Предприниматели увидели риски в реформе банкротств Реструктурировав долги, акционеры рискуют лишиться контроля над бизнесом Поправки в закон о банкротстве могут не упростить процедуру, а создать новые риски для бизнеса. О них в письме предупредил разработчика законопроекта – Минэкономразвития – Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП). «Ведомости» ознакомились с копией, подлинность которой подтвердил вице-президент РСПП Александр Варварин. Представитель Минэкономразвития не ответил на запрос. Менее 2% предприятий, начавших банкротство, восстанавливают платежеспособность, сообщало Минэкономразвития. После окончания моратория (запрет кредиторам возбуждать новые дела о банкротстве в отношении отдельных компаний и предпринимателей на полгода с начала апреля. – «Ведомости») может быть целая волна банкротств, предупреждает партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Денис Архипов. Но пока в связи с мораторием число банкротов в марте снизилось на 15–18%, оценивали эксперты ЦМАКПа. Для сокращения издержек во время банкротства Минэкономразвития предлагает отказаться от части процедур – например, не проводить финансовое оздоровление компании, не вводить внешнее управление. Но ввести новую процедуру – реструктуризации долгов. Сейчас должник может подать только заявление о банкротстве, затем начинается наблюдение. Но оно может длиться около семи месяцев, тем временем должник продолжает накапливать долги, объяснял арбитражный управляющий Евгений Семченко: начать же реструктуризацию можно только после наблюдения – например, ввести внешнее управление или заняться финансовым оздоровлением. В 2019 г. было более 10 000 дел о банкротстве, в которых была введена процедура наблюдения, но началом финансового оздоровления из них закончилось только 17 дел, свидетельствуют данные судебного департамента при Верховном суде. Спорный аукцион Еще одна поправка законопроекта, вызвавшая споры – возможность проводить торги на понижение (сейчас торг, наоборот, идет на повышение). Объявлять о торгах нужно один раз, если имуществом никто не заинтересовался, снижать цены на него пока не появится покупатель. Так Минэкономразвития рассчитывает повысить продажи на первых и вторых торгах. На это представила свои замечания Федеральная антимонопольная служба (ФАС), рассказывает заместитель руководителя ведомства Михаил Евраев. Служба предлагает упразднить предварительную подачу заявок на участие в торгах, заменив ее на участие через фактическое предложение цены (это исключит возможность предварительного сговора), а также извещать о торгах не за 30, а, например, за 15 дней, перечисляет он. В случае принятия в таком виде поправок восстановить платежеспособность должникам будет сложно, предупреждает Варварин. По законопроекту дополнительные акции при реструктуризации долгов смогут размещать только акционеры, владеющие не более чем 1% акций. Это серьезное ограничение, согласен партнер BCLP Иван Веселов, именно мажоритарные акционеры заинтересованы в восстановлении платежеспособности компании. При этом выпускать дополнительные акции можно даже без согласия акционеров. Это создает риски рейдерских захватов компаний, говорит Варварин, акционеры рискуют потерять корпоративный контроль, в итоге должники откажутся использовать такую процедуру. Механизм может использоваться для разрешения корпоративных конфликтов, установления корпоративного контроля, а не для восстановления бизнеса, согласен Веселов. Ограничение на участие в дополнительной эмиссии контролирующих акционеров должника может негативно сказаться на кредиторах, согласен партнер Deloitte Антон Зыков, но задача реструктуризации в первую очередь – это восстановление платежеспособности должника, а не сохранение состава его акционеров. Еще один риск – право налоговиков накладывать залоги на арестованное по налоговым долгам имущество должника. Федеральная налоговая служба (ФНС) уже получила такое право после принятия поправок в Налоговый кодекс осенью 2019 г. Теперь оно закрепляется и в законе о банкротстве. Но РСПП опасается, что налоговики смогут удовлетворять требования раньше других кредиторов. Это наиболее важное замечание, считает юрист KPMG Артем Баринов. Сейчас залоговые кредиторы могут вернуть долг первыми. С апреля налоговый долг может быть признан залоговым, но приоритет отдается коммерческим залогам – например, банков. Минэкономразвития предлагает изменить это, объясняет Архипов, чтобы сначала налоговики возмещали деньги из стоимости имущества, а уже потом остальные кредиторы из того, что осталось. Единственный, кто сможет пытаться бороться с преференциями налоговиков, – банки по кредитным договорам, предупреждает он. Это может привести к тотальному дисбалансу интересов кредиторов, считает Баринов. О рисках предупреждают и банки. Мера негативно скажется на рынке кредитования, говорит представитель Сбербанка, снизится определенность и привлекательность залога, а это повысит процентные ставки по кредитам. Законопроект может спровоцировать дисбаланс интересов кредиторов в делах о банкротстве, поддерживает представитель ВТБ. Представитель ФНС отказался от комментариев. Норма должна демотивировать преднамеренное и контролируемое банкротство, так как лишает смысла попытки вывода активов, считает человек, близкий к правительству. Это мотивирует реструктурировать долг, а не пытаться его списывать, объясняет он. При этом залог возникает только с момента возникновения обязательств, если они сначала появились у другого кредитора, он получит приоритет, спорит собеседник «Ведомостей», а банки смогут воспользоваться системой информирования о начале проверки или о нарушениях. Государство будет впереди, только если банк проигнорирует данные, фактически норма коснется только скрытых обязательств, но это только 1,5% всех дел, заключает он. Возможно, лучше отложить рассмотрение законопроекта, считает Семченко, в ближайшие пару лет никаких революций не нужно. После окончания моратория, когда может начаться волна банкротств, всем будет важна стабильность и возможность прогнозировать, считает он. Стоит отложить законопроект, согласен партнер МЭФ PKF Александр Овеснов, он затрагивает многие сферы, предлагает реформу работы арбитражных управляющих, нужно провести широкую дискуссию с бизнесом, государством и экспертами. Пока же нужны точечные поправки – в первую очередь для упрощения и ускорения банкротства, заключает он.