The National Interest: Оскопят ли Трампа новые санкции против России?
Одобрив законопроект о санкциях, Сенат в значительной мере сократил пространство для маневра президента США Дональда Трампа и главы Государственного департамента Рекса Тиллерсона, лишив их пряника, с помощью которого они могли бы добиться от России уступок и сотрудничества, пишет Дэниэл Депетрис в статье для The National Interest.
Не каждый день можно увидеть, что республиканцы и демократы могут поддерживать диалог на протяжении нескольких месяцев и прийти к межпартийному консенсусу по тому или иному законопроекту. Когда же это получается, то все восклицают «наконец, политики, которых мы направляем на Капитолийский холм каждые два года, делают что-то конструктивное».
Одобренный Сенатом США Закон о надзоре за санкциями против России — это законопроект, который нравится всем. Это объемный текст, который, по сути, кодифицирует исполнительные указы бывшего президента США Барака Обамы, расширяя запретительные меры в банковской отрасли против частных лиц и учреждений, которые финансируют — или материального и технически поддерживают — кибератаки против правительственных или избирательных систем, дает возможность замораживать активы тех граждан России, которые нарушают права человека, а также, что важнее, лишают президента Трампа — или его преемников — возможности их смягчения или отмены без одобрения Конгресса.
Иными словами, в законе используется санкционная архитектура Обамы в качестве основы, тогда как законодательной ветви власти США передаются большие полномочия по надзору за их исполнением. И антироссийские ястребы в США, такие как сенаторы Джон Маккейн и Линдси Грэм, да и в целом все в Республиканской партии, восприняли этот законопроект с восторгом.
Тем не менее тот факт, что республиканцы и демократы смогли договориться о законопроекте по санкциям, приняв его подавляющим большинством, не означает, что он стал умным ходом. Конгресс, без сомнения, имеет полное право выражать свое неудовольствие и быть полноправным участником развития внешнеполитического курса США. Тем не менее президент США, будучи главой внешней политики США, имеет право на определенную степень гибкости в достижении прорывных дипломатических решений.
Так, выступая в комитетах по ассигнованию и иностранным отношениям, глава американской дипломатии Рекс Тиллерсон заявил, что администрации Трампа необходимо дать возможность рассматривать соглашения и вести диалог со странами-противниками и конкурентами, а также иметь в распоряжении «дипломатические пряники», с помощью которых можно убеждать лидеров, вроде «Владимира Великого» идти на сотрудничество.
Сенаторам не понравился ответ Тиллерсона, поскольку он стал не столь уж непрямой критикой межпартийного законопроекта о санкциях. Однако безответственностью и недальновидностью со стороны сенаторов является попытка просто интерпретировать заявление Тиллерсона как доказательство того, что администрация Трамп отчаянно стремится встать на правильную сторону Путина. И столь же безответственно игнорировать озабоченность Тиллерсона и называть ее необоснованной, поскольку Россия по-прежнему будет играть роль немаловажного игрока на глобальной сцене.
Вести переговоры с российскими дипломатами, отмечает автор, — дело крайне непростое и в лучшие времена. Теперь же все эти шаги станут пустой тратой времени, если и Белый дом, и Государственный департамент США не смогут предоставить Москве «достаточно блестящий предмет, чтобы привлечь внимание» Москвы. Без такого «блестящего предмета» любое желание России идти на переговоры улетучивается. Могут ли США ждать реального взаимодействия с Россией в будущем, если все, что Тиллерсон может предложить Москве, — это обещание очень-очень усердно работать, чтобы убедить Конгресс снять санкции — предприятие, которое, может быть, даст плоды. Какой рациональный игрок в государственной системе посчитает подобный шаг привлекательным?
Законодатели, приложившие руку к законопроекту, следовали, отмечает автор, благим намерениям, желая сделать так, чтобы президент России Путин заплатил высокую цену за наиболее эффективное вмешательство в выборы в США в их истории. Обе партии по-прежнему ставят на то, чтобы перекрытие еще большего числа банковских каналов, заморозка еще большего числа активов и расширение санкции «вобьет ума в толстую черепушку Путина» и научит его тому, что курс его правительства не способствует его цели возвращения величия России.
Однако для успеха дипломатии иметь в своем распоряжении пряник часто так же, важно как и кнут. Если пряника не станет раньше времени, тогда в значительной степени сокращается пространство для маневра. Поэтому если Палата представителей США решит принять поправку о санкциях против России, у нее, по меньшей мере, будет возможность изменить версию Сената, облегчив задачу президенту по отмене санкций в случае необходимости подобного шага для национальной безопасности в обход длительного процесса рассмотрения в Конгрессе.
Этих простых изменений должно быть достаточно, для того чтобы у администрации США было пространство для маневра на переговорах с Москвой. Последнее, что должен делать Конгресс, — это обострять и так непростые отношения США с Россией.