Шеф-редакторка
В «Афишу» я пришла благодаря Коле ОвчинниковуЕгор: «C 2019 по 2022 год Коля был музыкальным редактором — а еще они с Володей Завьяловым ведут отличный канал про музыку "Войс"!» — он позвал меня поужинать, а заодно обсудить, было бы мне интересно присоединиться к команде. Тогда мне казалось, что «Афиша» — это что‑то большое и недостижимое. Сейчас я смотрю вокруг и вижу совсем небольшую и тесно связанную группу энтузиастов, каждый из которых мне очень дорог. Каждое утро мы просыпаемся, смотрим на заспанные лица друг друга и придумываем, как бы нам удивить дорогих читателей и помочь им разобраться в этом сложном мире. А помогая, немного разбираемся и сами.
Делать издание с двадцатипятилетней историей — это, конечно, большая честь, и есть очень много людей, которые продолжают нам доверять, потому что мы «Афиша». Мы очень стараемся их не подвести. С другой стороны, это и проклятье, потому что за это время «Афиша» успела побывать очень разной. Это естественно: менялись люди, менялась страна.
Главный редактор
Я работаю в «Афише» шестой год и всегда ценила ее за свободу заниматься тем, чем хочется, и расти туда, куда нравится. Например, я всегда была крепко увлечена музыкой, а релевантного опыта в музыкальной журналистике не было. За спиной одни строгие бизнесовые заметки в «Коммерсанте» и такие же интервью. Но в октябре 2020 года музыкальный редактор Володя Завьялов мне просто написал: «Не хочешь взять интервью у Смоки Мо?» — а я, которая выросла на «Кара тэ» и «Времени тигра», очень хотела. Так, я начала воодушевленно делать разные прикольные штуки для раздела и была очень счастлива, что могу весь свой потенциал реализовывать в «Афише» (спасибо Володе и Коле Овчинникову, что верили в меня и игнорировали мой синдром самозванки!).
Не единожды жизнь подкидывала интересные варианты в других компаниях, я с любопытством их рассматривала, но всякий раз оставалась.
Когда Трифон Бебутов уходил с должности главреда и рекомендовал меня на свое место, я была в шоке и написала ему, что жизнь меня к этому не готовила. Он ответил: «Тут я бы не согласился». Ну и в итоге думаю, что он прав: здесь всегда было много возможностей прокачать скиллы по всем фронтам. Хочешь — налаживай процессы, которые плохо лежат. Хочешь — продюсируй. Хочешь — придумывай новые форматы. А вот еще тебе джуниор, которого надо обучить делам, а самой научиться быть хорошим руководителем. Этому продолжаю учиться и сейчас, глядя на своего босса (Илья, ты лучший!).
Мы здесь все поддерживаем друг друга, заботимся друг о друге, а если не согласны друг с другом, то чутко стараемся понять и обходимся без конфликтов и пассивной агрессии. Это делает «Афишу» абсолютно бесценным местом, в котором хочется быть (тут шутка про мои уходы из офиса в 23.00 или полночь).
Музыкальный редактор
С «Афишей» связан одновременно мой первый большой успех и авторский провал.
2015 год, август. Я радостно чиллю с семьей в Юрмале, лениво работая на The Flow в перерывах между пляжем. И тут мне пишут коллеги: «Леша, там для "Афиши" надо срочно взять интервью у Тайлера, на подготовку времени всего ничего, но у тебя же норм английский. Интересно?» Конечно, мне интересно поболтать с одним из ключевых артистов поколения. Пусть пятнадцать минут в скайпе без видеосвязи. К тому же так случится и первая печатная публикация: «Афиша» тогда издавалась не только онлайн, но и в виде классного физического журнала. Бабушка наконец-то поверит, что у меня есть настоящая работа, а не только отчисление из иняза (пошел в жопу этот китайский).
Я провел день, вычитывая все, что можно узнать про Тайлера, от архивных видосов до свежих интервью, и переслушивая его дискографию. И вот день созвона. У меня в самом деле свободный разговорный английский — спасибо занятиям с пяти лет, американскому рэпу и бесконечному количеству сериалов, просмотренных в оригинале. Но перед каждым англоязычным интервью ты все равно волнуешься: вдруг акцент окажется для собеседника непонятным? С этим проблем не было — только беседа вообще не пошла. Тайлер, судя по настроению, сидел на коротких скайп-созвонах уже пару часов и откровенно подустал, так что раздраженно зацепился за фразу о том, что «Cherry Bomb» мне показался «чилловее» его прошлых работ. В финальном варианте на это ушло две реплики, но на деле треть разговора мы потратили на то, что я неправильно слушал альбом.
Итоговое интервью — это странный сумбурный текст, которым не был доволен ни я, ни тогдашний главред «Афиши» Даня Трабун. С ним мы потом созвонились, и он дал мне пару дельных советов о том, как лучше выстраивать беседы с большими звездами. От текста никто не отказывался: важный герой, промо его концерта в тогдашней «Йоте», обложка «Афиши». Но ощущение провала от самого большого разговора в карьере не покидало меня еще пару месяцев.
Потом к нему добавилась и нотка сюра: если на сайте меня подписали правильно, то в печатном журнале я из Леши вдруг превратился в Александра. С тех пор в любых соцсетях отказался от имени Alex в пользу Lesha (спустя много лет это вызовет вопросы у 50 Cent), так проще. В «Афише» вообще часто случались приколы с именем. Как‑то в рабочей переписке меня вдруг назвали Богданом (что?), в другой раз подписали статью «Елена Горбаш» (что?).
Заодно с «Афишей» связаны и истории про самые ламповые интервью. Самое звездное — у Дипло. Я тогда приятно офигел от того, насколько он вовлечен в беседу и открыт к самым разным вопросам (за некоторые из них сейчас стыдновато). Самое неожиданное — у Теофилуса Лондона. Потому что я уложил наш разговор в заветные пятнадцать минут, но оказалось, что у него есть еще примерно столько же, и артист ошарашил меня репликой: «Да че ты, давай просто поболтаем». Так мы еще десять минут просто обсуждали музло, которое тогда было на слуху. И самое доброе — у битмейкера Sporting Life, который в середине десятых отвечал за звучок милой нью-йоркской группы Ratking. Во время созвона в Нью-Йорке было утро, и герой сперва застенчиво спросил, не буду ли я против, если он будет параллельно есть хлопья на завтрак. И начал рассказывать, как на днях смог идеально записать на улице звук волынки, — вот ровно такой разговор и вышел.
С «Афишей» я хаотично сотрудничал много лет — тут текстик, там интервью. Пока в прошлом году Яна Циноева не выловила меня после ивента BandLink, перед которым все много нервничали, а я не спал. Как мы вообще познакомились: Яна дружила с Володей Завьяловым, мы были знакомы сперва заочно, а потом и шапочно. А еще у нас, смеси бывшей и нынешней команды сайта The Flow, есть нежно любимый чат «PR-агентство "Петушки ****** [чертовы] с зефлоу"». Отношусь к нему довольно ревностно, и когда впервые услышал, что вот, а может, добавим Яну, она же делала на «Флоу» пару интервью, достаточно резко ответил «нет». И продолжал так делать, пока мы вместе с тем же Володей и Яной не напились сперва в офисе «Афиши», а потом в «Алеше и графине». Так Яна появилась в чате, а мы в итоге стали дружить.
Так вот, ивент BandLink. Перед ним я не спал, поэтому к вечеру жизненные батарейки были на абсолютном нуле. С Яной мы вроде бы договаривались пойти на тусовку (кажется, «Радуги»), чтобы я оттуда в шесть утра укатил в Минск на «Ласточке», но сил не было никаких. Думал остаться спать до поезда, но решил, что совсем сливаться не вариант, да и не виделись давно. Поэтому, пока друзья были в баре, мы с Яной, которая только что приехала из Петербурга, договорились пойти есть рамен в Izumi.
В итоге мы, сонные и уставшие, узнавали, как друг у друга дела, пока Яна вдруг не сказала, что «Афише» нужен музыкальный редактор. Пару лет до этого я работал скорее в индустриальных медиа и сильно скучал по вещам более творческим и легким. Здорово, что мы оба не любим смол-токи и буквально через пару дней обо всем договорились.
И вот я тут уже полгода. Делаю по ощущениям классные штуки и — что важнее — расту как автор и человек. И не могу требовать от работы большего, это и так мечта. Ну вы представляете, пишешь буквы о музыке — а тебе деньги платят. Бесплатно я это тоже делаю, поэтому подписывайтесь на мой телеграм-канал.
Редактор
Когда я была юна, наивна и училась на первом курсе журфака МГУ, смотрела на своих однокурсников, которые находили практику в настоящих взрослых медиа, и тоже так хотела. Особенно хотела в «Афишу». Но бог любит троицу, и самые сложные испытания для самых сильных котят, поэтому за шесть лет я пыталась устроиться в редакцию раза три: сначала на SMM-джуна, потом просто на SMM, а потом — на редактора. И вот я уже полгода тут.
Спустя пару недель работы мы с Яной собирались ехать на пресс-показ какого‑то сериала, но беспощадные московские пробки не оставили нам выбора, кроме как забить на опоздание, сменить маршрут и отправиться трапезничать. Через пару мгновений культурный десант оказался в баре в компании с бывшим музыкальным редактором Володей Завьяловым, с которым затем в ожидании такси мы исполнили несколько треков Таркана как могли. Склейка — и в три часа ночи я обнаруживаю себя в той же компании уже в другом баре с барменом, которого мы склеили, и моим бывшим ситуэйшеншипом. Выводы после ночи были сделаны однозначные: Володя — такой же крутой в жизни, как и в текстах; ситуэйшеншип не стоит переживаний; а Яна Циноева — чумовой главред. И «Афиша» точно стоила того, чтобы ее ждатьЛеша: «Но что ты думаешь про пельмени, Аля? Вот что важно»..
Редактор раздела «Инфопорно»
Я никогда не мечтала работать в «Афише». Оглядываясь назад, я подозреваю, что побаивалась загадывать такое. Моя одногруппница с журфака писала для «Дейли», и об этом знал весь курс — казалось, что она достигла карьерных высот.
Я в это время грезила о музыкальной индустрии и каждый год отправляла на почту The Flow слезные просьбы о стажировках. Мне не отвечали на эти письма, но однажды я увидела в телеграм-канале главного редактора, что нужен срочный текст про артиста 104, который тогда ушел с лейбла Скриптонита. Я всю ночь провела за ноутбуком, а когда утром выслала готовый материал, выяснилось, что Леша Горбаш занимался тем же. В итоге наши труды объединили, текст вышел под двойным авторством. Кстати, Скриптонит нас тогда в сторис послал ***** [к черту], но гораздо удивительнее, что с Лешей мы спустя три года стали полноценными коллегамиЛеша: «И говорить только НА ВЫ». .
Это вовсе не долгая ненужная преамбула: в «Афишу» я попала как раз фактически благодаря The Flow. Точнее, благодаря Яне Циноевой, но все предшествующие события мне нравится считать счастливой неслучайной цепочкой. Для «Флоу» я несколько раз расшифровывала интервью с героями, и однажды мой контакт дали Володе Завьялову — на тот момент музыкальному редактору «Афиши», о котором я, конечно, знала. Ему была нужна довольно срочная расшифровка разговора с артистом. В этот момент мы с семьей отдыхали на море, но для меня было суперважно хотя бы таким незаметным образом повзаимодействовать с редакцией. В общем, снова была ночь с ноутбуком.
Вскоре расшифровка интервью понадобилась Яне. Она потом спросила, чем я еще занимаюсь и какой у меня журналистский опыт, но это я помню обрывочно, сильнее запомнилось, что мы много шутили. Я рассказала, что недавно ушла с прошлого места работы, и Яна скинула мне пробные задания на должность редактора партнерских материалов. Вспоминаю свое удивление, что, оказывается, существуют такие крутые креативные должности, — получила огромное удовольствие, пока занималась тестовым заданием. Потом были первые брифы от реальных клиентов, наша встреча с Яной, офис с террасой на крыше и много воодушевления (даже когда казалось, что у меня ни за что не получится по-настоящему крутой проект).
В начале 2022 года меня взяли в штат, и я была тотально счастлива. А потом случилось 24 февраля. Это перевернуло вообще все, и я даже не сразу сообразила, что после ухода западных компаний моя работа лишится смысла: на одной должности не нужно два человека, если количество проектов сократилось в разы. Помню, как выпила прощальный кофе, когда шла подписывать документы на увольнение.
Но безработной я была несколько дней: Надя Афанасьева позвала меня в раздел «Инфопорно». Мы встретились, обсудили идеи, и я обнаружила, что правда хочу этим заниматься. За два года на должности были очень разные периоды, но, оглядываясь назад, я понимаю, что точно росла и расту здесь.
Иногда я думаю о том, что занимаюсь настолько несерьезной журналистикой, что не имею никакого права называть себя журналисткой (меня каждый раз переспрашивают: «Инфо… порно, да?»). А потом знакомлюсь с людьми и вдруг узнаю, что они читали мои тексты или проходили тесты. И вспоминаю, что за каждой цифрой в статистике просмотров стоят настоящие люди, которые видят смысл в нашей работе. А благодаря им этот смысл вижу и я.
SMM-редактор
В ноябре 2023 года я был готов покинуть SMM и медиа вообще — я чувствовал усталость и даже разочарование от своей прошлой работы, а потому планировал пару месяцев пожить на накопления, от души попинать воздух и подумать, чем я хочу заниматься дальше.
Я тогда уже знал, что «Афиша» планирует расширяться и ищет второго редактора соцсетей, но не верил, что меня возьмут. Хотя, конечно, чуть-чуть надежда теплилась — я всегда считал «Афишу Daily» главным лайфстайл-медиа в России и, конечно, мечтал оказаться в этой тусовке. Но именно что мечтал, а реальных перспектив для себя не видел, так что был очень удивлен, когда главный редактор Яна Циноева написала мне и пригласила на собеседование. А дальше все было как в тумане: тестовое задание, первый рабочий день, куча новых задач и процессов, первая зарплата…
Короче, план уйти из медиа не осуществился, но сейчас я этому даже рад: у меня вновь появилось приятное чувство причастности к какому‑то большому важному делу, а главное, я стал видеть новые возможности и для профессионального, и для личностного роста. Да, конечно, приходится делать поправку на вызовы последних лет, но ежедневный коннект с молодыми, умными, веселыми профессионалами не дает сойти с ума.
Я живу надеждой, что мы преодолеем все непреодолимое и мне удастся не только застать новые яркие свершения «Афиши», но и стать их частью. А потом можно будет уйти на покой, выучиться на грумера и больше никогда не быть онлайн.
Культурный редактор
В «Афишу» я попал в 2017 году, считай, случайно: у меня был телеграм-канал про книжки, где я, узнав, что на русском выходит роман «Дом листьев», написал про это короткий пост. Совершенно проходное сообщение на пару строк, но оказалось, что среди моих читателей был тогдашний редактор «Афиши Daily» Игорь Кириенков. Он предложил написать про это статью; я, никогда ничего подобного не делавший, немедленно согласился. Игорь, по счастью, объяснил, что нужно, помог со структурой — и через четыре дня случился мой дебют на сайте.
В течение следующего года я написал еще несколько текстов для «Афиши», нескольких сайтов и даже пары печатных газет; недолго поработал новостником (вот уж где я был не на месте: мое уважение коллегам на новостях, ваша работа адская, я так не умею), поступил по совету Лены Макеенко в Школу культурной журналистики. А приехав из Новосибирска в Москву на сессию, получил от Игоря сообщение: не хотите ли, Егор, меня на посту сменить? И снова я был абсолютно уверен, что моей квалификации не хватает, — и снова согласился. Почему меня тогда взяли, не понимаю до сих пор — но седьмой год уже тружусь, и никогда не чувствовал себя настолько на своем месте.
Учился я на ходу, по наполеоновскому принципу «ввяжемся в бой, а там видно будет». Вообще-то, посоветовать такой метод не могу: есть шанс опозориться, если только рядом не будет целой команды коллег, которые помогут, научат, подбодрят, подстрахуют и вообще обнимут. К счастью, в «Афише Daily» ровно так и случилось — лучшей команды и пожелать нельзя. С кем‑то мы трудимся вместе всю дорогу, с другими совсем недавно, но постоянное чувство поддержки в работе и за ее пределами только крепнет (а уж за последние полгода зацементировалось: Яна, это я тебе в первую очередь). С такими коллегами не пропадешь.
У меня многие запоминающиеся истории связаны с интервью. Помню, как сорок минут разговаривал с драматургом Г., обнаружив в нем удивительно обаятельного человека, а потом приложение-диктофон съело всю запись, мой собеседник молча встал и без единого слова ушел в закат (всегда включайте два диктофона!). Как после выхода разговора с режиссером Б. три человека, не сговариваясь, написали: «Ты в порядке?» (до сих пор не понимаю, о чем они, интервью как интервью). Как дрожал всем телом и заикался, разговаривая с великой Дебби Харри, а потом вспомнил про стоявшую рядом бутылочку вина, и расслабился. Как звонил Юрию Сапрыкину и не мог поверить в то, что пусть с разницей в много лет и пять букв, но я теперь тружусь в том же издании, которое делал он (до сих пор не очень могу). Как уговорил Лемони Сникета дать нам интервью, потому что его агентка в университете изучала русскую литературу. Как в середине беседы с Вьет Тхань Нгуеном его маленький сын зашел в комнату и решил познакомиться со мной. Как по ходу разговора с Олегом Радзинским* осознал, что раскусить человека, который много часов провел на допросах с советскими чекистами, у меня не получится — и решил это ощущение включить в разговор. Как для интервью с Мэттом Хейгом полчаса придумывали с двумя друзьями-переводчиками перевод слова fuckturnip (сошлись на слове «долбоклажан»; было несколько вариантов лучше, которые опубликовать тут закон не позволит).
Но лучше всего помню, как в Ясной Поляне на несколько часов исчезла поэтесса Джей Бёрнард, с которой у меня было назначено интервью. Сперва мы искали ее, потом успокоились, на столе организовались вино и водка, и к тому моменту, когда Бёрнард объявилась (оказалось, ее сморил чистый воздух толстовского поместья), я был уже готов. Не помню, как прошел разговор и как он перерос в танцы под Cardie B и Игги Попа в компании Дэвида Кинана и еще нескольких человек. Наутро я обнаружил в диктофоне полчаса разговора нетрезвого журналиста с сонной поэтессой, внятных цитат из которого набиралось хорошо если на абзац. Интервью не вышло, но, поработав еще над ресерчем, я смог собрать из этой беседы и других материалов лонгрид про Бёрнард и пожар в лондонском Нью-Кроссе. В общем, история провала превратилась в историю о том, что любой провал можно превратить в неплохой текст. Но все этого не случилось бы, если бы я не знал, что за мной лучшие в мире коллеги — с ними не то что неудачноt интервью, с ними вообще ничего не страшно.
Фоторедактор
Летом 2016 года моя подруга Лиза уходила из «Афиши» и искала себе замену на должность фоторедактора. На тот момент я иногда помогала с фотографиями ей и ее коллегам в качестве фрилансера и решила попробовать. Пройдя тестовое и два собеседования, я оказалась тут и остаюсь уже почти восемь лет.
В первый же день я, нервничающая и стесняющаяся (и случайно при всех пролившая на себя полбутылки воды), попала на пьянку: ребята из Пикника «Афиши» отмечали только что прошедший фестиваль. Мне повезло: я сразу же увидела всех в неформальной обстановке и поняла, что мои новые коллеги приятные люди и не собираются кошмарить новичка.
За все эти годы (а я по меркам «Афиши» редакционный динозавр) я перешла из «Афиши» (.ру) в «Афишу Daily», познакомилась и поработала со многими талантливыми людьми, встретила любимых друзей, получила очень много разного опыта, выросла и наблюдала, как растут другие.
Были и классные съемки, на которых мы с коллегами хохотали до слез в перерывах, и сложные, когда ночью в выходные никто не спал, чтобы опубликовать репортаж. Были материалы, за которые я горжусь коллегами и которыми горела сама, но были и очень тяжелые, после которых хочется лежать, смотреть в потолок и реветь. Были легкие и веселые дни в редакции, когда мы с ребятами разыгрывали коллегу и заклеивали весь его монитор фотографиями (это было не один раз), также были тяжелые и стрессовые дни, когда всем очень плохо.
А еще были теплые посиделки и разговоры после работы, смешные и странные пресс-посылки (например, наручники, лопата, плетка, ведьмовская кукла из веток, противогазЕгор: «Это был мой противогаз! Мне его прислали из одного издательства, но я как раз ехал в Ясную Поляну и оставил его в редакции. Если бы не оставил, моя история про провал могла бы стать еще веселее»., кресло с косметикой внутри — что?! да!), корпоративы, после которых кто‑то просыпался в бусах из сушек, ссоры и примирения, классные и не очень идеи, фразочки «Афиши» (не жук лапкой потрогал), горящие дедлайны и грустные проводы тех, кто решал двигаться дальше без «Афиши».
Думаю, что поэтому я тут так долго: все всегда очень разное и, когда почти каждый день сталкиваешься и работаешь с чем‑то новым, нет удушающей рутины.
Сейчас, несмотря на то что редакции часто непросто, у нас с коллегами сложился сейф-спейс: тут много поддержки, помощи и благодарности друг к другу (а еще мы мемы друг другу шлем постоянно). Также мне страшно повезло: у нас отличная команда фоторедакции, которой я очень дорожу и с которыми всегда можно посоветоваться, найти идею, понервничать и похихикать (девочки, вы супер).
SMM-редактор
Я попала в «Афишу» после жесточайшего выгорания на прошлой работе, где была хедом SMM. Это было лето 2022-го, когда мне пришлось пережить отъезд половины друзей, личный финансовый микрокризис и месяц совместной жизни с мамой моего сейчас уже бывшего парня (ну вы понимаете обстановку). К моменту, когда эйчар позвала меня на интервью, я уже прошла с десяток сомнительных собеседований и была примерно в той стадии отчаяния, когда люди задумываются о том, чтобы войти в айти.
Тогда переход в «Афишу» казался левел-дауном в смысле должности и долгожданной стабильной работой без напрягов — а в итоге стал точкой взлета по всем фронтам.
Сейчас думаю о последних годах здесь и удивляюсь, насколько у нас сросшийся коллектив: лица на планерках кажутся такими родными, а все эти ребята ощущаются как вторая семья. Здесь же, кстати, я встретила свою близкую подругу Яну, которая буквально поменяла мою жизнь, и сенсея-наставника Ксюшу, которая предложила написать первый текст и в итоге открыла для меня новую сферу реализации.
Ребята, медиа — это офигенно тяжело. Мои друзья уже привыкли, что я могу не отвечать неделями и пропадать в офисе до ночи. А еще это офигенно интересно. В «Афише» растешь колоссальными темпами — просто потому, что тянешься за коллегами. Вот бы сейчас та девчонка, которая приходила на «позицию ниже» офигела от того, что с ней стало! Мне приходилось по памяти писать интервью, потому что в середине созвона отрубился диктофон, придумывать, как запустить розыгрыш со всеми нужными документами 30 декабря, когда все отделы уже ушли с работы, — в общем, челленджей здесь было предостаточно.
Я чувствую, что корнями вросла в это место и что люблю его всей душой. А еще здесь просто невозможно дорасти до потолка: это место про преодоление и новые вызовы, про офигенный дофаминовый прилив от совместных редакционных затей и про сумасшедшие идеи.
Я еще не видела мест, где буквально вся редакция будет дружно придумывать шутки для телеграма и так участвовать в процессах SMM. Вот это, наверное, главная ценность команды: мы всегда вместе, и неприоритетных отделов тут не существует.
Редактор спецпроектов
В «Афишу Daily» я попала еще практиканткой во время учебы на журфаке. Отправляла тогда письма вообще во все издания. Конечно, думала про разделы «Кино», но тема интернета и технологий тоже меня привлекала и казалось менее конкурентной. Где‑то писем на 20–30, которые я отправила, я получила два ответа: из «Афиши» и из «Ленты.ру». Первая показалась мне ближе и интереснее, и, выполнив тестовое, я впервые поехала на «Даниловскую мануфактуру». Причем тогда еще говорила другу о том, что, если мне понравится на практике, сделаю все, чтобы получить в «Афише» работу. Так и началось мое путешествие длиной теперь уже почти в пять лет.
Меня сразу приняли в редакции, несмотря на то что я была просто практикантом. Так как в 2019 году все еще постоянно ездили в офис, мест часто не хватало и я все время сидела рядом с разными людьми и знакомилась с ними. Однажды меня посадили за самый обычный стол в опенспейсе со словами «А вот тут рядом сидит наш главный редактор ЕгорЕгор: "Это не я, это Егор Беляков! Он офигенный".». Это было неожиданно просто и дружелюбно, без какого‑либо пафоса, присущего, казалось бы, такой должности.
«Афиша» быстро стала для меня местом, где я чувствовала себя среди единомышленников и делала классные штуки вместе с ними. Именно этого мне как раз не хватало после двух лет учебы — я даже начала думать, что журналистика не для меня. Редакция постоянно что‑то затевала. Пластиквотчинг, вермеферма, кинопоказы и вечеринки — меня постоянно приглашали плюсиком и даже дали проходку на Пикник «Афиши».
Потом я устроилась на другую работу, но все равно после учебы и офиса нередко приезжала в «Афишу» писать тексты и общаться с ребятами. На работе у меня был коллектив гораздо старше, а здесь можно было в команде работать над крутыми проектами вроде записи своего подкаста. Поэтому, когда в «Афише» появилась вакансия, я вернулась не раздумывая.
За эти годы мы полностью перепридумали раздел «Инфопорно», выпустили несколько спецпроектов, которые будто рождались из ниоткуда: дружеские встречи с редакторами или даже случайные воспоминания тут же превращались в идею, творческий процесс как будто был неотделим от жизни. Спецпроект про фанфики вообще начинался как шуточная беседа на вечеринке после пары бокалов, и это Коля Овчинников увидел в нем потенциал.
Коля Удинцев, с которым мы несколько лет работали вместе, научил меня редактированию — хотя это было непросто. Увидев свой первый текст после правок, я чуть не расплакалась, а потом мы еще часто спорили и часами разбирали правки вместе. Яна Циноева научила общаться с героями и партнерами и всегда верила в меня будто бы даже больше, чем я сама.
В общем, здесь я нашла и друзей, с которыми классно работать, обсуждать фильмы и книги, ходить в бары, танцевать, играть в бильярд и переживать самые трудные времена. Для меня «Афиша» превратилась в образ жизни, которым хочется и дальше делиться с читателями. Как скажем, так и будет.
Корректор
Я подписала трудовой договор в «Афише» в конце января 2020 года, и буквально через неделю наши новостники стали писать первые отчеты по заболеваемости коронавирусом, которые вскоре стали ежедневными (и все более тревожащими). Мне странно повезло, потому что работа изначально была на удаленке, и нас, корректоров, не пришлось из‑за локдауна перемещать домой. Не было какой‑то надрывной, шокирующей перемены в образе жизни, с которой столкнулись многие. Тем не менее в обстоятельствах пугающей неизвестности, когда было невозможно отвернуться от информации о происходящем в мире, а механизм абстрагирования еще не был наработан, осваивать новую профессию, несмотря на опыт работы в изданиях и филологическое образование, было непросто. И я могу только предположить, насколько сложнее было Марине, нашему старшему суперкорректору, набивать мне руку. В целом корректорская дамская ложа «Афиши» — самый сердечный, поддерживающий и в горе, и в радости коллектив, в котором я когда‑либо оказывалась. Никогда не чувствовала, что одна справляюсь со своими вопросами и проблемами, коллеги всегда были рядом, хоть сейчас, например, мы физически разбросаны по стране кто где — от Воронежа до Петербурга.
Мы самые въедливые читатели «Афиши» и самые большие фанаты ее авторов и редакторов, потому что ежедневно посвящаем им время, вчитываясь в каждое слово, и знаем: если это новости, то такие, которым можно доверять, высвечивающие разные точки зрения; если это заметка про свежие мемы и тренды в твиттере, то завтра о них будут говорить все, а если это обзор кроссовок, то за них и душу продать можно, в принципе. Рецензия на новый фильм? Значит, его уже вдоль и поперек просканировали киноэрудированным рентгеном, сравнив с мейнстримными и андеграундными шедеврами, начиная с первого синематографа. С каждыми рекомендуемыми «Афишей» книгами, играми, музыкой можно отлично провести время, а вот выставки, спектакли и рестораны крышу снести могут, так что осторожнее!
Люблю. Горжусь.
Постоянный автор, работала в Афише с 2017 по 2019 год (но продолжает писать и сейчас)
Моя любимая история — как мы ходили на открытие ресторана «Говно», который закрылся в день открытия.
Любимый материал — как Томми Кэш дегустирует оливье из московских ресторанов. Он оказался большим любителем оливье, так что мы заперли его в редакционной переговорке и до посинения угощали салатом. Особенно удачные салаты он хвалил словом «ресторанский».
Любимая редакционная история такая. В доковидные времена мы все ходили в офис, а летом постоянно устраивали что‑нибудь на офисной веранде: открывали сезон арбузов, дегустировали ягоды с рынка, просто обедали.
Однажды готовили всем офисом окрошку — каждый должен был принести к офис заготовку, чтобы в обед мы это смешали и залили квасом или кефиром. Мне выпала картошка. В ночь накануне сильно нетрезвая я вернулась домой после полуночи и осознала, что завтра в офис со мной должен приехать килограмм картошки. И не сырой, а вареной.
Загвоздка была в том, что готовить я почти не умела, а отварить картошку не смогла бы и трезвой. Решение нашлось быстро: в кулинарии «Азбуки вкуса» был куплен килограмм отварной картошки за безумные тысячи рублей. Потом я остаток ночи отмывала ее от укропа, а днем принесла в офис под видом домашней.
Еще работа в «Афише» подарила мне как минимум четверых друзей и знакомство с будущим мужем. Так что, считаю, все не зря — даже картошка за 2000 рублей.
Киноредактор
О журнале «Афиша» я узнал в 2006 году, когда вышла его федеральная версия. Одногруппница по журфаку принесла на пары первый номер — и я, признаться, обалдел, потому что не мог себе представить, что журналистика может быть настолько крутой (хотя у нас в Челябинске уже выходило другое, не менее легендарное издание «Афиши Индастриз» — журнал «Большой город»). Среди прочего, меня в «Афише» покорили рецензии Волобуева и Зельвенского, а затем и их киноблог «Спойлер», из которого вышло целое поколение критиков-миллениалов, подобно тому, как многие великие писатели вышли из гоголевской «Шинели».
Когда в 2007 году на afisha.ru запустилась социальная есть (пользователи могли ставить оценки, писать рецензии и комментировать отзывы друг друга), на сайте образовалось мощное комьюнити, частью которого долгое время был и я. Благодаря этой соцсети я познакомился с создателем интернет-журнала о кино «Перемотка» Антоном Третьяком, коллегой из «Кино-Театр.ру» Катей Визгаловой и другими прекрасными людьми. Еще, оказывается, у меня в друзьях была писательница Яна Вагнер, у которой вчера на «Афиша Daily» вышла колонка про «Кэрри» Стивена Кинга. Вот так из пользователей «Афиши» в авторы. Совсем как я.
Собственно, автором издания я стал в 2013 году, причем со второй попытки. Киноредаторка Мария Кувшинова не взяла мой текст. Через полгода я попробовал снова, с другим материалом — и главный редактор «Афиши Воздух» Юрий Сапрыкин его взял. Постепенно из автора я превратился в киношного редактора. Сначала меня не покидало ощущение сюрреалистичности происходящего. Потом привык. Шутка ли дело, сколько лет прошло, к тому же выросло поколение, да и не одно, наверное, которое никогда не читало бумажную «Афишу» и для которого Волобуев — кинорежиссер, а Зельвенский — критик «Кинопоиска».
Мне кажется, главный пойнт «Афиши» в том, что это не издание, а образ жизни. Работающие в нем люди всегда горят тем, что они делают. Поэтому издание продолжает существовать до сих пор, а не исчезло, когда его покинули почти все отцы-основатели или редакторы, проработавшие тут много лет — среди них, например, мой друг Максим Сухагузов. Мне всегда было комфортно в «Афише», а когда в 2017 году я устроился тут работать редактором, то вообще было ощущение, что я наконец оказался дома.