Константинопольский патриархат провоцирует своё изгнание из Турции?
Один из ведущих экспертов Константинопольского патриархата по украинскому православию архиепископ Тельмисский Иов (Геча) дал развернутое интервью украинской службе британской вещательной корпорации ВВС, которое добавило новых вопросов о мотивации и целях Фанара, причем в широком контексте.
Сразу отметим, что владыка Иов — человек не чуждый в том числе русскому православию. Одно время он, как замечает известный церковный эксперт Николай Митрохин, «когда-то искал кафедру в Русской православной церкви». Был в его жизни и опыт руководства Архиепископией православных русских церквей в Западной Европе — экзархатом Константинопольского патриархата. На это место его выбрали в ноябре 2013 года, однако спустя ровно два года решением Синода Константинопольского патриархата он был освобожден от занимаемой должности после того, как в его адрес прозвучали обвинения «в авторитарном стиле управления экзархатом и стремлении разрушить традиции». Так что с проблемами как украинского, так и русского православия он знаком не только теоретически, но и практически. Однако его ответы на вопросы журналистов вышли за пределы этих двух направлений, хотя поводом для беседы была именно Украина, и она же заняла большую ее часть. Вместе с тем, повторив уже известные тезисы, архиепископ сказал и кое-что другое:
«Не надо забывать, что Православная церковь руководствуется вероучением и канонам Вселенских и поместных соборов. И согласно этому вероучению, Вселенские соборы установили для администрации Церкви всего пять центров — на церковном языке это называется пентархия — это Рим, Константинополь, Александрия, Антиохия, Иерусалим… Другие Церкви, которые существуют в православном мире сегодня — начиная от Православной церкви в России и продолжая Церквами в Греции, Сербии, Румынии, Польше, Албании, Болгарии, Грузии, Чехословакии — новые Церкви, не были подтверждены Вселенскими соборами, это Константинополь дал им статус и существование. И, в принципе, как считают некоторые канонисты, поскольку эти новые автокефалии или новые патриархаты никогда не были подтверждены Вселенским собором, поскольку они были созданы Вселенским патриархатом, то в какой-то момент, если Вселенский патриархат сочтет это нужным, он может и отменить этот статус».
Русская служба ВВС, опубликовав пересказ интервью Гечи, дала ему следующий заголовок — «Константинополь: Московского патриархата на Украине больше нет». Неудивительно, что таким же образом слова архиепископа интерпретировали в РПЦ, что вызвало понятную реакцию. «Это очень тревожные заявления, — заявил РИА Новости пресс-секретарь патриарха Московского и всея Руси отец Александр Волков. — При необходимости мы готовы помочь собрату с лечением или с направлением его на обучение в одну из семинарий нашей Церкви». Он также добавил, что владыка Иов не является официальным представителем, уполномоченным говорить от имени Константинополя, а его «выходящие за разумные рамки заявления ничем, кроме как личной злобой к Русской церкви, объяснить нельзя». Но при этом заметил: «В противном случае все поименованные им поместные Церкви могут начинать готовиться к блицкригу на свою самостоятельность со стороны «большого брата». Не думаю, что бряцать оружием, к тому же и несуществующим — это верный ход в создавшейся ситуации».
С последним тезисом — об угрозе «поименованным поместным Церквям» — можно согласиться. Что заставляет задуматься, почему она прозвучала в ситуации, когда Константинопольскому патриархату нужны союзники в православном мире на фоне его амбициозных и излишне смелых действиях на Украине, что противоречит версии Фанара, будто он занимается «врачеванием украинского раскола». Попробуем представить свою версию. Если взять географию, которая обозначена в интервью архиепископа Иова, то бросаются в глаза такие страны, как Греция, Сербия, Румыния, Албания, Болгария и Грузия. Их все объединяет то, что с ними поддерживает с разным вектором направленности отношения Турция. Где-то (как в Болгарии) у Анкары очень сильные позиции, где-то (как в Греции) слабее, где-то (как в Сербии) турецкие власти хотят выйти на реализацию серьезных проектов, а где-то (как в Грузии) турки уже существенно присутствуют. И во всех этих странах местные православные Церкви являются важнейшими институтами фундаментального значения.
Решительные предупреждения Гечи в данном случае создают новый «грозовой фронт» в отношениях между Анкарой и столицами названных государств, порождают серьезные линии напряженности. Мы не думаем при этом, что архиепископ делал свои заявления по собственной инициативе и без согласования с руководством Константинопольского патриархата. Но зачем? Может быть, затем, что таким образом Фанар сознательно провоцирует турецкие власти, добавляя аргументов сторонникам изгнания Константинопольского патриархата из Турции, где его внешнеполитические инициативы так или иначе сковывает турецкое правительство. Если Анкара решит удалить константинопольского патриарха, тот способен переехать, например, в Грецию, где по факту и так существует двойная церковная юрисдикция (Элладской церкви и Фанара). Там у него будут развязаны руки, там он будет еще долго эксплуатировать имидж «гонимой Церкви», не говоря уже о том, что Запад изгнание патриарха туркам будет припоминать до последнего.
Это первое. И второе. Вызывает интерес то, что развернутое интервью архиепископ Иов дал британской вещательной корпорации. Получается, у Лондона есть собственный церковный проект, связанный с южным направлением (Балканы — Украина — север Ближнего Востока — Закавказье)? В принципе, Великобритания не чужда интересам Константинопольского патриархата как исторически, что очень явно было проявлено Лондоном в 1920-х годах, так и ныне, не зря же британский наследник Чарльз является частым гостем на Афоне. Однако в любом случае проигравшими в церковной игре могут стать не только православные страны, но и Турция.