Контракты жизненного цикла отменят недоразумения с подрядчиками Какие законодательные изменения помогут строить промышленные объекты быстрее Промышленные объекты – база для экономики. К сожалению, регламентов, которые помогали бы строить их быстро и качественно, в России пока нет. Но система госконтрактов начинает меняться в лучшую сторону, появляются показавшие свою эффективность мировые практики инжиниринга. В 2017 г. открылась возможность строить по контрактам жизненного цикла, когда государство или муниципалитет заключает договор с одной компанией на проектирование, строительство, реконструкцию и обслуживание какого-либо объекта. В основном это касается сооружения дорог, тоннелей, трубопроводов, аэродромов, больниц – наиболее важных объектов общественной инфраструктуры. Тут работает простое правило: построил, например, дорогу — обеспечь и последующий ремонт. Хорошо построил – сэкономил на обслуживании, плохо – будешь сам же ремонтировать. В 2021 г. вступят в силу изменения в 44-ФЗ, они вводят в оборот понятие контракта на создание объекта капитального строительства под ключ. По мнению «строительного» вице-премьера Марата Хуснуллина, поправки «совершенно точно дадут сокращение сроков от трех месяцев до года и повышение качества. Это большая победа в развитии строительной отрасли». И, можем добавить, это долгожданное решение. Еще в 1999 г. за рубежом был разработан и принят на вооружение типовой EPC-контракт (Engineering Procurement Construction), который оптимален для сложных промышленных объектов. Эти три основных вида деятельности определяют ответственность подрядчика за все этапы – от проектирования и поставки оборудования до ввода объекта в эксплуатацию. Это и есть строительство под ключ. Эта система развивалась, инжиниринговая компания ответственна теперь не только за сдачу объекта, но и за его обслуживание. EPC-контрактование, т. е. строительство под ключ, концентрируется на развитии технологической базы промышленности. Ядром всей конструкции является технология. Как до сих пор строили новый завод? Проектировщики работают на основе тех данных, которые дают технологи, зачастую эти данные не совпадают при отгрузке оборудования. Модель, габариты, потребляемые газы или реагенты – некоторые отличия в параметрах для покупателя оборудования не играют особой роли, ведь в техзадании определены только характеристики, а конкретной модели может просто не быть в наличии. А для проекта они могут быть критичны: не влезает, например, закупленная установка в заданное по проекту место – и приходится переделывать всю технологическую цепочку. Строители строят то, что было в проекте, по факту могут быть отклонения, и, естественно, возникают претензии от строителей к проектировщикам, от проектировщиков к строителям, к поставщикам оборудования и т. д. Начинаются бесконечные судебные споры и выяснения, кто виноват и что делать. Как результат объект, который можно возвести за год, зачастую в России строится три, пять, семь лет. За это время запланированное оборудование, как правило, уже устаревает. Пока подрядчики просто стараются заработать свою маржу, можно строить сравнительно простые объекты, схема работает. Но на уровне внедрения даже уже освоенных технологий все ломается. Алексей Кудрин в прошлом году опубликовал отчет Счетной палаты, где было показано, что в недострои закопано 4 трлн руб., это 62 000 недостроенных объектов. Строительство под ключ подразумевает непрерывную ответственность и за все коллизии, которые возникают по ходу дела. Внутри одной компании регулируются все описанные проблемы: единый контур ответственности, единый контур работы с проектом минимизирует риски заказчика, есть понимание сроков и ресурсов, которые необходимо выделить. Работа с одним подрядчиком не несет в себе столько рисков злоупотреблений, коррупции, поставок некачественного оборудования, как наем ряда подрядчиков на разные фазы создания объекта. Когда один отвечает за весь объем работ, можно сразу заложить набор параметров, связанных со сроками, ресурсами, требованием к технологиям, которые подрядчик должен выполнить при реализации фиксированных этапов. Отклонения от контракта можно отслеживать не по факту сдачи, а в процессе поэтапного выполнения работ. Есть единственный момент, который не удешевляет процесс, а удорожает: стоимость одного рабочего места проектировщика может достигать $130 000 в год. Современные цифровые инструменты, такие как BIM-моделирование или система объективного контроля, позволяют отслеживать отклонения от начальных параметров, заложенных в проектной документации. На базе собранных технических данных можно подобрать оборудование, определить технологические параметры производственных линий, выйти на конечную стоимость произведенной продукции. И отслеживать по главному фактору, стоимости конечного продукта, те аспекты, за которые должен отвечать подрядчик. Стоимость проектирования технологического объекта в Африке, Индии или на Северном полюсе в развитом глобальном технологическом секторе составляет 5–10% от общего объема инвестирования в проект. Согласно принятой в России системе ценообразования у нас сейчас это 0,5% и меньше. Отсюда ошибки, закладываемые еще на этапе проектирования. С внедрением поправок в 44-ФЗ архаичный подход к проектированию промышленных объектов должен вытесняться. А экономия закладывается на существенном увеличении скорости строительства и исключении бесконечных недоразумений на стыках с подрядчиками.