«Ближе к старту Олимпиады стало понятно, что нам не дадут поехать в Рио»
Экс-прыгунья спортклуба «Нефтехимик» о своих первых шагах в тройном прыжке
Мастер спорта международного класса по легкой атлетике Алсу Муртазина в 18 лет поменяла свою судьбу, перейдя из гладкого бега в прыжки, которые она ни разу в жизни до того не только не исполняла, но даже не представляла, как это делается. Спортивная редакция «Реального времени», накануне Международного женского дня, рассказывает о том, как можно добиться международного признания, если верить в себя, и не думать о препятствиях.
«Спортсменов очень уважают, обращаясь к ним с рекламными предложениями»
— Алсу, вы, пребывая в Индии в статусе домохозяйки, ощущаете интерес к легкой атлетике на бытовом уровне? Когда те же чемпионаты мира, или Азиады прошлого года, может быть, обсуждали бы в очередях, в каких-то других скоплениях местных жителей?
— Дело в том, что мы живем на территории спортивной базы сборной Индии и общаемся в основном со спортсменами и тренерами. С ними — да, во время чемпионатов мира, других крупных спортивных событий, только и происходило, что обсуждение прошедших стартов, того, что было об этом написано в газетах. Это еще было связано с тем, что, например, чемпионат мира по легкой атлетике очень хорошо транслировали, скрупулезно показывая выступления индийских прыгунов. Плюс еще была наружная реклама, по городу были растяжки, плакаты, посвященные международным соревнованиям с участием спортсменов Индии. Как муж заметил, что если сами соревнования длятся одну-две недели, а вот поздравления их чемпионов и призеров могут растягиваться месяца на три после них. Устраивается интерактив, когда спортсмены рассказывают о себе, переезжая из одного города и штата в другой. Помимо этого спортсменов очень уважают, обращаясь к ним с рекламными предложениями, что видно по страничкам спортсменов в соцсетях. Супругу, и моему бывшему тренеру Денису Капустину массажист сборной рассказывал, что у олимпийского чемпиона Нираджа Чопры — более сотни рекламных контрактов. И это создает ощущение, что Чопра представлен везде, буквально в любом городе Индии.
— А как представлена в сети Алсу Муртазина, живущая за тридевять земель?
— Я веду свой блог в «Инстаграме», который, скорее, напоминает, дневник впечатлений, которыми я делюсь с подписчиками, ну и на память записываю какие-то заинтересовавшие меня истории. Делюсь какими-то наблюдениями по индийской легкой атлетике, особенно в те периоды, когда их сборники выезжают на соревнования, делятся видеороликами оттуда. Иногда делюсь процессом собственных тренировок. Или же прихожу на технические тренировки Дениса, чтобы помочь записывать результаты технических тренировок спортсменов в дневник, может быть, подсказать что-то, как профессионал, но со свежим взглядом со стороны. Я все равно живу спортом, у меня потребность находиться в этом процессе.
«Я тренировалась у Гульнур Галяутдиновой, которая рекомендовала меня Капустину»
— Как вы познакомились с Денисом Капустиным, который поначалу был вашим тренером, а затем стал супругом?
— Началось с того, что в 2004 году Денис не взял меня в группу, которая сформировалась и поехала на тренировочные сборы в Нижнекамск. А я тогда тренировалась на «Тасме» у Гульнур Галяутдиновой, которая рекомендовала меня Капустину, говоря, что «девочка прямо хочет прыгать». Но в тот момент он не увидел во мне необходимых для прыгуньи качеств: скорости, взрывного отталкивания и на сборы не взял. Но Гульнур Галинуровна договорилась со своими родственниками в Нижнекамске, чтобы приютили меня, и я самостоятельно приехала на сборы, пришла и попросила разрешить мне тренироваться в группе.
— Героический поступок, когда тренер передает своего ученика другому наставнику.
— Да, правда, я бегала у Галяутдиновой спринт на 400 метров, кроссы, но уже решила для себя, что бегать больше не буду, поскольку хотела переквалифицироваться в прыгуньи. Правда, речь тогда шла только о прыжках в длину, а про тройной прыжок я на тот момент и не слышала.
Так мы оттренировались весь декабрь, а с января меня уже заявили на зимнее первенство Татарстана, причем я должна была прыгать тройной. Что это такое? Я, тренируясь на «Тасме», ни разу не видела, как его исполняют, поскольку там у нас не было «тройников» из-за проблем в прыжковом секторе. Да и наш «тасмовский» крытый манеж, больше подходит для пожарно-прикладного спорта. У нас там существовала возможность прыгать в длину, приземляясь на маты, а не в песочную яму.
Ну, в общем, Денис кого-то из парней попросил исполнить тройной прыжок, чтобы я определила для себя особенности дисциплины, в которой придется стартовать. После чего он сказал: «Съезди домой, отработай там разбег и приезжай на соревнования». Я так и сделала: поработала в Казани с тренером Игорем Новиковым, вернулась в Нижнекамск и выиграла первенство Татарстана, получив путевку на первенство Приволжского федерального округа, которое я тоже выиграла. Это 2005 год, мне тогда 18 лет, и я впервые должна стартовать на чемпионате России в Чебоксарах, куда я в итоге не попала. Сейчас понимаю, что техники у меня реально не было, и на тренировке я подвернула ногу, рентген определил суставной перелом. Так я постепенно втягивалась в серьезную легкую атлетику, пока не выиграла первенство России по молодежи и дебютировала дома на взрослом чемпионате страны. Это 2008 год, олимпийский.
— Первый для Виталия Мутко в качестве министра спорта России, помню-помню.
— Я тогда представляла нижнекамский клуб «Нефтехимик» (пожалуй, лучший татарстанский клуб, наряду с «Динамо РТ», в плане развития олимпийских видов спорта), как и чемпион России того года Сергей Михайловский, как Екатерина Волкова, бронзовый призер Олимпиады того года. Но лично я дома не смогла выступить на полную катушку, тем не менее с каждым годом прибавляла в результатах, стала мастером спорта международного класса, в 2009-м вошла в состав сборной России на первенство Европы среди молодежи до 23 лет, став там шестой, а уже в следующем году отобралась на взрослый чемпионат Европы, пробившись там в финал. В 2011-м победила на летнем чемпионате России. 2012-й я пропустила из за травмы колена, но в 2013-м году стартовала на домашней Универсиаде, став пятой, выступала в финале чемпионата Европы 2014 года, была в числе кандидатов на поездку в Рио, но в 2016 году вынуждена была закончить спортивную карьеру.
«В Казани просто не с кем было работать»
— А вы участвовали в предолимпийском чемпионате России в Чебоксарах? Я запомнил его с той точки зрения, что это был «чемпионат обреченных», когда спортсмены соревновались, не зная что их ждет впереди. Тогда как раз стали поднимать тему абнормальных показателей бегунов, начиная со средневиков, затем марафонцев. Помнится, я спрашивал у Елены Исинбаевой, для которой это был последний старт, какое у нее количество допинг-тестов, она ответила, что «уже пять. А я сейчас пойду, еще написаю».
— Да, но там уже ничего не получалось. Еще обстоятельства наложились, что Денис написал заявление об уходе с поста главного тренера сборной Татарстана и на 2 года уехал на работу со сборной Турции, а мы с его учеником Иваном Пакиным, членом сборной страны среди слабослышащих, стали ездить на тренировки в Турцию, поскольку в Казани просто не с кем было работать. Таким образом прошли порядка четырех сборов за год, но ближе к стартам Олимпиады начались разговоры о том, что нам не дадут поехать в Рио, поскольку вся сборная по легкой атлетике будет отстранена.
Закончив, я какое-то время посвятила делам, которые не могла закончить, занимаясь спортом. Отучилась на права, все курсы, какие могла, прошла курсы визажистов, переквалифицировалась с первого образования — филолог, полученного на Татфаке КГУ, на преподавателя физической культуры и ОБЖ. Какое-то время одновременно работала на трех работах без выходных: персональным тренером в фитнес-центре, преподавателем в КФУ и два раза в неделю работала тренером в беговом клубе, обучала желающих правильному бегу. Накопленной энергии, чтобы прожить в таком графике, меня хватило на полгода. Потом работала только преподавателем в КФУ.
— Вы работали в «Школе правильного бега», что для меня вообще за гранью понимания. Я с 1986 года до 2007 принимал участие в 10-километровых пробегах на призы спорткомитета Казани и видел, что людей туда реально загоняют с предприятий, учебных заведений. Они не хотят бежать, выбегая с Центрального стадиона и тут же переходя на шаг. Поэтому нынешняя мода на бег для меня удивительна вдвойне.
— Вы знаете, для меня самой это выглядело странным, получается, что я бегала до 2005 года, затем 10 лет отдала прыжкам, и, вернувшись в бег, пришла в группу, когда ощущался очень большой спрос на тренеров по бегу. Это совпало со временем популяризации «Казанского марафона», когда все хотели быть вовлечены в эту историю, причем это был совершенно разный уровень любителей.