Бизнес попросил защиты при «встречах» с налоговиками Правила «неформального» общения с инспекторами должны быть регламентированы Четкий регламент коммуникации налоговых органов с бизнесом за рамками налоговых проверок не установлен. Это в большинстве случаев дает инспекторам возможность оказывать на предпринимателей давление, действовать с позиции силы еще на первоначальной стадии переговоров, пожаловался президент Торгово-промышленной палаты (ТПП РФ) Сергей Катырин руководителю Федеральной налоговой службы Даниилу Егорову. «Ведомости» ознакомились с письмом. ТПП предлагает четко описать порядок такого «неформального» общения. Как правило, инспекции рассылают компаниям письма, где сообщают о выявленных рисках и предлагают уточнить налоговую декларацию, говорится в письме. Предпринимателя могут вызвать на комиссию и предложить добровольно заплатить налоги до открытия выездной проверки, которая всегда заканчивается доначислениями, подчеркивает Катырин. «В ряде случаев сумма налога к уплате по итогам заседания комиссии бывает достаточно внушительной. Единовременная уплата таких сумм может повлечь за собой невозможность дальнейшего ведения бизнеса и фактическое банкротство компании», – говорится в обращении в ФНС. Из опасения довести дело до комиссии бизнес может согласиться на требования инспекторов на предварительной стадии, хотя оснований к этому у них может и не быть. Чтобы избежать такой практики, компаниям нужно сразу показывать все материалы, которые стали поводом для подозрений, и давать достаточно времени на возражения, отмечается в письме. У ФНС больше ресурсов для сбора данных, в то время бизнес находится в информационном вакууме. Зачастую невозможно быстро дать обоснованные и развернутые пояснения – нужно запросить информацию у контрагентов, поднять документацию и т. д. Поэтому срок на уточнение компанией налоговых обязательств по итогам комиссии нужно продлить до месяца, предлагает ТПП. «Ведомости» направили запрос в ФНС. Принеси то, не знаю что Для предпроверочного анализа не нужна такая же жесткая процедура, как при налоговой проверке, заявлял ранее замглавы ФНС Дмитрий Сатин. Налоговый орган вправе вызвать налогоплательщика для дачи пояснений (пп. 4 п.1 ст. 31 НК). «Такая встреча в простонародье называется «налоговая комиссия», но на самом деле, это использование полномочий налогового органа, – отметил он. – Они очень четко прописаны в НК и достаточно ограниченны». По сути, инспектора информируют бизнес о рисках и «есть возможность диалога», отметил Сатин. «Говорить о том, что этот инструмент применяется налоговыми органами тотально, нельзя, – считает Сатин. – Это касается исключительно компаний, которые подпадают под рисковую зону». Подобные комиссии – скрытая нагрузка на бизнес. Подготовка к ним отнимает у бизнеса не меньше ресурсов, чем возражения по акту налоговой проверки, отмечает партнер департамента налогов и права «Делойт» в СНГ Антон Зыков. Во многих случаях инспекции запрашивают объем документов как при налоговой проверке – по десяткам и сотням сделок, а иногда даже основные документы в целом по деятельности за несколько лет. «Многие компании негативно воспринимают такое внимание и считают избыточным истребование значительного объема документов вне рамок налоговых проверок», – рассказал руководитель направления разрешения налоговых споров Bryan Cave Leighton Paisner Александр Ерасов. В то время как закон устанавливает четкие правила налоговых проверок, включая обжалование претензий, предпроверочный анализ вообще не урегулирован в законодательстве, подтверждают опрошенные «Ведомостями» налоговые консультанты. Ведомственные руководящие документы ФНС имеют гриф «для служебного пользования», отмечает адвокат, партнер консалтинговой компании «Номен» Иван Яголович. Регламентирующие налоговый контроль статьи НК написаны 15–20 лет назад. «Налоговый контроль стал принципиально другим, а нормы остались прежними, – констатировал Ерасов​. – В итоге сейчас целый пласт налогового контроля не урегулирован законодательно и фактически находится в серой зоне, что довольно часто приводит к возникновению недопониманий между компаниями и налоговыми органами. Возможны злоупотребления на местах». При общении вне рамок проверки налоговый орган не обязан раскрывать доказательства предполагаемых нарушений, и предпринимателю не всегда понятно, в чем его подозревают и на чем основаны подозрения, рассказал Зыков: «В результате предпроверочный анализ становится похож на сюжет сказки «Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Понуждение доплатить налоги обычно сопровождается угрозой проведения выездной налоговой проверки, рассказал Зыков: «Собираемость налогов стремительно растет по большей части за счет подобных комиссий». Письма из налоговой нередко похожи на акты по итогам проверок, в то время как никто не может быть привлечен к ответственности иначе, как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены НК РФ (ст. 108 НК), подчеркивает Ерасов. Протокол предпроверочного анализа не считается решением налогового органа и не может быть обжалован в суде. После корректировки обязательств вне рамок проверки нельзя взыскать убытки с недобросовестного контрагента, объяснил недостатки практики партнер практики налоговых споров МЭФ PKF Александр Овеснов. ФНС требовала от территориальных инспекций не допускать произвольных запросов документов и других злоупотреблений полномочиями (письмо ФНС от 27 июня 2017 г.). Излишние запросы могут спровоцировать жалобы от бизнеса, снизить репутацию ФНС, не улучшая налоговый контроль, отмечается в документе. «К сожалению, инспекции не все соблюдают эти разъяснения», – констатировал Ерасов. За непредставление сведений по требованию компанию могут оштрафовать. Она может оспорить наказание в суде, но практика противоречива. Например, Арбитражный суд Московского округа отказал АО «Страховая компания «Пари» в отмене штрафов в марте 2020 г. За полгода инспекция направила компании 161 запрос вне налоговых проверок. В то же время в октябре этого года суд в решении по делу «Стройресурса» признал незаконным расширительное понимание налоговым органом своих прав. Постоянные запросы документов приводят к принудительному мониторингу деятельности налогоплательщика, отметил суд и обратил внимание на то, что НК предусматривает такую форму налогового контроля, как налоговый мониторинг, применение которого является добровольным и предоставляет налогоплательщикам ряд преференций, которые отсутствуют при истребовании документов в порядке п. 2 ст. 93.1 НК РФ. «Фактически ТПП предлагает легализовать дополнительный механизм налогового контроля», – отметил Овеснов. «Это мнимое решение проблемы», – считает Яголович. Негативным последствием станет расширение полномочий налоговых органов. Лучшее решение – вовсе запретить взаимодействие с бизнесом за рамками проверок, уверен Зыков. Камеральные проверки (на основе декларации, представленных документов и информации налогового органа. – «Ведомости») и выездные проверки вполне могут справиться с аналогичной задачей, солидарны эксперты. Если же оставить «налоговые комиссии», то минимальные требования к ним должны включать доступ к материалам, на которых основаны подозрения, возможность представить возражения в сроки как по итогам выездной проверки, запрет повторных мероприятий в отношении одного и того же налогового периода, считает Зыков.