21 августа 1963 года лайнер Ту-124 совершил аварийную посадку прямо на Неву. Приводнение самолета чудом не обернулось катастрофой.
«Когда я вышел к берегу, то глазам не поверил: прямо по Неве плавал пассажирский самолет. Он не просто плавал: его тащил к берегу маленький буксир», – вспоминает ленинградец Юрий Туйск. В тот день он стал свидетелем чудесного спасения пассажиров воздушного судна, которое, казалось бы, с самого начало было обречено разбиться.
Утром 21 августа Ту-124 вылетел из Таллина в Москву. На борту было 45 пассажиров и 7 членов экипажа. Командиром был Виктор Мостовой. Вскоре после взлета выяснилось, что носовую стойку шасси заклинило: в полете ее не удалось убрать даже вручную. По инструкции судну требовалась аварийная посадка в аэропорту вылета. Но Таллин накрыл густой туман, поэтому диспетчеры направили борт на ленинградский аэродром Шоссейная – будущий Пулково. Туда стали стягивать пожарные машины и кареты скорой помощи, отменили все вылеты и посадки.
При аварийной посадке сломанное переднее шасси должно было отвалиться, и судно тормозило бы фюзеляжем по бетону. Это могло обернуться возгоранием. Поэтому экипажу предстояло выработать топливо, чтобы уменьшить риски пожара. Самолет снизили до высоты 500 метров над землей, и он начал кружить над Ленинградом.
Когда борт пошел на восьмой круг, отказал левый двигатель. До взлетно-посадочной полосы оставалось более 20 км. Диспетчер дал разрешение на сквозной пролет над Ленинградом. В полете у воздушного судна отказал и правый двигатель: это случилось почти над Исаакиевским собором.
Двигатели заглохли из-за того, что самолет израсходовал все горючее. Но капитан не мог этого знать из-за, вероятно, сломавшегося датчика топлива и пошел на новый круг.
В 1963 году в Ленинграде проживало примерно три с половиной миллиона жителей. Падение на город могло обернуться страшной трагедией. Когда впереди показалась Нева, Мостовой приказал экипажу уйти в хвостовую часть, а за штурвал посадил второго пилота Василия Чеченева, который ранее служил в военно-морской авиации и управлял гидросамолетами. Гражданских пилотов в СССР совершать аварийную посадку на воду не учили.
Чеченев выровнял воздушное судно над рекой, чудом не задев Большеохтинский мост и проходивший мимо буксир с плотом из бревен, и посадил борт в двухстах метрах от Финляндского железнодорожного моста.
В процессе посадки на воду экипаж по неизвестным причинам не убрал основные стойки шасси, что было нарушением инструкции. Однако получилось так, что судно быстро проскользило ими по водной глади, высоко задрав нос, и плюхнулось на воду. В ходе приводнения одна из стоек пробила фюзеляж, и самолет стал постепенно заполняться водой.
Пассажиров спас тот самый буксир. Он оттащил судно на тросе за нос к берегу, развернул его и подал крыло под пришвартованные плоты. Люди смоги по бревнам выбраться на набережную.
«Прямо у берега были бревенчатые плоты: по Неве шел сплав леса. И к этим плотам был пришвартован самолет! Я вижу, что из фюзеляжа выходит дама, по бревнам ей идти неудобно, и поспешил на помощь. Я спросил: "Как вы себя чувствуете?" Она была из Эстонии и с акцентом по-русски ответила: "Да ничего… Но странно, что мы сели на воду!"» – вспоминал очевидец эвакуации Юрий Коломиец.
Вскоре на место происшествия прибыли правоохранители. Они оцепили территорию и засвечивали пленки у тех, кто успел заснять место посадки на фотоаппарат. Но некоторым фотографам повезло: их не заметили.
Осенью авиационная комиссия по расследованию инцидента установила, что авария произошла «по конструктивно-производственным причинам». На проверку направили другие лайнеры Ту-124. В семи бортах нашли точно такие же дефекты с болтами, на которых крепились передние шасси. Сама модель была в пассажирской эксплуатации вплоть до 1980 года.
Экипаж злополучного борта после проверок допустили к полетам и представили к награде. Впрочем, они ее так и не получили по неизвестным причинам.
Источник: