poetry: Я очень хотела прикоснуться хотя бы к краю её платья, не то что к кресту. Я попыталась подойти, но люди толкались, а мне было стыдно в таком храме перед матушкой проявить свою мирскую суетность, и я не посмела, как другие, лезть на рожон. Затем, как вторая волна. я вновь оказалась рядом, и вновь меня не пустили. Я с болью огорчилась, словно с её уходом я что-то очень сокровенное и тайное теряю, чего я никогда больше не смогу обрести.
  И вдруг, как гром с ясного неба, слышу ясный, чёткий и настойчивый голос:
prose: Я хотел прикоснуться хотя бы к краю ее платья, а не к краю креста. Я пытался подойти, но люди толкали меня, и я был потрясен, чтобы показать свое тщеславие в таком искушении перед мамой, и я не осмелился взобраться на рододендрон, как другие. Потом, как вторая волна, я снова оказался рядом с ней, и снова меня не пустили. Я плакал от боли, как будто с ее уходом я потерял что-то очень сокровенное и тайное, что больше никогда не найду. И вдруг, как гром среди ясного неба, я слышу ясный, ясный и настойчивый голос: