Завершился спецпроект Кинопоиска, посвященный истории отечественной анимации. Редакция опубликовала несколько материалов: статью про первые мультфильмы, подборку классических хитов «Союзмультфильма», доступных в нашем онлайн-кинотеатре, подкаст про то, как устроена анимация, ролики и посты в соцсетях, колонку о состоянии индустрии сегодня. В завершение спецпроекта публикуем видеоэссе об истории отечественной анимации, а заодно список важнейших мультфильмов каждой эпохи.
История отечественной анимации. О чем на самом деле любимые советские мультфильмы?
Это видеоэссе — своего рода спин-офф нашего спецпроекта «История отечественного кино». В ролике мы рассказываем про главных авторов, важнейшие произведения и основные темы, которые были характерны для разных периодов российской и советской анимации.
Кто снял первые российские мультфильмы? Что наши аниматоры позаимствовали у студии Диснея? Какой советский мультфильм вдохновил Хаяо Миядзаки не бросать анимацию? И почему наши любимые мультики детства на самом деле гораздо сложнее, чем кажется?
Царство кукол
1912, реж. Владислав Старевич
Пародия на классические любовные мелодрамы немого кино, но в главных ролях — насекомые
8 апреля 1912 года публика, уже привыкшая к новомодному изобретению «синематограф», увидела то, чего совсем не ожидала: на экране разыгрывалась вроде бы стандартная историческая мелодрама про прекрасную Люканиду, пылкого влюбленного графа Гороса и ревнивого короля Цервуса, но все роли играли насекомые, двигавшиеся с удивительной реалистичностью. Создателя кукольного мультфильма Владислава Старевича тут же прозвали «дрессировщиком жуков», а его «Прекрасная Люканида, или Война усачей с рогачами» стала точкой отсчета для истории российской анимации. В дальнейшем режиссер выпустил еще несколько лент, самой остроумной из которых стала «Месть кинематографического оператора» — не просто пародия на салонные драмы, а по сути, высказывание о силе кинематографа с метафиналом в зале кинотеатра.
Время экспериментов
1929, реж. Михаил Цехановский
Революционный по технике мультфильм по стихотворению Самуила Маршака
После революции советская мультипликация начиналась как искусство образной публицистики, откликавшееся на актуальные события эпохи. Но уже с середины 1920-х аниматоры начали движение в сторону детской аудитории, одновременно экспериментируя с различными техниками и приемами. Самым показательным мультфильмом этой авангардной эпохи стала «Почта» Михаила Цехановского. Простой сюжет детского стихотворения о письме, которое путешествует по разным странам мира, превратился в парад обаятельных портретов и демонстрацию возможностей анимации — ее ритма, невозможных ракурсов и волшебной динамики. Через год после выхода режиссер усовершенствовал свое творение, добавив в «Почту» звук, рассказчиком выступил поэт Даниил Хармс (к сожалению, оригинальная звуковая версия мультфильма до сих пор считается утерянной).
Классическая эпоха
1957, реж. Лев Атаманов
Экранизация сказки Ганса Христиана Андерсена, любимый мультфильм Хаяо Миядзаки
В послевоенные годы отечественные аниматоры сосредоточились на экранизациях сказок, причем не только российских, но и зарубежных, в основном из дружественных социалистических стран. Художники активно использовали технику ротоскопирования, или «эклер», когда движения персонажей покадрово срисовывались со съемок живых актеров. Лучше всего этот прием освоил режиссер Лев Атаманов, который просил мультипликаторов повторять только отдельные характерные жесты и мимику, а в остальном руководствовался общим стилистическим решением мультфильма. Вершиной его творчества стала «Снежная королева», вдохновлявшаяся архитектурой Риги и Таллина и в период холодной войны даже вышедшая в прокат в США, где стала детской классикой. В начале 1960-х мультфильм по японскому телевидению увидел молодой Хаяо Миядзаки, только начинавший путь в мультипликации. Простота и изящество ленты Льва Атаманова настолько поразили японского художника, что он решил обязательно продолжать карьеру аниматора.
Золотой век
1962, реж. Фёдор Хитрук
Сатирическая зарисовка об одном дне из жизни обычного советского гражданина, запустившая моду на условный стиль рисовки
В начале 1950-х американская студия UPA открыла миру лаконичный стиль рисовки, названный позже «лимитированным»: никаких больше живописных фонов и ротоскопирования, только условность и простые линии. В СССР модное веяние пришло через коллег из соцстран — Чехословакии, Венгрии, Польши, — а самым ярким произведением, давшим старт многочисленным экспериментам с изображением, стал дебют Фёдора Хитрука «История одного преступления». Ни во внешнем облике персонажей, ни в декорациях нет лишних деталей. Герой поднимается по лестнице, но ступеньки даже не нарисованы, и наше воображение с легкостью достраивает недостающие элементы. Оказывается, что детализированный фон можно заменить чистым листом — впечатление от этого будет только сильнее. «Минимум средств, максимум выразительности» — лозунг, во многом справедливый для советской мультипликации золотой эпохи.
Сериальная революция
1969–1986, реж. Вячеслав Котёночкин
Самый популярный (до сих пор) советский мультсериал. Волк гоняется за Зайцем в узнаваемых локациях под эстрадные хиты
У нас, кстати, есть вот такое отдельное видеоэссе про «Ну, погоди!»
Стремление создать популярного серийного персонажа возникло у советских аниматоров еще в 1930-е годы, когда в США взошла звезда Микки Мауса, но долгие годы все попытки были неудачными. Только в 1960-х Борис Дёжкин придумал своих обаятельных хоккеистов с круглыми лицами, красными носами и черными глазами-точками, а уже в конце десятилетия на «Союзмультфильме» вышло сразу несколько серий мультфильмов с героями, впоследствии ставшими культовыми: Карлсон, Бременские музыканты, Винни Пух. Самыми популярным (и долгоиграющим!) оказался сериал про Волка и Зайца — «Ну, погоди!», в котором отработанная американскими коллегами сюжетная структура догонялок встречалась с узнаваемой советской действительностью: общественные локации, характерные типажи, музыкальные хиты эпохи. Главным отличием от анимированных сериалов США стало то, что поточное производство так и не прижилось на «Союзмультфильме», каждая серия создавалась как последняя, и советские мультсериалы правильнее назвать сборниками авторских короткометражек.
Эра перемен
1997–1999, реж. Юрий Бутырин, Александр Люткевич, Андрей Игнатенко
Многосерийная экранизация романа Николая Носова про приключения коротышек на загнивающем Западе
В 1990-е будущее студий-титанов — «Союзмультфильма» и «Мульттелефильма» — казалось фатально неопределенным, денег на массовое производство государство больше не выделяло, а зрителям было не до искусства. Но мастера советской анимации восприняли тяжелое время как вызов: одни основывали студии (вроде «Кристмаз Филмз» или «Пилота»), другие — учебные заведения, главным из которых стала школа-студия «Шар» (основатели — Фёдор Хитрук, Андрей Хржановский, Юрий Норштейн и Эдуард Назаров). Наряду с авторской анимацией понемногу появлялись попытки массового продукта. «Незнайка на Луне» стал самым масштабным проектом такого рода. В нем карикатурные реалии лунного капитализма грустным образом превратились в актуальное отражение происходящего в стране в 1990-е.
Массовые франшизы
2004, реж. Константин Бронзит
Начало «богатырской» франшизы, остроумный комедийный экшен о добром, но туповатом былинном герое
В нулевые анимационная индустрия наконец-то вышла к по-настоящему массовой аудитории, причем не только российской: «Маша и Медведь» и «Смешарики» стали международными феноменами, а франшиза студии «Мельница» про богатырей собирает внушительную кассу вот уже 20 лет, с успехом эксплуатируя народные сюжеты. При этом наравне с сериальными проектами (как телевизионными, так и кинотеатральными) в России продолжает развиваться авторская анимация, исследующая сложные темы и получающая призы на международных фестивалях. Оба направления отечественной мультипликации совмещает режиссер Константин Бронзит. Его трагикомедия «Мы не можем жить без космоса» была номинирована на «Оскар», а снятый им в середине нулевых «Алёша Попович» запустил «богатырскую» франшизу.