Польша выбивает помощь из НАТО под предлогом «русской угрозы»
Польша активно готовится к саммиту НАТО, который в июле этого года пройдет в Варшаве. Заметно это в том числе по активизации отработки в проправительственных изданиях тезисов о «русской угрозе». Приведем пару таких публикаций.
Директор по вопросам стратегии исследовательского центра Warsaw Enterprise Institute и лоббист американского военно-промышленного комплекса Анджей Талага для Fronda. pl: «Москва готовит свои силы к настоящей войне, а не к борьбе с терроризмом или каким-то не вполне конкретным ситуациям: это подготовка к реальным военным действиям, которые могут быть направлены, например, против нас… Западный военный округ для России самый важный, поскольку он находится вблизи НАТО, а оно, как известно, главный противник россиян. Они сами этого не скрывают, так что тут не приходится ничего додумывать. Западный военный округ лучше всего вооружен. Новая или модернизированная техника в Российской армии в первую очередь попадает туда. Там находятся, в частности, ракеты «Искандер», современные штурмовики и танки. Учения проводятся особенно интенсивно, потому что эти силы должны находиться в самой лучшей готовности к тому, чтобы в любой момент начать боевые действия. Но я бы не верил заверениям министра Шойгу о том, что россияне, например, отрабатывают методы борьбы с терроризмом. Они готовятся к гипотетической, но все-таки войне… Одновременно следует обратить внимание, что силы альянса не менее интенсивно отрабатывают действия на случай войны с Россией. Это происходит в том числе на польской территории: в одном только прошлом году в Польше было 5000 немцев».
Портал wPolityce: «Советник польского президента и известный эксперт по вопросам безопасности профессор Анджей Жибертович обращает внимание на проблему, которая должна оказаться в центре польской общественной дискуссии. Вместо того чтобы так увлеченно следить за борьбой европейских кругов с польским правительством, прессе нужно заняться вопросами национальной безопасности. Особенно на том фоне, что Россия приступила к действиям, которые могут оказаться попыткой перечеркнуть геополитические перемены, произошедшие в 1990-е годы. Польша уже стала объектом недружественных шагов Москвы… Она не первый год развивает наступательные силы в Калининградской области и наращивает потенциал своих вооруженных сил, а это несет угрозу Польше и странам Балтии… Сейчас руководство нашего государства, пожалуй, верно оценивает уровень угроз. Президент, глава министерства внутренних дел и оборонного ведомства, приступив к своим обязанностям, занялись укреплением гарантий безопасности в нашем регионе. Они ставят вопрос прямо: Польша борется за постоянные базы НАТО в Центральной Европе… На повестке дня должны быть действия России и ее политика в нашем регионе. Поляки должны понимать, с насколько серьезной геополитической и стратегической игрой мы имеем дело».
Однако если смотреть на эту ситуацию даже не из России, а из самого альянса и западными глазами, то она начинает выглядеть иначе. На состоявшейся на днях встрече министров обороны стран — членов НАТО генеральный секретарь Альянса Йенс Столтенберг заявил, что было принято решение увеличить военное присутствие в странах Восточной Европы. Но есть нюанс. Генсек отметил, что усиленный контингент будет находиться на ротационной основе. А далее пошли филологическо-политические тонкости: что бы это значило? Как указывает польский портал Defence24. pl, дипломаты из штаб-квартиры НАТО, когда они говорят о присутствии альянса в Восточной Европе, избегают слова permanent, но используют persistent. Первое имеет четкую коннотацию «непрерывный», второе можно перевести как «устойчивый». Когда министру обороны Польши Антонию Мачеревичу указали на эту особенность, он сослался на то, что «английский язык не менее богат на синонимы, чем польский язык». Иначе говоря, польская безопасность теперь в руках польских филологов, которым предстоит убедить Брюссель, что их понимание английских терминов является самым верным.
Другим толкователям предстоит и еще более сложная задача. Требуя увеличения военного присутствия в Польше и Прибалтике, Варшава вступает на тропу фактической денонсации Основополагающего акта Россия — НАТО о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности, который был подписан в 1997 году. Между тем, замечает бывший польский дипломат Гжегож Костшева-Зорбас, одной из основ Акта было положение из договора об объединении Германии, которое гласит, что «иностранные войска и ядерное оружие или его носители не будут размещаться и развертываться» на территории бывшей Германской Демократической Республики и Берлина», и оно распространялось «в смягченной форме» на восточные государства НАТО, в том числе Польшу. Его аннулирование или нарушение вернет ситуацию разделения и ограниченного суверенитета Германии. Это первое.
Второе. Как передает Зарубежная служба Польского радио, по итогам министерской встречи Мачеревич заявил, что Польша примет участие в борьбе в составе коалиции по борьбе с ДАИШ (ИГИЛ — структура, запрещенная в России). Коалиция, надо полагать, американская. Министр объяснил, что речь, прежде всего, идет о разведывательной деятельности и проведении учений для отрядов, которые борются с исламистами. «Еще не все до конца доработано. Предварительно мы говорили о разведывательных действиях, проведении учений», — сказал Мачеревич. Детали участия в борьбе с кризисом на Ближнем Востоке будут доработаны в ближайшие недели, однако глава министерства обороны обошел молчанием вопрос, будет ли Польша участвовать непосредственно в военных операциях. Со своей стороны заметим, что с учетом опыта Ирака и Афганистана вряд ли полякам удастся избежать командировок в регион. А это неизбежные жертвы. Кроме того, Польша в этой ситуации становится тыловой страной коалиции против ДАИШ. Усиление восточного фланга обернется размещением инфраструктуры НАТО (или одних лишь американцев), нацеленной на операции на Ближнем Востоке. Это ставит Польшу под потенциальный удар джихадистов. Соответственно, главной задачей для нее будет не военное противодействие России, а создание комплекса мер антитеррористического и контртеррористического характера.
Варшава хочет удачно провести саммит НАТО и получить бонусы, которые, по ее мнению, причитаются полякам. Сварить, так сказать, хороший бигос. Однако она, похоже, перебарщивает с использованием такой острой приправы, как «русская угроза», эксплуатируя ее на внутреннем и внешнем направлении — бигос может получиться несъедобным. Если после саммита польское руководство решит вдруг наладить отношения с Москвой, как оно собирается объяснить своим гражданам отсутствие актуальности «русской угрозы»? Как бы Варшава сама себя не перехитрила в итоге.