День памяти жертв политических репрессий
Здание городского управления строил известный архитектор Евгений Лансере, который в это же самое время был узником Большого дома
Только по официальным данным из архивов НКВД в Советском Союзе за годы правления коммунистической партии было отправлено в лагеря более 20 миллионов человек, а семь миллионов были казнены. Едва ли не самые большие репрессии пришлись на жителей города на Неве. Лишь в период с 1930 по 53 год по политическим мотивам было арестовано свыше четверти миллиона человек, а расстреляны 58 095 человек. Эти данные приводились на митинге, устроенном петербургским обществом «Мемориал» на Троицкой площади, где в сентябре прошлого года был установлен привезенный с Соловецкого архипелага камень в память обо всех пострадавших в годы коммунистического террора. Собравшиеся (а в основном это были пожилые люди) с горечью говорили о том, что власти не желают оказывать репрессированным никакой помощи, в то время как ветераны НВКД-КГБ живут безбедно. И даже в День памяти жертв политических репрессий ни полномочное представительство президента России, ни чиновники городской администрации, ни депутаты городского Законодательного собрания не сочли необходимым принять хоть какое-то участие в поминальных акциях. Лишь местное отделение Союза правых сил организовало транспорт для поездки в Левашовский лес, где в тридцатые годы сотрудники НКВД проводили массовые расстрелы. Выступавшие на митинге отмечали, что угроза превращения России в полицейское государство до сих пор не миновала. «Эта угроза проявляется в том, что мы сейчас наблюдаем явное ужесточение политики власти в отношении средств массовой информации, - говорил сопредседатель петербургского общества «Мемориал», бывший политзаключенный, историк Вячеслав Долинин. - Мы наблюдаем ужесточение внутриполитического курса. Вновь укрепляются структуры, которые могут быть использованы для осуществления политических репрессий. Усиливается влияние ФСБ. Кадры, воспитанные ФСБ, занимают высокие государственные должности. А ведь это - те самые чиновники, которых учили с юных лет в училищах КГБ еще бороться со свободомыслием, учили бороться с тем явлением, которое называется «гражданское общество». С какой стати он вдруг - именно «вдруг», в одну минуту - из врагов демократии превратились в ее защитников? Таких вещей не бывает». Заместитель председателя общественной правозащитной организации «Гражданский контроль» Юрий Вдовин сказал, что в городском управлении Федеральной службы безопасности на Литейном 4 (это здание известно в городе, как Большой дом) на каждом этаже до сих пор стоят бюсты Дзержинского. А президент России, сам будучи выходцем из КГБ, не упускает случая подчеркнуть, что эта организация имеет славные традиции: «Тенденция у власти сейчас, со всеми ее симпатиями к любым тоталитарным режимам - хоть в нашей Средней Азии, хоть к Ираку, хоть к кому… И пещерный антиамериканизм, который вылезает сейчас… И рассказы о том, что нам угрожает Америка и подходит к нашим границам.. И что нам обязательно нужно иметь врага в лице Америки… И что все понятия демократии очень и очень для народа чужды и для власти чужды… И давление на средства массовой информации, попытка подчинить или поставить под контроль власти все средства массовой информации - несут в себе колоссальный запал возврата к тоталитаризму в той или иной форме». Вместе с тем, кое-что сделать для бывших политзаключенных в Петербурге все-таки удается. Так, несмотря на первоначальное вето губернатора Владимира Яковлева, по инициативе организации «Мемориал» был принят городской закон о ежемесячной доплате к пенсии в размере 1400 рублей, тем, кто отбывал срок в Гулаге по политическим статьям или был подвергнут принудительному лечению в психиатрических лечебницах. Правозащитные организации рассчитывают добиться распространения этого закона и на политических ссыльных. А на стене городского управления установлена памятная доска, где говорится, что это здание строил известный архитектор Евгений Лансере, который в это же самое время был узником Большого дома.