Франция давно без франка, франки – это для не французов
Новая Каледония – это где?
К середине апреля 2024 года парламент Франции окончательно одобрил поправки (2023 года) к статусу заморской Новой Каледонии. Предусматривающие в том числе дальнейшее сохранение и использование франка Новой Каледонии во внутрифранцузских и международных расчётах.
В начале 90-х годов прошлого столетия, когда в ЕС была введена единая валюта – ЭКЮ, которая с 1999 года относительно благополучно трансформировалась в евро, Париж оставил в хождении новокаледонский франк. Его официальная аббревиатура – «Franc colonies françaises du Pacifique» – СFP).
Этот псевдофранк, а точнее – квазифранк, был учреждён ещё с 1946 года и поныне используется как во внутренних, так и во внешних взаиморасчётах Франции. Причём не только с её обширными тихоокеанскими территориями (Новая Каледония, Уоллис-Футуна, Полинезия), но и с другими странами. Особенно с подсанкционными.
Ещё во второй половине 80-х годов многие французские политики и эксперты указывали, что планируемую единую валюту ЕС ожидают немалые трудности. Она может быть подвержена частым и сильным колебаниям в отношении всех инвалют и запрещена (или ограничена) в расчётах с подсанкционными странами.
Эти факторы, как и кредитно-денежная политика ЕЦБ, отнюдь не всегда будут совпадать с внешнеполитическими, внутри- и внешнеэкономическими интересами Франции. Именно поэтому нужно сохранить хождение новокаледонского франка, эмитируемого её нацбанком.
Понятно, что этот карманный для Франции банк, естественно, прямо или косвенно поддерживает инвалютный курс этой валюты и тем самым её платежеспособность. Сам же ввод этой валюты с 1946 года был обусловлен ухудшающимися взаимоотношениями Запада с СССР и в этой связи вполне возможными экономическими санкциями против СССР и его союзников.
Санкции против СССР, о чём сейчас никто и не вспоминает, вводились с учётом Франции «коллективным» Западом уже с 1947 года. Окончательно они были оформлены с осени 1949 года в рамках небезызвестного натовского «КОКОМа». В дальнейшем с 1950–1951 эти санкции распространились и на КНР.
В зоне регулируемого франка
Однако с помощью новокаледонского франка (НК) Франция, где до 1999 обращался собственно французский франк, в меньшей степени зависела от этих санкций. Для этого использовались также и действующие с конца 40-х – начала 50-х годов франк Западной и франк Центральной Африки (всего в зоне франка и сегодня 14 стран).
При этом как эмиссия, так и платёжеспособность такой валюты поныне регулируются французским национальным банком. Немаловажно и то, что зарубежные («заморские») территории Франции, как и других стран Запада – США, Великобритании, Дании, Нидерландов – зачастую не упоминаются в качестве участников санкций против каких-либо стран.
Именно это, в свою очередь, облегчало и сегодня облегчает использование валют этих территорий в международных расчётах метрополий. По имеющимся оценкам, доля новокаледонских, западноафриканских и центральноафриканских франков в 50-х – начале 80-х гг. во взаиморасчётах Франции с СССР достигала 20–25 %, с соцстранами Восточной Европы (включая Албанию и ГДР, исключая Югославию) – свыше 25 и около 30 %.
На таком же уровне было использование якобы неконвертируемых валют и в расчётах с КНР, Монголией, КНДР и ДРВ. В целом – примерно 30 и около 20 %. В этой связи примечателен уникальный в своем роде официальный визит вице-президента Франции Пьера Мессмера в Пхеньян в сентябре 1970 года.
Его почти не афишировали обе стороны, но как раз тогда они и договорились продолжать взаиморасчёты в различных валютах. Стоит ли удивляться, что в дальнейшем новокаледонские, как и африканские франки, стали активно использоваться во взаиморасчётах и с подсанкционными ЮАР, Южной Родезией, Ливией, Суданом, Ираном, Кубой, Мьянмой.
Деньги в конверте
Всё это обусловлено в том числе прямой конвертацией этих валют в евро, а также в доллары США, Австралии, Новой Зеландии, Канады, Гонконга, Сингапура, в швейцарский франк и обратно.
Характерный штрих: торговые и другие взаиморасчёты Франции с далеко не просоветской сталинской Албанией в 50–80-х годы проводились в основном в тех же валютах. Тирана была включена в санкционные списки НАТО, но эти санкции были «мягкими» ввиду албано-советской и албано-югославской конфронтации, выгодной Западу.
Поэтому и тогдашний лек Албании свободно конвертировался с упомянутыми «профранцузскими» франками. А уже с 60-х годов новокаледонские, западноафриканские и центральноафриканские франки активно используются во взаиморасчётах Китая не только с Францией, но и со странами Океании и участницами зон франка Западной и Центральной Африки.
Америка может и подождать
И это, в свою очередь, укрепляет давнее партнерство Пекина и Парижа в этих регионах. Но особенно характерен ещё с середины 60-х годов прошлого столетия китайско-французский колониальный альянс в бывших французских регионах Африки. Важно, что нацелен он вполне однозначно против американской экспансии.
Однако более активно новокаледонский франк используется с 1990-х годов во взаиморасчётах Франции с Тайванем. По имеющимся современным оценкам, совокупная доля Новой Каледонии во взаиморасчётах Франции со странами-членами АТЭС ныне превышает 30 %, в целом со всеми странами Тихоокеанского бассейна (включая латиноамериканские) – не менее 35 %.
Та же французская валюта используется во взаиморасчётах с подсанкционными Россией, Белоруссией, но точных данных о доле Новой Каледонии в этом сегменте нет. Зато есть косвенное подтверждение выгоды и обоснованности этих взаиморасчётов.
И состоит оно в том, что с курс новокаледонского франка по-прежнему котируют центральные банки России и Белоруссии. Приведём для примера курсы мало кому известных валют, по данным российского ЦБ на 15 апреля уже нынешнего 2024 года:
1 (один) французский тихоокеанский франк, Новая Каледония (CFP), 1 XPF = 0,8366 российского рубля [RUB – Россия].
1 (один) Российский рубль, РФ, [RUB – Россия], 1 RUB = 1,1954 французского тихоокеанского франка (CFP) [XPF – Новая Каледония].