«Капризничать не велено – могла ли Киргизия отказаться от ЕАЭС?»
Бишкек, 22 февраля, 2016, 12:33 — ИА Регнум. «Депутаты сваливают ответственность за неправильное решение на премьер-министра Киргизии. Якобы он один виноват в том, что теперь республика будет прогибаться перед Россией и Казахстаном. А наши стратегические партнеры, наши старшие братья, пользуясь ЕАЭС как рычагом, уже заставляют нас делать то, что нам не совсем выгодно», — заявил доктор экономических наук, профессор Асылбек Аюпов в интервью ИА REGNUM.
ИА REGNUM: Киргизия больше полугода является членом Евразийского союза. Как Вы оцениваете предварительные итоги ее участия в этом экономическом альянсе?
Я был с самого начала против этой инициативы. Для республики было достаточно быть членом ВТО. За счет этого в свое время появились два крупных рынка — «Дордой» и «Кара-Суу». Кроме реэкспорта для Киргизии нет достойных альтернатив. Ведь для создания конкурентоспособного товара нужна основа — ресурсы, человеческий капитал, наконец, другой менталитет.
Пока чиновники всех рангов будут ставить свои собственные интересы выше национальных, пока будут озабочены тем, как набить собственные карман, а не пополнять бюджет — ничего не получится. Это система, замкнутый круг, которая пока не имеет предпосылок для изменений.
Приоритетные отрасли — сельское хозяйство, горнорудная промышленность, которым при вступлении в Евразийский экономический союз обещали дать второе дыхание — могли развиваться и без ЕАЭС. Конечно, при условии производства качественных отечественных товаров.
ИА REGNUM: Но ведь даже сейчас казахстанский рынок защищается от товаров из Киргизии…
Это глупости. Отечественные товары для казахстанского рынка — капля в море. Они не сделают никому ничего плохого. А для рынка ЕАЭС Киргизия при нынешних объемах производства — вообще не конкурент.
ИА REGNUM: Как Вы считаете, насколько эффективно ведется работа по развитию горнодобывающей отрасли?
В «Стратегии развития до 2017 года» три направления горнорудной отрасли — золото, уголь и олово. Редкоземельные металлы добывать невыгодно — они очень дорогие и их в Киргизии мало.
Отдельная тема — рудник «Кумтор» (крупнейшее золоторудное месторождение Киргизии — Прим. ИА REGNUM) в Иссык-Кульской области. Почему о последствиях для экологии заговорили только тогда, когда золото на «Кумторе» стало подходить к концу? Только теперь, когда уменьшились доходы от добычи, так называемые «защитники национальных интересов» и «экологи» резко забеспокоились. Все потому, что из проекта решили слепить инструмент для игры в политической плоскости.
И на фоне непрекращающихся конфликтов мы говорим об инвестициях. Их нет и не было, а если проблемы с крупными проектами не решатся, то инвесторов и не будет.
На самом деле конфликты можно решать в цивилизованной форме — договариваться, а не митинговать, захватывать и грозить национализацией. Или арестовывать, как произошло с китайский НПЗ «Джунда» в Кара-Балте.
ИА REGNUM: По Вашему мнению, возможно ли поднять экономику за счет внутренних инвестиций?
Внутренние инвесторы не доверяют государству. Если иностранцев закон не может защитить, то о киргизских бизнесменах речь даже не идет.
Поэтому, когда эксперты говорят о том, что нужно стимулировать население вкладывать в отечественный бизнес — это плохая идея. О значимых вкладах от нашего бизнеса можно забыть заранее.
Кроме того, негативно сказываются внешние факторы — колебание курса валют. В прошлом году, когда доллар резко подскочил в цене, многие бизнесмены, у которых был долларовый кредит, схватились за голову. Им не с чего отдавать деньги банкам. А сейчас тем более — только сумасшедший возьмет заем в иностранной валюте, да еще и на развитие бизнеса, когда практически весь рынок замер из-за кризиса.
ИА REGNUM: Насколько эффективна работа Российско-Киргизского фонда развития?
Видимо, им дали наказ — «за каждую копейку ответите головой». Поэтому они сознательно ограничивают движение этих денег. Фонду нужны железобетонные гарантии, а их могут дать только крупные предприятия с большим капиталом.
Многие критикуют работу Фонда за то, что он рассчитан на крупные проекты. Но я считаю, что это правильно. Не нужно плодить «мелочевку» и создавать маленькие предприятия, нужно работать с несколькими крупными проектами с большим охватом.
Задачи стояли благородные и правильные — создавать рабочие места, развивать производство. На практике — это труднореализуемые задумки.
Бизнес, который может получить поддержку от Фонда развития, должен обладать ликвидными активами в среднем на $3 млн, чтобы обеспечить залог. А у какого предприятия в Киргизии есть такие деньги? Даже если предприниматель «наскребет по сусекам» эту сумму — это значит, что он рискует в случае неудачи остаться вообще без всего.
А я уже говорил о том, что бизнес в Киргизии — дело рискованное. Не каждый бросится в омут с головой. А значит, нынешние условия поддержки от Фонда выгодны только российскому бизнесу. Получается российские деньги, которые якобы поддерживают киргизскую экономику, уходят в Россию и развивают российский бизнес.
Малый бизнес, существующий в Киргизии, выживает только за счет того, что находится в тени. А бизнес в тени — это отсутствие поступлений в бюджет. Еще один замкнутый круг.
ИА REGNUM: Если Киргизия вступила в Евразийский экономический союз и не конкурентоспособна, то что же впоследствии ждет экономику страны?
Республику приняли в ЕАЭС не потому, что мы такие хорошие. А потому, что мы оказались в сфере геополитических интересов России. Экономических плюсов для Киргизии тут не было. Это грозит тем, что проблемы, которые были до ЕАЭС, сохранятся и сейчас. А наши стратегические партнеры, наши старшие братья, пользуясь Союзом как рычагом, уже заставляют нас делать то, что нам не совсем выгодно.
ИА REGNUM: Например?
Закрытие американской авиабазы «Манас», которая приносила хороший доход в республиканский бюджет. Может быть, США и были главными врагами России, но Киргизия тут не причем.
ИА REGNUM: А если бы Киргизия не стала членом ЕАЭС, республика оказалась бы в лучшем положении?
Выбора как такового не было. Если бы не вступили, тут же получили бы по рыночным ценам ГСМ, зерно, масло — все то, что импортируется из России и Казахстана. И мы бы не смогли бы покупать товары.
Капризы в нынешнем положении Киргизии непозволительны. Встречные условия, попытки отстоять собственные интересы пресекались на корню.
Из-за слабости экономики Киргизия не может быть суверенным государством. Мы с таким же успехом могли бы быть сейчас субъектом Российской Федерации, и фактически бы ничего не изменилось.