14 марта исполнилось 145 лет со дня рождения Альберта Эйнштейна. Несмотря на то, что его портрет знают все, о личности великого физика люди мыслят скорее распространившимися штампами и шутками.
В 1956 году в журнале «Успехи физических наук» АН СССР появились мемуары польского ученого Леопольда Инфельда. Долгие годы он работал бок о бок с ученым и рассказал свои воспоминания об Эйнштейне. «КП» привела выдержи из статьи, которые позволяют узнать больше о легендарном гении.
Любил помогать
Инфельд приехал в Берлин в 1920-е годы и столкнулся с тем, что немцы не берут на учебу славян. Ему посоветовали обратиться к Эйнштейну. Он позвонил физику и молодого абитуриента пригласили в гости. Выслушав юношу, ученый признался, что охотно бы написал ему рекомендательное письмо в прусское министерство просвещения, но это ни к чему не приведет — Эйнштейн дал туда уже слишком много рекомендаций.
«То, что вы физик, упрощает дело. Я напишу несколько слов профессору Планку: его рекомендация значит больше, чем моя», — добавил он.
Рекомендация сработала и Инфельд поступил в университет. В середине 30-х, когда в Европе стал активно развиваться нацизм, Эйнштейн пригласил поляка в США, в Принстон, где сам на тот момент преподавал.
По мнению Инфельда, Эйнштейн был «самым добрым человеком в мире»: ежедневно он кому-то помогал. Физик считал, что зарабатывает «слишком много» и регулярно раздавал деньги своим студентам. Кроме того, однажды он дал в США скрипичный концерт в пользу беженцев из Германии и собрал для них 6 тысяч долларов — очень большая сумма по тем временам.
Небрежность, рассеянность и любовь к Богу
По воспоминаниям физика, Эйнштейн был небрежным в одежде. Он просто надевал на себя то, что было под рукой. Галстука и носков он не признавал, а брюки часто не гладил. По мнению Инфельда, таким образом он спасал себя от трат времени на бытовые обязанности.
Дополняла образ рассеянность гения. Ученый часто мог долго искать лист бумаги, который лежал у него перед глазами. Очевидцы обычно терпеливо ждали и боялись ему указать. Сам Эйнштейн постоянно удивлялся, почему люди в его присутствии робеют.
При этом журналисты преувеличивали рассеянность физика. Сам Эйнштейн этого не знал, поскольку не читал газет. Однако однажды ему прочитали вслух один из подобных текстов — его автор никогда не видел ученого и сделал кучу ошибок. Якобы он носит очки и появляется в лаборатории ранним утром, хотя сам ученый любит поспать. Все рассмеялись, тогда как сам Эйнштейн, выслушав без внимания, вернулся к своим делам.
Эйнштейн нередко впечатлялся красотой природы и видел в ней замысел Бога. Он говорил, что не согласен с теорией квантовой механики, поскольку она слишком «некрасивая». При этом Бога он вспоминал «чаще, чем священники», вспоминает Инфельд.
Знал лишь 300 слов английского языка
Ученый так и не смог полностью освоить английский и знал лишь 300 слов. Несмотря на это, он умудрялся доносить до собеседника свою мысль ясно и четко. Однажды он говорил с итальянцем, который не знал английского вовсе. Они поняли друг друга и вместе пошли обедать.
При этом Инфельд отмечал, что ему было порой сложно работать с Эйнштейном. Нередко он понимал, что именно хотел ему сказать физик, уже дома, прокручивая воспоминания за день. Утром он шел в лабораторию, поняв его идею, но там узнавал, что у ученого появились две новые.
Нести Эйнштейну приходилось и бремя славы. На прогулках Инфельд осторожно уводил ученого от людных улиц, поскольку прохожие просто останавливались и глазели на ученого. Останавливались при его виде и дорогие машины — чтобы сделать фото со знаменитостью. Сам физик искренне удивлялся своей известности. Он считал, что его работы никто не читает и на физику всем наплевать.
При этом всем Эйнштейн считал себя счастливым человеком, отмечая, что ему «никогда не приходилось думать, как заработать на жизнь». Он считал, что служит Богу и Бог дает ему пропитание. Если бы «контракт» между ними не состоялся, то физик был готов работать руками. На такой случай ученый всегда рассматривал для себя две профессии: сапожник и смотритель маяка.