«Дизельгейт»: загнать Германию в стойло Трансатлантического партнёрства
Берлин, 25 февраля, 2016, 13:37 — ИА Регнум. Фольксвагеновский «дизельгейт» что-то подзавял. Возникший несколько дней назад аналогичный «гейт» Mercedes пока раскручивается слабо. Попытки предъявить обвинения в сокрытии превышения норм загрязнения среды, адресованные Honda, Mazda и Mitsubishi, остались только попытками и не пошли дальше. Сенсаций не получилось или не стоит спешить с выводами?
Почему вдруг у кучи мировых автомобильных брендов обозначились проблемы? Вот так, практически разом и одновременно? И почему-то у японских и немецких компаний нарушения есть, а американские (все эти форды и дженерал моторсы) — сплошь белые и пушистые?
На происки конкурентов и желание вытеснить соперника с авторынка списать, конечно, можно многое. Но это объяснение, лежащее на поверхности. И годится оно, зачастую, только для отвода глаз и маскировки реальных процессов. Настоящую же причину этих скандалов следует искать на другом уровне. На глобально-государственном.
В 2003 году три державы, которых никогда и никому не приходило в голову зачислить в разряд мировых лидеров (Новая Зеландия, Чили и Сингапур), задумали благое дело, заявив о желании создать то, что теперь всем известно под именем Транстихоокеанского партнерства (ТТП). Первичное соглашение об учреждении ТТП было подписано в 2005 г., когда названное выше трио разрослось до квартета: к инициаторам примкнул еще один «гигант» мировой экономики — Бруней. Государство, о существовании которого широко известно лишь могучей кучке разгадывателей кроссвордов.
В 2008 к процессу обсуждения статуса и возможностей новой международной экономической организации подключились Австралия, Перу, Вьетнам и США. Еще через пару лет — Малайзия, Мексика, Канада, а в 2013 команда заинтересованных стран пополнилась Японией, Тайванем, Колумбией, Филиппинами и Южной Кореей.
Ну, заинтересовались и ладно, казалось бы. Не эта организация первая, не она — последняя. Если бы не присутствие в ней США, так и вообще, кто бы на нее внимание обратил? Нет смысла сейчас разбирать, как янки проталкивали создание ТТП, зачем уступали лавры инициаторов мало «весящим» в мировом ВВП государствам — об этом уже написано немало и разжевано в достаточной степени.
Остановиться следует на том, что не каждое из государств, «интересующихся» вхождением в ТТП, действительно хочет в него вливаться. Бунтуют их доморощенные экономисты, указывая на статьи договора, обязывающие страны поступаться своим суверенитетом и национальными ценностями, сдаваясь фактически на милость победителя. Победителя — в лице транснациональных компаний, по странному стечению обстоятельств имеющих американское происхождение. Бывает, что на это же указывают правоведы, профсоюзные деятели и лидеры партий, не находящихся у власти. Не хотят, в общем, некоторые несознательные страны. Противятся тому, чтобы их железной рукой к счастью гнали.
И вот здесь без методов экономического (завуалированного, разумеется) принуждения никак не обойтись. Обламывать сопротивляющихся удобнее всего через развал (или подчинение) их наиболее крупных производственных структур. Одним выстрелом в таком случае убиваются два зайца: промышленные конкуренты ставятся под контроль компаний, присвоивших себе право диктовать миру свои условия, а вслед за ними под внешнее управление переходят и страны, чей бюджет держится на доходах их крупнейших национальных (да и международных тоже) предприятий, ушедших таким образом, под чужое крыло.
Японские Honda, Mazda и Mitsubishi составляют один из столпов экономики страны Восходящего солнца. Экономической базы, на которой основана политическая самостоятельность Японии, ее суверенитет в том числе. Японский автопром к тому же — опаснейший конкурент «Дженерал Моторс» и «Форда».
«Мерседес» и «Фольксваген» — немецкие гиганты из того же автомобилестроительного сектора. Германии среди кандидатов в ТТП нет — не проходит по конкурсу. Географией не вышла. Но зато очень хорошо было бы ее вписать в другое партнерство — Трансатлантическое торговое и инвестиционное (ТТИП), создаваемое на тех же принципах подавления суверенитета. И с участием (читай: главенством) США (точнее, рулящих этим государством транснациональных компаний). Германия — локомотив Евросоюза, подчинив ее, можно считать и остальные 27 стран ЕС прирученными.
Не случайно, все иски против автомобильных компаний имеют американское происхождение. Американские дотошные автолюбители, которые и знать-то о машине предпочитают лишь то, что у нее есть руль и тормоз, а об остальном пусть болит голова у техников, вдруг докопались до неведомого софта, вроде бы установленного в «фольксах» и «мерсах», занижающего показатели выброса NO в атмосферу. Счет машин с «нехорошим» программным продуктом идет на миллиарды. Только «Фольксвагену» предполагается, будет выставлено 18 миллиардов долларов.
Как только подобная новость появляется на лентах мировых информационных агентств, то — что происходит? Правильно, обрушение котировок акций попавшей под «пресс» компании. После чего заказчик всей этой постановки может брать ее почти голыми руками. Хочет — растворяет ее в своей фирме. Не хочет — объявляет своим филиалом, младшим партнером, etc. В любом случае это уже — не самостоятельная и не германская (не японская) компания. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
С японцами, правда, до столь глобальных скандалов пока не дошло. Обвалы и принародное экономическое мордобитие — это же не сразу. Сначала — долгие-долгие «терки» при закрытых дверях и без утечек через электронную почту. И только потом, если враг не гнется-не сдается, в бой вступает тяжелая экономическая артиллерия.
Кстати, проблемы, судя по всему, у фактических организаторов и вдохновителей ТТП и ТАТИП (не о замечательном квартете формальных учредителей речь) есть не только с Германией и Японией и с их автогигантами. Не так давно штаб-квартирой ЕС в Брюсселе было распространено по странам содружества уведомление, в котором говорится о нечистоплотности «некоторых производителей электронно-информационной техники, манипулирующих с умными программами, с целью продвижения на рынок своих товаров, не соответствующих нормам, принятым в ЕС». Речь, как удалось установить испанскому интернет-изданию El Economista, идет о Samsung. Который что-то мудрит с яркостью экранов своих телеприемников и совершенно не заботится при этом о том, насколько его изыски вредны для глаз евросоюзных телезрителей. Искажая при этом настоящие (опасные для здоровья людей) данные об излучении при помощи устанавливаемого в аппараты специального программного оборудования.
Южнокорейская фирма Samsung, мы все хорошо знаем, есть главный конкурент на рынке мобильных коммуникаций американской Apple. Сам-то по себе Сеул Вашингтону дорогу, возможно и не переходил, да и к ТТП покорно присоединился. Но конкретно к Samsung у американских товарищей есть вопросы. Примерно такие же, как те, что у американских автопроизводителей — к японским и германским.
Если попробовать взглянуть на катастрофу в Мексиканском заливе (2010 г.) нефтедобывающей платформы Deepwater Horizon, принадлежащей British Petroleum, под этим же углом, она не покажется такой уж природной случайностью. Чистых убытков тогда BP скалькулировала порядка 20 миллиардов $. В считанные дни котировки компании упали на 12%, снизив тем самым ее рыночную стоимость на 43 млрд $. Плюс ей пришлось еще и прибегнуть к продаже части своих активов (по данным из разных источников на сумму от 25 млрд $ до 45 млрд). Правда же, интересно? В смысле, интересно найти ответ на вопрос сui prodest? Кому выгодно?
Всякая случайность есть проявление закономерности.
Так что ждем новых скандалов, кто там на очереди? Sony, Adidas, KIA, Airbus? Битва за мировое господство не останавливается ни на секунду.