PROFIT Retail & Finance Day 2024: банки vs ритейл - кто не трансформируется, тот умрет
29 марта в Алматы прошла конференция PROFIT Retail & Finance Day 2024. Ключевой темой мероприятия стали маркетплейсы, а также умные технологии в продажах и финтех.
В современном мире цифровые экосистемы играют все более важную роль. И сегодня мы уже можем говорить о том, что маркетплейсы, электронная коммерция, финтех и банки тесно взаимосвязаны. Банки активно сотрудничают с маркетплейсами, предоставляя платежные решения и обеспечивая безопасность транзакций. Но также они все чаще идут по пути создания собственных торговых площадок. Сами маркетплейсы уходят в развитие банковских сервисов, примером чего является запус «Озон банка» в России. Третья сторона этого треугольника — финтех-компании, которые внедряют различные платежные решения, и, соответственно, заинтересованы как в сотрудничестве с банками, так и с розничным бизнесом. А вишенка на торте — цифровые или нео-банки, которые и вовсе выделились в отдельное направление, вобрав в себя функционал всех вышеперечисленных сторон. О том, как сегодня в Казахстане развиваются платежные решения, ритейл и электронная коммерция, а также банки, эксперты обсудили на PROFIT Retail & Finance Day 2024.
Конференцию открыла Елизавета Музалевская, менеджер по стратегическому консультированию в области финансового сектора и e-commerce PwC Казахстан. Она представила статистику развития BNPL на рынке Евразии. BNPL (buy now, pay later — купи сейчас, плати потом) — это покупки в рассрочку без, начисления процентов и дополнительных комиссий. Этот способ оплаты становится все популярнее. Его ключевые преимущества — омниканальность, таргет на правильную аудиторию, данные и нативная конвертация пользователей.
«Рост электронной коммерции и появление новых технологий в финансовом секторе ускорили развитие BNPL. По данным 2022 года Европа и Австралия лидируют на рынке BNPL благодаря сильным BNPL финтехам. При этом рост BNPL неразрывно связан и драйвится увеличением объемов рынка электронной коммерции. В Казахстане рынок e-com уверенно растет. За первое полугодие 2023 года прирост объема составил 79%, количество транзакций выросло на 87%, а сумма среднего чека снизилась на 4%. О том, какова же сегодня доля BNPL в ритейле Казахстана, пока мы знаем мало, но планируем в ближайшее время этот показатель рассчитать», — выступила Елизавета Музалевская.
К слову, по данным Statista, в мировом масштабе способ оплаты BNPL стал самым слабо распространенным в 2021 году с точки зрения платежей в e-com. Тогда через BNPL было совершено всего 3% платежей. При этом, согласно прогнозам, в 2025 году доля BNPL увеличится до 5%.
Так почему же речь зашла именно про BNPL? Тут все просто — это как раз тот платежный продукт, который маркетплейсам и ритейлерам предоставляют банки. Либо же сами маркетплейсы идут в банковское направление, чтобы предоставить своим клиентам возможность таких платежей. Подобным образом в России поступил Ozon. В обоих случаях банковское направление стало дополнительным сервисом для клиентов бизнеса.
А как же выглядит казахстанский потребитель сегодня? Каков его путь в онлайн- и офлайн-ритейле? С обзором казахстанской e-com статистики выступила Юлия Скрябина, бизнес-партнер индустрии E-commerce, Yandex Ads.
«По данным Statista за 2023 год доля рынка электронной коммерции в Казахстане составляет 51%, прогноз на 2024 г. — почти 53%. 84% активной аудитории Яндекса в возрасте 18-55 лет за последний год совершали покупки в интернете. В 2023 году на 28% вырос объем продаж непродовольственных товаров, также пользователи на 13% чаще стали покупать онлайн продукты питания. Это все влияет на увеличение объема рынка розничной электронной торговли. В 2023 году он составил 79%. Этот также влияет и на поведение пользователей перед покупкой: потребители стали делать больше товарных запросов — это +4% в четвертом квартале 2023 года. При этом, e-com запросы задают люди всех возрастов, с преобладанием возрастной категории 18-24 (43%)», — поделилась Юлия Скрябина.
Если же говорить в целом о цифровой инфраструктуре финансового рынка в Казахстане, то здесь идет активная работа со стороны регулятора, с учетом тех трендов и вызовов, которые влияют на рынок. Об этой работе рассказала Асель Марченко, заместитель председателя Национальной платежной корпорации Казахстана.
«Финансовые регуляторы по всему миру в поисках оптимальных подходов. Набор инициатив определяется спецификой целей и задач конкретной юрисдикции. Если говорить о мега-трендах, то сегодня это цифровые валюты центральных банков, Open Banking/ Open Finance, eKYC & eID & DID, локальная и региональная платежная инфраструктура. Национальный Банк Казахстана выработал тактические приоритеты в условиях новых вызовов, обозначив приоритеты и технические инициативы. Среди приоритетов — бесперебойность и надежность безналичных платежей, инклюзивность и доступность финансовых и платежных услуг, трансграничная интероперабельность, интероперабельность с другой финансовой инфраструктурой и с GovTech, кибербезопасность и защита от мошенничества, конкуренция на финансовом и платежном рынке. Технические инициативы включают в себя локализацию обработки розничных транзакций и новые сервисы, удешевление идентификации и защита данных граждан, диверсификация каналов трасграничных платежей, оптимизация и удешевление оптовых транзакций, повышение эффективности госрасходования, обеспечение проактивности, сокращение стоимости AML и ускорение скорости реагирования на мошенничество, снижение барьеров входа на рынок для новых игроков и расширение выбора», — сделала обзор Асель Марченко.
Еще об одном тренде в ритейле рассказал Рустем Алиев, Associated Organization Design & Strategic Workforce Planning, основатель Aliiev Consulting Tesco (Великобритания). Он обратил внимание на возрастающую популярность искусственного интеллекта и сделал обзор того, как AI изменит ритейл.
«Будущее уже пришло в ритейл. Чем дольше компании ждут и бездействуют, тем выше риск того, что они не смогут наверстать упущенное. Решение проблем автоматизации и адаптация сотрудников должны быть в повестке каждой команды управления розничной торговлей. Фактически, влияние AI на рабочие места происходит уже сегодня. 62% бизнес-лидеров уже инвестировали в инструменты искусственного интеллекта и автоматизации для своих сотрудников. 37% организаций внедрили AI в той или иной форме. 270% — на столько за последние четыре года выросла доля предприятий, использующих AI. 95% взаимодействий с клиентами к 2025 году будут осуществляться с помощью AI. 54% — на столько ожидается рост глобального рынка программного обеспечения для AI в годовом исчислении. При этом внедрения технологии само по себе недостаточно, ритейлерам также необходимо переосмыслить свои операционные модели в магазинах, распределительных центрах и офисах», — говорит спикер.
Сегодня искусственный интеллект уже помогает ритейлерам улучшить маркетинговые стратегии, анализируя данные о клиентах и прогнозируя поведение клиентов. AI также может помочь улучшить качество обслуживания клиентов, предоставляя персональные рекомендации и улучшая управление запасами. Также AI может использоваться для выявления мошенничества и предотвращения потерь в розничной торговле.
А о том, кем же друг другу сегодня приходятся ритейл и банки, эксперты поговорили на панельной дискуссии в рамках конференции.
Ритейл и банки — союз или противостояние?
«Одно из преимуществ банков — это огромный капитал. Наверное, намного больше, чем у любого телекома. И это большое преимущество помогает им развиваться в направлении ритейла в связке с маркетплейсом, — говорит Денис Ревенко, директор департамента развития бизнеса девайсов и e-commerce АО "Кселл". — Наш маркетплейс не такой обширный. Там представлены только устройства и аксессуары, которые непосредственно связаны с мобильной связью. В первую очередь наши продукты и товары направлены на то, чтобы привлекать пользователей отличными условиями, связанными именно с мобильной связью. Для нас это история про то, чтобы клиент оставался с нами как можно дольше, чтобы пользоваться именно мобильными сервисами. А банк — это, скорее, часть экосистемы, которая помогает нам делать наши предложения для клиентов еще более интересными. У нас есть программы кешбэков, которые мы также совместно с командой нашего банка делаем, и все направлено лишь на то, чтобы клиенты пользовались всеми продуктами экосистемы получали от них реальный кайф».
Ленар Набиуллин, менеджер голосовых решений Yandex SpeechKit, Yandex Cloud, добавил, безусловно, есть, о чем разговаривать, банкам и маркетплейсам, и они друг другу точно могут быть полезны.
Интересно, что многие спикеры упомянули о том, что именно большее развитие маркетплейсов в связке с банками и телекомом позволит уменьшить серый импорт. По крайне мере, это справедливо в отношении мобильных телефонов, нелегальный процент которых в Казахстане доходит до 50%. Решить ситуацию помог бы вариант, при котором исключительно оператор занимается продажей устройств связи.
«Используя свой собственный капитал, очень легко придумывать интересные программы для потребителей. Но есть и вторая сторона — для того, чтобы ускорить процесс зарабатывания денег, банки часто запускают на свои маркетплейсы, скажем так, недобросовестных игроков, которые продают товар, который был завезен не совсем легальным способом. И от этого в первую очередь страдают потребители», — пояснил Денис Ревенко.
А вот Виктория Новичкова, СЕО Freedom Mobile & Freedom Drive, предложила рассмотреть, возможно ли сегодня разделить направления ритейла и банков. По ее словам, такой вариации уже нет. Банки необходимы для того, чтобы сделать продажу в ритейле.
«Рынок уже выглядит таким образом, что всегда под капотом есть банк. Если мы посмотрим, например, на розницу в Казахстане, то 90% продуктов продается в кредит или в рассрочку. Это значит, что за кэш люди вообще в Казахстане перестали покупать. Можно ли открыть розницу и не привести туда банк? Невозможно. Нужно ли, чтобы у тебя была вариация для клиента? Нужно. Можно ли сейчас продавать продукт без кредитного продукта? Нет. Кстати, такой подход сильно распространен только в Казахстане благодаря тому, что один игрок всю эту историю затеял. Можем ли мы сузить эту историю сейчас, чтобы уменьшить кредитование или рассрочку? Нет, не можем. Поэтому да, банки с ритейлом — это абсолютнейшая синергия. Но от этого иногда мне грустно, потому что люди не умеют управлять своими финансовыми портфелями, не умеют считать деньги, в большинстве своем не умеют рассчитывать, смогут ли вернуть кредит», — поделилась Виктория Новичкова.
Вячеслав Попов, руководитель портфеля стратегических проектов АО «Банк ЦентрКредит», рассказал об опыте банка, который решил пойти немного другим путем и отказался от построения розничного маркетплейса: «Мы посмотрели, что есть у конкурентов, и решили не идти в этот красный океан. Когда мы изучали, делать ли своей розничной маркетплейс и посчитали экономику всей этой истории, оказалось, что там большие капитальные затраты и высокая оборачиваемость при низкой марже. Большое количество игроков рынка пошли в эту историю потому, что думали, что они заработают через именно BNPL-модель. На самом деле не все так радужно. Если ты хочешь выйти на маркетплейс, тебе приходится конкурировать, например, среди предложений от 10 разных банков. И выигрывает тот, кто будет демпинговать. Собственно, может получиться так, что маржа не окупает продукт. Мы искали свою интересную нишу и пошли в тему факторинга. То есть, мы пошли в историю, когда юр. лицо покупает у юр. лица — это цепочки сбыта, цепочки поставок. Там везде возникает кассовый разрыв, он постоянный — либо отсрочка платежа, либо нужно для закупки, и не хватает кэша. Банк ЦентрКредит на данный момент является лидером рынка по факторингу. Это как раз потому, что мы нащупали эту нишу через тестирование гипотез. У нас есть маркет, он пока в закрытом тестировании, мы тестируем именно факторинг и именно цепочки поставок. Наша суперсила — это как раз финансирование цепочек поставок».
Так почему банки открывают маркетплейсы сами и начинают продавать? Почему ритейлеры, со своей стороны, открывают банки вместо того, чтобы взаимодействовать с игроками, у которых есть экспертиза и ресурсы?
Ленар Набиуллин считает, что все дело в сложности коммуникаций, в данном случае — с неповоротливыми банками: «Не все банки идут по пути маркетплейсов, и не все маркетплейсы создают свои банки. Крупные банки пытаются строить свои маркетплейсы, потому что у них есть данные о пользователях, кредитная история. А маркетплейсы, для того чтобы удовлетворять запросы клиентов и предлагать свои рассрочки, покупают банковскую лицензию и предлагают кредиты. Потому что самим строить пользовательский путь намного проще, чем в коллаборации с банком, многие из которых не гибкие».
Виктория Новичкова отмечает, что пути назад на этой дороге уже нет. Люди привыкли пользоваться сервисами, поэтому рынок и дальше будет развиваться в подобном ключе. Однако бизнесам, чтобы оставаться успешными в эпоху постоянного шторма, необходимо, не дожидаясь упадка, подумать о пересборке. А экосистема как раз и может вывести бизнес в нужное русло.
«Сегодня цифровая экосистема Freedom включает 12 компаний, 7,1 тыс. сотрудников и 4 млн пользователей. На мой взгляд, все делают маркетплейсы для того, чтобы, в том числе, снизить какие-то риски в одном месте, увидеть больше клиентов в другом месте. Сейчас все ушло в диджитал, и диджитал сегодня диктует правила того, где ты берешь клиента. Если мы посмотрим, откуда приходит трафик в рознице, это, конечно, исключительно онлайн-канал. Соответственно, важно, чтобы тебя люди знали, знали твой бренд. Маркетплейс позволяет этих людей у себя зафиксировать. Мы все собираем знания о клиенте, а маркетплейс позволяет знать о клиенте все. Если мы смотрим на сам маркетплейс, то для банка он, наверное, не сильно интересен. Но если смотреть со стороны экосистемы, я могу предложить клиенту ипотеку, автокредитование, денежный кредит — все, что угодно. Потому что этого клиента я уже к себе привел. Именно поэтому бизнесы создают экосистемы — исключительно для того, чтобы было большое покрытие населения, и ты мог этого клиента "достать". У тебя есть его ИИН, ты знаешь его телефон, ты можешь предложить любой продукт», — говорит Виктория Новичкова.
Спикеры не раз упоминали о той большой роли, которую играют данные в построении бизнеса и коммуникациях с клиентами. Однако мало просто собрать эти данные, надо их правильно обработать и использовать. Как это сделать, рассказали Айнур Сидельковская, управляющий партнер BeCloud.ai, и Евгений Степанов, директор Vertica в странах СНГ, Ближнего Востока и Африки. Они представили кейс по созданию в одном из банков второго уровня единого пространства для работы с клиентскими данными.
«В рамках реализации проекта мы выбрали решение Vertica Analytics Platform, которое показало себя наилучшим образом по результатам промышленного тестирования и в сравнении с другими аналитическими СУБД. В целом, любые задачи, связанные с данными, мы решаем для наших клиентов облегчая им собственные нагрузки. У BeCloud.ai более чем 15-летний опыт по внедрению промышленных хранилищ данных, Data Lake, Data Management & Governance, внедрению Industrial IoT и интеллектуальных систем управления производственными процессами, углубленной аналитике (Data science, Data mining, Machine Learning) и визуализации данных (Business Intelligence), а также разработке стратегий по внедрению AI-решений, Datadriven менеджменту и трансформации компаний», — отметила Айнур Сидельковская.
Евгений Степанов, со своей стороны, рассказал о кейсах, когда корпоративное хранилище данных совмещают с DSML-задачами прямо непосредственно в одной СУБД: «Здесь наше решение является прорывным, т. к. помимо того, что Vertica Analytics Platform является очень производительной базой данных, у нее присутствует поддержка всего процесса машинного обучения».
О важности предоставления клиенту как можно большего набора сервисов в своей экосистеме сказал и Денис Ревенко. Именно поэтому Кселл в свое время и пошел в банковское направление — в августе 2021 года совместно с Jusan Bank оператор объявил о запуске полноценного необанка OGO Bank.
«Наша команда за последние несколько лет очень хорошо продвинулась с точки зрения прогностических моделей. И мы точно сейчас понимаем, что самые работающие механизмы — это когда клиент получает для себя выгодное приложение в моменте. Когда он посетил несколько площадок, и мы понимаем, что клиент интересуется каким-то определенным товаром, соответственно, в этот момент маркетплейс может выдать ему какое-то уникальное предложение исключительно для него — здесь и сейчас. Поэтому, в любом случае, мы говорим про экосистему, про то, что банки запускают свои маркетплейсы, чтобы увеличить касание с клиентами. Сейчас все очень стремительно перемещается в онлайн, и сейчас это единственный способ покрыть какие-то риски и увеличить свой профит», — прокомментировал Денис Ревенко.
Сергей Коптик, глава цифровых сервисов АО «Кселл» продолжил тему и рассказал об опыте построения OGO Bank. В 2023 году число клиентов OGO Bank выросло на 65% год к году, а обороты по картам увеличились на 55%. По словам Сергея, необанки — это пример нового подхода к банковскому делу.
«Одной из основных причин роста транзакций и оборота в необанке является рост адаптивности цифровых платежных методов. С ростом клиентов, использующих приложения для мобильных платежей, становится более простым и удобным проводить финансовые транзакции без наличных или пластика. Таким образом, в 2026 в необанках по всему миру ожидается оборот более 7.5 трлн долларов», — отметил он.
Банки и маркетплейсы — а что дальше?
В каком ключе коллаборация банков и маркетплейсов будет развиваться в ближайшее время, пока непонятно. Спикеры лишь сошлись во мнении, что банки продолжат трансформироваться, поскольку им важно следовать за свои клиентом, который ушел в онлайн и, похоже, там и останется.
«Банки будут трансформироваться, 100%. Это больше про создание экосистем. Второе — банк будет стремиться к открытым API и больше превращаться в сервис. Это мировой тренд, и мы тоже в эту историю идем. Ритейл тоже не будет всегда находиться только на одном либо двух маркетплейсах. Это всегда будет диктоваться рынком. Есть спрос, есть предложение, и есть как раз вот эта маржинальность, благодаря которой ты балансируешь. Если тебе маржа позволяет на маркетплейсах размещаться, ты размещаешься. Как только маржинальность снижается, ты начинаешь икать варианты, возможно даже задумываться о своей площадке. То есть, все будут отталкиваться от рынка и трансформироваться. Ну, а те, кто не трансформируется, тот умрет», — высказался представитель АО «Банк ЦентрКредит».
Кроме того, ритейл и банки, очевидно, будут и дальше идти по пути цифровизации. И здесь речь уже не столько про коллаборацию, сколько про внедрение новых сервисов. И одно из направлений на этом пути — облачные услуги. Они являются хорошим решением для небольших компаний, не обладающих серьезными бюджетами на внедрение инноваций локально. Об одном из таких примеров, внедрении облачного финтех-процессинга, рассказал Борис Фищук, генеральный директор АРТ-Банк, компании, занимающейся банковскими и розничными системами.
«У нас есть следующая проблематика: отсутствие IT-ресурсов у небольших игроков рынка (банки, финансово-кредитные организации), недостаток продуктологов и возможностей быстрой реализации идей бизнеса, а также монополизация крупными банками подобных бизнесов в силу наличия ресурсов для реализации. И именно облака становятся отличным выходом. Финтех-процессинг как сервис можно подключить за считанные недели, получив высокотехнологичные продукты без больших вложений, а также сэкономив на "софте", "железе" и людях», — сделал обзор спикер.
Цифровой ритейл — почему он так важен сегодня
Цифровой ритейл сочетает в себе традиционные методы торговли с современными цифровыми технологиями, позволяя улучшать качество сервиса за счет персонализации и аналитики, а также эффективно управлять бизнесом за счет автоматизации внутренних процессов.
О своем подходе в цифровизации ритейла рассказали представители Awara IT — Марк Самойлович, директор ERP-практики, и Евгений Пчелин, директор по развитию бизнеса. Они показали один из реализованных кейсов по бизнес-консалтингу и представили те инструменты, которые предлагает сегодня Awara IT.
«Мы автоматизируем ключевые бизнес-процессы и внедряем инновации, используя как технологии мирового уровня, так и собственные разработки для ERP, CRM, Low Code, Data & AI, управляем ИТ-активами и помогаем компаниям перейти на облачные технологии и работать в защищенной информационной среде. Мы работаем с широкой линейкой ПО, от классических офисных продуктов до масштабных международных решений, и обладаем глубокими знаниями локальной специфики внедрения, помогая клиентам оптимизировать глобальный бизнес», — отметил Евгений Пчелин.
Тему повышения эффективности в ритейле продолжил Ади Амиров, специалист по продажам ТОО «ЛинкМастер Казахстан». Он рассказал о приборах для энергетики и IT инфраструктуры, а также об их применении.
«Мы занимаемся поставкой и дистрибьюцией контрольно-измерительного оборудования, предоставляем оборудование в аренду, поставляем различные системы, проводим тренинги, также у нас есть своя метрологическая лаборатория. В портфолио компании более 50 брендов, представленных странами как США, так и Европы. Как вы все знаете, пандемия в свое время внесла большие коррективы в ритейл-бизнес, увеличились онлайн-продажи. Соответственно, бизнесу пришлось перестроить или модифицировать свои логистические цепочки, IT-инфраструктуру, пересмотреть технологии и решения, применяющиеся к персоналу, к продуктам и в целом ко всему бизнесу. При этом важно уделять внимание физической инфраструктуре, на которой и держится функционирование бизнеса. И здесь LinkMaster готов предложить продукты от Fluke (мультиметры, тепловизоры, тестеры электроустановок, анализаторы качества электроэнергии) и NetAlly (многофункциональные сетевые тестеры)», — сделал обзор спикер.
Экспорт казахстанского успеха — где он?
Несомненно, в Казахстане есть успешные модели реализации проектов на стыке ритейла и финансов. Но они так и остаются в стране, не распространяя свой опыт зарубеж. Почему это происходит? Что мешает компаниям выходить за пределы страны? На эти вопросы спикеры панельной дискуссии ответили неоднозначно.
«Если говорить не только про банки и ритейл, а в общем, то экспорт казахстанских проектов, безусловно, есть. Я имею в виду, например, какие-то стартапы, которые сегодня зарождаются в Казахстане и уезжают. Они делают классные продукты. У нас есть отличный венчурный фонд MOST, и, на мой взгляд, они делают огромную работу по акселерации стартапов. У них в портфеле уже порядка 20 компаний. Например, есть классный проект Cerebra. Это продукт, который "предугадывает" что у пользователя произойдет инсульт. Такого нет нигде в мире, и эти ребята сейчас получают лицензию в Америке. Также могу упомянуть "Арбуз" — ребята уехали в Америку и развивают этот продукт там. Или на примере холдинга Freedom — это самый главный экспорт, который я вижу перед своими глазами. Это 12 стран, где холдинг представлен сегодня, со штаб-квартирой в Казахстане. И экспорт мозгов и всего остального происходит отсюда. Изначально команда здесь строила бизнес, а потом разъехалась и стала развиваться в других странах, в том числе — и банки открывать», — говорит Виктория Новичкова.
Прозвучало даже мнение, что именно за пределами Казахстана инноваторам проще получить признание. Его высказал Вячеслав Попов: «На самом деле, у нас признание отечественных проектов происходит небыстро. Та же самая команда Cerebra больше пяти лет не могла пробиться на нашем рынке. Ребята получили 500 или 600 отказов, прежде чем подписали свой первый контракт. Еще один пример — казахстанский сервис по биометрии. Пока он не подписал международный контракт, его не признавали местные банки. Поэтому везде нужно работать, нужны коммуникации, надо верить в свой продукт и иметь большое количество заряда и готовности к неудачам. И в первую очередь, если это технологический проект, то для того, чтобы себя в Казахстане зарекомендовать, скорее всего нужен какой-то контракт за границей».
Одним из примеров удачного выхода на мировой рынок является казахстанская компания Automated Communication Solutions. Ее генеральный директор и основатель Наиль Хисамутдинов совместно с Ленаром Набиуллиным рассказал о преимуществах голосовых роботов в коммуникациях с клиентами в Retail и e-com.
«Мы с компанией TDS организовали совместное предприятие и автоматизируем коммуникации в ритейле с использованием голосовых роботов. На сегодняшний день мы являемся вендором платформы по автоматизации коммуникаций, работаем практически по всему миру, занимаемся экспортом услуг», — говорит Наиль Хисамутдинов.
«Голосовые коммуникации, голосовой канал взаимодействия с клиентами очень важен. Мы видим, как автоматизация контакт-центров постоянно растет. Но ключевую роль в голосовых коммуникациях, конечно же, играет технология распознавания и синтеза речи», — отметил Ленар Набиуллин. Он сделал обзор продуктов и разработок Yandex SpeechKit, которые учитывают мультиязычные модели, а также предлагают синтез речи по шаблону Yandex SpeechKit Brand Voice.
Дискуссия об экспорте казахстанского успеха переросла в констатацию того факта, что страна теряет «мозги» — лучшие кадры уезжают из-за того, что не видят для себя интереса в местных компаниях.
«Какой-то привлекательности в казахстанских работодателях для молодых специалистов сейчас нет, — считает Денис Ревенко. — Очень мало компаний готовы инвестировать деньги в развитие таких сотрудников, взращивать в них таланты, чтобы в дальнейшем они оставались в Казахстане и делали реально крутые продукты. Потому что большинство из них, действительно, пока не получат какое-то международное признание или сертификацию, здесь вообще никому не нужны. И они это понимают уже на 3-4 курсе — что перспектив в Казахстане мало. Поэтому и смотрят на зарубежные компании. И говоря про экспорт: мы отлично наладили экспорт молодых кадров в другие страны. На нашем же рынке невозможно найти нормальных специалистов. Они уже где-то работают, или им в принципе не интересно работать в казахстанской компании, поскольку им не могут предложить все те условия, на которые они рассчитывают. Их уже не привлекает стандартный или базовый набор "плюшек", им нужно чего-то большее».
Его поддержала Виктория Новичкова, отметил, что кадры — это самая главная боль, которая есть сегодня у любого бизнеса в Казахстане: «Да, на рынке есть экспертиза, но это экспертиза локальная. У специалистов очень мало насмотренности, мало знаний. Например, многие компании в телекоме на руководящие позиции привлекают экспатов. Почему? Потому что насмотренность выше, знание продукта выше, потому что он до этого был еще на каком-то рынке и показал там успех».
Казахстанский опыт и кейсы
О том, как себя сегодня чувствует в Казахстане крупный российский маркетплейс, рассказал Максим Губанов, директор Wildberries по логистике в странах СНГ. Сегодня Wildberries представлен в 8 странах, имеет 36 тыс. пунктов выдачи по всем странам присутствия, отгружает более 13 млн товаров в день. Что касается логистической инфраструктуры в Центральной Азии, то площадь сортировочных центров в Казахстане составляет более 30 тыс. кв. м. В Кыргызстане и Узбекистане — 1800 кв. м. и 1200 кв. м., соответственно. В Казахстане работает 6 сортировочных центров, открыто 944 пункта выдачи товаров. На площадке сегодня торгует более 40 тыс. казахстанских предпринимателей, рост их продаж год к году составил 116% (3,6 млрд тг.). При этом продажи внутри Казахстана выросли на 104%.
«Wildberries инвестирует в несколько больших индустриальных проектов в Казахстане. Строительство одного из них идет полным ходом, и в самое ближайшее время в Алматы мы откроем большой складской комплекс, который будет, наверное, одним из крупнейших на сегодняшний день в стране. Это позволит, в первую очередь, сократить сроки доставки, а местным местным селлерам — выходить не только на рынок России, но и концентрироваться на местном локальном рынке. Следующий объект будет в Астане чуть попозже. Аналогичные проекты намечаются в Киргизии и Узбекистане», — поделился Максим Губанов.
Он также рассказал о барьерах развития электронной коммерции в ЦА. Среди них — низкая скорость доставки, ее высокая стоимость, недостаточная цифровая грамотность населения и потребительские привычки покупать оффлайн. Решением части этих проблем может стать открытие складов на территории ЦА, развитие сервиса «Маркетплейс», уберизация перевозки и доставки, а также вовлечение инфраструктуры почты и цифровизация сервисов доставки. Подробнее о цифровизации логистики мы поговорим на отдельной конференции PROFIT Logistics Day, которая пройдет 20 сентября 2024 года.
Об омниканальных продажах и клиентском опыте рассказал Бахтиёр Юлдашев, директор по онлайн-продажам торговой сети Evrika. Он также поделился особенностями онлайн-продаж в Казахстане. В нашем e-com доминируют маркетплейсы, которые занимают долю порядка 89%. При этом важным фактором по-прежнему остается стоимость покупки. Evrika представлена в онлайне сразу в нескольких каналах — это сайт компании, мобильное приложение, а также популярные казахстанские маркетплейсы.
«У нас все заказы поступают в единую CRM-систему Creatio, из нее автоматически формируются заявки, которые поступают в базу данных 1С, далее заказы по мере способа доставки направляются либо в магазин, если это самовывоз, либо создается автоматический акт доставки, который попадает на портал доставки, где назначается курьер и маршрут, после чего товар отправляется клиенту», — сделал обзор спикер.
Конференцию закрыл Александр Афанасьев, директор по цифровой трансформации компании Leomax. Это один из крупнейших операторов дистанционной торговли в РФ. Александр рассказал о важности проактивности ИТ-департаментов. Ведь именно они живут задачами бизнеса и помогают ему расти и развиваться.
«Рынок и мир сейчас уже такие, что простыми способами автоматизации и цифровизации уже не обойтись. Требуется экспертиза, причем экспертиза одновременно хорошего уровня как в IT-инструментах, так и в бизнесе, синергия этих экспертиз. Поэтому проактивный IT-департамент — это не "подарок". Это некое требование, которое уже должно быть в принципе выполнено», — считает спикер.
Посмотреть фоторепортаж с конференции PROFIT Retail & Finance Day 2024.
Видеозапись конференции: