Фальшивый оргазм киевской пропаганды: украинские евреи «на службе ФСБ»
«Интегральный» украинский национализм, идеи и практика которого полугласно положены в основу новой украинской государственности, построен не на позитиве, а на негативе, не на созидании, а на разрушении, не на утверждении себя, а на уничтожении Другого. Главная цель националистов — расправа с врагами, которые для украинского счастья должны непременно «сгинуть». Такая модель прописана в государственном гимне: когда они — враги — сгинут, тогда мы — «щирі» (истинные) украинцы станем править в своей стране. Перечень врагов определен четко и к тому же на века: русские («москали»), евреи («жиды»), поляки («ляхи»). Вносить в него коррективы в зависимости от политической конъюнктуры и особенностей исторического момента националистам и в голову не приходит. Единственное, на что они готовы согласиться скрепя сердце, это на отказ из тактических соображений от выпячивания своей программы и планов, от ознакомления с ними широкой публики. Время придет — все обо всем узнают.
Мемориальные мероприятия по случаю 75-летия трагедии Бабьего Яра в Киеве ознаменовались столкновением идеологии неонацизма украинского разлива с исторической правдой, сопровождавшимся вспышкой истерии, злобы, ненависти киевских пропагандистов. Первым «под раздачу» попал президент Израиля Р. Ривлин, в выступлении в Верховной раде сказавший о причастности украинцев, особенно из ОУН, к убийствам и преследованиям евреев. Приехав в Киев, чтобы почтить память жертв Бабьего Яра, гость напомнил хозяевам об уничтожении на территории современной Украины в годы войны полутора миллиона евреев. Особый акцент им был сделан на том, что среди пособников фашистов было много украинцев. «Среди них (пособников — Я.Р.) выделялись бойцы ОУН, которые издевались над евреями, убивали их и во многих случаях выдавали немцам», — сказал Ривлин, вызвав шквал негодования, критики, осуждения со стороны украинских чиновников, политиков, общественных деятелей, журналистов. Наиболее рьяные из них обвинили президента Израиля в приверженности мифам не только современной российской, но и советской пропаганды, в искажении исторической правды, в очернении «героев» украинского национально-освободительного движения.
Затем пришел черед уже не «чужого», а «своего», украинского, еврея, председателя Еврейского комитета Украины Э. Долинского. На посвященной теме Бабьего Яра телепередаче он завел речь об объективности в оценках прошлого, сказал, что украинцы и евреи всегда жили дружно, и что так должно было бы быть впредь. После этого Долинский заговорил об участии украинских националистов в уничтожении еврейского населения во время Второй мировой войны. «Когда говорят, что украинские националисты боролись за свободную Украину, — заявил, среди прочего, он, — не надо забывать добавлять, что свободную от евреев и поляков». После такого вступительного аккорда оратор процитировал один из программных документов ОУН о политике в отношении национальных меньшинств, в котором черным по белому указывалось на необходимость «жидов устранять из правительства», а также специально уточнялось, что «ассимиляция жидов исключена». Присутствовавшие в студии записные пропагандисты С. Хмара, Б. Червак, В. Вятрович повели себя агрессивно, продемонстрировав во всей красе киевский дискуссионный стиль. Почувствовав по началу выступления Долинского, к чему тот клонит, они встретили его попытку зачитать отрывки из оуновского документа громкими криками: «бред», «подделка», «вранье», «фальшивка от ФСБ», «путинская пропаганда». Дискуссии не получилось. Свора патриотов по привычке свела дело к отрицанию исторических фактов, шельмованию оппонента, голословным обвинениям в адрес Москвы. При полнейшем попустительстве ведущего Долинского буквально заговорили-затоптали. У многих телезрителей при этом сложилось впечатление, что и сам председатель Еврейского комитета, и вообще все украинские евреи пребывают «на службе у ФСБ», и что ими руководит В. Путин.
«Майданный» мир, как на трех китах, стоит на пропаганде, мифах и лжи. Сегодня в Украине правда поставлена вне закона. Даже полуправды режим боится как огня. В пропагандистском угаре рождаются перлы, от которых голова кругом, волосы дыбом, мозги набекрень. Вот один из последних примеров, заслуживающий того, чтобы претендовать на высшие позиции в рейтинге то ли «удивительное рядом», то ли «кое-кому закон не писан». В сентябре в Украине отмечали очередную патриотическую годовщину — 100-летие создания вооруженных формирований «Украинских сечевых (от слова «Сечь» — Я.Р.) стрельцов». Торжества на государственном уровне, как ни странно, не проводились. А вот в родных для «сечевиков» западных областях страны, в Галиции, состоялись различные мероприятия. Одним из центров празднеств стала Тернопольщина. Из политиков первого и второго эшелона в гости к тернопольчанам, правда, никто не пожаловал. Зато прибыл В. Наливайченко, бывший дипломат, глава Службы безопасности Украины, ищущий теперь лазейку для возвращения в большую политику.
Речь этого «сбитого летчика» на горе Лысоне недалеко от Тернополя, где проходил митинг, может служить примером того, как надо беззастенчиво льстить аудитории, забыв обо всем на свете, включая здравый смысл. Начал Наливайченко с того, что, сообщив собравшимся, что сам он из Запорожья, принялся рассказывать-доказывать, что он — «схидняк» — с ними — «захидняками», — как говорится, одной крови, что они для него такие близкие «братья и сестры», что ближе просто придумать невозможно. Затем гость, решив показать свою преданность борьбе против «москалей», приступил к воспеванию победы, случившейся сто лет назад. С ахами и вздохами, с долгим перечислением имен героев, с патриотическими стенаниями и причитаниями. С экстраполяцией событий прошлого на день сегодняшний и на «победы» галичан в Донбассе. Все бы ничего, да победа, о которой шла речь, уж больно специфическая. Вот как она описана в украиноязычной «Википедии»: «Гора Лысоня стала известна на украинских землях как место героической славы и болезненных потерь «Украинских сечевых стрельцов». 2 сентября 1916 г. здесь произошла самая кровавая битва легиона «УСС» в составе австро-венгерских коалиционных (скоро, видимо, следует ожидать разъяснений по поводу того, что в Первой мировой войне Австро-Венгрия состояла в коалиции с… Украиной, с кем же еще? — Я.Р.) войск с российской армией. Победа была добыта дорогой ценой. Потери составили более половины личного состава легиона: 81 человек убит, 293 — ранены, 285 — попали в плен». Каким образом три сотни победителей оказались в плену у тех, кого якобы победили, остается тайной за семью печатями.
…Европа долго прощала Киеву дешевые пропагандистские трюки, особенно в их антироссийской части. Теперь, похоже, они ей изрядно надоели, и отношение к ним (и к самому Киеву тоже) если не изменилось, то, во всяком случае, начинает меняться в сторону активного неприятия. Поляки на историческом «фронте», в оценке общего польско-украинского прошлого, особенно преступлений украинских националистов, перешли к решительным действиям. Варшава почти официально заявила, что, соглашаясь сотрудничать с «сине-желтой» Украиной, категорически отказывается иметь дело с Украиной «красно-черной». Цвета тут, понятно, политические, речь идет о цветах партийных флагов. Красно-черный — цвет украинского национализма или, как говорят в Польше, «бандеризма». Многое указывает на то, что по пути, подразумевающему отказ от толерантного отношения к украинскому неонацизму, к его реабилитации и героизации в Украине и историческим корням, пойдет Израиль, а также часть еврейских организаций в других странах. Европе тогда вряд ли удастся продолжать не замечать очевидного, делая вид, что неонацистская составляющая киевского режима ее не касается.
Если Польша и Израиль добьются от Киева осуждения преступлений украинских соратников фашистского режима в отношении поляков и евреев, то из триады «вечных» врагов Украины останутся одни только «кляті москалі». В таком случае заразе русофобии, опутавшей сегодня Украину, не удастся более придавать видимость нормальности ни внутри страны, ни за ее пределами. Антирусская истерия Киева предстанет в глазах европейцев не большим «плюсом», как сегодня, а «минусом». Для киевской пропаганды такой поворот может оказаться смерти подобным.