«Ослабленные» губернаторы уязвимы
Москва, 13 февраля, 2017, 07:29 — ИА Регнум. Есть губернаторы, ослабление позиций которых давно обсуждается в федеральной прессе. Все эти фамилии давно на слуху. Но можно вспомнить и глав регионов, где в последнее время происходили скандалы, на фоне самых обсуждаемых федеральных новостей отошедшие на второй план.
Например, в Хакасии после ареста руководителя администрации главы региона Владимира Бызова по делу о мошенничестве при закупках медицинского оборудования фигурантом расследования стал заместитель начальника управления Федерального казначейства по республике Вячеслав Гитер (отстранен от должности). Конечно, аресты крупных чиновников или других влиятельных фигур в окружении губернатора далеко не всегда знаменует для него быструю карьерную катастрофу. Например, в Новгородской области фигурантами уголовных дел становились вице-губернаторы Арнольд Шалмуев и Виктор Нечаев, но глава региона Сергей Митин занимает свой пост и сейчас. А за последние годы правления курганского губернатора Олега Богомолова (ушел с должности в феврале 2014 года) фигурантами уголовных дел становились четверо его бывших заместителей (Александр Бухтояров, Дмитрий Бектимиров, Александр Ковальчук, Марина Калугина). И все же интерес правоохранительных органов к высокопоставленным чиновникам в Хакасии — не лучшие новости для главы региона Виктора Зимина.
Сразу после завершения думской кампании активизировались слухи об отставке глав регионов, в которых результат «Единой России» оказался заметно ниже, чем в среднем по стране. К таким субъектам РФ относится, например, Алтайский край, возглавляемый Александром Карлиным. При этом в федеральных СМИ негативные публикации об этом губернаторе продолжали выходить и в начале 2017 года, когда думские выборы давно прошли. Полномочия алтайского губернатора истекают только в 2019 году. Появление о нем негативных федеральных публикаций свидетельствует, что досрочная отставка главы края в ближайшее время как раз не очевидна — иначе не было бы смысла в новых «залпах» информационной войны. На этом фоне часть оппонентов губернатора внутри региона будет идти с ним на компромисс, чтобы не тратить ресурсы на затяжной конфликт. Однако периодические попытки «проверить на прочность» позиции губернатора тоже будут предприниматься игроками, имеющими интересы в регионе.
В целом надо отметить, что сейчас закрепляется новый формат публичных кампаний против губернаторов. Вместо крупных уличных протестных акций на местах делается большая ставка на информационные кампании и привлечение внимания прессы к отдельным протестным точкам. Оппонентам губернатора может быть достаточно показать, что тот не способен справиться с внутриэлитными конфликтами самостоятельно, даже если те не успели выплеснуться в публичную плоскость целиком. Понятно, что для губернаторов, имеющих хорошую федеральную поддержку и прочные позиции в регионе, такие атаки не стали бы фатальными. Но уязвимость глав, позиции которых уже ослаблены, в новых условиях возрастает.