Первой чеченской 26 лет. Как воевал челябинский СОБР
«Мы приехали в Грозный на Вербное воскресенье. Мы подъехали к храму, там парень стоял, не помню, чья бригада Внутренних войск. Он говорит: «Ребята, не надо, тут уже служба закончилась, там людей уже никого нет». Не надо — так не надо. Мы постояли и поехали. Наш БТР едет, а женщины, бабушки идут и вербные веточки кидают. И крестят. У меня в голове всё перевернулось. Это я запомнил на всю жизнь».
В Первой чеченской войне, начавшейся 11 декабря 1994 г., когда подразделения Объединённой группировки войск (ОГВ, части Минобороны РФ и Внутренних войск МВД) вступили на территорию Чечни, и завершившейся 31 августа1996 г. подписанием соглашения о перемирии, после чего начался вывод федеральных войск с чеченской территории, принимал участие и челябинский СОБР.
Офицеры челябинского СОБР — Специального отряда быстрого реагирования — участвовали в боевых действиях в составе сводного отряда СОБР на протяжении всей кампании.
Один из участников тех событий Антон Николаев — тогда младший лейтенант, оперуполномоченный, а сегодня — лейтенант запаса, председатель региональной общественной организации ветеранов СОБР «Рысь.Челябинск», автор книги «В Грозном идёт «дождь», в преддверии 26-й годовщины начала Первой чеченской войны поделился некоторыми своими воспоминаниями.
Он рассказал о том, как впервые отправился на войну, когда ему был 21 год. О том, какую работу проводили он и его товарищи на территории Чечни, которую пришедшие к власти боевики объявили «независимой Ичкерией». О том, как погибли его товарищи.
Более полные воспоминания о войне сложились в книгу «В Грозном идёт «дождь», изданную в 2018 году. О том, чего Антон не видел сам, ему рассказали его сослуживцы.
А здесь, в этой небольшой статье, я приведу только краткую историю его командировок в Чечне и несколько эпизодов из воспоминаний — тех, которые помогают получить представление о работе собровцев в Чечне в те годы. Антон Николаев побывал на чеченской войне дважды: обе командировки длились по 45 дней — стандартный для первой кампании срок службы сотрудников РУБОП.
Первая командировка пришлась на апрель-май 1995 года. К тому моменту за плечами воюющих за восстановление конституционного порядка в Чечне были штурм Грозного (31 декабря 1994 года), взятие чеченской столицы под контроль, занятие городов Аргун и Гудермес.
Собровцев в Чечню, где их в составе сводного отряда постоянно находилось порядка тысячи человек, отправляли не напрямик: сначала бойцы проходили инструктаж и небольшую подготовку на базе спецподразделения «Вымпел» (Москва). Через пять дней собровцы военным самолётом с аэродрома Чкаловский (Московская область) отправились в город Моздок (Северная Осетия) и уже оттуда — в Чечню.
Подразделение Антона Николаева было разделено на две части: десять человек отправились в станицы Шелковскую и Червлённую, остальные десять, в составе которых был мой собеседник, были откомандированы в Аргун. Итак, сменив биробиджанских товарищей, челябинские СОБРы остались в Аргуне на 45 суток.
Началась ежедневная работа СОБРов: зачистки и изъятие оружия у местного населения. Искали схроны, оставленные боевиками. Они осмотрели рынки, провели зачистку и осмотр ПТУ, промзоны и территории Электровозоремонтного завода Аргуна.
Местные жители зачастую сдавали старинное оружие, доставшееся им от предков. Однажды собровцам сдали ружьё XIX века, «чуть ли ни кремниевое».
Как пояснил ветеран, сами боевики были вооружены автоматами калибра 7,62, а при проверках местные жители сдавали то оружие, которое у боевиков не котировалось.
Эти зачистки были не так уж безопасны, как это может показаться. Так, в ходе операции «Восток», к которой подключили челябинских СОБРов, нужно было закрывать всё направление: пригороды Грозного, Аргун, Мескер-Юрт, Гудермес, Новогрозненский — до Хасавьюрта.
Выполняя этот приказ, бойцы на БТРе отправились на уже проверенное место впятером.
Ветеран пояснил, что в первое время, когда СОБРы приезжали на изъятие оружия в деревни, местные жители смотрели на них «как на чудо заморское». Можно было подумать, что в деревне всё спокойно.
Однажды, выезжая на такую зачистку рядом с Аргуном, собровцы обнаружили в одном из посёлков полноценные оборонительные сооружения, приготовленные боевиками.
В ходе первой командировки Антон Николаев познакомился с Али Вадаевым (Чапай) — командиром ОМОН МВД Чеченской Республики, который через год, в ходе «мартовских событий», погиб 6 марта, помогая СОБРу во время эвакуации раненых во время ведения боя. Вадаев был посмертно награждён орденом Мужества и представлен к званию Героя России.
В завершение первой части этого рассказа, приуроченного к 26-летию начала Первой чеченской войны, добавлю, что Антон Николаев и его боевые товарищи проводят регулярные встречи на протяжении многих лет. В память о погибших товарищах открыли мемориальную доску в Грозном.
Антон добавил, что там, на Кавказе, он встречал не только врагов. Он познакомился с замечательными людьми. А ещё та война научила понимать, кто на что способен, на кого можно положиться, а на кого — нет.
От себя добавлю то, о чём не сказал мой собеседник. О том, что бойцы, находясь в Чечне, ежедневно рисковали своей жизнью и могли просто не вернуться домой. Многие погибли, почти каждый потерял одного или нескольких товарищей. Эта работа, как её скромно называют воевавшие в Чечне против боевиков, — настоящий подвиг, о котором страна должна знать.