Шоколад на вес золота. Ценой золота с миру по нитке – голому рубашка
Ведущие производители в Кот-д'Ивуаре и Гане сталкиваются с катастрофическими урожаями, что приводит к рекордно высоким мировым ценам на какао-бобы.
Уже к концу нынешнего года привычный нам качественный шоколадный батончик может стать предметом роскоши. А хороший шоколадный набор – статусной вещью. Именно это прогнозируют специалисты по сырьевым рынкам и бизнесмены, работающие в самом «сладком» бизнесе, – тем, что связан с шоколадом.
А проблема в том, что ведущие мировые производители, Гана и ее западноафриканский сосед Кот-д'Ивуар, на долю которых приходится более 60 процентов мировых поставок какао-бобов, столкнулись с катастрофическими неурожаями в нынешнем сезоне. И в предстоящем будет только хуже.
Ожидания нехватки какао-бобов – сырья для шоколада – привели к тому, что фьючерсы на какао на Нью-Йоркской и Лондонской биржах только в этом году выросли более чем в два раза. А цена на них достигла 46-летнего максимума. И никаких признаков возможного снижения они вот уже несколько месяцев не показывают. Поскольку проблемы в снижении производства главного сырья для шоколада носят системный характер.
Быстро распространяющееся заболевание какао-деревьев, так называемый «вирус набухшего побега», отчасти возникающий из-за бесхозяйственности, незаконной добычи золота и изменения климата, – вот истинные причины того «шоколадного кризиса», в который вступает мировой рынок. И платить за это будут потребители.
«Но незаконная добыча золота-то тут при чем?» - спросят меня. При чем, да еще как при чем, можете не сомневаться. Внезапно выяснилось, что под тысячами гектаров какао-плантаций находятся месторождения золота. И не сказать, чтобы крупные, промышленного уровня, но для мелких золотодобытчиков, которых в Гане называют галамси, вполне подходящие.
Добыча ведется самыми хищническими способами. Бульдозерами вырываются какао-деревья, в ход идут химикаты, и через шесть, максимум восемь месяцев золото выбрано, земли вокруг месторождения отравлены, а плодородные слои почвы уничтожены.
А тут еще и «вирус набухшего побега», поражающий деревья с бешеной скоростью. Это заболевание поначалу ведет к снижению урожайности, а затем через три-четыре года и вовсе убивает дерево.
Бороться с ним вполне можно. После заражения деревья удаляются, и после соответствующей обработки почвы на нее можно высаживать какао-деревья вновь. Проблема только в том, что после реабилитации почвы требуется от двух до четырех лет, чтобы созреть и начать плодоносить, то есть давать какао-бобы, пригодные к переработке.
Опять же, время, которое оборачивается в деньги. К тому же не у всех африканских фермеров есть средства для рекультивации и лечения зараженных почв. На пике «борьбы за освобождение от колониального наследства» крупные плантации раздробили на мелкие фермы, и теперь в период кризиса это, как выясняется, играет крайне негативную роль.
Фермеры поодиночке с кризисом не справляются, а в бюджете государства средства на помощь им не заложены, опять нужно искать источники внешних заимствований, выдавать фермерам кредиты, которые неизвестно, когда вернутся, да и вернутся ли в полной мере вообще…
Поскольку производители шоколада, как правило, хеджируют закупки какао на месяцы вперед, экономические аналитики заявили, что катастрофические урожаи в Западной Африке действительно ударят по потребителям только в конце этого года. Тот самый шоколадный батончик, о котором говорилось в начале статьи, купить-то будет можно по цене, примерно вдвое превышающую нынешнюю.
Этот кризис с какао-бобами мировые рынки, конечно, переживут. Хотя бы потому, что есть производители в Латинской Америке, которых ожидает в ближайшее время бурный рост. Но какао-бобы из Африки – похоже, пока все. И рынкам придется переживать в ближайшие годы этот болезненный перелом и переориентацию, а рядовым потребителям – платить за это.