Кризис на Украине создает дилеммы для Индии, КНР и других — Strategist
Кризис на Украине поставил перед тремя странами Ближнего Востока — Турцией, Израилем и Ираном — а также Индией серьезные политические трудности. По разным причинам им приходится решать сложную задачу, которая заключается в том, как найти баланс между противодействием российской «агрессии» против «суверенного» государства Украина и поддержанием хороших отношений с Москвой. До сих пор им удавалось найти этот баланс, но теперь, когда российское «вторжение» в самом разгаре, им нужно четко занять свои позиции, пишет профессор социологии Университета Западной АвстралииАмин Сайкал в статье, вышедшей 25 февраля в The Strategist.
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, чья страна является членом НАТО, за последние несколько лет установил хорошие рабочие отношения с президентом России Владимиром Путиным, несмотря на их разногласия по Сирии и прошлые препоны. В своей позиции он склоняется к Москве. Тем самым он выступает против неблагоприятного, как он считает, отношения к нему США и Западной Европы, особенно после неудавшегося государственного переворота 2016 года в Турции, а также последовавших за ним жестких репрессий против оппозиции. Он купил российские зенитно-ракетные комплексы С-400, что вызвало недовольство Соединенных Штатов, которые, в свою очередь, исключили Турцию из своей программы создания истребителей F-35.
Между тем Эрдоган поддерживает хорошие отношения с Украиной и выступает решительно за сохранение суверенитета и территориальной целостности страны. В преддверии российского «вторжения» он призывал к дипломатическому урегулированию кризиса и избегал прямой критики России. Однако теперь ему нужно решить: встать ли на сторону партнеров Турции по НАТО или выбрать независимый курс, который может еще больше огорчить этих партнеров.
В затруднительное положение действия Путина также поставили и Израиль. Тель-Авив обеспокоен российской агрессией и имеет хорошие отношения с Украиной, президентом которой является еврей. Но еврейское государство проявило осторожность, чтобы не вызвать раздражение у Москвы. Путин поддержал Израиль, несмотря на жестокое обращение еврейского государства с палестинцами в условиях оккупации. Тем не менее он также политически и военным образом поддержал сирийский режим Башара Асада в фактическом союзе с Ираном, который Израиль считает заклятым врагом в регионе. Тель-Авиву нужно понимание Москвы для нанесения ударов по иранским силам и силам союзной Ирану ливанской «Хезболлы» в Сирии.
Хотя Москва иногда критиковала Израиль за нарушение суверенитета Сирии и воздушного пространства при регулярных бомбардировках объектов Ирана и «Хезболлы», она не хотела вступать в бой с Израилем, пока его вылазки не создавали никаких проблем для России на местах. Израиль хотел бы, чтобы этот статус-кво сохранялся.
Иран поддержал «авантюру» России на Украине, как и ожидалось, учитывая зависимость Тегерана от Москвы в плане поставок оружия и скоординированных действий в Сирии. Помимо этого, Тегеран нуждается в поддержке Москвы в продолжающихся в Вене переговорах по возрождению многостороннего ядерного соглашения с Ираном 2015 года, которое расторг в 2018 году президент США Дональд Трамп и которое пытается возродить его преемник Джо Байден.
Это не означает, что Тегеран очень доверяет России. Напротив, в истории двух стран достаточно горьких моментов. Но Тегеран видит преимущества в том, чтобы не критиковать Москву по поводу Украины. Однако при этом он рискует спровоцировать неудовольствие американцев ядерными переговорами, если не изменит свою позицию с косвенного на прямой диалог с США.
Индия оказалась в очень неловкой внешнеполитической ситуации. Правое индуистское правительство премьер-министра Нарендры Моди установило тесные отношения с Вашингтоном, в результате чего Индия присоединилась к США, Великобритании, Японии и Австралии в рамках Четырехстороннего диалога по безопасности, который широко рассматривается в качестве антикитайской меры. Однако Нью-Дели также поддерживает очень тесное оборонное сотрудничество с Россией, которая является крупным поставщиком оружия в Индию. В первую очередь по этой причине Моди до сих пор придерживался позиции, сходной с позицией Эрдогана по украинскому конфликту, — по сути, избегая принятия какой-либо стороны, хотя в телефонном разговоре с Путиным он призывал к «немедленному прекращению насилия».
Моди сталкивается со все большим давлением, по крайней мере косвенным, со стороны других членов Четырехстороннего диалога по безопасности, которые резко осудили действия России и ввели санкции против Москвы. Теперь, после российского вторжения, Нью-Дели вынужден занять более четкую позицию. Если она попытается угодить Москве, Индия, скорее всего, будет рассматриваться как очень слабое звено в этой «четверке», а если она примет позицию по этому альянсу, то, скорее всего, поставит под угрозу отношения с Россией.
Украинский кризис действительно носит глобальный многоаспектный характер. Хотя для большинства западных стран оказалось довольно просто противостоять России, этого нельзя сказать о тех государствах, которые оказались между ней и Западом.