2013−2014 годов в рублях — падение в два с лишним раза. И это не только по нам, но и по многим другим, много кого знаю, у кого такая ситуация», — подчеркнул он.
«Те данные, что есть по нашему бренду и нашим партнерам, (указывают на то, что) мы достаточно динамично развивались до 2014 года с ежегодными темпами роста, превышающими 20%. Но с декабря 2014 года по сегодняшний день я бы характеризовал ситуацию как стагнацию», — пояснил Гуржий. По его словам, негативные тенденции перекрываются, например, ростом интернет-продаж — в целом «что-то растет, что-то падает, и в целом получается стагнация».
Падение продаж в регионах
Падение продаж в регионах констатировала и креативный директор и CEO A La Russe Анастасия Романцова.
«Имея 90 байеров (покупателей) мы очень чувствуем, какие регионы сейчас проседают. Впрочем, Махачкала по-прежнему остается «нашим всем», есть регионы, которые очень выросли в период кризиса — это юг России», — заявила она.
По ее словам, огромное количество байеров просто закрылось: «Супердорогой продукт растет. Если раньше шел больше какой-то средний продукт, не супердорогой, то сейчас покупают самые дорогие вещи». «Действительно, стирается средний класс, и если в какой-то момент нам удалось на некоторые изделия опустить ценовую планку так, чтобы мог (их приобрести) и средний класс, то сейчас мы понимаем, что наша задача — максимально углубить дорогой продукт. На него есть свой покупатель. Увы, базовые средние вещи уходят с рынка и остаются невостребованными», — сказала Романцова.
Вкус поменялся: сделано в России
Тем не менее, сохранению позиций производителей товаров класса люкс способствует не только стабильность спроса со стороны «верхней» по доходам группы клиентов — большую роль играет значительное изменение во вкусах клиентов. «Российские марки с каждым днем становятся все интереснее. И не потому что присутствует некоторая лояльность ценовой политики, но активно растет качество продукта», — заметила Наталья Мерш.
По ее словам, если «десять лет назад доверие российскому производителю было невелико», то теперь «отношение к российскому дизайну меняется» и отечественные аксессуары «становятся более популярными».
По мнению Изеты Гаджиевой, произошли существенные изменения в психологии, которые несколько ослабили интерес к устоявшимся брендам: «Сейчас платьем Валентино никого не удивишь — таким образом можно только показать свой статус». В то же время когда клиенты одевают качественную, утонченную и уникальную вещь, другие люди начинают проявлять к ней гораздо больший интерес. «Люди, испытывая это внимание и окружение, «подсаживаются» на эту эмоцию», — отметила Гаджиева.
Креативный директор Leyla Uluhanli Interiors Ираклий Зариа, в свою очередь, подчеркнул, что в то время как «снобизм русского заказчика и покупателя никто не отменял», присутствует он уже «в намного меньшей степени чем 2−3 года назад».
«Если качество соответствует ожиданиям, то заказчик не пугается фразы «сделано в России», — заметил он, в то же время добавив, что к российским брендам клиенты предъявляют особенно высокий требования.
Продажи на пиаре
Что же касается пиара и рекламы, то, по признанию представителей брендов, здесь фокус в определенной степени смещается в интернет, где ключевую роль играют сервисы Instagram и Facebook. «В нашем случае Facebook даже работает лучше чем Instagram», — заметила Изета Гаджиева. В то же время основным инструментом привлечения новых покупателей в данном рыночном сегменте остается «сарафанное радио», добавила она.
«Электронные медиа — единственное, на что мы можем на самом деле потратить средства. На глянец у подавляющего большинства российских брендов нет денег, и нас там никто не заметит», — продолжил Дмитрий Гуржия.
В мебельном сегменте, сегменте интерьеров картина складывается аналогичная, хотя в данном случае «глянец работает», указал Ираклий Зариа: «Хорошая публикация или небольшая реклама в достойном журнале может принести какой-то (эффект)».
В то же время и в этом случае «нет чрезмерных усилий в пиар». «В нашей сфере очень хорошо работает сарафанное радио, которое, безусловно, нужно усиливать с помощью тех же Instagram и (различных) платформ», — добавил он.
Затрагивая тему конкуренции с иностранными производителями, креативный директор A La Russe Анастасия Романцова подчеркнула, что «огромным плюсом являются российские производственные мощности».
«Мы закупаем всё в Европе, в евро, и здесь себестоимость растет, но у нас российская рабочая сила, которая позволяет держать ценовую планку продукта», — пояснила она.
В отношении перспектив и необходимости выхода российских брендов на внешние рынки мнения разделились. По мнению Изеты Гаджиевой, в настоящее время в России растет мода на отечественное, в связи с чем открываются и без того значительные перспективы на внутреннем рынке.
Рынок — где?
Дизайнер и совладелец Queensbee Наталья Мерш также заметила, что «наш рынок здесь». «Мы пробовали изучить, например, рынок в Германии. Менталитет там совершенно другой. И что касается ювелирки, то инвестиции делаются раз и навсегда в образование и недвижимость. (У нас) это присутствует, но мы стараемся быть разнообразными и продаваемыми быстро и хорошо», — указала она, в то же время добавив, что интерес представляет сотрудничество с китайскими производителями, которые порой опережают западных конкурентов по скорости выполнения работ, а иногда и качеству.
Дмитрий Гуржий считает принципиально важным для своего бренда быть представленным во всех крупных городах мира. «Мы движемся в сторону экспорта и мировых рынков», однако «это будет непросто, так как там нас никто не ждет», указал он.
По его словам, надежды вселяет интернет-торговля, государственная поддержка, выставки в Париже. Говоря о помощи российским брендам со стороны государства для представления на международных выставках, он отметил, что в отличие от многих других стран такая поддержка в России отсутствует, однако «есть Российский экспортный центр (структура Внешэкономбанка), который серьезно озаботился этой проблемой».
«В разные стороны немного все тянут, но критическая масса людей, заинтересованных в экспорте, есть, и всё будет хорошо», — уверен Гуржий.
Индустрия задалась?
Поддержала его Анастасия Романцова, по словам которой государство уделяет крайне мало внимания развитию легкой промышленности. «Два года потратили на бесконечные «круглые столы» с министерствами (по вопросам) легкой промышленности, совещались, как быть с импортозамещением, как организовать, чтобы импорт из Китая поуменьшился. Ни к чему это не привело», — указала она.
«Пока мы работаем на местах, каждый в своей логике, но нас появляется всё больше и больше. Мы конкурируем друг с другом и создаем какую-то индустрию. Можно уже сказать, что в России задалась какая-то индустрия отечественного продукта, начали появляться даже русские производители фурнитуры и тканей», — сказала креативный директор A La Russe.
«Но это не благодаря, а вопреки — это «хороший», «добротный» русский путь. У меня не очень оптимистичные прогнозы, и я считаю, что нам для хорошей индустрии нужно еще лет 20−25», — резюмировала она.