В ноябре 2023 года в Таллинне состоялся очередной кинофестиваль PÖFF, в котором традиционно приняли участие и кинематографисты из Украины. Документальная лента «Восточный фронт» вызвала шок у эстонских любителей кино благодаря исключительной натуральности съемок. Камера режиссера словно переносит зрителя в Бучу, где рвались российские снаряды и гибли местные жители. В «Украинской студии» Rus.Postimees об этом фильме и о своих новых планах рассказала продюсер «Восточного фронта» Наталья Хазан.
Украинский кинопродюсер Наталья Хазан: мир должен понять, что российско-украинская война – не только наша проблема
Зрителю «Восточного фронта» может показаться, что он тоже сидит за столом, шутит в компании медиков-волонтеров, но уже через мгновение он переносится в карету скорой, где наблюдает за действительностью глазами медика, который делает массаж сердца тяжело пострадавшему бойцу. А сама машина Скорой помощи в этот момент на огромной скорости несется по опустевшему городу в ближайшую больницу, где на тот момент палаты уже переполнены ранеными и искалеченными людьми - как военными, так и гражданскими местными жителями.
С прошлой осени лента «Восточный фронт» демонстрировалась на кинофестивалях в более чем 40 странах мира.
Выдержки из беседы:
- Наталья, в ноябре прошлого года вы были в Таллинне на кинофестивале со своим документальным фильмом «Восточный фронт». Каковы впечатления от вашего участия в этом фестивале?
- Для Эстонии не надо долго что-то объяснять. Ваша страна настолько близко находится к России, что здесь все ясно без слов. Это не то же самое, что показывать этот фильм в Бразилии или Японии, например. Но несмотря на холодную эстонскую погоду, прием был очень теплым. Да и мы в целом благодарны Эстонии за помощь Украине, которая началась не с полномасштабной войны, а намного раньше. Эстонцы абсолютно солидарны с нами с 2014 года, когда началась эта война.
- Наталья, о чем именно был ваш фильм «Восточный фронт», какой был художественный замысел авторов?
- Мы показали обычных людей, которые не рождены для войны и не собирались участвовать в военных действиях, пока война не пришла в их дом. Это люди разных профессий: кто-то водитель, кто-то - врач, кто-то - режиссер. Обычные люди, которые просто встали на защиту своей страны.
И этот фильм мы делали прежде всего не для украинского зрителя, а чтобы любой человек в зале мог поставить себя на место наших персонажей. То есть, каждый может включить эмпатию и представить, что это может быть у него дома, а с таким соседом, как Россия, это вполне возможно. Все видят, что Украина - это только первый шаг в восстановлении бывшего Советского Союза.
- Еще бы заокеанским партнерам донести эту мысль...
- Чем дальше от России, тем больше людям кажется, что это их не коснется. Но если просто взять карту и посмотреть расстояние от обстреливаемых Россией украинских городов до городов ЕС, то мы понимаем, что это не такое уж большое расстояние, на самом-то деле. Уже ведь были прецеденты, когда ракеты падали в Польше, мины по морю доплывали до Румынии. Это не может быть проблемой только Украины.
- Я слышал, что было противодействие прокату вашего фильма. Западные организаторы якобы просили, чтобы вы смягчили фильм, чтобы не так шокировать западную публику...
- Мировая премьера фильма была в годовщину полномасштабного вторжения России в Украину на Берлинале-2023. На сегодняшний день фильм проехал уже более 40 стран.
Реакции, конечно, разные были у украинцев и у не украинцев. Иностранцы говорят: вы хотели нас шокировать? Хотя мы же не показывали шок-контент, которого сейчас достаточно в соцсетях. Эта война сейчас идет практически онлайн. А украинцы говорят, что мы сделали мягкий фильм, что можно было и пожестче.
Один человек в Мюнхене подошел и сказал: «Наталочка, вы сделали такой позитивный фильм!». Он шел на фильм про войну, а он оказался такой «позитивный». И в том же зале немка заявила, что мы хотели их шокировать. Хотя мы не показывали горы трупов, или что-то в этом духе. Мы показали больше человеческие истории о том, что эти люди не хотели войны, но у них не было иного выбора.
- Всегда было интересно, каким образом в нынешних условиях в Украине удается снимать кино.
- Те проекты, которые сейчас я веду - это все не постановочные картины, документальные фильмы. Что касается «Восточного фронта», то всю военную часть снимал Евгений Титаренко непосредственно на войне. Тыловую часть с Виталием Манским мы снимали в Ивано-Франковской области. Ну, в тылу, соответственно, что, бери да снимай, главное, чтобы все собрались.
Сейчас у меня идут проекты с чехами, латышами, с Литвой. Ну, какие-то разрешительные документы необходимы, безусловно, для того, чтобы снимать. Где-то нужно разрешение СБУ, где-то от генштаба, где-то от местных властей.
Что касается денег, то в фильме «Восточный фронт» всю военную часть мы снимали за свои, монтаж осуществлялся благодаря государственному кинофонду Латвии, съемка в тылу была за деньги Конгресса США, а постпродакшн был в Чехии с нашими партнерами из кинофонда Чешской Республики.
- Игровое кино снимается сейчас в Украине?
- Что-то снимается. Но вот конкретно мои проекты, они все про войну, все - не украинские, и все проекты документальные. С чехами мы делаем проект «Война собственными ушами». Ее снимает чешский военный корреспондент Марк Даразин, который снимал не одну войну, и сейчас он снимал в Украине.
- Как сейчас снимать для украинского зрителя?
- Сложно сказать, потому что сейчас я лично свою миссию вижу в том, чтобы максимально прокачивать не украинскую аудиторию. В Украине уже не надо никому объяснять, что идет война. Да, надо признать, что до полномасштабного вторжения не вся Украина участвовала во всех процессах, не все волонтерили, не все воевали. Кто-то говорил, что это где-то там далеко, что это нас не касается и так далее. После полномасштабного вторжения пропал смысл объяснять это, на западе Украины тоже прилетает.
А не украинскому зрителю это необходимо объяснять, чтобы не останавливалась помощь, которая идет в Украину. Мы нуждаемся в оружии, во многом другом, потому что мы воюем со страной, которая в несколько раз больше нас.
- Надеюсь, когда-нибудь снимут хорошее игровое кино о том, что называется «Будапештский меморандум», несоблюдение чего привело к войне в Украине...
- Здесь нарушили все международные договоренности, соглашения. Поставили под вопрос существование многих международных институций, таких как ООН, например. Россия обнулила это все. После Крыма все обеспокоились, но промолчали, но с этим надо заканчивать. Мировое сообщество должно поставить точку.
- Да, и в том числе на вас лежит в этом процессе двойная ответственность, не так ли?
– Россия вкладывает миллиарды в информационную войну. В прошлом году Россия купила рекламное время на австралийском телевидении, чтобы показывать фильмы о культуре и истории России. В странах Европы Россия продвигает пропаганду на языках этих стран. Они в это вкладывали миллиарды. Мы так системно не работали, надо это признать. В культурную дипломатию надо вкладываться, я это всегда говорила. А у европейцев сейчас не вяжется, как это так, ведь это же Достоевский, Нетребко и так далее, а тут - Буча...
Россия продолжает вбрасывать миллионы в то, что Буча - это все инсценировка, фейк и выдумка. Но надо понимать, что там уже нет культуры. Это не люди, которые совершают абсолютные зверства, геноцид украинской нации. Причем не по принадлежности к этнической группе, как это было во время Холокоста, а по принадлежности к государству. То есть, гибнут все этнические группы людей, которые живут на территории Украины, это абсолютный геноцид.