С оленеводом Олегом Кытчиевым мы познакомились на станции Огоньер амуро-якутской железнодорожной магистрали. Он сидел на раскладном стуле, который всегда возит с собой. Рядом стояла пластмассовая клетка, а внутри сидел двухмесячный щенок Гриша. Олег вез хаски к тете в Томмот. Завязялось общение, которое мы потом продолжили в переписке. С разрешения Олега, публикую некоторые свои записи из наших с ним бесед.
«Я поздно понял, что нельзя ненавидеть. Никого и никогда. Банально, да? Но я долго так жил – ругал всех, все, вещи, соседей, животных. Выходил из дома, спотыкался о порог – ругал его. Однажды возвращался домой зимой с охоты — упал, поломал ногу, лежал полдня и матерился, пока меня чудом не нашли. Сколько я слов матных тогда сказал, птицы с небес, наверное, попадали. Тогда я вполне мог и помереть, места там безлюдные. Но после того случая я почувствовал сколько я трачу энергии на ненависть, сколько своего времени, которое уходит и которое не вернуть. Да черт с ним с порогом, с соседом, порог я починю. Ну, это звучит банально, а ты полежи на снегу пару часов — другая степень понимания ненависти появится».
Рубрику ведёт
Антон Зоркин
zorkinadventures в Яндекс.ДзенГлавный редактор Russian Traveler. Готовя репортажи, трудился змееловом, дальнобойщиком и матросом. Спал в пещерах, ходил к вершинам гор и нырял с белухами. В этом блоге – заметки из путешествий, разговоры с самыми интересными людьми со всех концов света, интервью с экспертами по приключениям и тесты вещей, без которых не обойтись в поездках.
Читайте также
Оленевод Кытчиев — о ненависти
«Женщина должна всем управлять»: мнение дальнобойщика о семейном быте
«Для меня это, конечно, был шок». Как сидят россияне в тюрьме в Таиланде
Как Сергей пытается знакомиться с девушками в «Тиндере» Сенегала. Что из этого выходит
Блогеры совсем сошли с ума: к чему приводит тяга к лайкам