Когда-то считалось, что разведка — это не женское дело. Но потом появилась легендарный агент Елизавета Зарубина и своей многолетней работой без единого провала опровергла этот стереотип. Эта женщина ввязывалась в самые сложные политические игры и проводила невероятно рискованные операции и всегда оказывалась лучше мужчин.
В начале 30-х годов, когда к власти в Германии пришли национал-социалисты во главе с Гитлером, Советский Союз начал выводить из Рейха своих агентов, среди которых большинство было евреями. До появления концлагерей еще не дошло, но безопасно в стране уже не было.
В то время как другие разведчики выезжали из Германии, отправиться туда готовились разведчики Василий Зарубин и Елизавета Зарубина. Настоящее имя Елизаветы было Эстер Розенцвейг, а ее внешность не вызывала ни малейших сомнений в национальности.
Для нее эта командировка была невероятно опасной, но создавать агентурную сеть в Берлине было некому и приходилось рисковать. В мир с Германией, которая изо дня в день набирала силу, в советской разведке верили мало и поэтому надежная агентура была просто необходима.
Эстер должна была выйти на связь с агентами, которые были завербованы до нее, а также найти надежных информаторов, через которых можно было узнать, что происходит в немецкой армии. Обычные в таких случаях денежные средства и ценности агенту не дали, поэтому о подкупе речь не шла.
Отсутствие финансирования говорило о том, что нужны были идейные агенты, ненавидевшие Гитлера и его соратников. Отчасти именно поэтому выбор руководства пал именно на Зарубину, которая отличалась способностью находить подход к самым осторожным и замкнутым людям.
Как Эстер превратилась в Елизавету
Эстер родилась в селе Ржавенцы Хотинского уезда, в Австро-Венгрии. Ее отец — Иоэль Розенцвейг, работал управляющим лесными угодьями одного крупного польского помещика. Это был очень образованный человек с передовыми взглядами на жизнь, любивший классическую русскую литературу.
Отец Эстер открыто симпатизировал Российской Империи, что и повлияло на отношение его дочери к России и русскому народу. Девушка мечтала побывать в Петербурге, который был воспет русскими поэтами и писателями, но для евреев в Российской Империи была создана черта оседлости, за пределы которой вырваться было невероятно сложно.
Поэтому Эстер Розенцвейг после окончания гимназии поступила в Черновецкий университет, а позже уговорила отца отправить ее учиться во Францию, в Сорбонну. Еще в Черновцах девушка вступила в подпольную ячейку коммунистов и, прибыв во Францию, тут же присоединилась к европейским единомышленникам.
После окончания университета Эстер, знавшая в совершенстве несколько языков, устроилась на работу в советское торговое представительство. Это помогло ей получить советский паспорт, о котором она давно мечтала и перейти на секретную и очень ответственную работу. Очень скоро перспективную сотрудницу из торгпредства, расположенного в Париже, перевели в Вену. Там, в резидентуре, она стала переводчицей и связисткой, а в 1928 году Эстер отправили в Москву.
В начале 20-х годов прошлого века еврейская молодежь начала активно вливаться в ряды большевиков, поддерживая их лозунги о равенстве и светлом будущем. Разумеется, религиозность среди такой передовой молодежи порицалась и многие стеснялись своих ветхозаветных имен.
Смена иудейских имен на светские всячески поощрялась и в молодой советской стране появилось множество евреев со славянскими или просто нейтральными именами и фамилиями. Эстер Розенцвейг, прибыв в СССР, также решила идти в новую жизнь под новым именем и стала Елизаветой Юльевной Горской.
Будущей разведчице не хотелось полностью рвать связь с истоками — новое имя имело еврейские корни, а фамилия Горская могла принадлежать как русской женщине, так и еврейке или польке. Так еврейская девушка Эстер, что в переводе с древнееврейского означает «звезда», превратилась в интернационалистку Елизавету Горскую.
В Москве из Елизаветы начали делать настоящую разведчицу. В спецшколе девушка встретила другого будущего резидента — Василия Зарубина и вскоре стала его женой. Такие отношения поощрялись в спецслужбах, так как считалось, что семья разведчиков выглядит менее подозрительно, чем агент-одиночка.
Профессионалка, не провалившая ни одного задания
Елизавета была просто создана для работы в разведке. Помимо знания языков она была невероятно эрудированна, имела великолепную память и мастерски использовала психологические способы воздействия на людей. Кроме этого, женщина имела тонкое чутье, позволявшее ей своевременно уходить от опасности, и успешно выполнять самые рискованные и сложные миссии.
Перед началом Второй мировой войны разведчице поручили разрушить доверительные отношения между Францией и Германий, чтобы не дать им объединиться в случае военного конфликта. Зарубина мастерски справилась с поставленной задачей, скомпрометировав нескольких французских офицеров.
Разведчица, работавшая под конспиративной кличкой «Вардо», заставила всех поверить, что группа французских военных готовит военный переворот, чтобы установить в стране нацистский режим. Выполняя это задание, Елизавета завербовала ценного агента — секретаря немецкого посольства в Париже, которая фигурировала в ее секретных сводках под агентурной кличкой «Ханум».
Вместе с мужем они изображали легкую на подъем, гостеприимную и обожающую отдых в компаниях чешскую семью Кочеков. Все знакомства, заведенные во время посиделок с зарубежными друзьями, советские разведчики использовали на благо своей страны.
В 30-х годах Зарубиных отправили в Германию. Чешская легенда плохо подходила для этой работы и Елизавета с Василием приехали в Берлин в качестве американцев. Граждане США, до вступления их страны в войну с Германией, могли себя чувствовать на территории Рейха совершенно безопасно. Вскоре после прибытия в Берлин Елизавета сообщила о первом серьезном успехе. Ей удалось восстановить утерянную агентурную связь с гауптштурмфюрером С. С. Брайтенбахом, возглавлявшим отдел по борьбе с коммунистическим шпионажем. Этот высокопоставленный немец помог спасти не одного советского разведчика, своевременно предупреждая о надвигающейся опасности.
Помимо работы с Брайтенбахом, Зарубина занималась сбором информации о внутриполитической обстановке в Германии, а также о сверхсекретной ракетной программе «Фау». Женщина завербовала сотрудника МИД Германии, который заменил умершую от болезни агента «Ханум».
Новый агент имел доступ к переписке министра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа, в которой накануне войны было немало интересного. Снимки секретных писем из министерства, сделанные новым агентом при помощи микрофотоаппарата, потекли в Москву рекой.
На рубеже 30-х и 40-х годов Елизавете пришлось работать очень активно. Разведчица моталась между Германией, СССР и США, вербуя американских связистов для работы в Берлине и восстанавливая старые связи с агентами из числа немецких и американских дипломатов.
Попутно в США Зарубина раздобыла важную информацию о так называемом «Манхэттенском проекте». Так называли американцы свой проект создания и использования первой ядерной бомбы. Американцы меньше всего хотели, чтобы в Москве узнали об их главном военном козыре, но не смогли уберечь тайну от опытной разведчицы.
В 1944 году ФБР заметило подозрительный интерес супругов Зарубиных к секретным материалам и от греха подальше выслали пару в СССР. В Москве Елизавете предложили работу в аппарате разведки и она согласилась. С тех пор она лишь делилась своим колоссальным опытом с коллегами и координировала советских разведчиков на расстоянии.
Елизавета Юльевна Зарубина прожила долгую и наполненную опасностями жизнь, но погибла в советской Москве. В возрасте 87 лет лучшая разведчица в истории СССР попала под автобус, переходя улицу.
Зарубина была не единственной советской разведчицей — в разных уголках мира эффективно работали ее бесстрашные коллеги. Но никто не смог превзойти резидента «Вардо» по результативности и продолжительности работы в тылу врага.