ISSN 1694-5492
Основана 23 марта
1925 года
ЕДИНЫЙ КЫРГЫЗСТАН - ЕДИНЫЙ НАРОД
СЛОВО
КЫРГЫЗСТАНА
ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГАЗЕТА
В Государственном национальном театре драмы им. Ч. Айтматова завершается 89-й театральный сезон. Сегодня можно смело говорить, что главный драматический театр страны переживает своё второе рождение. И главное тому доказательство — неизменные аншлаги не только на премьерные показы, но и на постановки прошлых лет. А попытки зрителей перехватить «лишний билетик» перед началом спектакля прямо с рук — явная примета массового возвращения бишкекчан в когда-то любимый, но на многие годы забытый театр.
Очевидно, что столь успешное обновление русской драмы в Бишкеке связано с приходом в театр нового художественного руководителя Вячеслава Виттиха и его нашумевшей постановкой булгаковского романа «Мастер и Маргарита». С Вячеславом Алексеевичем мы поговорим о «театральном чуде», репертуаре нового сезона и о том, почему порой творчество и самореализация оказываются гораздо важнее денег.
— Вячеслав Алексеевич, давайте начнём с главного: как вам удалось вернуть бишкекского зрителя в театр, который, казалось бы, уже никогда не возродится? Даже внешний облик медленно, но верно разрушающегося здания наводил тоску. И вдруг такой успех… В чём секрет?
— В Булгакове… В «Мастере и Маргарите», его мистике.
— Магия в чистом виде?
— Давайте будем считать так.
— Кстати, после первых спектаклей «Мастера» по городу ходил устойчивый слух, что вы — московский режиссёр, и это тоже придавало определённый флёр ажиотажу вокруг постановки. И вдруг выясняется, что вы наш, родной, родом из Кара-Балты. И это оказалось ещё радостнее. Как мальчик из маленького городка вдруг решил стать режиссёром?
— Наверное, с самого раннего детства была какая-то особенная черта, которая привела меня к этой профессии. Я на всё смотрел как бы со стороны, придумывал обстоятельства, в которых проигрывал различные ситуации. Кроме того, увлекался литературой и буквально видел всё, о чём читал. Но когда я попал в наш Молодёжный театр при Доме культуры в Кара-Балте, то буквально влюбился во всё, что там происходило. И до сих пор с огромной благодарностью вспоминаю моего первого педагога Людмилу Васильевну Поволоцкую. А потом я увидел спектакль по пьесе Нила Саймона «Босиком по парку» и испытал просто щенячий восторг. Тогда я понял, что ничего в жизни нет, кроме театра.
Людмила Васильевна меня благословила, и после школы я решил поступать в ГИТИС на режиссуру. Поехал в Москву и там выяснил, что на режиссуру не берут без актёрского образования. Попытался поступить на актёрский, но, увы, меня подвёл звук «Л», который я не выговаривал. Не прошёл творческий конкурс из-за дефекта речи. Вернулся в Бишкек, начал заниматься с педагогом по сценической речи и поступил в наш институт искусств им. Бейшеналиевой. Учился у Сергея Матвеева и Михаила Токаева, думаю, многие
помнят эти имена.
Через год всё же уехал и поступил в ГИТИС на курс Александра Пороховщикова, который успешно окончил. И тут судьба сделала небольшой зигзаг. После окончания института, где, как все говорили, подавал большие надежды, меня вдруг не приняли в тот театр, в котором я хотел работать. Амбиции и юношеский максимализм взяли верх. Мол, нет возможности служить там, где хочу, лучше вообще не заниматься творчеством. Я вернулся домой, отец помог мне устроиться в коммерческую фирму в Казахстане: пришло, мол, сынок, время зарабатывать деньги. Ездил по Казахстану, занимался инспекцией филиалов, денег было действительно много, а вот радости в этом не было совсем. В театр тянуло неодолимо. И как-то раз, сидя на спектакле как зритель, вдруг чётко понял, что надо возвращаться.
Я уволился и пошёл работать в Актюбинскийй театр сначала актёром, а потом начал ставить свои спектакли и в качестве режиссёра. В результате меня назначили на должность художественного руководителя русской труппы театра. В 2006 году поступил в ГИТИС уже на режиссёрский факультет (мастерская В. Беляковича). Затем десять лет ставил в самых разных театрах Казахстана, России и, кстати, в Бишкеке тоже, до тех пор, пока не случился мой «роман» с Калининградским театром драмы. Там всё сошлось — труппа, с которой было полное взаимопонимание, свобода в выборе материала, прекрасный зритель. Десять лет я отдал этому театру.
— И что заставило вас приехать в Бишкек?
— На одном из фестивалей я встретил известного режиссёра из Кыргызстана: он мне и сказал, что меня ищут в Бишкеке. Правда, говорит, денег нет, квартиры нет, но театр ждёт… А я к этому моменту понимал, что мне нужны новые перспективы… В общем, собрался и приехал.
— Вы начали с «Мастера и Маргариты» и, однозначно, не прогадали. Почему выбор выпал именно на этот материал?
— Откровенно говоря, я был уверен, что этот спектакль будет собирать залы. Каждому интересно заглянуть «по ту сторону». Вот, например, «Битва экстрасенсов»: там уже все давно разоблачены, но передача по-прежнему бьёт все рейтинги… Кроме того, этот спектакль позволяет максимально задействовать всю труппу театра, это тоже один из важных моментов.
— Этот роман экранизировался и ставился на подмостках многих театров. И каждый раз он отражает какой-то особенный взгляд режиссёра на роман. Ваш «Мастер и Маргарита» о чём?
— Режиссёры на подобные вопросы чаще всего отвечают одинаково: о чём спектакль, должны решить зрители. Но я могу сказать, что все мои спектакли о любви. И этот тоже не только о любви Мастера и Маргариты, он — о любви Левия Матвея к Богу, Понтия Пилата к своим страданиям, Иешуа — к людям…
— Как строится репертуарная политика?
— В целом репертуар должен отвечать запросам разного зрителя. Максимально охватывать жанры. Отсмотрев репертуар, я понял, что не хватает комедии, фарса, гротеска. Практически нет зарубежной классики, например, Шекспира, Мольера….
— Если отойти от конъюнктуры: вам дана возможность поставить любой спектакль на ваше усмотрение, что бы это было?
— "Фауст" Гёте. Это моя мечта. Но не всегда такой подход срабатывает. В Калининграде я поставил спектакль на свой вкус, ни на что не оглядываясь. Это пьеса Николая Коляды «Птица Феникс». Полная творческая свобода. Но, увы, спектакль, что называется, «не зашёл». Оказалось, что мои переживания о жизни актёров никому, кроме меня, не интересны.
— Случилась ли у вас «химия» с труппой нашего театра?
— Думаю, да. Труппа очень хорошая. Сегодня режиссёры всё больше настроены на синтетических актёров, которые играют, поют, танцуют, делают три сальто одновременно, но за этим мы теряем академичность, глубину театра. Здесь старшее поколение — актёры старой театральной школы, несущие театр Станиславского и Чехова, всё это они передают молодым. Кроме того, у нас организована театральная студия, где мы также передаём наше понимание театра молодёжи. Важно, что эти студенты будут служить именно этому театру. Что значит хорошая труппа? Это актёрский коллектив, с которым можно поставить любую пьесу. И в нашем театре именно такая труппа.
— Есть ли намерения приглашать режиссёров на разовые постановки?
— Конечно, сейчас организуется режиссёрская лаборатория, три молодых режиссёра будут ставить на нашей сцене свои эскизы. В результате мы отберём лучший и доведём до спектакля, который покажем нашей публике. Надеюсь, работы молодых разнообразят наш репертуар, сделают театр интересным ещё большему количеству зрителей.
— Кстати, если говорить о режиссуре, кто, на ваш взгляд, сегодня для вас бесспорный авторитет?
— Откровенно говоря, я стараюсь как можно меньше смотреть других режиссёров, чтобы не идти в том же направлении, не утратить индивидуальность. Но могу назвать, например, Римаса Туминаса и его спектакль «Играем …Шиллера», Сергея Яшина и «Записные книжки Тригорина» по Теннесси Уильямсу. В целом мне близка стилистика Юрия Бутусова, художественного руководителя Санкт-Петербургского театра имени Ленсовета. Если говорить о кино, могу назвать Йоргоса Лантимоса, Антониони…
— Не могу не спросить, что ожидает зрителя в будущем сезоне?
— Думаю, это будет Гоголь, но пока не буду вдаваться в подробности.
— Удивительно, что возрождение театра происходит на фоне долгожданного ремонта здания. И уже сейчас видно, что он приобретает свой первоначальный вид, что очень радует. Особенно после того, как в течение многих лет его фасады уродовали какие-то магазины, кафе, рестораны, а сам театр просто разрушался.
— Да, особенно меня поразило, что в фойе театра проводится выставка животных… Действительно, театр приобретает свой первоначальный, но обновлённый вид. Конечно, это заслуга нашего директора Сергея Бардакова. И, безусловно, огромное спасибо руководству нашей страны, что они обратили внимание на развитие культуры и выделяют деньги на её поддержку.
— И последний вопрос. Вас много лет не было на родине. Что поразило больше всего после возвращения в Кыргызстан?
— Открытость и доброта наших людей. Мир меняется, он становится намного жёстче. Но здесь люди сумели сохранить человеческое тепло, готовность всегда прийти на помощь даже незнакомому человеку. И это чувствуешь сразу, как только приезжаешь сюда.
Лейли АКИЛОВА.
Фото Антона СЕЛОВА
и Геннадия ЗАКИРОВА.
Дата публикации: 15:48, 12-04-2024
ПОИСК ПО АВТОРАМ: