poetry: Содрали гимнастерку и рубашку, стали растирать грудь и спину из заветной фляжки, а сестра сунула под нос ватку с нашатырем. Григорий заметал головой, втянул глубоко в себя воздух и громко чихнул: а-ап-чхи!!!... Открыл глаза и увидел загорелое, черноглазое, очень красивое, усталое девичье лицо, обрамленное светлыми кудряшками, и улыбнулся. Вторя ему, заулыбались, засмеялись, загоготали все окружающие. "Жив! Жи-и-ив! Жив, курилка!" Григорий не слышал. Но всё видел и понимал, Лицо его вновь озарилось улыбкой, растянутой до ушей. По госпиталям провалялся около года и вернулся домой.
  И здесь появился еще один фронтовой. Он приветливо махнул рукой, подбежал к нам, и они с Николаем Лаврентьевичем долго стояли в мужских объятиях.
prose: Григорий покачал головой, засосал глубоко в воздух и громко чихнул: "Ах-ап-чхи!!!"... Он открыл глаза и увидел кожаное, черноглазое, очень красивое, усталое лицо, покрытое легкими завитками, и повел за собой.