Крушение Ту-104 под Ленинградом: моряки, ушедшие в небо
Ровно 36 лет назад, 7 февраля 1981 года, произошло крушение самолета Ту-104 на военном аэродроме близ города Пушкин под Ленинградом. В результате авиакатастрофы погибли 50 человек, включая 16 адмиралов и генералов, 11 капитанов первого ранга, в том числе командующий Тихоокеанским флотом адмирал Эмиль Спиридонов. Стратегически важный советский флот на Тихом океане был почти полностью обезглавлен.
Масштаб случившейся катастрофы ужасал. Для сравнения: в ходе Второй мировой войны советский флот потерял лишь четырех адмиралов.
Под грифом «секретно»
Последствия этого «черного дня ВМФ» были ощутимы не только для флота, но и для всех Вооруженных сил СССР. При этом доподлинно о катастрофе до сих пор мало что известно — произошедшее сразу же засекретили. Вплоть до того, что официальное извещение о гибели своих мужей вдовы погибших получили лишь в 1997 году.
Ни в прессе, ни по радио о катастрофе не было сделано никаких заявлений. Исключением стал лишь небольшой некролог в газете «Красная звезда». «7 февраля 1981 года при исполнении служебных обязанностей в авиационной катастрофе погибла группа адмиралов, генералов, офицеров, мичманов, прапорщиков, матросов и служащих Тихоокеанского флота. Министерство обороны СССР и Главное политическое управление Советской Армии и Военно-Морского Флота выражают глубокое соболезнование родным и близким погибших товарищей», — напечатали на третьей полосе издания Минобороны СССР.
Мгновенно созданная государственная комиссия перебирала все версии, включая версию теракта, а Тихоокеанский флот был приведен в состояние полной боевой готовности. «А что, если самолет взорван и это начало войны?» — думали тогда многие.
Факты и версии
Сухие же факты таковы. В начале февраля 1981 года в Ленинградской военно-морской академии состоялся ежегодный сбор высшего командного состава всех флотов Советского Союза. Руководство Краснознаменного Тихоокеанского флота, который по результатам недельных сборов был признан лучшим в ВМФ, должно было на самолете вернуться домой во Владивосток.
Как свидетельствуют очевидцы, самолет, еще не оторвавшись от земли, нарушил траекторию движения по взлетно-посадочной полосе. Затем, поднявшись на высоту порядка 45−50 метров, совершил крен на правое крыло и, задев земляной вал, рухнул и взорвался. Взрыв произошел практически моментально, ведь топливные баки были заполнены «под завязку». Все находившиеся в самолете пассажиры и члены экипажа погибли. Одного из пилотов — старшего лейтенанта, механика Зубарева — во время удара о землю выкинуло через носовой фонарь. Но и ему не суждено было выжить — он скончался по дороге в больницу.
Предварительный список погибших, составленный сразу после катастрофы, насчитывал не 50, а 52 человека. Позднее выяснилось, что командующий Камчатской военно-морской флотилией вице-адмирал Геннадий Хватов и начальник штаба Тихоокеанского флота Рудольф Голосов по счастливой случайности вылетели другими рейсами. «Я тоже должен был быть в том самолете, но за час до вылета отпросился у командующего и улетел в Североморск, проведать дочь…» — вспоминал Голосов.
Согласно официальной версии, катастрофа произошла из-за ошибки экипажа, допустившего перегруз самолёта и неправильное размещение пассажиров и груза, в результате чего у самолета сместился центр тяжести — он накренился и перестал быть управляемым. Высказывались и другие версии. Например, сразу после катастрофы очевидцы, наблюдавшие за взлетом, указывали на несимметричный выпуск закрылков. Однако официальное расследование это не подтвердило.
Дефицитные тонны
По свидетельству очевидцев, в самолёт были загружены тяжёлые рулоны бумаги. Пассажиры также везли с учений сотни килограммов совершенно секретных планшетов, карт, схем. Кроме того, в преддверии 23 февраля и 8 марта каждый офицер и адмирал старался вернуться домой не с пустыми руками — за неделю сборов в Ленинграде они, разумеется, отоварились дефицитом: это и бытовая техника, и одежда, и мебельные гарнитуры. Сколько всё это могло весить, трудно себе представить.
Генерал-лейтенант, бывший командующий ВВС и ПВО Балтийского флота Виктор Сокерин подсчитал, что 52 пассажира — это примерно 5200 кг, тогда как максимальная загрузка Ту-104 составляла 9000 кг. На груз оставалось не больше 3800 кг, «в самолет же запихали груза тонн десять, если не больше», пишет он в своей статье о злополучном вылете.
Положение самолета, после отрыва вставшего «крестом», только лишний раз убеждает, что центровка превышала предельно заднюю. «Экипаж при этом бессилен», — уверен опытный летчик.
Сокерин предположил, что, скорее всего, экипаж решился на полет с нарушениями, поскольку попросту не смог возразить высокопоставленному флотскому начальству. «Трудно сказать, что было бы с командиром экипажа Инюшиным, откажись он выполнять полет. Предполагаю, что в лучшем случае все члены экипажа стали бы пенсионерами прямо в самолете», — поделился он своими доводами.
«Адмиралов могло спасти только одно. Если бы они загрузили еще пару рулонов бумаги или пару-тройку мебельных гарнитуров, то самолет бы «сел на хвост» прямо на стоянке», — уверен Виктор Сокерин.
Цвет апельсина
Вице-адмирал Рудольф Голосов в своей книге «Продуть балласт!» позднее описывал катастрофу: «Самолет перевернулся на спину и рухнул с высоты около 50 метров, сразу превратившись в пылающий костер. Пленка самописца зафиксировала надрывно удивленный крик штурмана: «Куда, куда, куда!?» и истошный вопль диспетчера командного пункта: «Крен равняйте, крен! Удар, конец!»
По словам Голосова, следом за тихоокеанцами с военного аэродрома в Пушкине должны были вылетать балтийцы. Вскочив в машины, офицеры бросились к месту падения самолета, километрах в полутора от края взлетной полосы. Но жар полыхавшего керосина долго не подпускал их — полная заправка, 30 с лишним тонн, горела дольше часа. «Оранжевое пламя с траурной каймой черного дыма пожирало останки людей. Живыми оставались только апельсины, раскатившиеся от места пожарища, оранжевые, как осколки пламени», — передавал рассказ очевидцев Рудольф Голосов.
Корреспондент ИА REGNUM натолкнулся в сети на воспоминания одного из свидетелей трагедии, который, по его словам, в то время служил заместителем командира учебного взвода в воинской части в Пушкине. «Как сейчас помню, была суббота. Завтра у меня увольнение в город, и вдруг по тревоге строят часть на плацу. Время не помню, вторая половина дня, но было светло. Выходит наш командир роты и сообщает, что на аэродроме горит самолет. Построили часть и бегом погнали к аэродрому. Это минимум 3 км… На КПП пропустили без вопросов… Нас построили, и комендант гарнизона, держа в руке флотскую кобуру (на ремнях), приказал построиться цепью и обойти по периметру место падения самолета, при этом собирая все документы, что попадутся на пути. Внутрь не лезть… Видел, как солдаты роты охраны аэродрома сносили на носилках тела погибших. Построились цепью и пошли по периметру. По кустам, снегу, и т.д. Лично я ничего не обнаружил. Был на месте падения. Видел вывернутое наизнанку тело погибшего, видел кусок фюзеляжа в 2−3 метрах, видел погибших», — так этот человек, пожелавший остаться неизвестным, около года назад описал события того страшного дня.
«Виноватым» в случившемся тогда назначили командира авиационной дивизии, базирующейся на Дальнем Востоке, полковника Яковлева. В момент трагедии он находился за десятки тысяч километров, но самолет Ту-104 входил в отряд управления этой дивизии — этого оказалось достаточно, чтобы снять полковника с должности.
Сценарий для Ту-154
Добавим, что многие авиационные эксперты увидели аналогию той давней катастрофы Ту-104 с недавним крушением самолета Минобороны РФ Ту-154 над Черным морем, на борту которого находились 8 членов экипажа и 84 пассажира, включая основной состав (64 артиста) Ансамбля песни и пляски имени Александрова.
Обе катастрофы произошли на взлете, на загруженных бортах, резко потерявших подъемную силу. И в 1981 году, и в 2016-м разбились устаревшие самолеты, которые к тому времени уже не использовались на «гражданке». Версия теракта также не подтвердилась — в обоих случаях эксперты сослались на «ошибки экипажа». По словам одного из очевидцев, Ту-154 также падал в море с неестественно высоко задранным носом, что говорило о смещении центра тяжести, приведшем, как и в случае с Ту-104, к крушению.
В памяти поколений
Авиакатастрофа Ту-104 унесла жизни десятков опытнейших офицеров, фактически изменив судьбу флота. В вечный поход ушли мужья, отцы, дети. Добрую память о них продолжают бережно хранить их родные и близкие. На страницах сайта «Прерванный полет» любой желающий может узнать о жизни погибших в тот день военных моряков.
«Почти со всеми из погибших товарищей по оружию я был лично знаком. Со многими служил бок о бок на Северном флоте. А с некоторыми хаживал и в океанские походы. Так, вместе с Феликсом Митрофановым <…> на борту К-16 прошел в Атлантику, выполняя задачу в окрестностях знаменитой банки Роколл. Вася Постников служил замполитом на К-42 в тот период, когда мы всплывали в «тринадцатой полынье» и пешком добирались в лагерь полярников дрейфующей станции «Северный полюс-16». Джемс Чулков не раз вывозил меня на своих кораблях в Баренцево море для руководства ракетными и торпедными стрельбами атомоходов», — описал адмирал Аркадий Михайловский свою дружбу с погибшими в 1981 году боевыми товарищами.
Больше других, как писал Михайловский, его жизненный путь пересекался непосредственно с командующим Тихоокеанским флотом Эмилем Спиридоновым. «Мы вместе в один год окончили училище имени Фрунзе. Потом служили на подводных лодках. Эмиль на Северном, а я на Тихоокеанском флоте. Затем снова встретились, но уже в Западной Лице, где Спиридонов командовал дивизией. Оттуда он и был направлен на Камчатку, чтобы сформировать там атомную подводную флотилию. Эмиль оказался первым из нашего выпуска, кому доверили командовать флотом и удостоили высокого звания адмирала. Эмиль Спиридонов был яркой личностью, своеобразие которой раскрылось именно на Тихом океане», — поделился воспоминаниями его сослуживец.
Большинство погибших были похоронены 12 февраля 1981 года в Ленинграде на Серафимовском кладбище. Увековечена память погибших была и в камне. В 1983 году на могиле был воздвигнут мемориал, в 2000 году на памятнике была сделана надпись «…Погибшим при исполнении служебных обязанностей 7.02.1981 года…». Начиная с 1991 года ежегодно 7 февраля в Николо-Богоявленском кафедральном морском соборе Петербурга служится панихида по погибшим морякам. 15 июня 2000 года в храме была открыта мемориальная доска с их именами.
Памятник командованию Тихоокеанского флота, погибшему в авиакатастрофе под Ленинградом, открыли сегодня, 7 февраля 2017 года, во Владивостоке. Мраморный монумент установили у 33-го причала. Открывал памятник и выступил на митинге нынешний командующий Тихоокеанским флотом России адмирал Сергей Авакянц.