Между Сциллой и Харибдой: Севастополь всё больше замыкается в себе
7 лет назад, 23 февраля 2014 года, в Севастополе состоялся народный сход-митинг, положивший начало «русской весне» и возвращению города-героя в состав России.
Слово «народный», видимо, имеет особую значимость для Севастополя, не случайно человек, взявший на себя ответственность за происходящее в городе в феврале 2014 года, был назван на том сходе-митинге именно «народным» мэром.
Между тем понимание «народа» в городе-герое заметно отличается от российской общественно-политической традиции его осмысления, уходящей корнями еще в XIX век, но актуальной и в советское время, и в постсоветский период. В рамках этой традиции «народ» противопоставлен «обществу». «Народ» в основном патриотичен и искренне лоялен государству и действующему политическому режиму, но способен и на бунт, «бессмысленный и беспощадный». «Общество» же скорее космополитично, собрано в кланы и социальные группы и оппозиционно государству как инфернальному Левиафану. При этом общество часто выступает от имени «народа», хотя на самом деле им не является.
Особенно заметна разница между «народом» и «обществом» как двумя разными сущностями в столичных городах — Москве и Санкт-Петербурге.
Однако в третьем городе федерального значения, каким стал Севастополь в 2014 году, «народ» и «общество» слиты в единое и довольно органическое целое, скрепленное городским патриотизмом, причем одновременно и критичное по отношению к власти, и государственническое.
Вероятно, именно это наличие органического единства в виде сцепки «общество-народ» и способствовало отличной от всей России активной общественно-политической жизни, когда в городе, во-первых, политика не понималась ни как бюрократическое управление, ни как уличные протесты, а, во-вторых, общественно-народная повестка сильно влияла на формирование и развитие политической сферы.
Однако после выборов в Заксобрание 2-го созыва и исчезновения из него независимого «чаловского большинства» в сентябре 2019 года, после столь желанного для администрации приведения Севастополя к общероссийскому «знаменателю», политическая жизнь города стала мало отличаться от других регионов страны.
Но в то же время жизнь общественная не прекратилась и даже нельзя сказать, что она сильно проиграла от исчезновения в городе политики. Достаточно вспомнить массовый народный праздник 1 августа 2020 года на открытии Матросского бульвара — одного из центральных бульваров, значимого исторического места Севастополя, реконструированного за счет средств благотворительного фонда «35-я Береговая батарея».
Общественно-народная жизнь Севастополя не «схватывается» обычными электоральными процедурами (выборы губернатора, выборы в Заксобрание), и в этой жизни по-прежнему есть «народные герои», общественные институты, с этими героями ассоциируемые, и есть своя логика, чем дальше, тем больше автономная от любой власти — что федеральной, что городской.
На сегодня, к 7-летию «русской весны», Севастополь в каком-то смысле подошел в состоянии политического безвременья.
Лучше всего эту трансформацию — от взрыва общественно-политической активности после возвращения Севастополя в «родную гавань» в 2014 году до полной апатии к политическим процессам и стремлению сохранить в качестве приоритетной общественную повестку города, желательно не вступая в конфликт с властью, но при этом и не работая на нее — показывает история премии под названием «Народный выбор» севастопольского сайта «Форпост».
***
Название премии прекрасно отражает вот это описанное выше сочетание в севастопольской городской среде «общества» и «народа», хотя вряд ли авторы идеи задумывались над давними историческими коннотациями, когда называли свою инициативу «Общественная премия «Народный выбор».
Учреждение премии пришлось на конец 2018 года. Это было время острейшего конфликта «команды Чалого» со вторым губернатором Севастополя Дмитрием Овсянниковым. Данный конфликт начался годом ранее, вскоре после выборов губернатора, и проявлялся и в стенах Заксобрания 1-го созыва, где в тот момент существовало «чаловское большинство», и в судебных инстанциях (иск Овсянникова к спикеру ЗС Екатерине Алтабаевой), и в средствах массовой информации — проправительственных и «прочаловских». Учредитель премии «Народный выбор» — севастопольское СМИ «Форпост» — относилось к последним.
Вообще «Форпост», будучи рупором «команды Алексея Чалого», в украинский период много сделал для поддержания русской идентичности Севастополя, а в феврале-марте 2014 года стал активным участником «русской весны». На сегодня это — самый популярный и читаемый в городе интернет-ресурс.
Судя по всему, учреждение премии «Народный выбор», в которой победители определялись электронным голосованием на сайте, стало ответом «чаловцев» на запрет благотворительному фонду «35-я Береговая батарея» реконструировать Матросский бульвар. Этот запрет был наложен в ноябре 2018 года губернатором Дмитрием Овсянниковым при большой публичной активности его заместителя Ильи Пономарева.
Однако независимо от мотивов организаторов премии, она стала масштабным городским событием. Если в поддержку реконструкции Матросского бульвара тот же «Форпост» в том же ноябре 2018 года собрал около 11 тысяч подписей горожан (сама по себе впечатляющая цифра), то новость на сайте о номинантах и победителях премии прочитало более 150 тысяч человек, то есть примерно треть от общей численности жителей Севастополя.
«Народный выбор — 2018» носил однозначно антигубернаторский характер. Дмитрий Овсянников «победил» в номинациях «Сутяжник года» (70%) и «Популист года» (63%, второе место занял его заместитель Илья Пономарев с 17%). Его же деятельность «победила» в номинации «Скандал года», в которой первые три места разделили: закрытие торгового центра «Муссон» (32%, в «Муссоне» располагалось большое количество спортивных детских секций), запрет на восстановление Матросского бульвара (28%) и «потеря» 2 млрд рублей, выделенных на строительство очистных сооружений (25%). Более всех пострадавшие от Овсянникова бизнесмены Владимир Плотка (владелец закрытого «Муссона», он же стал лидером в номинации «Вклад в развитие спорта», 53%) и Патимат Алиева (владелец судоремонтного завода) победили в номинации «Сопротивление года», набрав по 40%.
«Народный выбор — 2019» сохранил антиовсянниковский настрой, несмотря на то, что губернатор еще летом этого года был отправлен в отставку. Собственно, его отставка и стала абсолютным лидером в номинации «Событие года». Также экс-губернатор «победил» в номинации «Антигерой года», а дипломантами стали его бывший заместитель Илья Пономарев и бывший руководитель департамента архитектуры Севастополя Александр Моложавенко, находившийся на конец 2019 года под следствием по двум уголовным делам.
***
Совсем иное ощущение оставляет премия 2020 года.
И дело не в том, что редакция отменила голосование на сайте из-за масштабных вбросов неизвестных пользователей и присудила премии редакционным решением (было изменено и название, вместо «Народного выбора» — «Премия ForPost-2020») — сюжет, который больше всего обсуждался в комментариях на сайте и в соцсетях (при этом редакция в основном обвинялась в «прогибе» под третьего губернатора российского Севастополя Михаила Развожаева, объявленного победителем в номинации «Политик года»). А дело в том, что присуждение «Политика года» Михаилу Развожаеву лишь отчасти компенсировало исчезновение из премии политики как таковой и сосредоточение на сугубо общественной повестке.
В 2018 году «Политиком года» стал Алексей Чалый (30%), однако в данном случае интересна не столько победа в этой номинации «народного мэра» — его популярность в городе общеизвестна, — сколько общий список номинантов на нее, отражающий понимание «политики» севастопольцами спустя почти 5 лет после «русской весны». Этот список состоял преимущественно из депутатов 1-го созыва Заксобрания, при этом наряду с деятелями представительной власти в нем присутствовали партийные лидеры (Роман Кияшко из КПРФ) и даже строительные магнаты и владельцы СМИ (Евгений Кабанов, с которым связывают одно из самых античаловских севастопольских СМИ «Информер»). Были в списке и губернатор Дмитрий Овсянников и его заместитель Илья Пономарев, однако в данной номинации они набрали меньше голосов, чем даже Евгений Кабанов (5%, 0% и 7% соответственно).
Не изменилось представление о «политиках» и в 2019 году. Тогда номинантами стали бывший спикер Заксобрания, а ныне — сенатор Екатерина Алтабаева, спикер ЗС 2-го созыва Владимир Немцев, а победителем — один из ближайших соратников Алексея Чалого депутат 1-го и 2-го созывов Вячеслав Горелов, стяжавший в городе репутацию стойкого защитника лесов и других природных и общественных пространств от застройки. Горелов баллотировался во 2-й созыв местного парламента от партии «Зеленые», а после отказа в регистрации «Зеленым» пошел на выборы по одномандатному округу и победил.
Интересно сопоставить список номинантов на «политика года» со списком номинантов на «чиновника года». В 2018 году Дмитрий Овсянников и его заместитель Илья Пономарев собрали больше голосов как «чиновники года» (9 и 2% соответственно), а не как «политики» (5 и 0% соответственно). В 2019 году победителем в номинации «чиновник года» стал новый врио губернатора Михаил Развожаев.
В 2020 году, однако, Михаил Развожаев был объявлен «Политиком года».
Таким образом, впервые за три года премии «Народный выбор» губернатор оказался в большей мере «политиком», чем «чиновником», зато «политиками» перестали быть депутаты и вообще представители законодательной власти (хотя их изначально предполагалось включать в список номинантов), и даже второй победитель номинации «Политик года» — всё тот же Вячеслав Горелов — был представлен «Форпостом» не как депутат, а как человек, имеющий «смелость говорить с трибун то, о чём другие могут говорить только на кухне».
Эта важная смысловая метаморфоза, которая вряд ли осознается самими севастопольцами, в действительности — закономерное следствие событий 2019 года. Если в 2018 году премия зафиксировала «народных героев» как представителей законодательной власти, сопротивляющейся невменяемой городской администрации, то премия 2019 года отразила попытку построения компромисса с вменяемой исполнительной властью за счет отказа от институционального противостояния с ней.
В результате спустя еще один год политическая жизнь перестала трактоваться в Севастополе как взаимодействие населения и их выбранных представителей с чиновниками, а стала восприниматься как деятельность успешных (либо не успешных) управленцев. Превращение «политика» в синоним управленца имело следствием и новое понимание заботы о городских пространствах (культурных, природных, исторических) — эта проблематика в премии 2020 года также оказалась вытеснена из политической сферы в область исключительно общественной повестки.
Если в 2018 году реконструкция Парка Победы при Овсянникове была названа «Провалом года», то в 2019 году реконструкция Большой Морской, осуществлявшаяся за счет московского бюджета — одним из «Событий года» при Развожаеве, то в 2020 году «Событием года» было объявлено завершение реконструкции Матросского бульвара, проводившейся частным благотворительным фондом.
Если в 2018 году «Разочарованием года» были цены на продукты питания (30%) и зарплаты учителей и врачей (17%), в 2019 году — снова низкие цены и зарплаты, то в 2020 году «Провалом года» стал ремонт летней эстрады Ракушка. Вряд ли за эти три года заметно изменился уровень цен или зарплат бюджетников, очевидно, что изменилась оптика и организаторов премии «Народный выбор», и тех, кто успел принять участие в голосовании.
А это изменение оптики, на самом деле, является принципиальным — за последний год Севастополь всё больше замыкался в себе, в локальный патриотизм, словно намеренно вытесняя из своей общественной повестки не только политику, но и федеральную проблематику.
Премии 2018−2019 годов оставляли ощущение жизни города в большой стране — жизни пусть и не беспроблемной, но всё же органичной.
Так, в 2018 году в номинации «Бездействие года» победил номинант «Не выполнены Майские указы президента», «Прорывом года» был назван Крымский мост (78%, и это — самый высокий процент из всех номинаций), а «Главным событием года» оказалось «Начало строительства севастопольского участка трассы «Таврида». «Народный выбор» 2019 года также оставлял федеральным сюжетам заметное место: главным провалом года стало строительство объектов ФЦП, а на третьем месте в этой номинации оказались «претензии Минобороны на общественные территории и пляжи», при этом вторым среди «Событий года» был «старт железнодорожного сообщения Крыма с материковой частью России».
Тем разительней контраст с премией 2020 года. В ней вообще не оказалось федеральной проблематики, причем главный редактор «Форпоста» Екатерина Бубнова, объявляя начало голосования, подчеркнула это специально. Единственный намек на «федералов» был в номинации «Антигерой года», которым стала директор музея Херсонес Таврический (все-таки это — федеральный музей) Елена Морозова за активное освоение его пространств. Номинация «Спецпровал» также касалась сугубо местных общественных реалий — приюта для собак, за который отвечает ГБУ «Парки и скверы», и елей, спиленных Главным управлением МВД по Севастополю.
При этом в премии-2020 впервые появился «человек года» (не политик, не чиновник, не общественник, не блогер и т. п.). Им стала главный врач инфекционной больницы Инга Матяж, характерно, что при вручении ей премии с формулировкой «За безусловный героизм», проявленный в год борьбы с коронавирусом, ее депутатский статус был также проигнорирован, как и в случае с «политиком года» Гореловым.
В 2018-м и даже в 2019 году премия «Народный выбор» отражала мнение севастопольцев о происходящем в городе как целостном объекте, со всеми его множественными переплетениями, политическими и общественными, местными и федеральными, однако премия 2020 года даже по своим изначальным номинациям отрезала Севастополь и от федерального контекста (вопреки статусу города федерального значения), и от обсуждения политики как таковой, оставив для голосования сугубо культурную повестку и сохранение общественно-значимых городских пространств.
Впрочем, добровольное замыкание в локальной общественной проблематике может оказаться оптимальным выходом в условиях, когда политическая ситуация в стране всё больше похожа на разрастающуюся пропасть между Сциллой ура-патриотического лоялизма и Харибдой внесистемной оппозиции.
***
«Революция пожирает своих детей».
Эти известные слова французского революционера Пьера Верньо, разумеется, не имеют прямой аналогии с тем, что происходило с севастопольцами после февраля-марта 2014 года.
И тем не менее определенные аллюзии возникают.
Спустя 7 лет после «русской весны» то общество — народ Севастополя, который сделал возможным громадную политическую трансформацию и вызвал небывалый в истории страны патриотический подъем (ранее такое случалось только по случаю войн в 1812 году, 1878 году, в 1914 году), окончательно замкнулся в локализме, в местных интересах, местных проблемах, местных радостях и горестях. А основная дискуссия вокруг премии 2020 года среди читателей «Форпоста» шла вокруг вопроса, «накрутила» ли на «политика года» Развожаева сама редакция, что демонстрирует уровень спора даже в свободолюбивом Севастополе.
Это схлопывание ощущается и в праздновании 23 февраля как даты начала русской весны в городе. Если в год пятилетия была проведена масштабная научно-практическая конференция с участием крупнейших отечественных ученых-гуманитариев в севастопольском филиале МГУ (при содействии того же «Форпоста»), а в музее 35 ББ прошли массовые народные гуляния, то шестилетие было отмечено лишь полузакрытым мероприятием в музее 35 ББ для самих активных участников «русской весны».
Слишком много оказалось нереализованных планов и не раскрытых перспектив у самого проекта превращения Севастополя в третий город федерального значения, даже третью столицу — с его, с одной стороны, патриотическим историко-культурным пространством, с другой стороны, с готовностью местных создавать в городе технологический центр мирового уровня. Последнее не состоялось во многом по объективным причинам из-за наложенных на Крым международных санкций, однако город по-прежнему верил в свое особое значение и предназначение для современной России.
Исчезла ли эта вера к семилетию «русской весны»? Вопрос остается открытым.