Россия стала страной номер один по инвестициям в Иран Второе место занял Афганистан По итогам 2022 финансового года в Иране, завершившегося 22 марта, Россия стала лидером по инвестициям в эту страну: в денежном выражении они составили $2,76 млрд. Это почти 2/3 от всех иностранных инвестиций в иранскую экономику ($4,18 млрд). Об этом Financial Times 23 марта заявил министр финансов Ирана Эхсан Хандузи. По сравнению с 2021 финансовым годом иностранные инвестиции в страну выросли почти в 4 раза. В прошлом отчетном периоде, согласно данным Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), они достигали лишь $1,425 млрд. О том, что Москва – самый крупный инвестор в иранскую экономику, еще в январе 2023 г. заявлял замминистра экономики Ирана Али Фекри. По его словам, с августа 2021 г., когда к власти пришло правительство президента Ибрагима Раиси, Россия сделала самый большой объем инвестиций в Иран. В середине июля 2022 г. Национальная иранская нефтяная компания (NIOC) и российский «Газпром» подписали меморандум об энергетическом сотрудничестве на сумму порядка $40 млрд. В ноябре 2022 г. министр нефти Ирана Джавад Оуджи заявил, что на тот момент российские компании и инвесторы заключили контракты с Ираном на разработку нефтяных и газовых месторождений на сумму $4,5 млрд, а некоторые проекты реализованы на 7–35%. Кроме того, по словам Хандузи, в январе 2023 г. представители центральных банков России и Ирана подписали соглашение об упрощении финансовых и банковских операций. На 2-м месте по инвестициям в иранскую экономику в 2022 г. Афганистан, находящийся под контролем движения «Талибан» (запрещено в России). Он, по словам Хандузи, вложил в иранскую экономику почти в 10 раз меньше, чем Россия, – $256 млн. В то же время он является иностранным инвестором, вложившимся в наибольшее количество проектов – 59 (Россия вложилась лишь в три). Как пояснил «Ведомостям» научный сотрудник ИВ РАН Омар Нессар, речь, скорее всего, идет об инвестициях бизнесменов с афганским гражданством и это никак не связано с режимом талибов. На 3-м месте расположился Ирак с $223 млн инвестиций (14 проектов), на 4-м – иранские экспатрианты, $220 млн (24 проекта – больше всех). Замыкает пятерку лидеров ОАЭ с $177 млн (16 проектов). В какие конкретно проекты вкладываются зарубежные инвесторы, в том числе Россия, Хандузи не уточнил. «Мы определяем наши отношения с Россией как стратегические. Китай и Россия – два наших ключевых экономических партнера, и Иран намерен расширять отношения с ними через реализацию стратегических соглашений», – сказал иранский министр. В то же время Китай, выступающий, по утверждениям СМИ, крупнейшим покупателем подсанкционной иранской нефти через серые схемы, оказался лишь на 6-м месте по открытым инвестициям – $131 млн и вложился в аналогичное с Ираком число проектов – 14. С Китаем Иран в марте 2021 г. подписал соглашение о стратегическом сотрудничестве сроком на 25 лет. Детали соглашения тогда не обнародовались. Но, как писала тогда The New York Times, в течение 25 лет Пекин намеревался вложить в иранскую экономику $400 млрд. В случае с Китаем нередко складывается ситуация, когда реальные инвестиции в зарубежные страны не соответствуют декларируемым, отмечает профессор СПбГУ Яна Лексютина. Во время крупных форумов или госвизитов Пекином декларируются планы масштабного инвестирования или помощи развивающимся странам, а спустя несколько лет оказывается, что реальные масштабы кратно меньше обещанных. «В последние годы Китай стал очень осторожен при инвестировании и даже кредитовании развивающихся государств, очень внимательно отслеживает все потенциальные риски, стремясь их минимизировать. В случае с Ираном такие риски связаны с тем, что страна подсанкционная», – поясняет Лексютина. По мнению эксперта по фондовому рынку «БКС мир инвестиций» Валерия Емельянова, хоть Россия и заняла с $2,76 млрд 1-е место, это «очень мало для стран такого большого размера». Эти вложения скорее политически мотивированы общей антиамериканской позицией властей двух стран, которые находятся под жесткими западными санкциями, считает Емельянов. Эксперт полагает, что структура экономики Ирана напоминает «поздний СССР», где в значительной степени развивается тяжелая промышленность и сырьевой сектор, но, в отличие от СССР, большинство людей заняты в сфере услуг и распределения благ. Среди перспективных направлений российских инвестиций в страну Емельянов отмечает неплохо развитую в Иране цифровую отрасль и коммуникации. «Логично, если основные инвестиции будут направлены туда, где у россиян больше опыта и экспертизы: добычу минерального сырья, транспортировку углеводородов, разработку софта», – говорит Емельянов. Профессор НИУ ВШЭ Ренат Карамурзов указывает, что, согласно данным МВФ с 2012 г., лишь в 2012–2013 и 2016–2017 гг. общий объем всех прямых иностранных инвестиций в Иран превосходил сумму российских в $2,76 млрд в прошлом финансовом году. Возможно, речь идет о беспрецедентном явлении, но, чтобы подтвердить тенденцию роста российских инвестиций в Иран, надо дождаться статистики за 2023 г., говорит эксперт. По его словам, одним из важнейших объектов в Иране, интересных для России, является транспортный коридор Север – Юг.