Нагорный Карабах: у кого в шкафах больше своих скелетов?
Бывший сопредседатель Минской группы ОБСЕ Джеймс Уорлик во время дискуссии «Замороженные конфликты и повестка дня Кремля», организованной американским аналитическим центром Atlantic Council, заявил, что существует некое джентльменское соглашение, которое, правда, по его мнению, никогда не было зафиксировано ни в одном документе.
Он пояснил, что «Минская группа согласилась с тем, что ни одна из трех стран-сопредседателей или соседних стран не будет частью миротворческой миссии». И сразу возникает вопрос: почему Уорлик вдруг заговорил о миротворческой миссии в зоне нагорно-карабахского конфликта? Еще в феврале 2015 года он стал вводить важную корреляцию в процесс урегулирования нагорно-карабахского конфликта, заявляя, что «размещение международных миротворческих сил с целью обеспечения безопасности в Нагорном Карабахе всегда рассматривалось как часть решения конфликта». Уорлик тогда уточнял: «Если или когда территории будут возвращены, необходимо будет ввести международные миротворческие силы, чтобы обеспечить безопасность Нагорного Карабаха, а какие именно миротворцы должны быть — ОБСЕ или ООН — это станет предметом обсуждения».
Напомним, что деятельность в МГ ОБСЕ для Уорлика завершилась 31 декабря 2016 года. Его на этом посту сменил Ричард Хогланд, имевший 30-летний опыт дипломатической работы. В 2003—2006 годах он был послом США в Таджикистане, в 2008—2011 годах — послом в Казахстане, в 2011—2013 годах — вице-послом в Пакистане. Хогланд руководил работами по военной координации в рамках российско-американского соглашения о прекращении насилия в Сирии и занимал должность первого заместителя вице-госсекретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии. До этого он был пресс-секретарем посольства США в России. С 28 августа 2017 года обязанности сопредседателя Минской группы стал исполнять Эндрю Шефер, который до того занимал должность временного поверенного в делах миссии США в международных организациях. У Шефера 25-летний опыт дипломатической работы.
В 1985 году окончив престижный Йельский университет, Шефер получил степень магистра международных отношений в Колумбийском университете международных отношений. С 1991 года уже в качестве дипломата он работает в посольствах США в Кувейте, Бахрейне, а в 2000-е годы — в посольствах Соединенных Штатов в России, Гааге, Кабуле, сконцентрировавшись на политических отношениях. Заявив о новом сопредседателе Минской группы, уже бывший американский сопредседатель Хогланд подчеркнул, что в дополнение к тому, что Шефер блестящий и опытный дипломат, он также имеет практический опыт в разрешении конфликтов: с 2011 по 2014 годы работал на Кипре, в Никосии, был вице-послом США, а с 2015 года — временным поверенным в делах миссии Соединенных Штатов в международных организациях в Вене. Но, как говорит Уорлик, в МГ ОБСЕ Шефер, оказывается, не имеет статус посла, что означает понижение уровня представительства США в этой структуре.
В такой ситуации настоящие переговоры и ряд дипломатических процедур невозможны или сильно ограничены — подобный сотрудник не обладает достаточными полномочиями, чтобы выполнять функции представителя своего государства. Что бы всё это значило? Это первая загадка. Вторая связана с секретностью переговорного процесса по урегулированию нагорно-карабахского конфликта, которая, похоже, тоже осуществляется только на основе джентльменского соглашения. На сей счет мы не располагаем ни одним документом. Наконец, третье. Саммит СНГ в Душанбе. Пока Минская группа и ее сопредседатели договаривались, кто же возьмет на себя инициативу встречи армянского премьера Никола Пашиняна и азербайджанского президента Ильхама Алиева, стороны при посредничестве президента России Владимира Путина встретились на саммите. Пусть и коротко, но успели обсудить карабахский конфликт и договориться по трем пунктам. И снова на основе джентльменского соглашения.
К слову, практически все бывшие американские сопредседатели Минской группы после ухода в отставку становятся достаточно откровенными. Так, Мэтью Брайза, ставший потом послом США в Азербайджане, заявлял, что президенту США Дональду Трампу «Южный Кавказ и, в частности, карабахский вопрос неинтересны, и он не собирается уделять этой проблеме какое-либо внимание». Но при этом Брайза уверен, что без вовлеченности американского лидера решить карабахский конфликт невозможно. По его же словам, «единственный путь урегулирования карабахского конфликта проходит через посредничество и лидерство, и эту функцию могут взять на себя либо Россия, либо США». В частности, путем Мадридских принципов. Хотя без личного вклада президентов США и России реализация этих принципов, отмечает Брайза, невозможна.
Путин в Душанбе сделал свой ход, выводя Алиева и Пашиняна на путь поиска компромиссов. Уорлик уточняет: «Урегулирование, предложенное министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, не настолько отличается от урегулирования, которое предложили бы мы». Но дело в том, что вечные слухи о «плане Лаврова» всегда опровергались в Москве на официальном уровне. А приписывалось им, возможно, на основе тех же джентльменских соглашений некое возвращение Азербайджану части районов, которые «в плане безопасности не будут угрожать Карабаху». Сейчас Пашинян, который действует классически, разоблачая «заговоры», но не снимая секретности с переговорного процесса по урегулированию конфликта, говорит, что «по карабахскому вопросу не будет никакого тайного решения». Будет, и оно готовится. При этом в США, видимо, обеспокоены тем, что российские инициативы начинают связывать интересы Азербайджана и Армении.
Не исключен и вариант модернизации Мадридских принципов. Это обстоятельство, с одной стороны, позволяет Баку проявлять гибкость на переговорах по карабахскому урегулированию, исключить риск возобновления войны, с другой, подталкивает Ереван к поиску реальных развязок конфликта. Это тот самый случай, когда при посредничестве Москвы азербайджанская и армянская стороны могут начать динамичный и предметный переговорный процесс без участия США. Отсюда такое политическое беспокойство со стороны отставных сотрудников госдепа.