poetry: У меня два кота: Озя (он же Ози Осборн) и Эрик (он же Эдуардо). Живу я в своём доме и Эдуардо по утрам в течение получаса до пяти раз выходит во двор и заходит обратно, а я открываю и закрываю за ним дверь. Рецидивист... А между первым и вторым открытием нужно успеть разморозить и мелко нарезать ему кусочек мяса. Мясо должно быть ещё сырым, холодным, слегка подмороженным типа строганины и не розовым, а темно красным. Выставляется на блюдечке в полутора метрах от входной двери, прямо на маршруте следования Эдуардо. Пулей заскакивает и тормозит всеми четырьмя лапами перед тарелкой. Если между первым и вторым разом не успеваю - жрать отказывается и объявляет мне свою деструктивную позицию. Однако, ежели случайно забываю про Эдуардо и запускаю не через пять минут, а минут через 20 - ест мясо с особым аппетитом, сопровождаемым плотоядным урчанием. В этот момент вспоминается, что котейка все-таки хищник и его далекие предки были дикими сибирскими котами. Эдуардо тоже сибирский, вот только карликовый сибирский, росточком не вышел. Добирает характером. 
  Приучил меня подходить к двери каждые несколько минут на автопилоте. Иногда открываю, а его еще нет. Небось сидит где-то в кустах и засекает время, через сколько я открою... Проверяет, так сказать, мой условный рефлекс... Тут-таки и поминаю его незлым тыхым словом...
prose: Я живу в своем доме и до пяти утра выхожу во двор, возвращаюсь, открываю и закрываю за собой дверь. Рецидивист... А между первым и вторым отверстием нужно успеть разморозить и мелко нарезать кусочек мяса. Мясо должно быть еще сырым, холодным, слегка замороженным, из строганины, и не розового, а темно-красного цвета. Оно выставлено на блюде в полутора метрах от входной двери, прямо по пути следования Рикардо.