«Шелковый путь» в путах надуманных геополитических схем
Нам всегда казались чрезвычайно интересными идеи, рождающиеся в головах некоторых публицистов, рисующих новые геополитические схемы, связанные с реализацией китайского проекта «Шелковый путь». На основе показателей расширения торгово-экономических отношений Пекина с различными странами, попыток на глобальном уровне создать сеть автомобильных и железных дорог, морских путей и трубопроводов через Европу, Африку и Азию, которые должны соединить всевозможные регионы с Китаем, делались серьезные выводы. При этом других такие публицисты призывали не мыслить представлениями о международных отношениях, «основанными на европоцентризме или американоцентризме».
Дело дошло даже до того, что сложный феномен «арабской весны» на Ближнем Востоке требуют анализировать или оценивать с позиции «растущего экономического влияния Китая», а политику некоторых стран и лидеров Ближневосточного региона интерпретируют как «обслуживающую интересы Пекина». И лишь потому, что растет товарооборот и интенсивно развиваются отношения с КНР. Но не только это. Утверждается, что Россия якобы «остается не у дел». Что выстраивается «естественное» партнерство Британии, Турции, Азербайджана. Обозначается геоэкономичекская схема Турция — Туркмения — Китай, под что снова подводится тезис о приоритете торгово-экономических связей. Но кто начал первым, откуда подул первый ветерок? Впервые мы столкнулись с подобными тезисами в приближенной к правительственным кругам Турции газете Yeni safak, которая обозначила участие Анкары в проекте «Шелковый путь» как цель «положить конец превосходству Америки в мировой экономике через экономический прорыв Востока». Конкретно, по мнению издания, Турция «должна обеспечить соединение с Европой республикам Средней Азии, Афганистану и Пакистану вместе с Китаем» и сыграть центральную роль в этом проекте.
С Турцией все ясно. Идя на обострение с США из-за проблем курдов, потеряв перспективу стать членом Европейского союза, ее дипломатия традиционно разыгрывает — в большинство случаев только на бумаге — альтернативную Западу карту, демонстрируя желания дрейфа на Восток. Но при этом турецкие ведущие эксперты трезво оценивают ситуацию, понимая, что прорваться в Китай через Афганистан, Пакистан, минуя Иран, не говоря уже о Средней Азии, в обозримом будущем невозможно. Хотя Анкара по конъюнктурным политическим соображениям и пристегивает к «Шелковому пути» тоннель «Мармарай» и мост Султана Селима Грозного, проекты железных дорог Баку — Тбилиси — Карс и Эдирне — Карс. Однако тем, кто занимается Турцией основательно, хорошо известно, что первоначальная мотивация в разработке этих проектов была совершенно другой. Геополитика здесь — журавль в небе. А вот синица в руках — это для Анкары позиционирование себя в качестве главного энергетического хаба на Ближнем Востоке.
И тут факты таковы. Почти 70% потребляемого природного газа Турция получает из России и Азербайджана. Отсюда осуществление российского проекта «Турецкий поток». В то же время есть проекты, связанные с транспортировкой израильского и кипрского газа Восточного Средиземноморья. Но, как считает авторитетное турецкое издание Dünya, их реализация напрямую завязана «на израильско-палестинской и кипрской проблемах». Конечно, нельзя обойти вниманием такие проекты, как Трансанатолийский газопровод (TANAP) и его продолжение, Трансадриатический трубопровод (TAP). TANAP будет проложен от грузино-турецкой границы до западной границы Турции и предусматривает транспортировку газа с азербайджанского месторождения «Шах-Дениз». Да, Баку и Анкара (вкупе с Брюсселем) стремятся подключить к этому проекту и Туркмению. Reuters сообщало, что Евросоюз «рассчитывает к 2019 году начать импорт газа из Туркмении». В Ашхабаде частыми являются высокопоставленные гости из Брюсселя. Есть даже рамочное соглашение между Туркменией и Турцией о поставках газа с учетом TANAP.
Но Ашхабад, вступая в переговоры о возможных поставках своего газа в Европу со всеми, ведет свою игру. Так, он отказался от участия в проекте Nabukko, дистанцируется от TANAP. В этом смысле ссылка на заявления Баку о достигнутых каких-то договоренностях — всего лишь элементы дезинформации. Причина такого поведения Туркмении одна и традиционная: геополитическая неопределенность Закавказья и на просторах Турции. Сегодня туркменский газ в больших объемах идет в Китай. Кроме того, Ашхабад намерен направить газ в Пакистан и Индию по газопроводу ТАПИ (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия). Существует также идея трубопровода Казахстан — Туркмения — Иран. Такова объективная матчасть вопроса, которую любители «неевропеоцентристких» и «неамериканоцентристских» схем либо не знают, либо игнорируют.
Но самым интригующим звучит заявление, что Россия якобы «остается не у дел». На днях ведущий эксперт Gulf State Analytics в Вашингтоне, американский аналитик Теодор Карасик, комментируя итоги визита министра обороны Саудовской Аравии Мухаммада ибн Салмана в Россию, где помимо традиционных тем обсуждения — сотрудничества в сфере борьбы с терроризмом, энергетики, обороны, взаимных инвестиций — были обозначены еще несколько задач. Их и пытался решить в Москве ибн Салман. По словам Карасика, речь идет о стремлении «саудовцев добиться повышения своего влияния в Средней Азии с тем, чтобы стать частью инвестиционных стратегий Китая в рамках инициативы «Один пояс — один путь», включиться в товарные цепочки». Но ведь такие переговоры уместно было бы вести с Пекином или лидерами среднеазиатских государств, а не с Москвой, не так ли? Если, конечно, считать, что Россия «не у дел».
По утверждению Карасика, «Саудовская Аравия видит, что международный транспортный коридор Север — Юг и его ответвление Иран — Туркменистан — Казахстан выгодны Ирану, Эр-Рияд желает, чтобы Казахстан ограничил свои отношения с Тегераном… Саудовцы окружают Иран посредством сетей мягкой и жесткой силы в Пакистане (Балухистан), Таджикистане, Туркмении, Афганистане и Азербайджане. Именно на эти территории следует смотреть внимательно по мере того, как саудовцы будут усиливать нажим на Иран извне». И вот ответный ход Пекина. Помощник министра иностранных дел Китая Ли Хуэлай накануне саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Астане заявил, что китайская сторона поддерживает полноценное вступление Ирана в организацию.
А после того, как ряд арабских государств — Бахрейн, Саудовская Аравия, Египет и ОАЭ — объявили о разрыве дипломатических отношений с Катаром из-за его отношения к Тегерану, стало очевидно, что «арабская коалиция» по борьбе с Ираном разваливается, не преступив даже к работе. В этой связи Саудовская Аравия призвала «все братские страны и компании» прекратить дипотношения с Катаром для защиты от терроризма и экстремизма». Теперь встал вопрос, присоединится ли к этому требованию Азербайджан, участник не только региональных интриг, но и «герой» выстраиваемых некоторыми авторами фантастических геополитических схем, за которыми якобы маячит «тень Пекина».
Китай и раньше осуществлял немалые инвестиции в экономики стран мира, но держался, несмотря на свои серьезные экономические позиции, в некоторой тени. Его проект «Шелковый путь» — заявка на определенное лидерство. Это в сложившейся расстановке сил в первую очередь будет работать на осложнение ситуации. Только наивные публицисты могут полагать, что лидеры государств сразу начнут искать покровительства Пекина, выступать в роли проводников его влияния. Такого в мировой политике никогда не было и никогда будет. США пока остаются мировым лидером во всех отношениях. Конкретная, а не надуманная политическая практика демонстрирует их способность разыгрывать сложные геополитические игры вокруг некоторых стран.
На Ближнем Востоке это Иран, в Азии — КНДР с выходом на Китай и с вероятным подключением к «игре» Японии. Возможна особая тактика и стратегия в отношениях с Россией и ЕС с целью вбить клин в их отношения с Китаем. И еще многое другое. Есть важные экономические рычаги, с помощью которых можно заметно ослабить мировое влияние Китая. Не случайно министр обороны США Джеймс Мэттис заявил о возможности конфликта между Вашингтоном и Пекином. Мэттис не просто так сказал, что «конкуренция между США и Китаем — двумя крупнейшими экономиками мира — неизбежна». Не надо считать простаками лидеров тех государств, которые пытаются играть на противоречиях между Китаем и Западом в своих национальных интересах. Большая игра только начинается, пора это понимать.