Ад «Листвяжной»: кого накажут и какие выводы сделают?
Я был мальчиком, затем подростком в 90-е. Оттого помню их фрагментарно. Много светлого, но и много жуткого усвоила память из тех лет. Впрочем, подчас засел в ней и совершеннейший бред — вроде рекламы пиццы, к примеру.
Но что я накрепко усвоил из того времени — так это тяжкую долю шахтёров, этих мучеников и героев, каждый день спускающихся на глубину и рискующих жизнью. О них не снимают фильмов, о них если и говорят на ТВ, то исключительно в трагическом контексте с траурными лентами по углам.
Вообще это словосочетание «рисковать жизнью» в море информации, в котором мы тонем, несколько замылилось, стало обыденным, а меж тем — в нём и большая трагедия, и великий смысл. Шахтёры — те, кто являет особый пример колоссального мужества. И зачастую не от хорошей жизни, откровенны будем. Вот я проверяю себя. Список шахтёрских трагедий:
шахта им. Шевякова, Кемеровская область, 1992 год — погибли 25 человек;
шахта «Центральная», Челябинская область, 1993 год — погибли 28 человек;
шахта «Зыряновская», Кемеровская область, 1997 год — погибли 67 человек;
шахта «Тайжина», Кемеровская область, 2004 год — погибли 47 человек…
Список можно продолжать долго. То, что приведено, лишь часть жуткой летописи шахтёрских смертей. И список трагедий не кончается в 90-х. Он продолжается и в, казалось бы, уже довольных нулевых.
Последняя трагедия произошла 25 ноября: 51 человек погиб на шахте «Листвяжная» в Кемеровской области, шахтёры и спасатели. После этой страшной вести я написал у себя в социальных сетях, что ушедших из жизни не вернуть, но хорошо бы наказать действительно виновных.
Через неделю после трагедии — 2 декабря — Владимир Путин провёл совещание с представителями угольной промышленности и с высокими чинами (к примеру, губернатор Кемеровской области Сергей Цивилёв). Я выборочно посмотрел на эти слова и лица. Жалкое зрелище, на самом деле. Серьёзные люди, прикрываясь опытом, произнося дежурные слова, блеют и мямлят о смерти людей. Практически ничего внятного, ничего конкретного — одна только посредственная пустота.
Впечатление такое (могу ошибаться), что даже гибель 51 человека не проняла, не заставила задуматься. Кто знает? Может, и, правда, сбиты или утрачены определённые настройки, позволяющие реагировать на горе, беду другого? Но каждый раз, когда происходит подобное, риторический вопрос мэра Галагоновой из большого кино «Дурак»:
— А как же люди, урод?
Владимир Путин задал собравшимся на заседании другой вопрос: «Вы только деньги считаете?» К сожалению, тоже вопрос риторический. И он в первую очередь вытекает из несправедливости, локальной и тотальной.
Руководство шахты «Листвяжная», заявил Путин, осознанно, преднамеренно и систематически скрывало её опасную загазованность метаном и фальсифицировало показания датчиков. Ключевое слово тут — «систематически». То есть из раза в раз люди отправляли других людей на колоссальный риск, чтобы получить свои адские барыши. Виноваты ли в этом только руководители шахты? Нет, конечно, и не одна такая «Листвяжная» на карте России. Ведь как говорили той же Галагановой люди знающие: «Ты кому надо на верх откатываешь? Вот и не беспокойся…»
Да, проблема, несомненно, глубже и шире. Работа шахтёра — труд адский, и потому люди именно этой профессии в первую очередь рискуют жизнями. Однако выжимают жизненные соки не только их. Волевыжималка включена для миллионов. Многие люди других профессий эксплуатируются руководителями ради инфернальной прибыли. Согласитесь, мы в принципе забыли о том, что такое социальная защита, что такое достойные условия труда — теперь это лишь красивые, но архаические слова.
Если не сделать выводы из трагедии в «Листвяжной», то как тогда оттолкнуться ото дна? Или никто в принципе не собирается отталкиваться, а только рыть и зарываться? Вот она выжимка одними других — выжимка предельно жестокая и циничная; вплоть до смерти. Можем ли мы после этого заявлять, что национальная идея России — справедливость? Выходит, что совсем наоборот?
Эта несправедливость протягивает щупальца к слишком многим. Просто в некоторых областях её видно сильнее; тут она не просто бросается в глаза, но оставляет кровавые следы. В случае «Листвяжной» мало просто наказать виновных — действительно виновных, — хотя не факт, что и это сделают. Однако важно в принципе пересмотреть подход к труду человека. И пусть кому-то это покажется общими словами, но на самом деле за ними должны последовать более чем конкретные действия.