poetry: Идея командирского плана уже давно стала нам всем понятна. Поэтому, взяв в руки шесты, мы с лейтенантом Славой прошли с десяток метров вверх по реке, сквозь кустики вышли к воде и шагнули в темноту. Весь этот путь нам освещали лучи нескольких мощных фонарей, позволявшие более - менее спокойно, без особых происшествий разминуться с торчащими сучками и ветками, видеть, что делается под ногами, чтобы не навернуться на корнях и кочках, и не звездануться в речку с довольно крутого берега.
  Вода была холоднее, чем нам казалось вначале, когда мы трогали ее руками, а глубина больше, чем можно было предположить, глядя на речку. Я сразу бултыхнулся, поскользнувшись на каком-то округлом голыше, и с головой ушел под воду. Правда, я тут же встал на дно, и оказалось, что на самом деле воды здесь по пояс, а высоченному Славику вообще вода еле закрывала то, что не следовало выставлять на всеобщее обозрение. 
prose: Идея командного плана уже давно всем нам стала понятна. Так, взяв в руки шесты, мы со Славой прошли с дюжины метров вверх по реке, через сугробы к воде и шагнули в темноту. Всё это время нас освещали дожди нескольких мощных фонарей, которые позволяли нам более - менее спокойно, без особых случайностей - отходить от сугробов и ветвей, видеть, что делается под ногами, чтобы не скатываться на корни и не проваливаться в реку с довольно крутого берега. Вода была холоднее, чем мы думали вначале, когда трогали ее руками, и глубина была больше, чем мы могли себе представить, глядя на реку.