Юсуф Туггар: Нигерия намерена подать заявку в БРИКС
Нигерия является одной из крупнейших стран африканского континента, которая намерена продолжить развивать отношения с Россией в рамках ВТС, ряда экономических направлений, включая нефтегазовую отрасль. Министр иностранных дел Нигерии Юсуф Туггар в эксклюзивном интервью РИА Новости рассказал во время своего официального визита в Москву о том, какие перспективы сотрудничества между двумя странами в области атомной энергетики, о заинтересованности Абуджи в возможностях использования альтернативной SWIFT системы расчетов, а также о перспективах военного сотрудничества с Россией и намерении вступить в БРИКС.
– Нигерия ранее выразила свою заинтересованность в присоединении к БРИКС. Действительно ли вы официально подали заявление о вступлении в сообщество БРИКС или намеревались сделать это?
– Мы намерены сделать это. Как я уже говорил, Нигерия является совещательной демократической системой. Таким образом, до принятия таких мер, как правило осуществляется активное взаимодействие с различными заинтересованными группами и различными внутренними органами. То, что является очевидным, это присутствие вице-президента Кашима Шеттима в Южно-Африканской Республике на последнем саммите БРИКС. Мы очень заинтересованы в этом и ждем этого с нетерпением.
– Вы упомянули сегодня в ходе пресс-конференции с главой МИД России Лавровым, что президент Тинубу хотел бы посетить Россию. Когда он должен быть здесь?
– Скоро. Как вы знаете, визиты обсуждаются или решаются обеими сторонами. Итак, мы этот вопрос обсудим с нашими российскими партнерами и назначим удобную для обеих сторон дату. И я могу вас заверить, что это произойдет.
– Недавно Нигерия получила партию удобрений из России объемом 34 тысячи тонн. Обсуждали ли вы сегодня со своим российским коллегой получение других гуманитарных грузов? Если это так, то когда и что конкретно будет поставлено?
– Мы обсуждали помощь, которая была оказана Нигерии в виде удобрений. Я поблагодарил его за этот добрый жест. Нигерия очень благодарна. Продовольственная безопасность занимает первостепенное значение для Нигерии. На самом деле, у президента Тинубу есть повестка дня из восьми пунктов, на первом месте этой повестки – продовольственная безопасность. Это то, к чему мы относимся очень серьезно. В то же время у нас есть инициатива президента по удобрениям, которая привела к скачку производства удобрений в Нигерии. У нас есть заводы по смешиванию комплексных удобрений NPK. Многие предприятия инвестировали в это, и мы стали свидетелями значительного улучшения, поскольку продовольственная безопасность очень важна для нас.
– Насколько я понимаю, Россия не будет в ближайшее время проводить какие-либо другие поставки?
– Это то, что может произойти. Не нам решать. Вы знаете, когда вам помогают добрым жестом, человек на принимающей стороне не решает, что получает.
– Вслед за введением в отношении России западных санкций, Москва создала альтернативную SWIFT систему. Она называется Системой передачи финансовых сообщений (СПФС). Насколько важным вы считаете этот шаг? Планируете ли вы присоединиться к этой системе?
– Это очень интересная система. Это приветствуется. Знаете, чем больше, тем лучше, как говорится. Это не значит, что SWIFT – плохая система, но если есть другие альтернативы, Нигерия их рассмотрит. Понимаете, подход Нигерии – это стратегическая автономия. Поэтому мы сотрудничаем со всеми партнерами. Мы не предвзяты, когда речь идет о том, что отвечает нашим национальным интересам. Поэтому мы приветствуем это. Это то, что мы рассмотрим. И если это будет в наших интересах, мы обязательно это сделаем.
– Вы упомянули, что Нигерия заинтересована в ядерной энергетике; возможно, строительство атомной электростанции или использование ее в медицинской сфере. Можете ли вы сказать, на каком этапе находятся переговоры с Россией в этой сфере? Вы уже определились, вам нужна малая АЭС или большая по мощности?
– Да. Это взаимодействие между Нигерией и Россией продолжается. Это не ново. На самом деле, в составе моей делегации есть председатель Нигерийской комиссии по атомной энергии, и у нас уже есть нигерийцы, которые проходят обучение в области ядерной энергетики, в области ядерных исследований.
И, конечно же, ядерная энергия – это одна из областей, которая имеет множество применений. Так что это не просто производство электроэнергии и энергии. Она также имеет медицинское применение, например, радиационная обработка, сельскохозяйственное применение, промышленное применение. То есть, мы рассматриваем все аспекты, целостно. И мы счастливы, что Россия является нашим партнером.
– Когда можно ожидать практических шагов в этой сфере?
– Как я уже сказал, практические шаги уже реализуются, так как людей обучают, закладываются вехи (на этом пути – ред.). Именно это обсуждает глава комиссии с партнерами в "Росатоме". Мы сейчас пытаемся ускорить этот процесс.
– Сегодня также зашла речь о военном сотрудничестве. Глава МИД РФ Лавров заявил, что Россия рассматривает расширение военного сотрудничества с Нигерией. Заинтересованы ли вы в этом, в какой сфере вы хотели бы укрепить сотрудничество?
– Все, по разным направлениям. Нигерия – крупная страна в регионе, сталкивающемся со многими вызовами. Внутри страны быстрый рост населения и уровень бедности вызывают множество опасений в сфере безопасности. Поэтому сильная или более сильная Нигерия – это путь к более стабильному региону, что в интересах всей планеты.
– Испытываете ли вы давление со стороны Запада из-за вашего сотрудничества и военного сотрудничества с Россией?
– Вы должны понять одну вещь: Нигерия не из тех стран, которые поддаются давлению. Мы с самого начала придерживаемся одного мнения, и с момента обретения независимости в 1960 году мы стали частью движения неприсоединения. Мы делаем то, что считаем правильным для нас, как страны, и нам никто ничего не диктует.
– Транссахарский газопровод является одним из самых амбициозных инфраструктурных проектов Нигерии. Повлияли ли события, происходящие в Нигере, на реализацию этого проекта? И когда вы планируете запустить его?
– Транссахарский газопровод столкнулся с рядом проблем еще до переворота в Нигере. У нас были определенные разногласия в ходе переговоров с Алжиром, которые, как я полагаю, были урегулированы. Итак, мы не считаем эту проблему с Нигером чем-то постоянным. Это временное явление, и это (проект Транссахарского газопровода – ред.) то, что отвечает общим интересам Нигерии и Нигера, а также Алжира. Со стороны Нигерии у нас есть газопровод Аджаокута-Абуджа-Кадуна-Кано, который зашел далеко. Он скоро будет завершен, так что он уже существует. И вы знаете, это вопрос экономики, это вопрос возможностей для бизнеса, частного сектора. Так что это то, что будет управляться независимо от того, есть ли различия или нет. Это даже поможет сгладить различия. И это не единственный трубопровод, который у нас есть, есть еще и трубопровод Нигерия-Марокко, и у нас уже есть западноафриканский газопровод, который поставляет газ в Республику Бенин, Того, а затем в Гану.
Видите ли, такого рода связи, которые Нигерия закрепляет, делают целесообразным и важным для таких стран, как Россия, сосредоточиться на Нигерии и сотрудничать с Нигерией. Помимо Транссахарского газопровода, у нас также есть железнодорожная линия Кано-Маради, которая соединяется с железнодорожной линией Лагос-Кано, вплоть до морского порта. И это находится на вершине так называемого торгового и транспортного коридора Лагос-Кано-Джибия.