text:
Вместо предисловия
Сначала книга задумывалась другой - жизнь красавицы Изольды Извицкой представлялась мне несколько иначе. Конечно, виноваты были в этом ее героини - острые на язычок, не обделенные мужским вниманием и уверенные в себе красавицы, бойкие девчушки-хохотушки... Таким был ее экранный образ 50-х - начала 60-х годов. Он нравился мне больше последующего. Так не хотелось узнавать любимую актрису в серых, немного одутловатых героинях конца 60-х.
Так случилось, что об Изольде Извицкой неизвестно почти ничего, кроме поверхностных фактов биографии. О ней мало писала пресса при жизни, да и потом не уделялось того внимания, которого она заслуживала. А если что и проскальзывало на страницы печати, то это касалось триумфальной роли Марютки в чухраевском "Сорок первом", получившем всемирную известность.
Между тем время неумолимо, все меньше и меньше остается в живых тех, кто лично знал актрису. Однако чудесным образом мне открылось много интересных фактов из жизни Извицкой. И пусть задуманная книга отняла больше времени, чем планировалось, почти все материалы, представленные в ней, эксклюзивны.
Чем больше я погружалась в мир Изольды Извицкой, тем больше находилось людей, которые дополняли человеческий портрет актрисы. Удивительно, но ее знакомые в последний момент соглашались на разговор, рассказывая то, в чем еще пару минут назад ни под каким предлогом не признались бы. Так я узнала много интересных подробностей, которые теперь станут достоянием читателей этой книги.
Побывав в городе детства актрисы - Дзержинске Нижегородской области, я познакомилась с ее школьными подругами. В Москве пообщалась со знаменитыми сокурсниками Извицкой по ВГИКу, с коллегами по Театру-студии киноактера, где она работала, с соседями по дому, где она жила, с друзьями ее мужа, актера Эдуарда Бредуна, с лучшей московской подругой со студенческой скамьи, с актерами, с которыми она снималась в кино...
Я благодарна всем этим многочисленным встречам и разговорам, поддержке людей, сохранивших в памяти образ прекрасной актрисы и удивительной женщины - Изольды Извицкой.
Вот как написала о своей знаменитой землячке школьница города Дзержинска Юлия Башкирова, получившая Гран-при проводившегося там фестиваля "Изольда" к юбилею актрисы:
Мой город, увы, невозможно сравнить
Ни с Пизой, ни с Кёльном, ни с Ниццею.
Но именно он миру смог подарить
Актрису Изольду Извицкую.
Отсюда шагнула она в киномир:
Красивая, легкая, звонкая...
И новый возник на экране кумир -
С душой заводною и тонкою!..
Талантом своим покорила она
Сердца режиссеров и зрителей,
И помнит еще те мгновенья страна,
И Канны триумф ее видели!..
Узнала она и отчаянья боль,
И годы забвения серого,
Но в жизни ее была звездная роль,
Нетленная, из "Сорок первого"!..
И сколько не минет в истории лет,
Как мир не изменится лицами,
Жить в памяти будет, как радостный свет,
Актриса Изольда Извицкая.
Звезда по имени Изольда
Феномен актрисы Изольды Извицкой, звезды поэтического реализма, вспыхнувшей ярко и красочно на кинонебосклоне середины 50-х после выхода фильма Григория Чухрая "Сорок первый", до сих пор мало изучен. Как объяснить столь головокружительное восхождение актрисы и столь же стремительное ее трагическое падении?...
Когда на юную актрису обрушилась всемирная слава в Каннах, портреты Изольды Извицкой украшали обложки самых известных журналов, а ее редким, почти мифическим именем повсеместно называли новорожденных малышек. Ее любили, перед ней преклонялись, ею восторгались...
И вдруг - полное забвение, предательство мужа, актера Эдуарда Бредуна, и последовавшая вслед за этим тихая смерть.
Не случись беды, 21 июня 2007 года Изольде Извицкой исполнилось бы 75 лет. Это срок среднестатистической человеческой жизни, вот только прошла ее актриса лишь до половины, прожив всего 38 лет, выпив до дна самые ослепительные мгновения. Таковой была ее участь. Исследователям непросто собрать бусины этой потерянной судьбы, безжалостно рассыпанные чьей-то судьбоносной рукой - то ли по халатности и недосмотру, то ли вполне злонамеренно, кто знает... Прошло совсем немного времени, а ни документов, ни фотографий, ни личных вещей актрисы почти не сохранилось.
Хорошо еще, что есть такой городок на карте России, неформальная столица химиков - Дзержинск Нижегородской области со своей довоенной и послевоенной историей, по улочкам которого когда-то бегала босоногая Изка и где по-прежнему живут ее некоторые школьные подруги. К 65-летию со дня рождения звезды экрана далеких 50-х Изольды Извицкой в краеведческом музее была открыта экспозиция, посвященная ее жизни, творчеству и любви. Решается вопрос и о выкупе квартиры в переулке Жуковского, где она проживала. Музей мечтает о том, чтобы развернуть в ней постоянную расширенную экспозицию. Правда, квартира находится на втором этаже. Сейчас здесь живут посторонние люди, готовые продать ее городу.
Кто виновен в трагедии Извицкой - интересовало меня, когда я принялась работать над книгой. Ну, не сложилось в профессии - перестали снимать, разлюбил муж, не дал бог детей... Это еще не повод махнуть на все рукой и запить "горькую"...
Что касается мужа Извицкой, актера Эдуарда Бредуна, с которым Изольда сначала училась на параллельных курсах в институте кинематографии, а потом пересеклась на съемочной площадке фильма "Первый эшелон", чтобы раз и навсегда связать с ним свою жизнь, то именно ему приписывается главная роковая роль в судьбе актрисы. Будто он и пристрастил ее к выпивке, а потом бросил, уйдя к молодой подруге жены.
Вскоре Извицкую обнаружили в квартире мертвой, в крайне истощенном состоянии. Истинные причины этой смерти так и не были до конца выяснены. После ее смерти в 1971 году Бредун прожил еще тринадцать лет. И умер от той же напасти, алкоголизма, заработав характерное в таких случаях заболевание - цирроз печени.
Так кем же был для Извицкой муж - спасителем, не раз пытающимся излечить бедную жену от пагубной напасти, или демоном, сгубившем ее. И действительно ли их встреча была тем роковым стечением обстоятельств, которые неизбежно вели Извицкую к пропасти?... Досужие домыслы, так или иначе, упираются в то, что всему виной - несостоявшаяся актерская судьба актрисы, когда звездный взлет прервался стремительным падением...
В ряду красивейших актрис 50-60-х Изольда Извицкая занимает особое место. Милая зеленоглазая хохотушка с аппетитными ямочками на щеках и копной великолепных каштановых завитков - кто устоит перед обаянием столь лучезарной особы... Однако так было вначале. Достаточно быстро из смеющейся, довольной жизнью девчушки актриса превратилась в угнетенную депрессией, сильно страдающую алкоголизмом женщину, прячущую от посторонних глаз свою беду. Эта трансформация личности заняла около пятнадцати лет. Не такой уж большой срок для молодой красавицы, какой была Изольда в начале своего восхождения на кинематографический Олимп.
Так что же все-таки произошло за этот короткий отрезок времени, что подтолкнуло ее к той пропасти, на краю которой она довольно долго стояла, на глазах у всех, под перекрестным огнем пересудов и людской молвы, пока сплетники смаковали подробности ее "никчемной" жизни и злорадствовали, возможно, сами не осознавая, что тем самым подталкивают бедную женщину к роковой черте.
Из омута, подернутого плесенью небытия, тянуло холодом. Было страшно, зябко и одиноко... И никто, даже самые близкие друзья не в силах были удержать ее на краю. Они, конечно, пытались подать руку помощи, подставить плечо, на которое Изольда могла бы опереться, чтобы переждать лихолетье, отдышаться, но уже ничто не могло изменить ее судьбы. Таковы были ее карма, ее родовое проклятие. А может быть, к тому моменту Извицкая, разуверившись в своей счастливой звезде, и сама уже ничего не хотела менять. Потеряв веру, желание жить, она перестала верить в людей, в любовь и дружбу. Ее лучистые, "с бесятами" глаза потеряли былой жизнерадостный блеск, а улыбка - выразительность, став не только какой-то неуверенной, но и извиняющейся...
Звезда Изольды Извицкой сияла недолго. Удивляет тот факт, что многие, кто попадал в орбиту ее влияния, по какому-то непонятному, мистическому стечению обстоятельств были обречены разделить ее печальную участь. Этот трагический шлейф тянется еще со школьной скамьи, из городка ее детства - Дзержинска, откуда она уехала поступать во ВГИК, "заболев" мечтой стать актрисой. Уже в юности у Изы было немало поклонников. И, по крайней мере, трое из них погибли в достаточно молодом возрасте. Те же, кто по тем или иным причинам отказывался от Изольды, живы до сих пор, как и ее первая школьная любовь - Вениамин Масташов, с которым она рассталась сразу после школы.
Говорят, все, что происходило в ее судьбе, случалось как бы само собой, спонтанно, под влиянием каких-то случайных событий и обстоятельств. Казалось, судьба приготовила ей все подарки разом. Простая девчушка из далекой глубинки с легкостью поступает в прославленный киновуз. Вскоре начинает не только сниматься, но и вытягивает свой "звездный" билет, сыграв Марютку в "Сорок первом".
Все, с кем удалось мне общаться, и кто лично знал Изольду, утверждали, что она была очень светлым, открытым и миролюбивым человеком, легко находила общий язык с любым собеседником. Сколько позитива и солнечного задора было в этой красивой женщине! С ней невозможно было поссориться, любой конфликт как бы сам собой сходил на "нет". Возможно, эта ее способность, в конечном счете, и сыграла с Извицкой злую шутку - она так и не смогла дать отпор грубияну-мужу, отказать выпивке и частым застольям.
Когда Изольды Извицкой не стало, о ее кончине поклонники узнали лишь из короткого некролога, напечатанного в "Советской культуре". Сообщение, переданное запрещенной в Советском Союзе радиостанцией Би-би-си о том, что в Москве "от голода и холода, выброшенная из общества" скончалась Изольда Извицкая, услышали немногие. Тогда почти все, знавшие Изольду, сошлись во мнении, что виновником случившегося стал алкоголь, к которому актрису пристрастил супруг, Эдуард Бредун. Кто-то даже уверял, что такова традиционная цена успеха. Им было невдомек, что не обошлось здесь и без врожденного нервного расстройства. Из-за него Изольда несколько раз проходила курс лечения в психиатрической больнице, выйдя из которой тут же вновь запивала. Всему причиной - душевное одиночество и непонимание окружающих, несостоявшаяся актерская судьба...
Кстати, свой первый бокал шампанского новобрачная выпила в 23 года на собственной свадьбе. Это потом, по инициативе мужа, начался длительный период домашних застолий, на которые, как правило, собирались только "свои". Не последнюю роль сыграли в этом и официальные приемы, ресторанные встречи с благодарными поклонниками и зрителями, фестивальные поездки. Многие коллеги в своих воспоминаниях отмечали: влияние алкоголя было настолько разрушающим, что в какой-то момент актриса стала терять координацию движений, замыкаться в себе, а вскоре сломилась окончательно...
Магия имени
Как гласит молва, именно так все происходило и в момент рождения Изольды Извицкой. Оказывается, есть немало версий столь необычного и красивого имени - Изольда. Приведу лишь несколько.
Первая. Когда отец, Василий Герасимович, после шумного застолья по случаю рождения дочери, выйдя вечером на воздух, взглянул на небо, то неожиданно для себя увидел звезду, сиявшую ярче остальных, которую почему-то раньше не замечал. И услышал, как кто-то из гостей сказал: "Это звезда Изольда". Так, счастливый "батя", как впоследствии величала его дочь, и решил назвать малышку...
Вторая версия касается матери актрисы, Марии Степановны. Она была натурой поэтичной, начитанной и обожающей историю о всепобеждающей любви Тристана и Изольды, увековеченную не только в старинном трактате, но и в одноименной опере Рихарда Вагнера. Но разве могла мать знать, нарекая столь красивым именем дочь, что тем самым обрекает ее на трагическую судьбу и невозможность личного счастья...
Третья, не менее романтичная история, такова: когда мать принесла из московского роддома пищащий комочек домой, соседка, вызвавшаяся на первых порах помогать молодой неопытной роженице, увидев очаровательную крошу, будто бы воскликнула: "Ой, какая у нее прозрачная кожица! Она вся словно изо льда..."
Есть и самая прозаическая версия, которую мне поведала лучшая московская подруга Изольды - Лидия Степанова. Она утверждает, что об этом слышала как от самой Изольды, так и от ее матери. Имя будущей актрисе дал врач роддома. Поразившись музыке ее фамилии, она постаралась найти созвучное имя. Так что, скорее всего, именно ей мы обязаны столь волшебному сочетанию - Изольда Извицкая.
Кроме возникновения столь экзотически-поэтичного имени, мне интересно было также узнать, как в просторечье звали его обладательницу домашние и друзья. Оказалось, когда девушка отправилась за сгубившей ее славой в Москву, это событие не только разделило всю ее жизнь надвое - до и после, но и отразилось на самом имени. Если в детстве школьные подружки ее называли - Изой, Изкой, то большинство тех, кто познакомился с будущей звездой в Москве, не сговариваясь, стали величать ее - Золей, Золькой...
Когда Изольда стала знаменитой, в городке ее детства Дзержинске все так гордились успехами своей землячки, что это сразу вылилось в повальное увлечение ее именем. История умалчивает, сколько девочек нарекли столь красивым, но, к сожалению, мало счастливым именем, и как сложились их дальнейшие судьбы. Стоит только надеяться, что своим обладательницам оно не принесло так много несчастий и невзгод...
Школьные годы
Семья Извицких приехала в Дзержинск в 1934 году, когда Изольде, родившейся в Москве в 1932 году, не было и двух лет. Ее отец - Василий Герасимович, химик по образованию, закончил в Москве Военно-пиротехническую школу (существовали и такие!). Во время этой учебы и родилась Изольда. Свое первое распределение Извицкий получает в город Рыбинск. Это на руку семье - там жила теща, бабушка Изольды. Прошло не больше года, как глава семьи, слывший человеком суровым и требовательным, получил второе и теперь уже последнее свое назначение - в город Дзержинск, в закрытое химическое учреждение военного значения (почтовый ящик). Город находился в несколько привилегированном положении - здесь жили состоятельные, довольно образованные люди, на городских предприятиях неплохо платили.
Дзержинск был построен в начале 1930-х. Начинался он с бараков. У каждого завода они были свои. Число жителей города за последнее время снизилось - закрылись заводы. Раньше здесь проживало около 300 тысяч человек. Да и те, кто остался, большей частью ездят на заработки в Нижний Новгород и в Москву. В городе три центра: первый выстроен в 30-х, второй - в 60-х, третий - в 80-х годах, в доперестроечное время. Новый центр - это широкие проспекты, многоэтажки...
Василий Герасимович получил должность на закрытом заводе им. Свердлова, производящем взрывчатые вещества. Именно здесь в 1941 году была получена первая порция гексогена. Поначалу семья обитала в заводском поселке, в квартирке полубарачного типа. Мама, Мария Степановна, педагог по образованию, окончила Кировский педагогический техникум, работала учителем географии. В 1941 году в семье родился сын - Женя. А вскоре, после смерти дедушки, из Рыбинска перебралась бабушка, чтобы помогать дочери с воспитанием внуков. Интересно, что сама она никогда в жизни не работала, воспитывала детей - у нее их было пятеро: четыре дочери и сын. Одна их них стала заслуженной учительницей в Рыбинске, другая - домохозяйкой, сын трудился на ярославском заводе. В поселке Изольда пошла в первый класс. Там же, после рождения сына, когда у Марии Степановны случился первый рецидив болезни, медики запретили ей заниматься преподавательской деятельностью, дав инвалидность II группы. Через год-два ее заменили на III группу. Трудно себе даже представить, каким испытанием стала тогда эта болезнь для молодой, цветущей на вид женщины.
Это было тяжкое наследственное психическое заболевание, передававшееся по линии матери. Грустно признать, но Мария Степановна к концу жизни стала психически неуравновешенным, почти невменяемым человеком. После смерти дочери она все ждала ее приезда. И это при том, что Мария Степановна сама похоронила дочь. Не раз несчастную женщину перехватывали на вокзале, куда она регулярно ходила встречать поезда из Москвы... Говорят, эта болезнь проявлялась через поколение, и бабушка актрисы была совершенно здоровой. По крайней мере, за ней не наблюдалось подобных чудачеств. А вот прабабушка закончила жизнь в сумасшедшем доме... Таким образом, прослеживается некая закономерность болезни: прабабушка - мать - брат - и, как выяснилось, сама Изольда были подвержены этому недугу.
Болезнь давала о себе знать не сразу. У Жени она проявилась в несколько странной внешности, по поводу чего он комплексовал. Мальчик был выше всех в классе. Современные генетики убеждены, что это один из признаков психического нездоровья, когда уже в первом классе ребенок по росту равен десятиклассникам! К тому времени, как Изольда вышла замуж за Бредуна, у Евгения стали расти конечности - и руки оказались несоизмеримы росту.
Говорят, Изольда страдала тем же врожденным комплексом, что и ее брат, - сверхчувствительностью и обостренным восприятием мира. Сейчас приходится слышать о наделенных необыкновенными способностями, но столь незащищенных перед лицом трудностей, детях Индиго. Кто знает, может, Изольда с братом принадлежали к этой категории особо одаренных людей. Ведь, как утверждают занимающиеся данной проблемой ученые, век таких людей ярок, труден и недолог. Позже кто-то даже упрекал мать, что это она всеми правдами и неправдами "тянула" детей в искусство, завысив их способности, что не могло не сказаться на их судьбах.
Евгений был очень талантливым музыкантом, настоящим самородком - прекрасно играл на разных инструментах, особенно на фортепиано. Вот что рассказала о Жене подруга Извицкой Лидия Степанова: "Несмотря на то, что младший брат Изольды был психически нездоров, он блестяще закончил музыкальную школу. Однажды, как рассказывала Изольда, он разобрал и собрал рояль. После чего на три дня куда-то пропал. Нашли его на стоге сена..." Еще Женя сочинял стихи, подбирал на слух популярные мелодии, мечтал учиться музыке дальше.
По словам учительницы русского языка и литературы Людмилы Семеновны Маркетантовой, Женя был очень одаренным, подающим большие надежды, мальчиком. Одно "но" - ему не хватало образования для воплощения своих идей. Родителям не хватило на это ни сил, ни денег. Он мечтал поступить в консерваторию и часто убегал из дома. Милиция неоднократно снимала его с московского поезда.
Вспоминает Лидия Степанова: "Когда Изольда умерла, брат каким-то непостижимым образом узнал об этом первым и сказал об этом родителям. О случившемся я узнала от мамы Изольды. Он встретил их на пороге: "Мама, Изольда умерла!" Когда Женя жил дома, то настежь распахивал все окна, часами просиживал на улице. Бывало, сидел неподвижно где-нибудь на лавочке и смотрел в пустоту. Потом вдруг неожиданно срывался с места и, сломя голову, убегал. Пациентом психиатрической клиники Евгений стал потому, что везде прятал наточенные ножи, чтобы зарезать отца, так сильно он его ненавидел. Все эти чудовищные подробности детально описаны в школьных дневниках Изольды. Последние дни семьи были особенно трагическими. Евгений умер последним, когда в живых уже не было никого - ни отца, ни матери. Как тут не поверишь в родовое проклятие, которое стоит за всем этим.
Что касается мамы Изольды, Марии Степановны, когда медики разрешили ей работать, работала - то в школе, то в библиотеке, то возглавляла городской отдел культуры, а с 1953 года бессменно, до выхода на пенсию, руководила городским Домом пионеров. Говорят, она была заметной дамой, блондинкой, скорее всего крашеной, иначе - откуда тогда такая темноволосая дочь... Мария Степановна была личностью артистической, даже несколько экзальтированной - одевалась всегда ярко и броско, стараясь выделяться из толпы. Обожала украшать себя всякого рода шляпками, какими-нибудь нашейными платочками. Городок небольшой, народ простой, фабричный, все на виду, и такое стремление быть модной не всегда выглядело уместно в "серой" заводской толпе. В то время город был закрытым, в нем жили и ссыльные, заводорежимные рабочие. Переселенцев присылали целыми национальными поселками. Рядом располагались и татарский поселок, и удмуртский... Были здесь и чеченцы, и узбеки. Не привыкшие к достаточно суровому для южных народов климату, люди плохо выживали. Среди такой разносортной, а порой и криминальной публики романтически настроенная мама Изольды выглядела довольно странно".
О заболевании матери Изольды Извицкой в Дзержинске распространяться не принято. Медики не любят афишировать этот факт. Детство и юность Изы прошли в квартире в центре города, выстроенном в начале 30-х, в доме No 4 по переулку Жуковского, недалеко он нынешнего краеведческого музея. Сегодня здесь есть мемориальная доска, открытая в 1997 году - к 65-летию со дня рождения актрисы. Около нее всегда живые цветы. Следующая квартира семье Извицких была предоставлена на проспекте Ленина.
Изольда училась в лучшей школе города - No 2, которая, к сожалению, не сохранилась. Ее кирпичную кладку разобрали, а саму школу, вместе с памятной стелой, посвященной ученикам, погибшим на фронтах Великой Отечественной, перенесли на улицу Гагарина. Девочка росла веселой и общительной, вокруг нее всегда были друзья. Подвижная, увлекающаяся, очень одаренная, Изольда училась музыке, с упоением занималась сразу в нескольких кружках, в том числе и в драматическом, под руководством Бориса Райского в Доме пионеров. Когда в городе появился театр, его строили всем миром. Школьники помогали убирать мусор. Потом в городе появились артисты.
Дом пионеров, в котором занималась Изольда, был очень уютным - маленький зеленый одноэтажный домик, который располагался параллельно городской парковой аллее, на улице Чернышевского. Здесь она впервые вышла на сцену в роли Леля в детском спектакле "Снегурочка". Бывшие одноклассницы до сих пор вспоминают, как ухохатывались, когда маленький и хрупкий Артур Нищёнкин, играющий Мизгиря, забавно пыжась, пищал: "Снегурочка, люби меня!" В школе были две знатные певуньи: Валя Флотская и Люся Полякова, одна из них и исполняла роль Снегурочки. По сравнению с ними у Изольды был ничем не примечательный голос. Зато - какие косы! Их она после поступления во ВГИК обрезала, а стрижку стала завивать.
Все чаще Изольда, задумываясь о своем будущем, видит себя в мечтах актрисой. Мать всегда горячо поддерживала увлечение дочери. Вот что 16 февраля 1949 года семнадцатилетняя школьница записала в своем дневнике: "Все говорят, что я хорошо читаю и играю в самодеятельности. Но если бы все это когда-нибудь пригодилось! Ой, дура я. Даже мечтать об этом не смею. Как можно: из меня - и вдруг артистка?!"
Когда родители узнали о желании дочери, поступили вполне разумно: не стали устраивать скандала. И все же окончательного согласия не дали. Поэтому Изольда благополучно сбежала, разумно рассудив: разговоры - разговорами, а вдруг отец передумает и не отпустит в дальний путь? По характеру она была достаточно своенравной. Это и помогло сделать Изольде решающий шаг.
За компанию отчаянная Изка прихватила и того самого Артура Нищёнкина, сыгравшего Мизгиря в "Снегурочке". Надо сказать, что ребята благополучно поступили во ВГИК. Нищёнкин снялся в 35 картинах, запомнившись зрителям короткими, достаточно яркими эпизодами. В таких фильмах, как "Адъютант его превосходительства" (чекист), "Иван да Марья" (сват), "На златом крыльце сидели" - (мастер), "Вечный зов" - (член партбюро), "Пограничный пес Алый" (помощник на кухне). Умер актер шесть лет назад, 18 июня 2001 года. Странно, но к тому времени о нем в родном городе давно забыли. В краеведческом музее мне даже сказали, что он так и не стал актером - "таланта не хватило", через пару лет был отчислен из института за профнепригодность, и следы его затерялись...
А тогда, летом 1950 года, пока одноклассницы поджидали Изку, чтобы сделать коллективное фото по случаю окончания школы, беглецы тайком сели на ночной московский поезд, который и сегодня, по прошествии почти шестидесяти лет, так же проходит через Дзержинск дважды в день, словно крадучись: из Москвы - ранним утром, из Нижнего Новгорода - ночью. И все так же талантливые дзержинцы едут за счастьем в Первопрестольную...
От школьных подружек Изольды приходилось слышать, что она была не только добрым и открытым, но своевольным и своеобразным человеком. Некоторые девочки даже недолюбливали ее за то, что она с легкостью крутила головы всем мальчишкам. Видимо, сказывалась обычная девчоночья зависть. И все же главного было не отнять - Изольда среди сверстников слыла очень общительной, веселой и целеустремленной. Почти все одноклассницы Извицкой связали свою жизнь - кто с педагогикой, кто с химией - город такой. Поначалу и Изольда мечтала о совсем другой будущности - собиралась стать врачом, много читала на эту тему. В этом ее горячо поддерживал ее тогдашний парень.
Почти все ее одноклассницы разъехались - тесным им оказался маленький провинциальный городок. Вот только некоторые из них:
- Наталья Владимировна Мельничук (Ступина) - мама одной из сотрудниц краеведческого музея, о чем там даже не знали. Училась в Ленинграде на инженера-химика, потом взяла направление на Сахалин. Живет в родном городе.
- Нина Анкудиновна Голубева (Зимина) - сердечная школьная подружка Изольды в выпускных классах. Не один год переписывалась с ней и даже несколько раз встречалась. Но потом их интересы разошлись - Нина рано вышла замуж и с головой ушла в семейные хлопоты...
- Людмила Александровна Голубева (Шкарупа) - двоюродная сестра Нины Анкудиновны. С Изольдой ее связывали очень теплые, трогательные отношения. Отлично училась по всем предметам, закончила школу с медалью. Стала учительницей русского языка и литературы. Сейчас живет где-то на Юге, в Краснодарском крае.
- Ирина Лесникова (Чумилева) - как говорят, Ирина была в курсе всех девичьих увлечений Изольды. Сидела с ней за одной партой. После того, как Изольда уехала в Москву, одно время именно Ирина была инициатором многих городских вечеров и встреч, частенько собирала одноклассниц. Всю жизнь проработала в школе.
- Зорина Михайловна Кормилицына - ее не менее редкое, как и у самой Изольды имя, актриса-подружка в письмах с любовью склоняла на разный лад - Зорька, Зоря... После окончания школы переписывалась с Изольдой 6 лет, вплоть до отъезда актрисы на Каннский фестиваль. Всегда встречались, когда Изольда приезжала на родину. Зорина не раз ездила и сама к актрисе в Москву, провожала в аэропорту вместе с Бредуном Изольду на первый в ее жизни международный кинофестиваль. После этой поездки в Канны, когда на Изольду обрушился шквал славы, их дружба как-то сама собой сошла на "нет". Зорине было неудобно отвлекать от важных дел известную артистку. Зорина оказалась очень скромным человеком. Даже когда об их дружбе с Изольдой стало широко известно, стеснялась неожиданного внимания к себе. Почти вся ее переписка с Извицкой была опубликована в местной печати к 65-летию со дня рождения актрисы. Сами письма хранятся в ее семье. Зорины Михайловны уже нет в живых.
- Галина Коновалова (Трухина) - одно время работала завучем в школе. Сейчас на пенсии. О ней Изольда часто вспоминала в письмах к Зорине: "Где Галя? Она хороший человек. Мы с ней духовно близки и мне хочется с ней общаться".
- Галина Ивановна Морозова - у нее все одноклассницы собираются хотя бы раз в году. Стала электриком-энергетиком.
- Людмила Сидорова (Жукова).
- Эльза Яшина.
В школе любимой дисциплиной Изольды была литература. Она писала отличные сочинения, которыми потом зачитывалась вся школа. Читала с упоением стихи. Больше всего ей нравились героические, про войну. И это у нее прекрасно получалось. Одноклассница Наталья Владимировна Мельничук (Ступина) вспоминала: "У яркой личности всегда немало завистников. Судить легче. После первого фильма с участием нашей Изольдочки находились злые языки, которые говорили: то не так, это не эдак. Но, когда вышел "Сорок первый", мы все были в восторге - охали, ахали... Осталось ощущение чего-то необычного и очень трогательного... Сегодня, конечно, фильм смотрится несколько иначе, видны многие промахи молоденькой Изольды. Вот игра Стриженова по-прежнему выше всяких похвал".
Она же вспоминает: "Класс у нас был очень дружный, хотя и разделен на две группы по интересам: одна более элитная и - попроще. Изольда, конечно, входила в первую. И дело тут не в маме-начальнике, просто Изольда так себя ощущала. Она не чувствовала себя привилегированной, не была лидером, никогда ни с кем не ссорилась, со всеми держалась ровно и с любым могла найти общий язык. Подружек выбирала не по родителям. В то время не чувствовалось особого разделения между детьми - на богатых и бедных. У самой Изольды отец был то ли инженером, то ли аппаратчиком на заводе. Мы как-то особенно не гордились в то время родителями и не стыдились их, жили своими интересами и заботами. Помню, как однажды была у Изольды на дне рождения в переулке Жуковского. Собралась очень интересная компания, сидели - общались. Больше всего запомнилось то, что там было много мальчиков. И все они, как один, старались выказать имениннице свой интеллект. Потом я и на новой квартире у нее была, и младшего брата мельком видела..."
Первая любовь
Первый раз Изольда влюбилась в десятом классе. У этой симпатичной девчушки-хохотушки с милыми ямочками на щеках всегда было много ухажеров. Конечно, это вызывало зависть подружек. И это при том, что в те времена девочки и мальчики учились отдельно друг от друга: девочки в школе No 2 (была еще и школа No 20), мальчики - в школе No 5. Девушки двух школ постоянно соперничали друг с другом. Но ведь были еще и катки, и кино, и всевозможные кружки, где встречались ребята...
Первые влюбленности крутились вокруг нее вихрем. Не обошлось и без серьезных девичьих увлечений. В старших классах, сидя с закадычной подружкой Ирой Лесниковой на первой парте среднего ряда, именуемой в народе "партой отличниц" (девочки, и правда, соответствовали этому утверждению), они вырезали на видном месте слово со значением - "ЖИВИ". Для посвященных оно расшифровывалось так: "Женя + Ира + Веня + Иза". Так старшеклассницы определили свои симпатии. Лесникова на тот момент водила дружбу с Евгением Сладковским. Мальчика, который нравился Изе, звали Вениамин Масташов. Они обожали проводить время вместе - городок маленький, жили в соседних дворах. Гуляли каждую свободную минуту, часами не могли наговориться.
И все же особой модой у молодежи пользовался каток. Именно там встречались влюбленные парочки. Однажды у Веньки состоялась пренеприятная встреча с отцом Изольды. Как жаловался он одной из подружек, провожал как-то Изольду домой. Стояли в подъезде, прощались... Отец возвращался со смены и грубо на него накричал. И это было очень оскорбительно для парня. Мальчишка он был светлый, хороший и очень симпатичный, прекрасно играл на гитаре. Их отношениям завидовали все девчонки. Они уже строили с Изольдой совместные планы на будущее...
А расстались достаточно банально - парень не поддержал стремления своей девушки пойти в артистки. Мама Вени была медсестрой, и он мечтал, чтобы Иза тоже носила белый халат, стала врачом. Усиленно ее отговаривал: "Не ходи в кино, в артистки. Это такой грязный мир! Разве не знаешь, что жизнь актрисы кочевая и продажная... Тебе там нечего делать! Пошли в медицинский". Изольда сделала по-своему, парень обиделся и порвал с ней все отношения. Она уехала в Москву, Вениамин в Ленинград - поступать в кораблестроительный институт. Поступил. Однако, когда там учился, так увлекся самодеятельностью, что "завалил" сессию и был отчислен из института. Чуть позже Вениамин поступил в Харьковский авиационно-промышленный институт. После его окончания вернулся в родной город и работал в Институте азотной промышленности.
Несмотря на то что Вениамин с Изольдой расстался, он продолжал следить за ее успехами на экране. Ворчал, что в своем первом фильме "Доброе утро", по которому она защищала диплом, Изольда такая, какой была в жизни, ей даже играть ничего не пришлось. Хотя, по сути, этот образ Извицкой был чужд, она никогда не была "командиршей". Об этом говорила и ее партнерша по фильму Татьяна Конюхова. Изольда, наоборот, была мягкой, спокойной, доброй. Ей больше бы подошла роль Конюховой. Да еще по ходу действия Изольде пришлось танцевать. Вениамин комментировал это так: "Да она и плясать-то как следует не может!" Но это, наверное, уже от обиды, что упустил такую девушку... После окончания института Вениамин долго не мог выбрать себе спутницу жизни - никак не забывалась первая любовь. Его избранницей стала высокая стройная черноглазая девчушка, хоть и отдаленно, но все же напоминающая Изольду.
Был у Изольды и еще один постоянный поклонник, влюбленный в нее со школьной скамьи - Саша Парамонов. Он стал полярным летчиком, но свою первую любовь так и не забыл - продолжал о себе напоминать, приезжая в Москву. Дарил огромные букеты, когда Изольда уже была замужней и знаменитой актрисой. Это ее немного забавляло, ей нравилось над ним подшучивать... Он погиб и похоронен в родном городе.
Почти детективные истории
В центре экспозиции краеведческого музея в Дзержинске - огромная цветная фотография Извицкой: горделивый поворот красивой головы, несколько удивленный, "с искорками" мягкий взгляд смеющихся лучистых глаз, свободолюбивые вихры закрученных волос... Актриса словно вопрошает вошедшего: "Ну что? Обсуждайте, осуждайте... Как хотите... А я вот такая!" Из вещей на стенде представлены лишь несколько, чудом сохранившихся: шарф, платочек, привезенный с какого-то фестиваля, флакончик из-под духов, и сегодня источающий божественный аромат... Статуэтка, подаренная Изольдой соседке по московской квартире. Экспозиция эта началась когда-то с маленькой папочки фотографий, переданных в музей мамой актрисы.
Мохеровый шарф песочно-кремового цвета - из тех, что были некогда в моде и стоили немалых денег. Изольда привезла его из Греции и подарила подруге Лидии Степановой со словами: "Хочу, чтобы и у тебя была красивая вещь". Есть и плюшевый мишка, он тоже символ детства и того времени, в котором росла Изольда. А еще платья, шляпки, сумочка... И множество фотографий, с которых Изольда смотрит то задорно, то грустно, такая молодая и красивая. Кадры из фильмов, снимки с фестивальных встреч, школьные похвальные грамоты... Этой экспозицией уже десять лет гордятся земляки. В этом году, к очередному юбилею, она расширилась и переехала в более просторный зал. Все здесь представленное собиралось по крупицам не один год. Появлялись люди, которые долгие годы бережно хранили фотографии, с гордостью передавали их в дар музею.
Вокруг имени Изольды Извицкой сложилась странная ситуация. Появляются люди, которые наживаются на нем, - в Дзержинске вдруг скопилось множество вещей и фотографий актрисы. Это стало довольно прибыльным бизнесом. Предметы ходят по рукам, их продают, передаривают. И уже не разберешься - что тут подлинное, а что нет. Нечистые на руку коллекционеры давно подключились к этой гонке. И спокойненько забирают все, что попадает им под руку. Говорят, что-то уже безвозвратно ушло за границу и осело там, что-то распродано по издательствам.
Рассказывают, мама Изольды, когда у нее начались проблемы со здоровьем, выходила на улицу и раздаривала вещи, принадлежащие Изольде. Так, одной журналистке в руки попал репродуктор, который она добросовестно передала в экспозицию Дома творчества, а оттуда, скорее всего, он перекочевал и в музей. На внешней панели рукой маленькой Изы было трогательно нацарапано "Мама". Коммерция вокруг имени Изольды Извицкой продолжается до сих пор - то платочки выплывают, которые она якобы привозила с многочисленных фестивалей, то пустые флакончики из-под духов... И даже на Востряковском кладбище в Москве рядом с ее могилой идет бойкая торговля, как на Ваганькове у могил Есенина, Высоцкого...
Однажды часть выброшенного фотоархива семьи Извицких была обнаружена на помойке. Позже, при публикации в одном из журналов, этот фотоархив вновь самым непостижимым образом исчез. Нетрудно предположить, что подобная участь постигла и многие другие документы, связанные с именем Изольды Извицкой.
Грустно признать, но после смерти актрисы ее род был словно под корень вырублен - никого не осталось в живых. Небольшой чемоданчик с чудом сохранившимся архивом: некоторые документы, дипломы об образовании и фотографии стали в дальнейшем важнейшей частью экспозиции. Их передала в музей вторая жена отца актрисы, даже не знавшая ее при жизни. Правда, в "ближайшее время" она грозилась снести его на помойку. Так что если бы музейные работники не успели его выпросить, как знать, может быть, Мария Степановна выполнила бы угрозу. Остается лишь констатировать, что эта малограмотная женщина неплохо поживилась за счет Извицкой, время от времени продавая какие-то, милые сердцу поклонников и исследователей мелочи, будто бы принадлежащие актрисе.
Это почти детективная история. А начиналась она так. Извицкие получили отдельную квартиру, переехав из дома, где сегодня висит мемориальная доска, в отдельную квартиру на проспекте Ленина. По роковому стечению обстоятельств их новая соседка оказалась полной тезкой мамы Извицкой, тоже Марией Степановной. Она была матерью-одиночкой, воспитывающей сына. Работала уборщицей одновременно в нескольких магазинчиках, еле сводила концы с концами и бралась за любые подработки. Потому с радостью и согласилась помогать по хозяйству соседям - мыть полы, готовить. Мама и младший брат Изольды Женя к тому времени уже были больны.
Когда умерла мама, Мария Степановна, Женя навсегда поселился в психиатрической лечебнице. Совершенно невменяемый, никого не узнающий, даже родного отца. Василий Герасимович, потеряв жену и дочь, фактически остался один. Какое-то время молодая помощница вела домашнее хозяйство, а потом сама предложила фиктивно расписаться, чтобы квартира досталась ее сыну. Таким образом, она стала Марией Степановной Извицкой. Так всем и представлялась. Многие заезжие журналисты, не зная правды, считают эту чужую безграмотную женщину матерью известной актрисы. История продолжается до сих пор. Кое-кто по-прежнему, не без ее помощи, уверен, что уборщица, небескорыстно скоротавшая последние дни отца Изольды, и есть ее настоящая мать. Мужа своего она достаточно скоро похоронила, прожив с ним года полтора. И сейчас она еще жива, выпивает. Потихоньку придумывает какие-то истории, чтобы хоть как-то поддержать к себе интерес журналистов. И с удовольствием рассказывает их "под бутылочку". Потихоньку продала почти все вещи "дочки", параллельно мешками выкидывая на помойку ее фотографии... Последнее время уже не желает никого видеть, считая, что ее и так "обокрали".
Большая часть экспозиции появилась в краеведческом музее в середине 90-х. Тогда его работникам стало известно, что на руках двух городских коллекционеров-псевдокраеведов находится значительная коллекция фотодокументов Извицкой. Музей стал им деликатно намекать, что это фонд федерального значения, и тихо продать его не удастся, так как он "засвечен". Так в музей попали фотографии, среди которых и студенческие фото, и кадры из фильмов. Есть и недатированные, бытовые снимки. На них Изольда то с Бредуном, в каких-то компаниях, на фоне каких-то рюмок и бутылок... Выбрав из них наиболее значимые, музей и создал настенную композицию к 65-летию актрисы. Директор музея Татьяна Николаевна Ежова мечтает о возможности когда-нибудь приобрести аппаратуру, чтобы "крутить" фильмы с участием Изольды Извицкой.
А еще музей надеется получить в дар дневник Изольды, ведь именно ему, начиная со школы, человек экзальтированный и в то же время откровенный, она поверяла все свои чувства и размышления. Эти записи она оставила на хранение своей подружке Нине Зиминой. Тетрадок было несколько. До наших дней дошла лишь одна дневниковая тетрадь. Остальные были случайно выброшены сыном Нины Анкудиновны при переезде на новую квартиру. Этот дневник хозяйка бережет теперь как зеницу ока. Однажды с ним произошла некая мистическая история, о которой мне поведала журналистка Маргарита Штейндлер. Имея двойное российско-израильское гражданство, она, тем не менее, каждое лето проводит на даче в Дзержинске. Серьезно занимаясь изучением биографии Извицкой, собирается опубликовать за границей книгу о ней. Решив опубликовать чудом сохранившийся последний дневник актрисы за границей, она взяла его на время у Нины Зиминой. Нашелся заинтересованный издатель, началась подготовка к печати... И тут Маргарите снится странный сон, как к ней приходит разгневанная Извицкая: "Вот ты собираешься публиковать мой дневник. Кто тебе это разрешил? Ведь писался он не для кого-то. Там такие сокровенные вещи, которые знать никому не надо. Не смей этого делать!". Маргарита проснулась в поту и, тут же отозвав рукопись, расторгла выгодный договор, чем вызвала недовольство издателя... Правда, позже, все же не удержалась и опубликовала несколько дневниковых записей...
Маргарита рассказывала, что несколько лет пишет книгу об Изольде Извицкой, документально подтверждающую каждый ее шаг, что, видимо, стоит немалых эмоциональных и душевных сил. Но - удивительный факт: как только Маргарита садится за работу над книгой, тут же сильно заболевает. Так продолжается не один год... Видимо, дело в самом подходе к материалу, в отношении к нему. Хочется надеяться, что мой подход к биографии актрисы несколько иной. Хотя я, конечно, отдаю себе отчет в том, что, сколько бы ни собирала материал, многое, возможно, так и осталось "за кадром".
Иногда мне кажется, что здесь не обошлось без помощи самой Изольды. Может, кому-то и покажется несколько странным столь смелое утверждение, только тому есть немало подтверждений. Узнав об экспозиции в краеведческом музее Дзержинска, я отправилась в командировку буквально на два дня. За это время планировала познакомиться с экспонатами и документами музея, встретиться с сестрой Вячеслава Короткова, возлюбленного Извицкой, и одной-двумя ее одноклассницами. На деле же оказалось, что нужно не менее месяца, чтобы разобраться с обрушившейся на меня информацией. Люди сами, как бы случайно узнав о том, что я собираю материал для книги об Извицкой, потянулись в музей и стали искать со мной встречи...
Немало мне помогли в работе над книгой и музейные работники. И все же на сердце остался осадок - из-за бюрократических проволочек я так и не получила той информации, на которую рассчитывала и о которой предварительно договаривалась. Самое обидное, что я так и не получила доступа к архивам музея. Сделав снимки экспозиции, я так бы и уехала ни с чем, если бы не знакомство с удивительными людьми - семьей Вячеслава Короткова: его сестрой Галиной Евграфовной и племянницей Ольгой Краевой. Именно им я обязана, как считаю, лучшей частью этой книги - переписке Изольды и Вячеслава. Оля самоотверженно помогала мне в работе, за что огромное ей спасибо. Ей, как и мне, тоже очень хотелось поведать миру об удивительной истории любви между никому тогда неизвестной студенткой ВГИКа и оператором-выпускником. Влюбленные, разведенные годами горьких разлук и трагических обстоятельств, вновь встретились на страницах этой книги. Благодаря этой переписке у нас появилась возможность лучше узнать и понять те далекие времена - начало 1950-х. Изольда и Вячеслав сами рассказывают о своей жизни и несостоявшейся любви...
Город гордится своими знатными земляками. Два кинематографиста на маленький провинциальный городок - этим может похвалиться далеко не каждый большой город. Поэтому неудивительно, что здесь решено было открыть экспозицию "Кино и любовь". К юбилею актрисы она расширилась - в музее появилось немало интересных фотографий и документов. Новая экспозиция названа "Выстрел Изольды". Этот выстрел, прозвучавший в судьбоносном для Извицкой фильме "Сорок первый", считают работники музея, оказался для актрисы по-настоящему роковым. В фильме ее героиня убивает своего любимого. Не это ли обстоятельство повлияло на дальнейшую трагическую судьбу Изольды, - всерьез думают они. Как знать... Другой такой яркой роли в ее судьбе так и не последовало, и другого такого искреннего, верного, всепрощающего и нежного возлюбленного, как Коротков, ей не суждено было встретить. Рядом с ней не оказалось всепонимающей, творческой, талантливой и самодостаточной личности.
И все-таки роль Марютки оказалась бесценным подарком судьбы. Извицкая не раз писала подругам о том, что ей "так хочется сыграть что-то подобное - яркое, сильное, в то время, как ей предлагают все какое-то мелкое, несущественное, бытовое". И все же хорошие роли случались - Фенечка в "Отцах и детях", Паша в "Вызываем огонь на себя"...
Работницы музея, влюбленные в молоденькую Извицкую в чухраевском фильме, считают, что она не должна была сниматься в подобной ленте. Ей следовало отказаться убивать своего возлюбленного. "Извицкая должна была подняться над случаем и ситуацией, политическим идеалом. Красноармеец-снайпер не могла поступить иначе. Пусть лучше не было бы такого прекрасного фильма, зато человеческая судьба Изольды сложилась бы более счастливо. Этот ее выстрел оказался не только по любимому, но и по своей судьбе". Я не зря привела здесь эту точку зрения. Она показалась мне интересной, хотя и несколько наивной. Землячки Извицкой даже считают, что будь потом у актрисы возможность переиграть роль, она, зная о том, что за этим последует в ее собственной жизни, отказалась бы от нее.
К 75-летию актрисы в кинотеатре "Россия" в Дзержинске прошел кинонофестиваль "Изольда". Организаторы верят, что он станет началом ежегодного кинематографического форума, который приобретет статус всероссийского. (Правда, по последним данным, в Дзержинске совсем недавно закрыт единственный действующий кинотеатр). Основной частью проекта была ретроспектива работ с участием актрисы, а также фотовыставка из фондов краеведческого музея и встреча с подругами Изольды, викторина, посвященная жизни и творчеству актрисы. На вечер приезжала и Татьяна Конюхова, которая училась с Извицкой во ВГИКе и снималась с ней в кино. Татьяна Георгиевна отозвалась об этой поездке так: "Я ехала на родину Изольды, думая, что это будет просто вечер памяти, на самом деле я попала на довольно серьезный, только пока нераскрученный фестиваль. Меня поразило - насколько жители Дзержинска любят Изольду. Зал сидел как вкопанный, не дыша. Замечательные, фантастические люди! Они проводили конкурсы. Земляки Изольды серьезно подготовились к нему - награждения, выступления лауреатов. А как трогательно все говорили. Одно стихотворение, написанное девочкой и получившее Гран-при, мне подарили, и я его привезла".
Его Татьяна Георгиевна прочитала мне по телефону, и оно нашло свое место в самом начале книги.
Поступление во ВГИК
В тот год, когда выпускница дзержинской школы Изольда Извицкая держала экзамен во ВГИК, кроме нее, на курс поступало еще 799 человек. Хотя все они знали, что фактических счастливчиков, зачисленных во ВГИК, будет не больше шестнадцати. Право на учебу в прославленном киновузе им предстояло отстаивать перед лицом приемной комиссии, в которой заседали такие признанные корифеи кино, как Сергей Герасимов, Тамара Макарова, Ольга Пыжова, Василий Ванин... В коридорах, перед аудиторией, в которой решался архиважный для абитуриентов вопрос "быть или не быть", стояла какая-то особо напряженная тишина. В сторонке кто-то безутешно рыдал, и его отпаивали валерьянкой, кто-то почти беззвучно, словно молитву шептал строки заученного стихотворения или басни...
Все эти мальчишки и девчонки благоговели перед одним названием: ВГИК. Оно произносилось ими с невообразимым придыханием. И, по большому счету, трудно было даже вообразить, что в скором времени они будут на законных основаниях ходить по этим прославленным коридорам. Ведь в этой альма-матер преподавали такие именитые режиссеры, как Лев Кулешов, Дзига Вертов, Сергей Эйзенштейн, Сергей Юткевич, Александр Довженко, Всеволод Пудовкин и многие, многие другие, кто составляет цвет и гордость отечественной кинематографии. Представить себя даже в мечтах в числе таких небожителей было сродни чуду, чем-то за гранью фантастики... Некоторым абитуриентам тогда было и невдомек, что пройдет какое-то время, и они сами станут славой не только этого института, но и своей страны. А студенты новых поколений, в свою очередь, будут равняться уже на них.
Когда на родину Извицкой дошло триумфальное известие, что ребята зачислены во ВГИК (вспомним, что они поехали поступать вдвоем с земляком Артуром Нищёнкиным), новость была настолько ошеломляющей и неправдоподобной, что по городу тут же поползли слухи один фантастичнее другого. Так, "доброжелатели" даже утверждали, что в приемной комиссии сидел Николай Крючков - земляк мамы Изольды. Разве мог он в таком случае отказать... Заодно взяли и Артура, приятеля Изольды. Сейчас уже трудно установить, действительно ли Николай Афанасьевич в тот год присутствовал на экзаменах во ВГИКе, но вот то, что он родом из села, оказалось на поверку неправдой. Крючков был самым что ни на есть коренным москвичом, после окончания ФЗУ начавшим свой трудовой путь на Трехгорке. Вот что делает с реальными фактами людская молва...
Вместе с Извицкой в тот год во ВГИК к супругам Борису Бибикову и Ольге Пыжовой на общенациональный курс, где кроме русских было трое украинцев и двое латышей, поступили:
- Майя Булгакова,
- Руфина Нифонтова (в девичестве Питаде),
- Валентина Владимирова (в девичестве Дубина),
- Юрий Белов,
- Геннадий Юхтин,
- Леонид Пархоменко,
- Валентина Березуцкая,
- Артур Нищёнкин,
- Михаил Семинихин,
- Мария Кремнева,
- Маргарита Криницына,
- Вася Фушеч,
- Валентин Брылеев,
- Данута Столярская,
- Астрида Гулбис,
- Таллис Аболиньш.
- Надежда Румянцева и Татьяна Конюхова - пришли позже, после того, как стали сниматься и отстали от своих групп.
Почти все они стали звездами отечественного кинематографа. Вот как вспоминает те далекие годы студенчества актриса Нина Крачковская: "Это моя девичья фамилия. Мой брат, звукооператор Владимир Васильевич женился на Наташе Белогорцевой, ставшей впоследствии известной комедийной актрисой Натальей Крачковской. Когда Гайдай впервые ее снимал, в титрах значилось: Белогорцева-Крачковская. Потом первая половина куда-то исчезла, и она осталась просто Крачковской. Владимир был очень хорошим оператором, работал со Швейцером, с Басовым, по-моему, с тем же Гайдаем.
В кино мне доставались роли положительно-патриотических девочек: в фильмах "Командир корабля", "Есть такой парень" (первая роль Наташи Фатеевой), "Семья Ульяновых" - я там играла сестру Ольгу, "Они были первыми", "Кортик", в дебютной короткометражке Эдмонда Кеосаяна "Три часа дороги", получившей премию в Венеции. Потом я увлеклась театром. Моя любимая роль - Таня в одноименной пьесе Арбузова.
Во ВГИКе Изольда училась на курс младше меня. Нас набирал Василий Васильевич Ванин, известный ролями питерских рабочих ("Ленин в Октябре", "Ленин в 1918 году"), революционных матросов ("Возвращение Максима"), бортмехаников ("Валерий Чкалов"), комиссаров ("Котовский"), секретарей райкомов (в одноименном фильме), скромных колхозников ("Член правительства"). Его творческим кредо было органичное сочетание героики и юмора. Он обещал взять меня к себе в театр. Таня Конюхова тоже училась у нас. На втором курсе Ванин умер. Мы год были "беспризорными", курс даже хотели расформировать, но нас поддержали педагоги следующего курса - Бибиков и Пыжова, у которых училась Изольда. Пыжова взялась репетировать со мной выпускной кусок. Кого-то из наших ребят взял Герасимов... На нашем курсе было больше режиссеров, чем актеров, тот же Гайдай. А потом мы попали к Белокурову. Мы были с Изольдой в очень хороших отношениях. Я ее запомнила в курсовой работе, которая потом стала ее дипломной, выпускной, - в пантомиме "Франческа да Римини", где она играла главную женскую роль. Она была потрясающе хороша. На ней было великолепное по выразительности бордовое бархатное платье...
Потом мы встретились в Театре киноактера, где она не была занята, - все время снималась. Изольда была очень скромной и не могла "высиживать" роли, как, скажем, я, когда была назначена на одну роль с Татьяной Самойловой. Это надо было высидеть и вытерпеть. Изольда была на подобное просто не способна. Но я могу и ошибиться. Не знаю, что у нее было в душе... Наверное, если бы ей дали роль в театре, то Изольда прекрасно бы с ней справилась. Кстати сказать, все, кто потом остался в театре, в то время там только числились. Потом актрисы перешли на "голые" концерты, а мы с Изольдой встретились в картине Сергея Колосова "Вызываем огонь на себя".
Педагоги
Эта легендарная пара вгиковскх педагогов не менее знаменита своими звездными учениками, чем Сергей Герасимов и Тамара Макарова. Иногда их студентов путают, приписывая Герасимову. Вот что рассказала о своих педагогах Татьяна Конюхова:
Ольга Ивановна Пыжова (30.11.1894 - 8.11.1972) - ученица великого Константина Сергеевича Станиславского, играла с ним в одних спектаклях. Для студентов всегда была непререкаемым авторитетом, живой легендой. Великий педагог и талантливый театральный режиссер, в прошлом блистательная характерная актриса театра и кино. На экране Ольга Пыжова сыграла немного - не более десятка ролей, зато какие: Огудалова в "Бесприданнице", мадам Стороженко в "Белеет парус одинокий", бабушка в детской комедии "Алеша Птицын вырабатывает характер". Всем ее работам были свойственны незаурядное чувство юмора и жизненная правда.
Свое первое образование Ольга Пыжова получала в институте благородных девиц, который вскоре бросила ради бухгалтерских курсов. Потом область точных наук она поменяла на мир кулис и аплодисментов - во время петербургских гастролей Московского художественного театра юная Оленька прошла конкурс и поступила в актрисы (из двухсот экзаменовавшихся его выдержали лишь двое).
В первый же театральный сезон 1914/1915 года 1-й студии МХТ Ольга Пыжова выходит на сцену и играет Фею в "Синей птице", Себастьяна и Виолу в "Двенадцатой ночи"... Особенно шумным успехом пользовался водевиль "Спичка между двух огней", где юная Оленька встретилась на сцене с Софьей Гиацинтовой и Михаилом Чеховым.
Станиславский, увлеченный праздничным талантом и заразительным оптимизмом ее художественной натуры, не без гордости назвал свою ученицу одной из артистических надежд Художественного театра. После преобразования 1-й студии в МХАТ-2 она сыграла красавицу-содержанку Дину Краевич в "Евграфе - искателе приключений" (1926). Однако вскоре выяснилось, что природа ее оптимистически-реалистического таланта противоречит художественным принципам руководителя МХАТ-2 Михаила Чехова. Вместе с другими участниками разразившегося конфликта Пыжова вынуждена была уйти из МХАТ-2 и связать свою дальнейшую судьбу с Театром революции (впоследствии - театром им. Вл. Маяковского). Сыгранные здесь роли Глафиры в "Голгофе" Чижевского, Ксении в "Человеке с портфелем" Файко, Вероники в "Инге" Глебова, Кикси в "Улице радости" Зархи, Лены в "Личной жизни" Соловьева, Кормилицы в "Ромео и Джульетте" Шекспира принесли ей заслуженную любовь заядлых театралов. Через какое-то время из-за болезни глаз актриса покинула сцену.
Свою режиссерскую деятельность Пыжова начала еще в 1920 году. В конце 30-х она, вместе с мужем Борисом Бибиковым работала в 3-м Московском театре для детей. Там они поставили: "Проделки Скапена" Мольера (1937), "Сказку" (1939), "Двадцать лет спустя" (1940) Светлова. Один из лучших их совместных проектов - "Фуэнте Овехуна" в московском Театре Революции (1938). В годы Отечественной войны Пыжова работала в Казахстане, ставила спектакли в Казахском театре драмы им. Ауэзова ("Укрощение строптивой", 1943 и др.).
Одновременно с этим работала актрисой и режиссером Театра им. Моссовета, находившегося в те годы в Алма-Ате. Принимала участие в постановке "Нашествия" (1943, совместно с Юрием Завадским и Борисом Бибиковым), играла роль Талановой. В 1948-1950 гг. Пыжова - художественный руководитель московского Центрального детского театра, где совместно с Бибиковым поставила спектакли "Я хочу домой" С. Михалкова (1949; Государственная премия СССР, 1950), "Ее друзья" В. Розова, "Снежная королева" Е. Шварца и другие.
Позже актриса сменила еще несколько театров. И везде ее главной заботой была молодежь. Пыжова преподавала актерское мастерство в студии Евгения Вахтангова, театре-студии имени Марии Ермоловой, с 1934 года сосредоточилась на ГИТИСе. С 1942-го начала преподавать во ВГИКе, а через семь лет вместе с Борисом Бибиковым взяла на себя руководство собственной актерской мастерской.
Ольга Пыжова первой из советских актрис получила звание профессора на кафедре актерского мастерства (1939 г.). Главным увлечением педагога стала работа с национальными группами. Многие годы Пыжова с упоением руководила национальными студиями при ГИТИСе (Каракалпакской, Узбекской, Татарской, Таджикской, Лезгинской, Туркменской, Молдавской). Ее ученики составили ядро трупп многих республиканских театров. В 1947 году она получила звание заслуженного деятеля искусств РСФСР, в 1949-м - Татарской АССР, в 1964-м - Таджикской ССР. Лауреат Государственной премии СССР (1950).
Борис Владимирович Бибиков (22.07. 1900 - 5.11.1986) вместе с Пыжовой воспитал целую плеяду блистательных актеров театра и кино. С детства Бибиков увлекался театром, занимался в студии Михаила Чехова. Актерскую деятельность начал в 1922 как актер в 1-й Студии МХТ (его роли: Валет - "Летающий лекарь" С. Маргомена, Мишон - "Эрик ХIV" А. Стриндберга, раб - "Принцесса Турандот" К. Гоцци). В 1-й Студии МХТ Борис Бибиков встретился с Ольгой Пыжовой, ставшей впоследствии его женой.
Вскоре Бибиков вместе с ней увлекся и режиссурой, и они объездили полстраны. В 1927-1932 гг. - актер и режиссер-ассистент Театра революции. Принимал участие в постановке спектакля "Человек с портфелем" А. Файко (1928, режиссер А. Д. Дикий). Ставил спектакли в других городах, иногда играл в них небольшие роли.
Главным совместным делом всей жизни супругов стала педагогика. С 1934 года они преподавали в ГИТИСе (с 1934 по 1971 г. ими выпущено одиннадцать национальных студий и два русских курса, осуществлено более пятидесяти выпускных спектаклей, многие из которых вошли в репертуар национальных театров). Потом во ВГИКе (с 1942-го) - Бибиков и Пыжова выпустили 6 курсов-мастерских и поставили десять дипломных спектаклей.
Борис Бибиков был мудрым и любимым педагогом, долгие годы поддерживающим связь со всеми своими учениками. Стоит ли удивляться, что Бибиков так достоверно сыграл профессора Соколова в фильме своего ученика Евгения Ташкова "Приходите завтра", где главную женскую роль исполнила другая его ученица - Екатерина Савинова. В послужном списке актера немало ролей ученых, профессоров и генералов. Высокий, статный, белоголовый, он нес в себе "породу", которой так не хватало в советской действительности: "Повесть пламенных лет" (фон Бреннер), "Ночь перед рассветом" (адмирал Керк), "Корабли штурмую бастионы" (Спенсер Смит), "Рассказы о Ленине" (генерал Половцев), "Софья Перовская" (председатель суда), "Дела сердечные" (старый врач), "Звезды не гаснут" (нефтепромышленник)...
За свою совместную с Ольгой Пыжовой педагогическую деятельность Борис Бибиков воспитал несколько национальных курсов и получил почетные звания: заслуженный деятель искусств - РСФСР (1947), Башкирской АССР (1959) и Таджикской ССР (1964). Заслуженный артист Каракалпакской АССР (1967). Лауреат Государственной премии СССР (1950). Профессор (1952). На основе подготовленных Бибиковым национальных студий созданы Театр им. Станиславского в г. Нукусе (Каракалпакская республика, выпуск 1939 г.), ТЮЗ в Ашхабаде (Туркмения, выпуск 1963-1964 гг.), Таджикский Государственный молодежный театр в Душанбе (выпуск 1970 г.).
После смерти Ольги Пыжовой Бибиков отошел от дел. Под конец жизни женился еще раз на одной из своих учениц. Молодая жена увезла его к себе в Среднюю Азию. И Борис Владимирович навсегда потерял связь с Москвой и своими воспитанниками. Там и умер в безвестности.
Вот что рассказала об этом Татьяна Конюхова: "После нас был еще несколько курсов. На одном из них учились Лариса Кадочникова и Софико Чиаурели... Но я больше общалась с курсом Бориса Токарева, Семена Морозова, Люси Гладунко, Андрея Вертоградова... Этот последний курс доставил большую радость нашим педагогам. У Пыжовой была дочка - Ольга Васильевна Качалова, отцом которой был гениальный русский актер Василий Иванович Качалов.
После смерти Ольги Ивановны случилась ужасная история с Борисом Васильевичем Бибиковым. Его старенького, полуослепшего старика "охмурила" его же ученица-таджичка из ГИТИСа и увезла в Таджикистан. После смерти Пыжовой она обманом "ввинтилась" в его дом - вселилась, стала опекать... Бибикову уже было за семьдесят, а ей под тридцать, у нее был сын. Она атаковала его, чтобы завладеть его квартирой, совершенно фантастической, букинистической, антикварной библиотекой и увезла его к себе на родину. Там на его деньги купила какой-то дом, где жила с сыном, потом мужика себе привела... Однажды в Таджикистане побывал Гена Юхтин, потом еще одна студентка Бориса Владимировича, которая и рассказывала жуткие вещи: в этой сорокоградусной жаре, в каком-то строении, похожем на курятник (у нас бы подобное сооружение назвали чердаком), на верхнем этаже, где и дышать-то нечем, сидел неухоженный, смертельно больной старик..."
Вгиковский курс
Это был действительно звездный курс - какое созвездие дорогих, любимых сердцу зрителей имен! Почти все сокурсники Изольды Извицкой в дальнейшем составили настоящий звездный десант нашего советского киноискусства. И все же их роднит еще одно - даже те, кто много и удачно снимался, был признанным мастером своего дела, не смог состояться в профессии в полной мере, как бы того ему ни хотелось. В каждом из них была своя трагическая недосказанность.
Почему так произошло - сейчас уже трудно судить. Все они - представители своего поколения. После всех тягот, в полной мере выпавших на долю их родителей, победивших в Великой Отечественной войне, они пережили ее в довольно нежном возрасте.
И хотя кто-то из них остался сиротой (как Геннадий Юхтин) или на пределе человеческих сил, наравне со взрослыми, работал на деревенском поле (как Валентина Владимирова), расцвет их жизни пришелся на послевоенное - тяжелое, но радостно-героическое время. Так много хотелось сделать, сказать, свершить хотя бы через своих героев на экране.
Поколение Изольды Извицкой - чистое помыслами, воспитанное на идеалах и одухотворенных примерах подвигов советских людей. Вот и в своем творчестве актеры пытались "держать марку" - быть лучше, чище, выше. Не всегда это получалось. А вскоре пришло время нового поколения мальчиков и девочек, родившихся уже после войны. Им хотелось просто дружить, любить, дышать полной грудью. Спокойное мирное время...
Еще недавно такая важная, героика отошла на второй план. На свет появилось постхрущевское кино, плавно перешедшее в кино застоя. Приходилось довольствоваться теми ролями, которые давали. Образами, в которых режиссеры порой очень однобоко видели этих актеров. Не отсюда ли вся эта драма, такого успешного, на первый взгляд, такого "самодостаточного" и уверенного в себе послевоенного поколения.
Я специально выстроила эту главу на отдельных примерах - перед вами судьбы сокурсников Изольды, тот самый второй золотой бибиковкий курс (первый - Вячеслав Тихонов, Нонна Мордюкова, Екатерина Савинова и другие). Всмотритесь в эти судьбы повнимательнее. Почти все они стали народными артистами. Но почему же столько щемящей тоски в их, казалось бы, успешных судьбах?
Тот же любимец нескольких поколений, Юрий Белов, закончил жизнь в полном забвении, практически потеряв память.
Валентина Березуцкая и Геннадий Юхтин много снимались, но в основном вынуждены были ограничиваться эпизодическими ролями.
Надежда Румянцева, в юности много и заметно играющая в кино, по сути, предпочла ему личное счастье.
Та же Валентина Владимирова, очень много снимавшаяся, так и не сыграла на экране ни одной главной роли. И сегодня даже вездесущий интернет не расскажет вам о ней ничего существенного. А ведь она была очень колоритной актрисой, под силу которой были и характерные, и глубоко трагедийные роли. Сколько она "вытянула" на своих плечах достаточно посредственных фильмов, дополняя новыми выразительными красками и образы главных героев!
Земляк Изольды Извицкой Артур Нищёнкин, о котором много говорится в ее письмах (в годы учебы она сильно разочаровалась в его чисто человеческих качествах), как актер тоже не сделал ничего заметного, хотя и немало снимался.
Не менее трагичной, чем у Изольды, оказалась судьба ее сокурсника Леонида Пархоменко, актера сильного дарования и необузданного русского характера. Самая главная его роль - Рогожин в экранизации Пырьева "Идиот"!
Красавицы Маша Кремнева и Данута Столярская, хотя немного и поснимались в кино, по сути "сгинули", не оставив заметного следа.
Прекрасный комедийный и острохарактерный актер Валентин Брылеев, обладающий к тому же достаточно экзотической для советского человека внешностью, вынужден был всю жизнь ограничиваться второсортными героями сказок и комедий.
Институтская подружка Изольды - Маргарита Криницына, которой сам Пырьев прочил блестящее будущее и даже предлагал ее на роль Дездемоны (которую впоследствии сыграла красавица Ирина Скобцева), уехав с мужем в Киев, по сути, "вычеркнула" себя из "большого" кино. И все же одна ее роль - Проня Прокоповна в картине "За двумя зайцами" заставила считаться всех с самобытным талантом актрисы. Да так, что ее героине, наравне с персонажем Олега Борисова, в центре Киева, на Крещатике, был даже установлен памятник. Судьба Криницыной тоже неоднозначна, об этом свидетельствует и ее попытка самоубийства.
Руфина Нифонтова, немало снимавшаяся в юности, в итоге все же предпочла театр, о чем, скорее всего, никогда не жалела. Однако жизнь ее тоже оборвал трагический случай.
Великолепная Майя Булгакова, воплотившая на экране столько прекрасных образов, все же считала себя невостребованной актрисой - режиссеры так до конца и не раскрыли ее глубоко трагедийный актерский потенциал. Чтобы хоть как-то компенсировать это, Булгакова много выступала с концертами, знакомя зрителей с еще одной гранью своего таланта как исполнительницы песен. По трагическому стечению обстоятельств жизнь ее закончилась автокатастрофой.
Наверное, самой сильной и самой счастливой в этом списке оказалась Татьяна Конюхова, но один Бог знает, сколько душевных сил и бессонных ночей ей это стоило...
Так сложилось, что этой яркой характерной актрисе судьба уготовила роль "королевы эпизодов". Работать в кино Березуцкая начала еще студенткой. Ее героини - городские и деревенские, пышущие здоровьем и огромным обаянием девицы. Из наиболее ярких ролей: Настя ("Саша вступает в жизнь"), Олюха ("В степной тиши"), Mарья ("Половодье"), Шура ("Непридуманная история"), Прасковья ("На завтрашней улице"), Mатрена ("Бабье царство"), Фенечка ("Директор"). Одна из самых запоминающихся - веселая колхозница в картине Эдмонда Кеосаяна "Стряпуха".
С возрастом заслуженная артистка Российской Федерации Валентина Березуцкая органично перешла на роли теток и матерей: Сафарова ("Весенняя путевка"), M. И. Ульянова ("Поезд в завтрашний день"), Сузгиниха ("И снова Анискин"), Арина ("Отец и сын")... С 90-х годов актриса стала одной из постоянных участниц российских телесериалов и рекламы, кино ("С любовью, Лиля" и "Старухи"). Снявшись в "Старухах", получила премию "Ника" за лучшую женскую роль. Так к Валентине Березуцкой пришло, наконец, заслуженное признание. На тот момент актрисе было 72 года, а в ее актерском багаже накопилось более 100 ролей. Испытание славой далось Валентине Федоровне нелегко: режиссеры наперебой предлагали ей сниматься, а журналисты, с просьбами об интервью, стали обрывать телефон. Для актрисы, привыкшей держаться в тени, подобное стало настоящим потрясением. "Я даже в больницу попала", - комментировала, смеясь, Валентина Федоровна, называя это "головокружением от успеха".
За 50-летний творческий путь народный артист Российской Федерации Геннадий Юхтин сыграл в кино более 150 ролей. Родился он 30 марта 1932 в селе Чубовка Куйбышевской области. Родители погибли во время войны, и мальчик воспитывался в детском доме. Окончив ВГИК в 1955 году, работал в Театре-студии киноактера. В кино начал сниматься студентом последнего курса: Васюня в "Чужой родне" и шофер Павел Евдокимов в "Деле Румянцева". С тех пор много и постоянно появлялся на экране, создав целый ряд ярких, запоминающихся эпизодических ролей.
Наделенный особым обаянием, с внешним обликом, типичным для 1950-1960-х годов, Юхтин как нельзя более подходил для амплуа молодого современника (инженер Крушенков в "Весне на Заречной улице"). Немало играл в кинолентах о войне: вратарь Дугин из фильма "Третий тайм" - о футбольном матче между советскими военнопленными и немцами, бежавший из немецкого плена танкист Петр в фильме "Жаворонок", солдат Павлов в "Балладе о солдате", передающий с фронта с оказией домой мыло жене.
Юхтин очень органичен в кадре, обладает высоким профессионализмом. Это по достоинству оценили режиссеры: М. Швейцер ("Тугой узел", после доработки вышедший под названием "Саша вступает в жизнь"; "Мичман Панин"; "Воскресение"), М. Калик ("Юность наших отцов"; "До свидания, мальчики!"), С. Кулиш ("Мертвый сезон") и А. Михалков-Кончаловский ("Сибириада"). Не столь часто, но приходилось Юхтину играть и отрицательные образы, которые получались у него не менее убедительными: контрреволюционер в фильме "О друзьях-товарищах", иностранный шпион в остросюжетной ленте для детей "Акваланги на дне".
Геннадий Юхтин снимается по сей день. Среди его работ последнего времени: слуга в одном из самых успешных российских телесериалов "Петербургские тайны" (1994-1995), роли в исторической картине Светланы Дружининой "Тайны дворцовых переворотов" (2002), в сериале "Глаза Ольги Корж" (2003), в фильме "Апокриф" (2003) и других. Попробовал себя Юхтин и на писательском поприще, написав книгу "Вокруг да около кино".
В послужном списке народной артистки России около 40 главных ролей. Надежда Румянцева после школы поступила в ГИТИС имени Луначарского. На экзаменах она, маленькая и смешная, прочла монолог Фамусова, что и определило ее судьбу. Актриса и педагог Ольга Пыжова возлагала на Румянцеву большие надежды, поэтому и взяла ее потом с собой во ВГИК, куда со временем перешла работать.
К тому времени, как Надежда Румянцева закончила ВГИК, она уже была сложившейся актрисой с амплуа травести. Много работала на сцене Центрального Детского театра, снялась в фильмах "Навстречу жизни", "Алеша Птицын вырабатывает характер". Однако талант актрисы оказался намного шире. Ее удивительное обаяние, чувство юмора и неповторимая искренность стали настоящим подарком поклонникам нескольких поколений зрителей. А после кинофильма "Королева бензоколонки" все маленькие курносые девчонки уверовали, что тоже могут стать кинозвездами.
Вот как вспоминает свою учебу во ВГИКе Надежда Румянцева: "Я пришла на третий курс во ВГИК к своему же педагогу Ольге Ивановне Пыжовой из ГИТИСа. Первый человек, который меня встретил с вот такой вот улыбкой, был Юра Белов. Впечатление, которое всю свою жизнь я несу о Юре - это огромное море доброты. Потом, он был, конечно, безумно смешной и очень обаятельный человек. Студенты есть студенты. Конечно, не всегда мы приходили готовыми на свою основную учебу. Когда нужно было сделать самостоятельно отрывки или нас спрашивал Борис Бибиков о том, что мы думаем о своей роли, мы все хватались руками за голову: "Что же нам делать?..." - и выпускали на ковер Юру. И только открывал рот Борис Владимирович Бибиков, Юра сразу встревал: "Борис Владимирович, вы понимаете, вот у меня был такой случай. Могу ли я его, как-нибудь, вставить в эту роль. Вот я вам его сейчас расскажу". И начинал рассказывать просто обычный анекдот, который превращался в целую новеллу. И урок проходил. Два часа мы хохотали и смеялись...
Все три года, что мы учились вместе с Юрой, мы очень дружили. У нас - одинаково быстрое схватывание анекдотических ситуаций. Мы вместе играли в дипломном спектакле, снялись вместе в "Неподдающихся" и в "Королеве бензоколонки". Мы с ним всегда рядом очень хорошо смотрелись. Может быть, от этого Юра Чулюкин, который тоже учился с нами на параллельном режиссерском курсе во ВГИКе, и взял нас снимать в "Неподдающихся" вместе. Хотя сценарий этого фильма Татьяна Сытина написала специально для меня, но в партнеры Чулюкин выбрал для меня именно Юру Белова".
В 1955 году Надежда Румянцева поступает в Театр-студию киноактера, а через шесть лет снимается в фильме, который принесет ей мировую славу. Чулюкинские "Девчата" произвели не меньший фурор, чем когда-то александровские "Веселые ребята". Образ Тоси Кислицыной стал визитной карточкой актрисы. После этой роли ее даже окрестили "Чаплином в юбке". Сама Румянцева считает, что не было бы у нее таких актерских удач, если бы не настоящее женское везение. По ее словам, все годы замужества, каждый день она слышит от мужа, что он в нее влюблен.
После "Девчат" у Румянцевой было еще 24 работы в кино и удачная карьера на телевидении. Каждое воскресное утро детворы начиналось с задорной детской передачи "Будильник", которую вела Надежда Васильевна. Еще были мультфильмы: "38 попугаев", "Привет мартышке", "Бабушка удава".
Родился 31 июля 1930 года в городе Ржеве Калининской (Тверской) области.
Как многие киноактеры того времени, работал в Театре-студии киноактера.
Популярность пришла к Юрию Белову через год после окончания ВГИКа благодаря роли Гриши в "Карнавальной ночи". Затем на широкий экран в течение семи лет, один за другим, вышли фильмы с участием Юрия Белова, которые сделали его одним из самых популярных актеров советского кино: "Девушка без адреса", "Неподдающиеся", "Алешкина любовь", "Приходите завтра", "Королева бензоколонки"... Его героев отличали вечная улыбка, шутки, розыгрыши и потрясающее жизнелюбие. Даже в небольших, эпизодических ролях Юрий Белов излучал свет, а бесконечное обаяние актера моментально располагало к нему.
Леонид Филатов в передаче "Чтобы помнили", посвященной Юрию Белову, сказал: "Судьба мало ему предлагала ролей, которые были бы замечательно выписаны... Потому он так был дорог режиссерам, что из "ничего" мог сделать "что-то" за счет своего безграничного обаяния. Была такая картина Евгения Ташкова "Приходите завтра" со знаменитой Екатериной Савиновой. Но, когда говоришь о картине, разумеется, люди сразу вспоминают Екатерину Савинову, поскольку она главная героиня, Анатолия Папанова, который играет главную мужскую роль в этой картине. Но вспоминают также, непременно, и дуэт - Александр Ширвиндт и Юрий Белов. Крохотный эпизод, где двое студентов-хохмачей как бы принимают экзамен в качестве педагогов у молоденькой абитуриентки..."
С середины 60-х годов Юрию Белову перестают предлагать большие роли. Уже после смерти артиста журналист Владимир Мартынов раскрыл в его судьбе некоторые тайны: "Юрий Белов рассказал мне историю своего перелома во взаимоотношениях с кинематографом: "В 1964 году, когда я снимался у Эльдара Рязанова в фильме "Дайте жалобную книгу", на каком-то банкете я сказал про Никиту Сергеевича Хрущева, что его, вроде бы, скоро снимут. И потом просто приехали люди в белых халатах, один со смирительной рубашкой, и увезли меня в сумасшедший дом на полгода. Причем Хрущева, как мы знаем, действительно сняли. А потом, когда я вышел, кому я нужен. Во-первых, неблагонадежный, а во-вторых, не совсем здоровый - псих, когда вокруг полно здоровых и политически грамотных актеров".
Так, его уделом стали роли третьего плана да короткие эпизоды. Вот как писал об актере журнал "ТВ-парк": "Хочется вспомнить Юрия Андреевича, человека очень доброго и очень хорошего. Как он любил море и дальние путешествия к нему на мотоцикле со своей женой Светой, какие сочинял фантастические, невероятно чудные и потешные истории! Он не держался за славу, когда она ушла от него и наступило бездействие, он любил свою работу и до последнего мечтал о ней, был застенчив и очень раним".
Светлана Швайко, вдова Юрия Белова: "Юрий был потрясающим рассказчиком, уникальным, можно сказать. Я не знаю, где он выдумывал, а где - нет. У него все сливалось воедино. Его педагог Борис Владимирович Бибиков мне говорил: "Юра может рассказать, кто жил 2000 лет тому назад или будет жить 2000 лет вперед, по фамилиям назовет, но что будет в этой жизни, он не знает. Он не от мира сего. Он странный". Это было просто приклеено к нему - "он странный".
Леонид Филатов (передача "Чтобы помнили"): "Странный человек. Чем же он был странен, Юрий Белов? Тем, что был добр, был искренен, тем, что никому не желал зла, что никогда ни про кого не сказал ни одного дурного слова, не матерился, не сплетничал, не ставил друзьям подножку, никого не "подсиживал" в плане ролей, никому не переходил дорогу, равнодушен был к званиям и поэтому никогда их не имел. Странный человек жил среди нас по имени Юрий Белов. Странный, в особенности, по понятиям сегодняшних людей".
В 80-е годы Белов практически не снимался. За целое десятилетие он появился на экранах всего лишь в четырех картинах, и везде в эпизодах. Последняя лента с его участием "Двое и одна" вышла в 1988 году. В ней Белов снимался тяжело больным. 31 декабря 1991 года по Центральному телевидению показывали традиционную "Карнавальную ночь". Обычно, когда эту картину демонстрировали по ТВ, актер садился к телевизору и смотрел ее, вспоминая молодость. Но в тот день он ее не дождался - его сердце остановилось.
Светлана Швайко: "Это произошло 31 декабря 1991 года... Похоронить его я смогла только на девятый день потому, что столько умерло за эти дни, а потом еще и за Рождество, что раньше не было возможности. Что я хочу сказать - ни "Мосфильм", ни Союз кинематографистов не были на похоронах".
Ни званий, ни наград, ни премий у Юрия Белова не было.
Заслуженная артистка РСФСР Валентина Владимирова родилась 22 ноября 1927 года в селе Васильевка на Украине. В 1944 году, после освобождения от фашистской оккупации, она вместе с земляками строила избы, пахала в поле, ухаживала за скотиной. После войны отправилась в Харьков поступать в Инженерно-экономический институт. Проучившись два года на экономиста, Владимирова поняла, что выбрала не ту профессию, уехала в Москву и поступила во ВГИК. На вступительном экзамене читала стихи А. Твардовского и отрывок из рассказа А. Толстого "Русские люди", с первых шагов определив для себя тему дальнейшего творчества. В годы учебы Владимирова играла героинь в драмах А. Островского и комедийные роли в украинской классике, старух и девчонок, веселых и страдающих, влюбленных и обиженных. После окончания ВГИКа стала работать в Театре-студии киноактера. С 1955 года Валентина Владимирова начала сниматься в эпизодических ролях. Потом пошли и роли более значимые.
Особенно Владимировой удавались образы простых русских женщин. В них раскрывались весь внутренний потенциал актрисы, ее душевное богатство, разные грани национального характера. Будь то любящие жены, немногословные солдатки или черствые соседки. Непроста судьба ее героинь, перенесших войну, на своих плечах вынесших все тяготы. Любая из них, как говорил великий поэт, "коня на скаку остановит, в горящую избу войдет...".
Режиссеры, не сговариваясь, наперебой предлагали актрисе роли женщин из народа. В отличие от многих своих коллег, актриса никогда не отказывалась и от отрицательных образов. Мастер эпизодической роли, с годами она стала одной из самых снимающихся актрис советского кино. На ее счету более пятидесяти картин. Среди них: "Простая история", "Председатель", "Не забудь... станция Луговая", "Тени исчезают в полдень", "Белый Бим, Черное Ухо", "Угрюм-река".
Последние годы Валентина Харлампиевна провела в уединении, ни с кем не общалась и тяжело болела. Ушла из жизни 23 марта 1994 года.
Родился в городе Кулебаки Горьковской области 15 июля 1931 года. Работал на киностудии имени Горького. С первых работ в кино обнаружилась его тяга к характерным образам, к чему располагала и фактура актера. Исполнитель эпизодических ролей, преимущественно отрицательных, Нищёнкин выявил немало людей, способных на предательство и подлость. Однако у артиста были положительные персонажи, в числе которых - крестьяне, солдаты, партийные работники. Среди заметных ролей: Семин ("Матрос сошел на берег"), Олекса ("Атаман Кодр"), милиционер ("Валера"), Егор ("Огоньки"), капитан Качушин ("Анискин и Фантомас"), Митрич ("Вольному воля"), Максим Романович ("Последняя встреча"), Кварц ("Честное волшебное"), слепец ("Русалочка"), Кузьма ("Тачанка с юга"), боярин Грозные очи ("Возьми меня с собой"), Молибога ("На вес золота"), отец Гриши Маркова ("Катенька"), сват ("Иван да Марья"), чекист ("Адъютант его превосходительства"), член бюро ("Вечный зов"). Умер 18 июня 2001 года.
Родился в 1934 году в городе Краматорске. Актер огромного дарования, Пархоменко из тех, кого называют "самородками". Как комета, он промчался по экранам конца 50-х. Самой знаменитой его ролью стал образ Парфена Рогожина в экранизации Пырьевым романа Достоевского "Идиот". Сыграл Красильникова в рошалевской кинотрилогии "Хождение по мукам". Затем были работы в фильмах "Жеребенок" и "Донская повесть" по Шолохову, "Сотрудник ЧК", "Поэма о море"... Казалось, актера ждала блестящая карьера, но вскоре все надежды рухнули. Из-за типажности Пархоменко стали предлагать небольшие "бандитские" роли: Фролов в фильме Семена Туманова "Ко мне, Мухтар!" (на съемках которого Леонид чуть не погиб от зубов пса), хозяин харчевни "бурнашей" в первых приключениях "Неуловимых мстителей" Эмонда Кеосаяна.
Судьба Леонида Пархоменко сложилась драматично. Творческая невостребованность привела к трагическому концу - актер запил, что и приблизило его безвременную кончину: он умер в 1971 году, как и Изольда Извицкая. Вместе бывшие однокашники снимались в фильме "Неповторимая весна", с Бредуном Пархоменко встречался в "Казаках".
Заслуженная артистка РСФСР родилась 18 июля 1929 года в селе Tатищево, Саратовской области. С 1955 по 1957 г. - актриса Tеатра-студии киноактера.
С 1957 года - актриса киностудии им. M. Горького. Первая роль в кино - Граня в фильме "Возвращение Василия Бортникова". Также снималась в картине Льва Кулиджанова "Когда деревья были большими"...
Родился 1 мая 1926 года. Один из любимых актеров Александра Роу. Начал сниматься со студенческой скамьи. Попав в штат Театра-студии киноактера, Брылеев отрабатывал по две-три картины в год. В его послужном списке около 40 фильмов.
Его типажность больше всего подходила для сказок, приключений и комедий. Среди заметных работ в кино: "В квадрате 45" (Пепелов), "Весна на Заречной улице" (Иван Мигунько), "У тихой пристани" (шофер), "Первый троллейбус" (Синицын), "Марья-искусница" (пират), "Морозко" (жених), "Волшебная лампа Аладдина" (Мубарак), "Золотые рога" (Месяц Ясный), "Королевство кривых зеркал" (Тамбур-Мажор), "Взрослый сын" (Николай Фомич). Снялся в небольших ролях у Эльдара Рязанова: "Карнавальная ночь", "Человек ниоткуда", "Гусарская баллада". Умер 25 декабря 2004 года.
В 1955-1957 гг. - актриса Театра-студии киноактера, с 1957 года - Академического Малого театра. Народная артистка СССР.
Мало кто знает, что девичья фамилия актрисы - Питаде. Руфина Питаде и ее брат Вячеслав родились 15 сентября 1931 года в Москве на Соколиной горе. В те времена Соколиная гора была железнодорожным поселком. Отец Руфины Дмитрий Иванович работал на станции Москва-Товарная. Мама Дарья Семеновна была начальником закройного цеха в артели "Универпром". В свободное от работы время родители пели в клубе, а старшие братья играли в оркестре. В этом же клубе пела и танцевала маленькая Руфа. В 1939 году будущая актриса пошла в первый класс.
А потом началась война. В 1941 году в возрасте 20 лет погиб старший брат Александр, в 1942-м пришла похоронка на девятнадцатилетнего Бориса, а в 1943-м отца сбила машина. Может быть, именно тогда и появилась в ее голубых глазах печаль.
В институте Руфине доставались характерные, комедийные и гротесковые роли. Пройдут годы, Нифонтова выйдет на сцену Малого театра в роли Катерины в "Грозе" и сыграет ее так, что у всех дух захватит.
В стенах ВГИКа Руфина встретила и свою любовь. 26 декабря 1952 года Руфина Питаде вышла замуж за студента режиссерского курса, будущего режиссера-документалиста Глеба Нифонтова, и стала Руфиной Нифонтовой. Он был на девять лет старше ее. С ним она прожила сорок счастливых лет. Наверное, как и в каждой семье, у них были и ссоры, и размолвки, но все это осталось между ними. Нифонтова никого не впускала в личную жизнь, свято храня все, что связано с семьей. И хотя в театрально-киношном мире привыкли все про всех знать, про Нифонтову было известно лишь одно - что у нее один-единственный муж. И это вызывало зависть. Она была прекрасной актрисой. Это стало ясно с первой же ее роли в кино - Насти в картине Рошаля "Вольница". За нее она тут же получила на Международном кинофестивале в Карловых Варах приз за лучшее исполнение женской роли. А потом была ее Катя в кинотрилогии "Хождение по мукам" (1957).
18 октября 1957 года был подписан приказ о зачислении Нифонтовой в труппу Малого театра. Параллельно с работой в театре Руфина Нифонтова много снималась. Среди фильмов с ее участием: "Русский лес", "Дачники", "Интервенция", "Любовь Яровая", "Вам и не снилось", "Берег его жизни".
1992-й... В тот год на актрису навалилось слишком много горя. В автомобильной аварии погиб ее муж. Она "выбила" ему место на Ваганьковском кладбище. Новых ролей не было, Нифонтова выходила лишь в спектакле "Обрыв", казавшемся ей невыносимо бездарным. Она была смертельно больна.
Друзья говорили, что в то время Нифонтова им напоминала подстреленную птицу, которая пытается взмахнуть крылом, но у нее ничего не получается. Художественный руководитель Малого театра Юрий Соломин настоял, чтобы она репетировала роль Мурзавецкой в спектакле "Волки и овцы", который планировалось сыграть в январе 1995 года. Но 27 ноября 1994 года Нифонтовой не стало.
Трагедия случилась, когда она была одна в пустой квартире. То ли хотела вытереть пыль, то ли что-то постирать. Пошла в ванную комнату, подставила тряпку к крану, открыла его, и тут брызнул кипяток... Хоронили ее 1 декабря в костюме ее самой любимой героини из "Дачников". Лицо закрывала вуаль. Она хотела быть похороненной рядом с мужем, но гроб актрисы не смогли пронести к могиле Глеба Ивановича. Мешали ограды. Ее похоронили в другом месте. Здесь же, на Ваганьковском. Нифонтовой было всего 63 года.
Актриса Театра-студии киноактера. Снялась в 112 фильмах. Народная артистка РСФСР.
Родители назвали девочку Майей потому, что она появилась на свет 19 мая 1932 года в селе Буки Киевской области. Отец - военный. Кроме нее в семье было трое детей - два брата и сестра.
Счастливое детство закончилось 22 июня 1941 года, когда Майе исполнилось 9 лет. Григорий Булгаков ушел на фронт, за ним старший сын Борис. Они погибли почти одновременно, в августе 41-го. Семья не знала этого и еще долгое время получала за отца по аттестату и верила, что оба они живы. Майя была за старшую. Семья пережила весь ужас первых дней войны. Из письма М. Г. Булгаковой от 3 июня 1971 года, адресованного поэту Марку Сергееву: "...война, потери, бомбежки, эвакуация, голод, холод... не забудешь никогда... И, может быть, если бы не было так трудно тогда, не научился бороться за свое место сегодня, и каждый день доказывать, что ты не отстал, не потерял ощущения времени, что имеешь право людям сказать о своем мироощущении. И вообще есть чем поделиться..."
Спасаясь от фашистов, семья Булгаковых добралась до Краматорска. Здесь жила тетя Майи, работавшая на заводе им. Серго Орджоникидзе. Немцы были совсем рядом, завод срочно эвакуировали в Сибирь. С заводчанами в эвакуацию в далекий Иркутск поехала и семья Майи. Ехали очень долго, товарняки задерживали на станциях, пропуская эшелоны на фронт. Когда вышли на станции в Иркутске, была зима. Теплой одежды не было, и дети стали плакать от холода. Эвакуированных ждали. Коллектив завода им. В. В. Куйбышева принял приехавших как родных. Рабочие разобрали всех по своим домам. А потом людей Старокраматорского завода поселили в общежитии.
Мама и тетя Майи работали на заводе, красили стаканы для бомб. Майя пошла во 2-й класс. Маленькой Майе пришлось заменить маму. Она варила, стирала, кормила малышей, но Золушкой себя не чувствовала. Она очень любила петь, ни один концерт в школе или госпиталях не обходился без нее. После выступления Майя ходила по палатам и искала отца. Один раз ей было доверено выступить по иркутскому радио. Майечка через радио обращалась к папе, воевавшему на фронте, рассказывала о своей жизни, об отличной учебе, передавала ему приветы, просила не переживать за их судьбу. Она не знала, что Григорий Булгаков еще за год до этого погиб смертью храбрых.
Мама надорвалась, заболела и была вынуждена уйти с завода. По счастью, ей удалось устроиться в кинотеатр "Марат" - сначала билетершей, потом администратором. Радости детей не было предела. Ведь можно было по нескольку раз в день смотреть любимые фильмы с Диной Дурбин, Марикой Рокк и советские - "Трактористы", "Машенька".
Сибирь обогрела эвакуированных, не дала сгинуть, но, как только советские войска освободили Краматорск, Булгаковы вернулись на родину. Они надеялись на вести от отца и Бориса. Здесь Майя окончила среднюю школу. Иркутск она не забывала, он ей часто снился, снился новый отстроенный кинотеатр "Марат" со старыми любимыми фильмами.
Майя решила попытать счастья стать артисткой. Она приехала в Москву и поступила во ВГИК на курс к блистательным педагогам О. Н. Пыжовой и Б. В. Бибикову. Майю отмечали как человека одержимого, страстного в работе: и педагоги, и товарищи верили в ее звезду. В 1955 году М. Булгакова получила диплом с отличием и получила предложение режиссера Г. Рошаля сняться в фильме "Вольница". После выхода фильма о Булгаковой заговорили как об одареннейшей актрисе. Но она не совсем вписывалась в стандарты киноактрис тех лет, была далека от розовой сладости и ординарной миловидности некоторых подруг по цеху. Да и жизнь она знала слишком хорошо, чтобы участвовать в фильмах, в которых ложь выдавали за правду.
После института Булгакову приняли в Театр-студию киноактера. Отсутствие работы в кино она компенсировала пением. Голос у нее был на уровне кумиров тех лет - Гелены Великановой, Нины Дорды. Майя выступала с оркестром Утесова, в 1957 году как певица получила Серебряный приз на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Москве. Она первой стала исполнять песни Эдит Пиаф.
В 1961 году небольшая, но яркая роль партизанки Олены Ступаковой в фильме "Повесть пламенных лет" открыла актерскую галерею волевых характеров и драматических судеб Майи Булгаковой: Надежда Петрухина ("Крылья"), санитарка Мария ("В огне брода нет"), Катерина Ивановна ("Преступление и наказание") и другие... Еще в "Вольнице" режиссер Рошаль оценил работу молодой актрисы и поручил ей роли в своих последующих фильмах: "Восемнадцатый год", "Хмурое утро", позже - "Суд сумасшедших". Булгакова практически никогда не отказывалась от работы. Хотя режиссеры один за другим приглашали ее на эпизоды. Очевидно, они понимали, что никто лучше Булгаковой не сыграет. Судьба женщины-матери в трагическом преломлении особенно была любима актрисой.
Во всех последующих фильмах актриса умела убедительно передать на экране эмоциональное богатство своих героинь, их душевный надрыв и непокорность натуры. Она была органична в гоголевской "Женитьбе", историко-костюмных ролях - "Юность Петра", "В начале славных дел", "Баллада о доблестном рыцаре Айвенго", создавая портрет забитой нищетой крестьянки в "Воскресении" или мощный и трагический образ главы мафиозного клана в телесериале "Следствие ведут знатоки". Среди других картин с участием Майи Булгаковой - телевизионный фильм "Цыган", "Приключения Электроника".
В начале 80-х еще одна крепкая нить связала Майю Булгакову с Иркутском. Она снялась в фильме "Прощание" по повести Валентина Распутина "Прощание с Матерой". Обычно Л. Шепитько приглашала для своих фильмов актеров малоизвестны. Дважды редко кто снимался у нее. А вот с Майей Булгаковой у Шепитько это произошло.
Майя Булгакова сыграла в фильме Настю, подругу старухи Дарьи. Она, как и Дарья, жива памятью о прошлом. Обычно Булгакова играла судьбы несчастливые, иногда и вовсе загубленные. А вот Настю отличает от всех других женщин "Матеры" то, что с ней рядом ее Егор. Но она как будто стыдится своего счастья. И только покинув родную деревню, похоронив Егора, Настя теряет опору и смысл жизни. Теперь она хочет одного - поскорее уйти к мужу, отыскать его в какой-то другой жизни.
В разгар съемок в автокатастрофе погибла съемочная группа во главе с режиссером. Фильм заканчивал муж Шепитько - режиссер Элем Климов. А Майя Булгакова в чем-то повторила судьбу своей героини Насти. Она была очень счастлива в жизни как женщина. Ее любили и боготворили достойные мужчины. Иногда дело доходило до поединков между соперниками. Главной любовью в ее жизни стал иностранец Петер, по-домашнему Петя. Это была сумасшедшая, мгновенная страсть, которая с годами становилась только сильнее. Ради Майи Григорьевны Петер оставил родину, бросил бизнес. Актриса была для него самой красивой и самой нужной. Ее дочерей он воспитывал как родных. А когда ушел из жизни, то Майя Григорьевна, как и Настя, не захотела без него жить. Она писала ему письма и записки, просила забрать ее к себе... 7 октября 1994 года ее просьба была исполнена. Майя Булгакова и Любовь Соколова должны были выступать перед ветеранами. Майя Григорьевна всегда обожала скорость, и водитель вел автомобиль на предельной. Машина врезалась в рекламный столб на Ярославском шоссе. Может быть, велением свыше ей был назначен такой уход из жизни - мгновенный, внезапный...
Интересно, что студенческие годы, о которых здесь шла речь, могли быть задокументированы на пленку. Вот как вспоминает свои первые киноопыты известный режиссер Марлен Хуциев, который тоже учился в те годы во ВГИКе: "Первые фильмы мы снимали с моим однокурсником и другом Феликсом Миронером, с которым жили в одной комнате. Диплом - "Градостроители", потом "Весну на Заречной улице". Жаль, что фильм "Градостроители" не сохранился до наших дней, - он бесследно исчез в фильмотеке Одесской студии. А ведь в нем я в массовке снял всю нашу актерскую гвардию, будущих звезд: Колю Рыбникова, Руфу Нифонтову, Изольду Извицкую, Гену Юхтина... И в главных ролях - Сашу Соснина и Ию Арепину".
Действительно, жаль...
Студенческие подружки
Как вспоминают сокурсники, дружба между Маргаритой Криницыной и Изольдой Извицкой, начавшаяся на первом курсе ВГИКа, продолжалась все пять лет учебы. И оставила неизгладимый след в душе двух этих талантливых и незаурядных женщин на всю жизнь. Были в их отношениях и нелицеприятные моменты. Так, однажды в институте девчонки, среди которых была и Рита, выкрали у Изольды и обнародовали ее дневник. Эта история широко обсуждается в этой книге - о ней рассказала сама Изольда, которая в тот момент оказалась на грани самоубийства, в своих письмах к Вячеславу Короткову. Упомянула о ней и Татьяна Конюхова в своих воспоминаниях.
Родилась народная актриса Украины Маргарита Криницына, исполнительница легендарной роли Прони Прокоповны в картине "За двумя зайцами" в Новой Ляле Свердловской области, на Урале, в семье военного 7 октября 1932 года. Папа, Василий Криницын был русским, мама - то ли мадьярка, то ли арийка. Семье военных приходилось много колесить по всей стране, пока не началась война... На фронт пошли четверо - отец Маргариты и три его брата, самый младший из которых едва успел закончить школу.
Семья тогда жила в городе Кирове. Маме пришлось устроиться на военный завод. Дети остались на попечении малограмотной бабушки, которая всегда умела находить что-то веселое в многотрудной жизни. "Она была, как говорят, "смешнячка", - вспоминала позже Маргарита. - Неграмотная крестьянка, подорвавшая тяжелым трудом здоровье, она никогда не унывала, смешная была до безумия. Если приходила откуда-то, обязательно все подробно рассказывала с самыми смешными подробностями". Этот бабушкин комедийный талант и достался в наследство Маргарите. Девочке нравилось копировать взрослых, устраивать веселые розыгрыши, пародировать учителей. Поэтому неудивительно, что по окончании школы ей посоветовали идти в артистки, хотя знали, что в детстве Рита мечтала стать юристом. В то время семья жила в городе Бельцы. Оттуда Рита и приехала поступать во ВГИК.
В Москве она пробовала силы во все актерские ВУЗы - Щукинское и Щепкинское училища, Школу-студию МХАТ... Институт кинематографии был последним. Несмотря на полное отсутствие специальной подготовки, ей удалось от души насмешить комиссию, состоявшую из суровых педагогов. Криницына пела и танцевала, хотя не умела делать ни того, ни другого. И тут выяснилось, что ее зачислили не только во Всесоюзный институт кинематографии, но и в Щукинское училище, одно из лучших театральных училищ страны. Маргарита предпочла кино, хотя потом неоднократно об этом жалела. Вот как вспоминала Криницына свои студенческие годы: "Я жила в общежитии на Яузе, под Москвой. На занятия мы ездили электричкой. Правда, на первом курсе во ВГИКе еще не было своего общежития, поэтому нам снимали хаты в пригороде. В малюсенькой комнатке нас жило шесть девушек! Мебели - почти никакой. Железные кровати да тумбочки. Студенткам ВГИКа не разрешали краситься, только пудриться. Сколько натуральных красавиц училось в то время во ВГИКе: Алла Ларионова, Нина Гребешкова, Руфа Нифонтова... Из парней ошеломляющим обаянием выделялся Николай Рыбников. Когда в мастерской Герасимова и Макаровой на дипломном спектакле "Петр I" нехватило актеров, меня пригласили на роль боярыни Буйносовой. Герасимов обращался со студентами очень тактично. Они с Макаровой на всех репетициях сидели рядышком. Помню, она все говорила мужу низким, грудным голосом: "Сереженька, держи себя в спинке, я прошу". И Герасимов сразу вытягивался в струну. Коля Рыбников играл Петра. Он был балагур и весельчак. Жил в общежитии. Помню, мы часто встречались с ним на праздновании Нового года. Девчонки обычно приезжали к мальчишкам, и начиналось веселье! Ребята пили водочку, мы - портвейн "Три семерки", потом танцевали..."
Студенческая жизнь была бедной, но очень веселой. На четвертом курсе шустрая Маргарита ловко отбила жениха, бывшего фронтовика, талантливого украинского сценариста Евгения Оноприенка (написавшего сценарий фильма "В бой идут одни старики") у своей подружки Изольды Извицкой. Изольда была отходчивой, но Евгений, видимо, оказался не ее человеком. Маргарита и Евгений были просто созданы друг для друга и прожили долгую счастливую жизнь, теперь похоронены рядом. А тогда, после окончания учебы, их распределили на работу в разные города: Женю - в Кишинев (ученик Евгения Габриловича получил распределение на Молдавскую студию кинохроники главным редактором), Риту - в Москву.
Вот как вспоминала день своего бракосочетания Маргарита Васильевна: "Свадьбу справили в ресторане "Арагви", в зале на втором этаже. Всем курсом сбросились и пошли отмечать. Кстати, я-то мужа своего, Евгения, отбила у Изольды Извицкой. Правда, она на меня за это не обиделась. Потом на свадьбе была моей дружкой. Помню, подарок был всего один - духи "Сказка". Все остальное потратили на еду. Да и надеть-то мне было нечего. Платье из легкой кремовой шерсти мне подарила жена троюродного брата. Правда, еще когда я только приехала поступать во ВГИК. Она увидела меня в страшных драных полуботинках, с косичками, завернутыми в бублички, и только руками взмахнула. "На, - говорит, - хоть платье пристойное надень". Это платьице, сшитое колокольчиком, я и носила до последнего курса. В нем и на свадьбу пошла. Женя тоже неважно был одет. Помню, мы шли расписываться, я ждала его возле метро. И тут появляется он, в сером костюме, зеленой шляпе и широченном зеленом галстуке. Я аж присела, думаю: "Боже, кто это?" Вот так и началась наша совместная жизнь..."
Редкий комедийный талант Криницыной давал надежду на яркие перспективы. Рассказывают, что московские режиссеры имели списки актеров, которые могли играть "острохарактерные" роли. Фамилии мужчин занимали два листа, женщин - полстраницы: Фаина Раневская, Тамара Носова, Людмила Гурченко, Надежда Румянцева, Нонна Мордюкова, Нонна Копержинская... и Маргарита Криницына. Для актрисы такого уровня, безусловно, могли бы найтись роли и в картинах, которые тогда часто снимали на "Мосфильме" и на киностудии имени М. Горького... И для этого лучше было оставаться в кинематографической столице. Маргариту Криницыну брали в Театр-студию киноактера, устроили просмотр в Вахтанговский, приглашали в театр Моссовета. Самой же актрисе очень хотелось работать в "Современнике". Позже она не раз корила себя за то, что не подошла к Олегу Ефремову. В 1955-м Рита репетировала с ним сцену в комедии Бориса Барнета "Ляна" - молодые актеры играли пылких влюбленных.
"А я, после окончания в 1955 году, получила распределение в Московский театр киноактера, - вспоминала Маргарита Васильевна. - Вот такая была у нас семья на колесах, муж ко мне приезжал, переписывались. Потом он получил направление в Киев, а я сказала, что не поеду. Тут у меня в театре разворачивались интересные события: я репетировала с Гариным, и все-таки Москва. Но как-то Женя пригласил меня в Киев, показал город. "Ты читала Гоголя, вот этот Днепр, посмотри, какая роскошная река!" И я действительно как посмотрела с этой горы на такую красоту, замерла просто. Боже, какой красивый город! Кстати, переехать в Киев ему помогла знаменитая тогда актриса советского кино Изольда Извицкая, с которой мы были дружны еще со студенческих лет. Вот так все и произошло, я осталась, первые годы все рвалась в Москву, а потом уже и привыкла, и с 1959 года мы постоянно жили в Киеве. Муж мне говорил: "Не волнуйся, в Киеве откроется такой же Театр киноактера, будет работа". Но он открылся, кажется, лет через двадцать пять, открылся, поработали два года, и он, как говорит моя дочь, "щез"..."
Так закончились нескольких лет переписки и редких встреч. Она переехала в Киев, в который тоже влюбилась, и осталась в нем жить навсегда. К моменту переезда в Киев за спиной Маргариты уже были роли в кино. Она снялась в "Добром утре" (1955) с Львом Дуровым, тогда еще студентом. Пробовалась на главную роль в фильме Василия Ордынского "Секрет красоты", но не получила ее: не пришла на репетицию, потому что о ней не знала - ей не успели сообщить. Была снята с роли и стала считать себя невезучей. Несколько раз Риту в картины рекомендовал сам Пырьев. Оказывается, он был на ее дипломном спектакле, после чего сказал: "Немедленно пробовать ее на Дездемону!" А Криницына считала себя страшненькой и долго бегала по ВГИКу и кричала: "Ну какая я Дездемона? Посмотрите на меня!" Вот позже Коробочку из "Мертвых душ" сыграла отлично. Вообще с семнадцати лет старушки были ее коньком.
Потом режиссер Чулюкин, знавший ее со ВГИКа, хотел снять Маргариту в своей картине "Девчата", в роли Нади, которая потом досталась Инне Макаровой. Но Госкино "запороло" эту идею - Криницына тогда уже работала в Киеве, а в Москве старались брать актрис из Театра киноактера. Чулюкин сам тогда позвонил Маргарите, чтобы извиниться: "Риточка, я очень бился за тебя. Но ничего не получилось..."
В Киеве Криницына пришла работать на киностудию Довженко. Сначала были работы в малоизвестных фильмах, но уже первая ее большая роль стала самой главной и по-настоящему звездной в ее судьбе.
Причем попала молодая актриса на пробы фильма "За двумя зайцами" совершенно случайно - шла по студии Довженко и вдруг встретила режиссера Виктора Иванова: "Рита, ты куда? Пойдем со мной, нужно подыграть на пробах". В тот раз перед камерой оказались актеры Яковченко и Кушниренко, сыгравшие впоследствии родителей Прони. Это была та самая сцена, в которой героиня переодевает их перед приходом Голохвастова: "Папа, одягнить галстука! А вы, мама, снимайте этот мещанский платок, и одягайте чепчика!" Гримироваться Криницына не стала - просто надела платье и пристегнула к волосам хвост-шиньон. Так как она себя не рассматривала как исполнительницу главной роли, абсолютно не волновалась и в кадре смотрелась органично и естественно, а главное, очень смешно - съемочная группа просто покатывалась со смеху. Ее героиня, победила всех, прежде всего, своей естественностью - совершенно без грима, в простом платье, на фоне других актрис, клеивших себе огромные носы и брови. А ведь на роль Прони Прокоповны претенденток было немало - на пробы приезжали актрисы со всего Советского Союза, в том числе и однокурсница Риты Майя Булгакова (это Криницина посоветовала ей поехать в Киев пробоваться на роль).
Сама Криницына, возможно, в глубине души и мечтала об этой роли, но запрещала себе даже думать о ней. Во-первых, не верила, что ей могут доверить такую заметную роль. А во-вторых, хоть пьесу она и знала (ее играли во ВГИКе), была уверена: украинскую классику должна играть украинская актриса, а не сибирячка из Москвы. И все же фортуна была на ее стороне. По иронии судьбы, накануне проб Маргарита сломала себе передний зуб, щелкая орехи. Эта улыбка оказалась как нельзя кстати для образа Прони Прокоповны. Что и говорить, эта роль стала этапной в послужном списке актрисы и принесла ей настоящую популярность.
Премьера картины "За двумя зайцами" состоялась в Дарницком клубе железнодорожников. Никакой особой шумихи вокруг выхода очередной комедии не предвиделось. Однако успех был ошеломляющим. Пожалуй, больше всех в тот день волновался режиссер. А Маргарита Криницына, загорелая, в белом гипюровом платье, была такой хорошенькой, что, несмотря на представление режиссера, никто не узнал в ней "кислоокую жабу" Проню. После премьеры зрители подбежали к автобусу, который увозил артистов, заглядывали внутрь через стекло и спрашивали: "А где Проня Прокоповна?"... С Олегом Борисовым у Криницыной сложились прекрасные отношения как на съемочной площадке, так и вне ее: впоследствии они долго поддерживали отношения, перезванивались. Борисов даже звал ее в Театр имени Леси Украинки, считая, что там нет острохарактерных актрис. Но Криницыну не взяли, сказав: "Мы вгиковцев не берем".
Хотя после премьеры ленты Криницына и проснулась знаменитой, ощутимого успеха в работе ей это не принесло. Были и неприятности. Вот как рассказывала об этом сама актриса: "Знаменитая я не проснулась, наоборот, удрученная. Дочка сказала: "Мам, ты такая страшная!"; муж возмущался: "Это надо было себя так изуродовать!" - и старался больше этот фильм не смотреть".
И все же Маргариту Криницыну стали приглашать сниматься на другие студии - "Мосфильм", "Беларусь-фильм", Одесскую киностудию... Однако в основном это были второстепенные роли. Несмотря на то, что у актрисы более семидесяти киноработ, среди которых "Свадьба в Малиновке", "Вий", "Бумбараш", "Рожденная революцией", "Дни Турбиных", "Одинокая женщина желает познакомиться", "Будни уголовного розыска", "Зеленый фургон", она навсегда для многих так и осталась Проней Прокоповной. Очень ярко сыграла Тобоську в комедии "Меж высоких хлебов", председательшу в "Дипломатах поневоле". С последней ролью вышла забавная история - в Госкино Украины пришло письмо от группы деятелей культуры, в котором говорилось, что актриса не отвечает украинским идеалам женской красоты, - "не вродлива!". С утверждением на роль помог лишь министр кинематографии Большаков. Сама Маргарита Криницына считала, что так получилось потому, что режиссеры стали воспринимать ее исключительно комедийной актрисой, а она всю жизнь мечтала о драматических ролях.
Несмотря на отдельные успехи, в целом карьера у актрисы не складывалась. "Приклеив ярлык "комедийной актрисы", мне будто вынесли приговор", - вспоминала Криницына. Ее не приглашали на роли драматические, но много лет не давали и комедийных. После того, как ее в очередной раз не утвердили на главную роль - в данном случае в фильме "За твою судьбу", сценарий которого написал специально для Криницыной ее муж Евгений Оноприенко, она решила покончить с собой - попыталась отравиться ацетоном. Спасла случайность - домой раньше времени пришел муж. Спасли ее чудом. Одной из лучших театральных работ актрисы стал спектакль "Женщина с цветком и окнами на север" в Театре-студии киноактера в Киеве. Роль Аэлиты имела огромный успех у зрителей, о ней много писали критики. Но даже после этого новых ролей на сцене не последовало, и Маргарита Васильевна ушла из театра.
Жили супруги Оноприенко-Криницына на окраине. Сначала возле киностудии им. А. Довженко. В те годы это была окраина, дальше - пустырь. Гораздо позже тут все застроили и появилось здание комбината "Пресса Украины". Тринадцатиметровая комната в коммуналке. Длинная, как пенал. Это был дом киношников, многие из них тоже учились во ВГИКе. Соседями Криницыной и Оноприенко были Вадим Ильенко, Анатолий Буковский, Сурен Шахназян, Сергей Параджанов. Здесь родилась дочь Криницыной - Аленка. Потом им дали комнату побольше.
Криницына вспоминала о муже: "Женя был несколько резковат по характеру... Когда к кому-то ревновал, становился прямо как тигр. Отелло с ним не сравнится. В гневе выбрасывал вещи с пятого этажа - за окно летели шуба, сапоги, платья. Правда, потом ходил и сам все собирал. Но я очень терпеливая - меня можно было обижать, но я держалась и тихо сидела. Часто у нас возникали конфликты на бытовой почве. Бывало, Женя и выпивал. Он же фронтовик..."
Дочь актрисы Алена Сурина, как и отец, стала киносценаристкой ("Цветы от победителей", "Спартак и Калашников"), больше двадцати лет она живет и работает в Москве. Окончила киноведческий факультет ВГИКа, работала помощником ассистента на студии. Там и познакомилась с режиссером Александром Суриным, который тогда снимал "Возвращение с орбиты". Вышла замуж и переехала в Москву. В картинах дочери "Мы веселы, счастливы, талантливы" и "Тысяча долларов в одну сторону" снималась и Маргарита Васильевна.
Последние годы о Маргарите Криницыной вспоминали редко. Финальный прилив славы пришелся на конец 90-х, когда героям фильма "За двумя зайцами" поставили памятник на Андреевском спуске, возле Андреевской церкви. Памятник Проне Прокоповне и Свириду Голохвастову будто стоял там всегда - так органично он вписался в экстерьер старой киевской улицы. Маргарита присутствовала на открытии и даже сказала речь на "проньском" суржике. С тех пор все помнили только о ее героине Проне Прокоповне, но не об актрисе, которая сыграла эту роль. Бронзовая Проня Прокоповна в шляпке и кружевах рядом с Голохвастовым. У этого милого памятника принято фотографироваться молодоженам, вокруг него всегда много цветов...
А тем временем, похоронив мужа, сама актриса несколько лет тяжело болела. Перенесла два инсульта, несколько операций. Говорят, остро нуждалась в деньгах на лечение. На людях в последний раз она появилась за год до смерти, в малаховской передаче "Большая стирка". Ее в прямом смысле слова вынесли на сцену - с палкой, на которую опиралась Криницына, но зато она была в бриллиантовом колье, подаренном ей новой Проней Прокоповной, из мюзикла - Аллой Пугачевой. "Я мечтала умереть Офелией, а мне все предлагали Коробочку из "Мертвых душ", - вспоминала актриса. - Грезила театром, но снималась лишь в киношных эпизодах: слишком характерный типаж. Долго была обойдена званиями и наградами. Даже на роль председательницы колхоза меня когда-то не утвердили по причине "невродливости" (некрасивости)..."
Криницына - народная артистка Украины, лауреат Государственной премии Украины имени А. Довженко - за роль Прони Прокоповны в художественном фильме "За двумя зайцами", кавалер ордена княгини Ольги III степени за весомый личный вклад в развитие национального киноискусства, творческие достижения и высокий профессионализм. Маргарита Криницына скончалась на 74-м году жизни, 10 октября 2005 года в Киеве. Похоронена на Байковом кладбище.
Эта актриса не нуждается в представлении. Ее жизнерадостно-задорные героини уже несколько десятилетий любимы зрителями разных поколений и не сходят с телеэкрана. Родилась актриса в Ташкенте. Отец был военным, и семья много путешествовала. Ее родители - выходцы из Украины оказались в Узбекистане волей случая. Школу Конюхова заканчивала уже в Латвии, в Лиепае, откуда и поехала поступать во ВГИК. Постоянные переезды не могли не сказаться на характере непоседливой и впечатлительной Тани. Да и целеустремленность свою она, наверное, унаследовала от мамы, которая отличалась настоящим украинским темпераментом. Как вспоминает актриса, она была необыкновенно веселым и компанейским человеком, отец - полной ее противоположностью - суровым и замкнутым. От него дочери достались честолюбие и целеустремленность, желание к полной самостоятельности, проявляющейся у Тани с раннего детства.
В жизни любой звезды бывает своя предыстория, когда обстоятельства или способствуют началу карьеры, или же совсем наоборот, все тому сопротивляется, порой даже собственные родители.
Вот как вспоминает актриса свое поступление во ВГИК: "Отец, узнав о решении дочери ехать в Москву, погладил ее по голове и сказал: "Не поступишь, вернешься домой, устрою тебя бухгалтером". Мама же, схватив дочь за косы, подтащила к зеркалу: "На кого ты похожа, артистки - они же красавицы. Посмотри, какая Люсенька, так она называла Целиковскую, а Бабанова, а Орлова!" Но в дочери взыграл ее знак зодиака Скорпион, и она отправилась в Москву. Конкурс был сумасшедший - на 15 мест 800 абитуриентов. Но фортуне было угодно, чтобы ее приняли в мастерскую народного артиста СССР Василия Васильевича Ванина.
Человек невероятно свободолюбивый, чему подтверждением вся ее последующая жизнь, - Конюхова всегда делала то, что ей по душе. Обида на родителей, не поверивших в ее силы, лишь подхлестнула Татьяну. И, конечно же, она оказалась на приемных экзаменах во ВГИКе. "Когда прозвучала моя фамилия, - вспоминает Конюхова, - я, трепеща, на негнущихся дрожащих ногах, вышла на середину комнаты... Меня попросили - я пролепетала. По-моему басню. Василий Васильевич Ванин посмотрел на меня как-то странно и проговорил: "Садись, детка, садись"... Потом я узнала, что другой член приемной комиссии Ольга Ивановна Пыжова сказала: "Да ну... Какая-то она невыразительная что ли, серенько так..." А Василий Васильевич ей возразил: "Ничего, она еще ребенок (мне было тогда 17 лет). Она еще подрастет!" И принял меня в свою мастерскую. Когда я обнаружила свою "лошадиную" фамилию в списке поступивших, тут же рванула на центральный телеграф, настрочила там чего-то, разбрызгивая чернила. А когда увидела смеющееся лицо принимающей телеграммы девушки, поймала себя на мысли: "Чего это она? Что смешного нашла?". Выскочив на улицу, не шла, а летела, а в душе все пело: "Ура! Я - артистка!"
Помните, как в картине Владимира Меньшова "Москва слезам не верит" Татьяна Георгиевна появляется на экране. Поклонники визжат от восторга, а героиня Муравьевой шепчет в экстазе: "Конюхова, обожаю!" Ничего удивительного. Ее имя поклонниками произносилось с обожанием, а фотографиями любимой актрисы были обклеены кабины грузовиков, шкафчики заводских раздевалок и комнаты миллионов советских людей. Ее любили, на нее старались быть похожими девчонки всего Советского Союза. Не случайно, воссоздавая эпоху конца пятидесятых, авторы фильма "Москва слезам не верит" вкладывают в уста своей героини этот восхищенный возглас. Словно вспомнив вдруг о старых добрых лентах, по телеэкранам наперебой, снова шествуют картины с ее участием: "Запасной игрок", "Разные судьбы", "Карьера Димы Горина", "Судьба Марины". И мы с нескрываемым удовольствием вновь и вновь следим за перипетиями судеб ее героинь.
Первую свою роль Конюхова сыграла в фильме "Майская ночь, или Утопленница". Не без гордости актриса вспоминает, что на роль Ганны пробовались десятки известных актрис, а Александр Роу выбрал именно ее. После съемок Конюхова совершила поступок, о котором не любит вспоминать, - пошла на прием к ректору и уговорила дать ей академический отпуск. И целый год потом занималась самокопанием, стараясь разобраться в себе, решить, как жить дальше. Ей казалось, что у нее не хватает таланта быть актрисой. А через год Конюхова вернулась, но уже к другим мастерам: Ванин к тому времени умер. Ее новыми наставниками стали Ольга Ивановна Пыжова и профессор Борис Бибиков. Учась в институте, молоденькая студентка с успехом продолжала сниматься в кино и к моменту окончания ВГИКа сыграла четыре главных роли (всего на счету Татьяны Конюховой более 60 картин). Повезло ей и с дипломной работой: Екатерину в фильме "Доброе утро" режиссера А. Фролова (1955) посчитали удачной. Она принесла актрисе и некоторую популярность - Конюхову стали узнавать на улице. Снималась в нем она с Изольдой Извицкой - сокурсницы играли закадычных подружек. После этого Конюховой долгое время предлагали одноплановых героинь: мужественных комсомолок с сильным характером...
Вся дальнейшая творческая жизнь Татьяны Конюховой красноречиво доказывает принципиальность актрисы, хотя актриса много и удачно снималась. Ее актерская биография не окончена и сегодня - она - частый участник всевозможных фестивалей, желанный гость многочисленных встреч со зрителями, передает свое мастерство студентам...
Вспоминает Татьяна Георгиевна Конюхова:
Самое счастливое лето
Из письма:
В Дзержинском краеведческом музее есть экспозиция, являющаяся уникальной не только для своего города, но и для всей страны. Она посвящена двум талантливейшим людям, землякам - актрисе кино Изольде Извицкой и кинооператору Вячеславу Короткову.
Изольда и Вячеслав встретились летом 1951 года, приехав в родной город Дзержинск на каникулы. Она была студенткой ВГИКа, он - Ленинградского института киноинженеров. Их детство и юность прошли в этом городе. Изольда училась в школе No 2, была активной пионервожатой, занималась в драматическом кружке Дворца пионеров. До сих пор сохранились в памяти друзей впечатления о том, как она великолепно читала на школьной сцене стихи. Изольда росла девочкой живой, отзывчивой, непосредственной. Уже в школьные годы у нее были поклонники, которые провожали ее до дома и часами простаивали, карауля предмет своего обожания.
Вячеслав вырос в своем доме на улице Октябрьской. Учился в Дзержинском химическом техникуме им. Красной Армии, занимался фотографией, был общительным и открытым, веселым и мечтательным парнем. По словам его сестры Галины Евграфовны, он стремился к идеалу в отношениях. Встреча молодых людей подарила им чувство искренней дружбы и привязанности. Они проводили вместе немало времени - бродили по лугам, купались и загорали на Оке... Потом Изольда ездила в Ленинград в гости к своему Славке. Там они гуляли по великому городу, ходили в музеи и на концерты, много фотографировались. Вот как вспоминала те дни школьная подруга Извицкой Нина Зимина:
Недолгой была эта любовь, навсегда оставившая кровоточащий след в сердцах влюбленных. Вячеслав Евграфович Коротков, окончив Ленинградский институт кноинженеров и получив специальность киноинженера-механика, был направлен в Свердловск, но вскоре все же вернулся в город на Неве и работал кинооператором на "Ленфильме". С его участием были сняты более 30 документальных и игровых фильмов, среди которых: "Поднятая целина", "Полосатый рейс", "В окопах Сталинграда", "Даурия", так полюбившиеся зрителям. Когда он решил стать репортером-документалистом, чтобы поехать за границу и самому снимать и делать репортажи, Вячеслав закончил еще и факультет журналистики Ленинградского университета. Казалось, что любовь и киноискусство свяжут их навсегда. Какой бы мог получиться прекрасный творческий альянс - актриса и оператор. Многие только мечтают об этом. Можно трудиться, не расставаясь - она играет, он ее снимает...
Однако все сложилось иначе, не так, как мечталось в юности. Отчего разошлись их пути-дороги и не состоялась совместная судьба... Сыграли ли здесь роль расстояние или разность взглядов на жизнь, мы уже не узнаем. Новые встречи и друзья захватили Изольду. Она, видимо, первой решила прервать эти отношения. Поэтому и возвратила письма, все до единого, вместе с фотографиями, своему недавнему адресату...
Недолгая, всего два года, но трепетная и чистая любовь в начале их творческого становления, пронизанная беседами о планах в киноискусстве, месте человека в жизни, о соответствии творческих и духовных идеалов, о том, каким должен быть настоящий человек, конечно же, не прошла бесследно для каждого из них. Вячеслав Коротков так никогда и не женился, не смог забыть свою любовь. Избранником Изольды стал другой. В ноябре 1954 года она выскочила замуж за актера Эдуарда Бредуна, встретив его на съемках "Первого эшелона". Тем самым, как оказалось, поставив крест на всей своей дальнейшей судьбе. Любовь, построенная на несчастье другого, не могла принести счастья.
Годы разлуки с любимой Коротков сильно переживал и страдал за Изольду, зная, какая судьба ей досталась. Чем не современная история о Тристане и Изольде... Она умерла в 38 лет, прожив недолгую, полную страданий жизнь, покинутая почти всеми друзьями и мужем, от сердечной недостаточности и истощения, оставшись совсем одна в своей маленькой квартирке.
Жизнь Вячеслава оборвалась в 1973 году, и тоже в Москве, куда он приехал на съемки своего очередного документального фильма. Всю жизнь он не упускал из виду ту, что так внезапно ворвалась в его жизнь и так вероломно его оставила. Он знал о ней все. И хранил, как зеницу ока, самое бесценное свое сокровище - ее и свои письма и фотографии. Пересматривал ли он их, подписанные, как открытки, сиюминутными мыслями и душевными порывами... На них его Изка такая, какой ее знал только он, - грустная и задорная, задумчивая и нарочито-укоризненная...
Зная, как сложилась ее жизнь, он не мог не страдать, но и предложить свою помощь тоже не мог - она не просила. Если бы Изольда только позвала, он, без промедления бросил бы все и примчался, разогнал бы тучи над ее головой. Но она так и не позвала... Жизнь Вячеслава текла, как бы сама собой. Интересная творческая работа, о которой он мечтал: захватывающие поездки и съемки порой в самых экстремальных условиях. Вячеслав словно пытался доказать ей и себе, что он лучше и, если понадобится, сможет в любую минуту подставить свое сильное, надежное плечо.
А тот, кому солнечная красавица подарила свою любовь и жизнь, в это время беспробудно пил, упрекая опостылевшую своей постоянной нежностью и всепрощением жену, что мало снимается, мало несет денег в дом, убеждая ее в никчемности, чтобы хоть как-то на "усредненном" им же фоне выглядеть значимее, талантливее, неотразимее... А потом, когда вконец измученная пьянками, к которым приучил ее муж, и побоями жена вконец опустилась и потеряла веру в себя, Бредун ее оставил и ушел к другой - респектабельной, всеугождающей, без конца обожающей его "малышке". И пожил еще в свое полное удовольствие, продолжая безалаберную жизнь, прекрасно зная, что Изольда умерла из-за него, лишившись последней и единственной опоры под ногами... А Вячеслав Коротков, не в силах оставаться равнодушным, пережил любимую всего на два года. Он умер от опухоли мозга. Такова была цена его молчания и добровольной участи в тени ее жизни, бесспорное доказательство его верности и любви.
Дзержинцы очень трепетно относятся к своим прославленным землякам. "Любовь и кино" - так назвали они экспозицию. Здесь, на единственной фотографии, влюбленные снова вместе - сидят на скамеечке, такие счастливые и молодые... А на их детских и юношеских фотографиях они с улыбкой смотрят на друг друга. Кадры из фильмов, над которыми они работали, личные вещи и автографы - на фотоснимках, на листках бумаги, на кусочке бересты - признания и свидетельства этой недолгой и искренней любви, которой суждено было все пережить.
В музее считают, что их переписка продолжалась два с половиной года - в 1951-м Изольда и Вячеслав познакомились, в 1952-м начали признаваться друг другу в любви, а в 1953-м расстались. Удивляет тот факт, что, рассказывая о любимой актрисе, земляки стараются избегать упоминания о Бредуне, объясняя это тем, что краеведческому музею интереснее представить малоизученный пласт биографии Изольды Извицкой - ее отношения с их земляком Вячеславом Коротковым.
Говорят, Изольда стала заложницей своего характера - порывиста и принципиальна, обладала большой деятельной энергией. Шалунья и озорница. Чего стоит хотя бы такая ее фраза, оброненная в одном из писем: "А если ты меня забудешь, то я найду тебя и дам тебе в ухо. Ясно?" Ей была свойственная "хулиганская" форма проявления нежности, которую она порой выражала столь неожиданно. Самокритичность и самоироничность не помогли Извицкой вовремя понять свою неправоту и защититься от чуждого ей человека.
Вячеслав по характеру был умницей и прирожденным интеллигентом. Влюбленным не суждено было быть вместе. Он заканчивал институт в Ленинграде. Потом его ждала практика на киностудии. А Изольда только начинала учебу во ВГИКе, в 1953-м ее ждали первые съемки на "Мосфильме". Когда же у него появилась реальная возможность перебраться к ней в Москву, их отношения оборвались. Грустно признать, но это чувство с самого начала было обречено. И сами ребята это знали. Потому так пронзительно звучат их письма! В них - обреченность, невозможность счастливого соединения - слишком принципиальны были сами молодые люди. Юношеский максимализм порой толкал к творческой гонке, чтобы как можно больше доказать друг другу, не зря прожить свою жизнь. В своих письмах они, как герои того же "Сорок первого", оказались словно на необитаемом острове. Вырвавшиеся на короткий срок и забывшие обо всем, но подсознательно осознающие, что скоро на их идеалистический мир обрушатся "вихри враждебные". Водоворот событий унесет их друг от друга, подальше от этого острова счастья и мечты. И им уже не суждено будет быть вместе, даже встретиться хотя бы на миг. Другая жизнь, заботы и обязательства захлестнут их, возьмут в полон и навсегда подчинят своей фаталистической, роковой власти...
Коротков так и не нашел свой идеал. Единственная, близкая ему женщина предала, не захотев понять и простить. Он отпустил ее, навсегда разочаровавшись в представительницах прекрасного пола. В экспозиции музея представлено больше всего его вещей - они сохранились в бережных руках его сестры. И все же саму переписку, насчитывающую более 100 писем, Галина Евграфовна пока никому не отдает. Даже в музее на время выставлена лишь малая ее часть. Хозяйка не может с ней расстаться - это все, что осталось от ее Славы, в этих письмах бьется его сердце. На долгие годы старинный кованый сундучок стал надежным сейфом, хранившим романтическую переписку. Сестра не решалась его отпереть. И сделала это только по настоятельной просьбе работников музея.
Из воспоминаний Галины Евграфовны, сестры Короткова:
Письма Изольды Извицкой и Вячеслава Короткова
Первые роли, первые разочарования
Сниматься в кино Извицкая начала за год до окончания института - в 1954 году, правда, пока только в эпизодах: в приключенческой ленте "Богатырь" идет в Марто", в оптимистической драме "Тревожная молодость". В них Извицкой ничего играть и не пришлось, но само участие в этих съемках прибавило юной дебютантке уверенности в себе. Первой заметной работой стало ее участие в мелодраме "Первый эшелон".
Он стал третьим фильмом с участием Изольды Извицкой и судьбоносным, задавшим тон всей ее дальнейшей творческой карьере. После роли трактористки и секретаря комсомольской организации Ани Залогиной Извицкая, с легкой руки режиссера Михаила Калатозова и оператора Сергея Урусевского, получила свою звездную роль - Марютку в "Сорок первом". Здесь же, в "Первом эшелоне", она встретила и своего будущего мужа актера Эдуарда Бредуна. Вот как предстают первые месяцы ее брака в ее письме школьной подруге Зорине Кормилицыной, написанном 12 декабря 1954 года: "Извицкая - идиотка. Вышла замуж. Да-да. Это реальное дело. Факт в паспорте. Но ты не огорчайся, мой котенок. Она, эта дрянная девчонка, которая называется актрисой, все такой же баламут и ничего не понимает в жизни. Она каждый день ссорится с мужем по поводу: кто глава семейства. Так еще и не выяснили. А расписались мы с ним 26 ноября. Да будет увит хоть один день розами и лианами. Короче, он актер. Снимается со мной в "Целине" (рабочее название "Первого эшелона". - Авт.).
Конечно, размолвки случаются в любой семье, особенно в молодой, пока не стерлись острые углы во взаимоотношениях молодоженов, но в данном случае, как показало будущее, первым разочарованиям суждено будет перерасти в годы устоявшихся несчастий и бед...
"Первый эшелон" стал творческим трамплином не только для Извицкой. Он открыл миру целую плеяду молодых актеров, впоследствии ставших цветом российской кинематографии и театра: Олега Ефремова, Татьяну Доронину, Нину Дорошину, Эльзу Леждей... Снятый прекрасными операторами Юрием Екельчиком и Сергеем Урусевским по сценарию Николая Погодина, проиллюстрированный гениальной музыкой Дмитрия Шостаковича, фильм рассказал о подвиге молодых целинников, борющихся со стихией и непогодой казахстанских степей. Это была актуальная тогда история, в духе своего времени. К сожалению, ныне данная мелодрама - редкий гость телеэкрана. А жаль. Кроме удовольствия увидеть целый ряд любимых актеров совсем юного возраста, он знакомит нас с искренним энтузиазмом того времени. Наивность поступков патриотически настроенных героев компенсируется их искренностью.
Вот как вспоминает свою работу и встречу с Изольдой Нина Дорошина, сыгравшая в картине одну из своих первых заметных ролей.
Нина Агапова, актриса, снималась с Изольдой Извицкой в картинах: "Доброе утро", "К черному морю", "Цепная реакция".
Агапову знают все. Она немало снималась на своем веку. Играла разноплановые, а то и острохарактерные роли. Режиссеры, зная, что актрисе по плечу "вытянуть" любую сцену, зачастую доверяли ей совсем небольшие, а то и крохотные ролишки, зная, что она сделает их незабываемыми. Кто не помнит ее смотрительницу музея в рязановских "Стариках-разбойниках", певичку варьете в гайдаевских "12 стульях", распевающую на французском "Шумел камыш, деревья гнулись", а в кеосаяноской "Короне российской империи" богатую иностранку с попугаем, задающую нелепые вопросы...
Вот какой актриса вспоминает Извицкую.
Анатолий Кузнецов, партнер Изольды Извицкой по фильму "К Черному морю".
Жена Анатолия Кузнецова Александра Ляпидевская, режиссер документального кино.
Замужество - счастье или беда
Что и говорить, это была весьма странная пара. О ней немало сказано на страницах этой книги - в воспоминаниях Татьяны Конюховой, Лидии Степановой, Нины Дробышевой, Кирилла Столярова, Тамары Семиной... Это помогает нарисовать портрет этих непростых взаимоотношений. У каждого он будет свой...
Я же старалась сделать его как можно объемнее, реалистичнее. Не знаю, насколько мне это удалось. Так не хотелось голословно обвинять в чем-то ни Извицкую, ни Бредуна. Минуло немало лет со времен трагедии вокруг их имен. Не нам судить... Единственно, в чем хотелось бы извиниться перед теми, кто всем сердцем, как и я, любит удивительную актрису Изольду Извицкую, это в том, что, возможно, в какие-то моменты я теряла объективность. Произошло это вовсе не потому, что мне хотелось обнародовать скандальные страницы ее несчастной жизни. Каюсь, если оставила в книжке, не затушировав, какие-то острые штрихи ее биографии. Перед временем все правы. Надеюсь, никто не в обиде. Открывая завесу над тайной Изольды Извицкой, я старалась, как могла, балансировать на зыбкой грани прошлого и настоящего, не навешивая ярлыков свидетелям тех далеких событий.
Хочется, чтобы те, кто делился со мной своими воспоминаниями об Изольде, отдавая частичку своей души и любви, не судили строго - я не могла обойтись без определенных нелицеприятных подробностей этой достаточно скандальной и противоречивой жизни. Не ставя своей целью раскопать ту или иную сенсацию, а их встречалось немало, я старалась обойти какие-то особо тяжелые моменты жизни Изольды. Но, как говорится, из песни слова не выкинешь...
Конечно, хотелось, чтобы книга была как можно светлее, как и сама Изольда. Именно поэтому так много места отдано неизвестной переписке студентки Изольды Извицкой со своим земляком, оператором Вячеславом Коротковым. Как так вышло, что эта любовь не имела продолжения, уже не понять. Жаль, что она связала свою жизнь не с тем. Из переписки видно, насколько чисты помыслами и духовно близки эти два удивительно светлых человека. Ее жизнь прошла рядом с другим - достаточно приземленным и завистливым грубияном, уж прости меня, Изольда, каким мне представляется Бредун...
Два человека - одна судьба... Сколько знавших их, столько и мнений...
Вот как описала сама Извицкая своего избранника, явившегося ей в пророческом сне за несколько лет до того, как она его встретила: "...А я все о тебе думаю, живу только тобой. Мне даже вчера сон дурацкий приснился, но как только я проснулась и посмотрела на тумбочку, где стоит твой портрет, у меня все дурное пропало, опять появились светлые мысли. А сон очень дурацкий: как будто ты пригласил меня в кино на какой-то фильм в клуб около нашего института, а сам опоздал, да пришел не ты, а какой-то противный широкий такой парень. Я как посмотрела и говорю, что это "не ты", и парень ушел... Он был очень мне неприятен... Как я расстроилась, проснулась с головной болью. Там, во сне, было что-то еще, но я уже не помню...". Если бы позже, при первой встрече с ним она послушала свое сердце и вспомнила тот "дурацкий сон", может, все бы и обошлось...
В ноябре 1954 году Изольда Извицкая выходит замуж за актера Эдуарда Бредуна, известного по фильмам "Первый эшелон", "Разные судьбы", "Дело Пестрых", "Казаки", "Любовью надо дорожить", "Коллеги" и другим. Школьные подруги говорили, что Бредун в период ухаживания за Изольдой ей как-то сказал: "Если не со мной, то не с кем". Кое-кто из друзей звездной пары утверждает, что Бредун только внешне выглядел жестким и грубоватым, на самом деле был достаточно добр. Иначе как объяснить привязанность самой Изольды к мужу.
Вот, например, что говорит об этом замужестве хорошо знавшая обоих супругов актриса Тамара Семина.
Трудно представить, чтобы внешне столь благополучный и лучезарный образ скрывал вечную боль за близких и страх перед наследованием родового душевного заболевания, преследовавшего род Извицких. Не стала ли именно эта беда отправной точкой трагедии актрисы? В этом я все больше убеждалась, беседуя с людьми, лично знавшими Извицкую. И брак с актером Эдиком Бредуном вызывал слишком много сомнений. Скорей всего он был лишь ширмой, отгораживающей ее от неумолимо надвигающегося конца...
И все же это был ее выбор, ее добровольное самопожертвование. Она не хотела кому-то принести лишнюю боль, связать любимого человека по рукам и ногам, когда с ней случится непоправимое... За ней ухаживало много известных, красивейших и респектабельнейших мужчин. И никому из них она так и не отдала свое сердце. Многих удивляла эта странная семейная пара - Извицкая - Бредун. Кому-то она казалась вполне удачной - несдержанный, порой несколько агрессивный и мрачноватый, а то и озлобленный на весь мир Бредун и солнечная, открытая, не допускающая никаких закулисных интриг, несколько сама в себе, сердечная Изольда. Кто-то говорит, что это была любовь, кто-то сетует на слишком грубое отношение Бредуна к своей жене, на его явное манипулирование ею.
Конечно, она не могла не знать, не чувствовать этого. Многие считают его главной причиной беды. Но для всех так и осталось загадкой - что же удерживало эту пару вместе. Скорее всего - наследственная душевная болезнь Изольды. По той же причине у них не могло быть и детей. Вряд ли стоило обманывать себя, что роковой недуг, поразивший прабабушку, мать и брата актрисы, пощадит и ее будущего малыша. Отказ от малыша был неким "спасением" и особой болью. Зато не нужно было бояться за близкое, незащищенное существо, за то, что оно может когда-нибудь разделить участь матери и ее близких. Говорят, что в этом вопросе Бредун держал свою позицию, не раз говоря жене, что не желает "плодить нищету", опираясь и на бытовую неустроенность, и на скромное денежное прожитье известных артистов, чья слава была в прошлом.
Боялась и сама Изольда наследственной душевной болезни, которая стала одолевать ее брата Женю. Пыталась изо всех сил помочь ему - привезла в Москву, определила в столичную больницу. Бредуну все это не нравилось... Доставать лекарства помогала семья Патоличевых. Лечение кое в чем пошло на пользу. Но психическое состояние нормализовать не удалось. Извицкой пытались оказать содействие друзья-актеры - а дружила она с Аллой Ларионовой, Татьяной Конюховой, Николаем Рыбниковым, Нонной Мордюковой. С семьей Стриженовых Извицкая и Бредун жили на одной лестничной площадке.
Творческая судьба самого Бредуна так и не сложилась. При его таланте и достаточно ярких внешних данных, актеру так и не нашлось достойных экранных ролей. Как-то довольно быстро от героев-любовников и героических парней Бредун перешел в разряд негодяев и алкоголиков.
Вот что вспоминает лучшая московская подруга Извицкой Лидия Степанова.
Трагизм ситуации усугубляло и то, что актриса не родила ребенка. Возможно, если бы это случилось, Извицкая была бы более счастлива. Кто-то из друзей считал, что она просто не хотела рожать от Бредуна. Вряд ли. Она его все-таки любила. Просто те, кто это утверждал, не были посвящены в тайну ее трагедии. Муж был в курсе, а вероятность болезни была слишком велика. Изольда мечтала хотя бы на экране сыграть роль многодетной матери, этого требовало ее несостоявшееся материнство, но даже такому не суждено было сбыться.
И все же почти все, знающие пару, убеждены - не свяжись Изольда с Бредуном, ее судьба могла бы сложиться по-другому. У такой яркой женщины всегда было немало поклонников, вокруг Изольды всегда крутилось множество мужчин. Говорят, она и сама иногда была непрочь крутить одновременно несколько романов.
Жизнь в киносреде порой складывается непросто. Недаром в народе ходит пошлая поговорка: "Или ты - девочка, или снимаешься в кино". Ни для кого не секрет, что многие роли актрисы получают именно так. Изольда на этот счет была редким исключением. Она была чиста. Об этом говорят и ее письма. Во многом из-за этого у нее и не сложилась судьба в кинематографе. Бредун был ее первым мужчиной. И ей нравилось такое положение вещей. Известно, что когда Изольда снималась в своем первом фильме "Богатырь" идет в Марто", то чуть было не вышла замуж за актера Раднэра Муратова ("Максим Перепелица", "Джентльмены удачи"), с которым встретилась на съемочной площадке. Об этом рассказывала и мама актрисы, узнав о несостоявшемся замужестве дочери из ее писем.
Сказать откровенно, выдающимся талантом Эдуард Бредун, в отличие от своей жены Изольды Извицкой, не обладал. Тем временем Извицкая после выхода на экраны драмы "Сорок первый" стала настоящей звездой мировой величины. Про Эдуарда Бредуна стали говорить не иначе, как: "Это Эдик, муж Изольды Извицкой". И это сильно раздражало актера. Как это ни кощунственно звучит, в поведении Бредуна ясно угадывалось желание опустить жену ниже себя, отомстить ей за собственное незавидное положение в кинематографической среде.
На радость завистникам и недоброжелателям, на горе друзьям и близким, совсем молодые еще Бредун и Извицкая опускались все ниже и ниже. В конце 50-х - начале 60-х популярность Изольды Извицкой пошла на спад. Слава, едва начавшись, исчезла, и привыкнуть к этому актрисе было нелегко. У Бредуна дела были и того хуже. Сплошные эпизоды, малозначительные фильмы способствовали развитию в нем зависти к славе жены. Поэтому, когда ей требовалась надежная поддержка, найти ее в лице Бредуна она не могла. Единственное, что он смог, - научил жену заглушать обиды водкой.
А. Бернштейн рассказывал:
Все чаще Бредун уезжал в киноэкспедиции, на гастроли - с 1958 года он работал в Театре-студии киноактера, забирая с собой почти все свои вещи и даже магнитофон. Одиночество ее изматывало, и она начала пить сама.
Кинематограф 60-х уже не нуждается в героях недавно прошедшего времени - нет работы, нет ролей, нет успеха и славы. В конце концов, и денег. Все это еще усугубляется пристрастием к алкоголю. С большим трудом друзья уговаривают режиссеров дать Извицкой хоть небольшую роль. Играет она скучно, от прошлого блеска не осталось и следа. В семье навсегда поселяются нищета и разлад. Последний раз на экране Изольда Извицкая появляется в 1969 году - это маленькая, незначительная роль в мелодраме "Каждый вечер в одиннадцать".
Эдуард Бредун тоже снимается крайне редко, да и то в эпизодических ролях. В первой половине 70-х Бредун снялся в нескольких комедиях Леонида Гайдая, с которым познакомился во время съемок фильма "Ветер" ("Двенадцать стульев", "Иван Васильевич меняет профессию" (спекулянт радиотоварами), "Инкогнито из Петербурга", "Не может быть!").
В январе 1971 года он и вовсе уходит от вконец опустившейся жены к ее подруге-продавщице, прихватив с собой последние вещи. Это событие окончательно сломило несчастную женщину. Изольда, закрывшись в своей квартире, неделями не показывается на улице, надеясь только на помощь друзей, которые о ней не забывали.
Вот что мне рассказала актриса Татьяна Конюхова.
Надежда Румянцева:
Вот что говорит об этом семейном союзе актриса Нина Дорошина, несколько раз встречавшаяся с Изольдой Извицкой на съемочной площадке.
А вот мнение актрисы Майи Менглет, блестяще сыгравшей одну из главных женских ролей в картине Станислава Ростоцкого "Дело было в Пенькове" и проживающей сейчас в Америке.
Наверное, мы никогда уже не узнаем, кто виноват в столь безрадостной жизни и трагической смерти Изольды Извицкой. Поэтому последуем совету Леонида Филатова, высказанному им в телепередаче "Чтобы помнили", посвященной актрисе: "Все-таки не забудем, что Эдуард Бредун был любимым Изольды Извицкой. Поэтому, если он в чем-то виноват, с него спросится на небесах. А мы поступим в отношении его памяти так, как поступала всегда сама Изольда, умудрившаяся за всю свою жизнь не сказать ни о ком ни одного дурного слова".
Кино "оттепели"
Времена, когда снимался фильм Григория Чухрая "Сорок первый", ознаменованы в жизни страны новым этапом, последовавшим после смерти И. В. Сталина. То был период больших перемен как в общественной жизни страны, так и в кинематографе - период "оттепели", восходящей своим названием к повести Ильи Эренбурга, увидевшей свет в мае 1954 года. Эпоха эта подвергла если не полной ревизии, то, во всяком случае, значительному пересмотру устоявшуюся систему политических, социальных и моральных ценностей. Началом периода "оттепели" вполне можно считать пятьдесят четвертый и с еще большим основанием пятьдесят пятый год. Год выхода фильма, 1956-й, был временем больших ожиданий. И не только потому, что это был год ХХ съезда Коммунистической партии Советского Союза. Исходя из бесспорной истины, многое из ранее намечавшегося и утверждавшегося с постоянной оглядкой на недавнее прошлое прорвалось с неумолимой, заставляющей считаться с собой силой.
С разной степенью глубины и таланта, в постоянном борении с ложными кумирами и с самим собой, новое искусство, прежде всего стараниями молодых, утверждало принципиально иной взгляд на мир, выдвигая на первый план в качестве основополагающего принципа правду, красоту обыденной жизни, высокую справедливость нормальных человеческих отношений, торжествующих над любой попыткой подчинить их догматам предписанных правил.
Кино "оттепели" не могло не приметить молодых. Выпускники ВГИКа - актеры, режиссеры, операторы, художники получили возможность активно работать. Подход к воплощению жизни на экране в корне изменился и усложнился. Если в картинах 30-40-х персонажи часто являли собой типажи с четко обозначенными социальными приметами, то кинематограф 50-60-х привнес полутона, позволяющие рисовать сложные и многогранные характеры без предвзятого деления на "черное" и "белое". У нового поколения кинематографистов из желания построить "социализм с человеческим лицом" проявилось романтическое отношение к современности.
Фильмом, положившим начало новому периоду советского кино, стало "Возвращение Василия Бортникова" (1953 г., режиссер В. Пудовкин). В этом рассказе о послевоенной деревне не было бутафорского изобилия "Кубанских казаков". Крестьян интересовали не только сельскохозяйственные достижения, но и личные проблемы и переживания. Кинематограф устремился к изображению реальной жизни и реальных характеров. Трилогия И. Хейфица "Большая семья" (1954 г.), "Дело Румянцева" (1956 г.) и "Дорогой мой человек" (1958 г.), а также "Урок жизни" (1955 г.) Ю. Райзмана, "Неоконченная повесть" (1955 г.) Ф. Эрмлера были сделаны на современном материале и затрагивали такие нравственные категории, как честность, трусость, благородство и верность.
В общем потоке "оттепельного" кино выделялся фильм "Дело Румянцева", в котором героя Алексея Баталова, молодого шофера Румянцева, обвиняют в преступлении: груз, который он перевозил, оказался краденым. И хотя поначалу все улики были против Румянцева, справедливость и вера в человеческую честность восторжествовали... Еще несколько лет назад невозможно было даже представить такой экранный сюжет. И это свидетельствовало об изменении отношения к отдельной личности и приходе новых времен.
После выхода лучших лент 1956-го стало невозможно снимать как прежде. Этот год подготовил взлет отечественного кино, положил основу его будущих поисков и побед. Вот только несколько лент этого периода: "Летят журавли" Михаила Калатозова, "Земля и люди" Станислава Ростоцкого, "Дело Румянцева" Иосифа Хейфица, "Сын" Юрия Озерова, "Разные судьбы" Леонида Лукова, "Человек родился" Василия Ордынского, "Весна на Заречной улице" Марлена Хуциева, "Это начиналось так..." Льва Кулиджанова и Якова Сегеля, "Карнавальная ночь" Эльдара Рязанова... "Сорок первый" Григория Чухрая по праву занимает в этом списке самое достойное место.
Фронтовик Чухрай, не понаслышке знающий войну, в "Сорок первом" старается избавить экран от идеологического монументализма, ложного героизма и казенного пафоса. Его картина не об общеизвестных героях гражданской - Щорсе, Чапаеве, Пархоменко или Котовском. Его кинорассказ - о рядовых участниках героических событий. В нем немало ранее недопускаемых сильнейших душевных контрастов, глубоко иррациональных поступков, таких, как последний Марюткин выстрел. Отраженный в зеркале условного прошлого человек оказался непреодолимо раздвоенным - влюбиться без памяти в того, кого еще вчера ненавидела так же яростно и страстно. Не дрогнув, взять прицел, всадить пулю точно между лопаток, а потом обнимать мертвое тело и выть: "Синеглазенький, мой..." Прежде советский фильм не мог, не имел права так закончиться...
Оттепельное кино находит в революционной теме трагический масштаб страдания и с презрением отворачивается от искупления как от недопустимого упрощения и снижения образа. И настоящий идеал здесь, у начала нового мира, - это идеал мученика, которого нельзя оторвать от его мучений, нельзя спасти.
"Сорок первый"
В середине пятидесятых годов прошлого века, на заре хрущевской оттепели, в советский кинематограф стремительно и дерзко ворвался молодой режиссер Григорий Чухрай. Его дебют, фильм "Сорок первый", стал заявкой на "большое кино". Затем последовали другие работы режиссера: "Баллада о солдате", "Чистое небо", ставшие не только настоящим прорывом к исторической правде, но и примерами гражданской смелости. Григорий Чухрай пришел в кино практически с фронта, сразу после войны, которая еще долго давала о себе знать то тяжелым ранением, то неизгладимыми воспоминаниями, изменившими представления о мире людей (режиссер говорил: "Войны ведутся не между умными и дураками, не между подлецами и благородными героями, а между людьми разных убеждений, преследующих разные цели") и сформировала четкое понимание цели жизни.
Григорий Чухрай начинал учиться во ВГИКе на курсе одного классика - Сергея Юткевича, а заканчивал у другого - Михаила Ромма, совершенно им очарованный. Ромм стал наставником Чухрая на многие годы, предопределив первые шаги своего талантливого ученика. После института он какое-то время, как многие другие выпускники ВГИКа, поработал вторым режиссером. На Киевской студии художественных фильмов им. А. Довженко он набирался постановочного опыта до 1955 года. До того времени, как Чухрая не пригласил к себе руководитель "Мосфильма" Иван Пырьев.
В середине 50-х на "Мосфильм" с предложением экранизировать "Сорок первый" пришел выпускник ВГИКа, ассистент режиссера Киевской киностудии Григорий Чухрай. Когда-то по повести Бориса Лавренева уже был снят фильм знаменитым кинорежиссером Яковом Протазановым. Но старый фильм был немым. Звуковой римейк оказался весьма кстати. Чухрай прочел впервые "Сорок первый", когда во время войны лечился после ранения в челябинском госпитале. Эта история запала ему в душу. Окончив ВГИК, он решил ее экранизировать, причем по собственному, адаптированному к современности, сценарию. Его "Сорок первому" суждено было стать одним из первых и ключевых оттепельных фильмов.
На Киевской киностудии им. А. Довженко, куда вначале отправился Чухрай с идеей постановки лавреневской повести, его категорически завернули. Было сказано, что любовь красной партизанки к белогвардейцу неактуальна. И предложили снимать фильм "Триста лет тому" - об объединении Украины с Россией. Делать было нечего, Чухрай согласился, но не сдержался, откровенно высказавшись о слабом сценарии обласканного властью Александра Корнейчука, в результате чего его отстранили от работы. Тогда начинающий режиссер решил податься за правдой в Москву. Он надеялся, что там его идея экранизации все того же "Сорок первого" найдет своих горячих сторонников, и не ошибся.
И хотя столичное кинематографическое начальство тоже вначале сомневалось, нужна ли советскому кинематографу вторая экранизация повести, где главный герой, белый офицер, вполне вызывает человеческие симпатии, участник Сталинградской битвы, о которой он правдиво рассказал перед своей кончиной в автобиографической книге "Моя война", смог настоять на своем. И новелла известного беллетриста Бориса Лавренева "Сорок первый", повествующая о вполне реалистическом, а может, и мелодраматическом эпизоде гражданской войны - о любви девушки и синеокого поручика, любви внезапной, сильной и искренней, была запущена в производство. Директор "Мосфильма" Иван Пырьев не только разрешил постановку, но и обещал по окончании благополучной съемки жилье - комнату в новом, строящемся возле студии, доме.
Однако вскоре московской идиллии пришел конец. Григорий Колтунов, подключившийся к работе над сценарием, не только постоянно конфликтовал с Чухраем, но и гнул свою линию, считая, что любовь Марютки к классовому врагу, поручику Говорухе-Отроку, нуждается в осуждении. Чухрай же считал, что гражданская война заслуживает более объемного и честного изображения. Он не собирался делить своих героев на красных и белых, правых и виноватых. Таким образом, сценарий пришлось переделывать раз шесть. И все-таки молодому режиссеру удалось отстоять собственное видение будущего фильма. При этом пришлось поменять и актеров. Вначале на главные роли были выбраны начинающие актеры - Екатерина Савинова и Юрий Яковлев, последнего очень рекомендовал режиссеру Иван Пырьев. Однако ни один из них в картине так и не сыграл: Савинову запретил снимать сам же Пырьев, когда она влепила маститому режиссеру за приставания пощечину, а кандидатуру Яковлева отклонил сам Чухрай.
Среди других претендентов значились и Руфина Нифонтова с Иннокентием Смоктуновским. Однако не подошла и эта пара. В результате на главную мужскую роль поручика был утвержден "красавец эпохи" Олег Стриженов ("Овод", "Капитанская дочка", "Белые ночи"), а Марюткой стала недавняя выпускница ВГИКа Изольда Извицкая. Правда, с ее утверждением на роль тоже все оказалось не так гладко - худсовет "Мосфильма" выступил против ее кандидатуры, считая, что грациозной зеленоглазой красавице с превосходной гривой светло-каштановых волос вряд ли удастся сыграть диковатую и резкую Марютку. Однако Чухрай считал иначе. Режиссер был уверен, что роль немного угловатой девушки с ружьем, словно специально написана под утонченную красавицу Извицкую. И отстоял молодую актрису. Пришлось чиновникам от "Мосфильма" согласиться с доводами режиссера. Работа над картиной продвигалась непросто. Нашлось немало противников точки зрения режиссера на войну, на то, как надо ее снимать. Однако, когда фильм вышел на экраны и получил множество призов, в том числе и награду Каннского кинофестиваля, он подтвердил правоту точки зрения режиссера, утверждавшего: "К искусству кино я относился почти религиозно. Я считал, что фильм - это поступок, и стремился снимать так, чтобы не стыдиться своих поступков".
Однако не прошло и нескольких недель со дня начала работы, как съемки остановились. "У меня вышел конфликт со сценаристом Колтуновым, - вспоминал позже Григорий Чухрай. - Сценарий у меня фактически уже был до него, но я решил, что нужна все-таки опытная рука драматурга. И вот Колтунов, воспитанный в правильном духе, сразу понял, какая это скользкая тема - любовь к врагу. Он мне сказал: "Не беспокойтесь, мы выйдем из этого положения". И действительно вышел. Мы писали так: один эпизод - я, другой - он. И вот он придумал эпизод: Марютка сочиняет стихи, и к ней являются души, образы погибших в песках товарищей и спрашивают: "Как же ты могла полюбить нашего врага?" И она отвечает: "Никогда вас не забуду, и любить его я буду". Это был эпизод оправдания. Я запротестовал против этого. Сказал, что не хочу ни перед кем оправдываться, что и Марютка в этом не нуждается - она полюбила! Да, полюбила врага. Ну и что? Полюбила, и все! А мне начали возражать: "Так нельзя. Чему мы учим нашего зрителя?... Собрали на студии худсовет, и я готовился выступать с протестом, но накануне встретил Юткевича, и он мне посоветовал ни в коем случае этого не делать. Я удивился: "Ну, как же я буду снимать эти эпизоды?" - "И не снимайте! Когда поедете на натуру, там вы будете снимать то, что вы захотите. А если сейчас вы затеете спор, когда у вас так много противников, вы рассоритесь с ними, и картину вам не утвердят..." И я воспользовался его советом, а если бы не воспользовался, то погорел бы".
Интересна позиция по поводу постановки "Сорок первого" другого известного советского режиссера Григория Рошаля, который тоже активно выступил против съемок. Он опускался до крика, с хрипотой доказывая худсовету: "Молодой человек стоит перед пропастью, а вы толкаете его! Вы понимаете, что даже теоретически эту картину нельзя поставить, потому что если зритель увидит симпатичного поручика, то он простит Марютке, что она влюбилась в него, но не простит выстрела. Если же поручик будет отрицательным, то зритель не простит Марютке то, что она его, такого, полюбила... Одним словом, этот фильм сделать нельзя!" И, немного успокоившись, добавлял: "Вы что же думаете, молодой человек, что, кроме вас, никто не читал этого рассказа? Но сделать его нельзя! Вот когда работал Протазанов, тогда это было еще возможно..."
Между тем судьба картины висела на волоске даже после того, как ее все-таки разрешили снимать. Даже на завершающем этапе, когда уже угадывался будущий успех картины, кое-кто продолжал сомневаться и вставлять "палки" в колеса. Все тот же Колтунов послал на имя Пырьева такую записку: "Уважаемый Иван Александрович. Только что я посмотрел материал картины молодого режиссера Чухрая. Ставлю вас в известность, что под этой белогвардейской стряпней я не поставлю своего честного имени".
Безусловно, что все эти драматические коллизии вокруг фильма отрицательно влияли и на остальных участников съемок. Всю съемочную группу лихорадило, ведь судьба картины висела на волоске. Переживали и актеры. Больше остальных нервничала Извицкая. Во многом это объяснялось ее молодостью и отсутствием необходимого опыта, уверенностью в себе, ведь это была ее первая серьезная роль. К тому же съемки проходили в довольно сложных климатических условиях, в пустыне, и эти обстоятельства тоже отрицательно сказывались на молодой актрисе, послужив частым срывам. В такие минуты Извицкая впадала в уныние, подолгу плакала, убегая на берег Каспия. Работа простаивала, и тут ассистента режиссера осенило - он посоветовал Чухраю вызвать на съемки молодого мужа актрисы - Эдуарда Бредуна. Так и поступили, причем для артиста была специально придумана и эпизодическая роль - казака, чтобы он стал полноправным участником работы над фильмом. Дебютантка тут же успокоилась, пришла в себя и блестяще сыграла роль, передав не только удивительную цельность натуры своей героини, но и силу внезапно проснувшегося в ней чувства, весь трагизм неминуемой развязки. Бредун же неожиданно повел себя на съемках по-хамски - регулярно напивался, пытался поучать и даже оскорблял режиссера. Однажды в нетрезвом виде чуть не подрался с Чухраем, вот только не учел, что Григорий Наумович - бывший десантник... В общем Бредуна отправили обратно в Москву.
Непросто складывались отношения у Григория Чухрая и с оператором картины Сергеем Урусевским, на тот момент уже сложившимся и известным в кинематографических кругах мастером. Урусевский вместе с супругой, вторым режиссером Беллой Фридман, пытался захватить лидерство в работе над картиной. Руководить процессом, отодвинув Чухрая в сторону. Практически весь период работы над картиной продолжались конфликты, разборки, собрания и взаимные оскорбления. Дошло даже до того, что Чухрая на нервной почве сразил остеомиелит. В какой-то момент Урусевский стал подумывать и о том, чтобы покинуть картину. Однако, ради общего дела, все же смирил свои непомерные амбиции и нашел в себе силы закончить работу. Отчего картина, надо сказать, несказанно выиграла, а мир получил возможность наслаждаться этим великолепным произведением. Сегодня уже невозможно представить ее без потрясающих урусевских пейзажей, панорам и удивительно романтических и героических портретов героев.
И все же, как известно, фильм - творение коллективное. Все участники съемочной группы - от сценариста, режиссера, художника, актеров, гримеров и костюмеров - в той или иной степени сопричастны его успехам и неудачам. Сам Урусевский сравнивал творческий коллектив с оркестром, "в котором каждый инструмент в полную силу своего таланта ведет свою партию, сливающуюся в общем потоке, эмоционально воздействующем на зрителя".
"Сорок первый" стал для оператора прекрасной площадкой для творческих экспериментов. Урусевский с удовольствием открывал все новые, неведомые художественные возможности камеры. И в основе этих исканий и любых операторских решений лежит живописная основа. Сюжетные условия этого произведения оказались таковы, что буквально все действие картины, за исключением нескольких эпизодов, разворачивается в пейзажной обстановке. Основная часть посвящена двум главным героям, поэтому портретные изображения здесь особо важны. Сам характер драматургии фильма, в особенности его лирическая линия, бесспорно, требует большой экспрессивной силы изобразительного языка. И выразительность некоторых фрагментов картины целиком зависит от этой экспрессии. Например, та часть, которая запечатлела тяжкий путь по пустыне от Гурьева до Урала, совершенный отрядом красноармейцев, и неожиданная робинзонада героев на заброшенном острове, с непростой историей их взаимоотношений, наверняка бы оказалась на экране малоинтересной, если бы не различные оттенки чувств и переживаний главных героев на фоне окружающей их природы.
Вот, скажем, сцена вечернего перехода через Каракумы. Она сделана предельно лаконично: темные гряды песчаных холмов, огромный массив спокойного, высокого неба, слегка освещенного блеклыми лучами заката, и четкие, словно вырезанные на этом фоне, силуэты движущихся людей и верблюдов. Организация пространства, соподчинение пейзажной и фигурной частей изображения обладают законченной картинностью. Эта сугубо кинематографическая лента - зрительский образ глубоко связан с развитием драматического действия, основанного на напряженности и некоторой суровости изображения, что говорит об огромной трудности пути, требующей от участников перехода огромных физических и душевных сил. Фигура и пейзаж соотносятся в таких случаях как мелодия и аккомпанемент, где природное окружение рассматривается как условное дополнение к основному образу, оттеняющее его содержание. Панорама пустыни символична. Станковая основа здесь очевидна. Пластический язык любого кадра очень умело связан с психологическим смыслом действия, обладая очевидной "картинностью". Оператор старается акцентировать важнейшие моменты повествования посредством законченной системы выраженных живописных приемов, умело приобщая их к киноспецифике кадра.
Нелегко было ему добиться и взаимодополняющего единства звука и изображения, ведь "Сорок первому" суждено было стать одним из первых отечественных цветных фильмов. Понимание цвета идет в нем от живописи, а не от фотографии. И это важно понимать, чтобы понять цветовые особенности фильма. Фантастически снятые Сергеем Урусевским зыбучие пески и гибельные барханы, яростный ветер, что предстает в фокусе камеры прямым родственником блоковской петроградской поземки, молодые, вдохновенные, приподнято-романтичные Изольда Извицкая и Олег Стриженов, не только дающие в своем психологически выверенном дуэте-дуэли метафорический образ вставшей на дыбы эпохи, "прекрасного и яростного мира" - живые, дышащие полной грудью, страдающие и любящие - такие, какими и должны быть настоящие герои большой литературы и кинематографа.
Кадры пустыни из чухраевского фильма "Сорок первый" - признанная классика советского кино. Их цветографика завораживает. Бесконечно желтое безмолвие укачивает монотонностью. Синее небо, линялое от раскаленного светила. Выдающийся оператор Сергей Урусевский снял все это "непрерывным цветом". Чухрай смонтировал эту сцену длинными и короткими кусками, находя нужный для зрительского восприятия ритм. Хорошим помощником в этом стал сценарий Григория Колтунова, главным достоинством которого стали: лаконичность, емкость и наполненность реплик и диалогов. Фильм не превращается, как порой горько шутят киношники, в "говорящие головы". Изобразительный и вербальный ряды в "Сорок первом" уравновешены и находятся в счастливом единстве. Движется караван по бесконечным пескам, оставляя глубокие следы верблюдов и бойцов, - на фоне закатного неба идет по барханам красный отряд.
В режиссуре этих эпизодов заметна некоторая доля увлеченности Чухраем "роммовской" пустыней. Стоит ли этому удивляться, ведь худруком картины был Михаил Ромм, автор "Тринадцати". К тому же, как мы знаем, Чухрай - ученик Михаила Ромма и по ВГИКу. Потом он стажировался у мастера на его картине "Адмирал Нахимов", снимал свой дебют в его творческой мастерской. Кроме этого, названный фильм Ромма близок "Сорок первому" и по теме, и по материалу.
И все же важно, что в художественной манере молодого режиссера прослеживается своя яркая индивидуальность. Она - и в стремлении к романтике, к острым столкновениям трагического и смешного, лирического и грубоватого, и в стремлении к сильным эффектам, к резким контрастам, к патетическим интонациям, в стремлении к красоте. Однако во всем этом присутствует свой разлом. Внешне это - пустыня и море, эмоционально - взаимоотношение героев. Интересно, что после повести "Сорок первый" Лавренев написал драму "Разлом", с успехом поставленную многими театрами.
Драмой любви и долга можно назвать и этот фильм. Советские люди воспитывались на военной романтике. Героика гражданской войны служила примером для подражания солдатам Отечественной. Тот же фильм о Чапаеве несколько десятилетий не сходил с экранов страны. К произведениям Шолохова, Островского, Серафимовича, Вишневского, Гайдара, Лавренева в то время с пиететом относилась вся молодежь. Легендарные герои гражданской были призваны воспитывать в ней великую стойкость духа, беззаветную верность идее, дерзкую уверенность в будущем. Возможно, небольшая по объему повесть Бориса Лавренева и уступала другим подобным произведениям в масштабности и исторической точности, но в полной мере передавала духовную силу человека, сражающегося за революцию. Она оказалась удивительно кинематографичной и именно поэтому была дважды экранизирована: Яковом Протазановым (1927) и Григорием Чухраем (1956).
В первом фильме образы девушки-партизанки Марютки, комиссара Евсюкова и белогвардейца поручика Говорухи-Отрока в исполнении Ады Войцик, Ивана Штрауха, Ивана Коваль-Самборского много лет путешествовали по экранам. Несмотря на то, что суровая критика обвинила фильм в чрезмерно узком, камерном изображении исторических событий. Однако время показало, что скромность масштабов искупается психологической глубиной, это подтвердило и долголетие протазановского фильма. Вооружившись новыми выразительными средствами кино - словом, музыкой, цветом, свои силы захотел попробовать и молодой режиссер Григорий Чухрай, неслучайно взявшийся за эту повесть. Вступая в своеобразное соревнование с прославленным режиссером, он тяготел к сильным романтическим характерам лавреневской прозы, к ее острым драматическим коллизиям и психологической глубине. Вот что говорил об этом известный критик Ростислав Юренев: "Сценаристу Г. Колтунову пришлось ее лишь немного отредактировать и развить диалоги, сократить авторские отступления, несколько подробнее разработать образы эпизодических действующих лиц и усилить мотивы заинтересованности белогвардейцев в жизни поручика Говорухи-Отрока. Сделал он это умело и тактично. Может быть, смягчая грубость Марюткиного языка, следовало бы избежать и слишком частого повторения ею поговорки "рыбья холера"; может быть, следовало экономнее построить эпизоды в песках, но это частные замечания. Более серьезный вопрос: не стоило ли еще подумать над финалом фильма и даже во время идейной четкости изменить акценты, поставленные Лавреневым? Но этот вопрос, скорее, к режиссеру.
Вот только творческая манера Чухрая вырабатывалась на этой картине в содружестве с оператором С. Урусевским и во многом была определена этим превосходным и своеобразным мастером. Кадры оператора заметные, яркие, словно снятые "под кинохронику". Его композиции остры, порой причудливы, портреты эмоциональны, пейзажи одухотворены - они являются соучастниками человеческих дел и страстей. Через эти пейзажи - с грозными облаками, с изрезанными ветром барханами, с сокрушительными громадами волн он передает бури человеческих чувств, достигая высокого драматизма.
Романтическая манера Урусевского и Чухрая как нельзя кстати соответствует стилистике повести Лавренева и глубоко воздействует на зрителя. Однако случается, что и в выразительной трактовке порой красота становится красивостью, а чувство - чувствительностью. Оказалась немного завышенной красивость украинских пейзажей в грезах уснувшего часового, слишком многочисленны и великолепно снятые волны. Встречаются и другие просчеты в операторской работе, однако не они решают дело. Изобразительное решение фильма глубоко эмоционально и своеобразно".
До нас дошли воспоминания помощников Урусевского - Алексея Темерина и Сергея Вронского, тоже в дальнейшем ставших крупными операторами-постановщиками, о том, как творил мастер. Вот что вспоминал по этому поводу один из них: "Перед объективом Урусевский ставит стеклянные пластинки. По первой льют жидкость, похожую на подсолнечное масло, вторая замазана вазелином. Женская часть съемочной группы поставляет Урусевскому для всевозможных сеток старые чулки различной плотности, эти капроновые сеточки работают в сложных комбинациях с бесчисленными туманниками, фильтрами - цветными, нейтрально-серыми, оттененными". Если вдруг по небосводу слишком жестко "мазанул" оранжевый фильтр, не беда - дополнительный нейтральный фильтр-диффузион все немного подправит, размоет. Произошла странная вещь - для Урусевского объектив утратил свое прямое назначение. Для него словно законы оптики не писаны, поскольку он снимал не одним объективом. Да Урусевский и не снимал вовсе тот же "Сорок первый", а живописал. После выхода картины появился даже слух о том, что картину на самом деле сделал Урусевский, а не Чухрай. У них действительно были сложности на съемочной площадке. А после завершения работы над картиной еще и сценарист Григорий Колтунов обвинил режиссера в искажении сценарного замысла...
Следуя канонам русской довоенной режиссуры, и в частности постановке Якова Протазанова, экранизировавшего лавреневскую повесть в 1927 году, Чухраю удалось не только проявить творческую самостоятельность в подходе к материалу, но и во многом превзойти своего знаменитого предшественника: в сюжете о любви девушки-красноармейки и белогвардейского офицера проблема политического противостояния "красных" и "белых" отошла на второй план, уступив авансцену "противостоянию-притяжению" молодых людей, экзотический роман которых на пустынном острове в Каспийском море пришел к такой трагической развязке.
Благодаря повести Бориса Лавренева, на которую обратил внимание дебютант Григорий Чухрай, на наш экран проникла любовь к врагу, незваная, отчаянная и обреченная. Поручик Говоруха-Отрок изначально приговорен не от того, что попался красным, не от того, что сохранил верность белым, и даже не от того, что он аристократ, а за то, что именно его, такого, как есть, полюбила красноармеец Марютка. Рано или поздно ей все равно пришлось бы спрятать, уничтожить эту постыдную любовь, рано или поздно прогремел бы этот выстрел. То, что он прозвучит, заявлено уже в самом названии фильма. И эти цифры, как рок, висят над повествованием. В нашем кино трудно найти другой сюжет, так близко стоящий к классической трагедии, с ее чистым подобием жизни как таковой, с неотвратимым приговором, вынесенным в самом начале, и с отсрочкой, предоставленной чувству. Когда картина вышла на экраны, симпатии советских зрителей, как и предполагал Рошаль, оказались целиком на стороне классового врага, а история любви главных героев стала доминирующей, затмив идейную линию картины.
Чухрай и Урусевский впервые показали любовь как самостоятельную стихийную силу. Вырванная из созданного людьми мира и помещенная в мир природный, она стала его универсальным кодом с такими неотъемлемыми символами революции, как буря, морской шторм... А рядом аналогии - золото песка и золото тел, синева глаз поручика и синева моря. Природа, вступив в сговор с чувством, уничтожает всех боевых друзей Марютки. А ей предначертана первозданная роль Евы, возвращающая героев в рай первоначальной страсти. Рассказ о Робинзоне - это только бессознательная маскировка настоящего первоисточника. Когда герои остаются одни на острове, без очень кстати унесенного штормом ботика, они оказываются в совершенно ином, обособленном, оторванном от войны мире. Шторм делит их жизнь на - "до" и "после". Одежда намокла, герои вынуждены ее снять, чтобы просушить... Марютка первая делает шаг навстречу чувству, выхаживает заболевшего пленного, кормит его горячим, даже где-то находит для него махорочки: "Что я, зверюка, что ли, лесная?" - "Ты просто золотко, Машенька", - шепчет в ответ растроганный такой заботой поручик. А за сараем бушует море...
Болезнь и любовь на какое-то время примиряют влюбленных друг с другом, но не в силах сократить все, разделяющие их, классовые различия. Как ни грустно, зритель с самого начала осознает: у этого вновь зародившегося чувства нет будущего. И все же с упоением и грустью наблюдает за развитием романа.
К этому моменту внешняя привлекательность героев достигает апогея - Извицкая-Марютка, благодаря естественным данным и мастерству оператора, выглядит так, что вполне может претендовать на звание самой женственной героини советского кино. В то время как Стриженов-поручик носит жалкие обрывки своего мундира с такой безупречной элегантностью, какую порой не встретишь и в иных костюмных фильмах.
Однако зритель понимает - чувственность проникла в этот мир контрабандой, без законных прав, а значит, ей нет в нем места. Видимо, поэтому любовные сцены в картине и получились столь робкими, и все же, как сказали бы сегодня, весьма эротичными. И прекрасная зазывная женственность Извицкой, и романическая мужественность Стриженова не могли остаться незамеченными даже в период тотальной борьбы за социалистические идеалы. Благодаря привлекательности героев сюжет наполнился явным эротическим подтекстом, что лишь прибавило фильму идеологических дискуссий.
Большая часть сюжетного времени на экране посвящена взаимоотношениям двоих - мужчины и женщины. Их связывает не только любовь, но и классовая ненависть. Молодая актриса блестяще справилась с образом Марютки: несмотря на простое происхождение, ее неграмотная, диковатая героиня показывает высокое благородство чувств.
Снимали фильм на Каспии, в Красноводске. Потом спустились ниже по морю к острову Челекен, на мысе которого и выстроили избушку, в которой развивалось действие последней части картины.
Один из главных эпизодов, когда Марютка застрелила своего "сорок первого" - любимого поручика, идет в фильме минут пять-шесть. Снимался же он пять или шесть дней - на дворе стояла ранняя весна, начало марта. Вместо морского пляжа был почти что лед, песочек не хотел, как требовалось киношникам, сыпаться сквозь пальцы. Ноги актеров в воде сводило судорогой. А ведь приходилось сниматься, мягко говоря, почти раздетыми. Ну, чего не сделаешь ради искусства...
Финальную сцену пришлось еще и переснимать: высокому кинематографическому начальству не понравилось, как Марютка горько рыдает над телом убиенного беляка. Переснимали ее уже в Таллинне. Потом мытарства продолжились и в Москве - нервничал Пырьев, нервничал Чухрай... Еще бы - на режиссера завели уголовное дело, обвинив в перерасходе средств. Неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы фильм не произвел на кинематографических мэтров огромного впечатления. Григорию Чухраю простили все и сразу. Чиновники картину приняли без поправок. Дебютант Чухрай сразу стал знаменитым режиссером, а фильм получил ряд международных призов. Критики того времени, отмечая привлекательность характера Говорухи, говорили о его "духовной бедности" по сравнению с наивной и, казалось бы, темной Марюткой. Мол, творческое дерзание авторов "Сорок первого" состояло в том, что они через лучшего, духовно самого красивого представителя старого мира показали бесплодие и обреченность его идей. Правда, молва продолжала приписывать громадный успех фильма исключительно Сергею Урусевскому, Чухрай же, говорили, так, сбоку припеку. Кстати, Григорий Наумович еле прорвался на премьеру "Сорок первого" в Дом кино. В своем скромном костюмчике он выглядел столь непрезентабельно, что вахтерша не захотела пускать его в зал. Туда он попал не без помощи роскошно одетого Урусевского...
Девушка с ружьем
Есть роли, обреченные на успех. Они приносят актеру, помимо успеха, зрительское обожание, звания, признание прессы. Такой ролью для Изольды Извицкой стала Марютка. Как может показаться несведущему зрителю, судя по названию, фильм "Сорок первый" о войне. "Наверное, о Великой Отечественной, она же началась в 1941 году", - подумает какой-нибудь юный знаток истории. На самом деле знаменитая картина Григория Чухрая в первую очередь - о любви. Действие ее происходит во время другой, гражданской войны. Она - о трагедии любви, о трагедии России. В картине подлинная всенародная трагедия гражданской междоусобицы, масштаб которой стал понятен лишь в конце прошлого века с обнародованием в печати запрещенных документов и воспоминаний русских эмигрантов. Свидетельства очевидцев красного и белого терроров дополнились исследованиями историков, получивших доступ к секретным архивам ЧК и КГБ.
Героиня Извицкой Марютка - снайпер красного партизанского отряда имеет на счету сорок убитых белогвардейцев. В плен отряду попадает поручик, дворянин Говоруха-Отрок, которому суждено стать в этом трагическом списке сорок первым на берегу необитаемого острова, куда героев случайно заносит судьба, чтобы подарить им несколько дней счастья. На какое-то мгновенье девичью любовь победит классовый долг...
Только сначала героев ждет долгий изнуряющий поход отряда по прикаспийским пескам, гибель красноармейцев во время морской бури, маленький домик на острове и закрутивший их вихрь чувств. Однако зловещие реалии гражданской войны вскоре ворвутся и в этот обособленный от кровопролитных событий мирок, и девушка убьет возлюбленного, обрекая тем самым и себя на верную гибель. Такой подход к революции и гражданской войне оказался слишком непривычным для советского кино, где эти страшные события, как правило, воспевались и восхвалялись. По свидетельству самого Чухрая, его родители тоже воевали на стороне красных, а мама до конца своих дней была ярой коммунисткой, как, впрочем, и сам Чухрай. Поэтому будущий режиссер услышал от нее немало правдивых, неприукрашенных советской цензурой, историй.
Съемки "Сорок первого" проходили на восточном побережье Каспийского моря в городе Красноводске. Вот как комментировала актриса свою новую работу школьной подруге: "28 февраля 1955 г. Ну вот я и в Красноводске. В ужасном городе, где жарко, пыльно... Такая тоска... Живем мы в ужасной гостинице. Я очень и очень тоскую по Эдьке, по Москве, по Дзержинску. По добрым ко мне людям, которые остались там. Единственное, что мне здесь нравится, так это море, на котором масса птиц. В основном утки. Они ведь слетаются сюда из всех северных мест. Ими усеяны все берега. И в городе много раков. Крючков уничтожает в день по двести-триста раков. Я думаю, что он скоро сам станет раком. Да, собственно, здесь и есть-то больше нечего..." Говорят, были перебои и с водой. Зато водки, которой по привычке запаслись киношники, оказалось в избытке. Возможно, что именно тогда актрисе и пришлось впервые попробовать это "зелье"...
Для Изольды Извицкой, выпускницы ВГИКа, роль Марютки была пятой в большом кино и самой удачной в ее творческой судьбе. Извицкой удалось тактично и тонко показать превращение девушки-бойца в любящую женщину и неодолимую, вечную силу первородного человеческого чувства. Повторюсь: в сценарии Колтунова был эпизод - во сне к Марютке является комиссар Евсюков, призывая хранить революционную бдительность. А с ним, комиссаром, и тени живых и павших красноармейцев. Режиссер из принципиальных соображений выбросил этот, показавшийся ему столь фальшивым и пафосным, проиллюстрированный "классовый" кусок. Ему важнее другие эмоциональные сцены, которые призваны показать духовную чистоту той же Марютки.
...Герои все же добрались до Арала! На экране синь моря, парящая над ним чайка, разбивающиеся о берег волны. Наконец-то спасены! В хлебосольном казахском ауле вдоволь наелись плова, запили чаем, перевели дух. Пока все спят, в юрте, у костерка, Марютка читает связанному поручику свои корявые и незамысловатые, но написанные от чистого сердца, воспевающие красных бойцов, стихи. Поручик изумлен и обескуражен. Он другими глазами взглянул на нее. Оказывается, Марютка - это Мария Филатовна Басова, бывшая рыбачка. Важная сцена для сюжета фильма.
Евсюков принимает важное решение: сам пойдет берегом в обход в Казалинск, а Марютка с пленным и двумя бойцами сопровождения на боте поплывут через море в штаб фронта, чтобы быстрее доставить на допрос поручика. Приказ комиссара: живым кадета, если что, не оставлять. "Есть", - отвечает Марютка. Урусевский снимает прозрачную синь Арала, слепящие солнечные пятна на воде, веселый бег бота. Поручик сидит на корме, за рулем, он ходил на своей яхте по взморью под Петербургом. Марютка ахнула, приглядевшись к рулевому: "Глаза-то у тебя точь-в-точь "как синь вода" (Лавренев в повести сравнивает их цвет с разведенной синькой). Поднялся шторм. Волны смыли двух бойцов, ветер сорвал парус. Истово крестится поручик: "Господи, пронеси!"
Его молитва услышана - двое выбрались на берег, забились в какой-то сарай, развели костерок. Порох ссыпали из пули, вместо хвороста в ход пошла жирная рыба. Сняли мокрую одежду просушить и сели друг к другу голыми спинами. Удивительно, как удалось режиссеру отстоять эти кадры при сдаче картины высокому киноначальству... И все же стараниями Чухрая они были сохранены. Фильм открыл мировому кинематографу новое имя - Григория Чухрая, очень талантливого и серьезного режиссера, одного из лучших советских мастеров экрана.
Для Олега Стриженова роль Говорухи-Отрока стала третьей в кинокарьере. Но он был уже знаменит - успел сыграть Овода и Мексиканца. До сих пор актер считает, что Чухрай выбрал его на роль поручика не по типажу, а как известного артиста. Образ Говорухи Стриженов придумывал сам: и манеру держаться, и детали поведения героя. На "Сорок первом" Стриженов закрепил свой имидж, помноженный на талант. Его поручик был настолько обаятелен, пластичен и открыт светлым чувствам, что в Каннах французы даже окрестили актера "русским Жераром Филиппом". Помните, как на острове Говоруха-Отрок рассказывает о себе: до войны был студентом, изучал филологию, у родителей был дом в Петербурге, три стенки книг, лампа под зеленым абажуром... А в ответ слышит от Марютки: "А я тебе по-простому скажу, счастливая я..." Влюбленные бродят по отмели, поручик носит Марютку на руках. У него, 27-летнего, здесь, на пустынном морском островке, проходят самые наполненные в жизни дни.
И вдруг вслед за этими идиллическими картинами счастья следует серьезная ссора. Все из-за разлома. Говорухе надоела кровь, опостылела злоба. Но Марютка со своей большевистской правдой: "рано еще конфеты жрать", "ах, зачем я тебя только полюбила!"... Очень важны для фильма слова поручика: "Я ждал революцию как невесту. За всю свою офицерскую жизнь ни разу солдата пальцем не тронул. А меня в Гомеле на вокзале поймали, сорвали погоны, в лицо плевали. А за что?" Марютка бросается к любимому, жарко обнимает. Нелегко любви и миру перейти в неизбежность смертельного выбора. Противопоставление долга и любви - извечные мотивы европейского искусства - человек у последней черты.
Берег, сидят на песке поручик и Марютка. "Парус!" - вдруг кричит он. Говоруха стремительно вскакивает и бежит по мелководью: "Наши!.. Господа, скорее!" От барки отчаливает лодка, в ней несколько казаков и офицер. Теперь и Марютка разглядела белых. "Стой, кадет поганый, стой!" Лучший стрелок отряда комиссара Евсюкова нажимает на спуск. Следует стремительный наезд камеры на средний план. В последнюю секунду земной жизни поручик успевает прошептать: "Маша..." А Марютка, бросив винтовку, бросается по воде к убитому. Судорожно обнимает голову любимого, безутешно рыдает: "Синеглазенький!" А рядом плещется море...
Триумф в Каннах и отзвуки прошлого
Фильм "Сорок первый" вывел Россию на мировой кинематографический Олимп. А к исполнительнице главной женской роли Изольде Извицкой пришла громкая слава.
До сих пор неясно, как удалось "Сорок первому" пройти строгую советскую цензуру. Раздосадованное руководство студии, ища виновных, вначале взялось за "проштрафившегося" Чухрая. Очень хотелось устроить показательное судилище молоденькому дерзкому режиссеру, не побоявшемуся спорить с руководством. Нашелся и повод к экзекуции - превышение сметы. Уже подумывали завести уголовное дело...
Однако Чухраю удалось убедить раздосадованное начальство в слабости выдвинутых обвинений, ведь съемкам в пустыне часто мешали погодные условия, и это привело к перерасходу средств. Только все счастливым образом объяснилось, как "Сорок первый" был удостоен высокой чести - его повезли в Канны.
Только "Сорок первый" благополучно добрался до Канн, как здесь на него обрушился настоящий триумф. Над Извицкой то посмеивались, то сравнивали ее с Мэрилин Монро. А страна Советов испытывала законную гордость по поводу того, что появился еще один крупный режиссер - Григорий Чухрай.
Для девчушки из Дзержинска Изольды Извицкой, сыгравшей главную роль, "Сорок первый" стал настоящим звездным билетом. Ее актерская карьера сразу стремительно взлетела в кинематографический зенит, однако актрисе уже никогда после этого не суждено было побить собственную же высокую планку, установленную в начале славного творческого пути. Равноценных ролей она так и не дождалась... Однако в душе Извицкой навсегда поселилось теплое воспоминание о том, как после выхода картины 15 октября 1956 года ее - актрису, сыгравшую Марютку, полюбившую белого офицера и все же убившую его ради революционной идеи, узнавали на улице все, от мала до велика.
Что и говорить, артисты, сыгравшие центральные роли в картине - Олег Стриженов и Изольда Извицкая после выхода фильма стали звездами мирового уровня. Жаль, что в те времена о карьере за границей, тем более в Голливуде, нечего было и мечтать...
Поначалу французские журналисты встретили советскую делегацию "в штыки". В одной из газет даже написали, что в Канны прибыла делегация из Москвы, в которой присутствует "актриса с ногами степного кавалериста" (и это об Извицкой!). Эта откровенная ложь о внешности русской красавицы, которая запросто могла состязаться обликом с любой силиконовой голливудской дивой, так расстроила юную дебютантку, что она чуть не впала в депрессию. Чухраю и Стриженову стоило немалых усилий, чтобы доказать легковерной девушке обратное, помочь Изольде успокоиться и прийти в себя.
В конечном итоге триумф "Сорок первого" оказался полным - он получил специальный приз Каннского фестиваля "За поэтичность и оригинальный сценарий", вызвав бурю восторга у зарубежных зрителей. В Марселе во время ее демонстрации белоэмигранты завалили Стриженова и Извицкую цветами. Популярные журналы "Нью-Йорк мэгэзин" и "Паризьен либре" разместили на обложках портреты Извицкой, назвав ее "актрисой номер один советского кино". В честь молодой актрисы устраивались бесконечные приемы, фотокорреспонденты не сводили с нее объективов, а в Париже открылось кафе "Изольда".
Вот только несколько выдержек, взятых из зарубежной и отчественной прессы тех лет.
Показанная недавно, спустя полвека, на фестивале в Выборге картина "Сорок первый" по-прежнему была тепло встречена зрителями, давними почитателями таланта Олега Стриженова, который и представлял фильм. Постаревший "белогвардеец" был удивлен, когда увидел, с какой любовью его встречают местные жители. Народный артист СССР не ожидал, что эта лента до сих пор так популярна и тревожит сердца. "Вечные темы, - сказал он тогда журналистам, поинтересовавшимся у него причинами столь грандиозного успеха старой ленты, - и есть вечные темы". Актера зрители встречали стоя. Рассказ о съемках все слушали, затаив дыхание. "Григорий Чухрай каждый день до хрипоты спорил с оператором. А финальную сцену пришлось снимать не на Каспийском, а на Балтийском море", - с улыбкой признавался Олег Стриженов, до сих пор вспоминающий момент тех давних съемок с дрожью - то ли от волнения, то ли от холода, ведь ему пришлось "плавать" тогда в ледяной воде... "Вот помню - все готово. Мне кричат: Олег, ложись! Ложусь и думаю: только бы не скрючило судорогами!" - вспоминал, расчувствовавшись, актер. "После режиссеры не раз предлагали мне сняться в роли очередного отважного поручика. Каждый раз приходилось вежливо отказываться", - добавлял он. Его Говоруха-Отрок так и остался самым интеллигентным и красивым белогвардейцем советского кино.
По общему мнению, фильм Чухрая превзошел немую экранизацию той же повести, осуществленную Яковом Протазановым, который был смонтирован и окончен 80 лет назад, в феврале 1927-го.
Свою повесть Борис Лавренев, певец гражданской войны, напечатал в 1924 году. Уже через три года она была экранизирована, буквально по горячим следам, обретя, таким образом, вторую жизнь в отечественном кинематографе.
Марютку сыграла Ада Войцик (01.08.1905 г. - 02.09.1982 г.), студентка 3-го курса ГИКа, для которой эта роль стала дебютом в кино. Первоначально на роль Марютки планировалась совсем другая актриса - Вера Марецкая, но на тот момент она ждала ребенка. 23-летнюю Аду Войцик, тогда первую жену Ивана Пырьева, утвердил ассистент Протазанова, будущий мэтр кино Юлий Райзман. Съемки на Каспии заняли всего два месяца. Все восхищались сценой последнего выстрела, где Войцик плакала настоящими слезами, а не водой с глицерином, как делали многие актеры немого кино. Интересно, что и Извицкой на момент начала съемок тоже только что исполнилось 23 года. Интересных совпадений вокруг экранизаций повести Лавренева немало, но об этом позже.
В экранизации 1927-го Марютка совсем иная, чем в 1956-м - ей не до сантиментов, ведь гражданская война еще не забыта. "Хорошая ты, Марютка. Жаль только, что красная! - Да и ты ничего, только белый, рыбья холера!", - именно эти слова определили концепцию первого фильма. Как и Извицкой, после ошеломительного успеха "Сорок первого" исполнительнице роли Марютки Аде Войцик в кино доставались в основном эпизоды. На это в немалой степени повлиял и развод с Пырьевым.
Говоруху-Отрока в первой экранизации сыграл Иван Коваль-Самборский (16.09.1893 г. - 10.01.1962 г.), до кино работавший в театре Вс. Мейерхольда. Пять лет он снимался за рубежом, сыграл там более десяти ролей. После возвращения на родину работал в различных студиях страны. В 1938 был незаконно репрессирован...
Сразу после выхода картины восемь рецензий центральной прессы наперегонки трубили об успехе новой картины. Одна из рецензий называлась более чем красочно "Плевок на утюг". В ней призывалось не вспоминать старое, тем более "белых гадов, вроде кадета Говорухи-Отрока". В ту пору представители побежденного класса показывались если не ущербными, то никому ненужными и бесполезными. К Марютке, которая спасла ему жизнь, протазановский поручик не чувствовал ничего, кроме благодарности и покровительственной симпатии.
В жизни героев двух этих экранизаций есть немало весьма интересных поворотов судьбы. Так, в браке с Иваном Пырьевым у Ады Войцик родился сын Эрик, тоже актер, умерший в тридцать девять лет - то ли от слабого сердца, то ли от пристрастия к спиртному. Жена Эрика Пырьева повесилась. В другую свою героиню - Ванду в фильме "Мечта" Михаила Ромма актриса вложила всю горечь несостоявшихся и сломанных женских судеб. "Мечта" снималась в канун Великой Отечественной и была закончена в ночь на 22 июня. Фильм оказался не ко времени и вышел на экраны значительно позже Победы.
Интересно, что Стриженов женат на третьей, последней жене Ивана Пырьева - Лионелле, в девичестве - Скирда. Зрители помнят ее по роли Грушеньки в последнем фильме Пырьева "Братья Карамазовы". Интересно, что и с пассией именитого мэтра Людмилой Марченко Стриженова тоже когда-то связывали романтические отношения. Они вместе снимались в "Белых ночах". Она так и не стала очередной женой Ивана Пырьева. В 1959-м году 58-летний режиссер влюбился в студентку ВГИКа, которой было всего 19 лет. Скандал был страшный. Родные актрисы расстроили этот брак, считая недопустимой огромную разницу в возрасте. В "Белых ночах" ее партнером стал 31-летний Олег Стриженов, в те годы кумир и любимец женщин. Его она и предпочла.
Жизнь Людмилы Марченко также закончилась трагично, и так же развязку ускорил алкоголь. Был период, когда она была закадычной подругой, возможно, единственным близким другом Изольды Извицкой. А ведь и у Извицкой со Стриженовым тоже, поговаривали, случился на съемочной площадке, а может, и позже, в Каннах, роман. Это не помешало звездной четверке: парам Бредун-Извицкая - Стриженов-Пырьева дружить. Благо, какое-то время они жили на одной лестничной клетке и даже прорубили между квартирами общую арку, чтобы беспрепятственно ходить друг к другу в гости. Но все закончилось так же внезапно, как и началось, - между соседями пробежала "кошка". Возможно, то была просто чья-то черная зависть...
Звездный статус
Фильм "Сорок первый" вознес актрису на мировой уровень. Молоденькая, мало знающая жизнь девочка оказалась выше многих других, не менее заслуживающих славу, актрис. Это не могло не вызвать откровенной зависти и отчуждения коллег женского пола: все они женщины, значит, соперницы, тем более перед лицом мужчин-режиссеров и успеха. А тем временем огромные портреты лучезарной красавицы Изольды Извицкой украшали стены каждого кинотеатра Советского Союза, солнечно улыбались из всех киосков "Союзпечати"...
После столь ошеломляющего успеха в Каннах и на Родине у актрисы появилось немало могущественных поклонников. Зять Никиты Сергеевича Хрущева Алексей Аджубей даже как-то повздорил из-за нее с Марком Бернесом. Оба без памяти влюбились с молоденькую звезду. Бернес оказался удачливее, и Аджубей организовал против певца целую печатную кампанию.
После смерти горячо любимой жены Паолы, умершей от рака (она буквально "сгорела" в течение двух месяцев), в 1958 году певец влюбился в молоденькую актрису Изольду Извицкую, на которую "положил" глаз сам Алексей Аджубей, могущественный главный редактор "Комсомольской правды", зять Хрущева! Аджубей затаил обиду, и случай расквитаться с соперником вскоре представился.
Однажды Бернес и Извицкая мчались на его "Волге" по площади Дзержинского. На "красный" останавливаться не стали, постовой милиционер засвистел, но Бернес только прибавил газу. Тогда милиционер бросился наперерез машине! Дальше события развивались, как в приключенческой ленте: постовой запрыгнул на капот "Волги", а Бернес вместо того, чтобы ударить по тормозам, продолжал кружить вокруг памятника "железному Феликсу"... Когда начальство узнало, что в происшествии замешан не кто-нибудь, а сам Бернес, дело положили "под сукно", но протокол на всякий случай не уничтожили.
Через несколько недель на концерте, посвященном закрытию съезда комсомола, Бернес исполнил две песни, но на бис петь не стал (в "Москонцерте" его предупреждали о строгом регламенте - две песни и все). В зале сидел Хрущев. "Не может спеть народу лишнюю песню, - хмуро проворчал он. - Зазнался!" Аджубей, сопровождавший тестя на концерт, понял: пора! Вскоре в "Правде" появилась статья "Пошлость на эстраде" - Бернеса упрекали в "дурном музыкальном вкусе" и пении с использованием микрофона - без голоса, а туда же! А следом "Комсомолка" опубликовала фельетон "Звезда на "Волге" - о том, как зазнавшийся артист едва не задавил милиционера. После выхода статьи протокол происшествия на площади Дзержинского был извлечен на свет, на Бернеса было заведено уголовное дело. Все могло кончиться судом, но помогли многочисленные связи - дело удалось замять. Проведенное следствие показало, что большая часть описанных в газете фактов была выдумкой, и дело Бернеса закрыли. Но вокруг Марка Наумовича образовался "заговор молчания". Запланированные концерты сорвались, его перестали приглашать сниматься в кино. Правда, полностью петь ему запретить не могли. В начале 1960-х годов он исполнил новые, мгновенно ставшие популярными, песни "Я люблю тебя, жизнь", "А без меня...", "Сережка с Малой Бронной...", "Я работаю волшебником", "Полевая почта", "Хотят ли русские войны"...
Спустя несколько лет Аджубей извинился перед певцом за всю эту историю, но в кино Бернес уже так и не вернулся. Единственную роль - в фильме Владимира Мотыля по сценарию Булата Окуджавы "Женя, Женечка и "катюша" - он сыграл в 1966 году. Окуджава писал специально для него, в сценарии так и значилось: полковник, похожий на Бернеса...
Рассказывают, что еще до Бредуна за Извицкой с серьезными намерениями ухаживал режиссер Владимир Наумов, предлагая ей руку и сердце, у него она снималась в картинах "Тревожная молодость" и "Мир входящему". Но она чего-то испугалась и, сославшись на то, что отец не даст на сей брак благословения, ретировалась. "Меня папа убьет, если узнает, что он - еврей", - призналась она как-то подруге. Отец внушил ей, что он никогда не даст добро на подобный брак. Кто знает... Возможно, судьба Изольды сложилась бы совсем иначе.
Вокруг Изольды всегда было немало мужчин. Трудно было устоять перед ее непосредственностью и женским обаянием, несмотря даже на то, что по признанию многих очевидцев, походка у Изольды, когда она переставала за ней следить, была немного криволапой. По этому поводу в Каннах произошел небольшой инцидент. Журналисты не смогли не пройтись мимо этого маленького минуса советской красавицы, выставив напоказ "изъян" Извицкой, обозвав ее женщиной-кавалеристом. Актриса очень переживала по этому поводу и позже всегда старалась следить за своей походкой.
Лидия Степанова вспоминает: "Помню за Изольдой еще ухаживал Андрей Эшпай. Она всегда таскала меня на эти встречи с ним. Помню, мы как-то ехали к нему в Дом творчества, да так и не добрались из-за страшного тумана... Он был очень сильно в нее влюблен. Однажды неожиданно приехал ко мне на работу в научно-исследовательский институт при Академии архитектуры на "Волге", которую тогда редко кто имел, и все решили, что у меня с ним роман. А ему просто нужно было пригласить меня в ресторан, чтобы побольше выведать про Изольду, которая в этот момент была на очередных съемках. Сама же она была к нему равнодушна".
Извицкую избрали членом Советского комитета защиты мира, членом Ассоциации по культурным связям со странами Латинской Америки и членом Комитета молодежных организаций СССР. Актриса получила прекрасную возможность беспрепятственно путешествовать по миру и в составе делегаций, молодежных фестивалей, многочисленных встреч, декад советских фильмов, за короткое время посетила Париж, Брюссель, Вену, Будапешт, Варшаву, Рим, Буэнос-Айрес... Путешествуя по миру, Извицкая получала множество маленьких сувениров, презентов, подарков, которые она бережно хранила. В ее коллекции была и смешная лохматая обезьянка, подаренная актрисе австралийскими друзьями на VII Всемирном фестивале молодежи и студентов в Вене, и альбомы с аргентинскими пейзажами из Буэнос-Айреса, и открытки с видами норвежских фиордов, улиц Варшавы, Будапешта и многое другое.
Среди этих памятных подарков есть один, которым актриса особенно дорожила, - маленькая фотография, сделанная в Бельгии, в Брюсселе, на состоявшемся там кинофестивале. На фотографии изображена она сама, в страхе отталкивающая ружье, которое ей кто-то протягивает из-за кадра. Внизу коротенькая подпись: "Самая миролюбивая женщина". И эта фотография, и подпись не случайны - ведь Изольда Извицкая приехала на фестиваль с фильмом "Сорок первый", где сыграла "женщину с ружьем", свою любимую роль, принесшую ей мировую известность.
В перерывах между поездками Извицкая продолжала сниматься в кино. Во второй половине 50-х она сыграла в мелодраме "Неповторимая весна", киноповести "Очередной рейс", драме "Поэт", комедии "К Черному морю". Кто помнит сейчас эти фильмы? И немудрено, ни один из них не шел в сравнение с "Сорок первым". Во всех этих фильмах она играла хоть и главные, но похожие роли, исполнить которые без особого труда могла бы любая начинающая актриса.
Вспоминает Тамара Семина:
Вспоминает Татьяна Самойлова:
Начало кризиса
По картотеке Гильдии актеров Союза кинематографистов, где артисты по установленным правилам обязаны фиксировать все свои киноработы, в личной папке Извицкой значится немного - около 20 картин. Трудно представить, что она ходила отмечать все свои проходные и невыразительные крошечные роли, даже не запомнившиеся зрителям в период ее творческого кризиса.
В ту пору на экране особенно блистали две красавицы - Алла Ларионова и Изольда Извицкая. У каждой были все данные, чтобы стать звездой экрана, но лишь на короткое время. Видимо, нужен был особый расклад звезд на небе, чтобы вспыхнула еще одна на земле... Вот что сказал по этому поводу режиссер Григорий Чухрай, открывший миру Извицкую: "То, что Извицкую после "Сорок первого" стали приглашать на вторые, а то и на третьестепенные роли, связано с серьезными недостатками нашей социальной системы в кино. Многие крупные, да и молодые режиссеры не хотели работать с известными артистами, стремясь из эгоистических побуждений открыть свою собственную кинозвезду. Они не заметили тех значительных возможностей, которые раскрыла в Извицкой роль Марютки. Именно поэтому многие актеры поистине уникального таланта у нас снимались весьма редко, тогда как на Западе большой успех в фильме открывает дорогу актеру ко многим фильмам".
А вот точка зрения Тамары Семиной: "Многое в жизни человека зависит от характера. Возвращаясь из многочисленных поездок, я продолжала работать, работать и работать. А Изольда, видимо, ожидала некоего нового всплеска. Но так же не бывает, чтобы тебя каждый день ждал грандиозный успех. Есть каждодневный успех, а есть всплеск, подобный "Сорок первому".
В театре она тоже не хотела ничего играть. Есть актеры, которые не умеют выходить на сцену, не чувствуют ее. Они живут только ради кино, ведь театр и кино - два разных искусства. Бывало, что, вернувшись в очередной раз из-за границы, я получала приглашение в какую-то картину, в которой в данный момент не могла участвовать в силу ряда причин - была занята где-то еще. В таком случае я первым делом предлагала режиссеру Изольду, умоляла взять ее на эту роль вместо меня. А у него свое видение роли. Он ничего и слышать о замене не хочет... Однако я понимала, что, если не я, никто ей больше не поможет и не сделает ничего подобного. Это я одна такая "идиотка" - отказывалась от хороших ролей ради других актрис. Я же в течение ряда лет дарила и ей, и другим многие свои превосходные роли. Режиссер настаивал: "Тома, да ладно, ей-богу! Как это ты не хочешь играть такую роль..."
Так Изольда получила работу в детективе "По тонкому люду", потом в другой картине, третьей. И так повторялось три раза! Пока уже режиссер не сказал: "Слушай, Тома, прекрати, ей-богу! Что ты все Изольда да Изольда!" А я в ответ: "Дайте ей прийти в себя, воспрянуть и отдохнуть от водки!" Но почти всегда слышала: "Да ее нельзя снимать, она такая..." И все же не уступала: "Дайте почувствовать, что она нужна. Да она только придет на площадку, сразу воспрянет духом..." Нет, не дали... И у нас ведь целая армия подобных погубленных судеб талантливейших актеров.
А все друзья-товарищи, как только чувствуют, что ты уже не совсем на плаву, отходят в стороночку. Идут в театре навстречу и не замечают, да еще умудряются так тебя обогнуть, чтобы не встретиться, - вдруг рядом увидят... А я всем таким людям помогала. И Изольде в том числе. И она была просто счастлива и благодарна мне. Часто звонила. И пусть мы с ней не так часто встречались, она всегда знала, как я замечательно к ней отношусь и желаю ей только добра. И не только на словах, но и на деле..."
Проблемы с выпивкой начались у Изольды с момента съемок в "Сорок первом". Как писала сама Изольда школьной подруге Зорине, съемки проходили в Туркменистане, то на берегу моря, то в барханах, далеко от ближайших населенных пунктов..." Говорят, из еды у киношников были лишь раки да ящики с водкой. Пища богов! Но только не тогда, когда больше нечего есть. Вот и питалась вся съемочная группа этим, порой даже не хватало воды. А женский алкоголизм, как известно, развивается быстрее мужского. Порой достаточно месяца два-три.
Семья Извицкой и Бредуна была хлебосольной и в доме никогда перед друзьями не закрывались двери, среди них было много известных актеров, подверженных той же напасти, что и она. Дружбу за бутылочкой водили: Алла Ларионова и Николай Рыбников, Нонна Мордюкова, Людмила Гурченко (в период, когда ее не снимали), Георгий Юматов (это была творческая дружба, вместе они не раз выступали с концертами), Светлана Харитонова, Владимир Гусев, Людмила Марченко и ее муж театральный администратор Виталий Войтенко, Владимир Гусев и многие другие. Те, кто из них жив сегодня, открещиваются от этого знакомства - не любят вспоминать о данном периоде своей жизни.
Марченко часто заходила вместе с мужем и Татьяной Гавриловой к Изольде Извицкой чисто по-человечески - помочь, поддержать. Именно они впервые рассказали, что Бредун бьет свою жену. Актриса Татьяна Гаврилова вспоминала: "Мы пришли в гости к Изольде и были потрясены, увидев, что она сильно избита. Она показала нам множество ссадин на руках и теле, синие подтеки под глазами, но не сказала, кто это сделал..."
Интересных ролей все не было и не было. Начало 60-х годов Извицкая встретила творческим кризисом. Главные роли сменились ролями второго плана, а те, в свою очередь, и вовсе третьестепенными. Череда одноплановых ролей закрыла перед актрисой возможность показать себя в более интересном, неожиданном ключе. Постепенно ее перестали звать даже на второстепенные роли. Это обстоятельство актриса воспринимала крайне болезненно. Рядом в тот момент не оказалось верного, преданного и благородного друга.
Слава, едва начавшись, тут же улетучилась, и привыкнуть к этому Извицкой было труднее всего. Режиссеры не спешили приглашать уходящую звезду в свое кино. Театр-студия тоже молчал. Режиссеры не хотели видеть на площадке нетрезвую актрису, которой трудно было поддерживать рабочий режим, - она могла запросто опоздать, забыть текст, а то и просто не явиться.
Крах актрисы, полнейшая невостребованность, а впоследствии и уход мужа превратили некогда красивую женщину в вечно пьяную и небрежно одетую нелюдимку.
И началось падение с вершины в никуда. Извицкой больше никто и никогда не предложил более значимой и интересной роли, как Чухрай. Оказалось, что Извицкая, как хорошая, характерная актриса, практически никому не нужна.
Наверное, она была слишком красивой и слишком "несоветской". Или просто так сложилось. Быть может, ей нужно было переждать, пережить. А она не смогла. Хотела все сразу, здесь и теперь. Перенести забытье и ненужность под силу только волевым личностям. У Изольды же были слабые нервы и ранимый характер. Возможно, если бы с ней рядом был другой мужчина, она бы, чувствуя опору и поддержку, все пережила. А муж Эдуар Бредун, оказался беспардонным и завистливым неудачником. Любитель крепких напитков, он спаивал жену, завидуя ее успеху. Карьера Бредуна как актера не сложилась, и удачи жены сводили его с ума.
А Извицкая любила мужа. Делала все в угоду ему. И не заметила, как стала неуравновешенной алкоголичкой. Сначала за компанию с мужем, потом и в одиночку.
Все чаще Извицкую замечали бродящей по двору со свертком, в котором потом, как оказывалось, она носила водку. Есть у нее было нечего, разве что кусочек хлеба. Но выпить было всегда. Иногда актрисе помогали друзья, которых со временем становилось все меньше и меньше, иногда соседи. Кто-то передавал деньги, а она тратила их на водку.
Видя, что буквально на глазах актриса погибает, некоторые коллеги-кинематографисты пытались ей как-то помочь, просили режиссеров дать актрисе хоть какие-нибудь эпизодические роли. Это помогало Извицкой держаться какой-то короткий срок, но потом все возвращалось на круги своя. В 1963 году Извицкая с большим трудом получила работу в телефильме "Вызываю огонь на себя" и из всех сил старалась держать себя в форме. Но потом сорвалась. Ее вызвал для серьезной беседы начальник актерского отдела "Мосфильма" и предложил обратиться за помощью к наркологу, но она наотрез отказалась...
В 1969 году друзья уговорили режиссера Самсона Самсонова занять ее в своем новом фильме "Каждый вечер в одиннадцать", где главные роли играли Михаил Ножкин и жена режиссера Маргарита Володина. Говорят, об этом особо горячо Самсонова уговаривал давний поклонник Извицкой Марк Бернес, потому что видел - она стоит у последней черты. Когда-то у него из-за хорошенькой актрисы было немало неприятностей, но она не оставила его в беде. Пришло время платить по счетам. Бернес старался, как мог, вот только роль Извицкой в фильме оказалась настолько крошечной, что ее бессловесного присутствия в нем так почти никто и не заметил. Да и что это могло изменить... Хотя в этой короткой поездке на море и были свои плюсы - на какое-то время московские собутыльники оставили Изольду в покое. И она, приехав в Сочи, ненадолго взяла себя в руки. Не пила. Но потом стала на репетиции приходить в подпитии. С ней поговорил Бернес, и это дало результат - в последний день съемок она пришла на съемочную площадку трезвой. Дала Бернесу слово не пить, но вскоре опять сорвалась...
Между тем эта картина стала последней в послужном списке актрисы. Большая часть ее работ пришлась на "звездное" десятилетие - между 1954 и 1964 годами.
Вот что сказала по поводу актерской популярности Наталья Фатеева, другая несравненная кинокрасавица тех лет:
Здесь хочется возразить, актриса немного лукавит. Пик популярности, хотя и недолгий, был - в середине 60-х. Но вскоре в кино начала утверждаться новая эстетика, в центре которой стоял обычный человек - не с экрана, а с улицы. Наталья Фатеева, Алла Ларионова, Изольда Извицкая и другие превосходнейшие образцы эталонной русской красоты, хотя и продолжали блистать на экранах, но уже не в полную силу - их вытесняли новые лица, новые типажи. Режиссеры, еще вчера использовавшие редкую красоту актрисы, уже относились к ее отличительной внешности даже с пренебрежением, и ей постоянно приходилось доказывать, что она не только красива, но еще и что-то представляет собой как актриса. И это у нее получалось. Фатеева, не будучи в числе самых популярных, всегда оставалась заметной, неординарной, самобытной актрисой, имеющей своих постоянных поклонников. Поэтому из кино 60-х актриса достаточно легко перешла в кино 70-х и пополнила новыми ролями свою фильмографию, хотя ей самой, по собственному признанию, это и не принесло достаточного удовлетворения. Чтобы совсем не сидеть порой без дела, пробовала актриса себя и в дубляже, тем более на этой ниве поле было мало пахано - вместо того, чтобы тратить деньги на развитие собственного кинематографа и поддержку новых талантов, у нас в неимоверном количестве закупались не всегда стоящие картины из соцлагеря и развивающихся стран. И ради хлеба насущного многим актерам и актрисам, вместо того чтобы сниматься самим, приходилось дарить свои голоса зарубежным коллегам. Дубляж стал хорошим подспорьем в трудные минуты для Розы Макагоновой, Николая Бурляева, Владимира Яворского, Артема Карапетяна, Ефима Копеляна, Александра Демьяненко, Эдуарда Изотова, Вячеслава Тихонова, Татьяны Конюховой, Тамары Семиной, Надежды Румянцевой, Натальи Варлей, Карилла Столярова, Евгения Весника... Не раз таким образом подрабатывал и Эдуард Бредун. Почему Извицкая не захотела попробовать себя в этом успешном и увлекательном, приносящем неплохие дивиденды деле?...
Вспоминает Лидия Степанова, подруга Изольды:
Несостоявшиеся роли
К сожалению, у каждого артиста есть свой "черный" трагический список - несыгранных ролей. Недаром замечательный актер Георгий Милляр, запомнившийся своими многочисленными образами всякой сказочной нечисти и написавший немало прекрасных афоризмов, как-то высказался на этот счет так: "Актер - кладбище несыгранных ролей". Под этой лаконичной и по-философски мудрой фразой, думается, мог бы подписаться любой, даже самый удачливый актер. Даже если он прославился исполнением ролей многочисленных ментов, то, очень возможно, в душе все еще скорбит по образу Отелло или Гамлета. А может, он "пролетел", не получив главную роль в одной из нашумевших и всенародно любимых комедий Эльдара Рязанова...
Вот и у Изольды Извицкой таких разочарований было немало. По большому счету не так уж и много она успела сыграть в кино! Ее институтская подружка, кинозвезда Татьяна Конюхова в беседе со мной призналась, что неоднократно участвовала с Изольдой в кастинге на ту или другую роль (обычное дело в жизни актрис), на которую потом благополучно была утверждена она, а не Извицкая. Это не могло внести некоторый разлад в их ранее такие теплые и искренние отношения. Правда, жаль, что мне так и не удалось выяснить, что это были за роли. Да это теперь, по большому счету, уже и неважно - мы привыкли видеть в картинах именно Конюхову и от всей души полюбили ее героинь.
Оказывается, среди несостаявшихся ролей Извицкой есть и классика - она вполне могла бы сыграть Настасью Филипповну в экранизации Достоевского "Идиот". У постановщика картины Ивана Пырьева уже были найдены все актеры - утвержден Юрий Яковлев на роль князя Мышкина (это была вторая его работа в кино, но по значимости, по собственному признанию актера, первая). Был и Рогожин (Леонид Пархоменко, с которым Извицкая училась во ВГИКе), и Ганька (Никита Подгорный), почти все, не было только главной героини.
Вот как вспоминает об этом тот же Юрий Яковлев: "Было снято где-то с полкартины, а Настасья Филипповна все еще не появлялась. Никак не могли подобрать актрису. Нет актрисы на эту роль - и все тут. Пробовались многие - и Изольда Извицкая, и Евгения Козырева из театра Маяковского, - Пырьев не мог ни на ком остановиться. Но потом он увидел Борисову в спектакле "Идиот" в театре Вахтангова, после чего тут же пригласил ее и без колебаний утвердил на роль. У Юли очень сильная, очень яркая индивидуальность. Она всегда играла героинь и произвела на Пырьева такое впечатление как актриса, что у него не осталось никаких сомнений. Это стало нашим единственным с Юлией Константиновной, но зато очень ярким совместным опытом работы в кино. Но до чего же хорошо, до чего же легко мне с ней было на съемочной площадке..."
У Борисовой, к сожалению, так и не состоялась та яркая кинокарьера, которую ей прочили после выхода "Идиота". Дело в том, что Юлия Борисова считала себя полностью театральной актрисой. И сколько бы в дальнейшем режиссеры ни предлагали ей киноролей, она почти всегда отказывалась - то не нравились сами сценарии, то роли...
Сегодня уже трудно себе представить, что, когда фильм о преданной и безоглядной любви робкого паренька, работающего на буровой, к стрелочнице и вызвавшей в ней ответное чувство, вышел на экраны, его не самым лучшим образом встретили и критики, и зрители. Первые обрушились на него с обвинениями в пошлости и прививанию зрителям мещанского вкуса, а вторые не сразу разглядели все достоинства картины - трогательный сюжет, прекрасные актерские работы... Другая, откровенно слабая картина "Осторожно, бабушка" с участием все того же Леонида Быкова, которую его знаменитый однофамилец Ролан Быков назвал худшим фильмом в своей карьере, в прокате 1961 года заняла 4-е место (40,3 млн. зрителей), в то время как "Алешкина любовь" - лишь 20-е (23,7 млн.). Однако время все расставило по своим местам.
Снимать "Алешкину любовь" доверили двум режиссерам: Семену Туманову и Георгию Щукину, год назад с блеском закончившим Высшие режиссерские курсы. Это была их первая самостоятельная картина. Сам сценарий картины неоднократно дорабатывался. Вот что сказал о нем главный редактор 3-его творческого объединения И. Маневич: "Любовь Алексея рассказана ясно, видно, но порой холодновато, вяло, без большого волнения. Она недостаточно индивидуальна и страстна. В этой любви мало перипетий, переходов Алешки из одного состояния в другое, чувство не всегда проявляется достаточно ярко и сильно. Мы плохо представляем себе, чем является Зина в глазах любящего ее Алешки, мало знаем о содержании их отношений. Хотелось бы больше силы, темперамента в проявлении чувств героев..." Все это в дальнейшем учел "деревенский" драматург Будимир Метальников, перед этим написавший два других народных "хита" - "Отчий дом" и "Простую история". Эти картины подарили стремительный виток популярности Людмиле Марченко и Нонне Мордюковой и стали лучшими в их актерской судьбе.
Поскольку за постановку фильма взялся "Мосфильм", который был связан кровными узами со столичным Театром киноактера, то главный упор делался на его работников. Само руководство рекомендовало на роли следующих актеров: Зина - Ия Арепина, Изольда Извицкая, Людмила Гурченко; Аркашка - Раднер Муратов, Юрий Белов, Александр Лебедев; Лиза - Лидия Смирнова, Нонна Мордюкова; Илья - Иван Рыжов; Николай - Иван Сайкин, Юрий Саранцев. Подходящую кандидатуру на роль Алешки Театр киноактера подобрать так и не сумел. Но режиссеры не огорчились: в их распоряжении были картотеки других киностудий страны плюс учащаяся молодежь ВГИКа и театральных училищ.
Вскоре круг актеров определился: Лиза - Ольга Хорькова; ее муж Илья - Борис Балакин; Аркашка - Юрий Белов; Женька - Александр Зайцев; Сергей - Владимир Гуляев; Николай - Иван Сайкин; бригадир - Иван Рыжов. На главную женскую роль - Зинки - из четырех представленных кандидатур (И. Арепина, Л. Шляхтур, Т. Витченко, А. Завьялова, Извицкая как-то быстро "слетела") была выбрана 24-летняя выпускница Ленинградского театрального института Александра Завьялова. На "Алешкину любовь" ее сосватал "Мосфильм" - она считалась одной из самых красивых и перспективных актрис. Между тем на главную мужскую роль, геолога Алексея, кандидатур было больше всего - восемь: Л. Куравлев, А. Кузнецов. А. Кожевников, В. Грачев, А. Харитонов, В. Колокольцев. В. Александрушкин. Однако ни один из них влиятельную комиссию не впечатлил, и режиссерам была дана команда продолжать поиски более подходящего кандидата.
Фильм снимался в окрестностях Феодосии. Поскольку актера на роль Алешки на тот момент еще не было, снимали какие-то эпизоды без него. Вскоре он был найден. Им стал 31-летний актер Харьковского театра имени Шевченко Леонид Быков, который на тот момент был уже хорошо известен широкому зрителю по картинам "Судьба Марины", "Укротительница тигров", "Максим Перепелица", "Добровольцы" и "Дорогой мой человек".
Жаль, что Извицкой не удалось сняться в этих картинах. Возможно, и сама жизнь актрисы могла сложиться иначе...
"Вызываем огонь на себя"
В 1963 году режиссер Сергей Колосов приступил к съемкам первого в стране многосерийного телефильма "Вызываем огонь на себя", рассказывающего о борьбе советских разведчиков и польских патриотов в 1941 году на оккупированной гитлеровцами белорусской земле. В главной роли Ани Морозовой снималась жена режиссера Людмила Касаткина. А ее напарницу, разведчицу Пашу, должна была сыграть Изольда Извицкая. По словам Колосова: "Порой на съемках Изольда была недостаточно собранна, плохо выглядела, чувствовалось, что она ведет безалаберную семейную жизнь с Бредуном, который был мне антипатичен".
Однако, несмотря на свою болезнь, Извицкая справилась со своей ролью блестяще. Почти полтора года, пока велись съемки, она старалась держать себя в форме, выкладывалась на съемочной площадке до конца. Многим, знавшим ее, тогда показалось, что актриса поверила в себя и впервые за долгие годы сможет изменить собственную судьбу в лучшую сторону. Однако чуда так и не произошло.
Сериал "Вызываем огонь на себя" - важный этап в развитии советского кино как первого отечественного телевизионного многосерийного фильма. Он открыл нам много новых имен прекраснейших актеров: Ролана Быкова, Александра Лазарева, Станислава Чекана, Елены Королевой... Принимали в нем участие и такие звезды экрана, как Людмила Касаткина, Олег Ефремов, Ада Войцик, Нина Гребешкова, Борис Чирков, Валентина Телегина, Владимир Осенев. Для Изольды Извицкой работа в сериале "Вызываем огонь на себя" стала еще одним счастливым билетом - годы забвения обернулись парой лет интереснейшей, самозабвенной работы, хотя бы на время вернувшей ей былую популярность.
Сценарий картины был написан режиссером Сергеем Колосовым по одноименной повести О. Горчакова и Я. Пшимановского. В основу истории легли реальные события, произошедшие на Брянщине в годы войны. Подпольная группа Ани Морозовой установила связь с поляками, работающими на немецком аэродроме, с их помощью устраивала диверсии, переправляла важную секретную информацию через партизан в Москву. Многие из реальных героев рассказанной в фильме истории погибли. Героиня Извицкой Прасковья Бакутина дожила до тех дней, когда снимался фильм, но у нее сложились непростые отношения с кинематографистами.
Вот как вспоминает работу Извицкой режиссер Сергей Колосов:
Первый общественный просмотр сериала "Вызываем огонь на себя" состоялся в Брянске в январе 1965 года, за несколько недель до выхода картины в телевизионный эфир, для партизан Брянщины. На встрече присутствовали исполнительница главной роли Людмила Касаткина, режиссер Сергей Колосов, главный оператор Владимир Яковлев и один из актеров. В тот момент вся страна готовилась к 20-тилетию Победы.
Картину телевидение показало сначала ко дню Красной Армии 23 февраля, а затем в юбилейные дни широкого празднования Победы в Великой Отечественной войне - с 7 по 10 мая. Сергей Колосов позже вспоминал, что на обсуждении картины после ее просмотра в самом большом зале Брянска, с участием руководителей и актива области, свидетелей тех событий, происходивших в годы войны в брянских лесах, об игре Изольды Извицкой все отзывались очень хорошо. Прасковья Бакутина пользовалась большим уважением в этих местах, где ее хорошо знали. Ее экранное воплощение понравилось, Паша была узнаваема. Сама героиня Изольды Прасковья Бакутина в то время еще была жива и с интересом следила за работой съемочной группы, смотрела картину. Правда, здоровье у нее уже на тот момент было неважным, вскоре она скончалась.
Надо сказать, что сериал запускался в производство как трехсерийный проект. Однако вскоре после просмотра рабочего материала руководители телевидения предложили создателям картины сделать еще одну серию. Кинематографисты в короткие сроки досняли необходимый материал, прибавили к нему кое-какой имеющийся в их распоряжении монтажный запас и получили желаемую четвертую серию.
Позже создатели картины не раз вспоминали, что на площадке царила очень хорошая творческая атмосфера. В то время телевизионное кино было делом новым. Да еще и сам материал картины требовал от них большой правды, достоверности и убедительности, так как за ним стояли живые, реальные люди, их героизм в годы войны.
Изольда была очень внимательна к предложениям режиссера, к замечаниям и соображениям опытного оператора Владимира Тимофеевича Яковлева, снявшего такие крупные киноработы, как "Учитель" Сергея Герасимова, "Петр I" Владимира Петрова. Как признался мне Сергей Колосов, Яковлев очень любил запечатлевать красивые женские лица, ведь ему довелось снимать признанных красавиц: Аллу Константиновну Тарасову, Тамару Федоровну Макарову...
Серей Колосов вспоминает:
При выборе актрисы на роль Паши режиссер прежде опирался не только на ее внешнюю, но и внутреннюю схожесть с героиней. Это было установлено благодаря фотоматериалу и воспоминаниям очевидцев. В то время еще были живы многие участники подпольной партизанской группы, члены партизанской бригады Федора Семеновича Данченкова. Первая клипменская партизанская бригада руководила действиями сечинского интернационального подполья, в который входила Паша Бакутина. Среди других претенденток на эту роль выделялась Клара Лучко. Но она была чуть старше, чем требовалось.
На сегодняшний день почти никого из реальных участников событий не осталось в живых. В этом убедились создатели картины, когда побывали в Брянске на 40-летие фильма.
Вот как вспоминает работу в этом фильме исполнительница роли Ани Морозовой Людмила Касаткина:
Не менее ценны воспоминания и актрисы Нины Крачковской, сыгравшей одну из главных героинь в телесериале "Вызываем огонь на себя" - еврейку, которую Аня Морозова прячет у себя под кроватью.
Вспоминает актриса Елена Королева.
Последние дни
Маргарита Жарова, актриса, работала с Извицкой в Театре-студии киноактера, снималась с ней в кино:
Лидия Степанова, близкая подруга Изольды Извицкой:
Из всех родных семьи Извицких в живых остался только один родственник, который живет сейчас в Подмосковье. Он работает на мраморном заводе и помог с памятником Изольды, который сделал муж ее лучшей подруги Лидии архитектор Владимир Степанов. У него был на тот момент только черный и белый гранит. Памятник расположен на Востряковском кладбище, место 129. Рядом Лидия посадила березки.
Лидия Степанова как-то подошла к священнику, который был очень удивлен, что на этом кладбище похоронена такая знаменитая актриса. И хотя Изольда крещеная, в церкви частенько не брали записку на ее имя. Не верили, что это имя православное. И тогда батюшка посоветовал Лидии подавать записочку в любом случае, только рядом с именем в скобочках писать "православная".
Документально запротоколировано, что Извицкая умерла от сердечно-сосудистой недостаточности, но в крови был обнаружен и алкоголь. Все знают, что Извицкая в то время сильно пила, вот сердце и не выдержало. Сказалось и истощение - актриса почти ничего не ела. Все это говорит о сильнейшей душевной и моральной депрессии. Она стеснялась своего безденежья и столь незавидного положения "отставной" звезды.
Последнее время Извицкая ходила в магазин только за водкой и кефиром или просила купить соседей. Гаврилова утверждала, что незадолго до этого приносила Изольде курицу, а потом заболела и поэтому не появлялась. По всей видимости, последнюю неделю к ней никто не приходил. Она пролежала на полу мертвая несколько дней, пока в театре ее не хватились. Так и не удалось точно установить точную дату смерти и похорон Изольды - все знакомые говорят по-разному. Кто-то утверждает, что ее похоронили 4 марта, кто-то - 6-го, есть и такие, кто говорит про 9-е, были сторонники версии, что она в начале месяца только умерла. И все же, вероятнее всего, смерть произошла в конце февраля, вскоре после того, как от Извицкой ушел Бредун. Жаль, что точно эту печальную дату так никто и не записал, а из родных у нее никого не осталось.
Татьяна Гаврилова, работавшая с Извицкой в Театре киноактера, вспоминала:
После этого случая Гаврилова не смогла безучастно взирать на то, как погибает ее коллега по актерскому цеху, и стала навещать ее - приносила еду, скрашивала ее одиночество. Однако предотвратить неумолимо надвигающуюся трагедию была уже не в силах...
В Театре-студии киноактера, в штате которого Изольда Извицкая числилась, зарплата ей шла, однако там она не показывалась. Это было странно, потому что незадолго до этого Извицкой предложили роль в новом спектакле "Слава" по пьесе драматурга Гусева. Это предложение ободрило ее, она целыми днями сидела дома и учила свою роль. В театре было такое правило - когда давали какую-то роль, диспетчер регулярно связывался, выясняя, как идут дела с заучиванием текста. Изольда сама с ним созванивалась и бодро докладывала, как продвигается работа. Но вот наступил момент в конце февраля, когда диспетчер позвонил, а по телефону никто не ответил. Изольда пропала. День, другой...
Татьяна Гаврилова вспоминала:
По Москве поползли слухи, что Изольда Извицкая отравилась, повесилась...
О том, что некогда популярная актриса кино Изольда Извицкая умерла, 7 марта сообщил лишь маленький некролог в газете "Советская культура"...
Вот что вспоминает актриса Наталья Фатеева, жившая с Извицкой в одном доме:
Сколько их упало в эту бездну!
Мы были с ней как сестры. У меня не было никого ближе, чем Изольда, да и у нее в Москве тоже никого ближе меня не было. Изольда была очень добрым человеком. Даже тогда, когда она сама мало получала, сколько раз все раздавала и приходила без денег, говоря при этом: "Лида, ну как я могу не дать, если у них дети, а у меня никого нет". Доброта и щедрость ее были безграничны. Нельзя было похвалить при ней что-то из ее одежды. Я как-то с восхищением отозвалась об ее обновке - костюме и сразу услышала в ответ: "Ну, и бери это, возьми его себе". Мы с Танечкой Конюховой, возможно, в чем-то расходимся в отношении Изольды, потому что у них достаточно часто пересекались жизненные пути. Ведь и Володя, Танин муж, сначала ухаживал за Изольдой, даже просил ее развестись с Бредуном. Это чтобы были ясны некоторые обиды Тани. Родители Владимира, жившие в Санкт-Петербурге, так тепло относились к Изольде, что даже после женитьбы своего сына на Тане и рождении внука не снимали ее портрет со стены.
Мне очень грустно вспоминать, как один проходимец под личиной журналиста выведал у меня разные моменты жизни Изольды, а потом состряпал достаточно грязный материал. Смысл такой: "Представительница рабочего класса получила такую славу, что не смогла с ней справиться..." А ведь отец Изольды был с высшим образованием. И родилась она в Москве, а не в Дзержинске, как часто о ней пишут. Ее отец - химик, приехал туда по распределению. Мать - педагог. Я обратилась тогда за помощью к другу детства Элему Климову - мы оба с ним из Сталинграда, чтобы он мне помог призвать этого писаку к ответу и забрать у него редкие фотографии, которые он взял на время для своей статьи, да так и по сей день не вернул. Однако это оказалось пустым делом, мне даже не смогли помочь в Гильдии актеров. А ведь он забрал у меня все. Мы пытались развенчать этого негодяя, да все зря... А потом, в передаче "Чтобы помнили" Леонид Филатов зачитал одно из тех писем Изольды ко мне: "Мой дорогой Лидок!.." И показал одну из принадлежащих мне фотографий, подписанную Изольдой: "Моей самой любимой, самой дорогой Лиде!" Позже у меня еще пропал на работе и громадный пакет с последними имеющимися фотографиями Изольды, так что в память о нашей дружбе почти ничего не осталось...
Сначала Изольда жила в коммуналке - двухкомнатной квартире на двоих. Ее соседкой была работница "Мосфильма". Эта жилплощадь находилась в доме, где жили режиссер Григорий Чухрай и актриса Наталья Фатеева. Мы как-то вместе с ней шли и встретили Наташу с ребенком на руках. Я отошла в сторону, чтобы им не мешать, Изольда меня представила Фатеевой: "Это моя лучшая подруга". Потом я видела Наташу на похоронах. Она сказала много прочувствованных, полных боли, слов об Изольде. Вскоре после этого я посадила две березки на могиле подруги и не пускала туда Бредуна...
Когда Изольда получила новую отдельную однокомнатную квартиру, Бредун был на съемках, поэтому переезд на новое место взял на себя мой муж и его друзья. Телефона, понятное дело, еще не было. Каково же было мое удивление, когда задним числом я узнала, что новоселье справили без нас. Оказывается, одна из моих подруг, Рорка Новоселова (по паспорту носящая редкое революционное имя Аврора, историк по образованию, мы с ней вместе учились), взялась нас позвать, да так и не сделала этого, надеясь, таким образом, рассорить с Изольдой. Это ей, в конечном счете, на какое-то время удалось - мы не общались с Золей несколько лет. Рорка ревновала к нашей дружбе. Ей льстило знакомство с знаменитостью и она не хотела ни с кем делить Изольду. И хотя сама она ей не нравилась, Золя, в случае чего, всегда могла взять у нее денег взаймы - муж Рорки был физиком и в ее доме они всегда водились. В период переезда вопрос денежных средств стоял особенно актуально... Это все выяснилось потом, при случае, но неприятный осадок остался на всю жизнь. Мы с Изольдой все же помирились и больше не расставались. После смерти Изольды Рорка пыталась со мной наладить отношения, но я так и не смогла с ней больше общаться. Так хочется научиться прощать, но это ведь она хотела оттеснить меня от Изольды. Потом даже Эдька, чувствуя свою вину, бросился перед нами на колени: "Извините, но мы не смогли до вас дозвониться, а ведь именно вы тогда помогли Изольде перебраться на новую квартиру". Но это уже было неважно...
Я пришла во ВГИК только на третий курс. И у меня было много своих сложностей - от ГИТИСа хвосты какие-то остались, потом здесь что-то сдавали, а там этих дисциплин не было. Когда я училась у Ольги Ивановны Пыжовой в ГИТИСе, сложилась такая ситуация - меня позвали сниматься в фильм о ремесленниках "Навстречу жизни" по повести Василенко "Звездочка". Я спросила совета у Ольги Ивановны - соглашаться мне на эту роль или нет, она сказала: "Поезжай!" А когда я вернулась, выяснилось, что я сильно отстала - мои ребята уже учились на четвертом курсе, третьего курса вообще не было, мастера не набрали. А мне надо было на третий. Я оказалась на перепутье. И тогда в министерстве кинематографии мне сказали: "А почему бы вам не продолжить учебу во ВГИКе?"
И я опять бросилась к Ольге Ивановне за советом. И была удивлена ее ответом: "Какая разница - у каких педагогов учиться? Они все одной школы". Я была огорчена - как, думаю, она так легко меня отпускает, нет, чтобы как-то уговаривать: "Надя! Ты сильная. Возьми и сдай экзамены за целый курс и приходи ко мне на диплом..." И я на нее обиделась, надулась, как мышь на крупу: "Ну и пусть! Ну и пойду во ВГИК". Документы на новое место были пересланы через министерство.
Прихожу туда 1 сентября. Все на меня косятся. На курсе в общей сложности 20 человек. Ребят тоже можно понять: вдруг на третий курс приходит к ним непонятный какой-то гномик. Сижу так скромненько в уголочке, открываются двери и в аудиторию входят Ольга Ивановна и Борис Владимирович! Оказывается, они были руководителями этого курса, а мне даже в голову не пришло уточнить - к кому я поступаю. А Ольга Ивановна, тем временем, одновременно преподавала в двух вузах, как это делали многие. В ГИТИСе она всегда вела национальные курсы. Ей нравилось заниматься студиями. Она готовила с ними целый готовый репертуар, учитывая их национальные предпочтения, литературу, плюс русскую классику. Когда такая студия приезжала после выпуска к себе на родину, ей сразу предоставляли театральную площадку. И ее учеников много было по всем республикам.
А я, ничего этого не зная, все время, пока не попала во ВГИК, носила обиду на Ольгу Ивановну, что она не уговаривала меня остаться в ГИТИСе. Вот так я попала в этот коллектив. Мне пришлось сдавать экзамены за целый курс. Было столько своих забот, трудностей... Мне вообще было не до того, чтобы с кем-то знакомиться и подружиться. Я даже не сразу узнала, как кого зовут, потому что я по сути училась еще и дополнительно - все время ездила к каким-то педагогам, что-то там сдавала... Я никогда не была у педагогов на особом счету, не чувствовала себя любимицей.
С Изольдой мы столкнулись только на дипломе, когда ставили "Спутников" Пановой. В спектакле был занят почти весь курс. Я играла беспризорную Васку, а Изольда играла девчонку легкого поведения, там всего одна женская роль. Хирурга играла Руфина Нифонтова.
У нас же тоже была своеобразная национальная студия - было четверо украинцев: Булгакова, Владимирова, Фушич и Пархоменко, двое латышей: Астрида Гулбис (позже она работала на телевидении), Таллис Аболиньш.
Что говорить о характере Изольды, она была достаточно скрытным человеком, хотя вела себя очень мило. Не болтливая, вся в себе. Часто зрители судят по актерам по их ролям. И если экранные героини Изольды были хохотушками, это еще не значит, что такой же была она и в жизни. Она мало с кем общалась, все держала в себе. Так сложилось, что ребята относилась ко мне с некой опаской - почему это Ольга Ивановна взяла меня сразу на третий курс, по-матерински опекала, и у нас сложились очень хорошие, доверительные отношения. А ведь мы с ней вместе прошли достаточно большой путь, начиная со студии Детского театра, в который я попала в 16-летнем возрасте, потом ГИТИСа и кончая ВГИКом. Ольга Ивановна своих учеников всегда напутствовала так: "Жизнь твоя будет намного легче, если ты будешь популярен". После первой же своей картины я поняла, что это так: на мое имя стали приходить письма, меня стали приглашать на разные встречи...
С Изольдой после окончания института в работе мы встречались лишь однажды. Это было через три года после окончания института. Мы вместе снимались на Свердловской студии в картине "Очередной рейс" с Жорой Юматовым и Славой Чеканом. У нас с Изольдой даже не было общих сцен. Я играла с Жорой Юматовым. Так получалось, что и на студию мы приезжали с ней в разное время. Все, снимающиеся в этой картине, были из одного театра. В то время нас даже не спрашивали - хотим мы сниматься или нет. Если на актера поступала заявка, его просто в административном порядке назначали на ту или иную роль. Потом, когда у него появлялись популярность и имя, он уже мог выбирать. А до этого вопрос решался нажимом, вплоть до увольнения из театра. Позже, когда объединение возглавил Пырьев, я к нему обратилась с жалобой на это, на что услышала его отеческое: "Плюнь и забудь, что они там говорят. Ты пока работаешь у меня", ведь Театр киноактера существовал тогда при киностудии "Мосфильм".
Я считаю, что та трагедия, которая произошла, в конечном итоге, с Изольдой, идет от нашего отношения и от отношения государства к своим гражданам. И сегодня рядом с нами немало подобных трагедий. Так и будет продолжаться, пока мы не перестанем пресмыкаться и преклоняться перед зарубежными актерами с их многомиллионными состояниями. Взять хотя бы наши ставки советских актеров, которые получали копейки. И никого не интересовало, на какие иногда вредные для здоровья эксперименты мы шли ради своей работы. Взять хотя бы мою Катюшу Маслову, когда мне было поставлено условие ради роли сильно поправиться, во мне на тот момент было всего 43 килограмма, а средств на это нет. И как меня откармливали всем миром...
Изольда знала о моем отношении к ней, что я ее люблю. К сожалению, в Москве-то меня почти не было - моя жизнь прошла в поездках. Я все время снималась по разным городам и весям: Ленинград, Валдай, Свердловск... Разве все упомнишь. Раньше картины снимались подолгу. Взять хотя бы тот же "Вечный зов". Сколько лет жизни он забрал, мы пол-России облазили, где только не побывали! Порой оказывались и там, где в ту пору не было электричества. Молодые люди не только не знали, что такое Москва, понятия не имели о другой жизни! А тут к ним в гости пожаловали кинозвезды...
Или взять ту же картину "Коллеги". Мы ее снимали в Подмосковье. И даже там не было электричества... Так что вся жизнь моя прошла на колесах, дома проездом была, Володя, мой муж, часто со мной уезжал. Так что в Москве больше транзитом бывала. Не успеешь приехать, позвонишь-переговоришь со всеми знакомыми и поехала дальше. Вот такой "рваной", насыщенной жизнью я жила. На встречи-посиделки времени вообще не оставалось.
Насчет Изольды мы можем гадать и только домысливать - как там могло все получиться... Да, насчет детей ничего не получилось. Жалко. Такая судьба. Эдик - добрейшей души человеком был. Мы с ним в "Коллегах" играли. Как партнер он был просто замечательный. Потрясающий артист. Это играл он большей частью гадов, сволочей всяких. С годами у него фактура изменилась, он заматерел, ему стали другие роли предлагать. А начинал он с положительных. Характер у него хороший был. А в смысле их совместного с Изольдой жития - это только их дело. Встревать между супругами - неблагодарное дело. В этом вопросе даже мать с отцом лишние. Никто не может понять двух людей. Поэтому я никогда и не участвовала ни в каких оценках, ни в каких разборках друзей, когда те спорили между собой или расходились. Муж и жена - одна сатана. Право, откуда узнаешь, как повернется жизнь?
Почему так сложилось у Изольды с Эдиком? Наверное, такова их судьба. Ведь каждому отмерено что-то свое. Конечно, мы считаем, что много несправедливого. Но виной всему, конечно, то пагубное дело, которое погубило многих светлых людей. Даже таких, как Валентина Серова. Господи, как я ее спасала! Мы с ней вместе в одном спектакле играли и подружились. Помню, как она приносила в театр продавать свои шмотки. Какой был старинный гранатовый браслет, совершенно невероятной красоты... Уговаривала: "Томик, купи! Дешево продам". Как я ее уговаривала не делать этого: "Валентина Васильевна, я вас умоляю: не продавайте его! Я вам денег одолжу". А она стеснялась денег занимать. Это же все на водку... - "Нет, нет... Я его все равно продам". И продала. За копейки! А люди пользовались этим. Просто обирали. А потом в возрасте у нее пошли увлечения молоденькими мальчиками. Альфонсы пользовались ею, вытаскивали у нее все. А она не понимала этого. Была влюблена, верила в их искренность и бескорыстие. И делала все, что ей говорили, и продавала, и продавала... Горе. Все это от беззащитности и ненужности. Когда все от тебя отворачиваются.
Виноваты и примитивные эти режиссеры - надутые пузыри, которые дальше своего носа ничего не желают видеть... И однажды увидев в каком-то материале актера, только так его и представляют, навязывая ему и в дальнейшем узкие рамки амплуа. И другого ничего не могут предложить. А надо с актером работать, нести за него ответственность, как это делается на Западе., где заключаются контракты на пять, десять лет, под актера пишутся сценарии. На моей бытности один-единственный режиссер - Швейцер, снявший меня сначала в роли Катюши Масловой, позже пригласил на роль Ольги Трегубовой в картину "Время, вперед!" Я играла комсомолку. Щебенку таскала... И это совершенно уникальный случай. Ради этой роли я даже отказалась от замечательной роли в шолоховской "Донской повести", отдав ее Людмиле Чурсиной только потому, что не захотела повторяться и копировать Катюшу Маслову. Это я Чурсину "родила"! Даже она не знала, что я не только уступила ей эту роль, но и сама предложила ее кандидатуру режиссеру. Я подарила ей и "Журавушку", и Анфису из "Угрюм-реки". Вот так я разбазаривала свои предложения - направо и налево... Бывало, в этот момент я была занята, а с Анфисой произошла совершенно другая история. Я так мечтала об этой роли... Тогда только начиналось телевизионное кино, вот я и посчитала, что у меня нет времени связываться с сериалами, это неизбежно принесет мне разочарование. Как меня тогда ругали и уговаривали: Весник, Балашов, Рыжов Иван Петрович: "Ты не понимаешь, от чего отказываешься, идиотка..." Да, мне приходилось не раз слышать подобное в свой адрес.
А Изольде никто никогда не предлагал ничего подобного. О ней никто никогда не заботился и не думал. Она не была нужна. И что тут делать, если актеры поставлены в столь совершенно идиотское положение... Взять хотя бы того же Мишу Кононова, прекрасно снявшегося в "Большой перемене". Сегодня его нет. А ведь и он на долгие годы пропал - под него не было материала. И только когда он ушел, все вспомнили, какой он замечательный был актер. Незадолго до смерти он принимал участие в передаче Малахова "Пусть говорят". Предстал какой-то потерянный, изможденный, в какой-то жалкой маечке.
Там же был устроен мост с Америкой, в котором участвовала Лена Соловей. Все все время охали: зачем она уехала... Да кому она тут была нужна? Она бы пропала! А там она вся такая цветущая, полненькая, счастливая, потому что взяла и полностью поменяла свою жизнь. И она довольна ею. Занимается каким-то кружком, детьми. Ее дети уже выросли, получили образование, есть и внуки. А что бы она здесь имела? Пенсию 3 тысячи рублей и все? Умная женщина. На передачу пришел Никита Михалков, которого все так долго ждали, наш царь и бог. Смотрит на экран: "Зачем ты уехала? Возвращайся!" А потом комментирует: "Я ее помню в состоянии постоянной беременности"...
А ведь подобная участь - удел абсолютно всех киноартистов. Поэтому они и боготворят театр, работают в нем. Вон сегодня Лена Королева звонила. Рассказала, как недавно операцию перенесла и как Саша Калягин и общество театральных деятелей помогали - и деньгами, и операцию тяжелейшую профинансировали, и в отдельную палату поместили... А теперь ждут в театре. Это - уникальный случай! А в кино как? Поматросили и бросили...
Взять даже меня. Что происходит в последнее время... Прихожу на съемки: "Где режиссер?" - "А мы его выгнали!" Сегодня продюсеры руководят всем съемочным процессом. Озвучивают, ни черта в этом не смысля. Потому что все деньги делают. И снимают они того, кого хотят, - родственников, своих проституток, только не профессионалов. Последние годы многие известные актеры прошлого, подзабытые немного, стали снова успешно сниматься: Рая Рязанова, Николай Мерзликин... А сколько лет их не замечали...
От характера в профессии тоже много зависит. Вот меня хоть ножом режьте, я не буду ни перед кем унижаться и сюсюкать. Лучше буду голодать и грызть свою несчастную черствую корку хлеба. Режиссеры и сегодня про меня не забыли, предложения поступают бесконечно. И слава богу. Просто у меня сейчас такая полоса идет после потери мужа - Володи, я до сих пор никак не могу прийти в себя, все по больницам... У меня муж 15 лет болел. Я все эти годы выкинула из своей актерской жизни, жила только ради него. А ведь у женщины средних лет каждый год на счету. Часто в свой адрес слышала: "Ой, Тома, тебе памятник надо ставить, как ты за Володей ухаживала. Что ты для него сделала". А как иначе... умер - рядом с Высоцким его на Ваганьковском кладбище похоронила.
Звонят мне из мэрии 13 октября: "Тамара Петровна, мы разрешили вам захоронение вашего мужа на Троекуровском кладбище". А я им в ответ: "Благодарю вас, вы очень добрые, чуткие люди. Дело в том, что 6 октября было 9 дней Володе. И я его уже захоронила на Ваганьковском кладбище". - "Кто вам разрешил?" Вот так. А я просто пошла и сделала. И все эти 15 лет мне незнакомые люди помогали - кто с лекарствами, когда Володя был после инсульта, кто еще чем мог. Потому что меня любят, и Володьку любили. А в Гильдии хоть бы раз помогли. Одни разговоры. Однажды не выдержала и сказала: "Да вы бы хоть для хохмы дали одну пилюльку, чтобы показать, что хоть какое-то внимание оказываете". Там на лекарства выделяется в месяц какая-то сумма, так замучаешься чеки собирать. Жуткое дело. И сейчас те же чужие люди мне помогают и навещают в больнице. А ни Союзу, ни Гильдии это не нужно. При том, что там девочки хорошие работают, но что они могут...
Вот и Изольда. Она просто всего этого не выдержала. А представляете, что для меня, актрисы, значат последние, выброшенные на ветер, 15 лет... Это же бесконечные больницы, больницы... И ничего я сделать не могла - ни работать, ни куда-то уехать. И как я это пережил. Без копейки денег! Порой не верю сама себе. Как это все получилось... Знала только одно: я должна...
Когда я поступил во ВГИК, курс, на котором училась Изольда Извицкая, заканчивал учебу. Так что в институте мы параллельно просуществовали год. И как первый курс частенько бегали им помогать декорации устанавливать... А потом мы встретились с Изольдой в Театре киноактера. Она на сцене немного играла, больше снималась. А потом началась вот эта трагедия. Я дружил с ее мужем, Эдиком Бредуном. Вместе играли в одном спектакле.
Самое печальное, что я сразу вспоминаю при упоминании о ней, это то, как она умерла. Помню, меня вызвал наутро к себе директор - я был председателем профкома у себя в театре. Оказывается, по Би-би-си передали, что в Москве умерла советская секс-бомба... И начались претензии к руководству театра. Он искал у меня поддержки: вы подтвердите, что они сами пили... Глупости, конечно. Но такое время было. А то, что она погибала у всех на глазах, это верно. И что теперь обвинять во всем Эдика? Делать это, тем более, задним числом. Тут как-то была передача про Женю Ташкова и Катю Савинову, все видели. И вдруг мудрый голос за кадром сказал: "Она бросилась под поезд, потому что он заглядывался на молодых актрис". Кто это говорит, по какому праву? Отвратительная манера расставлять подобные акценты в чужой судьбе. Кто смеет это делать?
Кто знает - не встреть Изольда Бредуна, сложилась бы ее жизнь по-другому... Ведь и с другими случались аналогичные ситуации. Я не раз думал - отчего подобное происходит? На мой взгляд, все дело в образовании. В вузы приходят молодые люди разной культуры, часто неподготовленные к жизни. А вокруг столько искушений... Особенно тяжело не поддаваться им, став известными. И это не только у нас, подобное очень характерно для Америки. Так случилось и с Изольдой. "Прогремела" на весь мир, а что дальше... Защиты от соблазнов - никакой. Если ты работаешь из картины в картину, как лошадь, - ты живешь. Как только пауза - нечем заняться, ее заполнить, особенно если нет жизненных интересов. Не хватает внутренней культуры. Ничего, кроме работы неинтересно. Чем заполнить паузу? Вот ведь в чем дело. Да если еще и детей нет...
Когда ты вступаешь в эту зыбкую профессию, обязательно нужно думать о тех запасных аэродромах, которые в случае чего выручат тебя. Нужно иметь хоть какие-то другие интересы в жизни, помимо своего дела. Однажды может наступить момент, когда ты будешь не нужен искусству, - что тогда, с чем остаешься, кому ты нужен? И никто из артистов не защищен. Тот же Петр Алейников. Это как раз и есть то самое испытание огнем, водой и медными трубами. Хорошо еще, если муж рядом непьющий. Эдик-то больше ее пил и умер немного позже от цирроза печени. Многие умерли через эту беду. И Серова та же, ну мало ли кто еще. У нас как раз был целый цикл этой беды. А все дело в неподготовленности людей. Только что она была звездой и вот уже никому не нужна...
Женский алкоголизм страшнее мужского. И если женщина на себя берет часть "застолья", чтобы уберечь мужа, то она, вполне возможно, "подсаживается" на это. И в этом тоже есть своя доля правды. Ведь и семья у актеров и актрис редко состоится. А ведь семья - это защита. В ней свои интересы - ребенок, дом... А когда этого нет: студенческое жилье - общежитие, когда купили колбасы и бутылку водки, а дальше все идет по накатанной... А ведь можно заняться и чем-то другим: скажем, увлечься живописью или чем-то еще. А то ведь, как правило, актеры ничем не интересуются. Таково общее состояние. Почему-то режиссерам удобнее считать актеров "детьми", так удобнее - чем они глупее, тем лучше. Они должны безоговорочно смотреть режиссеру в рот, безропотно верить, считая его царем и богом. Актеров берут без особого интеллектуального багажа, он мешает в работе - поверить какому-то достаточно примитивному режиссеру будет трудно. Я, скажем, не смогу. Вот Бабочкин Борис Андреевич не мог с режиссерами разговаривать. Его уровень был значительно выше. Хотя он был гениальный актер, но фактически сыграл всего одну роль (но там причины иные).
Что касается Изольды - это был замечательнейший души человек. Чистейшей, добрый, обаятельный, отзывчивый... Но вот свалилась слава. И она ее не перенесла - и подготовка сама, и культурка... Не готова. И когда учили, об том не думали - кто знает, что с человеком случится. Сопротивляемости нет. Это не заложено и в системе образования. Человек, мечтая стать звездой, зачастую не отдает себе отчет в том, что, если это случится, не будет продолжаться вечно, как невозможно оставаться вечно красивым и молодым. Любови Петровне Орловой это как-то удавалось, она держалась, в ней было что-то такое...
Вот из мхатовского и вахтанговского училищ более закаленные люди выходят, к жизни подготовленные лучше, чем из ВГИКа. У нас больше занимаются профессией, что произойдет с самим человеком потом, мало кого заботило. Кинематограф полностью поглощает человека. Мне не раз приходилось от друзей других профессий слышать, что они никого из кинематографистов в консерватории-то не видели. Изольда тоже туда не ходила. И я, пока меня однажды товарищ не привел. В наше время, когда появилось разрешение смотреть экспрессионистов, что стало для нас настоящим открытием, читать самую разную литературу... А тут девочка с периферии - что она знает о жизни? Поэтому и экзамены в институте порой превращались в тягость, потому что надо было успеть заявить о себе в профессии. И в вузах готовили узких специалистов, незащищенных перед жизненными трудностями.
Думаю, что такие люди, как Изольда, сегодня не были бы востребованы в профессии. В коммерческом кино не важно кто играет - берут проституток, любовниц продюсера... Качество их работы никого не интересует. Кино перестало быть искусством и превратилось в простое заполнение паузы, в работу под суфлера. Меня вот сейчас пригласили в 120-серийный фильм. Я подумал и не поехал, отказался, ведь только в сценарии заявлены 400 серий, а события и дальше будут развиваться. Я не знаю - будет ли осуществляться этот проект или нет, но для меня он не годится. И пока вообще приходится отказываться от кино, как и от телевидения. Оно тоже превратилось в работу под наушники. Мы - воспитанники другой системы. Сейчас же используется только типаж.
Изольда училась у лучших педагогов ВГИКа по актерскому мастерству - у Бибикова и Пыжовой. Я был у них на дипломе - замечательном спектакле "Спутники" Веры Пановой. И вообще это курс был изумительный, просто выдающийся. И трагический - многие погибли. Лешка Пархоменко погиб. Он играл Рогожина в "Идиоте". И сразу куда-то исчез. Гениальный артист Юра Белов. Тоже закончил грустно. Мы с ним в театре играли Булгакова. Помню, как у него посреди спектакля что-то произошло с головой, - текст забывал. Потом пропадал куда-то... Тоже оказался незащищенным перед ударами судьбы.
Единственный, кто у них продержался, так это Генка Юхтин. Он такой незаметный, тихий был, а самый крепкий оказался. Правда, и славы-то у него особой не было, хотя первые фильмы были замечательные - "Весна на Заречной улице", "Дело Румянцева". Сам он из детского дома. Потом он до конца играл в основном эпизоды. Вот Надя Румянцева - она стойкая. У нее много было своих интересов. Она и с мужем была за границей где-то - в южной Азии, что ли. У нее и дачка, и остальное все в порядке. Детей мужа воспитывала. Словом, маленькая, но со стержнем.
Была у них еще Майка Булгакова. Тоже пила и закончила трагически, но в автоаварии. Внешне там выглядело все благополучно. Она с удовольствием работала и на эстраде - хорошо пела. Муж у нее был австриец. И первый, Лешка Габрилович, - тоже человек вполне обеспеченный. И опять же дочка у нее от него осталась. И все равно ее судьба трагична... Вот Таня Конюхова - молодец, держится. Она до сих пор и выступает, и снимается, да еще и преподает. У Тани - характер! Она и общественной работой занималась, у нее на все имеется своя точка зрения...
На судьбе Изольды мы видим, что быть хорошим человеком в этом мире мало. Взять сегодняшних звезд. Кто сказал, что эта слава долговечна... Сегодня они мелькают на экране, а завтра забыты. Правда, у этих ребят совсем иной подход к жизни - они успевают быстренько зацепиться - заработать себе на домик, купить машину, отложить на будущее, овладеть какой-то другой специальностью. Вот они не пропадут. И все же и здесь будет немало падений.
Раньше были другие времена. Как Алла Ларионова с Колей Рыбниковым говорили: "Мы работаем на унитаз". Печально, но так и было. Чтобы обзавестись каким-то эксклюзивными туфельками или каким-то платьем нужно было ехать за границу. А для этого нужно было унижаться, чтобы получить право туда как-то выскочить. Вот вроде одна из самых обеспеченных семей - и дети были, а тоже никуда не денешься. Сложно было выжить, если нет у тебя звериной хватки. Были такие люди у нас, и много. Скажем, такой была Лидия Николаевна Смирнова. Кругом звезды, а она вся такая одинокая. И пробилась. И дольше всех продержалась. Это совсем другой характер - жуткий, жестокий. Царствие ей небесное. А человек мягкий был обречен. Та же Валентина Васильевна Караваева, сыгравшая когда-то Машеньку. Похожая судьба. Таких людей надо как-то оберегать. Конечно, если рядом такой муж, как Пырьев, Александров, Герасимов... можно еще о чем-то говорить. А если нет могущественного покровителя, трудно пробиться в этом мире.
Времена еще были такие. Когда после отмены культа Сталина, культа личности Хрущев пришел к власти и много чего наобещал, но ничего не изменилось... Это было вторым крушением надежд. Первое произошло после войны. Сначала постановление ЦК 46-го года, а затем линчевание Зощенко и Ахматовой. А ведь люди надеялись на лучшую жизнь - что отменят колхозы, станет полегче интеллигенции, вернутся кое-какие льготные порядки... Заслужили люди это за подвиг свой в войне, а им свободы и не дали. То же самое и с Хрущевым - когда отменили какие-то сталинские порядки, дальше ничего не последовало. А потом - "бульдозерная" выставка... И все тут же кончилось на корню. Но обещание свободы подарило нам целое поколение.
Когда я поступал в институт в 54-м году, сразу появилось столько интересных людей, взять даже ребят нашего курса: и Тарковский, и Шукшин, и Генка Шпаликов, и Мален Хуциев... Новые веяния в кинематографе и поэзии. Ведь все шестидесятники начинались в конце 50-х. Тут и Изольда тоже. А потом безработица, нет ролей. Ну что она успела сыграть... А потом лишь небольшие рольки. Вот она и начала пить. Приходила в театр - пряталась. Закутывалась в платочек, чтобы ее не видели. Опухшая... Она и сама понимала, что гибнет.
Когда я приходил к Эдику, нас назначили в народную дружину: собрали артистов, мы начали ходить по подъездам на Мосфильмовской и рядом... Все - молодые ребята. Они тоже жили там недалеко. Помню, прихожу как-то к Эдику: "А где Изольда?" - "Да она ушла". А у них там ниша такая была, смотрю, а она там, за занавесочкой. Она закрывалась и лежала там на кровати. Ей стыдно было появляться - знала, что плохо выглядит. Это уже было какое-то обреченное состояние. С Эдиком Золя познакомилась еще в институте. Он учился на курс старше, у Райзмана. Его сокурсником был Володя Гусев. С Эдиком мы в театре играли "Ивана Васильевича" по Булгакову, а вот у Золи никаких ролей не было, да и в кино к тому времени тоже, ее вытаскивали - кто как мог.
Изольда появлялась бледная, опухшая, неумело намазанные красные губы... Все это уже было как-то не так... Да и ролей-то у нее было не так много: "Сорок первый", "К Черному морю" - это она в институте снималась, откровенно слабый фильм, "Доброе утро" - это они с Таней Конюховой играли. Две однокурсницы снимались вместе. Две-три картины, больше и не припомню. Остальные - незначительные. Большей частью это были не роли, а рабочие дни. Это когда тебя вызывают на съемку попросту подзаработать - в массовку, в окружение. А Изольда все-таки заявила о себе как актриса мирового масштаба после "Сорок первого"... В этом все дело, а не в слабости характера. В то время у нас много людей, и не только в кинематографе, воспринимались лишь как рабочие инструменты.
Вот и Изольде никто никогда не говорил, что она звезда, на нее в Театре киноактера не ставились спектакли. Там таких звезд навалом и все они - "бездельники". И не из-за того, что не работали. Взять тот же Театр киноактера. Ведь у нас долгое время даже не платили за спектакли. Это считалось учебно-тренировочной работой. Не снимаешься - тебя платят зарплату пятьдесят процентов. Это половина той нищенской зарплаты, которую ты получаешь. И за это ты обязан хоть что-то репетировать и заниматься творческой деятельностью. Долгое время спектакли вообще не оплачивались, но при этом считалось, что человек, который в них работает, находится в простое, он - балласт для рабочего коллектива. Это даже и по бухгалтерским отчетам так считалось. Поэтому не все стремились играть на сцене...
Помню, первая зарплата, когда мы поступили, была 80 рублей. А общая зарплата - рублей 100-120. А так ты 50 процентов получаешь, но зато можно устроиться на дубляж. Когда ты попадаешь в эпизод какой-нибудь, то и зарплата сразу идет полная. И уже не важно - день ты работаешь или два дня. Да съемочных получишь где-то за месяц, все равно существование нищенское. Это ужасно. Ставки артистов кино были мизерные, и мы подписывали на то договора.
Когда приходит артист театра сниматься, он ставит свои условия. Допустим, назначает собственную ставку - те же 250 рублей за месяц. Это выше, в 2-3 раза больше, но он сам ее себе назначал. Ау нас в театре у снимающегося актера еще шли отчисления на остальных, кто находился в тот момент в простое. То есть жуткая система. Никто же не был заинтересован в сборах. Главное - идеология, чтобы на экране были целина, колхозы, стройки. Поэтому и тематика так называлась - колхозная, производственная... Поэтому у нас и актеры были с лицом колхозника, как Иван Петрович Рыжов, который не сидел без дела. А вот Аллочка Ларионова - на нее не было ролей. А она - красивая женщина, заявила о себе, должна была дальше как-то развиваться. У нас ведь немного было в кинематографе красавиц: Орлова, Ладынина, Целиковская, Макарова... А потом пошли простые русские женщины. Наверное, чтобы женщины не комплексовали перед экранными красавицами. В первую очередь приветствовалась индивидуальность. Нонна Мордюкова, Нина Сазонова простых колхозниц играли.
Изольда тоже мало вписывалась в эту систему. Помню по институту - она была самой красивой у них на курсе, поэтому сразу и начала сниматься. У меня даже где-то долго хранился журнал - первый или второй номер "Советского экрана", на обложке которого Золя. В каком-то голубом шарфике, по-моему, где-то на Ленинских горах, как символ молодой актрисы той эпохи. Таня Конюхова пошла дальше, затем Люся Гурченко, Зина Кириенко... А Изольда началась очень сильно, да сорвалась. Много было таких актрис. Вот Лида Драновская, главная роль которой так и осталась в картине "Поезд идет на восток". Потом еще такое дело, о котором не очень хотелось бы говорить: за взлетом очередной звезды очень ревностно следили ее конкурентки - и на "Мосфильме", и в комиссиях сидели, не пропускали. Тут тебе и завистники, и жены режиссеров. Целый клубок. Чтобы как-то пробиться, нужна была сильная спина, хорошая опека, вплоть до партийной организации, могущественные связи. А у Изольды всего этого не было. Она до этого не опускалась. Получать роль через постель - распространенный способ в кино по всему миру - тоже было ей не по душе...
С Извицкой мы не были близко знакомы. Встретились как-то однажды, на каком-то застолье у друзей, году эдак в 64-м. Одна встреча... Одно общение "ни о чем". Она была совсем молодой, я еще моложе - я с 39-го года, она 32-го. Ни до, ни после, мне так и не удалось встретиться с ней в кино. Вот с Эдиком, ее мужем, мы как-то работали вместе.
Да, у нее была трагическая судьба. Жутко неприятно, что она умерла такой молодой... Ее смерть стала тогда для всех настоящим шоком. То, в чем мы любили обвинять цивилизованный мир, когда никому нет дела до другого человека, оказывается, может произойти и у нас...
Как актер могу отметить, что у нее есть несколько достаточно достойных работ в кино, немало и небольших ролей. Ведь часто мы снимаемся в малюсеньких эпизодах и сами потом не можем точно вспомнить эти картины. У меня у самого этих эпизодов "чертова бездна". Сейчас вообще наступили довольно "занятные времена". Как бы вписалась такая актриса, как Изольда, в эту систему, не знаю. Вряд ли. Иногда приходится соглашаться на роль, чтобы совсем уж не выпадать из общего потока, толком даже не предполагая, о чем фильм. Возможно, даже снявшись, ты так никогда и не узнаешь - стоило ли это делать. Достойных картин в последнее время появилось немало, а недостойных еще больше.
Я никогда не воровал, не грабил, никогда не жил за чей-то счет. Никогда никому не рыл яму, чтобы он ногу подвернул, а я бы вылез... вроде и скрывать-то мне нечего. Но бывает и такое, что о чем-то не хочется говорить. А сейчас пошли такие времена, что, общаясь с журналистами, бывало, попросишь: "Ребята, не надо об этом писать..." Значит, будь уверен - именно об этом и напечатают! Потом жалеешь. Ведь такая жизнь сейчас пошла - тотальная, скрытая, надо уметь о чем-то и умолчать. Не знаю, как жила бы сейчас Изольда... Ведь сегодня и профессии-то нашей, по большому счету, нет, как нет и идеологии. А без идеологии искусства не бывает и быть не может! Поэтому и нет по-настоящему стоящих картин. Как говорится: "От ворон мы отстали, а к павам не пристали". Мы без ума прокляли все прошлое, а по-прежнему крутим старые картины, не всегда самые лучшие. Но зрители смотрят их с таким восторгом, что просто диву даешься. Оно и понятно, потому что на каком бы уровне таланта это ни было сделано, это всегда были фильмы про людей, затрагивающие общечеловеческие проблемы. А теперь порой смотришь кино... не хочется называть имена - шикарно, профессионально сделанное кино. Там люди режут дружка дружку, а мне на это наплевать, не жалко никого! Ну, режут они друг друга, ну, режьте, ребята, вам нравится это занятие, это ваше дело... Это кино не затрагивает никакие струны души.
Все, что у нас было, мы предали. И все под что-то пыжимся, корячимся... А это не наше, русскому человеку чуждое. Словом, во всем этом сейчас очень трудно разобраться - что происходит.
А взять того же нашего "Рублева". Сначала он числился в сотне лучших мировых картин, теперь уже в десятке. А это наш фильм, родненький. Наш - русский, советский, праведный - про людей, про жизнь, про смысл жизни, про проблемы человеческие - про Родину и предательство, про муки творчества...
Однако самое настоящее предательство происходит у нас сейчас. Массовое и всеобъемлющее. Всю страну предали, не подумав совершенно. Наш бывший председатель Госкино, не знаю - жив ли, нет ли, Филипп Тимофеевич Ермаш, на каком-то застолье уже после всего этого, с горечью сказал: "Странное дело - все, что было разумного, толкового при социализме, мы порушили, а все дерьмо с Запада взяли..." И продолжить эту мысль можно было бы так: конечно, дури у нас было выше крыши. Но, разрушая, нужно было хорошее все же оставить. А то произошло наоборот. Мало у нас своего было дерьма, так нет - с Запада еще нагребли, присвоили. И в результате - многое растеряли. Поэтому и сочувствия у людей нет. Все опирается на индивидуализм. А это смерть обществу. Дружка дружку перережут... А общество всегда двигал коммунизм - и первобытный тоже. Только существуя и помогая друг другу, можно выжить и развивать общество, только вместе, сообща. А сейчас российскому маразму дана полная свобода.
И я не устаю повторять: имея такие вершины, как Тарковский и Шукшин, как мы можем лебезить перед Западом, умиляться, если вдруг получилось не хуже, чем в Голливуде или у французов. Так и хочется крикнуть: "Ребята! Вы забыли? Это у нас был Тарковский и Шукшин! Шукшин - это наш родненький, Тарковский - режиссер мировой. Перед ним почтительно сгибали поясницы Бергман и Феллини.
Это у нас были: Эйзенштейн, Довженко, Райзман, Ростоцкий, Донской, Чухрай, Калатозов...
Это мы должны гордиться! Фильмы этих режиссеров до сих пор востребованы по всему миру. И с каждым годом их популярность только растет".
Михаил Ножкин, встретился с Извицкой на съемочной площадке ее последней картины "Каждый вечер в одиннадцать"
На съемках с Изольдой мы мало общались. Она появилась в Сочи всего на несколько дней, в самом начале - приятная, спокойная. Она была скромным, симпатичным, улыбчивым и милым человеком. В отличие от многих своих коллег не надувала щеки, ей не мешала ее популярность, значимость. Она была несколько застенчива. Она оставалась сама собой - скромным, и симпатичным, воспитанным человеком. Не знаю, какой она была в другой среде, но там, на съемках, она не жила актерской жизнью - в том уродливом широком обывательском понимании. В ней не было актерского позерства, показухи, философствования. Она просто потихонечку, повторюсь, даже как-то застенчиво делала свое дело, что мне было удивительно, ведь Изольда была в высшей степени профессионалом. У меня даже сложилось такое впечатление, что ей было неловко играть эту маленькую роль. Вот чем было это продиктовано. Конечно, она об этом не говорила, но роль была ей явно не по рангу, не по таланту. Конечно, она ее очень мило отработала, но с некой грустинкой в глазах, потому что ее к этому времени уже не снимали, и она была в некотором забвении. И все же, слава Богу, она никогда не была звездой в нынешнем пошлом и примитивном понимании этого слова, хотя и была более популярна, чем некоторые сегодняшние знаменитости.
Ничего не могу сказать, просто жалко хорошего талантливого человека. Конкретика меня никогда не интересовала - я ничего не знал о ее судьбе, какой у нее муж... Я немножко из другой колоды и подобным никогда не интересовался. Узнал уже после, хотя до сих пор не знаю - что там и как...
Что такое актерская судьба - это и малокартинье, и многокартинье... Разве можно это разделять. И хорошее, и плохое. Если говорить о подобной судьбе, можно и Катю Савинову вспомнить. Забытые талантливые люди, очень цельные, скромные. Уж как там их личная жизнь сложилась - не знаю, что-то их не устраивало в мире, в котором они живут, какая-то несправедливость. Не вписались в систему отношений: перестали снимать - отсюда и личные обиды, и незанятость. Система кинематографа была и есть, только стократно опошленная - нужно унижаться, выпрашивая роли, бегать, заискивать перед режиссерами... Результат мы на экране видим. Изольда не производила впечатление актрисы, "актрисули", которая только и знает, что "хи-хи", да "ха-ха"...
В жизни она была красивее, чем на экране. Наши актеры тем и отличаются от голливудских, что те в кино - все, как на подбор, красавцы, а в жизни увидишь... Наши - наоборот. Я многих мировых звезд видел в жизни, начиная с Софии Лорен, которую вблизи увидишь где-нибудь на фестивалях - полное разочарование. Недаром они, насколько я знаю, с собой своих фотографов возят, гримеров, операторов, которые их снимают, зная все тонкости их лица, в особых режимах, ракурсах... А для актрис всегда было особенно важно, как их снимают. Посмотрите на ту же Мэрилин Монро - так называемый секс-символ всех времен, народов, эпох и вселенных. Они что только не меняют у себя - на любую пластическую операцию готовы, на смену имени, только бы прорваться на экран. Посмотрите на ее реальную фотографию, ведь ничего общего с той, которую мы знаем по кино. А у нас посмотрите - красавицы! Все, как одна, которым эти Дины Дурбин и Марики Рокк и в подметки не годятся! Возьмите Аллу Ларионову, Лидию Смирнову, Любовь Орлову - очаровательную звезду по мировым понятиям, Клару Лучко, Таню Самойлову, Таню Конюхову... и т. д. и т. д, которых можно долго называть. А из молодых - какие есть красавицы... Они и в жизни были не хуже, я их достаточно хорошо знал. Та же Ларионова - образец русской красоты, от Бога, от рождения. Она же была очень скромным, очень порядочным человеком. Спокойным, уравновешенным, в ней не было этой надутости, кичливости, вновь повторюсь, этой "озвезделости" и "звездонутости"! И Изольда была из той же породы красивых скромных наших актрис, которые очень достойно вели себя не только на экране, но и в жизни, что немаловажно. Ведь беда многих, уж не говорю о Западе, возьмем наших нынешних - никчемных, "звездонутых" барышень и ребят, которые переоценивают свою значимость, - с важным видом, надув щеки, ходят, с экранов не слезают, с умным видом философствуют, рассуждают о каких-то материях, в которых ни хрена не понимают.
Примитивный уровень у большинства из них, к сожалению, позор актерский. Недаром выдает их поведение: позволяют себе где-то напиться, нажраться, где-то валяться... И позорят своим недостойным поведением целый актерский цех. Недаром же актером обзывают: "Ну, этот-то артист!", имея в виду всякую шелупень. Ведь физиком-ядерщиком не обзовут... Сейчас молодежь забыла, как важно соответствовать своей популярности, - это ответственность, как власть. В наше время актеры это понимали - кто умом, а кто интуитивно. И они держали себя достойно не только на экране, но, что важно, и в жизни - на фестивале, на сцене. Соответствуя своему экранному образу. И миллионы людей принимали их как пример для подражания. А сейчас... и положительных образов нет - полные шлюхи какие-то. Вот вам пожалуйста. Не хочу называть фамилии, есть, конечно, отдельно взятые, но в целом - стиль такой: на экране играть одно, а в жизни вести себя совершенно по-другому; что угодно можно себе позволять, не обращая внимания на тот образ, которому поверили зрители, на который равняется молодежь. Им наплевать. Поэтому они могут зарабатывать рекламой, призывать голосовать то за этого, то за того, брать за это деньги. Потом к власти приходит какой-нибудь прохиндей... Но никто не спрашивает эту популярную физиономию: "Что ж ты, сволочь, мы верили тебе, проголосовали, тот собрал тысячи голосов, а он - мерзавец. А ведь мы пошли ради тебя голосовать. Он же не ответит. Получил своё - и наплевать". Так уж сложилось, что сегодня торгуют чем угодно: лицом, популярностью, натурой и именем. Не все, конечно, но большая половина, точно. Многие сейчас пошли в политику. Если у тебя есть свои взгляды, убеждения, которым ты соответствуешь, и тебе хочется идти в политику, - иди, но тогда не прыгай, как блоха. Вспомните 90-е годы, не хочу называть имена тех популярных прохиндеев и прохиндеек, которые орали, призвали на баррикады, потом половина сбежали, разъехались по свету... И вот они опять все здесь, опять на экранах и как ни в чем не бывало учат жить, не слезают из шоу, как будто не было всех их позорных продажных речей и призывов к уничтожению страны и т. д. и т. п. И никто не спросит: "А пятнадцать лет назад что вы говорили?" Показать бы им эти ролики... Ни стыда, ни совести. А знаменитая встреча с Ельциным в Большом театре, где популярнейшие люди поносили свою страну и народ, забывая, что именно Родина им дала всемирную известность, наградила всевозможными званиями... И они все это поливали, поносили. И все эти знаменитые актеры республик наших - Советский Союз их вытащил из чепухи, из ерунды, с учетом всех национальностей и особенностей, и кто из них, обвешанных медалями, хоть слово сказал в защиту России... Они сидели там и участвовали - кто и достаточно активно - в развале страны. Просто я считаю, что Советский Союз их воспитал и избаловал. Они думают, что так будет всегда. Русский народ милосерден, но недаром у него есть такая пословица, о которой я узнал только сегодня: "Умей прощать своих врагов, но никогда не забывай их фамилий..."
Дед мой, Яков Трофимович Токарев, служил в личной охране царя, сопровождал Николая Второго после его ареста. А перед Екатеринбургом сам царь всех сопровождавших домой отослал... Дедушка в 1927 году был сослан с семьей в Сибирь. Мама была самой младшей в семье и семнадцатилетней девушкой из ссылки сбежала с комсомольцем Иваном Панкратовым, чью фамилию я и ношу. Это ее первый муж, он пропал без вести в 1946 году. Когда мама вышла замуж за моего отца, у меня уже была сестричка Зиночка. В 1952 году мама попала под репрессии и с двумя детьми была сослана в ту самую деревню Конево, где жил дед. Ее приняли тяжело - после побега трое маминых братьев погибли, трое пошли по лагерям, одну сестру застрелили, другая не известно как и где сгинула...
Когда умер Сталин, мне было уже четыре годика. И вот я запомнил: дедушка мой вбегает - и... к портрету Сталина. В красном углу висел этот портрет, на который дед, набожный человек, крестился. А тут дед, не крестясь, взял портрет Сталина - и об колено. Говорит: "Все, ирод!" А за портретом стояла наша родовая икона Николая Угодника. Вот на кого он крестился, оказывается...
На встречах со зрителями я непременно говорю: спасибо советской власти, благодаря заботам которой я родился и вырос в алтайской глухой деревне, где не было электричества, радио и единственной радостью было кино. Нам привозили кинопередвижку раза два в месяц. Поэтому с детства и мечта у меня была вырасти и делать кино.
Сижу я однажды ночью на кухне, пишу стихи. И тут открывается дверь и заходит... Изольда Извицкая. Представляете, мое состояние?! Оказывается, наша потрясающая кинозвезда ехала с премьерой фильма "Сорок первый" из Кемерова в Новокузнецк, и у них рядом с нашим поселком забуксовал автобус. Негде ночевать, и они пошли на единственный огонек, который горел. Волшебная женщина невероятной красоты! Утром рано я их провожал. Изольда подарила мне открыточку со своей фотографией, черно-белую, и говорит: "Саша, что тебе написать на память?" - "Не знаю". - "А о чем ты мечтаешь?" - "Я мечтаю работать в кино", - говорю. И тогда она написала: "Санечка, твоя мечта обязательно должна сбыться. Я в это верю. Изольда Из.". Открыточку эту храню до сих пор...
Мама говорила: "Саня, иди в офицеры. Кормежка казенная, одежка казенная. Ты у меня же страшненький, а за офицерами всегда симпатичные девчонки ухлестывают". Но мама уехала навестить моего дядю, которого освободили из лагерей, оставила нам с сестрой какие-то деньги. Ну а Зиночка, моя старшая сестра, говорит: "Санька, пока мамы дома нет, беги в артисты!" И все деньги, какие были у нас, мне отдала. И я решился. По справочнику посмотрел: оказывается, везде экзамены в театральные студии прошли. И в Новосибирске, и в Иркутске... Я вычислил, что остался единственный вариант - Нижний Новгород, город Горький. Вот я через всю Россию в Горький и поехал.
У меня была в детстве потрясающая убежденность (может, это бабушка мне внушила), что детей нельзя обижать, нельзя наказывать, им нужно помогать, кормить... Поэтому я был уверен, что не умру с голоду! Я верил всегда в доброту и ни разу не ошибся. Мне в жизни встречались удивительно добрые люди. Если бы их не было, я вряд ли чего-нибудь добился бы...
О том, что актерская судьба переменчива, - стоит ли говорить... Меняется мода, новые лица приходят и уходят, годы берут свое, сцена и кино требуют молодости, а люди, некогда востребованные, оказываются вдруг в вакууме - никто не звонит, ничего не предлагают, никуда не зовут... Далеко не каждый может справиться с таким поворотом - тем более натуры тонкие, нервные, неустойчивые...
К сожалению, эта беда коснулась многих...
- После смерти народного артиста СССР Игоря Ильинского его вдова не смогла наскрести ему на памятник. Пришлось продавать домашние ценности...
- Пенсия народного артиста СССР Николая Крючкова отстала от магазинных цен настолько, что его друзья написали челобитную министру социального обеспечения: "Спасите Крючкова!" Министр пошел навстречу, пенсию увеличили. Но бедность не отступила, так как не падали цены...
- Легенда советского кино, обаятельная и очаровательная Валентина Серова, муза поэта Константина Симонов, которой поэт посвящал лирические стихи, становившиеся потом любимыми песнями всей страны. Для любимой жены Константин Симонов написал киносценарий фильма "Жди меня". Там Валентина Серова ждала с фронта любимого... А в жизни она, грешная, полюбила маршала Рокоссовского. Страсти и страдания надломили ее, актриса стала выпивать. Брошенная всеми, с кем ей стало не по пути в увлечении спиртным, Серова сперва пила вместе с собственным сыном от первого брака, потом нашла другого собутыльника - монтировщика декораций.
Умерла одна в пустой, обворованной квартире, из которой вынесли все, что поддавалось переноске вручную...
- Владимир Ивашов, сыгравший в картине "Баллада о солдате", страдал язвой желудка. В 1993 году его по сокращению штата уволили из Театра киноактера. Народный артист РСФСР был вынужден пойти на стройку подсобным рабочим. Во время разгрузки машины с шифером Владимиру стало плохо, у него открылось желудочное кровотечение. Уже из дома машина "скорой помощи" доставила его в больницу. Председатель Гильдии актеров кино Евгений Жариков утверждал, что первая операция, сделанная Ивашову, оказалась неудачной потому, что врачи были пьяны. Операцию пришлось "переделывать". Но второго хирургического вторжения сердце артиста уже не выдержало...
- Алексея Смирнова, известного по фильму Леонида Гайдая "Операция "Ы" и другие приключения Шурика", роднит с Владимиром Ивашовым невостребованность. А с другими артистами - отсутствие каких бы то ни было денежных запасов. Когда этот прекрасный комический артист умер, выяснилось, что средств на похороны нет...
- В забвении закончили свои дни актеры Театра имени Вахтангова, народные артисты СССР Николай Гриценко и первая Турандот - Цецилия Мансурова...
- В полной нищете умерла совсем недавно блестящая комедийная киноактриса Тамара Носова, обворованная, парализованная, уже плохо что соображающая...
- В полном забвении протекали долгие годы гениальной артистки Марии Бабановой, лишь перед самой смертью вернувшейся на сцену, где ей осталось играть совсем недолго...
- В обстановке внутритеатральной вражды ушла из жизни народная артистка РСФСР Юдифь Глизер, вскоре за ней последовал и ее муж - народный артист СССР Максим Штраух...
- Умерла и незаслуженно забыта другая звездная пара - народные артисты Лидия Сухаревская и Борис Тенин...
- Актриса Екатерина Савинова ("Кубанские казаки", "Приходите завтра") покончила с собой, измученная тяжелым недугом, разуверившаяся в собственных силах.
- Умерла в нищете и совсем забыта другая потрясающая, любимая многими артистка Люсьена Овчинникова...
- Сергея Филиппова кинозрители полюбили за его комические роли. В жизни же его ждала достаточно трагическая судьба. В последней серии фильма "Двенадцать стульев", где он исполнял роль Кисы Воробьянинова, Сергей Филиппов сыграл самого себя - человека, вконец отчаявшегося. В свои 77 лет он, глубокий старик, живший одиноко, оказался забыт всеми и пролежал мертвым в своей квартире две недели. Соседи по лестничной площадке почуяли запах и позвонили в милицию... Денег на погребение не было. И даже родная киностудия "Ленфильм", которой артист отдал немало лет, отказалась его хоронить, так как к тому времени Сергей Филиппов уже числился пенсионером. Тогда на помощь бросился актер Александр Демьяненко, Шурик. Ему удалось по копейке наскрести на гроб и услуги могильщиков...
- Даже, казалась бы, такая обеспеченная и ни в чем не нуждающаяся Лидия Смирнова, которую всегда обслуживала армия поклонников и закрепленного за ней персонала, - актриса имела собственную медсестру, косметичку, парикмахера, врача, - отписав квартиру в высотке племяннице, последнее время вынуждена была коротать свои дни по санаториям...
Этот "горький" список можно продолжать и продолжать...
Фильмография Изольды Извицкой
1. "Богатырь" идет в Марто" - Настенька
Приключения (1954 г., 97 мин. цв.)
Автор сценария Иосиф Прут.
Режиссеры: Евгений Брюнчугин, Сигизмунд Навроцкий.
Оператор Алексей Мишурин.
Композитор Юлий Мейтус, текст песен Евгения Долматовского.
В ролях: Виктор Авдюшко, Элина Быстрицкая, Изольда Извицкая, Раднэр Муратов, Евгений Моргунов, Николай Граббе, Вавислий Нещипленко, Николай Крючков, Лев Фричинский, Борис Безгин, Михаил Белоусов, Клавдия Лепанова, Юрий Кротенко, Леонид Пирогов, Дмитрий Милютенко, Александр Шатов, Люся Максимова, Лев Олевский, Иван Кононенко, Елена Тяпкина, Игорь Ветров, Сергей Петров, Виктор Добровольский.
В иностранном городе Марто происходит наводнение, и, пока дельцы, стремящиеся нажиться на чужом горе, подсчитывают возможные барыши, на помощь пострадавшим с грузом продуктов и медикаментов, строительных материалов, плотов с лесом выходит советское транспортное судно "Богатырь". Узнав об этом, иностранные фирмы решают помешать прибытию судна в Марто: выводят из строя маяк, устраивают пожар на грузовом пароходе "Кристи" и задумывают взрыв на "Богатыре". Однако нашим геройским морякам удается вовремя ликвидировать опасность...
2. "Тревожная молодость" - Кэтрин
Героическая киноповесть (1954 г., 99 мин., ч/б)
Авторы сценария: Владимир Беляев, Михаил Блейман.
Режиссеры: Александр Алов, Владимир Наумов.
Оператор Александр Пищиков.
Композитор Юрий Шуровский.
В ролях: Александр Суснин, Антон Дунайский, Степан Шкурат, Григорий Гай, Михаил Крамар, Юрий Лавров, Юрий Кротенко, Борис Бабочкин, Сергей Гурзо, Николай Крючков, Тамара Логинова, Николай Рыбников, Александр Хвыля, Изольда Извицкая, Иван Кузнецов, Александра Панова.
Фильм поставлен по мотивам последней части трилогии В. Беляева "Старая крепость" и рассказывает о трех юных участниках революционных боев на Украине, пришедших на завод в первые годы восстановления народного хозяйства.
Режиссерский дебют Александра Алова и Владимира Наумова и первая роль Тамары Логиновой (Галя).
Первый фильм, начавший "комсомольскую" трилогию: "Тревожное утро", "Павел Корчагин", "Ветер".
Прокат (1955 г., 19-е место) - 24,4 млн. зрителей.
3. "Первый эшелон" - Аня Залогина
Мелодрама (1955 г., 114 мин., цв.)
Автор сценария Николай Погодин.
Режиссер Михаил Калатозов.
Операторы: Юрий Екельчик, Сергей Урусевский.
Композитор Дмитрий Шостакович.
В ролях: Всеволод Санаев, Сергей Ромоданов, Олег Ефремов, Татьяна Доронина, Изольда Извицкая, Эдуард Бредун, Николай Анненков, Хорен Абрамян, Нина Дорошина, Нурмухан Жантурин, Валентин Печников, Вячеслав Воронин, Эльза Леждей, Алексей Кожевников, Сергей Юртайкин.
В один из степных районов Казахстана прибывает по комсомольским путевкам отряд молодежи. Суровые морозы и потоки весенней грязи, изнуряющая работа не по специальности усложняют и без того трудную жизнь целинников, на фоне которой развивается трогательный роман секретаря комсомольской организации и трактористки Анны...
Первые роли в кино Олега Ефремова, Татьяны Дорониной и Алексея Кожевникова.
4. "Доброе утро" - Маша
Социальная комедия (1955 г., 91 мин., цв.)
Автор сценария Леонид Малюгин.
Режиссер Андрей Фролов.
Композитор Василий Соловьев-Седой.
В ролях: Татьяна Конюхова, Юрий Саранцев, Изольда Извицкая, Нина Агапова, Владимир Андреев, Лев Дуров, Николай Сморчков, Николай Смирнов, Даниил Нетребин, Афанасий Белов, Иван Любезнов, Евгений Матвеев, Михаил Пуговкин, Маргарита Жарова.
Тихая, застенчивая Катя оказывается в группе молодых строителей шоссейной дороги. Ей нравится веселый парень, известный экскаваторщик Вася Плотников. Но ему кружит голову только его личный успех. Катя переходит на другой участок работы, где быстро проявляется ее твердый характер, и становится передовиком строительства.
Первая работа в кино Евгения Матвеева (Судьбинин).
Лидер проката (1955 г., 6-е место) - 30,57 млн. зрителей.
5. "Сорок первый" - Марютка
Драма (1956 г., 93 мин., цв.)
Автор сценария Григорий Колтунов.
Оператор Сергей Урусевский.
Режиссер Григорий Чухрай.
Композитор Николай Крюков.
В ролях: Олег Стриженов, Изольда Извицкая, Николай Крючков, Николай Дупак, Георгий Шаповалов, Петр Любешкин, Муратбек Рыскулов, Вадим Захарченко, Даниил Нетребин, Александр Гречаный, Эдуард Бредун.
По одноименной повести Бориса Лавренева.
По белым сыпучим пескам Средней Азии движется отряд красноармейцев...
На боевом счету у лучшего стрелка отряда Марютки сорок убитых белогвардейцев. В последней перестрелке взят в плен поручик Говоруха-Отрок. Он станет сорок первым в ее послужном списке, когда они, вследствие кораблекрушения выброшенные на берег необитаемого острова, останутся один на один в пространстве песка, неба, моря и сложных любовных переживаний. Изолированные от всего мира, влюбленные на время забывают о безумии братоубийственной войны и о той классовой пропасти, которая их разделяет.
Лидер проката (1956, 21 место) - 25.1 млн. зрителей.
На Х Международном кинофестивале в Канне (1957) фильму присуждена Специальная премия "За оригинальный сценарий, гуманизм и поэтичность".
Призы: "Почетный диплом" в Эдинбурге (1957), Всесоюзный кинофестиваль в Минске - Приз критики (1956).
6. "Неповторимая весна" - Аня
Мелодрама (1957 г., 94 мин., цв.)
Автор сценария Сергей Ермолинский.
Режиссер Александр Столпер.
Оператор Александр Харитонов.
Композитор Николай Крюков.
В ролях: Евгения Козырева, Изольда Извицкая, Иван Дмитриев, Александр А. Михайлов, Ирина Скобцева, Виктор Шарлахов, Борис Битюков, Нина Дорошина, Светлана Харитонова, Леонид Пархоменко, Тахир Сабиров, Евгений Леонов.
После свадьбы молодые археологи Буровы отправляются на раскопки в пограничный район Средней Азии, где совсем недавно вспыхнула эпидемия чумы. Ряд обстоятельств, на время разлучив молодоженов, служит веской причиной для того, чтобы мать Ани обратилась за помощью к ее отцу - генералу Новожилову, много лет назад оставившему семью. Он делает все возможное, чтобы помочь молодым, в глубине души благодаря случай, на время объединивший его с женщиной, которую Новожилов все эти годы не переставал любить...
Прокат (1957 г., 19-е место) - 24,1 млн. зрителей
7. "К Черному морю" - Ирина
Эксцентрическая комедия (1957 г., 74 мин., цв.)
Автор сценария Леонид Малюгин.
Режиссер Андрей Тутышкин.
Оператор Константин Петриченко.
Композитор Никита Богословский.
В ролях: Изольда Извицкая, Анатолий Кузнецов, Евгений Самойлов, Сергей Лукьянов, Вера Петрова, Вадим Грачев, Нина Агапова, Александр Лебедев, Георгий Гумилевский, Евгений Тетерин, Лидия Федосеева-Шукшина, Светлана Харитонова, Евгения Мельникова, Андрей Тутышкин, Маргарита Жарова, Леонид Пирогов, Юрий Леонидов, Петр Савин.
Молодая пара - Ирина и Николай решают поехать на машине к Черному морю, чтобы по дороге отпраздновать свадьбу и провести медовый месяц на юге. Наслаждаясь красотами пейзажей, они уже мечтают, как будут купаться и загорать, но тут их путешествие неожиданно прерывается молодой девушкой, голосующей на обочине. Она просит подвести ее на станцию техобслуживания за запчастями. Между любимыми вспыхивает первая ссора - Ирина хочет продолжить путь, а Николай решает помочь попавшей в беду девушке. Невеста, скрепя сердце, отпускает жениха и, выйдя из машины, остается ждать, но полчаса растягиваются на полдня... Потеряв терпение, она голосует и садится в машину влюбленного в нее преподавателя Хохлова, весь путь преследующего молодых, надеясь на взаимность своей молодой студентки. С этого момента в истории и начинаются всевозможные веселые приключения, поиски любимой, гонки, объяснения и страстные примирения...
8. "Поэт" - Ольга Данилова
(1956 г., 97 мин., цв.)
Автор сценария Валентин Катаев.
Режиссер Борис Барнет.
В ролях: Николай Крючков, Изольда Извицкая, Зоя Федорова, Петр Алейников, Всеволод Ларионов, Георгий Георгиу, Валентин Гафт, Рина Зеленая, Евгений Моргунов, Николай Новлянский, Сергей Дворецкий.
Оператор Владимир Николаев.
Композитор Владимир Юровский.
9. "Отцы и дети" - Фенечка
Драма (1958 г., 103 мин., цв.)
Авторы сценария: Александр Витов, Наталья Рашевская.
Режиссеры: Наталья Рашевская, Адольф Бергункер.
Оператор Анатолий Назаров.
Композитор Венедикт Пушков.
В ролях: Виктор Авдюшко, Николай Сергеев, Екатерина Александровская, Эдуард Марцевич, Алексей Консовский, Алла Ларионова, Бруно Фрейндлих, Изольда Извицкая, Павел Первушин.
Экранизация одноименного романа И. С. Тургенева.
60-е годы ХIХ века. К Николаю Петровичу Кирсанову, сорокатрехлетнему помещику, приезжает сын Аркадий, только что окончивший университет, в компании с приятелем Евгением Васильевичем Базаровым - высоким, некрасивым и самоуверенным молодым человеком, начинающим доктором, согласившимся погостить у Кирсановых. Старший брат отца, Павел Петрович, и Базаров сразу же начинают ощущать взаимную антипатию. Уже на следующий день между ними происходит первая словесная перепалка. Павлу Петровичу "нигилизм", исповедуемый Базаровым, представляется дерзким и необоснованным учением. Взгляды и поведение Базарова настолько раздражают Павла Петровича, что он вновь и вновь атакует гостя. Через несколько дней после приезда Аркадий знакомит друга с Одинцовой - молодой, красивой и богатой вдовой, которой Базаров сразу же заинтересовывается...
Первая роль в кино Эдуарда Марцевича (Аркадий Кирсанов).
10. "Очередной рейс" - Ксения
Киноповесть (1958 г., 98 мин., ч/б)
Автор сценария Борис Васильев.
Режиссер Рафаил Гольдин.
Оператор Михаил Каменецкий.
Композитор Василий Соловьев-Седой.
В ролях: Георгий Юматов, Надежда Румянцева, Станислав Чекан, Всеволод Санаев, Афанасий Белов, Вадим Захарченко, Изольда Извицкая, Леонид Кмит, Муза Крепкогорская.
Молодой шофер грузовика Кирилл Воронов на своей автобазе слывет не только лихим водителем, но и любителем "левого" заработка. Во время рейсов он за деньги подвозит голосующих на дороге. Так было и на этот раз, но только закончилось для шофера весьма плачевно - загублен двигатель новой машины, а сам он лишился водительских прав. За столь грубую провинность Кирилла переводят в слесари, обязывая выплатить стоимость испорченного двигателя. Все это усугубляется тем, что невеста Кирилла Аня приходится родной сестрой Антону Крыленко, больше всех его критикующему. Когда автобаза получает срочное задание - направить две машины для перевозки важного груза, выбор сам собой падает на Антона и Кирилла. Вместе им надлежит отправиться в этот сложный и длительный рейс...
11. "Человек меняет кожу" - Маша Полознова
Киноповесть (1959 г.)
Авторы сценария: Дмитрий Василиу, Леонид Рутицкий.
Режиссер Рафаил Перельштейн.
В ролях: Николай Бармин, Гурминч Завкибеков, Павел Волков, Алексей Преснецов, Сергей Голованов, Владимир Емельянов, Изольда Извицкая, Нинель Мышкова, Ирина Печерникова, Сергей Столяров, Сергей Курилов, Юрий Киреев, Наталья Медведева.
Идет строительство Вахшского канала - одной из крупнейших новостроек первой пятилетки, куда прибывают по контракту два американца. Матерый шпион полковник Бейли, представившийся безобидным путешественником мистером Мурри, вскоре был пойман с поличным и разоблачен. А мистер Кларк, приехавший на канал "делать деньги", постепенно убеждается в том, что работа и политика не такие уж разные понятия. Не принимая социализм, он вполне искренне симпатизирует энтузиазму советских людей, а любовь к переводчице - комсомолке Марии Полозовой помогает Кларку осмыслить происходящее. В центре событий сложного строительства оказывается и инженер Уртабаев, внесший немало рационализаторских предложений. Обвиненный во вредительстве, он не только не "ломается", а находит в себе силы доказать собственную непричастность к диверсиям и остается одним из первых авторитетов стройки. В праздничный день открытия канала терпит крах последняя банда басмачей, в схватке с которой погибает комсомольский вожак Карим...
12. "Человек с будущим" - Леля
Киноповесть (1960 г.)
Автор сценария Афанасий Салынский.
Режиссер Николай Розанцев.
В ролях: Изольда Извицкая, Геннадий Нилов, Алексей Смирнов, Людмила Глазова, Игорь Ефимов, Николай Кузьмин, Евгений Барков, Николай Боголюбов, Григорий Плужник, Александр Афанасьев, Тамара Страдина, Станислав Фесюнов, Геннадий Вернов, Павел Первушин, Тамара Тимофеева, Георгий Жженов, Владимир Самойлов.
На шахте к молодому изобретателю Ивану Кондакову вначале все относились с иронией. Его рассеянность, опоздания и прочие легкомысленные поступки часто высмеиваются в шахтерской многотиражке, пока он изобретает какие-то полуфантастические агрегаты и приборы. Даже в местной газете появился высмеивающий его фельетон, а на стенде сатиры - карикатура. И новый его проект - угольный комбайн тоже вначале вызывает у всех лишь недвусмысленные усмешки... Школьная подруга Леля, окончившая мединститут, тоже давно перестала понимать Ивана. Но появляется Нина, совсем новый на шахте человек, которая страстно начинает поддерживать и защищать Кондакова. С нее начинается счастливая полоса жизни - изобретения парня поддерживаются и горкомом партии, и коллективом шахтеров. Тут уже и старые друзья, забыв прошлые обиды, становятся его верными помощниками...
13. "Мир входящему" - регулировщица
Киноповесть (1961 г., 89 мин., ч/б)
Авторы сценария: Леонид Зорин, Александр Алов, Владимир Наумов.
Режиссеры: Александр Алов, Владимир Наумов.
Оператор Анатолий Кузнецов.
Композитор Николай Каретников.
В ролях: Виктор Авдюшко, Александр Демьяненко, Станислав Хитров, Лидия Шапоренко, Николай Гринько, Николай Тимофеев, Изольда Извицкая, Андрей Файт, Вера Бокадоро, Виктор Кольцов, Степан Крылов, Владимир Маренков, Эрвин Кнаусмюллер.
Советские войска в Германии. Идут последние дни Великой Отечественной войны. Младшего лейтенанта Ивлева, только что окончившего училище и мечтающего о боевых подвигах, посылают в тыл сопровождать контуженного солдата и беременную немку...
Несмотря на то, что фильм, подвергнутый переделкам, получил два приза на МКФ в Венеции (1961) - "золотую медаль" и "Золотой кубок" (премия Пазинетти за лучший иностранный фильм), в Москве его обвинили в "натурализме", "художественной неправде" и "экспрессионистической неправде на тему войны". В итоге - ограниченный прокат (370 копий) и робкая пресса.
Прокат - 11.1 млн. зрителей.
14. "Армагеддон" - Наталица
Драма (1962 г., 99 мин.)
Авторы сценария: Г. Менюка, Л. Мищенко.
Режиссер Михаил Израилев.
В ролях: Владимир Пицек, Эдуард Бредун, Изольда Извицкая, Лаврентий Масоха, Михаил Туманишвили, Ион Унгуряну, Алла Казанская, Домника Дариенко, Светлана Швайко, Трифон Грузин.
Фильм из серии антирелигиозных кинолент хрущевской эпохи рассказывает о секте иеговистов, в которую, под влиянием матери, попадает юная Наталица. Из нее она выходит благодаря помощи преданных друзей. Они-то и освобождают девушку от влияния секты.
15. "Цепная реакция" - Надя
Драма (1963 г., 85 мин., ч/б)
Автор сценария Лев Шейнин.
Режиссер Иван Правов.
Оператор Петр Терпсихоров.
Композитор Виталий Гевиксман.
В ролях: Владимир Кенигсон, Лев Иванов, Эдуард Бредун, Изольда Извицкая, Леонид Усач, Нина Агапова, Гурген Тонунц, Петр Репнин, Эда Урусова, Всеволод Якут.
По одноименному рассказу Льва Шейнина.
1957 год. Старый вор-карманник Кардинал во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве приезжает в столицу, чтобы сколотить новую шайку. Встреча с необыкновенным человеком - старым профессором Муромцевым помогает ему не только навсегда покончить с темным прошлым, завязав с воровством, но и встать на правильный путь...
16. "Вызываем огонь на себя" - Паша
(1963-1964 гг., 96+76+77+68 мин. - 4 серии, ч/б, ТВ)
Автор сценария и режиссер Сергей Колосов.
Оператор Владимир Яковлев.
Композитор Альфред Шнитке.
В ролях: Людмила Касаткина, Елена Королева, Изольда Извицкая, Александр Лазарев, Станислав Чекан, Олег Ефремов, Ролан Быков, Евгений Шутов, Валентина Беляева, Ада Войцик, Нина Гребешкова, Алексей Инжеватов, Нина Крачковская, Борис Чирков, Николай Корноухов, Валентина Телегина, Владимир Осенев.
Героико-приключенческий фильм по одноименной повести О. Горчакова и Я. Пшимановского, написанной авторами по документальному материалу...1941 год. Разведчица Аня Морозова организует в тылу врага девичью разведгруппу и устанавливает связь с поляками, работающими на немецком аэродроме. Получая от них важную секретную информацию, она передает в центр, после чего следуют успешные бомбежки противника. Ценой многих жизней подпольщикам удается совершить серию диверсионных акций, нанесших серьезный урон противнику...
Призы: Всесоюзный кинофестиваль телевизионных фильмов, Киев (1966), ТВ ГДР (1966).
17. "Авдотья Павловна" - Нюра
Драма (1966 г., 84 мин.)
Авторы сценария: Игорь Муратов, Александр Муратов.
Режиссеры: Александр Муратов, Валерий Исаков.
Композитор Олег Каравайчук.
В ролях: Зинаида Дехтярева, Валентина Владимирова, Изольда Извицкая, Иван Дмитриев, Николай Гринько, Зиновий Гердт, Эдуард Бредун.
Первые послевоенные годы. Директор небольшой селекционной станции Авдотья Павловна не сразу убеждается в антинаучности официального лысенковского направления в биологии. А убедившись, уезжает в колхоз рядовым агрономом и начинает работать над выведением нового сорта пшеницы на основе гонимой лысенковцами хромосомной теории наследственности.
18. "По тонкому льду" - Оксана
Приключенческий фильм (1966 г., 84+91 мин., ч/б)
Авторы сценария: Иван Бакуринский, Юлиан Семенов.
Режиссер Дамир Вятич-Бережных.
Оператор Николай Олоновский.
Композитор Моисей Вайнберг, текст песен Михаила Матусовского.
В ролях: Виктор Коршунов, Алексей Эйбоженко, Феликс Яворский, Изольда Извицкая, Николай Крючков, Глеб Стриженов, Олег Эскола, Юрий Мартынов, Михаил Глузский, Сергей Голованов, Лаврентий Масоха, Олег Мокшанцев, Роман Хомятов.
По одноименной повести Георгия Брянцева.
Типичный советский шпионский фильм о борьбе работников НКВД против иностранной разведки в предвоенные годы и годы Великой Отечественной войны. В центре сюжета история трех друзей-разведчиков.
Лидер проката (1966 г., 3-е место) - 42,5 млн. зрителей.
19. "Люди как реки..."
Мелодрама (1968 г., 50 мин., цв.)
Автор сценаврия Ирина Велембовская.
Режиссер Дамир Вятич-Бережных.
Оператор Петр Сатуновский.
Композитор Оскар Фельцман.
В ролях: Нина Ургант, Николай Рыбников, Надежда Федосова, Любовь Калюжная, Изольда Извицкая, Алла Мещерякова, Майя Булгакова.
Послевоенная деревня. Немолодая одинокая женщина Прасковья Ивановна работает почтальоном и помогает каждому, кто в ней нуждается. Тем и живет...
20. "Каждый вечер в одиннадцать" - Женя
Мелодрама (1969 г., 82 мин., ч/б)
Автор сценария Эдвард Радзинский.
Режиссер Самсон Самсонов.
Оператор Анатолий Петрицкий.
Композитор Эдуард Артемьев, текст песен Михаила Матусовского.
В ролях: Михаил Ножкин, Маргарита Володина, Зоя Степанова, Михаил Селютин, Ирина Бунина, Изольда Извицкая, Леонид Каневский, Алла Будницкая, Лариса Виккел, Михаил Бовин, Алексей Головин.
Картина снята по мотивам рассказа Анара Рзаева "Я, ты, он и телефон".
Стас и предположить не мог, что один короткий телефонный разговор может изменить всю его жизнь. Однажды вечером, под влиянием шумной компании, он наугад набирает номер телефона и, услышав в трубке... ее, нежный, вежливый и немного уставший женский голос, вдруг понимает, что он пробудил в нем доселе неизвестные чувства. Стас понимает, что нашел ту единственную, о которой мечтал всю жизнь. Между Стасом и незнакомкой начинается телефонный роман...
Последняя работа Изольды Извицкой (22 роли в кино).
Прокат (1969 г., 1775 копий) - 24,5 млн. зрителей.
Также участвовала в киножурнале "Фитиль No 21" (сюжет "На разных кнопках").
Благодарю
Огромное спасибо всем, кто помог и поддержал меня в работе над моей книгой. Особую благодарность хочется высказать тем, без кого она бы не состоялась.
Особый поклон до земли семье оператора Вячеслава Короткова: его сестре Галине Евграфовне и племяннице Ольге Краевой, которая приложила немало сил, разбирая хранящуюся в их доме переписку Изольды и Вячеслава.
Также хотелось бы выразить благодарность всем, кто откликнулся душой на выход этой книги и поделился своими воспоминаниями, фотографиями:
- подруге Изольды Извицкой Лидии Павловне Степановой,
- актрисе Татьяне Георгиевне Конюховой,
- журналистке Маргарите Штейндлер,
- директору Дзержинского краеведческого музея Татьяне Николаевне Ежовой,
- научному сотруднику краеведческого музея Владимиру Анатольевичу Симонову,
- однокласснице Изольды Извицкой Наталье Владимировне Мельничук (Ступиной),
- моему любимому редактору Татьяне Ивановне Маршковой.
За моральную поддержку и терпение спасибо моей семье - мужу Михаилу, дочери Марианне, сыну Григорию и маме Руфине, сестре Диане, а также моим любимым подругам Елене Соколовой и Рушане Астаховой...
И всем, всем, всем, кого забыла упомянуть!

domain: cinema