Вот уже полгода субботнее утро на Думской площади начинается с пикетов одесситов у здания мэрии. Сюда приходят матери и вдовы погибших бойцов, люди, чьи родные и близкие защищают нас сегодня на фронтах. Они требуют увеличить финансирование помощи ВСУ из городского бюджета, протестуют против «бессмысленных тендеров». Принесли ли митинги на Думской реальные результаты, узнавала «Одесская жизнь».
Миллионы для суда, елок и цветов
Все началось с того, что в августе прошлого года горсовет решил выделить 106 миллионов гривен на ремонт здания Киевского районного суда. Надо отдать должное — не все депутаты поддержали это решение. А председатель бюджетной комиссии Алексей Потапский заявил, что на следующем заседании предложит снять финансирование этого объекта и перераспределить средства на одну из воинских частей.
Была возмущена скандальным тендером и руководитель благотворительного фонда «Корпорация монстров» Катерина Ножевникова. С начала полномасштабной войны она активно помогает нашим защитникам, и о нуждах бойцов знает не понаслышке. Волонтер заявила, что выходит на Думскую площадь в одиночный пикет против недопустимой во время войны траты миллионов из городского бюджета.
Вскоре к ней присоединились сотни неравнодушных одесситов. Выходили даже те, кто никогда прежде в протестных акциях не участвовал, считая это бесполезным. Тем более что финансированием ремонта суда городские власти не ограничились. В частности, планировали «вбухать» шесть миллионов гривен в озеленение города — высадить елки и цветы. А так как во время военного положения массовые митинги в Украине запрещены, протестующие назвали свои пикеты «Кофе на Думской».
О «красивых фразах» и поддержке Кипера
Городские власти, как водится, протестные акции игнорировали.
— Мэр вышел один раз. Это было в сентябре — как раз тогда Катя Ножевникова написала, что уезжает на Донбасс, — вспоминает активистка протестных акций Алла Засухина. — Он выбрал одну маму погибшего героя и пригласил ее на беседу. Сказал, что со всеми разговаривать не будет. Когда она вышла из мэрии — сказала, что говорить было не с кем и не о чем. Как всегда — очень много воды и красивых фраз.
Между тем митингующих поддержал глава Одесской военной администрации Олег Кипер. Неуместные во время войны траты на ремонт суда и озеленение города он потребовал отменить. И обратился с запросом к мэру Труханову разобраться в «целесообразности расходования бюджетных средств на эти цели».
Нужна прозрачность и подотчетность
Еще одним результатом «Кофе на Думской» стало создание при ОВА рабочей группы «Прозрачность и подотчетность». По словам члена комиссии, участника протестных акций у горсовета Дмитрия Казмирчука, ее заседания проходят каждую неделю. Рассматривают здесь обоснованность проведения публичных закупок. И в случае необходимости — принимают решения о проверке тендерной документации Госаудитслужбой. А если потребуется, по ее результатам направляют материалы в правоохранительные органы.
Предложили участвовать в работе группы и Катерине Ножевниковой.
— Катя, когда шла на комиссию, думала, что будет, как всегда — ни о чем, — делится Алла Засухина. — И была очень удивлена, что там разбирали конкретные тендеры, требовали отчетность от всех председателей городских и сельских советов. То есть в ОВА действительно работают в этом направлении. В области ситуация лучше, чем в городе. А в Одессе, такое впечатление, что это никому не нужно. Либо — все в схеме.
По информации Дмитрия Казмирчука, в результате работы группы «Прозрачность и подотчетность» с октября по март в Одесской области на тендерах удалось сэкономить 509 миллионов гривен. Эта сумма была возвращена в бюджет на более актуальные нужды. В первую очередь — на поддержку наших воинов.
О помощи ВСУ и отчетах мэра
Одесский горсовет отреагировал на протестные акции одесситов только через месяц. Скандальный тендер «на елки» был все-таки отменен. К тому же практически ежедневно в мэрии стали проводить встречи с военными — чтобы обсудить их потребности. После массовых протестов одесситов впервые через полтора года войны начали делать закупки для обороны: дроны, приборы ночного видения, тепловизоры, лазерные указки, внедорожники.
В ноябре после пересмотра статей расходов муниципальный бюджет выделил на помощь армии 1,2 миллиарда гривен.
О своей помощи ВСУ мэрия представляет отчеты на официальном сайте. Но, по мнению Аллы Засухиной, релизы эти не слишком убедительны.
— Например, мэр Луцка ежемесячно делает отчеты у себя на странице в Фейсбуке. Там в таблице все дается по наименованиям: чем помощь была оказана, цена за единицу, сколько было закуплено, какая сумма израсходована. Все конкретно. А у нас сейчас горсовет отвез военным тысячу дронов. На какую сумму их купили, сколько денег списали? У нашего мэра ведь тоже есть страницы в социальных сетях. А когда нет прозрачности и отчетности, одолевают разные мысли, — признается активистка. — Доверия к власти, по большому счету, нет.
Результат есть: возможно ли большее?
— Определенный результат пикетирования есть, — считает Дмитрий Казмирчук. — Труханов под давлением общественности выделил на помощь ВСУ за последние полгода больше, чем за полтора года войны: миллиард гривен против 400 миллионов.
Согласна с ним и Алла Засухина.
— Конечно, реальный эффект есть, — подтверждает активистка. — Раньше на помощь военным выделялось 6% от бюджета. По последним сводкам — 9%. Хотя это, конечно, по большому счету, — ерунда. Требования тех, кто выходит в пикеты, — 20% бюджета должны быть направлены на потребности ВСУ.
Вместе с тем, по словам депутата горсовета Петра Обухова (он, кстати, тоже выходил на «Кофе на Думской» и голосовал против тендера на ремонт суда), после того, как у городов забрали налог на доходы физических лиц (НДФЛ), возможность помогать армии значительно уменьшилась. Если раньше определенная часть налога направлялась в громаду, где зарегистрирована воинская часть, то сейчас этими средствами для помощи военным она воспользоваться не сможет. Военный НДФЛ поступает в госбюджет. И закупки всего необходимого для армии должны осуществляться централизованно.
— Поэтому сколько бы народу ни вышло на пикет, в бюджете денег больше не появится, — объясняет Обухов. — Конечно, можно найти в бюджете какие-то расходы, от которых допустимо отказаться. Но там суммы уже совсем небольшие будут. К тому же на этот год около 100 миллионов гривен распределено на помощь жителям разрушенных квартир, около 300 миллионов потратим на обустройство и ремонт убежищ.
«Это — игра в долгую»
В марте депутаты в бюджетной комиссии единогласно проголосовали против выделения средств на ремонт Киевского суда. А Одесса наглядно продемонстрировала всей стране, что выходить на пикеты и требовать от властей, которых мы сами же избрали, справедливых решений — вполне реально.
Одесситы же на «Кофе на Думской» выходят по-прежнему. И не только матери и жены украинских бойцов. Среди пикетирующих горсовет, по словам Аллы Засухиной, в последнее время появились совсем молодые ребята — 17-18 лет. И это не может не радовать. К тому же с декабря по воскресеньям активисты проводят акции и около обладминистрации.
— Хотелось бы, чтобы было минимум 500 человек — две тысячи, — делится Алла. — А если будет пять тысяч, власть всерьез будет с нами считаться.
— Тут главное — держать строй. Это игра в долгую, — не скрывает Дмитрий. — И если забудешь, где фронт, — он окажется там, где сейчас тыл.