Почему «Тинькофф банк» не попал под санкции Запада? Что это значит?
Частные цифровые банки противопоставляют себя сложившейся годами банковской системе. Инвесторы считают, что за ними будущее. В России яркий представитель цифрового формата — «Тинькофф банк» — избежал санкций, несмотря на проблемы в США, возникшие еще недавно у его основателя, тогда как традиционные банки, делающие также ставку на цифровизацию, попали под санкционное давление.
Санкции, введенные в отношении банков России, заставили говорить об их последствиях даже СМИ, далекие от экономической повестки. Так, например, издание Starhit, специализирующееся на новостях шоу-бизнеса, 26 февраля опубликовало статью со ссылкой на материалы ростовского информационного портала 161.ru, задаваясь вопросом, что будет с зарплатами и вкладами на фоне падения рубля и введения санкций в отношении российских банков. Больше 10 российских банков, отмечает издание, уже попали под санкции США и Евросоюза.
Кто-то, пишет далее Starhit, пострадал сильно, как «Сбер» и ВТБ, кто-то меньше — как «Открытие» и «Газпромбанк», напоминая также о появлении тревожных сообщений о том, что «приложения некоторых банков стали глючить». Сбои, пишет издание, фиксировались у «Сбера» и «Тинькофф», при этом отделения банков и платежные системы работали штатно. И хотя, отметим, несмотря на злоключения Олега Тинькова: в 2018 году предприниматель в числе 96 «олигархов» оказался в «кремлевском списке» минфина США, данные которого, как подмечал РБК, полностью совпали с рейтингом российских долларовых миллиардеров по версии журнала Forbes на март 2017 года, позднее — в 2020 году — последовали разбирательства, связанные с претензиями налоговой службы США, санкции «Тинькофф банк» миновали.
Тем не менее в информационном пространстве появлялись новости о возникающих проблемах: ТАСС со ссылкой на данные сайта Downdetector («Даундетектор»), который отслеживает работу популярных интернет-ресурсов, зафиксировал к 20:05 мск 25 февраля 506 отчетов о сбоях в работе сервисов банка.
Около 67% пользователей, заявивших о проблемах, как отмечало издание, пожаловались на сложности со входом в систему, 24% — на сбой всех сервисов банка, а 8% — на проблемы с денежными переводами. Причем жалобы на неполадки поступали на тот момент в основном от пользователей услуг банка в Москве, Санкт-Петербурге, Краснодаре и Нижнем Новгороде. ТАСС направило запрос в банк и чуть позднее в этот же день со ссылкой на пресс-службу банка сообщило о том, что все сервисы банка «Тинькофф» работают в штатном режиме. Кроме того, как отметили в пресс-службе, «информация о якобы сбое в работе не соответствует действительности».
Встречались в сети и сообщения о сложностях со снятием наличных в «Тинькофф банке»: Калининградское подразделение РБК приводило мнение клиента, отстоявшего в очереди к банкомату и снявшего меньшую относительно запрашиваемого размера сумму. Впрочем, о подобных проблемах издание сообщало и относительно некоторых других банков. Ну, тут, как говорится, худший советчик по имени паника может создать проблемы на ровном месте где угодно — не только в банках.
На главной же странице сайта «Тинькофф» размещено сообщение: «Мы работаем в штатном режиме. Операции физических и юридических лиц проводятся без ограничений. Мы на связи и гарантируем защиту средств наших клиентов». Здесь же — на сайте банка — инвестор под ником Nikitoideys, объем портфеля которого, как заявлено в его «визитной карточке», — до 500 тысяч рублей, пишет 25 февраля, что купил акции $TCS $TCSG на долгосрочную перспективу, обосновав свое приобретение следующим образом (пунктуация и орфография сохранены):
Здесь же инвестор пишет и о минусах сделки:
Конечно, под публикацией инвестора завязался диалог. «Премьер Британии Джонсон призвал страны НАТО отключить Россию от SWIFT», — отмечает пользователь miru_mir, с чем инвестор не согласился, заявив, что решение об отключении будет принимать ЕС, а США могут только посоветовать, также отмечая, что если Россию отключат от SWIFT, то это не принесёт ощутимого урона России, но повлечет «колоссальные потери прибыли от российского рынка». В общем, инвестор заключает, что «все всё понимают и поэтому 90%, что отключение будут вводить в крайнем случае, и он пока ещё не настал и, я думаю, не настанет».
«Тиньку грозит делистинг с Лондонской биржи и все последствия, с этим связанные», — пишет пользователь daiv.
И вновь инвестор возражает, отмечая, что «разговоры об этом идут, но пока ничего не будут вводить». «Про делистинг китайских акций тоже много кто говорил, и ничего» — резюмирует Nikitoideys. Однако daiv, продолжая отстаивать свою точку зрения, указывает инвестору на то, что Джонсон очень грубо отозвался о России. «Если не конкретно тинёк, то все русские компании он выгонит с биржи», — утверждает daiv.
Заметим в свою очередь, что цифровой формат банков не просто привлекателен для инвесторов, он готов бросить вызов традиционной банковской системе. Да, собственно, уже бросил последней «белую перчатку».
В середине декабря минувшего года издание Bloomberg сообщало, что First Digital Bank («Первый цифровой банк») Израиля, основанный предпринимателем Амноном Шашуа, привлек 120 миллионов долларов — это был самый крупный на тот момент раунд финансирования. Ранее, в марте прошлого года, портал Nasdaq.com уточнял, что основатель «Первого цифрового банка» Шашуа (сооснователь израильской компании Mobileye, как сообщал Forbes, — лидера рынка для систем компьютерного зрения для автопромышленности, в 2017 году приобретенной американской корпорацией Intel) инвестировал первоначально в предприятие 60 миллионов долларов, заявив, что банк намерен привлечь дополнительные средства для расширения своей деятельности. Как указывалось, Шашуа заявлял о том, что банк будет использовать искусственный интеллект и другие инновационные технологии для удовлетворения потребностей клиентов — он не будет иметь филиалов и сосредоточится на розничных услугах, включая предоставление кредитов домашним хозяйствам и прием депозитов, а открытие счетов будет осуществляться онлайн. Тогда же заявлялось, что масштабировать свои услуги Шашуа планировал к концу 2021 года.
Собственно, позднее Bloomberg опубликовал данные о привлечении банком 120 миллионов долларов. Инвесторами банка выступают Julius Baer Group Ltd. и китайский Tencent Holdings Ltd. В свою очередь инвестировавший японский холдинг SBI Holdings Inc. оценивал этот самый раунд финансирования куда дороже — в 320 миллионов долларов. Издание указывало, что новый проект Шашуа стремиться противопоставить себя, по сути, всей высококонцентрированной финансовой системе Израиля, который имеет пять основных банковских групп во главе с банками Hapoalim и Leumi le-Israel Ltd, занимающих совокупно более половины рынка, и занять место в мировой системе. Идея Шашуа, по его же словам, состоит в масштабировании услуг банка для ультрабогатых людей. Издание также указывает, что Шашуа является контролирующим акционером FDB — платформы машинного обучения, которая и будет анализировать финансовую историю клиентов нового цифрового банка, чтобы предвидеть и рекомендовать способы оптимизации платежей, сбережений и инвестиций и прочее. «Rothschild & Co была единственным финансовым консультантом FDB по сделке», — пишет Bloomberg, указывая также, что идея призвать автоматизированную помощь для управления финансами пришла в голову Шашуа, когда он заметил, что из более чем 5 миллионов банковских счетов, переходящих в овердрафт с разной частотой, около половины оказались в минусе. Отмечало издание и то, что сегодня хорошо финансируемые цифровые банки, такие как бразильский Nubank, российский Tinkoff Bank и базирующаяся в Сан-Франциско SoFi Technologies Inc., борются за более подкованное в цифровом отношении поколение клиентов.
И вот возникает вопрос, как так выходит, что при всех злоключениях, обвинениях в адрес Олега Тинькова его банк не попал под санкции. Потерял контроль над банком? 7 января прошлого года издание Forbes сообщало, что «семья Тинькова больше не контролирует владеющую «Тинькофф Банком» TCS Group: траст семьи Олега Тинькова отдал указание конвертировать свои суперголосующие акции в обыкновенные, после конвертации трасту основателя принадлежит 35% голосов в TCS Group, а не 84%, как это было до сих пор».
Однако эксперты, опрошенные тогда же изданием, не считают, что Тиньков таким образом потерял контроль над своим детищем. «Важно понимать, что снижение голосующей доли не обязательно ведет к снижению фактического контроля. Если он влияет на членов совета директоров, к примеру, то его влияние [на компанию в целом] сохраняется», — отмечал партнер IFS Consultants Ltd Дмитрий Заполь, также указывая, что у семьи Тинькова по-прежнему крупнейший пакет. «Теперь доля голосующих акций соответствует доле семьи Тинькова в капитале банка, и на бизнес банка это изменение не должно оказать влияния. Снижение доли голосующих акций стоит рассматривать как шаг по обновлению корпоративного управления», — говорил директор аналитической группы по финансовым организациям Fitch Антон Лопатин.
По словам главного инвестиционного директора Prosperity Capital Александра Браниса, как сообщало издание, решение уравнять в правах акционеров класса А и В позитивно для инвесторов и, как следствие, для рыночной оценки компании: после многочисленных SPO возник дисбаланс — инвесторы рисковали деньгами, покупая бумаги TCS Group, в одной пропорции, а права голоса у них было в другой. «И участники рынка, мы в том числе, задавали вопросы менеджменту банка на этот счет. В свою очередь Тиньков, идя на такой шаг, мало чем рискует — у него остается самый крупный пакет акций и доля голосов с большим отрывом от других инвесторов. Поэтому при нынешней структуре собственности банка радикально повлиять на решения акционеров никто, кроме него, не сможет», — заявлял Forbes господин Бранис, в итоге заключая, что в случае появления покупателя на весь банк у инвесторов будет больше уверенности, что все акционеры получат одинаковые условия выхода из бизнеса.