poetry: В Казани, на мое счастье, были две тетки Ивана Александровича, у которых я и остановилась. Они приняли во мне большое участие и помогли запастись теплым платьем на дорогу, а также выменять мой тяжелый возок на две купеческие повозки, крытые рогожами. Эти экипажи были так легки и так прочны, что нисколько нас не задерживали, лошади точно летели. Правда, что и дороги были бесподобные; наконец, моей быстрой езде много способствовал бланк, выданный Давыдовым, начальником всех сибирских почт, по просьбе одной из почтенных тетушек Анненкова в Казани.
  Из этого города выехала я 4 января 1828 года в 12 часов и была в Перми шестого. Везде, где я ни появлялась, все изумлялись -- с какой быстротою я ехала. Мне самой непонятно теперь, как могла я выносить такую быструю езду при таком ужасном холоде, какой был в ту зиму.
prose: Эти кареты были настолько легкими и легкими, что не задерживали нас ни малейшим малейшим образом, лошади летали точно. Правда, дороги были неровные; наконец, бланк, выданный мне начальником всех сибирских почтовых отделений Давыдовым по просьбе одной из уважаемых теток Анюкова в Казани, предписывал мою быструю езду. Я покинул этот город 4 января 1828 года в 12 часов и был в Перми Шестого. Куда бы я ни поехал, все удивлялись, с какой скоростью я ехал.