Черевково: подвиг мученика и 400 лет споров
Пан Лисовский мчится до самой Астрахани,
До берега широкого Каспийского моря,
И заливает кровью Медвежьи броды,
И обрызгивает кровью Троицкую скалу,
В ростовской церкви убивает народ,
Через Кострому, Ярославль, Углич, Вологду
Он добрался до ледяных морских берегов,
Где мороз мерится силами с пенными волнами,
Где ледяные горы, со скрежетом, с треском,
Воюют друг с другом на глубине.
Польские хоругви громят Василия — царя, жгут дубовые крепости, рубят людей под корень,
Там, где стояли города, ветер несет перья,
Во рвах кровавые кости оплакивает дождь…
Стефан Жеромский. «Дума о гетмане»
Сведений об иерее Петре Черевковском, жившем в начале XVII века, в документах немного. Составительница «Сказаний о святых подвижниках Архангельской земли» монахиня Евфимия (Пащенко) пишет, что всю жизнь «он прослужил в приходской Никольской церкви села Черевково». Все свои доходы он делил на три части — на храм, на нищих и на одну — на свою семью. «Праведная жизнь священника Петра завершилась, как венцом, мученической кончиной. В Смутное время, (9 июля, точный год неизвестен) Черевково посетили незваные гости — «шайка грабителей-поляков». В это время престарелый священник Петр совершал в Никольском храме Божественную литургию… Разбойники выволокли его из церкви во всем облачении, привязали к конскому хвосту и пустил коня вскачь» (1). Некоторые церковные источники пишут, что иерей Петр обличал поляков, увещал прихожан не подчиняться им.
Более правильно датировать события январем 1613 года. Расхождение в датировке произошло во время установления Дня памяти иерея Петра в 1550-х годах, когда день его смерти забылся, и определили его символически, приурочив к венчанию на царство Михаила Фёдоровича Романова — 11 июля 1613 года по старому стилю. При выборе сыграла свою роль и близость дня апостола Петра, имя которого носил черевковский угодник.
Январская дата совпадает с историческими источниками о нашествиях поляков на Двинские земли. «С Вологды черкасы пошли в тотемские места… С Тотьмы литовские люди и черкасы пошли на реку Вагу. Пришли на Вельский погост того ж сентября и погост разорили, крестьян посекли, в храме Ивана Милостивого кадила и книги, колокола и образа пограбили и сосуды церковные прибили, и благословенные и «храмосвятные» грамоты взяли… Черкасы ж с Вельска пошли в устюжские места и пришли к Соли Вычегодской» (2). Отряд войска гетмана Лисовского под командой полковника Якуба Яцкого, числом 3000, прошел от Вельска к Двине, 22 января 1613 года взял Сольвычегодск, 25 января осадил Великий Устюг, где и был разгромлен. Наверняка отряд Яцкого прошелся и по Черевкову.
Путь Яцкого, как и всех оккупантов на Севере, сопровождала смерть: «От великих чинов и малых степеней население погостов и деревень безжалостно уничтожалось» (3). «В тот год хлеба не жали и всякий хлеб под снег запал. От сего голод еще более усилился. Все наши волости учинились пусты. Никакого хлеба нет. Имущество пограблено. Скот выбит. Оставшимся людям пить и есть нечего» (4). «Приходили в наш уезд войною польские и литовские люди полковника Януша Шиша, стояли в уезде 4 недели, ездили по деревням и по лесам сыскивая, многих людей посекли и хлеб молоченый и немолоченый скормили, лошадей вывели. А коров и овец выбили, а жен и детей позорили, а иных в полон свели» (5). «Там и там стояли казаки, пошли туда-то, села и деревни разорили и повоевали до основания, крестьян жженых видали мы… да мертвых, которые померли от мучения и пыток, кроме замерзших… у иных разбойников было обычною забавою набивать людям рот, уши и нос порохом и зажигать» (6).
Священника погребли, и могила его почему-то затерялась, так как место захоронения в 1656 году обнаружилось неожиданно. Рядом с деревянной Николаевской церковью, в которой служил иерей Петр, справа от алтаря из земли выступил старинный гроб. Жителям села стал являться человек в облачении, который «приказывал сказать священникам черевковской церкви, чтобы они совершали панихиды над вышедшим из земли гробом».
Никольская церковь впервые значится в «Писцовых книгах по Великому Устюгу» 1623 года: «Волость Черевковская, а в ней погост на истоке на Курье, а на погосте церковь Николы Чудотворца древяна вверх о пяти верхах, да у той же церкви три придела: придел Святого Пророка Илии, да придел святых мучеников Флора и Лавра, да придел страстотерпца Христова Георгия…» (7). Она упоминается как именно та, в которой служил иерей Петр.
23 июня 1657 года церковь сгорела, одна стена упала на гроб, но он «не только сохранился целым, но даже нисколько и не запылился». Ночью сторож Лаврентий Семёнов, охранявший церковное имущество, «видел над гробом необыкновенный свет наподобие огненного столба и, когда подошёл к тому месту, думая, что что-нибудь снова загорелось, то свет стал невидим, а когда он отходил от гроба, то над ним снова сиял свет». Черевковцы припомнили о захоронении священника и посчитали, что гроб и мощи принадлежат мученику иерею Петру.
В 1658 году, с помощью черевковских купцов Гусева и Пирогова, на месте погребения построена часовня. Был установлен день поминовения иерея Петра — 22 июля, а чудеса и исцеления стали записываться — всего до 1718 года их явилось 48: «У крестьянина Кондрата Семёнова Черепанова, той же Черевковской волости, правая рука болела долгое время столь сильно, что он не мог ничего делать ею. Иерей Пётр, явившись ему, сказал: «Иди ко гробу иерея Петра и получишь исцеление». Кондрат, пришедший в церковь, рассказал о бывшем ему видении священникам, и когда они по его просьбе совершили над гробом иерея панихиду, больной тот час же получил исцеление».
В 2003 году историк В.И. Щипин рассказал о находке списка чудесно излечившихся: «Мой коллега В.В. Копытков обнаружил в одном из списков Есиповской летописи, хранящемся в фондах Российской национальной библиотеки в Санкт-Петербурге… перечень двадцати девяти чудес, происшедших от гроба иерея… Известны 28 списков летописи, в списке № 15, который датируется концом XVII — началом XVIII вв., и содержатся «Чудеса святого чудотворца Петра».
…Безусловно, сегодня нельзя подтвердить или опровергнуть реальность происходивших в Черевкове чудесных исцелений, но мы попытались проверить хотя бы существование в XVII в. указанных в летописи людей. Для этого были привлечены материалы писцовых и переписных книг 1626, 1668 и 1677−78 гг. по Черевковской волости, хранящихся в Российском государственном архиве древних актов.
Наши ожидания оправдались: из 29 исцелившихся людей удалось подтвердить существование 8 человек, то есть более 33%. А если считать только черевковских крестьян, то процент соответствия будет еще выше — 50! Приведу несколько примеров.
- Летопись сообщает, что 25 июня 1657 г. крестьянка Черевковской волости Татьяна, дочь Исидора Дорофеева «по наречению Шашковых», получила исцеление у гроба иерея Петра от мучившей ее долгое время «трясавичной болезни» (лихорадки). В переписной книге 1668 г. Татьяна Шашкова не упоминается, так как писцовые документы XVII в. фиксировали только лиц мужского пола. Но в этом документе удалось найти сведения о крестьянине дер. Наумцево Черевковской волости Сидорке Дорофееве Шашкове — отце Татьяны.
- 30 июня того же года крестьянин той же волости Кондратий Симеонов «назвищем Черепановых» после явления ему мученика Петра и молебна, который был отслужен на могиле чудотворца, избавился от паралича правой руки. Непосредственно Кондрата Черепанова выявить не удалось, но в писцовой книге 1626 г. найдено упоминание о его отце — Сеньке Черепанове, крестьянине дер. Мелехинский починок на Коровьем ручью Черевковской волости. По переписной книге 1677−78 гг. установлены дети Кондрата — Якушко и Трифонко Кондратьевы Черепановы, в той же деревне Мелехинский починок.
- «Тоя же волости (Черевковской — В. Щ.) с Лудонги реки християнин Иван Дмитреев Ташлыков был немощен черною болезнию четыре года. И пришед к гробу святаго, повелев иереям пети молебная, и молитвами святаго к тому здрав бысть». В 1677−78 гг. в деревне Олешинской на речке Лудонге Черевковской волости, по данным переписной книги, числился Ивашко, сын Митьки Симанова Ташлыковых. Впечатление еще более усиливается, если учесть, что и в летописи, и в переписной книге место проживания Ивана Ташлыкова уточняется привязкой к речке Лудонге.
- 15 сентября 1662 г. «тоя же волости християнин Феодор Семенов Погадаев был немощен утробною болезнию год и пять месяцев и обещася у гроба святаго моления… свершити… Прииде и соверши обещания. Отыде в дом свой здрав». Переписная книга 1677−78 гг. зафиксировала в дер. Овсянниковской Черевковской волости Фетку Семенова Погадаева» (8).
В 1718 году сам иерей Петр явился к больному Василию Алексеевичу Кириллову, «получившему при гробе его исцеление, исцеленный написал образ его и возложил на гробницу». Мученик на иконе «представлен старцем, украшенным сединой, в полном священническом обличии, поддерживающим левою рукою Евангелие на своей груди…». «…дело шло к официальному прославлению угодника Божия, но начавшаяся в 1721 году по инициативе Петра I церковная реформа не позволила довести дело до славного его завершения. Так называемая Петровская «реформа благочестия» на несколько десятилетий приостановила официальную канонизацию святых, чем нанесла серьёзный удар по одной из основ русской религиозности…» (9).
В 1731 году черевковские прихожане поставили каменную Троицкую церковь с Никольским приделом. Почитание блаженного иерея росло, проезжающие через Черевково считали обязанностью поклониться его гробу — на пожертвования в конце 50-х годов XIX века построили над захоронением святого новую часовню.
«…в 1854 году епархиальное начальство ополчилось на память о мученике. Из Черевково была затребована заверенная копия рукописи о посмертных чудесах иерея Петра. В ней не всё оказалось ладно, некоторые чудеса были обезличены, иные слишком похожи одно на другое, что позволило недоброжелателям усомниться в народном праве на почитание мученика.
В 1859 году вышло новое недоразумение. Над гробом батюшки стоял памятник, повторяющий формы домовины. Несколько почитателей отца Петра ошибочно решили, что гроб вновь поднялся из земли, и стали распространять эту молву. Люди валом повалили в церковь… Специальной епархиальной комиссией гробница иерея Петра была тщательно обследована и вскрыта. Подробное описание вскрытия вместе с новыми сведениями об иерее Петре было отправлено епископу Вологодскому и Устюжскому Христофору, который все свои решения по Черевковскому делу согласовывал со Священным Синодом. До высочайшего указания отправление панихид над гробом было приостановлено… Только после настойчивых просьб прихожан в 1860 году было получено разрешение на совершение по просьбам желающих панихид об упокоении души иерея Петра» (10).
«Поскольку иерей Пётр не был официально канонизирован Русской Православной Церковью, то синодальное начальство посчитало необходимым немедленно удалить «неугодную» икону… Владыка Христофор, опасаясь того, что изъятие народной святыни может привести к нежелательному возмущению черевковских прихожан, предусмотрительно распорядился сделать это в обстановке строжайшей секретности. Была детально разработана операция, которая согласовывалась через гражданского губернатора Стоинского с сольвычегодским уездным исправником и черевковским становым приставом, призванными вмешаться в дело в случае возникновения массовых религиозных волнений.
Получив архиерейский указ, благочинный Николай Аксёнов сразу же отправился из Красноборска в Черевково, где… 10 января 1860 года под покровом ночи снял образ иерея Петра с надгробия и… покрыл её черной парчой… поместили икону в специально приготовленный ящик и, спешно покинув Черевково… поздним вечером 18 января прибыл в Вологду на архиерейское подворье, где передал «секретный груз» в руки Вологодского епископа… По распоряжению владыки Христофора икону поместили в специальной комнате архиерейского подворья, где находились на хранении древние старообрядческие образа…» (11).
В 1877 году 445 черевковских прихожан просили о возвращении изображения иерея Петра, но икону не вернули.
«Революция 1917 года положила начало трагическим событиям. Первым пострадало приходское кладбище, оно было закрыто и поругано еще в 1925—1926 гг. г… В 1931 году решили снять с колокольни ненавистный им крест. В 1932 году специально прибывшая из г. Котласа бригада сбросила колокола с церковной звонницы.
…в фундамент строившейся школы были уложены собранные с приходского кладбища каменные надгробия с могил уважаемых земляков… Местные власти и сотрудники НКВД сфабриковали уголовное дело против бывшего тогда настоятелем Троицкой церкви протоиерея Николая Ивановича Кирикова и всего приходского актива. 25 сентября 1937 года Кирикова арестовали и после скорого суда отправили в «исправительно-трудовые лагеря» (12).
«Кириков Николай Иванович, протоиерей. 1880 — родился в с. Никольское Сольвычегодского уезда Вологодской губернии. Сын священника… В течение 30 лет служил священником при сельской церкви. Лишался избирательных прав за принадлежность к духовенству… 1930, 1933 — за «контрреволюционную агитацию» кратковременно содержался под стражей. 1937, 26 сентября — арестован по обвинению в «контрреволюционной агитации». После закрытия приходского храма в своем доме совершал тайные богослужения. 1937, 14 октября — по постановлению тройки УНКВД заключен в ИТЛ на 10 лет. После освобождения возвратился в с. Черевково. 1963, 9 октября — реабилитирован» (13).
Протоиерею Николаю Кирикову повезло, его не расстреляли, как большинство арестованных в 1937 году священников.
«…Главный удар пришелся на церковную звонницу, в короткий срок разобранную до самого основания. Кирпич оставшийся от нее новая власть использовала… большей частью для ремонта дороги, так как основная масса «полученного» материала была колотой…
Решением президиума Архангельского облисполкома от 27 июля 1939 года за № 305 поруганный и полуразрушенный к этому времени Троицкий храм «по ходатайству» местных активистов официально закрыли. Оставшийся «культинвентарь» было предписано уничтожить, а здание самой церкви передать Черевковскому сельсовету для использования под овощехранилище и школьные мастерские. Летом 1965 года была предпринята очередная попытка разобрать церковь на кирпичи. В результате чего были разрушены церковная трапеза и частично Ильинский придел. В 70—80 г.г. в главном храме, окна которого были заделаны деревянными иконами, размещался склад, в Никольском приделе слесарные мастерские Черевковской средней школы, а у левой алтарной стены устроен общественный туалет» (12).
После того как в XXI веке рухнули своды Троице-Никольского храма, восстанавливать его методом реставрации не имеет смысла. Часовня отреставрирована в 1989—1991 годах. В 2004 году у часовни поставлен поминальный крест, в основание которого собрали надгробные плиты с разоренного церковного кладбища, и к ней пристроен алтарь — часовня стала церковью иерея Петра Черевковского. В 2004 году с иконы 1718 года, которая нашлась в одном из вологодских музеев, монахи Троице-Сергиевской лавры списали лик мученика Петра. В том же году, на границе Красноборского района, икону встретили благочинный, священники и жители района, поместили ее в церковь иерея Петра, над ракой для мощей святого. Одно из преданий гласит, что мощи святого Петра были укрыты верующими при советской власти. В 2017 году Патриархом Московским и всея Руси Кириллом утверждено празднование Собора святых Архангельской митрополии, в который включен и священномученик Петр Черевковский.
Это история подвига мученика, породившего 400 лет споров!
Примечания:
- Сказания о святых подвижниках Архангельской земли. Составитель монахиня Евфимия (Пащенко). Архангельск. 2002. С.136−138
- Н.Н.Ардашев. «Из истории XVII века. Очищение русской земли. Поход Черкас. (1612 — 1614 год)» Журнал министерства народного просвещения. 1898. Июнь.
- Новый летописец, ПСРЛ, т. 14, СПб, 1910, с.140. В.Васев. Поонежье: прошлое и настоящее. Вельск, 2008, с.79
- Историко-статистическое и археологическое описание Кирилло-Челмогорской мужской пустыни Каргопольского уезда Олонецкой губернии. М, 1898, с.17. В.Васев. Поонежье: прошлое и настоящее. Вельск, 2008, с.80
- Б.Н.Федоров. Каргополь и его окрестности. Ленинград. 1978.
- А.А.Савич. Соловецкая вотчина. Пермь, 1927, с.71. В.Васев. Поонежье: прошлое и настоящее. Вельск, 2008, с.80
- Подлинная писцовая книга № 507 (по Великому Устюгу), 7131−7134 гг. (1623−1626 гг). Л.698−768. Церковно-историческое и статистическое описание церквей Сольвычегодского уезда Вологодской губернии. Вологда. 1854. С.108−110.
- В.И.Щипин. Священномученик иерей Петр Черевковский (Доклад на Прокопьевских чтениях в г. Великий Устюг. Июль 2003 г.). Хронос. Есиповская летопись. — Российская национальная библиотека. Собрание Общества любителей древней письменности. Q 36. Писцовая книга гор. Устюга и Устюжского уезда. 1623−1626 гг. — Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1209. Оп. 1. Д. 507. Переписная книга дворов и людей черных и монастырских деревень «для солдатского сбора на службу» в станах и волостях Устюжского уезда. 1667/1668 г. — РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 1093. Переписная книга гор. Устюга и черных волостей Устюжского уезда. 1677−78 гг. — РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 15 047.
- Священномученик Петр Черевковский, Чудотворец. История почитания. Чудеса. Служба. Свято-Троицкая Сергиева Лавра. 2007
- Древо. Открытая православная энциклопедия.
- Священномученик Петр Черевковский, ЧУДОТВОРЕЦ. История почитания. Чудеса. Служба. Свято-Троицкая Сергиева Лавра. 2007
- Сайт Архангельской и Холмогорской епархии.Виртуальный музей Новомучеников и исповедников Архангельской земли
- За Веру Христову. Духовенство, монашествующие и миряне Русской Православной Церкви, репрессированные в Северной крае (1918−1951). Биографический справочник. Архангельск. 2006. С.221