Ядерная политика Тегерана
Тегеран прощупывает международную реакцию на все его шаги, пытаясь понять, как далеко он может зайти
Иран вызвал недовольство всего мира своим решением возобновить работу над крайне подозрительной программой обогащения урана. Британский премьер-министр Тони Блэр заявил, что это решение Ирана, видимо, будет поставлено на рассмотрение Совета безопасности ООН, к чему уже давно призывают Соединенные Штаты. Но, возможно, Иран просто блефует, не опасаясь никаких серьезных последствий. Несколько стран, в частности – Соединенные Штаты и Россия, забили тревогу, узнав о решении Ирана сломать пломбы ООН на научно-исследовательском реакторе и возобновить работу над иранской программой обогащения урана. Но Тегеран на эту тревогу никак не отреагировал. В среду иранский президент Махмуд Ахмадинеджад заявил, что его страна будет и далее заниматься развитием своей мирной ядерной энергетики, и в очередной раз заверил в том, что Иран вовсе не пытается производить ядерное оружие. Политологи полагают, что Иран осуществляет хорошо продуманную политику в отношении международных опасений, которые вызывает его ядерная программа. Кеннет Кацман, специалист по Ирану, работающий в независимой научно-исследовательской службе Конгресса Соединенных Штатов, говорит, что Тегеран прощупывает международную реакцию на все его шаги, пытаясь понять, как далеко он может зайти: «Полагаю, что они избрали постепенный подход к решению интересующей их проблемы ядерной энергетики. Они делают шаг на избранном пути и смотрят, какова будет реакция. Если их не наказывают санкциями или каким-нибудь иным образом, они считают, что с новой позиции можно делать следующий шаг в том же направлении. И так далее». Считая, что конечная истинная цель Ирана – заполучить ядерное оружие, Соединенные Штаты пытаются заручиться международной поддержкой в своих попытках передать иранскую проблему на рассмотрение Совета безопасности и добиться установления санкций ООН в отношении Тегерана. Однако, по мнению Гари Сика, бывшего сотрудника Совета национальной безопасности при президентах Форде, Картере и Рейгане, грозить Ирану санкциями ООН бесполезно, поскольку среди членов Совета безопасности ООН не будет единодушия по поводу применения такой сильной меры, и Тегеран об этом знает: «Если попытаться установить санкции на добычу и продажу нефти Ираном, это сразу повысит цены на нефть. Даже если предположить, что на это можно будет пойти, это приведет к сокращению поставок нефти на международный рынок и, соответственно, к бешеному росту цен на нефть. Но трудно придумать, что еще может быть сделано в отношении Ирана. Есть, конечно, возможность применения военной силы, но она не вдохновляет ни Соединенные Штаты, ни другие государства». Гари Сик, который в настоящее время преподает международные отношения в Колумбийском университете, добавляет, что иранскую проблему, в конце концов, можно будет разрешить путем переговоров между Ираном и Западом, который признает право Тегерана на развитие атомной энергетики, но под строгим международным контролем. Однако напряженность в отношениях между Ираном и Западом какое-то время будет существовать: «Я не сомневаюсь, что долгое время напряженность будет очень большой, и что она будет сопровождаться опасностью просчета со стороны Ирана, которой может перейти границу разумного, а также опасностью просчета со стороны других стран, которые решат, что им необходимо реагировать на иранские действия». Политологи отмечают также, что внутри самого Ирана имеется недовольство недавними оголтелыми заявлениями президента Ахмадинеджада, которые вызвали в мире негодование. Этот новый иранский президент, которого избрали всего лишь в июне прошлого года, уже сделал несколько скандальных заявлений, в частности – призвал к ликвидации Израиля и отрицал уничтожение евреев нацистами. Сотрудник исследовательской службы Конгресса Кеннет Кацман полагает, что руководителей Ирана пугают заявления президента, привлекающие повышенное международное внимание к иранской стратегии постепенного приближения к решению проблемы ядерной энергетики: «Полагаю, что высшее иранское руководство считает эти заявления подрывом успешной стратегии Ирана, направленной на развитие его ядерной энергетики. Дело в том, что эти заявления иранского президента облегчают задачу Соединенных Штатов, которые убеждают другие страны в необходимости заморозить ядерную программу Ирана». Гари Сик согласен с этим, предполагая, что идет закулисная борьба, цель которой – утихомирить президента Ахмадинеджада: «Нет сомнений в том, что руководство Ирана негласно убеждает президент Ахмадинеджада в том, что его действия и заявления опасны и вредны Ирану». Сик замечает также, что президента Ахмадинеджада недавно успешно обуздали, избрав его политического противника Акбара Хашеми Рафсанджани главой совета, посредничающего между парламентом и исламским руководством страны. Это избрание Рафсанджани сильно затруднило президенту Ахмадинеджаду получение согласия Меджлиса – иранского парламента – на предлагаемые им кандидатуры в правительство.