Две молодых женщины-врача обвинили заведующего отделением ЦРБ в Краснообске в намеках на внерабочие отношения. Они заявили, что после отказа вступить в связь с ним начальник начал создавать подчиненным проблемы на работе. Обе оказались на грани увольнения. Одна с этим смирилась и готовится паковать чемоданы, другая — оспаривает дисциплинарные взыскания в суде. Журналист НГС пообщался со всеми сторонами немедицинского конфликта. Имена женщин и их начальника изменены, но известны редакции.
Вино и Барри Уайт или на выход
Ольга — 33-летний терапевт, выпускница Новосибирского медуниверситета (НГМУ). После двух лет ординатуры в Институте клинической и экспериментальной медицины в Нижней Ельцовке она устроилась на работу в здание по соседству с ИКЭМ — Институт физиологии и фундаментальной медицины. Карьера молодого врача развивалась стремительно: спустя полгода Ольга стала заместителем директора. Но административная работа ей оказалась не по нутру.
— Мне нужна была настоящая медицина, не рафинированная, а экстренная, неотложная и многогранная. Я хотела быть лечащим врачом и никем другим. Поэтому начала подыскивать другое место работы, поближе к земле, — говорит Ольга.
Свой выбор женщина остановила на Центральной районной больнице в Краснообске. Ольгу подкупили слова руководства ЦРБ о том, что отделение — сплоченный, как семья коллектив. Такой весомый аргумент перевесил даже такое неудобство, как ежедневная дорога из Кольцово в ЦРБ и обратно. В сентябре 2022 года Ольга устроилась в больницу терапевтом.
— Коллектив отделения в основной массе был молодым, не считая одной женщины за 60 и заведующего отделением, которому за 40, остальным было в районе 30 лет. Атмосфера выглядела дружеской и непринужденной. Мы все приходили на работу минут за 20 до начала смены, пили чай и планировали рабочий день, рассказывали о себе и узнавали друг друга получше, — продолжила Ольга.
Сплотил вокруг себя коллектив заведующий отделением Олег — мужчина, по словам сотрудниц, любит флиртовать с коллегами помоложе.
— На совместном дежурстве Олег время от времени отпускал фразы типа: «Как вы смотрите на то, чтобы продолжить дежурство у меня под вино и песни Барри Уайта»? Что-то подобное он говорил и при всех, образ такой у него — мужчина нарасхват. Такие намеки адресовались и другим моим молодым симпатичным коллегам-женщинам, поэтому я воспринимала это, как устоявшиеся внутриколлективные шутки, — говорит Ольга.
Намеки на совместный досуг вне работы завотделением разбавлял жестами, порой — довольно джентельменскими. Спустя месяц после трудоустройства Ольга присоединилась к посиделкам коллектива отделения в баре неподалеку от больницы. Засидевшись, женщина приняла решение не ехать домой в Кольцово — утром нужно было заступать на дежурство. Олег довез коллегу до больницы на такси и проводил до своего кабинета, где ночевать на порядок удобней, чем в ординаторской. Взбил подушку и поправил одеяло, а утром — поинтересовался о самочувствии смской.
— После того вечера, в который ничего такого между нами не произошло, намеки Олега о близости стали уже более предметны и настойчивы. Он также пытался надавить на мою возможную выгоду, если я не откажу. Мол, с такой внешностью и такими мозгами, да вдобавок с его покровительством я смогу многого достичь. Я вежливо дала понять, что мне это не интересно. Вскоре по больнице пошли слухи о том, что я сплю чуть не ли с каждым коллегой, догадываюсь откуда эти сплетни пошли. Но меня это совершенно не трогало, — говорит Ольга.
При следующей фразе голос молодого терапевта становится стальным.
— Попытки дискредитировать меня как человека не увенчались успехом: в коллективе я прижилась и сдружилась с коллегами. По-настоящему ситуация начала меня задевать, когда меня начали дискредитировать как врача. Я люблю свою работу, все силы в нее вкладываю, у меня большая зона ответственности. За слухами пошли докладные главному врачу о том, что я неподобающе для врача одеваюсь, то есть вызывающе: красивое платье, каблуки. Однако это не запрещено: главное, опрятный вид и халат поверху. Были и жалобы на опоздания на планерку, которая, к слову, у нас начинается за 25 минут до начала рабочего дня. Устав отписываться от докладных, я вывела Олега на прямой разговор. Он сказал: «Я в любом случае тебя уволю, здесь ты работать не будешь! Буду на тебя писать докладные по любой херне. Хочешь отписываться от каждого чиха? Вперед!», — вспоминает Ольга.
Блатной пациент и странные жалобы
21 ноября 2023 года на стол главного врача легла служебная записка от и.о. заведующего отделением (на время отпуска Олега обязанности исполнял другой молодой врач). Доктор сообщил, что накануне в обед поставил коллектив в известность о прибытии непростого пациента, который поступит в течение дня. Лечащим врачом объявил себя, так якобы распорядился главврач.
— В 15:00 мне доложили, что указанный пациент осмотрен и поступает в отделение. После обхода других своих пациентов я зашёл в ординаторскую, и мне сообщили, что пациент покинул больницу с вещами. При этом его письменный отказ не был оформлен терапевтом (называет Ольгу). Бумажный экземпляр истории болезни был разорван медсестрой. Прошу провести расследование по данному случаю, — доложил в записке и.о. начальника.
По словам Ольги, сам непростой пациент вел себя по-хамски и отказался что-либо подписывать, а силой заставить мужчину это сделать она не в состоянии. По результатам проверки выговор получила сама Ольга и нажаловавшийся на нее коллега, исполнявший обязанности начальника отделения.
— Я с выводами врачебной комиссии не согласна, я подала в иск в суд о несогласии с выговором. Это оказалось верным решением, если бы я этого не сделала, я бы была уже уволена. На меня посыпались жалобы пациентов, сейчас решается вопрос о втором и третьем дисциплинарном взыскании. Так как первое оспаривается, формальных оснований для увольнения нет, но для их появления задействованы лояльные моему начальству пациенты, — говорит Ольга.
Одна из пациентов потребовала наказать Ольгу за то, что та, будучи ее лечащим врачом, не заходила к ней в палату для оказания медицинской помощи в течение полутора суток. Якобы женщину навещал только дежурный врач. По мнению пациентки, лечить людей терапевту мешает неправильный выбор обуви.
— Не могу не сказать о ее внешнем виде. К чему эти вызывающие каблуки ярко-красного цвета? Может поэтому она не торопится к заждавшимся ее пациентам? Или может «заблудилась» и перепутала заведение? — написала в жалобе пациентка.
3 апреля главный врач ЦРБ получил еще одну жалобу на Ольгу. Некая С. написала о том, что еще в ноябре 2023 года ее родители поступали в стационар, и Ольга общалась с ними не вежливо, халатно отнеслась к их лечению. В конце письма сообщалось, что именно из-за терапевта у родителей развилась ятрофобия (боязнь врачей). Якобы теперь их невозможно уговорить поехать в больницу.
— Я обратилась спустя полгода, потому что состояние здоровье моего отца за это время ухудшилось. Из-за того, что ему вовремя не провели необходимые медицинские процедуры и обследования, мы каждый месяц его с того света вытаскиваем. Виноватой в этом я считаю как раз даму в красных лабутенах, — заявила С. в разговоре с журналистом НГС, добавив, что ее отцу 80 лет и он болеет множеством тяжелых хронических заболеваний.
«Ты плохо себя вела!»
Слова Ольги о регулярных заигрываниях со стороны заведующего отделением Олега с подчиненными подтверждает ее коллега — молодой эндокринолог Елена: женщины почти одновременно попали под его начальство в 2022 году.
— Я тогда в ковидном госпитале работала в этой же больнице, он прекращал свою работу. Помню, к нам пришёл Олег и сказал, что специально для меня выхлопотал ставку эндокринолога в своем отделении. Спустя месяц-два работы начались с его стороны приглашения то в кафе, то в гости на «послушать Барри Уайта». То, что я на тот момент была замужем, Олега видимо не смущало, — говорит Елена. — Когда мы уже разводились с мужем, Олег регулярно намекал на то, что мог приехать и утешить. Но своего так и не получил.
Две недели назад Елену пригласили в отдел кадров и сообщили, что ее ставку сократили.
— У меня началась настоящая истерика: за два года я привыкла к новому месту работы, сдружилась с коллегами. Я знаю, что решения такого характера ни за день и ни за два принимаются. Прихожу в кабинет Олега и спрашиваю, как он мог мне в глаза все это время смотреть и не сказать о грядущем сокращении. Он мне ответил дословно так: «Ты плохо себя вела и плевала в колодец, из которого пьешь», — говорит Елена.
Кадровое решение женщина оспаривать не стала, она дорабатывает до 20 мая и увольняется по соглашению сторон.
«Порядочный семьянин с незапятнанной репутацией»
С Олегом журналисту НГС удалось перекинуться лишь несколькими словами по телефону у стойки охраны на входе в стационар. Мужчина удивился, когда темой беседы были обозначены жалобы на харассмент.
— В любом случае я не могу дать вам каких-либо комментариев без согласования с главным врачом, — сказал Олег.
Главный врач ЦРБ Дмитрий Батунин заявил, что информацию, которую редакции сообщили Ольга и Елена, не достоверна.
— Заведующий отделением — порядочный семьянин с незапятнанной репутацией. На него не было жалоб со стороны пациентов или коллег. Информация о харассменте также ни разу не доводилась ни до меня, как до руководителя, также не поступало сообщений в правоохранительные органы. Впервые я об этом узнал из вашего запроса. Что касается остальных обстоятельств трудового конфликта в отделении, ответы вы получите в ближайшее время в официальном письме, — сказал Батунин. Он дал понять, что считает, что сотрудницы отделения пытаются решить рабочие проблемы путем обвинения начальника в харассменте.
После получения письменного ответа ЦРБ на запрос НГС материал будет дополнен.
Ранее мы рассказали истории женщин, столкнувшихся с домогательствами в общественных местах.