«Журналисты — это такая глыба, которая, если что, может тебя и переехать»
— В последнее время вы отказывались от интервью, аргументируя тем, что пока не готовы ни думать, ни планировать будущее...
— Я считаю, что лучше меньше говорить, а больше делать. С «Химками» мне и тренерскому штабу не удалось добиться нужного результата. Поэтому необходимо было время все осознать и проанализировать. Да и о чем, по большому счету, можно говорить, когда из девятнадцати игр ты практически все проиграл. Конечно, у меня было мало времени воплотить в этой команде все свои идеи. Но, ответственности с себя не снимаю. Надеюсь, что в следующем клубе, куда я попаду в ближайшее время, смогу осуществить многие из своих задумок. Главная из них — играть в атаку.
— «Химки» — ваша первая команда в РПЛ и вторая в тренерской карьере. Не подорвали в Подмосковье вашу уверенность в себе?
— Каждая команда — это определённый опыт. В работе с «Химками» были и свои плюсы, и свои минусы. Минусы могу конкретизировать — когда тренер приходит в клуб, ему необходимо дать полный карт-бланш и как минимум два — три года на то, чтобы выстроить команду. Когда я возглавил
«Химки», был уверен, что смогу дать результат в короткие сроки и с помощью тех футболистов, что на тот момент были в клубе.
Но, когда начал работу, понял, что некоторых игроков нужно менять, а некоторых из своих идей трансформировать ради результата. Я прямо говорил своим футболистам, если больше не видел их в команде. Забавно, что после моего ухода команду все же обновили и сейчас она идёт новым путём, правда, пока в Первой лиге. Так что, мне просто нужно было время. Ну и СМИ, конечно, сыграли свою роль.
— Какую именно?
— Журналисты — это такая глыба, которая, если что, может тебя и переехать. В моём случае это было именно так. Зато теперь я знаю, что взаимодействие со СМИ надо было выстраивать несколько иначе и понимаю некоторых тренеров, которые сторонятся излишнего общения.
— То есть, вы считаете, например, поведение Вадима Евсеева на некоторых пресс-конференциях или недавнее общение Александра Соболева с журналистами в миксте, уместным?
— Казнить нельзя помиловать. Смотря, где поставишь запятую.
— Но ведь общение с журналистами это часть работы и тренера, и игроков...
— Послушайте, у всех бывает плохое настроение или проблемы дома. А разве будет лучше, если они начнут надевать маски и сухо отвечать? Журналистам это будет интересно? Вот вы сейчас вспомнили Соболева. Но, если бы он вышел в микст и казенно ответил «да», «нет», «спасибо» и ушёл, я думаю, у нас не было бы с вами этого разговора.
— По-вашему, лучше ответ на негативе, чем набор стандартных фраз?
— Безусловно! СМИ цепляется за такие истории. Это всегда набирает большое количество просмотров. И это нормально. Я как тренер — сторонник того, что реакцию нужно давать. Вот скажите какая команда будет сильней — та, что до этого проиграла три игры со счетом 5:0 и выиграла одну игру со счетом 1-0 или та, что проиграла четыре матча по 1:0? Я думаю, ответ очевиден и считаю, что каждый матч надо играть с позиции силы.
Да, ты будешь крупно проигрывать, но это не говорит о том, что твой уровень как тренера недостаточно высок или о том, что ты взбалмошный. Это говорит лишь о том, что у тебя есть свой рисунок игры. Кроме того, к регулярным победам нужно прийти. Но, к сожалению, чаще всего пресса не хочет ждать и сразу бросается на твои проигрыши. Тренер не должен бояться рисковать как и его игроки.
Вот возьмём, например, Марцела Личку -он играет в атаку, в яркий футбол. Да, Личка матч со «Спартаком» проиграл, но по количеству созданных моментов его команда сейчас на первом месте в премьер-лиге, даже «Зенит» обгоняет. Да, «Динамо» нужно добавить в обороне, но, в целом, мне очень импонирует сегодня эта команда, она интересная. Ведь зачем большинство людей ходят на футбол — за эмоциями, за зрелищем. Они хотят видеть голы и платят за это деньги.
— Но давайте скажем прямо, не за такой игрой шли болельщики «Динамо» на матч со «Спартаком».
— У нас многие живут здесь сейчас. Выиграл ты пять матчей подряд, а потом вдруг один проиграл и все — ты сразу плохой тренер. Первый тайм был за «Динамо». Во втором, вдруг, пошли глупые ошибки, это правда.
— Лещук во всем виноват?
— Нет. Футбол состоит из ошибок. Защитники допустили ударить, нападающие не провели нужную работу — Смолов в моменте замешкался, а мог бы забить. Неправильно говорить, что виноват только один человек — виноваты все. Ну а в конечном счете всегда виноват тренер. Тут, кстати, важно помнить, что два года назад Марцела Личку хотели убрать из «Оренбурга», потому что он не давал результат, хотя тренер был занят тем, что перестраивал команду с оборонительного стиля на атакующий. И, если бы его не отстояли, если бы не вера в него президента клуба, команда не вышла бы в РПЛ, а Марцел не был бы сейчас в «Динамо», которое, напомню, идёт третьим в чемпионате. Так что время все расставляет на свои места.
«Эмоциональность — это моя слабость»
— Год назад вас просили озвучить топ-3 самых интересных тренеров в российском чемпионате. Вы назвали Семака, Федотова и Личку. Ничего с тех не поменялось?
— Нет. Семак опытный тренер. А с Личкой мы пересекались в ФНЛ, когда я тренировал «Аланию». С Марцелом всегда было интересно играть.
— Ходят слухи, что если кресло под Личкой закачается, «Динамо» нацелено на Станислава Черчесова. Верите в такую перетасовку?
— Опять мы возвращаемся к проблеме давления со стороны СМИ. У нас все время под кого-то ковыряют. Возьмём тот же «Спартак» и отмотаем на год назад, скажем. Помните как все восхищались Абаскалем, когда у него была игра? И посмотрите, что говорят сейчас, когда испанец начал оступаться. А если глобально, то что изменилось? Мировоззрение у него что ли поменялось?
— Говорят, что он потерял раздевалку.
— Правильно. А почему он ее потерял? Потому что начал перестройку, начал говорить, что определенные футболисты не соответствуют его задачам. Но, если вы доверяете тренеру, если вы взяли его на долгосрочный контракт, то должны дать ему полную свободу действий. Иначе зачем это все? Выше тренера никого нет. Это жизнь, это футбол. И если ваш тренер не хочет кого-то видеть в составе, надо к нему прислушаться.
— Насколько сильно ударяет по психике увольнение прессой после каждого поражения или через какое-то время к этому привыкаешь?
— Чтобы это в принципе никак не влияло, в каждом клубе должен быть крепкий симбиоз — руководитель, тренер, спортивный отдел. Они должны смотреть в одну сторону. В этом плане, в пример хочется привести «Зенит», ЦСКА и «Ростов».
— В «Химках» вы были крайне эмоциональны практически на каждой игре. Это было связано с давлением со стороны или из-за проблем внутри клуба?
— Во-первых, с тем, что эмоциональность, как я считаю, это моя слабость. Такой объем эмоций нельзя было показывать. Во-вторых, с проблемами в раздевалке: когда ты требуешь от футболистов одного, а на поле в их исполнении видишь кардинально противоположные вещи — это начинает злить. Но, это больше злость на самого себя, конечно. Получается, я как тренер мысль свою правильно не донес, получается меня не поняли. Из-за этого и были срывы.
А с руководством у меня все было нормально. С Туфаном Садыговым мы до сих пор в очень теплых взаимоотношениях. Я понимаю почему на тот момент мне не дали доработать — надо было сохранить команду. Но, в итоге, клуб все равно вылетел в Первую лигу. Что касается моей личной ответственности, то скажу так — мне пришлось собирать команду практически с листа за полтора месяца. Кроме того, первые матчи были с «Зенитом», «Ростовом» и «Краснодаром», с последними мы вообще играли вдесятером.
— Где было сложнее в «Алании» или в «Химках»?
— Везде были свои сложности. Но, в «Алании» мне было проще — дали большой карт-бланш в плане времени и я с ребятами вместе поднимался из Второй лиги в Первую. А в «Химках», как я уже и сказал, этого времени не было. Но все понимали, что команду надо кардинально менять, поэтому и пригласили меня — тренера, который не испугался такого вызова. В целом считаю, что согласиться на работу в «Химках» было верным решением. Мне необходимо было пройти этот путь.
— В ФНЛ с «Аланией» вы стали тренером-открытием, которому нравится экспериментировать. Можно ли сказать, что в «Химки» вы тоже пошли за острыми ощущениями?
— Слушайте, работа в клубе РПЛ — это вызов к которому стремится любой российский тренер. В «Химках» у меня не получилось сплотить команду, игроки были максимально разобщены как лебедь рак и щука. Что касается экспериментов, все новое всегда поначалу вызывает неприятие. Особенно, когда моментально не приносит результата. Хотя в «Алании» все это работало.
— Вы хороводы имеете ввиду?
— Хороводы — это песчинка из того что мы делали. И потом многие тренеры работают со стандартами. Просто хоровод визуально зашел, потому его так много обсуждали. А в целом, в этом нет никакой экзотики.
«Лучше мы будем играть во взбалмошный футбол»
— В вашем следующем клубе РПЛ вы продолжите ставить атакующий футбол?
— Многое будет зависеть от состава в моем распоряжении. Но, безусловно, игроки развиваются только в атакующем футболе. Ведь, посмотрите, кто в основном из наших уезжал в Европу — Сергей Семак, Дмитрий Сычев, Динияр Билялетдинов, Андрей Аршавин. А сейчас там Алексей Миранчук, Арсен Захарян — ни одного футболиста обороны, потому что обороняться — это всегда самый простой путь. Только атакуя ты созидаешь. Да и с математической точки зрения, ставить исключительно оборонительный футбол — значит приближать себя к зоне вылета, потому как сыграть много матчей 0-0 ты не можешь себе позволить.
Но, как говорят, матчи выигрывает атака, а сезоны оборона. Поэтому должен быть баланс. У нас в России мало команд, которые умеют забирать очки и достаточно команд, которые умеют играть в обороне и сушить игру. Возьмем, например, «Нижний Новгород» или «Рубин» — они отлично обороняются, строго на ноль, иногда проводят какие-нибудь контратаки. Вы скажете: они тренеры, они так видят. Ок, но это не мой путь. Я их не осуждаю, но с таким футболом невозможно претендовать на первые три места.
— Для вас зрелищный футбол это про количество голов?
— Для меня зрелищный футбол это яркая игра в атаке с обилием моментов и ноль пропущенных мячей. Кроме того, у нас мало команд, которые умеют вскрывать эшелонированную оборону. Исключение — «Крылья Советов», «Динамо» и «Зенит». Вот ты приходишь на стадион и смотришь матч, где счет на табло 4:3 и валидол — это же эмоции! А завтра приходишь на игру, где команды покатали мяч на ноль. Совсем же другая история, верно?
— А как же тогда быть со словами Диего Симеоне, который считает, что оборона — это искусство?
— И один из уважаемых тренеров, к которому я ездил на стажировку, Курбан Бердыев считает также. Я и не говорю, что оборона — это плохо. Но, если ты играешь в атаку, значит мяч у тебя и ты не пропустишь, логично?
— Логично.
— Значит и играй 90 процентов времени в атаке, остальное время обороняйся. Так, по крайней мере, ты навязываешь свой футбол, доминируешь. Мой путь как тренера — играть с Симеоне и вскрывать его оборону. Чоло много лет работал именно над тем, чтобы плотно обороняться, но в последние три года и он решил уйти от этой тактики. А это о многом говорит. И потом защищаться можно по разному: можно в 9 человек за линией мяча, а можно защищаться и мяч не отдавать, как это делала «Барселона» при Гвардиоле. Я хочу именно такой футбол видеть в своей команде. Пусть лучше мы будем играть во взбалмошный футбол, чем в футбол, который гораздо легче просчитать сопернику.
— Есть мнение, что сегодняшний футбол — это скорее игра численного превосходства, а не ведения мяча и техники. Вы согласны с этим?
— Я всегда говорил, что вратарь должен участвовать в действиях команды, должен контролировать мяч, играть. И сейчас к этому все идёт. Посмотрите на европейский футбол — киперы все чаще выходят за штрафную площадь. Это и есть численное преимущество. Но многие тренеры не учитывают фактор вратаря.
— Вы учитывали потенциальную помощь голкипера?
— С Солдатенко, да. Он, кстати, до сих пор так играет. Я почему говорю, что вратарь даже больше чем центральный защитник, потому что он все видит и у него есть время подумать.
— Многие тренеры побаиваются играющих вратарей, не в последнюю очередь из-за привозов...
— Есть такой момент. Но именно недоверие тренера и приводит к тому, что вратари ошибаются. А как тогда голкиперам развиваться — выбивать мяч до штрафной?
— Самые прокачанные вратари РПЛ сегодня, на ваш взгляд?
— Матвей Сафонов, например. Кстати, известный тренер по вратарям, который сейчас работает в «Ростове» — Виталий Кафанов, в своих интервью пятилетней давности говорил, что в голкиперах самое главное — это надежность. Когда Кафанов работал у Бердыева, там отрабатывали только стандарты и речи даже не было об игре ногами у вратарей. А сейчас все изменилось. Возможно Валерий Карпин так на него повлиял. Но, сейчас все вратари «Ростова» отрабатывают игру ногами. Так что Виталий Витальевич молодец, идёт в ногу со временем. Он понимает, что то что было актуально пять-десять лет назад уже не работает.
— А Илья Лантратов, следите за продолжением его карьеры?
— Илья для меня и как личность, и как футболист — это топ-уровень. Он знал своё дело и расстались мы с ним очень хорошо. Когда он позвонил мне и сказал, что хочет уйти в «Локомотив», я понимал, что для него это шаг вперёд. Конечно как тренер «Химок» я был заинтересован в том, чтобы Лантратов остался, на тот момент он был мне очень нужен. Но, ни я, ни клуб не стали чинить Илье никаких препятствий.
«Многие головы могут сразу полететь после назначения Карпина»
— Как тренер вы не боитесь рисковать. А нет опасений, что будет сложно найти такого же рискового руководителя клуба?
— Значит буду сидеть без работы — кофе пить и рассуждать о футболе.
— То есть вы особого не переживаете на этот счёт?
— А чего переживать? Я в себе и своих идеях не сомневаюсь. У меня хороший опыт на уровне Первой лиги, я поработал в РПЛ и если Боженька даст, то продолжу свой профессиональный путь. И потом, ещё раз повторю, играть в атакующий футбол — это не рисковать. Рисковать — это сидеть в обороне. Поверьте, я могу стать как многие. Давать результат, играть от обороны и слушать какой я молодец, что проиграл «Зениту» 0:1. Но, я не хочу этого. Лучше я проиграю тому же «Зениту» 5:0, потом 5:2 с ним сыграю, потом 5:5, а потом у него выиграю.
Но, к этому надо прийти. И я знаю как это сделать. Так что, команда, которая предпочитает оборонительный футбол не возьмёт такого тренера как Гогниев и я очень на это надеюсь. Вообще, моя мечта как тренера, чтобы все играли в атакующий футбол и болельщики приходили на стадионы за реальным зрелищем. Это поспособствует и популяризации футбола, и развитию наших игроков.
— На какой позиции у нас сейчас дефицит хороших игроков?
— Не только у нас, но и в Европе не хватает качественных левых защитников и полузащитников. И сейчас, и раньше не достаёт левоногих оборонительных футболистов. Они всегда нарасхват.
— Россия сейчас изолирована, многие легионеры уехали. Сильно ли просел наш чемпионат в плане мастерства?
— Я скажу так — если правильно развивать нашу молодёжь, делать на них ставку, как в «Ростове» или «Крыльях», то мы себя не потеряем.
— То есть легионеры не очень-то нам и нужны?
— Ну почему. Нужны, конечно, но сильные. Ведь, безусловно, у нас сейчас сложилась беспрецедентная ситуация — порядка 50 человек залетели из Первой лиги в РПЛ. Естественно, что уровень премьер-лиги упал. Раньше у нас играли Халк, Вагнер Лав, Карвальо, а сейчас топовыми иностранцами может похвастаться только «Зенит», «Спартак» и «Динамо».
— А что скажете по иностранным тренерам, которые к нам приезжают, неужели не хватает своих такого же уровня?
— Здесь все просто — тренер-иностранец не понимает внутренней кухни.
— То есть им проще управлять?
— Не то чтобы управлять. Они просто многого не знают и начинают все с чистого листа. Если придёт, скажем, Валерий Карпин в «Спартак» — он уже знает кто чем дышит: какие агенты, какое руководство и требования у него будут соответствующие. Так что, в каком-то смысле, его опасно брать. Многие головы могут сразу полететь после назначения Карпина. А, назначат, допустим голландца и все будет относительно тихо — ему сделают нормальную зарплату, хорошие отступные и через полгода-год он спокойно уйдёт. Если, конечно, быстро не разберётся в ситуации и не начнёт чего-то требовать от руководства.
— Вы заканчивали игровую карьеру в «Кубани», где тогда начинал как тренер Евгений Калешин, а теперь он возглавляет «Аланию». Какие у вас отношения?
— Я хорошо знаю Женю и как человека, и как очень хорошего специалиста.
— Почему у него пока не получается в «Алании»? Некоторые журналисты уже окрестили его как самого депрессивного тренера Первой лиги.
— Если что-то не получается, ты это все переносишь на себя. Начинаешь нервничать, понимаешь, что все результаты — это твоя ответственность. Со стороны кажется, что ты депрессивный, а на самом деле ты просто так переживаешь. Женя всегда с умом подходил к любой ситуации и я надеюсь, что в «Алании» у него все-таки все получится. Просто нужно время.
— А вам не кажется, что Калешин просто ментально не тренер «Алании»?
— Не согласен. Тренер должен уметь подстроиться под любую команду.
— Как хамелеон?
— Нет, хамелеон — это плохое слово. Если я играю в атакующий футбол, а пришёл в оборонительную команду, то, естественно, что я сначала ее посмотрел, оценил и, если понял, что мне с ней по пути, то и не соглашусь на эту работу. Женя предпочитает атаку, значит увидел в этом смысле потенциал «Алании». Кроме того, в «Акроне» у него тоже сначала не получалось, а потом клуб встал на свои рельсы. Тренер — это не самоубийца. Он всегда оценивает свои шансы.
«Методики испанцев, французов, голландцев во многом основаны на советской футбольной школе»
— На ваш взгляд, есть ли у наших футболистов серьезные проблемы с физикой, как многие сейчас говорят?
— Все идёт из детского футбола. Например, мои дети, когда начинали играть в футбол, шли в школу, после тренировались полтора часа, вечером уроки и спать. Вот и вся футбольная нагрузка. В Европе другой подход. Дети учатся в академиях, куда принимают уже с 8 лет. Там к каждому индивидуальный подход: свой график, меню (необходимые продукты определяются по группе крови), как минимум две тренировки в день и, кроме того, обязательная учеба. Только на выходные ребята приезжают домой. В общем, научный подход.
А в России пока нет такой практики. Так что надо выстраивать систему. Но, это не говорит о том, что пока можно забить на эту историю и перестать развиваться. Подтянуть свой уровень в плане физики реально в любом возрасте. Было бы желание и конкуренция. Каждый раз на тренировках ты должен доставать из себя весь свой потенциал, весь свой резерв. Тренировки должны быть на смену скоростей, силовые и чтобы без лишнего травматизма. Поэтому надо разбираться кому, когда и как давать их в недельном цикле.
— А тесты Лобановского по нынешним временам не считаются излишне травматичными?
— Не сказал бы. Я, кстати, когда в «Урале» у Гончаренко играл, уже на второй день тест Купера бегал. Так что многие тренеры это используют, но я не сторонник тестовой системы. Во-первых, потому что это травматично, во-вторых, если ты каждый день ведёшь футболиста — эти тесты тебе
ничего принципиально нового не скажут. Тем более, что сейчас есть такая командная система как Polar, где можно следить за работой каждого игрока со всеми показателями.
— А на уровне РПЛ, тем более что еврокубков у нас сейчас нет?
— В премьер- лиге хорошая физика нужна всегда, потому что это 90 процентов победы. Я застал такого тренера как Павел Яковенко, отличный мужик кстати, бегал с ним 100 по 100 и 10 по 500. На третий день сломался. А кто у него выжил все бегали потом нереально и играли тоже полностью выкладываясь. Но это радикальный подход, конечно. После таких нагрузок можно и карьеру закончить. Сейчас все-таки более научный подход. Но, методики испанцев, французов, голландцев во многом основаны на советской футбольной школе. В общем, конфета одна и та же, а обертки разные.
— Футбол, как известно, консервативный вид спорта, но, периодически в него пытаются привнести изменения. Например, все чаще говорят о уместности сокращения игрового времени...Особенно Жерар Пике, детям которого скучного сидеть два тайма подряд.
— Вы знаете, что в России сейчас игрового времени максимум на 52-55 минут? А хотят сделать 60 минут чистого времени. Получается детям Пике придётся ещё дольше сидеть на стадионе, где-то 110 минут, примерно. Но для меня это прикольно. Будет больше времени на футбол. Особенно, это актуально для Второй и Первой лиги, где очень много простоя.
Когда я работал в «Алании» мы эту историю проанализировали и были в шоке — ауты вбрасывались по 30 секунд! Пока футболист дойдёт до мяча, пока шорты поправит, потом бутсы и только после этого мяч кидает. На это смотреть просто невозможно. Поэтому от этого безобразия надо избавляться и тренерам больше работать над переключениями, не давать в тренировках паузы.
— А может долгие паузы ещё и с уровнем судейства связаны?
— Ну это известная формула — во всем виноваты судьи, так ведь? (смеется) А, если серьезно, то как только у нас появился VAR мы стали тормозить ещё хуже. Если уберём эти паузы в нашем футболе будет безусловно больше зрелищности.
— Кстати, теперь в нашем чемпионате судьям запрещено выходить на игры с татуировками и пирсингом. Как думаете, это скажется на повышении их профессионализма?
— Я в этом смысле консервативен — не понимаю пирсинг у мужчин. Но, в целом, это конечно глупость какая-то. Вряд ли это повлияет на уровень судейства в нашем чемпионате.
«В России главный психолог — это тренер»
— 13 апреля нас ждёт интересный матч — встречаются два претендента на «золото» — «Краснодар» и «Зенит». Ваши ожидания от игры?
— Думают будет много голов и зрелищная игра.
— Несмотря на рокировку тренеров в «Краснодаре»?
— А какая разница? Сама структура клуба и его идеология кардинально не поменялись.
— Вы в своём время поиграли и в «Краснодаре». Сергея Галицкого знаете не понаслышке. Удивило вас его решение по Ивичу?
— Это внутренняя кухня. Мы не знаем, что там случилось для столь резкого решения. Это только сам Галицкий может обосновать. Хозяин — барин. И мое мнение — это нормально. Правда тут снова хочется вернуться к теме прессы. Как только Ивич буксанул, спортивные СМИ резко изменили тон в отношении серба — от восхваления быстро перешли к наказанию. Это, конечно, особенность нашего менталитета. Мы не умеем ждать.
— Но вы разве не согласны с оценкой футбола Ивича, что он излишне прагматичный и местами скучный?
— Я согласен, что футбол у серба скучный, но у меня с «Химками» он 6:0 тем не менее выиграл. И после этого меня уволили. Так что лично мне с Ивичем скучно не было, я вам так скажу!(смеется).
— Следите за вашим бывшим клубом «Кубанью»? Как думаете, какие перспективы у команды?
— «Кубань» — это клуб с историей, со своими болельщиками, которых немало. У команды все шансы остаться в Первой лиге, вопрос только в финансовой составляющей.
— А за кем-то ещё следите в ФНЛ, кто-то интересен из команд?
— За всеми понемногу, но выделить хотел бы «Нефтехимик» из Нижнекамска, «Родину» и «СКА-Хабаровск». Ну, и «Аланию», конечно, очень за них болею!
— А в Лиге чемпионов за кого?
— Нравятся «Манчестер Сити», «Реал Мадрид». Я за красивый футбол. Но, не буду против, если, скажем, в этом году кубок возьмёт «Атлетико Мадрид». Хотя если реально смотреть на вещи — это будет очень тяжело.
— То есть вы верите, что в футболе есть место для чуда?
— Футбол — это игра, так что все возможно.
— Многие тренеры и футболисты суеверны. Вы тоже соблюдаете какие-то ритуалы перед матчами?
— Я не суеверный. Могу перед каким-то важным делом помолиться, но на этом все.
— Вы почти год были в творческом отпуске. Соскучились по футболу?
— Конечно. Было достаточно времени все проанализировать, подумать. Так что теперь готов к бою.
— А поработать над своим недостатком, как вы это назвали — излишней эмоциональностью — удалось? Может, обращались к психологу, если верите в эту историю.
— Если психолог — профессионал, я бы посоветовал каждому футболисту работать с таким специалистом. В Европе, например, психологи это штатная единица в любой команде, которые постоянно взаимодействуют с игроками и даже принимают участие в решении брать или нет определенного футболиста.
В России главный психолог — это тренер, поэтому пока у нас эта история не очень востребована. Если бы мне порекомендовали какого-то суперспециалиста, то в рамках клуба я бы не отказался. А в индивидуальном порядке посещать психолога, я считаю, мне не надо — у меня все нормально. Но, не исключаю, что может когда-нибудь этот специалист мне и понадобится, тогда и поговорим (смеется).