«Колумбайны» и ни одной госпрограммы по их предотвращению
Казалось бы, трагедию в политехническом колледже города Керчи обсудили со всех возможных точек зрения. Поговорили о внутренних причинах толкающих людей на самоубийство и убийство себе подобных, обсудили различные конспирологические теории. В общем, как и бывает в подобных случаях, «наказали невиновных, наградили непричастных». Психологи поделились своим мнением, специалисты по безопасности — своим, но целостной картины все равно не складывается. И уж тем более никто не предлагает четких стратегий борьбы.
Но ведь все эти годы в стране реализуются всяческие государственные программы, нацеленные на поддержку детей. В частности, с 2012 по 2017 гг. правительство по поручению президента реализовывало «Национальную стратегию действий в интересах детей». Стратегию сменила «Программа десятилетие детства». Подумалось, ну, уж там-то должны быть прописаны механизмы защиты детей от деструктивного влияния?
В «Национальной стратегии действий в интересах детей» слово суицид упоминается три раза. В первом случае констатируется незащищенность детей и подростков от противоправного контента в интернете, а также безразличное перечисление язв, присущих капиталистическому обществу, бедность, социальное неравенство. Лечить эти болезни общества предложено инструментами из арсенала «за все хорошее, против всего плохого».
Второе и третье упоминание связаны: «Разработка системы мер по предотвращению подросткового суицида, включая подготовку психологов в системе здравоохранения для работы с детьми и подростками с суицидальными наклонностями, а также организацию проведения психологическими службами образовательных учреждений профилактической работы с детьми, родителями, социальным окружением ребенка. Разработка программы противодействия пропаганде молодежных суицидов в интернет-среде. Ограничение (вплоть до полного запрета) скрытой рекламы табака, алкогольной продукции, привлекающей внимание детей и подростков».
Где все эти меры и специалисты для профилактической работы? По словам руководителя Центра кризисной психологии, члена общественного совета ФСИН Михаила Хасьминского, «воз и ныне там».
«Социальные психологи не способны решать эту проблему. Подавляющее большинство из них даже не понимает источников этой проблемы. Социальные психологи не понимают, что если в этом вопросе не пойти в глубину, то ничего не сделаешь. Ведь нельзя вылечить зуб, у которого сгнил корень, просто ляпнув на него пломбу. Вот и получается, что в воспитательном процессе давно гниют корни, а мы все пытаемся ляпнуть невероятной красоты пломбу и отчитаться, что все хорошо. Все понимают, что проблема есть, и с этим нужно что-то делать. К сожалению, нет соответствующих программ», — отмечает суицидолог.
В конце концов, стратегия — документ концептуальный, возможно, в правительственных постановлениях раскрываются методы и способы, которыми власти будут защищать детей от деструктивных влияний?
Из документов правительства удалось выяснить, что план есть, все действия чиновников будут направлены «на формирование среды, безопасной, комфортной и доброжелательной для жизни детей. Совершенствование правовой базы в сфере семейной политики». Как отвечало наше правительство на очередной «колумбайн», зацеперство, эпидемию АУЕ и «Синих китов», нам известно — совершенствовали правовую базу. Керченская трагедия наглядно демонстрирует, каких успехов удалось добиться на этом поприще сонму депутатов, чиновников и аффилированных с ними НКО.
Наконец, 6 июля 2018 года правительство своим распоряжением утвердило план мероприятий до 2020 года уже в рамках программы «Десятилетие детства». Вдруг забрезжила робкая надежда на то, что здесь-то уж учли допущенные ошибки и составили соответствующие планы. Куда там! Вновь дадим слово Михаилу Хасьминскому.
«Специалисты-практики предлагают комплексные решения проблемы. В частности, были сформированы предложения в рамках программы «Десятилетие детства», ни одно из них в итоговый документ так и не вошло», — горько констатировал эксперт.
ИА REGNUM не единожды сообщало о том, что за ширмой громких слов о защите детей реализуются враждебные нашим семьям интересы, будь то бэби-боксы, будь то всяческие законопроекты, якобы нацеленные на защиту детей и матерей, а в реальности реализующие интересы тех, кто зарабатывает на торговле детьми и социальном сопровождении семей. Интересы ювеналов тесно переплетаются с желанием государства сбросить с себя оставшиеся социальные обязательства перед обществом. Поэтому неудивительно то, что ни в законодательстве, ни тем более в практике нельзя разглядеть реальных действий, направленных на противодействие и профилактику суицидов, и массовых убийств.