Россия готовится «обдурить Запад» в очередной раз — Politico
Страны ЕС не должны позволить России в очередной раз, как это было в случае с Грузией и Украиной, застать себя врасплох, пишет профессор Королевского колледжа ЛондонаКристоф Мейер в статье, опубликованной 21 апреля в европейской версии издания Politico.
Этот украинский чиновник, должно быть, оптимист. По сути, многие европейские лидеры так и не извлекли уроки из «войны» России в Грузии в 2008 году, ее «необъявленной войны» против Украины и «аннексии» Крыма в 2014 году. По мере того как риторика снова все более накаляется, а российские войска сосредоточиваются на границе с Украиной, по-прежнему велика вероятность того, что Москва снова застигнет ЕС врасплох. Ущерб европейским интересам будет огромен, и на этот раз заблуждению западных лидеров не будет оправданий.
Благодаря эффекту неожиданности можно во много раз увеличить собственный военный потенциал, и этот эффект очень важен для стратегии Кремля. Экономика России не больше, чем у Италии, а ее номинальные военные расходы составляют лишь четверть от расходов стран Европы вместе взятых. Хотя Москва с 2009 года и инвестировала значительные средства в свои вооруженные силы, ей всё еще нужно, чтобы никто не знал, каковы ее точные планы.
Кремль продемонстрировал умение использовать разрыв в информированности между собой и Западом. Москве довольно легко собрать качественную информацию о ключевых европейских лидерах из открытых источников и предугадать, в какую сторону они клонятся в различных сценариях развития событий вокруг Украины. Российские официальные лица действуют в условиях гораздо большей секретности и лучшей контрразведки. Принятие решений сосредоточено вокруг президента Владимира Путина и небольшого круга доверенных советников, в который западной разведке трудно проникнуть.
В результате западные официальные лица часто не знают, кого слушать в России. Например, накануне «войны России против Украины в 2014 году» и «аннексии» Крыма советник Путина Сергей Глазьев сказал, что Россия больше не может гарантировать статус Украины как государства и, возможно, может вмешаться, если пророссийские регионы страны обратятся непосредственно к Москве.
Вместо того чтобы прислушаться к этому предупреждению, большинство европейских чиновников либо полностью проигнорировали, либо отбросили комментарии Глазьева как недостоверные. Вместо этого они приняли заверения министра иностранных дел России Сергея Лаврова.
Сегодня, когда российские войска концентрируются на границе с Украиной, еще один кремлевский чиновник, Дмитрий Козак, заместитель главы администрации президента, заявил о «начале конца» Украины. Он предупредил, что любой, кто нацелен на этнических русских в Донбассе, получит выстрел «себе не в ногу, а в висок». На этот раз европейские лидеры поступили бы мудро, если бы не стали закрывать глаза на подобные комментарии, считая их предназначенными исключительно для внутренней российской аудитории — как будто подготовка российского общественного мнения к войне недостаточно серьезна.
Точно так же нельзя игнорировать передвижения российских войск. Накануне войны в Грузии 2008 года европейские наблюдатели видели аналогичные перемещения войск и военные провокации в «сепаратистских провинциях» Южная Осетия и Абхазия, какие можно наблюдать сегодня в России и Крыму. Тогда Москва маскировала своё «готовящееся наступление», говоря, что просто проводит обычные «маневры». Сегодня Кремль ссылается на какие-то «учения», чтобы оправдать наращивание войск на границе с Украиной.
В своих попытках создать эффект неожиданности Москва может рассчитывать на постоянную помощь из маловероятного источника: многие западные эксперты и политики стремятся обмануть себя относительно намерений России.
Когда аналитикам не хватает надежной информации, они часто прибегают к тому, что Роберт Джервис называл зеркальным отображением: как бы мое правительство отреагировало на эту ситуацию рационально? Им труднее представить, что лидеры осмелились бы открыто солгать или подорвать основные нормы международного права, включая нарушение границ суверенной страны и аннексию территории как собственной.
С западной точки зрения, российское вторжение кажется иррациональным. Опрос 905 экспертов по международным отношениям показал, что только 14% предвидели российское «военное вмешательство» на Украине всего за несколько дней до него.
В рамках такого подхода недооценивается внутреннее давление и стимулы, с которыми сталкиваются «авторитарные лидеры», а также неверно истолковывается то, в чьих руках действительно находится власть. В случае с Грузией в 2008 году западные аналитики считали невозможным, что президент Грузии Михаил Саакашвили окажется «достаточно безумным» и начнет «превентивное военное нападение», учитывая вероятность сокрушительного ответа России. Оказывается, по внутренним причинам — он пообещал восстановить контроль над сепаратистскими государствами — он таким и оказался.
Общественное мнение часто ошибочно рассматривается как еще одно ограничение для Москвы, как это было много лет назад, накануне советской интервенции в Чехословакии. В 2013 году западные аналитики ожидали, что Россия накажет Украину, но не рассматривали прямую военную интервенцию, не говоря уже об «аннексии». Несколько предупреждений, сделанных министрами иностранных дел Польши и Швеции, не были приняты всерьез, поскольку некоторым они показались предвзятыми в отношении России, учитывая их известные взгляды.
Предупреждения легко игнорировать, если они обнаруживают недостатки в ключевых предположениях, лежащих в основе внешнеполитических подходов и экономических соглашений ЕС. В случае с Грузией в 2008 году подобные предупреждения вскрывали всю ошибочность курса НАТО в вопросе членства страны на саммите в Бухаресте, что привело к пагубным и непредвиденным последствиям. В случае с Украиной 2014 года предупреждения указывали на геополитические слепые пятна в политике соседства ЕС и Восточном партнерстве. Сегодня на их фоне под сомнением оказываются немецкий проект газопровода «Северный поток — 2» или стратегия дипломатической перезагрузки Франции и России.
Внять предупреждениям — значит, для лиц, принимающих решения, пойти на психологический стресс. В результате они оказываются перед трудным выбором в отношении ценностей и интересов. Однако, если судить по прошлым событиям, бездействие только усложняет этот выбор. Это так же верно сегодня, как и в прошлый раз.
Следует ли западным лидерам согласиться на дипломатическое урегулирование, которое предоставило бы России де-факто право вето в вопросе будущего пути развития Украины? Или они готовы оказать ощутимую поддержку Киева и разработать надежные санкции для сдерживания России и предотвращения наихудшего сценария? На эти вопросы лучше ответить до, а не после «вторжения».
Лидерам Запада можно простить то, что они опешили от происходящего в 2008 и 2014 годах. Если же они вновь позволят обмануть себя, оправдания у них уже не будет.