Денис Дубровин — о том, для чего в ЕС нагнетают предвоенную истерию и какова роль США и НАТО
Европейские лидеры сегодня все чаще говорят о войне или предвоенной ситуации, пугая обывателей и друг друга то "российской угрозой", то угрозой поражения Украины в "экзистенциальном для Европы конфликте". Есть ли в этой риторике конкретный практический смысл?
Да, есть. Конфликт на Украине запустил глубинные изменения не только в России, но и в Европе. Сегодня под прямым руководством главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен происходит попытка превращения Евросоюза при формальном сохранении всех его внешних атрибутов, включая название, в жесткую, централизованную структуру. Власть институтов Брюсселя должна быть кратно усилена. Власть национальных правительств — сведена к минимуму.
Евросоюз, каким мы его знали, — в прошлом. Проект мирной экономической европейской интеграции, как он всегда позиционировался, завершен. Новая Европа в обозримой перспективе может обрести явные имперские черты. Брюсселю сегодня выгодна военная пропаганда и формирование представления о ситуации в Европе как предвоенной, поскольку только в таких условиях можно реализовать изменения подобного масштаба.
Распространенное утверждение, что Брюссель в украинском конфликте "просто выполняет волю Вашингтона", ошибочно. Брюссель является игроком, причем игроком, который пошел ва-банк. У него есть собственные, отличные от американских цели, риски и интересы, и я попробую в них в общих чертах разобраться.
Как будет выглядеть новый европейский порядок?
Еврокомиссия должна обрести функции полноценного правительства, несмотря на то, что ее члены и глава не являются выборными фигурами. Европарламент, который в соответствии с базовыми документами Евросоюза, имеет лишь совещательные функции, должен обрести полномочия законодательного общеевропейского органа.
Правительства и парламенты европейских стран, оставаясь выборными органами, должны утратить значительную часть полномочий, добровольно передав их Брюсселю. Их функции постепенно сожмутся до роли местных властей, вроде правительств провинций внутри государства. Внешняя политика, военная политика, торговля, все экономическое регулирование, контроль промышленности, включая оборонный комплекс, определение приоритетов в образовании, здравоохранении и науке - все это будет определяться исключительно в Брюсселе. Финалом и одновременно символом этих преобразований должен стать отказ стран сообщества от права вето в Европейском совете.
Все эти преобразования, по официальной формулировке Еврокомиссии, будут реализованы в рамках подготовки ЕС к новому расширению - приему Украины, Молдавии и стран Балкан.
Таков чертеж предстоящих преобразований ЕС, начало которым уже положено.
Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен очень рассчитывает закончить все эти преобразования в рамках мандата следующего состава Еврокомиссии 20252029 годов, который она намерена возглавить. И для этого она уже заручилась поддержкой наднационального чиновничества, правящей партии ЕС - Европейской народной партии, созданной из сообщества неохристианско-демократических политических сил ЕС. Она также имеет широкую поддержку глобалистской элиты Евросоюза, а таких взглядов придерживается сейчас 70-80% всех ведущих европейских политиков.
Война как двигатель реформ
Чтобы запустить преобразования такого масштаба, нужны экстраординарные обстоятельства. В идеале — глобальная катастрофа, пандемия или война. Но если война, то только на границах. Ни в коем случае не тотальная война на своей территории — она должна порождать страх, подрывать экономику, но не разрушать ее совсем.
Именно эту функцию играет украинский конфликт для Брюсселя. Все заявления европейских лидеров о "предвоенной ситуации в Европе", о том, что на Украине "идет наша борьба", о необходимости ЕС "готовиться к войне", все они направлены не только и не столько на аккумуляцию ресурсов для поддержания украинского конфликта. Их главной целью является поддержание необходимого градуса военной истерии и страха, которые позволят Брюсселю провести трансферт власти от национальных правительств, а гражданам ЕС смириться с предстоящим серьезным падением уровня жизни, что связано с милитаризацией экономики.
О роли фон дер Ляйен
Процесс присвоения власти европейское чиновничество вело на протяжении десятилетий, для этой цели активно использовались и все предыдущие кризисы Евросоюза (об этом ниже). Но лишь фон дер Ляйен смогла сформировать и взять под прямое управление процесс централизации Европы. Эту работу она начала буквально с момента своего назначения на пост главы Еврокомиссии (решением саммита ЕС в июне 2019 года). Едва приступив к исполнению своих полномочий, она объявила, что отныне Евросоюз — это не экономический, а "геополитический проект".
Кризис с пандемией коронавируса фон дер Ляйен эффективно использовала для первого на своем посту серьезного ослабления национальных государств ЕС. Она поставила под контроль Еврокомиссии основные решения в сфере здравоохранения, а главное — впервые ввела систему централизованной закупки вакцин, в которой Еврокомиссия представляла все страны ЕС и по своему усмотрению определяла от их имени детальные условия контрактов. При этом платили за них страны сообщества из своих бюджетов. Без пандемии COVID-19 ничего подобного было бы невозможно даже представить себе.
К настоящему моменту она повторила вакцинный трюк уже как минимум дважды — Еврокомиссия уже создала аналогичную платформу для закупок сжиженного газа для всех желающих потребителей ЕС. Эту же схему общих закупок фон дер Ляйен и ее зам и глава дипслужбы Жозеп Боррель, который сам себя уже называет то министром иностранных дел, то министром обороны ЕС, намерены ввести и для закупок оружия. Сначала для нужд Украины, а затем и для нужд Евросоюза в целом.
Фон дер Ляйен уже заявила, что в новой Еврокомиссии у нее появится должность еврокомиссара по обороне. И никаких возражений не последовало. При том, что оборонная политика — это была до 2022 года святая святых среди функций национальных правительств европейских стран, к которой институты ЕС не подпускали за версту. Только НАТО, и то все приоритеты военных ассигнований и военных заказов правительства определяли исключительно самостоятельно. Это уже в прошлом.
20 лет кризисов
Перерождение Европы началось не вчера — оно назревало с 2004 года, когда западноевропейский Евросоюз из 15 государств одним скачком расширился и вобрал в себя сразу 10 стран Восточной и Центральной Европы. Кстати, на мой взгляд, едва ли простым совпадением стал тот факт, что именно в том году на Украине произошел первый "майдан" — относительно мягкая "оранжевая революция", когда, "подвинув" все того же Виктора Януковича, к власти пришел европейски настроенный националист Виктор Ющенко.
Я убежден, что именно расширение 2004 года стало пиком развития экономического интеграционного европейского проекта. Момент объединения под относительным (на тот момент) контролем Брюсселя большей части Европы стал наивысшей точкой его взлета. Но за пиком всегда следует спад. И именно с расширения 2004 года начался кризис, или, вернее, череда кризисов Евросоюза. Буквально на каждом из них происходило пошаговое расширение полномочий Брюсселя.
Институциональный кризис 2005–2009 годов — создание единой дипслужбы Евросоюза, которая постепенно взяла под контроль всю внешнюю политику стран сообщества. Газовые кризисы 2006 и 2009 годов — разработка третьего энергопакета ЕС, начало ограничений против российского газа со стороны ЕК. Кризис евро 2010–2014 годов — введение новых правил госдолга для стран ЕС и получение Еврокомиссией частичного контроля над бюджетами государств-участниц. Украинский кризис 2014–2015 годов — резкое расширение санкционной практики. Миграционный кризис 2015–2017 годов — расширение роли Еврокомиссии в миграционных вопросах, введение принципа квотного расселения мигрантов по странам ЕС. Кризис реагирования на пандемию коронавируса 2020–2021 годов — передача под контроль Еврокомиссии здравоохранения и принципа общих закупок вакцин.
Евросоюз буквально колотило все эти годы. При этом ни один из этих кризисов не был в полной мере разрешен, последствия каждого из них евросообщество чувствует до сих пор.
Особенно стоит упомянуть последствия пандемии COVID-19. Они выражаются в сотнях миллионов доз уже бесполезных вакцин, которые страны ЕС обязаны закупать до конца 2024 года по контрактам с западными фармацевтическими компаниями, согласованными в 2021 году Урсулой фон дер Ляйен лично.
Эти вакцины сейчас идут на свалку. И никаких вопросов фон дер Ляйен ведущие политики стран ЕС не задают. Лишь отдельные журналисты публикуют отдельные критически материалы. Которые (какой сюрприз) не вызывают никакого отклика в мейнстримных СМИ.
Если сопоставить 2004 и 2024 годы, то под регуляторный контроль институтов Евросоюза перешли сектора экономики на триллионы евро. Собственно стоимость только закупки 4,6 млрд доз вакцин от коронавируса, по официальным данным, составляет €71 млрд.
При чем тут Brexit
Кстати, описанная выше динамика расширения полномочий Брюсселя дает очень простое и логичное объяснение выходу Великобритании из состава Евросоюза.
Лондон обладает огромным опытом международного манипулирования, накопления влияния и использования иностранных государств в собственных интересах. Прямые и скрытые механизмы власти британская элита чувствует едва ли не на подсознательном уровне. И, конечно, генетика бывшей крупнейшей колониальной империи Европы не допускает и мысли, чтобы Лондоном командовали, например, немцы в Еврокомиссии.
Великобритания никогда не была большим сторонником европейского проекта. Очевидно, как только британцы почувствовали, что на континенте начал набирать обороты процесс обесценивания государств и усиления наднациональных структур, они предпочли быстро сойти с этого поезда. Аккурат между миграционным кризисом и началом пандемии коронавируса.
Расширение и доминирование
Однако какова цель этого нового наднационального образования, растущего в "скорлупе" Евросоюза?
Об этом сами нынешние лидеры ЕС — фон дер Ляйен, Боррель и председатель Европейского совета Шарль Мишель говорят совершенно открыто: расширение и доминирование. Расширение позволит этой новой структуре получить новые территории на Балканах и постсоветском пространстве под свой прямой контроль, а сохранение западного доминирования в мире обеспечит Европу необходимыми ресурсами.
Собственно, это единственное видение мира, которое существует у сегодняшней глобалистской элиты ЕС. Они просто не знают другой модели. В их глазах Запад, Европа и США — "сад", в терминологии Борреля, который должен управлять (еэсовцы предпочитают термин "направлять") "джунглями". То есть всем остальным миром.
Что касается внешних "джунглей", то там Брюссель считает своим главным приоритетом вывести как можно больше стран из-под влияния "региональных хищников" — Китая, России, Турции, Ирана, Индии и привязать "освобожденные" страны к себе. Во-первых, идеологически — на основании "ценностей", принципов "демократии", "прав человека", "верховенства закона" и "мира, основанного на правилах" (соблюдать не обязательно, главное декларировать). Во-вторых — экономически, через соглашения о свободной торговле. Которые в еэсовской либеральной терминологии якобы выгодны всем участникам. В реальности свободная торговля всегда работает на благо более сильной экономики, путем выкачивания ресурсов из более слабой и наводнения этой слабой стороны промышленной продукцией и другими товарами с высокой добавленной стоимостью, произведенными более сильным партнером.
Например, между главными апологетами либеральных ценностей и стратегическими партнерами в рамках западного мира — ЕС и США нет соглашения о свободной торговле. Более того, "друзья" десятилетиями вели друг с другом постоянные и напряженные торговые войны, ища любых возможностей обеспечить преимущества своим производителям.
О роли США
Какую же роль в событиях вокруг Украины играют США и как видит их европейский истеблишмент?
Нельзя отрицать, что влияние США на ЕС огромно. Именно Вашингтон сформировал современную элиту Евросоюза — американское влияние, аналитические центры, образование и СМИ обеспечили формирование ее глобалистских взглядов. Что касается украинского кризиса, то именно США, а не Евросоюз на протяжении десятилетий занимались воспитанием украинских политиков, общественных деятелей, журналистов и ЛОМов, которые должны были однажды окончательно оторвать эту страну от России. Именно США стараются стать экономическим бенефициаром украинского кризиса. Причем конкретно в ущерб Европе.
Так, Вашингтон минимизирует ущерб от собственных санкций против России, а европейская экономика находится под ударом в гораздо большей степени. США перехватывают европейские рынки, с которых санкции вытолкнули Россию (в частности, газовый). Американцы поощряют утечку капиталов, мозгов и человеческих ресурсов, а также релокализацию промышленности из Европы в Америку. При этом подрыв европейской промышленности снижает конкурентное давление на производителей в США. Вашингтон загружает свой военно-промышленный комплекс заказами на десятилетия вперед, оставляя странам Европы низкотехнологичные военные производства, в первую очередь снарядов и патронов, значительную часть которых Европа даже не сможет никому продавать, а должна будет выкупать на собственные деньги и передавать Украине. Кроме того, США, судя по всему, уже вполне осознали, что на предстоящих президентских выборах Украина с политической точки зрения — это не актив, а пассив. И потому, всячески призывая европейские страны наращивать военные поставки и экономическую помощь, свое участие в этом процессе Вашингтон сокращает и готовит условия для дальнейшего снижения.
План НАТО
Отличным примером такого сокращения американского участия и даже подготовки к дистанцированию Вашингтона от этого "чисто европейского конфликта" является частично озвученный 3–4 апреля на встрече глав МИД НАТО "план Столтенберга". Он подразумевает, что страны НАТО на саммите, который запланирован на июль в США, примут программу долгосрочных военных поставок Украине в $100 млрд на пять лет. При этом поставки должны стать не добровольными, как сейчас, а плановыми и обязательными. Более того, вся координация поставок оружия в коалиции "Рамштайн" (контактная группа по обороне Украины) должна быть передана от Пентагона, который занимается ею сейчас, к НАТО.
Самое главное, по информации источников, эти $100 млрд предполагается распределить между странами НАТО в той же пропорции, как делится бюджет организации. В этом случае США должны будут внести в эту программу $16 млрд. То есть почти в четыре раза меньше суммы в $60 млрд, которую Конгресс не может одобрить уже полгода.
Все эти действия позволят США максимально дистанцироваться от украинского конфликта и все четче заявлять о том, что это чисто европейское дело. При этом у Вашингтона остается полная свобода действий — например, по собственному усмотрению передавать Украине дополнительные партии оружия, если это ему покажется выгодным.
Не стоит обманываться тем фактом, что план озвучил генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг, а не госсекретарь США Энтони Блинкен или американский президент Джо Байден. Все, что делается в НАТО, делается по решению США, в этом смысле генсек НАТО является таким же голосом Вашингтона, как любой американский чиновник. Очевидно, это план Соединенных Штатов, разработанный и просчитанный в интересах Вашингтона.
Империя и хаос
Понимают ли все это в Брюсселе? Безусловно. Европейских элитариев риск отдаления США от Европы, особенно в рамках украинского конфликта, пугает невероятно. Это фактически взрывает все их представления о мире, поскольку опора на американскую военную мощь всегда была одним из основополагающих условий процветания Евросоюза.
Страх потерять поддержку США пугает их больше, чем даже понимание того, как Вашингтон сейчас доит Европу благодаря украинскому конфликту. Для европейских глобалистов все эти потери можно будет компенсировать потом, если Запад сохранит свое лидирующее положение в мире.
Впрочем, риск того, что, по выражению Борреля, "американский оборонный зонтик над Европой однажды закроется", здесь осознают все полнее. Однако этот страх лишь усиливает консолидацию европейских глобалистов вокруг фигуры фон дер Ляйен. Он же побуждает национальные правительства добровольно отдавать Брюсселю все новые полномочия.
Более того, евроэлита готова к новым экономическим лишениям, потерям, займам и налогам в своих странах ради централизации (сплочения) и милитаризации (повышения мощи) Европы. Таким образом европейцы пытаются еще раз доказать своим американским "друзьям", что Европа — это сила, которой не следует пренебрегать, что они могут помочь США удерживать мировую гегемонию в интересах всего Запада.
А если не выйдет… Тогда, вдруг у Европы получится действительно самой стать геополитическим игроком? Ради сохранения этой вилки возможностей страны ЕС сегодня готовы пойти на очень большие жертвы.
Евробюрократия тем временем идет ва-банк, подогревая военную истерию для централизации и переформатирования Европы в собственных интересах. Вытянет ли европейская экономика этот процесс? Сможет ли Брюссель привлечь достаточное количество государств глобального Юга, чтобы обеспечить себя ресурсами? Удержит ли европейский политический класс достаточный уровень политической стабильности, чтобы в процессе всех этих преобразований сообщество не пошло вразнос? Сможет ли перегретая военной риторикой европейская элита выдержать шок от победы России в конфликте на Украине?
Если ответы на все эти вопросы будут положительными, то появление на западных границах России новой большой европейской империи может стать реальностью. Причем с высокой вероятностью это образование будет не очень благополучным с социально-экономической точки зрения, но агрессивным, вооруженным и жаждущим реванша.
В противном случае мы можем увидеть распад того, что когда-то было Евросоюзом. И он будет происходить в условиях экономических проблем, раскачанного производства оружия и быстро всплывающих старых территориальных споров внутри Европы. Те, кто сочтет такую перспективу позитивной, не должны забывать, что два государства Старой Европы являются ядерными державами.
Конечно, ситуация сейчас меняется настолько быстро, что, возможно, достаточно скоро в Европе проявятся и другие возможные сценарии, но на данный момент, на мой взгляд, эти два варианта представляются наиболее вероятными.