На этой неделе в залах заседаний и коридорах Европейского парламента царит оживление. Сотни его депутатов суетятся в перерывах между голосованиями, торопясь завершить работу над рекордным количеством законодательных актов до новых выборов, что пройдут в странах-членах Евросоюза в июне. А журналисты стараются взять последние интервью перед тем, как политики начнут активную предвыборную кампанию, по итогам которой хотят вновь попасть в единственный напрямую избираемый орган ЕС.
Нетрудно вспомнить, сколько политических перипетий пережили депутаты ЕП нынешнего созыва, получившие свои мандаты пять лет назад, в течение которых Европа переходила от от одного кризиса к другому - сначала Brexit, затем пандемия COVID-19, потом война России против Украины. Чего же смогли достичь европарламентарии в таких сложных условиях, и где им не удалось сдвинуть дело с мертвой точки? DW анализирует некоторые знаковые законы, принятые ЕП с 2019 года, и то, как Европарламент справлялся с возникающими вызовами.
"Зеленый" курс ЕС: выполнение обещаний по защите климата
В 2019 году Еврокомиссия представила план по сокращению к 2030 году выбросов парниковых газов на 55% по сравнению с уровнем 1990 года и по достижению углеродной нейтральности к 2050 году. Этому предшествовали массовые акции молодежи (Fridays for Future), протестовавшей против климатической политики властей, выходя на улицы, а также так называемая электоральная "зеленая волна", когда по итогам выборов в ЕП рекордное число мест получили представители "зеленых" партий.
С тех пор Европарламент участвует в переговорах по разработке многочисленных законов, воплощающих в жизнь обнародованные планы Еврокомиссии, включая запрет в следующем десятилетии выпускать автомобили с двигателями внутреннего сгорания и введение налога на некоторые виды импортных товаров, способствующих высоким выбросам CO2 при использовании или производстве, с целью заставить заплатить тех, кто загрязняет окружающую среду.
"Европейский парламент показал себя опытным законотворцем, когда речь идет об экологической политике, - констатирует в интервью DW Пегги Корланд, глава брюссельского бюро Фонда Роберта Шумана (Robert Schuman Foundation). Однако последние опросы показывают, что у "зеленой волны" есть как плюсы, так и минусы.
Протесты фермеров по всему ЕС в этом году заставили Брюссель смягчить некоторые нормы экологического земледелия в попытке облегчить связанные с этим тяготы аграриев. А в феврале 2024 года ключевые положения, регулирующие процесс восстановления окружающей среды, с трудом прошли окончательное голосование в ЕП после того, как крупнейшая правоцентристская фракция отказалась от их поддержки из-за опасений по поводу продовольственной безопасности. Оба этих шага были восприняты сторонниками борьбы за защиту климата как отход от ранее данных обещаний.
Впервые в мире приняты законы, регулирующие сферу ИИ и работу онлайн-платформ
С 2019 года в Евросоюзе также был принят ряд законов, направленных на ограничение влияния крупных технологических компаний. В прошлом году Брюссель принял закон о цифровых услугах (Digital Services Act, DSA), в частности, обязывающий онлайн-платформы активно контролировать вредоносный контент, запущенный в Сеть. ЕС использует свои новые полномочия в этой сфере, проводя проверки соцсетей, в том числе принимая меры, которые заставили TikTok Lite в среду, 24 апреля, отказаться от части спорной схемы вознаграждений для своих пользователей.
Андреа Ренда, старший научный сотрудник Центра исследований европейской политики (Centre for Eurpoean Policy Studies), рассказал DW, что евродепутаты также "сыграли важную роль" в разработке первых в своем роде законов, регулирующих область искусственного интеллекта (ИИ), добавив тысячи поправок, которые "значительно расширили" сферу применения ИИ, подлежащую самому строгому надзору со стороны ЕС.
Тем не менее Ренда предупреждает, что теперь Брюссель сталкивается с "огромной проблемой правоприменения", поскольку каждый законодательный акт изобилует различными процедурами: "Предстоит колоссальная работа по упорядочению соблюдения требований".
Миграционная реформа: тупик преодолен, споры остались
Миграция и политика предоставления убежища уже давно являются одной из самых токсичных и вызывающих разногласия тем в Евросоюзе. Поэтому, когда в начале апреля европарламентарии после десятилетних дебатов окончательно поддержали предложенные Еврокомиссией реформы, многие из них утверждали, что это история успеха.
Согласно одобренному пакету законов, вводится механизм солидарности по распределению просителей убежища. Это означает, что в случае чрезмерного их количества в первых странах въезда мигрантов в ЕС - Италии, Греции, Испании, Кипре, Мальте - просителей убежища будут обязаны принимать по системе квот другие страны Евросоюза. Если какие-либо из них отказываются принимать беженцев, то смогут взамен предоставить финансовую помощь. Чтобы ускорить депортацию, просителей убежища также будут разделять в зависимости от того, насколько вероятно то, что их просьбы о предоставлении убежища будут удовлетворены.
"С точки зрения законодательства и с учетом того, что предшествовало тому результату, который мы наблюдаем сейчас, это можно считать успехом", - заявила DW Хелена Хан, аналитик по вопросам миграции из Центра европейской политики, оценивая миграционную реформу ЕС. Однако, по словам Хан, этот результат, подвергшийся резкой критике со стороны борцов за права беженцев, также оставил разочарованными и многих законодателей.
"Причина, по которой евродепутаты, в конечном счете, дали зеленый свет (миграционной реформе. - Ред.), заключается в простом расчете: лучше иметь такой пакт, чем не иметь ничего. Если бы реформа не была принята, то, скорее всего, это отразилось бы на результатах выборах, а левоцентристские и центристские партии не хотели бы пострадать от таких последствий", - пояснила аналитик.
Возможная коррупция и попытки внешнего вмешательства
Серия скандалов, связанных с предполагаемыми попытками вмешательства в дела ЕС со стороны стран, не входящих в него, по-прежнему бросают тень на Европарламент.
В конце 2022 года бельгийские прокуроры начали расследование возможной причастности тогдашнего зампредседателя ЕП Евы Кайли к организации схемы подставного трудоустройства и откатов, благодаря чему она могла присвоить до 150 тысяч евро бюджетных средств. Коррупционный скандал получил название "Катаргейт" - прокуратура подозревает, что Катар, страна-хозяйка чемпионата мира по футболу 2022 года, "пытался повлиять на решения Европарламента при помощи значительных денежных сумм и подарков". Катарские власти, впрочем, категорически отрицают обвинения в свой адрес.
Затем в апреле 2024 года одно за другим появлялись сообщения о предполагаемой операции, связанной с российской пропагандой, в Европарламенте, а во вторник, 23 апреля, был арестован гражданин ФРГ китайского происхождения, имевший прямой доступ ко всем материалам ЕП, поскольку является сотрудником одного из евродепутатов - представителя правопопулистской немецкой партии "Альтернатива для Германии" (АдГ) Максимилиана Кра (Maximilian Krah).
"Интересно, что будет дальше? - поделилась с DW в Страсбурге впечатлением о происходящем евродепутат от Социал-демократической партии Германии (СДПГ) Габриэле Бишофф (Gabriele Bischoff). - Очень важно, чтобы наша демократия стала более устойчивой по отношению к иностранному вмешательству". За последний год ЕП усилил защиту для информаторов-разоблачителей и ужесточил правила прозрачности для своих членов.
Евродепутаты хотят больше полномочий во внешней политике
Ирландский евродепутат-центрист Билли Келлехер сообщил DW в Страсбурге, что он и его коллеги использовали свое мягкое влияние, чтобы заставить правительства стран, входящих в ЕС, сократить зависимость от российского газа и усилить поддержку охваченной войной Украины.
"В вопросе санкций ЕП также был очень активен, добиваясь расширения списка ограничений против России, чтобы уменьшить ее возможности финансировать войну в Украине", - добавил Келлехер, один из многих евродепутатов, посетивших Украину с февраля 2022 года.
Но, в конечном итоге, влияние Европарламента не является приоритетным для политиков - принятие решений находится в руках исполнительных органов Евросоюза, а также правительств стран-членов ЕС. И законодатели часто приводят доводы о том, что в данной сфере они заслуживают большего влияния, поскольку избираются напрямую населением.