США: Мировая система вошла в нестабильность
Главной темой прошедшего в Анталии саммита стала потрясшая Францию трагедия, которая, естественно, внесла в его повестку определенные коррективы. «Жизнь действительно идет очень быстро, и преподносит нам уроки. Мне кажется, каждый из нас идет к осознанию того, что эффективную борьбу мы можем вести только вместе», — цитирует Владимира Путина американское издание The Wall Street Journal. «Президент России, успевший пообщаться в кулуарах саммита с президентом Бараком Обамой, отметил, что США, как ему кажется, меняют свою позицию в отношении сотрудничества с Россией в борьбе с «Исламским государством», — пишет издание.
«В конце холодной войны Вашингтон стал «единственной сверхдержавой». США вмешивались в любое время, в любом месте и по любой причине. Вашингтон не отказывался от международной поддержки, будь то ООН или НАТО, но она была абсолютно необязательна. Конечно, США считали, что только они могут действовать подобным образом. Все остальные были обязаны следовать их курсу. Кроме того, Вашингтон объявил, что агрессивные военные действия США против Сербии, например, не следует считать прецедентом. Проблема в том, что «Америка не просто получила право атаковать любую страну по любой причине». А в том, что «только Америка получила такое право», считает автор издания Huffingtonpost.
«Но тот мир отошел в прошлое. Возможно, больше чем другие произошедшие события, именно вторжение России в Сирию официально хоронит миф «как Вашингтон говорит, так и происходит», даже на Ближнем Востоке», — пишет американское издание Huffingtonpost.
«Как заявил российский лидер, теракты в Париже продемонстрировали, что страны должны объединиться в антитеррористическую коалицию против «Исламского государства». «Если сейчас наши партнёры считают, что настало время как-то менять наши отношения, то мы будем это приветствовать, — заявил Владимир Путин. — Мы никогда не отказывались от совместной работы и двери не закрывали», — цитирует слова российского президента The Wall Street Journal.
Даже не отличающийся теплым отношением к России The Economist, признает, что «перед лицом общей угрозы исламистского террора Россия и Запад, похоже, сближаются или даже стоят плечом к плечу».
«Независимо от того, любят ее или ненавидят, Россия сохранит свою важную роль в мировой экономике и дипломатии. «Изолировать» такую большую и сильную страну, как Россия, попросту невозможно. Запад может причинить ущерб российской экономике, ограничить поездки российских олигархов и даже заморозить активы крупнейших российских компаний, но это не «изоляция». Россия никогда не была по-настоящему «изолирована». Россия с экономической и демографической точек зрения охватывает значительную часть земного шара. А также является крупнейшим в мире экспортером энергоресурсов, вторым по величине торговцем оружием. Хорошо это или плохо, Россия имеет значение.
Учитывая слабую основу, на которой в настоящее время строится сближение США и РФ (главный пункт которого констатирует, что «ИГИЛ — это плохо») оно, вероятно, продлится не очень долго. Вполне возможно, что в ходе какой-то совместной кампании Россия и НАТО смогут в течение года или двух добиться результатов, которые позволят полу-правдоподобно говорить о поражении ИГИЛ. После этого в отношениях между Россией и Западом, по всей вероятности, произойдет откат», — пишет издание Forbes.
Некоторые издания пророчат скорое завершение конфликта. Во Франции представители правоцентристов все громче говорят о том, что абсурдно вызывать к себе враждебное отношение России и не признавать поражение в Сирии. Издание National Interest пишет «Франция активизировала свою деятельность после варварского теракта в Париже. Французский авианосец Шарль де Голль прибудет в регион в течение нескольких дней, чтобы начать бомбардировки сил ИГИЛ. По словам Путина, Москва будет «сотрудничать с ними, как с союзниками». На данный момент Париж и Москва не координируют свои действия, но президент Франции Франсуа Олланд уже заявил, что встретится с Путиным 26 ноября».
Министр обороны Франции Жан-Ив Ле Дриан, выступая во вторник вечером, заявил, что 10 истребителей бомбят Ракку, и 36 боевых самолетов присоединятся к ним в ближайшие дни."Я думаю, что эти авиаудары будет очень жесткими для ИГИЛ», — цитирует министра издание Voice of America. Сможет ли эскалация боевых действий предотвратить будущие атаки «Исламского государства»? «Я думаю, что Франция и ряд других стран будут наращивать свои усилия, но нельзя бомбежками решить эту проблему», — говорит Эндрю Таблер из Вашингтонского института ближневосточной политики в интервью Voice of America.
В то же время представители Пентагона подтвердили, что Россия предоставляет предварительное уведомление об операции в Ракке. «Мы понимаем, что в течение последних нескольких часов Россия провела значительное количество ударов в Ракке, некоторые из которых, возможно, включают применение морских крылатых ракет и бомбардировщиков дальнего радиуса действия», — заявил неназванный высокопоставленный чиновник оборонного ведомства США агентству France Presse. «Мы не координируем и не сотрудничаем с Россией в вопросах, касающихся ее деятельности в Сирии, но я могу подтвердить, что русские предоставили нам информацию до проведения этих ударов, через Центр воздушных операций в Катаре, в соответствии с протоколами о безопасности, согласованными в октябре», — пишет National Interest.
Голоса ястребов повсеместно разносят американские издания. Washington Post приводит слова Митта Ромни: «Мы должны вести войну, чтобы победить врага. … [Обама] должен призвать лучших военных из США и НАТО … и построить всеобъемлющую стратегию, которая объединит наши усилия с курдами, турками, Саудовской Аравией, Египтом и Иорданией».
«Кроме курдов, губернатор Ромни фактически проигнорировал все силы, которые на самом деле борются с ИГИЛ: русских, Хезболлу, Иран, Башара Асада и сирийскую армию. На самом деле Ромни призывает к союзу страны, которые почти ничего не сделали, чтобы победить ИГИЛ», — отмечает издание Global Economic Analysis.
«Америка должна повести за собой. Мы должны объявить войну», — такова мантра губернатора-республиканца, одного из главных кандидатов на пост президента США Джеба Буша. Заходит речь и о создании бесполетной зоны в Сирии, нарушение которой силами РФ будет означать прямой конфликт с ВМС США. Но что это за жизненно важные интересы в Сирии, которые могут оправдать такую масштабную войну на Ближнем Востоке и военное столкновения с Россией, державой, ядерный арсенал которой равен нашему собственному? В любой войне, как правило, разумно увеличить список своих союзников и уменьшить список врагов. И если ИГИЛ является непримиримым врагом и должен быть уничтожен, разве не должны мы приветствовать всех желающих?» — пишет издание Global Economic Analysis.
В США не все поддерживают агрессивную милитаристскую политику. Сенатор-республиканец Рэнд Пол — сын Рона Пола, старается охладить общественный пыл, и открыто признался в причастности его страны к созданию «Исламского государства».
Германия, сначала оставаясь нейтральной, сейчас выступает за диалог с Москвой и Тегераном. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в ходе встречи G20 в Анталье, на которой вопросы безопасности стали главной темой для обсуждения, адресовал жесткое послание ИГ. После беседы с российским лидером традиционно сдержанный президент Индонезии Джоко Видодо потряс журналистов резкостью, заявив, что долларовая зависимость планомерно губит мировую экономику. Ряд изданий приходит к выводу, что такая «смена убеждений», конечно, связана с укреплением позиций Российской Федерации, которую западная пресса еще недавно изображала погрязшей в экономической рецессии и изоляции.
Смогут ли общие цели заставить мировую политическую элиту объединиться перед глобальными вызовами? Или наоборот, общая боль Парижа, которая должна была сплотить мировую общественность, стала поводом для негласного размежевания? Трагедия во Франции, мигранты, «неуправляемый хаос» на Ближнем Востоке, болезни глобальной экономики, климатические проблемы — темы, затронутые в первый день работы саммита G20 в Анталии, а также все вышеперечисленное ярко иллюстрирует переход мировой политической системы в состояние перманентной нестабильности. Как следствие, в ней резко снизился вес некогда самых влиятельных политических игроков. В такой ситуации неизбежно возрастает роль тех стран, которые американское общественное мнение с таким усердием пыталось задвинуть на вторые позиции.