Foreign Policy: Турция и Греция все ближе к вооруженному конфликту
Отношения между Турцией и Грецией никогда не были простыми. В XX веке между этими странами-соседями неоднократно происходили вооруженные конфликты, такая вероятность была высока и в 1996 году. Тогда лишь вмешательство США позволило предотвратить катастрофу из-за острова Имиа. И вот опять из-за действий популистов с обеих сторон союзники по НАТО находятся на грани военной конфронтации, а Вашингтон в этот раз, по всей видимости, совсем не готов вмешиваться, пишет Йаннис Бабулиас в статье для американского издания The Foreign Policy.
Так, 16 апреля произошло очередное обострение отношений между двумя соседями: премьер-министр Турции Бинали Йылдырым заявил, что береговая охрана страны убрала греческий флаг с островка, распложенного поблизости от острова Фурни. В свою очередь, в Генеральном штабе национальной обороны Греции заявили, что в районе за последние двое суток не было замечено ни одного турецкого корабля, тогда как мэр Фурни, посетивший островок, подчеркнул, что установленный там флаг по-прежнему находится на месте.
Тем не менее Греция оказалась вынужденной ответить на заявления Йылдырыма со всей серьезностью. Инцидент 16 апреля произошел на фоне гибели греческого пилота, разбившегося после перехвата турецких истребителей в 16 км от острова Скирос. И случай был не единичным: турецкая авиация только с начала апреля более 30 раз нарушала воздушное пространство Греции.
И хотя и Йылдырым, и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган оперативно пошли на дипломатических шаг, отправив премьер-министру Греции Алексису Ципрасу соболезнования, греческая общественность напрямую обвинила Анкару в гибели 34-летнего пилота. Гнев граждан Греции также подогрел арест двух офицеров армии страны и их последующее заключение в Турции, где им могут грозить обвинения в шпионаже.
В то же самое время остров, из-за которого возникло очередное обострение, входит в так называемые в Турции серые зоны Эгейского моря. Афины, со своей стороны, их не признают в соответствии с Лозаннским мирным договором и международным правом. Несмотря на это, Эрдоган, когда он в 2017 году посещал Афины, в очередной раз напомнил о позиции Анкары. Он заявил, что Лозаннский мирный договор нужно пересмотреть, сославшись на турецкоговорящее меньшинство Фракии. Затем, как бы в подтверждение намерений Эрдогана, корабли ВМФ Турции не дали итальянскому исследовательскому судну достигнуть точки своего назначения в территориальных водах Греции рядом с Кипром.
И, несмотря на появление столь опасных условий, обе стороны не желают отказываться от своей бездумной риторики. В частности, в Турции Эрдоган и его партия стали делать все более агрессивные заявления в отношении Греции. Более того, крупнейшую оппозиционную Республиканскую народную партию теперь возглавляет Кемаль Кылычдароглу, человек, который заявлял, что Анкара должна вернуть себе 18 турецких островов, захваченные Грецией.
Поведение Анкары стало единственным, с чем могут согласиться греческие правительство и оппозиция. Так, Ципрас утверждает, что Эрдоган ведет себя как «султан», а член правоцентристской партии «Новая демократия» Георгиос Кумутсакос назвал Турцию «страной авторитарного правления, которая способствует нестабильности и напряженности в регионе». Основная проблема Ципраса в отношениях с Турцией вызвана его собственным правительством, а именно партнером по коалиции партией «Независимые греки», чей лидер Панос Камменос также является министром национальной обороны.
Партнерство между левой партией «СИРИЗА» Ципраса и «Независимыми греками» всегда носило странный характер, но теперь эти противоречия становятся особенно очевидными. Единственным, что объединяло эти политические силы, была борьба против жестких мер экономии. Если «СИРИЗА» состоит из выходцев из крайне левых сил, то Камменос занимал в прошлом пост министра от националистического и популистского крыла «Новой демократии». В 2012 году он эту партию покинул и создал собственную.
Сегодня есть основания полагать, что Камменос связан как с президентом США Дональдом Трампом — через бывшего советника его Джорджа Пападопулоса, — так и с президентом России Владимиром Путиным — через российско-греческого предпринимателя Ивана Саввиди. Хотя Камменос и помог Ципрасу разобраться в хитросплетениях греческого государства — особенно в той части, которую принято называть глубоким государством, — он все же оказался вечной головной болью во внешней политике.
Так, Камменос и его партия неоднократно ставили Ципраса в неудобное положение, когда они делали воинственные и даже агрессивные высказывания в адрес Турции или попросту путали свою политику с политикой государства. Камменос, будучи министром обороны, неоднократно провоцировал турецкую сторону, по сути, призывая их «прийти и получить». В частности, заместитель Камменоса Фотис Кувелис заявил 16 апреля, что Греция оказалась в условиях «необъявленной войны в Эгейском море».
Такие противоречия не ограничиваются вопросами Турции. Камменос также создал проблему для Ципраса в переговорах относительно названия бывший югославской республики Македония, потребовав, чтобы название соседней страны не включало в себя слово «Македония».
Все же, несмотря на все недостатки Камменоса, реальная проблема в Эгейском море заключается в стратегии Турции в регионе, которая была до Эрдогана и останется после него. Турецкий лидер лишь расширил ее масштабы в последние месяцы, попросту решив, что у него есть рычаг давления на ЕС с помощью мигрантов.
В общественном мнении Греции существует реальный страх того, что страна, как во сне, движется в сторону конфликта, которого она не хочет. Такое настроение находит отражение в прессе и заявлениях политиков по всему спектру страны. При этом НАТО не хочет вмешиваться в эту войну слов.
Тем не менее считать, что Турция изменит свое поведение в Эгейском море, — значит проявлять недальновидность. Это не произошло в прошлом, это, без сомнения, не случится и сейчас, когда Эрдоган лелеет свои неоосманские мечты. Для предотвращения эскалации все стороны должны действовать с большой осторожностью. Однако одновременно нужно признать и ту возможность, что конфронтация между Анкарой и Афинами неизбежна.