«Западный мир» вне парка развлечений: новый сезон и новые темы
Среди телесериалов, призванных, прежде всего, развлекать, больше всего «цепляют» зрителя все же такие, в которых имеется некая общественно значимая нагрузка. Нечто «для умных». Научная фантастика, да еще и в стиле антиутопии — это то, что в наши дни определенно любят эти самые «умные», с тех пор как утопия начала быстро выветриваться даже из сериала «Star Trek», все больше замещаясь бодрыми военными действиями. Быть «умным» в наши дни означает быть хоть немного циником, скептиком и пессимистом.
Постапокалипсис в этом смысле не столь интересен, по крайней мере, в классическом западном варианте, где он, пройдя бодрую стадию «Безумных Максов» — своего рода перепев вестернов, только с железными конями, начал перепевать все те же вестерны, но только с ходячими трупами или хищными пришельцами вместо кровожадных индейцев.
Чудеса техники, которые обернулись против человека или были обернуты одними людьми против других, как-то актуальнее. Технический прогресс, прежде всего в сфере электроники, развивается так стремительно, а люди меняются так неспешно, да еще и не факт, что к лучшему, что это не может не вызывать тревогу отнюдь не только у сторонников «теории заговора», видящих корень зла в вышках 5G.
Бунт машин против человека или бунт человека против засилья машин — тема давняя, зародившаяся еще в средневековой Праге и там же получившая второе дыхание уже в первой четверти XX века под пером Карела Чапека. С тех пор снабженные искусственным интеллектом создания рук человеческих продолжают выяснять отношения с человечеством — пусть, пока еще, в фантазиях.
Объединить все тот же неумирающий вестерн с киберпанковской антиутопией — эта идея была очень удачной, хотя и не очень новой — идею роботов-персонажей можно найти хоть у Кира Булычева, хоть Рэя Брэдбери. Сериал «Мир Дикого Запада» (в оригинале просто «Западный мир», что несет в себе немалую дозу иронии, потерявшейся в переводе) вырос из старого фильма Майкла Крайтона и развил заложенную уже в нем идею опаснейших «ножниц» между морально-этическим состоянием человечества и его техническим могуществом.
Первые два сезона не только рассказали историю парка развлечений, населенного способными ощущать боль и страх андроидами, над которыми измываются приехавшие сбросить стресс и реализовать свои темные фантазии богачи, но и затронули основополагающие философские вопросы. Что есть личность? Сознание? Разум? Чем отличается реальность от иллюзии — если вообще отличается? Существует ли свобода воли и смысл жизни, если все происходящее — всего лишь бессмысленная игра с прописанными ролями? В чем разница между Богом и Дьяволом, наконец?
Собственно, «Мир Дикого Запада» в первых двух сезонах начался и закончился. Зритель уже успел привыкнуть как к фасаду искусственного мирка, так и к его изнанке. Научно-фантастической достоверностью создатели не особо заморачивались, так толком и не объяснив, каким образом сделано так, что одни и те же пули ставят легкие синяки людям-гостям и пробивают насквозь андроидов, что уберегает людей от случайной индейской стрелы или от падения чего-нибудь тяжелого на голову, наконец. Условность есть условность — гостям в парке почти ничего не угрожает, андроидам, впрочем, тоже, хотя они и «умирают» понарошку, уверенные в том, что все всерьез — это важно для сюжета. Сюжет лихо закручен, и его главная «фишка» в том, что он представляет собой не линейное повествование, а запутанные лабиринты воспоминаний, так что непонятно, в какой момент времени происходит та или иная сцена и что за чем следует. Это создает клубок, который интересно распутывать, моменты неожиданности, удивляющие зрителя, порой очень сильно. К тому же нелинейность создает атмосферу сна, горячечного бреда, из которого герои — прежде всего, андроиды Бернард, Долорес и Мейв — постепенно продираются к осознанию реальности.
Второй сезон уже затрагивает нечто большее, чем свобода воли и рабство, игра и реальность, набор стереотипов и самосознание. В нем немалую часть занимает проблема смертности и бессмертия. Хозяева корпорации «Делос» (весьма любопытное название, отсылающее к острову в Эгейском море, ставшему, согласно греческому мифу, колыбелью для богов Аполлона и Артемиды) собирали полные данные о личности своих гостей-элитариев, вплоть до образцов их ДНК, не столько ради контроля и шантажа, сколько для трансгуманистического проекта по переносу человеческих сознаний (разумеется, далеко не всех!) в практически бессмертные искусственные тела. Проект, окажись он не провальным, привел бы к появлению расы не богов, а чудовищ, так как полная безнаказанность в парках привлекала туда людей определенного склада, и они становились от своей «психотерапии, наоборот», только хуже. Бессмертие как награда для чистых душ за перенесенные страдания, которая не должна быть похищена двуногими бестиями, — тема отнюдь не новая, но в сериале решенная достаточно изящно.
Два сезона составляют собой законченное произведение. Третий сезон выглядит как начало чего-то совершенно другого и вызывает странное ощущение. Во-первых, сюжет резко становится совершенно линейным. Во-вторых, из него уходит причудливая и атмосферная жанровая гибридность — все эти ковбойские, индейские и даже самурайские истории с кибернетической изнанкой сменяются классическим и, увы, немного пресным киберпанком. В-третьих, в сезоне оставлены многие актеры, игравшие в предыдущих, но их персонажи выхолощены, «выпотрошены» и заменены копиями личности Долорес или имитациями. В этом есть определенная сюрреалистическая нотка, но по большей части это просто недостаточно хорошо обыграно и раздражает. Псевдо-Шарлотта тут единственное удачное исключение. Даже Бернард, вроде бы оставшийся собой, выглядит как бледная тень и превращается из одного из главных действующих лиц практически в декоративного статиста, несмотря на несколько живописных драк, которые раньше отнюдь не были его излюбленным занятием.
В центре сезона — все та же свобода воли, только на сей раз в положении роботов оказываются все жители земли, за каждым шагом и вздохом которых, как оказывается, уже давно следит суперкомпьютер с ветхозаветным именем Ровоам. Кроме того, что на каждого представителя цивилизованного человечества ведется подробнейшее досье, его жизнь предсказана и распланирована до самой смерти, никто не может найти себе работу, жениться и завести детей без одобрения Системы. Даже главный антагонист сезона Серак, который вплоть до финала выглядит харизматичным, гордым и всесильным полубогом, оказывается всего лишь пешкой созданного им холодного машинного интеллекта, которому он сдался сам и сдал весь род людской в погоне за порядком, стабильностью и безопасностью. Рабское положение человечества вызывает сострадание у Долорес, которая отказывается от желания уничтожить людей и, пожертвовав собой, помогает Николасу Калебу уничтожить Равоам, чтобы люди стали свободными. Впрочем, пока что человечеству, внезапно спущенному с поводка, придется пройти через хаос, и его будущее становится очень неопределенным.
Сюжет сезона не только слабо связан с сюжетами первых двух, но и прямо им противоречит. Если людей с отклонениями «перепрограммируют», а неисправимых «отщепенцев» помещают в анабиоз, то кто все те садисты и развратники, которые посещают «Мир Дикого Запада» и другие парки? Почему Уильям — Человек в Черном не только спокойно жил, но и управлял крупной компанией? Похоже на то, что под видом продолжения авторы ввели новую историю с более актуальной тематикой тотальной слежки и контроля, пришив ее к предыдущему материалу белыми нитками знакомых лиц.
Что и говорить, несмотря на то, что тема угнетаемых людьми разумных роботов, постепенно обретающих человечность, до сих пор не вышла из моды (об этом свидетельствует, к примеру, популярность недавно вышедшей компьютерной игры «Детройт: Стать человеком»), время и реальность диктуют другие мотивы. Соцсети и поисковые системы, собирающие персональные данные, анализирующие историю пребывания в сети каждого пользователя и хранящие всю эту информацию на гигантских серверах, системы видеокамер с распознаванием лиц, суперкомпьютеры, умеющие разрабатывать далеко не только шахматные стратегии, привычка обывателей к безопасности и готовность их ради этой безопасности поступаться своими правами — это уже не фантастика ближнего прицела, а реальность.
Авторы сериала пытаются провести мысль, что хаос — это вполне приемлемая цена за обретение свободы. Разумеется, что угодно лучше, чем тотальный контроль киберфашистского «Старшего Брата». Но эту предельную ситуацию очень соблазнительно экстраполировать на что угодно. В конце концов, хаос, наступивший после уничтожения обвиненной во всех грехах советской «командно-административной системы», отнюдь не стал прелюдией к светлому будущему.
Впрочем, неизвестно, какой поворот примет сюжет в следующем сезоне. Армия андроидов, которую создает озлобленная Псевдо-Шарлотта вместе с копией Человека в Черном, должна войти в охваченный хаосом мир, сильно напоминающий то, что происходит сейчас в Миннеаполисе и других городах США. Сможет ли человечество противостоять новой угрозе, какие пути для его спасения видят авторы и какими будут человеческие лидеры (Николас Калеб пока что не выглядит убедительно в этой роли), мы узнаем, скорее всего, в будущем году. Среди андроидов главными действующими лицами станут, скорее всего, Псевдо-Шарлотта, с одной стороны, и Мейв и Бернард — с другой. Тут заметна тенденция последнего времени ставить на первые роли чернокожих и женщин, а желательно — чернокожих женщин, мужчины же — как чернокожие так и белые — постепенно сдвигаются на позиции либо верных рыцарей, либо злодеев. Но, чтобы проверить, так ли это будет и в дальнейшем, опять же следует дождаться выхода четвертого сезона.