Начальству все равно виднее Россияне готовы передать решение о переходе на четырехдневку работодателям В Госдуме обсуждают введение в стране четырехдневной рабочей недели. Депутат-единоросс Сергей Вострецов говорит чуть ли не о неизбежности четырехдневки. При этом исследование SuperJob показывает, что перспектива сокращения рабочего времени неоднозначно воспринимается в обществе. 24% опрошенных респондентов выступили за новые выходные, а заодно еще и за увеличение числа праздничных дней; 16% поддерживают только введение сокращенной рабочей недели и новых праздников не хотят; 10% хотят праздников, а четырехдневку – нет. Наконец, 26% против любых новых праздников и выходных. Главным опасением, сдерживающим интерес к четырехдневке, является перспектива пропорционального сокращения зарплаты. Любопытно при этом, что решение о переходе на четырехдневку большинство опрошенных (47%) считают необходимым оставить за работодателем. Тем временем в мире появляется все больше оптимистичных кейсов четырехдневки. Inc. Russia рассказывает, например, историю американской Wanderlust Group, которая для всех своих сотрудников ввела дополнительный выходной день – понедельник. Период этого эксперимента оказался самым успешным в истории компании в плане роста производительности, а прибыль выросла на 121%. В результате руководство Wanderlust решило оставить четырехдневку навсегда. В то же время источники в крупных российских компаниях сообщают о провале подобных экспериментов. Правда, в отличие от американского российский бизнес при сокращении рабочей недели сокращал и зарплату. Существует стереотип: оплачивается время работы, а не выполнение поставленной задачи. В России жива еще и память о мобилизационном характере работы, когда в тяжелые годы руководители предприятий оставались на работе, пока в Кремле трудились руководители государства. Так что опасения относительно четырехдневки среди российских сотрудников понятны. Но почему они готовы отдать решение о продолжительности рабочей недели на усмотрение руководителей предприятий? Причин, очевидно, несколько, но главным образом это связано с извечным российским патернализмом – что на уровне государства, что на корпоративном уровне: все равно, мол, начальство решает, как оно скажет, так и будет. Проблема, однако, в том, что персонал с такой фундаментальной зависимостью от позиции руководства невыгоден самому бизнесу. Он успешно развивается там, где сотрудники привносят свое мнение, готовы его отстаивать и защищать перед собственниками и руководителями, брать на себя ответственность. Что, кстати, повышает мотивацию на результат. Так что, возможно, российского работника стоит даже заставить сделать такой выбор: за он или против сокращенной рабочей недели. И потом отвечать за такой выбор.