Каждая резонансная история с участием подростков рождает новую волну споров и обсуждений. Может ли школа предотвратить преступления и перевоспитать трудных подростков? Чем заинтересовать современных школьников? Помогут ли дисциплинировать учеников оценки за поведение? Эти и другие вопросы корреспонденты ИА «Высота 102» задали заслуженному учителю России Галине Егоровой.
Разговоры о потерянном поколении, которое не видит ничего дальше экрана своего телефона, известный волгоградский педагог считает излишне эмоциональными и обобщенными.
— Давайте не будем обобщать и говорить за всех детей разом. Подростки, которые избивали пассажиров общественного транспорта, — это ведь не обычные ребята, которые только что вышли из школы. Это заряженные агрессией преступники, которые посмотрели нашумевший сериал о молодежных бандах и подхватили эту нелепую бандисткую романтику, — рассуждает Галина Егорова. — Зародившаяся в них жажда крови, конечно же, должна быть вовремя остановлена. Но этот вопрос в первую очередь стоит адресовать не учителям, а родителям. Озлобленных детей, которые сбиваются в стаю и бросаются на прохожих, не просто не воспитали, их недолюбили. К сожалению, многие из них остались один на один с гаджетами и увидели мир через экран своего телефона. Все происходящее считывалось ими в искаженном виде. Например, они смотрели ролики, на которых их сверстники героически избивают бомжа. А в чем тут героизм? В том, что они напали на человека, который просто не мог им ответить? Современному поколению не хватает живых людей, которые будут с ними разговаривать, чем-то их занимать, контролировать, в конце концов. Увы, но само живое общение в наши дни становится каким-то дефицитом.
Единоразовые акции и мероприятия едва ли переломят ситуацию в работе с современными подростками. Галина Егорова уверена, что нынешней системе образования не хватает полноценного звена, разрушенного еще в 90-е годы.
— Мы уже привыкли, что ответственность за происшествия с участием детей чаще всего ложится на плечи педагогов. В какой-то степени школа пытается подстелить себе соломку — ради этого учителя составляют планы по надзору за несовершеннолетними, говорят о профилактике правонарушений. Но вместо этого нужно, чтобы молодежь занималась спортом, вела здоровый образ жизни. И речь не о разовых мероприятиях, зарядках, пробежках, а о качественно организованной системе дополнительного образования, которая существовала в Советском Союзе, — рассуждает педагог. — Возьмем хотя бы наш Центральный стадион. Сравнительно недавно там работало немало кружков для детей. После того, как площадку переориентировали исключительно под футбольный стадион, места для этих секций уже не осталось. Сейчас мы проводим на «Волгоград Арене» выставки образования, концерты, но, по сути, огромная территория просто пустует. Уходят дворовые тренеры, исчезают подростковые клубы, работавшие едва ли не в каждом дворе. Акции побеждают дворовый футбол…
К идее о возвращении оценок за поведение, озвученной главой СПЧ Валерием Фадеевым, заслуженный учитель России относится с робким оптимизмом. По ее мнению, новая графа в дневниках будет иметь смысл только в том случае, если не превратится в очередную формальность.
— Оценки за поведение действительно могут повлиять на школьников, и в их возвращении в образовательный процесс я не вижу ничего плохого. Но в этом случае важно, чтобы эта отметка не просто называлась, а имела какое-то значение. Еще важнее не стимулировать детей оценками, а вовлекать их в образовательный процесс. С самого начала ребёнку должно быть интересно учиться. Ужасно, когда бедных, уставших, зевающих детей еще до школы заставляют выполнять сложную рутинную работу — изучать английский язык или заниматься счетом. Я твердо убеждена, что до школы вся их деятельность должна сводиться к игре. Помните, как в рассказе Толстого «Филиппок» ребёнок захотел учиться в шесть с половиной лет? В этом возрасте он действительно осознал, что готов к обучению. Раньше же не стоит лишать детей детства и доводить до того, что школа будет вызывать у них страх, испуг и нежелание туда идти, — убеждена учитель. — Также для поддержания интереса к учёбе важно чередовать серьёзные науки с творческими занятиями. В наше время вместо технологии был труд, на котором мы шили игольницы в форме цветов, учились готовить омлет и варить простой суп из сайры. Мальчики в свою очередь учились элементарным бытовым вещам — закручивали шурупы, ремонтировали розетку. Сейчас же дети в большинстве своем изучают теорию. На музыке они слушают произведения известных композиторов, на ИЗО — рассматривают картины. Конечно, это вовсе неплохо. Но все же, на мой взгляд, рассматривать картины уместнее в галереях. А на ИЗО в школе надо рисовать фломастерами, красками и карандашами. После двух уроков математики детям очень важно сбросить усталость и переключиться. Но, к сожалению, сейчас такой возможности у школьников нет.
Не отвратить детей от школы поможет и дозирование домашних заданий. Впрочем, и в этом вопросе Галина Егорова советует не искать стандартного мерила.
— Я согласна с тем, что домашние задания нужно давать в ограниченном количестве, чтобы весь процесс обучения не превращался в пустую писанину, — говорит педагог. — В то же время учеба — это труд, и полностью отказываться от заданий было бы неправильно. Я считаю, что дома ребёнок должен потрудиться хотя бы час или два. В этом вопросе важен индивидуальный подход, ведь перфекционисты, которые хотят быть первыми и лучшими во всем, по-прежнему будут тратить на уроки по шесть часов. А дети, которые относятся к учёбе прохладно, не будут заниматься вовсе. Единую меру в таких дискутивных вопросах найти крайне трудно. Повторюсь, что ребёнка крайне важно заинтересовать предметом. Тогда он будет с интересом изучать и физику, и химию. Если же интереса не будет, то любые, даже сокращенные в объёмах задания, будут откладываться им на потом или выполняться наспех.
Автор: Виктория Чумакова
Фото: архив ИА «Высота 102»