В торговой войне с Китаем Америка становится похожа на Украину
Шоу «слон бодается с китом» продолжается в лучших традициях многосезонных сериалов. Американо-китайские торговые переговоры не столь зрелищны, как «Игра престолов», но для понимающих людей не менее интересны. Впервые за много десятилетий американский орел столкнулся с противником, которого не сумел (или пока не сумел) сокрушить экономически или идеологически.
Победив в гонке 2016 года за аренду кресла в одном овальном кабинете Белого дома, Дональд Трамп пообещал нации перезаключить все торговые соглашения на новых, в этот раз заведомо справедливых для Америки условиях. А то, что это такое, имея крупнейший по объему в мире внешнеторговый оборот практически на 3,5 трлн долларов, из года в год сидеть в итоговом убытке на 910 миллиардов? Так и в долговой яме оказаться не долго.
Будучи человеком по натуре решительным, глава Белого дома, надо сказать, достаточно успешно обкатал идею на ближайших торговых партнерах — Канаде и Мексике. Заменив действовавшее с 1 января 1994 года соглашение NAFTA на новый договор USMCA, он сумел почти на 20% снизить отрицательное сальдо внешней торговли с ними. Около 100 миллиардов минуса все же осталось, но двадцатку президент отжать-таки сумел. С учетом прочих моментов, в частности, обязательного увеличения уровня омологации импортируемых из Канады и Мексики автомобилей с 62,5 до 75%, а также других условий, экономический успех оценивается до 30−35 млрд долларов в год.
Как ни странно, до сих пор неизвестно, чем закончилась в итоге попытка аналогичного пересмотра соглашений с Евросоюзом. После череды провальных встреч с лидерами его ведущих стран, Трамп вот уже больше года на Европу только жалуется. И еще обещает залить ее сжиженным природным газом по верхнюю смотровую площадку Эйфелевой башни, чтобы союзники по НАТО не оказались критично зависимы от злого Газпрома. Но все это сугубо фрагментарно. Сводной картины по-прежнему нет.
Зато с лета 2016 года тянется увлекательный сериал «Трамп штурмует Великую китайскую стену». В одиннадцати предыдущих сериях американцы опробовали уже все: угрозы, лесть, сказочные обещания. Имел место даже классический захват заложников. Однако коса явно нашла на камень. Изначально казавшееся заведомо выигрышным положение к успеху США не привело. На 575 млрд долларов китайского импорта в Америку приходится лишь 200 млрд американского в Китай.
Точнее говоря, приходилось по итогам 2016 года. Игра в санкции, часть из которых были введены, часть использовались только в качестве угрозы, обернулась двумя неоднозначными эффектами. Повышение таможенных пошлин обеспечило Вашингтону около 50 млрд дополнительных поступлений в казну. Однако Китай ответил на них зеркально, также изъяв на своей границе аналогичный суммы с американских товаров. Тем самым сведя баланс взаимных ударов к нулевой отметке.
Хотя Трамп много говорил об успехах, в реальности он получил подтверждение справедливости старого шахматного правила: при прочих равных, одинаковые позиции всегда преобразовываются только в одинаковые позиции. Объем китайских поставок в Америку снизился до 477 млрд, но и экспорт США в КНР также просел до 133 млрд. В процентном отношении Поднебесная потеряла 17,1%, а мировой гегемон — 33,5% экспортной выручки. Таким образом, Белый дом оказался в положении хуже изначального. Если в 2016 году торговый баланс составлял 1 к 2,9 в пользу Красного дракона, то в 2018 году соотношение упало до 1 к 3,5.
Фактически, как это отмечалось ранее, руководство КНР поймало президента США на противоходе и затянуло в сложную возню в партере, длиться которая может бесконечно. На первый взгляд, положение Поднебесной более уязвимо. Оставаясь в рамках норм ВТО, отвечать на выпады Трампа зеркально Си Дзиньпин может лишь в объеме встречных американских поставок. Но их размер уже исчерпан, более того — он снижается.
Но в то же время общий баланс не только остается в пользу КНР, преимущество Пекина даже усиливается. А значит, избранная стратегия затягивания переговоров себя полностью оправдывает. В конце концов, повышение цен из-за роста пошлин в итоге оплачивает именно американский, а не китайский потребитель.
Стоит ли удивляться, что в нынешней, двенадцатой, серии обсуждения условий нового соглашения о торговле терпение у Трампа снова лопнуло? Как это сегодня стало модным, американский президент заявил в своем «твиттере» о планах введения новых пошлин на китайские товары в США. Сейчас с них взимается 25% с первой группы разных наименований по таможенным декларациям, формирующей порядка 50 млрд, и 10% с входящих во второй список, дающий совокупно 200 млрд товарного потока. С 10 мая 2019 года пошлиной в 25% станет облагаться и «второй список». А если в Белом доме не будут довольны дальнейшим ходом переговоров, то под «американскую четвертину» Трамп подведет и остальные 325 млрд китайского импорта.
Тем более что, как следует из свежих докладов аналитиков Пентагона, выигранные фору по времени и сохраненные деньги торгового сальдо Китай использует для резкого ускорения своей военной программы, нацеленной на вооруженное противостояние как минимум в Азиатско-Тихоокеанском регионе и акватории Южно-Китайского моря.
Анонсированную угрозу пресса тут же назвала плетью, которой президент США жестко стегнул Красного дракона, и, судя по реакции китайских бирж, — индекс в Шанхае за один день просел на 5%, а в Шэньчжэне — на 7%, — дракону стало больно.
Однако с выводами торопиться не следует. Индексы, конечно, качнулись, но в основном лишь в объеме спекулятивных денег американских инвесторов, незадолго до этого специально приглашенных в Китай в качестве ответных мер на действия США. Народный банк Китая открыл для иностранных компаний доступ в некоторые ранее закрытые отрасли внутренней экономики. Собственные китайские капиталы, судя по текущим данным, даже не почесались.
Да и с чего бы им печалиться, если в ответ на махание плетью Пекин открытым текстом рассказал о подготовленном комплексе мер по широкому субсидированию китайского (особенно малого и среднего) бизнеса для компенсации потери его доходов из-за американских действий. Перечень включает как целевое снижение налогов, так и длинный ряд разного рода финансовых и нефинансовых преференций для экспортеров.
В переводе на русский произошедшее означает возврат противостояния к прежнему бегу по кругу. Контрмеры руководства КНР сохранят, а местами даже повысят, средний уровень доходности китайского экспорта в США, опираясь на которую Поднебесная и дальше продолжит сохранять трехкратный перевес в свою пользу взаимного торгового баланса между странами, а то и увеличивая его еще больше.
Как надолго — вопрос пока остается открытым. Однако с уверенностью можно сказать, что до выборов 2020 года в США Трамп полностью останавливать торговлю с Китаем не рискнет. В американском информационном пространстве он пока выглядит победителем. Текущий уровень безработицы в стране опустился на рекордно низкие отметки за последние 20 лет. А подорожание импорта купируется монетарной политикой ФРС, прекратившей повышение учетной ставки и постепенно заговорившей о целесообразности ее отката к былым околонулевым значениям.
Следовательно, как минимум до конца нынешнего, а то и будущего года ситуация в американо-китайской торговле принципиальных изменений не претерпит. Стороны продолжат бегать вокруг переговорного стола с неизменным результатом. Хотя бы потому, что заменить Китай в качестве поставщика львиной доли потребляемых товаров просто некем.
На расширении санкций Трамп разово выигрывает 30 млрд сейчас, но продолжает проигрывать американскую экономику в целом. Громкие и медийно красивые разовые меры позволили поднять совокупный экспорт со 184 млрд в ноябре 2016 до 215 млрд в июне 2018, но перевести эффект допинга в постоянный рост у хозяина Белого дома не получилось: вследствие торговых войн практически со всеми партнерами объем внешней торговли США сегодня опять сполз до 209 млрд.
А самое главное — доля продовольственных товаров в нем выросла вдвое, а минерального сырья — в полтора раза. Тогда как объем промышленных товаров, наоборот, стабильно усыхает. То есть вместо былых станков, телевизоров, процессоров Америка все больше переходит на поставки угля, газа, нефти, руды и соевых бобов.
Очевидные параллели с Украиной напрашиваются сами собой…