Почему бюджет России ежегодно теряет 12 триллионов рублей
Промышленная продукция большей частью сама по себе никому не нужна, если она не востребуется в производстве потребительских товаров и услуг. В ценах конечной потребительской продукции концентрируются все денежные затраты, которые востребовались в соответствующей кооперационной сети на её производство и сбыт, включая все выплаченные участниками этого кооперационного сообщества налоги и всю полученную ими прибыль на всех этапах производства — переделах продукции. К примеру, в цену буханки хлеба включены все удельные затраты на её изготовление — от стоимости сельхозработ по выращиванию зерна, оплаты всех необходимых для этого ресурсов и сельхозтехники до стоимости производства муки, выпечки и перевозки хлеба в магазин. Да ещё с суммарной прибылью участников этого кооперационного процесса и выплаченными ими налогами. Поэтому все налоги в стране, за исключением экспортных, выплачиваются не предприятиями, изготовителями продукции и её продавцами, как принято думать, а в конечном итоге населением страны, когда оно приобретает продукты питания, потребительские товары и услуги.
По сути, население платит тем самым неформальный налог с продаж. Его товаропроизводящие предприятия сначала авансом, по частям, как бы в качестве консолидированного кредита, выплачивают государству при поэтапном изготовлении и реализации соответствующей продукции. А выплаченные предприятиями налоги возвращаются им по кооперационным цепочкам производства на всех переделах продукции по мере ее реализации.
Таким образом, вопреки расхожему мнению, конечным налогоплательщиком в стране является население, а предприятия за счет своих оборотных средств фактически кредитуют предварительно государство суммой в размере собираемых с них налогов. Так как бесплатные «кредиты» возвращаются предприятиям с задержкой по времени, государство пользуется в бюджетном обороте денежной суммой, значительно превышающей официальную бюджетную. Но налоги выплачиваются систематически, и поэтому предприятия не могут эффективно воспользоваться возвращаемыми им деньгами, значительная часть которых постоянно используется в налогообороте.
Налог, именуемый в российском Налоговом кодексе НДС, таковым на самом деле не является, так как взимается не согласно его названию, то есть с добавленной стоимости продукции, созданной на данном предприятии, а с выручки, полученной от ее продажи. В этом несложно убедиться, взглянув на любое платежное поручение, в котором этот налог по ставке 18% взимается относительно цены продукции, указанной ее производителем. Стоимость продукции на каждом переделе представляет собой сумму всех предшествовавших затрат, включая налоги, и вновь добавленной на данном переделе стоимости. Стоимости всех переделов суммируется, образуя оборот. Так как «НДС» взимается со стоимости продукции на каждом предприятии, участвующем в ее кооперационном производстве, то он является на самом деле налогом с оборота (продаж). При этом одни и те же составляющие стоимости облагаются псевдоНДС многократно, по числу участников кооперационного производства, в результате чего формируется результирующий налог с оборота в сложной арифметико-геометрической прогрессии. Это столь же недопустимо, как недопустимо многократно наказывать за один и тот же проступок провинившегося. Подобное вымогательское налогообложение негативно влияет на экономику.
По данным Росстата, ВВП — валовой внутренний продукт, который представляет собой сумму добавленных стоимостей продукции (услуг), созданных в совокупности всеми предприятиями страны, в 2013 году составил 66,689 трлн, а оборот этой продукции (суммарная стоимость всех ее переделов без псевдоНДС и акцизов) — 114,626 трлн рублей. Разница в 47,937 трлн рублей представляла собой сумму неоднократно зачтенных в обороте одних и тех же затрат (в системе национальных счетов эта разница именуется стоимостью товаров и услуг промежуточного потребления), с которых столько же раз взимался и псевдоНДС. Этот налог не взимается с экспортной продукции, но взимается внутри страны с импортной при ее реализации.
Экспортная продукция является частью оборота организаций. При исчислении налога с оборота (псевдоНДС) надо сначала выделить ту долю экспорта в денежном выражении, которая в обороте замещается равным по стоимости импортом, облагаемым этим налогом. Остальную часть экспорта, не облагаемую псевдоНДС, при исчислении налога с оборота из оборота следует исключить. Она представляет собой сальдо внешнеторгового баланса — разницу межу экспортом и импортом.
Сальдо внешнеторгового баланса в 2013 году было положительным — экспорт превышал импорт, и равнялось 5,697 трлн рублей, поэтому псевдоНДС должен был исчисляться с оборота организаций за вычетом сальдо внешнеторгового баланса, то есть со 108,929 трлн рублей. В таком случае собранный по ставке 18% налог должен был составить 19,6 трлн рублей. Однако согласно данным Росстата и Федеральной налоговой службы, в консолидированный бюджет поступило лишь 1,977 трлн рублей псевдоНДС, то есть на порядок меньше. Спрашивается, куда же делись остальные 17,63 трлн рублей?
Предприятиям, согласно Налоговому кодексу, сумма псевдоНДС, которую они выплачивают при приобретении продукции и/или за выполненные по их заказам работы, компенсируется (зачитывается) той суммой псевдоНДС, которую они получают, реализуя свою продукцию (услуги). Иначе говоря, происходит взаимозачет этого налога, которым обмениваются предприятия при товарообмене. При равной стоимости товарообмена между сторонами равны и суммы псевдоНДС, которыми сопровождается этот обмен, их алгебраическая сумма оказывается равной нулю и поэтому в бюджет ничего не должно попасть. Но если суммарный налог, полученный данным предприятием, превысит сумму налога, выплаченную им другим предприятиям, то разница переводится данным предприятием в бюджет. Делается это ежеквартально и в течение года алгебраическая сумма взаимозачетов псевдоНДС у каждого налогоплательщика корректируется.
В 2013 году результирующая нескомпенсированная разница псевдоНДС по стране, поступившая в бюджет, составила, как отмечалось, 1,977 трлн рублей или 17,5% от суммы собранных налогов. Следовательно, остальная часть псевдоНДС в размере 17,63 трлн рублей, исчисленная с оборота за вычетом сальдо внешнеторгового баланса, представляла собой сумму псевдоНДС, полученную и выплаченную предприятиями. Их алгебраическая сумма при взаимозачетах равнялась нулю, то есть взаимозачтенные выплаты были равны между собой и составили по 8,815 трлн рублей.
Взаимозачеты приводят к потере подавляющей части собираемого псевдоНДС, а на учет и контроль его выплат и взаимозачетов отвлечено немалое количество работников Федеральной налоговой службы и бухгалтеров в организациях, на что затрачивается и немало средств. К тому же, этот налог провоцирует коррупцию и рост ценовой инфляции. Все это делает бессмысленным и вредным его применение.
Добавленная стоимость произведенной продукции определяется как разница между полученной от ее продажи выручки и стоимостью потребленных в производстве закупленных предприятием сырья, материалов и комплектации, а также сторонних услуг. В добавленную стоимость должна входить и прибыль. Очевидно, что вместо псевдоНДС, налога с оборота с взаимозачетами, необходимо взимать НДС, которым согласно его названию облагается добавленная стоимость. Тогда его сбор, как показано ниже, можно будет значительно увеличить.
Согласно данным Росстата, сумма поступлений в консолидированный бюджет псевдоНДС и налога на прибыль в 2013 году составила 4,048 трлн рублей, то есть почти 36% всех налоговых сборов. Если эту сумму налогов с введением истинного НДС увеличить примерно вдвое, то можно было бы собрать 8 трлн рублей по ставке 12% — сумма оценивалась по ВВП. Тогда суммарные налоговые поступления в 2013 году возросли бы с 11,326 трлн до почти 19,33 трлн рублей. При этом вместо двух выплачивался бы один совместный налог, что позволило бы снизить затраты на его собираемость, а у предприятий изымалось бы в бюджет в виде налогов меньше оборотных средств. Это позволило бы увеличить объемы производства и дополнительно увеличить доходы бюджета.
В 2014 году ВВП составил 70,975 трлн рублей, оборот организаций —129,195 трлн, сальдо внешнеторгового оборота равнялось 7,163 трлн рублей, в консолидированный бюджет было изъято у организаций в виде псевдоНДС свыше 21,96 трлн рублей, из которых в бюджет поступило лишь 2,3 трлн рублей. Сумма поступлений в консолидированный бюджет псевдоНДС и налога на прибыль составила 4,673 трлн рублей или 36,8% всех налоговых поступлений. С введением действительного налога на добавленную стоимость по ставке 12% можно было бы в 2014 году собрать свыше 8,5 трлн рублей (сумма оценивалась по ВВП), увеличив налоговые поступления с 12,669 трлн до примерно 21,1 трлн рублей. Ниже приводятся данные, также заимствованные из публикуемой Росстатом информации.
ПсевдоНДС, возвращаемые предприятиям, включены в цены потребительских товаров и услуг, и выплачиваются населением в составе неформального налога с продаж в розничной торговле. Казалось бы, конечный продавец должен выплатить их в бюджет. Однако они отсутствуют в официальных данных о бюджетных доходах. Спрашивается, куда они делись? Напомню, в 2013 году это было 19,6 трлн, а в 2014-м — свыше 21,96 трлн рублей, что более чем в 1,5 раза превышало доходы бюджета в эти годы.
Вторая возможность увеличения доходов консолидированного бюджета связана с введением прогрессивной шкалы налога на доход физических лиц — НДФЛ вместо нынешней регрессивной. Очевидно, что неформальный налог с продаж для одного и того же продукта питания или потребительского товара, когда его приобретают люди с разным доходом, остается в абсолютном исчислении постоянным. Поэтому по мере уменьшения дохода физического лица относительная доля неформального налога с продаж в доходе возрастает. И наоборот. К примеру, налог, допустим, в 100 рублей на килограмм колбасы при условном доходе покупателя в 1000 рублей составит относительно этой суммы 10%, а относительно дохода в 10 000 рублей —на порядок меньше, то есть 1%. Таким образом, шкала НДФЛ получается не «плоской» с постоянной ставкой 13%, и не самой низкой в мире, как декларируется властями, а шкалой относительных ставок, возрастающих с уменьшением доходов физических лиц, то есть регрессивной. Это еще одна порочная особенность нашего уникального налогообложения.
В 2013 году при общем годовом доходе населения в 43,901 трлн рублей на долю 20% его наиболее обеспеченной части приходилось 47,5% всех денежных доходов. При этом 10% самых богатых обладали 30,7% всех доходов, а на долю 10% наименее обеспеченной части населения приходилось всего 1,9% от этих доходов, то есть разница превысила 16 раз. Между тем, согласно экспертным оценкам, уже семикратная разница должна служить тревожным предупреждением для властей о значительной вероятности социальных протестов. Поэтому в развитых странах с социально ориентированной экономикой соотношение доходов децимальных групп наименее и наиболее обеспеченного населения не превышает 4−5. Очевидно, что достигнуть такого соотношения можно тремя способами, используемыми одновременно: повышением минимальной заработной платы, дифференциацией относительных ставок НДФЛ с увеличением их в сторону больших доходов граждан, и перераспределением доходов, полученных за счет дифференциации налоговых ставок, в пользу наименее обеспеченных лиц —пенсионеров и инвалидов.
В 2013 году доход 20% наиболее обеспеченных и самых богатых граждан России составил 20,852 трлн рублей. Налогов с доходов физических лиц собрали 2,497 трлн рублей. Поэтому с введением прогрессивно возрастающей шкалы ставок НДФЛ уже при средней налоговой ставке в 30% (от 20 до 40% в зависимости от дохода) для этой группы наиболее обеспеченных граждан можно было бы увеличить поступления в консолидированный бюджет примерно на 3,758 трлн рублей. Сборы этого налога возросли бы до 6,255 трлн рублей,
В 2014 году картина относительного распределения доходов среди групп населения сохранилась почти такой же, как в предыдущем году. При общем годовом доходе населения в 47,779 трлн рублей доход 20% наиболее обеспеченных граждан составил 47,4% общего дохода или 22,647 трлн рублей. Налогов с доходов физических лиц в 2014 году собрали 2,688 трлн рублей. При средней ставке НДФЛ в 30% для этой группы самых богатых граждан можно было бы собрать 6,794 трлн рублей и в бюджет поступило бы дополнительно 4,106 трлн рублей. Больший эффект для увеличения покупательной способности населения и тем самым увеличения дохода консолидированного бюджета дала бы прогрессивная дифференциация ставок НДФЛ во всех группах населения. Ее можно оптимизировать по упомянутым критериям.
Во многих странах налог на доходы физических лиц является одним из основных источников наполнения казны, и его ставка достигает 50−70%. А какой подоходный налог, сконцентрированный в виде неформального налога с продаж, платим мы?
Согласно показателям 2013 года он складывался из налоговых поступлений в бюджет, которые составили 11,326 трлн рублей, суммы псевдоНДС в размере 17,63 трлн рублей, взысканной с населения, но непонятно куда подевавшейся, а также выплат во внебюджетные государственные фонды — Пенсионный фонд, Федеральный и территориальные фонды медицинского страхования и Фонд социального страхования, суммарно 8,914 трлн рублей, которые тоже включаются в цены продукции, так как требуется компенсировать и эти затраты. Итого 37,87 трлн рублей.
Таким образом, население страны в 2013 году при приобретении потребительских товаров и услуг выплатило неформальный налог с продаж в сумме 37,87 трлн рублей, что по отношению к общим доходам населения в размере 43,884 трлн рублей составило 86%. Такова оценочно средняя ставка подоходного налога, который выплачивает население страны в бюджет. Но это в среднем. Налог приближается к 100% по мере снижения дохода человека, и существенно снижается при увеличении дохода. Введение оптимальной прогрессивной шкалы ставок НДФЛ с перераспределением доходов в пользу малоимущих позволит увеличить покупательную способность населения и тем самым дополнительно увеличить доходы бюджета.
Замечу, псевдоНДС добавляется также к ценам практически всех потребительских товаров и услуг при их розничной реализации. В 2013 году, согласно данным Росстата, расходы населения на оплату приобретенных потребительских товаров и услуг составили 43,684 трлн рублей, из которых в бюджет должен был быть выплачен налог по ставке 18% в сумме 6,663 трлн рублей. Но в бюджет, как отмечалось, почему-то поступило только 1,977 трлн рублей псевдоНДС, который взимается независимо от псевдоНДС в розничной торговле. Спрашивается, куда подевались эти 6,663 трлн рублей?
Вопросов по доходам бюджета немало. Как показано выше, устранение только двух ошибок в Налоговом кодексе РФ — замена на НДС налога с оборота с взаимозачетами, а также замена регрессивной шкалы ставок НДФЛ на прогрессивную позволило бы увеличить доходы консолидированного бюджета страны суммарно на 12 трлн рублей и более. Как отмечалось, систематические ежеквартальные выплаты предприятиями псевдоНДС в бюджет и друг другу приводят, несмотря на взаимоачеты, к постоянному использованию в налогообороте значительной части этих средств. В 2014 году оборот псевдоНДС составил почти 22 трлн рублей. Оценочно, половина этой суммы, примерно 10 трлн рублей, использовалась в налогообороте постоянно, и предприятия не могли их направить для финансирования производства. Поэтому использование НДС позволит уменьшить налогообложение населения и увеличить оборотные средства предприятий. Это приведет, соответственно, к увеличению объемов производства и покупательной способности населения, и, как следствие, к увеличению собираемости налогов.
Действующая система налогообложения ввиду настоятельной необходимости развития экономики и роста благосостояния граждан подлежит принципиальным изменениям с заменой одной из налогооблагаемых баз и уменьшением налогового бремени (подробней см. Налогообложение, которое спровоцирует модернизацию экономики. От многократных поборов с населения — к оброку с затрат природных ресурсов. — Промышленные ведомости № 4, август 2014 г.). Между тем правительство для устранения дефицита бюджета этого года стало наращивать налоговые ставки, вводить новые поборы, не предусмотренные Налоговым кодексом, и сокращать значимые бюджетные расходы без анализа последствий. В частности, власти сократили часть социальных расходов и в нарушение законодательства отказались от полной индексации пенсий по фактической инфляции 2015 года, составившей почти 13%. Пенсии работающим пенсионерам в этом году вообще не проиндексируют, неработающим проиндексировали в первом полугодии на 4%, а во втором неизвестно что будет. Иначе как обворовыванием малоимущих назвать это нельзя, так как пенсия в среднем в прошлом году составила всего 10 888 рублей в месяц.
Простейшие расчеты показывают, что для положенной по закону индексации пенсий в этом году ежемесячно потребовалось бы 58,678 млрд, а за год —704,14 млрд рублей. При этом индексация пенсий работающим пенсионерам, каковых около 15 млн человек, обошлась бы всего в 21 млрд рублей в месяц или в 252 млрд рублей за год. Подоходный налог и страховые поборы, выплачиваемые за счет доходов работающих пенсионеров, намного превышают эту сумму.
Казалось бы, в создавшихся условиях правительство должно было бы, наконец, начать поиски новых, эффективных, решений увеличения доходов казны, в первую очередь — за счет расширения промышленного производства, увеличения объемов выпуска продукции и повышения покупательной способности населения. Однако вместо этого оно предпочло продолжать обирать малоимущих и увеличивать налоговую нагрузку.
Оценивал ли кто-нибудь во властных структурах последствия столь безнравственных, противоправных, экономически безграмотных и опасных решений, чреватых социальными протестами и дальнейшим развалом экономики?
Моисей Гельман — главный редактор газеты «Промышленные ведомости»