"Уклонисты были, есть и будут": что адвокаты говорят о мобилизации и новых правилах учета мужчин
- Автор
- Дата публикации
- Автор
Юристы обратили внимание на скользкие моменты в новом законе о мобилизации
Новый закон о мобилизации № 10449 вступает в силу 18 мая, и с этого дня все военнообязанные будут иметь 60 дней для уточнения своих данных в ТЦК, ЦНАПе или в электронном кабинете призывника. Как защитить свои права, в частности, на отсрочку, когда нужна помощь адвоката и не станет ли работа украинских юристов своеобразным саботажем мобилизации, — об этом "Телеграфу" рассказали адвокаты, занимающиеся защитой прав военных.
Адвокат Евгения Рябека с весны 2022 года руководит волонтерским движением "Адвокаты Вооруженных Сил Украины". Она была советником по правовым вопросам главнокомандующих ВСУ Валерия Залужного и Руслана Хомчака — видит ситуацию "с обоих берегов".
Саботировать мобилизацию невозможно
— Ни от кого из "Адвокатов ВСУ" я не слышала, что есть какие-то предостережения относительно ведения определенной категории дел. На нашу почту мне лично или моим адвокатам в движении — а это более 400 человек — ничего подобного не поступало. Не слышала и от коллег-партнеров, что кто-то кому-то говорит, — так Рябека отвечает на вопрос о слухах о негласном указании военным адвокатам не саботировать мобилизационный процесс, а проще говоря — не браться за сопровождение потенциально мобилизованных в спорных вопросах.
Рябека подчеркивает, что адвокату вообще сложно что-либо навязать, потому что у каждого есть свое мнение: какие дела он может сопровождать, а какие категорически не возьмется.
— Иногда к нам попадают дела от тех, кто подлежит мобилизации, но пытается ее избежать. Конечно, наши адвокаты такие дела не сопровождают, — уверяет она, добавляя, что этот момент является "личным маркером каждого адвоката".
К тому же, как отмечает адвокат, движение "Адвокаты ВСУ" ориентировано на бесплатное юридическое сопровождение уже мобилизованных военнослужащих.
— Скажу как экс-советник по правовым вопросам главнокомандующего ВСУ. Есть мобилизационные задачи, есть определенный план командования, к чему адвокаты не причастны никогда. Это вопрос только высшего командного состава. Саботировать мобилизацию невозможно, по моему мнению, – добавляет она.
Есть основания – отсрочка будет
Рябека признает, что иногда ТЦК грешат нарушениями, не разбираются с документами и нарушают законодательство и права военнообязанного. В таком случае, по ее словам, если самостоятельно человеку не удается отстоять свои права, есть смысл обратиться к адвокату и отсрочка будет предоставлена. Если есть на то правовые основания.
— Знаю, что наши коллеги вне движения за плату действительно помогают комплектовать такие документы, — уточняет она.
В качестве примера адвокат рассказывает, что сопровождает бесплатно кейс по вопросу отсрочки, потому что военный два года служил в ВСУ и по закону имеет на нее право:
— Ко мне обратился знакомый, он два года был в ВСУ, а его брат считается пропавшим без вести. Так вот, еще шесть месяцев назад этот знакомый получил право на увольнение с военной службы, отсрочку по закону, но сейчас почему-то ТЦК считает, что он уже не может иметь эту отсрочку, хотя обстоятельства у человека не изменились.
На учете будет каждый
— Сегодня я говорю: ребята, вы должны понимать, что в стране во время войны учет военнообязанных лиц – это нормально. Стать на учет – это нормально для каждого сознательного мужчины. Военное командование должно понимать, какое количество людей может защищать страну, — подчеркивает адвокат.
По ее словам, кто-то хочет подождать два месяца, пока истечет конечный срок для обновления данных, но "на учете будет каждый — и с этим нужно смириться".
Каждую неделю в волонтерское движение "Адвокаты ВСУ" поступает более 200 запросов от военнослужащих. С принятием закона их количество не изменилось, и вряд ли, по словам Рябеки, что-нибудь изменится после вступления закона в действие.
До адвокатов сложные дела могут не дойти
Военный адвокат Олег Леонтьев критичнее в своем мнении и резче в высказываниях. Слухи вокруг темы мобилизации, по его словам, возникают не на пустом месте.
— Я выскажу свое оценочное мнение, подчеркиваю это, чтобы не быть обвиненным в нарушении правил адвокатской этики, — обращает внимание Леонтьев.
По его словам, сам по себе адвокат является самостоятельным лицом, но в то же время у чиновников бесплатной вторичной правовой помощи есть возможность контролировать адвокатов, сотрудничающих с бесплатной правовой помощью. На это, как подчеркивает Леонтьев, неоднократно обращала внимание в отчетах Национальная ассоциация адвокатов Украины.
Он уточняет, что у чиновников системы беплатной помощи есть бронь от мобилизации, в отличие от самих адвокатов.
— Эти чиновники могут давать указания своим подчиненным в местных центрах бесплатной правовой помощи не брать и не распределять адвокатам в виде поручений обращения военнослужащих или военнообязанных по контроверсионным вопросам, — считает Леонтьев. — То есть адвокаты по поручениям вряд ли могут получать прямые указания не замечать нарушений, например, мобилизационного законодательства со стороны работников ТЦК и СП.
Юрист предполагает, что к ним такие дела просто не будут доходить из-за блокирования работниками центров бесплатной вторичной правовой помощи выдачи поручений в защиту военнообязанных, потерпевших от незаконных действий ТЦК и СП.
ТЦК работают как мокрое горит
— После увольнения всех скопом в ТЦК работают те, у кого нет опыта в этой специфической работе: может, они и хорошие люди, но вряд ли хорошие специалисты. Поэтому некоторые ТЦК и СП работают так, как мокрое горит, — откровенно говорит адвокат. По этой причине, по его словам, военнообязанные и "воюют" в судах…
Леонтьев рассказывает, что почти у каждого военного адвоката есть истории о том, как в военкоматах месяцами или даже годами лежат обращения участников боевых действий, женщин и мам погибших воинов, которые не рассматривают. Родным не дают ответа и вообще по их вопросам не коммуницируют.
— Больше года лежало обращение военнослужащего, который уволился из-за инвалидности своего ребенка, в одном из ТЦК и СП Киева. Пока там в очередной раз не сменили офицеров и служащих. Тогда нашли заявление этого военнослужащего, которое лежало без движения, — говорит Леонтьев.
Адвокат горько иронизирует, что, имея доступ к 40 общегосударственным реестрам, военкоматы продолжают массово рассылать повестки погибшим и умершим. Он напоминает, что реестр "Оберіг" функционирует с 2017 года, но систематически не заполнялся и не обновлялся.
– Теперь дано два месяца на его обновление. Однако ни ЦНАП, ни ТЦК и СП не готовы к работе с военнообязанными, которые придут обновлять свои данные в этот срок. График работы некоторых военкоматов по приему граждан – два дня в неделю до обеда… – добавляет адвокат. (В Сухопутных войсках заявили, что ТЦК и СП будут работать круглосуточно для всех желающих. — Ред.).
По его словам, спорные вопросы возникают и по поводу права на отсрочку, и по алгоритму действий тех, кто был снят с воинского учета и не подлежит призыву.
— С одной стороны, из термина "военнообязанный" ничего не следует о снятых с учета. Как действовать – тоже не прописано. Выходит так, что правы люди, говоря "я уже снят с воинского учета, не военнообязанный и не должен снова идти в ТЦК". Вместе с тем, в законе прописано, что военнообязанными являются все граждане мужского пола от 18 до 60 лет, и ничего не сказано о тех, кто снят с воинского учета, — объясняет адвокат.
Читать законы и судиться
На вопрос, что же делать тем военнообязанным, которые не уклоняются, а хотят защитить свои права, у адвоката нет универсального ответа.
— Можно бороться самому, повышать свое правосознание и знание. Бороться обращениями в органы государственной власти и заявлениями в суд, — подчеркивает Леонтьев.
Адвокат уверен, что прежде всего человеку нужно определиться с тем, чего именно он хочет – добиваться реализации права на отсрочку, идти защищать родину или уклоняться.
— К сожалению, безответственная работа некоторых лиц из ТЦК девальвирует моральные ценности и принципы правосознания, разрушает мотивацию. Человек добросовестно приходит в ТЦК и СП обновить данные, а там уже радуются: "О, сам пришел, сейчас мы его и отправим".
Вместе с тем, как считает Леонтьев, учитывая неготовность ТЦК, ЦНАП к работе с наплывом посетителей, значительное количество людей не появится в военкоматах. Появившиеся – это будут преимущественно лица, имеющие право на отсрочку и не потерявшие ее при новых условиях.
Наименее рискованным средством общения с ТЦК адвокат видит дистанционное обновление данных.
— Но есть момент прохождения ВЛК. Есть позиция судов, что проведение военно-медицинского осмотра и получение отсрочки имеют разную правовую природу и нельзя ставить в зависимость одно действие от другого. То есть, если есть право на отсрочку, то требование ТЦК проходить ВЛК, чтобы оформить получение отсрочки, неправомерно. Общаясь ежедневно с людьми, понимаю, что они в основном или вообще не будут контактировать с ТЦК, или дистанционно – через электронные кабинеты или переписку, — признает адвокат.
Он также объясняет, что есть правовые позиции украинских судов о том, что документы в ТЦК можно отправлять по почте и получать отсрочку.
Уклонисты есть и будут
— Сейчас люди изучают законодательство, слушают тик-токи адвокатов и принимают решения, в крайних случаях обращаются к адвокатам. Думаю, что массовые обращения в ТЦК будут в июле, в конце установленного срока, а перед тем хотят посмотреть, как оно будет работать, — добавляет Леонтьев.
Он также допускает, что обращений к юристам может стать больше, когда появятся реальные сложности и проблемы у военнообязанных, но и это, как считает адвокат, в большей степени будет зависеть от того, будут ли органы власти принимать радикальные меры реагирования.
— Уклонисты как были, так и будут. Уже среди военных есть тенденция: после увольнения они не хотят становиться на учет в военкомат, потому что, грубо говоря, на следующий день их могут снова призвать, — говорит адвокат и резюмирует: — Тенденция саботирования будет распространяться, потому что люди живут не "Единым марафоном", а доверяют друзьям-знакомым-коллегам.
Посчитаются сами
Леонтьев подчеркивает, что не понимает ажиотажа вокруг закона о мобилизации, поскольку он принципиально ничего нового не вводит, только регулирует некоторые моменты, систематизирует их, приводит к одному знаменателю (например, универсальные основания для увольнения с военной службы по семейным обстоятельствам).
Ключевое, по его словам, — то, что должно было быть сделано еще с 2014 года — возобновление, после разрушения и уничтожения в прошлом, реестре военнообязанных.
— С 2014 года не смогли, за более чем два года полномасштабного вторжения не смогли, и сейчас вряд ли выйдет за короткий срок все привести в порядок. Мы уже видим ажиотаж за границей, хаотические нескоординированные движения и действия органов исполнительной власти. Мобилизационная работа — сложная, это тонкий механизм, нуждающийся в опыте и специальном обучении. ТЦК либо не научились пользоваться государственными реестрами, либо не хотят ими пользоваться. Ничего лучше не придумали, чем все пришли и сами посчитались, — говорит Леонтьев.
О коллизиях и прорехах
— Как адвокат не соглашаюсь с нормой по вручению повестки: получил человек ее или нет — доказательства не нужны, безусловно считается, что повестка получена, — говорит руководитель волонтерского движения "Адвокаты ВСУ" Евгения Рябека. — Так не должно быть, потому что в случае невыполнения во время мобилизации мужчиной своих обязанностей и совершения админправонарушения, предусмотренного статьей 210-1 Кодекса Украины об административных правонарушениях, наступают достаточно жесткие последствия, и руководитель ТЦК обращается в полицию относительно административного задержания и доставки такого гражданина в ТЦК.
Юрист объясняет, что в случае неисполнения гражданином в сроки, установленные Законом "О мобилизационной подготовке и мобилизации", требования ТЦК об исполнении обязанности военнообязанным или резервистом военкомат обращается в суд с исковым заявлением о применении временного ограничения такого лица в праве управления транспортным средством при мобилизации.
— Есть ситуация: три дня прошло, человек не явился и представители ТЦК могут обращаться в полицию относительно осуществления административного задержания и доставки такого гражданина в ТЦК, подавать в суд иск, дальше будет открытие исполнительного производства по решению суда, ограничение человека в праве управления транспортным средством. Хотя мужчина мог и просто временно отсутствовать, к родителям поехать, например (и не больше, чем на семь дней)! Живет своей жизнью человек – и тут вдруг какие-то ограничения. И уже уклонист. Для меня это удивительно, – говорит Евгения Рябека.
Ее тоже настораживает вопрос автомобилей.
— Если у человека один – это ок, если есть второй, то он должен быть изъят для нужд ВСУ. В этом отношении вижу серьезные коррупционные риски. К тому же нет четкого алгоритма и разъяснения этой нормы закона, — отмечает адвокат. — Это не просто представители ВСУ пришли и забрали машину. Должны быть обоснованы именно потребности армии, существовать соответствующие приказы. И такое изъятие транспортного средства не может происходить на основании желания любого представителя командования или военнослужащего, например, "именем ВСУ изымается автомобиль, потому что мне нужно". Риск в том, что не все люди осведомлены о сложности процедуры, некоторые военные могут манипулировать в таких вопросах.
Военный адвокат Олег Леонтьев называет запрет на управление авто дискриминационной новеллой.
— Украина тогда станет не просто лидером по обращениям в Европейский суд по правам человека, а чемпионом. Воинский учет не касается прав человека, это обязанность. Если человек нарушил что-то – его нужно именно за это и наказать, а не лишать другого права (кроме права на свободу, когда человек осужден). Если наши суды этого не смогут остановить, заявления пойдут в ЕСПЧ.