Управляющая Al Bustan Palace: «Будущее туриндустрии Омана – очень светлое» Кэтрин Хертц рассказывает, как первый люксовый отель Омана меняет индустрию гостеприимства в регионе Гостиница Al Bustan Palace – родина люксового туризма в Омане, арабский вариант Culm Hotel или Badrutt’s Palace – с не менее впечатляющей историей, чем у знаменитых швейцарских отелей. Все началось в 1985 г., когда Оман принимал саммит стран Персидского залива. Чтобы достойно принять своих собратьев – правителей соседних стран и их делегации, султан Омана Каббус задумал построить роскошный дворец (который в будущем можно было бы превратить в роскошный отель). Рассказывают, что султан лично выбрал залив с пляжем протяженностью 1 км неподалеку от столицы, Маската. Но вот незадача – там располагалась рыбацкая деревушка Аль Бустан, посредине которой возвышалась 38-метровая скала. Но это ли проблема для абсолютного монарха? Султан распорядился построить новую деревню для своих подданных на противоположном конце залива, скала была взорвана, а на ее основании была построена девятиэтажная восьмиугольная башня. На каждой из восьми сторон восьмого этажа были созданы идентичные 300-метровые люксы – для восьми глав государств Персидского залива. А с двух сторон башни были пристроены два симметричных крыла – для официальных делегаций. Высота купола, который накрывает лобби отеля, – те же самые 38 м (на 3 м выше, чем Тадж-Махал), лобби украшает 18-метровая хрустальная люстра весом 5,5 т. Султан подошел к организации пространства системно, и среди прочего при отеле был построен концертный зал на 628 мест, который стал домом для Королевского симфонического оркестра, созданного в том же 1985 г. (здание Королевской оперы Маската было открыто только в 2011 г.). Ахмед аль-Махризи: Мы надеемся, что прирост туристов в Оман будет 10% в год Министр туризма Омана рассказывает, как отмена въездных виз повлияла на турпоток и чем Оман надеется привлечь россиян Саммит прошел успешно, и в том же году Al Bustan Palace был превращен в отель на 250 номеров и отдан в управление сети International (за исключением последнего, девятого этаж башни, который до сих пор остается в ведении администрации султана). В 2011 г. право управления Al Bustan Palace получила сеть The Ritz-Carlton. В 2015 г. его генеральным менеджером была назначена Кэтрин Хертц, которая стала первой женщиной, управляющей отелем The Ritz-Carlton в Персидском заливе. – Миссис Херц, вы всю свою карьеру провели в одной компании, работая на один бренд – The Ritz-Carlton. Что для гостиничного бизнеса совершенно нетипично. Почему? – Мне очень повезло попасть сразу после учебы в The Ritz-Carlton – и вот я уже 21 год в этой компании. Это были очень богатые на события годы: каждые два-три года я меняла отель и увидела мир благодаря лучшей гостиничной компании мира; мне повезло найти партнера, который разделил мою карьеру. Действительно, теперь люди предпочитают менять компании, но я всегда чувствовала, что The Ritz-Carlton мне очень подходит, и никогда не смотрела на сторону. Благодаря The Ritz-Carlton я увидела прекрасные места и теперь работаю в прекрасном месте – в Al Bustan Palace. – Al Bustan Palace открылся чуть больше года назад после реновации, которая продолжалась 18 месяцев. Что именно вы изменили в отеле? – Отель закрывается на реновацию каждые 10 лет. В последний раз Al Bustan Palace был закрыт в феврале 2017 г. и вновь начал работать в октябре 2018 г. Реновация затронула все части отеля (за исключением концертного зала). Мы сделали редизайн территории вокруг отеля, полностью обновили оба гостиничных крыла, все люксы на восьмом этаже, модернизировали все рестораны, включая пляжный Beach Pavillion. Плюс построили новую детскую зону с бассейном на пляже, потому что видим, что к нам хотят приезжать все больше семей с детьми. Очень интересно наблюдать, как Al Bustan Palace менял и продолжает менять индустрию гостеприимства в регионе. Он был не просто первым люксовым отелем в Омане – он был одним из первых люксовых отелей на всем Персидском заливе (появился до того, как начали массово строиться люксовые отели в Дубае). Теперь, после реновации, к нам приезжают гости со всего мира. Смотреть / 9 фото – Сколько вы потратили на реновацию? – Извините, сумму я назвать не могу. Отель принадлежит министерству туризма Омана, и все, что он зарабатывает, реинвестируется в его развитие. – То есть Al Bustan Palace – прибыльный объект? – Да. – Удовлетворены ли вы бизнес-показателями отеля в первый год после открытия? – Да. У нас очень много лояльных гостей, и им не терпелось к нам вернуться после полуторалетней паузы. И в целом 2019 г. был хорошим для оманской индустрии туризма: очень помогло открытие нового международного аэропорта Маската, Oman Air активно развивает маршрутную сеть, начала полеты в Москву и другие важные для нас европейские города. «Здесь гости наконец-то расслабляются и живут настоящим» Управляющий директор Badrutt's Palace Hotel Рихард Лоинбергер рассказывает, почему он отказался от должности вице-президента Marriott и вернулся в Санкт-Мориц И то, что в Омане открываются новые отели, тоже хорошо для нас, поскольку люди хотят посещать новые отели, другие регионы Омана, помимо Маската, – сообща мы можем продвигать это все еще сравнительно молодое туристическое направление. Думаю, что будущее туриндустрии Омана – очень светлое, поскольку он может предложить туристам очень многое, инфраструктура – фантастическая, плюс это очень безопасная страна. То есть база уже создана, и теперь нужно прилагать больше усилий для продвижения Омана, побуждая все больше туристов приехать и восхититься этой страной. – Место для новых люксовых отелей в Омане еще есть? – Да. А также для отелей ценовой категорией ниже: изначально Оман был люксовым направлением, но стране нужно и 4-звездочное предложение, чтобы у туристов был выбор – на побережье, в пустыне, в горах. Правительство и девелоперы работают над этим, и, думаю, в ближайшие пару лет в страну придут новые бренды, не только люксовые. – В Омане почти 50% жителей – моложе 25 лет. У вас есть проблемы с наймом персонала? – Приходится прилагать усилия, чтобы побудить местных идти работать в гостиничную индустрию: для них это новая сфера труда, и нужно им объяснять, что это такое и в чем перспективы. И мы горды тем, что у нас самая большая доля сотрудников-оманцев – более 50%. Но наша цель – довести долю местных сотрудников до 70–80%, и когда мы приглашаем на два-три года работника из-за границы, мы ставим задачу подготовить ему смену из числа оманцев. Мы плотно работаем с правительственными и образовательными структурами Омана, и я знаю, что у других отелей международных сетей есть подобные программы. Смотреть / 12 фото – Сколько работников в Al Bustan Palace? – Более 500. У нас большая территория, большой сад (300 финиковых пальм, 200 кокосовых пальм), пять ресторанов, мы проводим много банкетов. – Сколько стран представляют ваши сотрудники? – Более 30. Русскоговорящие сотрудники тоже есть. Хотя Россия для нас – абсолютно новый рынок: когда я приехала сюда в 2015 г., у нас не было ни единого гостя из России. Но теперь есть прямой рейс Москва – Маскат, и визу можно получить по прибытии в аэропорту. Россияне уже много лет ездят в Дубай, знают регион, и, думаю, многие из них готовы открыть для себя Оман. Оман – древняя страна, и здесь можно сочетать пляжный отдых с познавательным туризмом. – Откуда в Al Bustan Palace приезжает больше всего туристов? – Традиционно это была Европа: Великобритания, Германия и Швейцария, теперь все больше гостей приезжают из Франции и Италии (после того, как появились прямые авиарейсы). И постепенно туристы из стран Персидского залива начинают открывать для себя Маскат. Как это ни странно, наши соседи до сих пор не много знали об Омане, за исключением Салалы, знаменитой своим летним сезоном хариф. (С июля по сентябрь на юге Омана дуют восточные муссоны, которые приносят кучевые облака, в воздухе образуется постоянная морось, температура падает с +50 С до +25 С, одновременно меняются океанские течения и к южному побережью Омана приходят холодные воды Индийского океана. Холмы вокруг Салалы покрываются зеленью, вокруг города растут банановые и кокосовые рощи; морские флора и фауна тоже очень разнообразны, в отличие от большей части Персидского залива, где летом температура воды поднимается до +40–45 С. Традиционно состоятельные жители стран Персидского залива съезжаются на лето в Салалу, спасаясь от зноя у себя на родине. – «Ведомости».) – То есть к вам поехало больше туристов из Саудовской Аравии после того, как страна объявила блокаду Катара, – тех саудовцев, которые раньше отдыхали в Катаре? – Да. – Вчера в банкетном зале вашего отеля я увидел группу индусов, которые обсуждали будущую свадьбу. И мне рассказали, что Al Bustan Palace – очень популярное место у богатых жителей Индии, которые любят справлять у вас свадьбы. – Да, это очень интересный бизнес для нас: индийцам нравится, что мы дворец, и на свадьбу они выкупают наш отель целиком, из Индии прилетает очень много гостей. И мы не одиноки – другие отели Маската тоже проводят свадьбы, юбилеи и проч. для гостей из Индии. Поскольку Индия близко, есть множество прямых рейсов и Оман – популярное направление для индийцев. К тому же есть и давние исторические связи. Но индийские свадьбы – это сезонный бизнес, декабрь – февраль, за сезон мы проводим их несколько. А вот оманские свадьбы проходят у нас каждую неделю! В Омане мужчины и женщины гуляют свадьбы по отдельности, мы традиционно проводим женские свадьбы: на них приглашают по 500–700 дам, а у нас один из крупнейших банкетных залов в Маскате. – На протяжении многих лет и до 2018 г. концертный зал вашего отеля был домом для оманского Королевского симфонического оркестра. Как вы теперь используете зал? – Оркестр по-прежнему дает у нас несколько концертов в год – это зависит от его расписания. Мы проводим в зале разнообразные концерты, конференции, много сотрудничаем с учебными заведениями, которые проводят у нас вручения дипломов и проч., – зал построен амфитеатром, и обстановка получается очень торжественная. – Вы были одним из топ-менеджеров московского отеля The Ritz-Carlton на этапе его открытия. Какова была ваша роль? – Я провела в Москве почти четыре года – до 2009 г., отвечала за номерной фонд отеля. А потом отправилась в Дубай. В Москве я получила потрясающий опыт, но, конечно, бизнес был совсем другой: московский The Ritz-Carlton – в первую очередь бизнес-отель, в Маскате – курортный. – Когда вы в последний раз были в Москве? – Несколько месяцев назад – я люблю возвращаться в Москву. После чемпионата мира по футболу город очень изменился, теперь это совсем другой город! – Почему вы выбрали гостиничный бизнес для своей карьеры? – Потому что мне всегда нравилось путешествовать и никогда не нравилась рутинная работа в офисе. В отеле ни один день не похож на предыдущий. Хотя в моей семье никто к гостиничному бизнесу отношения не имел – они все преподаватели. Но теперь прилетают ко мне в Маскат из Германии минимум дважды в год. Конечно, зимой (смеется). – Какой был самый экзотический или сложный запрос от гостя в вашей карьере? – Запросы, связанные с питанием. Я полагаю, это глобальный тренд: люди становятся все более разборчивыми в отношении того, что они едят. И запросы, с которыми они приходят к нашим шеф-поварам, поистине впечатляют. К сожалению, для некоторых людей аллергенами являются почти все продукты, а мы – не просто отель, мы The Ritz-Carlton, поэтому даже в этом случае должны предложить гостям запоминающийся гастрономический опыт. У нас была семья с детьми, у которых была жуткая пищевая аллергия – ошибка с выбором продуктов грозила им госпитализацией. Родители сказали, что до нас они никуда не выезжали, потому что ни один отель не был готов предложить им столь тщательный выбор продуктов. Но благодаря нам они опять начали путешествовать.