Новый выборный закон Санкт-Петербурга: гибридная война за избирателя
Санкт-Петербург, 19 февраля, 2016, 15:41 — ИА Регнум. Новый закон о выборах Законодательного собрания Санкт-Петербурга не обеспечит в полной мере равного представительства избирателей в городском парламенте, но ухудшит положение малых партий. Правда, могло быть и хуже.
Новый закон о выборах депутатов Законодательного собрания Санкт-Петербурга принят и подписан губернатором. В результате непродолжительных, но довольно оживлённых депутатских баталий было одобрено несколько поправок к его ключевым компонентам, в том числе — к методике распределения депутатских мандатов. Теперь, когда закон обрёл свой окончательный вид, следует рассмотреть, насколько существенны изменения, привнесённые новыми правилами.
Дешево и сердито
Новый закон утвердил в Петербурге смешанную несвязанную избирательную систему. Смешанная она потому, что половина из 50-ти депутатских мандатов будут распределяться по пропорциональной системе, а оставшиеся — в 25-ти одномандатных округах по мажоритарной системе. Несвязанная она в силу того, что результаты выборов по каждой из упомянутых систем никак друг на друга не влияют. Предыдущие же два созыва Заксобрания избирались в рамках полностью пропорциональной системы, что в целом нехарактерно для региональных представительных органов России, подавляющее большинство которых избирается как раз по смешанным системам.
Мажоритарная компонента системы в процессе обсуждения осталась в неизменном виде — новый закон вводит выборы в одномандатных округах по системе простого большинства. Это значит, что выборы во всех 25-ти округах пройдут в один тур, и победителями станут те кандидаты, которые наберут больше голосов, чем их конкуренты. Это делает систему проще и дешевле (организация второго тура сопряжена с очевидными затратами), но не гарантирует, что победитель будет представлять большинство избирателей — если кандидатов будет много, возможен будет выигрыш с небольшой долей поддержки электората, скажем, с 20% голосов.
Читайте ранее в этом сюжете: Новый принцип выборов в Петербурге приблизит депутатов к избирателям
Инициатива депутата Алексея Ковалёва, предлагавшего выборы по системе абсолютного большинства, была отклонена — хотя выборы в два тура гарантировали бы, что победитель будет представлять не менее половины избирателей, принявших участие в голосовании. Нужно отметить, что существуют и другие способы гарантировать победу наиболее поддерживаемого всеми избирателями кандидата — различные преференциальные системы (учитывающие предпочтения избирателя относительно нескольких кандидатов): кумулятивное голосование, рейтинговое голосование, одобрительное голосование. Но о них в ходе дебатов даже не вспомнили.
Взять и поделить
В тоже время, в ходе принятия нового закона была изменена электоральная формула для пропорциональной части. Изначально в законопроекте предлагался метод делителей Империали. Это, безо всякого преувеличения, весьма скверный метод. Способов пропорционального распределения мандатов существует довольно много, и работают они по-разному: некоторые благоволят средним партиям, другие облегчают получение мандатов малыми партиями, третьи округляют результаты в пользу крупнейших участников. Но метод Империали выделяется тем, что настолько «подыгрывает» крупнейшей партии, что может нарушить пропорцию между голосами и мандатами даже тогда, когда никакого округления не требуется вовсе. Очевидно, распределение в пользу крупнейших партий можно осуществить только за счёт остальных, прежде всего — самых малых, и при методе Империали может оказаться так, что кто-то из самых малых партий окажется вовсе без мандата, даже преодолев заградительный барьер.
Читайте ранее в этом сюжете: Потерянные голоса: чем грозит новая система выборов Петербургу
Усилиями депутатов Кобринского и Ковалёва система Империали была заменена на метод Д'Ондта — использование ряда делителей, начинающегося с 1, а не с 2, как это происходит в методе Империали. Это решение, ставшее неожиданным и принятое с трудом, тем не менее, является компромиссным. Метод Д'Ондта также склонен работать в пользу крупнейших партий, хотя и делает это в рамках разумного. Оптимальным же вариантом было бы использование метода простой квоты и наибольших остатков, то есть метода Хэра-Нимейера. Этот метод прост в подсчёте, весьма справедлив и традиционно используется для распределения мандатов на выборах депутатов Государственной Думы — он оставался неизменным компонентом при использовании как полностью пропорциональной, так и смешанной систем. Однако петербургские депутаты испытывают какую-то странную симпатию именно к методам делителей.
От бонуса к гибриду
Другой новеллой стало заимствование такой черты избирательных систем ряда регионов России, как передача обязательного мандата всем партиям, преодолевшим пятипроцентный барьер. Данный мандат можно назвать «бонусным» — его наличие у партии не влияет на её дальнейшее участие в распределении по пропорциональной системе, хотя методы делителей предусматривают возможность начать распределение мандатов не с нуля у каждой партии, а с некоторого стартового количества. В таком виде они иногда используются для распределения оставшихся мандатов после применения методов квотирования.
Этот «бонусный» мандат должен был скомпенсировать «нелюбовь» метода Империали к малым партиями, но с учётом замены последнего на метод Д'Ондта можно ожидать существенного уменьшения эффекта от этой меры. Тем не менее, с формальной точки зрения, получившийся гибрид не является идентичным ни методу Империали, ни методу Д'Ондта — его можно считать новой «петербургской достопримечательностью».
Каждый мандат на счету
…Подобного рода детали можно было бы считать мелочами, если бы размер Законодательного собрания Санкт-Петербурга не был таким небольшим. Один-два мандата, которые «перекочуют» между партиями из-за смены одной электоральной формулы на другую, не сыграют большой роли в масштабе, скажем, Государственной Думы, насчитывающей 450 депутатов (из которых по пропорциональной системе на предстоящих выборах будет распределена половина).
Читайте ранее в этом сюжете: Петербургский ЗакС запретил второй тур на городских выборах
Но в Санкт-Петербурге всего 50 депутатов, и здесь разница в один-два мандата может решить, в чьих руках будет (и будет ли вообще) абсолютное большинство голосов. При уменьшении пропорциональной части до 25 мандатов эффект будет ещё более ярко выраженным — чем меньше мест распределяется, тем грубее «округление» при решении пропорции, а метод Д'Ондта, конечно, обратит это на пользу крупнейших партий. Аналогичного благоприятствования большим партиям можно ожидать и от мажоритарной части.
Равенство не состоится
Однако главным недостатком нового закона можно назвать то, что он так и не решил полностью той проблемы, которая называлась в числе главных причин для проведения реформы — обеспечения представительства избирателей.
Раньше город делился на полсотни избирательных территорий, в каждой из которых выдвигалось по кандидату из общего партийного списка. Из-за недостатков механизма «закрепления» кандидатов за территориями оказывалось, что какие-то территории не получали депутатов вовсе, а какие-то — получали больше одного. Новый закон должен был исправить это упущение, но, очевидно, делает он это только за счёт введения мажоритарной части: по пропорциональной части всё осталось, в сущности, так же, как было.
Читайте ранее в этом сюжете: Милонову нравится принцип «25 на 25» в новом законе о выборах в Петербурге
Теперь можно будет выдвигать от одного до трёх депутатов в рамках одной региональной группы (а регион соответствует одномандатному округу), и мандаты по списочной части передаются региональным по порядку убывания процента голосов, набранных партией в соответствующем округе. Получается, что это решение — «половинчатое»: закон гарантирует, что не будет избирателей без представителей, но не гарантирует равного количества представителей у разных избирателей.
Таким образом, можно констатировать, что новый закон ухудшит — пусть и не так существенно, как мог бы — положение малых партий, и лишь частично решит проблему равного представительства избирателей, которая в Санкт-Петербурге носит отнюдь не иллюзорный характер.