Кто и зачем протаскивает в жизнь тему «зеленого ковида»?
Валдайский клуб в очередной раз «удивил» Россию, организовав дискуссию на тему «Глобальный политический климат: станет ли «зеленая» повестка приоритетом постковидного мира?». Собственно, само это обсуждение, в котором участники, спекулируя на ковидной тематике, изо всех сил продвигали европейские «зеленые ценности», было посвящено докладу «Климатическая политика в глобальном обществе риска». Он был подготовлен при активном участии «зеленого лобби» в МГИМО, о котором автору этих строк известно не понаслышке. Главная идея этого документа, всячески пропагандирующего европейские «достижения» в климатической повестке, в том, что пандемия предоставляет возможность решительно продвинуть климатический «лохотрон», взяв ЕС на роль «лидера». Иначе, пугают авторы, негативные тенденции будут нарастать, и человечество утратит веру в прогресс, наполнится катастрофизмом, откажется от глобальной солидарности в угоду национально-государственным интересам, в результате чего будут подорваны потребленческие императивы рыночной экономики. (Как будто не туда им и дорога?).
Европейничанье, как в свое время учил Николай Данилевский, есть болезнь русской жизни, продиктованная холопским низкопоклонством перед Западом определенной части российских элит. В годы всеобщего возбуждения отечественного правящего класса перед «чарующими» перспективами европейской интеграции этому холопству отдавались по любви и без остатка. Но с тех пор прошли годы, рухнули, причем, безвозвратно, все четыре «общих пространства» России и ЕС, дело дошло до официального признания на уровне российского МИД, что разговаривать с Европой не о чем в принципе из-за ее патологического русофобства. Но «элитарные» все равно никак без этого не могут, хотя МГИМО вообще-то ведомственный вуз, и в открытую игнорировать установки МИД не вправе. Но видать, «сердцу не прикажешь», особенно если и интересы неподалеку. Ибо понятно, что убери европейскую центричность из учебных программ и верни Европе ее законное место лимитрофного «аппендикса» или «хвоста», вознамерившегося вилять Большой Евразией, и авторы представленного документа просто не найдут, чем больше заняться. Жизнь окажется прожитой зря, а это, разумеется, недопустимо, особенно с корпоративно-компрадорской точки зрения.
Договариваясь буквально до ручки и усматривая в эпидемиологическом «локдауне» элементы позитива (меньше заводов, меньше машин), докладчики подсовывают доверчивому читателю в качестве Троянского коня конъюнктурную дилемму о конечной ответственности за выбросы — кто их несет: производитель или потребитель? Уму непостижимо: это ведь живая иллюстрация принципа «Чем хуже — тем лучше», которая проходит через весь доклад красной нитью. И еще. Почему эта дилемма — именно конъюнктурная, если не сказать, лживая? Потому что когда климатическая повестка в ее нынешнем виде, исполненная антигосударственного, глобалистского пафоса, версталась в 90-е годы, «на радостях» от распада СССР, то в ней акценты об ответственности расставлялись иначе. Если обратиться к Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию, принятой в 1992 году соответствующей Конференцией ООН, то главную дилемму, прописанную в принципе 16-м, там сформулировали следующим образом. «Национальные власти должны стремиться содействовать интернационализации экологических издержек и использованию экономических средств, принимая во внимание подход, согласно которому загрязнитель должен, в принципе, покрывать издержки, связанные с загрязнением, должным образом учитывая общественные интересы и не нарушая международную торговлю и инвестирование», — так это звучит. И из этого следует, что выбор крайних осуществляется отнюдь не между производителем и потребителем, а между загрязнителем, обязанным компенсировать результаты своей деятельности, и экологическим донором. Кто донор, а кто загрязнитель? На этот вопрос ответ находится с помощью темы баланса антропогенных выбросов и их поглощения природным средами выбрасывающих стран. И если подойти с этих позиций, то ЕС, которому наши компрадоры, ничтоже сумняшеся, присваивают «желтую майку лидера», на самом деле безоговорочный аутсайдер, если не сказать глобальный вредитель. Выбросы в Европе в четыре раза превосходят поглощение «в среднем по больнице», а у некоторых, вроде Нидерландов, в 12 раз. У других загрязнителей такого катастрофического баланса не наблюдается: у США и Китая выбросов вдвое больше, чем поглощения, у Индии — в 1,5 раза и т. д. А Россия? Диаметрально противоположная картина: поглощение многократно превышает выбросы. Имеются разные оценки, но большинство экспертов с именем оценивают эту кратность от 3 до 5 раз. И лишь официальная точка зрения, являющаяся продуктом измышлений минприроды времен министра Донского, утверждает, будто бы наша страна — тоже загрязнитель, а не донор. «Предложения по методологии учета поглощения углекислого газа российскими лесами» — так называется документ, который тогдашний министр подмахнул 11 марта 2016 года. Он — от и до компрадорский, выпущенный с единственной целью. Обосновать, почему нашей стране, вопреки упомянутому 16-му принципу Декларации Рио, следует сокращать выбросы, хотя на доноров, как помним, это требование не распространяется.
На этом документе и паразитирует симбиоз Валдая с МГИМО, который падает ниц перед Европой как главным врагом окружающей среды. Они ведь «не вникают» ни упомянутые в механизмы зачетов, ни в методику подсчета баланса поглощения и выбросов. А бесхитростно солидаризуются с европейскими подходами вместо того, чтобы расставить все точки над «i» следующим образом. Какая у нас роза ветров? Ах, западная? Ну тогда нам с Европой по климату вообще нечего обсуждать, кроме одного деликатного вопроса: «Господа, ваш баланс — минус четыре, наш — плюс четыре, — записали бы в докладе вменяемые деятели, патриоты Отечества. — Вот когда у вас будет хотя бы ноль, чего заведомо не будет никогда, тогда и поговорим. А до тех пор мы от обязательств по сокращению выбросов свободны, читайте Декларацию Рио. И уж если нам о чем и говорить, то о размерах ваших компенсаций России за то, что по западной розе ветров к нам несет ваше дерьмо, и мы его перерабатываем с помощью нашего поглотительного ресурса. Не хотите платить? Тогда отвяжитесь от нас со своими наперстками и дурите друг друга».
За счет чего «выползает» Европа? Точнее, за чей счет ее «вытаскивают» в лидеры «банкета»? Рамочная конвенция ООН об изменении климата (РКИК) делит государства на три группы. Первая и вторая, представленные соответствующими приложениями к РКИК — страны с «переходной» экономикой и члены ОЭСР — наделены количественными обязательствами по сокращению выбросов и оказанию помощи третьей группе — развивающимся странам, которые таких обязательств не несут. На этом все и стоит. Допустим, кто-то выбрасывает больше, чем имеет право по обязательствам. Чтобы не подвергнуться штрафным санкциям, он должен либо на количество этого превышения купить квоту из числа сэкономленных выбросов другими странами, либо оказать помощь развивающимся странам, сократив там выбросы и взяв себе это в зачет. Здесь гигантское поле для махинаций, которыми европейцы и занимаются. Развивающиеся страны обязательств не имеют, поэтому любая количественная помощь им приобретает виртуальный характер. При этом, реальное сокращение выбросов на одну условную тонну обходится более, чем в 100 долларов; купить квоту на официальном рынке можно примерно за 30 долларов; а вот оказать такую виртуальную, непроверяемую «помощь» развивающейся стране на сумму одной условной тонны можно в среднем за один доллар. Какой же… европеец будет реально сокращать, если можно смухлевать? Попутно решается и еще одна «задача» — обрушивается рынок официальных квот, и именно Россия, а также Украина и Польша на этом европейском мошенничестве уже неоднократно обжигались, теряя сэкономленные квоты.
Почему Европа «выползает», а европейские прихлебатели ее «тащат»? Годовой объем европейского экопрома — примерно 800 млрд евро. Или он будет работать — или встанет. Но чтобы работать, его продукцию должны покупать, постоянно ее обновляя, невзирая на то, что большая часть этой продукции, например, солнечные батареи, безумно грязны именно с экологической точки зрения. Задача европейских лоббистов, в список которых записались авторы доклада, впарить ее любой ценой. Какой интерес у наших компрадоров? Вы этот вопрос, читатель, им и задайте. Или правоохранительным и надзорным органам — у них, надо полагать, тоже определенные данные имеются. Только пускать в ход их не велено — против носителей, так сказать, прозападной «генеральной линии».
Кстати, в Декларации Рио имеется еще и 17-й принцип, позволяющий каждой стране отчитываться по балансу выбросов и поглощения по собственной методике. Но на этот принцип наплевали авторы и Киотского протокола, и Парижского соглашения, где в обход этого принципа черным по белому записано о применении только методики МГЭИК — Межправительственной группы экспертов по изменению климата. «Эксперты» это или аферисты — вопрос риторический: оценочные доклады пишутся, и когда будущие авторы для этого собираются в группу, им на уровне советников генсека ООН всякий раз дают установку, что именно, какие цифры, доказывающие «пагубность антропогенного воздействия», нужно нарисовать, чтобы убедить в этом общественность. К науке это никакого отношения не имеет, как и записано в материалах совета-семинара РАН, который еще в 2004 году по просьбе президента и правительства рассмотрел вопрос о том, что такое «антропогенный фактор» — правда или пшик, точнее, сознательная ложь? Поскольку тот документ, представленный учеными, настолько же красноречивый, насколько и неизвестный широкой общественности, приведем его полностью.
«Первое. Киотский протокол не имеет научного обоснования. Второе. Киотский протокол неэффективен для достижения окончательной цели РКИК, как она изложена в статье 2-й («стабилизация концентраций парниковых газов в атмосфере на таком уровне, который не допускал бы опасного антропогенного воздействия на атмосферу»). Третье. При предполагаемом удвоении ВВП в течение десяти лет следует признать наличие серьезных экономических рисков в рамках Киотского протокола даже в его первой фазе (то есть до 2008 года). В дальнейшем при ратификации Россией Протокола ее экономические потери будут увеличиваться. Четвертое. Ратификация Протокола в условиях наличия устойчивой связи между эмиссией CO2 и экономическим ростом, базирующемся на углеродном топливе, означает существенное юридическое ограничение темпов роста российского ВВП. Пятое. В ходе работы совета-семинара РАН выявились серьезные экологические, экономические и социальные проблемы, связанные с изменением климата. Это требует привлечения к данной проблеме внимания научных организаций России, а также законодательной и исполнительной власти. Необходима организация и осуществление комплексной межведомственной программы исследований изменений климата и их воздействия на экономическую и социальную сферу России».
Нужно ли говорить, что все написанное в адрес Киотского протокола, актуально и для Парижского соглашения? А также что никакой «программы исследований» не появилось? Зато года не проходит, чтобы под видом научных трудов не публиковались подобные доклады, обманывающие общественность. Разбомбят честные эксперты очередную такую филькину грамоту — все на годик стихает. Потом, в расчете что забылось, шаловливые ручки снова «к перу» тянутся. Между тем, даже в кругах российского бизнеса осознают угрозу, исходящую от климатической проблематики. Летом 2016 года вышел доклад Института проблем естественных монополий (ИПЕМ) «Риски реализации Парижского климатического соглашения для экономики и национальной безопасности России». Вот из него выдержка — конкретнее некуда, в дополнение к выводам РАН, еще и цифры ожидаемых потерь приведены, если дальше играть в эти климатические игры с европейскими наперсточниками. Итак, «проведенные ИПЕМ расчеты показывают, что ввод в России углеродного сбора в размере 15 долларов США за одну тонну эквивалента CO2 потребует ежегодных выплат в размере 42 млрд долларов, что соответствует… 3,2−4,1% ВВП за 2015 год, 19−24% доходов федерального бюджета на 2016 год или 35−45% суммарного объема Резервного фонда и Фонда национального благосостояния». Напомним, что именно о 15 долларах за тонну в декабре 2015 года на Красноярском экономическом форуме говорил олигарх Дерипаска. Между тем, в докладе ИПЕМ содержатся расчеты потерь самой компании РУСАЛ, собственником которой Дерипаска тогда являлся. «В случае ввода углеродного сбора на выбросы ОК «Русал», контролирующей все заводы по выплавке первичного алюминия в стране, она будет вынуждена выплачивать по 65−72 млрд рублей в год, что составляет 21−23% от выручки». Получается, что лоббистом наиболее экстремальных форм деиндустриализации выступил олигарх, рискующий потерять на этом серьезную часть прибыли. И никуда не деться от вопроса о том, не была ли ему обещана за это заинтересованными глобальными игроками соответствующая компенсация?
Говорят, кому война (эпидемия), а кому — мать родна. Ответ на авторские инсинуации докладчиков может быть только один. Если «приоритетом постковидного мира» станет «зеленая повестка», мир ждет планомерное сползание в ад. Ибо главной целью климатических игрищ является установление централизованного контроля глобальной олигархии над природными ресурсами всей планеты. Как писал советник главы Пентагона, адмирал Цебровски, «Страны, которые не поддаются глобализации и не готовы принять американский мировой порядок, должны подвергнуться цветным революциям и с их помощью быть подчинены Западу. Страны, соглашающиеся с глобализацией, во-первых, должны стать частью западной цивилизационной культуры, то есть принять западные ценности, а во-вторых, от них требуется предоставить западным корпорациям природные ресурсы».
Не кажется ли вам, читатель, что «глобализированный» сегмент российской элиты, представленный авторами обсуждаемого «валдайского» доклада, озабочен отнюдь не защитой суверенитета и национальных интересов, а сдачей их внешним силам? Климат — самая большая и темная афера современности, и эти авторы совсем не случайно в сеансе квазинаучного спиритизма вызывают дух доклада Римскому клубу «Пределы роста» (1972 г.), что именно с него, точнее, с вовлечения в описанные им процессы части советской элиты, начался процесс разрушения СССР. По доброй воле или принуждению они готовят дежавю уже Российской Федерации, которая кое кому не дает покоя тем, что самим фактом своего существования резервирует возможность восстановления большой страны, — вопрос к ним самим.
И последнее. Учитывая «климатическое диссидентство» ряда «новых европейцев», в частности Вышеградской четверки, может быть российской дипломатии следует озаботиться поиском с ней точек соприкосновения по данному вопросу, по которому мы с поляками, чехами, словаками и венграми в кой годы раз находимся по сути в одном окопе?