Как Турция получила развитую военную промышленность Несмотря на множество проблем, ВПК страны – новый фактор в ее внешней политике Предвыборная агитация перед первым туром президентских выборов в Турции проходила по устоявшейся схеме. Единый кандидат от оппозиции Кемаль Кылычдароглу критиковал положение дел в стране: в своих агитационных роликах он потрясал репчатым луком и рассуждал о высоких ценах на продукты питания. А его главный конкурент – действующий президент Реджеп Тайип Эрдоган сосредоточился на демонстрации своих достижений, среди которых важнейшее место занимают новые изделия турецкого военно-промышленного комплекса (ВПК). С начала апреля Эрдоган презентовал ряд масштабных национальных проектов – от первого в мире легкого авианосца с ударными дронами и истребителя пятого поколения до нового боевого танка. А с 27 апреля по 1 мая власти провели на территории стамбульского аэропорта им. Ататюрка масштабную выставку военных новинок Teknofest 2023. За пять дней мероприятие посетило более 2,5 млн человек. Такие подсчеты приводит Сельчук Байрактар, зять Эрдогана и владелец уже всемирно известной компании по производству беспилотников Baykar Makina. На Teknofest 2023 побывали сам Эрдоган, президент Азербайджана Ильхам Алиев и премьер-министр Ливии Абдул-Хамид Дбейба. Именно беспилотники Bayraktar, как заявляется, обеспечили Азербайджану победу над Арменией во второй карабахской войне 2020 г. Хотя турецкие предложения на рынке вооружений не самые передовые, благодаря энергичному маркетингу, реальному подтверждению его эффективности в боевых условиях, турецкому оружию удалось завоевать новые рынки и потеснить там США и европейских членов НАТО, говорит директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов. Турецкие бронемашины, например, оказались существенно дешевле европейских, не слишком уступая им в эффективности. А ударные беспилотники были не только дешевле американских – их купили страны, которым США не стали бы их продавать из-за боязни утечки технологий и по политическим причинам. Дешевые новинки На площадке Teknofest 2023 прошла премьера новых боевых беспилотных летательных аппаратов (БПЛА): разведывательно-ударных аппаратов большой продолжительности полета Bayraktar TB3 и Akinci Taarruzi (TIHA), тяжелого реактивного БПЛА Kizilеlma и дрона-камикадзе Bayraktar Kemankes. Организаторы также впервые продемонстрировали возможности тяжелого ударного вертолета ATAK 2 и легкого транспортного вертолета Gokbey. Важная новинка, которую увидели посетители Teknofest 2023, – первый в истории Турции реактивный учебно-боевой самолет Hurjet дальностью полета более 2200 км и скоростью до 1700 км/ч. Ближе всего по классу новому турецкому самолету российский Як-130, китайский L-15 и итальянский М-346, говорит научный эксперт ИМЭМО РАН, военный эксперт РСМД Александр Ермаков. «Наиболее продвинутая в этом классе машина – южнокорейский KAI T-50, – отметил он. – Не знаю, смогут ли турки довести свой тренировочный самолет до легкого истребителя. У корейцев уже готовая боевая машина, но она гораздо сложнее и дороже». По цене и качеству на мировом оружейном рынке Hurjet может стать конкурентоспособной машиной, продолжает Ермаков. «Интерес к этой технике могут проявить бедные государства и страны среднего уровня развития, которые не имеют серьезного авиапарка и могут использовать турецкие самолеты как эконом-решение в поддержку своим средствам ПВО и для ударов по наземным целям», – полагает эксперт. Согласно данным Turkish Defence Agency, предположительная стоимость этих самолетов – $15–25 млн. Ориентировочная цена южнокорейских KAI T-50 составляет $30 млн, а российского Як-130 – более $15 млн. Другая новинка, которая привлекла внимание экспертов, – Kaan, истребитель пятого поколения (так, по крайней мере, его характеризуют разработчики), который ранее проходил под рабочим названием TF-X. Машина пока находится в стадии доработки, но в случае ее запуска в серию Турция станет всего лишь пятой страной в мире, которая способна производить истребители пятого поколения. Боевая дальность полета Kaan ориентировочно составляет более 1100 км, а максимальная скорость – 2700 км/ч. По своим характеристикам Kaan ближе южнокорейским истребителям KAI KF-X поколения 4++, считает Ермаков. «Турецкие самолеты поскромнее американских F-35 и российских Су-57. Зато они значительно превосходят F-16, которые составляют основу ВВС Турции и многих союзников США. Они спроектированы как малозаметные, у них выше скорость и установлено новейшее радиоэлектронное оборудование, – отмечает эксперт. – Но турецкий истребитель еще не готов. Отдельной проблемой остается разработка собственных двигателей, пока, как и на Hurjet, он оснащен импортными двигателями». На этом перечне список новостей турецкого ВПК не заканчивается. 26 апреля аэрокосмическая компания TUSAS анонсировала, что в мае проведет первый полет боевого беспилотника с низкой радиолокационной заметностью Anka-3. По размерам он немного уступает пилотируемым истребителям, предназначен для нанесения ударов ракетами, ведения разведки и радиоэлектронной борьбы. В тот же день телеканал TRT впервые показал зенитно-ракетный комплекс (ЗРК) средней дальности Gokdemir, разработанный компаниями Aselsan и Tubitak Sage. Система использует ракеты класса «воздух – воздух» Gokdogan, радиус поражения которых составляет 30–35 км. А 23 апреля Эрдоган, посетив с визитом танковый завод в Сакарье на западе страны, торжественно объявил о передаче вооруженным силам Турции для проведения испытаний нового тяжелого танка Altay. После локализации некоторых подсистем, на которые распространяются зарубежные экспортные лицензии, и постановки на конвейер Altay станет основным боевым танком турецкой армии. Двигатель у машины, правда, тоже импортный. Турция ввела в строй первый в мире «легкий авианосец» с ударными дронами Он может усилить экспедиционные возможности Анкары в Средиземном море и рейтинг Эрдогана Наконец, 10 апреля Турция приняла в состав своего военно-морского флота первый авианесущий универсальный десантный корабль TCG Anadolu – носитель ударных БПЛА семейства Bayraktar, а также – потенциально – ударных вертолетов и штурмовиков Hurjet. Anadolu способен перевозить до батальона солдат с бронетехникой, порядка 70% комплектующих корабля – турецкого производства. Особенностью этого корабля является использование значительного объема агрегатов и решений гражданского судостроения, что ускоряет и удешевляет строительство, отмечает научный сотрудник ИМЭМО РАН, военный эксперт Илья Крамник. Решение сделать Anadolu носителем ударных беспилотников вынужденное. Изначально судно должно было принять палубный вариант американского истребителя пятого поколения F-35, для которого даже остался трамплин, напоминает эксперт. Но Турция была исключена из числа эксплуатантов F-35 программы за покупку российских ЗРС С-400. С другой стороны, ударные дроны вполне могут обеспечивать высадку десанта в Африке (в частности, в Ливии) или на Ближнем Востоке против действующих там армий или военизированных группировок, считает Крамник. Как БПЛА покажут себя на практике при поддержке экспедиций – вопрос будущего, но теоретически такая связка корабля и дронов наращивает экспедиционный потенциал Турции в Восточном Средиземноморье и Красном море, говорит эксперт. Новый мировой игрок Бурный рост оборонной промышленности Турции начался с конца прошлого десятилетия. Согласно ежегодному отчету «Тенденции в международных поставках оружия в 2022 г.», опубликованному Стокгольмским международным институтом исследования проблем мира (SIPRI), экспорт турецких вооружений в 2018–2022 гг. увеличился на 69% по сравнению с 2013–2017 гг. Страна нарастила долю в мировом оружейном рынке более чем в 2 раза – с 0,5 до 1,1% и поднялась на 12-е место в рейтинге экспортеров. Общий годовой объем продаж турецкого ВПК достиг в 2022 г. $10 млрд. По данным президента Агентства оборонной индустрии при министерстве обороны Турции Исмаила Демира, в 2022 г. промышленники страны поставили за рубеж военной продукции на рекордную сумму в $4,4 млрд. В том числе беспилотников продано на более чем $1,1 млрд, сообщает сайт компании Baykar Makina. В 2023 г. Турция рассчитывает нарастить экспорт до $6 млрд. Для сравнения: в 2021 г. Россия, по данным Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, поставила на мировой рынок военной продукции на $14,6 млрд (в 2022 г. публикация этих данных прекратилась из-за санкционных рисков). Три турецких оборонных предприятия вошли в ежегодный топ-100 Defense News за 2022 г.: Aselsan заняла 49-е место в списке, Turkish Aerospace Industries (TAI) – 67-е, а Roketsan – 86-е. Всего в ВПК Турции работает порядка 2000 компаний. И хотя военная промышленность Турции по своим возможностям уступает крупным игрокам, таким как Россия, США и Китай, продажа оружия помогает Анкаре укрепить свои позиции на внешней арене. Главный успех Турции – это ее БПЛА. В начале апреля Алиев принял в Баку директора Baykar Makina Байрактара и вручил ему орден «Карабах». А через месяц министры обороны Азербайджана и Турции в рамках Teknofest 2023 подписали протокол о намерениях по совместному производству беспилотников в южнокавказской республике. Турецкие БПЛА также используют армии Украины, Туркмении, Киргизии, Польши, Венгрии, Албании и даже частично признанного Косова. Интерес к этой продукции проявляют военные Казахстана. 28 апреля Румыния подписала контракт на покупку 18 Bayraktar более чем за $320 млн. Активно закупают турецкие беспилотники и в африканских странах. С 2020 г. Анкара подписала двусторонние соглашения о военном сотрудничестве с правительствами Танзании, Судана, Уганды, Бенина и Кот-д’Ивуара, Ливии, Эфиопии и Буркина-Фасо. Самопровозглашенный президент Буркина-Фасо Ибрагим Траоре, кстати, тоже наградил Байрактара высшим национальным орденом – за «выдающийся вклад в обеспечении мира и безопасности». Важно и то, что экспорт вооружений укрепляет позиции Турции в странах Персидского залива. На выставке IDEX – крупнейшей оружейной ярмарке Ближнего Востока – в феврале этого года Турция была представлена широким ассортиментом продукции – от винтовок и БПЛА до тактических снаряжений и ракет с лазерным наведением. Секрет успеха На сегодняшний день, по словам Эрдогана, турецкие промышленники удовлетворяют потребности национальных вооруженных сил на 80%. На момент его прихода к власти в 2003 г., по утверждению президента, эта доля составляла 20%. Но импульс развитию турецкого ВПК был придан еще до Эрдогана. В период между Первой и Второй мировыми войнами власти страны предприняли несколько попыток запустить в массовое производство танкетки (легкие бронемашины) на базе французских Renault и пилотируемую боевую авиацию, но из-за низкой индустриальной базы проекты быстро свернули. Турция производила вооружения с низкой добавленной стоимостью (винтовки, патроны и снаряды для артиллерии по западной лицензии) и полагалась на военные поставки сложных вооружений от союзников по НАТО. Эрдоган выбирает пушки Чем современная Турция напоминает Советский Cоюз Трансформация в подходах относительно военного строительства произошла в 1974 г. после вооруженного конфликта на Кипре, в котором армия Турции приняла активное участие. Тогда члены НАТО, в первую очередь США, ввели на три года эмбарго на поставку вооружений воюющим сторонам. И в Анкаре сделали ставку на развитие собственного ВПК. Сейчас турецкая оборонка представлена тремя неравномерными секторами. Первый – подконтрольный министерству обороны Фонд турецких вооруженных сил (Turk Silahlı Kuvvetlerini Guclendirme Vakfı). В него входят такие крупные госкомпании, как Aselsan, специализирующаяся на создании средств связи и радиолокации, Roketsan (производство ракет), Havelsan (средства радиоэлектронной борьбы) и т. д. По данным фонда, на его долю приходится порядка 40% всех поставок военной продукции на внутренний рынок. Второй сектор – это совместные предприятия, в которых турецкие фирмы сотрудничают с западными инвесторами, заметными игроками можно назвать TAI, MIKES и Otokar. Танк Altay, истребитель Kaan и другая тяжелая техника спроектированы именно этими компаниями. Наконец, третий и быстрорастущий сектор – новые частные компании, такие как производитель БПЛА Baykar Makina. Эти секторы заложили базу для развития оборонно-промышленного комплекса, а с приходом Эрдогана начался новый этап. Турецкое руководство проводит комплексную и продуманную работу с оборонными предприятиями, говорит военный аналитик, редактор сайта Military Russia Дмитрий Корнев. «Правительство работает в рамках единой концепции развития своей армии и умного планирования. И на это видение не влияют сиюминутные конъюнктурные интересы представителей финансово-промышленных групп, – считает эксперт. – Этим Турция выгодно отличается от России. У нас промышленность часто сама определяла, что производить, а заказчик пляшет под эту дудку». Помогает отрасли и политика низких процентных ставок, продолжает Виктор Надеин-Раевский из ИМЭМО РАН: «Эрдоган пошел нетрадиционным путем: он позволил малым и средним предприятиям получать дешевые кредиты на льготных условиях. Хотя это разогнало инфляцию, но реальный сектор получил доступ к капиталам, что позволило создавать новое производство». Количество проектов в оборонной промышленности выросло с 62 до 750, количество компаний – с 56 до 2700. Когда мы пришли к власти [в 2002 г.], реализовывалось оборонных проектов на $5,5 млрд. Сегодня эта цифра превысила $60 млрд. Реджеп Тайип Эрдоган президент Турции Но есть у турецкого ВПК и трудности. В частности, объявленный еще полвека назад курс на самодостаточность оборонной промышленности пока так и не доведен до конца. Родовой проблемой турецких производителей является отсутствие собственных двигателей, отметил Корнев. «Танк Altay турки делают уже 15 лет, а запустить его в полноценное серийное производство не могут. Есть технологические границы, которые тяжело преодолеть. С этой задачей не может справиться не только Турция, но и Китай и Индия, – сказал эксперт. – То же самое с истребителями пятого поколения: в них установлены старые американские двигатели. А в беспилотниках – дешевые украинские. Но турки работают в этом направлении». Другой вызов – сильная зависимость от поставок композитных материалов и программного обеспечения, при помощи которых производится сложная техника, продолжает Корнев. Турецкая продукция этого типа, по словам эксперта, уступает западным аналогам. «Зато многие виды турецкой техники значительно дешевле и проще в эксплуатации, чем у мировых экспортеров вооружений из первого ряда. Если турки решат проблему с двигателями в Kizilеlma, то он станет единственным в мире сверхзвуковым БПЛА, адаптированным к современному бою», – полагает эксперт. Есть вопросы и к знаменитым Bayraktar, продолжает Ермаков: «Сегодня несложно сделать маленький БПЛА, который будет барражировать по кругу. Вопрос в электронной начинке, в задачах, которые сможет выполнять беспилотник. Не могу сказать, что у Bayraktar хорошая радиоэлектроника: они берут коммерческие компоненты, – отметил эксперт. – Если их рассматривать в качестве машины радиоэлектронной борьбы, то вряд ли у турок есть собственные системы – их покупают у европейских фирм». Эти проблемы будут ликвидироваться в ускоренном порядке, если на нынешних президентских выборах в Турции победит Эрдоган, говорят эксперты. «В случае победы оппозиции есть вероятность, что они сократят бюджет на военные разработки в пользу гражданского сектора. Может пострадать и сам Байрактар, поскольку он является родственником Эрдогана», – заключает Ермаков.