poetry: Ошеломлённый Отец думал...думал... и с Тёщей, "скрипя зубами", согласился.
  Он всем объявил, что тогда назовёт меня в честь своего второго друга - чистокровного советского немца, - Альберт.
  Все, чуть было,со скамеек и табуреток не попадали, но утерпели и промолчали, боясь разгневовать отца. 
  Мужики, отмечавшие моё рождение, и уже изрядно подвыпившие Самогончика, в "дискуссии" уже, практически, участия не принимали,продолжали выпивать и закусывать, почти забыв про причину гулянки.
prose: Он объявил всем, что назовет меня Альбертом в честь своего второго друга, основательного советского немца. Все, почти все, не падало с колосьев и табуреток, но они были терпеливы и молчаливы, боялись разгневать отца. Мужчины, которые праздновали мое рождение и которые уже выпили довольно много Самоёночки, почти не участвовали в "дискуссии", продолжали пить и закусывать, почти забывая о причине вечеринки.