Фонд «Поколение», созданный меценатом Галиной Головченко в 2017 году, за семь лет своего существования стал известен далеко за пределами Кубани, а основатель фонда Галина Головченко признана экспертом в области благотворительности на федеральном уровне, а с 2022 года участвует в законотворческой деятельности в статусе депутата Законодательного Собрания Края.
Мы поговорили с Галиной Александровной о современных подходах к организации благотворительности в России, и новом проекте «Тимуровец», призванном изменить в лучшую сторону работу с подрастающим поколением.
Галина Александровна, сегодня в России множество благотворительных фондов, больших, маленьких, занятых конкретно одной проблемой или множеством. К сожалению зачастую люди, которые за ними стоят, стараются оставаться анонимными, держаться в тени. Как вы считаете с чем это связанно и сильно ли это вредит благотворительному сектору?
Известная пословица говорит нам, что «добрые дела нужно делать и бросать их в воду», но, на мой взгляд, в современно мире это не всегда работает. Объясню почему – информационное поле сейчас зачастую занято, мягко говоря, спорными авторитетами, на которые равняется подрастающее поколение. И благотворительность, я не сомневаюсь, это та сфера, в которой как раз нужно говорить о помощи другим открыто, не занимаясь самовосхвалением, но показывая другим пример – как поступать правильно.
И в этом смысле ложная скромность честных людей часто играет на руку мошенникам и пиарщикам от благотворительности, которые думают только о своей выгоде. К сожалению, благотворительность в нашей стране понесла колоссальные репутационные риски, когда фонды НКО были массово для отмывания денег, и, к сожалению, мы вместе с коллегами все еще боремся с этим. Поэтому понимаю причину, когда многие достойные люди боятся связываться с благотворительностью опасаясь репутационных потерь. Это первая проблема.
Второе, что, как я считаю, вредит благотворителям, наличие неконтролируемых НКО и фондов, которые лично я бы точно переполовинила, поскольку многие из них в принципе мертвы, они зарегистрированы и забыты. Нужно бороться за качество, а не за количество. Это однозначно, особенно в такой чувствительной сфере, как наша.
Как человеку начать благотворительную деятельность? Хочет человек помочь другим, но не знает к кому обратиться, куда идти?
Начинать в благотворительной сфере большинству я все-таки бы рекомендовала с волонтерства, как помощи посильной в рамках тех возможностей временных и ресурсных, которые есть у конкретного человека. А если мы говорим о чем-то более серьезном, то люди должны отдавать себе отчет, что заниматься всерьез благотворительным фондом – это то же самое, что создать свой бизнес с нуля, открыть свое предприятие, открыть свой завод. То есть в зависимости от объема работы, это тоже мелкое, среднее, либо крупное предприятие.
Поэтому когда в сознании будет четко зафиксировано, что когда ты начинаешь работу создавая свой благотворительный фонд, ты создаешь свое предприятие, тогда все и становится на свои места. И только при внутренней готовности ко всем сложностям, рискам собственного дела, можно открывать действительно серьезный благотворительный фонд.
Я в свое время обращалась к тем людям, которые уже занимались благотворительной общественной деятельностью, причем в разных направлениях, детками с разными заболеваниями, инвалидами, малоимущими. Мне было важно понять сами механизмы и принципы работы. Ознакомиться с законодательной базой, это «матчасть», она обязательна, привлечь специалистов из разных сфер. Сейчас намного больше материалов на эту тему, семинаров, вебинаров. Было бы желание, человек может это освоить, но, конечно, практический опыт он наиболее ценен. Главное — выбрать своего ментора и заинтересовать его тем, чтобы он тебя научил. Ну и конечно же стремиться и познавать самому.
Галина Александровна, а если человек хочет создать свой собственный фонд? Насколько это сложно, сколько требует внимания, какие подводные камни?
Главная, на мой взгляд, проблема в социальной сфере — это пресловутое отсутствие качества и слишком большая попытка количественными показателями решить вопросы. Ты можешь прибыль на предприятии посчитать, и в количественных показателях, и в отчётах, и сказать, какие мы молодцы.
Социальная сфера — это нечто иное. Это про работу с психикой, с душой, с человеком. В принципе, это всегда такая многофакторная сложная работа. Поэтому кроме практических материальных моментов, где она вполне себе измерима, как, например, в нашем пока еще многострадальном направлении паллиативной помощи, сестринском деле, где действительно просто нужны большие вложения в эти направления, то во всем остальном это вопрос жизненных принципов, моральных качеств и духовного воспитания.
И, на мой взгляд, самое страшное, это когда люди, скажем так, применяют мошеннические схемы именно в социалке, чтобы прикрыть какой-то незаконный бизнес, или заработать больше. С точки зрения подрыва общественной морали и причинения вреда для страны и людей, спекуляция и заработок незаконным путем на самом беззащитном и святом, гораздо хуже обычного экономического преступления. Поэтому нужно прививать определенный набор качеств людям, которые работают в социалке, строже относиться к их отбору. И мое четкое мнение, что социалка должна прекратить быть такой задокументированной, условной, нужно прекратить делать упор на цифры в отчетах. Вот мы миллионы миллионов потратили на то, у нас там столько-то зарегистрированных НКО, и так далее. Это ужас кошмарный, поскольку эти цифры не отражают ничего реального для людей. Это количественные показатели. Нам нужны качественные показатели, живые примеры реальной помощи.
Какие вы видите проблемы в социальной сфере сегодня? Как вы бы их планировали решать, имей всю полноту возможностей? Поскольку, как вы говорите, социальные проблемы это не только вопрос денег, а гораздо большее.
Я бы упростила и систематизировала социальную сферу, особенно в части касающейся деток с различными заболеваниями, и взрослых с психоневрологическими отклонениями. Поскольку очень многие проекты в социалке у нас дублируют друг друга, как, например, обязательная медицинская помощь и поддержка, так и общественные проекты. Например, сократить дублирующий общественный сектор, где многие, к сожалению, просто зарабатывают на несчастных детях.
Не то, чтобы запретить, а просто систематизировать. Если есть уже инициатива НКО с определенным охватом в определенной сфере, то создать возможность конкуренции, но не более, не дублировать однотипные проекты. Это печальное, бессмысленное расходование денег, особенно в грантовой сфере. Хочется иногда плакать, когда смотришь на огромное количество однотипных проектов. И понимаешь, считая, что на эти же деньги уже можно было системные задачи в этой сфере решить и исправить ошибки.
Перестаньте опираться на количественные показатели, особенно в сфере НКО. Это просто бич. Рассказывают, что у нас работают 48 тысяч НКО, а где они? Ну, например, условно, в регионе шесть тысяч НКО. Да их нет шести тысяч работающих НКО. Необходимо перейти к качественной шкале показателей, только она имеет смысл. И стимулировать людей на эффективную работу, а не на показные отчетные мероприятия, бесконечные какие-то обучалки, форумы по этой теме и дублирование помощи одним и тем же людям.
Президент в своих новых выступлениях часто говорит о повышении рождаемости, а следующим логичным вопросом становится вопрос воспитания и правильной социализации молодежи. Мы бы хотели поговорить о вашем проекте Тимуровцы. В чем его задача и какую пользу он приносит?
Если честно, я бы вообще вопрос воспитания поставила бы первоочередным, потому что нам же важно не только повысить рождаемость в стране. Вопрос в том, кто из этих детей потом вырастет. Если не будет понимания как должен работать механизм их воспитания государством, подготовки, в том числе идеологической, то это утопия думать, что можно только денежными стимулированиями и льготами побудить людей рожать больше детей.
В основном, к сожалению, собираются таким образом рожать, не самые правильные с точки зрения общества люди. Надо признать, что большой процент людей с низкой социальной ответственностью начинают рожать детей, брать больных детей специально, чтобы с их целью зарабатывать себе на жизнь, получая деньги и льготы.
То есть какой-то эффективности для государства от таких людей я вообще не вижу. Бесспорно, ценность имеет каждая человеческая жизнь. Но мы же говорим сейчас о государственных целях, выживаемости нашей нации, ее развитии. А для этого люди должны быть наполнены внутри, воспитаны, и к этому уже должна быть подготовлена система.
То есть когда дети родятся, они должны с самого начала быть включены в готовую, правильно выстроенную систему. Под правильным направлением подразумеваю развитие эмоционального интеллекта, который формируется только до трёх лет, развитие сострадания, взаимопомощи, определённых интеллектуальных знаний. И только на вот эту базу, когда эти инструменты есть, их можно сформировать у детей только до определённого возраста. И поверьте, только в возрасте 3-6 лет, и уж точно не в подростковом возрасте. Только тогда уже на эту базу можно давать принципы, идеологическую составляющую, понимание Родины. Если не будет этого базиса, нам ни холодно, ни жарко с точки зрения государственности не будет.
Поэтому Тимуровец — это хороший проект с точки зрения морально-этической направленности, идеологической составляющей, взаимопомощи, поддержки, формирования правильных ценностных ориентиров у подростков. Конечно, хотелось бы, чтобы была эта работа шла начиная с яслей детских садов. Тогда намного проще будет уже в 14 лет привлекать подростков и прививать более взрослые осознанные ценности, потому что у них уже будет правильно выстроенная база и инструментарий для усвоения. Напомню, что сейчас, согласно законодательству, ни школа, ни НКО, не могут без согласия родителей привлекать детей к дополнительному воспитанию или образованию.
Поэтому, наша задача на первых порах не охватить абсолютно всех, а увеличить процент тех, кто будет в этом заинтересован. И постепенно, при правильной расстановке ценностных ориентиров, этот процент будет естественным образом расти. И таким образом людей социально ориентированных, настроенных напомощь ближнему, на единение, на развитие страны, их будет становиться больше, поскольку те, кто уже будут заряжены, будут привлекать новых людей в это движение, «затягивать» в хорошем смысле этого слова.
Галина Александровна, вы хотите привлекать школьников с согласия их родителей, как думаете, это поможет патриотическому воспитанию в целом, или туда будет идти уже заряженные люди? Как вы думаете, должно ли государство как-то поощрять людей, которые участвуют в таких программах, или лучше, что бы это работало на уровне общественности?
Поощрять нужно. Я вообще считаю, что в какую сторону мы смотрим, в какую сторону поощряем, туда мы и идем. Это нормальный человеческий процесс. Если мы хотим, чтобы у нас было больше патриотично настроенных, добрых ребят, ответственных, трудолюбивых, так мы должны в них это поощрять, делать это в их понимании модным и статусным. Ну, а как вы хотите. Поощрения, они же не всегда прямые.
Поощрения не всегда с точки зрения материальных каких-то аспектов выражаются., как например дополнительные баллы к ЕГЭ при поступлении, или бесплатные кинотеатры, музеи, или ещё какие-то материальные преференции. Поощрение ещё и в негласном признании авторитета этих ребят, когда они чувствуют себя лидерами, чувствуют себя сильными в той среде, где они находятся. И если вот это мы правильно сможем сформировать, вот это поощрение для детей, для подростков, для взрослого человека даже, это намного важнее материального.
Еще раз о благотворительности. Как вы думаете, что сподвигает людей ей заниматься?
По моему опыту, чаще всего это либо результат воспитания, когда человек с детства приучен к тому, что необходимо помогать ближнему. Он видел это на примере своих родителей, пусть и в мелочах. Не обязательно, чтобы родители имели свой благотворительный фонд. Ребенок должен с детства впитывать, что папа, мама, бабушка, дядя в каких-то жизненных мелких ситуациях руководствуются понятиями добра и морали. То есть друг оказался в беде, он говорит, ой, надо там, например, у Андрея, не знаю, жена заболела, надо ему деньгами помочь, потому что ему сейчас сложно. Или у кого-то мама умерла, или папа, да вообще бабушка, дедушка, неважно, кто в семье погиб, начинают деньги искать на то, чтобы помочь человеку, даже если они у него есть.
Представляете, когда тяжелая ситуация у формально чужих людей, люди берут на себя какие-то хлопоты. Вот с таких вещей, я конечно крайности привела, начинается формирование ответственности в человеке. Второй момент, это, конечно, собственные жизненные потрясения, трудности, когда у человека беда случается в жизни. Потеря работы, или больной ребенок родился. Это тоже очень часто людей сподвигает на то, чтобы уйти в волонтерство, в благотворительность, в добрые дела.
Эти два фактора, пожалуй, основополагающие. И сейчас лично я работаю над тем, чтобы это еще и стало культурой, культурным кодом. То есть, чтобы люди считали, что помогать не только своей семье – это норма жизни. Как норма жизни поступить в университет или пойти в школу, так и заниматься благотворительностью.
Возвращаясь к проекту Тимуровцы, каких бы еще людей вы бы желали привлечь к нему? Может быть это региональные активисты, педагоги?
Я думаю, прекрасно было бы объединить усилия с уже действующими молодыми, молодежными организациями, Молодой гвардией, Движением первых, Юнармией и остальными, поскольку они тоже делают много интересных, важных дел. И вот этот «коллаб», на современном модном языке, был бы очень приятен. Ну и, кстати, ребята, которые трудятся волонтерами просто в различных НКО, вообще другой направленности, от больных деток до инвалидов, благотворители. Это тоже наша основная команда.
Но, если по-честному, больше всего мне бы хотелось привлечь именно тех людей и детей, которые меньше всего к этому готовы, и больше всего находятся в отрицании этих процессов. Говорят о том, что в 14 лет подросток — это ребёнок, которого напрягать трудом не надо. А мне бы хотелось, чтобы они увидели реальный истинный смысл ответственности за порученное дело, которая положительно скажется и на их внутрисемейных отношениях, и на развитии его внутренних качеств.
Убережет, возможно, его от дурной компании, от каких-то вредных привычек, а поможет, наоборот, найти интересную среду для общения, выбрать направление дальнейшей жизни, да и вообще повысит уровень уважения, благодарности в собственной семье, чтобы именно эти родители, эти подростки оценили, осознали и сами добровольно примкнули к этому движению.