Наша семья жила в то время на Большой Волге в деревянном доме. Я учился в 9-м классе 2-й школы. Мой отец, Старченко Михаил Павлович, работал смотрителем на причале ОИЯИ, который располагался между пристанью Большая Волга и шлюзом.
Однажды он спросил меня: "Боря, хочешь познакомиться с Гагариным?"
Как и все мальчишки того времени, я читал и увлекался книгами о космонавтах, а здесь такая возможность! Конечно я согласился.
Мы пришли на причал ОИЯИ вечером, было около 10 часов. Немного подождали и увидели большой красивый катер, который шел по каналу. Понтонная стоянка катеров и лодок ОИЯИ тогда находилась ближе к шлюзу за бетонными швартовочными сооружениями верхнего бьефа. Рядом находилась пристань Охотхозяйства "Московское море".
Катер подошел к причалу. Для моего отца, Михаила Павловича, швартовка была привычным делом, и все же я видел, что он волнуется, как и все, встречавшие катер. Канат на пристань перекинул сам Гагарин, его все сразу узнали. Мне почему-то казалось, что Гагарин будет в военной форме, как мы видели его на фотографиях, но он был одет в спортивную олимпийку синего цвета.
Справившись с волнением, я бросился помогать отцу. Кроме Юрия Алексеевича, на берег сошли трое: два его товарища и его жена. Все были одеты в легкие красивые костюмы. Кажется, один из прибывших был врач. Гагарин поздоровался со всеми, пожал он и мою руку.
"Нам надо заправить катер для дальнейшего похода, - обратился Юрий Алексеевич к начальнику причала и пошутил. - У нас кончился бензин, а парусов у нашего "Востока" нет".
Только теперь я заметил надпись на борту крупными буквами : "Восток".
Бочки с бензином были уже подготовлены на берегу. Товарищи, сопровождавшие Гагарина, подошли к нему и что-то тихо сообщили, показывая на корму судна.
Гагарин встревожился: "Управлять катером я толком так и не научился, - сказал он. - В темноте мы не заметили трос перед причалом и он сбил флаг на корме. А ведь это, как-никак, подарок королевы".
Мужчины занялись заправкой судна бензином.
Михаил Павлович предложил: "Давайте поищем флаг, он не должен далеко отплыть. Юрий Алексеевич, у нас есть лодка. Боря, садись на весла".
Я подбежал к лодке и отвязал ее. На дне лодки было немного воды и я стал ее вычерпывать.
"У вас найдется фонарик?" - спросил Юрий Алексеевич.
Фонарик принесли с причала. Я сел на весла, Гагарин расположился на корме. Отец оттолкнул ялик от берега. "Ну, поехали!" - вырвалось у меня. Гагарин улыбнулся.
Темнело. Вечер был тихий. Стояли последние теплые деньки уходящего лета. Со стороны Московского моря дул легкий ветерок, поднимая небольшую волну; отражение лучей прожекторов со стороны шлюза рисовало россыпь звездных вспышек на речной ряби.
Мы выплыли за причальные ограждения. Проходившая мимо баржа просигналила приветственным гудком. Но любоваться красотой вечера не было времени. Начавшееся шлюзование создавало сильное течение и флаг могло отнести волнами.
Я был немного смущен: вот я в одной лодке с Гагариным, весь день готовился к этой встрече, а теперь не знаю, что сказать, о чем расспросить Юрия Алексеевича.
Гагарин сам нарушил молчание: "Боря, где ты учишься, кто твои родители?"
Я стал рассказывать, поведал и о том, что люблю книги.
"Это хорошо, что ты любишь читать. Я тоже много читаю, - похвалил Гагарин. - А мой любимый писатель - Экзюпери".
Так добрались мы почти до середины реки. В свете прожекторов что-то мелькнуло на воде.
"Боря, посвети сюда! - Гагарин что-то поднял из воды. - Нет, это только ивовая ветка".
Мы плавали по акватории у шлюза минут двадцать, близко к воротам подплывать опасались, хотя там светили прожекторы.
"Да, жаль конечно, но пора возвращаться, - сказал Юрий Алексеевич - Наверное, нас уже заждались. Давай я сяду на весла".
Я пересел на корму, а Гагарин пересел на мою скамью.
Когда подплывали к берегу, с причала прокричали: "Нашли?!" "Нет, наверное, его отнесло течением".
Мы сходим на берег, а Михаил Павлович спрашивает: "А из чего сделано древко у флага?"
"Из красного дерева, - ответил один из товарищей первого космонавта. - Древесина красного дерева плотная и плавает не очень хорошо".
Катер в это время был уже заправлен, можно было продолжить путешествие. А мне не хотелось так скоро расставаться с Гагариным.
Я подошел к нему и сказал: "Юрий Алексеевич, вот у меня книжка есть, напишите что-то".
"Боря, а что написать? - спросил он.
"Напишите автограф", - я протянул книгу Гагарину.
"Да, конечно", - Гагарин взял книгу, и на одном из листов сделал памятную запись.
Книга с автографом Юрия Алексеевича не хранится у меня, я подарил ее внуку.
"На следующий день произошла вторая моя встреча с первым космонавтом Земли", - продолжает Борис Михайлович.
Мы с ребятами загорали на плитах у памятника Сталину. Вдруг вижу знакомый катер, который идет мимо памятника Ленину.
"Хотите увидеть Гагарина? - предложил я друзьям. Те не поверили. - Хорошо, идемте все к причалу ОИЯИ".
Мы побежали вдоль берега, потому что катер уже сворачивал к причальной стенке. Как и в прошедший вечер, в катере было четверо. Я первым спустился к понтону, друзья остались на берегу.
"Нам всего хватило, спасибо, - сказал Гагарин встречавшим его, - Мы отдыхаем хорошо".
Затем он увидел меня: "А, Боря, здравствуй. Жалко, что флаг мы так и не нашли".
После этого все стали подготавливать катер.
В тот раз Гагарин пробыл на берегу недолго. Катер снова заправили. Забрали с берега моториста и через некоторое время "Восток" в сопровождении моторной лодки начальника охотхозяйства "Московское море" дяди Миши Жукова отбыли в направлении острова "Б" на Иваньковском водохранилище. Юрий Алексеевич провел с семьей и друзьями на островах "А" и "Б" около недели.