Игра в Стамбул: Запад видит нужную дверь, но пока не готов в неё войти
Стамбульские соглашения реанимируют. Именно к такому выводу пришли некоторые эксперты после того, как тема Стамбула была поднята на переговорах между Владимиром Путиным и Александром Лукашенко.
Российский президент выразил готовность к переговорам «не в формате навязывания нам каких бы то ни было схем, которые не имеют ничего общего с действительностью». А его белорусский коллега сразу же вспомнил о Стамбульских договоренностях, предлагая «достать тот документ, который вы когда-то мне показали и передали, положить на стол и двигаться по нему. <…> И с ним работать», — ответил Владимир Путин.
Здесь же вспомнили и о разговоре министра обороны России Сергея Шойгу с его французским визави Себастьяном Лекорню, где российский министр выразил готовность к «диалогу по Украине», исходные положения которого «могли бы основываться на «Стамбульской мирной инициативе»».
И все это начало порождать в российском экспертном сообществе очередную панику — страхи о том, что Москва снова попытается договориться с теми, кто с ней договариваться не собирается. Что Кремль откажется от освобождения не только нынешних украинских территорий, являющихся частью исторической Новороссии, но и своих собственных территорий, ныне оккупированных Украиной.
Однако эти страхи беспочвенны. На самом деле Москва понимает игру Запада — и ведет свою.
На сегодняшний день главной задачей Соединенных Штатов и Европы является не мир, а перемирие. Причем временное — для последующего возобновления войны в более выгодных условиях.
Хитрый план Запада
«Заморозка позволяет предотвратить поражение Украины здесь и сейчас. Выиграть время для того, чтобы Соединенные Штаты и Европа нарастили свои ВПК, для чего им нужно несколько лет. По истечению этого срока они нарастят производство, а Украина мобилизует и подготовит новую армию для того, чтобы с позиции силы снова развязать войну», — объясняет ИА Регнум важность заморозки для Вашингтона замглавы Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов.
По мнению эксперта, если не будет заморозки, то единственное дальнейшее развитие событий — это «продолжение поражений Украины, отступление, а то и полный развал фронта».
Западным лидерам, значительная часть которых готовится к выборам, эти поражения не нужны. Именно поэтому Москве и предлагают сейчас вернуться к Стамбульской формуле.
«В течение этой весны Москва получила от одной из крупных европейских стран предложение о переговорах по Украине со взятием за базу Стамбульских соглашений», — рассказывает ИА Регнум глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович.
Причем заключение этих соглашений западные страны продали бы своему населению как победу. «Стали бы говорить о том, что вот они спасли Украину, обеспечили интеграцию большей части Украины с Западом», — продолжает Дмитрий Суслов.
Не случайно министр обороны США Ллойд Остин на слушаниях в Конгрессе США заявил, что победой в войне будет считаться сохранение суверенной Украины. Не обозначив при этом ее границы.
Да, соглашения подразумевали не только прекращение огня, но и нейтральный статус Украины, ее неприсоединение к НАТО. То есть как бы не перемирие, а полноценный мир. Однако непонятно, кто и как будет его обеспечивать после подписания.
«Я не представляю, какие реальные гарантии соблюдения нейтралитета и демилитаризации Украины может предложить Запад в случае подобных соглашений. Это подразумевает размещение некоего третейского воинского контингента на Украине, который заменил бы на неосвобожденных территориях местные силовые структуры и осуществлял бы контроль за деятельностью властей, а также соблюдение иных договоренностей. На присутствие войск НАТО не согласится Россия, на войска ОДКБ и ШОС не согласится Запад», — поясняет Никита Мендкович.
Таким образом, Киев может нарушить аналог Стамбульских соглашений в любой момент.
Хитрый план России
Москва все это понимает — и соглашается на дискуссии. Правда, это согласие отнюдь не гарантирует достижение договоренностей.
Во-первых, потому, что Стамбул лишь берется за основу. Стамбульские соглашения — как и минские в свое время — выгодны России отчасти потому, что в них письменно, с подписями уважаемых лиц зафиксировано согласие всех сторон идти к миру на основе российских нарративов.
«Это не значит, что нужно подписать то, о чём тогда говорилось, а только что по этому пути надо двигаться», — пояснил глава Комиссии СФ по защите госсуверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела РФ Андрей Климов. То есть двигаться в нужном России направлении.
Во-вторых, Москва четко дает понять, что ряд положений Стамбула уже неактуален. В частности, «территориальные» пункты. «Ситуация изменилась, и геополитическая реальность сильно отличается от того, что было в марте 2022 года, и не принимать это во внимание при любых переговорах было бы недальновидно», — заявил пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков.
При заключении любых соглашений, даже о заморозке, Россия не готова отдавать новоприсоединенные территории — причем даже те из них, которые сейчас оккупированы киевским режимом.
«Фактически Песков озвучил идею, сводящуюся к тому, что базой для любых возможных мирных соглашений с Украиной является признание российского суверенитета над всеми новыми регионами, включая Новороссию, Донбасс и Крым. А также вывод украинских войск с оккупированных территорий — в том числе с укрепленных линий в Донбассе, которые выстраивались в течение 8 лет после Майдана», — поясняет Никита Мендкович.
И очевидно, что этот пункт украинская сторона выполнить не сможет. Сложно представить себе, что Владимир Зеленский отдаст подобный приказ, особенно после 21 мая, когда его легитимность как главы государства испарится.
Поэтому мирное соглашение может быть заключено только после того, как Россия сама освободит свои территории. Однако география и военная стратегия дают понять, что к этому моменту будут освобождены и другие территории, пока еще не входящие в Россию, но необходимые для обеспечения российской безопасности.
Именно поэтому Москва и заняла правильную с дипломатической точки зрения позицию — согласие на переговоры с пониманием того, что Запад не начнет их на российских условиях.
«Президент Путин неоднократно подчеркивал, что мы открыты для переговорного процесса, этот процесс для нас является предпочтительным для решения наших задач, но в условиях, когда этот переговорный процесс сами себе запретили украинцы, пока мы не видим каких-то горизонтов впереди», — заявил Дмитрий Песков.
Эта позиция не только выигрышна с имиджевой точки зрения, но и демонстрирует Западу открытую дверь для выхода из конфликта. Дверь, которой США и Европа всегда могут воспользоваться.
«Москва, по большому счету, поддерживает разговор о переговорах просто для того, чтобы показать свое миролюбие, готовность к компромиссам. А достойных компромиссов Запад сейчас предложить не может. Ведь эти компромиссы будут означать провал агрессии с целью превращения Украины и России в колонии, а также признание ответственности за развязывание агрессивной войны против России, против народа Донбасса», — говорит Никита Мендкович.
Представители Запада лишь тогда войдут в эту дверь, когда будут готовы признать свой провал и свою ответственность. А пока не вошли, Россия в статусе миротворца продолжает освобождать свои территории.