Американские эксперты признали провал санкций против России Запрет на поставки Москве товаров привел к появлению скорее анекдотов, чем реальных проблем Вашингтонский Институт международных финансов (The Institute of International Finance, IIF) оценил санкционную политику против России как провальную. В институте выделили два главных направления санкционного удара: ограничения против финансового сектора и эмбарго на экспорт в Россию товаров и услуг. Эффективность мер по первому направлению изначально была сомнительной, пишут в IIF. Эффект банковских санкций против страны, которая не зависит от глобальных финансовых рынков, а, наоборот, выступает нетто-кредитором по отношению к мировой экономике, минимален. Похожий результат показали аналогичные ограничения против Ирана, пишут в IIF. Торговые санкции также оказались неэффективны и в лучшем случае породили множество «анекдотов об экспорте в Россию через страны бывшего СССР», иронизируют эксперты института. Почему санкции провалились Провал финансовых санкций произошел на уровне концепции, говорится в докладе IIF «Предварительные оценки российских санкций». Ограничения этого вида наиболее результативны, когда применяются против стран с дефицитом счета текущих операций (состоит из сальдо торгового баланса, разницы между экспортом и импортом услуг и односторонних трансграничных трансфертов. – «Ведомости»). Такие страны занимают средства на международных рынках капитала, а это означает, что любые ограничения доступа к глобальной финансовой системе имеют существенные последствия. Яркий пример – обрушение турецкой лиры на фоне сравнительно мягких американских санкций в 2018 г., напоминают эксперты IIF. Тогда США ввели санкции против глав МВД и минюста, а также повысили пошлины на импорт из Турции стали и алюминия, это вызвало панику на рынках, и за год турецкая валюта обвалилась почти в 2 раза. Но Россия – страна с традиционно высоким профицитом счета текущих операций, констатируют эксперты института. Это означает, что она предоставляет кредиты остальному миру, а не берет взаймы, поясняется в докладе. Положительное сальдо баланса текущих операций показывает, что страна выступает нетто-инвестором, т. е., по сути, донором по отношению к другим странам, отрицательное – что она является должником или, иными словами, получателем ресурсов. Запад ввел санкции против ряда российских банков и ЦБ, но не стал наказывать весь сектор одним махом, напоминают эксперты IIF. Такие выборочные ограничения не помешали России получить доступ к сверхдоходам в 2022 г. Накопление иностранных активов переместилось из подсанкционных банков в неподсанкционные. Условия на финансовом рынке после непродолжительного шока быстро вернулись к довоенному уровню, признают эксперты института. С одной стороны, эффект был бы ощутимо более значительным, если бы абсолютно все российские банки сразу были подвергнуты санкциям. С другой – такой сценарий был бы равносилен энергетическому эмбарго, поскольку Россия не стала бы экспортировать нефть и газ без возможности получать за это плату. В итоге Россия продолжает получать валюту и сохраняет возможность обеспечивать свой импорт, резюмируют в IIF. Поскольку финансовые санкции оказались недостаточно эффективными, чтобы помешать России получать сверхприбыли от повышения цен на энергоносители в 2022 г. и таким образом ослабить ее военную мощь, внимание Запада переключилось на экспортные ограничения как инструмент противодействия, говорится в другом, сопутствующем первому, докладе IIF «Санкции против России и западный экспортный контроль». Но с тех пор появилось скорее больше анекдотов об экспорте в Россию через страны бывшего Советского Союза, чем реальных проблем с импортом критических товаров, иронизируют эксперты. Экспортные потоки, например, из Китая, Германии, Японии и США в такие страны, как Казахстан, Грузия, Белоруссия и Турция, многократно возросли в прошлом году. Это ставит вопрос, являются ли эти страны конечными пунктами назначения товаров. Безусловно, достоверных доказательств реэкспорта запрещенных товаров в Россию на данный момент нет – статистика может отражать реальный рост спроса в Казахстане, Грузии, Белоруссии и Турции, признают эксперты. Но это как минимум иллюстрирует, как сложно на практике контролировать экспортные ограничения, резюмируют в институте. Не все так радужно Вывод об изначально сомнительной эффективности введения Западом финансовых санкций против России как страны с положительным счетом текущих операций выглядит логично, хотя и несколько запоздало, отметила руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая. Впрочем, отключение многих крупнейших российских банков от расчетов в долларах и евро, усиленные комплаенс-процедуры в зарубежных банках все же существенно осложняют международные финансовые транзакции для российского бизнеса и приводят к необходимости перехода в расчетах на менее удобные и ликвидные национальные валюты, признала она. Также можно согласиться, что и влияние санкций против внешнеторговых операций РФ – потолок цен на нефть и ограничения экспорта технологической продукции в Россию – пока было некритично, так как российская экономика в основном адаптировалась и к этим ограничениям, перенаправив внешнеторговые и финансовые потоки через третьи страны, добавила Беленькая. И все же стоимостной объем экспорта существенно сократился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, а усилия по воспрепятствованию обходу санкций через третьи страны могут затруднить активно используемые сейчас механизмы параллельного импорта, считает она. Финансовые санкции привели к помехам в работе финансовых институтов и в платежах за границу, главное – они лишили ЦБ возможности влиять интервенциями в твердых валютах на курс рубля, что сделало последний более волатильным и создало сложности для предприятий во внешней торговле, считает главный макроэкономист УК «Ингосстрах-инвестиции» Антон Прокудин. Эффекты есть, они сейчас значительно слабее, чем могли бы быть в другой экономике, но со временем они будут все больше на нас давить из-за технологического отставания, если не удастся заместить западные технологии восточными или собственными разработками, добавил он. Формально ВВП подрастает, но его структура все больше смещается в область госрасходов (оборона и т. п.). После закрытия нужд оборонного комплекса уровень доходов работников военных предприятий может снизиться, резюмировал Прокудин. Кто исследовал Институт международных финансов – крупнейшая ассоциация, объединяющая 450 глобальных банков, финансовых корпораций, платежных и расчетных систем, аудиторов и т. д. В нее входят, например, Raiffeisen Bank International, Barclays plc, Morgan Stanley, Goldman Sachs, SWIFT и т. д. Российских организаций среди членов IIF нет. Стране с отрицательным текущим счетом (и часто с дефицитом бюджета) приходится активно занимать на внешних рынках, чтобы привлекать валюту для закупки импорта и финансирования разрывов, согласился главный аналитик Совкомбанка Михаил Васильев. Поэтому для такой страны закрытие внешних рынков капитала намного более болезненно, чем для страны с профицитом текущего счета и низким уровнем внешнего долга, как Россия, констатировал он. Но еще более важен список стран, которые присоединились к санкциям. В случае с Россией только США, Европа, Япония и их союзники ввели санкции, тогда как значительная часть мира, включая Китай, Индию, Турцию, Латинскую Америку, Ближний Восток, страны СНГ, большую часть Азии, не вводили санкции и продолжили работать с Россией, подчеркнул Васильев. Именно это позволило перенастроить цепочки поставок и существенно снизить влияние западных санкций. Проблема этого в том, что часть экспортной маржи перешла от российских компаний к международным и азиатским посредникам. Краткосрочный шок российская экономика преодолела достаточно эффективно, однако необходимы дальнейшие действия по налаживанию импорта инвестиционных товаров и технологий. Если потребительский импорт восстановился до докризисных уровней, то некоторые технологические товары (например, чипы) остаются в дефиците, резюмировал Васильев.