25 апреля, в четверг, в 19:30 в Тель-Авиве в зале «Бейт Шалом-Алейхем» пройдут премьерные показы «Лифтоненавистника» – моноспектакля Андрея Кашкера по пьесе известного финского драматурга Бенгта Альфроса. «Лифтоненавистник» – романтическая трагикомедия, история одинокого человека. Спектакль о том, что жизнь человека непредсказуема, даже если она «длиною в лифт». История светлая, грустная, оптимистичная и очень личная каждого из нас.
Израильские театралы знакомы с Андреем Кашкером по десяткам ролей в театре «Идишпиль»; многие знают его по множеству сериалов и фильмов. И вот на сей раз – моноспектакль, первый в карьере этого замечательного актёра.
– Андрей, чем обусловлен выбор такой непростой пьесы? Я прочитала текст Бенгта Альфроса – не самый очевидный выбор для постановки. Сам драматург и режиссер Бенгт Альфрос говорит: «Я не считаю комедию менее серьезной, чем драма. Обычно все выглядит комично только издалека». Вы же создаете трагикомедию…
– Эта история началась лет десять назад. Я тогда искал пьесу для одного актера. Прошли годы, и я ее нашел. В 2018-м году мы начали работать над текстом, а в 2020-м, перед самой пандемией, сдали спектакль. Но «корона» поменяла наши планы и потому премьера состоится только в ближайшем октябре.
– И все-таки: почему именно эта пьеса? Именно для одного актера, переводная, хотя есть масса пьес на русском языке? У вас были дебаты с самим собой, внутренний диспут?
– Как актер, я сразу понял, что и как тут играть – каждый из нас проживает чувство одиночество. Тема одиночества была мне очень важна, и из всего, что я читал, эта пьеса показалась мне самой яркой. Но текст претерпел изменения, наша сценическая редакция русского перевода отличается от оригинала, и, к тому же, мы сильно ее сократили – пьеса часа на два, мы решили уложиться в час двадцать минут.
– Впервые спектакль по пьесе «Мy Elevators Days» – так звучит название на английском – был поставлен в Хельсинки в 2007 году. Пьеса «Лифтоненавистник» переведена на 8 языков. Эта пьеса уже ставилась на русском языке в 2011-м, 2016-м, 2022-м годах. Вы видели эти спектакли?
– Нет, хотя мы все время на связи с Бенгтом Альфросом и переводчицей пьесы на русский язык Марией Людковской. Для меня в данном случае всё внове – текст, драматург и сам жанр.
– Если такой медицинский термин – «наивный больной», когда человек впервые чем-то заболевает, впервые получает определенное лечение. Это, как мне кажется , как раз ваш случай. Вы «заболели» этой пьесой, для вас совершенно новой и незнакомой. Почему? Может потому, что герой ваш – человек наивный уже без кавычек?
– «Лифтоненавистник», «Мy Elevators Days» – невероятно актуальная пьеса. Она о том одиночестве, которое овладеет постепенно всеми нами сегодня. Герой пьесы – абсолютно одинок. Его единственный друг с детства, точнее собеседник – лифт. Он оторван от социума, от окружения. В нашу виртуальную эпоху всё сосредоточено в сети, в компьютере, он-лайн. Дружбы как таковой, общения между людьми осталось мало; все связи виртуальные, через интернет, многие чувствуют свою оторванность от жизни. Пьеса прекрасна написана, это очень глубокий драматургический материал. Вот появляется герой пьесы и ему нужно выговориться, поговорить – и не с кем! С ним что-то случилось, и он должен с кем-то поделиться – и снова, не с кем! И вдруг он видит перед собой зрителя.
– В этот момент зритель становится частью игры, частью действия?
– Конечно, герой и аудитория – партнеры. Ведь именно зрителям герой Бенгта Альфроса рассказывает свою историю. Раньше он общался только со своей собакой, а потом, когда собаки не стало, начал общаться с лифтом, больше у него никого не было. Иногда он ходил на чужие похороны и свадьбы, чтобы побыть в обществе людей.
– Но у него есть Грейс Келли…
– Великая актриса Грейс Келли – его мечта, его виртуальная любовь, образ, освещающий его жизнь: она необыкновенно красива, чиста, вдохновенна, она – точнее ее образ – поддерживает его существование. Он прожил свою жизнь, его мать ушла давно, его собака скончалась, и вот он, вопреки всем шансам, всему, что его окружает, а вернее НЕ окружает, встречает Её…
– Кто это – Она, где он Ёе встречает?
– Наверное, не стоит рассказывать, чтобы сохранить интригу. Главное, что он сам поражен, удивлён незнакомым ему доселе, проснувшимся в нём чувствам.
– Вы переписываетесь с Бенгтом Альфросом. Он вам советовал что-либо?
– Нет. И мы очень благодарны за то, что он и переводчица этой пьесы дали нам право на изменения. Мы сделали текст более удобным для актера, более подходящим жанру моноспектакля, как я его себя представляю. Мы – я, постановщица этой пьесы Татьяна Соболь, переводчица, сам Бенгт Альфрос переписываемся, и автор пошел за нами – ему нравится наша трактовка. Пьеса – финская, надо учитывать особенности «скандинавского» взгляда на жизнь. У этой пьесы – большой диапазон чувств, много эмоциональных октав – как у фортепиано.
– Вы сравниваете эмоциональный строй пьесы с фортепиано и возникает ассоциативный ряд: черные и белые клавиши. Мне кажется, текст этой пьесы тоже черно-белый, там практически нет полутонов. – Это свойственно финской драматургии. Финляндия – северная страна, там много снега, пасмурных дней, это во многом их определяет и то, что театр у них немного аскетичный. Но не будем забывать,
что это трагикомедия, там очень много комических моментов.
– Свою творческую жизнь в Израиле вы провели в театре «Идишпиль», где на сцене всегда, что бы ни игралось – большая еврейская семья, мишпуха. В «Лифтоненавистнике» вы на сцене один. И это первый для вас моноспектакль.
– Это непросто: когда ты с партнером, даже вдвоем на сцене, уже легче, а когда ты один на сцене, кроме зрителя у тебя никого нет. Для меня это не только премьера спектакля, но и жанра. Моноспектакль – один из сложнейших жанров театрального искусства, тест надо не только рассказать, но и протанцевать. Донести чувства и смысл до зрителей не в разговорах с партнерами по сцене, а исключительно через себя – через свою речь, жесты, движения, мимику.
– Вы много играли в Израиле на иврите – в фильмах, сериалах. На каком языке вам проще играть сегодня -на русском или на иврите?
– Я давно не перевожу, даже мысленно, с одного языка на другой. Сегодня, наверное, уже легче играть на чужом языке, хотя русский язык для меня родной. Я репатриировался в Израиль 30 лет назад, и опыта игры на идише или на иврите – в театре, в кино – у меня больше, чем на русском. Хотя я играл на русском языке в Израиле в таких спектаклях, как «Кнопка» в театре «Контекст», в «Вассе» в театре «Гешер», в «Раб. Начало» в театре «Новая сцена», в спектакле «Двое на качелях». Но это не сравнить с 60 спектаклями в «Идишпиле».
– «Лифтоненавистник» для вас первая театральная работа после того, как пошли слухи о том, что что-то происходит с «Идишпилем». Так что же происходит с этим театром?
– Театр официально не закрыт, а «поставлен на паузу». Что будет дальше, никто не знает. Однако все время что-то происходит. На днях состоялась премьера фильма «Гиганты острова Пасхи» с моим участием, который снял один из лучших израильских режиссеров Довер Косашвили.
– Вы снимались и у Амоса Гитая в легендарном фильме «Кедма»…
– С Амосом Гитаем большинство актеров не находят общего языка. Он очень сложный человек, и не скрывает этого, я за это его люблю и уважаю. Мы можем репетировать долго-долго… Первый съемочный день. Он приходит на площадку и спрашивает – вы видите этот сценарий? Сейчас мы выбрасываем его в мусорное ведро, и все начинаем сначала. Ставит камеру и говорит – делай то, что приходит в голову. Многие этого не выдерживают, но я с ним поладил и с тех пор мы с ним в прекрасных отношениях, я уважаю его и обожаю. А у Довера Косашвили все точно по сценарию, вплоть до последней запятой в тексте. Косашвили и Гитай – режиссеры очень разные, но я работаю с ними обоими, а сейчас я снимаюсь в фильме ужасов «Негатив» у режиссера Михаэль Розанова.
– Вы можете импровизировать и в то же время спокойно себя чувствуете «под пятой» постановщика.
– Я уверен, что актеру нужен режиссер, настоящий актер расцветает только в руках хорошего режиссера – так я считаю и чувствую. Но в данном случае, в работе над «Лифтоненавистником» я спорю! Даже кричу – потому что мне нужна четкость каждого движения вплоть до мизинца. В этом спектакле много движения, много музыки – звучит Сибелиус, звучит популярная финская музыка…
– Вы себя ассоциируете со своим героем, у которого даже нет имени? У лифта есть имя, а у героя нет. Вы его понимаете?
– Я понимаю его, потому что возраст диктует свое, и я с каждым годом всё больше «проникаюсь» своим персонажами.
– Финал этой пьесы – открытый. Непонятно – встретил он Её или не встретил? Убедил ли он себя выйти из дому или нет?
– Надежда умирает последней. Для себя я решил, что надежда на эту встречу есть. Эта пьеса о том, что человеческая душа осталась той же, что и была, несмотря на сумасшедшие технологии. Миром правит любовь и доброта – так устроено мироздание. Если бы в пьесе была бы трагическая концовка, она звучала бы по-другому. Я хочу дать надежду и вам, и себе. Нам этого так не хватает сегодня, но мы должны верить в то, что мир успокоится.
Андрей Кашкер. Моноспектакль «Лифтоненавистник» («My Elevators days»). Трагикомедия.
25 апреля, четверг, Тель-Авив, «Бейт Шалом-Алейхем», начало спектакля в 19:30.
Автор пьесы: Бенгт Альфрос
Перевод на русский: Мария Людковская
Литературная редакция перевода и постановка: Татьяна Соболь
Музыка и видео: Наталия Сас
Сценография и костюмы: Любовь Мингазитинова
Художник по свету: Михаил Чернявский
Звукорежиссёр: Матвей Каковкин
25 япреля, четверг, Тель-Авив, «Бейт Шалом-Алейхем», начало спектакля в 19:30.
Билеты в кассе «Браво» – https://bravo.newsru.co.il/announce/76410 или по телефону 053-7211276
О пьесе и исполнителе – https://www.israelculture.info/liftonenavistnik-novyj-monospektakl-andreya-kashkera/
Страница спектакля – https://www.facebook.com/MyElevatorsDaysAndreyKashker
Видео – https://www.youtube.com/watch?v=N14suvm3lMQ
Интервью взяла Маша Хинич. Фото – © Татьяна Соболь и © Макс Ковальский