За евроинтеграцию Литва платит разорением и исчезновением страны
Важнее всего тут, что цифры приводит не злобный Мордор, якобы страшно завидующий Вильнюсу, потому готовый постоянно его очернить и даже оклеветать. И даже не какие-то мелкие общественные организации местных «недограждан», в общем, действующих тоже из «явно» субъективных и тенденциозных личных мотивов. Такой вывод получается после ознакомления с официальным отчетом Eurostat, который соврать не может по определению. Нет, не потому что он какой-то особо хороший, дело в политике информационной открытости, положенной «отцами-основателями» в основу идеи Евросоюза.
Так как единство Европы держится, прежде всего, на добровольности согласия участников жить в дружной семье, то каждый из них имеет право знать реальное положение дел по каждому из единых для ЕС контрольных параметров. Одним из них является уровень бедности, ради снижения которого все якобы в общую Европу и вступали.
Согласно принятой в Eurostat методике, расчет ведется следующим образом. Каждая страна самостоятельно устанавливает внутренние критерии понятия черты бедности. Но при этом сводные показатели ранжируются в зависимости от сравнения других параметров, например, от ВВП. Дальше выводится средний уровень в целом по Европе. Итоговое положение дел ежегодно публикуется в отчете статистического ведомства, чтобы «все заинтересованные лица» могли ознакомиться с текущим положением дел для принятия своих управленческих решений. Как в области госуправления, так и в частном бизнесе.
Сама по себе идея, безусловно, хороша. Тут и нам бы было недурственно подобное отношение к цифрам перенять, ибо столь подробных и, самое главное, наглядных отчетов никто в России, включая Росстат, не готовит. По отдельным вопросам неплохие презентации порой появляются, но для составления общей целостной картины приходится продираться сквозь дебри разрозненных таблиц.
Впрочем, мы отвлеклись. При всей красоте идеи она порой выдает результаты для некоторых весьма малоприятные. В частности, отчет за 2017 год неопровержимо показал оглушительный провал идеи литовской независимости. Они там полагали, что под железной пятой советских/русских оккупантов Литва жила бедно. И вообще, и особенно по отношению к соседней Европе, где текли молочные реки в кисельных берегах. Собственно, тяга к отделению в абсолютном большинстве именно так и обосновывалась. Вот присоединимся к европейцам и тогда заживем!
Прошло почти двадцать лет, и тут внезапно выяснилось, что в независимой Литве ниже уровня бедности живет каждый третий ее житель. Нет, бедность, конечно, существует везде. В среднем по 28 странам ЕС за ее чертой живет каждый четвертый-пятый европеец (22,5%). Но если взглянуть на цифры подробнее, становится видно, что конкретно у чехов бедность составляет всего порядка 12%, у финнов, словаков, голландцев, датчан, шведов, немцев и мальтийцев с поляками она находится в коридоре от 16 до 18%. Даже находящиеся сейчас в кризисе британцы имею лишь 21%. Тогда как в Болгарии она почти достигает 40%, в Греции и Румынии колеблется у отметки в 35%. В Литве она оказалась 29,6%.
Кстати, из графиков европейских статистиков еще очень наглядно видно, что уровень бедности в странах Европы сильно зависит от степени постиндустриализации их экономики. Где-то вынужденной, как в Прибалтике, а где-то являющейся следствием постепенного поражения в геоэкономической конкуренции, как, например, в Италии и Испании. Главное, что там и там, как только пропадает реальный сектор экономики, особенно промышленность, в первую очередь, наукоемкая, так сразу выясняется, что работать, в общем, становится негде и жить не на что.
Единственное, что литовцев может как-то утешить, остальные их соседи по региону оказались не очень сильно лучше. Ниже черты бедности в 2017 году жило 28,2% латышей и 23,4% эстонцев.
Либералы могут попытаться возразить. Мол, сравнили бедность в богатой Европе и в остальных нищих странах вроде России. Однако Eurostat считает иначе. По мнению его специалистов, глобальная разница в уровнях стран полностью компенсируется различием в покупательской способности валюты. На один и тот же доллар там и там можно купить заметно разное количество товаров и услуг. Что делает простое лобовое сравнение цифр абсолютного значения доходов абсолютно неадекватным, то есть не отражающим реальное положение вещей.
Потому за уровень бедности они берут доходы ниже планки в 60% от среднего показателя доходов по конкретной стране. Если по этой методике считать Россию, то при средней зарплате в 39 331 рубль уровень бедности — это ежемесячный доход ниже 15 732 рублей. Причем тут будет интересно послушать, как трещат шаблоны у критиков. Ибо те, кто начнут с радостью доказывать, что российская статистика врет и средний уровень в реальности значительно, минимум вдвое, ниже, автоматически будут вынуждены согласиться, что и уровень бедности тогда придется опускать кратно. В таком случае относить к бедным можно лишь тех, кто получает менее 5−6 тысяч в месяц, а их в России всего 6,7% населения. Ну, или тогда придется соглашаться, что почти сорок тысяч — это реальный средний уровень доходов населения.
В любом случае выходит так, что при любой позиции спорящих относительно точности опорной цифры, по европейской методике уровень бедности в РФ находится в том же коридоре размера доли от всего общества, что и у финнов с датчанами и немцами — 16−18%. Следовательно, литовская мечта «отделиться и разбогатеть» себя явно не оправдала.
Впрочем, власти страны сей факт и сами уже понимают. Если про деньги еще спорить как-то можно, то с очевидной и вопиющей убылью населения уже нет. Депопуляция достигла величин, угрожающих даже размеру поступлений финансовой помощи из центральных фондов ЕС. Чтобы как-то исправить статистику, литовский Сейм принял решение провести общенациональный референдум о введении двойного гражданства.
Такой шаг позволит снова официально считать гражданами Литвы всех лиц, кто из нее уехал и получил гражданство в других странах, а значит, возвращаться на Родину уже не планирует точно. Да и к понятию ее гражданина он относится, мягко говоря, весьма условно. А что делать? Республика всего за семнадцать лет потеряла треть (!) населения и к 70-м годам нынешнего века вполне реально может прекратить свое существование физически. Молодежь бежит от бедности, беспредела и коррупции властей, и европейская статистика это неумолимо подтверждает.
То есть всего через 50 лет может исчезнуть литовская нация, которая строилась сотни лет. Вот он, главный итог «евроинтеграции» — страну всего за семнадцать лет ободрали как липку, и после этого выбросят на помойку истории. Людей, конечно, жалко, но не стоит забывать, что свой путь они себе выбрали сами. А значит, и за его последствия отвечать следует только им самим.