poetry: Лица и губы, и тёплые руки,
  Кажется, будут всегда утешеньем,
  Но затихают сердечные стуки,
  И не ругаешь себя в согрешеньи.
prose: Лица, губы и теплые руки, кажется, всегда будут утешением, Но сердце стучит в десятку, И ты не потеешь над собой в грехах.