Еще один удар по суверенитету государств ЕС: единое министерство финансов
Призыв двух главных банкиров стран Евросоюза — Йенса Вайдмана (Германия) и Вилеруа де Галау (Франция) создать министерство финансов ЕС как-то прошел бочком по СМИ. Что российским, что зарубежным. В суматохе экстренной подготовки к новому витку кризиса, двадцать раз на дню обещаемому евроСМИ гражданам своих стран и всему остальному миру, аналитикам как-то не до экспертизы, а экспертам — не до анализа. Ну, призвали и призвали. И чем-то красивым обосновали. Кажется, стабильностью, взаимной интеграцией, высокой сопротивляемостью внешнему воздействию… Терминов прозвучало несколько — и все такие, рождающие уверенность в завтрашнем дне.
Сдается, что продвижение идеи тихой сапой и без лишней помпы — это как раз то, что и было задачей Вайдмана и де Галау. Цель, которую преследуют лица, управляющие названными двумя фигурами, — не в достижении стабильности и устойчивости. Эти характеристики — только промежуточная ступенька на пути к давно запланированной и пошагово исполняемой программы десуверенизации европейских государств. Но кричать об этом на каждом углу и бомбить разгромными аналитическими статьями в планы разработчиков этой программы не входит: решение задачи требует тишины и скрытности, только тогда инициативу ждет успех.
В том, что идея исходит от Германии и Франции, удивительного ничего нет. Два государства — лидера ЕС, два инициатора создания Содружества вообще — кто ж как не они должен продвигать меры во спасение и улучшение?
«Требуется восстановить утраченный контроль и ответственность в ЕС. Для этого нам просто необходимо создать Министерство финансов Европейского Сообщества. Естественно, на демократической легитимной основе, — цитирует германское издание Süddeutsche Zeitung двух глав Центробанков. — Европа находится на перепутье, но выбор здесь очевиден: нужно восстановить доверие к евро и среди государств еврозоны. Долговой кризис, не снижающаяся безработица, мощный приток беженцев и волна терроризма — все эти проблемы не решить порознь. Нужны совместные усилия и, конечно же, общие деньги. Кое-где уже обозначились неонационалистические тенденции. Но будущее Европы — не в ренационализации, а в укреплении общих основ. Европу способны объединить общие ценности, социальная модель и сильная валюта. Это наши козыри, с которыми мы должны не только играть, но и выигрывать».
В потоке терминов не каждое ухо уловит ведущийся разговор об отказе от национальной идеи в странах Сообщества ради «настоящего укрепления стабильности, социальной безопасности и улучшения рынка труда с помощью амбициозного совместного инвестирования, финансирования и разработки улучшенной экономической политики в еврозоне».
Устоявшейся точкой зрения у политологов, политтехнологов и прочих специалистов, чье название места, занимаемого ими под солнцем, происходит от слова «политика», является убеждение: ЕС создавался французами и немцами как Соединенные Штаты Европы, в противовес Соединенным Штатам Америки. Мало кто догадывается, что на самом деле не в противовес, а по образу и подобию. И идея создания союза была если не американскими Штатами подсказанная, то, во всяком случае, ими одобренная.
Если хочешь развалить противника, но не можешь этого сделать в непосредственной конфронтации, то возглавь его. Прием почти такой же древний, как сама история человечества. Возглавить, чтобы впоследствии подчинить. Идея, вписывающаяся в план «сотворения мира», в котором будет господствовать даже не одно государство-лидер, а совершенно конкретные персоны, кланы, осуществляющие руководство через транснациональные компании.
Итак, сначала строим блок на основе совместных экономических интересов, двигаем друг другу товар беспошлинно. Это первый шаг долгого процесса. Глобальные проекты и реализуются на протяжении глобального периода времени. В несколько десятилетий как минимум. Тут стратегия пошагового уничтожения суверенитета государств, она резких слов и движений не предполагает и не допускает, иначе все рухнет.
После примитивного товарного обмена без пошлин вводим единую валюту. Соответственно, создавая Центробанк для эмиссии денежной массы, ее контроля, выдачи кредитов. То есть постепенного финансового зажима стран — членов Сообщества на наднациональном уровне. Бюджеты государств, входящих в союз, теперь уже не просто принимаются их правительствами, а утверждаются в более высоких, европравительственных кабинетах. Где ничего не происходит в автоматическом режиме, где все разбирается по деталям и заворачивается на доработку, если что не так. Мнение отдельного государства — ничто, решение всего европейского сообщества — всё.
Переход от мягких рекомендаций Европейской комиссии, как строить политику и экономику каждому из государств, к прямому диктату — тоже процесс не короткий. Для умеющих терпеть и выжидать. Игра вдолгую, как любят выражаться отдельные аналитики. Создание реально командующих министерств ЕС — следующий, и надо понимать, уже начавшийся этап.
Заявление двух глав ЦБ о необходимости формирования общего министерства финансов (разумеется, со всем пакетом полномочий, обеспечивающих полный контроль над финансами государств, а значит, и в целом над государствами) — шажок в направлении зажима суверенитета входящих в ЕС стран. Идея Германии (ну, а кого же еще?) «поручить контроль внешних границ Евросоюза войскам Североатлантического блока (НАТО) — из той же обоймы.
Кто играет первую скрипку в НАТО, все помнят. Что такое контроль границы соперничающего (пока еще) объединения, объяснять вряд ли требуется. Кое-кому в ЕС, правда, эта идея не пришлась по нраву (глава испанского МО Педро Моренес уже выразил сомнение в перспективности германского предложения), но преодоление инакомыслия в ЕС с помощью внешних, коренящихся за океаном сил — процесс не просто отработанный, но отлаженный и отшлифованный.
Процессы, уже начатые в ЕС двумя выше указанными заявлениями, приведут ровно к тому же, к чему и создаваемые по инициативе США Транстихоокеанское торговое партнерство и Трансатлантическое торговое партнерство. А именно — к отказу входящих в них государств от собственных политики, экономики и национального самосознания в угоду идее безусловного подчинения лидеру. В качестве которого будут выступать даже не США, уже превратившиеся из государства в некую административно-территориальную структуру, управляемую фактически не правительством и президентом, а группой (пусть официально-документально и не оформленной) транснациональных компаний, в перспективе рассчитывающих поставить под свой контроль весь мир.