Врач прокомментировал скандальное заявление Лукашенко.
Лукашенко пригрозил уехавшим из страны белорусам, что лишит их возможности лечиться в Беларуси «по дешевке». «Белсат» поинтересовался у врача Станислава Соловья, на какие меры белорусские власти могут пойти и реально ли в поликлинике вычислить, кто постоянно живет в Беларуси, а кто – нет.
«Они [белорусы, уехавшие из страны. – Ред.] зубок приезжают сюда по дешевке лечить и другие болезни – за ваш счет, – заявил Александр Лукашенко во время визита в Гродно 2 апреля. – Налоги вы платите как физическое лицо, и предприятие ваше тоже платит налоги. Они приезжают по дешевке подлечиться».
По мнению Станислава Соловья, «какая-то реакция» белорусских чиновников на такое заявление Лукашенко будет. Тем более, что подобные разговоры были и раньше.
«Даже самые идиотские приказы, к сожалению, принимаются быстро под козырек. Самый хороший пример – это отмена масочного режима в третью волну ковида. Поэтому что-то будет. Скорее всего знаменитый «тунеядский» закон, который будет распространен на то, что за медицинскую помощь «тунеядцы» будут платить дороже. Ведь как проверишь, живет человек в Беларуси или нет? ВНЖ требовать? Он просто его не покажет», – говорит Станислав Соловей.
А «тунеядцами» в Беларуси считаются даже те, кто работают за пределами стран ЕАЭС.
«Скорее всего те, кто живет не в Беларуси, будут автоматически попадать в базу «тунеядцев» и для них будет другой тариф на оказание медицинской помощи в бюджетных организациях. Потому что по большому счету платным центрам не принципиально, кто к ним приходит», – говорит врач.
Он отмечает, что сам Лукашенко уже и не говорит о бесплатной медицине, а о медуслугах «по дешевке».
«То есть не бесплатно приезжают люди лечиться. Да, человек уехал, но он приезжает и оставляет здесь деньги, которые заработал в Польше. Это же не во вред. А логика получается, что в приоритете не развивать какую-то отрасль, а просто сделать гадость тем, кто уехал. То есть белорусам мы ставим палки в колеса, а поляки – пожалуйста, приезжайте и лечите зубы, потому что у нас классно, развиваем врачебный туризм. Это четко показывает приоритеты человека – отомстить тем, кто уехал», – говорит Соловей.
В 45 статье белорусской Конституции говорится, что все граждане Беларуси имеют право на охрану своего здоровья, в том числе на доступ к бесплатной медицине. Как тогда власти могут отобрать часть медуслуг у белорусов, интересуемся у эксперта.
«Найдите людей, которые стоматологию делают бесплатно в Беларуси. Я буду сильно удивлен. Если мы не будем брать, условно, ветеранов, инвалидов либо силовиков или чиновников. Покажите мне белорусов, которые не просто хотят удалить зуб, а сделать что-то более-менее направленное на сохранение здоровья, и которые получают эту услугу бесплатно. Реальность сама себя подогнала под ту ситуацию», – подчеркивает Соловей.
Лукашенко не случайно говорит именно о стоматологии, считает собеседник. Когда все и так понимают, что она платная, его слова словно бы не рушат миф о социально-ориентированном государстве – остальное же якобы бесплатно.
«Бесплатное здравоохранение – условно бесплатное, потому что за него платят все граждане в виде налогов, – это, наверное, последняя опора мифического социального государства, в котором живет наша пропаганда. От этого отказаться они не могут.
Потому они и взялись за платные стоматологические услуги. Они понимают, что людям приходится лечить зубы платно, потому что бесплатно просто нет возможности. И там уже доходило до того, что в небольшие города отправляли из других городов специалистов: нет стоматолога, поэтому пусть он из другого города ездит раз в неделю.
То есть все люди лечат платно, поэтому взялись за регулирование цен. Мол, окей, пусть лечатся платно, но государство так о вас заботится, что мы заставим снизить цену. И теперь обратная сторона – усложнить приезд тех, кто приносит деньги. Логику здесь найти невозможно. Он живет в своем мире, у него все хорошо: врачей хватает, зарплаты космические и все нам завидуют», – говорит Соловей.
С врачами все в порядке разве что лично у Лукашенко, а в Калинковичах, например, три года не было онколога, резюмирует собеседник.