Россия может стать главной мишенью санкций Байдена — Washington Examiner
Нахождение в центре мировой финансовой системы имеет свою силу и привилегии. Соединенные Штаты занимают уникальное место в финансовом мире в качестве центра обмена информацией для большинства деловых операций в мире. Доллар США является валютой выбора для корпораций во всем мире, а это означает, что установление позитивных отношений с банковской системой США абсолютно необходимо, если эти корпорации хотят расти.
Американские чиновники понимают, насколько мощна финансовая система США для мировой торговли и коммерции. Они также понимают, что эта сила может быть использована для продвижения приоритетов внешней политики США — и наказания других стран, которые не находятся на борту. Блокирование активов компании в юрисдикции США, запрет экспорта из другой страны и введение ограничений на поездки неугодных игроков заняли особое место в инструментарии внешней политики администрации Дональда Трампа. Не проходит и недели, чтобы министерство финансов США не объявило о новой порции санкций против иностранного противника. За первые три года администрация Трампа выпустила более 3200 наименований санкций, что на 42% больше, чем за весь второй срок правления администрации Барака Обамы. Китай был особенно большой мишенью для Белого дома Трампа в этом году; с июля у двадцати чиновников китайского правительства или Коммунистической партии были заблокированы американские счета и заморожены американские визы.
Любовь к санкциям распространяется и на другую сторону Пенсильвания-авеню. Только в 116-м Конгрессе были поданы сотни законопроектов о санкциях. Некоторые из самых сильных санкционных мер в истории США являются продуктом законодательства, а часть из них настолько герметичны, что ограничивают способность Белого дома вести переговоры об их отмене в обмен на разумные политические уступки. Если есть что-то, что объединяет консервативных республиканцев, любящих трамповский лозунг: «Сделаем Америку снова великой», с либералами в стиле Берни Сандерса, так это готовность принять санкции, чтобы показать плохим парням, кто здесь главный.
Санкции, однако, могут быть слишком соблазнительным инструментом. Чем больше вы их используете, тем больше склонны верить, что они — волшебная палочка, которая может решить все мировые проблемы. Это, конечно, совсем не так.
Да, американские чиновники могут думать о санкциях как о недорогом способе наказания противников за плохое поведение или как об эффективном средстве давления на правительство, с целью заставить его изменить свое поведение. И тем не менее этот инструмент эффективен в той же степени, как и другие элементы инструментария внешней политики США. Если Вашингтон налагает экономические санкции на другое правительство, не предлагая тому же самому правительству четкую, разумную, дипломатическую дорожную карту, чтобы уменьшить боль, санкции — это не более чем карательные попытки продемонстрировать добродетель. И если смягчение санкций для некоей страны связано с чрезмерно ревностными и нереалистичными политическими целями США, то иностранные правительства сочтут менее рискованным пережить экономический шторм, чем согласиться на унизительную капитуляцию. Иран, Северная Корея, Сирия, Венесуэла и Куба находятся под самыми жесткими американскими экономическими санкциями на планете, но ни одна из них не настолько отчаянна, чтобы удовлетворить требования США, если это потребует сдачи основных интересов их национальной безопасности.
Избранный президент Джо Байден унаследует список назначений министерства финансов, который охватывает тысячи страниц. Его команда по национальной безопасности предположила, что некоторые американские санкционные полномочия будут сокращены, в то время как другие будут расширены. Байден, например, вероятно, будет использовать этот инструмент на фронте прав человека. Россия вполне может стать излюбленной санкционной мишенью для администрации Байдена.
Пересмотр Байденом нынешних санкций — это то упражнение, которое новые администрации проводят в самом начале своего пребывания в должности. Но сам обзор будет бесполезной бюрократической симуляцией, если его администрация не будет задавать ключевые вопросы, которые Вашингтон в целом слишком часто упускает из виду. Будет ли агрессивное применение санкций со временем компрометировать финансовую мощь США по мере того, как страны будут искать альтернативы американской банковской системе? Создают ли они больше проблем, чем решают? Каковы гуманитарные последствия для простых людей? И при каких условиях США готовы их убрать?