Право на жестокость Война с преступностью в Сальвадоре вызывает восторг и зависть по всей Америке к югу от США Пятьсот полицейских и армейская бригада в 5000 человек с бронетехникой и вертолетами окружают сальвадорский городок Нуэва-Консепсьон и зачищают его. Полсотни бандитов отправляются в мегатюрьму, построенную для таких, как они, – гангстеры проведут здесь от 30 до 50 лет. Все это месть президента Сальвадора Найиба Букеле за убийство бандитами лишь одного полицейского агента. «Они дорого заплатят за нашего героя», – заявил президент. Зачистка Нуэва-Консепсьона прошла в конце мая; до того аналогичные военно-полицейские операции избавили от преступников города Комасагуа и Сояпанго. С марта 2022 г. в Сальвадоре действует национальное чрезвычайное положение: права властей на жестокость в отношении преступников расширены до беспрецедентного уровня. На минувшей неделе режим ЧП был продлен как минимум до 14 августа. Букеле, пришедший к власти в 2019 г. с обещаниями уничтожить преступность, исполняет свою предвыборную программу. Полюс насилия Подобные обещания давали многие президенты Центральной и Латинской Америки, но реализовать их не получалось. Даже просто минимизировать преступность, низведя ее до уровня развитых стран, очень дорого и технически сложно. К тому же США и Европа, основные инвесторы и кредиторы стран континента, нервно реагируют на любые силовые действия к югу от Рио-Гранде – им сразу мерещатся военные перевороты и нарушение прав человека. В 2002 г. президент Гондураса Рикардо Родольфо Мадуро объявил бандам бескомпромиссную войну, после того как его сына похитили и убили бандиты. В ответ гангстеры похитили школьницу, отрезали ей голову и подбросили к президентскому дворцу с наглой запиской. Взбешенный Мадуро вывел на улицы войска с приказом стрелять в преступников, но власти ЕС заявили, что Гондурас будет лишен статуса наибольшего торгового благоприятствования. Потому что криминалом должна заниматься полиция, а не армия. Президент отступил, и на улицы гондурасских городов вернулись бандиты. Подрываемая преступностью экономика страны продолжила разваливаться, население массами бежало в США, а европейский статус наибольшего благоприятствования не принес Гондурасу ничего. Преступность в Америке к югу от США – фактор, серьезно влияющий на социально-экономическую ситуацию. Наркоторговцы, рэкетиры, контрабандисты, черные лесорубы и старатели, торговцы людьми, домушники, уличные разбойники, грабители, специализирующиеся на складах, магазинах или нефтебазах, – все это многочисленные и хорошо организованные социальные группы, паразитирующие на других слоях населения. Из-за них регион получает мало инвестиций, из-за них рушатся бизнесы и разоряются люди. Десятки миллионов латиноамериканцев собираются в «караваны надежды», марширующие к границе с США, не столько из-за бедственного экономического положения, сколько спасаясь от криминала. О каком развитии региона может идти речь, если чуть ли не большинство жителей Центральной Америки, ямайцев и гаитян буквально сидят на чемоданах, желая покинуть свои страны? Сальвадор, самое маленькое (21 000 кв. км) государство Центральной Америки, обладающее при этом самой высокой плотностью населения в регионе (6,5 млн человек, 307 жителей на 1 кв. км), даже на этом фоне выглядел ужасающе. По данным ООН, именно здесь был зафиксирован самый высокий уровень летального насилия на планете: 104 убийства на 100 000 жителей в 2015 г. Букеле пытается победить насилие насилием. 20-тысячная армия Сальвадора вместе с полицией ведет настоящую войну с преступниками. С момента введения ЧП схвачено больше 71 000 бандитов. В департаменте Теколука за год возвели крупнейшую в мире тюрьму на 40 000 заключенных с максимально строгим режимом содержания: тысяча охранников, 19 сторожевых башен, колючая проволока под напряжением в 15 000 вольт и одиночки для буйных, где нет окон и электрического освещения, а вместо кровати бетонная плита. В результате крупнейшие бандитские сообщества Mara Salvatrucha и Barrio 18 потеряли большую часть «личного состава» и ушли в подполье. Власти Сальвадора заявляют, что им уже удалось снизить количество убийств в стране до 7,8 на 100 000 жителей. Звезда континента В обеих Америках оппонентами Букеле выступают левые и либералы, считающие, что преступников надо перевоспитывать. На деле это выливается в смягчение наказаний за преступления и облегчение режима в пенитенциарных учреждениях – в результате тюрьмы фактически управляются бандитами. Нередки и ограничения деятельности полиции – например, в Аргентине полицейские просто боятся применять оружие, чтобы не попасть под следствие. В Сальвадоре левый политик Маурисио Фунес, занимавший пост президента в 2009–2014 гг., вел с бандами переговоры – в результате целые города и поселки перешли под фактический контроль преступников. Сейчас Фунес и сам сидит в тюрьме (правда, сел он за взятки). Зато левые и либералы на выборах получают голоса в криминализированных районах. В унисон с латиноамериканскими левыми действуют американские и европейские СМИ – BBC, CNN, The New York Times, The Guardian. Там появляются длинные слезоточивые репортажи о том, как жестоко страдают сальвадорцы, прессуемые солдатами и полицией (причастность страдальцев к преступности остается за кадром). И – о ужас! – как бесчеловечно, без доступа к интернету, содержатся бандиты в заключении. Госдепартамент США, разумеется, уже выступил с докладом о нарушениях прав человека, допущенных в ходе войны с преступностью в Сальвадоре. Букеле, молодой (42 года) и решительный человек, оставляет без внимания ненависть левых и критику со стороны развитых стран. Потому что знает: пойдешь у них на поводу – и проиграешь войну с бандами, как проиграл ее гондурасец Мадуро. Чтобы заставить парламент принять новые законы против бандитов, Букеле уволил перечившего ему генпрокурора страны и пятерых членов конституционной палаты Верховного суда. И даже вводил армейские подразделения в здание парламента. Букеле не левый и не правый. Он начинал политическую карьеру как член левого Фронта национального освобождения им. Фарабундо Марти, который вел повстанческую войну в 1980-х. Но потом покинул эту организацию и объединился с правоцентристской группой, которая и выдвинула его в президенты. К тому времени Букеле успел поработать мэром Нуэво-Кускатлан (8000 жителей) – и он вытянул городок из депрессии. Бедные пенсионеры при его правлении получали бесплатную еду, молодежи предоставляли стипендии, а количество убийств упало с 12 до одного в год. Букеле понял, что без сокрушения преступности ни левые, ни правые программы не сработают, и с этой идеей вступил в борьбу за президентский пост. 80% сальвадорцев сейчас считают, что их президент на правильном пути. Сальвадор, раньше мелькавший только в криминальных новостях, стремительно обретает популярность в регионе. В эквадорском городе Гуаякиль бандиты взорвали бомбу, убив пять человек, – и мэр Синтия Витери пишет открытое письмо президенту Гильермо Лассо, требуя применить в Эквадоре политику Букеле: «Скопируйте это, вот так просто». В Гондурасе после резни в женской тюрьме между участницами враждующих банд правительство объявляет о намерении применить «сальвадорский метод». В Гватемале проходят марши, участники которых требуют «сделать, как в Сальвадоре». Кандидат в президенты Аргентины Сантьяго Кунео (правда, не имеющий шансов на успех) развешивает плакаты, на которых он стоит рядом с Букеле. Влиятельный колумбийский журнал Semana выходит с обложкой «Чудо Букеле»: местные правые, сторонники экс-президента Альваро Урибе, проводят аналогии между колумбийским и сальвадорским лидерами. Таким образом, «букелизм» выходит за пределы Сальвадора и Центральной Америки, становясь общеконтинентальной политической реальностью. Росту международной популярности Букеле способствуют и его молодость, и былая принадлежность к левому движению, и даже палестинские корни. Букеле олицетворяет свежее, не скованное старыми традициями поколение латиноамериканских политиков. По сути, «букелизм» – новое умеренно правое движение, в меньшей степени, чем традиционные правые, ориентированное на поддержку и одобрение Запада. Преступность – вызов для всей Латинской Америки, а сальвадорская модель борьбы с этой проблемой – единственная демонстрирующая практические результаты. Поэтому миру придется считаться с этим новым движением.