США толкают постсоветский юг в объятия Ближнего Востока и Афганистана
26−27 апреля в Москве прошла шестая конференция по международной безопасности, с 2012 года организуемая министерством обороны Российской Федерации. В ходе мероприятия, посвященного актуальным вопросам региональной и мировой внешнеполитической повестки дня, помимо Сирии и глобальных вызовов наподобие американской противоракетной обороны, особое внимание было уделено межведомственному военному сотрудничеству, а также ситуации в Афганистане и Центральной Азии.
В работе конференции приняли участие более 800 гостей из 86 стран со всех уголков мира. В Москву прибыли 56 официальных военных делегаций (22 из них возглавили руководители оборонных ведомств), а также более 200 иностранных и российских представителей экспертного сообщества и неправительственных организаций. В ходе пленарных заседаний выступили министры обороны Индии, Казахстана, Ирана, Пакистана, Бразилии, Белоруссии, Сербии, Филиппин, Армении, высокие представители военных ведомств многих других стран и международных организаций. В российскую столицу прибыли руководители ООН, ОБСЕ, ШОС, ОДКБ, Лиги арабских государств, Международного Комитета Красного Креста.
Выступая в ходе конференции, министр обороны Республики Армения Виген Саркисян, не упоминая прямо карабахский вопрос, тем не менее подчеркнул неэффективность военной эскалации как средства продвижения переговорного процесса: «Такие военные действия в любом случае завершаются мирными переговорами, компромиссами, соглашениями о прекращении огня, и в результате получается, что весь ужас войны и жестокости в XXI веке… служат лишь тому, чтобы смягчить переговорные позиции сторон, то есть сделать нас, лиц, ответственных за принятие решений, более адекватными и трезвомыслящими.
Применение силы не может являться путем решения конфликтов: чересчур высока цена, чересчур много ресурсов требуется потом на восстановление, чересчур много человеческих судеб оказывается в заложниках истории… В наши дни такое впечатление, что вооруженные конфликты — это норма жизни, прерываемая короткими и неестественными промежутками мира…» Негосударственные акторы, в том числе террористические группировки, по-новому проводят границы регионов, создавая таким образом новую реальность. Взаимодействие военных ведомств требует увеличения обмена информацией, наличия прямых каналов коммуникаций, умения держать слово как вопрос взаимного доверия, регулярных обменов, стажировок и встреч военных представителей, жесткого соблюдения норм международного гуманитарного права, и самое главное — уважения партнеров. «Как стало очевидно на примере того же Ближнего Востока, требуются дни, чтобы превратить кажущиеся стабильными регионы в поле боя, смерти, разрухи, спровоцировать волны беженцев, легитимизировать насилие», — подчеркнул глава военного ведомства Армении, с тревогой отметив деградацию систем безопасности многих стран. В кулуарах форума обсуждались актуальные вопросы двустороннего армяно-российского сотрудничества, включая доставку гуманитарной помощи и возможное участие армянских саперов в разминировании в Сирии, а также диверсификацию и углубление связей по линии ВПК.
Упоминание главой военного ведомства Армении о перекройке границ обширных регионов, в том числе по «инициативе» сил международного терроризма, представляется весьма важным. И хотя «кавказский акцент» московской конференции внешне звучал не столь отчетливо, проблемы безопасности этого региона вряд ли следует отделять, при всем их кажущемся различии, от таковых в Центральной Азии или на Ближнем Востоке. Ведь вовсе не случайно в интервью телеканалу «Мир» министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил о готовности ряда российских военных баз за рубежом, в том числе в Армении, к борьбе с джихадистами. «К сожалению, ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) не только освоилось на Ближнем Востоке и севере Африки и пока не хочет сдаваться, но мы обязательно его добьем. Но и на данном этапе начало активничать в Афганистане, особенно в его северных районах, которые непосредственно выходят на границы наших соседей и союзников», — отметил министр, сообщив о постоянной готовности к действиям как Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ, так и российских военных баз, расположенных в Армении, Таджикистане и Кыргызстане.
В ходе Московской конференции по безопасности с тревогой отмечалось нарастание нестабильности в Афганистане, обусловленное не только действиями террористических группировок, но также и многолетним иностранным военным присутствием на территории страны, со всеми его явными и неявными последствиями. ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) стремится к расширению своего присутствия в Афганистане, и усугубление ситуации с безопасностью служит его целям, заявил начальник Главного управления Генштаба ВС РФ Игорь Коробов. Официальные кабульские власти контролируют не более 60% территории страны, в то время как в 2015 году — более 70%. Растут потери правительственных сил: в 2015 году более 5 тысяч, а в 2016 году более 10 тысяч убитыми; растет количество жертв среди гражданских лиц. Удерживать контроль над административными центрами ряда провинций удается кабульской власти только лишь при поддержке иностранных контингентов. Движение «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), добивающееся вывода из страны иностранных войск и восстановления на ее территории теократического «Исламского Эмирата Афганистан», насчитывает около 40 тысяч боевиков и пользуется поддержкой значительной части населения. Согласно имеющимся данным, на сегодня численность афганского крыла «халифата» составляет около 3,5 тысяч человек: «В провинциях Нангархар и Кунар сосредоточено до 1,5 тысяч исламистов. В северных районах их количество приближается к 1 тысяче человек. Еще около 1 тысячи боевиков действуют в составе относительно малочисленных отрядов практически на всей остальной части территории Афганистана». По оценкам российского Генштаба, около половины от общего числа боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Афганистане составляют иностранцы, в основном выходцы из стран Центральной Азии. Коробов не исключает, что к 2018 году численность боевиков группировки может увеличиться в два раза и более. «Сегодня в Афганистан устремился поток недобитых в Сирии и Ираке боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), которые со временем могут превратить эту страну в плацдарм для экспансии на территорию государств — членов ОДКБ», — заявил исполняющий обязанности генерального секретаря ОДКБ Валерий Семериков. По его словам, положение в Афганистане усугубляется также действиями движения «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), нарастающим наркотрафиком, продолжающимся противостоянием различных этнических и религиозных группировок.
Добавим к этому оставшееся малозамеченным интервью телеканалу Fox News участника московской конференции, бывшего афганского президента Хамида Карзая, когда-то находившегося в хороших отношениях с Дж. Бушем-старшим, однако затем разочаровавшегося в политике Америки. Афганский политик уверен, что Вашингтон оказывает поддержку террористам ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Карзай рассказал о том, как, будучи президентом с 2004 по 2014 г., получал рутинные донесения от спецслужб о доставке грузов террористическим группировкам на афгано-пакистанской границе вертолетами без опознавательных знаков. Американские партнеры должны объяснить, что это были за вертолеты, считает бывший кабульский лидер. А 14 апреля американский самолет сбросил на горные районы афганской провинции Нангархар мощнейшую бомбу — по официальной версии, для нанесения максимального урона укрывавшимся в подземных катакомбах боевикам ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). По мнению Карзая, бомбардировка горных районов Нангархара была спланированной совместной акцией США и ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ): террористы были предупреждены заранее и вывели оттуда большинство своих людей…
Дерзкий налет талибов на базу афганской армии в Мазари-Шарифе 21 апреля также ярко свидетельствует об ухудшении ситуации в Афганистане, что не может не отражаться на стабильности стран Центральной Азии, многие из которых, так же, как и Армения, являются участниками ОДКБ. С подачи американского политолога Фредерика Старра в 2005 году был запущен оказавшийся не слишком удачным концепт «Большая Центральная Азия», объединяющий страны бывшей советской Средней Азии и Афганистан. Немногим ранее другой специалист, Стивен Блэнк, рассуждая о «преобразованиях Внутренней Азии», делал упор на «магистрализацию» региона. Это, по его мнению, ликвидирует его географическую замкнутость — немаловажную причину социально-экономической отсталости и «неэффективности» местных политических режимов. Как в этой связи не вспомнить о «Большом Кавказе», попытках нормализации армяно-турецких отношений либо о недавних пробросах о предоставлении Армении статуса благоприятной для беженцев территории… Раскрывая для стран постсоветского юга горячие объятия турбулентного Ближнего Востока, американские стратеги, конечно, не могли не видеть исторически непростых взаимоотношений народов региона, его этнической чересполосицы, Большого Кавказского хребта с его сложным рельефом и российско-казахстанской границы, одной из наиболее протяженных в мире.
США, напомним, вторглись в Афганистан в 2003 году, а в 2005 году произошли трагические события в Андижане, в 2010 году — кровавая ошская резня. Как пишет политолог-востоковед Игорь Панкратенко, в начале 2005 года секретарь посольства США в Ташкента Майкл Голдман начал ходить по домам местных правозащитников, задавая им вопросы о готовности жителей республики к массовым протестам с религиозной подоплекой. Получив, в основном, положительные ответы, в феврале 2005 года в служебном отчете послу Дж. Пурнеллу он писал, что «социальная обстановка в стране благоприятна для реализации тактики и стратегии, отвечающих интересам США». В том же месяце на совместном золотодобывающем узбекско-американском предприятии «Зарафшан — Ньюмонт» появился новый заместитель директора — Джозеф Пресел, бывший посол США в Ташкенте и кадровый сотрудник ЦРУ, выдворенный в должности первого секретаря американского посольства из СССР в 1977 году по одному из «шпионских» дел. Немедленно по приезде он отправился не в Навои, где расположено предприятие, а в Ферганскую долину. А в конце апреля Госдеп распространил предупреждение о подготовке «Исламским движением Узбекистана» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) террористических актов. До начала событий в Андижане с сотнями погибших оставалось не более двух недель…
История стара как мир: то, что для местных властей и соседей является источником постоянной головной боли, для некоторых внешних игроков — дополнительный повод половить рыбку в мутной воде. В конце апреля в Душанбе и Ташкенте побывал глава Центрального командования Вооруженных сил США Дж. Вотел. Американские партнеры выражают нескрываемую тревогу по поводу того, что именуют «усилением позиций Москвы в Центральной Азии», включая российско-таджикское сотрудничество по охране границы Афганистана (в том числе в рамках ОДКБ). Можно предположить, что укрепление этого взаимодействия противоречит долгосрочным планам по дестабилизации обстановки на просторах искусственно конструируемой «Большой Центральной Азии». Американские военные чиновники обвиняют Москву в поддержке движения «Талибан» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в ситуации, когда многолетняя оккупационная деятельность ISAF и НАТО, поддерживающих контакты со всеми сторонами афганского конфликта, продемонстрировала, мягко говоря, далеко не самые блестящие результаты.
В ходе московской конференции по безопасности привлекло внимание выступление бывшего политического директора Специальной политической миссии ООН в Афганистане Талатбека Масадыкова. По его оценке, «опасные процессы в Афганистане усиливаются, несмотря на заявления официального Кабула и коллег по блоку НАТО [о том], что ситуация находится под контролем и что силовые афганские структуры предпринимают все возможное для уничтожения террористических организаций». Ведь «если раньше мы говорили о том, что тренировочные центры экстремистов находятся на территории Пакистана, в приграничной с Афганистаном зоне независимых племен, то теперь подобные тренировочные центры стали появляться в северных провинциях Афганистана… Согласно информации различных афганских источников, на сегодняшний день в провинциях Фарьяб, Сары-Пуль, Саманган, Баглан, Кундуз, Тахар и Бадахшан (не говоря о восточных провинциях Афганистана) уже существует ряд баз и тренировочных центров, где экстремисты различных стран, включая в основном выходцев из стран бывшего Советского Союза, проходят обучение подрывному делу. Есть даже тренировочные центры для женщин в провинциях Фарьяб и Сары-Пуль… Эти центры получают регулярную техническую и финансовую поддержку, группы террористов организованно перебрасываются из южных провинций Афганистана в северные, приграничные с Центральной Азией районы. Местные и иностранные боевики почти свободно передвигаются по северным регионам страны… Впервые президент Карзай в 2009 году заявил о том, что непонятные вертолеты непонятных стран перевозят террористов внутри нашей страны. На сегодняшний день… подобные вертолеты сейчас стали, как будто обыденные чартерные рейсы, перевозящие различных террористов и экстремистов с южных границ в северные провинции Афганистана». По мнению эксперта, укрепление радикальной экстремистской идеологии в страны не было бы возможно без массированной финансовой подпитки. Если рядовые боевики «Талибана» получают 200−300 долларов в месяц, то их «коллеги» из ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — более 500−600, а специалисты по подрывному делу — более 1000 долларов.
Экстремистские террористические группировки все более набирают силу, контролируя все больше территорий внутри Афганистана, демонстрируя преимущество по сравнению с регулярными частями ISAF и афганской армии. Как представляется, все более тонкая грань между террористическими группировками и частными военными структурами неясной легитимности может бросить вызов Кавказу, и без того пересыщенному открытыми конфликтами и иными формами латентного противостояния. Некоторые авторы указывают на характерную особенность турецкой политики действовать за пределами национальных границ силами не только регулярной армии, но и тесно связанных с нею и с государственными структурами формально частных военизированных формирований. Их деятельность не только в Сирии, но и на Ближнем Востоке в целом приобрела весьма широкий размах, притом что взгляды их руководителей, плотно интегрированных в правящую элиту страны, носят радикально-националистический и пантюркистский характер. В этой связи нельзя не обратить внимания на тесную военно-политическую интеграцию Анкары и Баку, одним из проявлений которой являются регулярные двусторонние учения. Очередные испытания координации совместных действий двух армий и военной техники проходили в период с 1 по 5 мая. Интересно, что эмблема учений включала карту, на которой две страны соединены через Мегринский коридор, а сами они сопровождались очередной волной слухов о создании турецкой военной базы в Нахичеване. Как отметил министр обороны Армении Виген Саркисян, в Баку должны осознавать, что «очень легко открыть двери для хаоса и действительно широкомасштабных военных действий, эскалации во всем регионе, которые остановить будет очень сложно. Это обязательно усилит роль террористических групп в регионе, возрастет и роль внерегиональных игроков, которые начнут этим пользоваться».
Добавим к этому: уже пользуются, причем далеко за пределами Кавказа. В явном росте террористической активности на российской территории (следы которой ведут в Центральную Азию, Афганистан, да и в Турцию тоже) вряд ли можно видеть исключительно случайные совпадения. 26 апреля поступили сообщения о раскрытии сотрудниками ФСБ, МВД и Росгвардии межэтнической преступной группы в Калининградской области. В ходе спецоперации задержаны 12 уроженцев республик Средней Азии, являющихся членами ячейки международной террористической организации «Исламский джихад — джамаат моджахедов» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Установлен и лидер ячейки, разыскиваемый правоохранительными органами Узбекистана за совершение преступления экстремистской направленности. Как сообщили в пресс-службе областного УФСБ, задержанный пытался вербовать жителей Калининградской области, в том числе выходцев из Центральной Азии, в интересах эмиссаров террористической организации. Ранее, 19 апреля, на территории Владимирской области сотрудники ФСБ при попытке задержания ликвидировали двух граждан «одной из стран Среднеазиатского региона». По данным Центра общественных связей ФСБ России, уничтоженные боевики «состояли на связи у вербовщиков международных террористических организаций» и готовили теракты в России. После взрыва в петербургском метро и убийства двух полицейских в Астрахани это уже третий за месяц инцидент, в котором замешаны выходцы из указанного региона.
Напомним, исполнитель теракта в метро Санкт-Петербурга Акбаржон Джалилов был этническим узбеком из Ошской области, где до сих пор проживают его родители и родственники. Братья Аброр и Акрам Азимовы, задержанные по подозрению в подготовке теракта — уроженцы Джалал-Абадской области. Все трое имели российское гражданство, что позволяло им свободно передвигаться между Россией, Киргизией и Турцией. В прошлом номере мы упоминали о факторах риска, связанных с азербайджанской диаспорой, насчитывающей, согласно некоторым оценкам, свыше двух миллионов человек. Многие объективные факторы затрудняют контроль за потоками трудовых мигрантов, чем будут в полной мере пользоваться силы, стремящиеся возродить в России тревожные и даже панические ощущения и ожидания, присущие 90-м годам прошлого века.
Сложно не согласиться с Т. Масадыковым, возражающим точке зрения, согласно которой в Москве якобы преувеличивают исходящую из афгано-пакистанского региона опасность в целях сохранения своего влияния в регионе. Напротив, по его мнению, «Россия очень деликатно рассказывает о том, что происходит там, и даже преуменьшает реальную угрозу, которая на сегодняшний день исходит из афгано-пакистанского региона». Ведущаяся в отношении постсоветских стран «гибридная война» требует формирования эффективной архитектуры совместной безопасности. Она не может не иметь комплексного характера, и южные соседи России, не меньше ее самой заинтересованные в ее формировании, являются здесь ключевыми партнерами.