Дворы в России ждут метаморфозы Множество тесных зон, предписывающих жителям, что именно здесь нужно делать, – не лучшее решение О необходимости эффективно разделять частные и общественные пространства в жилых проектах сегодня знают многие девелоперы. В случае с элитной недвижимостью пространство двора должно быть отделено от пространства улицы, а разделение на частное и общественное присутствовать еще и внутри самого двора. Например, прогулочные дорожки, детская игровая площадка доступны для всех жителей комплекса. Однако есть и пространство для жителей первых этажей, которые нуждаются в личной территории. Это может быть патио – но и этого достаточно, чтобы дать возможность отгородиться от других жильцов, открыть двери своей квартиры, поставить стулья и столы. Мы в таких проектах используем «визуальные барьеры» – невысокую изгородь, стену или декоративные кустарники – чтобы отделить личное пространство жителей от территории всего двора. Что ожидает покупатель элитной квартиры от своего двора, кроме безопасности и камерности? Думаю, внешней эстетики. Если в бизнес-классе все более функционально, практично – и ландшафты должны быть более долговечными, то в элитных домах именно эстетика пространства может потребовать более высокого уровня инвестиций. В подобных проектах у девелоперов часто есть запрос на взрослые крупномерные деревья и кустарники, более плотную посадку растений на квадратный метр. Кроме того, в этом сегменте есть спрос на особенные ландшафтные решения – фонтаны, ручьи, малые архитектурные формы, дизайнерскую садовую мебель и т. д. Используется натуральный камень, а не фабричные элементы мощения – все это и отличает элитный сектор. Кроме того, как правило, здесь есть и профессиональные садовники, которые обслуживают ландшафт. Семь лет назад, когда я впервые приехал в Россию, главной проблемой я называл практически полное отсутствие пространств, в которых было бы приятно находиться. Дворы напоминали огромные паркинги, на которых было не протолкнуться, а основной целью жильцов было поставить машину как можно ближе к подъезду. Сейчас ситуация меняется. В обеих столицах девелоперы активно внедряют в проекты концепцию «двор без машин», и в первую очередь, это, конечно же, касается рынка люксового жилья. Вместе с тем в России сегодня стремятся фрагментировать дворовое пространство – выделять в нем отдельные зоны для каждой группы пользователей. В Великобритании, например, мы не видим проблем в том, чтобы на одной общей территории пересекались молодые и пожилые люди, люди с ограниченной мобильностью, мамы с колясками, подростки. Гораздо лучше и эффективнее создавать единое пространство, ориентированное на все группы пользователей, а не множество тесных зон, точно и безапелляционно предписывающих жителям, что именно здесь нужно делать. Когда происходит такое чрезмерное программирование, получать удовольствие от таких пространств намного сложнее, если вообще возможно. К тому же, если жильцы не захотят использовать его так, как предписано, оно становится просто ненужным. Возьмем, к примеру, открытую зеленую зону. Кто-то может спросить: чем жильцам следует там заниматься? Какая «программа» у этого пространства? На самом деле, специального предназначения не требуется: оно просто притягивает к себе людей и детей, которым хочется побегать на травке, поиграть в футбол или устроить пикник. Пусть жильцы делают все, что им нравится, не следует там устанавливать никакого особенного оборудования, ведь чем больше свободы вы даете людям в выборе рода занятий, тем больше они будут ценить пространство и получать удовольствие. Например, в своих проектах мы реализуем детские площадки в формате playability – это когда инфраструктура не навязывает ребенку тематику и тип игры. Пластиковые горки-карусели, которые так любят внедрять в проекты девелоперы, диктуют детям очень конкретные формы игры. Мы же стараемся использовать, на первый взгляд, простые, но продуманные и многофункциональные решения, мотивирующие детей к самостоятельному мышлению и творчеству. Например, волнистые бордюры-скамейки, на которых можно сидеть, за которые можно прятаться или использовать как поверхность для игры; или бревна, по которым можно ходить, с которых можно прыгать. В концепции playability нет четкого сценария, именно поэтому ребенку интересно находиться в этом пространстве и с ним взаимодействовать. С моей точки зрения, в российских дворах нужно расширять озеленяемые пространства, больше инвестировать в качественные зеленые насаждения. Именно это, в принципе, делает любой двор особенным местом. Конечно, все могут гулять в парках, особенно москвичи. Однако большинство людей живет в квартирах и не имеет своего сада, поэтому я бы предложил разбивать небольшой садик или даже декоративный огород, чтобы двор выглядел менее формальным и более домашним. Кроме того, одним из самых важных благ – по мере роста высоты домов – стал свет. Мы можем создавать самые фантастические пространства, но если они затенены 20 часов в сутки, вы проиграете в сражении за людей – они просто не будут ими пользоваться. Жителям больших городов с ограниченной инсоляцией критически важно иметь доступ к качественному солнечному свету, особенно в условиях российского климата. Думаю, в последующие пять лет дворовое пространство в России ждут масштабные метаморфозы – и, в первую очередь, я бы прогнозировал максимальную персонификацию придомовых территорий, а также уход девелоперов от искусственного программирования ландшафта, навязывающего жильцам определенные модели поведения.