Новая география цен Почему распадается система глобальных ценовых индикаторов на основные экспортные товары Развитие национальных ценовых индикаторов – не только горячая тема российского регулирования, но и глобальный тренд. Тот же Китай в 2021 г. запустил реформу национальных ценовых бенчмарков и развивает собственные индексы. В России импортозамещение индикаторов в контрактах и расчете налогов стало востребованным только сейчас, когда зарубежные ценовые агентства ушли с рынка. Почему же это делают другие страны? Причин две: деглобализация и зрелость развивающихся экономик. Система глобальных ценовых бенчмарков, где от одного эталона путем добавления стоимости фрахта можно посчитать цены в любой точке мира, перестала работать. Главные мировые эталоны цен на нефть, нефтепродукты, химию, цветные металлы традиционно рассчитываются на базисе Европы, уголь – это Австралия, пшеница – США. Это давние центры производства таких товаров, и основные ценовые агентства были основаны именно там – в США и Великобритании. Да и сбор информации о ценах таким агентствам проще проводить в англоязычной среде, чем на иероглифах или кириллице. Но эту систему нельзя назвать всеобъемлющей и совершенной. Например, Россия – единственный крупнейший экспортер сырья, на базисе которого нет ни одного мирового ценового эталона. На рынках, в которых Россия/СССР доминировали всегда (газ, удобрения, подсолнечное масло), так и не сложилось ни одного мирового индекса. Этому виной комплекс причин, но главная – долгий период изоляции плановой экономики крупнейшего производителя. К тому же глобализация забуксовала после кризиса 2007–2008 гг. Протекционизм – обычный ответ на кризис. Торговые войны (США – Китай с 2018 г., Австралия – Китай с 2020 г.) и нарушение логистики в пандемию привели к локализации рынков. Маркером единого рынка служит корреляция цен в разных регионах, отсутствие возможности для спекулятивного арбитража. А цены в разных регионах все менее связаны друг с другом из-за торговых барьеров, усложнения логистики традиционных маршрутов. Самый яркий пример такого расхождения: мировой эталон цен на уголь, рассчитываемый на базисе Австралии, в 2020 г. упал – после введения Китаем эмбарго на австралийский уголь. В Китае же, на крупнейшем угольном рынке, цены выросли. А цены на сталь на американском, европейском и азиатском рынках за последнее десятилетие вообще разошлись – из-за антидемпинговых пошлин. Эволюция мировой торговли и смещение центров потребления в Азию, а также недостаточный охват рынка индексами со стороны глобальных агентств хоть и с запаздыванием, но привели к появлению ценовых индексов на базисах Китая, нового крупнейшего мирового импортера сырья. Эти локальные ценовые бенчмарки даже стали более востребованными у поставщиков сырья в Китай, особенно в углях и металлах. Вот и Индонезия задумалась о собственных бенчмарках на уголь и пальмовое масло – это и есть ответ на вопрос в начале статьи. Масштаб индонезийского перехода на национальные бенчмарки может показаться смешным. По пальмовому маслу у Индонезии разница в географии цен с основным мировым эталоном минимальна – основной индикатор рассчитывается на базисе соседней Малайзии. Тогда зачем Индонезии свой бенчмарк? Ответ: это рыночная сила и премия к рынку. Сравним ситуацию с российской. Основное экспортное масло из России – подсолнечное, по его производству в текущему сезоне наша страна № 1 в мире. Но бенчмарка на подсолнечное масло никогда не существовало. Для расчета пошлины российские налоговые органы использовали до 2022 г. котировку Refinitiv, рассчитывавшуюся на импортном базисе портов Балтики. Теперь базой для расчета пошлины сделали индикатив внебиржевых сделок экспорта. Но это не бенчмарк, который давал бы налоговым органам независимую от производителей оценку. Интересен для нас и опыт Индонезии с бенчмарком по углю. Эта страна также расположена совсем недалеко от Австралии, по которой считают угольный индикатор, и это островное государство с низкими затратами на транспортировку. Но для Индонезии существенна разница между ее и австралийскими углями – ведь это разные по качеству товары с разными ценами. Россия сейчас использует австралийский бенчмарк на уголь для расчета НДПИ, хотя между ним и нетбэком российских производителей мало общего. По данным ЦЦИ Газпромбанка, по состоянию на конец марта 2023 г. нетбэк российских производителей угля, приведенный к Кузбассу, – это только 30–40% от австралийского бенчмарка. До 50% цены забирают затраты на доставку и транспортировку только по России. В мире больше нет сырьевых экспортеров с расстояниями сухопутной транспортировки (более дорогой, чем морская) на 5000 км! Протяженные сухопутные маршруты доставки делают российские цены менее связанными с мировыми. К тому же, как и у Индонезии, качественные характеристики российских углей сильно отличаются от австралийских. Но отсутствие своих эталонов у экспортера обычно приводит к формированию для них дополнительных дисконтов. ЦЦИ Газпромбанка запустил собственные экспортные котировки на российские угли (энергетические и коксующиеся) в соответствии с марками российских производителей, чтобы решить эти задачи. Создание новой географии ценовых бенчмарков – долгий путь. Но финансовые институты – крупные потребители ценовой информации. Репрезентативные цены нужны нам для оценки инвестиционных проектов, рисков и развития новых финансовых инструментов.