Удар по Сирии: кто вдохновляет Запад на преступные авантюры
Рано утром 14 апреля объединенные западные силы во главе с США нанесли ракетный удар по Сирии. Было выпущено около 100−110 ракет, значительная часть которых (73 по данным российского Генштаба) была сбита силами сирийской ПВО, в том числе, сбиты все двенадцать ракет, направленных на стратегически важный аэродром Думейр к востоку от Дамаска.
Вчера целый вечер из американской столицы поступали противоречивые сообщения. С одной стороны, Дональд Трамп провел совещание со своей «командой национальной безопасности», на котором окончательного решения якобы принято не было. С другой стороны, подтвердивший отсутствие такого решения глава Пентагона Джеймс Мэттис вчера вечером срочно отменил запланированную поездку в Нью-Йорк на встречу с Генри Киссинджером и остался в Вашингтоне.
В мировых СМИ пытаются муссировать тему о некоем «договорном матче» между Россией и США. Действительно, количества выпущенных по Сирии ракет явно недостаточно для нанесения серьезного ущерба инфраструктуре, а, следовательно в этом ударе просматривается очевидная демонстрационная составляющая. Проведение операции никому не нанесло вреда, зато принесло множество политических дивидендов, включая главный для американского президента — сохранение лица после фейковой «химической атаки» в сирийской Думе и громогласного обещания «врезать» по Башару Асаду.
«Умиротворили» требовавших крови «ястребов», у которых нет теперь оснований обвинять вашингтонские власти в «мягкотелости». Попутно решили (возможно, да, а, возможно, и нет) задачу создания непреодолимых препятствий миссии ОЗХО в Восточной Гуте, а то неровен час, всплыла бы (а возможно еще всплывет) официальная информация о постановочном характере «химической атаки», против чего только что так сильно возмущалась постпред Британии в Совете Безопасности ООН Карен Пирс («на воре и шапка горит»?). По крайней мере, лабораторию, в которой боевики экстремистских формирований изготавливали кустарные химические боеприпасы, сирийские войска в Восточной Гуте отыскали. Кстати, далеко не первую.
Россия — на высоте положения. В ответ на просьбу США уточнить дислокацию российских сил в Сирии, Москва ответила категорическим отказом. И американцам пришлось выкручиваться из деликатной ситуации, пытаясь не навредить нашей стороне и не спровоцировать ее на ответные действия, собственными силами.
Не успев «отбомбиться», Вашингтон заявил о том, что удар разовый, и продолжения не последует. В зону ответственности российской системы ПВО ракеты США и их сателлитов не заходили, соответственно, в действие она не вступала. Сирийская сторона, по оценкам большинства источников, потерь в ходе этого ракетного налета не понесла (или, возможно, понесла, но несущественные). Очень не исключено, что на такой исход повлияла информация о возможной российской «ответке» по британской базе на Кипре.
В целом же создается впечатление филигранности обхода Вашингтоном всех «острых углов», за основу которого было взято тщательнейшее изучение нюансов прозвучавшего из российского Генерального штаба месяц назад предупреждения, что ущерб российским гражданам будет поводом для того, чтобы не только сбивать ракеты, но и уничтожать их носители, то есть те военные корабли США, которые их выпустят.
Но далеко не все так просто. У ситуации, сложившейся после западного ракетного удара, кроме «вздоха облегчения» мировой общественности, неподдельный страх которой выразил генсек ООН Антониу Гуттериш, констатировавший полномасштабную холодную войну и высокие риски выхода ситуации из-под контроля, есть немало «подводных камней» и срезов, которые уводят от однозначных оценок.
Кроме того, не будем забывать: многостороннее политическое маневрирование, создающее впечатление стремления сторон избежать конфликта, — визитная карточка преддверия всех крупных военных столкновений последнего столетия. Разве не маневрировал перед тем, как развязать мировую войну тот же Гитлер? Мюнхен, пакт Молотова-Риббентропа, Тешин, Дюнкерк… Словом, однозначно ничего сказать нельзя, но некоторые контуры прорисовываются и выступают из все более сгущающегося и все более похожего на предвоенный международного «тумана».
Первое. Четкие очертания приобрела западная коалиция, которая раньше предпочитала скрываться за обезличенной «антитеррористической» вывеской. Споры и шум закончились, как только от слов приступили к делу, пусть и не без боязливости. При этом надо понимать, что США, Великобритания, Франция — эта «новая Антанта», отстроившаяся не столько против Сирии, сколько против России, — лишь верхушка айсберга, причем отнюдь не концептуальная.
«Концептуалов» этого замысла в значительной мере проявил недавний удар израильских ВВС по сирийскому аэродрому Ат-Тияс, от которого первым делом открестились США. В последовавшем за этим событием телефонном разговоре Владимира Путина с Биньямином Нетаньяху, израильский премьер вел себя, можно сказать, вызывающе. И в ответ на жесткое ограничение российской стороной «горизонтов» действия своей авиации в сирийском небе ответил, по сути, антииранским ультиматумом.
Показательно, что от участия во вчерашней вооруженной акции Израиль благоразумно воздержался. В дополнение к тезису о выстраивании Западом коалиции против России, отметим, что произошедшее — не что иное, как срывание масок, теперь никто не может без потери лица заявить, что Запад воюет в Сирии с ИГИЛ (организация, запрещенная в РФ). Воюет он на самом деле, с Асадом и Россией.
Публичная засветка западной конфигурации, олицетворением которой является зять и советник Трампа Джаред Кушнер, — важный промежуточный итог нынешней фазы конфликта; необходимо только его адекватно осознать и не питать по этому поводу никаких иллюзий.
Второе. Это очень большая ошибка, рассматривать Сирию отдельным ТВД, на котором Россия сталкивается с силами объединенного Запада. Этот ТВД намного шире, и включает Черноморский регион и Восточную Европу — так, как это отражено в разработках американского аналитического центра «Stratfor». И ТВД в целом — именно Черноморский, соединяющий ближневосточный проект «арабской весны», то есть разрушения национальных государств и воцарения хаоса, с Украиной и тем, что происходит в отношениях Киева опять-таки с Москвой.
Следует признать, что Запад, породивший в свое время феномен «Черноморского ТВД», отчаянно пытается перевести стрелки в нем с южного, сирийского, фланга на северный, украинский. Одновременно запустив проект абсолютно противоестественной с цивилизационной точки зрения, но отвечающей предначертаниям антироссийского Хьюстонского проекта (2001 г.), интеграции правобережной Украины с Польшей. Как тут не вспомнить анекдот, недавно прозвучавший в кулуарах одной научной конференции: «Российский и германский лидеры зашли в берлинский ресторан и заказали по бокалу пива и карту Польши».
И третье. В складывающемся раскладе, особый интерес привлекает недавняя VII Московская конференция по международной безопасности. И даже не столько она сама, сколько появление на ней вновь назначенного министра обороны КНР генерал-полковника Вэй Фэнхэ. Подчеркнув, что присутствует в Москве по поручению китайского лидера Си Цзиньпина, глава военного ведомства прямо заявил об укреплении взаимодействия вооруженных сил России и Китая, адресовав вытекающие из этого глобальные перспективы американцам.
«Посещая Россию в качестве нового министра обороны Китая, мне хотелось бы продемонстрировать всему миру высокий уровень наших двусторонних отношений и незыблемую приверженность идее развития стратегического сотрудничества между вооруженными силами наших стран», — заявил Вэй на встрече с министром обороны Российской Федерации Сергеем Шойгу. «Во-вторых, чтобы поддержать российскую сторону в организации Московской международной конференции, китайская сторона прибыла, чтобы продемонстрировать американцам тесные связи между вооруженными силами России и Китая, особенно в сложившейся сейчас ситуации. Мы прибыли поддержать вас», — добавил он.
Представляется, что именно КНР, с одной стороны, практически не имевшая трений с Израилем, а с другой, сотрудничавшая с ним в ряде технологических и оборонных вопросов, как никто другой способна самим фактом своего сближения с Россией отрезвить на восточном побережье Средиземного моря очень многие горячие головы. И с помощью этого уменьшить масштабы неотроцкистского бума произраильских неоконов в США, где, если это произойдет, очень многие вздохнут с не меньшим облегчением, чем тогда, когда испустил свой последний дух приснопамятный маккартизм. Как гласит китайская пословица, «Даже после самой темной ночи обязательно наступает утро».
Было бы ошибкой хотя бы вскользь не упомянуть и о четвертом аспекте рассматриваемого глобального расклада, имеющем прямое отношение к российской внутренней политике и, конкретно, об очищении власти от «пятой колонны» симпатизантов Запада. Маски сброшены и здесь. Хорошо заметно, что особенно в последнее время, как будто реагируя на определенную отмашку, она исторгает из своего чрева настоящие фонтаны подрывных асоциальных инициатив, которые пытается обратить, в том числе, и в законодательные предложения. Но это все-таки несколько другая история.