Foreign Affairs: правительство Израиля подобно многоглавой Лернейской гидре
Новое правительство Израиля, пришедшее к власти 17 мая 2020 года, очень похоже на мифическую гидру. Вместо девяти голов, как было у греческого чудища, у нее 36 министров, 16 заместителей министров и один «альтернативный премьер-министр». И точно так же, как в древнегреческом мифе, лишь одно голова у нее бессмертная — премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, пишет бывший посол США в Израиле Мартин Индык в статье, опубликованной 26 мая в Foreign Affairs.
На этот раз на формирование правительства у Нетаньяху ушло полтора года и три голосования, в ходе которых его блоку правых и религиозных партий так и не удалось получить большинства. Собрать правительство Нетаньяху смог лишь с третьей попытки, пойдя на союз с лидером центристски-левого оппозиционного блока Бени Ганцем. Этот маневр был виртуозным, поскольку Ганц обещал во время выборов никогда не формировать правительство с Нетаньяху из-за возбужденных против того дел.
Ганц мог бы сформировать правительство меньшинства, положившись на поддержку партии «Объединённый арабский список», которая рекомендовала ему поступить таким образом. Тем не менее он также обещал этого не делать. Оказавшийся перед дилеммой, он выбрал Нетаньяху, утверждая, что чрезвычайная ситуация, созданная кризисом COVID-19, требует создания правительства национального единства. Этим он и оправдал предательство своих избирателей. Ганц дорого заплатил за такой шаг, поскольку его решение ускорило раскол внутри его партии «Кахоль-лаван»: его давний союзник Яир Лапид увел 18 из 33 членов партии в кнессете в оппозицию.
Дорого пришлось заплатить и Нетаньяху, который подписал соглашение с Ганцем, которое впоследствии было оформлено в закон и предусматривает трехлетний правительственный срок и взаимное право вето на все политические решения. В соответствии с этим якобы обязывающим соглашением Нетаньяху пробудет у власти 18 месяцев, а затем 17 ноября 2021 года передаст бразды правления премьер-министру Ганцу на вторые 18 месяцев.
Пока же Ганц получит должность «альтернативного премьер-министра», которую через полтора года, после ротации, должен будет занять Нетаньяху. У каждого лидера 18 портфелей, хотя Нетаньяху имеет 52 места в своем блоке, а Ганц имеет только 17 (включая два места в сокращенной Рабочей партии). Это распределение создало рискованную ситуацию, в которой у Ганца слишком много портфелей при небольшом числе членов его партии в кнессете, а у Нетаньяху слишком мало.
Структурный дисбаланс между двумя блоками создает внутреннюю напряженность, в рамках которой сторонники правой партии «Ликуд» Нетаньяху могут посчитать целесообразным избавиться от своих «левых» партнеров. Особенно если учесть, что, согласно опросам, правый и религиозный блок может самостоятельно получить большинство в рамках новых выборов.
Эти опросы также нарушают психологический баланс сил в сторону Нетаньяху, поскольку позиции партии Ганца в рамках следующих выборов по меньшей мере сильно сократятся, если не пропадут совсем. Такова традиционная судьба большинства израильских центристских партий. Если Ганц посчитает, что применение своего права вето может привести к краху правительства, он, возможно, не решится прибегать к нему по критически важным вопросам. Из-за такой сдержанности его партия не сможет уравновесить правую повестку дня своих партнеров по коалиции.
Граждане Израиля крайне негативно относятся к этому раздутому правительству, хотя для большинства из них на данный момент оно лучше, чем очередные выборы. В конце концов, они будут судить по результатам. Так, многие уже отметили высокую эффективность Нетаньяху в борьбе с пандемией нового коронавируса: менее 300 граждан страны стали жертвами коронавируса, тогда как в мае новые случаи случае почти не регистрировались. Кроме того, удалось сдержать распространение вируса среди палестинцев на западном берегу реки Иордан и в секторе Газа.
В качестве своих приоритетных задач Нетаньяху и Ганц определили оживление израильской экономики и подготовку к ожидаемой второй волне пандемии. Помимо этих важных направлений, цель создания такого гидроголового правительства непонятна, поскольку у обоих блоков нет четких согласованных принципов. Поскольку у каждой стороны есть право вето, с помощью которого можно заблокировать решения другой, многие острые вопросы, которые сотрясали государственное устройство Израиля при предыдущих возглавляемых Нетаньяху правых правительствах, скорее всего, пока отойдут на второй план.
В частности, независимость судебной власти прежде становилась объектом нападок министров Нетаньяху, которые стремились лишить Верховный суд возможности выступать в качестве противовеса кнессету. Поскольку позиции партии Ганца сильны в министерстве юстиции, законодатели будут менее активнее продвигать эти попытки, если совсем не откажутся от них на какое-то время. Хотя, по всей видимости, от своих нападок на судебную власть не откажутся и правые. Ни следа не осталось от законопроекта, защищающего Нетаньяху от судебного преследования по обвинению в коррупции. Нетаньяху пришлось явиться в суд через неделю после приведения его к присяге на пост премьер-министра.
В вопросах безопасности врожденная осторожность Нетаньяху, вероятно, будет подкреплена контролем Ганца над министерством обороны. Заместитель Ганца Габи Ашкенази будет выполнять обязанности министра иностранных дел до ротации, а после нее — министра обороны. И Ашкенази, и Ганц — бывшие начальники штаба Сил обороны Израиля. Они привнесут опыт и прагматизм израильского оборонного ведомства в кабинет безопасности. Считается, что Ашкенази сыграл ключевую роль в сдерживании Нетаньяху от нанесения превентивного военного удара по ядерным объектам Ирана во время администрации бывшего президента США Барака Обамы.
Этот прагматизм будет иметь критически важное значение, когда дело дойдет до аннексии, единственного политического вопроса, который был записан в руководящем соглашении Нетаньяху и Ганца. Нетаньяху настоял на том, что после 1 июля он имеет право вынести на рассмотрение правительства свои предвыборные обязательства по аннексии долины реки Иордан и всех 131 поселения на Западном берегу, составляющих около 30% палестинской территории.
Более того, в соглашении указывается, что если правительство заблокирует аннексию, Нетаньяху будет иметь право передать рассмотрение этого вопроса непосредственно в кнессет для ускоренного принятия законодательства. Ожидается, что законопроект получит поддержку большинства, даже если фракция Ганца и другие представители оппозиции проголосуют против.
Даже несмотря на попытки Нетаньяху осуществить аннексию, его соглашение с Ганцем требует, чтобы Израиль стремился поддерживать отношения со своими арабскими соседями и международным сообществом, которое неоднократно объявляло аннексию незаконной. Как правительство разрешит эту непростую проблему, остается загадкой.
Угроза аннексии уже вызвала сильные протесты со стороны Иордании, Объединенных Арабских Эмиратов, Лиги арабских государств, Организации Объединенных Наций и ведущих членов Европейского союза. Президент Палестины Махмуд Аббас объявил о прекращении всех соглашений с Израилем, включая координацию в сфере безопасности. Очень уважаемые бывшие руководители служб безопасности «Моссада» и «Шин-Бет» предупреждали об угрозе аннексии для отношений с Иорданией и спокойствия на Западном берегу.
Известно, что Ганц особенно сильно обеспокоен той нагрузкой, которую окажет аннексия Иорданской долины на израильско-иорданский мирный договор и на координацию безопасности с Палестинской администрацией, которая во многом способствовала предотвращению насилия и терроризма на Западном берегу. Тем не менее он поддержал аннексию во время кампании, принял оговорку об аннексии в своем соглашении с Нетаньяху и, как известно, поддерживает хотя бы частичную аннексию поселений, примыкающих к границе Израиля в 1967 году.
Дилемма Ганца нашла выражение в речи Ашкенази, с которой тот выступил при вступлении в должность главы МИД после приведения правительства к присяге. С одной стороны, Ашкенази приветствовал «историческую возможность», представленную мирным планом президента США Дональда Трампа, «сформировать будущее Государства Израиль и его границы на десятилетия вперед». С другой стороны, он пообещал воплощать этот план в жизнь, одновременно «поддерживая все мирные соглашения и стратегические интересы Государства Израиль».
В коалиционном соглашении есть только одно явное условие аннексии: оно должно получить полную поддержку правительства США. Это условие, на фоне приближающихся в США выборов, создает для него определенные трудности. Если Трамп уже дал зеленый свет аннексии в рамках своего видения израильско-палестинского мира, то Джо Байден, предполагаемый кандидат от демократов, выразил свое явное несогласие с ним, назвав его «вредным для мира» и пообещав отменить действия Трампа.
В случае аннексии Израиль неизбежно станет одним из спорных вопросов президентской гонки в США. Верующая часть избирателей Трампа будет приветствовать такое развитие событий. Сторонники Байдена из числа иудеев и прогрессистов будут, по большей части, выступать против. В случае победы Байдена признание аннексии может быть отозвано, что окончательно лишит этот курс Тель-Авива легитимности в глазах международного сообщества.
Если Нетаньяху попытается провести аннексию через кнессет до выборов в США, он вполне может создать большие проблемы во взаимоотношениях Израиля с новым американским президентом. В таком случае Израиль, не получив никаких выгод, станет объектом международного осуждения. Если Нетаньяху не пойдет на аннексию, он столкнется с восстанием внутри собственной партии и резкой критикой со стороны Нафтали Беннетта и Авигдора Либермана, лидеров двух правых партий, которых он оставил не у дел, когда решил пойти на совместное правление с Ганцем.
То, как Нетаньяху и Ганц будут решать такие дилеммы, вероятно, и станет определяющим испытанием для нового израильского правительства, которое всё еще будет находиться в стадии становления тогда, когда, 1 июля, начнется рассматриваться возможность аннексии. Тем не менее те, кто сомневается в его шансах на выживание, должны помнить, что победить Гидру удалось лишь Гераклу.