Инфляция не единственный порок: монетарным мерам — немонетарная поддержка
Центробанк констатирует ускорение инфляции в прошедшем феврале в большинстве регионов России. От региона к региону уровень годовой инфляции меняется: от 5,2% в Чукотском автономном округе до 11,8% в Калмыкии. Регулятор подробно приводит данные отдельно по каждому региону. В том числе в Москве годовая инфляции выросла с 6,7% в январе до 7,9% в феврале, тогда как в Московской области подросла на 0,48 п. п., достигнув 11,4%. По-прежнему ценовую динамику определяли повышенный рост на отдельные товары и рост издержек. В конце февраля возник еще ажиотаж на товары длительного пользования, рост цен на которые продолжился и в марте. При этом инфляционные ожидания не предвещают передышки ни со стороны населения, ни со стороны бизнеса: по данным опроса ООО «инФОМ», традиционно проводимого по заказу Центробанка, несмотря на то, что наблюдаемая населением инфляция в марте немного снизилась (её медианная оценка снизилась на 0,8 п. п. к февралю, составив 16,3%), ожидания на год вперед повысились на +4,8 п. п. к февралю, достигнув 18,3% — это максимальный показатель с момента начала наблюдений — за последние 11 лет. Причем тревожность наблюдалась в исследуемый период как у людей со сбережениями, так и у не имеющих накоплений. Но динамика оценок наблюдаемой инфляции у людей со сбережениями была ниже. Тем не менее на ближайшую трехлетку население смотрит все-таки оптимистично, ожидая 8%-ной инфляции. Тогда как Центробанк, напомним, уже к 2024 году рассчитывает выйти на целевой показатель в 4%.
Снизились оценки и по перспективам личного материального положения, а вместе с тем повысилась склонность к сбережениям. Доля респондентов, предпочитающих тратить, уменьшилась в марте на 3 п. п. к февралю, достигнув 25%. При этом выросла доля (до 39%) тех, кто стал предпочитать хранить сбережения в наличной форме (+8 п. п. к февралю) — это максимум с момента начала опросов на эту тему (с сентября 2012 года). Соответственно, доля респондентов, предпочитающих хранить сбережения на счете в банке, в начале марта уменьшилась до 30% (-5 п. п. к февралю). Причем тренд на хранение свободных денег «под подушкой» стал проявляться еще во время пандемии. В ноябре 2020 года доля таких респондентов уже достигла максимума — 34%.
Предприятия проявляют в оценках осторожный пессимизм. Данные мониторинга регулятора рынка выявили максимальные за последние 20 с лишним лет ценовые ожидания юрлиц. По их мнению, этому способствует ослабление рубля и рост закупочных цен. На ближайшие три месяца они ожидают прироста цен в среднем почти на 12%. Это касается всех сфер, кроме регулируемой — коммунальных услуг, а самый высокие ожидания у розничной торговли — 19,6% в годовом выражении, по прогнозам на ближайшие три месяца. Транспортные компании и предприятия в сфере услуг, несмотря на собственные высокие оценки в ожидании издержек, предполагают, что они не в равнозначной степени отразятся на отпускных ценах — в силу снижения спроса. Что касается обрабатывающих производств, то регулятор не приводит оценок представителей этой отрасли по результатам опроса. Но констатирует, что, судя по глобальным ценовым индексам IHS Markit PMI, в феврале такие предприятия продолжали переносить свои возросшие издержки (рост цен поставщиков и перебои в поставках) в отпускные цены, несмотря на снижение спроса. При этом в сфере услуг темпы роста закупочных и отпускных цен немного замедлились, хотя и оставались высокими.
Оценки профессиональных аналитиков и вовсе выросли в марте по сравнению с февралем на 14,5 п. п. В этом году они ожидают инфляцию на уровне 20%. ВВП, по их прогнозам, вместо роста на 2,4% в 2022 году снизится на 8%. На следующий год они ожидают инфляцию на уровне 8%, и только в 2024 году она снизится, по их прогнозам, до 4,8%. Банк России в свою очередь вновь напомнил, что экономика страны входит в фазу масштабной структурной перестройки, которая будет сопровождаться временным, но неизбежным периодом повышенной инфляции. Но денежно-кредитная политика нацелена на предотвращение неконтролируемого роста цен. Как отмечалось выше, регулятор рассчитывает вернуть инфляцию к целевому показателю к 2024 году. 18 марта глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина выступила против искусственного сдерживания цен со стороны государства, говоря о том, что это приведет к дефициту продукции и снижению её качества, а также замедлит скорость адаптации экономики России к новым условиям.
Ранее Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) в своем докладе «О некоторых параметрах среднесрочного прогноза: адаптация к условиям санкций» выделил набор ключевых позиций антикризисной политики. Так, по мнению аналитиков Центра, монетарные меры антиинфляционной политики целесообразно максимально дополнить немонетарными, что позволит максимально быстро перейти к смягчению процентной политики. Предполагается предотвратить главным образом перенос инфляции с мировых рынков продовольствия, энергоносителей и сырья. Инструментом может выступать введение плавающих (привязанных к ценам мирового рынка и курсу) экспортных пошлин. Необходимо также развёртывание программ льготного кредитования компаний реального сектора в интересах поддержания кооперационных цепочек и занятости, что позволит восстановить нормальный оборот средств.
Отметим, что на днях издание «Прайм», публиковало тезисы аналитической записки ЦМАКП «О возможностях развития в условиях санкций: некоторые предварительные замечания», в которой антироссийские санкции поделены на пять групп. К санкциям, которые блокируют те или иные производственные цепочки, получившие прозвище «атакующий вепрь», аналитики отнесли ограничения на импорт процессоров, запчастей для авиации, отзыв сертификатов летной годности у российских самолетов. К ограничениям, которые, на первый взгляд, малозначимы для экономики страны, но могут в итоге резко негативно повлиять на производство, авторы записки отнесли запрет на поставки различных запчастей, химических составов, красителей и т. д. — этот уровень товаров «скрыт» от уровня антикризисной политики государства внутри производственных цепочек компаний. А самыми чувствительными санкциями называются запреты на ввоз продукции от уникальных поставщиков (например, микрочипов из Тайваня, авиационной и судовой электроники и т. д.), закрытие неба Евросоюза для российских самолетов и отказ от обслуживания российских судов в портах.
Возвращаясь же к антикризисному набору мер, аналитики Центра указывают, что ключевым социальным риском является риск скачка безработицы работников массовых профессий, отмечая, что в этой связи необходимы как программы стимулирования сохранения занятости на предприятиях (по образцу успешно реализованных в период пандемии COVID-19), так и дополнительные действия, направленные на максимальное стимулирование самозанятости и снижение нагрузки на малый бизнес в сферах, где возможно расширение спроса на труд (торговля, сервис и т. д.).