poetry: Я уже не мог выдержать этой белизны, схватил белый халат с кровати, совершенно не раздумывая, что у меня его никогда не было, и вышел за дверь. 
  Вот тут меня подстерегало очень странное совпадение. Из белой комнаты я вышел в длинный белый коридор, и явно не своего дома. Более того, я очень удивился, когда увидел длинную очередь в конце коридора, и угадайте в чём - в белых халатах и белых тапочках. Тут я всерьёз подумал, что сошёл с ума. И мне уже было не до смеха. Но обычно, случись такое в жизни, думаю многие бы испугались, но почему-то в моей душе было абсолютное спокойствие и отсутствие страха. Я побрёл в сторону толпившихся людей, по прозрачно-белому полу, успокаивая итак себя спокойного тем, что скорее всего я ещё сплю, и даже не буду щипать себя, потому что уверен, что как и в предыдущем сне я почувствую всё как наяву. До людей оставались считанные шаги, когда мне пришло в голову обернуться. Не знаю, почему мне не пришло это в голову раньше, но видимо, лучше бы не приходило вовсе. Повернувшись назад я увидел коридор своего дома, он был вовсе не длинным и не белым, а обычным, с уже посеревшими от времени обоями, и свисающей лампочкой ильича, которая постоянно напоминала о себе знать, каждый раз, когда слишком высокие гости натыкались на неё своими лбами. На полу лежал коврик моего пса Рэдмонта, названного в честь марки телевизора из-за схожести громкостей динамиков. Иными словами, что телевизор, что пёс были не очень громкими -- один из-за специфичности, другой от старости. За коридором -- поворот направо на лестницу со 2-го этажа в гостинную. 
prose: Меня ждало очень странное совпадение. Я вышел из белой комнаты в длинный белый коридор, и явно не мой дом. Более того, я был очень удивлен, когда увидел длинную очередь в конце коридора, и догадался, что это - в белых халатах и белых тапочках. Здесь я всерьез подумал, что сошел с ума. И уже не мог смеяться.