Семь грехов студенческого кино
Недавно закончился первый тур ВГИКовского международного фестиваля студенческих фильмов, где вашему покорному слуге удалось побывать членом жюри. Разумеется, я скорее ощущал себя журналистом, регулярно пишущим о культуре, чем творцом, поскольку мои собственные попытки невнятных полулюбительских фильмов или спектаклей хотелось спрятать… Слишком уж беспомощными и претенциозными они были на фоне даже «полупрофессиональных» работ студентов.
Здесь же была Великая Школа. История. Традиции. Имена. При всей сложности постсоветского кинообразования, когда в него хлынули деньги, часто вымывая талант и возможность учиться для тех, кто ничей не сын и не слишком богат… всё-таки известнейшая киношкола мира, которая вынуждала сердце любого кинолюбителя биться учащенно. Попробуйте посмотреть курсовую работу «Убийцы» Тарковского. Интересно? Чуть отличается от «Жертвоприношения». Сложно поверить, что ребята, чьи фильмы мы сегодня смотрели тоже когда-то войдут в историю мирового кино. И мы улыбнемся их сегодняшним дебютам. Обязательно войдут. Один из тысячи. Остальные будут снимать рекламы и сериалы, спиваться, кончать с собой, эмигрировать, писать статьи, преподавать другим, что тоже неплохо…
Присутствие в жюри было для меня билетом на экскурсию в мир состоявшихся профессионалов, где я мог выпить чашку чая с бутербродом в ректорских почти кабинетах, куда иначе у меня попасть не было бы никаких шансов. Новое здание в дни фестиваля было довольно пустынно. Да и в самом зале было не слишком много народа. В фойе фотографии былых мастеров, напечатанные почти на принтере — советские и далёкие — они висели на стендах. Что бы сказали они? Мир меняется. Вот уже и на фестивале во ВГИКе на экране матерятся (пусть запикано), показывают «секс», и так далее…
Столовая и кафе. Банкоматы и туалеты с табличками — «для инвалидов». Много ли инвалидов на колясках учится во ВГИКе? Но так было нужно, как и во всех музеях. Политкорректность. Вежливость. Я долго думал как вежливо написать про фестиваль, где меня лично всерьёз задела только одна пятиминутная работа. И ничего не придумал лучше, чем поделиться некоторыми мыслями о студенческом кино вообще. В чём специфика студенческого фестиваля, который проходит при киношколе? Заметим только, что стартовые условия у участников разнятся. За плечами у кого-то только общага и простенькая камера, у кого-то есть деньги, «связи», производственные мощности… Профессиональные студии. И совсем нестуденческие помощники и покровители. В этом жестокость кино. Никому не интересно, на что ты снимаешь, у какой своей тётушки ты выпросил камеру. Важен только результат. Кроме того, есть ещё история не всегда простых отношений «мастеров», «кафедр», «факультетов» … Их представлений о «должном» и «прекрасном». Я даже пошутил про приз «за лучшую мастерскую». Никто не засмеялся. Да и что значит «студент»? Это может быть «девочка из хорошей семьи», а может быть тридцатилетний выпускник высших режиссерских курсов… Может быть, художник вообще всегда «вечный студент»?
Представим себе гениального поэта на нарах с огрызком карандаша (в России это не так сложно представить), он пишет что-то великое, и, в сущности, ничего кроме этих нар, баланды, карандаша с бумагой и посмертной славы ему и не надо… С режиссёрами дело обстоит сложней. Кино так не снять. Проклятие кинематографа как искусства в том, что оно слишком завязано на групповой процесс, деньги, технику… А большое кино в нашей стране сейчас — на большие деньги (и их «отмывание»), идеологию, коррупцию, клановость… Хотя развитие технологий делает кино чуть более доступным. В бытность мою студентом-сценаристом питерского киновуза, который принято считать «вгиком для бедных» в студенческой среде обсуждался вопрос еще о пленке (операторам ее давали), и операторы становились внезапно ключевыми игроками процесса; важным было получить доступ к технике со скидкой и так далее… Операторы вполне могли сами выбирать кому дарить свою любовь. Что интересно, «сценаристы» были на вторых, а то и пятых ролях. Помнится высказывание классика отечественной кинодраматургии, друга Шпаликова, которое я услышал на его семинаре, в духе: «и это уже со школьной скамьи!». Это правда. Да и зачем нужны студенты-сценаристы, когда почти все снимают по «актуальной литературе», «классике». Сами переписывают, инсценируют. В лучшем случае сценаристам уготовлена роль соавтора на подпевках. И в этом тоже жестокость киновуза. Количество фильмов, снятых добровольно режиссёрами по оригинальным сценариям малоизвестных авторов на фестивалях стремится к нулю. Все хотят быть поближе к уже известному. Так надежней…
Интересно, что особенно студенческое документальное кино оказывается часто глубже, чем игровое. Невольно, поскольку жизнь интересней зачастую попыток «высказывания» и «осмысления». То есть представления первокурсников (да и дипломников) о человеческих отношениях, характерах, конфликтах… Настолько «лубочные» зачастую, что, если просто поставить камеру у окна и снимать жизнь год, то не исключено, что после монтажа это будет интересней. Один из известных документалистов так, кстати говоря, и снял фильм, который получил призы на многих фестивалях.
Я примерно понимаю, что я лично ищу в кино и по каким критериям о нём думаю. Мне интересно «авторское». Интересно, когда есть не столько «упражнение» или «продукт», сколько личность, внутренний мир, объём. Можно по-разному относится к Бергману, но за ним есть что-то, что сложней отыскать у тех, кто снимает очередной сериал про полицейских… Хороший сериал. Я не спорю.
Самыми трудолюбивыми часто оказываются аниматоры, которые вынуждены всё-таки создавать свой мир несмотря на «компьютеры». Особенно в великой традиции отечественной авторской анимации. Становится ли фестиваль «путевкой в жизнь»? Могут ли короткометражные фильмы окупиться? Я думаю, что это риторические вопросы. Фестиваль выполняет скорее рекламно-бюджетную функцию. Как большой театр. Гордость и национальное достояние. Но поговорим о творчестве. Попробуем составить хит-парад «студенческих» ходов. Стоит ли говорить, что я предлагаю вам составить свой список «Семи смертных грехов студенческого кино», который будет отличным от моего…
- Снимать «интересненько», динамично, ярко, с простоватым телевизионным юморком и попкорном, развлекать публику изобретательным сценарием (чаще всего по «американским лекалам») с поворотными точками (как в новеллах и анекдотах) и удерживанием интереса — гэги, «секс» и «насилие», не давать зрителям засыпать, демонстрировать милую туповатую мировоззренческую уверенность в том «как надо». Быть проще. В конце давать несложную хорошо перевариваемую мораль. Главное не вынуждать зрителя задуматься всерьёз. Испытать диссонанс. Идеальное «продюсерское» кино для ТВ. Духовность добавляется как специя.
- Снимать многозначительно: туманы, долгие кадры, философские темы. Настаивать на своём прочтение того, что дважды два четыре. Право иметь. Нести идею. Духовный рост. Учитель и ученик. Старость и смерть. Потеря девственности и самоубийство. Бытие и быт. Протестовать (насколько позволит мастер и учебный план) против общих мест. Освистывать чужие фильмы. Верить в очередную новую волну. Ходить в чёрных очках и кожаном пиджаке. Читать Делёза в переводе. Делать заметки на полях. Игнорировать рынок, пока позволяют засушенные на зиму сухари. Курить «Житан». Превращать недостатки в стиль. Оправдывать безбюджетность, плохой монтаж и игру, отсутствия сценария тем, что это брошенная перчатка в лицо общества потребления. Когда все ушли из зала на фуршет потреблять, тихо поднимать перчатку и плакать в одиночестве непризнанного гения…
- Приглашать «звезду», которая должна обеспечить успех. Всё остальное не так важно. Если снимается сам (а), то фильм хороший… Конечно «звезда» должна быть в каждом кадре, на каждой афише, на кружках и блокнотах, да везде…
- Если это документальное кино (особенно), то искать что-то труднодоступное. Удалённое место, экспедиция, закрытое пространство (тюрьма, больница, лепрозорий, армия, монастырь, полярный круг). Снимать редкого человека. (часто это больной, инвалид, умирающий, иногда «ненормальный», национальное или сексуальное меньшинство, уходящую натуру). Сирые мира этого… Изображать человеколюбие и проникновеннее по ту сторону «парадной части жизни». Не брезговать «чернухой». Но только, чтобы открыть обычным людям глаза.
- Снимать без особой веры в то, что собственный мир хоть кому-то интересен. Ценить крепкое ремесло. Быть здоровым. Опираться на моду и здравый смысл. Что носят в этом сезоне? Какой тренд? Актуальные авторы, которые на слуху. Популярные песенки, которые крутят по радио. Если делать то, что все и так любят, то по оптовому праву можно проскочить и через блок-пост жюри. Делать «добротное кино». Быть гением компромиссов и конъюнктуры, балансов и противовеса. Искать серединный путь. Как Будда.
- Считать, что «камера» и «съёмочная техника» — это самое главное. Опираться на любую возможную новинку. Если появилась «квадрокоптер», то снимать с него, даже, если это герой закурил у метро — все должны увидеть как камера взлетает на сотню метров к звёздам… Если есть «стедикам», то снимать на него. Не важно что. Поражать спецэффектами. Техническим качеством. Больше всего бояться брака, шума, случайных бликов, царапин, накладок… Вообще жизни.
- Снимать под «кумира», подражать, в студенческих фестивалях часто «снимать под мастера» или при «сильном его участии». Как бы двигаться в гонке за лидером. Перенимать его стиль, оптику, мировоззрение, жесты, шутки… То, что в русском языке презрительно именуется суффиксом «щин». «Бергмановщина» etc.
Фестивали с неминуемостью становятся трансляторами общих мест, не только в дурном смысле; если мы подумаем о телевидении и массовом кино, то так ли они отличаются от «общих мест»? Разумеется, нет… Жизнь, увы, это и есть парад банальностей. Грамматика киноязыка, потом разрешенные временем и средой темы, сюжеты, образы… Это похоже на обтесывания галек на морском берегу, для многих вход в профессию превращается в согласие с тем, что есть «правила индустрии». Писанные и не очень. Чтобы получить в ней свое место нужно уметь укладываться в готовые формочки. Из которых во многом и состоит наш мир. Студенческие фестивали во многом примечательные кладбища проклевывающихся индивидуальностей. Несмотря на иронию, я был очень рад оказаться в этой атмосфере молодости, надежд, пусть наивных, но прекрасных попыток творчества в полупустом зале.
В жюри проголосовали после обсуждения. Велась видеозапись. Все было предельно открыто. Если бы с такой честностью проходили в нашей стране выборы, то мы бы уже давно жили при коммунизме. Остается вопрос кто и как составляет жюри? Кто судьи на разных фестивалях? Но это уже другая история. Почти наверняка можно где-то будет приобрести диски с фильмами ВГИКовских фестивалей. И этого тоже. Было бы интересно посмотреть все фильмы за все года. Студенты продолжают снимать. Человек с кинокамерой на плече — идти в будущее. Хочется верить, что есть что-то не менее важное, чем фестивали и, что студенты продолжат снимать, даже когда станут мастерами.