Куда качнется вектор внешней политики Аргентины
Народ Аргентины выбрал нового президента. По итогам голосования президентскую гонку выиграл кандидат от оппозиции Маурисио Макри. Да, перевес незначителен — около 3%. Но это, скорее, норма для последних выборных компаний в т.н. боливариански ориентированных странах. С мизерным перевесом на последних президентских выборах выиграли и глава Венесуэлы Николас Мадуро, и президент Бразилии Дилма Руссефф. Проблемы в этих странах общие: экономический кризис (отличается только глубина падения); рост социальных субсидий, в результате чего значительная часть населения вообще не имеет стимула к трудовой деятельности; перманентные акции протеста. И если одну половину общества такая ситуация устраивает, то есть и другая, которая просто хочет для себя и страны нормальной жизни. А не протектората США, как у нас любят писать и говорить с экранов телевидения. Рассуждать подобным образом — это примитизировать проблему и не понимать истинных мотивов недовольства населения
Никто не отрицает роли фактора США в развитии процессов в Аргентине, Бразилии и, тем более, Венесуэле. Опять же, вопреки растиражированному мнению, что Россия «выгнала США с заднего двора» под восторженные аплодисменты латиноамериканцев. США никуда не ушли и не собираются уходить. Тем более, что мы им там, на самом деле, особо и не мешаем. А с осени этого года вообще начался массовый уход российских фирм из Бразилии и Аргентины. О причинах и динамике этого процесса мы уже писали. Но можно задать вопрос, а чего же мы там не работаем так, как это делают американцы? Почему еще летом наш официоз не озаботился тем, что в Аргентине могут прийти к власти люди, которые, как это недавно сделал Маурисио Макри, будут открытым текстом говорить о пересмотре и аннуляции подписанных соглашений? Кто-то почему-то очень спешил их подписать? Что опять же дало возможность аргентинской оппозиции заявлять о «подозрительной спешке и непрозрачности соглашений». То есть, в конечном итоге использовано и против нас тоже.
Конечно, можно утешаться тем, как это уже делают в некоторых российских коридорах власти, что Маурисио Макри просто играл на публику, все эти заявления — предвыборный трюк. А если нет? А если и впрямь договоры будут пересмотрены? Опять утремся и уйдем или останемся в кастрированном виде? И справедливо спросить, а заявления Кристины Киршнер о возможном вхождении Аргентины в БРИКС — это было что? Тоже предвыборный ход? Может быть, нашим внешнеполитическим структурам пора бы научиться отличать игры, на которые так горазды наши латиноамериканские партнеры, от прагматичной политики?
Теперь по поводу «пророссийских» Кристины Киршнер и Даниэля Сциоли и «проамериканского» Маурисио Макри. На самом деле, их заявления мало чем друг от друга отличаются. Во время весеннего визита в Москву Кристина Киршнер заявила: «Никто не может требовать монополии на дружбу. Невозможно прекратить смотреть на Север и игнорировать США и ту особую роль, которую эта страна играет в глобальном управлении миром, если можно так выразиться. Однако невозможно отрицать и тот факт, что кроме США в мире существуют Китайская Народная Республика, Российская Федерация, Юго-Восточная Азия, Индия, и со всеми этими государствами необходимо поддерживать торговые связи, а также связи на политическом уровне».
Кандидат от правящей партии, проигравший президентские выборы, Даниэль Сциоли также не был намерен «бодаться со штатами». Как заявил накануне выборов один из ведущих аргентинских аналитиков Рикардо Роувьер, «что касается Сциоли, то он больше, чем Макри будет стараться сохранить стратегическое партнерство с Китаем и Россией». «Не знаю, как ему это удастся, но он будет лавировать, пытаясь одновременно улучшить отношения с Соединенными Штатами. Даже не сомневайтесь», — отметил он.
И, наконец, победитель Маурисио Макри сегодня так прокомментировал свои планы на будущее: «Надо дружить со всеми». Пока никакой конкретики Маурисио Макри не обозначил. И время повлиять на ситуацию, хоть мизерное, еще есть. Очевидно, что любой политик, ставший президентом, будет руководствоваться прагматичными мотивами. Другое дело, что в основе этого латиноамериканского прагматизма: желание исправить экономическую ситуацию в стране или продолжать дурить население симулякрами с целью сохранения личной власти.
Пока мы не научимся в этом разбираться, мы не вернемся не только в Латинскую Америку, но и в другие, не менее важные для нас, регионы.