Константинопольский патриархат «выдавливают» с Ближнего Востока
Председатель отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Антоний совершил визит в Сирию. Он носил как религиозное, так и светское измерение. По церковной линии главным собеседником русского митрополита стал антиохийский православный патриарх Иоанн X. В ходе двусторонней встречи глава Антиохийского патриархата выразил глубокую благодарность Русской православной церкви за помощь в восстановлении храмов и других церковных объектов, пострадавших в результате военных действий в Сирии.
Антоний и Иоанн X также посетили подворье РПЦ в Дамаске и организованный при нем Центр детской реабилитации и протезирования, который был создан при непосредственном участии России. В честь прибытия в сирийскую столицу делегации Московского патриархата в посольстве России в Сирии состоялся прием, в ходе которого посол Александр Ефимов отметил, что патриарх Иоанн X и митрополит Антоний впервые стали гостями дипломатического представительства. Председатель ОВЦС отметил важное значение служения в Сирии российских дипломатов и военнослужащих (на приеме в посольстве присутствовал командующий группировкой ВС России в Сирии генерал-полковник Андрей Сердюков), которое они несут порой с риском для своей жизни ради установления мира на сирийской земле и сохранения здесь христианского присутствия.
Как сообщает отдел коммуникаций ОВЦС, в Дамаске состоялась встреча Антония с апостольским нунцием в Сирии кардиналом Марио Дзенари. В ходе «продолжительной беседы», в частности, «обсуждалось положение христиан на Ближнем Востоке, а также были затронуты иные вопросы, представляющие взаимный интерес». Главу русской церковной дипломатии принял министр по делам вакуфов Сирии шейх Мухаммад Абдель Саттар аль-Сайед. Как отметил шейх, сирийский народ и президент Сирии Башар Асад «стоят с Россией плечом к плечу» в нынешнее сложное время. «Мы знаем, что сегодня Россия защищает общемировые ценности, единые как для христиан, так и для мусульман. Она борется не за себя — она борется за правду. Мы — и мусульмане, и христиане — вместе с вами в этой борьбе и в этих трудностях», — подчеркнул министр.
Визит председателя ОВЦС, его встречи и поднимаемые на них вопросы касаются не только российско-сирийских отношений. На фоне проводимой Россией специальной военной операции на Украине обострились и застарелые противоречия межправославного и межхристианского диалога. Дискредитацией российского руководства и Московского патриархата активно занимается Константинопольский патриархат, использующий украинский конфликт для обвинений Русской православной церкви и концепции Русского мира. Напомним, что в декабре прошлого года константинопольский патриарх Варфоломей, выступая в Абу-Даби на международной конференции «За разумно открытый мир», назвал Русский мир продвижением «ереси этнофилетизма», а политику Москвы — «борьбой с упадническими ценностями Запада». В последнем с Варфоломеем сходятся и «прогрессивные» европейские католики, увидевшие в заявлениях патриарха Московского и всея Руси Кирилла на тему СВО в первую очередь критику «безбожного и декадентского Запада».
Понятно, почему Московским патриархатом недовольны эти «прогрессивные католики». Но почему с ними солидаризуется последние годы Константинопольский патриархат? Подавляющая часть его истории связана с Ближним Востоком и Османской империей, когда разыгрывание европейскими державами церковной карты в регионе выглядело прямым наследием эпохи крестовых походов. Однако в XX веке происходит геополитическая переориентация Константинопольского патриархата на Запад, преимущественно на США. Фанар становится инструментом Вашингтона, который использовал среди прочего старую ревность константинопольских патриархов к русским «конкурентам». При этом на Ближнем Востоке после начала «арабской весны» и гражданской войны в Сирии дать бой Московскому патриархату Константинопольский патриархат не мог, поскольку американцы тогда в регионе не эксплуатировали особо церковный вопрос.
«Звездный час» для Фанара наступил, когда администрация президента США Дональда Трампа и Госдепартамент во время своей украинской операции занялись и конструированием новодела под названием Православная церковь Украины, что прямым образом было направлено против Украинской православной церкви Московского патриархата и РПЦ, а побочным эффектом (судя по всему, сознательно допущенным) стал раскол мирового православия. Переход украинского кризиса в активную вооруженную фазу, похоже, оказался для Фанара «возможностью» начать очередной цикл борьбы с Московским патриархатом на новых площадках. Прежде всего, европейских — в Греции и на Кипре, в республиках Прибалтики, Молдавии, на Балканах. При этом, учитывая место, выбранное патриархом Варфоломеем для его критики РПЦ, Фанар не собирается забыть и о Ближнем Востоке. Другое дело, что здесь дискредитировать Русский мир гораздо сложнее — ближневосточные страны занимают нейтральную позицию в украинском конфликте, а критика Москвой западных ценностей совпадает с настроениями местных мусульман и христиан.
Наконец, важнейшее значение играет и статус самой Сирии, чье особое значение в возникновении христианства дважды отмечается еще в Новом Завете (обращение Савла в апостола Павла по пути в Дамаск и появление термина «христиане» в Антиохии, первое такого рода). Когда нынешние сирийские христиане оказались жертвой зверств экстремистских группировок, включая ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), Константинопольский патриарх этого «не заметил», увлекшись политизацией церковных проблем. Христианству на Ближнем Востоке тем самым со стороны Фанара был нанесен удар, возможно, не меньший, чем действия экстремистов. Вопрос сохранения христианского присутствия в регионе в этой ситуации стал объединяющим для Московского патриархата и Святого престола, предметом обсуждения в Гаване в феврале 2016 года на встрече патриарха Кирилла и папы Римского Франциска.
Он продолжает оставаться актуальным для РПЦ и Католической церкви и сейчас, иначе бы русский православный «министр иностранных дел» не нанес в Дамаске визит апостольскому нунцию, кстати, возведенному — редчайший случай для нунциев — папой Франциском в сан кардинала. Святой престол и Московский патриархат, чьи отношения на украинском направлении заметно осложнились, продолжают поддерживать диалог на сирийском направлении, двигаясь, возможно, и разными дорогами, но к одной цели. Это ведет и к тому, что РПЦ и Католическая церковь постепенно «выдавливают» Константинопольский патриархат с Ближнего Востока, когда местные Церкви перестают видеть в Фанаре силу, способную решать их проблемы.