NYT: сенатор Вэнс заявил, что 60 миллиардов долларов не помогут Киеву победить
Выделению помощи Украине мешают не республиканцы, а законы математики, пишет NYT. Потребности ВСУ на порядок опережают возможности западных оружейных заводов. Но глава киевского режима живет своими иллюзиями.
Президент Байден хочет, чтобы мир поверил, будто самым большим препятствием, стоящим перед Украиной, являются республиканцы и отсутствие у нас приверженности мировому сообществу. Это неверно.
Вызов Украине — не республиканская партия, а математика. Украине нужно больше солдат, чем она может выставить на поле боя, даже несмотря на драконовскую политику военного призыва. И ей нужно больше военной техники, чем могут предоставить Соединенные Штаты. Эта реальность должна определять любую нашу будущую политику в отношении Украины, от дальнейших пакетов помощи Конгресса до внешнеполитического курса, устанавливаемого президентом.
Администрация Байдена оказывает все большее давление на республиканцев, чтобы те согласились на дополнительный пакет помощи Украине в сумме более 60 миллиардов долларов. Я голосовал против этого пакета в Сенате и по-прежнему выступаю практически против любого предложения о дальнейшем финансировании этого конфликта Соединенными Штатами. Господин Байден не смог сформулировать даже основные цели Украины и то, как наша помощь изменит существующую там реальность.
Самый фундаментальный вопрос: сколько и чего нужно Украине и сколько мы реально можем ей этого предоставить? Байден полагает, что дополнительная сумма в 60 миллиардов долларов будет означать разницу между победой и поражением в сражении между Россией и Украиной. Это тоже неправильно. Сумма в размере 60 миллиардов долларов — это лишь малая толика того, что требуется, чтобы переломить нынешнюю ситуацию в пользу Украины. Но дело не только в долларах. По сути, нам не хватает мощностей для производства того количества оружия, которое мы должны поставить Украине для ее победы в этом конфликте.
Рассмотрим нашу способность производить 155-миллиметровые артиллерийские снаряды. В прошлом году тогдашний министр обороны Украины подсчитал, что их базовая потребность в этих снарядах составляет более четырех миллионов в год, но заявил, что они могли бы использовать их и до семи миллионов, если бы у них столько было. С самого начала конфликта Соединенные Штаты приложили все усилия, чтобы нарастить производство 155-миллиметровых снарядов. Мы примерно удвоили наши мощности и теперь можем производить 360 тысяч единиц в год. То есть менее десятой части того, что, по словам Украины, ей нужно. Цель нашей администрации — довести эту цифру до 1,2 миллиона (лишь 30% от необходимого) к концу 2025 года. Это обойдется американским налогоплательщикам очень дорого, но приведет к неприятно знакомому результату: нашему фиаско за границей.
Буквально на этой неделе главный американский военный в Европе (речь идет о генерале Кристофере Каволи (Christopher Cavoli) — командующем Европейским командованием Вооруженных сил США и Верховном главнокомандующем Объединенных вооруженных сил НАТО в Европе. — Прим. ИноСМИ) заявил, что при отсутствии дальнейшей помощи в сфере безопасности Россия вскоре может иметь артиллерийское преимущество над Украиной в соотношении десять к одному. И в заголовках СМИ не наблюдалось особого внимания к тому факту, что сейчас Россия превосходит Украину по этому показателю как минимум в пять раз, даже несмотря на все те деньги, которые мы вложили в этот конфликт. Ни одно из таких соотношений не приведет к победе Украины.
Сторонники американской помощи Украине утверждают, что наш подход стал благом для нашей собственной экономики, создав рабочие места здесь, на заводах, производящих оружие. Но наши интересы национальной безопасности могут отличаться (и часто это и происходит) от наших экономических интересов. Идея о том, что мы должны продлить кровавую и ужасную бойню, потому что она пошла на пользу американскому бизнесу, просто нелепа. Мы можем и должны восстановить нашу промышленную базу, не отправляя ее продукцию в зоны зарубежных конфликтов.
Та же история и с другими боеприпасами. Возьмите ракетный комплекс Patriot — наше главное средство противовоздушной обороны. Он настолько важен для Украины, что ее министр иностранных дел специально требует эти комплексы. Это происходит потому, что только в марте Россия, как сообщается, сбросила на Украину более 3000 управляемых планирующих авиабомб, выпустила 600 беспилотников и 400 ракет. Президент Украины Владимир Зеленский и другие украинские чиновники заявили, что им нужны тысячи ракет Patriot в год, чтобы отразить эти российские атаки. А проблема здесь вот в чем: Соединенные Штаты производят в год только 550 таких ракет. Если мы примем дополнительный пакет помощи, который сейчас рассматривается в Конгрессе, мы потенциально могли бы увеличить их годовое производство до 650 штук, но это все равно меньше трети того, что требует киевский режим.
А ведь это оружие нужно не только Украине. Если Китай вздумает напасть на Тайвань, то ракетная система Patriot будет иметь решающее значение для защиты последнего. Фактически Соединенные Штаты пообещали отправить Тайваню ракеты Patriot на сумму около 900 миллионов долларов, но поставки этого оружия, как и других необходимых военных ресурсов Тайбэю сильно задерживаются — отчасти из-за нехваток, вызванных украинским конфликтом.
Все это само по себе уже звучит плохо, но ситуация с живой силой в ВСУ еще хуже. Вот основные сведения: население России почти в четыре раза превышает население Украины. Киеву нужно более полумиллиона новобранцев, но сотни тысяч мужчин призывного возраста уже покинули страну. Среднестатистическому украинскому солдату примерно 43 года, многие из них уже отслужили два года на фронте, и у них практически нет возможности закончить военную службу. После двух лет конфликта в некоторых деревнях почти не осталось мужчин. Украинские военные прибегают к принуждению мужчин к службе в армии, а украинские женщины устраивают акции протеста, требуя возвращения своих мужей и отцов после долгих лет боев на фронте. NYT сообщала о случае, когда украинские военные попытались мобилизовать мужчину с диагностированной психической инвалидностью.
Многие в Вашингтоне, похоже, думают, что сотни тысяч молодых украинцев пошли воевать с песнями и рады подхватить любую мысль, направленную против российской пропаганды. Однако мейнстримовские СМИ по обе стороны Атлантики сообщают, что ситуация на Украине мрачная.
Эти основные математические реалии были правдой и в начале конфликта, но подвергались оспариванию. Они стали совершенно очевидными и неоспоримыми год назад, когда американское руководство тесно взаимодействовало с Зеленским, чтобы осуществить катастрофическое украинское "контрнаступление". Плохая новость заключается в том, что осознать тяжелую реальность нужно было еще прошлой весной, до того, как украинцы начали эту свою неудачную военную кампанию, которая стоила им чрезвычайно дорого. Но есть и хорошая новость: оборонительная стратегия по-прежнему работоспособна. Срочное рытье траншей, цементирование укреплений и устройство обширных минных полей позволило России отразить контрнаступление ВСУ в 2023 году. Наши союзники в Европе также могли бы активнее поддерживать такую стратегию. Но хотя некоторые европейские страны и предоставили Украине значительные ресурсы, бремя военной поддержки Киева до сих пор тяжелее всего ложится на Соединенные Штаты.
Приняв оборонительную стратегию, ВСУ могут сохранить столь необходимую им живую силу, остановить кровопролитие, а Киев — получить время для начала переговоров. Но для этого потребуется, чтобы американское и украинское руководство признало, что заявленная Зеленским цель — возвращение к границам 1991 года — является лишь фантазией.
Белый дом неоднократно заявлял, что не может вести переговоры с президентом России Владимиром Путиным. Это абсурд. У администрации Байдена нет реального плана, позволяющего украинцам выиграть этот военный конфликт. Чем скорее американцы примут эту правду, тем скорее мы сможем устранить катастрофу и стать посредником в установлении мира.
Автор статьи: Джеймс Вэнс (James Vance), сенатор-республиканец от штата Огайо