Каждый 10-й человек, живущий на улице в Москве, — это пенсионер. Большую часть таких людей лишили квартир мошенники и черные риелоры, остальные ушли из коммуналок, где не смогли жить с соседями, или от собственных детей. «Известия» выяснили, почему пенсионеры становятся бездомными и как можно им помочь.
Как становятся бездомными
Каждый 10-й бездомный в Москве — это пенсионер. И большинство из них оказались на улице из-за мошенников и черных риелторов, рассказала «Известиям» основатель и директор центра «Дом друзей» Лана Журкина.
По ее словам, чаще всего пожилые страдают из-за людей, которые оформляют с ними договор пожизненной ренты, но вместо поддержки создают такие условия, при которых жить в собственной квартире становится невозможно. Своих жертв мошенники выбирают среди одиноких стариков, которым не у кого просить помощи и совета.
— Пожилые думают: квартиру с собой не заберешь, оставлять ее некому, будет хоть какая-то прибавка к пенсии. Но зачастую они получают серьезные проблемы. И шансов расторгнуть такие договоры мало, практически нет, — отмечает ведущий юрист Фонда поддержки пострадавших от преступлений Александр Кошкин.
Он приводит пример с одной из своих подзащитных, женщиной-инвалидом, у которой была квартира на набережной в центре Москвы. Пенсионерке были нужны лекарства, и она согласилась подписать договор ренты взамен на свое лечение. Когда москвичка поняла, что ее обманули, то обратилась в суд — но судья занял позицию второй стороны.
— Тогда мы обратились в СМИ. Покупатель квартиры испугался и перестал выходить на связь, то есть платить женщине эти копейки. Именно на основании того, что он нарушил условия договора, мы его расторгли. Но обычно мошенники составляют бумаги так, что их обязанности и затраты минимальны, обеспечивать выполнение им несложно. И шансы на расторжение крайне малы, — говорит Кошкин.
Впрочем, потеря квартиры не самое страшное, что может случиться с пенсионером при заключении такого договора. Как рассказывает «Известиям» криминалист Михаил Игнатов, известно много случаев, когда пенсионеры умирали вскоре после подписания такой бумаги, а квартира отходила мошенникам.
История выселения
Одной из жертв черных риелторов, потерявших жилье в Москве и вынужденной искать помощи у различных фондов, оказалась 75-летняя Елена Эдуардовна, бывшая учительница английского языка. Своей историей она поделилась во время исследования проблем жестокого обращения с пожилыми людьми, проведенного Фондом Тимченко совместно с Young Old Lab и коалицией «Забота рядом».
— Я коренная москвичка. У меня нет ни детей, ни родственников — в общем, одинокая пенсионерка и инвалид третьей группы. Я лишилась своего единственного жилья, заключив с риелторской фирмой договор ренты с пожизненным содержанием, когда была больна и почти не вставала с постели, — рассказала женщина.
По словам Елены Эдуардовны, к риелторам она решила пойти, потому что нуждалась в помощи, а позаботиться о ней было некому. Но если до подписания договора работники были внимательными и вежливыми, то сразу после предложили ей «готовить вещи к похоронам».
Женщину вынудили уйти из собственного дома — пенсионерка поехала на вокзал, плакала и не знала, что ей делать. Там к ней якобы случайно подошел человек, представился юристом, расспросил о ситуации и предложил бесплатно пожить в его доме в деревне.
— Он привез, познакомил с женой. Вначале они меня кормили, потом перевели на полуголодный паек и заставили на них работать. Я трудилась у них в огороде, собирала ягоды, крапиву для кур, сортировала картошку. Во дворе жили огромные собаки, убежать было сложно, — поделилась Елена Эдуардовна.
В какой-то момент пенсионерке удалось вырваться и вернуться в Москву. Там ей посоветовали обратиться в «Кризисный центр помощи женщинам и детям» — пенсионерка прожила в нем несколько месяцев, работая с психологом и врачами. Но затем ее нашел «юрист» с вокзала, запугал и отвел к риелторам, с которыми пенсионерка заключала договор ренты. На встрече был нотариус — женщину заставили подписать новые документы, после чего она осталась совсем без жилья.
Елена не стала обращаться в полицию и пытаться вернуть свою квартиру. Сейчас она живет в съемном жилье, аренду которого оплачивает благотворительный фонд. Первое время она раздавала листовки, обслуживала кофейные автоматы, теперь живет на пенсию и занимается волонтерством в организации, где кормят бездомных.
— Я делаю, что могу: варю яйца по 20 штук и отвожу. А люди на улице рады, что им еще и по яичку дадут, — говорит пенсионерка.
По вине родственников
Между тем, рассказывает «Известиям» основатель центра «Дом друзей», не все пенсионеры попадают на улицы из-за черных риелторов — иногда в этом виноваты родственники. Светлана Журкина делит таких бездомных на две категории: тех, кто не смог жить с семьей или соседями по коммуналке, и тех, кто подвергся домашнему насилию.
— Если у пожилого человека есть доля в квартире, недобросовестные родственники или соседи тоже могут создать условия, при которых он там жить не сможет. Значительная часть обитателей столичных вокзалов –– именно те, у кого есть коммунальная комната в Москве, — рассказывает эксперт.
Говоря о проблеме насилия, Жарова отмечает, что пожилой человек находится в самом уязвимом положении перед своей семьей. Он не может дать отпор, его легче ударить, на нем проще сорвать злость, выместить свои обиды.
— Плюс в пожилом возрасте люди часто не хотят обострять отношения, они стараются молчать, вести себя тихо и готовы подписать любые бумаги в обмен на обещание, что их оставят в покое в своей комнате и к ним никто не будет приставать. А в итоге они остаются без всего на улице, — говорит Журкина.
Соосновательница Young Old Lab, соавтор исследования жестокого обращения с пожилыми в России Татьяна Дроздова в беседе с «Известиями» приводит данные ВОЗ: согласно им, жестокому обращению в мире подвергается каждый шестой человек старше 60 лет. При этом жестокость — это не только прямые преступления, но и пренебрежение, и неоказание помощи.
— Например, проигнорировать пенсионера, попросившего купить ему еду или помочь добраться до дома. А также множество поступков и слов, которые мы можем адресовать старшим, не замечая, как они вредят. Одна из целей нашего исследования, в рамках которого мы и обнаружили историю Елены Эдуардовны, было показать, как многолика жестокость и как мелкие ее эпизоды постепенно вырастают в насилие, — говорит Дроздова.
Как отмечает председатель наблюдательного совета, генеральный директор Фонда Тимченко Мария Морозова, в случае с пенсионеркой мошенникам не удалось бы воспользоваться беззащитностью и плохим состоянием здоровья женщины, если бы ее навещал социальный работник или обученный волонтер.
— Наш опыт показывает, что, выстраивая взаимодействие между социальными и медицинскими службами, местным сообществом (включая соседское) и волонтерами, можно создать полноценный круг заботы, — говорит Морозова. — Потому в 2020 году при поддержке Фонда Тимченко была создана коалиция «Забота рядом». И мы стараемся привлекать к теме всё большее внимание со стороны медиков, соцработников, власти, экспертов и общества в целом.
Помощь пожилым и бездомным
Для того чтобы помочь пожилому человеку, оставшемуся на улице, директор «Дома друзей» Светлана Журкина рекомендует обратиться в социальные службы: сообщить, что на территории их ведомства находится гражданин в сложной жизненной ситуации.
— Назовите его ФИО, возраст, сообщите, где именно он находится. По закону социальные службы должны взять его на попечение, — говорит собеседница «Известий».
Одновременно, отмечает она, можно обратиться в различные организации и приюты, которые берут людей на адаптацию и временное проживание. Там не всегда есть места, но сотрудники всегда помогут связаться с нужными органами и по возможности окажут помощь.
В случае если человек подозревает, что бездомный в беде, лучше не давать ему денег, а помочь реальными действиями: покормить, купить еды, оплатить ночлег, связаться с соцслужбой.
— На моем опыте было много пожилых, которым покупали одежду. На следующий день они оказывались в той же одежде в том же месте. Одежда благополучно продавалась, деньги зашивались в матрас. Поэтому лучше, чтобы с ними действительно работали специалисты, — отмечает Жарова.
Россиянам, у которых есть пожилые родственники, важно рассказать об опасности черных риелторов, говорит Александр Кошкин. Не нужно связываться с сомнительными организациями, бесплатными юристами и навязанными ими нотариусами — лучше всегда находить своего.
— Клиентка с квартирой в центре Москвы потеряла ее в течение двух дней, после того как просто позвонила узнать про условия, — рассказывает юрист. — Всё было очень быстро, непонятно, она всё подписывала, не читая, так как ее торопили, из рук вырывали, давали один листочек, потом другой. Мошенники всегда создают условия, в которых пострадавшие теряют концентрацию, устают и хотят просто поскорее уехать домой отдыхать. У нас были случаи, когда даже в напитки подмешивали психотропные или снотворные препараты.
При совершении любых сделок с недвижимостью эксперт советует внимательно читать договоры и подписывать их лишь тогда, когда всё понятно. Любой документ, заключенный с мошенниками, чаще всего будет объемным — за большим текстом легко спрятать невыгодные для клиента условия.
— Если пожилому человеку предлагают договор, пусть он возьмет паузу в сутки-двое-трое и унесет домой, не подписывая. Если ему говорят, что договор –– коммерческая тайна, то с этой организацией не стоит сотрудничать. Прочитанный, но еще не подписанный вами договор не должен выходить из вашего поля зрения. Если такое произошло –– перечитывайте его снова, — рекомендует юрист.
Если человек пострадал из-за мошенников, собеседник «Известий» всегда рекомендует обращаться в полицию. Даже если его запугивают, утверждают, что у компании «всё схвачено», — это обычный манипулятивный прием.