Гендиректор Hotel Lutetia: «За четыре года, что мы были закрыты, предложение люксовых отелей в Париже увеличилось на 80%» Жан-Люк Кусти рассказывает, как меняется гостиничная индустрия Парижа и что предложит гостям его отель, открывшийся после реконструкции стоимостью 200 млн евро За последнее десятилетие сегмент люксовых отелей в Париже радикально изменился: во французской столице появились роскошные гостиницы азиатских сетей Mandarin Oriental и Peninsula, пришел прославившийся в Женеве бренд La Reserve, открылись после реконструкций стоимостью сотни миллионов евро знаменитые Ritz Paris и Hôtel de Crillon. Последняя в череде обновленных люксовых гостиниц Парижа – Lutetia, которая начала принимать гостей летом 2018 г. после перестройки, продолжавшейся четыре года и обошедшейся в 200 млн евро. Lutetia входила в группу Concord Hotels (наряду с Hôtel de Crillon и Hôtel du Louvre в Париже, Hôtel Martinez в Каннах и др.), принадлежавшую семье производителей шампанского Taittinger. Наследники не смогли договориться о том, как руководить разросшейся группой, и все активы – и шампанское, и отели – пришлось продать по частям разным владельцам. Новые владельцы Lutetia – израильская девелоперская группа Alrov – решили превратить сумрачный четырехзвездочный отель в залитый солнцем пятизвездочный, который сможет претендовать на высшую категорию гостиниц во Франции – Palace (в Париже 11 таких отелей). И бюро архитектора Жан-Мишеля Вильмота отлично справилось с задачей: теперь Lutetia – гостиница, в которой все пронизано светом: окна предусмотрены даже для бассейна, оборудованного в цокольном этаже. Маленькая, но важная для постояльцев деталь: абсолютно во всех номерах отеля (а не только в люксах) есть внутренние двери, отделяющие спальню от прихожей и ванной – либо распашные, либо сдвижные. Межкомнатные двери сделаны, чтобы обеспечить дополнительную тишину и приватность гостям, а сдвижные или распашные – чтобы облегчить и ускорить работу уборщиц. По этой же причине все кровати в отеле – с сервоприводами: при нажатии на секретную кнопку они поднимаются, и можно пылесосить, не сгибаясь в три погибели. Ведь «уборщица – это самая героическая профессия в отеле», уверен генеральный директор Lutetia Жан-Люк Кусти. Кусти – ветеран Lutetia: он руководил этим отелем, еще когда он принадлежал семье Тэттанже, а после того как Lutetia закрылась на реконструкцию, уехал в Биарриц, чтобы возглавить Hôtel du Palais (единственный Palace на атлантическом побережье Франции). Но по предложению новых владельцев Lutetia в июле 2017 г. Кусти вернулся в Париж с задачей вывести ее в число лучших гостиниц французской столицы. «Для меня сложнее было стать президентом Taittinger, чем президентом Франции» Пьер-Эмманюэль Тэттанже рассказывает, как он вернул бизнес по производству шампанского Taittinger в семью, почему выдвигался в президенты Франции и за что хотел бы поблагодарить Владимира Путина – Среди вопросов, которые я собирался вам задать, был и такой: сохранились ли у вас отношения с семьей Пьер-Эмманюэля Тэттанже, которая в 2007 г. выкупила фамильную марку шампанского? Но в своем номере я обнаружил шампанское Taittinger, и не простое, а etxra-brut урожая 2008 г., сделанное специально для вашего отеля. Поздравляю – высокий класс! – Спасибо! Да, исторические связи у нас сохранились. Например, наш директор по продажам, ответственная за российский рынок, ездила на чемпионат мира в Россию, приглашала клиентов в лаунж Taittinger, который был организован в Москве во время ЧМ (Taittinger – официальное шампанское FIFA. – «Ведомости»). Нам нужно объяснять россиянам, чем выделяется левый берег Сены, – они не очень хорошо это знают. – Вы были гендиректором Hôtel Lutetia на протяжении 10 лет, до 2014 г., затем уехали в Биарриц и вернулись в Lutetia в июле 2017 г. Это так и предполагалось – что вы вернетесь, чтобы открыть обновленный отель, – или получилось случайно? – Отель был закрыт в апреле 2014 г., я оставался в нем еще год – следить, чтобы закрытие прошло гладко и все вопросы, в том числе и социальные, были решены. Затем я нашел работу в Биаррице и на протяжении двух с лишним лет возглавлял Hôtel du Palais. Ну а потом по сути это был новый наем на работу: я встречался с тогдашним президентом компании, мы обсуждали мои задачи. Потому что тогда в моей карьере не было опыта открытия нового отеля. Возможно, другой кандидат понравился бы больше. Но, с другой стороны, нужен был кандидат, который знает дух Lutetia и квартала, знает клиентов-парижан, которые приходили сюда постоянно, и клиентов из других городов и стран. – До перестройки главными клиентами вашего отеля были французы? – Нет, американцы – 33%. Затем – французы и латиноамериканцы, в первую очередь бразильцы. После реновации доля американцев выросла до 50%, и также выросла доля латиноамериканцев, которые очень хорошо знают левый берег. Французы – 8–9%. Портрет клиентов остался похожим, хотя из-за того, что у нас появились спа и бассейн, теперь больше клиентов приезжают на отдых и меньше – на семинары. Мы были четырехзвездочным отелем, теперь мы сертифицированный пятизвездочный отель и претендуем на то, чтобы получить категорию Palace. Смотреть / 14 фото – Как отелю присваивается эта категория? – Новый отель, претендующий на категорию Palace, должен проработать год. В нашем случае, так как Lutetia открылась после реновации, – полгода. После чего отель заполняет анкету, где отражается большое количество показателей: в нем должно быть не меньше 2,3 сотрудника на номер, должны быть бассейн, спа и проч. Плюс отель должен удовлетворять большому количеству нематериальных критериев – история, атмосфера и проч. Комиссия по аттестации на категорию Palace создана по инициативе Atout France [подразделения МИД Франции, ответственного за развитие туризма], но состоит не только из отельеров, но также архитекторов, представителей мира культуры и искусства. Так как отели категории Palace – в первую очередь про то, какое впечатление они оставляют у клиентов, а не про собственно гостиничный бизнес. Члены комиссии посещают отель дважды, персонал отеля проводит презентацию, после чего комиссия голосует, соответствует ли отель уровню Palace. – Платить за это надо? – Ни в коем случае! Отель получает знак Palace на пять лет, после чего «экзамен» нужно пересдавать заново. – Вы возглавили Hôtel Lutetia в июле 2017 г. Какой это был этап реконструкции? – К счастью, я присоединился на том этапе, когда можно было влиять и на архитектуру, и на формирование команды. Понятно, что архитектора и дизайн здания выбирали его владельцы. Но у нас были регулярные встречи, где мы проверяли, что план и утвержденные элементы соответствуют нашим ожиданиям. Был организован конкурс, в котором приняли участие пять архитектурных бюро из Парижа. [Парижские бюро –] это было принципиально, поскольку архитекторы должны были точно понимать контекст и ауру района. Выиграл проект бюро Жан-Мишеля Вильмота, который предложил две важные вещи: наполнить отель светом, в том числе и создав патио, и выделить исторические элементы отеля в общественных зонах. – Вы наняли много ветеранов, которые работали с вами в Lutetia ранее? – Из чуть более 400 сотрудников отеля 25% – те, кто работали в нем до реконструкции, во всех департаментах. Это позволило нам сохранить дух места, хотя мы теперь предлагаем другой продукт. Я, естественно, знал, как будет выглядеть обновленная Lutetia, но для тех старых сотрудников отеля, кто не видел эскизов и вышел на работу в уже перестроенный отель, это был шок. Естественно, позитивный. – Стоимость реконструкции Lutetia действительно составила 200 млн евро, при том что изначальная смета была 110 млн? – Да. Изначально предполагалось, что реконструкция займет три года. Но она растянулась на четыре. В том числе и потому, что мы приняли решение восстановить фрески в отеле и исторические элементы фасада, которые со временем были утрачены. – После реконструкции число номеров в Lutetia значительно уменьшилось – с 233 до 184. Это нечастый случай в гостиничной индустрии, ведь количество номеров в отеле – один из главных критериев его стоимости. Почему новый владелец Lutetia, компания Alrov, решилась на такой шаг? – В случае Lutetia владелец здания гостиницы также и управляет ею. Для владельца это долгосрочные инвестиции и его цель – войти в топ-10 [парижских отелей]. Для этого было принято решение перестроить общественные зоны, увеличить площадь номеров, уменьшив их количество. Да, у нас меньше комнат, но мы продаем их дороже. – Lutetia входит в маленькую сеть отелей под названием The Set, в ней также Royal Café Hotel в Лондоне и The Conservatorium в Амстердаме. Что это за сеть? – Пока это маленькая группа, состоящая из трех отелей, но идея – превратить ее в сеть из 10–12 люксовых отелей. Которые будут располагаться в центрах городов, в исторических зданиях, но в которых будут оборудованы современные гостиницы. Например, в Париже Ritz остался Ritz даже после масштабной реконструкции: да, в этом столетнем отеле появились новые технологии, но в атмосфере там ничего не изменилось. Мы создаем отели, открытые местному сообществу, в бары и рестораны которых приходят не только туристы, но и жители Парижа, Лондона, Амстердама. На логотипе The Set – семь инструментов искусств: кисть художника, резец скульптура, перо писателя и проч. И у нас нет никакой стандартизации: каждый отель индивидуален. Lutetia была отелем изначально, а вот здания Royal Café Hotel в Лондоне и The Conservatorium в Амстердаме отелями не были. – Lutetia – исторический отель, историческое здание. Что для вас было самым сложным в процессе реновации и открытия? – Сохранить «патину», но создать для гостей современный уровень комфорта. Мы сохранили предметы искусства, но совсем немного мебели, потому что основная ее часть была 70-90-х гг. ХХ в. и никакой ценности не представляла. Дело в том, что в Париже в 70-е гг. классическая деревянная мебель в отелях была массово заменена на ультрасовременную для того времени. А старая деревянная была продана в булочные, которые использовали традиционные дровяные печи. «Единственный исторический предмет, который мы оставили, – хрустальная люстра Baccarat» Генеральный менеджер Hotel Martinez Алессандро Креста рассказывает, что изменилось в отеле после реконструкции и почему ему было решено вернуть историческое имя – Подавляющее большинство люксовых отелей Парижа – на правом берегу Сены, Lutetia – на левом. В чем плюсы и минусы вашего географического положения? – Мы единственный большой пятизвездочный отель на левом берегу. Никаких минусов я не вижу – только плюсы. Я работаю в этом районе уже больше 20 лет и могу сказать, что за последние годы он очень изменился в лучшую сторону. Когда вы приезжаете в Париж в первый раз, то, скорее всего, остановитесь рядом с Елисейскими полями или оперой. Но когда вы приезжаете уже не в первый раз, то ищете район более спокойный, но в то же время живой. На левом берегу за последние годы появилось много бутиков знаменитых марок, но в то же время сохранились милые магазинчики, симпатичные бистро. – Объявлено, что в вашем отеле будет ресторан La Brasserie Lutetia трехзвездочного шефа из Ниццы Жерара Посседа. Когда он откроется? – В конце января. Это будет ресторан средиземноморской кухни в концепте брассри, то есть открытый семь дней в неделю с утра до вечера, куда можно будет просто зайти съесть устриц или тартар. К нашим ресторанам – что La Brasserie, что Le Saint Germain – у нас отличный от других гранд-отелей Парижа подход: мы не ищем мишленовских звезд (хотя если получим, будет хорошо), но хотим предложить нашим гостям интересный опыт по доступным ценам. Хотя понятно, что цены у нас все равно будут выше, чем в бистро на углу. – Lutetia открылась 12 июля, но тогда еще не все этажи были готовы, не все сервисы функционировали. Очевидно именно из-за этого некоторые гости вашего отеля ставили Lutetia на booking.com (а это серьезный ресурс) невысокие баллы, в результате к концу сентября средний балл у Lutetia был всего 7,3, к началу января он вырос до 8,3, что все равно очень низко для отеля с вашим позиционированием и вашими ценами. Как вы собираетесь исправлять ситуацию? – Новому отелю, как и новому автомобилю, требуется обкатка. И время, чтобы коллектив из 400 человек стал настоящей командой. Перед открытием мы тестировали оборудование во всех номерах, но все равно должно пройти какое-то время, чтобы все заработало идеально. Думаю, что большая часть негативных комментариев была связана именно с этим. Вы видите, что позитивных комментариев становится все больше и средний балл растет. И продолжит расти – мы прилагаем для этого все усилия. – Открытие Lutetia приближает окончание большого цикла обновления люксовых парижских отелей – перед вами вновь начали принимать гостей Ritz и Crillon, в начале 2019 г. должен открыться Hôtel de Louvre. То есть конкуренция растет. На рынке хватит места для всех люксовых отелей? И как вы в целом оцениваете перспективы Парижа как туристического направления и его гостиничной индустрии? – Хорошая новость в том, что туристическая и гостиничная активность в городе восстановилась [после терактов 2015 г.]. Преимущество [люксовых] отелей Парижа в том, что они все разные. А у нас – уникальное позиционирование на левом берегу Сены. Но за те четыре года, что мы были закрыты, предложение люксовых отелей в Париже увеличилось на 80%. И готовятся к открытию отели Cheval Blanc, Bulgari и еще несколько других. То есть предложение вырастет на 100% по сравнению с тем, что было 10–15 лет назад. При этом качество парижских люксовых отелей – очень гомогенное по сравнению, например, с люксовыми отелями Лондона, где уровень будет очень различаться. Хотя в центре Парижа активнее всего развиваются отели класса люкс и бутик-отели, в целом город – это направление трех- и четырехзвездочных отелей. И в Версале гостиничная индустрия растет очень активно, поскольку Версаль превращается в крупнейший конгресс-центр в Европе. Сам Париж продолжает развиваться как туристическое направление, причем для людей с самыми разными интересами. Город будет принимать Кубок мира по регби [в 2023 г.] и Олимпийские игры [в 2024 г.], большую активность ведут фонды [Франсуа] Пино и LVMH, будет реставрирован Гран Пале… Что, безусловно, нам помогает и наполняет меня уверенностью в хороших перспективах нашей индустрии. – А что касается люксовых апартаментов в Париже – они вам конкуренты? – Да, предложение в этом сегменте тоже очень выросло. Но, на мой взгляд, там все же другая клиентура. Потому что там вы не найдете атмосферу, которую можем обеспечить мы – в барах, в ресторанах, в спа. Так что у нас, я думаю, всегда будет преимущество по сравнению с этим типом размещения. – На ваш взгляд, каковы главные вызовы для Парижа как туристического направления? – Безопасность. Которая должна улучшаться как минимум такими же темпами, как туристическое предложение и посещаемость города. – Почему вы выбрали гостиничный бизнес для карьеры? – Большой частью моей жизни всегда была гастрономия. Я с юга-запада Франции и окончил гостиничную школу в Бордо (гостиничные школы во Франции готовят в том числе и специалистов для ресторанного бизнеса. – «Ведомости). Где открыл для себя самые широкие перспективы в гостиничной индустрии, хотя карьеру там строить дольше, чем в ресторанном бизнесе. Ну а в то время люксовые гостиницы во Франции концентрировались в Париже и на Лазурном Берегу. Так я [35 лет назад] оказался в Париже. Сегодня, когда я генеральный директор отеля, я занимаюсь самым широким кругом вопросов, что делает мою жизнь очень разнообразной и интересной.