Ждать ли «майдана длинных ковшей»?
Массовый снос торговых павильонов в столице, который и вполне лояльная мэрии газета «Вечерняя Москва» назвала «ночью длинных ковшей», вызвал у многих вопрос — во что это выльется? Недовольные имеются, а в столицах события традиционно приобретают куда больший резонанс, чем в отдаленных регионах. Особенно эмоциональные наблюдатели ждут в Москве едва ли не «ковш-майдана». Так оправданы ли такие прогнозы или главная проблема для мэрии заключается в чем-то другом?
Конфликты вокруг сноса торговых точек, конечно, не чисто московская традиция. Так, большой резонанс имели аналогичные события 2015 года в Киеве. Причем там снесенные торговые точки также находились около станций метро и их ликвидацию власти тоже связывали с потенциальными угрозами для пассажиров. В политическом смысле киевская история оказалась зеркальным отражением московской. В обоих случаях местные оппозиционеры не без злорадства указывали предпринимателям, что любимые теми политики «презлым заплатили за предобрейшее». Только московским бизнесменам припоминают лояльность действующим властям и георгиевские ленточки. А их киевским коллегам — симпатии к «Евромайдану», один из лидеров которого, Виталий Кличко, возглавив город, в итоге и начал ликвидацию «малых архитектурных форм» в торговой сфере. Киевские акции протеста растянулись на много месяцев и даже заканчивались перекрытием улиц. Впрочем, по независимым оценкам, эти акции были не особенно массовыми. Самые заметные из них, как правило, собирали несколько сотен человек. И надо помнить, что киевляне еще действуют под впечатлением «Евромайдана», когда акции протеста привели не просто к уступкам, а к бегству представителей предыдущей власти.
В Москве на самом деле тоже проходили акции протеста против ликвидации торговых точек. Одна из них, причем не менее многочисленная, чем у киевских коллег, состоялась менее года назад. 7 апреля 2015 года на Суворовской площади столицы прошел митинг против ликвидации киосков в переходах метро. По словам организаторов, в результате такой политики властей планировалось закрыть более 3000 торговых точек, в результате чего более 14 000 человек могли потерять работу. В итоге же на акцию, по оценкам ряда СМИ, вышло несколько сотен человек. Как видим, заметно меньше количества потенциальных пострадавших. Новости в прессе на эту тему прошли лишь в фоновом режиме.
Как показывает опыт других регионов, на массовые и даже сравнительно жесткие акции протеста могут решится люди, занимающиеся бизнесом в сферах, слабо контролируемых государством. Сфера торговли к таковым явно не относится. Поэтому прогнозы, что история с «ночью длинных ковшей» приведет к массовым акциям протеста или тем более «майдану», вряд ли оправдаются.
И, тем не менее, у политики столичных властей есть другое слабое место, о котором стоило бы задуматься. Долгое время особенностью Москвы являлся локальный характер действовавших здесь протестных групп, объединенных вокруг не общерегиональных, а местных проблем. Это крайне затрудняло проведение в столице митингов на социальные темы, сопоставимых по массовости, например, с акциями протеста против повышения пошлин на ввоз иномарок во Владивостоке в 2008 году или строительства «Охта-центра» в Санкт-Петербурге, проходивших до марта 2011 года.
Однако в последние пару лет появлялись темы для протестов, явно перерастающие локальный уровень. К ним относится то же расширение зоны платной парковки. Гипотетически, на общегородской уровень может выйти и проблема сноса построек гаражно-строительных кооперативов. Снос каждого подобного объекта в отдельности — просто местная проблема. Как чисто локальным событием оказалась бы и ликвидация любого отдельного торгового павильона. Но мэрия все чаще действует масштабно, проводя намеченные мероприятия сразу в нескольких частях города одновременно.
Мнения москвичей о «войне павильонам» разделились. Даже среди сторонников оппозиции далеко не все готовы критиковать команду Собянина за недавние события. Но ведь мэрия может перейти и к куда более рискованным мероприятиям. Как раз эта готовность к масштабным и рискованным одновременным шагам и может порождать поводы уже для общегородских всплесков социального протеста, потенциально смыкающегося и с протестом политическим. Как бы ни оценивать февральский «большой снос», осторожность мэрии в любом случае не помешает. Тем более, в условиях кризиса.