Какие ответные российские санкции могут эффективно ударить по США?
После февраля 2014 года тема санкций стала чем-то вроде британского разговора о погоде в приличном обществе. Или, на современный лад, о степени могущества российских хакеров и русской пропаганды. Однако американцы даже тут сумели достичь новых высот. Формально не придумав ничего особо свежего, они тем не менее всё-таки заставили нас задуматься об ответных мерах.
Если рассматривать новый санкционный пакет внимательно, то особых открытий он не содержит. США в очередной раз «ужесточили» контроль над экспортом товаров и технологий двойного назначения. Так он вообще-то еще с конца 90-х годов прошлого века действует. Россию признали государством — спонсором терроризма? А разве аналогичные обвинения они не озвучивали еще десять лет назад?
В сущности, весь нынешний список есть лишь красивая перепаковка привычных обвинений с мелкими вкраплениями перехода количества в качество. Впрочем, сами эти вкрапления отдельного разбора требуют.
По новому американскому закону теперь координацией антироссийских мер должно будет заниматься отдельное специально утвержденное федеральное ведомство с годовым бюджетом в 250 млн. долл. А раз появится бюрократия, то, значит, возникнут и разные календарные планы работы с KPI по их исполнению. Следовательно, и количество повседневных мероприятий увеличится. В определенном смысле это можно считать успешным результатом.
Из западной, точнее — из долларовой финансовой системы выдавливаются российские госбанки. На операции с ними (подчеркиваю, любые операции) налагается множество ограничений, что осложнит жизнь их клиентам, а, значит, подвигнет их сокращать пользование услугами российских банков в западном экономическом пространстве. Тем самым степень влияния США на политику частного бизнеса теоретически должна повыситься, а американо-российское деловое сотрудничество — сократиться. Естественно, с прямыми потерями для российской экономики.
Еще плотнее закручиваются гайки в части прекращения доступа российского государства к дешевым западным займам. Американским инвесторам «прямо не рекомендуется» вкладывать деньги в государственные долги РФ. Правда, только в новые. На данный момент уже размещенных ограничение не касается.
Ну и, конечно, американские законодатели не смогли пройти мимо благодатной темы тайных миллиардов Владимира Путина, которые безуспешно ищут уже более десятка лет. Теперь искать станут еще активнее и очень надеются «на этот раз точно найти».
Ах, да, в США запретят летать «Аэрофлоту». Тем самым, по принципу зеркальности, сократится и количество рейсов американских авиакомпаний в Россию.
Словом, формально шумиха по-прежнему носит преимущественно медийный, а не действительно серьезный экономический характер. Однако не стоит забывать, что мы сегодня живем, прежде всего, в мире образов и репутаций, где вовремя грамотно реализованные PR-мероприятия играют роль не менее важную, чем прямая наступательная военная операция или тотальная финансовая экспансия на рынке. Собственно, возмущение США по поводу вмешательства российских СМИ в американский образ жизни служит лучшим тому подтверждением.
И это уже не вопрос вкусов. Американская общественно-политическая традиция очень сильно смахивает на поведение истерика, поступки которого определяет уровень его внутренней психологической накрутки. Пока он спокоен, он тих, вежлив и культурен. Чтобы напасть, ему необходимо, в первую очередь, убедить себя в том, что противник есть олицетворение вселенского зла, которое просто невозможно не уничтожить.
Вот именно этим — расчеловечиванием России — они там сейчас и занимаются. Тем самым вынуждая нас тоже задуматься над темами официального публичного «ответа». Сложность ситуации заключается в том, что реальное положение вещей сильно отличается от наших о нем представлений, тем самым порождая явно неверные инициативы.
Это примерно как сейчас в Германии, где Сара Вагенкнехт пытается убедить депутатов бундестага, наконец, взяться за ум и отказаться от навязанной Вашингтоном русофобии. Ее усилия, безусловно, заслуживают всяческих похвал, однако следует признать их очевидно низкую эффективность. Потому что не с того конца за проблему взялись.
При всей теоретической правоте, призывы к дружбе с Россией игнорируют весь прошлый исторический процесс. Две мировые войны. Множество военных конфликтов до этого. В том числе вроде русско-японского, где Запад напрямую как бы не участвовал, однако воюющую против нас сторону деньгами и оружием активно поддерживал. Минимум пять веков восприятия русских как далекой и дикой периферии цивилизованного мира, который олицетворяла исключительно Европа (позднее в сочетании с США).
Ну и самое главное — экономика. Немцы, особенно после Второй мировой войны, нация прежде всего торговая, а политика, как известно, всегда вытекает из экономики. Из 1,25 трлн долл. совокупного объема экспорта в США Германия товаров и услуг экспортирует на 113 млрд. (9%), а в Россию — только на 22,7 млрд. (1,8%). Кто-то удивляется, почему Евросоюз не отворачивается от Соединенных Штатов, даже учитывая откровенно свинское поведение американских властей?
А они могут? Нет, понятное дело, что к смене геополитического курса Вашингтон их подталкивает сам. Но делает это он как в известной истории с лягушкой — нагревая воду медленно. Потому призывы Сары Вагенкнехт пока особого успеха не имеют. Не к тому она призывает. Нужно не дружить, начинать следует с расширения взаимовыгодной торговли. Дружба тогда в процессе сама придет.
Это главный вывод, который роднит положение Европы и России в смысле реакции на американские санкции. В ней нельзя поддаваться эмоциям. Чтобы получить эффект, требуется четкий рационализм и даже холодный цинизм. Иначе получится как на Украине.
Вот что будет, если «мы перестанем поставлять американцам наши РД-180»? Байки про батуты можно рассказывать детям. В реальности тестирование пассажирской версии SpaceX Dragon назначено уже на сентябрь текущего года. И есть достаточно оснований полагать, что шансы на успех там весьма и весьма высоки. Имеющихся у NASA двигателей до этого момента хватит. Сложности, безусловно, возникнут, однако фатально критического уровня они не достигнут. Тогда как у НПО «Энергомаш» пропадет половина выручки, из-за чего нам придется уволить половину из 4400 человек высококвалифицированного персонала. Рынок покупателей РД-180 чрезвычайно узок. Заменить американцев на нём банально некем.
Точно такой же «зрадой» закончится и попытка перестать продавать американцам, например, титан. Из общего объема нашего производства экспорт достигает 77%, из которых половина идет в США. Введем запрет на продажу — автоматически будем вынуждены сокращать производство и увольнять «лишних людей». Думаю, за такой результат госдеп США авторам идеи еще какую-нибудь медаль вручит на радостях. Ведь рост безработицы и сокращение российского производства как раз и является главной целью американских санкций.
Впрочем, аналогичная награда ожидает и тех, кто думает в целом в верном направлении, но промахивается мимо конкретной цели. Ряд экспертов предлагают ответить несимметрично, запретив деятельность в России компании ООО «Макдональдс» (100% «дочка» американской McDonald's), годовой оборот которой в России составляет порядка около 1 млрд долларов. При этом забывая, что подобный шаг оставит без работы примерно 20 тыс. россиян. Чем не заявка на медаль Конгресса?
Поэтому предлагаю отложить в сторону старую и уже затупленную порядком дедову шашку и посмотреть на объективную реальность. Все подобные меры в качестве ответных мало того что вредны нам самим, для воздействия на американцев они бесполезны от слова вообще. Совокупный экспорт США — 1,58 трлн долл., из них на Россию приходится 0,52% (6,8 млрд долларов). Наш совокупный экспорт — 269 млрд долларов, из которых на США приходится 12,2 млрд (4,6%). Ну, какие в подобном раскладе могут быть «серьезные» прямые санкции? Тем более на уровне «давайте им не продадим»?
Действовать следует иначе. Брать не количеством, а качеством. В чем главная проблема США сегодня? В дефиците торгового баланса, перевалившем за 566 млрд долларов! Степень ее серьезности видна уже по тому, с какой яростью Трамп экономическими санкциями воюет буквально со всем миром, включая текущих союзников по военным и политическим блокам. А Турцию так вообще на днях занесли в прямые противники. Значит, что? Значит, надо нашим иностранным партнерам именно в этих проблемах «помочь». По всему товарному списку.
Для всей американской торговли полтора миллиарда долларов как сумма, может, и не много, однако если вспомнить, что они приходятся на автомобильный и авиационный транспорт, она играет совсем другими красками. Вот что случится с российской экономикой, если мы вдруг решим, что американские «Боинги» ничем принципиально не лучше «Аэрбасов» и директивным образом станем закупать только европейцев? И усиленно «допиливать» свой МС-21. Тем более что дело коснется только новых покупаемых машин, без исключения из эксплуатации уже там находящихся.
Мне почему-то кажется, что кроме некоторых технических сложностей на переучивание экипажей, потребитель разницы даже не заметит. А вот в руководстве «Боинга» вопрос наверняка окажется воспринят сильно трагичнее.
Да и с Европой появится дополнительная тема «о чем поговорить» ко взаимному удовольствию. Прибыль, она, знаете ли, сближает. И Саре в бундестаге тоже станет легче убеждать герров и фройляйн в глупости продолжения поддержки антироссийской позиции США.
Что там дальше? Соевые бобы. США, конечно, мировая промышленная держава, но, как показали переговоры с Китаем, важную ставку на улучшение сальдо внешнеторгового баланса Вашингтон делает на продовольствие. В первую очередь — на расширение сбыта соевых бобов. А их, кроме Северной Америки, в весьма товарных количествах производят и продают: Бразилия, Аргентина и Индия! И с любыми из них, особенно с Индией, у нас сразу тоже появляется благодатная тема для плодотворных переговоров по поводу возможности «заменить выбывающих из гонки американских конкурентов».
Что-то мне подсказывает, такие наши предложения в Нью-Дели встретят с очень высоким энтузиазмом. Что касается Китая, то он на импорт американских соевых бобов свои запретительные санкции уже ввел, чем сразу заметно сократил объем их продаж. Полагаю, полезный опыт нам тоже стоит перенять.
И вот так по всему списку. Там в нём примерно миллиардов на пять есть такого, что вроде как не шибко много в абсолютной сумме денег, но по целевой значимости именно для США очень даже чувствительно. На 1,7 млрд химической продукции мы не можем взять у BASF? Полагаете, немцы в расширении своего сбыта откажут?
Словом, если смотреть на вопрос объективно, относительно легко поменять поставщика мы можем по 78% нашего импорта из-за океана. Зачем нам создавать дополнительную безработицу у себя дома, если ничего для себя не теряя, мы сможем увеличить ее в Америке? Пусть не полностью фатально. Пусть всего на какой-то десяток-другой тысяч рабочих мест. Но для них это уже существенно и более чем ощутимо. А нам ведь нужен в первую очередь именно ощутимый результат, или только «шашечки»?
Вот это и называется эффективная стратегия непрямых действий. Ее еще один мудрый китаец очень сильно рекомендовал. А уж он в области практического применения стратегий понимал более чем. Так что про батуты — это по незнанию. Уж если бить, то тут эффективность много важнее внешних понтов.