Miller claimed the First Amendment (right to freedom of speech and association) rather than taking the Fifth (right against self-incrimination).
They wanted to make their voice heard.
Миллер утверждал, что Первая поправка (право на свободу слова и ассоциаций), а не Пятая (право против самообвинения).
Они хотели, чтобы их голос был услышан.