Минэк предложил увеличить госрасходы на 1,8 трлн рублей Для этого нужно нарастить заимствования и отступить от бюджетного правила Бюджетная политика в следующие три года должна быть более смелой – Минэк подготовил комплекс предложений по увеличению государственных расходов. Их перечень приведен в письме замминистра экономического развития Полины Крючковой в аппарат правительства, инициативы подготовлены во исполнение поручений вице-премьера Дмитрия Григоренко, сформированных по итогам заседания бюджетной комиссии 1 июля (копия письма Крючковой, а также протокол с комиссии есть у «Ведомостей»). Первая мера – повышение прогноза доходов бюджета, за счет чего можно установить более высокий уровень государственных трат изначально. В частности, после улучшения в июле ряда макроэкономических оценок, прежде всего темпов роста ВВП, можно прогнозировать поступления в федеральный бюджет в 2022–2024 гг. на уровне 23,5 трлн, 24,6 трлн и 25,8 трлн руб., пишет Крючкова. Это значительно – на 2,4 трлн руб. в общей сложности – больше оценок Минфина, представленных на заседании комиссии, следует из письма. Вторая мера – временное сохранение корректировок бюджетного правила, внесенных специально на период пандемии. В частности, Минэк предлагает сохранить показатель, определяющий максимально допустимый объем расходов бюджета, – структурный первичный дефицит – на повышенном уровне. На 2021 г. его размер был увеличен на 875 млрд руб. – с 585 млрд (эта сумма и закреплена в бюджетном правиле) до 1,46 трлн руб. Такой маневр позволил нарастить госрасходы на эту величину, но со следующего года размер первичного дефицита планировалось откатить к изначальным значениям. Минэк считает, что в 2022–2023 гг. необходимо сохранить его на ныне действующем уровне – не менее 1,46 трлн руб. Размер первичного структурного дефицита определяется как разница между суммой ненефтегазовых и базовых нефтегазовых доходов (от продажи нефти по цене отсечения, в этом году она составляет $43,3 за баррель Urals) и общим объемом расходов федерального бюджета. Кроме сохранения предельного объема расходов на повышенном уровне необходимо зафиксировать базовые нефтегазовые доходы бюджета в 2022–2023 гг. в нынешних параметрах – т. е. перенести на следующие два года действующий прогноз по этому показателю, который установлен на уровне до сделки ОПЕК+ (564 млн т). Оба предложения – повышение прогноза и заморозка корректировок бюджетного правила и прогноза по добыче – позволят нарастить расходы бюджета на 2022–2024 гг. до 23 трлн, 24,8 трлн и 25,7 трлн руб. В сумме это на 1,8 трлн руб. больше, чем было заложено в проектировках Минфина к заседанию бюджетной комиссии. Покрывать разрыв между доходами и расходами Минэк предлагает за счет расширения программы заимствований. В общей сложности в следующие два года ее надо будет нарастить на 840 млрд руб., пишет Крючкова. Впрочем, Минфин впоследствии скорректировал свои оценки. Как следует из письма замминистра финансов Владимира Колычева Дмитрию Григоренко от 30 июля (есть у «Ведомостей»), ведомство повысило прогноз доходов после того, как получило от Минэка уточненный макропрогноз. Согласно новым оценкам Минфина, доходы в 2022–2024 гг. составят 22,9 трлн, 24,1 трлн и 25,3 трлн руб. Несмотря на уточнение, новый прогноз Минфина все же существенно ниже, чем оценки Минэка, – в общей сложности на 1,7 трлн руб. Уточненный план расходов Минфина в следующие три года предусматривает на 1,1 трлн руб. меньше трат, чем предлагает Минэк. Еще одно предложение Минэка касается практики переноса бюджетных остатков – не израсходованных за предыдущий период средств. По действующим правилам они могут служить источником финансирования расходов, например, вместо государственных заимствований, но лишь в пределах утвержденного законом о бюджете уровня трат. Минэк предлагает автоматически перечислять остатки в резервный фонд правительства. Это позволит в течение года использовать средства дополнительно к установленным законом расходам. Резервный фонд правительства предназначен прежде всего для финансирования внеплановых нужд. «Предлагаем рассмотреть возможность закрепления в Бюджетном кодексе постоянной нормы о ежегодном перечислении фактических сверхплановых ненефтегазовых доходов федерального бюджета в резервный фонд правительства», – пишет Крючкова. Представитель Минэка не ответил на запрос. «Говорить о конкретных бюджетных параметрах на ближайшую трехлетку сейчас преждевременно», – сказано в ответе пресс-службы Минфина. Денежный голод Дополнительные средства бюджету в следующие годы потребуются на финансирование мер из послания президента Федеральному собранию, а также на новый план прорывных проектов правительства. Министр финансов Антон Силуанов в апреле оценивал стоимость инициатив президента Владимира Путина в 400 млрд руб. на два года. Программа кабинета министров, представленная 19 июля, потребует из бюджета в следующие три года 500 млрд руб. и еще 232 млрд – из фонда национального благосостояния (ФНБ). В ходе заседания бюджетной комиссии 1 июля рассматривалось главным образом две альтернативы варианта поиска денег на дополнительные расходы. Первый – перераспределение средств федерального бюджета на более приоритетные проекты. Второй – повышение налогов на общую сумму 400 млрд руб. (подробности заседания ранее описывали «Ведомости»). Если всерьез воспринимать сценарий перехода к более высоким темпам экономического роста – от 3% и выше, потребуется обеспечивать адекватный этому уровню оборот товаров и услуг соответствующим предложением денег, полагает заместитель генерального директора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Олег Солнцев. Сейчас, в том числе в связи с ужесточением денежно-кредитной политики ЦБ, темпы роста денежной массы замедляются. Консолидация бюджета дополнительно усугубит проблему ликвидности, необходимой для поддержки экономического роста, обеспечения спроса экономики на деньги, пояснил он. Теоретически эту проблему можно было бы решить за счет расширения рефинансирования банков в ЦБ, но тогда возникает вопрос, есть ли у них адекватный этому увеличению объем залогов, добавил Солнцев. Впрочем, позиция обоих министерств логична и понятна, отметил экономист. Правда Минэка в том, что в условиях кризиса и посткризисного восстановления необходимо стимулирование экономики, одним из наиболее действенных инструментов которого выступают бюджетные расходы. С другой стороны, в условиях сохраняющейся неопределенности необходимы ресурсы для сохранения бюджетной и макроэкономической стабильности, а также возможного купирования имеющихся рисков, за что фактически выступает Минфин, резюмировал Солнцев. Доходы федерального бюджета в 2022–2024 гг. будут даже несколько выше оценок Минэка, спрогнозировал директор группы «Суверенные рейтинги» S&P Global Ratings Карен Вартапетов. Он напомнил, что такие ожидания сформированы на основе уточненного макроэкономического прогноза агентства. В конце июня аналитики S&P улучшили прогноз роста ВВП России на 2021 г. до 3,7% с ожидавшихся в марте 3,3%. Фиксация базовых нефтегазовых доходов в объеме не ниже уровня 2021 г. будет означать, что практика временного отступления от бюджетного правила будет продлена на последующие периоды, а темпы пополнения ФНБ замедлятся, отметил управляющий директор рейтингового агентства НКР Андрей Пискунов. Введение такой меры на 2021 г. объяснялось необходимостью преодоления последствий ковидного 2020 года, напомнил он. В нынешних условиях допрасходы могут понадобиться скорее на стимулирование экономического роста. Бюджетные правила перестанут быть таковыми, если будут постоянно нарушаться, отметила руководитель направления «Фискальная политика» Экономической экспертной группы Александра Осмоловская-Суслина. Если отступление от них было оправданно в кризисный год, то на данный момент оснований продолжать эту практику нет – можно найти и другие способы стимулирования экономики, кроме повышения расходов за счет фактически разбалансировки бюджета. Сначала необходимо научиться эффективно тратить бюджетные средства – нередко неизрасходованные суммы по итогам года приближаются к 1 трлн руб., резюмировала эксперт.