poetry: поняв, что множество в конечном дне сведётся к одному, 
  но в мире всё, что одному, то всем, а значит никому.
prose: понимая, что толпа, в конечном счете, будет сведена к одному, но в мире все, что принадлежит одному, принадлежит всем и, следовательно, никому.