Революция, о которой так много говорили, давно идет.
Поле битвы, как известно, принадлежит мародерам, а лучшие куски судьбы достаются тихушникам. Пока страна воюет то ли с Украиной, то ли с НАТО, то ли со всем миром, на внутренних фронтах побеждает «доктрина Сечина» (але, где Сечин, кто о нем слышал последние два года, куда смотрит всевидящее око ФБК? - а дело-то его живет).
Эта доктрина, публично ненадолго засветившаяся на переломе нулевых и десятых, предполагала пересмотр итогов приватизации, в том числе залоговых аукционов, и перераспределение основных производственных активов через деприватизацию и псевдо-национализацию в пользу путинского клана и силового блока в целом. На смену «семибанкирщине», по замыслу стратегов, должна была прийти «сетевая опричнина». Сам Сечин, удовлетворив свои первичные потребности за счет ЮКОСа, благоразумно отполз в сторону (что только свидетельствует о его уме, интуиции и организованности, в которых лично я никогда не сомневался), а с началом войны вообще стал тише воды, ниже травы, но идея, похоже, овладела кремлевскими массами. Самое интересное последствие войны, похоже, общественность пропустила – это «черный передел» собственности бенефициаров 90-х.
Революция, о которой так много говорит ФБК, давно идет, но только акторы у нее пока другие. В России раскручивается маховик деприватизации (в терминологии ФБК – «восстановления справедливости»), но вертят этот круг до боли знакомые черти. В Башкирии пару лет назад была первая ласточка, в Челябинской области сегодня уже настоящий «полигон справедливости». В целом, по данным Transparency International, в суды уже подано 40 исков прокуратуры о деприватизации 180 компаний (подробности в очень внятной статье Павла Кузнецова в «Новой газете»). Но, как и любой по-настоящему массовый («народный») почин, эта кампания будет сейчас расти в геометрической прогрессии.
Новыми бенефициарами через шаг, как правило, становятся «погоны» в самом широком смысле этого слова, к которым и стекается на втором и самом интересном этапе спецоперации все конфискованное ими имущество. Наверху это, конечно, узкий кружок доверенных опричников, а внизу – широкая ментовская и эфэсбешная масса. Чтобы оценить потенциал движения, достаточно пошерстить список русского Форбса. Путинские дворяне в нем до сих пор на положении бедных родственников по сравнению с боярами 90-х. По закону сообщающихся сосудов власти и собственности, в России выравнивание неизбежно, и проходить оно будет как на местном, так и на федеральном уровнях. Ну, если успеют, конечно, пока их не удушат какой-нибудь подушкой.
Этот процесс делает фильм ФБК в сегодняшней России крайне «своевременной книгой». На коротком отрезке исторического пути его комиссары и путинские силовики оказываются попутчиками.
Нынешняя движуха ФБК объективно работает как пиар-прикрытие надвигающегося «черного передела» лучше и эффективней, чем это сделали бы по заказу десять проплаченных Соловьевых и Симоньян, – потому что искренне и от души. И кредит доверия колоссальный. Скорее всего, речь идет о «полезных идиотах», но нисколько не удивлюсь, если узнаю, что силовики подбрасывают в этот костер политической инквизиции немножко расследовательских дровишек.
В любом случае, похоже, что между сегодняшним днем и прекрасной Россией будущего пролегает широкая черная полоса нового большого грабежа России. А кто кого там будет грабить и под каким предлогом, имеет уже второстепенное значение.
Владимир Пастухов, Telegram