Хирурги клиники "Аманат" прооперировали 49-летнюю пациентку из Кызыл-Кии с редкой патологией: гигантским зобом – длиной, равной 20-ти сантиметровому зажиму. Такой зоб это - айсберг в мире эндокринной хирургии.
- Это был действительно гигантский зоб щитовидной железы. Он как муфта обхватывал трахею, смещал ее и сонные артерии в сторону, сдавливал сосудисто-нервный пучок. Опасность была еще и в том, что он продолжал расти. Подобный рост зоба неизбежно приводит к сдавлению жизненно важных органов и структур и в итоге - к развитию разнообразных клинических проявлений. Так, сдавление трахеи обусловило бы разнообразные нарушения дыхания, от сильной одышки, которая уже была у нашей пациентки, до удушья, - говорит хирург, доктор медицинских наук Расул Султангазиев, показывая снимки до и после операции.
На них словно две разные женщины. У одной вместо шеи – огромное образование, у другой, как говорят, лебединая шея. В чем я сама воочию убедилась, встретившись с пациенткой опытнейшего хирурга.
На мой вопрос, почему она так запустила болезнь, Нурийсахан ответила, что это случилось из-за непрофессионализма ошских врачей. По словам пациентки, ее начали беспокоить увеличение шеи, кашель, одышка при ходьбе и общая слабость, и она обратилась к врачам.
"Не буду называть их фамилии, но они назначили мне препарат, после которого зоб, наоборот, стал сильно увеличиваться в размерах. Мне становилось все хуже, нарастала одышка, я задыхалась. Поднялась и постоянно держалась температура. Хирурги отказывались оперировать, ссылаясь на температуру, но, по-моему, они просто боялись. Я каждый день принимала лекарства, чтобы сбить температуру. Мне делали обезболивающие уколы. А зоб увеличивался, сдавливал сосуды, из-за чего кровь не поступала в достаточном количестве к мозгу, поэтому постоянно сильно кружилась голова, - вспоминает Нурийсахан как кошмарный сон свое прежнее состояние до операции.
- Если бы не Расул Абалиевич, то, наверное, зоб задушил бы меня совсем. Меня ведь даже возили в известную клинику в Узбекистане. Тамошние хирурги, увидев, в каком я состоянии, посоветовали сделать операцию на родине. Но, наверное, верно говорят, что бог не делает, то к лучшему, - добавила она с радостью в голосе.
Вернувшись ни с чем из Узбекистана, они, по словам дочери пациентки, начали искать в Кыргызстане хирурга, который взялся бы прооперировать ее маму. Знакомый врач посоветовал обратиться к Расулу Абалиевичу Султангазиеву.
- Состояние мамы было настолько тяжелым, что мы даже не рискнули везти ее в Бишкек на машине. Прилетели на самолете. И сразу обратились к Расулу Абалиевичу. Он внимательно посмотрел анализы, сказал, что температура держится из-за токсичного зоба, и предложил маме операцию. Мы все так обрадовались его словам: нашелся наконец-то доктор, который был готов спасти маму. И как-то сразу доверились ему, даже появилась надежда, что все будет хорошо, - сказала дочь пациентки.
Операции по удалению подобных образований относятся к числу очень сложных из-за особенностей анатомии шеи. И, конечно, риск был очень большой. Но в клинике "Аманат" работают опытные специалисты, имеется необходимое оборудование.
- Мы оперировали с помощью хирургического ультразвукового ножа, который обладает большими преимуществами. Это - минимальные потери крови при выполнении манипуляции и быстрая и четкая резекция тканей. Все это позволяет избежать тяжёлых послеоперационных осложнений. Операция длилась всего два часа, без такого суперножа она затянулась бы на более длительное время, да и кровопотери при таких операциях часто бывают большими. Все это, конечно, повлияло бы на состояние пациентки, - пояснил Расул Абалиевич.
С его мнением, безусловно, трудно не согласиться. Высокотехнологичное оборудование, конечно, влияет на определенные нюансы в хирургии, и оно необходимо. Но основное все же зависит от работы рук, знаний, умений и навыков самого хирурга. Ведь это он убирает тот же зоб или какую-то опухоль. Все равно все упирается в навыки, в понимание адекватно выбранных методов, несмотря на хорошее техническое оснащение операционной.
Расул Абалиевич, а вам приходилось отказывать больным в операции? – спрашиваю его после встречи с пациенткой. – Ведь и в этом случае вы могли бы отказаться, другие же не взялись…
- Я думаю, у каждого активно оперирующего хирурга такие случаи всегда есть и будут, когда отказывать приходится, когда уже невозможно помочь. И не потому, что сложно, рискованно, что боишься, а потому, что знаешь, операция бесполезна. Зачем тогда обнадеживать человека, его близких? Хотя, поверьте, всегда очень хочется помочь, и уж если взялся, то иду до победного. Разумеется, к каждой операции нужно готовиться, у каждой свой сценарий - одинаковыми они никогда не бывают. И сколько угодно возникает ситуаций, когда вообще приходится менять сценарий прямо во время операции, и нужно очень сильно и быстро подумать, что делать дальше, чтобы спасти человека, когда буквально каждая секунда на счету, когда анестезиолог говорит, что могут быть очень большие проблемы с сердечной деятельностью. Но благодаря четкой командной работе даже, казалось бы, в безнадежной ситуации находится верное решение. Не случайно же хирургию называют действенной медициной.
Родные пациентки, по их словам, переживали, что после такой сложной операции она может потерять голос. Как пояснил Султангазиев, при таких операциях такие опасения всегда присутствуют, так как рядом со щитовидной железой локализуются возвратные нервы, которые очень сложно визуализировать при такой гигантской патологии. А они как раз и обеспечивают двигательную функцию и чувствительность структур гортани, в том числе голосовых связок (складок). Малейшее повреждение могло оставить женщину без голоса.
Но врачам удалось сохранить и голос, и остальные функции. Наверное, женщина очень сильно хотела выздороветь, а профессиональная команда доктора медицинских наук Расула Султангазиева хорошо подготовилась и отлично как всегда сработала.
После реабилитации женщина может вернуться к обычному образу жизни. По словам доктора, боль и одышка больше не будут ее беспокоить.