Октябрьская революция вознесла на командные высоты многих людей, которые не выдержали искушения властью. Одним из них был Авель Енукидзе – друг семьи Иосифа Сталина. Став после 1917 года «кремлевским завхозом», Енукидзе занялся совращением несовершеннолетних девочек. Однако в 1937 году одного этого было недостаточно, чтобы «похоронить» крупного партийного деятеля. Поэтому расстреляли «старого большевика» за шпионаж в пользу иностранных разведок.
Путь «крестного отца»
Авель Енукидзе стал особенно близок к Сталину благодаря знакомству с семьей его жены Надежды Аллилуевой. Грузинский революционер сошелся с русским марксистом Сергеем Аллилуевым в то время, когда последний жил в Тифлисе. Оба работали в железнодорожных мастерских. В 1901 году Аллилуев и его супруга Ольга попросили Енукидзе стать крестным отцом их дочери Надежды. Вряд ли кавказский железнодорожник мог предположить, насколько важное значение будет играть этот факт в дальнейшем. С 1900 года Енукидзе был знаком и со Сталиным – будущим мужем его крестницы. После Октябрьской революции Авель Енукидзе был назначен секретарем ЦИК СССР.
«Не играя политической роли, Енукидзе занял, однако, крупное место если не в жизни страны, то в жизни правящих верхов. Дело в том, что в его руках сосредоточено было заведование хозяйством ЦИКа: из кремлевского кооператива продукты отпускались не иначе, как по запискам Енукидзе», — писал Лев Троцкий.
В ведении уроженца Грузии была и организация банкетов для партийных чиновников. И если при Ленине бутылка вина считалась роскошью, то постепенно новая элита перестала себе в чем-либо отказывать. Известно, что Сталин пировал по ночам почти до самой своей смерти.
Земля под ногами Авеля Енукидзе закачалась только в 1935 году, в связи с «кремлевским делом». «Выяснилось», что даже нанятые им уборщицы и телефонистки вместе с сотней других сотрудников Кремля были причастны к заговору с целью убийства Сталина. Бывшего завхоза вывели из состава ЦК КПСС, доверив взамен руководить кавказскими курортами и Харьковским облавтотранстрестом. В феврале 1937 года Енукидзе был арестован – тогда-то и всплыли преступные подробности частной жизни 60-летнего большевика.
Разложенец
Основу «дела Енукидзе» составляли стандартные по тем временам обвинения в измене родине и шпионаже, а также в причастности к покушению на секретаря ЦК ВКП(б) Андрея Жданова. Однако наряду с этим упоминалось «бытовое разложение» партийного деятеля. О том, что в действительности скрывалось за такой формулировкой, современники рассказывали с отвращением. Старый холостяк, который прежде, по свидетельству Троцкого, отличался крайней застенчивостью, за годы работы в Кремле отбросил не только «партийную мораль», но и всякий стыд.
Яркое свидетельство оставила Мария Сванидзе – жена брата первой жены Сталина. В 1935 году она написала в дневнике, что Авель Енукидзе пользовался должностью, чтобы «покупать» девушек. С годами жертвы его влечения становились все моложе – ветеран-революционер целенаправленно нанимал на работу женщин с дочерьми определенного возраста. Причем среди них было много беспартийных и дворянок.
«Будучи эротически ненормальным и, очевидно, не стопроцентным мужчиной, он с каждым годом переходил на все более и более юных, и наконец докатился до девочек в 9-11 лет, развращая их воображение, растлевая их, если не физически, то морально», — писала Сванидзе.
Енукидзе не терпел нравственно устойчивых подчиненных. Словно соответствуя партийному псевдониму «Золотая рыбка», он «дарил» выгодные должности таким же распущенным людям, как он сам, например, отцам, бросавшим семьи. Таких мужчин завхоз нередко сводил с надоевшими ему самому любовницами. Доктор исторических наук, Борис Илизаров, в книге «Иосиф Сталин в личинах и масках» даже делает предположение, что «чересчур юных особ» Енукидзе мог «поставлять» и старому соратнику Кобе. За это, возможно, Сталин и убрал «завхоза» как опасного свидетеля, а вовсе не за поддержку Зиновьева и Каменева (этой версии придерживался сам Енукидзе).