Почему сорваны торговые переговоры КНР и США?
Торговая сделка Китая и США сорвана, Белым домом объявлено о подъеме с 10 мая с 10% до 25% тарифных пошлин на китайские товары объемом в 200 млрд долларов. Кроме того, американские внешнеторговые власти обсуждают и еще один сильно расширенный пакет ограничений объемом еще в 350 млрд зеленой валюты. Пекин, в свою очередь, отложил начало очередного раунда консультаций с Вашингтоном на три дня, до 11 мая. Только тогда в американскую столицу прибудет главный китайский переговорщик Лю Хэ, вице-премьер Госсовета КНР, и пробудет там лишь один день вместо трех запланированных, до 12 мая.
Понятно, что китайской стороной это решение принято для того, чтобы а) избежать ситуации, при которой Лю Хэ окажется на переговорах, а повышение тарифов тем не менее состоится. Китаю необходимо избежать такого, по сути, унижения. И б) посмотреть, действительно ли 10-го числа пройдет такое повышение тарифов, и если да, то приезд вице-премьера из Пекина, как и сам раунд переговоров, будут полностью отменены, что китайской стороной уже не исключалось. Мяч на американской половине, и только от Дональда Трампа зависит дальнейшее развитие ситуации.
Что произошло? Ряд симпатизирующих США и потому «недовольных» Китаем российских СМИ, разумеется, либерально ангажированных, поспешили возложить вину на Пекин, указав на полученную в Вашингтоне из китайской столицы правку проекта двустороннего торгового соглашения.
«Торговый представитель США Роберт Лайтхайзер и министр финансов США Стивен Мнучин, ознакомившись с правками Китая, были поражены масштабами изменений проекта соглашения, — отмечает со ссылкой на Reuters известная своей прозападной ориентацией газета «Ведомости». — По словам двух этих чиновников из американской администрации, именно правки со стороны Китая подтолкнули Трампа к решению повысить пошлины.
По словам одного из источников, в последнем раунде переговоров «Китай стал жадным». «Китай отрекся от десятка вещей, если не больше… Переговоры прошли очень плохо, даже удивительно, что Трамп возмутился только в воскресенье», — так он пояснил внезапное изменение американской позиции.
В этом «потоке сознания» добровольных (или заинтересованных?) адвокатов Вашингтона, если отбросить эмоции, в сухом остатке оказывается одно: якобы «отказ» Пекина от ряда будто бы согласованных переговорных позиций. По версии Wall-Street Journal, рупора крупных финансово-олигархических кругов США, он обусловлен приписываемой Китаю «уверенностью» в уступчивости США из-за «неустойчивости» их экономики и «готовности» поэтому к «компромиссу».
Когда такая солидная по американским и мировым меркам газета начинает приводить подобные заведомо неправдоподобные «аргументы», появляется повод задуматься. Представить себе, что «на ровном месте» Китай начал править текст, с которым сам перед тем и согласился, трудно. Это почерк Вашингтона, но никак не Пекина, а также не Москвы и не других заинтересованных столиц. Скорее, имело место иное: включение в согласованный проект неких положений, которых в нем не было, но которые по американской версии из него «вытекают» и потому были включены «задним числом».
О чем идет речь? Здесь самое время вернуться к самому началу китайско-американских консультаций, которые спровоцировали торговую войну, объявленную год назад Дональдом Трампом. Ей предшествовали полусекретные переговоры, на которых американская сторона предъявила Китаю фактический ультиматум по следующим пяти пунктам:
— снизить свои тарифы до уровня соответствующих американских тарифов;
— снять ограничения на американские инвестиции в определенные сектора китайской экономики;
— прекратить кибератаки на США;
— усилить защиту американской интеллектуальной собственности;
— ликвидировать государственные субсидии для предприятий в сфере высоких технологий.
Невооруженным глазом видно, что главные в этом перечне — второй и пятый пункты, взаимосвязанные между собой как сообщающиеся сосуды — буквально. Где одного убыло, там другого прибыло. Если Китай отказался бы от государственной поддержки собственных высокотехнологичных отраслей, то это место заняли бы американские инвестиции.
По сути, это скрытая приХватизация «сливок» передовой промышленности, обеспечивающих Китаю ведущие позиции в мировой технологической конкуренции, западными, так сказать, «партнерами». Это с точки зрения экономики. С политических позиций — это еще и принуждение Пекина «плясать» под вашингтонскую «дудку», принимая чужие, заведомо проигрышные правила игры.
Не говоря уж про засунутый в секреты китайской оборонки нос ЦРУ. Есть еще и идеологический аспект: фактический отказ в случае принятия этого ультиматума КНР от социализма с его приоритетом государственных инвестиций в интересах страны в пользу частно-корпоративного капиталистического интереса, к тому же еще и внешнего.
Как только Пекин от этого ультиматума отказался, так сразу и возникли тогда, в мае 2018 года, тарифные санкции. Не уговорили добром, как Горбачева, сдать страну, и стали давить, используя внешнюю ориентацию китайской экономики и недостаточную развитость внутреннего рынка, который в Поднебесной перестраивается, но медленно, отставая от динамики закручивающегося противостояния с Вашингтоном.
Скрытый замысел правящих кругов США просматривался вполне четко и определенно: вызвать кризис перепроизводства, подорвав экономику, а затем, на фоне ухудшающихся жизненных показателей, разогреть и поддержать в стране деструктивный социальный протест, бьющий по партийным и государственным устоям.
А вот как оценивают в экспертном сообществе настоящие, а не высосанные из пальца Трампом причины нынешнего американского «пируэта», ответственность за который в полном соответствии с принятой моделью поведения в международных делах англосаксы переваливают с больной головы на здоровую.
«Соединенные Штаты продолжали мертвой хваткой держаться за другие пункты, являющиеся настолько же важными для них, насколько неприемлемыми для Китая. Речь (внимание! — авт.) о практике государственных дотаций для ведущих «флагманов» китайской экономики, которую Вашингтон требовал прекратить.
Крайне сомнительно, чтобы Пекин пошел на это, да еще и при нынешней ситуации, под давлением очередных угроз. Равно как и на проведение политики «открытых дверей», которая должна была бы ознаменовать массированное проникновение на внутренний рынок страны американских инвестиций, товаров и услуг».
Что это означает? А то, что США, оказывается, волюнтаристски вписали в отправленный в Пекин проект торгового соглашения, парафированный предыдущим раундом консультаций, те самые два наиболее вызывающих требования к КНР, которые содержались в прошлогоднем ультиматуме. Сделано это явно было в расчете на то, чтобы сначала спровоцировать китайскую сторону на отклонение документа, а затем предъявить ей обвинение в его переписывании. Что и произошло.
Как и в случае с «результативными» переговорами Д. Трампа с Си Цзиньпином в Буэнос-Айресе, Белому дому на самом деле нужно не договориться, а сорвать переговоры, чтобы под этой маркой «закрутить гайки» конфронтации. Тогда этого достигли, арестовав в Ванкувере преемницу основателя Huawei, обвинив компанию в связях с Ираном, сегодня — описанным способом махинаций с двусторонним документом. Это примерно как пакетик с «белым порошком», подброшенный несговорчивой жертве полицейского произвола, виноватой лишь тем, «что хочется им кушать», по «дедушке Крылову».
В конечном счете, в США рассчитывают «нагнуть» партнера по переговорам, размягчив его до уровня пластилина, то есть до готовности подписать капитуляцию, загримированную под «историческое соглашение». Что, с тем же Горбачевым в свое время не так разве поступили?
А Ким Чен Ыну, ему в конце февраля Д. Трамп что предложил? Именно капитуляцию — с демонтажем ракетно-ядерного щита и передачей его компонентов в США, в руки стратегического противника. К чести Кима он в отличие от Горбачева отказался и прервал встречу со своим американским визави, выдвинув ему впоследствии встречные ультиматумы, разумеется, для Трампа не просто унизительные, но и чреватые внутренними американскими последствиями.
Так что сомнений в том, кто виноват в нынешнем неминуемом новом витке китайско-американской торговой войны, нет никаких. Виноват тот же, что и в обострении российско-американского военно-политического противостояния — США и их президент Трамп, которые, как принято у англосаксов, принимают за «компромисс» односторонние уступки партнеров по переговорам американской стороне. И очень сильно психуют, выходят из себя, когда партнеры отказываются «сложить оружие» и выбросить «белый флаг».
Кстати, о военно-политическом противостоянии. Буквально в эти же дни, на фоне обмена мнениями между Вашингтоном и Пекином, Пхеньян тоже сказал свое слово, запустив в сторону Японии несколько ракет малой дальности. Возможно, это просто совпадение, также может быть, что и ответ на американо-южнокорейские маневры.
Но поскольку в глобальной политике не существует изолированных тем, а используются комплексные методы и подходы, нельзя исключать, что и сами американо-южнокорейские учения, вместе с экономическим подкопом под Китай, были связанными частями общего плана. И в этом случае Вашингтон нарвался на комплексный же и ответ, получив его и на северокорейском военно-политическом, и на китайском санкционно-экономическом фронте.
В этом свете особый оттенок приобретают и недавний звонок Дональда Трампа Владимиру Путину, и владивостокская встреча российского и северокорейского лидеров, и последующее посещение президентом России Пекина, и переговоры на полях форума «Пояса и пути» с Си Цзиньпином. Часы были сверены вовремя, стратегия выработана, и она сегодня успешно осуществляется.
«Развести» между собой стороны российско-китайско-северокорейского треугольника хозяину Белого дома оказалось не под силу, поэтому у американской провокации с тарифными санкциями против КНР мало шансов на успех. Залог американской удачи — это ведь «давить» оппонентов поодиночке, умасливая следующих жертв радужными перспективами и обещаниями, что в Вашингтоне их якобы видят не жертвами, а «равноправными партнерами».
Свежо предание, но верится с трудом. Точнее, вообще не верится, и как только из американской столицы раздаются очередные обещания — любые, неважно, какие — это всегда повод напрячься в ожидании какой-нибудь новой англосаксонской гадости. Ну, не может эта раковая опухоль на теле планеты и человечества избавиться от представлений о собственной «исключительности», не может, да и не хочет жить, как люди, на принципах не колониального господства, а взаимовыгодного добрососедства.
Какие угрозы такая модель поведения несет человечеству — отдельный вопрос, но ведь и самим англосаксам она ничего хорошего не сулит. «Сколько веревочке ни виться, а конец все равно будет!»
Да и несмотря на бравурные реляции американского президента, выдержавшего беспрецедентный по агрессивности напор собственных СМИ, доказывая им «успешность» телефонного разговора с В. Путиным, Кремль после этого уже дважды опроверг возможную встречу российского лидера с Д. Трампом в Осаке, на предстоящем в конце июня саммите «Группы двадцати». И если такая встреча не произойдет, президент США окажется в проигрыше и не сможет объяснить, зачем он звонил российскому лидеру, если тот с ним не встречается.
Это как раз та ситуация, разрешение которой потребует от Трампа уступок. Возможно, не только России. Англосаксонская технология «черного кота» по колониальному принципу «разделяй и властвуй» продолжает давать все более очевидные сбои. Не так страшен этот черт, как его малюют, и на эту «старуху» вполне может отыскаться коллективная «проруха». Главное, чтобы никто в коллективе не дрогнул.