Савченко Порошенко
У П. Порошенко появилась надежда. О чем он не преминул сообщить публично, обыграв, как ему самому, видимо, показалось, элегантно и небанально (ха-ха!) женское имя Надежда и слово «надежда». Вернули, дескать, Надежду, вернем и надежду. Какую именно из надежд? А ту, что на победу, на возвращение Крыма и Донбасса. Записные президентские «підбріхувачі» из СМИ сразу же хозяйскую песенку подхватили: один из материалов на «Украинской Правде» вышел под заголовком — «День Надежды». Не обратив внимания на то, что, когда президент озвучивал заранее заготовленный экспромт, голос его заметно дрожал, глаза бегали, пульс, видимо, был учащен, а уровень сахара в крови, скорее всего, намного выше обычного. Зачем же Петру Алексеевичу Надежда-надежда, которую он так боится? Крым она ему не вернет, Донбасс не победит, в глазах Запада очков не прибавит (лишь бы не убавила!). Неужели только затем, чтобы, напугав до смерти кого-то из оппонентов и соратников, хапнуть еще пару-тройку лакомых кусков госсобственности, прикрываясь видимостью заботы о выполнении «минских» обязательств? Насчет кого-то напугать, скорее всего, так и есть. Буквально за несколько последних дней сразу две персоны из крайне праворадикального крыла украинской политики, не сговариваясь, пригрозили депутатам Верховной рады. Сначала лидер «Азова» А. Билецкий сказал, что, если что не так, то он и его люди «вынесут этих депутатов и занесут на их место других». Потом Н. Савченко в ответ на реплику Ю. Тимошенко: «С тобой они (некоторые депутаты ВР — Я.Р.) не смогут больше быть двуличными», — заявила, что «с ней они вообще не смогут там (в парламенте — Я.Р.) быть». Картина, таким образом, вырисовывается яснее ясного. Получается, что кому-то очень умному из узкого окружения П. Порошенко захотелось крепко припугнуть парламентариев, чтобы сделать их сговорчивыми, податливыми на указания и уговоры Банковой. Таким путем и пошли. Если это так, то надо признать, что первый шаг — натравить на Раду «азовцев» и Савченко, чтобы потом обещать им защиту от них — просчитан, вроде бы, верно. И первые, и вторая пуганут «депуташек» с удовольствием, и за деньги, само собой, но и за «правду», за «дело нации». Об «Азове» в этом контексте — как-нибудь при случае. Что же касается Савченко, то у нее, несмотря на внешнюю полнейшую неадекватность однозначного — клинического — свойства, продемонстрированную в день прилета в Киев, имеются определенные взгляды и убеждения, свое видение ситуации, свое понимание того, откуда беды взялись, и что делать, чтобы их отвести. Она открыто эти взгляды высказывает, не считаясь ни с какими авторитетами. Исходя из того, что никому ничего не должна (эту пилюлю уже пришлось проглотить Ю. Тимошенко), и что «надо не бояться быть самим собой». Она говорит от имени «народа» (в этом они с А. Билецким, твердящим, что «нация требует», два сапога — пара). Она противопоставляет его — народ — власти. Противопоставление идет, в том числе, по линии: «добро» — «зло», не оставляя власти ни малейшего шанса ни на защиту, ни на реабилитацию. О том, что такую Савченко, какой она предстала перед публикой 25 мая, следовало бы держать как можно дальше от любой деятельности, предполагающей даже минимальное общение с людьми, в современной Украине говорить бесполезно. «Какое время на дворе — таков мессия». О том, что, если ценность такого недочеловека, как она, в том, что он — против Путина, то надо срочно мириться с Путиным, — лучше вообще не упоминать. Как и о том, что, если этот недочеловек собрался указывать украинцам путь и вести их к победе, то им надо бы срочно бросаться в прямо противоположную сторону соглашаясь на любое поражение. Джин-Надя выпущен из кувшина, а, потерявши голову, по волосам, как известно, не плачут. Вопрос сейчас в другом: на чью беду выпустили джина? В свое время политтехнологи одного из наших высших должностных лиц, озабоченные борьбой против оппозиции, предлагали запустить в ряды политических оппонентов «бешеную собаку», которая бы окончательно их всех друг с другом перессорила. На роль главного действующего лица, то есть, «собаки» предлагался тогда Ю.Луценко. Жизнь пошла своим чередом, и этот технологический ход на практике осуществлен так и не был. И вот, история повторилась, только не по «классике» — фарсом, а каким-то совершенно чудовищным «фильмом ужасов». По сравнению с Н. Савченко образца мая 2016-го Ю. Луценко образца трех-четырехлетней давности, когда его заочно пробовали на «собачью» роль, — мальчик не любивший и не знавший ни О. Ляшко, ни И. Мосийчука, ни В.Парасюка. Сегодняшняя Савченко — бешеная собака без кавычек, не в переносном, а в прямом значении слова. Причем, собака весьма редкой породы. Что-то вроде политической собаки Баскервилей, только, пожалуй, еще страшнее. Встретить новую героиню украинских дней, очередной «символ нации», как ее уже успел окрестить кое-кто из киевских журналистов из числа тех, что посмекалистее да пошустрее, в аэропорт «Борисполь» прибыла Ю.Тимошенко. Формальный повод для появления Юлии Владимировны в столь неожиданном, вроде бы, для нее, не насиженном ею месте (последний раз такое случалось, когда премьер Юля приезжала встречать партию «Тамифлю», которым обещала излечить украинцев от свиного гриппа), был прост и прозрачен: первый номер избирательного списка «Батькивщины» приехал встречать номера второго. Сопутствующий мотив тоже лежал на поверхности. 22 февраля 2014 года саму Ю. Тимошенко, освобожденную из харьковского заточения тоже встречали в Киеве, правда, во втором после «Борисполя» по значимости аэропорту «Жуляны». Теперь, вот, уже Юля встречает другую обретшую свободу узницу, как бы, передавая ей эстафету. Эстафету надежд и ожиданий, и опять революционных. В тему Ю. Тимошенко, как это в последнее время частенько с ней случается, не попала, как ни старалась. И внимания на нее никто почти не обращал, да и героиня должного почтения не выказала. Ко всем остальным конфузам добавился еще один: если можно так выразиться, обувной. Н.Савченко в момент ее появления перед объективами была босой. В самолет в Ростове-на-Дону она садилась в обуви, вышла из него в Киеве — без нее. Судя по всему, босые ноги стали элементом образа наводчицы при ее явлении народу и волшебном превращении из убийцы-узницы в топ-звезду украинской политики. На символическом уровне они вполне сочетались с трезубом на футболке Н. Савченко, но контрастировали с изысканной обувью Ю. Тимошенко, как всегда — на очень высоком каблуке. Не надо, думаю, обладать особыми способностями провидения, чтобы предположить, что уже в очень скором времени тем, кто на каблуках, придется натерпеться от тех, кто бос. А босоногость, скорее всего, войдет в политическую моду, превратившись на Печерских холмах, а, может быть, и на очередном майдане, в признак хорошего тона. К нечищеным туфлям П. Порошенко, на которые обращали внимание журналисты во время одной из его мимолетных «фото-встреч» с Б. Обамой, голые пятки, конечно, ближе, чем к модельным туфелькам, но и они — туфли — тоже от них — пяток — далеки. Если босоногие сделают тех, что на каблуках, они примутся за тех, что просто в обуви. В любой. Или не «если», а «когда»?..