Кто ответит за трагедию Нагорного Карабаха?
Президент России Владимир Путин 22 ноября в эфире телеканала «Россия 1» прокомментировал вопрос о территориальной принадлежности Нагорного Карабаха: «С точки зрения международного права и Нагорный Карабах, и все прилегающие к нему районы являлись и являются неотъемлемой частью территории Азербайджанской Республики». Это утверждение, не берём пока во внимание международно-правовые нормы и положения, к сожалению, звучит как мантра только об одном из принципов Хельсинкского Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе о «территориальной целостности государств» и, оказывается, выглядит как резонное оправдание Азербайджана за агрессивную так называемую деоккупационную войну против непризнанной Нагорно-Карабахской Республики (НКР), несмотря на прямое нарушение, а фактически откровенное игнорирование принципа «Неприменение силы или угрозы силой», и особенно Бишкекского документа о прекращении огня, четырех резолюций ООН и других международных договоренностей.
К тому же сегодня не упоминается еще один Хельсинкский принцип, имеющий для карабахской проблемы более важную императивную силу, так как в нем речь идет о «правах народов на самоопределение». Об этом-то и ранее почти не упоминалось, а теперь о нем, как видим, вообще нет разговора. А ведь можно утверждать, что ради этого восьмого пункта об общечеловеческих и политических ценностях были сформулированы в Хельсинки в 1975 году и другие девять принципов Заключительного акта ОБСЕ. Так нет же, нам теперь настойчиво говорят лишь о важности территориальной целостности Азербайджана, о том, что ему, как бы по справедливости, возвращается территория не только семи районов буферной зоны, но и 37 процентов из 4,4 тыс. кв. км НКР, занятых сверх того в ходе войны. По факту на кону и в цене оказались лишь территориальные амбиции президента Азербайджана, а вот общечеловеческие и демократические ценности, тысячи жизней народов, как армянского, так и азербайджанского, по меткому выражению Фальстафа, сказанному еще в XVII веке в шекспировской пьесе «Король Генрих», всего-навсего «пушечное мясо». А разве не так?
Если вдруг следовать логике Ильхама Алиева, то выходит, что мы теперь должны приветствовать в межгосударственных и международных отношениях новый принцип: «агрессивное и безоговорочное применение силы». Но, как ни странно, именно эти слова звучат как оправдание войне и ее победителю, который ее, во-первых, агрессивно развязал и, во-вторых, вел с тяжелейшими последствиями, причем с участием турецких военных и более 2000 исламистских боевиков из Сирии, Ливии, с Украины, с целенаправленным применением запрещенных видов ракет и снарядов против мирного населения, разрушая гражданскую инфраструктуру: жилые кварталы, школы, церкви, роддома. Азербайджан вел так называемую контрнаступательную операцию против НКР, что называется, с развязанными руками, хотя никакого наступлении армян по всей линии соприкосновения не было в природе. Это позволило ему и, пока безнаказанно, устроить «трагедию в Нагорном Карабахе», поставив мир почти на грань не только регионального конфликта. Свою военно-политическую ответственность за войну, жертвы и трагедию в НКР, несомненно, несет и Армения.
Напрашивается закономерный вопрос: если есть трагедия, то кто ее виновник или виновники? И почему мы должны со всей очевидностью признавать Азербайджан победителем в этой войне, а не агрессором, достойным нового Нюрнберга? Мы пока при памяти и еще не забыли, что новую войну Азербайджан вел беспощадно, попирая все самые что ни на есть ключевые договоренности о «прекращении огня и неприменения силы», фактически низложил и обессмыслил многолетнюю деятельность миссии Минской группы ОБСЕ, Мадридские, Казанские и другие наработки мирного урегулирования карабахской проблемы. Многолетний тупик был выгоден Баку, позволил Ильхаму Алиеву открыто попирать посреднические усилия Путина и других сопредседателей Минской группы ОБСЕ, президентов Франции Эммануэля Макрона и США Дональда Трампа, обращения и призывы на этот счет лидеров многих ведущих стран мира, Совета Безопасности ООН, а также соглашение о гуманитарном прекращении огня от 9 октября с. г. Более того, он с каждым днем усиливал боевые действия, преднамеренно направляя их на уничтожение мирного населения и гражданской инфраструктуры НКР, при этом непрерывно обвиняя в аналогичном оборонительные действия армии обороны НКР.
СМИ в те дни писали: «Скорость, с которой действовал российский президент Владимир Путин, и его личная решающая роль в том, чтобы заставить армян и азербайджанцев далеко за полночь искать выход за столом переговоров, были просто потрясающими. Это застало врасплох регион и все международное сообщество. Посредническая роль Путина неизбежно привела к миротворческой миссии России. К тому времени, когда мир узнал о прекращении огня в предрассветные часы 10 ноября, российские военные уже находились на пути в Нагорный Карабах». В суперкратком соглашении, подписанном в ночь на 10 ноября с. г., речь идет о приостановке войны, вводе российских миротворцев в осколочный остаток армянского Карабаха и чрезвычайно жестких сроках для полной депортации мирных армян из разбомбленных родных сел и городов, в том числе захваченных сверх нормы азербайджанскими войсками и исламскими боевиками из Сирии, о которых там не сказано ни слова. Официально о них и до сих пор ничего неизвестно, как будто они заклятые враги России только в Сирии. Кто и когда ответит за сбитый над территорией Армении, вдали об боевых действий в Карабахе, вертолет 102-й российской военной базы, за гибель двух офицеров и тяжелое ранение третьего? Не слишком ли терпеливо российская сторона ждет от Азербайджана соответствующих расследований, а если они ведутся, то почему без участия наших специалистов?
Сейчас нам разъясняют, что Россией была проявлена стремительная решимость для остановки войны, которой, как теперь понятно, не хватало в предыдущие шесть смертоносных недель. И потому-то следует напомнить и про два других принципа урегулирования карабахского вопроса, на которые ни в ходе войны, ни тем более в решительный день, выбранный для прекращения боев, времени не было. В принципе, тогда эта ситуация была понятна. Но с каждым новым послевоенным днем все больше напрашивается закономерный вопрос: а что, за 26 лет российские дипломаты с участием Генерального штаба Вооруженных сил России, РАН и спецслужб не смогли объективно разобраться в исторической и современной сущности карабахской проблемы с точки зрения Хельсинки и других международных норм, чтобы помочь руководству Азербайджанской Республики и Армянской Республики ответственно подойти к её взаимоприемлемому разрешению? По крайней мере, чтобы не допустить кровавой бойни. Более того, под рукой не оказалось ни одной заготовки на случай военного конфликта. Вряд ли кто из россиян не вспомнит, как было стыдно смотреть друг другу в глаза за безрезультативную 44-дневную политико-дипломатической суету.
Разве Россия, пользуясь своим авторитетом в межгосударственном сотрудничестве с двумя странами конфликта, сопредседательским правом в Минской группе ОБСЕ, за эти годы не смогла бы, как говорится в известной русской поговорке, не мытьем, так катаньем наладить прямые встречи между руководством, политическими и общественными деятелями Азербайджанской Республики и непризнанной НКР? Ведь в Бишкеке соглашение о прекращении огня было подписано напрямую с участием НКР. Надо прямо указать, что с российского попустительства Азербайджаном на государственном уровне с начала XXI века стала исповедоваться жесткая армянофобия, бесподобным образом извращаться как древняя, так и тем более современная история Карабаха, Армении, Кавказа, Ирана, а заодно и России. Эта важная тема, кстати, заслуживает отдельного исследования.
Складывается впечатление, что в постсоветское время российское руководство находилось под политическим влиянием, а скорее давлением Азербайджана, прекратило полное взаимодействие с НКР. Объяснялось, что это в интересах принципа «равной удаленности как к Армении, так и к Азербайджану. Но при чем здесь НКР и ее народ?
С другими непризнанными республиками, к примеру, с Приднестровьем, Южной Осетией, Абхазией, общение осуществлялось полномасштабно, а с НКР нет. Граждане и официальные лица других стран, в том числе государств — сопредседателей Минской группы, беспрепятственно и полномасштабно общались с НКР. Для россиян существовал запрет на любые посещения Карабаха и на личный контакт там с местными жителями, предки которых еще 300 лет назад, в 1721 году при Петре Первом добровольно приняли подданство Российской империи. Особенно строго это касалось дипломатов и чиновников. Не допускались культурно-гуманитарные контакты. Какие бы со стороны Азербайджана ни высказывались противоречивые антиисторические и армянофобские заявления, они возражений со стороны официальной Москвы не встречали. Азербайджан же, ущемляя международные права и свободы россиян, первым в постсоветское время стал вести черные списки побывавших в НКР, в том числе включая в них депутатов Госдумы, журналистов, не допускать их после этого в свою страну. Теперь этот дурной пример оказался ко двору Грузии, Украине, Молдавии…
Как человек длительное время прямо причастный к разрешению азербайджано-карабахского и других межнациональных конфликтов, могу ответственно свидетельствовать, что простой народ быстро бы восстановил межличностные контакты и доверие друг к другу. А дальше, само собой, с обеих сторон стали бы развиваться межгрупповые контакты, в первую очередь между научными и культурными кругами и даже между беженцами, прежде всего на бывшем соседском уровне. В России же армяне и азербайджанцы в абсолютном большинстве взаимно доброжелательны, нередко работают в одних и тех же фирмах, являются друг у друга постоянными клиентами (покупателями), у них развита взаимовыручка, особенно по земляческому принципу, например, среди бакинцев, кировобадцев, агдамцев и т. д.
Было же очевидно, что азербайджанские города и села пяти из семи районов буферной зоны армяне практически не осваивали. У них просто некому было там селиться. Это не новость. Армяне и сами понимали свое бессилие, давно их могли вернуть Азербайджану, но под его соответствующие гарантии безопасности. Были же успешными примеры достаточно высокой челночной народной дипломатии Ереван — Баку — Степанакерт и обратно в 2011—2012 годах, инициированные спецпредставителем президента России Михаилом Швыдким, послами Азербайджана и Армении Поладом Бюль-Бюль оглы и Арменом Смбатяном. Но потом все снова перевели на уровень бесчисленных дипломатических переговоров и соглашений, можно сказать, «замадридились». А когда Азербайджан 27 сентября с. г. вероломно нарушил все эти принципы и соглашения, то оказалось, что у нашего МИДа и Минской группы не нашлось ни механизма, ни средств не только упреждать, но приостановить боевые действия. Потребовалось 44 дня жестоких боев с громадными людскими потерями и разрушениями всех видов инфраструктуры НКР и, конечно, непосредственное личное и каждодневное участие президента Путина.
Не странно ли наблюдать теперь применение в армянском Карабахе сирийских миротворческих и гуманитарных практик? Неужели ситуация в Карабахе является сирийской калькой? И почему все затраты, даже на стройматериалы, Россия приняла на себя? А где в принципе материнская забота Армении? Да, в ней сейчас политический коллапс, но не хозяйственный. Государственный и частный секторы, социальная сфера работают. Почему нельзя доверить мастерам из Армении ремонтно-строительные работы? Они могут подключить к ним диаспорные благотворительные финансы и силы. Знаю, что там после первой карабахско-азербайджанской войны был хороший опыт, в структуре правительства работал комитет по спецпроектам в НКР. А где, естественно, участие Азербайджана, российского стратегического союзника, именующего себя победителем? Правда, в духе этой статьи здесь больше подходит интеллигентный термин «безжалостный виновник войны», снаряды и ракеты которого, в том числе запрещенные и «щедро» применявшиеся, как видел весь мир, были специально направленны против мирного населения и для разрушения жилищной и другой социальной инфраструктуры.
Сегодня Ильхам Алиев громогласно и беззастенчиво диктует территориальные условия, нереальные сроки и графики возвращения районов буферной зоны, грозится востребовать с армян миллиардные контрибуции, наращивает армянофобскую информационную войну, объявляет о лишении армян даже автономных прав, безнаказанно затягивает расследование дела о якобы случайно сбитом российском вертолете, летевшем во внутреннем воздушном пространстве Армении, и гибели российских летчиков. Однако при этом на территории, которую Алиев считает в границах целостного Азербайджана, о вопросах восстановления разрушенных им же городов и сел, возвращения армянских беженцев, как в Степанакерт, так и в населенные пункты азербайджанских районов, предотвращения в Нагорном Карабахе гуманитарной катастрофы и решении других многочисленных проблем он речи не ведет. Как видим, эту работу он воспринимает в виде бонуса Азербайджану, так как вместе с вводом миротворческих сил, созданием гуманитарных центров, доставкой стройматериалов и решение многих жизненно важных вопросов взяла уже на себя щедрая Россия.
Нет вопросов к тому, что Россия в виде миротворцев вернулись к армянам Карабаха и чтобы нашей страной оказывалась насущная гуманитарная помощь. Но не надо отодвигать и подменять прямых виновников трагедии в Карабахе, она полностью рукотворная, и за нее виновники должны понести всестороннее бремя ответственности, в том числе материальное.
Об авторе — председатель Российского общества дружбы с Арменией, доктор социологических наук, лауреат литературной премии имени Бориса Полевого, почетный член Союза писателей Армении.