Один в мире безумия: почему Илон Маск «кинул» Дональда Трампа
«Ухожу из президентских советов. Изменение климата — это реальность. Выход из Парижского соглашения не полезен ни для Америки, ни для мира», — так глава Tesla Motors Илон Маск отреагировал на решение Дональда Трампа о выходе Соединенных Штатов из Парижского соглашения по климату.
Дональда Трампа осудили мировые политические лидеры, ведущие телевизионных новостей и многие экологи. Идея спасения всего человечества выглядит куда более убедительно, чем просто стремление поднять экономику одной отдельно взятой страны.
О теории глобального потепления начали говорить еще в XIX веке, и первоначально она считалась спорной. Проводились различные исследования, и спустя десятки лет была всё же была сформирована главная мысль — глобальное потепление не миф, и человечеству необходимо сделать всё, чтобы его предотвратить. Уже в XX веке стали образовываться различные организации, основной деятельностью которых было изучение вопросов изменения климата. Постепенно проблема стала подниматься на международных площадках, и наконец в 1994 году была подписана Рамочная конвенция ООН об изменении климата. Парижское соглашение по климату было принято в 2015 году в рамках этой конвенции. Целью соглашения стало «удерживание» глобального потепления. Для этого необходимо контролировать уровень выбросов углекислого газа, так как именно это вызывает повышение температуры на планете, уверены ученые.
Одним из наиболее ярких примеров того, как в мире следят за выбросами и стремятся снизить уровень «загрязнения» атмосферы, являются всем известные нормы «Евро» для автотранспорта, а также аналогичные нормы в США. Фактически в введении требований по выбросам не заинтересованы ни потребители, ни производители. Снижение уровня выбросов, как правило, уменьшает мощность автомобиля, притом цена его только растёт, и этим недовольны и одни, и другие. В выгодном положении в таких условиях оказываются, пожалуй, только производители электрокаров — нагнетение ситуации делает «экологически безопасный» электромобиль спасением. Но если посмотреть глубже, машина на электродвигателе вовсе не безопасна для экологии. Во-первых, электромобили на данном этапе работают на той же энергии от сгоревшего ископаемого топлива, что и авто с ДВС, правда, топливо (уголь, нефть, газ) сжигается на ТЭС. Во-вторых, экологическую угрозу несут аккумуляторы таких машин, которые необходимо утилизировать, что является сложным технологическим процессом, в результате которого выбросов также не избежать. В-третьих, вредные частицы вырабатываются не только двигателем — две трети из выделяемых автомобилем веществ являются частицами дорожного покрытия, шин и тормозной системы.
«Польза от электрокаров есть, это факт, но она не так велика, как принято считать, — рассказал автомобильный эксперт Валерий Быков. — Преимущество таких автомобилей в том, что на конкретной улице конкретные люди не будут задыхаться от выхлопных газов, не более. В глобальном же смысле машины на электротяге пока что ничем не лучше обычных ДВС».
То, что электромобили экологически безопасны, является во многом заблуждением. Более того, при тщательном изучении становится ясно, что сама теория глобального потепления далека от истины. Так, не все экологи верят в то, что научное обоснование теории вины человечества в изменении климата правдиво.
«В глобальном потеплении обвиняют выбросы в атмосферу углекислого газа от антропогенных источников, но ежегодный выброс углекислого газа из Мирового океана в сто раз больше, чем антропогенный. Не увеличение выбросов окиси углерода ведет к повышению температуры воздуха, а из-за повышения температуры океана повышается содержание CO2 в атмосфере. То есть в данном случае перепутаны причина и следствие», — рассказал корреспонденту ИА REGNUM руководитель Северо-Западной общественной организации «Зеленый крест» Юрий Шевчук.
По его словам, пока что изменения среднегодовых температур и общепланетарного климата не выходят за рамки тех изменений, что происходили последние две тысячи лет назад — на это время пришлось два глобальных потепления и два не менее глобальных похолодания. Все они были связаны с циклами солнечной активности и не имели никаких антропогенных причин. Как отмечает Шевчук, механизм изменения активности Солнца очень сложен, состоит из множества разных циклов. Минимум солнечной активности сопровождается понижением глобальных температур на Земле, максимум — повышением. Самый известный минимум — это минимум Маундера, когда наблюдалось около 50 солнечных пятен в год вместо обычных 40—50 тысяч. Это время в истории человечества получило название «малый ледниковый период». Нынешние же температуры пока еще не дотягивают даже до климатического оптимума Средневековья, и, вероятно, уже не дотянут, потому что активность Солнца падает, что означает — в ближайшем будущем Земле грозит скорее похолодание, нежели потепление.
Как в интервью СМИ рассказал академик РАН, научный руководитель кафедры криософии Тюменского государственного университета Владимир Мельников, если говорить о бушующих ветрах, Земля сейчас переживает некий переходный период от одного состояния к другому. Мы доживаем межледниковье, прожив уже около 10 тысяч лет, и остается около 1 тысячи лет до нового ледникового периода, то есть мы приближаемся к похолоданию.
Но если миф о глобальном потеплении поддерживают и, более того, для решения этой «проблемы» создают различные организации, значит, это кому-то всё же выгодно. Причин этому может быть несколько. В первую очередь экологическая безопасность становится удобным орудием в продвижении интересов, и нередко убедительные теории позволяют изменить сложившийся путь развития и расставить новые приоритеты (как это произошло, например, с электромобилями). Во-вторых, выстроенная не только в Европе или в США, но и во всем мире экологическая система стала еще одной бюрократической организацией, в которой существует своя иерархия, где чиновники строят карьеру, имеют некоторую власть. Более того, глобальные экологические вопросы позволяют перевести внимание общественности с других проблем, что нередко на руку политикам.
Так, экологическая безопасность является одним из самых сильных средств в руках чиновников и активистов. В действительности же ни спасти, ни загубить планету человечество не в силах. Но экологическая безопасность продвигается и представляется необходимостью, целью, для достижения которой тратится колоссальное количество финансовых средств — миллиарды долларов, при том что ощутимого результата мы не получаем. Результатом фактически становятся лишь различные ограничения. С одной стороны, продвижение экологических требований является стимулом для развития новейших технологий, с другой — ставит в тяжёлое положение существующую экономическую систему. Как заявил в своем выступлении Дональд Трамп, используя подсчеты National Economic Research Associates, выполнение Соединенными Штатами экономических обязательств по соглашению приведет к потере 2,7 млн рабочих мест к 2025 году, в том числе 440 тысяч мест в промышленности.
Можно сказать, что перспективы есть, например, у Tesla, которая в апреле этого года по капитализации обогнала и Ford, и General Motors. Но если смотреть правде в глаза, Tesla на сегодня является в первую очередь лишь «раскрученным» брендом. Результаты деятельности американского производителя электромобилей в 2016 году оставляют желать лучшего: объём производства — 76 тысяч автомобилей, чистый убыток — около 675 млн долларов. Если сравнить, показатели General Motors выглядят куда убедительнее — концерн в 2016 году получил чистую прибыль в размере 9,43 млрд долларов, продав свыше 10 млн автомобилей. Дональд Трамп как бизнесмен с большим опытом, а также как президент, заботящийся о правах американских рабочих, явно делает выбор в пользу второго. И осудить такой поход было бы неправильно — работа в интересах конкретного государства является прямой обязанностью президента. Но Дональда Трампа не поддержал фактически никто даже в его стране. Что в очередной раз подтверждает, что те, кто строит на экологических теориях карьеру и бизнес, никогда не отступят.
Несмотря на выход США, в соглашении остается почти 200 стран. Кроме того, согласно правилам соглашения, Штаты должны дождаться 2019 года, чтобы подать заявление на выход из соглашения. Сам же выход может состояться только через год после того. Так что вся борьба еще впереди.