Валентина Чебыкина: в 1946-м и 2014-м годах. Фото: архивы Красноярского края, администрация Байкита.
Седенькая, хрупкая, в чем душа держится… Непростая жизнь выпала блокаднице Валентине Чебыкиной из села Байкит (это Эвенкия, север Красноярского края). А после смерти ее, «дитя войны», похоронили – по ошибке – на кладбище для безродных. Под табличкой с номером! Вернуть домой живую легенду помогла общественница Мария Каминская. Односельчанка 89-летней Валентины Викторовны первой предала огласке эту горькую историю. Как все было, она рассказала «КП – Красноярск».
... Когда началась блокада Ленинграда, Вале было всего шесть. Отец ушел на фронт и погиб. Мама изо всех сил старалась спасти троих ребятишек – дочку и младших сыновей.
Но пайки хлеба – крохотного кусочка четыре на четыре сантиметра – отчаянно не хватало. В конце концов, слегли все. Сначала мама, а потом и дети. «Рощины наша фамилия, - вспоминала Валентина Викторовна. – Из всех я осталась одна».
Ее, полуживую, ослабевшую, эвакуировали по Ладожскому озеру. На глазах детей фашисты бомбили и топили пароходы. Но их «транспорт» чудом уцелел. Девочку отправили в Сибирь, попала в детдом в Красноярском крае.
С этими местами будет связана вся ее жизнь. После школы Валя окончила училище, встретила хорошего человека. Поженились, родились дети, дочка и сын. Жили в Эвенкии, Байките. Она работала в кафе «Северное сияние», затем в аэропорту. Овдовела рано, не было и 50. С тех пор управлялась сама.
Валентина с молодости жила на севере, в Байките. Фото: архивы Красноярского края.
Дочка выросла, уехала в Красноярск, вышла замуж. А с сыном Славой произошла беда. У него возникло тяжелое психическое расстройство. Отправлять парня в интернат мать не захотела. Всю заботу о нем взвалила на свои плечи.
- Поначалу тетя Валя справлялась, - говорят жители села. – Но в какой-то момент все изменилось. Дочка Ольга умерла, (у нее остались две девочки). И оказалось, что пожилой человек очутился один на один со своим сыном, который не в себе. Может быть буйным. Неизвестно, как заботился, кормил ли вообще?
Первое время старушка еще выходила во двор, ее видели. А потом появляться перестала. 60-летний сын фактически запер ее в доме. Зайти разрешал только терапевту и соседке. Та старалась заскочить хоть раз в день, чем-то подкормить. С собой брала мужа, опасалась Вячеслава. Ну а соцзащиту у Чебыкиных они не видали, утверждают местные. Бабушка годами (!) находилась во власти неадеквата.
В детстве пережила блокаду. Да и потом жизнь ее не баловала. Фото: Бессмертный полк.
- Прошлой осенью ему пришло в голову разобрать пол, - сообщает источник «КП». – Она недосмотрела – упала. Сломала шейку бедра, слегла. Сын догадался сказать соседям, позвонили в «скорую». Неотложка прибыла и убыла назад. Бабу Валю оставили дома.
Там пролежала еще два месяца, пока ей совсем не стало плохо. Тогда-то и забегали. Вызвали санавиацию, доставили в Красноярск.
Увы, делать операцию врачи не взялись. Бабушка ее просто не перенесет, объяснили они. Слишком истощена, кожа да кости.
Что пишет соцзащита о случае с блокадницей. Фото: предоставлено героиней публикации.
Вот и все: 1 января баба Валя умерла. Медики клянутся: информацию они передали в район. И потом это было подтверждено.
Но на месте спустили все на тормозах. Тело не востребовали две недели. Поэтому 17 или 19 января (точно не выяснено) Валентину Чебыкину похоронили – в секторе для безродных. Блокадницу, труженицу, ветерана. Под табличкой с номером.
Благо об этом узнала Мария Каминская. Общественница из Байкита подняла шум, привлекла СМИ, местные и федеральные. Люди были возмущены: как же так?
Общественница Мария Каминская. Фото: предоставлено героиней публикации.
- Разрешение на эксгумацию могли дать только родным, - объясняет Мария Каминская. – Но у тети Вали не было связи с внучками, она прервалась много лет назад. Тогда я уговорила знакомых из администрации, они по своим каналам пробили адреса внучек. Еще к нам в Байкит ездят предприниматели из Красноярска, возят продукцию. И я попросила их сходить по тем адресам. Оказалось, внучки ничего не знали. Конечно, они сразу же написали заявление. Разрешение было получено. А средства на перезахоронения выделила местная администрация. Хотя мне звонили со всей страны, предлагали помочь с похоронами. Но это наша тетя Валя, одна блокадница на весь Байкит. Неужели сами не смогли бы?
Смогли. 1 марта тело привезли в село. А 2 марта состоялось прощание.
- Получилось, как чудо какое-то, - поделилась с «Комсомольской правдой – Красноярск» общественница. – У нас по ночам до -30, днем -15, но снег, метет, пасмурно. А тут, как по заказу: 1 марта, когда тетю Валю самолетом доставили в Байкит, тучи разошлись, небо разъяснилось. И на следующий день во время похорон сияло такооое солнце. Повторюсь: сейчас это редкость. Будто сама природа приняла ее, а душа успокоилась, вернулась домой.
Похоронили бабу Валю на сельском кладбище, рядом с мужем. Народу собралось прилично. Люди несли венки, живые цветы. Глава сельсовета привезла охапку красных гвоздик.
- Я сама купила большой букет роз, - рассказывает Мария Михайловна. – Незадолго до того сломала ногу. Но все равно не могла не приехать. Привезли меня, посадили на стул. Главное, удалось проводить человека, попрощаться.
По словам местных, родные Валентины Викторовны прилететь не сумели. Это слишком далеко, да и недешево. Памятник блокаднице пообещала поставить администрация.
- Хотели отпеть, но нам передали, что тетя Валя некрещеная, - продолжает общественница. – Ее память почтили минутой молчания. Наши ребятишки, школьники-юнармейцы, стояли в почетном карауле. Выступили первые лица района. Я тоже сказала добрые слова: «Тетя Валя преподала нам большой урок. Что всегда надо оставаться человеком». Еще я поблагодарила СМИ, которые нас поддержали. Людей, что помогали найти внучек Валентины Викторовны. Всех тем, кому не все равно. А в конце наша поэтесса Валентина Вагина прочла свои стихи, посвященные блокаднице. Кто-то даже всплакнул. Словом, проводили достойно.
На снимке Валя - в нижнем ряду справа. Это уже после войны. Фото: архивы Красноярского края.
P.S. Сыну о смерти матери рассказали на днях. Боялись, будет бушевать, но он будто даже не понял. Отреагировал слабо, отстраненно. Идти на похороны отказался. Что тут добавить, человек нездоров.
Его судьбу будет решать комиссия. Специалисты-психиатры уже прибыли на место. По всей вероятности, мужчину определят в интернат. Вопрос: почему это не случилось раньше? Как знать, может, тогда бы баба Валя подольше прожила.