Кто и как в России решает, кто и как будет учить наших детей?
«Никто не считает, будто Странники стремятся причинить землянам зло. Это действительно чрезвычайно маловероятно. Другого мы боимся, другого! Мы боимся, что они начнут творить здесь добро, как ОНИ его понимают!»
«Из всех возможных решений выбирай самое доброе. Не самое обещающее, не самое рациональное, не самое прогрессивное и уж, конечно, не самое эффективное — самое доброе!»
(А. и Б. Стругацкие «Волны гасят ветер»)
24 марта 2018 года сайт Родительского Всероссийского сопротивления (РВС) опубликовал открытое письмо Валентины Кушмылевой, объявившей с 6 апреля 2018 года бессрочную голодовку.
Вкратце история такова: в единственной оставшейся в поселке Урдома Архангельской области школе (когда-то было четыре…) появились новшества: странная система оценивания, не вполне понятная ни детям, ни родителям, и превентивная программа «Полезные навыки» (на мой родительский и преподавательский взгляд, неоднозначная). Одна из мам, Валентина Кушмылёва, стала протестовать и привлекла общественное мнение к проблемам школы. Школа подала в суд иск о защите чести, достоинства и деловой репутации
28 сентября 2017 года решением Вилегодского районного суда Архангельской области материал телеканала «Юрган» и приведенные в нем слова Валентины Кушмылёвой были признаны порочащими честь и достоинство Урдомской средней школы. 25 декабря 2017 года судебная коллегия Архангельского областного суда отклонила апелляцию и оставила решение суда (опровержение сведений, порочащих деловую репутацию школы) в силе. (Решение суда от 28.09.2107,Апелляционное определение от 25 декабря 2017 года)
Историю борьбы за Урдомскую школу можно проследить на сайте РВС, кроме того, её часть вошла в первую часть фильма Константина Сёмина «Последний звонок». О точке зрения и «противной стороны», и характерном тоне обсуждения проблемы можно судить, например по этому тексту.
На телеканале «Юрган» — соответчике В. Кушмылёвой по иску — помещен следующий текст:
«В соответствии с решением Вилегодского районного суда Архангельской области от 28 сентября 2017 года акционерное общество «Коми республиканский телевизионный канал» информирует, что сведения, опубликованные в выпуске программы «Детали недели» на телеканале «Юрган» от 28 апреля 2017 года, а также на официальном интернет-сайте телеканала «Юрган» по адресу: www.юрган.рф/video/17143, а именно слова журналиста (цитата):
«Большое беспокойство родителей вызывают методы воспитания подрастающего поколения» (конец цитаты) и слова Валентины Тимофеевны Кушмылёвой (цитата): «Задают такой вопрос: «если тебе предстоит возможность заняться половым актом, чтоб ты сделал?», «Им говорят, как принять этот наркотик», «можно его принимать только с 18 лет» (конец цитаты) не соответствуют действительности, порочат честь, достоинство и деловую репутацию муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения «Урдомская средняя школа».
Мне кажется немного странным, что признаны несоответствующими действительности слова о беспокойстве родителей, хотя дальше в передаче эти слова родителей вполне себе приводятся. Можно сомневаться в обоснованности слов родителей, но в их беспокойстве сомнения нет. На мой взгляд, вся проблема в том, что никто не захотел услышать взволнованную родительницу. Да, возможно, она некорректно высказалась в интервью корреспонденту (попробуйте поговорить на камеру, если у вас нет опыта и вообще вы не оратор, а обеспокоенный судьбой своих детей родитель). Ведь даже если Валентина Кушмылёва кругом неправа, она не враг народа, а мама школьников, которая не понимает, что происходит в школе, где учатся ее дети.
И проблема, мне кажется, не в конкретной Урдоме (хотя, естественно, когда затронута судьба детей, нет ситуаций общих и частных). А в том, что происходит на всей территории нашей страны, особенно вдали от больших городов…
Очень странными представляются в этой истории следующие моменты:
1. Почему представители проверяющих организаций, которые обычно видят малейшее отступление не то что от закона, а от прописанных мелким шрифтом где-нибудь примечаний к инструкциям или локальным актам, здесь не обращают внимание на такое явное нарушение. Цитирую по открытому письму В. Кушмылёвой на сайте РВС (п.7):
«…данному учебному пособию в 2001 году был присвоен гриф «Допущено Министерством образования Российской Федерации», но дело в том, что данный гриф утратил юридическую силу по истечению 5 лет со дня его присвоения. В связи с принятием закона
2. Продолжаю цитировать п.7:
«Суд первой инстанции, вопреки положениям ГПК РФ, не счел нужным назначить судебную психолого-педагогическую экспертизу по учебным пособиям «Полезные навыки» для 5—7 классов под редакцией О. Л. Романовой. Официальная психолого-педагогическая экспертиза рассматриваемых учебных пособий на федеральном, региональном, муниципальном уровнях никем и никогда не проводилась. Это было подтверждено ответным письмом Минобрнауки АО
3. Ну, хорошо, есть такая программа, судя по всему, у нее есть и сторонники и адепты. Но есть и категорические противники. Случился скандал. Вопрос действительно важный, претензии серьезные. Почему не было свободного обсуждения? Почему, действительно, не проводилась экспертиза? Ведь экспертное заключение по такому вопросу — компетенция специалистов. Ведь уже не первый год ломаются копья вокруг программ семейного и полового воспитания и, кажется, сошлись на том, что вопрос сложный, деликатный, требующий привлечения специалистов в самых различных областях и его точно нельзя решать наскоком. А тут оказывается, что «тихой сапой» всё это давно уже внедряется. И возникает вопрос: пока в столицах профессиональное сообщество обсуждает и пытается всё учесть, какие еще программы с какими смыслами вводятся в таких вот небольших городах и поселках?
4. Хочется верить, что директор школы В.А. Додонов хотел как лучше, что он искренне борется за прогресс в школе, но если единственным оружием взволнованной родительницы оказывается голодовка (а ведь это в условиях активной работы органов опеки может означать угрозу жизни и здоровью детей), значит, происходит что-то не то.
Как вообще родителям быть услышанным? Как донести до властей свою тревогу и озабоченность? Писать сразу президенту?
На мой взгляд, история с Урдомой выявила и еще ряд важных общих проблем последнего времени:
1. Корни образования. Возможно, и просветительская программа, и система оценивания вполне хороши там, где были придуманы, где другие исторические и культурные традиции. Но у нас они иные. Свои. Зачем ломать через колено то, что было создано у нас и десятилетиями работало? И то, что укоренено именно в нашей истории? Сейчас, когда против нас, по словам многих экспертов, объявлена настоящая война, этот вопрос становится особенно актуальным. Ведь, как известно, «хочешь победить врага — воспитай его детей»… Хотелось бы верить, что это всё-таки не враги, но…
2. Отсутствие альтернативы. Ладно, не нравится родителям, что происходит в школе — простое дело, переведите детей в другую и забудьте как страшный сон. Но ведь в том и проблема: движение за оптимизацию, укрупнение, закрытие маленьких школ лишает учеников и их родителей альтернативы и вообще возможности достучаться. Представим: населенный пункт небольшой, удаленный, все друг друга знают, школа одна. Если, скажем, учителя уволят, пойти работать по специальности ему будет некуда. Если у ребенка в школе начнутся неприятности (а их ох как нетрудно создать) — опять же, идти некуда. Подпишешь и одобришь всё что угодно, лишь бы у твоего ребенка было всё хорошо.
Тут действительно нельзя не согласиться с министром О. Васильевой: нужны единые программы, единое пространство, это, по крайней мере, защитит школьников и их родителей от таких издержек вариативности.
3. И, наконец, самый главный вопрос. Уже 20 лет идут реформы. Причем они всё больше затрагивают не содержательную, а формально-организационную сторону образовательного процесса. Если бы ее детей начали обучать… ну, скажем, тензорному анализу, Валентина Кушмылёва, наверное, пожала бы плечами, но отнесла это на счет прогресса: наука и техника так быстро развиваются, что родители вполне могут не понимать, чему учат их детей. Это прогресс. Но когда родители не понимают, как учат их детей, почему именно так и зачем вводятся те или иные разделы, программы…
И тут опять две проблемы:
1) Кто контролирует нововведения, особенно на бескрайних просторах нашего «единого» образовательного пространства.
2) Почему не ведется разъяснительная работа с родителями? Обсуждение в профессиональном сообществе? Зачем так торопиться и вводить непонятные новшества? Уверенность в том, что не поймут?
Возникает ощущение, что идет борьба за образование, причем с одной стороны — власти от образования, а с другой — вся страна. «Я нес добро, только добро, ничего, кроме добра, и, господи, как же они ненавидели меня, эти люди! И они были в своем праве. Потому что боги пришли, не спрашивая разрешения. Никто их не звал, а они вперлись и принялись творить добро. То самое добро, которое всегда добро. И делали они это тайно, потому что заведомо знали, что смертные их целей не поймут, а если поймут, то не примут… Вот какова морально-этическая структура этой чертовой ситуации!» («Волны гасят ветер»).
В какой момент наше образование стало заложником чьего-то тайного представления о нашем благе и абсолютном добре? Тайного, потому что заведомо не примут, или тайного, потому что благо на самом деле не для нас, а правда неприглядна?
Ведь даже появление организации под названием «Родительское Всероссийское сопротивление» по-своему симптоматично. Сопротивление — это же не из закона Ома. Помните, кому противостояло движение Сопротивления? Что же должно происходить с образованием и воспитанием, чтобы возникло такое (само)ощущение?
Как будто наше образование, дети, страна и ее будущее — это ребенок, который стоит посреди мелового круга. Как поступить, выпустить его руку? Но тогда ребенок попадет к нелюбящей нерадивой матери, и есть ли праведный судья, который правильно сделает выбор? Ведь это слишком важный вопрос, чтобы решать его сгоряча и кое-как.