Станет ли Россия цифровой монархией? О «невидимых» монополиях
Цифровизация России движется бесконечно стремительными темпами. Сайт государственных услуг заменяет социальные службы, в сети проходят выборы, удалённо учатся школьники. Больные вирусными инфекциями общаются с врачами онлайн, а для посещения общественных мест ещё недавно требовался скачанный на телефон QR-код. Жизнь наводнили бесконечные цифровые сервисы — навигация, информационные экраны, приложения для пользования услугами. Всё больше бизнеса уходит в «цифру».
Выступая перед победителями Международного студенческого чемпионата мира по программированию (ICPC), премьер-министр РФ Михаил Мишустинзаявил, что без цифровых технологий уже не обойтись.
«Обходиться без них уже практически невозможно, в том числе и на государственной службе», — сказал он.
Мишустин знает, о чём говорит. В утверждённом им перечне стратегических инициатив, направленных на развитие России, один из шести блоков полностью посвящён цифровой трансформации.
Но можно ли считать, что своим признанием глава правительства провёл некую черту, указав, что пора снимать розовые очки, сквозь которые прежде смотрели на «цифру» как на будущее. Всё, она наша реальность, которую пора внимательно рассмотреть и переосмыслить.
Несколько лет назад в России решили устроить «регуляторную гильотину», отказавшись от избыточных норм и правил, ограничивавших ведение бизнеса в различных сферах. Однако есть целые отрасли, остро нуждающиеся в справедливых правилах. Действующие там устаревшие «офлайновые» механизмы действуют только в одну сторону.
Как понять, есть ли в крупных городах монополия на рынке такси? Формально её ФАС не признаёт, однако на практике ситуация иная. Таксомоторный агрегатор «Яндекса», интегрированный с популярными приложениями и сервисами, имеет определённое преимущество, которое со временем всё сильнее обращает в свою пользу.
И даже если нет оснований для признания монополии, рынок нуждается в точных юридических характеристиках. Потому что гражданина бьют, как известно, не по бумаге, а по лицу. К примеру, как в этих условиях составлено пользовательское соглашение? А как меняются трудовые отношения с водителями?
Правозащитник в сфере легкового такси общества «Синих ведёрок» Елена Гращенковасчитает, что пассажиры «Яндекс.Такси» поражены в правах.
«Когда пассажир скачивает приложения агрегатора, ему предлагается поставить галочку и подписать соглашение агрегатора. И там сказано: если вы приняли наши услуги, мы ни за что не будем нести ответственность. Это нарушение законодательства! У пассажира нет никакой альтернативы. Если в лицензионном соглашении сказано, что, если вы не принимаете наше соглашение, вы не будете пользоваться услугами, но по данным департамента транспорта Москвы, у нас в Москве и Московской области 90% заказов всех такси осуществляется через агрегатор. Получается, эта галочка — они принуждают граждан добровольно отказаться от закона «О защите прав потребителей», — заявила Гращенкова на пресс-конференции в Москве.
Член общественного совета Минтранса России Андрей Попковрассказал, как меняются условия сотрудничества с водителями.
«Главный в отрасли — это водитель. Он зарабатывает деньги. И все эти нахлебники, все эти агрегаторы — нужно сократить количество процентов, которые они берут. Я помню, когда «Яндекс» в 2011 году пришел, они начинали с 3%. Потом 5%, 6%, 7%, 8%, 10%. Нужно умерить аппетиты», — сказал общественник.
Под цифровым колпаком всё больше и больше сфер. Блогеры «Яндекс.Дзена» полностью строят свой бизнес на соглашении с сервисом. Но всё может рухнуть в один момент, как, к примеру, у блогера Ольги Туляевой. Она пожаловалась, что когда достигла широкой аудитории, «Яндекс» ограничил работу канала из-за якобы имевшегося нарушения, суть которого ей понять не удалось.
«На моём канале было по 50 тыс. человек в день, иногда 100 тыс. И вдруг в одночасье всё пропало, и я понимаю, что «Яндекс. Дзен» что-то сделал, что меня от чего-то отлучили. И это при том, что мне не было сделано ни одного предупреждения. Я сама обращалась в службу поддержки и получила ответ — да, вы попали под ограничения», — сообщила блогер. По её словам, к тому моменту на канале уже было написано 180 статей.
Схожая ситуация и на рынке СМИ, которые хотя и имеют собственную аудиторию, постоянных читателей, но во многом зависят от агрегаторов. Единственный возможный способ сотрудничества — подписание стандартного партнёрского соглашения, в которое не получится внести правку. По нему решения о позиционировании материалов принимает загадочный алгоритм, в объективность которого верят далеко не все.
Директор Института ЕАЭС Владимир Лепехинзаявил, что сейчас главная проблема, которая стоит перед российской прессой и российским обществом, — это суверенность нашего информационного пространства.
«Мы, получается, живём в колонии. Получается, вся наша цифровая среда привязана к социальным сетям, к «Яндексу» как агрегатору, при всём при том, что абсолютно нет альтернативы. Всех подсадили на иглу транснациональных монстров», — сказал эксперт.
Тотальная цифровизация установила в России непрозрачные правила игры. Благодатные условия для цензуры, финансового давления и нечестной конкуренции, а также кабальных и несправедливых условий любых соглашений. По сути, за «цифрой» следует столь же тотальная потеря человеком его прав, чего в упор не видит наше государство. Единственный способ не допустить в России формирующейся цифровой монархии — это внимательно рассмотреть новые условия нашей жизни. И удалить источники дискриминации, обмана и манипуляций. Правовым путём это может сделать только власть.