Компаниям предстоит определиться по поводу удаленки Это решение зависит от готовности бизнеса поменять корпоративную культуру В России начался парад отмены эпидемических ограничений – в контрфазе к новым локдаунам в ряде европейских стран. Либеральная общественность выдвинула версию о попытке сбить протестную повестку, оптимисты – об очередной победе «над половцами и печенегами». Рациональным объяснением служит возможность массовой вакцинации: теперь каждый свободен самостоятельно регулировать свои риски. Так или иначе, сделана попытка перевернуть страницу 2020 г., вернуться к нормальности. И теперь в офисной культуре бизнеса встает вопрос: что дальше? Как уже самостоятельно, без административного контроля выстраивать оргпроцессы? Опрос 200 московских предприятий, проведенный ресурсом Superjob, показывает отсутствие единого подхода. 25% предпринимателей намерены полностью вернуть сотрудников к офисной жизни, 32% – оставить всех на удаленке. При этом 34% будут искать компромиссные решения, 9% еще не определились. Ответ во многом определяется типом и масштабом бизнеса. Однако свою роль играют и различия корпоративных культур, по-разному адаптированных к автономности персонала, с разной идеологией контроля и делегирования полномочий, с нюансами фокусировки на процессе или на результате. Во время эпидемии отношение к удаленной работе прошло несколько фаз осмысления. Был романтический энтузиазм первого опыта, когда казалось, что «мир никогда не будет прежним». Тогда активно говорили о продуктивной силе кризиса; на этом фоне массивные офисы казались рудиментом уходящей эпохи. «Конец офисному рабству» – такой лозунг выдвинули радикалы. Затем наступило отрезвление. Предприниматели увидели, что связи внутри команд часто провисают, персоналу не хватает сетки взаимодействий, в которых важны спонтанные контакты, теряется важный для коммуникации язык тела. Zoom-культура стала порождать множество мемов, иронии, но главной проблемой оказалась дискретность процесса: погасший экран компьютера сразу переводил его участников в другую область бытия. По другую сторону зеркала ощущалось закисание в домашнем быту, гнет квартирной обстановки. В наиболее слабой позиции оказались компании с жесткими иерархичными структурами. Встроенные в алгоритм управления люди привыкли чувствовать себя функцией большого корпоративного мозга. В таких структурах делали все возможное, чтобы сохранить уровень контроля, от которого ускользала новая реальность. Урбанисты сейчас говорят о поиске новой офисной инфраструктуры, позволяющей гибко управлять физическим присутствием персонала. Выдвинута идея города-трансформера, способного перестраивать публичные пространства под новые тренды. Однако по факту девелоперская отрасль консервативна. Новых проектов не появилось. Широкой дискуссии об изменениях городской среды также не возникло. Новый запрос здесь должен сформулировать сам бизнес. И этот запрос возникнет, но только когда бизнес сам разберется, какой тип среды для него сегодня актуален или, шире, насколько ему интересно менять корпоративную культуру в целом. Хватит ли самим компаниям способности отрефлексировать свою потребность – вопрос открытый.