«Для нас запрет, скорее всего, будет преимуществом». Не пора ли в российских лыжах отказаться от фтора?
С сезона-2023/24 Международный союз биатлонистов (IBU) и Международная федерация лыжного спорта (FIS) ввели полноценный запрет на фторосодержащие мази и парафин. Теперь перед стартом и после финиша инвентарь спортсменов проверяют специальным сканнером. В случае обнаружения фтора на лыжах можно получить штраф и дисквалификацию.
Однако на российских соревнованиях этот запрет не действует. Биатлонистка Наталия Шевченко в интервью «СЭ» высказала идею, что это может стать для нас проблемой: «Нам бы, наверное, тоже нужно переходить на бесфторовые порошки и парафины, чтобы быть на их уровне в этом плане. Мне кажется, когда мы из России приедем с нынешними лыжами на Кубок мира, у нас будет не очень хороший результат. Первые годы будет тяжело. Потому что скольжение без фтора уже не такое быстрое, надо подстраиваться и больше сил затрачивать».
«СЭ» решил задать похожие вопросы о том, что нужно ли у нас вводить запрет на фтор, тренеру Андрею Падину, президенту Союза биатлонистов России Виктору Майгурову и чемпиону мира Антону Бабикову. Все они практически сошлись во мнении по этой теме.
Падин: «Если спортсменам фтор помогает, то почему бы его не использовать?»
— Как относитесь к запрету на фтор?
— Может быть, это верный шаг, а может, и не совсем. Мы иногда соревнуемся в сложных условиях, а фтор помогает спортсменам. Все-таки когда комфортнее скольжение, энергии затрачивается меньше. Поэтому в этом есть большой плюс. Если его полностью запретить, то не думаю, что это сильно повлияет на экологию. Конечно, ребята, которые готовят лыжи, из-за этого страдают. Здоровье портится от этих выхлопов и газов. Однозначно по поводу запрета сказать не могу. Я бы выбрал сторону спортсменов. Если спортсменам фтор помогает, то почему бы его не использовать? Поэтому не стал бы от него отказываться.
— Тем не менее запрет в Европе введен. Не нужно ли нам этим тоже заняться? Например, Наталия Шевченко считает, что мы можем из-за этого отстать.
— Намного не отстанем. Без фтора скольжение лыж станет более одинаковым, поэтому на первый план будут выходить физические качества. Что имела в виду Наталия, не могу сказать. Мое понимание другое. Физически мы их не слабее. Мы всегда проигрывали гонки именно по техническому оснащению. Не будем утверждать, что у наших соперников был инвентарь лучше, но какие-то преимущества они имели. Мы проигрывали в отдельных моментах. Когда технически были на высоком уровне, то выигрывали. Поэтому если не будет сильной технической разницы, то, наоборот, отставание уменьшится.
— Может, нужно искать бесфторовые мази?
— Нам их искать не надо. Если на международной арене эти бесфторовые мази есть в наличии и ими пользуются, то не думаю, что при нашем участии мы их не будем иметь. Такой вариант, на мой взгляд, исключен.
— Йоханнес Бе начинал сезон не очень хорошо. Он сам связывал это в том числе с запретом на фтор. Ему нужно было делать больше усилий на лыжне, но плечевой пояс был не так хорошо разработан, поэтому пришлось подкачаться.
— Вы сами и ответили на вопрос. Приложение усилий с фтором гораздо меньше. Как раз отсюда вытекает проблема. У Йоханнеса плечевой пояс был слабее, результат стал хуже. Когда он подтянулся в этом компоненте, то опять стал одним из лидеров. Если говорить про наших спортсменов, то мы по плечевому поясу не отстаем. Для нас запрет фторовых мазей, скорее всего, будет преимуществом. Будем соревноваться чисто на морально-волевых, на своем организме, на своем здоровье. Нас не станет выносить вперед техническая составляющая.
— Техника лыжного хода не меняется от того, бежишь ты на фторовой мази или без?
— Вопрос неоднозначный. Она будет меняться в том плане, что при скольжении на фторовой мази увеличивается длина шага. Если увеличивается длина шага, значит, повышается экономичность. Поэтому фаза для расслабления будет больше, спортсменам легче бежать. При худшем скольжении длина шага уменьшается, значит, и техника становится более силовой.
— Может, нам стоит привыкать к этой новой технике?
— Мы сейчас не можем наши погодные условия сравнить с европейскими. Наш российский снег далеко не такой быстрый, как в Европе. Поэтому нам не стоит привыкать, мы уже привыкшие к другому скольжению и к тяжелым снежным условиям.
Майгуров: «Ушли от использования мазей с высоким содержанием фтора»
— Как в России обстоят дела с фторосодержащими мазями?
— Мы на уровне сервиса сборной уже ушли от использования мазей с самым высоким содержанием фтора, но пользуемся средним. Хотя большинство регионов России продолжают использовать высокий фтор, так как особенно в теплую погоду он дает значительное улучшение скольжения. Мы к этому не стремимся, потому что понимаем, что рано или поздно вернемся на международный уровень, где действует полный запрет. Поэтому ищем новые смазки и материалы, чтобы в будущем их использовать.
— Почему бы нам не ввести полный запрет?
— А зачем?
— Например, Наталия Шевченко считает, что когда мы вернемся на международную арену, то можем отстать от соперников.
— Мы думаем о том, чтобы все спортсмены готовили лыжи одним парафином, чтобы результат был более объективным, что ли. Возможно, мы это будем внедрять на юношеских соревнованиях, на юниорских. Тем самым мы им поможем, чтобы у них было меньше расходов на все это. С другой стороны, подравняем.
— Не отстанем, по вашему мнению?
— Абсолютно нет. Мы же будем понимать, на каком материале работают соперники. Понятно, что у кого-то останутся какие-то секреты. Но для фирм-производителей это же все равно бизнес. Им надо это продавать. У нас отличный сервис, мы с этим справимся.
— В сборной России понизили уровень фтора в мазях, а в сборной Белоруссии?
— Не знаю. Бывает, что нас наши спортсмены укоряют. Но на самом деле претензий и вопросов по подготовке лыж практически нет. Мы же мажем не только лыжи сборной России, но и как минимум по 30 человек на мужскую и женскую гонки из региональных команд.
Бабиков: «Нужно начинать с мелких вещей: сортировать коробки, собирать свинец на рубежах»
— Как относишься к запрету на фтор?
— У меня друг бежал лыжный марафон «Энгадин» в Швейцарии. Притом что он стартовал в разряде четырехтысячных номеров, его зачем-то на финише дернули и сказали, чтобы сдал лыжи на тест. В итоге его сняли. Я ему сказал, что он, наверное, первый русский, которого сняли за фтор. Как отношусь к запрету? Я не изучал досконально вопрос, как он влияет на окружающую среду. Но можно начать с каких-то более мелких вещей. Допустим, сортировать коробки от патронов, так как часть состоит из картона, а часть из пластика. Или собирать свинец на рубежах. То есть какими-то такими мелкими шажками мы могли бы сделать огромную пользу для природы. Когда идут глобальные проекты, как запрет на фтор, то я недостаточно посвящен в тему. Поэтому мне сложно судить. Лучше спросить у сервисменов.
— Наталия Шевченко высказала мысль, что нам бы пора вводить запрет, потому что будем отставать от соперников, когда мы вернемся на международную арену.
— Я вообще не знаю, как сейчас работают сервисмены, много ли смазки с фтором. Думаю, что часто используют альтернативные варианты. Для этого есть более компетентные люди. Мне кажется, что Наталия очень позитивно смотрит на ситуацию в мире, раз нам пора уже задуматься о том, чтобы избавляться от фтора. В любом случае нам всегда нужно задумываться, чтобы беречь природу. Как я уже говорил: сортировать коробки, избавляться от пластика, что-то еще в таком плане. В рамках адекватности. Без запрета свиноферм и прочего.
— Не думаешь, что если, допустим, завтра мы вернемся на международную арену, то просядем из-за этого технического момента?
— Возможно. Я надеюсь, что наша сервис-бригада не сидит сложа руки. Мне кажется, что они вплотную изучают возможности современного рынка смазочных материалов и пробуют такие варианты тоже. Не думаю, что они сидят расслабленные, мажут фтор и хихикают над Европой.
— Не кажется, что без фтора поменяется техника лыжного хода?
— Мы от гонки к гонке испытываем разные сложности с лыжами. Иногда скольжение более быстрое, иногда более медленное. Даже, помнишь, в начале сезона Йоханнес Бе говорил, что испытывает сложности?
— Да, говорил, что плечевой пояс был не сильно прокачан.
— Мне кажется, что он лукавил. Он просто подошел не в той форме, в которой хотел. Через пару гонок уже прекрасно себя чувствовал, плечевой пояс ему не мешал. Думаю, что здесь так же. Если ты готов, то подстроишься под любую скорость скольжения. Если не готов, то будешь рассказывать про плечевой пояс или что-то еще. Просто надо быть готовым.