Обзор выступлений свидетелей по уголовному делу. Часть первая
Приморский районный суд города Санкт-Петербурга рассматривает по существу уголовное дело № 1-504/24, связываемое с компаниями "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и кооперативом "Бест Вей". Ведется допрос лиц, признанных следствием потерпевшими в рамках судебного следствия по делу. Предварительное расследование уголовного дела велось ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
На скамье подсудимых — десять граждан, из них четверо: Анна Высоцкая, Александра Григорьева, Михаил Измайлов и Елена Соловьева — находятся под стражей уже более двух лет, хотя УПК установлен предельный срок содержания под стражей на этапе предварительного расследования — полтора года. Альмира Гильберт, Дмитрий Мазанов, Анатолий Наливан, Денис Шишко были арестованы в 2023 году и находятся под арестом более года. Более года под домашним арестом находится Дмитрий Выдрин и под запретом определенных действий — 83-летний Виктор Василенко, отец Романа Василенко, основателя компании "Лайф-из-Гуд" и кооператива "Бест Вей". Приморский районный суд продлил всем подсудимым меры пресечения на полгода, что оспаривается адвокатами в вышестоящих судах.
Всем подсудимым предъявлены обвинения как в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и создании "финансовой пирамиды" (ч. 2 ст. 172.2 УК РФ), так и в организации преступного сообщества (ч. 3 ст. 210 УК РФ). Их, а также гражданских ответчиков — прежде всего кооператив "Бест Вей" — защищают почти два десятка адвокатов.
МВД объявляло, что на скамье подсудимых — руководители "Лайф-из-Гуд", однако независимые наблюдатели выражают в этом сомнения. Так, Анна Высоцкая к моменту ареста уже полгода не работала в компании "Лайф-из-Гуд", а до этого занималась там организационно-техническим обеспечением конференций, проводимых этой компанией, а также отвечала за информационную часть интернет-сайта. Александра Григорьева была директором одного из вспомогательных юридических лиц фирмы "Лайф-из-Гуд", а фактически, насколько известно, являлась помощником Романа Василенко по общим вопросам. Елена Соловьева работала главным бухгалтером ООО "Эксперт" — компании, занимавшейся юридической проверкой и организацией оценки недвижимости, приобретаемой кооперативом "Бест Вей". Михаил Измайлов — индивидуальный предприниматель и рядовой пайщик кооператива "Бест Вей"; Анатолий Наливан — также индивидуальный предприниматель, пайщик кооператива и уполномоченный пайщиков "Бест Вей" от крупного региона; Дмитрий Мазанов — ИП и рядовой пайщик; Альмира Гильберт и Дмитрий Выдрин на момент привлечения в качестве обвиняемых не работали.
Первым среди лиц, признанных потерпевшими, судом был допрошен Логинов — но его допрос был прерван прокуратурой, перенесен на следующее заседание суда, на которое Логинов не явился, сославшись на то, что находится в отпуске. Выяснение оснований для претензий со стороны Логинова будет продолжено на новом его допросе.
После него суд допросил еще пять граждан.
Признанная следствием потерпевшей Аристова была как клиентом компании "Гермес", так и пайщиком кооператива "Бест Вей". Заявила (аудиозапись допроса этого и последующих свидетелей обвинения есть в редакции), что никого из подсудимых не знает.
Подчеркнула, что основные требования у нее к кооперативу, а не к компании "Гермес". Требования к компании "Гермес" в 350 тыс. рублей, попавшие в обвинительное заключение, фактически дезавуировала — после нескольких попыток суда уточнить претензии, пояснила, что ей должны около 100-150 тыс., так как 200 тыс. ей вернули.
По счету она получала прибыль, средства на счете пополнялись через посредников — но отображались на счете практически сразу. По работе инвестиционной компании "Гермес" она также пояснила суду, что при управлении счетом можно использовать так называемое плечо для увеличения объема средств и доходности, счетом можно управлять как самостоятельно, так и с помощью консультанта.
В кооператив она в 2019 году сразу внесла 35% от стоимости желаемой квартиры, в накопительной программе не находилась. По ее словам, она слишком долго стояла в очереди на приобретение жилья с помощью кооператива, хотя ее консультант обещал быстрое приобретение — в итоге простояла год и три месяца, а затем ни один из нескольких последовательно предложенных ею для приобретения кооперативом в ее интересах объектов недвижимости в Подмосковье не был одобрен кооперативом — со ссылкой на то, что на всех объектах имелись перепланировки.
При этом рассмотрение каждого варианта происходило, по ее словам, очень долго — около месяца. Она обращалась в так называемый чат лидеров "Лайф-из-Гуд" с выражением негодования тем, что очень долго идет согласование недвижимости, — ей в этом чате обещали помочь, но, по ее словам, так и не помогли. "А потом все закрылось", — сказала она, очевидно, имея в виду начавшееся уголовное дело и арест счетов кооператива.
По словам Аристовой, с 2019 года она несколько раз порывалась выйти из кооператива, консультант, с которым она работала, ее останавливал. В конце концов она написала заявление о выходе из кооператива — уже после того, как было возбуждено уголовное дело и арестованы счета кооператива. Сотрудники кооператива письменно попросили ее юридически правильно оформить заявление, чего она, как выяснилось в ходе допроса, не сделала. Кооператив, по словам Аристовой, должен ей 1 млн 600 тыс. по паевым взносам.
Аристова в ответ на вопрос прокурора пояснила суду, что за привлечение клиентов "Гермеса" или пайщиков "Бест Вей" привлекший получает бонусы и доплаты — так ее консультант получил, насколько ей известно, около 10 тыс. рублей. Аристовой, по ее словам, также предлагали привлекать в кооператив других людей, но она отвечала: "Когда будет квартира, тогда и поговорим". В ответ на вопрос адвоката она пояснила, что счет "Виста" не был обязателен для пайщиков кооператива, как и для клиентов "Гермеса" не обязательно было вступать в кооператив.
В правоохранительные органы она обратилась сама в июле 2022 года — когда потеряла связь со своим консультантом и записалась, как она выразилась, в чат хейтеров, а также в группу Жарикова в телеграме, где ей дали соответствующую информацию.
"В показаниях Аристовой, по сути, речь идет о гражданско-правовых претензиях к кооперативу "Бест Вей", а претензий к компании "Гермес" у Аристовой, как она несколько раз повторила в ходе допроса, у нее фактически нет, — комментируют адвокаты. — Так что 350 тыс., нарисованные следственной группой в обвинительном заключении со ссылкой на Аристову, можно смело вычеркивать. Да и претензии к кооперативу связаны с работой риелтеров, привлеченных Аристовой, — учитывая то, что кооператив, насколько известно, всегда говорил о сверхжестком отношении к перепланировкам, непонятно, почему нельзя было сразу подобрать объект недвижимости, в котором нет перепланировок. Она намекает на то, что кооператив чуть ли не сознательно волокитил вопрос с покупкой квартиры, чтобы пользоваться ее деньгами — но она сама не подала заявление о выходе из кооператива в той форме, в которой это предусмотрено уставом кооператива и ее договором с кооперативом, так что подтвердить факт волокиты не представляется возможным. Возникает вопрос: насколько откровенна была Аристова в своих показаниях? Например, в том, что отказалась привлекать клиентов за процент. Ведь, насколько известно, она сама была одним из консультантов".
Признанная следствием потерпевшей Комова была как клиентом компании "Гермес", так и пайщицей кооператива "Бест Вей". Никого из подсудимых она не знает.
В 2017 году она вступила в кооператив, рассматривая его как альтернативный способ приобретения недвижимости без комиссий и процентов — в программу накопления первоначального паевого взноса. Параллельно она завела счет в компании "Гермес", чтобы с этого счета, как она выразилась, "ненапряжно" финансировать паевые платежи.
По деятельности компании "Гермес" она сообщила, что пополнение счета происходило по схеме так называемых перестановок валюты — ставшей массовой в период санкций, но в компании "Гермес", по ее словам, она использовалась давно. Схема позволяла работать со счетом в компании, находящейся в иностранной юрисдикции — зарегистрированной в Белизе. Кроме того, в "Гермесе", по ее словам, существовал механизм плеча или разгона, который позволял повысить сумму контракта сразу на 28-40%.
По кооперативу Комова должна была выйти на приобретение недвижимости как раз в момент, когда уголовное дело коснулось кооператива. Заявление в правоохранительные органы она подала в связи с тем, что было возбуждено уголовное дело.
Ее претензии: более 1200 тыс. рублей по компании "Гермес" и почти 3.400 тыс. по кооперативу "Бест Вей". Заявление о выходе из кооператива она не подавала. На вопрос, почему, ответила, что не видит в этом смысла, так как возбуждено уголовное дело и счета арестованы. Намерена подать также иск о моральном ущербе.
"Показания Комовой очень характерны в том смысле, что у гражданина не было никаких проблем в отношениях ни с "Гермесом", ни с кооперативом "Бест Вей" — до тех пор, пока не возникло уголовное дело, — подчеркивают адвокаты. — А заявление в правоохранительные органы она подала, потому что самостоятельно или при помощи советчиков пришла к убеждению, что именно с помощью участия в уголовном деле сможет вернуть свои средства — что не соответствует действительности: в приемлемые сроки она может вернуть средства только в гражданско-правовом порядке, начав с расторжения договора с "Гермесом" и "Бест Вей". То есть следствие просто воспользовалось юридической неграмотностью гражданина, чтобы использовать его в ложно понятых интересах службы — искусственном раздувании уголовного дела".
Признанная потерпевшей Касикова была только клиентом компании "Гермес": кооператив, как она пояснила, ее не интересовал, так как вопрос недвижимости у нее решен. Она пояснила суду, что требования участия и в "Гермесе", и в "Бест Вей" при заведении счета "Виста" или вступлении в кооператив не предъявлялось.
Она одна из немногих допрошенных судом свидетелей обвинения, кто хотя и не лично, но знает одного из подсудимых — Михаила Измайлова. Она сообщила, что участвовала в конференциях компании "Лайф-из-Гуд" и как профессиональный продажник многое там для себя почерпнула.
Кроме того, Касикова сообщила, что она опытный инвестор и предложение об инвестировании в "Гермес" под 2% годовых сочла привлекательным. Как она пояснила, это предложение "в рынке" - инвестировать под 10% она бы не стала. Счетом, по ее словам, можно было управлять как самостоятельно, так и с помощью консультанта.
У Касиковой было два счета "Виста" — второй был открыт для создания такой ситуации, что она как бы сама себя привела, чтобы получить преференции. Она положила на два счета в "Гермес" 1 млн рублей. Но после перенесенного ковида, а затем перелома спины обратилась к своему консультанту с требованием вернуть сумму.
Консультант, по ее словам, начал ей рассказывать, что "мы сейчас боремся с Центробанком", она ответила, что это не ее проблемы, и ей были возвращены 400 тыс. Однако остальная сумма возвращена не была, и она написала заявление в правоохранительные органы. Красикова претендует на возврат "500 с чем-то тысяч", так как имеется невозвратный взнос — хотя сумма ущерба, указанная в обвинительном заключении, — 600 тыс.
Инвестиционная деятельность "Гермеса", по словам Касиковой, вопросов у нее не вызывала: ей объяснили, что компания крупная и давно работает. Да и по содержанию работы компании у нее вопросов не возникало. Обоснование инвестиционной деятельности компании было, по ее мнению, хорошее, просто, по ее словам, "что-то пошло не так". Словами "преступная деятельность" она бросаться не готова.
При этом Касикова сообщила суду, что, насколько она разобралась постфактум, работа компании представляла собой механизм peer to peer, что, по ее оценке, заведомо незаконно и делает всех участников схем соучастниками преступления — это заведомое "обманулово". Кроме того, по ее словам, ею будет подан иск о моральном ущербе.
"Показания Касиковой выглядят двусмысленно, — подчеркивают адвокаты. — С одной стороны, она говорит, что не считает, что деятельность "Гермеса" была преступной: по ее мнению, в деятельности компании "что-то пошло не так". "Не так" — это, например, форс-мажор, который возник после обрушения находившейся в России части серверной системы, которое произошло после возбуждения уголовного дела. С другой — она говорит, что сам по себе механизм, заложенный в основу работы со счетами "Виста", преступный — однако P2P, о котором она упоминает, не криминализирован законодателем. При этом мы не понимаем, на каких условиях и на какой срок размещались средства, в какой срок должен происходить возврат, мы не знаем, какие суммы Красикова выводила со счета, о какой сумме невозврата идет речь — и был ли он. Следствие ничего этого не выяснило и — самое главное — не выяснило, имело ли место быть хищение или речь идет о гражданско-правовом споре".
Признанный следствием потерпевшим Нечаев сообщил суду, что стал клиентом компании "Гермес" в 2020 году, а пайщиком кооператива он не был. Ни с кем из подсудимых он не знаком.
Как Нечаев сообщил суду, ему было пояснено консультантами, что кооператив и "Гермес" составляют единый холдинг. А об инвестиционной деятельности компании "Гермес" сообщено, что она вкладывается в европейские инвестиционные фонды.
Договор с "Гермесом" был заключен под 2% годовых. В ответ на вопрос прокурора он пояснил, что имелась возможность арендовать средства — создать плечо, чтобы заработать больше. На вопрос о том, пользовался ли он средствами, Нечаев сообщил, что "пару раз выводил деньги".
Компания "Гермес" ему, по его словам, должна 560-580 тыс. — точнее он пояснить суду не смог, так как предусматривались невозвратные средства за заведение счета "Виста". После исчезновения своего консультанта работать с кабинетом не смог: в его личный кабинет, по его словам, нет доступа. Ни с кем больше связаться не пытался.
"Претензии Нечаева носят гражданско-правовой характер, — подчеркивают адвокаты. — По сути, они возникли от того, что он потерял контакт с представителями компании "Гермес". Личный кабинет был, судя по всему, "Гермесом" заблокирован в связи с тем, что Нечаев встал на путь разрешения противоречий с компанией с помощью уголовной юстиции, что исключает для компании возможность гражданско-правового урегулирования претензий. При этом объем претензий, озвученный в ходе допроса в рамках судебного следствия, как и у некоторых других, расходится с цифрой, которая фигурирует в обвинительном заключении".
Признанная следствием потерпевшей Кострова рассказала суду, что была только клиентом "Гермеса" — пайщиком кооператива не была. Никого из подсудимых она не знает. Положила на счет "Виста" 500 тыс. рублей, при этом претензии предъявляет на 700 тыс. — с учетом прибыли. Деньги со счета, по ее словам, не снимала. Сумму, указанную в обвинительном заключении, Кострова подтвердила.
На вопрос адвоката, кто должен ответить за заявленный ею ущерб на 700 тыс., назвала имя своего консультанта.
"Кострова считает ответственным за то, что она не может снять деньги со счета, консультанта, который помогал управлять счетом, а не компанию "Гермес" и тем более не подсудимых, — подчеркивают адвокаты. — Непонятно, почему следствие не начало изучать обвинение в хищении с личности того гражданина, который непосредственно получал деньги. Он не фигурировал в уголовном деле ни в качестве обвиняемого, ни в качестве свидетеля".
Признанный следствием потерпевшим Горбанев был как клиентом "Гермеса", так и пайщиком кооператива — при этом к кооперативу у него претензий нет: квартира приобретена с помощью кооператива и оформлена в собственность. Среди подсудимых он знает Елену Соловьеву и Александру Григорьеву.
Претензии касаются компании "Гермес" — по словам Горбанева, в нее вложено 300 тыс., вернули 60 тыс. - со слов жены, потому что именно она имела отношение к управлению счетом. По его словам (и, видимо, словам жены), деньги отказался вернуть Евгений Чайчук, второе лицо компании "Лайф-из-Гуд".
"Нужно отметить, что Горбанев — первый из граждан, приобретших квартиру с помощью кооператива, кто через суд — причем тот же самый, где рассматривается уголовное дело: Приморский районный суд — добился снятия ареста с квартиры, — подчеркивают адвокаты. - Особенность его положения состоит в том, что он супруг бывшего фактически главного юриста кооператива — генерального директора ООО "Эксперт" Марии Горбаневой: компания занималась юридическим сопровождением сделок с недвижимостью, а также деятельности кооператива в целом. Горбанева выступает в суде в качестве представителя ООО "Эксперт" как гражданского ответчика по уголовному делу. Парадокс: главный бухгалтер "Эксперта" Елена Соловьева — подсудимая, уже более двух лет находится в тюрьме, а к Марии Горбаневой не применено никаких санкций. При этом счета ООО "Эксперт", так же, как и счета кооператива, арестованы — на них находится более 250 млн рублей. По некоторым данным, она является свидетелем по уголовному делу — но в таком случае она не имела права присутствовать при выступлении своего супруга. Ситуация с супругами Горбаневыми непонятная, и прояснится она, видимо, в ходе допроса Марии Горбаневой".
"Допрос свидетелей обвинения довольно подробно осветил деятельность инвестиционной компании "Гермес" и кооператива "Бест Вей", — замечают адвокаты. — Мы увидели нормальную длительную деятельность юридических лиц, соответствующую их задачам, а не деятельность структур, созданных для организации хищений, как их пыталось представить следствие. Мы не увидели и самих хищений, мошенничества и "финансовой пирамиды": лица, признанные потерпевшими, получали услуги, за которые они заплатили, получали доходы по инвестиционным счетам. У них возникли противоречия с юридическими лицами — но это противоречия гражданско-правового характера. Непонятно, при чем тут уголовная юстиция? Кроме того, возникли противоречия с посредниками-консультантами — но эти посредники не являлись сотрудниками ни "Гермеса", ни "Бест Вей": это индивидуальные предприниматели или частные лица, которые продавали финансовые продукты за процент от сделки; они не являлись представителями организаций — это их собственная коммерческая деятельность. Никаких свидетельств того, что противоречия с "Гермесом" или кооперативом "Бест Вей" носили системный характер — касались всех клиентов "Гермеса" или их большинства; всех пайщиков кооператива "Бест Вей" или их большинства, что они связаны с недобросовестностью этих организаций и что имеет место массовое использование чужих средств в корыстных целях, суду не представлено".
По мнению адвокатов, "следствие и прокуратура фактически представляют суду коллекцию преимущественно голословных утверждений, ни одно из которых не имеет должного документального подтверждения, а большинство не имеет никаких подтверждений, ни одно из них следствием не проверено и не исследовано".
"Утверждения, — говорят они, — в основном касаются посредников-консультантов, но при этом они не допрошены и не привлечены в качестве свидетелей. Зато в качестве подсудимых привлечено несколько функционеров "Лайф-из-Гуд" и других организаций, которые с ущербом, о котором говорят потерпевшие, вообще никак не были связаны — большинство выступивших свидетелей обвинения с ними не знакомы. Фактически за гражданско-правовые претензии на качество финансовых услуг, к тому же предъявляемые посредникам, в тюрьме сидят даже не руководители, а функционеры юридических лиц, причем четверо из них — более двух лет".
Адвокаты акцентируют внимание на том, что многие лица, признанные следствием потерпевшими, подчеркивают решающее значение в подаче ими заявлений в правоохранительные органы так называемых хейтерских чатов. "В этих чатах проводятся юридические консультации — очевидно, небесплатные, на их ведение и продвижение расходуются бюджеты. Нет ли рейдерской или какой-то иной атаки на "Гермес" и кооператив "Бест Вей"? Кто стоит за этими чатами? Это следствием не изучено. Возможно, не изучено умышленно — учитывая, что в чатах систематически появлялись документы из уголовного дела, включающие персональные данные. Остается надеяться, что суд разберется и в деле, представленном на его рассмотрение, а также даст оценку работе следствия и работе прокуратуры".
PS. Пока материал готовился к публикации, в хейтерской группе, упомянутой в тексте, появилось сообщение со служебными телефонами трех участников процесса от Прокуратуры Санкт-Петербурга — это реальные лица, представляющие обвинение.
Что происходит? Прокурорские работники чуть ли не онлайн инструктируют лиц, признанных следствием потерпевшими, как "правильно" давать показания, и при этом интегрируются с группой лиц, организующей атаку на "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и "Бест Вей"?
Это точно забота о соблюдении законности, которая является главной целью прокуратуры как института? Просим прокурора Санкт-Петербурга и Генеральную прокуратуру разобраться в ситуации и дать оценку действиям своих сотрудников.
При заточке секатора важно правильно подготовить инструмент.