1 апреля 2024 года по центральному кварталу Меззе в центре Дамаска в Сирии был нанесен мощный авиаудар. Было полностью уничтожено здание иранского консульства. Пострадала соседняя резиденция посла Ирана, но он остался невредимым. Погибли 11 человек, среди которых 7 иранцев, двое ливанцев и двое сирийцев.
Региональные и местные медиа сразу обвинили в этом Израиль, а израильские медиа частично подтвердили эту информацию. Официально, Тель-Авив редко комментирует подобные нападения, но в большинстве случаев именно Израиль наносит воздушные удары по проиранским силам в Сирии. Этот раз вряд ли был исключением. По данным местных источников, Израиль нанес удары с помощью своих самолетов F-35 в то время, когда в уничтоженном здании находились иранцы.
Среди погибших представителей Ирана большинство были из Корпуса стражей исламской революции (КСИР), спецподразделений, выполняющих функцию иранской внешней разведки и элитных оперативников заграницей. В Сирии они находятся в статусе военных советников по меньшей мере с 2012 года и помогают местной армии противостоять антиправительственным группировкам, а также обеспечивают необходимое Тегерану влияние на Дамаск.
Собственно, одним из погибших в результате израильского нападения на консульство был генерал Мухаммед Реза Захеди, считавшийся одним из командиров КСИР в Сирии и отвечавший за коммуникацию между Ираном, Сирией и ливанской "Хезболлой".
Хотя это далеко не первый случай прямых ударов израильтян по иранским силам в регионе, это впервые, когда Израиль нанес прямой удар по дипломатическому представительству. С точки зрения международного права, это грубое нарушение иммунитета диппредставительств, считающихся территорией той страны, интересы которой они представляют.
Следовательно, технически Израиль впервые нанес удар по территории Ирана. С другой стороны, по факту иранские оперативники КСИР часто действуют как официальные дипломатические представители Ирана в Сирии: имеют соответствующий ранг, включены в штат посольства, имеют официальный мандат от правительства. Например, убитый Израилем в прошлом году иранский офицер КСИР Радхи Мусави занимал должность второго секретаря посольства, хотя по факту выполнял функции, связанные с военной логистикой Ирана и его связями с "Хезболлой" и местными проиранскими формированиями.
Но в отличие от Мусави, убитого, как только он покинул здание посольства в Дамаске, генерала Захеди решили уничтожить именно путем прямого удара по консульству, что может трактоваться как умышленный сигнал Израиля в адрес Ирана.
Кроме ликвидации самого Захеди, очевидно, являвшегося важным звеном в коммуникации по линии Тегеран-Дамаск-Бейрут, Израиль мог преследовать и другие мотивы, поднимая градус противостояния с Ираном.
Во-первых, таким образом, Израиль может пытаться втянуть Иран в прямую войну с собой, чтобы поднять уровень конфликта и затянуть в него своих американских союзников. Это позволит изменить параметры войны и переключить внимание с палестинских территорий, где Израиль проигрывает информационно.
После прямого удара по консульству, Иран должен ответить, чтобы сохранить лицо, хотя его элиты до сих пор не желают втягиваться в непосредственную конфронтацию с США и Израилем, потому что она будет слишком дорогой и рискованной. Зная это, Израиль может надеяться, что Иран побоится отвечать, и согласится пойти на деэскалацию во избежание полномасштабной войны, например, уговорив ливанскую "Хезболлу" прекратить постоянные обстрелы северных регионов Израиля.
Во-вторых, эскалация позволяет Израилю разрушить шаткое перемирие, которого достигли США и проиранские группировки в Сирии и Ираке после гибели американских военнослужащих в январе. Не секрет, что интересы Израиля и США в контексте противостояния с Ираном расходятся. Война Израиля и ХАМАС в Газе это очень хорошо показала.
Нынешнее политическое руководство Израиля считает, что лучшим способом защитить Израиль и его граждан – это ликвидация проиранских группировок и всех, кого Иран может поддерживать в прокси-войне против Израиля, например, движение ХАМАС или проиранские формирования в Ливане, Сирии и Ираке. Со своей стороны, США наоборот, не верят в такой сценарий, не готовы к полномасштабной региональной войне с Ираном и не хотят рисковать, поскольку идея "очередной бесконечной войны на Ближнем Востоке" очень непопулярна среди американской публики и может навредить рейтингу президента США Байдена накануне выборов в ноябре
В-третьих, Израилю необходимо демонстрировать прогресс в войне против Ирана и его союзников на фоне буксующей кампании в Газе. Несмотря на военные успехи на земле, Израиль проигрывает войну в Газе информационно и стратегически.
Информационно, потому что картина ужасных разрушений Газа и гибели десятков тысяч гражданских уже давно перебила картинку ужасов, которые боевики ХАМАС совершили во время нападения на Израиль 7 октября 2023 года.
Стратегически, поскольку Израиль тратит гораздо больше на войну, получая гораздо меньше взамен, без гарантии успешного результата. К тому же, чем дольше идет война, тем сильнее становится имидж Ирана и ХАМАС как "главных борцов с израильской оккупацией", тем сложнее становятся отношения Израиля с теми арабскими странами региона, которые готовы были развивать с ним прагматические отношения. А это, в свою очередь, подрывает перспективы Израиля стать частью новой пост-американской коалиции на Ближнем Востоке, в которую должны войти аравийские монархии, Египет и Иордания.
В-четвертых, удар по консульству показывает желание Израиля сдвинуть "красные линии" в противостоянии с Ираном. В частности, объявив войну "квази-дипломатам", которые они считают иранскими агентами влияния, в том числе за счет прямых ударов даже по дипломатическим учреждениям. Это уберет "табу" на подобные нападения, что может побуждать и Иран делать то же в отношении израильских дипломатических учреждений.
В-пятых, удар Израиля может быть попыткой помешать дальнейшей нормализации отношений между Ираном и аравийскими монархиями Залива. Я не знаю, есть ли здесь прямая связь или нет, но недавно один из лидеров "Хезболлы" совершил визит в ОАЭ. Это довольно редкое явление, ведь отношения между "Хезболлой" и монархиями Залива всегда были напряженными. Нормализация между ними могла бы углубить широкую стабилизацию многолетнего противостояния Ирана и Саудовской Аравии/ОАЭ. Израилю не выгоден такой вариант, ведь в Тель-Авиве понимают, что это может изолировать их страну в регионе и помешать дальнейшему развитию собственных связей со странами Залива.
В ответ на удар по своему консульству Иран должен ответить, чтобы сохранить лицо. Внутриполитическая ситуация в Иране довольно сложная, и обуславливает чувствительность иранцев к внешней эскалации: политические элиты ожидают транзита власти в связи с непопулярностью президента Ибрагима Раиси и почтенным возрастом аятоллы Али Хаменеи, часто преследовавшего политику "стратегического терпения" и баланса. По моему мнению, военный ответ Ирана может выглядеть разными способами:
-
Формат 1. Санкционирование военных обстрелов территории Израиля со стороны проиранских формирований в Сирии.
-
Формат 2. Эскалация вооруженного противостояния между Израилем и "Хезболлой" на северной границе с Ливаном.
-
Формат 3. Прямые удары Ирана по территории Израиля баллистическими ракетами.
-
Формат 4. Возобновление обстрелов американских военных объектов в регионе, к которым проиранским силам проще дотянуться, как это было в начале года.
-
Формат 5. Точечные операции против израильской разведывательной, дипломатической и военной инфраструктуры в регионе.
-
Формат 6. Ускорение ядерной программы и отход от еще ряда ограничений в обогащении урана.
Тем не менее, следует отметить, что ни Иран, ни США, ни Европа, ни региональные арабские государства не хотят втягиваться глубже в эту войну и доводить ситуацию до региональной эсклации . Страны ЕС и НАТО не желают воевать на несколько фронтов и опасаются, что дестабилизация на Ближнем Востоке приведет к катастрофическим социально-экономическим, гуманитарным и политическим последствиям, с которыми они могут не справиться, имея уже активный фронт в Украине. К тому же рост мировых цен на нефть и другие группы товаров в результате великой войны также не выгоден странам ЕС и НАТО, у которых впереди выборы.
Арабские страны региона уже давно хотят фокусироваться на внутреннем экономическом развитии, поэтому пошли на нормализацию отношений с Ираном и его союзниками. Эскалация создает для них непосредственные риски, ведь эти страны могут стать целями иранских обстрелов в случае большого конфликта. Наконец, сам Иран не готов к прямой конфронтации, и всегда предпочитал более дешевый прокси-конфликт с Израилем, ведь его экономика слаба, и может не выдержать затяжной и прямой войны, даже если иранская армия к этому готова.
Украине также не выгодна дестабилизация на Ближнем Востоке по очевидным причинам. Она будет отвлекать ресурсы и внимание стран ЕС и НАТО от помощи нашему фронту, как уже показала одна только война в Газе. Кроме того, большой конфликт на Ближнем Востоке приведет к росту цен на нефть, что сыграет в пользу только РФ и может негативно повлиять на рейтинги дружественных нам политиков в Европе и Штатах, усиливая позиции различных популистов, часто занимающих скептическую позицию по поводу нашей войны.
Более того, ближневосточная дестабилизация поставит страны ЕС и НАТО перед необходимостью повышать свои расходы на другие проблемы, возможно даже за счет сокращения помощи нам. Наконец, любая война на Ближнем Востоке будет выгодна России, которая будет манипулировать эскалацией ради мобилизации поддержки арабских государств и "Глобального Юга" вокруг себя. Медийные и политические ресурсы, которыми располагает РФ в регионе, им могут позволить это делать, как они уже удачно делают это в контексте войны Израиля в Газе.
Поэтому приемлемым вариантом для Украины является ограниченность и локализованность противостояния между Ираном и Израилем, недопущение выхода этого конфликта на опасные масштабы. В этом плане можно утверждать, что наши интересы совпадают с интересами наших партнеров в ЕС и США, которые не смогут предотвращать военный ответ Ирана, но будут пытаться ограничить его и выводить стороны на деэскалацию и заморозку войны в Газе.