Вечером 9 апреля появилось сообщение о том, что полиция забрала из подвала многоэтажки на Московском шоссе троих детей в возрасте от 2 до 5 лет. С ними был мужчина, который заботился о них как отец, но документами свое отцовство опеке и полиции подтвердить не смог.
Правоохранителей вызвала соседка — молодая женщина, у которой тоже есть дети. «Фонтанка» поговорила с ней — почему она так поступила и как она по-соседски видела эту семью.
Наталья Вязовкина / «Фонтанка.ру»
— Почему вы решили, что что-то неладно и требуется вмешательство властей?
— Ну, ребенок просто голый вышел. Он просто голый, абсолютно. Без белья даже. Может быть, у них просто со стиркой проблемы были. Это в понедельник было. Мы в машину спустились с детьми. Я и увидела ребенка. Я испугалась туда спускаться, позвала к себе. Потому что я подумала, что разные ситуации могут быть, может быть, там кто-то умер.
Он сказал, у них очень жарко, и действительно, я когда зашла, там много труб с горячей водой, еще, естественно, ничего не перекрыто. Поэтому они и были раздеты. А так дети нормальные.
Я где-то прочитала, что они в ссадинах и ушибах. Я видела только маленького, я его на руки взяла. А старшие внутри были. Он абсолютно здоровый, мы удивились, насколько у него белоснежные зубы, подстриженные волосы, так, чтобы в лицо не лезли. Да, у него была действительно на плече маленькая царапулечка, вот такая малюсенькая, но это ребенок же.
И действительно, в краске ребенок был. Какой дети рисуют. Он рисовал, ему как бы свободу действий, видимо, давали, творчества.
— Он вас не испугался и пошел?
— Нет, ну, сначала обратно зашел, потом опять вышел. Я говорю, солнышко, у меня тоже детки есть, давайте я вас познакомлю. Говорю, давай я хоть укрою тебя. Пледик достала, укрыла. Очень красивый, такой хороший мальчишка. Очень красивый мальчишка. Их отец потом вышел, ласково к нему обратился. Мол, ну куда же ты вышел. Ребенок его совершенно точно не боялся.
Сейчас дети вроде в больнице. Может быть, их специально так поместили в больницу, чтобы в детский дом, например, не ехать. Хотя, наверное, теперь папе их трудно будет забрать, раз он в свидетельства не вписан. Может, придется делать тест на отцовство.
— А вы раньше замечали эти детишек?
— Детей в том-то и дело, что нет. А оказалось, что они тут уже четыре месяца. Сам-то он тут уже полтора года живет. Это у него как мастерская. Он мне объяснил, что он покупает запчасти, делает из них компьютеры и продаёт.
— То есть это его работа. Поэтому у него столько мониторов?
— Да, да, поэтому… Но не сказать, что у него часто тут какие-то клиенты приезжали, потому что я всё время часто гуляю… Он так сказал в полиции, что дети с ним четыре месяца. Хотя мама рассказывала, что на месяц всего их отдала ему. Почему не забрала тогда — вопрос.
— А вы у него не спрашивали, почему они в таких условиях тут обитают?
— Я спросила. Он сказал, ну я как бы стараюсь, говорит, работаю, но вот не успеваю. Мне и за детьми надо смотреть, и работать. И вот я еле-еле справляюсь, мне кормить надо их и за жилье платить. Он мне сказал, что платит 15 тысяч в месяц. И то ему хотят повысить с этого месяца, сказали, 25 будет.
— Плату за подвал?
— Да, я ему говорю, почему же не снимать эту квартиру? Я говорю, конечно, у вас не получится все это совмещать, если вы не справляетесь, вы должны были обратиться за помощью. А он объяснил, что не записан в их свидетельства о рождении, хотя это его дети.
— А он не объяснял, почему не записан?
— Как я поняла, их мать хотела что-то в плане жилья получить. Видимо, как мать-одиночка. Но, видите, она уехала. Как она говорит журналистам, только на месяц. Но он рассказал, что она оставила их, позвонила ему с вокзала, сказала, забирай детей, я уезжаю.
И он приехал, взял папку с документами, детей и приехал к себе. Вот и всё. Видно, что он за детьми ухаживал и заботился, и врач осмотрела всех и сказала, они не больны.
Ну, конечно, то, как они жили, — это не условия для детей. Поэтому я и вызвала полицию. Там, в любом случае, может трубы прорвать или что угодно.
Я не понимаю его как человека, почему он не обезопасил детей. Можно же сейчас на пособие подать. В конце концов, в садик отдать.
Я его спросила: почему же вы не отдали в садик? Их взяли бы, даже двухлетнего ребенка, это вообще не проблема. Но он сказал, мол, не хотел бы, чтобы они ходили в сад, они там нахватаются всего плохого. Говорит, у него за 6 лет ни разу дети не болели, а сейчас вот пойдут в садик и будут болеть — там все болеют. Все же ему тоже приходилось выбирать, видимо, некогда возиться с больными детьми, поскольку он один вот это все тащит на себе. И надо признать, да, сейчас они и правда абсолютно здоровы.
Наталья Вязовкина, «Фонтанка.ру»