В Киргизии считают пробки на границе местью Казахстана за неподачу воды Ее нехватка привела к большим потерям урожая у казахстанских сельхозпроизводителей Аномальная жара в республиках Центральной Азии вызвала засуху и споры о трансграничных поставках воды. Приток воды в киргизское Кировское водохранилище из реки Талас, обеспечивающей поливной водой Киргизию и Казахстан, по состоянию на 23 августа составил всего 0,7 куб. м/сек, что на 13 куб. м/сек меньше, чем за аналогичный период прошлого года, сообщила пресс-служба киргизского министерства сельского хозяйства. В результате объем водохранилища сократился в 6,5 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года – с 87,2 млн до 13,4 млн куб. м воды. Всего план подачи воды Казахстану с апреля по сентябрь 2023 г. составлял, по заявлению министерства, 344,7 млн куб. м. На 5 августа 2023 г. было подано 323,3 млн куб. м при плане на эту дату в 312,7 млн куб. м. 17 июля Астана запросила у киргизской стороны увеличить водоподачу с 40 до 45 куб. м/сек. Но Бишкек ответил, что при увеличении расхода с 17 июля по 1 августа до 45 куб. м/сек уже к 1 августа остаток от квоты Казахстана за весь сезон сократится до 3,54 млн куб. м, после чего расход придется сократить до 10 куб. м/сек. А при таком расходе казахстанская квота полностью исчерпается к 4 августа. 6 августа, по утверждению министерства, стороны договорились прекратить подачу водных ресурсов в Казахстан, но оставили возможность вернуться к вопросу, если приток в водохранилище увеличится. Но по состоянию на 23 августа он так и не вырос. Дефицит воды привел к большим потерям сельского хозяйства Казахстана. По словам министра сельского хозяйства этой страны Ербола Карашукеева, в настоящее время порядка 46% посевов зерновых культур (8 млн га) находится в удовлетворительном состоянии, а 7,5% (1,3 млн га) – в плохом. При этом погибли посевы на 181 000 га. «Из-за малого поступления воды со стороны соседней республики, по информации акимата Жамбылской области, пострадало порядка 7800 га, в том числе 1200 га посевов такой социально значимой культуры, как сахарная свекла», – цитирует министра Kazakhstan Today 22 августа. В тот же день аким (губернатор) Жамбылской области объявил о введении режима ЧП в шести районах. А с 20 августа на киргизско-казахстанской границе начали расти очереди грузовых автомобилей, скопившихся на стороне Киргизии. По данным пограничной службы Киргизии, на 23 августа на выезде с киргизской стороны скопилось 493 машины. По словам представителей службы, Бишкек со своей стороны никаких ограничений на проезд не вводил и «пункты пропуска функционируют в повседневном режиме». В Бишкеке предположили, что задержка с пропуском фур связана с тем, что киргизские власти перестали поставлять воду в соседнюю республику. Директор НИИ ирригации минсельхоза Киргизии Улан Чортомбаев выступил с обращением к «дорогим братьям казахам», где напомнил, что его страна с весны непрерывно подает воду в Казахстан. «Не думайте, что мы намеренно не даем воду, имея ее. Сейчас XXI век. Все можно увидеть через спутник. На дне водохранилища остались рыбы. Если спустим эту воду, вся рыба умрет», – добавил Чортомбаев. Власти Казахстана, в свою очередь, объяснили очереди на границе необходимостью борьбы с контрабандой наркотиков. Деградация водных ресурсов в Центральной Азии вызвана глобальными изменениями климата, которые приводят к стремительному таянию ледников на вершинах гор, объясняет профессор РУДН Владимир Тетельмин. Всего, по словам Тетельмина, ледники и другие горные водные источники формируют 60% водных ресурсов всей Центральной Азии. «Процесс таяния льдов необратим: полностью они исчезнут, по моим подсчетам, через 50 лет», – отметил эксперт. Для борьбы с последствиями изменения климата и сокращения водных ресурсов центральноазиатским странам потребуется реформирование своей водноэнергетической системы и водоемких отраслей экономики, считает декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Анастасия Лихачева. «Необходима перестройка или строительство новых ГЭС и водных резервуаров, адаптированных к стоку крупных рек, которые позволили бы снизить потери воды до 80%. Небольшой потенциал есть и у Каспийского моря, которое могло бы покрыть часть потребностей при помощи опреснения морской воды», – сказала эксперт. Для снижения потребления водных ресурсов из рек и артезианских скважин государства региона могли бы внедрить в хозяйства технологии конденсации воды из воздуха и капельного орошения, как это делают в Израиле. Всего, по оценкам Лихачевой, для перестройки водного хозяйства и строительства современной инфраструктуры странам региона потребуется более $50 млрд на горизонте 20 лет. «В одиночку они не смогут справиться с водными вызовами: должны последовать многосторонние решения, поскольку там бассейны реки перекрывают границы государств», – отметила эксперт. Для решения проблемы дефицита воды в Центральной Азии будет сложно обойтись без организационной и финансовой поддержки России и Китая. Тогда, продолжает Лихачева, этим республикам придется выстраивать с Москвой и Пекином такую систему коммуникаций, которая убедила бы их вкладывать свои средства в не всегда экономически выгодные для инвестора проекты. Но, с другой стороны, отмечает эксперт, и Москве, и Пекину выгодно демпфировать водные вызовы Центральной Азии. «В противном случае в регионе повышается конфликтогенность, что гарантированно приведет к потоку неконтролируемой миграции и возникновению угроз безопасности. Поэтому игнорировать эту проблему не получится», – заключила Лихачева.