Афганистан возвращается к ситуации, существовавшей до 2001 года Похоже, история государства пошла по кругу В Афганистане открылся новый фронт. В дополнение к таджикскому Фронту национального сопротивления, активизировавшемуся в Панджшере, против талибов (организации, запрещенной в России) восстали хазарейцы. Причиной восстания стало отстранение моулави (по-арабски – толкователь канонов шариата) Мехди Муджахида – единственного талибского командира-хазарейца – от должности начальника разведки провинции Бамиан. Конфликт талибов с шиитами-хазарейцами был неизбежен: талибы, ревнители чистоты суннитского ислама, не признают шиитов полноценными и равноправными гражданами. Кроме того, хазарейцы воевали с талибами еще в 1990-х и были одной из ведущих сил антиталибской коалиции, помогавшей американцам свергнуть режим талибов в 2001 г. Мехди Муджахид, молодой хазарейский командир, во времена прозападного правления конфликтовал с видными хазарейскими лидерами. В 2019 г. он пытался взять под контроль угольные шахты Сари-Пуля и, потерпев неудачу, перешел на сторону Талибана. После победы талибов он стал единственным хазарейцем, получившим должность от нового правительства, хотя она и не была особенно значимой. В мае – начале июня текущего года кабульский режим начал смещать талибских командиров непуштунских национальностей (узбеков, таджиков и др.), и неудивительно, что Мехди Муджахид попал под раздачу одним из первых. Скорее всего, талибы опасаются, что командиры из числа национальных меньшинств перейдут на сторону усиливающегося антиталибского Сопротивления, тем более что такие случаи уже имели место. Мехди отказался подчиниться, и его отряды начали бои с талибами в уезде Балхаб, где они базировались. Кабульское правительство и мятежник Мехди заявляют о своих успехах на поле боя, проверить истинность этих утверждений невозможно. Безусловно одно: в афганском Хазараджате (стране хазарейцев) начались самые серьезные военные действия с момента прихода талибов к власти. О тяжести боев свидетельствуют такие факты, как использование талибами террористов-смертников, гибель в бою начальника полиции Самангана, а также расстрел талибами начальника уезда Дарайе-Суфе-Бала, не принявшего участия в наступлении на позиции Мехди. Талибы используют авиацию, что также подтверждает, что Кабул относится к восстанию хазарейцев серьезно. Местные источники сообщают, что талибы грабят и убивают мирных жителей, что неудивительно, учитывая традиционную неприязнь пуштунов к хазарейцам. Талибы заблокировали поставку в восставшие районы продовольствия и медикаментов, что является нарушением гуманитарного права. Всемирный совет хазарейцев и совет шиитских улемов Афганистана, пытающиеся сохранить рабочие отношения с Талибаном, выступили с обращениями к афганскому народу и международным организациям с требованиями прекратить насилие по отношению к своим соплеменникам. Лидер хазарейцев и глава Партии исламского единства народов Афганистана Мохаммад Мохаккек (с которым, кстати, в свое время Мехди воевал из-за контроля над угольными шахтами) пишет, что талибы «уничтожили большое количество беззащитных людей». Судя по реакции афганских социальных сетей на события в хазарейском уезде Балхаб, где развернулись основные бои, афганцы восприняли восстание Мехди и попытку его подавления как начало новой межэтнической и межконфессиональной войны. Положение талибов в районе восстания осложняется тем, что узбекские отряды талибов не желают воевать с хазарейцами. В районе восстания произошли вооруженные столкновения между пуштунскими отрядами и узбеками полевого командира Яваша Берди, в ходе которых узбеки были рассеяны. Еще до начала восстания хазарейцев в населенной таджиками провинции Бадахшан один из командиров «Красного отряда» (талибского спецназа), таджик Кари Ваккас, поднял мятеж и перешел на сторону Фронта национального сопротивления. В результате помимо вечно мятежного Панджшера в руках сил Сопротивления оказалась и часть обширной провинции Бадахшан. Поскольку у талибов недостаточно собственных сил для одновременной войны с таджикскими партизанами Панджшера, хазарейскими повстанцами моулави Мехди и взбунтовавшимися узбеками (помимо бывших узбекских талибов существуют враждебные талибам отряды маршала Дустума), Талибан, судя по отрывочным сообщениям, использует для подавления повстанцев своих исторических союзников – исламистов, связанных с Исламским государством и «Аль-Каидой» (обе организации запрещены в РФ). В Бадахшане против повстанцев, помимо талибов, воюют таджикские исламисты из группировки «Джамаате Ансаруллах» – ответвления «Аль-Каиды». По другим данным, в зоне хазарейского восстания замечены боевики Исламского государства, сражающиеся на стороне талибов. Если эта информация подтвердится, значит, Афганистан возвращается к ситуации, существовавшей до вторжения американцев в Афганистан в 2001 г. Талибы в союзе с международными террористическими группировками вновь воюют с отрядами национальных меньшинств Северного Афганистана. Которым в общем-то не остается ничего другого, как возобновить Северный альянс, созданный в 1996 г. таджиком Ахмад Шахом Масудом, узбеком Рашидом Дустумом и хазарейцем Каримом Халили. На стороне альянса тогда выступали настроенные против талибов пуштунские лидеры – такие есть и сегодня в лице Фронта освобождения Афганистана. У которого тоже нет другого выхода, кроме как объединиться с антиталибскими повстанцами из числа национальных меньшинств. Похоже, история Афганистана пошла по кругу. Правда, успехи антиталибского Сопротивления не могут увенчаться успехом без масштабной помощи извне, что в настоящее время представляется маловероятным. Но оторвать от талибского Афганистана северную часть страны, где пуштуны составляют меньшинство населения, новый Северный альянс вполне способен.