text:
Книга посвящена одному из ценнейших в Ленинграде памятников русской истории и революции, памятнику архитектуры XVIII - XIX веков - Петропавловской крепости. Автор ее - архитектор В. И. Пилявский - основное внимание уделяет истории создания Петропавловской крепости как архитектурного ансамбля города.
Памятник истории и революции
Петропавловская крепость... Можно ли остаться равнодушным, вступая на ее территорию!
Отсюда более двух с половиной веков назад началось строительство города, которому было предначертано сыграть огромную роль в истории нашей страны, в мировой истории, города, ставшего колыбелью Великой Октябрьской социалистической революции.
Для защиты родной земли воздвигли безвестные труженики мощные куртины и бастионы крепости. Но очень скоро царизм превратил ее в политическую тюрьму, и наряду с прекрасными памятниками архитектуры здесь появились тюремные здания, в застенки самодержавия обратились казематы куртин и бастионов.
30 июня 1790 года по приказу Екатерины II в крепость был заключен Александр Николаевич Радищев, первый русский дворянский революционер. Его книга "Путешествие из Петербурга в Москву", ода "Вольность", где А. Н. Радищев бичевал крепостное право и провозглашал право народа на свободу, испугали Екатерину II. В произведении Радищева она усмотрела призыв к революции, призрак которой со времени Великой французской революции неотступно преследовал императрицу. Екатерина увидела в Радищеве бунтовщика "хуже Пугачева", а книгу его нашла наполненной "самыми вредными умствованиями, разрушающими покой общественный, умаляющими должное ко властям уважение, стремящимися к тому, чтоб произвести в народе негодование противу начальников и начальства, наконец, оскорбительными изражениями противу сана и власти царской" 1. [1 Д. С. Бабкин. Процесс А. Н. Радищева. М. - Л., Изд-во АН СССР, 1952, стр. 196.]
Во время следствия, которым руководила сама Екатерина, Радищев находился в Петропавловской крепости. Он был приговорен к смертной казни. С лицемерным милосердием Екатерина II заменила казнь ссылкой в Сибирь в Илимский острог на "десятилетнее безысходное пребывание".
В 1825 году казематы и камеры Петропавловской крепости едва вмещали всех привлеченных по делу восстания 14 декабря на Сенатской площади. Сам самодержец Николай I вел расследование. Комиссия, созданная "для изыскания соучастников злоумышленного общества", сначала заседала в Зимнем дворце, а с конца декабря 1826 года - в помещениях Обер-комендантского дома в Петропавловской крепости.
В ночь на 13 июля 1826 года на территории кронверка крепости были повешены пять руководителей восстания - П. И. Пестель, С. И. Муравьев-Апостол. М. П. Бестужев-Рюмин, К. Ф. Рылеев, П. Г. Каховский. Тела казненных были тайно отвезены на остров Голодай и там захоронены. В 1926 году в память об этих отважных людях остров Голодай был назван островом Декабристов и на предполагаемом месте захоронения революционеров установлен обелиск с именами казненных.
В статье "Памяти Герцена" В. И. Ленин писал: "Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию.
Ее подхватили, расширили, укрепили, закалили революционеры-разночинцы, начиная с Чернышевского и кончая героями "Народной воли" 1. [1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 21, стр. 261,]
Все передовое, революционное заточалось царским правительством в тюрьмы. В апреле 1849 года были арестованы и заключены в крепость многие члены кружка Петрашевского - кружка прогрессивно настроенной дворянской и разночинной молодежи.
В 60-е годы XIX века в тюремные камеры Петропавловской крепости были заточены революционные демократы, народники.
14 октября 1861 года за написание прокламации "К молодому поколению" в крепость бросили поэта М. Л. Михайлова. В ноябре того же года был арестован и заключен в крепость В. А. Обручев - сотрудник журнала "Современник", во главе которого стояли Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов. Этот журнал был главным рупором демократического движения б России тех лет.
Осенью 1861 года в крепости в заключении оказались революционно настроенные студенты Петербургского университета и других высших учебных заведений столицы. Их было больше 350 человек. На другой день после заключения студентов на воротах Петропавловской крепости появилась выведенная мелом надпись "Здесь временно помещается Санкт-Петербургский университет".
2 июля 1862 года был арестован и брошен в крепость публицист и литературный критик Д. И. Писарев. А спустя несколько дней - 7 июля - в крепость был заключен великий революционер-демократ, философ и публицист Н. Г. Чернышевский.
Писарева арестовали за его статью, обнаруженную в одной из тайных типографий Петербурга. В ней он выступил против публичных поношений А. И. Герцена со стороны платного агента царского правительства Шедо-Ферроти (барона Фиркса) и с обличением реакционных действий правительства, направленных против революционной демократии.
Чернышевский обвинялся в авторстве листовки-прокламации, в которой разъяснял истинную сущность реформы 19 февраля 1861 года и призывал крестьян готовиться к восстанию.
Царское правительство не решилось запретить им писать и даже печататься. За четыре с половиной года одиночного заточения Писарев написал 25 статей.
За 678 дней, которые Чернышевский находился в камере секретной тюрьмы Алексеевского равелина, он написал ряд экономических и философских трудов, создал свой знаменитый роман "Что делать?", ставший революционным манифестом молодого поколения. Из одиночной камеры Н. Г. Чернышевский обратился к современникам с пламенными, вдохновенными словами: "Будущее светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее, сколько можете перенести..." Чернышевский был приговорен к 7 годам каторжных работ и к вечному поселению в Сибирь.
В. И. Ленин высоко ценил деятельность Н. Г. Чернышевского. Он писал: "Чернышевский был не только социалистом-утопистом. Он был также революционным демократом, он умел влиять на все политические события его эпохи в революционном духе, проводя через препоны и рогатки цензуры - идею крестьянской революции, идею борьбы масс за свержение всех старых властей" 1. [1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 20, стр. 175.]
В 1862 году среди заключенных были: один из организаторов общества "Земля и воля" Н. А. Серно-Соловьевич, армянский общественный деятель писатель М. Л. Налбандян. В 1863 году в Петропавловскую крепость был заключен писатель-публицист Н. В. Шелгунов.
В 1866 году в секретной тюрьме Алексеевского равелина находился Д. В. Каракозов, совершивший 4 апреля того же года неудачное покушение на императора Александра II.
Первыми узниками секретной тюрьмы Трубецкого бастиона были революционные народники.
В августе 1879 года Исполнительный комитет "Народной воли" принял решение казнить Александра II. 1 марта 1881 года император был убит. В тюрьмы Трубецкого бастиона и Алексеевского равелина царское правительство заточило 67 народовольцев, двадцати семи из них был вынесен смертный приговор. 3 апреля 1881 года на Семеновском плацу казнили А. И. Желябова, Т. М. Михайлова, Н. И. Кибальчича, С. Л. Перовскую и Н. И. Рысакова.
Убийство народовольцами Александра II не могло ничего изменить в тиранической системе управления русского государства. Однако члены террористической группы "Народная воля" стали вновь готовить покушение, теперь на нового императора - Александра III. Весной 1887 года участники подготовки покушения, выслеженные жандармами, были арестованы и заключены в Петропавловскую крепость. Среди них был Александр Ульянов - студент Петербургского университета, старший брат В. И. Ленина.
На суде Александр Ульянов говорил, что среди русского народа всегда найдутся люди, "которые настолько преданы своим идеям и настолько горячо чувствуют несчастье своей родины, что для них не составляет жертвы умереть за свое дело. Таких людей нельзя запугать чем-нибудь".
8 мая 1887 года Александр Ульянов и четверо его товарищей были казнены в Шлиссельбургской крепости.
Отвергая террор как метод борьбы, критикуя взгляды народников, В. И. Ленин высоко ценил революционность и героизм передовых русских интеллигентов: "Они проявили величайшее самопожертвование и своим героическим террористическим методом борьбы вызвали удивление всего мира"1. [1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 315.]
В конце XIX века на активную борьбу с самодержавием и капитализмом поднимается пролетариат. История Петропавловской крепости по-своему отразила и этот, третий, этап развития освободительного движения в России.
Еще в 1879 году в тюрьму Трубецкого бастиона был брошен один из организаторов "Северного союза русских рабочих" В. П. Обнорский.
В 1894 - 1895 годах в крепости в заключении находились революционеры-марксисты П. А. Красиков, А. М. Лежава, М. С. Ольминский. Всем им царизм предъявил обвинение в пропаганде марксизма.
В 1896 - 1898 годах среди заключенных были ученики и соратники В. И. Ленина по "Союзу борьбы за освобождение рабочего класса" Ф. В. Ленгник, М. А. Сильвин, А. С. Шаповалов. Вместе с ними в крепость был брошен и Н. Э. Бауман. 22 месяца заключения в каземате крепостной тюрьмы не сломили его революционный дух. В камере Николай Эрнестович Бауман писал: "Я выступил на поле сражения, твердо надеясь вести победоносную борьбу".
В 1901 году в тюрьму Трубецкого бастиона попали первые "искровцы". За распространение общерусской марксистской газеты были арестованы и брошены в застенки крепости В. П. Ногин, П. К. Флегонтов и другие. В 1902 году в крепость был заключен член Организационного комитета по созыву II съезда РСДРП П. Н. Лепешинский.
После Кровавого воскресенья 9 января 1905 года все застенки Петропавловской крепости были заполнены участниками мирной демонстрации петербургских рабочих. В крепость заключили даже членов депутации, накануне посетившей министра внутренних дел с. целью предотвратить расстрел рабочих.
11 января 1905 года за воззвание по поводу событий 9 января "Ко всем русским гражданам и общественному мнению европейских государств" был арестован и заключен в тюрьму Трубецкого бастиона великий пролетарский писатель Алексей Максимович Горький. В Петропавловской крепости Горький пробыл месяц и 11 дней; здесь он написал пьесу "Дети солнца".
Когда, напуганное ростом революционного движения в армии, царское правительство законом от 19 августа 1906 года ввело военно-полевые суды, военно-полевой суд столицы стал заседать в Трубецком бастионе. Стены бастиона должны были обеспечить безопасность членов судейской коллегии.
Содержание политических "преступников" в крепости в центре столицы накаляло и без того напряженную политическую атмосферу. Поэтому царское правительство приняло решение "находящуюся в Петропавловской крепости секретную тюрьму Трубецкого бастиона упразднить, а заключенных этой тюрьмы перевести в государственную секретную тюрьму Шлиссельбургской крепости".
С 1906 года Петропавловская крепость стала местом заточения лишь военных лиц, находившихся под следствием за противогосударственные проступки.
С 1912 года чуть ли не ежедневно в крепость бросали революционных матросов Балтийского флота. В конце 1915 - начале 1916 года в тюрьме Трубецкого бастиона находилась большая группа большевиков, работавших на флоте.
В феврале 1917 года самодержавие еще успело заключить в крепость революционно настроенных солдат Павловского полка. Это были последние узники царизма.
27 февраля 1917 года весь Петроград был во власти революционного народа. Самодержавие свергнуто. Министры и сановники царя хотели перейти из Зимнего дворца на противоположный берег, под защиту стен Петропавловской крепости, но путь к ней преграждали восставшие. 28 февраля гарнизон крепости перешел на сторону революции, и министры царского правительства попали в крепость уже как заключенные.
Многие события грозного семнадцатого года в Петрограде были связаны с Петропавловской крепостью.
23 марта рабочие и солдаты Петрограда стекались к Марсову полю, к месту погребения своих братьев, погибших в уличных боях. Это была, как писала тогда большевистская "Правда", "первая свободная, самим народом организованная, манифестация..." Каждый гроб опускался в братскую могилу под звук орудийного салюта с Петропавловской крепости. Последние выстрелы, как сообщала "Правда", звучали уже в темноте, и прожекторы крепости посылали свои лучи, освещая Марсово поле.
Поздним вечером 3 апреля 1917 года на площади у Финляндского вокзала и прилегающих к ней улицах собрались рабочие, революционные солдаты и матросы. Они встречали В. И. Ленина. Площадь освещали прожекторы, установленные у здания вокзала командой Петропавловской крепости. Прожекторы сопровождали Владимира Ильича и колонны рабочих, шедших за ленинским броневиком, на всем пути следования от вокзала на Петроградскую сторону.
О многом, о незабываемых страницах истории рассказывает этот уголок Ленинграда. Площадь Революции перед Иоанновскими воротами Петропавловской крепости, бывший особняк Кшесинской, в котором ныне размещается Музей Великой Октябрьской социалистической революции... В 1917 году здесь несколько месяцев находились Центральный и Петроградский комитеты большевиков, Военная организация большевиков. Здесь помещались редакция большевистской газеты "Солдатская правда" и солдатский клуб "Правда". Во дворец Кшесинской приходили рабочие, революционные солдаты и матросы, чтобы встретиться с В. И. Лениным и другими руководящими деятелями большевистской партии, получить советы и указания, послушать большевистских ораторов. Часто бывали здесь и представители гарнизона расположенной по соседству Петропавловской крепости.
4 июля 1917 года площадь перед дворцом Кшесинской заполнили рабочие, солдаты, матросы. Развевались плакаты с лозунгами: "Вся власть Советам!" Трудящиеся Петрограда выражали гневный протест против антинародной политики Временного правительства, требовали от Советов взять власть в свои руки, вести активную политику мира.
Центральный Комитет партии принял все меры, чтобы придать демонстрации мирный характер, предотвратить преждевременное вооруженное выступление, - в то время петроградский пролетариат, взяв власть в свои руки, не смог бы ее удержать, потому что большинство народа в стране еще верило меньшевикам и эсерам. Вооруженное выступление против Временного правительства неизбежно закончилось бы кровавой расправой с восставшими рабочими и солдатами.
В те дни активное участие в политических событиях принимал гарнизон Петропавловской крепости. Накануне июльских событий подавляющее большинство солдат крепостного гарнизона поддерживало большевиков. Еще в июне гарнизон принял резолюцию, в которой заявил, что пушки Петропавловской крепости смотрят на дворец Кшесинской и не допустят, чтобы над большевистскими организациями, помещающимися в нем, было произведено насилие.
Среди демонстрантов, пришедших утром 4 июля к дворцу Кшесинской, было около десяти тысяч военных моряков, прибывших в Петроград из Кронштадта.
С Петроградской стороны рабочие, солдаты и матросы направились к Таврическому дворцу, чтобы предъявить заседавшему там Центральному Исполнительному Комитету Советов требование о взятии всей власти в руки Советов. Но эсеры и меньшевики, верховодившие в ЦИКе, вступили в предательский сговор с Временным правительством. На углу Невского и Садовой, на Литейном проспекте, в других местах города казаки и юнкера обстреляли демонстрантов. В тот день были убиты и ранены сотни людей.
Кровавая провокация, учиненная Временным правительством, вызвала негодование всего революционного Питера. Не все кронштадтские моряки, участвовавшие в демонстрации, согласились вернуться на свои корабли. Многие из них остались в Петрограде и были размещены в Петропавловской крепости.
Обстановка в Петрограде обострялась изо дня в день. 5 июля город был объявлен на военном положении. Юнкера разгромили редакцию "Правды", окружили дворец Кшесинской. Начались погромы и убийства. Агенты Временного правительства искали В. И. Ленина. По решению Центрального Комитета Владимир Ильич перешел на нелегальное положение.
Утром 6 июля помощник командующего войсками Петроградского военного округа предложил матросам и солдатам, охранявшим дворец Кшесинской - штаб большевистской партии, сложить оружие. Матросы и солдаты, охранявшие дворец, готовы были сопротивляться до последнего дыхания. Партия признала такую жертву бесполезной. Защитникам штаба большевиков было предложено перейти в Петропавловскую крепость. Туда же были свезены важнейшие партийные документы.
Заняв дворец Кшесинской, вожаки контрреволюции стянули на Троицкую площадь и расположили против Петропавловской крепости батареи, броневики, пехоту. Гарнизон крепости, располагавший большим запасом оружия и патронов, решил оказать сопротивление. С трудом удалось представителю ЦК партии убедить солдат и матросов не принимать боя, не давать контрреволюции повода для кровопролития. Матросы по требованию партии вернулись в Кронштадт.
Июльские события коренным образом изменили положение в стране: период двоевластия кончился, вся власть перешла в руки контрреволюции, оставался один путь борьбы - вооруженное восстание. По этому пути и вела рабочий класс и беднейшее крестьянство большевистская партия, руководствуясь решениями своего VI съезда.
Нельзя было вести подготовку к вооруженному восстанию, не учитывая большого стратегического значения Петропавловской крепости. Орудия крепости могли держать под прицелом мосты через Неву, резиденцию буржуазного Временного правительства - Зимний дворец. В арсенале крепости были сосредоточены большие запасы оружия и боеприпасов.
В середине сентября 1917 года из Финляндии Владимир Ильич обратился к Центральному Комитету, Петроградскому и Московскому комитетам РСДРП (б) со своими знаменитыми письмами "Большевики должны взять власть" и "Марксизм и восстание". Ленин показал, что в стране налицо все условия для того, чтобы вооруженное восстание завершилось успешно.
В своем письме "Марксизм и восстание" Владимир Ильич наметил конкретный план действий в столице, назвал важнейшие стратегические пункты, которые революционные силы должны взять в первую очередь и, в частности, указал на необходимость "занять Петропавловку".
Разумеется, Временное правительство стремилось сделать Петропавловскую крепость своим надежным опорным пунктом в борьбе против сил революции. Оно пыталось укрепить гарнизон верными себе частями. В крепость были введены самокатный батальон и пулеметный кольтовский батальон. Впрочем, Керенский и его штаб заблуждались насчет истинных политических настроений личного состава некоторых частей, введенных в Петропавловскую крепость. Кольтовский пулеметный батальон, который Временное правительство относило к надежным частям, на самом деле тяготел к большевикам.
Прочные позиции завоевали большевики среди рабочих расположенного на территории крепости Монетного двора. Весной 1917 года здесь пользовались большим влиянием меньшевики и эсеры, завком этого предприятия был сплошь эсеро-меньшевистским, а после июльских событий рабочие Монетного двора выразили гневный протест против контрреволюционной политики Временного правительства. Коллектив Монетного двора накануне Октября единодушно поддерживал большевистскую партию.
Приближался день решительного выступления. Центральный Комитет партии на своем историческом заседании 10 октября принял резолюцию, предложенную В. И. Лениным, признал, что вся работа партии должна быть подчинена задаче - немедленно готовить вооруженное восстание. 16 октября состоялось расширенное заседание ЦК, подтвердившее резолюцию В. И. Ленина о восстании.
В те дни В. И. Ленин встречался с членами ЦК, Военно-революционного комитета, руководителями
Военной организации большевиков, уточнял с ними план действий. Во время одной из таких бесед с руководителями Военной организации Н. И. Подвойским, В. А. Антоновым-Овсеенко и В. И. Невским Владимир Ильич снова указал на значение Петропавловской крепости не только как важного стратегического пункта, но и как мощного арсенала, где сосредоточены большие запасы оружия.
Н. И. Подвойский писал, вспоминая эту встречу с В. И. Лениным: "Надо теснее связаться с арсеналами и складами боеприпасов, - требовал Владимир Ильич. - Там ведь тоже рабочие и солдаты. Разработайте такой план и обеспечьте так дело, чтобы мы могли взять оружие из самых складов непосредственно перед тем, как оно потребуется. Сестрорецкий завод - это хорошо, но этого мало. Уверен, что, если вы поможете большевикам Петропавловского арсенала, Нового арсенала на Литейном и Старого - на Выборгской стороне развернуться по-настоящему, они в нужный момент откроют склады для раздачи оружия рабочим".
М. К. Тер-Арутюнянц, направленный 20 октября комиссаром в арсенал Петропавловской крепости, с помощью рабочих и солдат арсенала прекратил выдачу оружия юнкерам, сорвал отправку десяти тысяч винтовок на Дон для вооружения сил контрреволюции. Зато в крепость был открыт широкий доступ рабочим и революционным солдатам, отрядам Красной гвардии, получавшим здесь оружие. Тысячи винтовок, сотни тысяч патронов были вывезены отсюда в рабочие районы Петрограда, в отряды Красной гвардии.
Один из участников доставки оружия из Петропавловской крепости на Васильевский остров большевик Э. Б. Домбровский вспоминает, что винтовки "привозили новые, в ящиках; работали оперативно, быстро... в райкоме партии ценный груз поджидала группа товарищей - красногвардейцев, работников райкома, которые помогали разгружать машину. Ящики поднимались во второй этаж, там же вскрывались; подходили с заводов рабочие дружины и их этими винтовками вооружали".
Петропавловская крепость в канун восстания... Назначенный 23 октября комиссаром крепости Г. И. Благонравов в тот же день созвал гарнизонный митинг. Казарма была заполнена до отказа. Солдаты заняли все проходы, взгромоздились на нары, облепили окна. Участники митинга в единодушно принятой резолюции заявили: "Долой соглашателей с буржуазией! Вся власть Советам! Вся земля без выкупа народу! Да здравствует международная пролетарская революция!". Гарнизон крепости заявил, что будет безоговорочно выполнять приказы Военно-революционного комитета.
Утром 24 октября Военно-революционный комитет приказал комиссару и гарнизонному комитету крепости выставить секреты, поставить ко всем воротам самый надежный караул; в крепость и из крепости никого не впускать и не выпускать, кроме частей и лиц, снабженных удостоверениями ВРК.
Крепость была приведена в боевую готовность. Пулеметы, установленные на ее стенах, контролировали мосты Троицкий (ныне Кировский) и Тучков, Троицкую площадь (ныне площадь Революции), ближайшие подступы к крепости.
По приказу комиссара был подвергнут домашнему аресту комендант крепости полковник Васильев, который, как выяснилось, поддерживал телефонную связь со штабом Керенского, ожидал прибытия казачьих частей, чтобы с их помощью водворить в крепости "порядок".
Большевиков поддерживали теперь и те части гарнизона Петропавловской крепости, которые раньше колебались. На митинге в цирке "Модерн" высказалось против Временного правительства, за большевиков, за лозунг "Вся власть Советам!" большинство личного состава батальона самокатчиков.
Центральный Комитет партии отводил Петропавловской крепости очень серьезную роль в предстоящих событиях и решил организовать здесь запасной штаб по руководству восстанием. Поддерживать постоянную связь с крепостью было поручено Я. М. Свердлову.
К утру 25 октября рабочие-красногвардейцы, солдаты и матросы заняли все мосты через Неву, телефонную станцию, телеграф, радиостанцию, вокзалы, электростанции, все важнейшие учреждения. Фактически весь город был в руках восставшего пролетариата и революционных войск. Временное правительство было низложено. Оставалось взять Зимний дворец, где укрылись министры Временного правительства.
Для того чтобы приблизить оперативное руководство к району боевых действий, Военно-революционный комитет создал в Петропавловской крепости полевой штаб во главе с Н. И. Подвойским. Полевой штаб поддерживал тесную связь со Смольным, где находился главный штаб восстания.
Отряды Красной гвардии, матросы, революционные части Петроградского гарнизона, выполняя план штурма Зимнего, разработанный под руководством В. И. Ленина, сомкнули вокруг дворца кольцо окружения. Из-за Невы на дворец были наведены орудия Петропавловской крепости. "Аврора", вошедшая в Неву и бросившая якорь у Николаевского моста, направила на Зимний жерла своих пушек.
Военно-революционный комитет стремился избежать кровопролития. Поэтому было решено, прежде чем начать штурм, предъявить министрам Временного правительства ультиматум о сдаче. Текст ультиматума составили в помещении гарнизонного клуба Петропавловской крепости члены Военно-революционного комитета Н. И. Подвойский и В. А. Антонов-Овсеенко при участии комиссара крепости Г. И. Благонравова. Ультиматум доставили солдаты В. Фролов и А. Галанин. Прождав полчаса в здании штаба военного округа и не получив ответа, парламентеры возвратились в крепость.
Тогда на флагштоке Нарышкинского бастиона Петропавловской крепости появился сигнальный фонарь. Прозвучал холостой выстрел с крепостного бастиона, а вслед за ним Неву и ее набережные озарила яркая вспышка холостого орудийного выстрела с "Авроры". Это и был сигнал к штурму. Об этом мгновении комиссар крейсера "Аврора" А. В. Белышев рассказывает в своих воспоминаниях:
"Во мгле за мостом показался багровый огонь. Было девять часов сорок минут. Я отдал команду:
- Носовое, огонь! Пли!
Мелькнула вспышка выстрела, прокатился грохот над Невой, над набережными, над площадью Зимнего дворца..."
Петропавловская крепость поддержала участников штурма огнем своей артиллерии. Большого вреда огонь крепостных орудий зданию дворца не причинил. Из тридцати пяти снарядов только два попали во дворец. Один из них разорвался в комнате, по соседству с которой находились члены Временного правительства, другой повредил карниз здания.
Около 2 часов ночи с 25 на 26 октября Зимний дворец был взят. Социалистическая революция завершилась полной победой.
Сразу же после взятия Зимнего комиссар Петропавловской крепости получил от В. А. Антонова-Овсеенко предписание приготовить в Трубецком бастионе камеры для арестованных министров Временного правительства. И вскоре они были доставлены в крепость.
Однако министрам Временного правительства не пришлось долго сидеть в тюремных камерах крепости: все они были освобождены из заключения. Власть рабочих и крестьян проявила к ним подлинную гуманность и великодушие.
Петропавловская крепость напоминает нам и о днях, когда молодая Советская власть отражала первый яростный натиск сил контрреволюции...
Бежавший 25 октября из Петрограда на машине под американским флагом Керенский прибыл в Псков, в ставку Северного фронта. Отсюда он двинул на Петроград казачьи отряды генерала Краснова.
С Петропавловской крепостью тесно связаны события тех дней. Здесь, в крепости, формировались и вооружались воинские части, отправлявшиеся на фронт, получали оружие рабочие отряды. Гарнизон крепости удвоил бдительность в эти дни. Вокруг были расставлены сильные заставы. Несли дежурство патрули. Охранялся Троицкий мост.
Пока банды Краснова - Керенского рвались к Петрограду, враги Советской власти решили нанести удар изнутри. Контрреволюционный "Комитет спасения" готовил мятеж в Петрограде. Владимирское и Павловское юнкерские училища должны были захватить Петропавловскую крепость, а затем, соединившись с отрядами эсеров, засевшими во дворце Кшесинской, двинуться на Смольный.
В ночь на 29 октября красногвардейцы задержали у дворца Кшесинской и привели в Петропавловскую крепость двух человек, внушавших сильное подозрение. Задержанных обыскали. У них обнаружили среди других документов приказ "Комитета спасения" всем военным училищам ждать сигнала о выступлении. Комиссар крепости немедленно передал документы в Смольный.
Вместе с красногвардейцами Петроградской стороны, которых возглавлял председатель районного Совета А. К. Скороходов, в разгроме юнкеров, засевших во Владимирском училище, участвовали матросы, пулеметчики и артиллеристы Петропавловской крепости.
Матросы и пулеметчики Петропавловской крепости участвовали и в разгроме мятежников, засевших в Павловском юнкерском училище.
"Перелом в нашу сторону наступил везде, - рассказывал в своих воспоминаниях Г. И. Благонравов. - Со всех концов поступают сведения о ликвидации мятежа... Толпы пленных юнкеров двигаются по Каменноостровскому; на грузовиках везут трофеи: оружие и продовольствие, взятые в училищах... Вся эта масса направляется к крепости, исчезает в ее воротах и через минуту заливает крепостной двор. Такой несокрушимой мощью и верой в успех веет от этих пестрых народных рядов, среди которых теряются понурые кучки пленных юнкеров!"
30 октября защитники красного Петрограда разгромили банды Керенского - Краснова, отшвырнули их от стен великого города революции.
В 1918 году Петропавловская крепость была базой формирования первых отрядов Красной Армии, в 1919 - центром внутренней обороны Петрограда от Юденича.
...Много повидали на своем веку стены Петропавловской крепости. С ее историей связано немало важных событий в жизни страны, с ней связаны судьбы многих лучших представителей русского народа, борцов за прогресс, человеческое счастье, революцию.
Основание крепости
Если окинуть взором широкую дельту Невы с высоты птичьего полета, то небольшой удлиненный островок у развилки основных рукавов реки по форме напоминает ладью или корабль. Это сходство не исчезает, когда смотришь на вырастающие как бы прямо из воды стены Петропавловской крепости: они, как борта у корабля, охватывают весь остров, словно огромную корабельную палубу. Высокая, очень высокая колокольня со шпилем, вздымающаяся из-за крепостных стен, кажется гигантской мачтой этого фантастического судна. Вот уже две с лишним сотни лет стоит оно на приколе в самом широком месте полноводной реки, в самом центре великого города.
Город, как живая ткань, растет, ширится, а в его сердце Петропавловская крепость остается почти неизменной.
Крепостной ансамбль - один из выдающихся памятников истории и архитектуры - складывался на протяжении более двух веков.
В начале XVIII века во время Северной войны Россия вернула отторгнутые у нее шведами исстари принадлежавшие Руси невские берега. Стране был открыт свободный выход в Балтийское море. В 1703 году в дельте Невы был основан город Санкт-Петербург.
Возвращение России Балтийского побережья было жизненно необходимым делом. Карл Маркс в работе "Секретная дипломатия XVIII века" писал: "Ни одна великая нация не существовала и не могла существовать в таком удалении от всех морей, в каком пребывала вначале империя Петра Великого... ни одна великая нация никогда не мирилась с тем, чтобы ее морские побережья и устья ее рек были от нее оторваны. Никто не мог себе представить великой нации, оторванной от морского побережья. Россия не могла оставить в руках шведов устье Невы, которое являлось естественным выходом для сбыта продукции".
Невой начинался великий водный путь, связывавший Балтику и северные районы Руси с ее сердцевиной и югом. С древнейших времен этот путь использовался племенами, жившими в районе Балтийского моря, для обмена и торговли со странами Юго-Восточной Европы и через Черное море с Византией.
Племена, заселявшие берега Невы и южное побережье Финского залива - водь и ижора, вместе с ильменскими славянами уже в IX веке входили в состав Новгородской земли. В летописях в перечислениях владений Новгорода упоминается Ижорская земля, раскинувшаяся на всем протяжении Невы. В XV веке она входила в состав Водской пятины, - так называлась пятая часть земель Великого Новгорода.
В целях обороны здесь были созданы шесть крепостей. В 1323 году на маленьком Ореховом острове у истока Невы из Ладожского озера новгородцы построили крепость Орешек. В 1349 году неподалеку от устья Невы на мысе при впадении в Неву реки Охты была выстроена крепость под названием Канцы. На эти крепости возлагалась оборона Невы от шведской агрессии.
Но в 1617 году по Столбовскому мирному договору России со Швецией за Швецией остались захваченные ею в период польской и шведской интервенции начала XVII века южное побережье Финского залива, Карельский перешеек и берега Невы. Шведы захватили новгородские крепости на Неве. Орешек они переименовали в Нотебург - "город Орех", а крепость Канцы была названа Ниеншанцем, то есть Новой крепостью.
Учитывая важное стратегическое значение крепостей, шведы их сильно укрепили. Звездчатая в плане, с пятью бастионами крепость Ниеншанц была возведена по всем правилам фортификационного искусства. Крепости Нотебург и Ниеншанц являлись крайними восточными форпостами шведской агрессии.
К концу XVII века в Русском государстве сложились необходимые предпосылки для возобновления борьбы за свободный выход к Балтике. Это было целью Северной войны.
Неудачи русской армии в 1700 году у стен Нарвы не остановили Петра I. В 1701 году он возобновил активные военные действия в Прибалтике. А 11 октября 1702 года после двухнедельной осады была взята русскими войсками крепость Нотебург. "Правда, что зело жесток сей орех был, однако, слава богу, счастливо разгрызен" 1, - писал Петр I. [1 "Письма и бумаги императора Петра Великого", т. 2 (1702 - 1703). СПб., 1889, стр. 92.]
При капитуляции гарнизона Нотебурга комендант крепости вручил Петру I ключ от крепостных ворот. Этот ключ Петр прикрепил к главной крепостной башне. Одна из версий переименования Нотебурга в Шлиссельбург - то есть "город Ключ", связывает новое название с этим символическим действием Петра I. Но вероятнее, что новое название крепости связано с ее ключевым положением у истока такой мощной и стратегически важной водной магистрали, как Нева.
В конце апреля 1703 года русские войска численностью до 20 тысяч человек осадили крепость Ниеншанц.
В ожидании наступления русских войск шведы дополнительно построили два редута, за одним из редутов возвели три земляных бастиона. Однако ни кронверк на левом берегу Невы, ни эти фортификационные сооружения шведам не помогли. 30 апреля русская артиллерия открыла огонь по крепости. Стены и бастионы были разрушены. Шведский гарнизон капитулировал. Утром 1 мая 1703 года в крепость вошли русские солдаты. Взятием Ниеншанца главная задача Северной войны была решена: выход в море для России был открыт. Теперь его предстояло обезопасить.
Еще во время подготовительных работ к осаде и штурму Ниеншанца Петр I с солдатами и офицерами Преображенского и Семеновского полков 28 апреля на 60 лодках спустился вниз по Неве, обследовал ее берега и фарватер. Петр тогда уже по достоинству оценил положение маленького островка, носившего название Люст-Эланд, что значит Веселый остров, или Иени-Саари - Заячий остров.
Остров имел около 750 метров в длину и 360 метров в ширину и находился в самом широком месте Невы, у разветвления ее на три главных рукава. Это крайне благоприятное с военной точки зрения месторасположение побудило Петра распорядиться о создании крепости именно здесь, на Заячьем острове, что и было подтверждено решением военного совета тотчас после взятия Ниеншанца.
Решение военного совета зафиксировано в "Журнале Петра Великого", где сказано: "По взятии Канец отправлен воинский совет, тот ли шанец крепить, или иное место удобнее искать (понеже оный мал, далеко от моря, и место не гораздо крепко от натуры), в котором положено искать нового места, и по нескольких днях найдено к тому удобное место остров, который назывался Люст Елант..." 1. [1 "Журнал, или поденная записка... Петра Великого с 1698 года, даже до заключения Нейштатского мира", ч. I, СПб., 1770, стр. 69.]
После осмотра острова проект крепости был составлен в начале мая самим Петром при участии военного инженера Жозефа Ламберта, француза, находившегося на русской службе. 16 мая крепость была заложена. При закладке Петр не присутствовал, так как в это время находился на Ладожском озере. Записи в "Поденном журнале" Петра подтверждают это. Торжественный акт основания крепости осуществил приближенный Петра Александр Данилович Меншиков.
Дата закладки крепости - 16 мая (27 мая по новому стилю) - подтверждается записями в "Журнале Петра Великого" и записями в "Марсовой книге". В "Марсовой книге" сказано: "...Капитан бомбардирской (Петр I. - В. П.) изволил осматривать близь к морю удобного места для здания новой фортеции. И по том в скором времени изволил обыскать единый остров зело удобный положением места, на котором вскоре, а именно мая в 16 день, в неделю пятидесятницы фортецию заложили, и нарекли имя оной Санкт-питербурх" 1. [1 "Книга Марсова или воинских дел от войск царского величества российских". СПб., 1713.]
Этот день - 27 мая по новому стилю - считается днем основания Петербурга.
Через полтора месяца, к концу июня 1703 года, земляная крепость с шестью бастионами была закончена и подготовлена для вооружения. 29 июня Петр и все строители торжественно праздновали окончание постройки земляного укрепления и официальную закладку на острове деревянного собора во имя Петра и Павла. На бастионе Меншикова, в деревянных бараках угощали всех участников строительства, включая солдат и чернорабочих.
Вероятно, именно в этот день крепость получила название Санкт-Петербург ("город святого Петра"). Так, дошедшее до нас письмо Ф. М. Апраксина к Петру I от 28 июня имеет пометку: "Принята с почты в новопостроенной крепости, июня 28-й день 1703 года", а письмо Т. Н. Стрешнева от 30 июня имеет пометку уже с названием крепости: "Принята с почты в Сант-Питербурхе, июня 30-й день 1703 года" 1. [1 Обе пометки на письмах приведены в статье "Петербургские крепости" в "Военном сборнике", 1903, No 5, стр. 38, 41.]
В "Русских ведомостях" от 4 октября 1703 года официально сообщалось: "Его царское величество, по взятии Шлотбурга (Ниеншанца. - В. П.) в одной миле оттуда ближе к восточному морю, на острове, новую и зело угодную крепость построить велел, в ней же есть шесть бастионов, где работали двадцать ты-сящь человек подкопщиков и тое крепость на свое го-сударское именование, прозванием Петербургом обно-вити указал" 2. [2 "Первые "Русские ведомости", печатавшиеся в Москве в 1703 году". СПб., 1855, стр. 202.]
В 1704 году на левом, южном, берегу Невы была выстроена еще одна крепость - Адмиралтейская, а в заливе, на острове Котлин, - крепость Кроншлот, что значит "Коронный замок" (ныне Кронштадт). Эти три крепости обеспечивали надежную оборону дельты Невы.
В Петербурге Петр I видел новую столицу едва ли не с первых дней его основания. Об этом говорит его письмо А. Д. Меншикову от 28 сентября 1704 года, отправленное с Олонецкой верфи в Петербург. В письме Петр писал: "Мы чаем кончае во втором или третьем числе будущего месяца отсель поехать и чаем, аще бог изволит, в три дни или четыре быть в столицу" 1. [1 "Очерки истории СССР. Период феодализма. Россия первой четверти в XVIII в." М., Изд-во АН СССР, 1954, стр. 474.]
Формирование крепостного ансамбля
Земляная крепость
В условиях войны со Швецией строительство земляной крепости велось очень поспешно. Работа не останавливалась ни на один день. К работе было привлечено большое количество "работных людей". Они вербовались по всей России. Почти 40 городов и многие села ежегодно выделяли до 40 тысяч человек, которые со своим инструментом и собственными харчами направлялись на строительство крепости и будущего города. Они выкорчевывали лес, покрывавший берега Невы и острова, осушали болота и возводили строения. Строители жили на болотистом Березовом острове (ныне Петроградская сторона) в шалашах и землянках, под навесами, страдали от переутомления, недоедания и от причуд сурового климата. Среди этой массы "работных людей" крестьяне составляли большинство. На строительстве использовались и солдаты, и пленные шведы.
Берхгольц - камер-юнкер из свиты Голштинского герцога, мемуарист петровского времени - писал: "Говорят, что сооружение ее (крепости. - В. П.), которым очень спешили, стоило множества народа, что при тогдашней необыкновенной дороговизне съестных припасов и недостатке в одежде, люди как мухи умирали от голода и холода, и там же хоронились" 1. [1 "Дневник камер-юнкера Ф. В. Берхгольца. 1721 - 1725". М., 1902, стр. 97.]
Работы на строительстве Петербурга были подобны каторжному труду; это сознавал и сам Петр I. Так, он предписывал военных дезертиров пороть и ссылать на каторгу, то есть на строительство Санкт-Петербурга, чтобы и впредь "таким с службы и из полков бегать было неповадно".
Цифра, названная в "Русских ведомостях", - 20 тысяч "подкопщиков", вероятно, преувеличена, но она характеризует широкий размах строительства, за которым неустанно следил Петр I. Когда царь находился в Петербурге, он посещал стройку чуть ли не ежедневно. До наших дней сохранился деревянный домик Петра I, построенный на Березовом острове вблизи того места, где возникала крепость.
По конфигурации острова крепость получила слегка удлиненную с запада на восток форму неправильного шестиугольника. Вдоль берегов были возведены прямые участки земляных валов - куртины, связанные на изломах бастионами, или раскатами, - угловыми укреплениями. Три бастиона были ориентированы на Неву, три - обращены к проливу, разделяющему Заячий и Березовый острова (ныне Кронверкский пролив).
Бастионная система, принятая Петром I для Петропавловской крепости, была разработана в конце XVII века французским военным инженером Себастьяном ле Претр Вобаном и для своего времени являлась последним словом фортификационного искусства.
Строительство было разбито на участки по числу бастионов. Непосредственное руководство и ответственность за возведение бастионов Петр возложил на своих приближенных: сооружением южного бастиона ведал К. А. Нарышкин, юго-западного - Ю. Ю. Трубецкой, за северо-западным бастионом наблюдал Н. М. Зотов, за северным - Г. И. Головкин, а северо-восточный был в ведении ближайшего сподвижника Петра I - А. Д. Меншикова. Их именами и были названы бастионы. Юго-восточный бастион, за сооружением которого следил сам Петр I, был назван Государевым, или Царским, раскатом.
Вдоль всего острова, примерно по его продольной оси, был прорыт канал шириной в 5 метров. За счет вынутой земли несколько повысили и укрепили низкие, частично заболоченные места острова. По каналу подвозились строительные материалы.
Осенью 1703 года на земляных балах куртин и бастионов было установлено 300 орудий из трофейных ШЕедских и снятых с новгородской крепости. На бастионах, обращенных к Неве, было установлено более чем по 50 орудий, державших под своим прицелом фарватеры рукавов Невы и южный ее берег.
На территории крепости предполагалось разместить гарнизон коменданта крепости, гауптвахту, цейхгаузы, провиантские и пороховые магазейны (склады), арсенал. Для этого по обе стороны канала возвели в четыре ряда мазанковые деревянные домики, крытые черепицей и дерном по бересте.
4 апреля 1704 года на Государевом раскате был впервые зажжен маячный фонарь. Он как бы символизировал скончание основных строительных работ. Интересно отметить, что когда фактически уже началось строительство города, Петр I еще долгое время городом называл крепость, может быть потому, что в ней в небольших строениях помещались сенат и соборная, первоначально деревянная, церковь. (Церковь была освящена 1 апреля 1704 года.) Сенат в 1714 году был переведен в специально отстроенное здание за пределами крепости на Троицкой площади.
В Библиотеке Академии наук СССР среди многочисленных чертежей так называемых Петровских альбомов сохранился один из первых проектных чертежей Петропавловской крепости, который датируется 1703 годом. На этом чертеже изображены контуры Заячьего острова неправильной удлиненной формы и характерное, несколько асимметричное очертание стен крепости с шестью бастионами, три из которых выходят за береговую линию острова в сторону Невы.
Земляные валы крепости возводились на ряжевых конструкциях, то есть на деревянных срубах, заполненных землей, глиной, камнем. Наружные склоны валов покрывали дерном, а внутренние обшивали тесом. Подсыпка и ряжевые основания позволили поднять стены куртин и бастионов и тем уберечь крепость от наводнений при подъеме воды в Неве 1. [1 См.: В. А. Б у т м и. Начало строительства Петропавловской крепости. Научные сообщения Государственной инспекции по охране памятников. Л., 1959, стр. 12.]
Возведение крепости на ряжевых основаниях было традиционным, наиболее быстрым и надежным методом строительства фортификационного сооружения.
В 1960 году во время земляных работ в юго-восточной части крепости на глубине около полутора метров были обнаружены остатки звеньев ряжевых срубов.
Каменная крепость
Земляная крепость, возведенная поспешно в боевых условиях, не могла быть постоянным и надежным оборонительным укреплением. Поэтому в 1706 году, когда на Балтике уже был русский военный флот, созданный на Адмиралтейской верфи, а границы русского государства отодвинуты за Нарву, можно было, не опасаясь неожиданных нападений со стороны шведов, приняться за строительство каменной крепости.
30 мая 1706 года в день рождения Петра I произошла церемония закладки Петербургской каменной крепости. В торжественной обстановке Петр I заложил мраморный куб со своим именем и датой закладки в основание бастиона Меншикова. В память об этом событии была выбита медаль.
Строительство вновь развернулось широко. Камень, кирпич, глину, известь и песок подвозили из окрестных мест на специальных судах. В 1709 году в распоряжении коменданта крепости Р. В. Брюса было 205 таких судов различной величины, их обслуживало более 7600 грузчиков. По-прежнему трудилось множество солдат и "работных людей" различных специальностей. На этом строительстве использовали каторжников и ежедневно до 6000 человек "работных людей городского строения". Эта масса строителей разравнивала земляные валы, копала котлованы, забивала сваи, выкладывала фундамент из камня, поднимала кирпичные стены и выполняла множество иных строительных работ. Своды казематов возводились из тесаного камня и сверху выстилались несколькими слоями кирпича. Сводами был перекрыт канал у пересечения со стенами крепости.
Петр I внимательно следил за ходом строительства, вникая во все детали. 10 декабря 1706 года, уезжая в Нарву, он сставил записку с распоряжением, что делать в крепости в его отсутствие, и, между прочим, потребовал: "...по сошествии льда тотчас кронверк делать с прилежным поспешанием, чтоб будущего лета... совсем отделать" 1. [1 "Деяния Петра Великого...", ч. II. М., издание Н. Новикова, 1788, стр. 395.]
И действительно, с весны 1707 года началось возведение земляного кронверка - дополнительного укрепления на северном берегу протока, разделяющего Заячий и Березовый острова.
К августу 1708 года валы кронверка одели дерном, окружили рвами с водой и оснастили 78 орудиями. В блиндажах кронверка расположили 86 помещений для гарнизона.
К кронверку были обращены Никольские и Кронверкские ворота в одноименных куртинах северной крепостной стены.
13 мая 1708 года в присутствии Петра I состоялась церемония закладки в камне Трубецкого бастиона.
Строитель крепости Доменико Трезини регулярно информировал Петра I о ходе возведения крепости и тогда, когда царя не было в Петербурге. Так, 14 июня 1709 года, вскоре после Полтавской победы, Трезини писал Петру: "О своей работе доношу и вашим великим счастием ныне твердый камень во основание и крепость Питербурха положен, а я со всяким радением рад трудитися против чертежа Вашего, токмо даждь боже, дабы вашему величеству труды мои угодны были, только нынешнего лета у того дела малолюдство, а в прошедшие месяцы май и апрель только одни были каменьшики и то самое малое число, а что сделано нынешняго лета писано ниже сего". Далее Трезини докладывает, что в куртине между бастионами Меншикова и Головкина он достраивает казармы и заканчивает свод: "Куртина над каналом, три казармы; ныне в них кладем... Одна фаза ныне сделана по вашему чертежу от казематов, а другая фаза, что к реке, сделана и с казармою" 1. [1 М. Корольков. "Архитекты Трезины". Журн. "Старые годы", 1911, апрель, стр. 21, 22.]
Строитель и дальше со скрупулезной точностью сообщает Петру о выполненных работах.
Перестройка Петропавловской крепости в камне продолжалась вплоть до 30-х годов XVIII века. Так, "больверк Петра Первого, - пишет А. И. Богданов, - зачат строить каменным зданием в 1717 году" 1. [1 Г. Богданов. Историческое, географическое и топографическое описание Санктпетербурга от начала заведения его, с 1703 по 1751 год. СПб., издание Василия Рубана, 1779, стр. 37.]
После смерти Петра I строительство крепости не Приостанавливалось. 15 июня 1725 года был заложен в камне бастион Нарышкина, с этого дня переименованный в Екатерининский. В 1731 году на этом бастионе соорудили, очевидно по проекту Д. Трезини, павильон с флагштоком. На нем с 19 января 1739 года начали поднимать государственный флаг.
По свидетельству историка, "с начала сея крепости, когда оная была земляным зданием построена, тогда сей флаг городовой подымался на больверке Петра Великого. Но когда оный в 1711 году зачат строится каменный, тогда оный флаг перенесен был на Трубецкой больверк; а потом, когда построился больверк святой Екатерины, тогда на оном вышеописанный павильон сделан и на нем флаги стали подыматься непрестанно" 2. [2 Там же, стр. 45.]
7 февраля 1728 года Петр II издал указ об окончательной отделке Санкт-Петербургской крепости. Мартовский номер "Санкт-Петербургских ведомостей" этого года извещал, что строительство производится под непосредственным наблюдением военного инженера графа X. А. Миниха "с великим поспешествованием".
В этом же году закончилась постройка каменного Зотова бастиона, заложенного еще в 1707 году. На задержавшемся постройкой Меншиковом бастионе 7 мая 1729 года происходила церемония закладки повторно, и бастион стал называться Петровским в честь Петра II. В 1730 году строившийся в камне бастион Головкина был переименован в Аннинский, по имени императрицы Анны Иоанновны. В этом бастионе было возведено оборонительное сооружение в виде подковообразного двухэтажного кирпичного здания, возвышавшегося над стенами крепости, - кавальер. Бастионы, ориентированные на север, на внешних углах имели дополнительные каменные заслоны - так называемые орельоны. В подножьях орельонов были потайные ходы. Через них солдаты крепостного гарнизона могли выйти из крепости и атаковать противника с тыла в случае рападения на крепостные ворота.
Стены крепости возвышались над Невой на 12 метров.
В 1730-х годах на западной и восточной оконечностях Заячьего острова под руководством инженера X. А. Миниха были возведены два равелина - треугольные сооружения для прикрытия куртин и для лучшей обороны подходов к воротам крепости. Для прикрытия угловых бастионов возвели контргарды. Равелины и контргарды отделялись от крепости рвами, наполненными водой. От Невы и пролива рвы перекрывались плотинами с решетками, так называемыми батардами. Теперь к Петровским и Васильевским воротам можно было попасть только по подъемным мостам.
Судя по надписям на закладных камнях, восточный, Иоанновский равелин был заложен 20 июня 1731 года, а западный, Алексеевский равелин - 20 июня 1733 года. Они названы в память отца и деда императрицы Анны Иоанновны.
От Иоанновских ворот (ворот в Иоанновском равелине) к Троицкой площади был построен первый в Петербурге мост. Он имел подъемный пролет. К мосту вела дамба.
Кроме Иоанновских крепость имела Петровские ворота на восток, Васильевские - на запад, Невские - па юг, к реке, Никольские и Кронверкские - на север. За исключением Петровских, все ворота "строением простые и никаких орнаментов или украшений не имеют".
На Иоанновских воротах стоит дата - 1740 год. Это год окончания строительства Петропавловской крепости в камне.
Перестройка крепости в камне повлекла за собой коренную реконструкцию кронверка. Новый проект был разработан графом П. И. Шуваловым и утвержден в 1737 году. Частично его осуществили после серьезных поправок, внесенных в проект инженером И. А. Ганнибалом, участником перестройки стен крепости. В кронверке были выстроены пороховой погреб, гауптвахта и дом для офицеров.
В самой крепости также шло интенсивное строительство. К 1733 году было закончено сооружение и отделка каменного Петропавловского собора. К концу 1740-х годов перед его южным фасадом сформировалась официальная площадь, ограниченная с запада Обер-комендантским домом, с востока - Инженерным домом и с юга - зданием гауптвахты. В те же годы на северном берегу канала строится одноэтажное здание тайной канцелярии, а в 50-е в северо-западной части крепости - одноэтажные Обер-офицерский и Плац-майорский дома.
Почти с первых лет существования Петропавловская крепость была не только местом нахождения гарнизона, но использовалась и как тюрьма. В сентябре 1717 года в казематы крепости были брошены 22 мятежных матроса и младших морских чина с корабля "Ревель". В 1718 году в Трубецкой бастион был заключен сын Петра I - Алексей, на которого опирались реакционные силы, сопротивлявшиеся преобразованиям Петра I. В августе 1725 года в крепость был заточен Иван Тихонович Посошков - один из образованнейших людей России начала XVIII века, первый русский экономист, автор "Книги о скудости и богатстве".
Были и другие заключенные на всем протяжении XVIII века.
В середине XVIII века на территории Алексеевского равелина была построена секретная тюрьма - одноэтажное деревянное здание.
"Одеты камнем при Екатерине II"
В 1770-х годах в крепости снова развернулись огромные строительные работы. В 1779 году был издан указ облицевать натуральным камнем стены крепости, обращенные к Неве. Это было связано с общими градостроительными работами того времени в Петербурге.
В годы царствования Екатерины II архитектурным замыслам обычно придавался грандиозный размах. Это касалось и проекта Кремлевского дворца в Москве, задуманного великим русским зодчим В. И. Баженовым, и инженерно-строительных мероприятий в Петербурге - постройки мостов через Фонтанку, облицовки камнем берегов Невы. Строительная деятельность в России, и особенно в Петербурге, должна была демонстрировать могущество российского самодержавия, величие и престиж государства.
Кирпичные, местами выветрившиеся стены крепости, обращенные на Неву, не гармонировали с великолепным гранитным обрамлением реки. Характер строительства в столице требовал благоустроить и стены крепости, обращенные к парадной части города, к дворцовой набережной.
Облицовка стен началась в том же 1779 году на Екатерининском бастионе - среднем, обращенном к Неве. Руководил работами военный инженер И. А. Ганнибал. Тяжелые и трудоемкие работы по облицовке стен затянулись и были окончены лишь в 1786 году. В это же время Невская куртина украсилась гранитной пристанью и монументальными Невскими воротами с мощным портиком.
Несколько позднее, в 1790 году, на углах бастионов, уже облицованных камнем, появились гранитные, покрытые куполками будки для часовых. Они заменили обветшавшие кирпичные, внесли разнообразие в монотонность горизонтальной линии стен.
До наших дней на крепостных стенах со стороны Невы сохранились чугунные доски с надписями: "Бастион государя императора Петра I одет камнем при императрице Екатерине II 1783 года", или: "Бастион Трубецкой одет камнем при императрице Екатерине II 1785 года" и т. д.
Внутри крепости в те годы восстанавливался грандиозный Петропавловский собор, пострадавший от пожара, вызванного молнией, а также возводились различные строения: в 1760-х годах - Ботный дом, или, как его называли, Павильон дедушки русского флота.
В Алексеевском равелине на месте ветхого деревянного тюремного здания в 1797 году закончилась постройка новой каменной одноэтажной тюрьмы - так называемого Секретного дома Алексеевского равелина. Эта тюрьма предназначалась для содержания лиц "под стражею по делам, до тайной экспедиции относящимся..." 1. [1 М. Н. Гернет. История царской тюрьмы, т. I, M-, Гос-юриздат, 1960, стр. 168.]
Один из заключенных - П. С. Поливанов оставил план треугольного тюремного дома, огражденного с двух сторон высокими стенами равелина и со стороны собственно крепости - каналом. В здании были 21 тюремная камера, кухня, квартира смотрителя и баня.
В 1825 году камеры тюрьмы Алексеевского равелина были заполнены декабристами. Находившийся здесь некоторое время Д. И. Завалишин писал, что
Алексеевский равелин имел своего отдельного коменданта и постоянную инвалидную роту, солдаты которой не имели права выхода из крепости. "Небольшой мостик соединял равелин с крепостью, со стороны равелина на нем стояли два инвалида, а со стороны крепости два гвардейских часовых из сменявшегося ежедневно гвардейского караула в крепости. Заключенные в равелине известны были уже не под своими именами, а под номерами комнаты, в которой содержались. Когда требовали кого в следственный комитет, то посылался плац-адъютант крепости с бумагою о присылке No такого-то. Посланный останавливался на мостике, передавал бумагу начальнику инвалидной команды, выходившему ему навстречу. Это бывало всегда поздним вечером или ночью. Арестанту надевали на голову черный капор и так вели в следственный комитет и снимали капор в самой комнате заседания комитета...
Тюремное здание равелина, по треугольной форме этого рода укреплений, было также треугольно. Внутренний дворик, имевший в каждой стороне треугольника по двадцати с небольшим шагов, был обращен в садик и кроме дорожек вдоль стен имел посередине одну только дорожку против дверей... В садике было одно хилое деревцо и несколько кусточков. Разумеется, кроме стен и неба ничего не было видно, и, только отойдя во внешний угол и ставши на рундук, прикрывающий сток воды, мы могли видеть архангела с трубою на шпице Петропавловской крепости, как бы символ тоге, что только в общее воскресенье мертвых может надеяться возвратиться к жизни тот, кто раз попал в эту живую могилу".
Об этой крепостной тюрьме тюремный врач Вильмс как-то сказал одному из заключенных: "Я старик, и голова у меня тут поседела на службе, а не помню, чтобы отсюда куда-нибудь увозили иначе, как на кладбище или в сумасшедший дом".
В 4С-х годах XIX века узниками этой тюрьмы были петрашевцы, несколько позже революционеры-демократы, народовольцы.
Крепость в XIX и начале XX веков
Архитектурно-строительные работы, проводившиеся в крепости с начала XIX века, зафиксированы в летописи Петропавловской крепости, хранящейся в Музее истории Ленинграда. Из года в год безвестный хроникер записывал все, что делалось на ее территории, в том или ином крепостном здании. В Музее хранится и другой ценный документ - "Ведомость о крепостных зданиях", составленная в 1873 году и уточняющая время постройки ряда сооружений.
В 1800 году против Головкина бастиона сооружается двухэтажное здание казначейства, в 1822 году оно расширяется за счет пристройки. В 1801 - 1802 годах против Инженерного двора строится Артиллерийский цейхгауз.
В западной части крепости в начале 1800-х годов строятся административные и производственные корпуса Монетного двора. Его трубы высоко поднялись над стенами крепости, монументальный главный фасад оградил с запада обширную, вымощенную булыжником площадь перед домом коменданта и западным входом в Петропавловский собор.
Наводнение 1824 года принесло неисчислимые бедствия Петербургу. Полностью была залита и территория крепости. Крепостные строения оказались поврежденными; были выпучены полы, подмыты печи, стены пропитались водой. Сразу после наводнения крепость начали приводить в порядок. Вскоре были засыпаны каналы, отделявшие равелины от ворот крепости.
В 1839 году по проекту архитектора Куцы в северной части крепости строится одноэтажное здание для хранения мер и весов, позднее надстроенное и приспособленное под офицерское собрание. В 1844 году против Аннинского кавальера возводится каменная кладовая для хранения денежных фондов, огражденная высокой металлической решеткой. В 1837 году перестраивается дом, где размещалась тайная канцелярия, в 1843 - 1844 годах надстраивают Плац-майорский и Обер-офицерский дома.
В 1828 - 1832 годах ведутся работы по переделке северных стен и бастионов, остававшихся кирпичными. Первоначально их предполагалось, как и южные, облицевать гранитом. Но на большие затраты правительство не пошло. Была обновлена кирпичная кладка и, так же как у южных стен крепости, уклон стен снаружи с 70° доведен до 85°, а верхняя часть их - бруствер стал почти вертикальным. (На отвесных стенах влага меньше задерживается и меньше разрушает их.) Два яруса бойниц - бойницы верхнего и подошвенного боя, согласно новым военным требованиям, были заменены одним рядом более широких бойниц примерно на середине высоты стен 1. [1 В. А. Б у т м и. Перестройка Петропавловской крепости в 30-х гг. XIX века. Историческая справка. Рукопись. Государственный музей истории Ленинграда.]
В 1850-х годах работы развернулись на территории кронверка, валы которого к началу XIX века настолько обветшали и были в таком запущенном состоянии, что в "Санкт-Петербургских ведомостях" даже появилось извещение о сдаче в аренду сенокоса на его бастионах и валах.
Во время Крымской войны (1853 - 1856 гг.) царское правительство вспомнило о Петропавловской крепости как об оборонительном сооружении. Крепость привели- в боевую готовность, увеличили число орудий и количество артиллерийских запасов. На территории кронверка было выстроено большое, дугообразное в плане здание, превращенное вскоре в главный арсенал страны (ныне Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи). Проект этого здания принадлежал архитектору П. И. Таманскому.
В 1858 году колокольня и шпиль Петропавловского собора были окружены лесами и прежняя деревянная обветшавшая конструкция шпиля заменена новой, металлической. Она была создана по проекту талантливого инженера Д. И. Журавского.
Но царское правительство думало не только об украшении собора и крепости. Самодержавной власти уже давно не хватало камер тюрьмы Алексеевского равелина. Так, в 1820 году, когда чуть ли не весь Семеновский полк, восставший против деспотизма и жестокости своего командира, бросили в Петропавловскую крепость, солдатами полка была заполнена и Никольская куртина. После подавления восстания 14 декабря 1825 года декабристы были заключены не только в Алексеевский равелин, но и в казематы Зотова и Трубецкого бастионов и казематы Никольской, Крон-Ееркской и других куртин.
Во второй половине XIX века репрессии царского правительства против растущего революционного движения еще более усиливаются.
В 1870 - 1872 годах в пятиугольном дворе Трубецкого бастиона сооружается здание новой секретной тюрьмы. Имена лиц, причастных к сооружению этого нового застенка, нанесены на закладной доске, которая была помещена в основании тюремного здания. На первом месте имя самодержца Александра II, затем следуют имена великого князя Николая Николаевича, военного министра, коменданта крепости.
Секретная тюрьма Трубецкого бастиона, построенная по проекту и под руководством военного инженера Пасыпкина "по всем правилам строжайшей тюремной изоляции", заменила срытую в 1884 году тюрьму Алексеевского равелина. И в центре города на одном берегу НеЕы возвышались чертоги царя - блестящий Зимний дворец, а на другом - "гнусный памятник самодержавия" - Петропавловская крепость, ставшая теперь по сути только политической тюрьмой.
Толстые каменные стены пятиугольного здания тюрьмы отстоят на 3 - 5 метров от стен бастиона и лишь немного возвышаются над ними.
По периметру тюрьмы шел широкий коридор, окна которого обращены в небольшой замкнутый пятиугольный двор. По другую сторону коридора в обоих этажах были расположены 69 одиночных камер с тяжелыми сводчатыми перекрытиями, толстыми каменными стенами и асфальтовым полом. В каждой камере было четыре предмета - кровать, стол, табурет и параша.
Условия заключения в тюрьме Трубецкого бастиона были ничуть не лучше, чем в Алексеевской равелине. Наоборот, тюремные смотрители и следователи здесь еще более жестоко обращались с узниками. В тюрьме было два карцера, куда заключенных помещали за малейшее нарушение тюремного режима.
8 февраля 1897 года в знак протеста против тюремного режима покончила самоубийством народоволка Мария Ветрова. Она облилась керосином из светильника, подававшегося вечером в камеры, и подожгла себя. В страшных мучениях Ветрова умерла. С тех пор в камеры стали выдавать свечи, и по вечерам особо следили за поведением заключенных. Электричество в камеры провели лишь в 1904 году.
В последние годы XIX века и в начале нашего века комплекс Петропавловской крепости пополнился еще несколькими сооружениями. На территории Алексеевского равелина, примерно на месте снесенного Секретного дома, е 1895 году было выстроено дугообразное в плане здание для военно-исторического архива и три административных флигеля.
В 1908 году рядом с удивительно стройным силуэтом собора появился приземистый купол великокняжеской усыпальницы и дом для церковнослужителей.
В 1907 - 1908 годах была перестроена гауптвахта. Ранее одноэтажное здание надстроили, и фасад его украсил стройный четырехколонный портик.
Это были последние штрихи в формировании архитектурного облика крепостного ансамбля.
Творения искусных мастеров
В создании ансамбля Петропавловской крепости, складывавшегося на протяжении более двух столетий, участвовали многие архитекторы - Иван Зарудный, Александр Вист, Николай Львов, Антонио Порта, инженеры - Герман фан Боллес, Дмитрий Журавский, живописцы - Андрей Матвеев, Иван Меркурьев, скульпторы - Конрад Оснер, Николай Пино и многие другие. Но первым среди них следует назвать архитектора Доменико Трезини (1670-е - 1734 г.). Если композиционная идея проекта крепости исходила от Петра I, инженерная часть принадлежала специалисту-фортификатору Жозефу Ламберту, то осуществлением проекта в камне ведал архитектор Доменико Трезини. Он воспроизводил замысел Петра в натуре и разрабатывал чертежи всех остальных строений в крепости. Его творческому гению принадлежат ее важнейшие архитектурные сооружения - Петропавловский собор, Петровские ворота, кавальер, Обер-комендантский дом.
В одной из записок, переданных царю в 1724 году, зодчий писал, что кроме нескольких зданий в городе он выстроил "каменное строение Санкт-Петербургской фортификации и касающееся в той фортификации всякое (курсив мой. - В. П.) строение"1. [1 Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), ф. Канцелярии от строений, оп. 73/187, кн. 28, лл. 723 - 725.]
Доменико Трезини - по происхождению итальянец, из округа Лугано в Ломбардии. Служил при датском дворе. 1 апреля 1703 года по указанию Петра I русский посол в Данин А. П. Измайлов заключил с ним контракт, по которому Трезини должен был ехать в Москву "служить в городовом (и) палатном строении... За художества его, совершенное искусство" Измайлов обещал Трезини "во имя его царского величества 20 червонных на всяк месяц в жалование и то платить ему во весь год, зачиная с 1 числа апреля месяца 1703 года"2. Из дальнейшего текста договора видно, что Трезини уже был признанным архитектором и инженером-фортификатором. [2 М. Корольков. "Архитекты Трезины". Журн. "Старые годы", 1911, апрель, стр. 18.]
Почему же строительство Петропавловской крепости было возложено на иностранного специалиста в то время, когда в Москве в конце XVII - начале XVIII века все важнейшие здания возводились преимущественно русскими архитекторами, продолжавшими творчески развивать национальный архитектурно-строительный опыт и традиции? Именно тогда в Москве были созданы прекрасные архитектурные произведения, такие, как храм Успенья на Покровке - творение зодчего Петра Потапова; церковь Покрова в Филях - совершенное произведение русских мастеров; Михаил Чоглоков возвел знаменитую Сухареву башню (к сожалению, уничтоженную в конце 1920-х годов); Иван За-рудный создал церковь архангела Гавриила - так называемую Меншикову башню; Иван Бухвостов построил необыкновенно красивую церковь в селе Уборы под Москвой и т. д.
Однако если в Москве, Рязани, Ростове и других старых городах отечественные архитекторы успевали справляться со строительными задачами, то для новых городов зодчих не хватало. В начале XVIII века интенсивно строились крепости и города на юге и севере страны. В связи с этим Петр I привлек к строительству иностранных специалистов. Одним из них и был Доменико Трезини. Он прибыл на берега Невы вслед за русскими войсками и отдал новому городу около тридцати лет творческой жизни. Трезини построил многие здания новой столицы, разработал проекты "образцовых" (типовых) домов, принимал участие в создании проекта планировки Васильевского острова. Из зданий, построенных Трезини, в Ленинграде сохранились Летний дворец Петра I в Летнем саду и здание Двенадцати коллегий - ныне главное здание университета.
В России Трезини совершенно обрусел и даже стал именоваться Андреем Петровичем. Скончался он в Петербурге в 1734 году. Трезини можно по праву отнести к тем иностранным зодчим, которые нашли в России свою вторую родину и отдали ей свои знания и силы.
Ниже читатель найдет краткие сведения и характеристики важнейших существующих и ныне на территории крепости зданий, построенных Трезини и другими зодчими.
Петропавловский собор
Петропавловский собор, занимающий центральное место в ансамбле крепости, выдающийся памятник русской архитектуры и искусства первой половины XVIII века. За последнее десятилетие в связи с реставрацией собора проведены большие изыскания в архивах, изучен и сам памятник. Все это позволяет осветить историю здания более обстоятельно 1. [1 В этом разделе привлечены некоторые сведения, выявленные в архивах Е. Н. Элькин и публикуемые с ее разрешения, за что автор приносит ей свою благодарность.]
Одновременно со строительством земляной крепости в ней была возведена деревянная церковь, посвященная "покровителю" царя апостолу Петру и апостолу Павлу. Деревянная церковь, а позднее каменный собор получили наименование Петропавловских. Это название закрепилось и за крепостью, когда Санкт-Петербургом стали называть разросшийся на берегах Невы город.
Под датой 1 апреля 1704 года в журнал Петра I была внесена следующая запись: "...в сей день было в Санкт-Петербурге освящение новостроенной церкви во имя Петра и Павла..." 1 [1 "Журнал Петра Великого...", ч. II, стр. 18.]
К освящению крепостной церкви из Москвы были привезены колокола и часы с беем, изготовленные в Троице-Сергиевской лавре мастером Никифором Архиповым.
Церковь была деревянная, увенчана шпилем. Ее стены, как и у многих других деревянных построек петровского Петербурга, были раскрашены снаружи под камень, под кладку рустом.
В "Описании Санктпетербурга и Кроншлото в 1710-м и 1711-м годах" автор-аноним, скрывшийся под инициалами Н. С, писал: "У канала стоит небольшая, но красивая деревянная русская церковь, об одном, на голландский манер шпице. На башне под шпицем висит несколько колоколов, на которых приставленными людьми каждый час разыгрывается, тоже по голландскому обычаю, небольшая прелюдия, а вслед за нею часы возвещаются звоном колокола, приводимого в движение, за неимением часового механизма, теми же людьми" 1. [1 "Описание Санктпетербурга и Кроншлота в 1710-м и 1/11-м годах". СПб., 1860, стр. 8 - 9.]
Именно такой, с одним шпилем, церковь изображена на гравюре Ф. Н. Никитина, исполненной в 1705 году. Эта гравюра - одно из первых изображений крепости и храма.
После Полтавской баталии 1709 года и после взятия в 1710 году Выборга молодому городу на Неве была обеспечена полная безопасность. Наряду со строительством Самсониевской церкви в память недавней победы над шведами под Полтавой перестраивается и несколько видоизменяется крепостная церковь. На гравюрах 1712 года она изображена по-прежнему деревянной, но уже с двумя фланкирующими вход башнями, фигурным куполом и колокольней со шпилем над серединой здания. На планах крепости тех лет храм имеет крестообразную форму. Описание церкви, исполненное первым историографом Петербурга А. И. Богдановым, совпадает с этими новыми ее изображениями. Богданов пишет, что церковь "видом крестообразная о трех шпицах, на которых шпицах по воскресным дням и праздничным подымалися вымпелы, расписана была под каменный вид желтым мрамором..."1 [1 Г. Богданов. Историческое, географическое и топографическое описание Санктпетербурга..., стр. 34.]
Неизвестно, кто был автором проекта первой деревянной церкви, но в отношении второй можно предполагать, что она была создана Доменико Трезини. Ведя все строительные работы в крепости, Трезини не мог не заниматься крепостным храмом. Именно его участие в известной степени может объяснить нерусский характер композиции храма.
Новую столицу России не могла удовлетворить деревянная церковь - ей нужен был каменный и достаточно представительный храм. Такой храм и был заложен летом 1712 года.
После закладки нового храма деревянная церковь еще долго оставалась внутри его медленно возводившихся каменных стен.
Строившийся храм по виду и плану не был похож на традиционные русские четырехстолпные, крестово-купольные, шатровые или пятикупольные православные церкви. Он представлял собой удлиненное с запада на восток прямоугольное здание, внутреннее пространство которого расчленяли мощные пилоны на три пролета, почти равные по ширине и одинаковые по высоте. Такой тип культовых зданий в западноевропейском зодчестве называется зальным, в отличие от базили-кального типа храмов, у которых при том же плане средний пролет обязательно выше и часто шире боковых. Над западным фасадом и главным входом в церковь должна была подняться высокая колокольня со шпилем, а ближе к пристройке алтарной части - восточному концу здания - должен был быть размещен купол на высоком барабане.
Зальная композиция возводимого собора была едва ли не первой в России. Но для городов Прибалтики она была типичной. Петр побывал в Ревеле (ныне Таллин), Риге и других прибалтийских городах. Учитывая сходство природных условий этих городов и строящегося Санкт-Петербурга, он стремился сделать город на Неве похожим на прибалтийские города, раскинувшиеся на низких приморских берегах и имеющие живые силуэты за счет высоких башен и шпилей на храмах, гильдейских и ратушных зданиях. Петр хорошо знал зальные храмы - Иоанновскую церковь в Нарве, превращенную в 1704 году по его распоряжению в православную церковь Александра Невского, храм немецкого прихода в Нарве, по его приказу тоже преобразованный в Спасо-Преображенский собор, Михайловскую, или шведскую, церковь в Ревеле и другие.
Обращает на себя внимание тот факт, что в прибалтийских городах, вошедших в состав России, Петр I превращал в православные церкви именно зальные, а не базиликальные постройки, считая их, очевидно, наиболее подходящими для православных церквей. Возможно, это в какой-то степени и объясняет появление в только что возникшем городе на Балтике именно зального храма.
Проект Петропавловского собора разработал архитектор Доменико Трезини, он же осуществил его полностью в натуре.
Если стены церкви возводились без торопливости, то с постройкой колокольни Петр очень спешил. 24 января 1715 года перед отъездом за границу он писал князю А. М. Черкасскому, возглавлявшему Канцелярию городовых дел и фактически ведавшему всем строительством в крепости, чтобы колокольню, "которая в городе (в крепости. - В. П.), как возможно скорее отделать, дабы в будущем 1716 году возможно на оной часы поставить, а церковь делать исподволь" 1. [1 П. Н. Петров. История Санк-Петербурга с основания города... 1703 - 1782. СПб., 1884, стр. 169.]
Желание быстрее возвести колокольню диктовалось, очевидно, соображениями политического характера. Дерзновенный шпиль на высокой колокольне должен был стать символом утверждения России в устье Невы, знаком созидательной деятельности русских. Характерно, что именно силуэт будущего собора был взят в качестве символического изображения молодой русской столицы и воспроизводился на заставках "Санкт-Петербургских ведомостей" и некоторых других изданий того времени, связанных с Петербургом.
Видный издалека шпиль крепостной церкви мог служить также ориентиром при подъезде к городу и по сухопутным дорогам, и со стороны моря.
Колокольня в кирпиче была поднята в 1716 году. Доменико Трезини в сентябре 1716 года писал Петру I, что "Петра и Павла святые церкви колокольня поднят третий орден коринти (коринфский. - В. П.) и четвертый композиты (композитный, или сложный, ордер. - В. П.) подняли вышиною от базы 15 фут, которого гзымзом (карнизом. - В. П.) осталося подымать каменным делом 9 фут, а сделано вышины всего кроме помянутых 9 футов - 140 фут от земли" 1. [1 ЦГАДА, кабинет Петра I, отд. 2, д. 53, л. 728.]
В следующем году зодчий просил разрешения нанять мастера для возведения шпиля, указав, что в Петербурге есть нужный специалист, "спицного дела мастер" - Герман фан Более. Этот мастер и принялся за сооружение деревянного шпиля более чем 30-метровой высоты. После возведения шпиля в крепости фан Более в 1719 году был привлечен к достройке шпиля на Адмиралтейской башне. Видимо, постройка шпиля на колокольне Петропавловского собора явилась отличной аттестацией мастерства Германа фан Болеса.
В 1719 году для окрытия деревянного шпиля были приглашены рижские мастера.
Мастер Ф. Циферс заготовил в Риге 887 медных кровельных листов; мастера И. Штейнбес и В. Збер-гард - тоже рижане - вызолотили их "через огонь". Затем уже позолоченными листами окрывался деревянный каркас шпиля. Параллельно изготавливалась венчающая часть шпиля в виде креста с ангелом. Рисунок этой композиции выполнил архитектор Трезини.
Итак, высокая колокольня со шпилем поднялась над берегами Невы, и в августе 1721 года Петр I с гостями и приближенными уже любовался строящимся городом с колокольни крепостного собора.
В то время храм внутри еще закончен не был. Свидетель постройки крепости и собора Ф. В. Берхгольц оставил в своем дневнике запись о состоянии собора в июле 1721 года. Он писал: "Крепостная церковь... самая большая и красивая в Петербурге; при ней высокая колокольня в новом стиле, крытая медными, ярко вызолоченными листами, которые необыкновенно хороши при солнечном освещении. Но внутри этот храм еще не совсем отделан... Эта прекрасная церковь построена вся из камня и не в византийском, а в новом вкусе, внутри с крепкими сводами и колоннами, снаружи с великолепным портиком, находящимся под колокольнею. Но кроме сводов, колонн и окон, в ней еще ничего не готово" 1. [1 "Дневник камер-юнкера Ф. В. Берхгольца. 1721 - 1725", стр. 78.]
Все основные работы по устройству "золотого шпиля" были закончены в конце 1724 года.
В это время на колокольне уже были установлены куранты, которые, по словам Берхгольца, были "так же велики и хороши, как амстердамские, и стоили, говорят, 55 000 рублей"2. Куранты действительно были заказаны в Амстердаме. Для установки и обслуживания их из Риги приехали часовых дел мастер Форзен и органист Ферстер. [2 По документам куранты стоили 23 000 рублей.]
Церковь, перекрытую сводами на высоте 16 метров, продолжали строить: в ней осуществлялись отделочные и декоративные работы, в частности, велась установка деревянной резной алтарной преграды.
Великолепный иконостас в стиле барокко представляет собой пышную композицию с множеством резных деталей: колонн, пилястров, карнизов, орнаментов и круглых скульптур - все это исполнено из липы.
Круглая скульптура малохарактерна для традиционного русского декоративного культового искусства того времени. На иконостасе Петропавловского собора сказалось влияние искусства Украины, где и в XVII веке и в начале XVIII века круглая скульптура вообще, и в иконостасах в частности, использовалась достаточно широко.
46 искуснейших московских мастеров-резчиков, столяров, позолотчиков под руководством архитектора И. П. Зарудного четыре года выполняли сложнейшую работу. Из непосредственных исполнителей известны только два имени - Ивана Телеги и Трифона Иванова. Та же группа мастеров столь же виртуозно изготовила по рисункам Зарудного напрестольную сень. Установка иконостаса была закончена летом 1729 года, и тогда же на нем были размещены иконы, написанные приглашенными из Москвы художниками.
Иконостас Петропавловского собора был не первой подобного рода работой Зарудного. В 1716 году со своими помощниками он исполнил иконостас для кронштадтской церкви, в 1719 году - для Преображенского собора в Ревеле. Известно также, что Зарудный участвовал как архитектор в постройке ряда триумфальных ворот в Москве, возведенных в честь Полтавской победы и в ознаменование победоносного окончания Северной войны и заключения Ништадтского мира. Царь хорошо знал искусство московского зодчего и декоратора и потому не случайно обратился к нему.
Повеление Петра I о создании иконостаса для Петропавловского столичного собора И. П. Зарудный получил 7 апреля 1722 года, то есть после заключения Ништадтского мира. Можно предположить, что Петр рассматривал будущий иконостас как триумфальное сооружение, - иконостас в кафедральном соборе молодой столицы должен был утверждать величие России. Очевидно, так понял задание Петра I и Зарудный.
В Петербурге Зарудный не был и не видел строящегося собора, но будучи в высшей степени одаренным зодчим-декоратором, руководствуясь "мерой, где быть иконостасу", присланной ему архитектором Трезини, создал совершенно исключительное произведение - подлинный триумфальный памятник в ознаменование победы в борьбе за свободный выход в море. В композицию иконостаса были включены 43 иконы, написанные московскими мастерами под руководством художника Андрея Меркурьева.
После окончания работ, связанных с установкой иконостаса, перед взором петербуржцев предстало поразительное по красоте произведение искусства. Композиция иконостаса органически сочетается с интерьером собора. Каждому из трех пролетов соборного зала в иконостасе соответствуют врата, из которых средние, или царские, решены в виде пышной декоративной триумфальной арки с эффектной надстройкой, устремляющейся ввысь, в светлое подкупольное пространство, как будто специально созданное для того, чтобы вместить пышное навершье арки.
Говоря о единственном куполе собора, нельзя не отметить его необычное местоположение в храме. Купол со световым барабаном сдвинут к восточной стене собора. Трудно допустить, чтобы Трезини в первоначальном проекте задумал такую странную композицию. Возможно, что расположение купола над последним восточным пролетом среднего нефа окончательно определилось во время строительства и в связи с проектом иконостаса. Это положение купола потребовало устройства высокого декоративного аттика на восточном торце здания. Он был нужен для того, чтобы замаскировать неудачное сопряжение барабана купола и кровли. Декорация восточного фасада храма может быть объяснена также стремлением эффектно замкнуть перспективу, раскрывающуюся перед каждым входящим в крепость через главные - Петровские - ворота.
Интерьер храма приобрел в высшей степени торжественный вид, благодаря сильно расчлененной в традициях барокко архитектуре, полихромии, декоративным украшениям с позолотой.
Лепное убранство - изображение урн и ангелов над окнами, двойные коринфские капители пилястров, барельефы в куполе и скульптурные композиции на парусах - взялись делать мастера Антон Квадри с Иоганном и Игнатием Росси. Их творчество представляют сохранившиеся рельефы на парусах под барабаном. Здесь изображены фигурки ангелов, витающих в облаках.
Своды собора были покрыты многочисленными орнаментальными росписями, выполненными известными художниками-декораторами петровского времени М. Негрубовым, Ф. Воробьевым и их помощниками.
Первоначальное живописное убранство купола не сохранилось. Зато из 18 картин, которые располагались над окнами и в полукружьях торцов боковых пролетов, сохранилось несколько первоначальных изображений. Они написаны в 1728 - 1731 годах, как и остальные, на сюжеты евангельских мифов о Христе. Это работы художников А. Матвеева - "Моление о чаше", Г. Гзелля - "Христос перед Пилатом", "Отречение апостола Петра", "Коронование Христа" и "Снятие со креста", В. Игнатьева - "Шествие на Голгофу" и "Распятие"1. Авторство двух полотен - "Проповедь отрока Христа" и "Сошествие святого духа" - исследователям установить еще не удалось. [1 Авторство картин установила Е. Н. Элькин.]
Картины Петропавловского собора, хотя и написаны на религиозные сюжеты, свидетельствуют о том, что в те годы в русской живописи утверждались реалистические начала. Для этих картин характерно гуманистическое толкование евангельских сюжетов, как это было и в эпоху итальянского Возрождения. На многофигурных полотнах библейские персонажи представлены живыми, исполненными чувств людьми.
Одним из первых ярких художников начала XVIII века был А. М. Матвеев, совершенствовавший свое мастерство в Голландии и Бельгии. Его картина "Моление о чаше" свободна по композиции, насыщена воздухом и дает далекий от идеализации образ Христа, как глубоко страдающего человека.
Картины были позднее заменены или переписаны. И только в результате реставрации в конце 1950-х годов живописные сокровища Петропавловского собора вновь сбрели жизнь. Подсвеченные ныне прожекторами, они доступны для обозрения.
Перед иконостасом у северного пилона была установлена кафедра проповедника. Ее декоративное убранство в стиле барокко включает и круглую скульптуру - фигуры апостолов Петра и Павла и четырех евангелистов, а также живописные вставки.
У южного пилона - царское место с бархатным балдахином и позолоченной резьбой.
В 1732 году была закончена отделка храма и назначено его освящение. Однако эту церемонию отодвинули на год, - открытие храма состоялось 28 июня 1733 года, о чем сообщала и столичная газета 1. [1 "Санкт-Петербургские ведомости", 1733, No 58.]
На фоне еще сравнительно неорганизованной и малоэтажной застройки города храм в крепости казался архитектурным чудом. Перед петербуржцами и иностранными гостями предстало великолепное светло-голубое здание с белыми архитектурными деталями и пилястрами, с синей двухъярусной крышей и синим большим куполом, увенчанным золотой главкой с высокой колокольней и позолоченным шпилем1. Входы в собор оформляли беломраморные портики. Размеры здания были сравнительно невелики. Длина собора была 61 метр, ширина - 27,3 метра и высота до карниза - около 15 метров.
Дерзновенный шпиль на каменной квадратной (10 X 10) колокольне вздымался на высоту более 100 метров.
Это было поистине выдающееся сооружение не только в Петербурге, но и во всей России того времени.
Петропавловский собор и ныне сохранил значение главной вертикальной доминанты города.
В русском зодчестве традиционный высотный образ колокольни постоянно использовался архитекторами в качестве градостроительного акцента. Таковы "столп" Ивана Великого в Московском Кремле, колокольня Новодевичьего монастыря в Москве и многие другие. [1 Об окраске собора можно сделать вывод на основании затребованных архитектором Трезини красок; Центральный государственный исторический архив СССР (ЦГИА СССР), ф. 867, оп. II, кн. 89, д. 22, л. 822; см. также статью Е. Тимофеевой "Первоначальный облик Петропавловского собора". "Архитектурное наследство", 1955, No 7.]
Среди лучших произведений такого рода - и колокольня Петропавловского собора.
Нельзя не отметить большого влияния архитектуры Петропавловского собора на культовое зодчество Петербурга первой трети XVIII века. Так, например, храм Рождества, заложенный по проекту зодчего М. Г. Земцова на Невской першпективе (на его месте ныне Казанский собор), по своей композиции напоминал крепостной собор. В то время в Петербурге было несколько колоколен со шпилевидными завершениями.
До основания Петербурга усыпальницей русских царей был Архангельский собор в Московском Кремле. Теперь надлежало избрать место для погребения членов царской фамилии в новой столице. Таким местом стал Петропавловский собор - главный храм Петербурга. В еще не отстроенном соборе были захоронены жена сына Петра кронпринцесса Шарлотта (1715 г.), затем под строящейся колокольней в 1716 году была погребена царица Марфа Матвеевна, а через два года возле нее был погребен сын Петра царевич Алексей.
28 января 1725 года рано утром скончался Петр I. Через 40 дней произошел церемониал похорон. Под звон колоколов всех церквей города и пушечную стрельбу с Петропавловской и Адмиралтейской крепостей гроб с телом Петра I через балконную дверь по специально построенной лестнице вынесли из старого Зимнего дворца, находившегося на месте нынешнего здания Эрмитажного театра. 10 000 солдат участвовали в похоронной процессии. Гроб был перенесен в Петропавловскую крепость. Траурный кортеж пересек Неву по выстроенному для этого временному помосту, по обеим сторонам которого стояли 1250 мушкетеров с факелами. Гроб был установлен в недостроенном еще крепостном храме. Здесь среди неоштукатуренных стен под деревянным навесом, задрапированным черной тканью, был сооружен пьедестал с временным саркофагом, выполненным по рисунку замечательного французского скульптора Николая Пино, работавшего в Петербурге с 1716 года 1. [1 В музее декоративного искусства в Париже сохранились рисунки Пино, среди которых есть два варианта проекта саркофага Петра I.]
Пино писал, что он нарисовал все декорации в большом зале Зимнего дворца, где сначала стоял гроб Петра I, и надзирал за мастерами при исполнении этих декораций, "чем был занят 6 недель дневно и ночию вкупе с живописцем Каравакою, резчиком Симоном и столяром Мишелем", и что большая лестница с балкона на набережную "с лица для выходу во время помпы через меня состроена была"2. [2 Дени Рош. Рисунки Николая Пино, предназначенные для России. Журн. "Старые годы", 1913, май, стр. 15.]
Архиепископ Феофан Прокопович, принимавший участие в составлении "Истории Петра Великого", над гробом царя произнес речь, в которой отдал дань Петру, проложившему новый путь развития России, основателю города на Неве, крепости и собора.
Набальзамированное тело Петра в запаянном медном ковчеге находилось здесь почти до окончания постройки храма и было предано земле лишь в 1731 году.
С той поры Петропавловский собор стал усыпальницей русских императоров и императриц.
Пока высокий шпиль собора не имел громоотвода, он не раз страдал от грозовых разрядов. Так, 26 июня 1735 года в шпиль ударила молния. Однако начавшийся пожар быстро погасили. 19 июля 1748 года повреждения собора от молнии были значительными. Электрический разряд пробил своды и опалил росписи и позолоту иконостаса. В связи с восстановительными работами И. Сляднев "с учениками" по поручению Канцелярии от строений сняли план фасада и профиль соборной церкви. Эти документы сыграли важную роль при восстановлении собора в 1756 году в связи с третьим и катастрофическим ударом молнии.
Гроза разразилась в ночь на 30 апреля. От удара молнии загорелся деревянный каркас шпиля; пожар заметили, когда справиться с огнем было уже невозможно. К утру сгорели все деревянные части здания - шпиль, вершина колокольни, стропила крыши и купол. От сильного жара расплавились колокола, погибли часы. Обломки горевших стропил и сорванные вихрем кровельные листы, падая, разрушили беломраморную паперть. Внутрь собора пламя не проникло, но от высокой температуры пострадало его убранство. При поспешной разборке был поврежден иконостас.
Вот как описывает пожар свидетель его Андрей Иванович Богданов: "И сего 1756 года апреля 30 дня в 1-м часу пополуночи, ударил гром в Петропавловскую колокольню, и от того учинился великий пожар, и в 3-м часу явился огнь наружу, который уже весьма разродился и виден стал быть всем, в чем знатно, что оного ко утушению преодолеть было невозможно. Итак, божиим благоволением, Петропавловский собор совсем сгорел. Впрочем, утварь церковная вся в целости вынесена. Иконостас, который был превосходной резьбы и архитектуры и богатой позолоты, хотя оный и весь выбран, но на многие и дробные части разломан, который к исправлению своему, как чаятельно было всем, едва исправлен в совершенство в надежде не имелося.
Часы, ох жаль!... Итак царствующий С.-Петербург ныне без органных часов остался. Впрочем, церковь каменным своим строением вся в целости осталась" 1. [1 А. А. Титов. Дополнение к историческому, географическому и топографическому описанию Санктпетербурга с 1751 по 1762 год, сочиненное А. Богдановым. М., издание П. А. Фокина, 1903, стр. 131 - 132.]
Решение о восстановлении здания с колокольней последовало немедленно. Уже 2 мая комиссия из крупнейших петербургских архитекторов и мастеров разных специальностей осматривала "погорелую Петропавловскую церковь". В комиссии были архитекторы М. Башмаков, А. Вист, Дж. Трезини, С. Чевакинский и другие.
Комиссия установила, что каменные части здания надежны и что надо восстановить только уничтоженные огнем деревянные конструкции. При этом было высказано пожелание: "Во избежание повторения пожаров шпиль, крышу и купол нужно построить вновь, не употребляя нигде дерева", только из огнестойких материалов: железа и кирпича. Восстанавливать собор решено было в прежнем виде.
14 мая пришло распоряжение императрицы Елизаветы Петровны во что бы то ни стало отремонтировать собор к престольному празднику - к 29 июня. Естественно, что меньше чем за полтора месяца можно было выполнить только первоочередные работы. К указанному сроку был восстановлен интерьер: окрашены стены и пилоны "под мрамор", восстановлены росписи на сводах, собран и заново позолочен иконостас. Ни крыша, ни купол, ни тем более колокольня так быстро восстановлены быть не могли.
Прежде всего следовало разработать проект их восстановления. С этой целью участникам экспертизы были выданы обмерные чертежи собора, еще несколько лет тому назад составленные И. Слядневым и его помощниками. Архитекторам было предложено разработать проекты и сметы "по прежнему фасаду и профилю", но с двумя вариантами конструкций - деревянными и огнестойкими. В начале июня архитекторы и мастера представили свои соображения. Лучшим был признан проект конторы Невского монастыря, которой и были поручены все восстановительные работы.
Возведение на чердаке кирпичных арок вместо сгоревших деревянных стропил и перекладка в кирпиче купола закончены были летом 1757 года. На восстановление собора без колокольни потребовалось полтора года.
Несмотря на повторные указы о восстановлении колокольни дело не двигалось. Только через три года приступили к усилению ее основания, разобрали колокольню до нижних окон. Вот как описывает работы их участник архитектор С. Волков: "Внутри колокольни вновь побиты сваи и сделан фундамент в прибавок к старому. И на оном изнутри вновь же каменные стены с. перемычками, толщиной трех аршин и три четверти, а вышиною до кровли на десять сажен" 1. [1 ЦГАДА, ф. 250, д. 3618, 1761 г., л. 64.]
В 1762 году работы были приостановлены, а спустя два года Екатерина II распорядилась "для строения колокольни Петропавловской сочинить новый проект" 1. [1 ЦГИА СССР, ф. 19, оп. 119, 1764 г., д. 53, лл. 3 - 4.]
В кругах архитекторов к внешнему виду собора относились критически. Так, например, С. И. Чевакин-ский в записке к проекту восстановления собора писал, что барабан под куполом "по препорции сделан весьма мал и по тонкости своей много скрывается кровлею и поэтому представляет неприятный и беспропорциональный вид, а прежде бывшая колокольня со спицем по препорции своей вышины весьма была тонка2. Итак, надо было снова вернуться к разработке проекта колокольни. В связи с этим 12 октября 1764 года были вновь созваны крупнейшие архитекторы Петербурга; им предложили заняться проектированием колокольни. В апреле 1765 года подали проекты С. Волков, В. Деламот, Ю. Фельтен и А. Ринальди, а через год - А. Вист, К. Кнобель и С. Чевакинский. [2 ЦГИА СССР, ф. 19, оп. 119, 1766 г., д. 52, лл. 12 - 13.]
Многие чертежи этих проектов сохранились, среди них лист обмерного чертежа, сделанный в 1748 году и подписанный И. Слядневым. Этот чертеж в последующих архивных документах упоминается как "старый чертеж". Сохранились также четыре неподписанных проекта 1756 года, в том числе и проект конторы Невского монастыря. Сохранились, наконец, и проекты восстановления всего собора - проекты А. Виста, С. Чева-кинского, А. Ринальди, Ю. Фельтена и С. Волкова.
В августе 1766 года "старый чертеж" и все проекты были представлены на рассмотрение Екатерины II, решение которой было неожиданным: "Рассматривая чертежи Санкт-Петербургской Петропавловской колокольни, повелеваем делать оную точно так, какова прежняя была, понеже все прочие планы не столь красивы" 1. [1 ЦГАДА, ф. 259, д. 3618, 1768 г., л. 127.]
Вслед за этим была составлена новая смета и исполнены чертежи собора и для выбора несколько вариантов чертежей колокольни2. Для возведения колокольни была утверждена специальная контора во главе с инженером А. Дьяковым, архитектором С. Волковым, а позднее П. Патоном. [2 ЦГИА СССР, ф. 485, оп. 2, ед. хр. 1107, 1109.]
И на этот раз трудность заключалась в поисках специалиста для возведения шпиля. В 1771 году был приглашен опытный мастер Б. Брауэр, который занимался укреплением деревянных шпилей в Риге, а затем работал в Петербурге. Он разработал проект деревянного шпиля Петропавловского собора, который "срубила" на земле артель крестьян-плотников из 8 человек; среди них были А. Еремеев, М. Волков и Г. Петров. В октябре 1772 года они подняли шпиль, укрепили и затем обшили досками под медное окрытие. Изготовлением медных листов и их золочением "через огонь" занимались мастера К. Форшман и Я. Тум. За работами наблюдал директор Монетного двора.
Фигура летящего ангела на вершине шпиля была исполнена по образцу прежнего.
На позолоту шпиля пошло 2814 червонцев, или около 9 килограммов чистого золота.
В основном постройка колокольни была завершена в 1775 году. Позднее производились работы внутри собора.
Шпиль в 1777 году был снабжен "электрическим отводом к отвращению удара и паления от молнии происходящего"; его разработали академики В. Румовский, В. Крафт и И. Эйлер. На башне в 1776 году были установлены новые часы с курантами, которые отбивали полчетверти часа, четверти, полчаса и час, а в 12 часов исполнялась мелодия.
Восстановленные собор и колокольня в основных чертах были тождественны первоначальным, только иначе, проще был решен западный фасад да на новой колокольне появилась вторая (верхняя) пара гладких волют, выполняющих роль контрфорсов. Крыша в новом здании собора не мансардного типа - с изломом, а обычная - двухскатная, в куполе устроены круглые окна, благодаря чему он получил иное очертание, усложненное еще позолоченными украшениями. Упрощены портики. Вместо барочных с изогнутыми антаблементами выстроены более строгие портики, приближающиеся к классическому стилю.
Все сказанное подтверждается изображениями собора на многочисленных гравюрах, планах и старых чертежах. И. Г. Георги в "Описании столичного города Санкт-Петербурга" привел размеры собора. Собор имел в длину 30, а в ширину 14 сажен, высота по кровлю - 87з, а верхняя высота сводов - 9 1/2 сажен. Колокольня была возведена высотой в 30 сажен, а фонарик со шпилем и крестом - 55 сажен.
В середине XVIII века, в связи с восстановлением собора, возникла идея создать в нем монументальную гробницу Петра I. В 1758 году сенат представил на рассмотрение императрице Елизавете Петровне, дочери Петра, модель гробницы-монумента Петра I и его жены Екатерины. Автором проекта был великий русский ученый, поэт и художник Михаил Васильевич Ломоносов.
Проект был принят сенатом в результате своеобразного конкурса, проведенного в Академии художеств при Академии наук. В конкурсе приняли участие кроме Ломоносова академик К. Штеллин, архитектор И. Шумахер, скульптор И. Дункер и живописец Д. Валериани.
Замысел Ломоносова был грандиозен. Ломоносов предлагал под куполом собора на ступенчатом стилобате возвести гробницу в виде сложной аллегорической скульптурной композиции, окруженной громадными мозаичными панно.
На мозаичном пьедестале, "наподобие камня порфира, оправленном серебром", фигура Петра I должна была быть представлена в окружении восьми мозаичных колонн "наподобие камня лазуря" и четырех пар серебряных статуй: Премудрости и Мужества, Трудолюбия и Постоянства, Правосудия и Милосердия, Любви и Верности.
Сооружение из "жарко позолоченной" литой и кованой меди и черного российского мрамора замышлялось громадных размеров - 8,5 метра ширины и почти 15 метров высоты (4X7 сажен).
Эта композиция должна была находиться в окружении 12 колоссальных настенных мозаичных панно. Ломоносов возрождал забытую древнюю русскую традицию - украшения храмов яркой монументальной мозаикой, секрет которой был вновь открыт великим ученым и художником.
Мозаичные монументальные панно должны были заполнить все простенки с алтарной стороны и по бокам гробницы. Их сюжеты посвящались деяниям Петра I и аллегорическим аналогиям из жизни апостола Петра. В мозаиках Ломоносов хотел рассказать о государственной деятельности Петра, о подавлении стрелецкого бунта в Москве, о "великом посольстве" за границу. Отдельные мозаики должны были показать создание русского флота, взятие Азова, Полтавскую и Ган-гутскую битвы. Наконец, на одном из панно Ломоносов хотел запечатлеть основание Петербурга, Кронштадта и Петергофа, учреждение нового органа государственного управления - сената и т. д.
Ломоносов рассчитывал, что, если будет принят его проект монумента, ему поручат и реконструкцию здания. С необычайной смелостью он разработал проект радикальной перестройки собора, который, по его мнению, был тесен для задуманной гробницы, а купол не обеспечивал нужного освещения.
Ломоносов предложил: "Выняв четыре столба из середины и поставив четыре твердыя пилары, соединенные со стенами церковными, утвердить на них трибун и купол в диаметре десяти сажен".
Несмотря на отрицательные отзывы о технической стороне проекта перестройки собора, который, по мнению архитекторов В. И. Квасова, С. И. Чевакинского и других, мог быть осуществлен только в том случае, если здание будет полностью разобрано, проект Ломоносова получил в верхах одобрение. Ломоносову был дан заказ на исполнение громадных картин и икон в мозаике, которую он "по признанию Санкт-Петербургской Академии наук собрания художеств, до такого совершенства довел, что Римской и других земель не уступает" 1. [1 Н. Макаренко. Выставка Ломоносова и Елизаветинское время, т. VIII, Пг., 1917, стр. 168.]
Ломоносов обязался в шесть лет выполнить все мозаичные картины. Он обучил мозаичному мастерству группу учеников и с ними, преодолевая немало препятствий - и организационных и материальных, - через четыре года, в марте 1764 года, закончил первую картину, изображающую Полтавскую баталию, и начал следующую, парную ей, - "Азовское взятие".
Смерть Ломоносова 4 апреля 1765 года приостановила работы по созданию мозаичных панно для Петропавловского собора. Теперь уже нечего было и думать о перестройке собора и реализации гигантского замысла по сооружению гробницы Петра I; проект Ломоносова еще при его жизни был встречен многими академиками-иностранцами крайне враждебно.
До нас не дошла модель надгробия, но сохранились описание проекта, составленное самим Ломоносовым, и одна из огромных мозаичных картин "Полтавская баталия", установленная в 1925 году на стене парадной лестницы в здании Академии наук СССР в Ленинграде.
Осенью 1777 года Петербург постигло бедствие: Нева вышла из берегов, залила низкие места, в том числе и Петропавловскую крепость. Ураганный ветер согнул крест и сломал жестко закрепленную фигуру ангела. Пришлось опять заниматься собором, по существу только что отстроенным.
Трудные работы по восстановлению шпиля согласился взять на себя архитектор П. Патон. На этот раз фигура ангела была сделана несколько меньших размеров - с размахом крыльев 3,8 метра и высотой в 3,5 метра. Теперь он был укреплен подвижно, как флюгер. Рисунок этого флюгера исполнил архитектор Ан-тонио Ринальди.
После восстановления собора шпиль впервые был серьезно обследован в самом конце XVIII века.
Однажды, после сильной бури, Павлу I доложили, будто бы шпиль Петропавловского собора наклонился и чуть ли не угрожает падением. Павел распорядился проверить. Это было поручено замечательному русскому изобретателю И. П. Кулибину и архитектору Джа-комо Кваренги. Убедившись, что тревога ложная и шпиль не имеет наклона, Кулибин все же решил проверить состояние деревянных конструкций. С риском для жизни он поднялся по конструктивным элементам внутри шпиля до предельно возможной высоты. Деревянная основа шпиля оказалась в хорошем состоянии, и Кулибин лишь затянул соединительные болты.
Ремонтом колокольни без изменения ее вида занимался и архитектор А. И. Михайлов в 1820 году. И все же через несколько лет заметили повреждение венчающего креста с ангелом. Надо было вновь его ремонтировать; для этого необходимо было возвести снизу доверху дорогостоящие леса. Неожиданно на помощь пришел крестьянин-кровельщик Петр Телушкин, который предложил исправить крест и ангела без лесов.
В октябре 1830 года Телушкин приступил к работе и проявил удивительную смекалку и отвагу. Исключительно опасной была первая часть подъема. Пользуясь только фальцами медных кровельных листов, выступающих всего на 5 сантиметров, держась за них руками и упираясь ногами в грани шпиля и фальцы, Телушкин поднимался по спирали вверх. От напряжения из-под ногтей выступала кровь. Он добрался до люка в шпиле, протащил веревку и образовал скользящую петлю. Выше оказались крюки, укрепленные через 3 метра один от другого. Он воспользовался ими и постепенно поднимался от одного крюка к другому, подтягивая себя веревочной петлей, закинутой на крюк.
Последнее препятствие - подъем на шар к основанию креста - было, пожалуй, наиболее трудно преодолимым. Телушкин привязал себя к шпилю под самым шаром и, откинувшись назад, придав телу горизонтальное положение, забросил веревку поверх шара, имеющего диаметр 1,6 метра, и обвил ею основание креста.
После этого Телушкин поднялся к основанию креста, высотой более 6 метров. Последующие подъемы и спуски во время работы осуществлялись с помощью веревочной лестницы, укрепленной им вдоль шпиля.
В последующие годы работы производились преимущественно внутри собора. В 1838 году под иконостас был подведен цоколь из Тивдийского розового мрамора. Неоднократно возобновлялась позолота иконостаса и обновлялась его живопись.
В 1855 - 1858 годах вновь развернулись большие работы по обновлению собора, а в 1865 - 1866 годах деревянные царские врата в иконостасе заменили позолоченными медными на железной основе, исполненными точно по рисунку обветшавших деревянных. В 1875 - 1876 годах архитектор А. А. Пуаро привел в порядок лепное убранство сводов и стен собора.
В 1858 году шпиль был окружен металлическими лесами легкой конструкции, изобретенной инженером Г. Е. Паукером. При осмотре шпиля с лесов стало ясно, что он в очень плохом состоянии. Возникло решение сделать конструкцию шпиля металлической. Проектирование и создание железного шпиля поручили талантливому инженеру-новатору Д. И. Журавскому. Он разработал семь вариантов конструкции: шесть в виде решетчатых усеченных восьмигранных пирамид и один - в виде пустотелого сплошного конуса с горизонтальными ребрами. Выбран был один из решетчатых вариантов с 39 горизонтальными, все уменьшающимися восьмиугольными "кольцами" и диагональными "связями" в плоских гранях шпиля. Все элементы сложной железной конструкции были изготовлены и предварительно собраны на Камско-Воткинском заводе на Урале. Затем их доставили в Петропавловскую крепость.
Через полтора месяца, в начале сентября 1858 года, монтаж шпиля был окончен, верхняя его часть собрана на земле и поднята целиком. Вес металлического шпиля достигал 207 тонн.
Шпиль укрепили восьмью анкерами, заделанными в кирпичной кладке колокольни и соединенными с восьмью металлическими балками, заложенными в стенах башни на уровне 18 метров ниже опоры шпиля. Разумеется, верхняя часть башни была переложена.
Металлический каркас высотой в 48,5 метра был покрыт медными позолоченными листами и увенчан, как и раньше, крестом и новой фигурой теперь уже стоящего ангела, исполненной по рисунку скульптора Р. К. Залемана. Общая высота шпиля увеличилась на 10 метров, и колокольня достигла 122 метров. Внутри шпиля расположена винтовая лестница, диаметром почти в полтора метра. Она поднимается до 14-го кольца, а дальше на вершину шпиля подняться можно по скобам, укрепленным снаружи на одной из граней навершия.
Замечательная, изящная в сравнении с деревянной конструкция шпиля Журавского - свидетельство больших достижений России в инженерно-строительной технике.
Металл, как известно, стал активно использоваться в строительстве лишь с начала XIX века. Вспомним в связи с этим первый в мире металлический купол на Казанском соборе (1808 - 1810 гг.) - великолепное достижение архитектора А. Н. Воронихина; первый металлический шпиль высотой около 20 метров на колокольне в селе Грузине на Волхове был разработан архитектором В. П. Стасовым в 1824 году; он же создал первые в мире сборные целиком из металла грандиозные триумфальные ворота на Московской дороге у въезда в Петербург (1834 г.). К этому ряду прекрасных свидетельств блеска русской инженерной мысли относятся оригинальные металлические (чугунные) пролетные конструкции Александрийского (ныне имени A. С. Пушкина) театра, исполненные по идее архитектора К. И. Росси (около 1830 г.), железные фермы Зимнего дворца, осуществленные архитектором B. П. Стасовым и инженером М. Е. Кларком в 1838 - 1839 годах, и, наконец, купол из чугунных радиальных ферм Исаакиевского собора, сооруженный в 1840-х годах.
Шпиль Журавского - это для своего времени вершина инженерной мысли в области металлических конструкций не только в России, но и в мировой строительной практике.
После окончания всех работ по устройству нового шпиля и ремонта собора здание в 1859 году было передано в ведение строительной конторы министерства императорского двора. Эта контора разработала "положение о техническом надзоре и содержании в исправности Петропавловского собора". По этому положению архитектор был обязан систематически осматривать все части сооружения, в особенности своды в местах их примыкания к колокольне, металлическую основу шпиля и кровлю и производить своевременный ремонт. Для наблюдения за часами и надзора за конструкциями архитектор имел штат специалистов, в обязанности которых, в частности, входило "ежемесячно осматривать стропила шпиля и пробовать ключом все доступные осмотру болты, не ослабла ли степень завертки болтов" 1. [1 ЦГИА СССР, ф. 482, оп. 782/1953, д. 3943, 1859 г., лл. 7 - 12.]
Кроме того, начиная с 1862 года, дважды в год производилось полное освидетельствование всех частей собора специально назначаемой технической комиссией.
Естественно, что такой внимательный досмотр обеспечил полную сохранность здания.
Как уже сказано, Петропавловский собор со времени царствования Петра I стал усыпальницей императорской фамилии. Здесь похоронены, начиная с Петра I, все цари, кончая Александром III, и многие великие князья. Только Петр II, умерший в Москве, там и похоронен. Все надгробия в соборе, за исключением двух, одинаковы и имеют вид строгих беломраморных параллелепипедов, сверху украшенных лишь бронзовым позолоченным крестом. На бронзовых, тоже позолоченных досках, укрепленных на боковых гранях, указано имя погребенного и даты его рождения и смерти. Царские гробницы по углам имеют бронзовые позолоченные гербы в виде двуглавых орлов. Надгробия установлены в 1865 году. Среди единообразных надгробий, огражденных чугунными решетками, выделяются два одинаковых по форме и размерам, но разных по цвету. Одно из них, над могилой Александра II, высечено из цельной глыбы полосатой алтайской яшмы серо-зеленого цвета. Оно весит около 5 тонн. Другое надгробие на месте захоронения жены Александра II императрицы Марии Александровны вытесано также из целого куска уральского камня - розового орлеца. Оно весит около 6,5 тонны. Оба надгробия исполнялись по проекту скульптора Ф. Ботта на Петергофской гранильной фабрике в течение нескольких лет, начиная с 1883 года. Установлены они лишь в 1906 году.
Некоторый интерес представляют обстоятельства
перезахоронения некоронованного императора Петра III, задушенного в Ропше приспешниками Екатерины II. В 1762 году он был похоронен з Благовещенской церкви Александро-Невской лавры. Через 34 года Павел I, получив долгожданный престол, решил не только перенести прах своего отца в Петропавловский собор, но и короновать его посмертно. Во время процессии корону перед гробом нес Алексей Орлов - участник убийства Петра III.
Отметим единичный факт вскрытия гробницы. В марте 1939 года греческое правительство обратилось к правительству СССР с просьбой передать Греции прах греческой королевы Александры Георгиевны - жены сына Александра II Павла, с тем чтобы перевезти его на родину. Комиссия в составе официальных представителей обоих государств и священнослужителей, а также представителей музея вскрыла саркофаг, и цинковый гроб с прахом был передан греческим властям.
У южного входа в собор перед иконостасом находится могила Петра I с таким же, как и остальные, мраморным саркофагом. В годы Великой Отечественной войны у надгробия была установлена копия скульптуры головы Петра I, гениально исполненной для Медного всадника Марией Колло. Могила получила строгое декоративное оформление по проекту архитектора Я. О. Рубанчика.
В те суровые всенные годы многие бойцы и офицеры, направляясь на фронт, посещали могилы великих русских полководцев: А. В. Суворова в Александро-Невсксй лавре, М. И. Кутузова - в Казанском соборе, Петра I в Петропавловском соборе, отдавали дань уважения их таланту и высокому патриотизму, вспоминали слова Петра I, сказанные им перед Полтавским боем:
"А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе для благосостояния нашего".
Военная слава России отражена во многих военных трофеях, которые сосредоточивались в соборе чуть ли не со времени его основания.
27 июля 1710 года состоялась церемония переноса еще в деревянный храм 58 шведских знамен, отнятых русскими у врага при взятии Выборга.
9 сентября 1714 года в храм были торжественно доставлены более 60 знамен, флагов и 12 пушек, взятых у шведов в битве при Гангуте. Здесь же сберегались военные трофеи, взятые у персов, поляков, французов, и среди них - знамена, ключи от городов, пушки, щиты и прочее.
Тут были трофеи боя русской эскадры с турецким флотом в бухте Чесма - знаменитого Чесменского сражения 1770 года. Адмиральский флаг, взятый во время этой "виктории", Екатерина II возложила на гробницу основателя русского военно-морского флота Петра I.
Многие знамена были использованы в 1855 году архитектором О. Монферраном для оформления интерьера; эти исторические реликвии были размещены на стенах, пилястрах и пилонах здания. Сейчас большая часть знамен хранится в Эрмитаже. После реставрации в конце 1950-х годов собор украшают копии знамен и штандартов.
До 1858 года Петропавловский собор был кафедральным собором столицы. Его духовенство утверждало религиозные и монархические идеи. С амвона собора были преданы анафеме великий русский революционер А. Н. Радищев и величайший писатель России Лев Толстой. Здесь в соборе предавали проклятью тех, кто не щадил жизни, добиваясь свободы и счастья для своего народа.
Ныне собор - центральный памятник ансамбля Петропавловской крепости. Это памятник архитектуры и искусства, в котором воплотился художественный гений его создателей. Именно эти его стороны и привлекают к нему потоки экскурсантов.
Великокняжеская усыпальница
С Петропавловским собором крытым переходом соединены расположенные рядом бывшая великокняжеская усыпальница и дом церковнослужителей. Необходимость создания новой усыпальницы была Еызвана тем, что во второй половине прошлого века в соборе стало тесно от надгробий, - в соборном зале, кроме царских захоронений, было уже свыше 20 великокняжеских гробниц.
Постройкой новой усыпальницы занялись в конце 1880-х годов. Архитектор Д. И. Гримм разработал ее проект. В процессе детализации проекта принял участие архитектор А. О. Тсмишко. Однако строительство, начавшееся в 1896 году, затянулось. После смерти архитектора Гримма строительство здания довел до конца архитектор Л. Н. Бенуа, внесший в проект некоторые коррективы. Открыта усыпальница была лишь в 1908 году. В нее из Петропавловского собора перенесли 8 захоронений, и позже были погребены еще 5 членов царской фамилии.
Архитектура здания усыпальницы характерна для конца XIX - начала XX века, когда не было ясного стилистического направления и зодчие то пытались формально возрождать русскую национальную архитектуру, то подражали архитектуре иных исторических стилей, зачастую сочетая в постройках различные по характеру детали. В архитектуре усыпальницы заметно стремление воспроизвести и характер русских купольных церквей XVII - XVIII веков, и использовать элементы ренессансных форм, и детали классического стиля, и в особенности живописного стиля барокко.
Сильный рельеф декоративных деталей, ребра купола, вазы у подножья фонарика и на раскрепованных углах, наличники окон, подобные тем, что на соборе, балюстрада - все это исполнено из высококачественных материалов - камня разных сортов, хорошо нарисовано и в целом воспринимается как характерный образец архитектурного творчества конца XIX века.
В техническом отношении усыпальница может считаться совершенным произведением. Особенно интересна в ней конструкция основы сомкнутого свода в виде перекрещивающихся массивных арок. Созданная свыше 60 лет назад усыпальница вписалась в ансамбль Петропавловской крепости, и ее купол, точнее сомкнутый свод, несмотря на значительные его размеры, занимает подчиненное положение в силуэте ансамбля, особенно остро воспринимаемого с противоположного берега Невы.
После передачи крепости в ведение Музея истории Ленинграда бывшая усыпальница используется как своеобразный аванзал, в котором устраиваются выставки, собираются экскурсанты: они получают нужную информацию перед осмотром собора и крепости.
Перед восточным фасадом собора сохраняется комендантское кладбище, где хоронили комендантов крепости, должность которых была пожизненной. В 1966 году начаты работы по реставрации обветшавших надгробий, среди которых особенно интересны надгробные плиты XVIII века.
Аннинский кавальер
9 августа 1704 года комендант крепости Р. В. Брюс сообщал А. Д. Меншикову, что в бастионе Головкина "кавальер делать начали".
Кавальер - вспомогательное оборонительное сооружение для усиления бастиона с огневой площадкой на кем, слегка поднимающейся, как того требовали правила фортификации, над стенами крепости.
Как свидетельствуют сохранившиеся чертежи, кавальер первоначально был насыпным пятиугольным сооружением с почти вертикальными стенками, вероятно покрытыми дерном или обшитыми тесом 1. [1 См.: В. А. Бутми. Кавальер Петропавловской крепости. Историческая справка. Государственная инспекция по охране памятников Ленинграда (ГИОПЛ), Н-1088/2.]
Идея сооружения каменного кавальера в форме подковы, каким он является сейчас, возникла еще при Петре. Однако эту перестройку осуществили, когда почти вся крепость уже была каменной.
В конце 1720-х годов существовало два проекта кавальера: шестиугольного, возможно по идее военного инженера X. А. Миниха, и подковообразного, по-видимому по замыслу Доменико Трезини. Именно в форме подковы он и был официально заложен 13 мая 1731 года на месте старого земляного, в бастионе, именовавшемся тогда Аннинским. Фактически работы под руководством Трезини развернулись с 1730 года.
Среди архивных документов сохранились рапорты Доменико Трезини о ходе строительства. Начиная постройку в августе 1730 года, он докладывал, что "под кавальер под наличные стены сваи под фундамент забиты и рвы копают для обутки фундамента камнем и в скорости оной начнетца бутить..." А в июле 1733 года Трезини сообщил, что "на кавальере 16 сводов с арками свели и между ими разбутили и кругом подняты стены..." 1 [1 Архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи, ф. ШГФ, оп. 2, св. 85, 1730 г., д. 137, л. 190.]
Таким образом, от начала до конца кавальер строил Доменико Трезини.
Здание с трехметровыми по толщине кирпичными стенами, мощными, почти квадратными, тоже трехметровыми столбами и крестовыми сводами было окружено рвом, засыпанным лишь в 1812 году. Южный фасад здания расчленяли пять "лопаток", или пилястров, без капителей и баз. Окна прорезали мощную кирпичную
Кладку стен только внизу, это придавало зданию необычный, подчеркнуто монументальный вид. Доделывалось здание несколько позднее.
Кавальер с бастионом был соединен мостом, сначала деревянным, позже каменным. По мосту вкатывались орудия, подносились снаряды. В 1751 году кавальер передали в артиллерийское ведомство под цейхгауз, но для хранения имущества он не был приспособлен. Из-за сырости и протечек не раз переделывали покрытие. Так, в 1755 году на своды нанесли многослойную смазку и покрыли деревянной кровлей.
В кавальере в 1760-х годах сохранялись ценные военные трофеи - реликвии побед над шведами, поляками, турками и пруссаками. Только шведских знамен и штандартов в кавальере хранилось 352, прусских - 313, а всего около 1500 штук.
Лишь в 1836 - 1837 годах обветшавшее здание решили обновить, и тогда коренным образом был изменен его внешний вид, в особенности южный фасад. Возобновили кирпичную облицовку, в кладку ввели детали из белого камня, подчеркнувшие углы здания и линии арочных проемов ниш, имитирующих окна во втором ярусе. Карнизом был отсечен цокольный ярус, расчлененный горизонтальным рустом. В средней части южного фасада появилась во втором ярусе декоративная арка, ниже которой расположены входы. Белокаменные детали размельчили фасад и, главное, ослабили впечатление объемно-композиционной целостности сооружения и его мощи. Здание покрыли железной крышей.
Словом, кавальеру был придан внешний вид, свойственный казарменным сооружениям середины XIX века, когда монотонные красные кирпичные фасады казарменных зданий, цейхгаузов и "магазейнов" оживлялись обрамлениями проемов из белого камня.
Однако основа композиции Трезини сохранилась.
Оставшееся с тех пор без изменений здание было реставрировано в 1953 - 1954 годах. Внутри - это просторное высокое помещение, разделенное девятью пилонами, установленными в три ряда, с красивыми кре-стобыми сводами на подпружных арках.
Комендантский дом
Первоначально дом коменданта крепости, или так называемый Обер-комендантский дом, был выстроен на северном берегу канала, напротив северных церковных дверей. В 1718 году появился новый Обер-комендантский дом примерно в том же месте, но большего размера. До середины 40-х годов XVIII века на планах крепости дом коменданта обозначался как деревянное строение.
В 1736 году комендантский канцелярист писал: "Комендантский дом строен в прошлом 1718 году и оной де совсем обвалился, о чем еще в прошлом 1733 году февраля 7 дня... графу фон Миниху доноше-ние было представлено" 1. А в рапорте следующего года уже подчеркивается, что стены дома даже "подперты", и выражается беспокойство, что они могут обрушиться и кого-нибудь задавить. [1 Центральный государственный военно-исторический архив (ЦГВИА), ф. 3, оп. 1, д. 29, л. 4.]
8 мая 1739 года в газете "Санкт-Петербургские ведомости" появилось извещение: "В здешней крепости надлежит не упуская нынешнего ко строению способного времени построить обер-комендантский каменный двор по учиненному в фортификационной конторе чертежу и в назначенном от оной месте, чего ради желающие построить могут явиться в сную контору".
С 1740 года столичная газета еще несколько раз зазывала желающих строить каменный дом в крепости. В 1744 году он был выстроен, но не отделан. Отделка дома затянулась еще на три года. После того как комендант въехал в новое здание, старый деревянный дом был снесен.
Обер-комендантский дом, расположенный теперь к югу от собора, был обращен своим главным фасадом на восток к площади перед гауптвахтой и к Петровским воротам.
Кто же был автором проекта комендантского дома?
Вопрос о постройке каменного дома для коменданта еще в 1733 году поднял Доменико Трезини. Он составил тогда проект и выбрал для дома место. Это была, вероятно, одна из последних его работ. После смерти Трезини главным строителем в крепости короткое время был инженер-полковник де Марина. В 1736 году он представил в фортификационную контору, ведавшую крепостным строительством, проект и указал, что "обер-комендантскому дому чертеж сочинен после бывшего полковника Трезини при бытность моей в Санкт-петербургской крепости". Чертежей ни Трезини, ни де Марина пека обнаружить не удалось. Но, видимо, де Марина, инженер-фортификатор, выполняя проект Комендантского дома в должностном порядке, не мог не использовать проект своего знаменитого предшественника - архитектора. Де Марина мог внести какие-либо изменения в планировку, не меняя архитектурного облика здания. Архитектура здания, его восточный фасад близок почерку Трезини. Стиль его характерен для петербургских построек конца 1730-х годов, когда сильнее стала проявляться тенденция к декоративности. Окна Еерхнего, второго, этажа украшают довольно сложные по рисунку наличники. Углы дома обработаны рустами. Первый этаж с почти квадратными окнами трактован как цокольный и расчленен горизонтальными швами. За годы существования дома культурный слой земли вокруг поднялся, и дом как бы врос в землю, отчего первый этаж кажется низким.
Основной корпус Обер-комендантского дома был в плане прямоугольным, западный фасад его обращен к большому внутреннему двору, образованному одноэтажными службами, с трех сторон схватывающими его. От главного корпуса служебные флигеля, где находились кухня, ледник, конюшня, каретник и т. д., отделились воротами. Через эти ворота подъезжали к парадной лестнице, два наружных марша которой с разных сторон вели прямо в вестибюль второго этажа. Рядом с вестибюлем находился приемный зал. Ему соответствует чуть заметно выступающая средняя часть главного фасада с тремя окнами.
Напротив парадной лестницы, в западном служебном флигеле находились третьи ворота.
Почти сразу после окончания постройки здание стали расширять. Сначала появились пристройки со стороны дворового фасада. В 1750 году расширили весь главный корпус, и наружная фигурная лестница оказалась теперь внутри здания. В 1837 году выстроили помещения над воротами. Коренные изменения были внесены в 1892 году: одноэтажные служебные корпуса надстроили до уровня главного. Причем оформили их, придерживаясь архитектурных форм главного корпуса. Также рустами были отделаны углы, фигурные наличники украсили окна второго этажа. В итоге перед нами здание, выдержанное в стиле барокко. Вот почему Обер-комендантский дом родствен по архитектуре Петропавловскому собору, с южным фасадом которого он образовал как бы кулисы дороги, идущей от Петровских ворот к площади, раскинувшейся перед главным фасадом Монетного двора.
В Комендантском доме неоднократно менялась планировка: каждый вновь назначаемый комендант предъявлял свои требования, согласно которым и велись те или иные переделки.
Стены этого дома немало повидали на своем веку. Они являются безмолвными свидетелями беспримерной стойкости многих революционеров.
В 1794 году в Комендантском доме находился под арестом тяжело раненный в битве под Мацеёвицами непоколебимый борец за независимость Польши Тадеуш Костюшко, с именем которого связано польское национально-освободительное движение. Известно, что восстание, начавшееся 24 марта 1794 года в Кракове, в результате измены крупной шляхты и превосходства объединенных сил царской России, Пруссии и Австрии кончилось поражением, а его идейный вдохновитель Костюшко был пленен и препровожден в Петропавловскую крепость, где пробыл около двух лет.
Позднее здесь же, в Обер-комендантском доме, велось следствие по делу декабристов.
Об этом мы находим интересные сведения в записках декабристов, в частности И. Д. Якушкина. Он писал, как однажды плац-адъютант Трусов вошел к нему в камеру и, накинув на его голову платок, повез в дом к коменданту. "Тут, - вспоминал Якушкин, - из рук его кто-то принял меня и посадил за ширмы, несмотря на которые и на платок, я мог видеть прислугу, носившую блюда в соседнюю комнату.
Около полуночи меня взяли за руки и повели в те комнаты, в которых перед этим ужинали. В первой из этих комнат я ничего не мог видеть сквозь платок, кроме множества свечей и столов, за которыми сидели люди и писали. Из этой комнаты меня привели в до-еольно большую залу, также очень ярко освещенную. Руку мою опустили, я остановился, и с меня сняли платок.
Я стоял посреди комнаты, в шагах 10 от меня стоял стол, покрытый красный сукном. На крайнем конце его сидел председатель следственной комиссии Татищев, рядом с ним великий князь Михаил Павлович; сбоку от Татищева сидел князь Голицын (Александр Николаевич) и Дибич; третий стул был порожний (Левашева), четвертое место занимал Чернышев... Когда сняли с меня платок, с минуту во всей комнате продолжалось молчание. Наконец, Чернышев махнул мне пальцем и иесьма торжественным голосом сказал: "Приближьтесь". Подходя к столу, я нарушил моими цепями тишину в комнате. Начался опять формальный допрос" 1. [1 "Записки, статьи, письма декабриста И. Д. Якушкина", М., Изд-во АН СССР, 1951, стр. 71-72.]
Якушкин описывал и момент оглашения приговора группе декабристов в Обер-комендантском доме: "Трусов провел нас через ряд пустых комнат, и мы прошли в верховный уголовный суд.
Митрополиты, архиереи, члены Государственного совета и генералы сидели за красным столом, за ними стоял Сенат. Все были обращены лицом к подсудимым. Нас шестерых выстроили гуськом. Министр юстиции князь Лобанов очень хлопотал, чтобы все происходило надлежащим образом...
Обер-секретарь, пресмешной наружности, первоначально сделал нам перекличку, и когда Кюхельбекер нескоро откликнулся на свое имя, то Лобанов закричал повелительным голосом: "Да отвечайте же, да отвечайте же!" Потом началось чтение приговора" 1. [1 "Записки, статьи, письма декабриста И. Д. Якушкына", стр. 80.]
Вероятно, в такой же обстановке, в том же зале, рисунок которого оставил декабрист В. П. Зубков, был оглашен смертный приговор пяти дворянским революционерам декабристам П. И. Пестелю, С. И. Муравьеву-Апостолу, М. П. Бестужеву-Рюмину, К. Ф. Рылееву и П. Г. Каховскому.
В помещениях эгего дома проходили судилища по делам петрашевцев, Н. Г. Чернышевского, Д. И. Писарева.
Вероятно, здесь же допрашивали революционера-террориста Д. В. Каракозова. В одной из комнат Обср-комендантского дома верховным уголовным судом 31 августа 1866 года он был приговорен к смертной казни через повешение.
Такая же участь постигла и народника А. К. Соловьева, неудачно стрелявшего 2 апреля 1879 года на Дворцовой площади в Александра II. Смертный приговор ему был вынесен тем же судом и в том же Обер-комендантском доме.
Через канцелярию обер-коменданта перед заключением в казематы проходили многие революционеры.
После революции дом был заселен. В настоящее время в Обер-комендантском доме ведутся реставрационные работы 1. После окончания работ Обер-комен-дантский дом станет основным экспозиционным зданием, в нем будут демонстрироваться многочисленные ценнейшие экспонаты музея, раскрывающие историю строительства Петербурга. [1 Розыски исторических документов для научной реставрации здания вел сотрудник Музея истории Ленинграда А. С. Кожевников. Выражаю ему благодарность за предоставленную мне возможность ознакомиться с ними.]
Инженерный дом и Артиллерийский цейхгауз
Одноэтажный дом слева от главной аллеи, идущей от Петровских ворот, - одна из наиболее старинных построек в крепости. Это Инженерный дом. Вместе с длинным, тоже одноэтажным корпусом Артиллерийского цейхгауза (справа от дороги) Инженерный дом составляет род пропилеев, ведущих в глубь территории крепости. Свое название Инженерный дом получил по первоначальному назначению: в нем размещалась инженерная команда, которая вела строительные работы в крепости. Служебное назначение предопределило очень простой внешний облик здания с внутренним хозяйственным двором в форме неправильной трапеции. Инженерный дом сперва был деревянным, а в конце 1740-х годов вместо него был выстроен каменный, ныне существующий. Тогда ему придали архитектурные черты, свойственные зданиям петровского времени - расчлененные рустами углы, дугообразные оконные перемычки, высокая кровля и фигурные обрамления окон. Так же, как и Обер-комендантский, Инженерный дом ориентирован на площадь, которая с юга была замкнута одноэтажным зданием гауптвахты, выстроенной в те же годы. Подобно Обер-комендантскому, Инженерный дом был объединен позднее в одно целое со своими службами.
В 1957 году Инженерный дом был реставрирован.
Артиллерийский цейхгауз выстроен в 1801 - 1802 годах, его архитектура еще более проста. Оба здания - Инженерный дом и Цейхгауз - необходимые компоненты внутрикрепостного ансамбля, - они формируют головную часть дороги, ведущей к официальной площади и к Петропавловскому собору. Протяженность объемов обоих зданий контрастирует с динамичным высотным объемом собора и колокольни и сильнее подчеркивает важность этого центрального в крепости памятника архитектуры.
Гауптвахта
Гарнизонная гауптвахта в Петропавловской крепости всегда находилась на южном берегу канала по левую сторону дороги, идущей от Петровских ворот. Первоначально это было небольшое деревянное строение, и стояло оно к собору ближе, чем дошедшее до нас здание. Каменная гауптвахта появилась в 1743 году. Главный фасад этого вначале одноэтажного, не отличавшегося особой красотой строения представлял собой семиарочную галерею с рустованными лопатками п каждом простенке и замыкал с юга площадь.
Площадь перед гауптвахтой между Обер-комендантским и Инженерным домами была местом муштровки солдат крепостного гарнизона и местом наказаний. Отсюда неофициальное название площади - "плясовая". Историограф Петербурга первой половины XIX века П. Свиньин писал, что "на площади стояла деревянная лошадь с острою спиной, на которую за штраф сажали солдат".
Одноэтажная гауптвахта просуществовала долг". Нынешний вид здание получило лишь в 1907 - 1908 годах. Проект перестройки был разработан в военно-инженерном ведомстве. Именно тогда был надстроен второй этаж и вход оформлен четырехколонным портиком.
Четырехколонный портик со сближенными колоннами по краям впервые в крепости был применен на здании старого собора и после его восстановления воспроизведен вновь в западном и южном портиках. Затем подобная композиция была использована в портиках потного дома, в Иоанновских и Невских воротах.
В различных вариантах эти повторяющиеся портики как бы роднят здания крепости, придают ощущение архитектурной цельности крепостному ансамблю. И надо отдать должное военным инженерам, перестроившим гауптвахту: они тонко почувствовали типичный для построек крепости архитектурный мотив и с большим тактом его применили. По масштабу и архитектуре здание гауптвахты отлично вписалось в своеобразный микроансамбль официальной площади крепости.
Ботный дом
Перед западным фасадом Петропавловского собора расположено небольшое, изящное строение, за которым до сих пор сохранилось название - Павильон дедушки русского флота, или Ботный дом.
Он был построен специально для привезенного из Москвы деревянного ботика Петра I.
Когда уже был создан сильный военный морской флот России, когда со стапелей петербургской верфи - Адмиралтейства сходили одно за другим хорошо вооруженные крупные военные суда, когда русский флот уже одержал не одну морскую победу над шведами и Петербург праздновал Ништадтский мир, Петр I вспомнил о маленьком деревянном суденышке, которое он, еще мальчиком, нашел в 1688 году в подмосковном селе Измайлове, в амбаре, среди вещей своего деда Никиты Ивановича Романова.
На этом шестиметровой длины ботике мальчик Петр плавал по реке Яузе, на Просяном пруду и на Переяславском озере. В ветреные дни он на боте учился ходить под парусами. Тогда-то у Петра и появилась неугасавшая всю жизнь страсть к мореходному делу и судостроению. Он сам писал, что в детстве увлекся плаванием на судне и тогда "немного авантажу сыскал, а охота стала от часу быть более".
Петр покинул Москву, а ботик остался там, в селе Измайлове.
В 1721 году в дни празднования Ништадтского мира ботик был выставлен в Московском Кремле на пьедестале, выполненном по рисунку И. П. Зарудного. Подпись на пьедестале рассказывала о роли маленького судна - родоначальника военно-морского флота России.
Вскоре, 29 января 1722 года, Петр распорядился перевезти ботик в Петербург. Это было сделано с большими предосторожностями в соответствии со специальной инструкцией Петра, врученной гвардии сержанту Кореневу, на которого и возлагалась транспортная операция.
Петр собственноручно предписывал сержанту ехать с ботиком и "везть до Шлиссельбурга на ямских подводах и будучи в дороге смотреть прилежно, чтобы его не испортить, понеже судно старое, того ради ехать днем, а ночью стоять и где есть выбоины спускать потихоньку".
Встречавшемуся на пути начальству предписывалось "ежели в пути потребны будут какие путевые припасы или где мост сделать, и то все управителям тех мест, где что потребно будет, исправлять без всякого медле-ния и отговорки" 1. [1 "Ботик императора Петра Великого". "Морской сборник", 1872, No 7 (т. CXXI), Морская хроника, стр. 29, 30.]
29 мая следующего года суденышко было в столице, и его установили в Адмиралтействе.
В августе 1723 года была организована торжественная встреча петровского ботика всеми кораблями Балтийского флота. Корабли приветствовали бот пушечной пальбой и поднятием флагов.
"Буерный флот и с ботом старинным, - как отмечено в "Журнале Петра Великого", - пришел, к Котлину острову и ученено учреждение о встрече бота с флотом".
После торжества Петр приказал поставить ботик в Петропавловскую крепость "на покой". Ботик был торжественно установлен в Государевом бастионе. Вскоре над ним сделали навес.
10 мая 1761 года сенат поручил архитектору А. Ф. Висту разработать проект и смету каменного покоя с окнами "к поставке находящегося в Петропавловской крепости... Петра Великого бота...", а коменданту крепости И. И. Костюрину предлагалось отвести для этого место. Архитектор разработал два варианта здания. Домик начали строить по первому, более дорогому варианту. Строительство началось в 1762 году, отделка павильона закончилась в 1766 году1. Сенату доложили, что "для поставления бота каменный покой под присмотром архитектора Виста совсем как надлежит отделан и на оной статуя на тумбе поставлена". [1 А. Михайлов. Домик в Петропавловской крепости. "Архитектурное наследство", 1951, I, стр. 56 - 61.]
Однако оказалось, что ширина дверей (2 аршина 8 вершков) была меньше ширины бота (2 аршина 13 вершков). Архитектору Висту предложили исправить ошибку за свой счет. Дверные проемы были растесаны до нужной ширины. Наконец, в июле 1767 года бот был установлен в павильоне, выстроенном в соответствии с проектом.
В архитектуре Ботного дома проявились черты и стиля барокко и стиля классицизма. Декоративные во-лютообразные украшения над окнами, расчлененность фриза и карниза над пилястрами, сложная по форме кровля с переломами скатов, фигурный (позднее упрощенный) постамент под статуей на коньке крыши и форма площадок у входов говорят о заметном еще влиянии стиля барокко, господствовавшего в России до 1760-х годов. Однако удивительно строгие портики и композиционная простота фасадов - явные признаки зарождавшегося в те годы классицизма, так ярко развившегося в последующие десятилетия. Именно эта своеобразная стилевая двойственность здания отразила важный период в развитии русской архитектуры середины XVIII века: переход от декоративного стиля барокко к рациональному, строгому стилю классицизма. Это и определяет исключительное значение павильона в истории русского зодчества. Известно, что не величина здания определяет его архитектурно-художественные достоинства, а искусство, вложенное в композицию, сочетание и прорисовка форм и деталей и главное - пропорции здания. Все это в павильоне найдено превосходно, и потому он вошел в историю русской и мировой архитектуры как выдающееся произведение.
Его автор архитектор А. Ф. Вист - сын секретаря А. Д. Меншикова - учился с детства в Петербурге у архитектора Ивана Бланка. В 1741 году он вошел в так называемую "архитекторскую команду" зодчего Пьетро Трезини. Вист учился затем в Риме и Милане и после девятилетнего пребывания за границей (в Италии, Франции и Германии) стал работать с обер-архитектором Варфоломеем Растрелли.
Вист предложил, как мы знаем, проект восстановления Петропавловского собора, затем вместе с Антонио Ринальди участвовал в строительстве Исаакиевской церкви и занимался ремонтом сенатских зданий и прочих строений. Ныне его творчество представлено единственным, но блестящим произведением - Ботным домом, и оно позволяет иесьма высоко оценить искусство Виста.
Павильон несколько раз капитально ремонтировался, в том числе и после наводнений 1797, 1824, 1855 и других годов.
Во время Великой Отечественной войны Ботнып дом пострадал от пожара, возникшего в результате попадания зажигательной бомбы, и от сотрясений во время бомбардировок и обстрелов. Он был реставрирован в 1950-х годах. Сохранившиеся проектные чертежи дают возможность восстановить и фигурный пьедестал под статуей таким, каким он был запроектирован автором.
На пьедестале некогда стояла деревянная статуя. Она пришла в ветхость и в 1826 году была заменена каменной фигурой Наяды, изваянной Н. А. Токаревым. В свою очередь в 1891 году ее сменила терракотовая статуя работы Д. И. Иенсена. Статуя эта - аллегория навигации в виде женщины с веслом. Видимо, скульптор Иенсен воспроизвел обветшавшую скульптуру Наяды.
Ботный дом сейчас используется для локальных экспозиций, а ботик Петра 1, специально для которого было выстроено это здание, находится ныне в Центральном военно-морском музее.
Монетный двор
Здание Монетного двора - самое крупное после собора сооружение на главной площади в Петропавловской крепости. Эту площадь формируют наиболее ценные с архитектурной точки зрения постройки - Петропавловский собор, небольшой Павильон дедушки русского флота, Обер-комендантский дом и, наконец, главный фасад Монетного двора, самого позднего по времени строительства здания площади. Фасад Монетного двора замыкает перспективу дороги от главных Петровских ворот.
Говоря о Монетном дворе - учреждении, связанном с изготовлением металлических денежных знаков (кроме того, Монетный двор изготовляет ордена и медали), следует заметить, что ныне действующая у нас в денежном обращении десятичная система была введена Петром I и являлась тогда самой совершенной. Она была принята в других странах много позднее: в конце XVIII века - во Франции и в Соединенных Штатах Америки, в ряде других стран только в XIX веке. Московские монетные дворы чеканили новые медные монеты с 1700-х годов, а чуть позднее - и серебряные монеты копеечного и рублевого достоинства. После того как Петербург стал столицей, Петр I решил перенести сюда и монетное производство. 15 марта 1719 года он издал указ о переводе "из Москвы в Санкт-Петербург денежных дворов по ведомству Ка-мер-Коллегии", которой поручалось руководство монетным производством. Однако перевод московских монетных дворов в новую столицу состоялся не сразу. В 1721 году Петр I выразил желание: "...для лучшего усмотрения порядочной модели, золотую монету в С.-Петербурге делать в крепости" 1. Этот монетный двор, как действующее предприятие, впервые упоминается в 1724 году. Для монетного производства Петр отвел Нарышкинский бастион. Однако строительство бастиона несколько затянулось; его постройка началась лишь в 1725 году, и потому вначале производство монет было налажено в Трубецком бастионе, хотя там было и темно, и неудобно. [1 И. Г. Спасский. Петербургский Монетный двор от возникновения до начала XIX века. Л., Иэд-во Гос. Эрмитажа, 1949, стр. 10.]
Неблагоприятные условия не только отрицательно сказывались на самом производстве, но и на рабочих. Многие рабочие Монетного двора находились на казарменном положении. Они жили в полутемных, сырых каменных казематах крепости. Условия их жизни мало отличались от положения арестантов. Рабочие, непосредственно не связанные с драгоценными металлами - золотом и серебром, жили на Петербургской (ныне Петроградской) стороне в районе Монетной (ныне Ско-роходова) улицы.
Чеканка монет в крепости была прервана в 1728 году в связи с переездом правительства в Москву. Через десять лет она была возобновлена.
Машины тогда приводились в движение вручную или конной силой. Использовалась и сила ветра; для этого на стенах крепости, в частности на Трубецком бастионе, были выстроены ветряные мельницы.
По справке историографа Санкт-Петербурга И. Г. Георги, "двор для разделения золота и серебра занимал угол болверка, перед которым проведена стена... Производство работы... доведено до великого совершенства, а как ежегодно вырабатывается от 1200 до 1400 и более пуд серебра и от 40 до 80 пуд золота, то все работы производятся в таком большом количестве, каковое не во многих местах видеть можно. Серебро топят то в железных кованных, то в гипсовых котлах по 100 пуд в один раз... Для крепкой водки построена особливая лаборатория с 15 печами и пр. От отделяющейся при сем разделении меди добывается прочная зеленая краска, коею по большей части красят церковные кровли, а из бывшей в деле крепкой водки делается селитра" 1. Георги отмечает, что руда поступала из Колыванского и Нерчинского рудников. [1 И. Г. Георги. Описание столичного города Санкт-Петербурга. СПб., 1794, стр. 150 - 151.]
Монетное производство в XVIII веке было примитивным. Тем не менее в Монетном дворе было немало искусных граверов по металлу, медальеров и даже ювелиров. В 1750-х годах здесь была изготовлена пышная серебряная рака Александра Невского, ныне хранящаяся в Государственном Эрмитаже.
В течение всего XVIII века Монетный двор оставался в Трубецком бастионе, лишь с 1750-х годов часть его разместилась в Нарышкинском бастионе в не менее стесненных условиях. Не раз предлагались различные проекты улучшения монетного производства. Например, в 1796 году обсуждался вопрос о переводе Монетного двора или в кронверк, или на придворный участок в Пелле (на Неве), или же в Стрельну.
В то время проблемы развития монетного производства были актуальны: правительство решило перечеканить медные деньги, чтобы сделать их в два раза легче. В связи с этим был создан Комитет для руководства денежным делом, на который и легли заботы о перестройке Монетного двора и переводе его на энергию пара.
Из-за того, что Монетный двор в крепости не мог удовлетворять все технические требования, правительство создало в Петербурге второй Монетный двор в здании Государственного ассигнационного банка на Большой Садовой улице. В банковском монетном дворе механизмы приводились в движение паром, и этот двор стал чеканить все монеты, пока перестраивался Монетный двор в Петропавловской крепости.
Необходимость технического перевооружения монетного производства была главной причиной строительства в 1800 - 1805 годах новых зданий внутри Петропавловской крепости. Глухая стена, возведенная в 1810 году, замкнула все корпуса предприятия в единое целое.
Монетный двор был наново оборудован, в частности здесь были установлены две паровые машины. В 1811 году тут появился изобретенный И. А. Неведомским первый в мире рычажный пресс для чеканки медалей. Затем предприятие оснастилось пневматическими станками, которые при помощи сжатого воздуха быстро штамповали монеты. Серебряных денег Монетный двор стал выпускать в день на сумму до 100 тысяч рублей. На этом Монетном дворе с 1876 года чеканились все русские металлические деньги. Советские монеты здесь начали изготовлять с 1922 года.
Доступный обозрению главный фасад Монетного двора - великолепная композиция, созданная в духе строгого классицизма. Архитектурное решение петербургского Монетного двора поддерживало традицию - важным государственным учреждениям придавать торжественные формы. Так, монетный двор в Париже выстроен в стиле классицизма, знаменитый венецианский монетный двор решен в духе архитектуры итальянских дворцов эпохи Ренессанса.
Долгое время считали, что здание Монетного двора создано по проекту великого зодчего А. Н. Ворони-хина - строителя Казанского собора и Горного института. И действительно, в архитектуре Монетного двора присутствуют черты, свойственные творческой манере Воронихина: подчеркнутая монументальность, скульптурный фриз на рустованной стене, которыми любил архитектор украшать фасады своих зданий. Правда, фриз на фасаде Монетного двора осуществлен не был, но для него была приготовлена фризовая ниша, в которой место скульптуры заняла надпись "Монетный двор".
Главный фасад Монетного двора - великолепный образец архитектурного решения производственного здания.
Здание Монетного двора характеризуют простые членения и хорошие пропорции. Фасад с глубокой рустовкой и аркадой по первому этажу в средней части увенчан сильным фронтоном, в который в наше время вкомпонован герб Союза Советских Социалистических Республик. Невысокие круглые башни по концам фасада фланкируют его и придают ему некоторую суровость и композиционную законченность. (К сожалению, часть фасада закрыта бывшими Обер-офицерским и Плац-майорским домами.) Тонкий прием противопоставления простого архитектурного решения крыльев здания обогащенному и утяжеленному центру свидетельствует о том, что автор был большим художником. Впервые авторство Воронихина было подвергнуто сомнению в 1940-х годах. Тогда исследователь Л. А. Бубнов, ссылаясь на устную справку старейшего инженера Монетного двора П. В. Латышева, который видел подпись Антонио Порта на чертеже фасада, хранящемся в Монетном дворе, назвал это новое имя. Имя Антонио Порта без дополнительной аргументации было повторено И. Г. Спасским в книжке, посвященной истории петербургского Монетного двора. Было, однако, неясно, в какой роли выступал Антонио Порта, - то ли он был автором замысла, то ли строителем, как это сказано в книге "Памятники архитектуры Ленинграда", изданной в 1958 году.
Готовя к изданию эту книгу, автор ее решил сам ознакомиться с чертежом, на который когда-то ссылался П. В. Латышев. Выяснилось, что администрация Монетного двора в настоящее время располагает единственным старым чертежом Монетного двора, он под стеклом в раме хранится в кабинете главного инженера. Это большой лист (67,5X129 см), разделенный чертой на две части. Чертеж в нижней части листа озаглавлен "Фасад Монетного двора". Масштаб изображенного здесь главного фасада приведен в туазах - так иностранные архитекторы часто называли сажени. В верхней части листа изображены план, фасад и разрез круглой постройки, названной "Крепководочной". Изящно выполненный чертеж имеет сверху надпись, что он апробован (утвержден) императором 17 марта 1799 года. Этот факт заверили подписями главный директор Соймонов и государственный казначей барон Васильев. При тщательном осмотре чертежа правее изображения главного фасада удалось рассмотреть сильно выцветшую, но совершенно ясно читаемую подпись - скорописью по-итальянски "architetto Porta".
Сведения инженера П. В. Латышева были точны. И чертеж с подписью архитектора Порта - неопровержимое свидетельство того, что автором проекта Монетного двора был именно он.
Этот "каменных дел мастер" приехал из Рима по контракту, заключенному в 1782 году. Сведения о творческой и строительной деятельности Порта весьма скудны, но все же они позволяют заключить, что он был в Москве и знал московскую архитектуру классицизма. В Петербурге Антонио Порта участвовал в строительстве Военно-медицинской академии, Воспитательного дома. Был привлечен Н. А. Львовым для работы на строительстве Почтамта. Ко времени составления проекта Монетного двора он мог хорошо уяснить специфику русской архитектуры - сочной по рельефу и широкой по размаху. Малоизвестный в Италии "каменных дел мастер" в России нашел необходимые условия для приложения своего таланта и достиг большого мастерства.
Петровские и Иоанновские ворота
Из шести ворот Петропавловской крепости наибольшую архитектурно-художественную ценность представляют трое ворот: Иоанновские - ворота Иоанновского равелина, Невские - обращенные к Неве и ведущие на пристань, и главные ворота - Петровские - посредине восточной крепостной стены.
Петровские ворота, творение Доменико Трезини, особенно ценны, - они являются единственным сохранившимся образцом триумфальных сооружений петровских лет.
Действительно, все триумфальные сооружения, воздвигнутые в честь военных побед России при Петре I в Москве и Петербурге, не сохранились. Их возводили из недолговечных материалов, и со временем, обветшавшие, они были снесены.
Триумфальные ворота и крепость - нет ли здесь ошибки? Нет. Желание Петра I придать главному въезду в новую крепость торжественный вид вполне понятно, ибо он считал крепость важнейшим сооружением на Неве.
Первые в России триумфальные ворота были воздвигнуты Петром I в связи с военными успехами на юге. Взятие Азова в 1696 году было отмечено в Москве очень торжественно. Столица встречала возвращающиеся войска триумфальными воротами, возведенными у въезда на Каменный мост со стороны Замоскворечья.
Особенно важным для судеб России был исход Северной войны. После выхода России к устью Невы и основания Санкт-Петербурга русские войска 9 августа 1704 года штурмом заняли город Нарву. "Где перед четырьмя лета господь оскорбил, - писал Петр I, - тут ныне веселыми победителями учинил, ибо сию пре-главную крепость через лестницы шпагою в три четверти часа получили". В честь этого события в Нарве выстроили деревянные триумфальные ворота. Строил их архитектор Доменико Трезини (ворота погибли, по-видимому, еще в первой половине XVIII века).
Спустя несколько лет, в 1707 году, Петр поручил главному инспектору строительных работ в Санкт-Петербурге У. А. Синявину возвести въездные ворота в Петропавловской крепости и делать их "подобные Нарвским". Тем легче было осуществить это указание Петра, что тот же зодчий Доменико Трезини возводил теперь и крепость.
Ворота в крепости были построены в 1708 году. Они были деревянными. У одного из путешественников, оставившего первое описание Санкт-Петербурга 1710 года, мы находим такие строчки: "Крепостные ворота деревянные, очень красивой резной работы... Над ними возвышается статуя св. Петра в человеческий рост, с двумя большими ключами в руке, тоже деревянная. Внизу выставлен год, именно 1703-й, на портике по правую руку вделана жестяная доска с русской надписью, гласящею об основании крепости.
Внутри крепости над воротами прикреплен резанный из дерева и выкрашенный черною краскою русский орел, с коронами на обеих главах и со скипетром и державою в когтях. Несколько ниже - писанный образ святителя Николая..." 1 [1 "Описание Санктпетербурга и Кроншлота в 1710-м и 1711-м годах", стр. 11 - 12.]
В украшении ворот принимал участие скульптор Конрад Оснер. Петр I привлекал его к декоративным работам еще в Москве в самом конце XVII века, и тот хорошо зарекомендовал себя. Ему принадлежит сохранившийся до сих пор над сводчатым пролетом Петровских ворот деревянный барельеф на библейский сюжет "Низвержение Симона-волхва апостолом Петром". Барельеф был исполнен ко времени окончания деревянных ворот крепости, то есть к 1708 году.
Как отмечает более поздний путешественник, посетивший Петербург в 1717 году и оставивший описание города, ворота в это время еще не имели определенного названия. По-видимому, они были названы Петровскими после их перестройки в камне в 1717 - 1718 годах.
Постройка ворот в камне была осуществлена опять же архитектором Доменико Трезини, который по требованию Петра обязан был воспроизвести прежнюю композицию ворот.
Пристрастие Петра I к облику триумфальных ворот в Нарве, видимо, объясняется значением победы русских над шведами у ее стен.
Создавая ворота в камне, Трезини точно воспроизвел свой первоначальный замысел. Доказательство этого - изображение деревянных ворот Петропавловской крепости на гравированной панораме Санкт-Петербурга, исполненной в 1718 году замечательным русским художником и гравером А. И. Зубовым. Художник подчеркнуто подробно воспроизвел скульптурное убранство ворот и, несколько исказив масштаб, показал слегка преувеличенными венчающие аттик круглые скульптуры, одну из которых - статую Петра с большими ключами в руке - упомянул первый анонимный историограф Петербурга.
Триумфальному произведению Трезини повезло: немного в истории архитектуры известно случаев, когда автор трижды воссоздавал свой замысел, да еще в различных материалах.
Перестраивая крепостные ворота, Трезини перенес на каменную основу часть скульптурного убранства, снятого с разобранных деревянных ворот. Из всего этого убранства сохранился до нашего времени только барельеф Конрада Оснера. Остальные скульптуры, ныне украшающие ворота, изготовлены позднее.
Убранство каменных ворот должен был выполнить известный в то время скульптор Карл Растрелли, оставивший в Петербурге прекрасное конное изваяние Петра I - памятник, стоящий ныне перед Инженерным замком. Однако из-за задержки в оформлении заказа Растрелли не довелось украсить ворота своими произведениями, - это сделал не менее известный в то время скульптор Никола Пино.
Никола Пино в 1716 году приехал в Петербург из Франции и занимался отделкой царских покоев. Он зарекомендовал себя прекрасным резчиком по дереву и декоратором. Ему-то в начале 1720-х годов и поручили выполнить декоративные скульптуры для Петровских ворот. Вскоре статуи в человеческий рост, в том числе фигура апостола Петра, увенчали ворота. Барельефные аллегорические композиции на фронтоне и волютах были деревянными, резными.
До 1751 года - времени составления описания Петербурга А. И. Богдановым - все скульптурное убранство каменных ворот было еще цело: "...на самом верху ворот изображен на камне, утвержденном на подножии, стоячий образ святого апостола Петра, держащего в руках ключи. По сторонам сего Петрова образа, по концам фронтишпица сидят два ангела с трубами. Еще пониже сих ангелов, подле фронтишпица по сторонам же поставлены две статуи во образе жен, одна держит крест, являющая благочестие, и книгу, писанную слово божие, другая содержит кошку или якорь со цветом победительным, являющая крепость или надежду" 1. [1 Г. Богданов. Историческое, географическое и топографическое описание Санктпетербурга...", стр. 41.]
Сравнивая современный облик Петровских ворот с их изображением на старинной зубовской гравюре, можно утверждать, что ворота на редкость цельно сохранили свой облик и отлично передают нам зодческое искусство и замысел петербургского архитектора Доме-нико Трезини. Правда, уже давно исчезли круглые скульптуры аттика, которые, может быть, излишне осложняли отличную триумфальную композицию ворот.
При сравнении барельефов Петровских ворот друг с другом видна их разнородность.
Некоторая наивность изображения характерна для центрального барельефа. Художник Конрад Оснер изобразил легендарную сцену: апостол Петр перед изумленным народом силой своей молитвы низвергает на землю поднявшегося е небо язычника Симона-волхва.
Барельеф был очень тщательно реставрирован в 1951 году. В досках его от времени появились глубокие трещины. Понадобились огромные усилия и мастерство для восстановления этого уникального произведения. Барельеф реставрировался под руководством скульптора В. В. Крестовского резчиками И. Н. Болдосовым, П. С. Румянцевым и модельщиком В. Ф. Про-виным. Сейчас на барельефе хорошо видна вся его пластика. Доски из красной русской сосны были пропитаны особым составом для противодействия атмосферным влияниям.
Барельеф Оснера по художественным достоинствам и технике исполнения уступает соседним небольшим деревянным барельефам. Это обстоятельство исключает в них авторство Оснера. Великолепные композиции из воинской арматуры по характеру и исполнению близки к дубовым резным панелям из отделки петровского кабинета Большого Петергофского дворца - безусловным произведениям Никола Пино. Это позволяет предполагать, что деревянные барельефы в волютах и на фронтоне ворот выполнил выдающийся мастер деревянной резной скульптуры - Никола Пино.
По сторонам въездной арки в глубоких нишах стоят статуи, изображающие мифологических богинь - богиню войны Беллону и Минерву - богиню мудрости и покровительницу наук, искусств и ремесел. Имя скульптора - автора этих статуй - неизвестно, хотя характер их близок эскизам фигур, нарисованных Пино 1. Поставлены статуи в 1749 году. При их восстановлении в 1950 - 1952 годах реставраторы заметили необычную технику их исполнения. Скульптуры были выполнены из раствора серой извести и песка намазным способом. Тщательно, с использованием этой же техники, статуи были реставрированы. [1 См.: Дени Рош. Рисунки Николая Пино, предназначенные для России. Журн. "Старые годы", 1913, май, стр. 3 - 19.]
Как бы заменяя замковый камень свода, и ныне над проездом арки простирает широкие крылья двуглавый орел - герб старой России. Он отлит из свинца мастером Ф. Вассу по модели, которую исполнил с большим мастерством, вероятно, Никола Пино. По указанию Петра I этот свинцовый орел весом 687г пудов (или 1096 килограммов), был отлит в 1720 году и, вызолоченный, украсил ворота в 1722 году.
Ныне из прежнего украшения ворот недостает пяти статуй аттика - аллегорической фигуры Петра с ключами, сидящих на покатых склонах фронтона ангелов с трубами и аллегорических статуй Веры и Надежды, некогда стоявших на волютах.
Сильно раздробленный фасад, сложные по профилю русты и пилястры, дающие богатую светотень, сочного рисунка волюты, как бы подпирающие аттик с фронтоном, - черты, характерные для стиля барокко, господствовавшего в русском зодчестве с конца XVII и до середины XVIII века.
Выразительный силуэт ворот, сочность архитектурных и декоративных форм типичны для зодчества петровских лет.
Реставрационные работы, проведенные в 1950 - 1952 годах Ленинградскими научно-реставрационными мастерскими под руководством архитектора А. Л. Ро-тача, вернули сооружению чистоту форм и приблизили вид ворот к первоначальному. Эти ворота являются одним из интереснейших памятников архитектуры в крепости, единственным дошедшим до нас триумфальным сооружением петровской эпохи.
Оформление въезда в Петропавловскую крепость в виде триумфальной арки так же, как и символическая скульптура на ней, утверждали престиж власти Петра I и прославляли его мудрость и военные успехи, подчеркивали авторитет государственной власти и напоминали современникам о победах России в Северной войне. Следует учитывать, что во время сооружения Петровских ворот еще не было Иоанновского равелина и ворота были обращены непосредственно к площади города, на которой среди прочих строений уже возвышалась Троицкая церковь.
В 1730-х годах Петровские ворота со стороны Троицкой площади были закрыты Иоанновским равелином. Иоанновские ворота в нем построены в 1740 году. Их авторство приписывается зятю Доменико Трезини - архитектору Джузеппе Трезини. Он не отличался мастерством и был главным образом подрядчиком и создателем несложных построек. Иоанновские ворота менее торжественны, но в некоторых деталях - разделка на камни, включение скульптурного декора - напоминают Петровские ворота.
Комендантская пристань и Невские ворота
Почти посредине горизонтальной линии стен крепости, обращенных к Неве, отчетливо вырисовываются Невские ворота и каменная пристань.
На фоне хорошо пригнанных громадных гранитных камней облицовки крепостных стен четырехколонный портик великолепно подчеркивает сводчатый вход в крепость и оживляет плоскую монотонность ее стен. Колоссальные граненые камни, так называемые квадры, охватывают попарно колонны и своими размерами как бы связывают ворота с монументальными формами куртин и бастионов.
Сильно выступающий портик и гранитная пристань рассчитаны на восприятие их издалека, с противоположного берега реки и с мостов. Это обусловило их ясные, достаточно крупные и несколько обобщенные архитектурные формы.
Пристань на Неве почти современна крепости. Но первоначально она была деревянной и имела вид обычных мостков, идущих от крепостных ворот к воде.
13 марта 1731 года появился правительственный указ "О постройке ворот с архитектурными украшениями посреди куртины Петербургской крепости к водяной стороне".
Несмотря на упоминание в указе архитектурных украшений, выстроенные ворота были столь же суровы, как и кирпичные стены крепости. В то же время, вероятно, была усовершенствована и пристань.
Оставаясь по-прежнему деревянной, она представляла собой уже не мостки, а настоящий мост, идущий от ворот к реке, с тремя сходами, расходящимися у воды.
Кирпичные стены крепости не раз служили своеобразной архитектурной декорацией, на фоне которой развертывалась торжественная и интересная церемония выноса петровского ботика из крепости через Невские ворота для препровождения его по реке в Александро-Невскую лавру. Первый раз эта церемония произошла 30 августа 1724 года - в день торжества по поводу установления мира со шведами. Это было тогда, когда еще не закончилось строительство каменной крепости. Петровский указ оговаривал, что эта церемония должна повторяться ежегодно. Но вновь она произошла спустя 20 лет, в 1744 году, и на следующий год была повторена.
В те дни на Невскую пристань в торжественной обстановке через Невские ворота матросы выносили на руках ботик и водружали его на большое беспарусное судно. Затем под пушечный салют, при звуках труб и литавров судно с ботиком буксировали галерой к Александро-Невской лавре. Там служили молебен, а вечером в столь же торжественной обстановке ботик препровождался к крепости.
Через Невские ворота ботик Петра I был вынесен и в день празднования столетия со дня основания Петербурга и установлен на палубе 110-пушечного корабля "Гавриил", где в почетном карауле стояли четыре столетних моряка, служивших еще при Петре I.
Однако вернемся к пристани. Деревянную пристань требовалось чуть ли не ежегодно ремонтировать. Практически после каждого весеннего ледохода и осенних наводнений надо было ее приводить в порядок и укреплять. Нужно было деревянную пристань и мост к крепостным воротам заменить каменными.
Первый проект каменного моста и каменной пристани был представлен в конце 1762 года. Он подписан учеником архитектора Смольяниновым. Через несколько лет, в 1766 году, военный инженер Муравьев разработал новый вариант проекта каменной пристани. Известен и третий проект, датируемый 1767 годом 1. [1 См.: Н. Попова. Петропавловская крепость. Краткая историческая справка. Невская, или Комендантская, пристань, 1952, ГИОПЛ, Н-1335.]
Все три проекта воспроизводили композиционный принцип существующей деревянной пристани с тремя сходами, к которым от ворот шел трехпролетный мост.
Проекты уже существовали, а переделывать сооружение все еще не начинали.
Наконец старая пристань была разобрана, и в 1774 - 1775 годах на ее месте, вероятно по проекту инженера Муравьева, была возведена новая - каменная.
Мостовая часть новей пристани шириной более 5 метров, начинающаяся у самых ворот, покоится на пологих сводах, опирающихся на каменные опоры с ледорезами. Пристань имеет три лестничные спуска к воде, каждый из 14 ступеней. Сооружение выложено из известнякового камня и облицовано гранитом. Простые архитектурные формы пристани и моста хорошо сочетаются со стенами крепости.
Мост и площадка пристани были вымощены булы-гой, уложенной квадратами, перекрещенными диагоналями. Орнаментальное мощение было характерно для старого Петербурга и для крепости. Дорожки по краям пристани и мосту устилали каменные плиты.
В связи с указом Екатерины II об облицовке гранитом стен крепости, обращенных к Неве, были коренным образом перестроены и Невские ворота. Проект перестройки разработал в 1780 году один из талантливейших зодчих России Николай Александрович Львов 1. [1 См.: М. В. Будылина, О. И. Брайцева, А. М. Харламова. Архитектор Н. А. Львов. М., Гос. изд-во литературы по строительству, архитектуре и строительным материалам, 1961, стр. 137 - 140.]
Львов был видным деятелем русской культуры, ученым, поэтом. Как зодчий он был ярким и самобытным представителем классицизма, господствовавшего в России с 1760-х годов. Львов создал много превосходных построек в Москве, Торжке и столице. В Ленинграде до сих пор сохранились построенные по его проектам здания почтамта и дом поэта Г. Р. Державина на набережной реки Фонтанки (дом No 118). В бывшем селе Александровском, ныне вошедшем в черту Ленинграда, Львов создал оригинальную по виду Троицкую церковь (проспект Обуховской обороны, дом No 235). Она имеет круглую форму, наподобие пасхального кулича. Колокольня же решена в виде пирамиды, как творожная пасха. Оба строения так в народе и называли - "Кулич и пасха".
В Гатчине находится в высшей степени своеобразное строение - Приоратский дворец. Он выстроен Львовым из совершенно необычного для дворцовых строений материала. Его стены сложены из блоков, сбитых из земли.
Нет сомнения в том, что, проектируя Невские ворота, Львов учитывал не только необходимость их архитектурной связи со стенами крепости, но и добивался гармоничного сочетания с новой гранитной пристанью. Ворота и пристань составили цельный архитектурный ансамбль.
Ворота были выстроены в 1784 - 1787 годах. И жители столицы увидели прекрасную композицию с монументальным портиком ясных пропорций и противопоставлением массивных квадр, словно нанизанных на колонны, тонко профилированным капителям и карнизу. Теперь по-новому воспринималась и пристань, ставшая как бы естественной принадлежностью ворот и крепостных стен, облицованных гранитом.
В Невской панораме Петропавловская крепость занимает едва ли не самое главное место, и ворота в стиле архитектуры того времени - строгого классицизма - улучшили внешний вид крепости.
С 1860-х годов Невскую пристань стали называть Комендантской: возле нее постоянно находился дежурный катер коменданта города.
У этой пристани ежегодно весной и осенью "освящалась" вода, и только в эти дни разрешалось всем желающим подниматься на стены крепости.
Издавна у пристани был укреплен футшток для измерения уровня воды в Неве.
Сторона Невских ворот, обращенная внутрь крепости, также оформлена портиком. Но здесь нет колонн, их заменяют пилястры тоже простейшего, тосканского, ордера. На фризе укреплены бронзовые цифры - дата окончания постройки ворот - 1787 год.
Используя один и тот же композиционный прием - четырехопорный портик со сближенными опорами по краям, Львов нашел различную по выразительности трактовку портиков соответственно роли ворот в крепостном ансамбле.
Но если Петровские ворота строились как парадный вход в крепость, тогда еще не бывшую тюрьмой, то торжественная архитектура Невских ворот очень скоро вступила в противоречие с их ролью. Невские ворота называли "воротами смертников". Через них на Комендантскую пристань выводили узников, которых по приказу царского правительства отвозили в Шлиссель-бургскую крепость на пожизненное заключение или в Лисий Нос для совершения казни.
В истории архитектуры классового общества подобные противоречия - не исключение. Достаточно вспомнить правительственную тюрьму в Венеции, красивый фасад которой обращен на парадную набережную лагуны. Стоит же эта тюрьма рядом с поразительным по архитектуре Дворцом дожей.
Годы не изменили вида Невских ворот и пристани.
Наиболее крупные ремонты ворот и пристани производились после наводнения 1824 года, в 1867 и 1888 годах, а также уже после Октябрьской революции.
В годы Великой Отечественной войны пристань и мост были сильно повреждены вражескими бомбами и снарядами. После войны проект реставрации был разработан Г. Ф. Перлиной под руководством архитектора А. Л. Ротача и осуществлен Метропроектом.
Невские ворота, некогда "ворота смертников", в наши дни воспринимаются как памятник истории и архитектуры. Теперь под сводами Невских ворот тысячи ленинградцев в погожие весенние и летние дни проходят на берег Невы, укрытый от северных ветров крепостными стенами.
В самом центре Ленинграда у по-прежнему суровых стен Петропавловской крепости создан песчаный пляж, неизменно привлекающий молодежь. Отсюда ленинградцы любуются широкой Невой и величественными памятниками архитектуры, созданными на ее берегах самоотверженным трудом многих поколений русских людей.
Здание Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи
Ныне существующее громадное подковообразное в плане здание Арсенала в кронверке строилось в 50 - 60-х годах XIX века по проекту архитектора П. И. Таманского для усиления Санкт-Петербургской крепости и размещения артиллерийских запасов. Из путиловской плиты и кирпича сложены полутораметровые стены мрачного по архитектуре здания с амбразурами и бойницами.
В 1868 году в новое здание из Арсенала на Литейном проспекте перевезли не только орудия и артиллерийские запасы, но и богатые коллекции образцов отечественных пушек "Достопамятного зала". Эти коллекции отражали путь развития русской артиллерии с конца XV века. Начало этому собранию положил Петр I, который особым указом запретил переливать старинную бронзовую мортиру, богато украшенную орнаментом, изготовленную в 1605 году замечательным пушечным мастером Андреем Чоховым и его учеником Проней Федоровым. В цейхгаузе Петропавловской крепости по требованию Петра I с 1719 года хранились также 8 пушек Семеновского и Преображенского полков. Так начало создаваться музейное собрание удивительных экспонатов, рассказывающих о боевой славе русской артиллерии. В новое здание Арсенала перевезли и образцы трофейных шведских, турецких, прусских и французских орудий, плененные знамена, штандарты и прочие победные реликвии. В 1872 году "Достопамятный зал" был переименован в Артиллерийский музей.
В советские годы в музей поступили реликвии гражданской войны, во время которой в ожесточенных боях с белогвардейцами и интервентами советские артиллеристы обеспечивали победы Красной Армии на фронтах. Великая Отечественная война запечатлена множеством экспонатов - орудиями, пулеметами, образцами реактивной артиллерии, громившей врага под Ленинградом, Москвой и участвовавшей в штурме Берлина.
Здесь хранится, например, орудие No 3953. Первый выстрел из него по врагу был сделан нашими артиллеристами на Волховском фронте в декабре 1942 года. Орудие участвовало во многих битвах, в освобождении Новгорода и 23 апреля 1945 года открыло в Берлине огонь по рейхстагу. Солдаты вместе с этим орудием прошли по дорогам войны более двух тысяч километров.
Музей все время пополняется новыми образцами артиллерийской техники, наглядно демонстрирующими растущую огневую мощь Советской Армии.
В музее имеется огромный архив, в нем собраны документы по истории артиллерии с XVII века.
В 1963 году Военно-исторический музей артиллерии был объединен с Центральным военно-инженерным музеем. Фонды музея пополнились ценнейшими коллекциями предметов и документов, отражающими историю инженерных войск и военно-инженерное искусство русской и Советской армий.
После Великой Отечественной войны в связи с расширением музея здание частично реконструировано. Реконструкция была осуществлена по проекту архитекторов К. Д. Халтурина, Д. И. Сметанникова и И. Н. Бенуа. Тогда была воссоздана аппарельная лестница, или "золотая горка". Архитекторы решили ее очень своеобразно и эффектно: посередине полуовальных маршей устроен пандус для втаскивания тяжелых орудий.
Когда еще не было нынешнего здания Арсенала, вокруг кронверка простирался пустырь, так называемый гласис - обязательная принадлежность каждой крепости. Пустынная площадь затрудняла противнику подход к ней. Пространство этой площади хорошо просматривалось и простреливалось с бастионов и куртин крепости и кронверка.
В 1844 году на этом пустыре по дуге, охватывавшей кронверк, был разбит парк, названный Александровским. Позднее в нем была отведена территория под Зоологический сад, открытый в 1866 году. В 1900 году часть парка заняли развлекательными павильонами и эстрадой, появилось здание Народного дома. Так постепенно застроился бывший гласис, и Петропавловская крепость с кронверком оказалась совершенно закрытой с Петроградской стороны дугой почти сплошного ряда построек или заборов и высоко разросшейся зеленью.
В годы Советской власти, в особенности после Великой Отечественной войны, парк освободили от некоторых строений. Теперь кронверкские валы и зигзагообразный канал перед ними доступны для обозрения.
По генеральному плану развития Ленинграда территория вокруг кронверка будет благоустроена так, чтобы ярче выявить исторические памятники.
Ленинград - один из немногих городов мира, в котором с необыкновенной силой проявилась творческая преемственность архитекторов разных поколений и даже разных стилевых эпох. Зодчие, сменяя друг друга, создали здесь беспримерные архитектурные ансамбли, формирующие центр города.
Самый грандиозный из них - ансамбль, развертывающийся на берегах Невы между Кировским и Дворцовым мостами.
В этой удивительной панораме на Неве большое значение имеет Петропавловская крепость с ее протяженными стенами и великолепным золотым шпилем колокольни, вонзающимся в небо.
Подчеркивая решающее значение Петропавловской колокольни для облика нашего города, академик И. Э. Грабарь очень верно писал: "Петропавловская колокольня для Петербурга то же, что башня св. Марка для Венеции, что собор для Страсбурга, или Иван Великий для Москвы; отнимите их, и "лицо" города сразу изменится" 1. [1 И. Грабарь. История русского искусства, т. III. M-s изд. Кнебель, стр. 64]
Действительно, крепостной ансамбль - главное звено величайшей архитектурной панорамы берегов Невы. Силуэт крепости с вертикальной доминантой определял характер застройки, силуэт набережных Адмиралтейской стороны и Васильевского острова. При этом бережно охранялся приоритет высокой колокольни собора, самой высокой колокольни в России. Лишь Адмиралтейство, расположенное на противоположном берегу, но несколько ниже по течению реки, получило шпиль, воздвигнутый на надвратной башне. Архитектор Тома де Томон, создавая ансамбль стрелки Васильевского острова, сумел добиться соподчиненности строений своего ансамбля - здания Биржи и Ростральных колонн - в отношении крепости. Живописность берегов Васильевского острова с башнями Кунсткамеры и бывшей Таможни (ныне Пушкинский дом), так же как и Адмиралтейская башня, не отвлекают внимания от чрезвычайно острого силуэта Петропавловской колокольни и спокойной горизонтали крепостных стен. Масштаб собора и крепости как бы подсказан просторами Невы и рассчитан на восприятие с дальних точек.
Таким образом, в основе пространственной застройки берегов Невы лежала идея соподчинения ее с высокой колокольней - высотной доминантой всего Невского водного пространства. Уже отмечалось стремление Петра I как можно скорее, даже в ущерб остальному строительству в крепости, поднять над Невой колокольню собора как символ созидательной деятельности русских, вернувшихся на берега Невы в начале XVIII века.
Контрастное противопоставление сильной вертикали горизонтальной линии окружающей застройки является русской национальной художественной градостроительной традицией. Среди необозримых полей и степей России наши города и села раскидывались порой на больших пространствах, и горизонтали их низкой застройки непременно противопоставлялась высотная композиция храма, для которого выбиралось наиболее живописное и возвышенное место. То же можно сказать и о композиционном принципе кремлей наших древних городов, где горизонталям крепостных стен противопоставлялись вертикали колоколен, храмов, а иногда и крепостных башен. Достаточно в связи с этим вспомнить кремли Москвы, Новгорода, Пскова, Астрахани и других городов. Эта глубоко национальная и древняя традиция, подсказанная самой русской природой, и заложена в существе композиции Петропавловской крепости и собора.
Высотные элементы в застройке формируют индивидуальный облик города. Колокольня Петропавловского собора в сочетании с башней Адмиралтейства, куполом Исаакиевского собора, Ростральными колоннами участвует в создании неповторимого силуэтного облика Ленинграда, прославленного многими писателями, поэтами и художниками. Шпили Петропавловского собора и Адмиралтейства как бы перекликаются через Неву и связывают в одно целое широкую панораму города, разделенного мощной рекой.
С живописной, архитектурной, эстетической точки зрения панорама крепости с силуэтом собора и колокольни, поднимающихся из-за гранитных крепостных стен над Невой, прекрасна.
Архитектурный ансамбль внутри крепостных стен ныне развертывается вдоль озелененной дороги, идущей от Петровских ворот к Монетному двору, и впечатление от этого ансамбля складывается, когда, стоя на площади перед Монетным двором, зритель смотрит на колокольню, дерзновенно устремленную в небо.
Ансамбль Петропавловской крепости имеет огромное архитектурно-художественное значение.
Однако Петропавловская крепость никогда не была городским ядром. Город как организм развивался вне крепости. И если первоначально городская застройка шла вблизи ее на Городском острове, примерно в районе нынешней площади Революции (здесь были торговые ряды, первая городская церковь и дома знати, а к берегу Невы причаливали корабли), то вскоре городское строительство перенесли на Васильевский остров и Адмиралтейскую сторону, и архитектурно-планировочным центром стало Адмиралтейство.
В художественном отношении пространственные закономерности ансамбля на Неве влияют на формирование новых ансамблей Ленинграда, возникающих вверх по течению Невы, на юг от реки и на запад, ближе к морю, там, где в послевоенные годы развернулось гигантское по размаху жилищное строительство.
Исторический центральный ансамбль на Неве всегда будет привлекать внимание как уникальный образец градостроительной русской культуры XVIII - XIX веков.
Крепость-музей
Вскоре после Великой Октябрьской социалистической революции был подписан декрет, по которому псе памятники старины и произведения искусства стали достоянием народа и были взяты государством под охрану. Среди исторических памятников Ленинграда, принятых под охрану государства, была и Петропавловская крепость. В 1924 году она стала историческим музеем, позже - филиалом Музея революции, а после Великой Отечественной войны крепость была передана Государственному музею истории Ленинграда.
Среди ленинградских музеев Петропавловская крепость занимает особое место.
В Петропавловской крепости перед посетителями материально предстает русская история. А казематы и бывшая секретная тюрьма Трубецкого бастиона свидетельствуют о произволе самодержавия и мужестве, непреклонности представителей трех поколений русских революционеров. Никакие насилия, чинимые царскими сатрапами, не смогли сломить боевого духа борцов за свободу, уничтожить их веру в победу прогрессивных сил, веру в освобождение отечества от самодержавия и классового угнетения.
В настоящее время в бывшей тюрьме Трубецкого бастиона некоторые камеры восстановлены в таком виде, в каком их оставили член Исполнительного комитета "Народной воли" А. И. Желябов, брат В. И. Ленина А. И. Ульянов, великий пролетарский писатель А. М. Горький, соратники и ученики В. И. Ленина - А. С. Шаповалов, Ф. В. Ленгник, П. Н. Лепешинский, Н. Э. Бауман и другие революционеры.
Трудно переоценить значение Петропавловской крепости и как памятника отечественного зодчества. Крепость с ее бастионами и куртинами - уникальный памятник фортификационного искусства XVIII века. Крепость - средоточие ценнейших по своему художественному значению построек. Архитектура ее сооружений отражает основные этапы развития зодчества за два предреволюционных столетия. Эпоха стиля барокко представлена Петропавловским собором, Обер-комен-дантским домом, Петровскими и Иоанновскими воротами, шедевром русского прикладного искусства - резным иконостасом в соборе и живописью. Павильон дедушки русского флота - Ботный дом - один из первых памятников переходного периода, когда в русской архитектуре, вытесняя барокко, утверждался классицизм. Памятниками классицизма являются Невские ворота и пристань, а также строгий фасад Монетного двора. Эклектизм в зодчестве конца XIX века отразился в архитектуре бывшей великокняжеской усыпальницы и здания архива в Алексеевском равелине.
Музейная работа в Петропавловской крепости была прервана в годы Великой Отечественной войны.
В 1941 - 1943 годах гитлеровские орды, блокировав Ленинград, стремились стереть с лица земли великий город. В крепости, как и повсюду в городе, разместились зенитные батареи и прожекторные отряды противовоздушной обороны. От вражеских артиллерийских обстрелов и бомбардировок пострадали сооружения крепости, часть их была разрушена или повреждена. Сильно пострадали Екатерининская куртина, здание бывшего казначейства и гранитная пристань.
Сразу же после окончания войны начались восстановительные работы. В Петропавловской крепости прежде всего была удалена маскировочная покраска со шпиля и куполов собора. И вновь над городом заблестел золотой шпиль Петропавловского собора.
Особенно крупные восстановительные и реставрационные работы развернулись в крепости в связи с 250-летием Ленинграда. Были реставрированы Петровские, Невские и Иоанновские ворота, Ботный дом, гауптвахта и другие музейные объекты.
Реставрационным работам предшествует и сопутствует большая исследовательская работа ученых - архитекторов, инженеров, искусствоведов.
Коллектив научных сотрудников Музея истории Ленинграда собирает документальные, иконографические материалы по истории крепости и отдельных ее сооружений.
Перед началом реставрации Петровских ворот было проведено тщательное исследование памятника. Научно проведенная реставрация обветшавших ворот освободила их от многочисленных ремонтных наслоений.
Наиболее трудной в историко-научном отношении, трудоемкой и дорогой была реставрация Петропавловского собора, который в дореволюционное время многократно подвергался всяческим "обновлениям", не имевшим ничего общего с реставрацией. Вследствие этого многие элементы архитектуры и оформления интерьера были утрачены или искажены. В частности, не раз грубо подновлялись роспись стен и живопись в иконостасе, менялась окраска стен и пилонов.
В 1952 году в связи с первой после Великой Отечественной войны внешней окраской собора архитектор А. А. Кедринский обмерил фасады собора и колокольни. В 1957 году были закончены большие реставрационные работы в соборе, которые возглавила архитектор И. Н. Бенуа. Тогда для обследования состояния шпиля был осуществлен подъем на его вершину. Архитектор Ю. П. Спегальский и альпинист-спортсмен О. П. Тихонов поднялись к венчающему шпиль кресту и к фигуре ангела. Сперва они использовали лестницы внутри шпиля, и лишь последнюю треть высоты преодолели, поднимаясь по наружной грани шпиля от скобы к скобе. Верхолазы определили объем необходимых работ по реставрации и позолоте шпиля, проверили прочность железного каркаса огромной фигуры ангела. Каркас был очищен от ржавчины и окрашен для предохранения от коррозии. Медные пластины, составляющие фигуру ангела, и почти весь шпиль были вновь позолочены.
Во время реставрации большое внимание было уделено окраске стен собора и его колокольни. По документам установили, что первоначально они были голубыми. Но в условиях северного сырого климата этот очень нестойкий цвет решили заменить окраской более поздних периодов.
Интерьер собора был также восстановлен в его первозданном виде, восстановлена первоначальная окраска стен, пилонов и сводов собора, расчищена живопись. После того как художники-реставраторы под руководством И. Г. Андреева удалили поздние слои краски, предстала прекрасная живопись выдающихся художников петровского времени. Эти вторично рожденные произведения искусства в художественном отношении чрезвычайно обогатили интерьер.
Под руководством Л. И. Васильевой был реставрирован и позолочен деревянный иконостас - удивительнейшее произведение русских умельцев - резчиков по дереву. Были приведены в порядок и кафедра проповедника и балдахин над царским местом. Эти произведения прикладного искусства органически входят в интерьер бывшего храма.
Теперь собор стал подлинным музеем русского искусства первой трети XVIII века - музеем архитектуры, скульптуры, живописи и прикладного искусства.
Восстановление Петропавловского собора, как и другие работы в крепости, наглядно свидетельствуют о высоком научном, техническом и художественном уровне советской реставрационной практики. Организатором всех строительных и реставрационных работ был инженер С. П. Стогов, награжденный Советским правительством за эти работы орденом.
В последние годы развернулись в высшей степени интересные реставрационные работы на обветшавших бастионах крепости. За два столетия бастионы снаружи и внутри утратили свой первоначальный вид. Особенно изменились аппарели - въездные пандусы. Переделывались и казематы. Согласно обнаруженным графическим документам, архитектор И. Н. Бенуа реставрирует Государев и Зотов бастионы. Часть Зотова бастиона восстанавливается в том виде, каким он был в XVIII веке. Так, в трех казематах можно будет увидеть орудийные накаты и амбразуры верхнего и подошвенного боя. Внешней стене бастиона придается ее первоначальный наклон - около 70°. Будет восстановлен и прежний уровень земли внутри и снаружи бастиона, то есть он будет понижен на 1 - 1,5 метра. В Государевом бастионе будут восстановлены в обоих ярусах казематы, предназначавшиеся для размещения солдат.
Все, что делается в крепости по реставрации ее сооружений, необычайно повышает историческую, художественную и познавательную ценность памятника.
Все реставрационные работы выполняются специальными научно-реставрационными мастерскими города.
Петропавловская крепость постепенно превращается в историко-архитектурный заповедник. Важнейшие памятники ее - Петропавловский собор, бывшая тюрьма Трубецкого бастиона, Ботный дом, Зотов бастион - были переданы Музею истории Ленинграда решением Исполкома Ленсовета в ноябре 1954 года. В 1959 году на территорию крепости были переведены фонды музея и библиотека, а в здании бывшей гауптвахты разместилась дирекция. 27 января 1966 года Исполком Ленсовета принял решение о том, что к 1970 году крепость должна быть полностью (кроме Монетного двора) освобождена от посторонних музею учреждений.
В 1966 году Музей истории Ленинграда разработал перспективный план реставрации и использования зданий и сооружений крепости. В Обер-комендантском доме после окончания реставрационных работ будут экспонироваться документы по истории города с 1703 по 1917 год, в Инженерном доме разместится экспозиция, посвященная архитектуре Петербурга, в бывшей усыпальнице - посвященная Петропавловской крепости. Собор сохраняется как музей. Здание бывшего казначейства будет отведено для хранения фондов музея. Фонды музея разместятся также в Кронверкской и Петровской куртинах. Никольская куртина и кавальер станут местом, где экскурсанты будут знакомиться с историей фортификационных сооружений XVIII и XIX веков.
Петропавловская крепость, ставшая с конца XVIII века одной из наиболее страшных политических тюрем царской России, - памятник мужества непоколебимых борцов за революцию. Кроме здания бывшей тюрьмы Трубецкого бастиона, открытого сейчас для экскурсантов, в казематах Васильевской и Екатерининской куртин будет развернута экспозиция, посвященная узникам крепости - представителям трех поколений русских революционеров. В Екатерининской куртине предполагается воссоздать камеру свиданий, в которой Мария Александровна Ульянова виделась со своим сыном Александром.
Наконец, в Нарышкинском бастионе, непосредственно связанном с событиями исторического дня 25 октября 1917 года, будет размещена экспозиция, посвященная роли Петропавловской крепости в дни Великого Октября.
Памятник истории, памятник мужества лучших людей России, памятник Великого Октября! Когда-то с верков крепости раздавались залпы и взвивались фейерверки в честь побед русской армии и флота. Они отмечали победы над шведами, турками, французами, немцами. 25 октября 1917 года Петропавловская крепость вела огонь по Зимнему дворцу - последнему убежищу министров Временного правительства. Ныне стало традицией салютовать со стен и бастионов крепости в дни всенародных праздников Великого Октября, 1 Мая - в честь советского народа, победителя в боях и труде.
Оглавление
Памятник истории и революции
Основание крепости
Формирование крепостного ансамбля
Земляная крепость
Каменная крепость
"Одеты камнем при Екатерине II"
Крепость в XIX и начале XX веков
Творения искусных мастеров
Петропавловский собор
Великокняжеская усыпальница
Аннинский кавальер
Комендантский дом
Инженерный дом и Артиллерийский цейхгауз
Гауптвахта
Ботный дом
Монетный двор
Петровские и Иоанновские ворота
Комендантская пристань и Невские ворота
Здание Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи
Крепость-музей
Владимир Иванович Пилявский
"Петропавловская крепость"
Редактор М. И. Белоусова
Художник Б. В. Воронеикий
Художник-редактор О. И. Маслаков
Технический редактор Л. И. Сергеева
Корректор Л. А. Милитаури
Сдано в набор 10/III 1967 г. Подписано в печать 25/V 1967 г.
Формат бумаги 70Х108 1/32. Бум. тип. No 2. Усл. печ. л. 9,8
Уч.-изд. л. 7,3. Тираж 100 000 экз. М-26762. Заказ No 270/л.
Работа объявлена в Т. п. 1966 г., No 13
Лениздат, Ленинград, Фонтанка, 59
Типография имени Володарского Лениздата, Фонтанка, 57
Цена 23 коп.

domain: geography