«Подсвечник»: тихая аллилуйя любви В театре «Сфера» состоялась премьера полузабытой французской комедии Альфреда де Мюссе «Подсвечник» «Подсвечник» – небывалая редкость на русской сцене. Чуть ли не последний раз его ставили в санкт-петербургском Театре им. Ленсовета аж в 1998 г. Автора, французского драматурга, поэта, прозаика XIX в. Альфреда де Мюссе, многие знают по исторической драме «Лоренцаччо» о Лоренцо Медичи, убившем своего брата. К ней обращаются не в пример чаще. Главному режиссеру «Сферы» произведение «Подсвечник» предложила еще около 15 лет назад основатель театра Екатерина Еланская, но воплотился замысел только сейчас. Спектакль традиционен: поставлен строго по тексту, без искажений, костюмы и обстановка (художник Ольга Коршунова, постоянный соавтор режиссера) – условно исторические – не воспроизводят эпоху с музейной точностью, но и не осовременены. Действие сопровождает музыка Шопена и Штрауса. «Сфера» последовательно продолжает традиции русского психологизма и актерской школы Малого театра. С другой стороны, само ее пространство не традиционно. Сцена устроена так, что артисты играют среди зрителей, часто впрямую взаимодействуя с ними: зал возвышается круговым амфитеатром, и действие разворачивается повсюду – и в центре, и в вертикальных лучах-проходах между рядами. Словом, здесь нет так называемой четвертой стены, и публика оказывается как бы внутри событий. Больше таких театров в России нет. Сюжет – проще не бывает! Молодая жена нотариуса тайно встречается с офицером, и, чтобы отвлечь внимание мужа, они назначают одного из юных клерков на роль «подсвечника», т. е. мнимого любовника. Но вдруг выясняется, что он давно в нее влюблен, и этот поворот меняет все. Однако, если присмотреться, простота обманчива. В пьесе заложена двойственность жанра: постепенно водевильная легкость испаряется с поверхности событий, и комедия густеет до лирической драмы. Этот принцип воплощен и в спектакле, так что незамысловатая история оборачивается сперва торжеством театра, актерским пиром со сверкающей праздничной игрой. А затем, через трагический слом, – тихой аллилуйей любви. Эмоциональная амплитуда предельна. Наиболее совершенной по форме пока выходит комическая линия, для драматической еще предстоит выверить интонацию и градус темперамента – он временами расплескивается, ищет свое строгое русло. /Юлия Ласкуринская / Московский драматический театр «Сфера» В английском языке есть емкое понятие subtle, которое трудно перевести одним словом на русский: это одновременно тонкий, острый, искусный, неуловимый, изощренный, ненавязчивый, элегантный и т. д. Именно оно лучше всего описывает комедийный слой спектакля. Сам по себе текст остроумный и смешной, но режиссер насыщает действие иронией не столько за счет «заготовленного» автором юмора, сколько с помощью игры, верно найденного стиля. В центре событий – блистательное трио. Евгения Казарина (ведущая актриса театра, на счету которой роли Нины в «Старшем сыне», Тафаевой в «Обыкновенной истории», Аксюши в «Лесе» и др.) играет Жаклину так, что невольно вспоминаешь великую русскую актрису XX в. Алису Коонен, про которую говорили, что в ней «сто детей и сто чертей». Принцесса и разбойница одновременно. В каждом слове и жесте – два слоя чувств, борьба которых высекает юмор. Только любовь сделает ее «целой», излечит от привычки притворяться, и тогда подтекст соединится с тем, что на виду. Пластический рисунок отточен, как танец, и своей выпуклой выразительностью напоминает шедевры немого кино. Любовник Клаврош (Анатолий Смиранин, известный по фильмам «Две судьбы», «Я не вернусь», в «Сфере» играет Бусыгина в «Старшем сыне», лорда Генри в «Портрете Дориана Грея», Билла Старбака в «Продавце дождя» и др.) очаровательно смешон в своем преувеличенном чувстве собственного достоинства. Актер добавляет герою и комичности, и человеческого объема, расставляя неожиданные паузы посреди монолитных фраз: «усталый... от маневров!» (ясно, что от прочих любовных похождений), «позвольте!.. узнать, как вас зовут?» (прикрывает возмущение от увиденного дежурной фразой) и так без конца. Павел Гребенников (Чередниченко в спектакле «Раскас», Восмибратов в «Лесе», Бэзил в «Портрете Дориана Грея» и др.), исполнитель роли дважды обманутого мужа мэтра Андрэ, играет человека без второго плана, доверчивого жизнерадостного простофилю, и держит жанр тотальной слиянностью внутреннего и внешнего. Сперва в мире, развернувшемся на сцене, безраздельно властвует игра, пленяющая озорством и блеском. Но с появлением «подсвечника» Фортунио краски тускнеют. Он приходит как утро после безумной карнавальной ночи. То, что выглядело праздником, оказывается подлостью и фальшью. Невероятно, но тот, кто был лишь игрушкой в веселом маскараде, сам срывает маски и обнажает душу – не только свою, но и той, кого любит. К слову, для Никиты Вашакидзе, студента Театрального института им. М. Щепкина, роль Фортунио – дебют. Хотя поверить в это трудно, особенно когда в финальной сцене они с Жаклиной долго смотрят друг на друга, безмолвно объясняясь в любви. Можно подумать, что сегодня не время для легких историй, озорных комедий о любви. Однако стоит вспомнить: «Подсвечник» на русской сцене появлялся редко, но пьесу все-таки ставили, в том числе, например, в блокадном Ленинграде в 1943 г. Стало быть, нужна – и тогда, и теперь, потому как человеку необходимы радость и напоминание о том, что есть та, которая «никогда не перестанет».