Виталий Ганчев: ВСУ намеренно уничтожают инфраструктуру Харьковской области
Киев намеренно уничтожает инфраструктуру подконтрольных России населенных пунктов в Харьковской области, а спецслужбы Украины пытаются вербовать и запугивать проживающих там людей. На данный момент в более чем 30 населенных пунктах на той территории под постоянными обстрелами находится порядка двух тысяч человек. Подавляющее большинство из них пытаются получить гражданство РФ. О том, как живут люди на той территории, и с какими трудностями сталкиваются, в интервью РИА Новости рассказал глава военно-гражданской администрации Харьковской области Виталий Ганчев.
– Виталий Константинович, сейчас Харьковская область на слуху в военных сводках, мы регулярно слышим о продвижении российских войск на данном участке, но достаточно мало информации о том, как живут оставшиеся на той территории жители.
– Всегда мне задают один и тот же вопрос, как проживают там (на территории подконтрольной РФ Харьковской области – ред.) люди? Да очень тяжело. Сами понимаете, когда идут активные боевые действия… Я не могу сказать, что там находятся какие-то военизированные формирования (в поселках и селах – ред.), там живут простые люди. Но тем не менее, линия соприкосновения с врагом она все-таки очень близка.
Мы, конечно, как можем оказываем им необходимую поддержку. И волонтерские организации, и очень много неравнодушных людей, которые поддерживают. Но нужно понимать все-таки, что люди на своей земле находятся, но лишены всего того, что вот рядом, возможно, в соседних поселках уже Луганской Народной Республики, где налаживается жизнь, в Харьковской области все это недоступно.
Нет света, нет газа. Мы, конечно, своими силами подключили людям воду, завозим уголь до сих пор. Не смотря на то, что уже отопительный сезон практически закончен. Тем не менее, мы стараемся обеспечить всех проживающих на территории Харьковской области углем, чтоб для того, когда опять будет холодно, люди могли сами себя отопить хотя бы.
Поэтому проживают они, конечно, в крайне сложных условиях. Там достаточно много людей осталось. Частично мы, конечно, оказали поддержку, кто захотел эвакуироваться, те выехали. И на зимний период выехали из-за того, что не могли там находиться, проживать просто физически из-за холода. И старики, и раненные и больные люди, которых мы вывозим на территорию Белгородской области для оказания медицинской помощи...
– Вы упомянули о том, что вы доставляете уголь, подводите воду, но насколько нам рассказали жители, очень часто до сих пор обстреливаются жилые дома со стороны ВСУ, у вас на странице мы читали, что грузовики с углем обстреливаются, можете рассказать о том, намеренно мешают ли вам украинские силы, либо это случайность в ходе боевых действий?
– Я не могу предугадать их мысли, насколько они намеренно это делают, но то, что мы видим, на мой взгляд, это делается целенаправленно, для того, чтобы все-таки разрушить инфраструктуру, помешать нам оказывать поддержку людям вообще, дезорганизовать нашу деятельность. Есть факты уничтожения автомобилей с углем. Мы продолжаем завозить уголь, и иногда, в первую очередь, те же водители, которые осуществляют перевозку, это гражданские люди. Это не военные грузовики, это абсолютно гражданские люди, которые оказывают нам поддержку, вот страдают от этого, а также еще страдают от этого мирные жители, которые недополучат уголь. Мы, конечно, все равно завезем. Никуда мы не денемся, и они никуда не денутся. Мы дело свое все равно доделаем.
Это конкретно наши автомобили подвергались неоднократно атаке FPV-дронов (ВСУ – ред.) и уничтожались, можно сказать вместе с людьми. Несколько раз мы обеспечивали своевременно доставку человека в медучреждение, и только в связи с этим они оставались живы.
– За последнее время за какой-то промежуток сколько таких атак было?
– Три. Да, это конкретно на грузовики. У нас их там нужно сказать, что не так много, то есть мы постоянно в разные поселки завозим, не так много автомобилей используют поставщики. И три автомобиля поставки угля, при том, какое количество всего используется автомобилей, это для нас много.
– Сколько людей проживает на данной территории?
– Порядка двух тысяч человек. Основная часть – это, конечно, люди преклонного возраста, это лица, которые были и ранее верифицированы. Мы продолжаем верификацию, то есть получатели социальных выплат, пенсионных выплат – это те люди, которые сейчас как раз и нуждаются в нашей поддержке.
– Получают ли жители этих территорий паспорта Российской Федерации, насколько активно, насколько у них есть желание это делать и возможность?
– Должен вам сказать, что у людей желание есть (стать гражданами РФ – ред.), мы это увидели как раз в процессе проведения выборов на территории Харьковской области президента в марте и увидели, что те люди, которые не успели получить паспорта, с сожалением приходили на избирательные участки, понимая, что они не могли принять участие в выборах.
Поэтому мы увидели, что желание у каждого, практически, жителя, у каждой бабушки, дедушки, независимо, я еще раз говорю, от возраста, от физического состояния человека. Все высказывают желание получить гражданство России. Есть определенные сложности, то есть все наши граждане сейчас, которые готовы, если у них документы на руках есть, мы им оказываем поддержку, вывозим их на территорию России, на территорию Белгородской области, на территории Луганской Народной Республики для оформления паспорта гражданина России. Но есть определенные сложности, с которыми наше население сталкивается, это по оформлению документов, у некоторых просто их нет, они или утеряны, или уничтожены в ходе обстрелов и так далее.
Стараемся устанавливать, есть процедура установления личности, она узаконена абсолютно. То есть, мы помогаем им, при этом ФМС соседней Луганской Народной Республики идет нам навстречу, и мы помогаем.
– Сейчас идет отток людей с этой территории в связи с такой сложной обстановкой, или наоборот начали люди возвращаться?
– Ранее некоторая часть людей выехала просто даже на осенне-зимний период из-за того, что не было условий для отопления. То есть, даже если мы доставляем дрова в дом, уголь… Не каждый дом оборудован печью. То есть было, допустим, газовое отопление. Стало это физически невозможно для человека, и они покинули территорию. Уже вот с весной мы ожидаем все-таки приток населения.
– Могут ли люди с территории, подконтрольной Украине, как-то к вам перебраться, приехать, обращаются ли, просят эвакуации?
– Был один конкретный случай, когда люди с подконтрольной именно киевскому режиму территории Харьковской области обращались к нам, чтобы их эвакуировать. Это приграничье. Мы уже неоднократно тоже рассказывали об этой ситуации, про один из приграничных поселков с Белгородской областью. Проживало там не так много людей, но это старики, которые нуждались в поддержке, и ее не было со стороны украинских властей, поэтому родственники обратились к нашей администрации. Мы в свою очередь обратились к военнослужащим… Нам пошли навстречу, то есть мы сделали для людей все возможное, люди были эвакуированы вполне благополучно.
– Вообще как-то пытаются со своими связаться с подконтрольной Киеву территории Харьковской области люди? Может быть, о чем-то просят, что-то говорят, на что-то жалуются? Там достаточно сложная обстановка и под Купянском.
– Вы знаете, я думаю, люди хотели бы связаться, но для них сложным является тот процесс, что открыта охота со стороны спецслужб Украины насчет именно связи с нами, связи с российской стороной. То есть люди просто, я думаю, боятся. Но есть прецеденты, когда выходят на связь, просят о помощи какой-нибудь, то ли в эвакуации, то ли какие-то консультационные вопросы, то есть, как будет, когда уже будет освобождена территория? Люди интересуются, когда это будет? Как это будет? Что их ждет и так далее.
Основная часть людей была эвакуирована (Киевом – ред.) из этих поселков. Мы неоднократно слышим о том, что даже объявлена принудительная эвакуация, так называемая, да, то есть нужно было освобождать скорее всего для военнослужащих там территории, и наемники западные наезжают. Их очень много, к сожалению. И мобилизуют они постоянно, занимаются мобилизацией, они постоянно пополняют свои ряды, надо где-то этих укровояк расселять. Поэтому простых людей вынуждают покидать свои дома. И очень много людей просто были выселены. Западнее, не в сторону России, к сожалению, для наших жителей.
В Харьковской области пострадала энергетическая инфраструктура
14 апреля, 10:53
– Как ваши сотрудники помогают людям на территории Харьковской области, боятся ехать туда, есть ли желающие?
– Наши сотрудники по сути живут там... Если говорить о тех населенных пунктах, которые мы обслуживаем, это Купянский район, это все Двуречанское территориальное управление ВГА Купянского района. И сотрудники этого двуречанского управления находятся у нас там постоянно на территории, рискуя жизнью, здоровьем, исполняют свои обязанности. Условия, конечно, сложные, но тем не менее, наша задача, еще раз говорю, – обеспечить жизнедеятельность, насколько мы можем себе это позволить, каждого населенного пункта, где проживают люди.
– Помимо угрозы обстрелов, поступают ли какие-то другие угрозы вашим сотрудникам со стороны Украины?
– Есть определенные случаи неприятные, конечно. Спецслужбы Украины не оставляют попыток и запугать, и через воздействие на родственников, наших сотрудников. Ну как я уже говорил неоднократно, ничего в любом случае не получится. Те люди, которые у нас остались в команде, – это достаточно стойкие граждане, и все равно будут свое дело делать, несмотря ни на что. Получали и угрозы, пытались некоторых вербовать, люди приходили, говорили о том, что через родственников на них пытаются выходить, призывают вернуться в Харьков… Ну все наши люди отвечают одно и то же. Скоро вернемся, ждите... Вот когда вас там не станет, скорее всего, тогда мы вернемся и будем уже наводить порядок, восстанавливать жизнедеятельность в своем городе.
ФСБ предупредила об угрозе провокационных звонков с Украины
26 марта, 12:06
Как я уже сказал, все мои сотрудники – это члены моей команды, достаточно сильной команды, нас не так много, но тем не менее все как один идут вперед, ожидают освобождения своего региона. Надеемся только на то, что это будет как можно быстрее и, так скажем, менее ущербно для людей. Дай Бог, мы скоро вернемся, сможем не только этим вот тридцати четырем населенным пунктам помогать, а всю территорию Харьковской области уже сможем обеспечить всем необходимым, восстанавливать свой регион. Ну и жители тоже… Неоднократно слышим от людей вопросы именно о том, что когда уже (освободят регион – ред.). Они считают, что у нас больше информации по специальной военной операции. То есть, о ее результатах, о ее планах, конечно, обращаются к нам, спрашивают. Люди уже хотят возвращаться домой.