Тегеран и Баку: начало расплаты
Президент Азербайджана Ильхам Алиев в конце февраля совершит визит в Тегеран. Об этом заявил иранский посол в Баку Мохсен Пакайин. Приглашает Алиева президент ИРИ Хасан Рухани. Ожидается подписание «документов в экономической и энергетической сферах». Это будет первый визит нынешнего азербайджанского президента в Иран после снятия санкций с этой страны.
Ранее Баку выступал в Закавказье в роли главного стержня, вокруг которого наматывались основные события, поскольку Азербайджан рассматривался в качестве чуть ли не ведущего источника энергоресурсов Каспийского региона, альтернативного России транзита энергоресурсов в Европу, в частности туркменского газа (если бы Баку удалось провести в жизнь такой проект). К Азербайджану притягивалось внимание крупных внешних сил: России, США и ЕС, не говоря уже о военно-политическом альянсе с Турцией, что придавало Баку статус геополитической эксклюзивности в регионе. Эти факторы сформировали определенную политическую ментальность у политической элиты республики. Когда она после развала СССР приняла на вооружение в отношении Турции известный принцип «одна нация — два государства», это означало, с одной стороны, отход от общесоюзной или российской ориентации, а с другой — барьер на пути возможной иранизации, что в целом предопределило проблемы во взаимоотношениях между Баку и Тегераном и негромко звучащие «недоразумения» в отношениях с Москвой.
Кремль сдерживал политические эмоции, поскольку у него были «доверительные» отношения с президентом Турции Реджепом Эрдоганом, что открывало перспективы формирования «российско-турецко-азербайджанского альянса». Но и в этом альянсе Москва и Анкара имели возможность в своих интересах разыгрывать бакинскую карту, а не наоборот, хотя теоретически азербайджанская дипломатия могла бы провести партию в своих интересах и до конца. Если бы ее не подвел заложенный в историческую матрицу «имперский код».
Еще в 1992 году президент Азербайджана Абульфаз Эльчибей выдвинул идею объединения территорий, населенных преимущественно азербайджанцами, в единое государство. Это было направленно против Ирана, о чем в Тегеране помнят. Так, в апреле 2013 года Иран выступил с нотой протеста, в которой обвинял Баку в разжигании сепаратизма посредством так называемого «Национального фронта свободы Южного Азербайджана», где обсуждалась тема так называемого «южного Азербайджана». Тогда складывалась интригующая ситуация: Баку свои отношения с Москвой обуславливал необходимостью решения карабахского конфликта по своему сценарию, давил на Тегеран с целью добиться от него присоединения к блокаде Армении, а ЕС играл на «европейских настроениях» азербайджанской элиты, обещая золотые горы и Карабах в случае реализации энергетической стратегии в обход России.
Все изменилось после снятия санкций с Ирана, когда, по оценке портала Нaqqin.az, стало ясно, что Тегеран «со своими неисчерпаемыми запасами нефти и газа путает все карты в регионе, создавая совершенно новую геополитическую и вместе с ней и геоэкономическую конфигурацию», и теперь «экономическая мощь, а вместе с ней и политическое влияние Ирана будут возрастать из года в год». Одновременно резко упало влияние союзной Турции. Центр тяжести в системе международных отношений на Ближнем Востоке смещается в сторону Тегерана, который вопреки прогнозам Баку и Анкары пользуется поддержкой крупных внешних сил. По мнению одного стамбульского эксперта, для Турции и Азербайджана «наступили самые неблагоприятные времена, так как они выпали из фарватера мировой политики». По данным Financial Times, «возвращение западных компаний в Иран, увеличение экспорта нефти и дальнейшая транспортировка иранского газа в Европу сведет на нет геополитическое значение Азербайджана».
Теоретически потенциал экономического взаимодействия Тегерана и Баку огромен, но Иран в этой связке выступает в роли ведущего, а не ведомого, на что раньше рассчитывал Азербайджан, и не складывает в Закавказье яйца в одну корзину. Как сообщил Пакайин, иранцы приступили к строительству железной дороги из Казвина в Астару. Маршрут «Север-Юг» соединит Россию, Азербайджан и Иран. Иранский посол в Тбилиси Аббас Талеби заявил, что Тегеран может рассмотреть Грузию как один из транзитных пунктов поставок газа в Европу как через Армению, так и Азербайджан. Но при этом он призвал Тбилиси «исходить из своих национальных интересов». Так что есть основания предполагать, что Алиев во время визита в Тегеран столкнется с серьезным выбором и, возможно, давлением, когда именно иранская сторона будет выступать в качестве главного организатора расширения сотрудничества с Азербайджаном. И в перспективе нельзя исключать, что Иран через Грузию будет перекрывать Азербайджану «окно» в Турцию.
Одним словом, в Закавказье складывается новый энергетический и геополитический пасьянс. Донорами-поставщиками голубого топлива выступают Иран, Россия и Азербайджан, реципиентами — Армения и Грузия. Более того, предполагает американская частная разведывательная компания Stratfor, Москва «будет расширять свою транзитную сеть, равно как и свое влияние, на юг, до Ирана, чтобы объединить усилия и ограничить присутствие других крупных держав в этом регионе».