Минэкономразвития подготовило реформу процедуры банкротства Сохранить хотят только реабилитацию или ликвидацию компаний и ввести реструктуризацию долгов Банкротство компаний может стать проще и быстрее. Минэкономразвития хочет сократить сроки и издержки процедуры и значительно увеличить размер погашения требований кредиторов, оно направило на согласование в министерства и ведомства такой законопроект. Банкротство должно стать цивилизованнее и позволять спасать бизнес без сокращения рабочих мест и разрушения предприятий, считает министр экономического развития Максим Решетников (слова передал через представителя). Спасение бизнеса при банкротстве в России, в принципе, стремится к нулю, сказал замминистра экономического развития Илья Торосов. Кредиторы не получают денег почти в 70% случаев, менее 2% предприятий, начавших банкротство, восстанавливают платежеспособность, говорится в презентации Минэкономразвития. За девять лет число банкротств предприятий выросло почти вдвое, по данным Федресурса. Чтобы сократить издержки, Минэкономразвития предлагает реструктурировать долги, если большинство кредиторов сочтет это возможным. Сильно может измениться сама процедура банкротства – останется реабилитация и ликвидация имущества. От наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления министерство предлагает отказаться. Также Минэкономразвития хочет создать маркетплейс с информацией о торгах, которая должна появляться не менее чем за 30 дней до них. Продавать бизнес можно будет полностью, а не по частям, уточнил Торосов. Это позволит сохранять предприятия и рабочие места, надеется он. А чтобы избежать привлечения «подкупных» арбитражных управляющих, можно будет выбирать их по рейтингу или в случайном порядке. В проект также включены идеи, обсуждающиеся уже несколько лет. Например, торги на понижение или «голландский аукцион» (сейчас торг идет на повышение цены): объявлять о них один раз, а если имуществом никто не заинтересовался, снижать цены до тех пор, пока не появится покупатель. Так министерство рассчитывает повысить продажи на первых и вторых торгах. Против раньше выступала Федеральная антимонопольная служба (ФАС). ФАС рассматривает законопроект, сказал представитель службы. Новые меры помогут избавиться от «вечных банкротов» – по 5–10 лет работают в убыток и выводят деньги через другие компании, объяснил Торосов. Речь и о защите интересов должников, испытывающих временные трудности, но имеющих возможность восстановить свою платежеспособность, отмечает Решетников. Примерно 40% предприятий и вовсе входят в процедуру банкротства без активов, сказал Торосов. Компаниям без активов реструктуризация долга не поможет, обращает внимание партнер Deloitte Антон Зыков, это поможет восстановить прибыльную деятельность только тем, кто свои активы еще не растерял. Реструктуризация важна и кредитору, и должнику, считает партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин: кредиторам она позволяет получить что-то превышающее среднестатистические 5 копеек на рубль долга, а должник может обойтись без запредельных сумм долгов по субсидиарной ответственности, которые ложатся на всех причастных до конца жизни. Правда, не совсем понятно, чем реструктуризация отличается от уже существующего института мирового соглашения, замечает он: если кредиторы договорились, то пусть заключают такое мировое. Обновление процедуры банкротства очень нужно, особенно если доработать реструктуризацию и проводить ее без согласования со всеми кредиторами, говорит федеральный чиновник. При этом она будет востребована только если нельзя будет списывать долги и выводить средства через арбитражного управляющего, считает он. Действующие реабилитационные процедуры (внешнее управление и финансовое оздоровление) доказали свою неэффективность и применялись мало, констатирует вице-президент Сбербанка Максим Дегтярев, а наблюдение избыточно и ведет лишь к затягиванию дела. Если быстрее будет завершаться процедура, а активы возвращаться в нормальный экономический оборот, банки смогут быстрее высвобождать резервы и кредитовать под залог имущества банкротов, а государство — получать налоги с нормально работающих предприятий, считает он. Сокращение числа процедур банкротства – одна из важнейших инициатив, отмечает Клеточкин. На наблюдение может уходить больше полугода, когда не происходит ничего, кроме умножения убытков кредиторов. А остальные процедуры применяются очень редко и влияния ни на что не оказывают, считает он. Назрела и своевременно также возможность назвать оперативно торги на понижение, заключает Клеточкин: это ускорит продажу имущества должника. Это революция, но очень аккуратная и взвешенная, заключает партнер МЭФ PKF Павел Желновод. Повышение результативности процедуры реабилитации с 2 до 10% – это и вовсе новые возможности для выживаемости российского бизнеса, особенно в нынешних условиях пандемии, считает эксперт.