Серж Саргсян не рассказал о 2018-м
Ереван, 3 декабря, 2015, 17:59 — ИА Регнум. Вечером 2 декабря президент Армении Серж Саргсян дал интервью представителям нескольких армянских телеканалов, где речь в основном шла о конституционной реформе, референдум по которой пройдет 6 декабря. Информацию о том, что Саргсян встретился с журналистами и несколько фотографий распространила вчера пресс-служба президента. Однако ни текста интервью, ни записи так и не появилось. Лишь спустя 12 часов пресс-служба главы государства сначала распространила текст, а затем и видео. Все 12 часов молчали и представители телекомпаний. Как пишут журналисты армянских сетевых изданий в социальных сетях, очевидно, что до того как текст и запись были опубликованы, они прошли проверку в администрации президента.
Примечательно, что на встрече вопросы задавали представители 9 телекомпаний, две из которых официально принадлежат зятю (мужу дочери) Сержа Саргсяна, еще две — партиям, которые поддерживают инициированные президентом реформы, одна телекомпания принадлежит государству (общественное), еще в одной, согласно публикациям армянской прессы, зять президента владеет 50% акций.
Всё интервью, на котором присутствовали 12 журналистов из 9 телекомпаний было записано на камеры одной из них и все дружно выдали в эфир одну и ту же картинку. Все перечисленные обстоятельства вызвали негодование в армянской журналистской среде.
«В нормальной стране эта пресс-конференция должна была быть в прямом эфире. Вы в сущности присутствовали на конспиративном брифинге. Хотя бы 12 часов это интервью держалось в тайне. Не понятно почему? Потому что право на эксклюзив каждого из вас этот человек уравнял своей элементарной прихоти: «пока я или пресс-служба не ознакомимся с официальным текстом, не сделаем соответствующий монтаж, никто из вас не выпустит в эфир и строчки». Он высмеял журналистику. Для него вы как журналисты не существуете», — пишет, обращаясь к присутствующим представителям телекомпаний журналист Мгер Аршакян и приводит пример президента России Владимира Путина, «пресс-конференции которого давно проходят в прямом эфире».
Что касается самого интервью, то Серж Саргсян так и не пояснил будет ли он претендовать на пост премьер-министра или председателя парламента, после 2018 года, когда закончится его второй президентский срок. «Об этом поговорим после парламентских выборов 2017 года. Эта важная тема (Конституционные реформы — ИА REGNUM ) не сопоставима с темой моего политического будущего», — заявил Саргсян.
Оппозиция не раз обвиняла Саргсяна в том, что путем конституционной реформы Саргсян пытается остаться у власти после 2018 года, на что президент отвечал, что не будет претендовать на пост президента или премьер-министра в том случае, если новая Конституция будет утверждена на референдуме.
Однако сейчас, президент стал более осторожным в своих высказываниях и в ходе всего интервью, которое после монтажа длится почти 92 минуты, ни разу не заявил, что больше не будет претендовать на высшие государственные посты. Даже на уточняющий вопрос одного из журналистов Серж Саргсян выразил уверенность в том, что сегодня этот вопрос не представляет интереса. «Думаю, сейчас важнейший вопрос — это конституционные реформы. Я всем обещаю, что после парламентских выборов 2017 года подробно отвечу на все вопросы, потому что в это время все решится, — заявил Саргсян, уточнив — Я почему говорю, что после 2017-го все скажу, потому что говорить со всей серьезностью о премьерстве или формировании правительства можно лишь тогда, когда у тебя в парламенте есть большинство. А если его нет, Конституция изменилась или нет, как ты будешь работать премьер-министром, как станешь главой правительства? Нет этой возможности», — отметил глава государства.
Отвечая на вопрос, означает ли это, что он отказывается от заявления, сделанного в 2014 году, о том, что он предпочитает президентскую форму правления и не готовится стать премьер-министром, Саргсян ответил неопределённо: «Я от своих слов не отказывался. Будь то в быту или политике, я, в основном, никогда ни от чего не отказываюсь. Я просто не хочу, чтобы хорошее дело смешивали с другим каким-то делом. В этом вся моя цель».
6 декабря в Армении пройдет референдум по новой Конституции, инициированный президентом Армении Сержем Саргсяном и предусматривающий переход страны на парламентскую форму правления.
Оппозиция полагает, что таким образом Саргсян пытается остаться у власти по истечении второго и последнего срока на президентском посту в 2018 году.
С 1 декабря на площади Свободы в центре Еревана оппозиционный фронт «Новая Армения» проводит бессрочный митинг с требованием немедленной смены власти и отмены референдума.
Корреспондент ИА REGNUM передает, что сейчас на площади Свободы проходит совместный митинг «Новой Армении» с Армянским национальным конгрессом и Народной партией Армении, которые призывают граждан участвовать в намеченном на 6 декабря конституционном референдуме и сказать «нет».
Участники митинга уже прокомментировали телеинтервью президента, заявив, что Саргсян избегал прямых ответов о своем политическом будущем, подтвердив тем самым подозрения оппозиции о реальных целях реформ.
Кстати, одной из партий, которые требуют отмены референдума, Серж Саргсян уделил особое внимание. Говоря о действующей Конституции он подчеркнул, что в ней есть дисбаланс права и ответственности. И в качестве примера привел партию «Наследие».
"На мгновение представим, что на парламентских выборах 2012 года победу одержала сила, программные положения которой, по моему глубокому убеждению, противоречат нашим государственным интересам. Что должна делать эта сила, после победы на выборах? Должна назначить премьером своего лидера или человека, которому доверяет. Согласно Конституции, президент республики назначает премьером человека, пользующегося доверием большинства в парламенте. Я не смог бы не назначить его, я был бы обязан его назначить. Предположим, я назначил этого человека, было сформировано правительство. Я уже не говорю о качестве правительства, поскольку речь идет о силе, из-за которой может возникнуть кризис, если я не соглашусь, к примеру, с кандидатурой на пост министра обороны. Представим, что я согласился. Что должно делать это правительство? Оно должно реализовывать свои программные положения. Это очевидно, не так ли?
Теперь, давайте представим, что этой силой является «Наследие». Что говорит «Наследие»? Говорит, что нужно немедленно признать независимость Нагорного Карабаха. Правительство разработает законопроект и направит его в Национальное Собрание, Национальное Собрание признает независимость НКР, и, согласно нашей Конституции, закон будет направлен на утверждение президента. Я обязан в 21-дневный срок ратифицировать этот закон либо с замечаниями вернуть в Национальное Собрание. Но поскольку они являются большинством, а выборы только завершились и они победили, они преодолеют вето и вновь направят президенту. И я буду вынужден в 5-дневный срок ратифицировать закон.
Но что означает признание независимости Нагорного Карабаха? Это означает объявить войну Азербайджану, поскольку, если ты официально признаешь независимость НКР, о каких переговорах может идти речь? А альтернативой переговоров является война. Во-вторых, это означает неуважительное отношение к России, Франции и США, поскольку они являются сопредседателями, проводят переговоры. И естественно, что подобное отношение им будет неприятно.
Второе положение, если помните, один из представителей «Наследия» ввел в оборот в Национальном Собрании законопроект, по которому мы должны были потребовать территории Западной Армении. Что это означает? Это означает объявить войну Турции. Произошел бы тот же процесс. Я ничего не смог бы сделать. Или я должен был бы последовать совету в одном из телеинтервью господина Арама Абрамяна: посредством правоохранительных органов оказать давление на правительство и премьера. Но это неприемлемо.
Если помните, следующим программным положением было сокращение налогов и повышение зарплат и пенсий. А у нас есть деньги? У нас есть деньги в бюджете, который пополняется только и только за счет налогов, огромная часть этих средств идет на обеспечение безопасности, в частности, обороны. И что получается? Ограничить возможности обороны, сократить направляемые на эти нужды средства, при этом объявляя войну Турции и Азербайджану, а на кого ложится ответственность за все это?
То есть Раффи Ованнисян будет объявлять войну Турции и Азербайджану, а обеспечивать безопасность будет президент Серж Саргсян? Это логично?», — заявил Серж Саргсян.
Высказываниям о войне с Турцией и Азербайджаном уже возразил бывший министр иностранных дел Армении Вардан Осканян. «Если Вы видите опасность в том, что победа на выборах «Наследия» и признание Карабаха или требование земель у Турции может привести к войне, то интересно было бы знать — что будет, если «Наследие» победит на выборах при новой Конституции и выдвинет аналогичные требования, как будет пресекаться возможная война?», — задается вопросом Осканян. По его мнению, именно действующая Конституция может предотвратить опасную ситуацию, о которой говорил Саргсян. «Потому что по нынешнему Основному закону внешняя политика, безопасность и оборона находятся исключительно в полномочиях президента», — подчеркивает Осканян.