Британские выборы: мёртвый лейборизм не лечится радикализмом
Начало процесса Brexit'а ознаменовалось в Британии решением консервативного правительства провести 8 июня досрочные парламентские выборы. Политические силы Соединённого Королевства мало-помалу втягиваются в избирательную кампанию. Первой из ведущих партий свою предвыборную программу в виде традиционного для английской политики манифеста представили публики лейбористы.
Находясь с 2010 г. в оппозиции, Лейбористская партия остаётся главной оппозиционной силой в королевстве. Однако, несмотря на то, что за последние несколько лет эта партия заметно прибавила в численности (сейчас в её рядах состоят более 500 тысяч членов), политический вес британских лейбористов, похоже, рискует после досрочных выборов снизиться. На последних парламентских выборах в 2015 г. Лейбористская партия получила 30,5% голосов и провела в Палату общин 232 (из 650) депутатов. Но на состоявшихся в Британии в начале мая частичных местных выборах за основную оппозиционную партию отдали голоса лишь 27% избирателей. И даже если некоторые последние социологические опросы дают лейбористам вплоть до 33%, всё-таки они продолжают уступать правящим «тори» ещё 14 пунктов.
Консервативное британское общество, в своём большинстве, смущает радикализм предлагаемых лейбористами перемен. Между тем, предложенный к выборам-2017 манифест «Для многих, не для немногих» является, пожалуй, самым левым предвыборным документом Лейбористской партии с 1980-х гг. В данном документе лейбористы обещают «сделать Британию лучше, ярче, страной, где процветание распределено, где каждый справедливо вознаграждён за свою работу».
Если большая часть европейской социал-демократии продолжает свой тягостный путь от классического социал-реформизма в сторону социал-либерализма, то британская Лейбористская партия, напротив, за последние два года совершила очевидный левый поворот. Об этом, собственно, и свидетельствует их только что обнародованная программа. В ней ведущая левая партия Соединённого Королевства берёт перед избирателями обязательства изменить в интересах большей части населения налоговую политику, резко увеличить инвестиции в инфраструктуру, транспорт и коммуникации, одновременно создав Национальный инвестиционный банк. Лейбористы также обещают развивать и осуществлять амбициозную промышленную политику.
Лейбористская партия пообещала создать единую Национальную образовательную службу и защитить от угрозы приватизации национальное здравоохранение, одновременно увеличивая расходы прежде всего на общественные поликлиники и больницы и создав Фонд детского здравоохранения на 250 млн фунтов. Забытые в лексиконе большей части западноевропейской социал-демократии лозунги о национализации, появились на странице лейбористского манифеста в виде предложений о ренационализации британских железных дорог и укреплении общественного полюса в финансовой системе, нуждающейся, с точки зрения партии, в большем регулировании со стороны государства.
Довольно радикально выглядят и предложения Лейбористской партии в социальной сфере. Так, в манифесте предлагается с 2020 г. поднять минимальную почасовую зарплату до 10 фунтов. 20 пунктов манифеста посвящены проблематике расширения прав наёмных трудящихся и трудовых коллективов. Безусловно, такая программа, как отмечает профессор Лондонского университетского колледжа Филипп Марльер, «лишний раз показывает, что британский лейборизм находится ныне на левом фланге европейского социал-демократического движения».
Предвыборный манифест обещает также, что «лейбористы сделают Британию равноправным обществом, со свободами для всех, управляемым господством закона"/ Что же касается «внешнеполитической философии» ведущей оппозиционной партии, то, не ставя под вопрос пребывание в НАТО, электоральный документ подчёркивает: «В отличие от консерваторов, лейбористы в области британской внешней политики руководствуются ценностями мира, универсальных прав и международного закона.» В документе берётся, в частности, обязательство в случае прихода партии к власти способствовать юридическому признанию Палестины и установить с неё дипломатические отношения.
В том, что Лейбористская партия выступает в нынешней кампании с подобным «красным» манифестом, без сомнения, громадную роль играет фактор её лидера Джереми Корбина. Дважды выиграв прямые партийные выборы (в 2015 и 2016 гг.) и способствуя приёму в партию десятков тысяч радикально настроенных британцев, Д. Корбин видоизменил соотношение сил в британском лейборизме в пользу его радикального крыла. 68-летний парламентарий до своего избрания лидером партии находился на крайне левом фланге лейборизма. Он не скрывает приверженности республиканской этике, долгие годы является активистом антивоенного и антиядерного движения, выступает за то, чтобы ключевые сектора национальной промышленности находились в общественном секторе.
Но если такая левосоциалистическая принципиальность импонирует многим рядовым членам партии, этого не скажешь обо всём остальном. Большая часть депутатов-лейбористов и лейбористских мэров крупных городов не разделяют радикализм Д. Корбина и уже не раз пытались его «свалить». Крупная английская пресса и, что не удивительно, финансовый и промышленный капитал также настроены резко против личности и курса лидера лейбористов. Но и самое, пожалуй, важное: сегодня, в ситуации, когда в британском обществе уровень социальной и классовой борьбы гораздо менее силён, чем, скажем, в 1970-е и 1980-е гг., леволейбористские установки не находят широкой поддержки у большей части избирателей. И сам Д. Корбин на десятки пунктов уступает по личной популярности действующему премьер-министру и главе консерваторов Терезе Мэй. Поэтому вряд ли можно сомневаться в том, что после июньских выборов, когда, судя по социологическим опросам, лейбористы сократят своё парламентское представительство, в ведущей левой партии Соединённого Королевства возобновится открытая борьба и за лидерство, и за определение политического курса.