Foreign Policy: Не стоит преувеличивать иранское влияние в Ираке
В наши дни кажется почти само собой разумеющимся то, что Иран доминирует в Ираке. Например, в конце прошлого месяца, 27 апреля, министр иностранных дел Бахрейна Халид бен Ахмед Аль Халифа написал в Twitter, что иранский режим «контролирует» Ирак. Бывшая постоянный представитель США при ООН Никки Хейли заявила в сентябре 2018 года, что Иран проводит работу по «созданию иракского правительства», подконтрольного Ирану, пишет Аарон Маджид в статье для издания The Foreign Policy.
Да, Иран обладает значительным влиянием в Ираке. Это третий по величине торговый партнёр страны, на долю которого ежегодно приходится около $12 млрд. На выборах 2018 года сторонники Ирана из альянса «Фатх» получили 48 мест в иракском парламенте (14,6%), став вторым по величине парламентским блоком. Иран имеет связи с вооружёнными шиитскими группировками, которые отвечают за обеспечение безопасности в ряде регионов Ирака. Однако влияние Ирана в Ираке не безгранично.
В конце 2018 года президент США Дональд Трамп совершил незапланированный визит на иракскую авиабазу. Парламентарии из альянса «Фатх» восприняли этот визит как неуважение к суверенитету страны, после чего активизировали усилия по изгнанию из Ирака оставшихся 5 тыс. 200 американских солдат. Инициативу парламентариев поддержал Верховный лидер Ирана Али Хаменеи, который позднее призвал Багдад выдворить из страны американские войска «как можно скорее».
Но, несмотря на требования Ирана и представителей альянса «Фатх», законодательная инициатива по изгнанию американских войск застопорилась. Суннитские и курдские партии отказались поддержать законопроект. Без их поддержки данное законодательство не примут. В марте 2019 года спикер парламента Ирака Мохаммед аль-Хальбуси даже посетил Вашингтон, чтобы выразить признательность Ирака за сохранение военного присутствия американских войск.
В конце апреля президент Ирака Бархам Салех встретился с сенатором США Тэмми Дакуорт, которая потеряла обе ноги во время сражений в Ираке. Салех отдал дань уважения её жертве. На следующий день высокопоставленный представитель альянса «Фатх» признал, что усилия по вытеснению американских войск зашли в тупик. «Я не уверен в том, что другие политические блоки заинтересованы в выводе иностранных сил из Ирака», — заявил представитель «Фатх» Назим Абдулла.
Также на сопротивление иранскому влиянию указывает продолжающаяся борьба за пост министра внутренних дел Ирака. Премьер-министр Ирака Адиль Абдул-Махди уже в течение примерно восьми месяцев пытается сформировать кабинет министров. Представители «Фатх» неоднократно настаивали на том, чтобы лидер шиитских «Народных мобилизационных отрядов» Фалих Файяд занял пост министра внутренних дел. Премьер-министр Ирака выдвинул кандидатуру Файяда на пост министра внутренних дел в декабре 2018 года, но его назначение было заблокировано представителями альянса шиитского клирика Моктады ас-Садра, который выступает с националистических позиций, как против США, так и против влияния Ирана. В марте 2019 года альянс «Фатх» отозвал кандидатуру Файяда на пост министра внутренних дел. Всё это демонстрирует беспомощность иракских союзников Ирана.
Ещё одним признаком независимости Ирака является то, что после визита Рухани в Багдад в марте 2019 года, в апреле в Саудовскую Аравию направилась иракская делегации в составе 12 министров. В ходе своего визита в Саудовскую Аравию иракское правительство подписало 13 соглашений с Эр-Риядом. В том же месяце Саудовская Аравия по прошествии почти 30 лет вновь открыла своё консульство в Багдаде. Иран, конечно, не был этому рад.
Утверждение о том, что Иран единолично доминирует в Ираке, игнорирует факт присутствия на территории страны других мировых держав, включая США. Турция также имеет значительное присутствие в Ираке, в её распоряжении есть 10 военных на территории Ирака. Несмотря на значительное влияние Тегерана в Ираке, многие иранские инициативы неоднократно проваливались. Премьер-министр Ирака не является марионеткой в руках Ирана, поскольку его нежелание продвигать законодательство о выводе американских военных с территории страны указывает на его понимание того, что Багдаду необходимо поддерживать дружественные отношения со многими конкурирующими державами.
Давление США на иракского премьер-министра с тем, чтобы Багдад сократил свои энергетические связи с Ираном, связано с определённой опасностью, поскольку отказ от энергетических связей поставит под угрозу безопасность Ирака и подорвёт позиции тех иракских группировок, которые стремятся установить более беспристрастные отношения с Тегераном.