Польша свыкается с мыслью о поражении киевского режима
В Польше задули новые ветры. Вначале бывший командующий Сухопутными войсками Польши генерал Вальдемар Скшипчак в интервью проправительственному порталу wPolityce признал, что «на поле боя у Украины выиграть шансов нет», антироссийские санкции неэффективны, поскольку «Россия восстанавливает свою армию». Вслед за ним превосходство России в экономических, человеческих и военных ресурсах в беседе с правительственным Польским агентством печати признал действующий начальник Генерального штаба Польши генерал Раймунд Анджейчак. Наконец, выступая перед журналистами в Давосе, президент Польши Анджей Дуда констатировал, что Россия «просто сокрушает украинскую оборону». Но ведь еще недавно польские политики, эксперты и журналисты «излучали» уверенность в «поражении» Москвы. Так что же изменилось?
Внешне могло показаться, что Варшава разыгрывает простую двухходовку накануне запланированного на 20–21 января заседания контактной группы по Украине на базе США в Рамштайне, пытаясь оказать давление на Берлин, от которого требуют передать киевскому режиму тяжелые немецкие танки Leopard и разрешить это же сделать 15 странам, имеющим их на вооружении. Однако здесь прослеживались определенные нестыковки. Во-первых, сама информационная кампания, связывающая судьбу киевского режима с немецкими танками, выглядела гипертрофированной. Ведь главный поставщик оружия, Вашингтон уже объявил о выделении новой военной помощи Украине на сумму в 2,5 миллиарда долларов, что включает в себя также отправку бронетехники. При этом США отказываются передать Украине свои танки Abrams, считая это избыточной мерой. Если, по мнению Варшавы, и этого недостаточно, то чем тут поможет Берлин, чей военный потенциал несопоставим с американским?
Судя по всему, дело в другом. На политическую составляющую интриги с Leopard намекнул Дуда, признавший, что Варшава обещала ввести в игру немецкие танки по просьбе Киева. По крайней мере, в отношении тех Leopard, которыми владеет польская армия. «И украинский премьер-министр обратился к нашему премьер-министру, и президент Зеленский обратился непосредственно ко мне неделю назад во время встречи во Львове, чтобы эти танки были переданы и чтобы была начата такая акция, — сообщил Дуда. — Мы обещали выполнить эту просьбу и выполнили». Однако после упорства Берлина, нежелающего повышать ставки в украинском конфликте, министр обороны Польши Мариущ Блащак уже не говорит о польских Leopard, анонсируя отправку киевскому режиму последних оставшихся у поляков советских танков Т-72 (30–40 единиц) и БМП-1 (80–100 единиц). Похоже что Варшава не уверена в том, что США смогут пробить сопротивление Германии, так как, по мнению газеты Rzeczpospolita, Берлин намерен «оставаться в тени», чтобы в любой момент быть готовым к переговорам с Москвой, поскольку «войны не заканчиваются на поле боя».
С последним тезисом согласен и польский президент. Как говорит Дуда, в настоящее время никто не может предсказать, когда закончится «война на Украине», и неизвестно, каким будет «окончательный результат». Для Варшавы здесь один из ключевых вопросов, как она будет выходить и с чем из украинского конфликта. Так, по мнению начальника Генштаба Польши, спустя 70 лет существования НАТО смещает свой центр тяжести. «Во время холодной войны главной зоной стратегического внимания была Германия и Фульдский коридор», а сейчас «центр тяжести» переместился в Варшаву. И, добавим от себя, к ней можно добавить Сувалкский коридор, связывающий Польшу с Прибалтикой и способный воссоединить Белоруссию с Калининградской областью. Поэтому Анджейчак акцентирует внимание на позиции Минска, оценивая вероятный исход украинского конфликта в категориях безопасности не только Польши, но и так называемого восточного фланга НАТО в частности и Североатлантического альянса в целом.
В этом контексте польские военные стратеги могут рекомендовать своим политикам учитывать возможность краха киевского режима с тем, чтобы под этим предлогом потребовать в НАТО укрепить Польшу как «центр тяжести» на восточном направлении, допуская возможность «сброса» альянсом Прибалтики. Однако для Варшавы «украинская проблема» носит не только внешний характер, но и внутренний. Наличие в Польше миллионов украинских беженцев является потенциальной угрозой, особенно если к уже имеющимся после падения киевского режима добавятся еще несколько миллионов переселенцев. Польские эксперты опасаются социальной дестабилизации в стране, когда прибудет «новая волна беженцев, более крупная, чем прежде», поскольку «реакция польского общества может оказаться совершенно иной», чем была на протяжении последнего года. Любопытной в этой связи выглядит инициатива Скшипчака о создании «украинской армии в изгнании» и принудительной мобилизации туда украинцев, проживающих в Польше.
По сути, генерал предлагает сделать Польшу максимально некомфортной для украинских переселенцев, выдавить их из страны дальше на Запад. Как средство разрядки «украинского заряженного ружья» — вполне допустимое решение, после чего Варшава могла бы с новыми силами вернуться к прежнему «любимому» занятию — поиску своего места в Восточной и Центральной Европе.