Финал эпохи Сергея Лаврова в МИД России
Назначение Элеоноры Митрофановой в МИД России послом по особым поручениям, который будет курировать вопросы русского языка, мировое культурное наследие и проблемы Латинской Америки, — событие большого бюрократического смысла. И даже — большой бюрократической символики.
Во-первых, компетенция этого посла по особым поручениям публично определена как компетенция, сокращающая сферу ответственности специального представителя президента России по вопросам международного культурного сотрудничества Михаила Швыдкого, что интересным образом создаёт связь компетенций между даже не заместителем главы МИД и спецпредставителем президента, а между послом (пусть даже особым) и администрацией президента, до сего времени требовавшую как минимум статуса заместителя главы МИД. Примечательно при этом, что в раздел компетенций никак не попадает огромная сфера деятельности Швыдкого как телевизионной звезды и художественного руководителя Московского театра мюзикла и как видного примирителя армянского и азербайджанского народов на территории Нагорного Карабаха.
Во-вторых, развитие института посла по особым поручениям как куратора целых континентов планеты создаёт новые широкие перспективы для развития «персонализации» деятельности МИД через головы профильных заместителей министра и глав департаментов, выстроенных по географическому принципу.
Персонализация МИД России — не новость: именно в ней корни всемирной славы и внутриполитической популярности главы МИД РФ Сергея Лаврова (занимает свою должность непрерывно с 2004 года), который давно выступает больше в качестве гения переговорного процесса, мастера пресс-конференций и автора публичных афоризмов, нежели в качестве руководителя 11 000 сотрудников ведомства, законно подвергающегося неиссякаемому числу профессиональных, политических, моральных и иных претензий. Персонализация МИД более чем ярко выразилась и в танцевально-поэтическом творчестве официального представителя МИД Марии Захаровой, которой в тени Лаврова пришлось взять на себя тяжёлую ношу ещё одной звезды министерства, заменившей пресную бюрократическую службу эстрадной феерией.
Можно предположить, что теперь должность посла по особым поручениям с новым особым весом — и одновременно параллельного структуре МИД куратора территорий — в качестве своеобразного «экзоскелета» старого ведомства — с успехом будет растиражирована в тех направлениях, где нет ни новых звёзд, ни эстрадных успехов. Например, по части Украины и Белоруссии одновременно. Или например, по части Грузии, Армении и Азербайджана, вместе взятых. Или по проблемам Калининградской области России вкупе с Литвой, Латвией и Эстонией. Или по всемирно-историческим проблемам Багамских островов, Бермудов, Британских Вирджинских островов, Кипра и Острова Мэн.
Наконец, новые бюрократические подходы приобретают особый смысл в контексте упорно распространяемых равно поклонниками и клеветниками слухов о грядущем уходе министра Лаврова из МИД и назначении его, по следам его предшественника в МИД Игоря Иванова (министр в 1998—2004 гг.), секретарём Совета Безопасности РФ. Чаще всего называемый ими же в качестве преемника Лаврова его нынешний первый заместитель Владимир Титов (заместитель с 2005 г.) также может иметь солидную персональную основу для построения нового лица ведомства: например, в любви к подлёдному рыбному лову, в любви к Черногории, неподвластной её вступлению в НАТО, вообще — в устойчивой репутации «голубя мира» посреди неправильных ястребов. Для «голубя мира» укрепляющий ведомство экзоскелет тоже будет очень полезен.