Когда говорят бестселлеры, музы молчат?
Я очень хотел сделать интервью с госпожой Юзефович о критике, но назрел скандал с госпожой Алексиевич. И сделать это в рамках «Регнума» оказалось практически невозможно… Из этого можно сделать вывод, что «площадки» для людей, которые занимаются символическим капиталом — пахнут. Некоторые благоухают. Амброзией. Одно и то же слово, которое звучит в разных местах, звучит по-разному. Если процитировать таблицу умножения в «либеральной», «почвеннической», «пропагандистской» (этикетки условны) прессе, то повсюду возникнет шквал возмущенных и одобрительных комментариев. Однако о книге.
Я не очень люблю читать критику в отдельных статьях, но с радостью делаю это в книгах, поскольку тогда в них обнаруживается какой-то философский, «мета-критический» пафос. В этом смысле книга Галины Юзефович «О чём говорят бестселлеры» — прекрасный способ узнать о профессии критика в первом приближении. Причём не только о том, что находится обычно за кадром: секреты профессии, история и теория критики, но и нюансы конкретного характера. Галина Юзефович, не смотря на популярность и «звёздный статус», достаточно открытый для общения человек, хотя бы в социальных сетях, и если вы проявите элементарную вежливость, то автор с радостью расскажет вам сам лично о своих взглядах на жизнь и литературу… Это удивительное время, когда прочтение книги может быть с лёгкостью дополнено прямым общением с автором. Конечно, один из частых интересов: сравнивать, что «я думаю про что-то», а что «эксперт» и «эталон вкуса». Кто кому Вася. Кто скажет «последнее слово». Зачастую споры в культурных сообществах бывают по накалу не хуже мексиканских сериалов.
Строго говоря, сказать мне тут особо нечего. Разве что признаться в некоторой зависти к автору книги. Завидовать легко. Чему? Можно найти всегда. Прежде всего «хорошей гуманитарной семье» и образованию. Не так часто критик обладает классическим образованием со знанием древних языков. Трудолюбию. Уже с младых ногтей и школьных скамеек я завидовал людям, которые учась на филологическом, мужественно прочитывали горы литературы, монбланы и эвересты текстов. Это большой труд. Я же всегда был ограничен парочкой «модных» или «близких мне» авторов, тогда как некоторые студенты блистательно осваивали «зарубу», зарубежную литературу. Конечно, это важно. Это меняет оптику, взгляд, ощущение… Не менее важно и другое. Я так и не смог преодолеть устаревшую оппозицию «высокое\низкое», я до сих пор делю часто литературу (ну, не очень часто, но пару раз в неделю) на «массовую» и «элитарную». Я признаюсь в страшном. Я ни разу не читал Гарри Поттера. В наши дни такой человек не может считаться образованным. Галина читала. Не только Поттера Гарри. Огромное количество бестселлеров, хит-парадов, новинок… Донцову. Маринину. В этом есть одновременно и снобизм и демократизм. Это и есть до известной степени «правильная критическая» позиция. Трудолюбие и принятие волн популярной культуры, на которых можно с некоторой долей сноровки научиться быть сёрфером и успешно снимать пенки с волн чужой популярности. Надо заметить, что тут Галина в прекрасной компании: Эко и Гаспаров, вероятно, могли бы подписаться под тем, что «филолог должен любить любой текст». Умение быть внимательным, пристальным и тщательным в понимании любой культуры. Вероятно, это один из уроков, который можно вынести из этой книжки… Другой (существенный) урок, что вообще-то говоря, хорошо бы уметь грамотно выражать свои мысли. Галина обнаруживает внятный и изящный способ грамотного мышления.
Что сказать ещё? Пожалуй, только то, что постепенно я стал замечать, что мне все менее становятся интересны «табели о рангах» или «специализации». Я всё больше думаю о конкретных характерах и судьбах, деталях существования, поведения. Так ли уж велика разница между критиком, шпионом, дворником… Конечно, велика. Но, в конечном счёте, все мы движемся от рождения к смерти, чуть иначе выполняя фигуры этой вольной программы. Интересны нюансы. Если потратить часть времени и энергии, то обязательно открывается уникальность «внутреннего мира» человека (даже критика), книги, погоды… Где вот только взять силы и энергию «понимания другого»? Для меня лично — это очень важный вопрос. Равно как и научиться мыслить не только на уровне «заголовков» и удобных клише. Часто меня не покидает страх превратиться в «журналиста» в плохом смысле этого слова окончательно.
Книги (и лекции) Галины Юзефович до известной степени могут являться учебниками «правильной» критики нашей эпохи, поскольку востребованный критик (или литератор) невольно вынужден, как ключ к английскому замку (оба ударения правильны) подходить к действительности. Кто-то должен это читать и любить, эти коды должны считываться, чтобы человек мог существовать в культурном пространстве. Кто читает сейчас Герцена? Зоила? «советскую критику» (которая выходила миллионными тиражами и входила в реестр культурно-номенклатурных профессий) Как нужно писать, чтобы тебя публиковали на «медузе» или где-то ещё? В чём секрет? Чем вообще занимается литературный критик? Живёт. Дружит. Любит. Кушает, если повезёт, ибо количество людей, которые зарабатывают на жизнь этим, не очень велико. Занимается «нетворкингом» (что уж греха таить). Коммуникативная компетентность, рукопожатность, вхождение в круги. Однако принято считать, что критик делает и более литературные дела. Например. Объясняет и истолковывает, просвещает и доводит до сведения. Разоблачает. Популяризирует. Рекламирует. Морализирует. Меняет контекст. Каталогизирует. Издевается. Упрощает. Усложняет. Сопровождает как «гид» и «просвещённый компаньон» (возможно, эта роль близка Галине, ибо в названии предыдущей книги звучит метафора «лоцмана»). Критик является и «камертоном», по которому читатели могут настраивать свой собственный оркестр восприятия. Не в последнюю очередь критик может чуть-чуть сдирать кожу комфортных банальностей, гладить против шерсти, делая читателя более чувствительным к противоречиям и конфликтам, нюансам и полутонам. К прекрасному.
Интересно, что книга «О чём говорят бестселлеры» — не просто собрание пёстрых глав, она обладает определённой внутренней драматургией. Это делает чтение её ещё более интересным. Не говоря уже о том, что здесь есть и «мини-рецензии» и «трактаты» и всё-всё-всё. Читайте на здоровье. Раз уж начали.