Валютные резервы Россия предпочитает держать в американских ценных бумагах
Интервью с Андреем Илларионовым, старшим научным сотрудником Института Катона и президентом фонда «Институт Экономического анализа»
В условиях экономического кризиса, порой, трудно разобраться в том, насколько заявления и меры, принимаемые властями, соответствуют истинному положению дел и способствуют оздоровлению экономики страны. «Голос Америки» попросил разъяснить ситуацию в России и в США Андрея Илларионова, старшего научного сотрудника Института Катона (США) и президента фонда «Институт Экономического анализа» (Россия). Здравствуйте, Андрей Николаевич. Спасибо, что пришли в студию «Голоса Америки». 27 февраля премьер Путин сказал, что России удалось обеспечить стабильность банковской системы и у него нет оснований для беспокойства по поводу состояния российской экономики, и, далее он добавил, что, однако, кризис нынешний еще не достиг своего дна. Как это понимать? Понять это, действительно, не совсем легко, но, по крайней мере, вторая часть этого заявления соответствует действительности в высокой степени. Дело в том, что экономический кризис, а именно, сокращение промышленного производства, сокращение валового внутреннего продукта, которые продолжаются в России последние восемь месяцев, явно не достигло еще своего дна. В последние несколько месяцев фиксируются абсолютные рекорды по темпам сокращения как промышленного производства, так и валового внутреннего продукта по отношению к соответствующему месяцу предыдущего года и по отношению к предыдущему месяцу. Пока с каждым месяцем темп спада лишь увеличивается, поэтому довольно трудно предполагать, ожидать и прогнозировать, что спад в течение ближайшего месяца или двух завершиться. Скорее всего, он будет продолжаться, по крайней мере, несколько месяцев. Это означает, что весь 2009 год будет находиться в отрицательной сфере по темпам экономического роста и этот спад может оказаться одним из рекордных в истории страны. Официальные лица в России подчеркивают, что, на самом деле, экономическая картина в России не так плоха, как скажем, в других развитых странах. Неоднократно делались заявления о том, что статус Америки как мировой державы, в общем, подходит к концу. Между тем, Россия -пятый крупнейший в мире держатель американских казначейских облигаций на сумму около 116 миллиардов долларов. Как это объяснить? Прежде всего, что касается масштабов экономического кризиса, то, судя по последним данным, Россия находится в группе абсолютных лидеров по сокращению промышленного производства. В настоящее время она отстает только, пожалуй, от Украины. Все остальные страны, включая Соединенные Штаты Америки, европейские страны и Японию, также отметили очень серьезное сокращение производства, но не в таких масштабах, как в России. Что же касается инвестиций российских валютных резервов в американские ценные бумаги, то согласно Центральному банку России примерно половина, чуть меньше половины всех резервов вложены в американские ценные бумаги. Поскольку резервы у нас сейчас составляют порядка 380 миллиардов долларов, то можно сделать достаточно аккуратное предположение, что порядка 180, возможно 190 миллиардов долларов вложены в различные типы американских ценных бумаг. О чем это говорит? Это говорит о том, что не только американские власти, не только какие-то другие власти, но, прежде всего, российские власти считают американскую экономическую систему и американскую политическую систему наиболее надежными в современном мире, поскольку свои валютные резервы российские власти предпочитают держать в американских ценных бумагах. В противном случае российские власти держали бы валютные резервы, возможно, в денежных единицах восточных стран, скажем, в динарах Ливии или в фунтах Сирии, а может быть, в вонах Северной Кореи или в боливарах Венесуэлы. Но, несмотря на публичное провозглашение этих режимов дружественными по отношению к нынешнему российскому режиму, наши российские власти все-таки не вкладывают резервы в валюты этих стран и в ценные бумаги этих стран. А как же тогда с прогнозами, что нынешний кризис – это начало конца американского доллара? Видимо, в данном случае, эти прогнозы сделаны для внутреннего потребления, для потребления российских граждан. В данном случае мы сталкиваемся в очередной раз с двойным подходом. Одно – это пропагандистский продукт для российских граждан, а другое дело - это реальное поведение властей, как на индивидуальном, так и на государственном уровне. Здесь мы видим, что позиции являются прямо противоположными. Почему в условиях кризиса в развитых странах процентная ставка практически близка к нулю, в том числе в Соединенных Штатах, в Японии,- эти страны можно перечислять и дальше,- а в России она приближается к двадцати процентам? Есть два объяснения этому явлению. Первое заключается в том, что Российский Центральный банк считает угрозу высокой инфляции настолько серьезной, что придерживается политики высоких процентных ставок. И, в известной степени, он прав, потому что инфляция в России сегодня, в условиях кризиса, превышает все показатели инфляции в подавляющем большинстве стран мира. Но тот факт, что в России сохраняются высокие темпы инфляции и высокая процентная ставка, означает, скорее всего, что экономический кризис в России будет продолжаться дольше, чем в других странах мира, а падение объемов производства более глубоким, чем в других странах мира. Со времени встречи «Большой Двадцатки» в Вашингтоне в ноябре прошлого года и по сей день Кремль отстаивает свою позицию, свой подход к тому, как мировому сообществу выйти из глобального экономического и финансового кризиса. Как Вы оцениваете этот подход? Насколько он адекватен и перспективен? Это одна из самых больших загадок последнего времени, потому что российские власти неоднократно говорили о том, что они готовы предложить мировому сообществу рецепты выведения мировой экономики из экономического кризиса. Однако, что это за предложение и что это за меры, до сих пор не известно. В некоторой степени, мне это напоминает историю полуторагодовой давности накануне парламентских выборов в декабре 2007 года, когда значительная часть российской официальной пропаганды была посвящена так называемому плану Путина. Многие обозреватели в России, как, впрочем, и за рубежом, задавались вопросом: «А что это такое?». Ни тогда, во время кампании, ни после завершения парламентских выборов и даже президентских выборов, по прошествии полутора лет, мы так и не получили представление о том, что же это такое. В какой-то степени, видимо, история с планом спасения мировой экономики напоминает историю полуторагодовой давности. Спасибо Вам за это интервью.