«Вальдо», которого вы не заметили. Реванш консерваторов в Голливуде?
На экраны вышел лирический (именно так — лирический) детектив «Вальдо», любопытный, на первый взгляд, своими колкостями в адрес Голливуда и гармоничным актёрским дуэтом Чарли Ханнэма и Мэла Гибсона. Но, подчеркну, лишь на первый взгляд, потому что в ленту закладывались пусть и простенькие, но куда более важные глубинные смыслы. Ханнэм играет эксцентричного детектива Вальдо, Гибсон — спивающегося олдскульного актёра Алистера Пинча. О данной ленте пишут немного, а меж тем о ней стоит поразмышлять не как о детективной работе старого образца, а как о выставке соответствующих трендов, коим, похоже, жутко тесно, точно львам в клетке.
«Вальдо» — по имени главного героя — словно вырван из прошлого. Палящее солнце, роскошные пальмы, и даже герои ходят тут в шляпах. Во время просмотра мне вспомнилась классическая и очень недооценённая работа «Последний киногерой» с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Был такой боевик 1993 года — ностальжи, однако! Старомодность «Вальдо», а её, старомодности, всё больше в современном Голливуде, заметно усиливается от присутствия в кадре Мэла Гисбона. И дело даже не в том, какого персонажа он создал, а в том, что сам факт появления на экране когда-то прославленного актёра — это история о возвращении в старые времена.
Когда-то Гибсон, без сомнения, считался артистом первого эшелона, одним из самых востребованных в Голливуде. Но потом бесконечные скандалы если не разрушили то, как минимум серьёзно навредили карьере «Храброго сердца». Причём скандалы эти были как, в общем-то, объяснимые: алкоголь, насилие в семье, пьяная езда на дорогах — так и притянутые за уши в эру толерантности и радужных свобод. Гибсона обвиняли в гомофобии, в антисемитизме; многих в принципе раздражали традиционные католические взгляды актёра. Отчего оставалось ему играть в не слишком бюджетных лентах — вроде «Закатать в асфальт» (симпатичное кино, кстати). И на традиционности Гибсона важно зафиксироваться, потому что его появление в ленте «Вальдо» только усиливает акцент на тех вещах, которые нам пытаются донести создатели.
Что это за вещи? Хм, ясное дело, речь не о детективном содержании ленты. Тут всё очень топорно и скучно. Есть убийство жены известного актёра, есть неспешное повествование с введением разных персонажей. Важнее — другое. Как начинается «Вальдо»? Бывший полицейский уединился в трейлере на озере, ограничив себя во всём. У него есть ровно сто вещей. Он живёт с одной курицей, например. «Вальдо» начинается не как детектив, а как экологическая агитка, где вот-вот в кадре промелькнёт и не уйдёт уже никуда Грета Тунберг. Нет, бережное использование природы, когда, к примеру, на полный напор не включается вода, вытекающая из крана, пока ты чистишь зубы — это прекрасно, несомненно, но только ли о том нам талдычат?
Ведь зачастую в современном мире, где протест нужен ради протеста, а известность обеспечивается собственно самим фактом известности, экология становится едва ли не излюбленной формой свержения старого мира, который, как нам объясняют, очень неправильный, очень жестокий, очень нетехнологичный — оттого должен пасть. Тот мир лишает нас свободы — вы не заметили? Беда в том, что никто не говорит, не предупреждает: «новый дивный мир», выстраиваемый, в том числе, и усилиями экоактивистов, подчас ещё больше напоминает матрицу, просто человек в ней должен быть доволен своим рабством.
На этом фоне в «Вальдо» происходит любопытная история, которая намного важнее любой детективной линии. Отшельник-экоактивист выходит в мир и встречает там человека старой формации. Казалось бы, между ними не может быть ничего общего, но меж тем именно их сотрудничество, перерастающее в нечто вроде товарищества, формирует абсолютно здравую повестку, и выстроена она, эта конструктивная повестка будущего, на консервативных ценностях. Да, Алистер Пинч, в общем-то, не является образцовым персонажем, но у него есть то, что выражено в старой рэп-песне «Не забывай свои корни…»
Так вот, Алистер их не забывает и говорит о главном — о любви к своим детям. Ради них и только ради них можно и нужно меняться, жизнь должна быть подчинена не сугубо своим эгоистическим интересам, а корректироваться в соответствии с чаяниями детей, под которыми тут надо понимать будущие поколения как таковые. Это, в общем-то, та же история, что и бережное отношение к планете, но выражена она куда выпуклее, ярче и аргументированнее, потому что в основе своей базируется на фундаментальных ценностях. Так что под видом олдскульного детектива создатели «Вальдо» — в первую очередь, видимо, режиссёр Тим Киркби и сценарист Ховард Гулд — пытаются говорить о жизненной необходимости окститься, разбив вдребезги гомункула нового мира. Так они дают примитивный, но какой-никакой рецепт выживания в мире, который дошёл до конечной стадии потребления — пожирания самого себя.
Консервативно? Очень! Пусть и несколько на новый манер. Очевидно, что тренд на возвращение консервативных ценностей всё более и более закрепляется в Голливуде. Или так лишь кажется? Что ж, в ближайшее время мы узнаем ответ, а учитывая, сколь колоссальным влиянием обладает кино в новой матрице, это будет весьма и весьма важно.