Рок-музыка в СССР и России. Опять в андеграунд?
Странно: когда я читал лекции о музыке в Институте журналистики и литературного творчества, студенты не раз говорили мне: «Какая же у вас была интересная и романтичная юность! Вы жили в андеграунде!».
Не могу не согласиться: андеграунд фонтанировал романтикой. Тем не менее музыкальная жизнь в СССР была довольно опасной.
Историю взаимоотношений советских властей и рок-андеграунда можно разделить на три периода. В 1960-е годы власти поддерживали только зародившееся рок-движение. Бит-группы играли на институтских праздниках и студенческих танцах, озвучивали КВНы, холились и лелеялись администрацией вузов.
В 1970-х годах власти фактически не замечали андеграунд, будто его и не было вовсе.
В начале 1980-х рок-музыкантов и их поклонников начали рьяно преследовать.
Молодой человек свой вечер мог начать на подпольном концерте, а закончить — в отделении милиции. Отсидеть пришлось лидеру группы «Воскресение» Алексею Романову, певцу группы «ДК» Евгению Морозову, певице группы «Браво» Жанне Агузаровой, звукорежиссеру группы «Аракс» Валерию Андрееву и некоторым другим звёздам андеграунда.
Я до сих пор не могу понять, почему наверху ненавидели рок-музыку. Выходя на сцену, никто из музыкантов не пел антисоветчину, не призывал к свержению советского строя. Для большинства это были просто танцы, на которых не происходило ничего необычного. Юноши и девушки знакомились, влюблялись, заводили семьи. Вот только не танцевалось им ни под вальс, ни даже под летку-енку, они хотели слушать твист, рок-н-ролл, хард-рок или диско.
Тем не менее порой на концерте бывало страшно. Приходилось постоянно прислушиваться и присматриваться к тому, что происходит вокруг, и быть готовым в любой момент раствориться в толпе, если — не дай Бог, конечно, — начнется милицейская облава. Но молодых людей, которые отваживались спуститься в андеграунд, с каждым днем становилось всё больше, потому что всякие запреты, во-первых, уже порядком надоели, а во-вторых, юность всегда жаждет героизма.
Начало 1990-х годов для многих людей стало очень страшным временем. Одним ненастным утром они проснулись в незнакомой стране, вдруг оказавшись за гранью нищеты, когда накопленные за долгие годы деньги, хранившиеся в сберегательных кассах, перестали что-либо стоить.
Осмеянию штатных пропагандистов подверглись все существующие ценности: долг, честь, совесть. Любовь превратилась в порнографию. Как следствие, возросла уличная преступность. В повседневном обиходе людей появились новые слова: рэкетиры, беспредел, коррупция власти. Ещё недавно по столичным бульварам можно было без опаски гулять всю ночь до утра. Теперь же, едва стемнеет, москвичи спешили укрыться в своих домах. Кинотеатры опустели, но не потому, что домашнее видео заменило большой экран, а потому, что люди инстинктивно сторонились тёмных пространств, где, как казалось, их могли поджидать насильники и убийцы.
Рок-музыканты жили той же жизнью, что и другие люди. Немногие из них сделали в предыдущие годы какие-то накопления. Но к материальным проблемам прибавились моральные, так как они оказались лишены контакта со своими зрителями: у музыкантов не хватало денег, чтобы купить билеты на поезд и отправиться на гастроли, а у публики — чтобы купить билеты на концерт своих любимцев. В итоге даже самые маститые из рокеров были вынуждены работать сторожами и продавцами на вещевых рынках.
Тем не менее 1990-е годы стали для рок-музыкантов благодатным временем. Привыкшие за годы андеграунда к постоянному преодолению трудностей, герои 1980-х смогли доделать проекты, начатые в прошлые годы. Вновь собрались группы, начинавшие играть рок-музыку в 1960-е. Они записали свои хиты, отыграли концерты для старой и новой публики, снялись в телефильмах и телепрограммах, дали множество интервью. Свободолюбивые идеи рокеров проникли вглубь общества, но ельцинские пропагандисты постарались забанить все мысли о свободе, для чего использовали самую пошлую попсу, представители которой старались внушить людям, что делать ничего не надо, что наверху всё сделают за них. Тем не менее свободолюбивые идеи полностью задушить тогда не удалось.
А сегодня, в 2022 году, после начала СВО, создалась такая ситуация, что мои бывшие студенты смогут сами в полной мере вкусить «сласть» андеграунда. Многим людям, искренне сочувствующим сражающемуся Донбассу и СВО, приходится говорить о своих чувствах полушёпотом, так как они столкнулись с серьёзнейшим сопротивлением в культурной среде. Хорошо, если ты — Михалков или Шахназаров, ты можешь быть носителем своего мнения, а молодому артисту или музыканту, который выскажется в поддержку СВО, могут больше не дать никаких ролей, не предоставить концертную площадку для выступлений. На тревожную попытку писателя Захара Прилепина донести эту проблему через СМИ сразу же последовал окрик: «Вы что, цензуры хотите? Не кипишуйте!» Нет, просто хочется справедливости, чтобы не всё культурное поле принадлежало либеральному истеблишменту. Потому что людям крайне важно получить точные формулировки того, почему они находятся на фронте и могут умереть. Президент лично сказал, обращаясь к деятелям культуры: «Поддержите!». После его слов, казалось бы, новая донбасская культура, которая начала стихийно формироваться с 2014 года, должна звучать отовсюду, но патриотическая музыка и поэзия оказались фактически в андеграунде.
Например, рок-группа «Зверобой» сетует на своем сайте, что не всегда может пробиться сквозь защиту «либеральных» руководителей музыкальных площадок: «Вы спрашиваете, когда появится наша новая песня «Моя Родина возвращается»? Вот не знаем теперь. Песня-то готова, записана. Однако с агрегатора, размещающего релизы на всех цифровых площадках, пришел … отказ в публикации».
В чём было главное предназначение старого андеграунда? Во-первых, андеграунд возник для того, чтобы сохранить традиции. Музыканты интуитивно понимали, что они должны сберечь ритм жизни, который зародился ещё в 1960-е, когда биг-бит появился на свет. Под этот ритм делались важные научные открытия, создавались лучшие в мире космические ракеты, самолеты и электронно-вычислительные машины. И многие замечали, что когда власти пресекли этот ритм, начался спад науки.
Во-вторых, в холодные годы надо было во что бы то ни стало сохранить мастерство, наработанное за два минувших десятилетия рока, ведь учебников, как играть хорошо синкопированную музыку, у нас тогда не выпускали, и музыканты учились исполнять рок-н-ролл абсолютно самостоятельно.
А самое главное, музыкантам надо было пронести сквозь годы чувство свободы, синонимом которой стала рок-музыка.
Суть нового андеграунда образца 2022 года в том, чтобы создать новую музыку и новую поэзию, новый образ будущего. За тридцать лет, прошедших с развала СССР, пропагандисты, нанятые нынешней олигархией, постарались вытравить все хорошие мысли о социализме. Но прав был бравый солдат Швейк, утверждавший, что никогда не бывает так, чтобы ничего не было. И вот зародившийся рок-андеграунд представляет сегодня собой прямую преемственность многих традиций советской эпохи, в том числе — поэтичекую. Он ведёт свою линию из поэзии Симонова и Твардовского, Есенина и Маяковского, Заболоцкого и Шпаликова. Более того — корни русского рока уходят гораздо дальше: в Серебряный век, в Золотой век, к Гумилёву и Ахматовой, к Пушкину, Крылову и Тютчеву. Россия — литературноцентричная страна, поэтому стиль «муси-пуси» у нас никогда не приживётся, как бы интенсивно его не насаждали, и перед андеграундом опять встаёт задача спасать и сохранять наследие…
Многим молодым людям будущее представляется наполненным героической романтикой, как в 20-е годы прошлого века. А ещё молодые люди мечтают о том, чтобы жизнь стала честной и справедливой, чтобы навязываемая олигархами нужда и послушание были свергнуты, чтобы люди вокруг вновь стали радостными и счастливыми. Именно об этом поют герои нового андеграунда — Джанго и группа «Зверобой», Александр Ф. Скляр и Юлия Чичерина, фолк-рок-группа «Возвращение» и рэпер Вис Виталис. Да, за этот образ будущего, рожденный в новом андеграунде, придется побороться. Но иначе и быть не может, недаром юность жаждет героизма.