«Под грунт я специально менял струны». Секреты побед на глине от Евгения Кафельникова
Новый пост в блоге.
Евгений Кафельников – единственный российский мужчина, выигрывавший «Ролан Гаррос». Так что о грунте он знает очень много.
Сейчас тур переезжает на грунт, и в новом выпуске своего блога Кафельников рассказал, что важнее всего на этом покрытии, какие есть особенности в игре и почему ему всегда было трудно набирать форму на глине.
***
Что нужно для хорошей игры на грунте?
На грунте в первую очередь нужны очень хорошая физическая кондиция и выносливость – чтобы ты мог выдерживать розыгрыши по 10-12 ударов. Без этого претендовать на успех практически невозможно.
У движения есть своя специфика. Все в любом случае зависит от работы ног. Тяжело объяснить тонкие нюансы разницы работы ног на быстром покрытии и на грунте. Но самое важное – четко подходить ногами и не стараться каждый розыгрыш проводить в растяжке, в скольжении. Это рано или поздно точно приведет к травме голеностопа.
Выделить какой-то один специфический момент тяжело – это все звенья одной цепи. Имеет значение, как ты подходишь к мячу, как ставишь опорную ногу. Поэтому приоритет в игре на грунте – работе ног и физическому состоянию.
По скольжению все зависит от привычки, от ситуации в розыгрыше. Где-то действительно можно сыграть в растяжке, чуть-чуть проскользить. Но это может реально повредить голеностоп – мы же помним ситуацию со Зверевым на «Ролан Гаррос» буквально два года назад, когда он выбыл почти на год.
Я не приверженец таких скольжений. Ни на грунте, ни на харде.
Кафельников под грунт менял струны и делал упор на физику – поэтому долго набирал форму
Конечно, сами удары на грунте тоже меняются – плоскими там играть нельзя, это просто не имеет никакого эффекта. Там нужно кистью добавлять вращение.
Я вообще струны менял. На жестком покрытии я играл натуральными, а на грунте – синтетикой. Мне нужна была уверенность в ударах и не то чтобы плотность – а скорее контроль, чтобы мяч не вылетал. Есть и такие нюансы.
Вообще за примерами идеальных ударов для грунта далеко ходить не надо – есть же Рафаэль Надаль. У него все идеально. Ничего не нужно изобретать.
В плане тактики на грунте все зависело от моего физического состояния. Если я был готов бороться и выгрызать, то мог и долго разыгрывать. Если у меня в физическом состоянии хоть что-то был под сомнением, я старался максимально сокращать розыгрыши – укорачивал, выходил к сетке. Тут все сугубо индивидуально и по ситуации.
Чтобы показывать максимум на грунте, мне нужен был месяц. Мне нужно было в первую очередь набрать хорошую физическую форму, выносливость, поймать ощущения. Ты же выходишь из зала, где нет ни ветра, ни солнца, на грунт, где сталкиваешься со всеми этими компонентами. Для меня это было очень дискомфортно. Мне нужно было много времени.
При этом никакой особой подготовки у меня не было – все стандартно. Просто акцент делался на выносливости и количестве повторяемых ударов. Чем лучше я выдерживал розыгрыш, тем лучше я играл. Если я был готов и вынослив, то качество удара сразу повышалось.
Почему в разных странах разные грунтовые корты? И где Кафельникову нравилось больше всего?
Грунт – везде разный. Французский нельзя сравнивать с грунтом в Германии или Чехии.
Разница зависела от людей, которые готовили корты. Во Франции грунт сам по себе был очень хорошего качества, и его смешивали с известкой – поэтому не было рыхлости. А на немецких кортах сыпали слишком много песка, поэтому они получались очень медленными. Один турнир в Гамбурге, в Штутгарте чего стоил.
В России тоже был своеобразный грунт, но мы играли на том, что у нас было. Условия вынуждали нас иметь такие корты – в том числе климатические. В Москве по определению не может быть таких кортов, как на «Ролан Гаррос». Зима бывает очень суровая – и грунт просто может не выдерживать.
Мне трудно сказать, где был мой любимый грунт. Наверное, во Франции – где я больше всего выигрывал. И сейчас покрытие на «Ролан Гаррос» никак не изменилось. Вся разница – в мячах. С ними можно сделать что угодно – любое давление, любой ворс. Все зависит от производителя.
Кто-то говорил, что в 90-е даже размер мячика был меньше, чем сейчас. Я в это не верю, мне это кажется абсурдом – стандартные размеры мяча везде одинаковые. Но такие мнения тоже есть.
А игра на грунте по большому счету тоже не изменилась. Основные приоритеты остались прежними.
Грунт – самое справедливое и честное покрытие. Почему?
Качество кортов тоже играло роль. Мне нравилось в Монте-Карло, хотя я ни разу там успешно не сыграл – только был один полуфинал в 1994 году. В остальном – первый-второй-третий круг.
Но больше всего я кайфовал от игры на французском грунте. Потому что он был справедливым. Можно было играть агрессивно, а можно было – разыгрывать на задней линии. На этом покрытии могли уживаться разные стили. Поэтому я считаю его очень справедливым.
И я согласен с Андреем Рублевым, что грунт вообще – самое справедливое покрытие. На нем проявляются все твои качества: нутро, класс, выносливость, физическое состояние. На харде это, конечно, не так. Хард – это искусственное покрытие, которое потом адаптировали под сложившийся календарь. А грунт – это самое справедливое и честное покрытие.
Я бы назвал грунт любимым покрытием для тех случаев, когда я был в очень хорошей физической форме. Я очень любил грунт, когда был на пике кондиций. Хотя, конечно, бывали моменты, когда из меня отбивную делали те же самые испанцы, когда я был не подготовлен. И тогда я его ненавидел.
Фото: Gettyimages.ru/Stuart Franklin, Henri Szwarc/Bongarts, Marcus Brandt/Bongarts, Ian Walton