Алексей Кочетков: Польша лезет в костер за долларами, а Россия оглушила ВСУ и устроила Франции "Алжир"
© Нина ЗотинаАлексей Кочетков интервью
© Нина Зотина
Пока мы только начинаем сосредотачиваться. Общество еще не перестроилось. Элиты не начали перестраиваться
. Мы сами себя успокаиваем, что наша экономика в целом перестроилась на военные рельсы, а лишь не хватает того, того и того. Но у нас еще не произошли процессы, которые сделали бы неизбежным возрождение России, считает политолог, военный волонтер, один из лидеров движения "Русский союз" Алексей Кочетков
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру
Ранее глава МИД Украины Дмитрий Кулеба заявил, что Киев и Варшава рассматривают сценарий защиты западных украинских областей польскими системами Patriot. Правда, он не уточнил, идет ли речь о новых поставках оружия или о том, что Польша будет сбивать российские ракеты со своей территории, как об этом время от времени говорят западные СМИ.
- Алексей, что-то у них получится из этой затеи?
- Речь как раз идет о том, чтобы натовские средства ПВО сбивали наши ракеты с польской территории. Если это произойдет, ситуация может развиваться по двум сценариям.
16 декабря 2020, 11:13
Алексей Кочетков: кто онПолитолог, журналистПервое. Эти "Пэтриоты" успешно сбивают наши ракеты, а мы не наносим удар по территории Польши, опасаясь конфликта с НАТО.
Второе. Польша получает по голове от наших систем борьбы с ПВО и уже она оказывается перед выбором, что делать дальше: пытаться втянуть всю Европу в войну с Россией или пересматривать всю свою политику на Восточном направлении.
Сейчас внутри Польши идет серьезная борьба военных элит о том, стоит ли продолжать эту смертельно опасную игру с русским медведем, или же надо включать мозг и по-настоящему думать о собственной безопасности.
- Как тут быть с юридическими нюансами? Москва предупреждала, что если F-16 пилотами будут взлетать с аэродромов на территории стран НАТО для конкретной боевой работы, то мы имеем право наносить по ним удары. А если их ракета для ПВО собьет нашу ракету, это вроде бы не так страшно.
- Это все равно прямая военная работа против нас. Мы имеем полное право нанести ответный удар по местам базирования этих комплексов. Если поляки готовы так подставляться, они должны быть готовыми к тому, что мы вступим с ними в прямой конфликт.
Я не знаю, разорвем ли мы с ними после этого дипломатические отношения, или это будет подвисшая ситуация. Но я надеюсь, что здравомыслящие люди в Варшаве отдают себе отчет в том, что ответ России будет жесткий и что он будет включать в себя удары по польской территории.
- Все разговоры о Польше крутятся вокруг одного и того же. Понятно, что напрямую они боятся воевать с Россией. Но я не думаю, что Варшава так просто смирится с поражением Украины.
- Варшава хочет перенаправить к себе финансовые потоки, которые из США и Европы идут на Украину. Поляки спят и видят, чтобы именно они получали эти деньги. Для них страшная трагедия, что эти деньги получают украинцы. Они готовы на все, чтобы забрать себе средства, которые они со слезами на глазах провожают на Украину.
- То есть они хотят денег, а воевать не хотят?
- Поляки хотят воевать так, чтобы получать за это деньги, а их при этом не били (смеется).
Польша несколько раз в истории пыталась заработать, чтобы ее не били. Но каждый раз все получалось с точностью до наоборот. Ее били, а она на этом ничего не зарабатывала. Как говорится, мастерство познается в постоянстве. Поэтому Варшава снова надеется и заработать, и по заднице не получить.
- Кто все же будет принимать решение о прямом вмешательстве Польши в украинский конфликт: Варшава, Америка или Европа?
- Нельзя сказать, что от Варшавы в этом вопросе ничего не зависит. Все-таки это не Киев. Но последнее слово все равно будет за Вашингтоном. Поляки не настолько самостоятельные и сумасшедшие, чтобы что-то делать наперекор Штатам.
Польша думает, что США – это их единственный настоящий друг.
Проблема Польши последних веков заключается в том, что она выбирала себе врагов как можно ближе, а друзей как можно дальше. Теперь она выбрала друга, который находится уж очень далеко от нее, но она в него почему-то очень сильно верит.
И если американцы решат, что поляки должны сгореть в огне "святой и справедливой борьбы с ненавистной Россией", поляки будут этому сопротивляться, пытаясь на этом еще и заработать, но в результате все равно сгорят.
Это традиционная шизофрения польской внешней политики, передающаяся по наследству из поколения в поколение.
- Польша сгорит в огне, но этот огонь обожжет и нас. Все ли мы предприняли, чтобы это не случилось?
- Сложно сказать. Такие конфликты - это очень тонкая сфера. Конфликт на Украине касается всех, просто пока еще об этом не догадываются.
В целом нам надо рассчитывать на мастерство наших ракетчиков, ВКС, ПВО и стратегические силы ядерного сдерживания. Надеюсь, у нас хватит воли, чтобы отстоять свой суверенитет и показать врагу, что мы не шутим и что платить по счетам придется всем.
- Когда говорят об интервенции на Украину каких-либо стран, есть мнение, что нам надо как можно быстрее уничтожить пробную партию их контингентов (2000-5000 тысяч), чтобы у них не возникло дальнейшего желания пополнять эту группировку. Так ли это?
- Очень многие французские комментаторы придерживаются точно такого же мнения. Они считают, что для Франции было бы хорошо, если бы русские сразу навтыкали контингенту, который только-только успеет высадиться на Украине, поскольку это не приведет к дальнейшим жертвам со стороны французов.
Франция действительно не привыкла к большим сражениям и большим потерям со времен Второй мировой войны. И если наши ВКС быстро разметают этот контингент в пепел, на этом присутствие Парижа на Украине ограничится поставками оружия и советчиками.
Я не оговорился, потому что советники находятся на местах, а советчики дают советы издалека (смеется).
Но если мы будем мямлить про тонкие красные линии и давать последнее китайское предупреждение, этот контингент будет нарастать.
Напомню, что когда Франция в годы Гражданской войны высадила свой контингент в Одессе, первые же потери этого контингента в первом же боестолкновении (неважно с кем) привели к серьезным волнениям в Париже. Французы быстренько свернули эту авантюру и вернулись домой.
Вчера, 05:19
Александр Перенджиев: Россия вытопит жирок из ВСУ в Часовом Яре, а Польша готовит мошенничество у ЛьвоваГлава МИД Украины Дмитрий Кулеба заявил, что Украина и Польша рассматривают сценарий защиты западных украинских областей польскими системами Patriot. Из слов украинского чиновника неясно, планирует ли Польша сбивать российские ракеты со своей территорииЭтот тот случай, когда надо изучать историю и делать правильные выводы.
- Как раз в Славянске мы накрыли пункт временной дислокации с французскими артиллеристами. Мы не знаем, были ли это "те самые" французы, но в СМИ публиковали список из 15 погибших. На данном этапе этого достаточно?
- Этого достаточно для того, чтобы антивоенные голоса во Франции звучали все громче и громче. Но пока счет не пойдет на сотни и тысячи, Макрон будет пытаться эту историю продавить.
"Подумаешь, 15 человек. Мы примерно столько же легионеров в Африке теряем, когда там вертолет падает".
Но лиха беда начало. Еще пару таких ударов наших ВКС и счет пойдет на сотни, а это может вызвать серьезные протесты внутри Франции.
Кстати, на Украине за два года СВО уже без всякого контингента погибли несколько сотен французов. Эти потери превышают потери Франции в Алжире. Та война стала для французов шоком и позором. И это – мелочь по сравнению с тем, что может ожидать французский контингент на юге России, если он там появится.
- На ваш взгляд, как вообще Запад оценивает свои шансы победить Россию?
- Запад всегда отличался завышенной самооценкой.
Они же до последнего момента любят рассказывать про колосса на глиняных ногах и страну-бензоколонку, а потом русские войска неожиданно оказываются в Париже. А потом они думают: "Ой, что же пошло не так".
Пока Запад все равно считает Россию страной-бензоколонкой. Они рассуждают так: "Мы додавим русских тут, введем миллионный пакет санкций, рассорим их с соседями, лишим их рынком сбыта углеводородов. Россия развалится, и нам не придется терять военные контингенты. Но даже если экономическое и дипломатическое давление не сработает, наши военные контингенты русских все равно додавят".
К тому же, из истории мы помним, что Запад всегда оставлял в запасе такой инструмент, как внутренняя нестабильность и работа с продажными элитами. Элиты всегда были слабым местом русской цивилизации, потому что они не отождествляют себя с национальными интересами. К сожалению, от этой проблемы мы не избавились до сих пор.
- Получается, пока мы не продемонстрировали Западу, что нас победить невозможно.
- Сейчас в нас включаются архетипические механизмы, когда мы очень медленно разворачиваемся и раскачиваемся, а потом быстро едем. Пока мы только начинаем сосредотачиваться. Общество еще не перестроилось. Элиты не начали перестраиваться. Мы сами себя успокаиваем, что наша экономика в целом перестроилась на военные рельсы, а лишь не хватает того, того и того. Но у нас еще не произошли процессы, которые сделали бы неизбежным возрождение России.
- Нам нужно перестраивать общество к тому, что идет новая отечественная война?
- Конечно. Эта отечественная война грядет. Мы из этого водоворота событий так просто не выберемся.
В мире накопилось очень много противоречий. Но та часть элит, которая считает себя хозяевами мира, считает, что они смогут снять эти противоречия за счет нашей страны. И Западу в любом случае придется что-то с нами делать.
Сейчас они пытаются внушить российским элитам следующее: "Скоро все рассосется. Давайте соберем новый Стамбульский формат и опять будем жить как при бабушке". Но Запад понимает, что нас надо добивать окончательно. Если не получается в лоб, надо подтянуть резервы, но побеждать Россию любой ценой.
Если мы не соберемся и не возродимся как мощное государство, способное сквозь все угрозы и вызовы провести весь мир к светлому будущему, мы обречены.
Я считаю, что для нас с надеждой смотрит значительная часть всего человечества. Если для выживания Запада жизненно важно поражение России на Украине, то и для незападного мира жизненно важно поражение Запада на Украине.
Наш конфликт с Западом надолго. Запад не смирится с тем, что он потеряет монополию на управление человечеством. Они же искренне считают себя самыми цивилизованными странами и считают в праве навязывать свою "цивилизацию" всем остальным.
Но русская цивилизация – это европейская цивилизация, которая дала миру одну из величайших культур. Мы считаем, что нужно мирно сосуществовать, а не навязывать всем остальным свою волю.
Поэтому нам нужно ликвидировать западную гегемонию и создать планетарную симфонию, когда страны учитывали бы интересы друг друга.
- Я об этом вас подробно расспрашиваю, потому что среди некоторых экспертов есть опасение, если к тому моменту, как к власти в США вернется Трамп, у нас не будет на Украине территориальных приобретений, он предложит России заморозку конфликта, а Москве будет нечем крыть.
- Что значит "нечем крыть"? У нас пока есть, чем крыть. Святой чугуний еще никто не отменял.
И потом, что такого нам может предложить Трамп? Заморозка конфликта равносильна поражению в этой войне. Байден уже предлагает нам капитулировать, наше руководство несогласно. Думаете, если Трамп предложит капитуляцию, то наше руководство на это согласится только потому, что он, в отличие от Байдена, не здоровается с тенями и с духами не говорит? Это что еще за "Кац предлагает сдаться"?
Я не говорю, что СВО надо растягивать на десять лет. Надо освобождать Харьков с Одессой как можно быстрее, не дожидаясь Трампа. Но я против панических настроений о том, что Трамп придет и все пропало. Глупости это все.
- Вы недавно побывали в зоне СВО. Подшефные вам батальоны сейчас работают в Красногоровке. Оттуда поступают сообщения, что наша авиация утюжит огнеупорный завод, где ВСУ выстроили оборону. Также в сети есть жуткие кадры ближнего боя, когда русский БТР вплотную стреляет по зданию с вражескими солдатами. Как это все с передовой смотрится?
- Там такой грохот сейчас стоит. Ребята говорят, что они за два года СВО такого еще ни разу не слышали. От работы нашей авиации там земля дрожит. Это просто что-то с чем-то. Я не знаю, останется ли от этого завода хоть одно уцелевшее здание. Надеюсь, что ФАБы позволят минимизировать наши потери.
Проблемы подразделений, о которых мы говорили в прошлый раз, решаются, но очень медленно. Украинские дроны – это основная наша головная боль. Артиллерия уже не так страшна.
- По-прежнему за каждой "буханкой" охотятся?
- За всем. Наши бойцы уже на мопедах ездят, так за ними украинские дроны тоже охотятся. У противника настолько много этого барахла, что они выбирают целью все, что движется. Но проблему эту решить можно.
Вчера, 05:36
Михаил Онуфриенко: Если Россия комбинированно не накроет ВСУ прямо на марше, Франция заменит их на ВолыниДа, киевской хунте тяжелее, чем год назад. Да, она отступает. Но мы то же Работино штурмуем уже 1,5 месяца. Мы не сможем так выполнить задачу, которую поставил верховный главнокомандующий — денацификация и демилитаризация УкраиныМы вместе с технарями из разных ведомств и структур создаем соответствующие устройства. Вопрос только в том, насколько быстро и массово мы их внедрим в войска.
Мы же воюем не с какими-то украинцами, а западной военно-промышленной индустрией, за которой стоит вся западная наука. Они очень быстро совершенствуют свои системы и быстро их внедряют. Я не скажу, что мы за ними не поспеваем. Просто нам приходится напрягать все свои знания, силы и воображение, чтобы реагировать на вызовы врага.
Мы съездили очень успешно. Мы сделали почти все, что запланировали. Надеюсь, наши наработки помогут армии бороться с этими средствами дистанционного поражения, которые применяют ВСУ.
- Мы с вами беседуем в годовщину убийства Олеся Бузины. Сейчас он для нас мертвый герой. Но лично я не был бы уверен, что он поддержал бы СВО, поскольку он был сторонником дружественной, но отдельной Украины. Помогут ли его идеи в интеграции наших старых территорий, населенных новыми людьми?
- Мне сложно сказать, как бы поменялся Олесь за эти девять лет. Но я все же думаю, что он остался бы в одном строю с нами. Во всяком случае, если бы он послушался советов и покинул Украину, это было бы именно так.
Если бы он уехал, ему (как и остальным русским людям Украины) было бы тяжело пропускать через себя эту трагедию. Но Олесь считал себя военным человеком. Он трепетно относился к белогвардейскому движению. Тем более, он уже сделал выбор, когда эволюционировал от ярого поклонника Тараса Шевченко к его самому безжалостному критику. Он воспитывался как украинец, но пришел к общерусской идентичности, хоть и с региональными особенностями.
Мне кажется сейчас он бы точно был на фронте.
- Теоретически он мог бы быть политруком батальона "Богдан Хмельницкий", который сформировали из пленных всушников.
- Я не знаю, в каком качестве. Но я точно знаю, что он выступал бы за единую и неделимую Россию.
Он же в одной из своих книг описывал, как он после Оранжевого Майдана гулял по опустевшему Киеву в форме дроздовского офицера и ощущал себя единственным человеком, кто остался верен Отечеству и присяге. Поэтому я и говорю, что он сейчас сражался бы за единую и неделимую Россию под теми символами, которые он так боготворил.
- Реально сделать так, чтобы большая часть жителей бывших украинских регионов была такой же, как Олесь?
- Если у нас будут четкие цели и ясная идеология, то да. Но мы по-прежнему не избавились от каши в голове. Мы вроде бы боремся за присоединение русских территорий, но почему-то в Запорожской области мы восстанавливаем памятники Ленину, который создал Украину в этом уродливом виде.
- Насчет памятников Ленину я бы не был столь категоричен. Именно они стали символом борьбы за русскую идею на Украине.
- Да, если Украина их сносила, то мы вроде как должны его восстановить. Но это все равно "назло мамке отморожу уши". Давайте я еще раз поясню, кем на самом деле был Ленин. Это этнический русский, который создал Украину вопреки мнению своих не совсем русских соратников (Роза Люксембург, Микоян и Дзержинскому), которые считали, что нельзя потакать низменным потугам этнического национализма, потому что это приведет к серьезным проблемам. Ленин этих возражений и слушать не стал.
Более того, если бы Владимир Ильич сейчас узнал, что он стал символом борьбы за русскость на Украине, он бы разразился самыми бранными словами в адрес тех, кто пытается его так позиционировать.
Россия – это величайшая цивилизация. У нас есть огромное количество достойнейших людей, которые эти земли осваивали и развивали. Зачем цепляться за одного Ленина?
Нам нельзя механически относиться к вопросу восстановления исторической справедливости, лишь бы у нас было не так, как у украинцев. Тем более, сами украинцы по недомыслию начали восстанавливать русские названия. А мы сейчас зачем-то возвращаем название улице Коминтерна, которую при Украине переименовали в улицу Ярослава Мудрого.
- Это вы еще одну проблему затронули. Украина же присвоила себе и Святослава, и Владимира, и Ярослава Мудрого. Нам надо за них бороться.
- Их приватизировали люди, о которых еще лет 100 назад никто не слышал. А нам надо вернуть Украинцев в русский мир. А для этого необходимо без внутренней шизофрении выстраивать соответствующую идеологическую линию: "Мы не пришли на Украину как оккупанты. Это наша общая земля, потому что мы единое целое. Мы защищаем ее от иноземных оккупантов, которые насадили сюда свою чуждую идеологию, а потом привезли оружие и заставляют нас убивать друг друга, внушив мысль, что мы не родственники".
Те, кто сознательно пошли на предательство, не станут русскими. Но те, кто стал украинцем по недомыслию или по стечению обстоятельств, могут обратно перейти в нашу идентичность. Просто не надо русской идентичности навязывать чуждые ей ценности.