Японец впечатлён русским станкостроением
Автор напоминает, что западные страны внимательно следили за развитием советского станкостроения, «поскольку по нему можно было судить о точности советских вооружений». Ну, а для того, чтобы не позволять советской военной промышленности производить «точное вооружение», появился Комитет по контролю за экспортом стратегических товаров — пресловутый КОКОМ.
Хорошо помню, например, инициированное официальным Токио в апреле 1987 года с участием американцев так называемое «дело Тосиба» вокруг поставок в СССР некоторых видов станочного оборудования, которое было отнесено к подпадающим под запрет КОКОМ. Тогда в Пентагоне были возмущены тем, что якобы с помощью станков «Тосиба» русским удалось создать чуть ли не бесшумные подлодки. Взяв под козырек, японские власти развернули кампанию шпиономании, пошли на высылку из Японии советских дипломатов. Правительство СССР, естественно, ответило тем же, что послужило очередному этапу охлаждения двусторонних отношений.
Вводя читателя в курс дела, автор статьи напоминает: «В 1990-е годы произошел распад СССР и появилась Российская Федерация, однако в результате экономического хаоса оборонная промышленность оказалась в глубочайшем кризисе. В хаосе оказалась не только экономика. В течение нескольких лет вообще было непонятно, куда следует двигаться даже с политической точки зрения. Я думаю, время, когда первый президент России Борис Ельцин неожиданно ушел в отставку, было худшим в истории России». То есть какое там точное станкостроение, — речь шла об элементарном выживании страны и народа.
«В 2000 году появился новый президент — Владимир Путин, — продолжает Сугахара-сан. С этого момента чудесным образом начинают расти цены на нефть, а вместе с ними и цены на газ. В тот период снижается объем экспорта несырьевой продукции и формируется имидж России, в соответствии с которым она становится страной, зарабатывающей на экспорте энергоресурсов». В то же время «президент Путин начал наращивать и модернизировать военную мощь и реформировать армию, чтобы защитить трубопроводы, протянутые по всей России, от внутренних и внешних угроз. Начинает развиваться производство оборудования, чтобы соответствовать росту инвестиций в оборонную промышленность». Оставим на совести автора нелепое утверждение о том, что российская армия восстанавливалась якобы с единственной целью «защитить трубопроводы».
Затем наступает период «конфликтов на Украине и в Сирии», когда западные страны ужесточают экспортные ограничения в отношении России, а она «протестировала различные виды новых вооружений, включая крылатые ракеты». Тут-то, резюмирует автор статьи, экспорт необходимого западного оборудования практически прекращается, и «наступает период, когда России остается полагаться только на собственную промышленность».
И вот выставка в Москве в 2017 году. Как свидетельствует Сугахара-сан, на сей раз «что-то было не так: выставочные помещения, которые обычно были заполнены зарубежной продукцией, превратились в выставку разнообразных российских компаний малого и среднего размера. Кстати, просмотрев каталог, я выяснил, что из 130 выставочных стендов примерно половину занимают российские предприятия в количестве 76 компаний. Практически все они — это малый и средний бизнес».
Выводы статьи едва ли понравятся инициаторам санкций, включая японских «неоконов», все еще тешащих себя надеждами, что, оказавшись в условиях «разорванной в клочья экономики», русские рано или поздно придут на поклон к Японии, будут вынуждены уступать японским требованиям, в первую очередь территориальным. Читаем: «Что касается бизнеса, то сейчас Россия возрождает традиции станкостроения, меняя заводское оборудование на современную продукцию российского производства… Если российское станкостроение продолжит развиваться такими же темпами, то западные санкции лишатся всякого смысла. Для Японии крайне важно добиться того, чтобы российские высокоточные станки не попадали в такие пророссийские страны, как КНДР и Иран. Для этого необходимо вернуть Россию в G7. Японии важно убедить мир в том, что он нуждается именно в группе G8. Обеспечив себе самостоятельную позицию в области мировой политики, Япония сможет впервые экспортировать в Россию высокоточные станки. Осматривая московскую выставку, я осознал, что еще не было такого периода, когда мировая политика управляла бизнесом в такой степени».
И, правда, ведь никто не отменял ленинское положение о том, что политика — концентрированное выражение экономики, а не наоборот.