Украинский конституционный кризис: венецианская ухмылка
Своим скандальным решением 13-р/2020 от 27 октября Конституционный суд Украины (КСУ) признал не соответствующими конституции ряд положений антикоррупционного законодательства. Своей не менее скандальной реакцией (указ № 477/220 от 29 октября) президент Украины Владимир Зеленский фактически предложил конституционным судьям «выйти вон». С тех пор возня перешла в подковерную стадию. Законопроект о восстановлении добропорядочности конституционного судопроизводства, который президент грозился провести в супертурборежиме, в настоящее время завис на уровне рассмотрения на профильном комитете парламента. Голосов нет ни для этого, ни для параллельных законопроектов.
25 ноября Зеленский запросил мнения Венецианской комиссии. Вообще-то это не самое удачное решение, поскольку «венецианцы» сразу озвучили свое отношение к формату президентской контратаки: «Прекращение полномочий судей является вопиющим нарушением конституции и фундаментального принципа разделения властей» (Джани Букиккио, председатель комиссии, 30 октября). Тем не менее просьба была принята, и реакция последовала неожиданно, как для Венецианской комиссии, быстро, уже 11 декабря.
В своем обращении Зеленский просил дать ответы на три вопроса (если упрощенно):
о состоянии антикоррупционного законодательства после этого решения КСУ;
находились ли судьи КСУ в момент вынесения решения в состоянии «конфликта интересов» (политкорректное название коррупции);
соблюдал ли КСУ надлежащую правовую процедуру при слушании дела.
Интересно, президент всерьез рассчитывал, что профессиональные и высокопоставленные члены мировой юридической системы ответят ему на два последних вопроса? И назовут своих коллег коррупционерами и непрофессионалами? Да корпоративная этика не позволит им это сделать! Поэтому «венецианцы» в своем 20-страничном ответе (77 пунктов) уже в 3-м пункте заметили, что «это неотложное заключение касается первого вопроса, а именно состояния борьбы с коррупцией», а на два последующих они ответят отдельным заключением. Потом, когда-нибудь…
А из ответа на первый вопрос следует, что комиссия защищает в первую очередь именно корпоративные интересы. В комиссии посчитали, что «вывод КСУ основывается на соображениях только в отношении судей обычных судей и Конституционного суда» (пункт 44). То есть «только положения относительно судей должны быть изменены с целью выполнения решения № 13-р / 2020» и только они и их электронные декларации выводятся из-под любых форм контроля антикоррупционных органов. Полномочия антикоррупционных органов (в первую очередь Национального агентства противодействия коррупции) в отношении иных государственных служащих должны быть восстановлены, а наказания в виде лишения свободы за умышленное непредставление деклараций и умышленное представление недостоверных сведений с определенного рубежа следует сохранить.
Хотя еще недавно НАПК расследовал коррупционную деятельность пяти именно членов Конституционного суда — Александра Тупицкого (председателя), Сергея Головатого (члена Венецианской комиссии), Игоря Слиденко, Ирины Завгородней и Владимира Мойсика. «Венецианцы» откровенно ухмыльнулись Украине в лицо, предложив создание у нас новой касты «неприкасаемых» — всего судебного корпуса.
Но это именно то, чего Зеленский совершенно не желает. Своими инициативами он хотел именно сменить состав Конституционного суда, будучи уверен, что эти указы и законы будут «висеть над ними, как дамоклов меч, они не отменят ни земельную реформу, ни закон о языке, ни закон о ВАКС (Высшем антикоррупционном суде)» (Зеленский на канале ICTV, 2 ноября). Но Венецианская комиссия прямо запрещает ему это делать — революции в конституционном судопроизводстве не состоится.
Кроме того, Зеленский несет весомые политические потери. Его законопроект не нашел поддержки даже среди членов его моноблока, опасающихся вступать в клинч с Конституционным судом. После решения Венецианской комиссии, полагаю, поддержка «выдворения судей» станет еще меньше.
Зато венецианское решение, по сути, находится в русле предложений спикера Верховной рады Дмитрия Разумкова (№ 4304 от 02.11.2020), который набирает все больший вес в украинской властной вертикали. Идея Разумкова — в постепенном возобновлении парламентом всех норм, которые были отменены решением Конституционного суда. К удовольствию массы чиновников, включая пятерых членов КСУ, которые находились «на рассмотрении». Привлечь их к ответственности по ранее открытым делам уже невозможно: закон обратной силы не имеет.
Все это ведет к повышению значения Разумкова, что, по информации СМИ, нервно воспринимается Зеленским. Из запущенных в медиа свидетельств: «Зеленский прямо спросил у спикера, почему законопроект (№4304) не согласовали с ним. Разумков ответил, что согласовал с заместителями. Зеленский призвал Диму в следующий раз лично с ним обсуждать».
В целом же воззвание Зеленского к европейским авторитетам закончилось для Зеленского печально. «Венецианская ухмылка» разрушила планы президента на взятие под влияние Конституционного суда, стимулировав создание в украинской вертикали АБСОЛЮТНО (со венецианской индульгенцией) независимой от президента. И, пусть даже латентно, обострила противостояние внутри парламентского блока «Слуг народа», который и сейчас уже изрядно потрескивает. А заодно бросили чудесную «кость раздора» украинским политикам.
Теперь, уверен, все будут читать «венецианское решение» по-своему. Зеленский уже сейчас публично уверен, что документ комиссии дает важный ориентир: «как реформировать сам Конституционный суд системно, чтобы нынешняя ситуация больше не повторилась?». Хотя красной нитью всего документа проходит одна идея — не трогать суд и судей».
Мне кажется, что члены Венецианской комиссии искренне повеселились, составляя это «срочное заключение».