Strategist: Сможет ли «Трамп-миротворец» примирить Израиль и Палестину?
Полвека назад Израиль одержал верх в Шестидневной войне против своих арабских соседей, оккупировав территории от сектора Газа до западного берега реки Иордан и установив свое господство над миллионами палестинцев. В последующие десятилетия палестинцы предприняли почти все возможные попытки, чтобы освободиться от репрессивной оккупации Израиля — от гражданского и вооруженного сопротивления до международной дипломатии — и все безрезультатно. Теперь они хотят попробовать что-то новое: провести переговоры с президентом США Дональдом Трампом, пишет бывший глава МИД Израиля Шломо Бен-Ами в статье для The Strategist.
Дипломат отмечает, что каждый президент США с 1967 года стремился положить конец израильско-палестинскому конфликту. При этом автором наиболее продуманных параметров мирного урегулирования, когда-либо предложенных иностранным государственным деятелем, стал бывший президент США Билл Клинтон. Несмотря на это, Трамп с уверенностью говорит о том, что он «добьется» соглашения, что, по его мнению, «не так сложно, как думают многие».
Излишне говорить, что не все так оптимистично настроены, как Трамп. Так, граждане Израиля и палестинцы в значительной степени потеряли надежду на приемлемое для обеих сторон решение, однако из-за призрака двухнационального государства, застрявшего в постоянной гражданской войне, ни Израиль, ни Палестина так и не отказались окончательно от него. И палестинцы, и левые в Израиле, похоже, внезапно увлеклись Трампом, но это может быть в большей степени признаком их отчаяния, нежели реальным шансом на прорыв.
Для Трампа привлекательность в том, чтобы стать посредником в мирном урегулировании, скорее всего, заключается главным образом в возможности превратить этот успех в часть собственного наследия. Хотя у Трампа и без того дел невпроворот — от ядерной программы Северной Кореи до вторжения России в западные сферы влияния, — а шансы на успех отчаянно скудны, перспектива заключения «большого соглашения» в той области, где все его предшественники потерпели неудачу, является слишком большим соблазном, чтобы от нее отказаться.
Какова бы ни была мотивация Трампа, он обладает некоторыми существенными преимуществами над своими предшественниками. Так, в отличие от типичного политика Восточного побережья США, Трамп не зависит от голосов и пожертвований от американских евреев и поэтому имеет мало оснований не критиковать и даже угрожать Израилю публично.
В начале прошлого года Трамп выделился на фоне своих конкурентов, назвав себя «нейтральным парнем» в вопросе израильско-палестинского конфликта. Несмотря на то что он с тех пор отказался от необычной и противоречивой риторики нейтралитета, факт остается фактом: его основной электорат — разъяренный белый рабочий класс — мало заботится об Израиле.
Более того, Трамп выиграет от весьма благоприятных условий, сложившихся в регионе. Ключевые игроки на Ближнем Востоке в последнее время продемонстрировали большую готовность в том, чтобы предлагать Израилю инициативы по продвижению мирного соглашения с Палестиной. Импульс для этих увертюр был очевиден во время недавней поездки Трампа в Саудовскую Аравию. На показательном собрании 50 арабских суннитских лидеров в Эр-Рияде Трамп заявил, что израильско-палестинское мирное соглашение укрепит грандиозный проамериканский арабо-израильский альянс против исламистского терроризма и усиливающегося Ирана. Без израильско-палестинского мирного урегулирования такое стратегическое сотрудничество не было бы приемлемым для арабской общественности.
Читайте также: Что у Трампа «прежде всего» — Америка и Израиль?
Не помешает и то, что, в отличие от большинства его предшественников, Трамп заявил о своей попытке добиться мирного соглашения с самого начала своего президентского срока, а не на закате, тем самым показав свою решительность, убежденность и приверженность этому вопросу. Более того, ему не нужно с нуля разрабатывать потенциальные решения: почти каждый подход к мирному процессу уже опробован. Поэтому его соглашение не зависит от творчества переговорщиков.
От чего действительно зависит успех, так это от политической воли. Лидеры обеих сторон должны будут проявить мужество, предлагая очень непопулярные компромиссы по некоторым ключевым спорным вопросам. К сожалению, эта область может стать той, где Трамп не имеет преимуществ перед своими предшественниками.
Так, на сегодняшний день Израиль управляется самой фанатично правой администрацией в истории страны, и премьер-министр Биньямин Нетаньяху раз за разом доказывал свое нежелание отходить от своей националистически настроенной электоральной базы во имя мира с Палестиной. Идея о том, что такое правительство согласится с условиями, более щедрыми по отношению к палестинцам, чем параметры мира Клинтона, напоминает научную фантастику.
Палестинцы тоже не испытывают стремления к компромиссу. Они за последние 20 лет не раз отклоняли предложения гораздо более прогрессивных израильских правительств, чем правительства Нетаньяху. В любом случае президенту Махмуду Аббасу не хватает легитимности, чтобы отвернуться от наследия своего предшественника Ясира Арафата и столкнуться с движением ХАМАС по поводу необходимости пойти на компромисс по основным элементам палестинского национального курса.
Будучи дипломатическим новичком, Трамп может не совсем понимать, насколько сложно было не давать переговорам между израильтянами и палестинцами сойти с заявленной темы. Но благодаря его жизненному опыту он лучше других должен понимать, в какой степени эго может стать преградой на пути даже самого незначительного компромисса. И в случае с Израилем и Палестиной даже относительно незначительных разногласий было достаточно, чтобы раз за разом пускать мирный процесс «под откос».
Трамп может оказаться в особенно неблагоприятном положении в преодолении таких разногласий из-за отсутствия у него терпения. В израильско-палестинском конфликте главенствующую роль играют исторические нарративы, тогда как географические вопросы имеют незначительное значение, поэтому нельзя закрывать глаза на определенные детали. Тем не менее Трамп, похоже, мало интересуется историей, географией или деталями конфликта.
Израильтян и палестинцев объединяет нечестивый союз инертности и политической трусости, они опасаются, чтобы попытка изменить статус-кво не привела к взрыву насилия. Самое лучшее, что может получиться у Трампа, — это добиться необходимой перетряски израильской политики, а также чтобы с позицией Палестины еще раз посчитались.
Для того чтобы убедить лидеров Израиля и Палестины пойти на политический риск, связанный с компромиссом, потребует оказать массированное давление со стороны США и арабских соседей Израиля. До тех пор политические лидеры с обеих сторон будут следовать тем курсом, который нужен не их народам, а таким, который удобен им.