"Некоторые любят погорячее" - поистине народная комедия, её обожают не только в США, но и везде, где вообще смотрят кино. В Советском Союзе картину о приключениях двух незадачливых музыкантов, которые, скрываясь от гангстеров, сбежали на гастроли с женским джазовым оркестром, назвали по-своему - "В джазе только девушки". А всё потому, что чиновники усмотрели в оригинальном названии сексуальный подтекст. По их мнению, эротики в фильме, где мужчины носят дамскую одежду, и так было достаточно.
Фанфары любви
Впрочем, изначально эта история имела совсем другое название. Да и идея её принадлежала не режиссёру и сценаристу Билли Уайлдеру, который получил все лавры за постановку, а драматургу Майклу Логану. Его сценарий "Фанфары любви" про ушлых музыкантов к тому времени в Европе экранизировали уже дважды. Но Билли не побоялся снять ещё один ремейк, хоть боссы студии его и отговаривали. У Уайлдера к тому времени было уже три "Оскара" и статус мэтра, и он мог позволить себе не прислушиваться к чужому мнению.
А ещё ему было по силам заполучить в свой проект любую звезду. Знаменитый триумвират - Мэрилин Монро. Тони Кёртис и Джек Леммон - сложился не сразу. С самого начала Билли определился лишь с Джеком. Уайлдер давно хотел поработать с талантливым актёром. Он считал Джека одним из лучших представителей своего поколения и в дальнейшем снимал едва ли не в каждом своем фильме.
Монро на грани нервного срыва
А вот по поводу кандидатуры на роль Душечки Билли сомневался довольно долго. Он, как и все мужчины, был горячим поклонником красоты Мэрилин. Вместе с тем он был ещё и режиссёром, которому придётся работать с капризной актрисой. В конце 1950-х Монро жила в тяжёлой депрессии, спровоцированной медицинскими проблемами (звезда к тому времени прошла через две неудачные беременности), злоупотреблением наркотиками и спиртным, а также кошмарными отношениями с третьим мужем.
Как актриса и боялась, когда выходила замуж за драматурга Артура Миллера, супруг-интеллектуал быстро устал от жены, которая преданно смотрела ему в рот, но не могла поддержать беседу на его уровне. Писатель, оставивший ради Монро жену с двумя детьми, презирал одну из самых желанных женщин мира и не стеснялся демонстрировать это на людях. К женщине на грани нервного срыва требовался особый подход. Фрэнк Синатра, которого Уайлдер хотел пригласить на роль Жозефины, точно не стал бы терпеть капризы ветреной блондинки. Поэтому роль досталась Тони Кёртису, красавцу и сердцееду, который - это рассматривалось как его преимущество - уже знал, как соблазнить Мэрилин. Им было легко сыграть влюблённых на экране, ведь когда-то они встречались в жизни.
Это я, Душечка!
Съёмки были чудовищными. С каждым днём Монро становилась всё невыносимее. Кёртису пришлось на протяжении 42-х дублей надкусывать ножку цыплёнка, ибо звезда не могла правильно сыграть сцену. Члены съёмочной группы делали ставки на то, сколько дублей ей понадобится, чтобы сказать простейшую фразу. Например, слова "Это я, Душечка" Монро путала в течение 47 дублей, а её партнёры стояли на высоких каблуках, обливаясь потом под шёлковыми чулками и накладными бюстами, и просто кипели от гнева.
Своим несерьезным отношением к работе она доводила до белого каления даже невероятно терпеливого Билли Уайлдера. После окончания съемок тот заявил - то ли в шутку, то ли всерьез: "Все, женщин больше не снимаю. Мой врач сказал, что я слишком стар и слишком богат, чтобы так себя терзать". Хотя он понимал, что такой женщине можно простить любые капризы, ведь зрители пойдут в кинотеатры именно для того, чтобы увидеть Мэрилин.
И это было ещё не всё. По ходу работы звезда забеременела, и оператору нужно было думать о том, как не поймать в объектив округлившийся животик. Зато выше живота Монро стала только сексуальнее! Кто был отцом ребёнка? Вероятно, муж, но это не факт. Во время съёмок Монро охотно флиртовала с Кёртисом. Артур Миллер болезненно реагировал на газетные публикации и ревновал жену к Кёртис. Поэтому посчитал своим долгом несколько раз заявиться на съёмочную площадку и устроить там скандал.
Жертвы во имя искусства
Но и без этого на площадке было нескучно. Тони и Джек постоянно развлекали съёмочную группу. Превращение в Жозефину и Дафну давалось им непросто: актёрам приходилось брить ноги и грудь, им выщипывали брови, приклеивали накладные бёдра, а потом визажисты ещё полтора часа накладывали грим. Даже после таких жертв во имя искусства Кёртис и Леммон не теряли чувства юмора. Однажды они в образе отправились гулять по киностудии - хотели убедиться, что естественно выглядят со стороны. "Никто не обращал на нас внимания. Тогда мы зашли в дамскую комнату и стали красить губы у зеркала. Рядом с нами было несколько женщин, но и они ничего не заподозрили", - рассказывал Джек. И всё же произвести эффект мужчинам удалось.
Кинофакт
В качестве консультанта для главных актёров пригласили настоящего трансвестита из Берлина. После первого дня занятий он сказал: "Кёртис отлично справляется, а Леммон просто невозможен, у него ничего не выйдет, он всё время отказывается делать то, что я ему приказываю". На что артист так объяснил свою политику: "Я не хочу убедительного перевоплощения в женщину, мы должны изображать двух мужиков, которым неуютно в женском платье". Режиссёр поддержал актёра.
Чёрно-белый шедевр
Как и можно было предсказать, блюстители морали восприняли "Некоторые любят погорячее" как пощечину общественному вкусу. Что ещё они могли сказать о фильме, в котором Монро "лечила" Кёртиса от импотенции (ничего не видно, но всё понятно!)? Католическая общественная группа "Национальный легион приличия" строго осудила фильм, а власти Канзаса запретили его показ на территории штата. В 1940-х это подписало бы картине смертный приговор. Однако к 1959 году зрители, включая католиков, достаточно раскрепостились, чтобы хлынуть в кинозалы и затопить их. В итоге картина стала одним из хитов года. При бюджете в $3 млн она собрала $25 млн. В свою очередь, коллеги удостоили фильм шести номинаций на "Оскар" и вручили статуэтку австралийскому костюмеру Орри-Келли, сшившему для Монро потрясающе эффектные наряды.
"У всех свои недостатки"
В последующие десятилетия голливудцы сняли колоссальное число романтических комедий, однако "Некоторые любят погорячее" до сих пор остается жанровым эталоном и непревзойдённой вершиной, а финальная фраза про недостатки считается одной из любимейших поговорок. Тем не менее во время съёмок она Уайлдеру не нравилась. Сперва он вложил её в уста героя Леммона, затем перенёс её из середины картины в конец, отдал незадачливому миллионеру и решил, что обязательно придумает что-нибудь посмешнее. Однако он так ничего и не придумал, и фраза осталась в фильме. Лишь после завершения ленты Уайлдер осознал, что это идеальная финальная точка. Со временем он так влюбился в эти слова, что завещал выбить их на своём надгробии: "Я - сценарист, но у всех свои недостатки". Не правда ли, отличная эпитафия?