Лейла Гарифзянова: «Татарский должен быть обязательным, только по другой методике»
Учительница татарского (родного языка) — о специфике своей работы
Татарстан предложил включить еще 32 учебника по татарскому языку и литературе в федеральный перечень. Об этом сообщает Министерство образования и науки РТ. В прошлом году в Минпросвещения России были направлены 26 учебников нового поколения по татарскому языку и литературе. Всего таких в федеральном перечне 86. Проблема пособий остается наиболее актуальной, считают сами преподаватели этих предметов. Педагог казанской гимназии №19 Лейла Гарифзянова, победитель регионального этапа Всероссийского конкурса «Учитель года — 2024» в номинации лучший учитель татарского языка и литературы, согласна с этим мнением и предлагает свои решения проблемы.
«Я была влюблена в ее уроки»
О проблеме нехватки учебников по татарскому языку и литературе, об их качестве и в целом о сложностях в этой области лучший учитель татарского языка и литературы регионального этапа Всероссийского конкурса «Учитель года — 2024» Лейла Гарифзянова рассказывает и в спектакле «Педсовет», который идет на театральной площадке MOÑ, которая находится в Национальной библиотеке РТ. В этом перформансе роли исполняют не актеры, а настоящие практикующие учителя. В их числе есть и Лейла.
Родом девушка из деревни Бик-Утеево Буинского района РТ. В родном селе она окончила девять классов, потом училась в соседней деревне, поступила в КФУ на специальность учителя иностранных языков и татарского языка и литературы. Дальше — 5 лет магистратуры.
— Мне с самого детства было интересно играть в школу, совсем маленькой я ходила в школу за своим братом. А в старших классах у нас была замечательная учительница татарского языка и литературы, которая с таким интересом преподавала, что я была влюблена в ее уроки и после окончания школы захотела пойти по ее стопам. В семье учителем была моя бабушка. Мама — фельдшер, папа — бизнесмен и директор дома культуры, — рассказала Лейла Гарифзянова.
Учитель татарского призналась, что уже изначально не планировала возвращаться работать и жить в родную деревню.
— Уже тогда я знала, что не вернусь. Наше село небольшое и школа тоже маленькая. Уже в моей молодости не было надежды на то, что деревня станет больше и количество детей увеличится. Сейчас в нашей деревне школа функционирует, она располагается не отдельно, а в комплексе с библиотекой и сельсоветом. Детей мало, в средние классы детей привозят учиться из соседних деревень.
«Всего год я работала в спокойное время для учителей татарского»
Вот уже 8 лет девушка преподает татарский язык и литературу в одном из самых престижных учебных заведений города — в гимназии №19.
— В начале карьеры я проходила стажировку в «Бала-Сити», даже хотела остаться работать, в их детский сад как раз требовались специалисты со знанием татарского и английского языков. Но у меня не было сильного желания работать с совсем маленькими детьми, поэтому я продолжала мониторить казанские школы. Как раз тогда и открылась вакансия учителя татарского языка и литературы в 19-й гимназии. Так я и попала сюда.
Лейла Гарифзянова учит татарскому детей в так называемых «русских» группах, где обучаются русскоговорящие дети или дети из татарских семей, где родители в заявлении написали, что родным для них является русский. В этих группах детям преподают татарский как иностранный язык. В школе есть и так называемые «татарские» группы, но их намного меньше, признается педагог.
— В спокойное для учителей татарского время я успела поработать всего год. Это было в 2016 году. Уже в 2017 году начались перемены, прошла волна, полностью поменявшая преподавание татарского в школах. Нам пришлось менять на корню всю методику. В то время многие учителя попали под сокращение, особенно молодые, многие просто уволились. Кому-то предлагали переквалифицироваться на учителя других предметов. Я на это не согласилась и до конца осталась верна своему предмету. Но надо признать, что сейчас все меньше и меньше молодых людей хотят идти работать в школу учителем татарского. Эта тенденция продолжается. Часто приходится слышать такое: «А зачем нужен татарский язык?».
— Я слышала такое даже от своих близких, когда решила поступать на учителя татарского. Они говорили: «И куда ты пойдешь со своим татарским». Но я привыкла стоять на своем и не поддалась на эти слова.
«Татарская литература вытесняется»
Сейчас в школах внедряются новые федеральные программы. Они действуют уже второй год.
— Татарский преподается как государственный язык. Однако по этим стандартам не предусмотрено преподавание татарской литературы. Если раньше даже в русских группах было 2 часа татарского языка и 1 час литературы, то сейчас преподается только язык. В начальных классах — 2 часа татарского без литературы. В средних классах — 3 часа татарского. Сейчас новый стандарт действует только в 1—2-м и 5—6-м классах, с каждым годом количество классов будет прибавляться. А татарская литература, соответственно, будет вытесняться. Это касается уроков татарского для русскоязычных детей. В татарских группах литература в программе останется.
Преподаватель тем не менее убеждена, что дети любят уроки татарского. По ее словам, сейчас к занятиям предъявляются очень высокие требования, каждый урок должен быть интересным и результативным.
— Сейчас главная наша задача — научить ребенка говорить. К сожалению, дети даже если и учат татарский в школе, не применяют его в своей обычной жизни. Если бы мы смогли показать, что знать татарский язык — это круто, думаю, результат был бы другим. Может, на нем бы и начали говорить повсюду. Тут можно вспомнить феномен сериала «Слово пацана». Он безусловно спорный, однако песню АИГЕЛ «Пыяла» на татарском знает теперь очень много детей и, главное, поет ее. Это по-настоящему работает.
«Нужна мотивация»
По мнению Лейлы Гарифзяновой, популяризацию татарского языка нужно рассматривать в разных направлениях.
— Возьмем то же кино. Сейчас татарское кино еще немного хромает. Уверена, что дети смотрели бы интересные захватывающие качественные фильмы на татарском языке. Или же перевод очень известных картин или книг на татарский. Как, например, Гарри Поттер на татарском. Я всегда обращаю внимание своих учеников на то, что последняя книга про Гарри Поттера была переведена на татарский язык даже раньше, чем на русский. Или, например, современная мода. Сейчас очень много коллабораций, когда современную одежду создают с национальным колоритом. Дети могут тянуться к татарскому языку через творчество и свои интересы. Но это очень долгий процесс.
Чтобы дети и взрослые говорили на татарском нужна реальная мотивация, к примеру, преференции для знающих татарский язык сотрудников, надбавка к заработной плате за знание языка, предполагает учитель.
— Нужна комплексная работа. Я бы сделала преподавание татарского языка обязательным. Но в том случае, если уроки будут интересными, полезными и в последствии ребенок на самом деле сможет говорить на татарском. Я часто слышу от русскоязычных родителей слова о том, что они не против, чтобы их дети учили татарский. Однако в том случае, когда материал дается слишком сложно и чтобы сделать домашнюю работу, нужно обзвонить всех своих знакомых и потратить много нервов, появляется негатив. Родители воспринимают это как дополнительную нагрузку.
«Нет четкой системы»
Основной проблемой остаются учебники по татарскому и литературе, считает Лейла Гарифзянова.
— В первую очередь необходимо решить проблему с учебниками. Хотелось бы, чтобы они были актуальными и удобными, с лексикой, которую мы применяем в жизни, с понятными конструкциями. Сейчас мы преподаем не по одному учебнику, в этом смысле мы имеем некоторую свободу, можем обращаться к разным пособиям. Например, приходят на помощь самоучители. Они очень удобны для того, чтобы научится говорить. Их нет в школьной программе, но я их применяю на своих уроках.
Преподаватель посетовала, что зачастую учебники рассчитаны на большое количество уроков, а по факту их меньше.
— У нас ограниченное количество часов, поэтому мы не можем пройти всю программу. Приходится выбирать темы и прыгать с одной темы на другую, от этого теряется последовательность. Нет системы. Мне кажется, что авторы многих учебников не хотят применять новые методики, не принимают новшества. Я даже говорила об этом в своем монологе на площадке MOÑ. Мой монолог несколько раз менялся из-за того, что критика была слишком резкой. В вопросе учебников до сих пор нет четкой системы.