Иран может изготовить 2-3 ядерные бомбы в течение 3-4 месяцев
Американский канал CNBC 17 апреля 2021 года опубликовал интервью с израильским отставным генерал-майором Амосом Ядлином. В 1981 году Ядлин лично, как пилот истребителя-бомбардировщика F-16, принимал участие в операции «Опера» по уничтожению иракского ядерного реактора «Осирак».
В 2007 году уже в качестве начальника военной разведки Израиля Амос Ядлин участвовал в планировании удара по секретному ядерному реактору в Сирии. Операция носила название «Фруктовый сад». Данный объект был полностью разрушен.
Смысл публикации канала CNBC изложен в её названии «Израильский генерал, который помог уничтожить ядерные реакторы в Ираке и Сирии, говорит, что остановить Иран намного сложнее». По мнению отставного генерала, в нынешней ситуации, в отличие от ударов по ядреным объектам в Ираке и Сирии, нет эффекта неожиданности: Тегеран ждёт этого нападения уже 20 лет.
Как отмечает Амос Ядлин, иранская программа «гораздо более укреплена и рассредоточена», в то время как ядерные программы Ирака и Сирии были сконцентрированы в одном месте. Ядерная инфраструктура Ирана находится на десятках объектов, многие из которых оборудованы на большой глубине в горных массивах. Кроме того, есть сомнения, что израильским спецслужбам известны все подробности о местонахождении всех элементов иранской ядерной программы.
Ядлин также указывает на достижения Ирана в области обогащения урана, где он дошёл до символической отметки в 60%. Следует заметить, что для производства ядерного боеприпаса используется уран, обогащённый до 90%. Бывший глава военной разведки Израиля считает, что у Тегерана «может быть достаточно обогащённого урана, чтобы быстро получить две или три бомбы».
Ирану, возможно, ещё предстоит проделать некоторую работу с точки зрения методов доставки и создания ядерного боеприпаса, полагает Амос Ядлин. В тоже время генерал не сомневается, что иранцы обладают необходимыми знаниями, как сделать ядерную бомбу.
В одном из открытых источников появилась оценка разведывательных служб Израиля, согласно которой Ирану для создания ядерного оружия осталось всего лишь 3−4 месяца. Сложившаяся ситуация побуждает Израиль действовать более напористо, и в первую очередь в отношении США.
На этой неделе в Соединённых Штатах должны пройти встречи директора «Моссада» Йосси Коэна, начальника штаба Армии обороны Израиля генерал-лейтенанта Авива Кохави и советника по национальной безопасности Меира Бен-Шаббата со своими коллегами из профильных американских министерств, ведомств и служб. При этом данные контакты пройдут не в составе одной делегации, а по отдельности.
Главная цель визита израильских официальных лиц состоит в том, чтобы ужесточить позицию США по возобновлению ядерной сделки с Ираном — Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). Израиль хотел бы включения в это соглашение ряда дополнительных условий, касающихся иранской ракетной программы, терроризма и экспансии Ирана на всём Ближнем Востоке. Усилия Тель-Авива поддерживают и его союзники в лице Объединённых Арабских Эмиратов, Бахрейна и Саудовской Аравии.
Тегеран со своей стороны выступает за сохранение СВПД в неизменном виде. Он также справедливо настаивает на предварительной отмене всех американских санкций против Ирана с учётом того, что это Вашингтон вышел из соглашения в одностороннем порядке.
По мнению экспертов, хотя Израиль и не участвует в переговорах, которые проходят в Вене, но «он является главным игроком в драме, которая может быстро обостриться». Основываясь только на открытых данных, момент резкого ухудшения ситуации трудно предугадать.
В 2012 году Израиль прямо заявлял, что неминуемо нанесёт удар по объектам ядерной инфраструктуры Ирана, если количество урана, обогащённого до 20%, достигнет 240 килограммов.
Есть основания полагать, что окончательная позиция Израиля по силовому сценарию действия в отношении иранской ядерной программы будет сформирована после возвращения израильской делегации из США. Именно после данной поездки будет прочерчена красная линия, при пересечении которой Тель-Авив реализует силовой сценарий по ликвидации атомного проекта Тегерана.
В то же время надо понимать, что удар по объектам иранской ядерной инфраструктуры чреват жёсткими ответными мерами Ирана, которые с учётом качественного и количественного уровня его потенциала баллистических и крылатых ракет могут быть весьма болезненными для Израиля. Очевидно, что Тель-Авиву нужен мощный союзник в лице Вашингтона, который разделит с ним все риски при резком обострении обстановки и переходе к крупномасштабному военному конфликту в регионе.
Поэтому получение Израилем поддержки своей жёсткой позиции в отношении Ирана по СВПД со стороны США фактически будет означать повышение вероятности реализации силового сценария в отношении иранской ядерной программы. В случае крайне негативного развития ситуации не исключен и ограниченный ядерный удар США по Ирану с целью быстрого завершения военного конфликта.