Булгаков замедленного действия – символ российской имперской политики?
В Украине возобновились боевые действия на "литературном фронте". Если вам режет ухо это выражение, то вы не ошиблись. Это ирония. Темой для очередного такого эмоционального обмена мнениями (упрощенное название этого процесса – "срач") стала фигура Михаила Булгакова – советского писателя русского происхождения, но родившегося в Киеве. Далее читайте в авторской колонке для сайта 24 Канала.
Атаки и защита ненастоящего Булгакова
Катализатором стало решение экспертной комиссии Украинского института национальной памяти (УИНП) о признании памятника и улицы в честь Булгакова (на Борщаговке) пропагандой российской имперской политики. Самого писателя эксперты признали имперцем по мировоззрению и украинофобом. К процессу присоединился Национальный союз писателей Украины, который пошел еще дальше и предложил музей Булгакова на Андреевском спуске закрыть и открыть в его помещении другой музей – имени украинского композитора Александра Кошица.
Эти заявления мгновенно подхватила российская пропаганда и использовала в своем дискурсе о "геноциде русских" в Украине – тот самый, где убивают за русский язык, едят снегирей, а всех "мальчиков в трусиках" непременно распинают. Также вполне ожидаемо предложение дебулгакизации вызвало значительный резонанс среди украинской интеллигенции (по крайней мере, сетевой ее части).
Кто-то возмущался потенциальному запрету и провозглашал, что "Булгаков – наше все", кто-то беспощадно обличал писателя, кто-то удивился, что его музей до сих пор существует, а кто-то даже выдвинул предложение записать Булгакова в патриархи химерной креольской русско-украинской литературы.
Возникла парадоксальная ситуация, когда одни атакуют ненастоящего Булгакова, а другие защищают ненастоящего Булгакова. Каким он был реальным – знают сотрудники его литературно-научного музея, где хранится его архив, но их никто не слушает, потому что это и трудно, и "душно".При этом сам Музей поступил эффектно – его сотрудники 8 апреля 2024 года на страницах собственного сайта (и "Исторической правды") обнародовали ответ (к сожалению, анонимный) на "профессиональное заключение" комиссии экспертов УИНП. Он разгромный – главные тезисы экспертов были опровергнуты, а самих экспертов (среди них и мой научный руководитель, блестящий специалист по раннемодерной эпохе, которого музейщики ошибочно назвали медиевистом) выставили не в лучшем ракурсе.
Так каким был Булгаков?
Читать тот текст – большое удовольствие и радость. Так не "базировал" даже вывод независимых экспертов проекта "Диссернет" по поводу фейковой докторской диссертации Владимира Мединского (куратора написания школьных учебников по истории в современной России) или еще в прошлом веке сообщения советских историков о фантазиях Льва Гумилева. Возможно, он приближается к тотальному разгрому, который устроили бывшему историку и бывшему спикеру Верховной Рады Владимиру Литвину настоящие историки Алексей Толочко и Наталья Яковенко за его "научное наследие".
Впрочем, и "музейщики" также ошибаются. Они апеллируют к УИНП через Булгакова как реальную персону, зато комиссия борется с символом (хотя и подстроила свои предпосылки под вполне правильные выводы). И в этом пока права.
Фрагмент заключения комиссии УИНП, с которым трудно спорить: "Присвоение его имени географическим объектам, названиям юридических лиц, объектам топонимии, а также установление в его честь памятников и памятных знаков в Украине было воплощением русификации – составляющей российской имперской политики, направленной на навязывание использования русского языка, пропаганды русской культуры как высших, по сравнению с другими национальными языками и культурами, вытеснение из употребления украинского языка, сужение украинского культурного и информационного пространства".
Булгаков – пусть тысячу раз киевлянин, но также и представитель русской литературной традиции. Его даже трудно назвать советским писателем (хотя мне в начале этого текста это удалось), до конца своей короткой жизни Булгаков оставался литератором не существующей уже Российской империи.
Булгаков ненавидел "Совок" и хотел уехать из СССР – если бы он жил сейчас, то был бы каким-то "иноагентом" по типу Быкова или Акунина, но точно не Прилепиным. Зато сейчас российская пропаганда все эти нюансы игнорирует и навязывает Булгакову ореол "великого русского писателя".
Он не был литературным гением (господин Михаил – никакой не Метерлинк, Джойс или Гамсун), но точно был талантливым писателем.
Булгаков не был особо популярным при жизни и его также можно считать жертвой репрессивной советской системы.
Слава пришла к нему после смерти – он был не похожим на сонм советских авторов и был действительно особенным. В условиях СССР, когда доступ к иностранным авторам был ограничен в силу разных причин (незнание языков, прямой запрет или ограниченный доступ к "политически близким" писателям при условии жесткой цензуры) Булгаков в 70 – 80-х годах 20 века стал для жителей СССР и Майринком, и Кортасаром, а иногда даже Маркесом, Генри Миллером или Оруэллом.
Так сформировался "прогрессивный миф" о Булгакове как о гениальном учителе российской интеллигенции, а с началом "Перестройки" он пошел в народ и превратился одновременно в мастрид и маскульт. Украина долго следовала этому тренду (потому что это же земляк), а земляк незаметно стал частью российской "мягкой силы" и "скрепой", соединяющей Украину и Россию в единое культурное пространство – то самое "русский мир".
Здесь Булгаков не уникален – примерно то же самое и сейчас вопреки собственной воле делают давно умершие Владимир Высоцкий (его отец – киевлянин), Ильф и Петров (одесситы), Чехов (украинец из Таганрога), Чайковский (потомок казаков с Полтавщины) и Гоголь (потомок казацкой старшины).В этом, возможно, не было чего-то совсем плохого, если бы речь шла не о России. Это государство питается реваншем и ресентиментом и самоутверждается только за счет других, оно не признает украинскую культуру, а его президент и войско отрицают существование Украины как таковой. Первый – идиотскими лекциями и приказами, второе – реализацией геноцидных замыслов российской верхушки.
Такая диспозиция не оставляет шансов не то что Булгакову, но и Пушкину (прошлогодний демонтаж его памятника в Киеве оставил всех равнодушными даже в Москве) с Левом Толстым и Достоевским. Это объективно и так должно сейчас быть. Именно поэтому российская военная культура должна пойти путем российского военного корабля. А не потому, что Оксана Забужко когда-то написала "вброс" на фейсбуке о доме Листовничего и показала его как уникального украинофила (каким он не был), а семью Булгаковых выставила страшными украинофобами (которыми они, похоже, не были), собрав несколько сотен лайков.
Также это должно быть сделано не потому, что некоторые герои Булгакова были украинофобами (там были разные и по этому поводу продолжается научная дискуссия), отождествлять автора с его героями можно, но только в определенной степени (мы же не делаем это с адвокатом и его клиентами – понимаю, что для Украины это не очень корректное сравнение, но все же).
Запрет, но не тотальный
Директор УИНП Антон Дробович в интервью "Радио Культура" рассказывает, почему не нужно переосмыслить роль Булгакова: "Музей Булгакова очевидно будет переименован. Эксперты будут советоваться, город будет советоваться. Я рад, что там есть специалисты. Но все эти конвульсивные движения (снести музей, запретить Булгакова, – 24 Канал) – на свалку, не подходит... Чтобы все эти делегации, все эти любители Булгакова в мире знали, что единственное место, где им расскажут всю правду о Булгакове – это Киев. У Булгакова есть мощное антисоветское наследие, о котором стоит рассказывать. От того, что мы закроем музей Булгакова в Киеве он не исчезнет в мире, потому что это мощный талантливый автор. И такое бывает, не очень хорошие люди бывают мощными талантливыми авторами. Мы не можем сложить кавычки, выбросить его из нашего дискурса, а потом обижаться, что мы не можем ни на что повлиять в мировом дискурсе".
Сейчас Булгаков должен быть подвергнут остракизму за то, что он – органическая часть враждебной культурной среды, что стало идеологией и основой для нового российского геноцида украинцев. Это не означает тотального запрета, а его не должно быть в школьной программе и топонимике.
- Виноват ли он сам в этом – нет.
- Является ли "халтурой" объяснение и обоснование вывода экспертами УИНП – да. Вводят ли они в заблуждение общественность – да.
- Является ли Национальный союз писателей Украины (эти ребята предлагают закрыть музей Булгакова) – бюрократическим наследием "Совка", который себя уже много раз скомпрометировал морально и физически и должен быть ликвидирован – безусловно.
- Справедлива ли мысль директора УИНП господина Дробовича реформировать Музей и превратить его в центр изучения истории киевских семей начала 20 века – да.
- Верный ли ответ Музея экспертам УИНП – да.
- Но должен ли стать он аргументом не отменять культ Булгакова в Украине? Нет.
Благодарить за это булгаковолюбы и поклонники "русской культуры" должны только Путина.