РФ "постоянно" проводит шпионскую деятельность в ущерб интересам Германии. Об этом заявил в интервью DW глава Федерального ведомства по охране конституции (BfV) Германии Томас Хальденванг (Thomas Haldenwang). "Страна, которая готова вести войну самыми жестокими средствами, не чурается и диверсий", - так отозвался глава немецкой спецслужбы о России.
"В связи с этим мы в Германии определенно должны быть готовы к подобному сценарию", - сказал Хальденванг в кулуарах мероприятия, посвященного влиянию международных кризисов на ситуацию с безопасностью в ФРГ. Подробности Томас Хальденванг рассказал в интервью корреспонденту DW по вопросам политики безопасности Томасу Спэрроу (Thomas Sparrow).
DW: Я хотел бы начать с недавнего случая: три человека были задержаны в Германии по подозрению в шпионаже в пользу Китая. Насколько серьезна эта ситуация?
Томас Хальденванг: Да, это случай особой важности, тут мы имеем дело с интересами в области распространения или производства оружия массового уничтожения, кроме того речь также идет о ноу-хау в области производства оружия. Этот случай показывает, что Китай также активен в Германии и есть случаи, связанные с нарушением режима нераспространения оружия массового уничтожения. Федеральное ведомство было вовлечено в расследование на самом раннем этапе, часть следственных действий инициировали мы сами, и как только были собраны веские доказательства, мы смогли передать это дело в полицию и прокуратуру. Дальнейшие сведения мы теперь узнаем от генпрокурора ФРГ.
- И все это происходит буквально через несколько дней после того, как здесь, в Германии, были задержаны два человека по подозрению в шпионаже в пользу России. Насколько велика угроза для внутренней безопасности Германии со стороны Кремля?
- Да, мы уже на протяжении многих лет наблюдаем за активизацией деятельности РФ здесь, в Германии. Еще до войны в Украине я говорил об угрожающей ситуации, которая напоминала времена холодной войны. Все это, конечно, еще больше усилилось после нападения России на Украину, и мы должны понимать, что Россия занимается шпионажем, кибершпионажем, операциями влияния, осуществляет дезинформацию - и, конечно же, этот набор инструментов, как мы его называем, в крайних случаях предполагает и совершение диверсий. Мы должны исходить из того, что Россия вполне готова к организации диверсий в ФРГ.
- Но почему именно Германия находится в фокусе России?
- Германия находится в самом сердце Европы, и - когда речь идет о поддержке Украины - это важный игрок во многих областях политики. Помимо того, что ФРГ делает сама, прежде всего, в военной сфере, у Берлина также сильный голос в Европе. В этом отношении Германия крайне интересна для российских спецслужб, в том числе и как поставщик оружия для Украины, и как страна, в которой обучают персонал (ВСУ. - Ред.)... Так что Германия в этом смысле - в фокусе внимания российских спецслужб.
- При этом аресты по подозрении в шпионаже в пользу России названы "успехом". Но не может так оказаться, что это была лишь верхушка айсберга? Разве проблема не гораздо серьезнее?
- Мы уже в течение многих лет хорошо подготовлены к противодействию описанной мною деятельности России и неоднократно добивались на этом поприще заметных успехов. Например, на юге Германии, где Федеральное ведомство сыграло ключевую роль в поимке этих преступников. Еще в начале войны в Украине мы способствовали высылке большого числа российских агентов из Германии. Это изначально позволило нам ослабить здесь возможности российских спецслужб. Сейчас мы проявляем крайнюю бдительность, понимая, что Россия выбирает альтернативные пути (воздействия. - Ред.). Мы готовы к этому, и очень успешно работаем в этом направлении.
- Вы сказали, альтернативные пути? Возможно, вы ожидаете увеличения числа случаев шпионажа, диверсии - причем именно сейчас, когда через несколько недель в Германии начнется чемпионат Европы по футболу?
- Мы убеждены, что Россия постоянно ведет шпионскую деятельность в ущерб интересам Германии. Она ведется и тогда, когда ее осуществляют уже не собственные агенты, а выездные агенты или люди, которые работают под прикрытием и приезжают в Германию как бизнесмены, журналисты или ученые, но на самом деле занимаются шпионажем в пользу России. Разумеется, в российском арсенале есть и диверсионная деятельность. Москва может быть жизненно заинтересована в том, чтобы препятствовать или усложнять поставки оружия в Украину, а страна, которая готова вести войну самыми жестокими методами, не будет чураться диверсий. В этом отношении мы в Германии должны быть готовы к такому сценарию.
- Видите ли вы другие риски на чемпионате Европы по футболу, не только со стороны России, а, например, со стороны исламистов?
- Сейчас мы в Германии находимся под влиянием различных глобальных кризисов. С одной стороны, это война России против Украины. Но когда речь заходит о террористических атаках на фоне крупных спортивных мероприятий, таких как чемпионат Европы по футболу или, позднее, Олимпийские игры во Франции, то, конечно, в поле нашего зрения оказываются и другие игроки. И здесь я говорю, в частности, об исламистских группировках и отдельных исламистах, которые могут совершать теракты. Уровень угрозы в этом секторе также очень высок. На данный момент даже если о конкретных планах нападения ничего не известно, абстрактный уровень опасности чрезвычайно высок.
- И что конкретно это значит? Что именно делаете вы и ваше ведомство, чтобы предотвратить угрозу теракта здесь, в Германии?
- Мы можем представить себе различные сценарии. Например, один из очень опасных сценариев - это так называемые "команды киллеров", прибывающие в Германию из-за границы, или, возможно, отдельные члены, уже въехавшие в страну, и совершающие нападение группой. Это, безусловно, главная цель филиала террористической группировки ИГ - "ИГ-Хорасан", который в настоящее время очень активен. "Вилаят Хорасан" фактически заявляет о планах совершить крупный теракт, и - если вспомнить теракты в Париже и Брюсселе несколько лет назад - это вполне возможный сценарий.
Другой сценарий заключается в том, что опасность исходит от радикализирующихся отдельных исполнителей, как мы часто наблюдали в Германии и Западной Европе в последние годы. В результате событий за рубежом, вызывающих сильные эмоции, - я имею в виду, например, ситуацию в секторе Газа - отдельный человек становится особенно радикальным, попадает под влияние пропаганды исламистских групп и дает спровоцировать себя на совершение терактов с использованием простых, подручных средств.
Мы хорошо подготовлены к обоим сценариям. Я думаю, что мы можем очень эффективно бороться со сложным сценарием в сотрудничестве с другими органами безопасности. Наш совместный контртеррористический центр в Берлине находится в состоянии готовности, и мы стараемся выявлять опасности, исходящие от отдельных преступников, с помощью усиленного мониторинга интернета - и действовать соответствующим образом. О том, что мы преуспеваем и в этой области, свидетельствуют аресты потенциальных исламистских террористов в последние месяцы. Не проходит и месяца, чтобы полиция не нанесла очередной удар и не предотвратила запланированный теракт в Германии.
- Война на Ближнем Востоке привела к росту случаев антисемитизма и в Германии. Как это отражается на вас, когда вы видите, сколько случаев антисемитизма фиксируется сейчас в ФРГ?
- Антисемитизм на самом деле никогда полностью в Германии не исчезал, даже после Второй мировой войны. Нам приходилось иметь дело с антисемитизмом на протяжении многих лет, и это был и есть антисемитизм, исходящий, в частности, от правоэкстремистских кругов. Антисемитизм - это связующее звено между самыми разными группами правых экстремистов, и в прошлом это было главным предметом нашего внимания.
Теперь же, после 7 октября (2023 года, атаки ХАМАС на Израиль. - Ред.), мы видим, что антисемитизм исходит и от совершенно других групп. И я имею в виду как исламистские, так даже и светские группы, которые проводят антиизраильскую политику. И в совокупности этот правоэкстремистский антисемитизм, исламистский антисемитизм и светский антисемитизм создают сценарий угрозы, который внушает опасения - и это в такой стране, как Германия, где защита евреев имеет наивысший приоритет.
Мы всегда говорили, что подобные события никогда не должны повториться в Германии. Но как говорит публицист Мишель Фридман, "никогда - это сейчас ", и это внушающее ужас наблюдение. Органы безопасности делают все возможное для защиты интересов евреев, для защиты интересов еврейских граждан здесь, в Германии.
- Но что конкретно это значит - "делать все возможное для защиты"?
- Это значит, например, что полиция усилила патрулирование широкого круга еврейских учреждений, обеспечивается специальная личная охрана видных деятелей. Каждая синагога должна находится под охраной полиции. Ведомство по охране конституции, с другой стороны, пытается расследовать угрозы, которые могут исходить от международных групп или экстремистов и направленные против интересов еврейских граждан или всего еврейского народа. И да, здесь мы тоже достигли успехов. В прошлом всегда проходили аресты, которые можно было отнести к результатам работы ведомства по охране конституции.
- Вы уже затронули тему правого экстремизма. И одна из тем, которая широко обсуждается здесь, в ФРГ - это партия "Альтернатива для Германии", которую ваше ведомство обозначило как партию, которую подозревают в правом экстремизме. Является ли, на ваш взгляд, АдГ угрозой для демократии?
- В любом случае, мы заметили сильные течения внутри самой АдГ, которые распространяют ненависть и подстрекательство против меньшинств - против мусульман, против мигрантов, против людей с другой сексуальной ориентацией... Мы видим, что принципы демократии в некоторых случаях ставятся под сомнение. Мы видим сильные связи политиков АдГ с другими правоэкстремистскими деятелями, и это заставило нас отнести партию к категории подозреваемой в правом экстремизме. В настоящее время это рассматривается в суде. Мы ждем решения Высшего административного суда в Мюнстере, которое позволит взглянуть на происходящее в другом свете.