Путин готов снизить налоговые и валютные риски для бизнеса А также перестать считать сотрудников холдингов членами ОПГ Президент Владимир Путин внес в Госдуму проект поправок в Уголовный кодекс, смягчающий уголовную ответственность для предпринимателей. В нем предлагается изменить наказание за валютные и налоговые нарушения, а также ограничить применение ст. 210, по которой сотрудников организации можно обвинить в организации преступного сообщества. Чиновники давно признали, что риск уголовной ответственности мешает бизнесу развиваться и тормозит инвестиции. Первый вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов называл уголовную ответственность за невозврат валютной выручки рудиментом. Она часто удерживает компании от выхода на внешние рынки, говорил представитель Российского экспортного центра. У бизнеса в принципе не осталось никаких рисков, а только страх, что в случае успеха к тебе придут и все отберут, заявлял депутат Госдумы Андрей Макаров. Последний раз проблема обсуждалась на совещании у Путина в конце ноября. На нем чиновники договорились поддержать увеличение налоговой недоимки, за которую наступает уголовная ответственность для людей и компаний, рассказывали собеседники «Ведомостей». Путин одобрил смягчение налоговых рисков для бизнеса Власти увеличат размер налоговой недоимки, за которую наступает уголовная ответственность Путин предлагает увеличить сумму такой недоимки до 2,7 млн руб. и 13,5 млн руб. (в особо крупном размере) для людей, а для компаний – до 15 млн руб. и 45 млн руб. Сейчас для возбуждения уголовного дела людям достаточно не заплатить 900 000 руб. или 4,5 млн руб. (в особо крупном размере) за три года, если недоимка превышает 10 или 20% всех налоговых платежей соответственно. Компаниям – более 5 млн руб. за три года или 15 млн руб. (в особо крупном размере) при недоимке свыше 25% или 50%. Законопроект отменяет последние два условия. Больше всего из-за низких порогов страдает крупный бизнес – для компаний с налогами на миллиарды рублей недоимка в несколько десятков миллионов незаметна, но может привести к уголовному преследованию, указывал советник юрфирмы Bryan Cave Leighton Paisner Александр Ерасов. В 2017 г. риски бизнеса выросли, так как кроме налогов стали учитываться неуплаченные страховые взносы, а с 2021 г. в Налоговый кодекс будут включены несколько неналоговых платежей: утилизационный сбор на автомобили, отчисления операторов связи и туристический сбор. Рост налогооблагаемой базы – самое объективное основание для пересмотра порогов, говорил руководитель аналитической службы «Пепеляев групп» Вадим Зарипов. Но лучше отказываться не от долей, а от абсолютных сумм, считает он: это позволит учитывать масштаб бизнеса и его вклад в бюджет. Любое повышение недоимки положительно для мелкого бизнеса, говорит партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Виктория Бурковская, хотя реально улучшить положение бизнеса можно, вернувшись к возбуждению уголовных дел только после решения налогового органа (сейчас его позиция может учитываться). Хотя у крупных компаний недоимку на 15–45 млн руб. найти легко, а это уже формальный повод для возбуждения дела, в то время как небольшие компании могут уклоняться безнаказанно, объясняет Зарипов: если это форма поддержки малого предпринимательства, то очень сомнительная и опасная: появляются дополнительные стимулы для дробления бизнеса, создания новых компаний. Дробление бизнеса — распространенная схема уклонения от уплаты налогов, говорит партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алексей Добрынин. В прошлом году Федеральная налоговая служба сообщала, что за последние четыре года арбитражные суды рассмотрели более 400 таких дел на суммы свыше 12,5 млрд руб. Законопроект также смягчает валютный контроль. Сначала за невозврат валютной выручки предпринимателям должна грозить административная ответственность, а не уголовная. Предлагается также повысить сумму невозврата – в крупном размере с 9 млн руб. до 100 млн руб., в особо крупном размере – с 45 млн руб. до 150 млн руб. Премьер-министр Дмитрий Медведев поручал в начале года отменить эту статью совсем. А Минфин предлагал отменить ответственность не только за невозврат выручки, но и ответственность за переводы денег нерезидентам по подложным документам (ст. 193.1 Уголовного кодекса) и сделать обе статьи квалифицирующим признаком преступлений, связанных с легализацией. Против либерализации выступали силовики и ЦБ, говорил замминистра финансов Алексей Моисеев. Но это может помочь выполнить нацпроект «Международная кооперация и экспорт», говорил Силуанов в начале декабря. Пока же экспортерам удалось добиться отмены требования возвращать рублевую выручку за несырьевой экспорт с 2020 г. и сырьевой с 2024 г. Российский импортер может перенести срок платежа и фиксирует это не изменениями в контракте, а, например, в переписке, рассказывала старший научный сотрудник РАНХиГС Галина Баландина: уже за это может грозить уголовная ответственность. К относительной шкале измерений можно перейти и в отношении валютных статей, иначе можно под каждую сделку создавать новую фирму и прокачивать через нее до 100 млн руб., просто чтобы снизить риски, отмечает Зарипов, а кто-то работает годами, получил большую выручку, но из-за недобросовестности партнера ему грозят не только убытки, но и большой административный штраф, а также уголовное наказание. Ограничить случаи, когда холдинг признается организованной преступной группой, а сотрудники такой компании – ее участниками, поручал сам Путин. Теперь он предлагает указать в ст. 210 УК, что учредители, руководители и работники компании не будут нести ответственность по экономическим преступлениям только из-за того, что они числятся в компании. Исключение – компании, которые заведомо созданы для совершения преступлений. Ранее по теме: Путин обсудил с чиновниками отмену опасных для бизнеса уголовных статей Сейчас по такой статье обвиняются многие предприниматели – владелец группы «Сумма» Зиявудин Магомедов и его брат Магомед, также бывший министр открытого правительства Михаил Абызов. По ст. 210 можно до полутора лет держать людей под стражей, говорил партнер «Коблев и партнеры» Руслан Коблев, срок следствия по экономическим делам затягивается, и бизнес может быть разрушен. По такой статье можно арестовать все активы компании, указывала Бурковская. Законопроект направлен на создание благоприятного делового климата в стране, сокращение рисков для предпринимателей, говорится в пояснительной записке к нему. Но уголовные дела по ст. 193 будут рассматривать суды, которые не слишком склонны проявлять гуманность по валютным спорам, говорит Зарипов, это же касается и ст. 210. При этом доверие между предпринимателями и правоохранительной системой – одно из ключевых условий роста инвестиционной активности, признавал министр экономического развития Максим Орешкин. Пока доверия не хватает: за январь – сентябрь 2019 г. инвестиции в основной капитал выросли только на 0,7%. Менее эффективной стала защита собственности в России, указывалось в рейтинге мировой конкурентоспособности. Это одна из причин, почему инвесторы могут предпочесть России другую страну, отмечал главный экономист Global BCS Владимир Тихомиров. У силовиков даже при либерализации Уголовного кодекса останется достаточно инструментов для давления на бизнес, уверены эксперты. Повышение порогов в налоговых статьях полезно, но дело может быть возбуждено и по статье мошенничества, рассуждал Ерасов. Главное – не поправки в кодекс, а повышение эффективности судебной системы, замечал Тихомиров.