poetry: "Один графоман в солидный журнал прислал корявый стишок. Совсем таланта не было в нем, и стиль был весьма смешон. Ho чтобы вывод под стих подвесть, в нем были такие слова: "Жизнь такова, какова она есть, и больше - никакова!" 
  Эти остроумные строки вошли в жизнь и уже давно цитируются, как народные, но не они определяют творчество Владимира Андреевича: как отметил поэт Геннадий Красников, "Кострову ближе страшные по своей обнажённости признания, в которых сближение "далековатых (не сближаемых!) понятий" открывает новые поэтические возможности русского слова": 
prose: "Один графоман послал на стол журналу обнаженное стихотворение. Таланта в нем вообще не было, и стиль был довольно смешной. Но, чтобы завершить стих, в нем были такие слова:" Жизнь такая, какая она есть, и больше нет! "Эти остроумные строки ожили и уже давно цитируются как народные, но они не определяют творчество Владимира Андреевича: как заметил поэт Геннадий Осников," Костров ближе к страшным исповедям по своей наготе, в которых схождение "далеких (не сходящихся!) концепций" открывает новые поэтические возможности русского слова ":