Белорусская независимость против нефти и газа России
На Красноярский экономический форум, который проходил с 12 по 14 апреля с обсуждением темы «Россия 2018 — 2024: реализуя потенциал», прибыла правительственная делегация из Белоруссии и в очередной раз обозначила свой интерес к приобретению российских углеводородов по внутрироссийским ценам. Интерес не нов, и аргументация банальна: белорусским предприятиям нужны дешевые российские энергоносители и сырьё, чтобы производить конкурентоспособную продукцию, сохранять производства и рабочие места, а раз уж строится Союзное государство Белоруссии и России, предполагающее общие рынки, то и цены должны быть равными для равенства условий субъектов хозяйствования.
На первый взгляд, всё логично. Однако, прежде чем отделить мух от котлет, уместно выслушать аргументацию не последнего человека в правительстве Белоруссии.
Обосновывая свои претензии на российские углеводороды, 13 апреля заместитель председателя совета министров Белоруссии Владимир Семашко сообщил на пленарном заседании КЭФ: «У нас осталась открытой цена по газу. Мы не можем признать нормальной ситуацию, когда Союзное государство, например, на границе со Смоленской областью, Белоруссия, более чем в два раза за газ больше, чем в Смоленской области». Чиновник, видимо, хотел сказать, что в рамках Союзного государства создана ненормальная ситуация, когда белорусским предприятиям российский газ обходится в два раза дороже, чем предприятиям ближайшей к Белоруссии российской области.
«Надо создать равные условия. Когда белорусский МАЗ сегодня получает газ по $286 за тысячу кубометров, а его коллега платит $65, то понятно, что это неравные условия», — привёл он пример. Тоже, на первый взгляд, «железобетонная» (как любят выражаться в Минске) аргументация.
По мнению Владимира Семашко, надо создать равные условия по цене на российский газ для предприятий России и Белоруссии. Данный вопрос он пообещал решить в ходе переговоров с зампредом правительства РФ Аркадием Дворковичем «до 1 июля 2019 года». Время есть, но правительство Белоруссии торопится взять быка за рога уже в мае: чем быстрее удастся уговорить Москву, тем меньше денег уйдёт российским компаниям и в российский бюджет.
Читайте также: Власти Белоруссии намерены возобновить переговоры по газу
Озвученные Семашко претензии напомнили о «газовой войне» 2016—2017 годов, вылившейся в российско-белорусский кризис. Тогда руководство Белоруссии, пытаясь добиться от Москвы снижения цены на поставляемый в республику газ, разрешило белорусским государственным предприятиям недоплачивать за потребляемую продукцию белорусской компании «Газпром трансгаз Беларусь». Эту дочернюю компанию «Газпром» создал специально для реализации своей продукции в республике, и тогда формально именно её интересы пострадали. Задолженность за поставки белорусские потребители не признавали, она приближалась к $1 млрд, и никакие уговоры или попытки добиться правды в суде успехом не увенчались. Для вразумления официального Минска в Москве было решено сократить объёмы поставляемой по льготным ценам нефти. Правительство Белоруссии фактически долг признало и погасило, воспользовавшись российской кредитной поддержкой, однако подняло стоимость транзита российских углеводородов по своей территории и попыталось продемонстрировать независимость от российских поставок, закупив небольшой объём нефти в Иране.
Попытки оказать давление на Москву другими способами — например, привычным для отношений с ЕС торгом политическими заложниками, эффекта не возымели. В апреле 2017 года Москва и Минск договорились по ценам на газ, однако, судя по заявлению Семашко, спустя год вопрос снова открыт. Причём не просто открыт, а увязан с форматом двусторонних отношений, с будущим Союзного государства Белоруссии и России, а также созданием общих рынков Евразийского союза.
Не только газ: электроэнергия, нефть, транзит и продовольствие
В ходе КЭФ было обращено внимание и на другие факторы, которые осложняют двусторонние отношения и не способствуют выравниванию условий конкуренции субъектов хозяйствования Белоруссии и России. Семашко заявил, что цены на электроэнергию в Белоруссии тоже выше, чем в Смоленской области: «У нас платят 11 центов за 1 кВт/ч, а в Смоленской платят 4 цента за 1 кВт/ч — это разные условия».
Высказался он по вопросам поставок российской нефти, заявив, что Белоруссия будет довольствоваться 18 млн т в нынешнем году. Хотя планировала перерабатывать ежегодно гораздо большие объёмы. Семашко напомнил: «У нас в балансе записано 24 миллиона тонн, но там есть разные схемы. Реально 18 миллионов тонн мы получим, переработаем».
Поясняя позицию официального Минска в кулуарах, вице-премьер сообщил о готовности ещё раз прибегнуть к закупкам нефти в Иране. С его слов следует, что «большой налоговый манёвр» в российской нефтяной отрасли приведёт к повышению цен на российскую нефть до мирового уровня, в том числе и для российских предприятий. Выходит, что никаких скидок со стороны Москвы для «союзника» не будет. Вероятно, правительство РФ не будет рекомендовать российским компаниям продавать нефть белорусским клиентам дешевле, чем российским. Теоретически такое тоже возможно с компенсацией потерь российских продавцов из российского бюджета, но кто решится на такое, особенно в сложившихся условиях — вопрос к Дмитрию Медведеву, потому как проблема артикулирована на уровне правительства союзной республики.
Подробнее в сюжете: Поиски энергетической независимости от России
Семашко сообщил журналистам, почему придётся закупать нероссийскую нефть: «Если жизнь заставит, куда деваться? Вы же все ведете переговоры, что «налоговый маневр» надо закончить. А что значит налоговый маневр закончить? Это значит сделать так, чтобы отказаться от учета вывозной таможенной пошлины, всё перевести на НДПИ. Но тогда, читай, это понятно и первокласснику, при поставках нефти из России в Белоруссии будет мировая цена».
Высказался Семашко также и по вопросу экспорта нефтепродуктов, выработанных из российской нефти, через российские порты. «Мы оговорили определенную схему, уже есть пилотные поставки. Но мы непременное условие выставляли (эту тему обсуждали и в прошлом году, и в этом) — мы не можем выступать какими-то филантропами и спонсорами, — сообщил вице-премьер, рассказывая о поставках через российские порты. — То есть там даже если в ноль будет экономика, то есть не хуже, чем в европейских портах, то мы, конечно, будем отдавать приоритет российскому».
Среди прочих комментариев Семашко заслуживает внимания ещё один камень в огород правительства РФ, формально брошенный в Россельхознадзор — прозрачный намёк на коррупционную подоплёку запрета на поставки белорусской свинины в Россию. Ведомство Сергея Данкверта объяснило введение временных ограничений на ввоз данной продукции вспышкой африканской чумы свиней (АЧС). У Семашко иное мнение — «определенные меркантильные интересы кто-то преследует».
Читайте подробнее в сюжете: Запрет на ввоз молочной продукции Белоруссии в Россию
Стоит напомнить, что Александр Лукашенко публично отдал приказ возбудить уголовное дело и расследовать деятельность главы Россельхознадзора Сергея Данкверта, что на некоторое время парализовало контакты между двумя частями формально существующего Союзного государства Белоруссии и России. Государственные СМИ Белоруссии открыто обвиняли Данкверта в лоббировании интересов российских коммерческих структур при введении ограничений на поставки из Белоруссии. Совсем недавно, уже без привязки к главе Россельхознадзора лично, Лукашенко объяснил проблемы с поставками в РФ белорусского масла лоббированием российскими госструктурами интересов тех, кто ввёз и реализует на российском рынке масло из Новой Зеландии.
Отделить белорусских мух от российских котлет
Теперь можно отделить мух от котлет. Начать уместно с Союзного государства Белоруссии и России, а также упомянутого Евразийского союза (ЕАЭС). Факты таковы: государства нет. Союзного государства, которое обязались построить Минск и Москва, нет — есть невыполненный договор, предполагавший введение единой валюты, единых органов государственной власти и управления, единых законов и даже Конституции. Есть несомненные достижения: безвизовый режим, отсутствие паспортного контроля при пересечении границы, некоторые социальные гарантии при трудоустройстве россиян в Белоруссии и белорусов в России. Есть союзные программы — «Союзный телевизор», готовится госпрограмма «Союзный велосипед». Посол РФ в РБ Александр Суриков недавно озвучил идею «Союзного трактора», к которой Владимир Семашко отнёсся более чем прохладно. Почти через 20 лет после начала союзного строительства Москва и Минск дозрели до практического решения вопроса о взаимном признании виз. ООН, Евросоюз и многие другие не признают Союзное государство Белоруссии и России как государство.
Обстоятельнее на эту тему в сюжете: Союзное государство России и Белоруссии
Если руководство Белоруссии застопорило строительство Союзного государства, не согласно на размещение эмиссионного центра единой валюты в Москве и не готово к выборам в союзный парламент, как и ко многому другому, прописанному в договоре о создании Союзного государства, то о каких равных ценах на нефть и газ может идти речь? Разве в Евросоюзе кто-нибудь требует от любой страны союза равенства цен на её продукцию на национальном рынке и рынке ЕС, на добытые из её недр углеводороды, ценные руды и прочие полезные ископаемые? Вовсе нет.
Общий рынок и равные цены — это не одно и то же. Правительство Белоруссии делает вид, что не понимает этой простой аксиомы. Ему уже мало того, что российское сырьё поставляется в Белоруссию с максимальным дисконтом, по «интеграционным ценам» — например, никому в мире российский газ не обходится дешевле, чем Белоруссии. Российская нефть поставляется дешевле (в прежние годы — почти наполовину дешевле). Вероятно, завтра может быть поставлен вопрос о льготных ценах для Белоруссии на забайкальское золото, на якутские алмазы — они тоже нужны белорусским предприятиям, и не только предприятиям.
Выступая 20 декабря 2017 года в Минске, Семашко сообщил, что в 2017 году российский газ обходился Белоруссии по $143,6 за тысячу кубометров, в 2018 году цена снизится до $129 и в 2019 году составит $127 за тысячу кубометров. Тогда он поведал: «Мы ведем переговоры на предмет формулы цены на 2020—2024 годы, чтобы к 1 января 2025 года выйти на единый рынок газа и нефти. То есть цена на газ на границе Белоруссии должна быть на уровне стоимости газа для Смоленской области. Сегодня его цена в 2—2,1 раза выше».
Единый рынок предстоит создать не только по нефти, газу, электроэнергии. Но как впишется в эти рынки белорусский протекционизм — большой вопрос. Совмин Белоруссии не готов к демонополизации внутреннего рынка, к конкуренции на нём не только с компаниями из ЕАЭС, но даже не видит на нём пресловутого белорусского «частника». До того, как евразийские союзники подойдут к единому рынку газа и нефти, они должны стать институционально похожи и готовы к реальной интеграции.
Обращаясь к опыту соседнего Евросоюза: ни одна из стран-соседей Нидерландов или Норвегии не выдвигает претензий и требований, аналогичных тем, которые периодически предъявляют к России Семашко, Лукашенко и другие белорусские чиновники. Трудно представить, чтобы Ангела Меркель открыто заявляла о «ненормальной» цене на газ из Нидерландов, сопоставляя цены для DAF и MAN.
Владимир Семашко вспомнил о газе в контексте автопрома столь же удачно, как заговоривший о верёвке в доме повешенного. Наверняка вице-премьер мог бы быть гораздо более интересным, если бы рассказал всю подоплёку провала им же заявленных несколько лет назад пяти интеграционных проектов. Одним из таковых значился холдинг «Росбелавто», предусматривавший слияние КАМАЗ и МАЗ.
Читайте на эту тему: Минпром Белоруссии похоронил «Росбелавто»
Электроэнергия обходится белорусским предприятиям дороже не только из-за перекрёстного субсидирования, когда часть недоплат по себестоимости услуг ЖКХ перекладывается на промышленность. С калькуляцией себестоимости этих услуг для населения тоже тёмная история — даже Александр Лукашенко признавался, что ему не понятны многие вопросы ценообразования коммунальщиков. Также уместно напомнить, что, отказавшись от импорта российской электроэнергии ради «энергонезависимости», минэнерго РБ заместило часть объёмов местной генерацией, предсказуемо оказавшейся дороже и менее экологичной. Поэтому белорусские промышленники за закупку электроэнергии по тарифам выше, чем в Италии (с учётом пиковых нагрузок) могут поблагодарить только белорусский совмин и Владимира Ильича Семашко лично.
Почему официальный Минск не видит себя филантропом, а Москва непременно должна быть таковым — из рассуждений Семашко это не понятно. Белоруссия не будет спонсором, а Россия — обязана быть таковым, это в порядке вещей — мол, всегда так было. Времена меняются.
Цена братской любви
В Белоруссии и России разные экономические системы. Разные социальные отношения, сильна политическая специфика. Фактически в Союзном государстве присутствуют две разные модели, реализуются разные стратегии и при практической реализации интеграционного замысла, итогом которого должно стать создание действительно государства, полноценного государства, придётся пересмотреть тезис о взаимодополняемости в пользу приоритета унификации. Во всяком случае, именно так и реализовывались успешные долговременные интеграционные проекты, а не временные альянсы дружбы против кого-то.
Коль скоро официальный Минск подчёркивает приверженность союзному строительству и желает реальной интеграции с Россией, он обязан делать всё возможное для снятия противоречий и отказаться от неэффективных и губительных жупелов типа «Россия теряет Белоруссию». На самом деле Белоруссии интеграция с Россией нужна больше, чем России интеграция с Белоруссией. При ликвидации проекта «Союзное государство» Россия выйдет с меньшими потерями и немало сэкономит.
России необходимо инвестировать только в ЖКХ и энергетику около $5 трлн, каждый миллиард на счету. В свете санкций, которые в той или иной форме поддерживают так называемые друзья и партнёры РФ, приходится делать опору на собственные силы и экономить. На самом деле в России огромный потенциал для рациональной экономии без затягивания поясов населению, и в этом белорусский опыт «оптимизации» очень даже полезен.
На поддержку официального Минска ушли приличные суммы, так и не дошедшие до простых белорусов. Построен новый роскошный президентский дворец, госпредприятиями освоено производство широкого ассортимента «вышиваночной» продукции, профинансирована деятельность спецслужб по преследованию лояльных к России общественных активистов, закуплены партии польского мяса и литовского молока для переработки и поставок в Россию вместо союзнической поддержки продовольственного эмбарго, да ещё и с упрёками за суверенное право закупать масло где угодно — даже в Новой Зеландии. Список можно продолжать, однако важно другое: всё это было бы сделать сложнее без постоянной российской экономической помощи, которая так и не стала прямой поддержкой собственно белорусов.
Подробнее в сюжете: Контрабанда продовольствия из Белоруссии в Россию
Согласно опубликованным в сентябре 2016 года подсчётам МВФ, только за период 2005—2015 годов Россия потратила на поддержку экономики Белоруссии $106 млрд, что составляло в среднем $9,7 млрд в год и в разные годы колебалось в пределах 11—27% ВВП Белоруссии. В последние годы объёмы поддержки (прямой и косвенной) сократились почти в два раза, но они всё равно существенны и сопоставимы с реальными ЗВР Нацбанка Белоруссии.
Существуют и другие калькуляции «братской поддержки», из которых следует, что только за счёт скидок на поставляемые в Белоруссию углеводороды Россия с начала века недополучила примерно такую же сумму, которую привёл МВФ. На $100 млрд Россия могла бы построить пару мегаполисов в чистом поле с самыми современными производствами, жилыми домами и т.д., не говоря уж о преображении малых городов. К примеру, десятой части названной МВФ суммы хватило бы для того, чтобы с нуля построить ещё один Смоленск и трудоустроить там половину мигрантов из Белоруссии.
Подробнее в сюжете: Миграция, гражданство, паспортизация
Страшна ли России диверсификация по-белорусски
Эксперименты с закупкой «выгодной» венесуэльской нефти показали, насколько игра стоит свеч. Раз уж Николас Мадуро не спешит отгружать танкеры в долг, то нет никаких оснований считать, что иранский аятолла одобрит подобную благотворительность. Москва ещё во времена бурной дружбы с Уго Чавесом дала понять, что совсем не возражает против закупок Белоруссией углеводородов у других продавцов — это даже пойдёт на пользу российскому бюджету, так как вывозные нефтепошлины пойдут в российский бюджет, а не в белорусский. То же самое с катарским газом, перспективы которого изучали Владимир Семашко, Владимир Потупчик, Виктор Лукашенко и другие заинтересованные.
Коль скоро так остро стоит вопрос диверсификации торговли с Россией, то Литва назвала стоимость услуг своего СПГ-терминала, а близость с новым руководством Украины чревата прекрасной возможностью вложить деньги в аналогичный терминал на Черноморском побережье и инфраструктуру речного маршрута Е-40. На днях представитель «Белорусского морского пароходства» Сергей Зубко сообщил украинским коллегам о готовности начиная с мая ежемесячно осуществлять несколько рейсов по Днепру, доставляя нефтепродукты из перерабатывающего российскую нефть МНПЗ в Киев. Многие белорусские экономисты резко критикуют этот проект речной перевалки, белорусские экологи небезосновательно бьют тревогу, однако официальному Минску трудно отказаться от искушения в очередной раз продемонстрировать «нефтяную независимость» от Москвы, да ещё и помочь не чужим людям создать склады ГСМ при подготовке к наступлению на Донбасс.
Совмин Белоруссии имеет резон, когда ставит вопрос о перевалке выработанных на территории республики нефтепродуктов через порты прибалтийских республик. Объективно, транзит через порты Ленинградской области проработан недостаточно. Столь же недостаточно проработан вопрос с российской стороны о причинах переработки российскими компаниями нефти на белорусских НПЗ, а не российских. Даже в нынешние времена возможности российских компаний позволяют как строить новые мини-НПЗ, попутно помогая местным властям в решении массы социальных вопросов, так и наращивать глубину переработки на имеющихся мощностях.
Для внутреннего потребления Белоруссии достаточно 5,5 млн т нефти. На территории республики добывается около 1,6 млн т в год, которая вся в сыром виде экспортируется в Германию. Дополнительные объёмы белорусские компании могут добывать за рубежом и имеют такой опыт. С 2013 года госпредприятие «Белоруснефть» осуществляет нефтедобычу в Российской Федерации, сейчас разрабатывает 5 месторождений. Соседняя Литва демонстрирует возможность покупать и перерабатывать нефть, также осуществляя поставки на Украину и не требуя ни от России, ни от Норвегии, ни от Швеции или кого-либо никаких скидок.
Причины, по которым Россия по льготным ценам продаёт кому-либо что-либо, сегодня совсем не очевидны. Всегда и везде льготы создавали коррупционные условия — это классика политэкономии, убедительно подтверждённая российским опытом. Руководству России необходимо пересмотреть все льготы. И в этом случае интересен белорусский опыт шоковой отмены льгот 2007 года с проекцией на российский бизнес. По мере создания общих рынков нефти и газа, электроэнергии и других правительству РФ следует создать не только равные конкурентные условия на российском рынке, но и с партнёрами по ЕАЭС, не допуская появления «первого среди равных». Реализация такой стратегии встретит сопротивление и давление не только изнутри, но и извне. Этот путь необходимо пройти.