Украина: на пути в «гаагскую яму»
11 декабря прокурор Международного уголовного суда (МУС) в Гааге, гамбийка Фату Бенсудаобъявила заключение предварительной экспертизы по ситуации на Украине. Теперь, по действующим правилам, она будет запрашивать разрешения у судей палаты предварительного производства суда на начало расследования.
Президент Зеленский пока благоразумно воздерживается от комментариев по поводу заявления прокурора, но другие украинские лидеры поспешили «рвануть в эйфорию». «Международное правосудие не быстрое, но неотвратимое. Наступит день, когда российские преступники обязательно предстанут перед судом» — обрадовался министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба. Министр, откройте глаза. Согласно заявлению МУС, будут расследоваться «преступления, совершенные различными сторонами в конфликте». То есть будут расследоваться действия всех сторон конфликта.
Но не будут расследоваться все стороны дела, и в первую очередь то, что украинская власть и общественное мнение называют «российской агрессией». Во-первых, потому, что юрисдикция Суда по преследованию преступлений агрессии была соответственно активирована 17 июля 2018 года. Но это не критично: конфликт на Востоке Украины — это событие длящееся.
Но, во-вторых, у гаагского суда на это нет юрисдикции. Для того чтобы МУС был вправе полноценно расследовать «украинский кейс», нужно, чтобы Украина ратифицировала Римский статут, которым суд руководствуется в своей деятельности. Украина этого до сих пор не сделала. Зато сделала глупость: в 2015 году позволила частичную юрисдикцию Международного уголовного суда по событиям в Крыму и на востоке, но исключительно в отношении преступлений против человечности и военных преступлений. Два других вида преступлений, в соответствии с 5-й статьей его Устава, попадающих под юрисдикцию суда: «геноцид» и «агрессию», МУС вообще не может на Украине расследовать, причем с «подачи» самой украинской стороны.
Зато в полной мере, и опять-таки с украинской подачи, Суд может расследовать события на киевском Майдане и в других городах (в том числе и в Одессе), события в Крыму (которые Суд рассматривает как «оккупацию» украинской территории). И события на Востоке Украины, которые рассматриваются двойственно, с учетом, что «самое позднее с 14 июля 2014 года, параллельно с немеждународным вооруженным конфликтом, на востоке Украины имел место международный вооруженный конфликт» (пункт 94 Отчета МУС «О действиях по предварительному расследованию», 2017 год).
Для России особо неважно, внутренний это конфликт или межгосударственный. Ей вообще ничего в истории с МУС не важно, поскольку, подписав Римский статут, она, как и Украина, не ратифицировала его — и даже больше: 16 ноября 2016 года президент Путин издал распоряжение «О направлении Генеральному секретарю ООН уведомления о намерении Российской Федерации не стать участником Римского статута Международного уголовного суда». Где и уведомлял ООН о намерении РФ «не стать участником Римского статута Международного уголовного суда».
Забавный ход. С одной стороны, вроде бы только «намерение», которое можно всегда отыграть. С другой — Россия сейчас может вести себя по отношению к МУС примерно так же, как США. Которые тоже отозвали свою подпись, а в сентябре 2020-го даже ввели против Суда санкции, аннулировав, например, визу прокурора Фату Бенсуды.
То есть Россию и лидеров Л/ДНР (у которых, надо полагать, давно имеются российские паспорта) гаагский суд «не достанет». Поэтому «под раздачу» попадут в первую очередь украинские военные и добровольцы. Первые — потому, что использование вооруженных сил против собственных граждан — это военное преступление без срока давности, а вторые — потому что не являются комбатантами международного военного конфликта. А значит, с точки зрения Фемиды, обычные уголовники, подлежащие преследованию по 16 типам «преступлений против человечности» (7-я статья Римского статута) и 74 «военным преступлениям» (8-я статья).
Вряд ли стоит сомневаться, что «расследователи», если они появятся, будут завалены материалами. Точнее — уже завалены. В период с 20 февраля 2014 по декабрь 2017 года Украина подала в МУС данные по более чем тысяче двумстам преступлениям. Но тем же и в не меньших объемах занимаются в непризнанных республиках: за период только 2018−2019 годов от имени жителей оккупированных территорий Донецкой области подготовлено и направлено 1539 исков в Международный уголовный суд (МУС) и Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ): по данным в то время военного прокурора Украины Анатолия Матиоса.
Хотя украинские «поводыри» считают, что МУС не будет инкриминировать относительно украинской стороны какие-то дела, потому что Украина уже самостоятельно и эффективно расследовала преступления своих военнослужащих, совершенные во время конфликта в Донбассе. О таком заявил, например, представитель президента в Крыму Антон Кориневич: «Я думаю, что это будут дела о вопиющих нарушениях со стороны РФ и сепаратистов. Почему? Потому что этих людей украинское правосудие не может получить».
Но «думать» — это явно не сильная сторона представителя. Потому что инсургенты отсидятся в Л/ДНР, а российских военных не выдаст РФ. Зато реально доступны гаагскому правосудию будут именно украинские военные. Которые имеют наибольший шанс попасть в «гаагскую яму». Ведомые такими, точно по евангелисту, «слепыми вождями».
Конечно, и Киев может не выдать в Гаагу «своих» подозреваемых. Но что тогда останется от украинского имиджа на международной арене?