poetry: Но потом, как же стыдно мне было, о, Боже мой!
  Мне мерещились Варенька и Валентина,
  Та, которая в пионерах достойно 
  Умерла, только лба всё ж не перекрестила.
prose: Но как же я был ошарашен, Боже мой! Варенька и Валентина, с достоинством погибшие в пионерии, переступили через мою голову.