Наш враг – не ислам, а глобалистская повестка Примером успешного взаимодействия с исламом служит Россия, а не США Принципиально критическое отношение к исламу, похоже, является неотъемлемым элементом патриотической оппозиции во всех европейских странах. Голландская Партия свободы выросла благодаря тому, что ее лидер Геерт Вилдерс критиковал ислам. В Германии партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) формулирует в основной программе: «Ислам – не часть Германии». Лидер партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен, комментируя массовые молитвы мусульман на улицах городов Франции, вспоминала о немецкой оккупации во время Второй мировой войны. Лидер «Шведских демократов» Джимми Акессон с гордостью назвал свою партию «антиисламской». Этот список можно было бы продолжать до бесконечности. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что за этой позицией скрываются две разные, даже противоположные точки зрения. Одна направлена против ислама как такового, а не против его пришествия в Европу. Они обвиняют эту религию в отсталости и бесчеловечности. Согласно их точке зрения, исламские ценности несовместимы с универсальными, такими как права человека, права женщин, секуляризм. Они часто цитируют стихи Корана, чтобы доказать, что ислам по своей сути плохой и устаревший. Я называю это «критикой ислама». Такую позицию, например, представляет Ханс-Олаф Хенкель, бывший вице-секретарь партии АдГ, покинувший ее в 2015 г. Хенкель всегда обращал внимание на нарушения прав человека в исламских странах, но редко рассматривал ислам в Германии как проблему. Его больше беспокоил ислам в Иране. Хенкель рассматривал проблему только с точки зрения прав человека в глобальном масштабе. Будучи старшим советником Bank of America, Хенкель представлял интересы глобализма, крупных инвесторов и, конечно же, интересы США. Для него ислам был проблематичен только в той мере, в какой он препятствовал инвестиционным возможностям. Другая точка зрения, которую я называю «критикой исламизации», направлена только против присутствия этой религии в Европе, что на самом деле в корне меняет дело. Да, это правда, что ислам во многих отношениях несовместим с нашими ценностями и нашим образом жизни. Но это лишь показывает, что причина трудностей с ассимиляцией ислама в Германии кроется в его культурной инаковости. Он не является плохим, бесчеловечным или отсталым. Сторонники «критики исламизации» уважают ислам в его исторических границах и не хотят изменить основы веры в Иране или Чечне. Этот подход лишь констатирует, что эта культура, одна из великих в мире, чужда Европе. Что само собой разумеется, поскольку ислам не оставил своей печати на истории Европы в целом. Когда вы приходите в музей европейского искусства, вам не нужно ничего знать об исламе, чтобы понять экспонаты, но вы должны быть знакомы с Библией. «Критика исламизации» – это и есть лозунг «Ислам – не часть Германии», который провозглашает АдГ. Ислам имеет право на существование, у него есть родина, которая просто находится за пределами Европы. Для такого подхода типично настаивать, чтобы учительница в твоей стране не носила на голове платок, – но не вмешиваться во внутренние дела других стран. Эту позицию также разделяют Австрийская партия свободы (FPÖ) и французское «Национальное объединение». С другой стороны, «критика ислама» доминирует, например, в партии «Шведские демократы» и в голландской Партии свободы. Тем не менее в каждой европейской правой партии представлены оба течения, которые борются за доминирование. «Критика ислама» сочетается с глобалистской повесткой, а «критика исламизации» носит строго антиглобалистский характер. Для глобалистов ислам всего лишь инструмент разрушения культурной однородности исторически сложившихся национальных государств в Европе, чтобы превратить наши страны в бесформенные мультикультурные общества по примеру США. Глобалисты хотят изменить ислам и распространить его по всему миру в его глобализированной форме. Им нужен новый, мультикультурный, политкорректный ислам западных ценностей. Именно на эти цели в основном направлены их критические высказывания. А «критика исламизации» противостоит этой идее и защищает не только христианскую Европу от исламизации, но и косвенно – ислам от вестернизации. «Критика исламизации» вполне соответствует концепции многополярного мироустройства. О многом говорит тот факт, что «Шведские демократы», обвиняя Турцию в блокировании приема Швеции в НАТО, критикуют страну-оппонента именно как носителя исламских ценностей. Фанатичный противник ислама Расмус Палудан заявляет, что он будет сжигать Коран перед посольством Турции в Копенгагене каждую пятницу, пока Швецию не примут в НАТО. Круг замыкается. Это понимание приводит к выводу, что мы должны бороться с глобалистской мультикультурной повесткой, а не с исламом. Ислам – не враг; врагом следует признать глобалистскую элиту, которая проводит политику замены наций мультикультурными обществами. На этом фоне возникает вопрос, как быть с мусульманами в Европе. Присутствие растущего исламского меньшинства является результатом ошибочной миграционной политики начиная с 1960-х гг. Хотя не исключено, что в будущем может сложиться немецкая версия ислама, но на это потребуется много времени. Невозможно прийти к этому одним нажатием кнопки. Разумная политика должна открывать пути для того, чтобы иммигрант мог стать «немцем» через принятие местной культуры и адаптацию к местному образу жизни – и при этом остаться мусульманином. Примером для подражания во взаимодействии с исламом может служить Россия, а не США. Исламский мир – наш общий сосед. Немцы и русские активно изучают исламскую культуру, о чем свидетельствует высокий уровень немецкого и российского востоковедения. За свою историю Россия приобрела большой опыт общения с исламом. Россия выработала свой подход к исламу, антиглобалистский, уважительный и который при этом не отрицает доминирование в стране христианской культуры. Исторически сложилось, что ислам является частью великого российского сообщества наций и нашел свое место в России. Точно так же Западная Европа должна найти способ интегрировать мусульман таким образом, чтобы они не оставались чужаками. Нам нужен новый европейский ислам, антиглобалистский, который будет мирно существовать как меньшинство и уважать культурный суверенитет христианства в Европе.