«Отвратительный и великолепный»: женщины Хельмута Ньютона В прокат вышел документальный фильм о легендарном фэшн-фотографе Фильм «Отвратительный и великолепный» только сейчас добрался до российских киноэкранов, но вышел еще три года назад – в год столетнего юбилея главного героя фильма Хельмута Ньютона (1920–2004). Знаменитый и очень скандальный фотограф во многом определил лицо современной фэшн-фотографии. Картина собрана из архивных кадров и интервью с теми, кто знал фотографа лично и сотрудничал с ним, начиная с главного редактора американского Vogue Анны Винтур и заканчивая его моделями. Поначалу кажется, что немецкий режиссер Геро фон Бём (снимал документалки об Анри Матиссе, Петере Линдберге, Карле Лагерфельде) хочет создать творческий портрет Ньютона и разложить перед зрителем по полочкам его провокационную, отчасти вдохновленную сюрреализмом художественную манеру. Но вскоре становится ясно, что не это интересует автора: какие-то аспекты эстетики Ньютона фильм отмечает вскользь, а многих – например, широко известной увлеченности героя полароидными снимками – не касается вовсе. Настоящая цель фильма в другом – вписать Ньютона в контекст «новой этики». Фотохудожник, предпочитавший снимать знаменитых женщин голышом и прославившийся в эпоху сексуальной революции, в наши куда менее жизнерадостные времена фатально вызывает подозрения и нарекания. Чем являются его фотоработы – сексизмом или критикой сексизма? Женоненавистничеством или образным отражением женоненавистничества, существующего в обществе? Автору непременно нужно разобраться с этими актуальнейшими вопросами, чтобы знать, можно ли продолжать и дальше любить фотографии Ньютона или теперь придется без сожалений сбросить их за борт парохода современности. /Lupa Film Фон Бём инициирует судебное разбирательство, обвинителем на котором выступает арт-критик и феминистка Сьюзен Зонтаг. В фильме показан отрывок из телевизионного ток-шоу 1980-х, где американская интеллектуалка прямо говорит Ньютону, что считает его фотографии сексистскими. Со стороны защиты силы привлечены помасштабнее, и противники Ньютона вряд ли будут довольны такой асимметрией. Певица и актриса Грейс Джонс (Зула из «Конана-разрушителя»), актрисы Изабелла Росселлини («Синий бархат», «Смерть ей к лицу»), Шарлотта Рэмплинг («Ночной портье», «Гибель богов»), Ханна Шигулла («Лили Марлен», «Берлин, Александерплац»), супермодели Клаудия Шиффер и Надя Ауэрман – все они хором оправдывают Ньютона. Чувствовали ли они себя комфортно, когда Ньютон их фотографировал? Да, работать с Хельмутом – сплошное удовольствие. Унижают ли его фотографии женщин? Нет, скорее они демонстрируют силу женской сексуальности. /Lupa Film Умница Изабелла Росселлини выдвигает теорию, что садомазохистские образы Ньютона репрезентируют не столько самих женщин, сколько испуганно-агрессивный мужской взгляд на женское тело. Темнокожая Грейс Джонс, которую Ньютон однажды снял в цепях, реагирует более простодушно: «Да не ощущала я в этом никакого расизма. Знаете, я и сама раньше связывала парней». И добавляет с прозрачным намеком на своего тогдашнего бойфренда Дольфа Лундгрена: «Больших белых парней!» Этой апологии служат и факты биографии героя. Чтобы подчеркнуть авторитетную роль женщин в жизни Ньютона, нам сообщают, что в 1930-е гг., еще живя в Германии, он начинал карьеру ассистентом легендарной фотохудожницы Ивы и испытал влияние эстетики Лени Рифеншталь. Стоп – а не делает ли это его как бы немножечко чересчур политически правым? – Ну что вы! Совсем наоборот! И чтобы развеять сомнения, авторы рассказывают историю, как Ньютон на одном фотопортрете ехидно высмеял лидера ультраправого «Национального фронта» Жан-Мари Ле Пена. Ближе к концу разговор заходит на скользкую тему о приставаниях фэшн-фотографов к своим моделям, и в сюжете тут же появляется жена Ньютона, о которой до того почти не сообщалось. Она присутствовала на многих его съемках (в доказательство приводится фотография, где Ньютон работает, а Джун со скучающим видом сидит тут же в студии), была его фактическим соавтором и держала под контролем беззаветно ей преданного старого шалопая. Концепция фон Бёма понятна: женщины, которые в символическом смысле были лишены голоса на фотографиях Ньютона, должны получить возможность наконец заговорить. Им одним принадлежит право вынести вердикт по щекотливому вопросу: «Был ли покойный нравственным человеком?» (Мужчины-спикеры в картине показательно отсутствуют.) Именно модели Ньютона и оказываются в итоге главными героями фильма. И какое же счастье, какая удача, что все они прекрасные, тонкие, хорошо формулирующие женщины. Отводя от фотографа упреки в сексизме, они попутно дают любопытные интерпретации его работам, остроумно шутят и с живейшим блеском в глазах вспоминают прежние времена, когда художник был возмутителем, а не охранителем общественного спокойствия. Пожалуй, ум, обаяние и широта взглядов этих женщин и делает фильм фон Бёма увлекательным даже для тех зрителей, кого вопросы нравственности покойных художников занимают, скажем так, не в первую очередь.