Что известно о преемнике Уоррена Баффетта Berkshire Hathaway может возглавить один из самых молодых директоров Грег Абель Уоррен Баффетт руководит Berkshire Hathaway более полувека. Имя его преемника долгое время было одним из самых тщательно охраняемых секретов корпоративной Америки. В августе Баффетту исполнится 91 год, его многолетнему партнеру Чарли Мангеру, который занимает пост вице-президента, – 97. Возраст обоих слишком солидный, чтобы рынок не волновал вопрос, кто в случае чего возглавит компанию. Теперь ответ есть. На собрании акционеров Berkshire 1 мая Мангер случайно проговорился. Его спросили, не стал ли фонд слишком большим и сложным для управления. «Грег сохранит [корпоративную] культуру», – успокоил Мангер. Он имел в виду вице-президента Грега Абеля, который в прошлом и этом году выступал вместе с ними на годовом собрании акционеров. После этого Баффетт подтвердил в интервью CNBC: «Если со мной что-то случится сегодня вечером, завтра утром все возьмет на себя Грег <...> Если, не дай бог, что-нибудь случится с Грегом, его сменит Аджит». Абелю 59, и он на 10 лет моложе «второго номера» – вице-президента Аджита Джейна. Он один из самых молодых в совете директоров Berkshire Hathaway. Баффетт признался, что главным доводом в пользу Абеля стала разница в возрасте. Для самого Абеля, похоже, не было никакого сюрприза. «У нас в Berkshire всегда было единодушие относительно того, кто возьмет на себя управление», – цитирует Баффетта CNBC. Откуда родом Абель Абель – иммигрант. Он родился в 1962 г. и вырос в канадском Эдмонтоне, где его отец работал в Levitt Safety, занятой поставками противопожарного и экологического оборудования, и в конце концов возглавил бизнес компании на западе страны. «Грег абсолютный трудоголик, – говорил один из его деловых партнеров (здесь и далее цитаты по The Globe and Mail). – Он каждый час делает больше, чем любой человек, которого я когда-либо встречал». Этим качеством Абель, по его словам, обязан матери. Когда совсем еще маленький Грег возвращался из детского сада, она садилась повторять с ним все, что они изучили в тот день с воспитательницей. У его школы была не самая лучшая репутация из-за постоянных драк между учащимися. Младшая сестра Абеля рассказывала, как однажды устроила дома вечеринку и гости начали буянить, сломали стиральную и сушильную машину. Она позвонила брату – и через пять минут он примчался с друзьями и мигом всех утихомирил. «Вот если бы он еще так же быстро и охотно помогал по дому с уборкой...» – пошутила сестра. В школе детей время от времени просили написать, какие у них планы на будущее. Многие делились «планами» не попасть в тюрьму, разбогатеть, выбраться «из этой дыры». Цели Абеля всегда отличались четкостью и практичностью и были сформулированы по принципу «сейчас я в ситуации А, надо достичь условий Б». Одним из таких планов было поступить в университет. Он выбрал факультет коммерции. Конкурс туда был выше, чем на другие факультеты, но Абеля это не остановило. Чтобы повысить шансы на поступление, он сдавал дополнительные экзамены в школе, чтобы набрать больше баллов. Абель хотел, чтобы его профессия была связана с бизнесом: «На это решение повлиял отец – он много работал, но я видел, как ему нравилось то, что он делал». Абель в детстве не лентяйничал: разносил газеты и рекламные листовки, собирал бутылки, стриг газоны и как-то заряжал огнетушители в компании, где работал отец. Levitt Safety дала ему небольшую стипендию, позволившую четыре года обучаться в Университете Альберты в родном Эдмонтоне (так что Абель сильно экономил, живя у родителей). Сколько зарабатывает Абель После того как Абель стал вице-президентом, в 2019 и 2020 гг. он получил по $16 млн зарплаты плюс бонус в $3 млн. Примерно столько же он зарабатывал и до этого, за исключением 2015 г. Тогда возглавляемое им энергетическое подразделение показало отличные финансовые результаты и благодаря бонусам Абель заработал в итоге за год внушительные $40,77 млн.Сам Баффетт последнюю четверть века получает за работу в Berkshire Hathaway по $100 000 в год. Но он объяснял CNBC, что хотел бы видеть своим преемником кого-то, кто «уже очень богат, – а человек должен быть богатым, если работает долгое время». Главное в богатстве, продолжал Баффетт, что «такого человека уже не мотивирует, будет ли у него в 10 раз больше денег, чем нужно ему и его семье, или в 100 раз». Получив диплом, Абель устроился в PricewaterhouseCoopers – сначала в Эдмонтоне, но вскоре перебрался в офис компании в Сан-Франциско. Одним из его клиентов была CalEnergy – небольшой производитель геотермальной электроэнергии с 500 сотрудниками. Когда им потребовался хороший бухгалтер, они сделали предложение Абелю. Гендиректор CalEnergy Дэвид Сокол предложил Абелю поработать для начала не в штаб-квартире, а бухгалтером на электростанции, чтобы набраться опыта на месте. И хотя это означало потерю в зарплате, Абель согласился. Сокол был человеком энергичным и требовательным. Мало кто выдерживал навязываемый им темп. Абель смог. Сокол сыграл в жизни Абеля важнейшую роль, и благодаря ему Абель познакомился с Баффеттом. Как Абель попал к Баффетту В 1996 г. CalEnergy приобрела коммунальное предприятие в Великобритании. Абель принимал деятельное участие в сделке, а потом Сокол попросил его возглавить компанию. Абель с женой и тремя детьми, старшему из которых было семь лет, уехал в Англию. Предприятие прежде было государственным, так что штаты оказались раздутыми, расходы – завышенными, а развивался бизнес очень медленно. Абель продал ненужные активы и смог повысить эффективность. Тогда-то он впервые попал в поле зрения Баффетта, пишет CNBC. Акционером CalEnergy был Вальтер Скотт-младший, друг детства оракула из Омахи и член совета директоров Berkshire. Он рассказал Баффетту об интересном молодом человеке. Тем временем CalEnergy в 1998 г. стала называться MidAmerican Energy Holdings: она слилась, доплатив $4 млрд, с компанией под этим названием из штата Айова, занимавшейся электроэнергетикой и природным газом. Сокол вызвал Абеля из Лондона, чтобы тот стал президентом объединенного бизнеса. Абель собрал вещи и перевез семью в Айову, в Де-Мойне. В следующем году у Сокола произошла личная трагедия. Его сын-подросток умер от болезни Ходжкина. Сокол задумался, хочет ли он дальше управлять компанией. Он предложил совету директоров два варианта. Первый – он уходит и рекомендует в преемники Абеля. Второй – находит покупателей на компанию и опять-таки покидает ее. Представители акционеров проголосовали за второй вариант. Сокол с большим энтузиазмом принялся за поиски. Но быстро обнаружил, что все претенденты собирались раздробить бизнес и продать его части по отдельности. Такого надругательства над компанией он позволить не мог. Выручил Вальтер Скотт-младший. Он предложил встретиться с Баффеттом, знаменитым среди прочего тем, что почти никогда не продавал купленные активы. Сокол и Баффетт позавтракали вместе и обо всем договорились. В 1999 г. Berkshire приобрела 75% MidAmerican за $9 млрд. Сокол передумал уходить. А Баффетт с интересом наблюдал за Абелем – тот готовил сделку вместе с Соколом. Сбитый сокол «Баффетту очень понравилось то, что мы делали», – рассказывал Сокол The Globe and Mail. Оба придерживались схожей стратегии: охотились за качественными недооцененными активами. Поддержка Berkshire позволила MidAmerican не думать о том, откуда брать капитал для новых приобретений. Сокол и Абель составили длинный список потенциальных объектов для поглощения, тщательно изучили каждый и обновляли по ним информацию. Благодаря этому, как только предоставлялась возможность для M&A, они были готовы быстро действовать. Сокол говорил, что Абель потрясающе разбирается в балансах компаний. Как-то они сторговались о поглощении компании за одну сумму, а по факту оно обошлось им намного дешевле. Дело в том, что Абель сделал из отчетности компании вывод: у нее должны остаться свободные денежные средства. Как ни странно, акционеры и руководство это прошляпили, иначе увеличили бы сумму сделки. «Грег понимал их баланс лучше, чем они сами», – говорил Сокол. А Баффетт с 2002 г. почти в каждом письме акционерам хвалил и Сокола, и Абеля. В 2008 г. Сокол снова решил уйти из MidAmerican и предложил Абелю пост гендиректора. Надо сказать, что Баффетт был не в восторге от этой идеи. Не потому, что сомневался в молодом топ-менеджере, а потому, что терпеть не может перемен. Тем не менее перестановка состоялась. А Сокола Баффетт послал спасать авиакомпанию NetJets, с чем тот справился, к удивлению всего рынка. Сокола считали преемником Баффетта. Но он совершил ошибку – приобрел акции химической компании Lubrizol на $10 млн, после чего посоветовал Баффетту купить ее. На новостях о поглощении акции Lubrizol подскочили в цене, Сокол заработал $3 млн. Сначала Баффетт заявил, что не видит в этой истории ничего предосудительного. Но потом зачитал решение комитета по аудиту совета директоров – Сокол как минимум нарушил стандарты этики и внутренние нормы компании. С тех пор обиженный Сокол не разговаривал с Баффеттом. Надо сказать, что Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) провела собственное расследование и обвинений не выдвинула. Сразу после этой истории один из первых телефонных звонков Соколу был от Абеля. Он уверял, что не верит в его вину и они всегда будут друзьями. Тихий канадец Первое испытание на посту гендиректора MidAmerican Абель прошел с честью. Из-за кризиса 2008 г. владелец десятка электростанций в США – компания Constellation Energy попала в тяжелое положение. В сентябре MidAmerican сделала ей предложение о поглощении исходя из стоимости акции $26,5. Это на 60% меньше по сравнению с котировками всего за три месяца до этого. Руководители Constellation отчаянно искали источники дополнительного финансирования и приняли предложение. О чем немедленно пожалели: французская компания Electricite de France сделала гораздо более выгодное предложение – $35 за акцию. Гендиректор Constellation позвонил Абелю и попросил отказаться от пункта в соглашении, что его компания не имеет права вести переговоры о продаже ни с кем, кроме MidAmerican. Абель отказал. Три месяца спустя Constellation вышла из сделки с MidAmerican, выплатив $175 млн неустойки. Вдобавок за это время изменился курс акций Constellation, и MidAmerican, продав свой пакет, заработала $917 млн, подсчитал CNN. Дублер Абеля Оба претендента в преемники Баффетта – иммигранты. Только Абель приехал из близкой Канады, а Аджит Джейн – уроженец Индии. Он отправился в США за степенью МВА в Гарварде, не зная, как правильно произносить слово «перестрахование» и даже «страхование». Получив диплом, Джейн работал в консалтинговой компании McKinsey, а в 1985 г. Баффетт взял его на работу в страховом бизнесе Berkshire. Он назвал Джейна «фабрикой идей, которая всегда в поисках нового направления бизнеса, которым мог бы заняться фонд». А еще Джейн – математический гений. Баффетт даже написал письмо его родителям в Нью-Дели с вопросом, не найдется ли у них еще одного такого же талантливого отпрыска. В 2014 г. Баффетт заявил, что проведенные Абелем сделки достойны войти в историю. А чуть раньше говорил: «Я всегда нахожу время для Грега, когда он звонит, потому что он приносит мне прекрасные идеи, у него по-настоящему новаторское мышление и подход к бизнесу» (цитата по CNBC). В том же году MidAmerican была переименована в Berkshire Hathaway Energy (BHE). «Наши принципы работы такие же [как у Berkshire Hathaway], мы инвестируем навечно», – объяснял Абель The Wall Street Journal (WSJ). Поэтому решено было, что за работу в энергетическом секторе Berkshire будет отвечать своим именем. Еще в 2015 г. Мангер, рассуждая о том, кто сменит Баффетта, упомянул Абеля, пишет WSJ. В 2018 г. у Berkshire появилось два новых вице-президента: Абель и Джейн. Баффетт пояснил, что эти назначения – часть стратегии по постепенной передаче руководства в Berkshire. Джейн отвечал за страховой бизнес, который приносит Berkshire средства для инвестирования. Абель – за весь остальной бизнес. «Гендиректор Berkshire должен быть человеком, который очень много знает об операционном бизнесе <...> и тут Абель больше подходит [на этот пост]», – ссылалась тогда WSJ на аналитиков. The Globe and Mail пишет про историю начала 2000-х гг., которую любит рассказывать Абель. Еще когда он возглавлял MidAmerican, в Айову собирался приехать экс-президент США Джордж Буш-старший: его сын как раз планировал объявить о своих президентских амбициях. Абель приложил все усилия, чтобы транспортные услуги Бушу-старшему предоставила его компания: многие ее активы были в Айове, и Абель собирался по дороге обсудить ряд вопросов. Это ему удалось. Забирать Буша-старшего Абель должен был в Лас-Вегасе. Он прибыл накануне вечером и отужинал в одиночестве в своем номере. Двумя неделями раньше у него выпала коронка и на ее место временно поставили вставной зуб. Перед едой Абель снял его, поставил на поднос и... забыл. Вспомнил только при чистке зубов. Сотрудники отеля искали зуб всю ночь, но так и не смогли найти. На следующее утро Абель подошел к Бушу-старшему, тщательно отворачивая голову в сторону, и объяснил, почему у него щербатый рот. Буш отнесся с пониманием, но с тех пор называл Абеля «тот канадец, у которого зубов спереди не хватает». Если задуматься, эта история о том, что Абель имеет доступ к президентам США. Однако Абель рассказывает ее с таким самоуничижением, что предстает каким-то недотепой. И в этом он весь. Он привык скрывать свои таланты за маской смирения. Абель не разговаривает с журналистами больше, чем обязан по должности. В 2018 г. съемочная группа Fox Business Network встретила его на благотворительном мероприятии Berkshire в Омахе и с трудом узнала. Он оделся совсем непримечательно – в футболку и бейсболку – и сливался с толпой. От интервью застигнутый врасплох Абель не отказался. Но говорил сдержанно и только банальности (например, «благотворительность – это хорошо») – в эфир пускать было почти нечего. Когда The Globe and Mail готовила большую статью о нем, журналисты собирались прилететь в Омаху, чтобы задать несколько вопросов. Представитель Абеля сообщил, что тот готов дать 10-минутное интервью, но только офф-рекорд и цитировать его нельзя совсем. Журналисты отказались. Говорят, что у него есть хобби, – но не могут назвать ни одного. У него есть чувство юмора, но никто не припомнит, чтобы он искрометно шутил. У него просто должны быть политические взгляды. Но никто не знает какие. Он не хочет вставать на чью-то сторону, будучи прирожденным дипломатом. The Globe and Mail приводит историю с Томасом Вилсаком, который был губернатором Айовы с 1999 по 2007 г. В начале срока он думал о дерегулировании электроэнергетики в штате. Абелю эта идея не нравилась. У Berkshire были хорошие отношения с Биллом Клинтоном, и можно было зайти через действующего президента. Но Абель долго договаривался с Вилсаком, что редкость для лидеров бизнеса, привыкших отдавать приказы. «Грег хочет избежать ситуации, когда есть победитель и проигравший», – говорил Вилсак. В итоге был достигнут компромисс. Губернатор отказался от планов дерегулирования, а MidAmerican согласилась модернизировать старую угольную электростанцию и построить ветряную станцию. Абель не говорит о своем богатстве. Его друзья рассказывали The Globe and Mail, что он помог деньгами многим сотрудникам, столкнувшимся с проблемами со здоровьем. Сокол знает, что после неожиданной смерти одного из сотрудников Абель отправил за свой счет его двоих детей учиться в колледж. Но Абель не хочет, чтобы о его благотворительности знали. Работа оставляет ему мало свободного времени, которое он в основном тратит на семью. У него трое взрослых детей от первого брака и сын от второго. Один его друг был шокирован, случайно увидев, как Абель – руководитель многомиллиардного бизнеса с плотным рабочим графиком – тренирует команду сына по лакроссу. Berkshire Hathaway Inc. холдинговая компанияКрупнейший акционер: Уоррен Баффетт (голосующая доля – 32,1%). Капитализация – $664,8 млрд. Финансовые показатели (2020 г.): выручка – $245,5 млрд, чистая прибыль – $42,5 млрд, активы – $873,7 млрд. Со спортом у Абеля особые отношения. Его дядя Сид Абель с 1938 г. играл за хоккейную команду Detroit Red Wings, попал в Зал славы канадского хоккея, а затем комментировал спорт на телевидении. «Мы с ребятами играли в хоккей после школы почти каждый день летом и зимой и заканчивали, только когда нас звали ужинать, – вспоминал Абель в интервью для сайта некоммерческой организации Horatio Alger Association of Distinguished Americans. – Играя в хоккей, быстро понимаешь, что гораздо эффективнее играть в команде, а не в одиночку <...> Вы строите прочные отношения со своими товарищами по команде, потому что должны поддерживать друг друга. Я считаю, что спорт помог мне развить лидерские качества». Если на публике Абель – человек сдержанный, то в своем кругу он очень общительный парень. Часто приглашает друзей на хоккейные и футбольные матчи. Вместе с женой они организуют празднование Дня благодарения по принципу открытых дверей – принимают каждого, кто придет. Каждый год он с близкими друзьями ездит охотиться на перепелов в Джорджию. Что надо решить Абелю Преемника будут постоянно сравнивать с Баффеттом: что бы тот сделал в той или иной ситуации. Многие доверили деньги Berkshire или согласились продать ей компанию просто потому, что знали, кто такой Баффетт и чего от него ждать. Будет ли Абель поступать так же, как легендарный предшественник? Например, Баффетт почти никогда не продавал купленную компанию, даже если она была неэффективной. Его сравнивают с коллекционером, который набрал солидных предприятий и следит, чтобы о них заботились. У него есть компании, занимающиеся производством кирпичей, украшений, конфет, нижнего белья, химикатов, матрасов, мороженого, военной формы, систем кормления свиноматок, понтонных лодок – и это далеко не все. Рискнет ли его преемник продать что-то? Например, американскую оптовую компанию McLane? Она поставляет бакалейных и непродовольственных товаров на 50 млрд, но ее прибыль до налогообложения меньше 1% от оборота. Или же вопрос дивидендов. Баффетт их не платит из принципа, уверяя, что может более эффективно потратить их на инвестиции. При этом в последние годы он редко делал крупные приобретения. «Уоррен Баффетт задает высокую планку, когда мы ищем активы для покупки. Подходит ли она для семьи активов, которые уже есть у Berkshire?» – признавал Абель. Но в итоге у Berkshire скопились десятки миллиардов наличных средств, которые и не инвестируются, и не выплачиваются в виде дивидендов. Или же раскрытие информации. Собрание акционеров – это шоу Баффетта и Мангера. Руководители подразделений могут появляться на них, но обычно почти ничего не говорят. В этом году опрошенные Financial Times аналитики были в восторге от того, какая большая роль на собрании досталась Абелю. «У него все ответы на языке. И в них нет неопределенности или двусмысленностей», – хвалил один. «Berkshire не привыкла активно взаимодействовать с инвесторами. То, что Грег поделился информацией, и его открытость можно только приветствовать», – подхватывал другой. «Если я позвоню ему или напишу электронное письмо, то быстро получу ответ, – рассказывала The Globe and Mail гендиректор одной из компаний из империи Баффетта. – Он очень быстро начинает разбираться в новом для себя бизнесе. Спустя месяцы он помнит все, что мы с ним обсуждали». При этом он не микроменеджер. Как-то президент другой компании, принадлежащей Berkshire, захотел сменить название недавно поглощенного холдинга. Он посоветовался с Абелем, но тот, едва услышав лучший на взгляд президента вариант, закрыл вопрос: «Да, это звучит достаточно хорошо». Но, как объяснял Мангер CNBC, особенность Berkshire в том, что управление в холдинге децентрализованно и поэтому бизнес должен успешно пережить и его, и Баффетта. В штаб-квартире Berkshire в Омахе работает менее 30 человек. Каждый бизнес в империи обладает огромной долей независимости. Еще один хороший вопрос: когда уйдет Баффетт. «Не думаю, что он уйдет сам, – говорил Сокол The Globe and Mail. – Чтобы это случилось, он должен умереть – или быть выведен из строя другим образом». Баффетт еще в 2018 г., назначая Абеля и Джейна вице-президентами, специально уточнял, что это не следует воспринимать как намерение немедленно покинуть Berkshire: «Я прекрасно себя чувствую, и мне нравится то, чем я занимаюсь. По утрам я тороплюсь попасть в офис», – цитировал его Forbes. Мангер тогда же сказал CNBC, что Баффетт, вероятно, просидит в кресле гендиректора еще лет семь, а сам он будет работать не так долго. Но в этом году на собрании акционеров Баффетт шутил на тему возраста и своего, и Мангера, которому через три года должно исполниться 100 лет: «Через три года Чарли будет стареть на 1% в год. Никто не будет стареть медленнее Чарли!».