Foreign Policy: Станет ли Катар новым ближневосточным Сараево?
Мировое сообщество, возможно, переживает тот же момент в истории, как и убийство эрцгерцога Франца Фердинанда, приведшее в 1914 году к Первой мировой войне. Теперь существует вероятность столкновения Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов, с одной стороны, и Ирана, с другой, и Вашингтону придется немедленно отреагировать и предотвратить войну, а не ждать начала кровопролития, пишет Саймон Хендерсон в статье для The Foreign Policy.
Читайте также: США — Катар: Трамп поджигает Ближний Восток
Номинальной целью Саудовской Аравии и ОАЭ является Катар, который на протяжении долгого времени отклонялся от консенсуса стран Персидского залива по вопросу исламской республики. Эр-Рияд и все большее число стран приняло 5 июня решение разорвать дипломатические отношения с Катаром.
Более того, Саудовская Аравия заявила о том, что закрывает для самолетов Катара свое воздушное пространство, перекрывает границы, а также запрещает судам, направляющимся в Катар, проходить по своим территориальным водам. Почти в любом случае это объявление войны. Для сравнения: Шестидневная война, 50-ю годовщину которой отмечали на прошлой неделе, была вызвана закрытием пролива Эт-Тиран Египтом, который таким образом перерезал Израилю доступ к Красному морю.
Читайте также: Шесть арабских перевозчиков отменили авиарейсы в Катар
В ответ Иран, по некоторой информации, объявил, что он позволит Катару использовать три из своих портов для погрузки продуктов питания, от которых зависит государство, — шаг, который Эр-Рияд и Абу-Даби, скорее всего, воспримут лишь как подтверждение предательских связей Дохи с Тегераном.
Читайте также: Иран призвал к диалогу Катар и арабские страны
Существует две версии того, как ситуация пришла к нынешнему состоянию. Так, если верить правительству Катара, 24 мая официальное информагентство страны было взломано хакерами, в ходе чего была ретранслирована дезинформационная новость. В ней была сделана ссылка на эмира страны Тамима бин Хамада Аль-Тани, который заявил, что «враждебность арабских стран по отношению к Ирану необоснованна». В предположительно ложном сообщении была подтверждена поддержка Катаром «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), а также палестинской группировки ХАМАС. Более того, прозвучала информация, согласно которой отношения Дохи с Тель-Авивом благоприятны.
СМИ Саудовской Аравии и ОАЭ, в большой степени находящиеся под влиянием властей, взяли на вооружение альтернативную версию. Они приняли историю за чистую монету и сразу же отреагировали вспышкой ярости. Замечания эмира повторялись без конца, в то время как доступ к СМИ Катара был заблокирован, поэтому официальное опровержение нельзя было прочитать.
Существует вероятность того, что первоначальный взлом был делом рук Тегерана, который был недоволен антииранской позицией, проявленной 20−21 мая в Эр-Рияде, где президент США Дональд Трамп встретился с королем Саудовской Аравии Саламаном и представителями десятков мусульманских стран. 3 июня страница Twitter главы МИД Бахрейна Халеда аль-Халифа была взломана — инцидент, ответственность за который Катар возложил на шиитских активистов, а не на Иран. Стремление Ирана, скорее всего заключалось в том, чтобы продемонстрировать отсутствие единой позиции стран Персидского залива.
Со своей стороны Катар считает себя жертвой заговора Эр-Рияда и Абу-Даби, которые традиционного придерживались враждебных позиций в отношениях с Дохой, несмотря на совместное членство в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива. Эр-Рияд считает Катар, который, подобно королевству, придает ваххабитскому исламу центральную роль, нарушителем спокойствия в регионе. Доха, которая позволяет женщинам водить автомобили, а иностранцам пить алкоголь, в свою очередь, обвиняет Саудовскую Аравию в том, что она опорочила ваххабизм. Между тем Абу-Даби презирает Доху за поддержку организации «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), которая запрещена в ОАЭ.
Несмотря на то, что в 2014 году произошел неудобный восьмимесячный дипломатический перерыв, корень сегодняшнего противостояния восходит к 1995 году, когда отец Эмира Тамима, Хамад, отстранил своего отца от власти в Дохе. Саудовская Аравия и ОАЭ посчитали этот семейный переворот опасным прецедентом для правящих семей Залива и подготовили заговор против Хамада. По словам дипломата, проживавшего в то время в Дохе, две страны-соседа организовали несколько сотен членов племен для убийства Хамада, двух его братьев, а также министров иностранных дел и энергетики и восстановления старого эмира. ОАЭ даже привели боевые вертолеты и истребители в боевую готовность для поддержки этого покушения, которое на самом деле так и не состоялось, потому что один из представителей племен раскрыл заговор до того, как должно было начаться его воплощение.
Если брать в расчет такие события, то любая паранойя со стороны Эмира Тамима может быть оправдана. В минувшие выходные газета ОАЭ сообщила, что оппозиционный член правящей семьи Катара аль-Тани шейх Сауд бин Насер намерен посетить Доху, чтобы «выступать в качестве посредника».
С учетом того, что в стране проживает всего лишь 200 тыс. граждан, может оказаться проблематичным объяснить, в чем состоит важность Катара. Иностранцы, живущие там, иногда недоумевают по этому поводу. Тем не менее в Катаре самый высокий доход на душу населения планеты. После Ирана эмират может похвастаться крупнейшими запасами природного газа в мире и является огромным экспортером на рынки, простирающиеся от Великобритании до Японии. В нем также находится гигантская авиабаза аль-Удэйд, с которой американские самолеты совершают боевые действия во время войн в Афганистане и Ираке и в которой находится командный пункт коалиции США, противостоящей террористической группировке «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).
Для 37-летнего Эмира Аль-Тамима, который правит в тени своего отца, отрекшегося от власти в его пользу в 2013 году, ключевые приоритеты, вероятно, должны состоять в том, чтобы остаться хорошим союзником США и избегать шагов, которые могли бы вызвать неудовольствие Ирана. Газовое богатство его страны в основном находится в огромной прибрежной зоне, разделенной с исламской республикой. До сегодняшнего дня Катар выкачал оттуда больше, чем Иран.
Вашингтон может сыграть важную роль в разрядке этой потенциально взрывоопасной ситуации. Должностные лица США могут полагать, что Катар проявил неосторожность в своей попытке балансировать между США и Ираном, но затянувшийся конфликт между Эр-Риядом и Дохой или борьба, которая подталкивает Катар в объятия Тегерана, никому не принесет пользы. В этом отношении государственный секретарь Рекс Тиллерсон, возможно, имеет хорошие позиции. Компания ExxonMobil, где он был генеральным директором до прихода в администрацию США, является крупнейшим иностранным игроком в энергетическом секторе Катара, поэтому он, по-видимому, хорошо знает основных лиц, принимающих решения.
Эр-Рияд и ОАЭ также, похоже, пытаются показать себя в качестве альтернативы для сил США, развёрнутых на сегодняшний день в «Аль-Удэйде». Их репутация не так хороши, как могли бы возразить. В 2003 году Саудовская Аравия вытеснила силы США из авиабазы «Принц Султан», когда Эр-Рияд пытался справиться с собственным исламским экстремизмом после терактов 11 сентября. В Абу-Даби уже размещены американские самолеты-дозаправщики и разведывательные летательные аппараты, но потребуется время, чтобы создать полностью оборудованный командный центр для замены центра на «Аль-Удейде».
Нынешняя конфронтация знаменует собой испытание для молодой администрации Трампа. Прошло всего несколько недель с тех пор, как во время фотографирования в Эр-Рияде наследный принц Эмиратов Мухаммед бин Зайед Аль Нахайян оттолкнул в сторону эмира Катара Аль-Тамима, чтобы быть по правую руку президента США. Теперь Саудовская Аравия и ОАЭ пытаются сделать то же самое на международной арене. Из всех возможных ближневосточных кризисов советники Трампа, вероятно, никогда не упоминали именно об этом.