Что несёт Ближнему Востоку «новая эра» Нетаньяху и Эрдогана?
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, который выиграл очередные выборы и вернулся к власти, созвонился с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом для проведения первых с 2013 года переговоров. Комментируя состоявшуюся беседу, представитель израильского премьера уточнил, что делегаты двух стран договорились о взаимном сотрудничестве «для установления новой эры в отношениях между Турцией и Израилем». Они также обсудили способы укрепления экономических и дипломатических связей между странами. Эрдоган, комментируя ситуацию, отметил, что «Турция и Израиль вступили в новую эру в своих отношениях благодаря сильной воле обеих сторон». А чуть ранее он подписал указ о назначении Шакира Озкана Торунлара послом Турции в Израиле.
Процесс нормализации отношений между двумя странами начался недавно, в 2021 году. Эрдоган позвонил президенту Израиля Ицхаку Герцогу и поздравил его с избранием на пост президента, после этого с турецким лидером пообщался тогдашний израильский премьер Нафтали Беннет, поблагодарив его за освобождение двух израильских туристов, задержанных в Турции по подозрению в шпионаже. В марте этого года президент Израиля впервые за 15 лет посетил с официальным визитом Турцию. В его ходе стороны пришли к выводу, что все проблемы в отношениях, конечно, они быстро не урегулируют, но будут стремиться решать споры с уважением и открытостью, особенно сейчас, «когда расшатывается международный порядок». Другие смыслы, в частности отношение к палестинской автономии, в роли покровителя которой активно выступал Эрдоган, выводятся на вторые или третьи позиции.
Нынешнее потепление отношений Турции и Израиля имеет качественно новые предпосылки. Дело в том, что Эрдоган, разыгрывая палестинскую карту, проиграл на арабском фронте. Стало очевидным, что арабские страны (кроме Кувейта) утеряли осязаемую связь с палестинским вопросом и пошли на нормализацию отношений с Израилем. Также многие из них стали выступать против вовлеченности Турции в Ираке, Сирии и Ливии. Дело дошло до того, что после обострения ситуации в Восточном Средиземноморье из-за обнаруженных там немалых запасов энергоресурсов Кипр, Греция и Египет стали сколачивать антитурецкий альянс. Заинтересованность во вступлении в него проявила и Франция. Все это происходило на фоне осложнения отношений и между Анкарой и Вашингтоном.
У Эрдогана так и не сложился полноценный доверительный диалог с президентом США Джо Байденом, каковой был при президенте Дональде Трампе и чему не мешали довольно тесные отношения Турции с Россией. Вашингтон продолжает держать Анкару в «тисках» повестки демократии и прав человека, есть и кое-какие независимые ходы турецкой внешней политики, которые не по нраву Вашингтону. Поэтому, зная о преобладающих в Конгрессе США антитурецких настроениях, Эрдоган рассчитывает, что альянс с Нетаньяху, который обладает лидерскими, пробивными качествами, сможет нейтрализовать американскую оппозицию и помочь вернуть расположение Вашингтона. Хотя бы еще и потому, что на Ближнем Востоке заметно актуализируется проблема курдов, которые пользуются поддержкой Израиля и США, что грозит взрывом сепаратистских проблем в самой Турции.
В идеале Анкара была бы не против создать альянс между президентом России Владимиром Путиным, Нетаньяху и Эрдоганом, учитывая, что лидер Турции имеет доверительные политические отношения с российским лидером, и с Путиным же раньше связывали теплые человеческие отношения и Нетаньяху. Они могут восстановиться после возвращения Нетаньяху к власти в Израиле. Эксперты считают, что именно эти отношения будут тем фактором, который станет непосредственно отличать новый израильский кабинет от прежнего. А сам Нетаньяху, как предполагается, из-за ухудшения отношений с Ираном будет еще плотнее общаться с Путиным и наводить «мосты» с Эрдоганом. Такой ход событий предполагает новый тип отношений с Западом в целом и с США в частности.
На практике сближение между Турцией и Израилем меняет расстановку сил на Ближнем Востоке, может оказывать заметное влияние не только на договаривающиеся стороны, но и на более широкий круг вовлеченных и вовлекаемых в процесс стран с широким географическим диапазоном. Это понимают в Израиле и Турции, и они предпринимают новое геополитическое маневрирование. Хотя, конечно, за этим стоят и более приземленные прагматические интересы. Анкара рассчитывает привлечь в Турцию иностранных инвесторов, ее увлекают совместные с Израилем энергетические проекты в Восточном Средиземноморье, надеется, что через Турцию пойдет основной экспорт израильского газа в Европу. Эти проекты содержат большой потенциал, но что будет на практике? На Ближнем Востоке все часто и быстро меняется.
Объективно тактически интересы Израиля и Турции могут совпадать, хотя стремление Эрдогана навести «мосты» с Израилем может создать напряженность во взаимоотношениях между Тегераном и Анкарой. Но Эрдоган хорошо осведомлен о том, что Путин не раз предпринимал попытки примирить Иран с Израилем, сейчас к этому может примкнуть и Турция, пусть сегодня такие планы многим и кажутся фантасмагорическими. Но сближение между Ираном и Израилем при участии Москвы и Анкары может оказаться естественным и взаимовыгодным. Это способствовало бы сохранению стабильности в Сирии, в чем заинтересованы Россия, Турция, Иран и Израиль, разрядило бы ситуацию вокруг иранского ядерного соглашения, сделало бы ситуацию в регионе более предсказуемой и уравновешенной.
Так что Эрдоган ведет игру по-крупному, полагая, что в Закавказье ему удалось «завязать» на себя Путина. Теперь очередь за Нетаньяху. Получится ли?