Сергей Шойгу разъяснил суть особого режима дежурства ядерных сил Включение «Мертвой руки» – самая слабая степень ядерной эскалации, отмечают эксперты Министр обороны России Сергей Шойгу доложил президенту РФ Владимиру Путину о том, что дежурные смены пунктов управления Ракетных войск стратегического назначения (РВСН), Северного и Тихоокеанского флотов, командования дальней авиации приступили к несению боевого дежурства усиленным составом. Об этом сообщил Департамент информации и массовых коммуникаций Минобороны. 27 февраля Путин приказал Шойгу и начальнику Генштаба генералу Валерию Герасимову ввести «особый режим» дежурства стратегических ядерных сил (СЯС). К ним относятся атомные подлодки с баллистическими ракетами (ПЛАРБ), РВСН и дальняя авиация. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил 28 февраля, что эта мера принята после того, как отдельные западные представители стали заявлять о возможности военного столкновения России и НАТО. Песков, не называя фамилии, сказал, что это была министр иностранных дел Великобритании (Лиз Трасс. – «Ведомости»). Ранее Трасс заявила, что продолжение конфликта на Украине может привести к военному столкновению России и НАТО. Представитель Пентагона после указания Путина заявил, что США не имеют планов военного столкновения с Россией. «Мертвая рука» Еще в СССР была создана система гарантированного ответного удара «Периметр», которая предусматривала дежурство специальной баллистической ракеты. В случае ядерного удара она бы запускалась и подавала сигнал для старта уцелевших после удара противника ракет. Система снята с вооружения, но сейчас в России идут испытания аналогичной разработки нового поколения. По всей видимости, речь идет о введении такого режима дежурства, чтобы обеспечивалось гарантированное доведение команд управления СЯС в любой обстановке, для чего некоторые эксперты используют название «Мертвая рука», говорит Дмитрий Стефанович из ИМЭМО РАН. На это последовала абсолютно адекватная реакция США и НАТО, которые заявили об отсутствии угроз такого уровня. В целом же предпринятые Россией меры – наименее острая и наименее затратная форма эскалации в сравнении, например, с увеличением количества боевых дежурств самолетов, подлодок или подвижных грунтовых ракетных установок, говорит Стефанович. Усиление потенциала для гарантированного ответного удара надо воспринимать не как включение какого-то страшного компьютера, который отдает приказы в случае уничтожения людей ядерным нападением, а как, например, двойные расчеты на дежурстве в РВСН, поясняет эксперт Российского совета по международным делам Александр Ермаков. Это действительно низкая степень эскалации, в отличие от вывода носителей ракет на патрулирование, но выглядит как мощная риторика, говорит он. 24 февраля Россия начала специальную военную операцию в Донбассе. Ее целью Владимир Путин назвал защиту людей, которые «подвергаются издевательствам, геноциду со стороны киевского режима».