Специальный представитель Генерального секретаря НАТО по делам женщин мира и безопасности Ирэнэ Феллин много лет занимается вопросом привлечения женщин к лидерству, а также в сфере обороны, безопасности и развития мира. Ведь убеждена – соблюдение гендерного соотношения в этих сферах играет ключевую роль.
На днях госпожа Феллин посетила Украину и пообщалась с украинцами, пострадавшими от военных преступлений российских оккупационных войск, чтобы найти новые пути поддержки Украины со стороны НАТО. А также о привлечении активных украинских женщин к работе на руководящих должностях, их поразительной стойкости и роли в приближении победы Украины над российским агрессором и послевоенном восстановлении – читайте в эксклюзивном интервью.
– Госпожа Ирэн, спасибо, что приехали и поддержали украинцев. Расскажите какие главные планы и цели Вы ставите перед собой во время этой поездки?
– Прежде всего, для меня очень важно быть здесь в такое сложное для Украины время в качестве представительницы НАТО, представительницы Генерального секретаря по женщинам, миру и безопасности. Вы знаете, что отношения между НАТО и Украиной еще никогда не были такими низкими, как сейчас. И в рамках этого сотрудничества и поддержки, которое НАТО оказывает Украине, чрезвычайно важно не только для меня лично, но и для всего Альянса, чтобы Повестка дня относительно женщин, мира и безопасности была частью разговора, который мы ведем в эти дни. А также частью долгосрочных обязательств, которые у нас есть с вашей страной. Пока я здесь, чтобы выслушать не только украинских женщин, но и мужчин, понять их потребности. Также я посетила конференцию по вопросам сексуального насилия, связанного с агрессией России, встретилась с теми, кто пережил этот ужас. Мы должны подумать, какую поддержку мы можем оказать этим людям.
– Вы уже бывали в Украине год назад. Какие ваши общие впечатления и эмоции во время этих визитов, ведь у нас идет война?
– Все правильно. Впервые я побывала в Украине в моем нынешнем качестве в мае прошлого года. Посетила конференцию "Украинский женский конгресс". Это была моя первая поездка после широкомасштабного вторжения россиян. И я была поражена, как в прошлом году, так и сейчас, стойкостью украинского населения. И когда речь идет о женщинах, я опять еще больше поражена силой и мужеством именно женщин, и всего гражданского населения, которое решило присоединиться к Вооруженным силам и внести свой вклад в борьбу за победу в этой войне.
Я думаю, что больше всего поражает устойчивость, а также способность украинцев на разных уровнях – от правительства до гражданского общества, обычного гражданского населения – реагировать и решать проблемы, пока идет война. Часть разговоров, которые я веду в эти дни, касается именно этого.
Если мы сравним с опытом других войн и конфликтов в мире, например, на Балканах, мы увидим, что с такими военными преступлениями, связанными с сексуальным насилием в условиях конфликта, начинали бороться только после окончания войны. В Украине мы наблюдаем совсем другую ситуацию. Мы видим, как жертвы уже сейчас громко заявляют о себе и помогают правительству создать механизм подотчетности и, соответственно, основания для наказания преступников. И это потрясающий урок для всего мира.
– Почти 23 года назад Совет Безопасности ООН принял резолюцию, которая заложила основу для того, что мы знаем как Повестка дня по вопросам женщин, мира и безопасности. Как украинский опыт влияет на углубление и расширение этой резолюции?
– Это очень интересный вопрос, поскольку я взяла на себя эту ответственность два года назад и начала свой мандат только за четыре недели до полномасштабного вторжения России в Украину. Я думаю, что благодаря украинскому опыту началось очень глубокое осмысление характера Повестки дня на глобальном уровне. Резолюция 1325 г. была принята в 2000 году в результате движения с самых низких ступеней гражданского общества. Основная цель заключалась в признании роли женщин, особенно женщин-миротворцев в предотвращении и урегулировании конфликтов. Идея заключалась в том, чтобы создать, признать трансформационную роль, которую играют женщины, чтобы сделать мир более мирным или использовать "мирный язык", "язык ненасилия". Это исходило от гражданского общества, вот откуда это происходит. Тогда в феминистическом, более традиционном подходе не было места для сектора безопасности и обороны, чтобы обсуждать эту Повестку дня. Поэтому, когда мне нужно было принять решение о включении вопросов женщин, мира и безопасности в Повестку дня, я не получила поддержки от мира ООН. Я имею в виду феминистический мир, работавший над этой Повесткой дня, потому что не было никаких ассоциаций относительно роли женщин в Вооруженных силах.
Я убеждена, что именно украинский опыт является движением к изменениям в восприятии этой Повестки дня. Ведь когда мы говорим о мире, безопасности и обороне, конечно, хотим рассматривать это как часть мирного урегулирования конфликта. Но сейчас идет проверка реальности, как это работает, если мы находимся в состоянии войны, а вы здесь. И мы видим, что вклад женщин является ключевым (я не говорю о боевых действиях), но ключевым в планировании, анализе. Также он является ключевым в подготовке к реконструкции и восстановлению страны. Поэтому для меня это большой урок, и не только для меня лично, для НАТО и всего мирового сообщества. Итак, когда мы думаем об обороне нашей страны и хотим построить мир, безопасность и господство справедливости, женщины должны играть ключевую роль в этом процессе.
– Как, по-вашему, война повлияла на женщин в Украине? Какие уроки мы можем извлечь из нынешнего конфликта?
– Я бы сказала, что, возможно, о том, как война повлияла на женщин в Украине, должны говорить сами женщины. Однако, если посмотреть на эту ситуацию со стороны, я думаю, что вы показываете пример того, как следует справляться с вызовами, возникающими во время войны.
Как я уже упоминала, желание столь значительного количества женщин добровольно присоединиться к Вооруженным силам – впечатляет… Это нелегкое изменение в жизни гражданского человека – это факт, особенно если вы заранее не готовились к нему. Не стоит забывать о том, что во время войны на женщину могут возлагаться обязанности выполнения различных ролей, скажем главного кормильца в семье… Не забывайте, о влиянии войны на мужчин (долгосрочные последствия на психо-эмоциональное состояние, инвалидизация и т.д. ). Это будет влиять на все семьи – на тех, кто ухаживает за ветеранами. А значит, это повлияет на все общество. Поэтому, очень важно видеть разные уровни.
В политике меня особенно поражает количество женщин на высоких должностях в украинском правительстве, в парламенте. В последние два года я общался с разными женщинами, начиная с вице-премьер-министра Ольги Стефанишиной, а также со многими другими женщинами на министерских должностях, в оборонном секторе, в социальных вопросах, а также в парламенте.
Поэтому я думаю, что вы действительно показываете своим примером, как это должно работать на практике. Это урок для всех нас.
– Сейчас на разных уровнях часто звучат месседжи, что хотя идет война, уже сейчас стоит думать о восстановлении и восстановлении Украины. Какой опять же Вы видите роль женщин в этом процессе?
– Вопрос послевоенного восстановления довольно сложно проходит, если определенные процессы не были рассмотрены должным образом в мирное время. Об этом говорится в резолюции Совета Безопасности ООН 1013. Как я уже упоминала, в Украине поражает тот факт, что вы решаете многие вопросы уже сейчас, пока идет война. По-моему, именно поэтому у вас есть уникальная возможность решить недостатки социальной инфраструктуры и благосостояния, и, конечно, многое адаптировать для ветеранов, которые вернутся после демобилизации. Для этого важно, чтобы женщины были вовлечены в этот процесс так же, как мужчины. Ведь должно быть понимание того, что разные пользователи имеют разные потребности.
– Как Вы уже сказали в Украине достаточно большое количество женщин присоединились к Вооруженным силам, это происходило также и к широкомасштабному вторжению России. Встречали ли Вы в других странах такую активность женщин по вступлению в армию как в Украине?
– Нет, я думаю, что Украина сейчас уникальный случай, и это будет очень важным уроком не только для нас, но и для партнеров по всему миру. Поэтому я думаю, что мы достигли момента, когда союзники по НАТО и Украине будут взаимно учиться друг у друга. Я думаю, что это происходит из-за осознания гражданами ответственности и обязанностей. И мне очень важно это показывать. Мы всегда говорим, что исторически сложилось так, что мужчины должны были воевать, уходить в бой. А женщины оставались, чтобы заботиться об обществе. Здесь мы видим, как изменилась гендерная динамика в обществе в 21 веке. И это верный путь, когда при необходимости мы можем обменяться нашими ролями. Общество должно быть способным приспосабливаться к разным потребностям. Ваш пример поражает. Это демонстрация того, что нет гендерных различий, когда вы и ваша страна находится в состоянии войны, и когда есть необходимость граждан защищать и защищать свою страну.
– Насколько охотно женщины, если мы можем сравнить мирные страны мира и страны в войне, приобщаются к участию в организациях, связанных с обороной, безопасностью и развитием мира?
– Это интересно. Конечно, есть две разные сферы, которые, по моему мнению, ближе к обороне и безопасности и поддержанию мира, развитию мира. Я вижу, что женщины все еще меньше заинтересованы или, возможно, меньше знают о перспективах быть близкими к сектору безопасности и обороны. Мы рассматриваем это, когда говорим о барьерах.
Почему у нас служит меньше женщин? Я говорю о количественном соотношении женщин и мужчин в странах-союзниках. Одним из возникающих элементов является нехватка знаний и осознание того, что это возможно. Конечно, смотреть на Украину со стороны и самому быть на войне – это разные вещи. Потому что война влияет на твою жизнь как гражданина. Как мы уже говорили ранее, это влияет на мужчин и женщин все равно, и поэтому вы сами решаете, как распределять разные роли и обязанности. Но когда вы находитесь в армии в мирное время, все по-другому. Для меня интересно также понять, меньший ли интерес женщин присоединиться к армии связан с биологической составляющей или это больше связано с малой осведомленностью. Я исследую этот вопрос, поскольку раньше работала с женщинами на уровне общин как миротворец. И именно здесь женщины играют большую роль. И я вижу, исходя из моего опыта, что именно здесь они действительно активны в создании сетей и мостов между разными частями общества.
– Расскажите подробнее о проекте, над которым Вы работали, о работе с женщинами-медиаторами, женщинами миротворцами?
Существуют разные реалии и проекты, над которыми я работала до того, как стать специальным представителем, и что было самым интересным в этих проектах, так это то, что они являются полуправительственными инициативами. Я была представительницей гражданского общества как исполнительного партнера, очень тесно сотрудничая с Министерством иностранных дел, в данном случае в Италии. Но наш подход с акцентом на женщин в медиации и миротворчестве в Средиземноморье был частью более широкой инициативы сетей женщин-медиаторов и миротворцев. Я бы сказала, что преимущество таких инициатив заключается в том, что они не изолированы, а действительно способствуют повышению внимания к женщинам, работающим в сфере медиации, переговорам и развитию мира. Что было успешнее, по моему мнению, так это усвоение уроков о том, что нам не нужно исправлять женщин, нам нужно исправлять систему. Поэтому много энергии и средств было вложено в обучение и развитие навыков и потенциала женщин. Иногда это необходимо. Медиация – это профессия. Это не потому, что нам нравится, или мы думаем, что мы хороши и умеем общаться с другими, что мы можем быть медиаторами естественно. Есть навыки, и это компетенция, которую нужно развивать. Но когда речь идет о медиации на высоком уровне, мы понимаем, что если мы не создадим возможностей для женщин, для их посредничества, то все инвестиции, которые мы будем в них вкладывать, будут потеряны. Ведь мы будем иметь очень компетентных женщин, но не будем возможности для них реализовать свою компетентность. Итак, что было успешным, так это понимание того, что, возможно, и сегодня, когда мы разрабатываем наш проект по поддержке женщин в рамках повестки дня "Женщины, мир, безопасность", мы стараемся адаптировать женщин к патриархальной системе. Все дело в культуре и менталитете. Мы никогда не добьемся устойчивого результата в Повестке дня в отношении женщин, мира и безопасности, если не устранить первопричины гендерного неравенства и патриархального неравенства как части нашего общества. Мы можем продолжать разрабатывать мероприятия, создающие систему, протоколы и политику. Но если мы не устраним первопричины гендерного неравенства, все эти протоколы будут построены на ложных предположениях. Поэтому сегодня мой месседж состоит в том, что когда мы что-то делаем, давайте делать это правильно и смотреть в глубину неравенства, характеризующего наши общества. Сейчас у нас есть возможность делать все правильно.
– В 2016 году Вы учредили итальянское отделение организации "Женщины в международной безопасности". С какими трудностями вы столкнулись при учреждении этой инициативы и какие вызовы сейчас ?
– Это очень личный вопрос. Это было моим вызовом. Я вернулась в Италию после 10 лет пребывания за границей, где работала над вопросами женщин, мира и безопасности. Поэтому в своей стране я хотела продолжать работать в этой сфере, но не нашла для этой соответствующей среды. То есть, не смогла найти молодых женщин, таких как я в то время, заинтересованных в обороне и безопасности и других аспектах Повестки дня. Поэтому я решила создать эту среду. Я решила сделать эту платформу. Почему "Женщины в международной безопасности"? Это хорошо известная сеть по всему миру – была основана в 1987 году в США, задолго до принятия резолюции 1325 года. Но группа женщин, работающих в сфере обороны, безопасности и дипломатии, почувствовали, что существует потребность в поддержке. И это тоже чувствовала и я. Мне нужно было создать пространство, я привлекла других женщин, создав безопасное пространство, привлекшее интерес на самом высоком политическом уровне, а затем и на уровне гражданского общества. С одной стороны, я взаимодействовала с учреждениями, министерствами, парламентариями и правительством. А с другой стороны проводилась более неформальная работа на волонтерских началах с молодыми женщинами и попытка создать мост между уже состоявшимися успешными женщинами и новым поколением.
Я думаю, что в жизни наступает момент, когда нужно остановиться и отдать то, что ты получаешь от жизни или других успешных женщин. Это был момент, когда я решила остановиться и сделать это, чтобы установить связь между поколениями, стать наставницей и помогать создавать такие возможности. Теперь у меня меньше времени на это. Но я стараюсь быть везде, где мое присутствие необходимо. Конечно, большое внимание уделяю восточной части НАТО, а также Украине. Я остаюсь очень связанной с Италией, моей родной страной. Но запросы поступают отовсюду по разным вопросам, поэтому я стараюсь присутствовать как можно больше там, где нужно.
Досье
Госпожа Иренэ Феллин – специальный представитель Генерального секретаря НАТО по делам женщин, мира и безопасности (назначен в ноябре 2021 года).
Госпожа Феллин – эксперт по вопросам женщин, мира и безопасности, которая более 15 лет работала старшей советницей по гендерным вопросам в организации "Женщины в международной безопасности" (WIIS), Институте международных отношений (IAI) в Риме, штаб-квартире НАТО в Брюсселе, а также международной консультанткой в учреждениях ООН и других национальных институциях. Она сыграла важную роль в создании и координации Средиземноморской сети женщин-медиаторов (MWMN) - проекта Министерства иностранных дел и международного сотрудничества Италии, направленного на удовлетворение потребности в увеличении количества женщин, вовлеченных в миротворческие усилия, а также на содействие назначению женщин-медиаторов высокого уровня. на местном и международном уровнях.
С 2017 года она работает с женщинами-медиаторами и миротворцами по всему миру, поддерживая проекты, направленные на содействие инициативам по развитию мира и посредничества на национальном и международном уровнях.