Как украсть фараона «Арабская весна», добропорядочные немецкие музеи и даже Лувр – все смешалось в деле о контрабанде искусства Египта В громком деле о краже исторических артефактов из Египта оказались замешаны и немецкие музеи. С их помощью контрабандисты доказывали чистоту происхождения экспонатов. Было ли их руководство в курсе аферы или честно заблуждалось, пока не совсем ясно. Это новый поворот в идущем много лет масштабном мировом расследовании истории о том, как банда черных копателей и арт-дилеров вывозила древности из Египта в Европу. Американский Метрополитен-музей вынужден извиняться и возвращать Египту его собственность, бывший директор Лувра отправляется под арест, а огромную помощь следствию оказывает Ким Кардашьян, причем сама о том не подозревая. Дела о контрабанде расследуют власти разных стран, порой конкурируя друг с другом. Так, СМИ насчитали уже девять человек, на которых во Франции выписаны ордеры на арест. Среди подозреваемых целая семья немецких арт-дилеров – владелец гамбургской галереи Dyonisos Gallery Сероп Симонян и двое его сыновей. Их дело стоит особняком: глава семейства придумал, как с помощью немецких музеев обеспечить контрабанде провенанс. Германия отказалась выдавать сыновей Симоняна, ведь ее власти ведут собственное расследование и собираются привлечь их к ответственности на родине. Экстрадировать Симоняна-старшего немцы согласились, но процесс идет до сих пор, увязнув в бюрократической волоките. Весна черных археологов Древние артефакты тайком добывали и вывозили из Египта всегда. Но особенно легко это стало делать во время «арабской весны» 2011 г., когда, к примеру, был разграблен Египетский национальный музей в Каире и совершены налеты на ряд складов археологов. В возникшей сумятице у полиции не хватало ни сил, ни ресурсов, чтобы гоняться за похитителями древностей. Войдя во вкус, черные археологи стали расхищать гробницы. В 2013 г. корреспонденты ВВС прослышали, что рядом с пирамидами Гизы появилось множество незаконных раскопок. Они отправились на место и были поражены техническим уровнем черных археологов. Например, те пробурили вертикальную шахту диаметром около полутора метров и такой глубины, что журналисты на смогли разглядеть ее дна. Журналисты телеканала ABC съездили в Дахшур, где Снофру первым из фараонов стал строить гигантские усыпальницы в виде классической пирамиды. Они обнаружили, что кое-где местность напоминает лунный пейзаж из-за множества вырытых шурфов. Однажды охрана пирамид попыталась задержать черных копателей, угрожая табельными пистолетами. Но ей пришлось спасаться бегством, когда те открыли огонь из автоматов. А в 2016 г. около деревни Дейр-эль-Берша два охранника гробниц и вовсе были застрелены черными археологами. В ходе обысков у арт-дилеров обнаруживается немало цифровых фотографий и видеосъемок артефактов, еще лежащих в земле или только что выкопанных, грязных и с еще не отреставрированными повреждениями. Метаданные позволяют установить, когда (а порой и где) их сделали. Зачем так рисковать, ведь это готовые улики для следствия? Главная причина – на нелегальном арт-рынке, наводненном подделками, очень дорого ценятся доказательства подлинности. А вторая причина – это гарантия того, что артефакт незаконно выкопан, а не украден. Клан Симонянов Сероп Симонян был не единственным, кто торговал украденными египетскими древностями. Но он придумал, как вовлечь в схему почтенные немецкие музеи. Симонян родился в 1942 г. в Каире. Учиться поехал в Германию, где в 1973 г. защитил диссертацию по декору саркофагов в Геттингенском университете, да так и остался жить на Западе. Следователи подозревают, что через его руки прошло немало украденных в Египте древностей. Сам Симонян уверял The Art Newspaper, что понятия не имел, что с ними может быть что-то не так. А тех, кто имел, уже не спросишь: большинство экспонатов досталось ему из коллекции братьев – Симона и Акопа, ныне покойных. Первый якобы скупил в 1970-х гг. многие экспонаты у египетского коллекционера Хабиба Тавадроса из Луксора, а второй – у Паши Хашаб-бея из египетского города Асьют. «Распространенный способ скрыть предметы с сомнительным происхождением – это сказать, что они из коллекции Хашаба», – говорит известный немецкий египтолог Дитрих Вильдунг, бывший директор Египетского музея и собрания папирусов в Берлине (цитата по The Art Newspaper). Коллекция Хашаба слабо документирована, ее неполная опись и 48 фотографий, сделанных в 1931 г., хранятся в Метрополитен-музее. Что может убедить потенциальных покупателей, что артефакт подлинный и легальный? Его появление на выставке почтенного музея. Симоняну удалось это устроить. История всплыла благодаря Элени Василике, бывшему директору (2000–2005 гг.) Музея Ремера и Пелицеуса в Хильдесхайме. Однажды ей принесли на подпись счет на 250 000 евро за покупку алебастрового сосуда, модели лодки и диадемы у Симоняна. Это было частью сделки, о которой договорился ее предшественник Арне Эггебрехт. Музей взял на хранение часть коллекции Симоняна, использовал экспонаты из нее на своих выставках и в виде компенсации обязался купить некоторые из них. Василику возмутило несколько вещей. Во-первых, вся эта схема не была письменно зафиксирована. Во-вторых, древности, которые обязался купить ее предшественник, на взгляд Василики, не стоили запрошенных денег. Ее поддержал Вильдунг: при восстановлении артефактов было использовано столько современных материалов, что они утратили свою историческую ценность. Но Симонян подал в суд и добился исполнения контракта. Правда, со скидкой – музей заплатил 200 000 евро. В музейной описи артефакты оценены уже на общую сумму около 100 000 евро. А когда Василика подала заявление в полицию и та заказала независимую экспертизу в Sotheby’s, то вердикт был – не дороже 50 000 за все. И третье, что возмутило Василику, – музей выставлял вещи из коллекции Симоняна, не указывая, чья это собственность. Например, одна из выставок в Таиланде на 30% состояла из экспонатов Симоняна. Сходная история была в США и Испании. В итоге арт-дилер получал право писать, что такие-то вещи экспонировались Музеем Ремера и Пелицеуса. А про остальные – что они провели такие-то годы в хранилище музея. Как обнаружила Василика, что именно Симонян хранил ценности в музее, понять невозможно. Официальной инвентаризации их не производилось. Доступ к ним имели только Симонян и Эггебрехт. Как позже уверял смотритель хранилища, они перемещали и маркировали предметы по выходным или по ночам, когда их не мог увидеть случайный свидетель. В конце концов Василика настояла, чтобы Симонян убрал свои артефакты из хранилища руководимого ею Музея Ремера и Пелицеуса. Еще одно немецкое заведение, которое оказалось замешано в истории с Симоняном, – Трирский университет. Еще с 1980-х гг. Симонян сотрудничал с его исследователями. Возможно, начальник кафедры археологии Гюнтер Гримм рассказал бы следователям много интересного, если бы не умер в 2010 г. Ведь именно он открыл при университете небольшую галерею, где выставлялись предметы из коллекции Симоняна. Кардашьян и расхитители гробниц Судя по всему, на Симоняна следователи вышли, расследуя аферу с саркофагом Неджеманха. Ее провернули арт-дилеры Кристоф Куницки и Робен Диб. Последний работал в гамбургской галерее Dyonisos Gallery, принадлежащей Симоняну. Кроме того, в поддельных документах упоминалось, что саркофаг 50 лет назад принадлежал Тавадросу, тому самому египетскому коллекционеру, у которого якобы выкупил немало экспонатов брат Симоняна. Когда следователи заинтересовались другими делами Куницки и Диба, выяснилось, что в них тоже упоминается Тавадрос, а часть артефактов прошла через руки Симоняна или его сыновей. Один из сыновей Симоняна станет участником отдельного громкого эпизода в истории с незаконным оборотом египетских экспонатов. Интересно, что важную роль в истории с саркофагом Неджеманха сыграла Ким Кардашьян, хотя долгое время о том не подозревала. В 2017 г. Метрополитен-музей заплатил 3,5 млн евро за позолоченный египетский саркофаг I в. до н. э. Некогда в нем покоилось тело Неджеманха, жреца бога Херишефа. Судя по документам, он был абсолютно легально вывезен из Египта в далеком 1971 г. /Евгений Разумный / Ведомости Ежегодно Метрополитен-музей проводит бал Института костюма Met Gala, где звезды поражают публику нарядами от ведущих дизайнеров. Чтобы подчеркнуть высокую эстетическую ценность мероприятия, залы украшают экспонатами из коллекции музея. В 2018 г. бал был посвящен моде и религии. Неудивительно, что одним из таких украшений стал саркофаг Неджеманха. И надо же было так случиться, что его цвет оказался схож с оттенком золотого платья Кардашьян. Фотограф The New York Times сумел снять поразительную фотографию: Кардашьян призывно изгибается рядом с саркофагом, на маске которого застыло выражение крайнего изумления (таким его почему-то изобразили древнеегипетские художники). Фото немедленно стало вирусным и разлетелось по всему миру. Его увидел черный археолог из Египта и сразу опознал саркофаг, который он помогал незаконно выкапывать в 2011 г. Тогда его обманули, не заплатив за работу. Обида оказалась настолько велика, что египтянин не пожалел сил и нашел того, кто в США занимался расследованием контрабанды предметов искусства. Это был помощник окружного прокурора Манхэттена Мэтью Богданос. В одно самое обычное утро он пришел на работу, залез в корпоративную электронную почту и обнаружил там поистине сокровище фараонов: мемную фотку с Кардашьян, а рядом – фотографии саркофага Неджеманха сразу после того, как его выкопали черные копатели. В сделке по продаже саркофага Метрополитен-музею посредником был Диб. В его электронной почте нашли десятки фотографий древностей, присланных нашедшими их черными археологами, пишет онлайн-издание Ancient Origins со ссылкой на Богданоса. Часть из них потом была вывезена на Запад, а документы на них подделаны. Фальшивки на саркофаг и другие ценности могли изготавливаться на старой пишущей машинке, найденной у Диба во время обыска. Дело в том, что в 1983 г. в Египте приняли закон, запрещающий вывоз исторических ценностей и закрепляющий право собственности на них за государством. Чтобы легализовать украденный артефакт, арт-дилерам приходится подделывать документы о том, что он покинул страну до 1983 г. Афера с саркофагом Неджеманха могла вскрыться еще раньше. На документах якобы 1971 г., разрешающих его вывоз из Египта, стоит печать с орлом, а в то время таких официальных печатей еще не было, пишет журнал Egypt Today. К тому же документы якобы выданы госорганами Арабской Республики Египет, хотя до сентября 1971 г. страна называлась Объединенной Арабской Республикой. После Диба саркофаг попал к Куницки и его партнеру Ришару Семперу в Париж. Они уверяли, что понятия не имели, откуда на самом деле взялся артефакт. Но французские власти, которые наряду с американцами начали свое расследование, им не поверили. Куницки и Семпер были арестованы в 2020 г. и обвинены в мошенничестве, отмывании денег и подделке документов. Диб задержан в том же году в Германии и, по данным СМИ, сначала отпущен под залог, а потом экстрадирован во Францию. Все они ждут суда. А Метрополитен-музей принес извинения и вернул саркофаг Египту, где его выставили в Национальном музее египетской цивилизации в Каире. Лувр вступает в игру В историю с контрабандными драгоценностями оказался неожиданно втянут музей с мировым именем. Le Monde уверяет, что один из сыновей Серопа Симоняна, Авраам, в 2014 г. заработал 3,7 млн евро: он продал за 4,5 млн евро саркофаг принцессы Хенуттауи музею Лувр в Абу-Даби. Это не филиал французского Лувра, а проект Объединенных Арабских Эмиратов. С оригинальным Лувром его связывает соглашение о сотрудничестве, использовании имени и обмене экспонатами. Теперь французские следователи считают, что у саркофага принцессы была такая же судьба, как у саркофага Неджеманха, пишет Liberation: незаконно выкопан и снабжен поддельными документами. Еще одну покупку Лувр в Абу-Даби сделал при посредничестве Диба. Речь о стеле с инициалами Тутанхамона из розового гранита высотой 1,7 м. Вместе с ней музей приобрел еще четыре экспоната, выложив за все вместе 8 млн евро. По документам стела была куплена в 1933 г. немецким военно-морским офицером. На деле, как считают следователи, она незаконно вывезена из Египта уже в нашем веке. По условиям договора между двумя Луврами арабский музей должен получить одобрение французского на покупку экспонатов. Директор Лувра (2013–2021 гг.) Жан-Люк Мартинес был сопредседателем соответствующей комиссии и свою подпись поставил. А в мае этого года его арестовали во Франции, обвинив в соучастии в групповом мошенничестве и отмывании денег. В этом кроется огромная доля иронии. Ведь Мартинес по совместительству работал специальным послом Франции по международному сотрудничеству в области культурного наследия. Иными словами, он занимался одним из любимых проектов президента Эммануэля Макрона (2017 г. – по настоящее время) – реституцией культурных ценностей в страны Африки, о чем регулярно отчитывался лично главе государства.