Почему Ватикан беспокоит Астанинский процесс?
Государственный секретарь Святого престола кардинал Пьетро Паролин в интервью итальянскому порталу Vatican insider сделал примечательное заявление по Сирии. Оценивая ситуацию в этой стране, монсеньор назвал ее «трагической» и «запутанной». По его словам, она развивается на трех уровнях. На местном наблюдаются противоречия между сирийским президентом Башаром Асадом и оппозицией. Есть региональное столкновение между шиитами и суннитами. И конфликт великих держав, которые, первоначально объединившись против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), после так называемого поражения джихадистов раскололись и «начали воевать друг с другом».
Как отметил кардинал, Ватикан всегда говорил, что военного решения конфликта нет. Европейцы недавно встречались в Брюсселе по сирийскому вопросу, представитель ЕС Федерика Могерини передала послание. Однако Дамаск «убежден, что может победить военным путем, особенно после вмешательства русских, которые помогли Асаду вернуть себе многие части территории страны, что ослабило» процесс в Женеве. А еще «переговоры проходят за разными столами: Женева — главная, но потом были и другие инициативы, в Астане, в Сочи…». Паролин подчеркнул, что не знает, «способствуют ли эти инициативы продвижению дипломатического и мирного решения или они рискуют отодвинуть его перспективу всё дальше и дальше».
В словах государственного секретаря при желании можно усмотреть легкую критику Астанинского процесса в связи с тем, что он неоднозначно отражается на «главном» Женевском процессе. Но так ли это? Напомним, что по инициативе России, Турции и Ирана 23−24 января 2017 года в Астане прошли мирные переговоры, в которых приняли участие также делегации США, ООН, официального сирийского правительства и вооруженных оппозиции. Это был первый случай в истории гражданской войны в Сирии, когда в ходе мирного урегулирования за столом переговоров оказались как Дамаск, так и его оппоненты. Спустя год, в марте 2018 года хозяин переговорной площадки, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев на встрече с министрами иностранных дел стран-гарантов перемирия — России, Турции и Ирана — выразил мнение, что Астанинский процесс по Сирии вселил надежду на скорейшее прекращение войны. Он также отметил, что эти переговоры активизировали Женевский процесс.
«Астана дала старт процессу, который признан всеми, — констатировал глава российского МИД Сергей Лавров. — Главное то, что астанинская площадка стимулировала усилия в рамках сирийского урегулирования по всем направлениям. Это и борьба с террористами, и создание зон деэскалации, где режим прекращения боевых действий позволил существенно снизить уровень насилия. Кроме того, это и более эффективное решение гуманитарных вопросов». В свою очередь глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу считает, что встреча экспертов по Сирии, которая прошла накануне в казахстанской столице, дала импульс для продвижения переговоров и отметил эффективность формата. Иранский министр Мохаммад Джавад Зариф со своей стороны добавил, что в целом удалось понизить уровень вражды и насилия в Сирии. При этом ранее Лавров отметил, что Астанинский процесс мешает США разделить Сирию, поэтому его пытаются очернить.
Святой престол неизменно заявлял о своей приверженности мирному урегулирования в Сирии. И в этом контексте он внимательно следит за Женевским процессом. Во второй половине апреля Ватикан посетила группа сирийской оппозиции под председательством Насера Харири, избранного Высшим комитетом по переговорам сирийской оппозиции главой делегации в Женеве. Их приняли в государственном секретариате Святого престола. Как заявил Харири, «среди нас есть сунниты, друзы, алавиты, христиане и другие, поэтому мы можем говорить от имени Сирии и сирийцев». Учитывая, что ватиканская дипломатия не желает зла этой многострадальной стране, можно сказать, что Святой престол руководствуется благими намерениями, работая в том числе по своей программе. Но почему же тогда это не могут делать и другие? Или проблемы в том, что Святой престол в формате Астаны не представлен?
Безусловно, есть повод подумать над тем, как мог бы Ватикан в той или иной форме оказаться и здесь. Другое дело, что Россия, Турция и Иран всё же физически находятся в Сирии, включая военную силу, чего не может позволить себе Святой престол. В свою очередь Дамаск постепенно восстанавливает свой контроль над территорией суверенного государства. Делается это для того, чтобы наладить спокойную жизнь, чтобы в первую очередь перестали рваться гранаты и снаряды, чтобы простых людей не терроризировали как пришлые, так и местные боевики. То самое гуманитарное измерение, которому Святой престол уделяет первоочередное внимание. Что касается политического урегулирования, то оно является предметом более отдаленного будущего. И все стороны понимают, что без инклюзивного вовлечения той же сирийской оппозиции, всех религиозных и этнических общин обойтись будет невозможно. Другой вопрос, что Саудовская Аравия, настроенная против усиления Ирана в Сирии, видит в укреплении правительства Асада угрозу своим интересам.
Наличие различных площадок не обязательно должно мешать в этой связи процессу мирного урегулирования. Рано или поздно, но они встретятся в одном месте, как ручейки вольются в море и выработают совместное решение. Да и Ватикан сам создает собственные форматы. Как уже сообщалось, 7 июля в итальянском городе Бари по инициативе папы Римского Франциска пройдет совещание с участием глав Восточных церквей, посвященное драматической судьбе христиан на Ближнем Востоке. Кстати, по словам архиепископа Бари-Битонто Франческо Какуччи, выбор в качестве места проведения конференции его города оправдан тем, что здесь покоятся мощи святителя Николая Чудотворца, «покровителя экуменизма», который является самым почитаемым святым в Восточном и Западном мире и общей точкой отсчета для Католической и Православных церквей. А решение понтифика подчеркивает связь с событиями предыдущих лет: визитами констатинопольского патриарха Варфоломея, российского митрополита Илариона (Алфеева), вывозом мощей святителя в Москву и Санкт-Петербург.
Собирается ли Святой престол пригласить на конференцию в Бари делегацию Русской православной церкви и в каком статусе? Решение за Ватиканом.