Внешнеполитический дрейф и валюта нон грата — Таджикистан в зеркале СМИ
Таджикистан сменил внешнеполитические приоритеты? Что стоит за принудительным обменом рублей на сомони? Пытаются ли власти усилить цензуру в стране? Эти три темы активно обуждались в СМИ республики на прошедшей неделе.
Западный вектор — явление временное
Таджикистану надо расширить число партнеров, не ограничиваясь только Россией, заявил после визита в Брюссель юрист Шокирджон Хакимов, пишет сайт таджикского филиала амриканского «Радио Свобода».
В Бельгии гражданский активист побывал на мероприятии, организованном Европейским парламентом. На встречу с представителями ЕС пригласили представителей всех стран Средней Азии, в том числе и таджикских оппозиционеров.
Воодушевленные беседой с европейскими функционерами, активисты вернулись в Таджикистан, где начали агитировать за многовекторность.
«Мы с советских времен были под контролем Москвы. Сейчас также зависим от России за счет трудовых мигрантов и большого военного присутствия. Такая зависимость ограничивает возможности для дальнейшего развития. Поэтому мы должны иметь равноправные отношения с Ираном, Китаем, странами Европейского союза и принять меры, чтобы не иметь зависимости от какого-либо государства», — высказался Хакимов.
В состав таджикской делегации входили адвокат Файзиниссо Вохидова, юрист Шокирджон Хакимов, журналист Дододжон Атовулло, проживающий за пределами Таджикистана, и Собир Валиев, член «Группы 24». Примечательно, что Атовулло и Валиев объявлены таджикскими властями в розыск.
Вопрос смены внешнеполитического курса Таджикистана подняла и узбекская редакция «Спутника». Издание отметило, что на пост помощника президента по внешней политике назначен Азамшо Шарифи, занимавший ранее должность посла Таджикистана в Саудовской Аравии. Ранее же помощником по внешней политике был Эркинхон Рахматуллозода, который «считается пророссийским деятелем. Придерживаясь, как и Эмомали Рахмон, многовекторной политики, он, тем не менее, за то, что стратегический партнер должен быть в приоритете».
Учитывая, что МИД Таджикистана возглавляет Сироджиддин Аслов, ранее проработавший 10 лет в Нью-Йорке, издание делает вывод о потере паритета. И отмечает, что наблюдатели заговорили о некотором сближении Таджикистана с Саудовской Аравией на фоне дипломатического конфликта с Ираном.
Читайте также: В Таджикистане обсуждают сотрудничество с Саудовской Аравией
«Спутник» приводит мнения таджикских экспертов, уверенных в том, что «дрейф» в сторону Запада и Саудовской Аравии — временное явление. «В начале нулевых, когда США начали антитеррористическую кампанию в Афганистане, у нас была похожая ситуация. Тогда президент Таджикистана был приглашен в Европу и США впервые за все годы нахождения у власти. Штаты вроде бы собирались создать военную базу в Таджикистане. Эмомали Рахмонов тогда попытался отдалиться от России, но в конечном счете подписал соглашение именно с Россией (по военной базе). США отказались от своей затеи и образовали свои базы в соседних с Таджикистаном странах», — рассказывает политический обозреватель Нурали Давлат.
Он также полагает, что в кадровых перестановках нет ничего необычного, и во внешней политике резкого изменения не ожидается:
«Таджикистану сложно менять свои внешнеполитические ориентиры, даже если официальный Душанбе очень этого захочет. Отход от Ирана или России — это слишком громко сказано. Страну с этими двумя государствами многое связывает».
Затронули тему внешнеполитического курса и в интервью с послом Таджикистана в Великобритании Эркином Косимовым, который вышел на пенсию и возвращается в Душанбе. На вопрос журналиста таджикского филиала «Радио Свобода» о последствиях отдаления от Запада на фоне сближения и тесного сотрудничества Таджикистана с Россией экс-посол ответил, что государственная политика находится в стадии изменения, но цели у всех стран общие — борьба с ИГИЛ (террористическая группировка, деятельность которой запрещена в десятках стран, в том числе и в России).
«Несомненно, Россия остается нашим стратегическим партнером, и в рамках ОДКБ и других организаций Таджикистан вместе с Россией борется с общими вызовами — терроризмом и экстремизмом. В этом и есть причина сближения с Россией. В целом, как вы знаете, Таджикистан придерживается многовекторной политики», — подчеркнул Эркин Косимов.
Обязательная конверсия переводов — прогадают или выиграют?
Со 2 февраля 2015 года в Таджикистане все денежные переводы, поступившие в российских рублях, выдаются в сомони — таджикской национальной валюте, которую таким образом власти намерены укрепить.
В Центре геополитических исследований «Берлек-Единство» считают, что нацвалюты постсоветских государств находятся под давлением многих факторов, и руководство каждой страны принимает собственные меры по поддержке курса. Зачастую эти меры выражаются в ограничении хождения иностранных валют в рамках государственной финансовой системы, однако «в случае с Таджикистаном можно утверждать, что инструментарий протекции финансовой системы выбран несколько некорректно».
«Национальный банк Республики Таджикистан ограничил хождение рубля, и в то же время не предпринял никаких ограничений в отношении доллара, который в Центральной Азии более чем популярен. В связи с этим последние меры финансового регулятора можно признать неполноценными», — пишет «Берлек-Единство».
»КоммерсантЪ» приводит слова неназванного источника о том, что «одна из ключевых целей такого ограничения — не столько уход от рубля, сколько попытка получить больший приток долларов», так как, по словам представителя Нацбанка Таджикистана, в стране наблюдается нехватка долларов.
«Это, безусловно, дискриминационная по отношению к рублю политика, хотя Россия является основной страной-донором для Таджикистана, и мы считаем необходимым обратиться в ведомства, ответственные за интеграцию стран СНГ, с предложением дать оценку такой политике», — говорит глава «Национального платежного совета» Алма Обаева, чьи слова приводит издание.
Кроме того, наблюдатели обеспокоены тем, что граждане будут вынуждены получать переведенные деньги только по тому курсу, который установит банк.
«До введения запрета граждане получали рубли и по мере необходимости меняли их по выгодному для себя курсу в неофициальных обменниках. Теперь же им придется менять рубли на сомони, к которому нет особого доверия со стороны населения, причем по курсу, установленному банком, который для них невыгоден», — говорит один из собеседников «Ъ».
Однако в Нацбанке Таджикистана настаивают на том, что переводы будут конвертироваться по выгодному рыночному курсу.
«Люди не привыкли. Они по-другому это понимают. Немного растерялись, курс неустойчив, прогадают или выиграют. Но, думаю, ситуация постепенно стабилизируется», — уверена Начальник центра обслуживания №3 «Агроинвестбанк» Наргис Холдорбекова, слова которой цитирует «Радио Озоди».
Когда СМИ «становятся причиной пессимизма народа»
1 февраля Союз журналистов, Совет по СМИ, Национальная ассоциация независимых СМИ, организация «Хома» распространили заявление с осуждением поправок в закон «О периодической печати и других средствах массовой информации», предложенных правительством Таджикистана.
Журналисты были возмущены в первую очередь тем, что поправки позволяли Министерству культуры без участия судебных органов приостанавливать деятельность СМИ на три месяца, что было расценено как реализация порядка внесудебного запрещения работы СМИ. Журналисты заявили, что такие новшества узаконивают цензуру и несут угрозу информационной безопасности страны.
Вызвавший такой широкий резонанс проект поправок уже 3 февраля было решено отправить на доработку. Причем спикер нижней палаты парламента Шукурджон Зухуров отметил, что спорная поправка уже устранена, решение о приостановке деятельности СМИ, как и прежде, будут принимать суды.
В тот же день в ходе встречи с журналистским сообществом министр культуры Таджикистана Шамсиддин Орумекзода заверил представителей массмедиа в том, что поправки смягчены и никак не ограничат свободу слова, пишет «Азия-Плюс».
«Со всей ответственностью заявляю, что поправки не направлены против негосударственных СМИ, они никак не ограничат свободу слова в Таджикистане», — заявил Шамсиддин Орумекзода.
Однако министр отметил, что органы прокуратуры могут предложить судам приостановить деятельность отдельных изданий за оскорбление, пропаганду экстремизма, терроризма, нацизма и за призывы к насильственному изменению конституционного строя в стране.
Тем временем Центр геополитических исследований «Берлек-Единство» утверждает, что в действующем законодательстве не прописан порядок запрета деятельности СМИ, что давало возможность некоторым журналистам действовать вразрез с журналистской этикой и объективностью, ориентируясь на заказы и гонорары.
«В условиях, когда некоторые журналисты грубо и регулярно попирают государственные приоритеты, власти приходится в небольшой степени корректировать работу СМИ. По мнению самого Эмомали Рахмона, последние, в свою очередь, должны воздержаться от публикации тех материалов, которые «оказывают негативное влияние на имидж страны на международной арене, становятся причиной пессимизма народа, падения его духа, а также неспокойности общественного положения», — заключает автор.