Принудительная вакцинация: как бы выглядел 1937 год сегодня?
Когда членкор РАН Петр Чумаков заявил, что вакцинация от коронавируса в России должна быть принудительной, он подчеркнул: это ради общего блага. И если насильно привить тех, кто этого не хочет, в будущем они «благодарить будут, если их заставят это сделать».
Следите за развитием событий в трансляции: «Жизнь по QR-коду. Коронавирус и ограничения в России — трансляция»
Некоторые вещи кажутся настолько очевидными, что особо глубоко удивляешься всякий раз, когда узнаешь, что кто-то воспринимает их иначе. Вопрос о том, как поступать человеку с его телом, какое ему принимать решение, когда жизнь ставит его перед выбором — совершать или не совершать то или иное действие в отношении самого себя — это вопрос не только медицины. Тут и этика, и философия, и религия, и принципы, и политика. И когда государство начинает брать на вооружение (не каламбур) принцип насильственного «оказания блага», это уже тем более выходит за рамки здравоохранения. Подавление, принуждение, насилие — это не про медицину и не про здоровье, и даже не про пресловутые права и свободы, это про то, есть ли вообще в нашей стране такое понятие, как свобода — выбора, совести, принятия решений. И как относится к этому государство — оно действительно считает, что у человека есть воля, или оно ратует за свободу мнения лишь в выборный период, стремясь по максимуму заполнить избирательные участки, а потом обеспечивает тех же «свободных» граждан насильственным вмешательством в их здоровье? Когда-то это называлось карательной медициной, но у нас теперь свободная страна, чем и гордимся, верно? Жаль, когда публичный человек поддерживает подход, который вызывает самые темные ассоцииации, в том числе исторические. И когда этот же человек смело говорит, что за такую позицию его могут «распять», он лукавит: конечно, никто его не распнёт, насилия над ним никто учинять не грозит, напротив, насилием угрожает он — тем, кто его слушает. Хотя ради манифестации собственных убеждений он мог бы устроить над собой какой-то демонстративный акт, но вместо этого настаивает, что за его веру идти «на распятие» должны те, кто ее не разделяет.
Те, кто все еще не укололся, а таких, как мы знаем, большинство, не делают это потому, что не верят. Не в опасность ковида (все-таки реальных ковид-диссидентов очень мало, что есть болезнь — люди видят), а в безопасность вакцин. Потому что пока что ее нам «доказывают» только на словах. Для доказательств на деле, думают наши скептики, прошло слишком мало времени. И тут складывается ситуация, при которой человек, не способный доверять какой-то вещи (потому что мало про нее знает), слушает — а что же говорят те, кто про нее знают больше? И, главное, кто эти люди? Вопрос доверия к вакцине становится вопросом доверия к институтам и к отдельным лицам, которые ее продвигают. Грубо говоря, подозрительный, не верящий властям непривитый россиянин смотрит на Чумакова, который все-таки ученый, уважаемый человек, наделенный определенным авторитетом. И какой же мессадж этот авторитетный человек посылает? Пытается ли он в десятый и сотый раз убедить в безопасности и необходимости прививки? Нет. Как будто махнув на упрямца, он бросает: привить паршивую тварь. Скрутить, наколоть, и дело с концом, еще и спасибо скажет. Проблема в том, что покуда у нас вакцинация все-таки не насильственная, слова ученого возымеют обратный эффект, потому что ими он показывает, что свободу людей этих, человечность их ни в грош не ставит. Потому что в таком изображении они даже не люди, а какие-то безмозглые гуманоиды, которые, конечно, своего блага не осознают, а объяснять им бесполезно.
Активаксеры (как на пандемическом новоязе принято называть прививочных активистов) из числа тех, что за агрессивный маркетинг, говорят: а вот пусть непривитые сдохнут. Это же ваш выбор — не прививаться, так не прививайтесь и сдохните. Подобных комментариев в сети полно, не передать, как нежно греет душу активаксера мысль о том, что кто-то может умереть от ковида. Такой подход типичен не только для России, в Греции, например, та же история. Дошло до того, что убежденный сторонник вакцинации, известный греческий публицист Левтерис Хараламбопулос призывает активаксеров ни больше ни меньше «избегать каннибализма». Он настаивает, что пожелание «чтоб ты сдох» нельзя говорить никому, ненависть нельзя культивировать, нужно прилагать усилия в противоположном направлении — солидарности и человечности. Хараламбопулос пытается такими словами убедить людей привиться, и, откровенно говоря, когда он пишет «убедим людей сделать прививку, убедим в том, что они заслуживают жить» — мне кажется, что шансов переубедить скептика у него больше, чем у ученого, который одним махом отказывает человеку в самом праве на сомнение. И который с политической точки зрения запускает еще одну фугаску: окей, насильственная вакцинация — а кто насиловать-то будет? И как? Просто представьте себе картину именно принудительного медицинского вмешательства, с заломанными за спину руками, отчаянными криками… Кого предполагается назначать в эту зондер-команду? И не тянет ли от этой картины тем самым 1937 годом, который обернулся такой мощной идеологической миной против Советского государства… История повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй — в виде фарса, говорил Гегель, и давайте не будем проверять, точно ли не возникнет трагедии во второй раз.