Молдавско-гагаузский диалог: бесконечная имитация
ИА REGNUM публикует текст выступления лидера движения «Единая Гагаузия», депутата парламента Молдавии Федора Гагауза (фракция социалистов) на заседании молдавского парламента, на котором было принято решение о создании совместной с Народным собранием Гагаузии комиссии, которая призвана решать задачи развития законодательства для обеспечения функционирования Гагаузской автономии.
Уважаемый г-н председатель парламента! Уважаемые коллеги!
23 декабря 1994 года был принят закон об особом правовом статусе Гагаузии.
Это событие 20-летней давности стало возможным в значительной степени благодаря воле первого президента страны Мирчи Снегура и является большим достижением для Республики Молдова.
Достижением, позволившим сохранить мир в нашем доме и в рамках единой страны создать условия для сохранения и развития самобытности и национальной культуры гагаузского народа.
Следует отметить, что закон о статусе Гагаузии был принят в сложной общественно-политической обстановке внутри страны, в начальный период формирования законодательной базы, когда Республика Молдова находилась в самом начале пути построения самостоятельного государства.
Этим можно частично объяснить тот факт, что закон об особом статусе Гагаузии не был оформлен в качестве конституционного или специального органического закона, хотя и проголосовало за его принятие тогда 68 депутатов.
Договоренности между Кишиневом и Комратом о том, что впоследствии основные полномочия и статус закона о Гагаузии будут закреплены в Конституции, не были реализованы и в данном вопросе ситуация по различным причинам законсервировалась.
Последующее развитие молдавского законодательства происходило во многих случаях без учёта положений закона о Гагаузии.
Это привело к накоплению противоречий и правовых разночтений в отношениях между центральными властями и автономией, и предопределило сложные политические отношения между Комратом и Кишинёвом, а также создало почву для проведения центральными властями политики урезания полномочий автономии.
Попытки Гагаузии защитить свой статус и полномочия при отсутствии необходимых для этого инструментов конституционной защиты и завершенного правового механизма разрешения споров по компетенции через Конституционный суд встречают необоснованные обвинения в сепаратизме.
Следует признать, что значительный шаг вперед был сделан в 2001 — 2003 годах. Тогда, после долгих дискуссий, был подготовлен законопроект о внесении изменений и дополнений в Конституцию относительно Гагаузии, который был принят 25 июля 2003 года. В результате, в статьях 110 и 111 Конституции было закреплено существование Гагаузской автономии.
Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность Владимиру Воронину, занимавшему тогда пост президента Республики Молдова, без воли которого этот вопрос, возможно, не был бы решен.
Однако, при всём своём положительном значении, тем не менее, это шаг оказался полумерой, поскольку вопрос минимального конституционного закрепления полномочий Гагаузии и механизма ее защиты остался отрытым.
Об этом свидетельствует заключение Венецианской комиссии (Мнение № 191/2001, принятого 8 — 9 марта 2002 года).
Тогда европейская комиссия за демократию и право, позитивно оценив цель конституционного закрепления полномочий гагаузской автономии, высказалась и о недостатках подготовленного Кишиневом законопроекта.
Венецианская комиссия прямо отметила, что для эффективной защиты в юридическом смысле статуса Гагаузии необходимо, чтобы основные элементы Закона о статусе Гагаузии (а не просто декоративное её упоминание), должны быть отражены в Конституции.
Понимая необходимость разрешения накопившихся проблем, от имени фракции ПСРМ еще в начале года была зарегистрирована законодательная инициатива № 90 от 20 марта «Об образовании специальной комиссии по разработке проектов законодательных актов, направленных на реализацию положений Закона Республики Молдова от 23 декабря 1994 года № 344-XIII «Об особом правовом статусе Гагаузии (Гагауз Ери)», а также законопроект № 92 от 23 марта, предусматривающий принятие парламентом соответствующей декларации по этому вопросу, в которой в соответствии с рекомендацией Венецианской комиссии парламент признавал бы необходимость принятия следующих моментов:
— о придании Закону Республики Молдова «Об особом правовом статусе Гагаузии (Гагауз Ери)» статуса специального органического или конституционного закона путем внесения соответствующих изменений и дополнений в Конституцию РМ;
— о дополнении Конституции Республики Молдова статьями, гарантирующими реализацию основных полномочий Гагаузии, а также разрешения споров по компетенции между центральными органами власти и органами публичной власти Гагаузии в Конституционном суде Республики Молдова.
— о развитии и изменении действующего законодательства Республики Молдова с учетом статуса Гагаузии и при согласовании с Народным Собранием.
А также решение таких задач, как обеспечение политического представительства Гагаузии в центральных органах власти, справедливый доступ к финансовым средствам, проведение адекватной кадровой политики на национальном уровне и др.
Однако наш проект до сих пор не был поставлен на обсуждение. Вместе с тем, г-н председатель [Андриан Канду] зарегистрировал другую законодательную инициативу по аналогичному вопросу.
Уважаемые коллеги.
Предлагаемый вашему вниманию законопроект предусматривает создание рабочей группы по обеспечению в рамках конституционных норм функциональности автономии Гагаузии и изменение законодательства Республики Молдова в соответствии с законом о статусе Гагаузии.
Руководствуясь принципом приоритета национальных интересов Молдавии и Гагаузии над политическими амбициями, считаю, что сама идея создания рабочей группы достойна поддержки вне зависимости от того, кто является её автором.
Но у этой инициативы есть серьёзный недостаток, который грозит превратить её в бесперспективную затею.
Большинство противоречий и законодательных конфликтов в отношениях Гагаузии и Молдавии происходят от того, что статус Гагаузии, не имеет полного конституционного закрепления и потому, что во многих случаях законодательство страны, разрабатывалось без строгого учёта закона о Гагаузии.
Таким образом, проблема может быть решена лишь путём развития действующей конституции, а именно придания закону о Гагаузии статуса конституционного или специального органического закона, а также закрепления основных полномочий Гагаузии в Конституции.
Только после этого появятся правовые рычаги для соблюдения принятого в 94 году закона о статусе Гагаузии и гармоничного развития законодательства.
К сожалению, проект г-на Канду подчеркивает, что конституционные нормы для решения кризиса развитию не подлежат.
То есть мы гарантированно получим бесконечную имитацию политических усилий, которые ничем продуктивным, скорее всего, не закончатся.
И здесь мы и, в первую очередь, г-н председатель должны честно ответить на вопрос: чего мы на самом деле добиваемся этим проектом закона?
Мы хотим заболтать проблему и спрятаться от неё в бессмысленных и бесконечных заседаниях рабочей группы? Или же мы действительно хотим разрешить противоречия, укрепить политическую систему и снизить конфликтный потенциал в отношениях Кишинёва и Комрата?
Если мы действительно желаем сформировать все условия для функциональной автономии, то считаю необходимым в названии и по тексту законопроекта синтагму «в рамках конституционных норм» — исключить.
И этим дать возможность рабочей группе с учетом международной практики, с учетом мнения Венецианской комиссии предложить варианты внесения изменений и дополнений в Конституцию, а также в действующее законодательство, учитывающее статус автономии.
Уважаемые коллеги!
Нет никаких аргументов, чтобы и далее сдерживать и противодействовать процессу формирования функциональной автономии в рамках единой страны.
Сам факт существования Гагаузии необходимо воспринимать сегодня как большое достижение Республики Молдова и ценить его. Для этого нужно переосмыслить роль Гагаузии для молдавского государства.
Это позволит максимально деполитизировать диалог и поставить в основу отношений между центром и автономией не спекуляции и политические игры, а правовые инструменты, отвечающие государственным интересам Молдавии.
Особенно это важно на фоне кризиса переговорного процесса по Приднестровью.
Опыт положительного разрешения «гагаузского вопроса» может стать самым весомым и действенным аргументом для Тирасполя в пользу общего будущего с РМ.
Именно поэтому я призываю вас, уважаемые коллеги, несмотря на наши идеологические расхождения, поддержать предложенный законопроект, учесть высказанное мною предложение. Позвольте выразить надежду, что создаваемая рабочая группа будет работать плодотворно во имя стабильности и процветания Республики Молдова и ее неотъемлемой части — Гагаузии.
Благодарю за внимание!
Справка ИА REGNUM :
19 августа 1990 года на I Съезде народных депутатов юга Молдавской ССР была провозглашена Гагаузская Республика, в то время как «Республика Молдова» появилась только 27 августа 1991 года. Первым и единственным президентом Гагаузской Республики был Степан Топал, а Верховный совет ГР возглавлял Михаил Кендигелян. В октябре 1990 года, в качестве реакции на взятый властями Молдавской ССР курс на объединение с Румынией, самоопределившаяся Гагаузская Республика объявила о начале выборов в Верховный совет Гагаузии. Это послужило предлогом для отправки в Гагаузию автоколонны с активистами Народного фронта Молдавии и «волонтеров» из Румынии в сопровождении отрядов милиции с целью срыва выборов и подавления гагаузского движения за национальную независимость. На здании молдавского парламента тогда висели плакаты «Гагаузия — лишай на теле Молдавии» и «Хороший гагауз — мертвый гагауз».
«Поход на Гагаузию» возглавил премьер-министр Молдавии Мирча Друк — один из лидеров Народного фронта Молдавии. Акция повлекла за собой жертвы среди населения Гагаузии. Эскалации конфликта удалось избежать благодаря вмешательству частей Вооруженных сил СССР и добровольцев из Приднестровской Молдавской Республики.
Просуществовав в качестве независимого государства 4 года, в 1994 году Гагаузия отказалась от курса на независимость, согласившись на статус автономии в составе Молдавии. При этом положения молдавского Закона об автономном статусе Гагауз Ери, касающиеся прав и полномочий Гагаузской автономии, вплоть до сегодняшнего дня не исполняются в полной мере и постоянно нарушаются молдавскими властями. В частности, официальный Кишинев подвергает сомнению положения закона о праве Гагаузии на внешнее самоопределение в случае утраты Молдавией независимости и право на участие в формировании внутренней и внешней политики Молдавии в вопросах, касающихся интересов Гагаузии, а все чаще и сам статус автономно-территориального образования, который Кишинев стремится понизить до уровня «обычного молдавского района».