Глобальная полиция и другие предложения МВФ: идеи борьбы с киберрисками
В своей статье «Киберриск — новая угроза финансовой стабильности», размещенной на портале Международного валютного фонда (МВФ), авторы Найджел Дженкинсон и Дженнифер Эллиотт предлагают нам представить, что если вдруг работа банка окажется заблокированной из-за кибератаки, то денежный перевод, осуществленный нами, не дойдет получателю, мол, мы все больше полагаемся на цифровые финансовые услуги. Заметим, можно подумать, что нам всем оставили иной выбор, вытесняя из обращения наличные деньги. Так вот, за последние десять лет, утверждают специалисты МВФ, число кибератак возросло в три раза, и именно финансовая сфера подвержена этим нападкам больше всего, что представляет риски для финансовой стабильности. Главные опасения авторов, судя по всему, вызывает возможность с помощью одной, но успешной хакерской атаки поразить и остановить не одну финансовую организацию, а целую, так скажем, инфраструктуру, в случае наличия тесных финансовых и технологических взаимосвязей. При этом также замечая, что сейчас инструменты хакинга стали дешевле, проще и мощнее, а распространение услуг, предоставляемых с помощью мобильных устройств (единственной доступной многим людям технологической платформы), создает больше возможностей для хакеров.
Существует и еще одно интересное замечание авторов, мол, многие национальные финансовые системы пока не готовы противостоять атакам, тогда как международная координация развита еще слабо. В связи с этим борьба с киберпреступностью приобретает, на их взгляд, тот характер задачи, который необходимо решать на международном уровне. Недостаточно, пишут авторы, чтобы отдельные компании были заинтересованы инвестировать в средства защиты: для предотвращения недостатка инвестиций и защиты финансовой системы в целом от последствий атаки необходимо регулирование и государственное вмешательство. Тем самым Дженкинсон и Эллиотт подводят к уже готовым основным стратегиям. Конечно, исходя из видения и, очевидно, целей МВФ.
Одним из первых шагов предполагается необходимость создания карты киберугроз и количественной оценки риска, которые позволят лучше понять взаимозависимость в мировой финансовой системе основных операционных и технологических связей, как и важнейших объектов инфраструктуры. Эта мера якобы будет способствовать пониманию и снижению общесистемного риска, а количественная оценка возможных последствий поможет сосредоточить ответные меры на конкретной проблеме и обеспечить большую решимость противостоять ей. Вторым шагом является так называемое сближение регулирования, подразумевающее повышение международной согласованности регулирования и надзора, что позволит снизить издержки соблюдения нормативных требований и построить платформу (!) для более тесного трансграничного сотрудничества. Международные организации, указывают авторы статьи, например, Совет по финансовой стабильности, Комитет по вопросам платежной и рыночной инфраструктуры и Базельский комитет по банковскому надзору, начали укреплять координацию и содействовать сближению систем регулирования. Официальным органам стран также рекомендуется работать сообща над реализацией этих мер.
И только следующим шагом называется уже «возможность принятия ответных мер». Однако никакой конкретики из описания данного шага всё же при этом не следует. Только общие слова, те, что были во вступлении в тему, так сказать, заходом к ней. Так, снова говорится о том, что кибератаки происходят все чаще, финансовая система должна быть в состоянии оперативно возобновить функционирование даже при успешной атаке, тем самым обеспечивая сохранение стабильности, тогда как так называемые стратегии реагирования и восстановления пока только появляются, особенно в странах с низкими доходами, которым нужна поддержка в их разработке. Для поддержки реагирования и восстановления в трансграничных организациях и необходимы международные механизмы.
То есть в очередной раз МВФ предпринимает попытки как сохранить, так и усилить свое влияние на качество жизни кроветворных систем всех стран — финансовых систем. Три последних пункта или, так сказать, стратегии опять-таки не блещут новизной. Основными их положениями является «готовность делиться», то есть необходимость увеличивать объемы обмена информацией об угрозах, атаках и ответных мерах, охватывающих частный и государственный секторы, что якобы позволит укрепить способность к эффективному принятию мер сдерживания и реагирования. Но это, как мы понимаем, совершенно необязательно может являться гарантией успеха. Тем не менее, говоря о преградах, причем серьезно мешающих обмену информацией, авторы их связывают с соображениями национальной безопасности и законами о защите данных. Надзорным органам и центральным банкам в этой связи дается совет по необходимости разработать протоколы и методы обмена информацией, позволяющие эффективно работать в условиях этих ограничений. Кроме того, снижению барьеров могут способствовать согласованный на глобальном уровне шаблон обмена информацией, повышение использования общих (!) информационных платформ и расширение надежных сетей.
Для того чтобы меры сдерживания угроз были более ощутимыми, предлагается сделать кибератаки более дорогостоящим и рискованным занятием за счет эффективных мер конфискации доходов от преступной деятельности и привлечения преступников к уголовной ответственности. А для этого необходимо наладить тесное сотрудничество между правоохранительными службами и официальными органами стран, ответственными за критически важную инфраструктуру или безопасность, между всеми странами и ведомствами. Поскольку же для хакеров не существует границ, для борьбы с глобальной преступностью нужны глобальные правоохранительные меры.
Укреплению финансовой стабильности и поддержки финансовой интеграции — также будет способствовать развитие потенциала в области кибербезопасности в развивающихся странах и странах с формирующимся рынком.
Вот такие вот доводы и стратегии приводят специалисты МВФ, которые на фоне звучащих в сторону России санкционных угроз, в том числе по отключению международных расчетных систем, не просто выглядят неубедительными, но и не особо актуальными. Просто потому, что все эти риски всем давно известны, они были предсказуемы, да и потому, что всегда и во всем у международного сообщества виновата Россия. Надо полагать, что появление «глобальной полиции» не просто не изменит этот тренд, а усугубит его. Более того, известно, что именно существующее серьезное влияние МВФ на деятельность национальных финансовых рынков ставит ряд стран не просто в зависимость от международных инвестиций, но и приводит к доминированию одних над другими, порождая неравенство. По большому счету нет смысла городить огромную взаимосвязанную систему глобального характера на международном уровне. Достаточно удешевить этот процесс в рамках самих стран путем разграничения операций на внутренние и международные, где последние будет выполнять, например, одна национальная организация. Примерно такой была система в СССР, где были профильные банки. Но вряд ли эта мысль окажется по нраву глобалистам. Начнутся разговоры о необходимости развития конкуренции. Мнимой конкуренции.