Как антиквары стали современными В Гран-пале прошла 31-я Парижская биеннале, одно из главных антикварных событий в мире Ярмарка La Biennale Paris, многим памятная как роскошная Биеннале антикваров, переживает не лучшие времена. Начиная с переломного 2016-го, когда смотр сменил название и формат (стал ежегодным в погоне за разраставшейся ярмаркой – конкурентом Tefaf), ее продолжают сотрясать скандалы, а количество участников ежегодно падает. Три года назад их было 125, а в этом году цифра сжалась до 75. Проблемы и козыри Причин прохлады в отношениях международных дилеров с биеннале как минимум несколько. Это и распри внутри организатора ярмарки – Национального синдиката антикваров (SNA), и начавшиеся прямо перед открытием в том же 2016-м уголовные дела по продаже фейковой мебели музеям Версаля на сумму 2,7 млн евро в отношении нескольких видных маршанов с последующим их изгнанием. И уход с биеннале обиженных синдикатом ювелирных и часовых брендов, привлекавших толпы любителей французского l’art de vivre, в особенности из Азии. И конечно, динамичное развитие ярмарок-конкурентов: маастрихтской Tefaf, начавшей проводить целые две ярмарки в Нью-Йорке, лондонской Frieze Masters и появившейся два года назад и проходящей на родине биеннале Fine Arts Paris в ноябре. Впрочем, даже такой букет сложностей не снизил качества произведений, которые удалось собрать на биеннале в этом сезоне, как и уровня престижа мероприятия в целом. «Несмотря ни на что, биеннале остается престижной ярмаркой, на которую стекаются важные коллекционеры и музейщики со всего света. И мы по-прежнему приберегаем наши лучшие поступления именно для нее», – рассказал «Ведомостям» Бенжамен Стайнец, управляющий хорошо известной и в России галереи Steinitz. С ним солидарна и совладелица одной из старейших парижских галерей, Brame & Lorenceau, Сильви Брам: «У смотра есть великая история и Гран-пале – два больших козыря!» Вторжение современности Немалая заслуга в поддержании смотра на плаву принадлежит возглавившему SNA и биеннале в 2017-м Матиасу Ари Жану, молодому маршану прогрессивных взглядов, почти политику, ставшему здесь и практически антикризисным менеджером. Он мастерски нивелирует претензии всех сторон и старается адаптировать ярмарку к новым международным канонам. «Я все-таки дилер нового поколения, мне близка современность, и я считаю, что она должна присутствовать в той или иной степени и на исторических антикварных событиях. Кроме того, одна из основных наших целей сегодня – полная прозрачность и открытость, которой долгие годы не хватало антикварному рынку», – говорит Ари Жан. Современность ворвалась в ряды старого искусства здесь в том же 2017-м и продолжает вполне элегантно присутствовать и сейчас: доля дилеров, работающих с современным искусством и дизайном, не превышает 5% от общего числа экспонентов, но включает, например, таких крупных игроков рынка, как парижские Opera Gallery с филиалами в девяти странах мира, и работающая с дизайном Carpenters Workshop Gallery с представительствами в Лондоне, Нью-Йорке и Сан-Франциско. Что касается прозрачности, то практически все участники выставили такого уровня этикетаж, что читать его можно часами, не говоря о том, что цены называются всем интересующимся мгновенно. Из главных нововведений этого сезона – смена дат проведения ярмарки и сокращение дней работы с десяти до пяти (13–17 сентября). Такое устройство, по мнению организаторов, еще лучше впишет биеннале в международный ярмарочный контекст и упростит работу галеристов. Изменилась и концепция традиционного выставочного проекта биеннале. Если в предыдущие годы тематические экспозиции здесь представляли музеи (среди них был и Государственный Эрмитаж) и крупные частные коллекционеры, то сегодня гостем смотра впервые стало государство – Бахрейн. Выставке современных художников королевства отдано огромное пространство сразу напротив входной зоны. Еще одно новшество, ставшее следствием снижения количества участников, – это, собственно, сама планировка застройки ярмарки. Бело-фисташковый «город», спроектированный мастерами Stabilo и декорированный знаменитым дизайнером интерьеров Винсентом Дарре, теперь буквально наполнен воздухом: широкие аллеи и большие открытые стенды позволяют участникам делать полноценные выставки, а зрителям вольготно перемещаться по территории. Но, конечно, главным здесь остается искусство и те самые «приготовленные для биеннале» вещи, что сделают честь любой музейной коллекции. /Florent Drillon /La Biennale Paris 2019 Цены на классиков Galerie Alexis Pentcheff привезла «Женщину в кресле» Матисса (3,8 млн евро), более 60 лет выставлявшуюся на правах аренды в Институте искусств Чикаго. Galerie Florence de Voldere – недавно найденную версию работы Питера Брейгеля Младшего «Крестьянский танец» (2,7 млн евро). А базельская Galerie Dreyfus – целое созвездие громких имен и произведений, включающее «Двух детей» раннего фигуративного Сезанна (750 000 евро), очаровательную «Девочку с цветами в подоле» Дега (1,5 млн евро) и кубистскую композицию с фруктами и стаканом Хуана Гриса (3,5 млн евро). Helene Bailly Gallery выставила крупный натюрморт Ренуара (2 млн евро), Galerie von Vertes, следуя за недавними большими выставками в Брюсселе и Ливерпуле, – картину Фернана Леже «Четыре бабочки и насекомое» за 1,4 млн евро, Opera Gallery – монохромную абстракцию Пьера Сулажа (3,9 млн евро), 99-летнего живого классика, чья ретроспектива стартует в декабре в парижском Лувре. Русский вкус Первые воодушевляющие красные точки, знаменующие продажи, появились на стендах галерей еще во время торжественного закрытого ужина в Гран-пале. Уже несколько десятилетий он предшествует дню официального VIP-превью, где и совершаются основные продажи и где в этом году плотные ряды коллекционеров создавали настоящий трафик даже на широких аллеях. Часто слышна была и русская речь, ну а дилеры, в свою очередь, не забывали и о национальных пристрастиях своих русских клиентов. Так, среди декоративно-прикладной избыточности в Steinitz можно было разыскать роскошную бронзовую люстру с хрустальными подвесками (385 000 евро), сделанную теми же петербургскими мастерами, что поставляли декор в царскую резиденцию в Павловске. Galerie von Vertes в экспозицию с европейским модернизмом включила и русских его представителей – Сержа Полякова, Алексея Явленского и стремительно растущего в ценах Никола де Сталя: за его абстрактное полотно просят 1,3 млн евро. Рисунки Шагала россыпью пестрели на добром десятке стендов с вариативными ценами от 70 000 до 500 000 евро. Но настоящий «праздник русскости» царил на стенде Kunstberatung Zurich AG. Это первая галерея с русскими корнями, допущенная к участию в биеннале за всю ее историю. И хотя она успешно маскируется под европейскую подборкой старых мастеров, своеобразную дань родине сетом Малевича и Кандинского, занявшим половину экспозиции, отдала и она. Париж