Геннадий Ковалёв был членом сборной России с 2002 по 2008 год, дважды участвовал в Олимпиадах, выигрывал чемпионат Европы и дважды брал серебро чемпионата мира. В 27 лет он завершил карьеру и теперь является старшим тренером мужской сборной России по боксу. В интервью «Чемпионату» Геннадий рассказал, как стал тренером, хоть и считал это низшей профессией, почему не пошёл в профессионалы, и оценил состояние любительского бокса в России. Также Ковалёв высказался о главных боях этого года (Артур Бетербиев — Дмитрий Бивол и Тайсон Фьюри — Александр Усик), назвал лучшего боксёра мира и сравнил Тимофея Цзю с его знаменитым отцом.
— Вы чемпион Европы, участник двух Олимпиад, брали серебряные медали ЧМ и выиграли множество внутренних турниров. Нет никакого сожаления, что чего-то не сделали, чего-то хотели добиться, но не смогли?
— Цель у спортсмена какая вообще? Олимпийская медаль. Единственное, чего у меня нет — олимпийской медали. Сожалений нет, потому что каждый заслуживает то, на что наработал. Значит, я так наработал, не заслужил олимпийскую медаль.
— Довольно редко встречаются случаи, когда талантливый спортсмен завершает карьеру в 27 лет. Вы не хотели попробовать себя и в профессионалах?
— Тогда ещё не так был развит профессиональный бокс, нужно было выбирать. Во-первых, у меня манера бокса не для профессионалов. Нужно было иметь хороший удар, а я больше игровик — обмануть, заработать очки. Нокаутов у меня было единицы. И опять-таки это новый путь. Профессиональный бокс — совсем другой вид спорта, это не любительский бокс, то есть нужно было начинать всё сначала. И я не готов был это делать. Я провёл два олимпийских цикла, восемь лет, и, видимо, настолько выложился… Но это я тогда так думал. Сейчас прошло 14 лет — и мою бы голову туда, к моему молодому телу. И я, может быть, и в профессионалы бы пошёл, и ещё бы на несколько циклов зарядился. Тогда мышление было другое, картинка другая, сейчас бы я поменял подход.
Геннадий Ковалёв (слева)
Фото: Gareth Copley/Getty Images
— Поступали ли предложения от промоутеров, пытались вас убедить вернуться в ринг?
— У меня был тренер Лукманов Халил Хамитович, царствие ему небесное. Мы с ним вместе доходили до медалей мира, Европы, до Олимпиады. И он предлагал: может, пойдём в профессионалы? У нас была компания «Урал Бокс Промоушен», там выступал Мурат Гассиев. Мне говорили: давай, попробуем. Но я как-то не захотел, может быть, выжат был, не пошёл. Пошёл работать тренером.
— В одном из интервью от 2007 года вы говорили, что неохота быть тренером. В какой момент мнение изменилось?
— Я друзьям и близким много рассказываю. В то время, когда давал интервью, сам думал, что буду бизнесменом. Попробовал бизнесом заняться, открывал японский ресторан с двумя компаньонами, единственный в нашем городе. Но мы открылись в кризис, в 2008 году. Вбухали туда все деньги, всё прогорело, в долги залезли. А я говорил, что в крайнем случае, если что, пойду работать тренером. В тот момент для меня тренерская работа была низшим уровнем. Но я пошёл и сейчас ни капли не жалею, никуда не лезу, меня устраивает то, чем я занимаюсь. Я ещё учусь, для меня каждый день — новое открытие. Где-то у кого-то подглядываю, смотрю, спрашиваю. Мне нравится работа, я получаю удовольствие. Работу надо любить, и я ею живу. У меня даже семья живёт боксом. Жена полностью следит за боксом, даже обучилась спортивной нутрициологии. То есть мы ещё ребятам подсказываем, как правильно питаться. Дочь занимается боксом, ей 15 лет. На Россию поедет по юниорам. Поэтому этот пинок меня… Судьба меня спустила с небес и направила в нужное русло. Сейчас наслаждаюсь тем, где я нахожусь.
— Как ощущаете себя, когда бьются ваши воспитанники? Со стороны смотреть тяжелее?
— Когда твой ученик боксирует, начинаешь суетиться. Мы изначально обсуждаем план действий, а когда идёт не по плану, то, конечно, начинаешь переживать, искать варианты, как выиграть. Потому что как мы изучаем соперника, так и они нас. А когда помогаешь кому-то и не твой ученик, то абсолютно спокоен. И когда холодно относишься, то лучше получается. Эмоции — враг для любого спортсмена, надо их всегда от себя отталкивать и принимать решения с холодной головой. Тем более в боксе решения должны быть быстрыми, потому что можно пропустить. Это не просто драка на улице, это шахматная игра. Чем ты выше классом, тем сложнее делать ходы, потому что каждый шаг рассчитан.
— Вы определяете свой стиль как игровой, удаётся его привить молодёжи или большинство нацелены на то, чтобы в дальнейшем идти в профессионалы?
— Зависит от спортсмена, есть физиология, которую не обманешь. Есть такие, кто подточен на профессионала, им подходит стиль. Игровик — тот, кто двигается на ногах, маневрирует, рассчитывает на три раунда. Профессионалы порой, которые уже давно выступают, не могут выиграть в любителях у середняка, хотя у них в профи хороший уровень. То есть другие стили. В профессионалах ты растягиваешь, монотонно подбираешь ключи к сопернику. В любителях три раунда, они пролетают быстро. Нужно быстрее выиграть, такая активная работа. В профи можно потянуть, повыбирать, где-то принять на себя, на защиту, раз — и нанести хороший, жёсткий удар. Сейчас модно стало, даже не то что модно, просто есть возможность ребятам заработать денег, выступая и в профессионалах, и в любителях. Поэтому и нам как тренерам приходится лавировать и подбирать тактику, манеру.
— Нет такого, что ученики стараются как можно быстрее миновать эту стадию и перейти в профессионалы именно из-за заработка?
— Во-первых, сейчас и в любителях начали платить деньги. Например, за победу на чемпионате России дарят машину и сверху полмиллиона. У молодёжи уже есть стимул. И параллельно, если ты выиграл Россию, ездишь на международные турниры, тебя приглашают в профессиональные бои, и уже твой ценник выше. Всё равно плацдарм для прыжка — любительский бокс. Ты не можешь быстро его пройти. Чем больше ты здесь заработаешь медалей, тем больше будешь весить в профессионалах.
— Как сейчас оцените состояние любительского бокса в России сейчас?
— Если сравнивать команды… Вот наша олимпийская 2004 и 2008 годов… Просто даже не по боксёрам, а по регалиям. У нас в 2004 году в каждом весе лидер был заслуженным мастером спорта. Сейчас их три человека из 13 категорий. То есть понятно, что класс немного упал, однако мы работаем над этим. И ещё нет возможности часто выезжать на международные турниры, но в целом есть звёздочки — Гаджимагомедов, Атаев, Шумков, Двали, Вася Егоров, Худоян. Не первый год чемпионы России, однако в целом уровень похуже, так можно сказать.
Муслим Гаджимагомедов
Фото: РИА Новости
— Вы же знаете, что Международная боксёрская ассоциация не признается МОК и наши боксёры не могут участвовать в Олимпиаде. Это влияет на любительский бокс в целом и на мотивацию наших ребят в частности?
— Сейчас команда готовится к чемпионату Европы. Там участвуют все сильнейшие в Европе, кроме Украины и Англии. Проблем нет. И мир проходил, ездили в Узбекистан. Понятно, что нас принимают только страны содружества, Умар Назарович Кремлёв старается делать мероприятия, где нас могут принять. Выкручиваемся. И также будет проходить турнир стран БРИКС в Казани, в основном там страны Азии присоединятся. Также планируются Игры дружбы — альтернатива Олимпийским играм. Там будут все регалии и призовые, как на Олимпийских играх. Поэтому считаю, что нет ничего страшного, станем только сильнее и голоднее.
— Ситуация может улучшиться в ближайшие годы?
— Пока будет в таком режиме. Но всё равно когда-то перемены настанут. Была холодная война с США, но ничего, вернулись, помирились и начали работать. Нам навязывают то, что мы не принимаем, поэтому происходят эти волнения. После заката всегда будет рассвет, подождём.
— Опять же, возвращаясь к вашему стилю игровика. Наверное, один из самых близких к вам боксёров с этой точки зрения — Дмитрий Бивол. Он сильнейший боксёр России на сегодня?
— Ну у них будет встреча с Артуром Бетербиевым, вот тут как раз два разных стиля — игровой и силовой. Здесь даже не знаю, кому отдать предпочтение. Оба интересные боксёры, оба заслуживают победы. Болеть буду за красивый бокс. Два наших соотечественника, с одним я был долгое время в сборной, на Олимпиады вместе ездили. Дима пришёл, когда я уже заканчивал. Мы тесно не общались, но знаем друг друга. Надеюсь, покажут класс.
— Бетербиев времён сборной уже тогда показывал, что у него есть задатки для того, чтобы стать профессионалом?
— Да, он чистый профессионал. Бьющий, хорошо держит удар и дышит. Все качества для профессионала. У него же не просто ни одного проигрыша, но и все бои досрочно заканчиваются.
— Кого из них ставили бы в пример своим ученикам?
— Опять-таки зависит от самого спортсмена, его стиля. У меня есть Дима Двали, работает первым номером, весь закрытый, бьёт многоударные комбинации, как Александр Малетин. Я ему предлагаю посмотреть, какие у него есть хорошие качества. Он тоже был такой же боксёр — шёл вперёд, атаковал, такой ломовой. Но в то же время думал, как без потерь сблизиться с соперником. Есть другие стили. Ребята действуют вторым номером, им предлагаю посмотреть на Ригондо. Тем, кто на челноке работает, есть такой Серик Сапиев. Казахская школа, такой агрессивный челнок. Так же и с Бетербиевым, и с Биволом. В зависимости от стиля боксёра. Не могу же я игровику навязать атакующий стиль, чтобы он шёл вперёд. Даже сама физиология… Есть боксёры медленные, но с жёстким ударом, любят работать со средней дистанции. Нет смысла его учить двигаться и работать вторым номером, потому что он не сможет этого делать. Не подточен под это. Сейчас есть даже диспансеры, в шесть-семь лет приводишь ребёнка, какие-то тесты делают, а потом выписывают, какими видами спорта он может заниматься. Так же и в боксе — всё зависит от стиля.
— Насколько пристально вы следите за профессиональным боксом?
— Слежу, особенно за звёздами. Бои же если в США проходят, то проходят рано утром в воскресенье. Я ставлю себе будильник, встаю в пять утра, смотрю на большом экране.
— Кто импонирует больше всего?
— В категории до 61 кг все почти интересные — Девин Хейни, Василий Ломаченко, Джервонта Дэвис, Шакур Стивенсон зашёл в этот вес. Хотелось бы, чтобы эту четвёрку прогнали между собой, но их всё время друг от друга отводят. Видимо, бизнес, чтобы больше на них заработать. Также японец Иноуэ, тоже красавчик. В 67 кг есть Теренс Кроуфорд. Ну, понятно, что Канело есть, но он уже так… начал гулять по весам, забрёл не туда, Бивол его наказал и спустил вниз опять. И они ещё на Бетербиева хотели. Сейчас будет бой интересный — Усик будет боксировать с Тайсоном Фьюри. Я думаю, что Фьюри, скорее всего, выиграет.
— Его бой с Нганну никак не отражает его нынешнюю форму?
— Знаешь, перед первым боем с Деонтеем Уайлдером он тоже подрался с кем-то (Франческо Пьянета. — Прим. «Чемпионата») — и тоже отвратительно, вообще никакой. А он вышел, и там его ещё «рука Бога» подняла из тяжёлого нокдауна. Тайсон, бывает, усыпляет. С мешками он боксирует тяжело, а с серьёзными соперниками собирается. И сечка его пошла на руку. Я вижу, что тогда, во всяком случае по видео всяким, он был не в той форме, а сейчас смотрю, уже подсушился, на лапах быстрый стал. Сейчас он будет намного опаснее.
Тайсон Фьюри
Фото: Nathan Stirk/Getty Images
— Некоторые выражали мнение, что сечка была специально подстроена, чтобы отложить бой подальше.
— Может такое быть, я вообще не удивлюсь. Когда у них была дуэль взглядов, они там сидели, разговаривали, и Тайсон был не в форме, видно, что на расслабоне. Сейчас заряженный. Мне Усик тоже нравится. И стиль его. Это как раз манера, которую я предпочитаю. Он техничный, но Фьюри умеет пользоваться габаритами, он настоящий тяж. Усик поднялся из первого тяжёлого, он искусственный тяжеловес, а Тайсон… У него и габариты, он умеет пользоваться своим весом, может на ближней дистанции правильно навалиться, чтобы соперник уставал. Он неординарный боксёр, может и подраться, и подвигаться, чувствительный. Вроде и выглядит несуразно, у него бока там какие-то, таз шире плеч, но он подвижный. Поэтому, думаю, Тайсон всё же выиграет. Мне ещё нравится, что до боя он своих соперников съедает ментально. Его никто не смог переговорить. Того же Уайлдера он «съел» до боя. Он после этого и проигрывает, недавно бой провёл никакой. Хотя я смотрел, Усик считается фаворитом.
— Вы, упоминая Джервонту, Ломаченко и других, говорите, что их не сводят между собой. Это главная проблема профессионального бокса? Потому что лучшие не дерутся с лучшими, много весовых категорий, разных организаций и бойцы избегают друг друга.
— Да. В этом UFC отличается. Они сводят всех — и чемпионов, и у них это всё быстро происходит. А в профессиональном боксе могут дотянуть до определённого времени. Например, бой того же Флойда Мейвезера с Мэнни Пакьяо. Когда Пакьяо был на пике, то Флойд его избегал. Когда Мэнни поизносился, то решили встретиться. Возраст у них одинаковый, но Пакьяо прошёл восемь категорий, у него были очень сложные бои, он побеждал именитых боксёров. Мейвезер как бы тоже, однако я считаю, что с пиковым Пакьяо бой был бы другой. Поэтому надо почаще их сводить. Хотя бы расписать какую-то сетку. Но там же много вопросов к телевидению, один подписан на один канал, другой — на ещё какой-то, а каналы не могут договориться между собой. Это же всё деньги, и немаленькие. В том же UFC совсем другие гонорары, не то что у профессионалов в боксе. Пакьяо и Мейвезер за бой заработали $ 300 млн на двоих, это огромные деньги. И Фрэнсис Нганну. Писали, что он в жизни не заработал столько, сколько за бой с Фьюри. Поэтому он в бокс и пошёл, поднять немного.
— В этом плане Саудовская Аравия, которая как раз начала сводить лучших с лучшими, может стать спасением?
— Получается, что так. Они, скорее всего, перебивают по деньгам и всем этим большим боям посодействовали.
— Касаемо Нганну, как относитесь к историям, когда бойцы ММА заходят в бокс? Это плохо для вида спорта, потому что они забирают часть внимания и денег у других боксёров, или наоборот повышается популярность?
— Да, это двояко, но почему нет? Тот же Нганну с именем, непризнанный в UFC, там тоже можно было свести его с кем-нибудь, но он зарядил космические деньги и поэтому ушёл. Почему бы не дать им шанс тоже заработать? И в то же время достойные профессионалы есть, которых не так ценят. Возможно, надо бойцам ММА начинать с низов, проходить до чемпионских боёв.
— Вы отмечали, что с корявыми бойцами всегда сложнее, чем с техничными. Нганну таким назвать можно? И насколько велики шансы у относительно корявого бойца прийти в бокс и стать чемпионом мира?
— Не сказал бы, что Нганну прямо корявый. Всё равно видно, что у него стойка отточена. Просто Фьюри его недооценил и особо не готовился. Я не видел у него реакции, движений и скорости, которые обычно были. А вышел с Нганну Джошуа, и всё, прибил за два раунда. А вообще, да, неудобные боксёры намного сложнее, потому что траектория ударов непредсказуема. Может ударить так, что ты не поймёшь, как это вообще, так невозможно. Поэтому с классическими боксёрами намного удобнее боксировать, все действия автоматические, комбинации отработанные.
Бой Энтони Джошуа и Фрэнсиса Нганну
Фото: Richard Pelham/Getty Images
— Есть ли сейчас в России боксёры, которые в дальнейшем могут о себе заявить на мировой арене, как те же Бивол, Бетербиев?
— В 86 кг у нас боксирует Атаев. Он как раз может. Если опустится в полутяжёлый вес, то сможет конкурировать с теми же Биволом и Бетербиевым. У него стиль игровой, функционально хорошо развит. Всеволод Шумков ещё, темповой, многоударный боксёр. Альберт Батыргазиев уже по некоторым версиям в десятке находится.
— Есть сейчас ещё братья Цзю. Какие у них перспективы?
— Бой Тимофея с Фундорой я не смотрел, были в дороге. Однако я прочитал про рассечение, вроде он до половины боя шёл и побеждал, а потом, я так понял, катмен плохо сработал, не смог кровь остановить, поэтому и проиграл. Но вообще Тим и Никита — копии Константина Цзю. И стиль такой же, и бьют с дальней руки сильно. За вторым братом я ещё не очень слежу, а у Тимофея есть все шансы быть лидером. Главное — сделать сейчас реванш с Фундорой, но вроде там им нужно ещё по бою провести. С Себастьяном вроде хочет биться Эррол Спенс.
— Тимофей превзойдёт отца или всё же его достижения будут поскромнее?
— Не знаю, отец всё же был яркой звездой в профессионалах. Хотя я где-то давно читал, что Костю грамотно вели и он не встречался, например, с Оскаром де ла Хойей, когда тот был в этих же категориях. Пакьяо где-то рядышком был. Однако Цзю всё равно был бьющий, яркий боксёр. У Тима не такой хлёсткий удар, ну и категория у него повыше, но стиль одинаковый.
— Тим Цзю вызывает таких звёзд, как Кроуфорд, Спенс, Джермелл Чарло. Эти соперники ему по зубам?
— Чарло, может быть, да. А вот Кроуфорд… Теренс для меня уникум, он удивляет своими боями. Он всё время боксировал в левосторонней стойке, а с украинцем (Виктором Постолом. — Прим. «Чемпионата») вышел и 10 раундов провёл в правосторонней. Это было для меня удивление. И бьёт он с обеих рук, с разных углов. У него очень острый бокс, на грани. У него чуйка, встречная работа — это природа, ей нельзя научиться. Можно развить, но не научить. Либо умеешь и бьёшь навстречу, либо нет. Это же опасно. Когда бьёшь навстречу, можно и пропустить, нужно хладнокровие, умение вовремя нанести удар, правильный тайминг. У Кроуфорда всё это развито очень сильно.
— Кроуфорда можно назвать заслуженным первым номером рейтинга P4P?
— Для меня да, он номер один. Я считаю, что он лучший. Его, кстати, незаслуженно не принимают, как того же Канело. Теренс намного лучше, по моему мнению, но не получает таких гонораров, как Альварес. Может, он не харизматичный. Простой парень, спокойно сидит с парнями, играет с друзьями. Такой простой парень из деревни. Не как тот же Канело, который ходит в пижаме с какой-то золотой цепью, летает на личном самолёте.
Теренс Кроуфорд
Фото: Al Bello/Getty Images
— Есть ли такая возможность, что в дальнейшем вы сосредоточитесь не на работе со сборной, а будете заниматься с учениками, которые перешли в профи?
— Может быть. Вообще, это тонкая работа — быть личным тренером, и она мне по душе. Хотелось бы вырастить кого-то. У меня есть спортсмены, но в большинстве случаев они ко мне пришли уже обученными. Потому что у меня нет времени выращивать, мне передают спортсменов или они сами приходят. Есть боксёр, который у меня с 14 лет. Сейчас ему 19, уже прирос к нему, хотелось бы посмотреть, чего он добьётся. Стиль у него такой, как был у меня, тоже левша. И схватывает то, что я предлагаю. Это Сеяд Гашимов. он на Кубке России сейчас стал вторым в 57 кг. Надеюсь, покажет себя.
— Всегда есть два мнения — «бокс загибается» и «бокс расцветает». Ваша версия?
— Сейчас, на данный момент, перерождается. Может, даже уже переродился. Он стал популярным. Благодаря руководству, которое вкладывает космические деньги в развитие. У нас лучшая федерация, Кремлёв — единственный, кто отстаивает наши интересы, и не так, чтобы прогибаться, а старается выстроить новую систему, чтобы с нами считались. Финансирование, вознаграждения боксёров начинают быть оправданными. В наше время вообще не было таких гонораров, пособий, призовых. На чемпионате России дарят хрустальную перчатку, медаль, грамоту, и всё. Понятно, что нужно быть патриотами и мы не должны заглядывать в карман к другим. Но как бы кто ни говорил, деньги — главное в жизни. Без них не сможешь прокормить себя, семью, близких. Это основа. Мы за свой труд должны что-то получать, это же не физкультура, где ты просто для здоровья. Профессиональный спорт— это во вред здоровью, изнашиваешь организм, работаешь на максимуме, выкладываешься. Когда заканчиваешь, то 50% спортсменов не могут себя найти, не знают, чем заниматься, потому что они полностью себя отдали. Ты тренируешься два раза в день каждый год и упускаешь эту социальную жизнь. Не можешь учиться. Можно пойти в физкультурный и стать тренером потом, если есть голова на плечах. То есть продолжить этот путь, а если не учился, не осознавал, что будет потом, то после спортивной карьеры будет тяжело себя найти. И ты уже никому не нужен. Тут много факторов.