poetry: Стража в Чите состояла из инвалидов, и часто нам приходилось сносить дерзости этих солдат, несмотря на то что комендант очень строго взыскивал с них за малейшую грубость; сами заключенные им охотно прощали, сознавая, что они это сделали по глупости своей; гораздо было чувствительнее и обиднее, когда из офицеров попадались такие, которые превратно понимали свои обязанности и позволяли себе грубые выходки, желая, вероятно, выслужиться или думая что исполняют свой долг, так как из Петербурга, кажется, если не ошибаюсь, было приказание говорить "ты" заключенным.
  Таким образом Иван Александрович был однажды выведен из терпения одним старым капитаном, который позволил себе сказать ему:
  -- Открой твой чемодан.
  На что Иван Александрович отвечал ему:
prose: Охранники в Чите были инвалидами, и нам часто приходилось терпеть наглость этих солдат, хотя комиссар очень строго наказывал их за малейшее хамство; сами заключенные охотно прощали его, зная, что они сделали это по глупости; гораздо более чувствительно и обидно было, когда офицеры сталкивались с теми, кто неправильно понимал свои обязанности и позволял себе грубость, вероятно, желая служить или думая, что они выполняют свой долг, потому что казалось, если я не ошибаюсь, что из Петербурга был приказ сказать заключенным "вы". Так однажды из терпения повели Ивана Александровича к старому капитану, который позволил себе сказать ему: "Открой чемодан". На что Иван Александрович ответил: