Страшный сон Эрдогана
Прошедший день не снизил градус накала российско-турецких противоречий, причиной которых стала неприкрытая агрессия ВВС Турции в отношении возвращавшегося с боевого задания в Сирии российского бомбардировщика Су-24. Москва потребовала извинений и компенсации — об этом уже сказала не спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко, а президент России Владимир Путин. Анкара ответила отказом. Более того, без тени раскаяния в содеянном преступлении президент Турции Эрдоган сказал, что как сбивали, так и будем сбивать российские самолеты, и возложил обязанность извиниться за инцидент на Москву, после чего стало окончательно ясно, что горбатого могила исправит.
В ответ Москва активизировала весь возможный комплекс мер торгово-экономического давления. «Россия решила применить к Турции глобальные санкции, единомоментно лишив Анкару значительной части ВВП на фоне кризиса в турецкой экономике. Россия закроет все турецкие проекты, попросит турков «домой», а также закроет рынки, небо и порты. Кроме того, Россия останавливает «Турецкий поток» и строительство АЭС. Премьер-министр России заявил, что в ближайшие дни «правительство России выработает систему мер реагирования в экономической и гуманитарной сферах на акт агрессии со стороны Турции».
«Совместные договоры и инвестпроекты могут быть заморожены или просто свёрнуты. Также предлагаю свернуть переговоры по подготовке соглашения о преференциальном режиме для инвестиций с Турцией, — сообщил он. — В этих документах речь пойдёт о введении ограничений и запретов на деятельность экономических структур Турции на территории России, ограничении и запрета поставок продукции, включая продовольственные товары, и выполнение работ и оказание услуг турецкими компаниями, и о других ограничительных мерах» (http://www.politonline.ru/comments/22 884 290.html).
В военном плане за истекшие сутки наиболее яркими стали две акции возмездия российских ВКС. В первой половине дня были уничтожены все террористы, причастные к гибели российского пилота Су-24, а ночью был уничтожен конвой из 20 машин, шедший с территории Турции и остановившийся в сирийском городе Аазаз, находящемся в 5 км от сирийско-турецкой границы и находящемся под контролем туркоманов. Этот город является узловым городом, куда свозится турецкая помощь (оружие, боеприпасы, медикаменты, сухпайки и прочее). Уже из него вся «помощь» начинает расходиться по другим городам, которые контролируют боевики, а также лагерям и укрепрайонам.
То есть, несмотря на трагедию с Су-24, со вчерашнего дня Россия продолжает наносить массированные удары авиацией и артиллерией (сирийской армии) по приграничным районам с Турцией. А это означает уничтожение инфраструктуры снабжения, которая была создана Турцией за эти несколько лет войны в Сирии. Видя складывающуюся ситуацию, в дело решили вмешаться американцы, которые без разрешения законного правительства Асада перешли границу Сирии из Турции и разместили около 50 десантников в сирийском городе Эйн-Аль-Араб. Что, естественно, несколько затруднит удары российских ВКС по базам боевиков на севере Сирии. С другой стороны, ввод американцами своих солдат призван защитить от ударов турок сирийских курдов. То есть ситуация становится все более запутанной.
В этой связи все более актуальным становится вопрос не только о стратегических целях операции российских ВКС в Сирии, но прежде всего о стратегических целях России в отношении Турции в условиях разрастания конфликтного потенциала и реальной угрозы военного столкновения. В этой связи не разделяю мнение некоторых уважаемых экспертов о том, что нам нужна сильная Турция:
«Панисламские или панарабские амбиции Турции не входят в принципиальное противоречие с интересами России… Турция и Россия могли бы вместе работать и развиваться на просторах Евразии — в качестве наследников, пускай и столь разных, Второго Рима (Византии). В качестве цивилизаций, противостоящих атлантическому проекту глобального плавильного котла… Максимальный ущерб был бы в том случае, если бы Россия повелась на провокацию и вместо того, чтобы проучить Эрдогана, начала играть против Турции как таковой, в том числе и разыгрывая курдскую карту. Но, к счастью Турции, Россия не будет этого делать, потому что это и не в ее стратегических интересах. Нам нужна сильная, дружественная Турция, точно так же, как она нужна национально мыслящей и самодостаточной части турецкой элиты, понимающей важность серьезных отношений с Россией» (http://www.vz.ru/politics/2015/11/26/780 299.html).
Во-первых, не соглашусь с главным тезисом, что нам нужна сильная Турция. Турция не только была нашим постоянным историческим врагом, с которым из соседей мы провели больше всего войн. Она и сейчас наш враг. Почему? Да потому, что они в нас видят врага: «В октябре 2010 г. Совет национальной безопасности Турции внес изменения в Стратегию национальной безопасности, рассчитанную на ближайшие пять лет. Из списка стран, которые представляют внешнюю угрозу для Турции, были исключены Сирия, Иран, Болгария, Грузия и Армения. «Потенциальным» врагом впервые был назван Израиль. В том же неизменном качестве осталась и Россия, несмотря на беспрецедентно теплые отношения между двумя странами в последний период, сравнимый лишь с 1920-ми годами» (http://bs-kavkaz.org/2011/04/voennaya-koncepcia-turcii-i-tureckaya-ugroza/). То есть в Стратегии национальной безопасности Турции Россия объявлена ее врагом.
В этой связи возникают вполне закономерные вопросы о внешнеполитической стратегии России в отношении Турции. Во-первых, зачем мы за огромные деньги, а именно 60 млрд долларов, строим АЭС стране, которая нас считает своим врагом? Во-вторых, зачем стране, которая нас считает своим врагом, мы предоставляем скидки на газ, запускаем в массовом порядке на наш строительный рынок, поднимаем местную экономику за счет туристов? В-третьих, зачем сотрудничаем с лидером, который за свои правые панисламистские убеждения отсидел в тюрьме?
И главное — зачем нам сильная Турция, которая начала свои проекты Панисламизма и Пантюркизма и видит зоной его реализации не только всю Среднюю Азию, но и значительную часть территории России? Не лучше ли нам иметь дело с небольшой, лишенной геополитических амбиций послушной региональной державой, существенно урезанной по территории в пользу тех, от кого она ее «отжала» в свое время — Греции, Армении, Курдистана, и принадлежащими нам проливами?
Зачем прятать голову в песок и причитать, что панисламские амбиции Турции не входят в принципиальное противоречие с интересами России? А Крым? А Чечня? Что, забыли? Конечно, входят и очень серьезно и глубоко. Значит, и инструментарий решения этой проблемы должен быть соответствующий.
Более того. Если попробовать проанализировать складывающуюся ситуацию в Сирии после целенаправленной и умышленной атаки турецких ВВС на российский Су-24 и представить возможные сценарии, то мы должны признать, что кроме «хорошего» варианта — что произошедшее было истерикой Эрдогана в связи с ударами российских ВКС по его нефтебизнесу, есть и очень «плохой» — то, что это был только пробный шар со стороны всей верхушки турецкого государства. И если Россия не ответит за сбитый Су-24 одним, пятью, десятью сбитыми турецкими военными самолетами — а именно такой ответ только и удовлетворит общественное мнение России, и возможно, вразумит бешеного пса, то Эрдоган пойдет еще дальше и собьет не один, а два-три российских самолета, после чего вообще может зайти на территорию Сирии наземными силами и де-факто объявить о создании бесполетной зоны, где будут находиться турецкие войска.
Как такой вариант сторонникам концепций «умиротворения агрессора» и «мирного сосуществования двух систем»? Кстати, и одну, и вторую концепцию мы уже проходили, и именно они лежат в основании гибели нашей общей Родины — СССР. И я не один в этом мнении. Приведу оценку складывающейся ситуации со стороны авторитетного блогера chipstone:
«Представив себе, что Эрдоган действительно отдал приказ на уничтожение нашего самолета, картина вырисовывается очень неприятная. Тем более что происшествие, судя по поступающей информации, явно не спонтанное и не случайное. Самолет ждали и ловили. И не один день. Сделав первое допущение, мы автоматически будем вынуждены сделать и следующее. План явно не ограничивается разовой атакой на единичный самолет. Поразмыслив над этим, прихожу к выводу, что операция, начавшаяся с уничтожения российского Су-24, просто обязана иметь продолжение с очень серьезными последствиями для всего мира. Атака на наш самолет является первой фазой начала полноценного вторжения Турции на территорию Сирии. И сделано это будет под предлогом борьбы с ИГИЛ… Давайте посмотрим на ситуацию в случае пересечения сирийско-турецкой границы частями вооруженных сил Турции под любым предлогом в более широком контексте. Мгновенно обнаруживаются серьезные проблемы для продолжения российской операции в Сирии, не говоря уже о том, что вступление государственных войск Турции на территорию Сирии иначе как агрессию и объявление войны квалифицировать невозможно. В этом случае Россия автоматически попадает в ситуацию между Сциллой и Харибдой. Или наша группировка полностью и очень быстро покидает территорию Сирии, навсегда забывая и про этот регион, и тем более про свое в нем влияние. Или, следуя союзническому долгу, Россия ввязывается в войну против Турции на стороне Сирии, а фактически в одиночку. В первом случае с большой вероятностью это будет означать крупнейшее геополитическое поражение России со времен развала СССР с далеко идущими последствиями вплоть до развала самой страны. Во втором случае Россию ждет полноценная война в регионе, удаленном от собственных границ, в крайне тяжелых условиях» (http://chipstone.livejournal.com/1 285 990.html).
О некоторой модификации этого сценария пишет и Ростислав Ищенко: «Мы еще не избежали войны, только отложили ее. И фокус заключается в том, что в создавшихся условиях для Эрдогана (провокацией с Су-24 серьезно подорвавшего и свои внутриполитические позиции, и позиции Турции на международной арене) война может оказаться лучшим выходом из возможных. Если он таки добьется войны с Россией, проблема выйдет на другой уровень. Принимать решение о своей дальнейшей судьбе придется НАТО, а внутри страны Турция будет рассчитывать на консолидацию общества ради отпора врагу. Для него это предельно рискованный, но выход. Как для Порошенко рискованным, но единственным выходом является возобновление войны в Донбассе. Если же Эрдогану и Порошенко удастся договориться о согласованных действиях, то мечта США может стать реальностью — Россия окажется перед перспективой одновременного втягивания в военный конфликт с Украиной и государством НАТО (Турцией)» (http://ria.ru/analytics/20 151 126/1 328 986 919.html).
Поэтому, с учетом очень серьезной опасности именно такого варианта развития событий, именно его и надо принимать за базовый. И при любом планировании развития событий отталкиваться именно от худшего сценария. А то мы будем думать о мирном характере оттоманской Турции, о том, что Эрдоган одумается, о том, что как там турецкий народ будет жить без атомной энергетики, а в это время турецкий Генштаб начнет вторую фазу операции «Вторжение», а она станет для нас полной неожиданностью. Такого быть не должно.
В этой связи попытаюсь расшифровать смысл фразы министра иностранных дел России Сергея Лаврова на пресс-конференции вечером 25 ноября, за которую многие блогеры подвергли его серьезной критике. Речь идет о следующей фразе: «Воевать с Турцией мы не собираемся». Мол, как так, они сбили наш самолет, а мы что, утремся? Вообще-то надо отметить, что и сирийцы в свое время сбили военный самолет Турции — и война из-за этого не началась. Да и США не начали войну в Ливии из-за гораздо более серьезного инцидента, когда убили их посла.
Как же тогда расценивать заявление Сергея Лаврова в контексте того, что «возмездие будет»? Очень просто. С Турцией Россия воевать не будет. Все удары будут наноситься по террористам из ИГИЛ, других террористических организаций и их пособникам. В этом плане залетевшие на территорию Сирии самолеты турецких ВВС будут считаться не турецкими (кто знает, что там летает, не рассмотрели в бинокль), а самолетами террористов. То же самое касается танков, БТР, БМП и так далее и тому подобное. Мы будем убивать только террористов и их пособников, а с Турцией воевать мы не будем. Ну что вы, как могли подумать такое, ни-ни… Для того и дан язык дипломатам, чтоб говорить красиво и максимально «завуалированно».