Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев 15 апреля 2024 года подписал ранее принятый парламентом закон "О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам обеспечения прав женщин и безопасности детей". Он получил неформальное название "закон Салтанат" - по имени гражданской жены экс-министра экономики Куандыка Бишимбаева Салтанат Нукеновой, погибшей в результате устроенного им жестокого избиения. Подписанный документ возвратил отмененное в 2017 году уголовное наказание за домашнее насилие.
Закон также предусматривает пожизненное заключение за педофилию, до девяти лет лишения свободы за доведение до самоубийства, два года заключения за нанесенные детям с особой жестокостью побои. Кроме того, вводятся серьезные штрафы и другие меры наказания за причинение легкого ущерба здоровью, пропаганду самоубийства, буллинг и кибербуллинг несовершеннолетних, сексуальные домогательства в отношении детей и подростков.
"В обществе вырос спрос на справедливость"
Руководитель международного фонда защиты свободы слова "Адил соз" Карлыгаш Джаманкулова считает закон о криминализации семейно-бытового насилия - победой здравомыслия и большим успехом в деле защиты прав казахстанских женщин и детей. В своем комментарии DW она подчеркнула, что борьба за его принятие продолжалась с 2019 года, каждый раз сталкиваясь с неприятием возвращения уголовной ответственности за насильственные действия в быту со стороны депутатского корпуса. "По непонятным причинам в парламенте долго прислушивались к мнению радикально настроенного меньшинства", - поделилась своими наблюдениями с DW Карлыгаш Джаманкулова.
В то же время руководитель фонда "Адил соз" заметила, что в последнее время в казахстанском обществе резко вырос спрос на справедливость, который особо актуализировался на фоне проходящего в Астане судебного процесса по делу подозреваемого в убийстве своей гражданской жены экс-министра Бишимбаева. "За процессом в Астане постоянно следят около 3 миллионов человек. Это можно было бы интерпретировать, как просто любопытство к первому в истории Казахстана максимально открытому судебному разбирательству. Но, по моим наблюдениям, в этом случае не столько много любопытствующих, сколько людей искренне заинтересованных в справедливом решении этого вопроса. И они уже не готовы воспринимать такие аргументы и оправдания, как "сама виновата" или "сама довела". Я считаю это очень серьезным культурным сдвигом", - подчеркнула Карлыгаш Джаманкулова.
В Казахстане до сих порицают жертв насилия
Тем не менее в казахстанском обществе до сих пор продолжаются дискуссии вокруг принятых поправок в закон о домашнем насилии. Во многом связано это с тем, что большая часть изменений и дополнений вступает в силу только через 60 дней после их официальной публикации 15 апреля, а некоторые даже с 1 января 2025 года. По мнению активисток женских движений, из-за фактически отложенного вступления в силу всех законодательных изменений могут пострадать сотни молодых девушек и женщин. Кроме того, после подробного ознакомления с текстом нового закона, у ряда его сторонников возобладала точка зрения, что о полной защите женщин от побоев и насилия пока речи не идет. К тому же в Казахстане до сих пор распространен институт общественного порицания под названием "уят" (стыд), который категорически не допускает откровений со стороны попавших в беду женщин.
"Понятие "уят" очень распространено особенно в отдаленных районах страны - "у тебя проблемы, потому что ты виновата сама". Поэтому мы, безусловно, приветствуем этот закон. Он вводит хоть какую-то ответственность за домашнее насилие. В основном по отношению к детям. Тогда как решению проблем попавших в беду женщин в нем отведено всего около 30 процентов от всех статей. К примеру, в нем так и не нашлось места для наказания за домогательства. Депутаты не согласились с предложенными разработчиками формулировками, заявив, что наказывать по ним придется даже за комплименты. Нет и ответственности за шейминг", - заметила в беседе с DW правозащитница из отстаивающего права женщин общественного фонда SVET Молдир Жумабаева.
По ее словам, даже отсутствие в обновленном законодательстве четких определений того, какими именно общественными работами будут заниматься наказанные за семейно-бытовое насилие абьюзеры, позволяет говорить, что борьба за права женщин в Казахстане еще далека от завершения. "Все указывает на то, что, например, за побои абьюзеров, вероятнее всего, будут отправлять подметать улицы и дворы. Мне кажется, что эффективнее отправлять их санитарами на работу с тяжелыми больными. Пусть хоть в дни наказания познают, что такое настоящая боль. А есть еще и неучтенное, но достаточно распространенное в стране сексуализированное насилие в семье. То есть, есть несколько пунктов, за внесение которых в законодательство мы будем продолжать бороться", - подчеркнула собеседница DW.
Тихая революция против "уята"
С точки зрения социолога Айман Жусуповой, во многом продолжающиеся и после подписания закона дискуссии в казахстанском обществе объясняются ужасающей ситуацией, связанной с насилием в отношении женщин. По ее информации, например, только в 2021 году в правоохранительные органы, например Шымкента, было подано 14,9 обращений по факту семейно-бытового насилия на каждую тысячу жителей третьего по величине города Казахстана. "Тем не менее на все эти случаи пришлось менее одного факта привлечения к административной ответственности. По данным же опроса Казахстанского института общественного развития, в том же 2021 году каждый четвертый житель Казахстана наблюдал случаи домашнего насилия в знакомых им семьях. А каждый третий указал, что за последние пять лет ситуация с домашним насилием в Казахстане ухудшилась", - поделилась с DW информацией Айман Жусупова, заметив, что в региональном разрезе ситуация в вопросе семейно-бытового насилия сильно разнится.
На это, заметила она, указывали и исследования ПРООН, которые были проведены в 2023 году. "По данным исследования ПРООН, о нарушении своих прав в семейной жизни заявила каждая пятая живущая в Казахстане женщина. А доля респондентов, считающих, что женщина должна отдавать свой заработок мужу или его родителям в Астане составила 2,7 процентов, в Алматы - 5,3 процентов, а в Шымкенте - 19 процентов", - сообщила социолог. Очевидно, по ее мнению, и влияние так называемой культуры "уята". "Если исходить из того, что жертва в деле Бишимбаева не уходила от него в силу опасений шантажа и стыда за определенное видео, то можно представить масштабы влияния данной культуры в современном казахстанском обществе", - заметила в беседе с DW Айман Жусупова.
Между тем побывавшая 22 апреля на заседании суда по делу Бишимбаева российская журналистка Ксения Собчак в своей публикации в Instagram определила наблюдаемую активность выступающих за свои права женщин Казахстана, как "тихую революцию" и победу гражданского общества. "Раньше через "уят" консервативная часть населения буквально диктовала женщинам: не болтай, не выноси сор из избы, молчи, стерпится-слюбится. А теперь девушки не просто объединились в кампанию против домашних тиранов, но и добились принятия специального закона. В общем, очень интересные дела сейчас в Казахстане происходят на фоне дела Салтанат", - поделилась увиденным в Казахстане со своими подписчиками Ксения Собчак.