Владимир Вишневский: «При всех возможных минусах Америка – самая удобная для жизни страна»
Владимир Вишневский, поэт-юморист, писатель, телеведущий
Матвей Ганапольский представляет первые впечатления от Америки известных российских политиков, деятелей культуры и искусства, а также общественных деятелей, которые когда-то первый раз пересекли границу США и открыли для себя новую страну, которую раньше видели только в кино и по телевизору Первый раз я побывал в Америке ровно тогда, когда и должен был оказаться – в 90-е, которые назначили «лихими». Я был там по совершенно непридуманному, нетуристическому поводу – на юбилее доныне мною уважаемой лос-анджелесской газеты «Панорама», чей главный редактор Александр Половец стал моим личным другом. Он человек совершенно легендарный: например, именно он в 90-х организовал сбор средств на операцию Булату Окуджаве. Сейчас он часто приезжает в Москву и с моей подачи даже опубликовал тут свою книгу. В Лос-Анджелесе же живет мой армейский друг Игорь Манько, который теперь тоже часто по бизнесу приезжает в Москву, и на юбилей которого мы туда летали. Так что, можно сказать, что именно этот город мною наиболее часто посещаем и любим, несмотря на контраст между голливудско-рекламным звучанием и неудобством перемещения, потому что более разлапистого и более разорванного в пространстве города я просто не знаю. Но, естественно, наступил момент, когда я стал бывать в Америке в силу профессиональной необходимости. Мы объездили много городов с командой артистов и писателей. Кстати, когда-то мою первую творческую поездку организовал известный пародист Александр Иванов – это было в году 96-м. Но сам тогда в нее не поехал, а поехал в Испанию. Вернувшись из нее, он умер… Кто знает, может быть, если бы он поехал с нами, его судьба сложилась бы иначе… Мы ездили по Америке с Аркадием Аркановым, Александром Журбиным, со многими другими моими коллегами по творческому цеху, и мне удалось внимательно вглядеться в тамошнюю русскоязычную аудиторию – а ведь это не более чем еще одна русскоязычная аудитория, только расположенная на расстоянии. Это аудитория, немного уставшая от нас, как и мы от них, но неизбежная. Когда я впервые приехал в Америку, то, конечно же, принадлежал, как и все мы, к членам «Клуба кинопутешествий» на центральном телевидении, поэтому не очень ожидал сильного расхождения между картинкой и реальностью. Но мне хватило первого же своего собственного путешествия, чтобы понять – при всех возможных минусах это самая удобная для жизни страна. Мне показалось, что американцы совершенно безразличны к вопросу, кто победит у них на выборах, их Зюганов или их Жириновский, – настолько комфортен их каркас жизни. Видимо, это потому, что американец с молоком матери всасывает свои права как гражданина, как потребителя и как налогоплательщика. Это именно то завоевание Америки, которое, без пафоса и не теряя критичности, нужно ценить и признавать. Это завоевание актуально и сегодня, несмотря на их перекосы, несмотря на политкорректность, от которой они уже здорово нахлебались. Но иногда лучше не критиковать, а просто аплодировать тому, что наработано столетиями собственного опыта. У американцев есть чему поучиться. Возьмем Лас-Вегас – это великий город не в силу своих доходов – там просто совершенно другое ощущение жизни. Как сказал тот же Игорь Манько, который приобрел в Америке какую-то новую афористичность: «Смотри, тут люди не много проигрывают, но дорого отдыхают!» Если вспомнить наши ныне запрещенные казино, то первое, что бросалось в глаза, это ненормальное количество охраны, заплывшей мышцами. А там мимо тебя ходят добрые дядюшки полицейские – толстые и лысые, ездят инвалиды. И вот это ощущение, что ты «не много проигрываешь, но дорого отдыхаешь» – это тоже Америка. Когда-то, пародируя свой же собственный дежурный восторг Америкой, послонявшись по китайским и японским ресторанчикам Лос-Анджелеса, я написал такую строчку: «Здесь китаянки краше, чем в Китае!..» И она даже сейчас кажется мне справедливой, потому что Америка на многое действует, как увеличительное стекло. Если говорить о моих теперешних отношениях с Америкой, то их можно назвать рабочими. Я, со своей кавказской внешностью и российским паспортом, пылаю ненавистью к американским пограничникам, потому что всегда подвергаюсь усиленному досмотру, а стоя перед любым американцем в жалкой попытке объясниться, я спрашиваю себя – почему вовремя не учил английский язык… Потеряв всякую узнаваемость и превратившись просто в немолодого иностранца-патриота без языка, я бормочу про себя: «Что ж вы издеваетесь, проклятые!..» Интересно, что при этом, как и полагается, я виню в этом не себя, а американцев. Но и у меня есть «собственная гордость», потому что я родился в семье, которая появилась ровно потому, что в пятидесятые годы в СССР возник интерес к Америке. Мои родители познакомились на курсах английского языка! И они, когда я был маленький, чтобы убрать меня от телевизора, вначале договаривались об этом между собой по-английски. А когда я уже во взрослой жизни стал писать стихи из одностиший и двустиший, то написал настоящий стих по-английски: «О, дарлинг, лав ми тендер. Окей, пресс энтер!» Думаю, что после этих строчек я стал видным американским поэтом!.. Одна американка, прослушав это стихотворение, строго на меня взглянула и сказала: «Цинично…» Так что, если резюмировать мое отношение к Америке, то я, не теряя сдержанного к ней отношения, тем не менее, сдержано аплодирую этой стране за все то, за что она этих аплодисментов заслуживает. Хотя, думаю, что ей все равно…