США должны возглавить демократии против Китая и России — Foreign Affairs
В полдень 20 января 2021 годаДжозеф Р. Байден будет приведен к присяге в качестве 46-го президента США. Ему предстоит столкнуться с большим числом крайне сложных внутриполитических проблем: в наследство от уходящего президентаДональда Трампа новый глава Белого дома получит пандемию коронавируса и множество нерешенных социальных, культурных, идеологических, экономических и управленческих проблем. Пообещав стать президентом всех американцев, Байден должен будет смириться с недовольством миллионов граждан, которые отдали свои голоса не за него и даже ставят под сомнение легитимность самого его избрания. Очевидным образом эти внутренние заботы отнимут у президента большую часть времени и энергии.
Но не менее важным будет фактическое лидерство Байдена в «свободном мире» за пределами США, пишет подполковник в отставке армии США и бывший директор по европейским делам Совета национальной безопасности Александр Виндман в статье, вышедшей 7 декабря в Foreign Affairs.
Китай, Россия и другие «авторитарные» государства, в которых на протяжении долгого времени демократия считалась угрозой их существованию, переходят в наступление, используя все имеющиеся в распоряжении государства средства — дипломатические, информационные, военные и экономические — для достижения своих целей. «Несвободный» мир стремится подорвать международные нормы, западные либеральные ценности и саму демократию, чтобы автократические правительства могли обеспечить себе господство и продолжать использовать грубую силу. Байдену нужно будет мобилизовать те самые сильные стороны, которые и являются отличительными чертами демократических стран, если он хочет залечить внутренние раны и смягчить угрозы, с которыми сталкиваются демократии во всем мире.
Противники из числа великих держав
В течение двух десятилетий США, чьё внимание было отвлечено на решение других проблем, не замечали того, что вновь на горизонте замаячило соперничество великих держав, и теперь Китай с Россией пожинают плоды нерасторопности Вашингтона. В эпоху однополярности США сосредоточили большую часть своей энергии на Ближнем Востоке и на решении насущных проблем, забыв о новых и долгосрочных интересах национальной безопасности. Китай воспользовался тем, что США были заняты другими проблемами, и эффективно мобилизовал свои силы для укрепления своей мощи в тот момент, когда США должны были удерживать имеющееся у них преимущество.
При Трампе Соединенные Штаты отошли от мировых дел, чем и стали пользоваться Китай и Россия, начав действовать активнее и не встречать при этом никакого сопротивления. Всё это поспособствовало тому, что Китай стал еще быстрее превращаться в претендента на мировую гегемонию. Если Соединенные Штаты и продолжат нынешний курс или перейдут к таким стратегиям, как офшорное балансирование, появившийся вакуум расширится еще больше, а заполнять его будут автократические государства.
На протяжении десятилетий Россия использовала хорошо отточенные инструменты советского аппарата безопасности для нападок на демократии. Внутри Соединенных Штатов Москва развязала информационную войну, с помощью которой она играет на существующих противоречиях и усиливает неравенство. В Африке, Европе и на Ближнем Востоке Кремль еще менее ограничен в своих действиях и использует более широкий набор инструментов. Там он атакует демократические ценности не только с помощью незаконных сетей финансовой и организованной преступности, методов ведения информационной и кибервойны, но также с помощью энергетического принуждения, убийств и военной силы. В этой игре с нулевой суммой цель России проста: обострить противоречия, разделить общества и ослабить демократические институты, чтобы подчинить себе оппонентов и тем самым начать играть в регионе ключевую роль.
Китай, как самая густонаселенная страна на планете и вторая по величине экономика мира, представляет для Соединенных Штатов еще более серьезную, чем Россия, угрозу. Благодаря доктрине Коммунистической партии Китая, которая заключается в том, чтобы «скрывать и выжидать», эту опасность удавалось до недавнего времени скрывать. Как и Москва, Пекин использует имеющиеся у него государственные инструменты и злонамеренное влияние для продвижения своих интересов и подрыва демократий.
Однако более опасным является использование им экономического принуждения против США и их ближайших союзников. Китай нашел прекрасную цель для своих нападок в несправедливости глобализации и кажущейся неспособности международной финансовой системы под руководством США эффективно продвигать идею о том, что капитализм под руководством государства обеспечивает наилучший путь к экономическому процветанию. Благодаря тому, что Китай смог успешным образом смоделировать альтернативную авторитарную капиталистическую систему, управляемую государством, разного рода автократы смогли обеспечить себе поддержку, тогда как многие проблемные демократии нашли в этой системе много привлекательного.
Хотя нет четкого консенсуса относительно того, сотрудничают ли Китай и Россия в целях подрыва демократии или просто для продвижения своих независимых интересов, их общие усилия приносят плоды. Во время правления Трампа националистические популистские движения стали процветать по всему миру, в то время как многие демократии столкнулись с глубоким кризисом. Соединенные Штаты не отреагировали на эти тенденции, тогда как авторитарные государства не упустили этот момент, став эти тренды поддерживать. При новой администрации Вашингтон должен организовать согласованные усилия — демократиями для демократий, — чтобы противостоять новой волне нелиберализма и авторитаризма. США должны провести у себя саммит по вопросам демократии.
Общая цель
Многополярный мир — даже такой, в котором США сохраняют своё непропорциональное могущество, — требует разделения бремени, к которому демократии не привыкли. В 1992 году на демократические страны, входящие в состав нынешней «Большой двадцатки», приходилось почти 90% ВВП группы. Сегодня на те же самые демократические государства приходится лишь 73% ВВП «Двадцатки». Их экономическое влияние уменьшилось, но проблемы, которые они стремятся решить совместно, остались прежними, и Соединенные Штаты больше не могут или не хотят нести на себе всю нагрузку. Разделение бремени будет иметь важное значение для сохранения единства демократий в преследовании общих интересов и перед лицом общих угроз.
Объединение демократического мира против очевидной и явной опасности новой волны авторитаризма — это акт не идеализма, а реализма. Китай и Россия уже имеют схожие интересы и воспринимают аналогичные угрозы, поэтому они склонны рассматривать мир с точки зрения «нас против них». Поэтому созвать саммит демократий означало бы не столько подтолкнуть авторитарные государства к сплочению, сколько признать суровую реальность мира, разделенного на авторитарные и демократические лагеря. В этом контексте проект поддержки демократий и продвижения демократических ценностей является продолжением традиционной политики США.
Идея саммита по демократии не нова, но потребность в нем стоит как никогда остро. Вместе мировые демократии могут разработать совместные решения своих самых острых внутренних проблем, коллективно решая такие общие вопросы, как демографические сдвиги, социальная поляризация и всё большее имущественное неравенство. Такие совместные усилия поспособствуют большей внутренней сплоченности и коллективной устойчивости демократий.
В то же время демократии могут помочь защитить друг друга от внешних атак, в том числе тех, которые принимают форму информационной войны или экономического принуждения. Демократии должны удерживать злоумышленников от вмешательства в их внутренние дела, давая понять, что те, кто пытается использовать открытость демократий, сея раздор, столкнутся с реакцией. Предупрежденные таким образом авторитарные государства примут новые основные правила, и все державы выиграют от устранения одной области всё более серьезного конфликта.
Саммит должен стать форумом, на котором демократии могут обмениваться передовым опытом для решения многих вопросов, вызывающих общую озабоченность. Например, участники могут поделиться идеями по защите важных отраслей и технологий от иностранного влияния или по противодействию экономической эксплуатации Китая. Они могли бы координировать усилия по продвижению медийной грамотности, разоблачению информационных операций и поддержке гражданского общества. Демократии могут найти совместные решения таких глобальных проблем, как изменение климата и авторитарный подрыв международных норм.
В конечном счете саммит должен включать в себя все демократии мира. Но он может начаться как своего рода «коалиция желающих», излагающая демократический договор, определяющий общие цели его участников и обещающий институциональную, техническую и финансовую поддержку тем, кто присоединится. Неуверенные в себе или отступающие от демократических принципов страны могут впоследствии найти консенсус саммита привлекательным, будь то в принципе или потому, что они не хотят, чтобы их называли «уклонистами». У них будет возможность присоединиться к соблюдению выработанных принципов. Саммит не должен терпеть нахлебников: он должен проявлять крайнюю осторожность, чтобы быть уверенным, что бремя будет разделено поровну.
Соединенные Штаты вместе с мировыми демократиями могут противостоять принуждению авторитарных режимов, не вызывая прямой конфронтации между двумя системами. Фактически в многополярном мире демократии должны как сотрудничать, так и конкурировать с авторитарными державами. Страны обоих лагерей видят в изменении климата, распространении ядерного оружия и транснациональном терроризме угрозы: для противодействия этим силам среди прочего США потребуется сотрудничество с Китаем, Россией и развивающимися державами в Африке, Азии и Латинской Америке.
Соединенные Штаты однажды возвестили эру новых демократий, оказывая этим государствам помощь и извлекая выгоду из их преданности. Сегодня авторитаризм снова на подъеме и представляет собой экзистенциальную угрозу этому порядку. Соединенные Штаты должны вести демократический мир в деле защиты от возвращения к самым неприглядным историческим примерам, которые вполне могут привести к краху демократии.