Переговоры глав МИДов России и Японии по Курилам закончились безрезультатно
По мнению экспертов, проблема Курил отодвигает на второй план не менее важные вопросы
В пятницу 11 февраля в Москве встретились главы МИДов России и Японии Сергей Лавров и Сейдзи Маэхара. Главной темой переговоров, по всей видимости, стал спор о Курильских островах. Четыре острова, известные в России как Южные Курилы, а в Японии как Северные территории, перешли под административный контроль Советского Союза в конце Второй мировой войны. Спор по поводу их территориальной принадлежности осложняет отношения между Москвой и Токио и препятствует подписанию мирного договора между сторонами. В последнее время разногласия по Курильским островам стали еще непримиримее. С одной стороны, усиление конфликта спровоцировала поездка Дмитрия Медведева на один из островов и вслед за этим череда визитов на Курилы высокопоставленных российских чиновников, включая министра обороны Анатолия Сердюкова. Теперь Россия будет усиливать свое военное присутствие в регионе, в том числе за счет купленных у Франции вертолетоносцев «Мистраль», которые присоединятся к Тихоокеанскому флоту. С другой стороны, у Москвы тоже были поводы для недовольства. Так, в минувший понедельник в Японии праздновался так называемый День северных территорий. Перед посольством России надругались над российским флагом, а лидер Японии премьер-министр Наото Кан назвал визит Дмитрия Медведева на курильский остров Кунашир «непозволительной грубостью». Поэтому накануне встречи Лаврова и Маэхары прогнозы относительно их исхода были не столь оптимистические. Тем более что Маэхаре, как сообщает «Коммерсантъ», отказали во встрече с Медведевым и Путиным. Прогнозы оправдались, судя по сегодняшнему заявлению Сейдзи Маэхары, которое он сделал после переговоров. Японский министр назвал «параллельными» позиции Токио и Москвы по вопросу об островах. «Северные территории являются исконными территориями Японии. Это можно сказать и с точки зрения истории, и с точки зрения, которой придерживаются на международном уровне», – приводит его слова «Интерфакс». Многие считают, что проблема Курил отодвигает на второй план не менее важные вопросы, связанные с торговлей. «Я вчера встречался с японскими журналистами, – рассказывает директор Центра общественно-политических исследований Владимир Евсеев, – и их удивляет то, что сосуществуют серьезное экономическое сотрудничество и такие политические проблемы». Евсеев напомнил о том, что готовятся проекты сотрудничества в области мирного атома между Россией и Японией – по типу Соглашения 123, заключенного Россией и США. Кроме того, Евсеев отметил, что у России и Японии есть общий интерес в Казахстане, где залегают легкие для добычи урановые руды. «Япония там активна, она делает туда большие инвестиции, Казахстан вышел на первое место по добыче природного урана. Мы могли бы втроем сотрудничать», – считает политолог. Можно перечислить еще ряд различных проектов, которые в России осуществляют японские компании. За последний год товарооборот между странами вырос почти в два раза, достигнув 24 миллиардов долларов. «Если сравнивать японо-российскую торговлю с Евросоюзом, согласитесь, цифры выглядят скромно», – вносит долю скепсиса Алексей Фененко, ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН. А вот мнение Сергея Михеева, генерального директора Центра политической конъюнктуры: «На мой взгляд, выход из кризиса в российско-японских отношениях как раз возможен только в том случае, если вопрос Южных Курил не будет находиться в центре обсуждения, потому что вопрос этот тяжелый, быстро решить его невозможно ни при каких условиях». «Если он будет блокировать развитие всех остальных отношений, – продолжает эксперт, – ничего хорошего для двух стран не наступит. Поэтому, на мой взгляд, позиция российской стороны как раз в том и заключается, что вопрос о Южных Курилах с повестки дня не снимается, но он не может находиться в центре наших отношений, и от него не может зависеть все остальное». «Японцы, к сожалению, в последнее время пошли на обострение ситуации и готовы только говорить о Южных Курилах, хотя им и понятно, что это тема бесперспективная, по крайней мере, на данном историческом этапе. Мне соображения японцев не совсем понятны», – заключил Михеев. По мнению Алексея Фененко, именно Токио. «Я думаю, что курильская проблема – это игра японского правительства, – говорит он. – Оборонная политика Японии строится на базе американо-японского договора о безопасности 1960 года, по которому Япония не имеет права иметь собственные полноценные вооруженные силы. С начала 1960-х годов в Японии шла игра, чтобы переписать этот договор в пользу расширения военно-политической самостоятельности Японии. Традиционно было две партии с предложениями, как это сделать. Первая партия выступала за то, чтобы поставить жестко этот вопрос перед американцами и расширить таким образом самостоятельность Японии. Вторая партия утверждала, что нужно создать несколько квазикризисов и показать американцам: ну, раз уж вы нас не можете защищать, то придется нам это сделать самим». Фененко считает, что это как раз сейчас и происходит. «Новое правительство все время создает конфликты то с Китаем, то с Россией и подводит американцев к выводу: раз Обама не проявляет достаточной жесткости для нашей защиты, значит американский зонтик безопасности не очень надежен», – утверждает эксперт. Цель Японии, убежден он, – получить право на создание полноценного военно-морского флота, расширение военной самостоятельности и в перспективе приобретение статуса ядерной державы, тем более что у Японии полный ядерный топливный цикл. «За последние 40 лет, по-моему, 5 премьер-министров Японии заявили, что Япония может стать ядерной державой», – подытожил он. Эти слова полностью отвергает независимый военный обозреватель Павел Фельгенгауэр. Первое возражение связано с позицией непосредственно правительства Японии: «Нынешнее правительство Японии – это левые пацифисты, которые никогда ничего не нагнетают. Но Россия и Китай вынудили этих пацифистов проводить достаточно правую политику. Это самые мирные лидеры Японии, которые только возможны, но, очевидно, на следующих выборах они проиграют правым». Ужесточение российской политики по Курилам Павел Фельгенгауэр связывает с кардинальным изменением российской ядерной стратегии, в результате которой Курильские острова приобретают военно-стратегическое значение, которого они не имели даже в советское время. Новая ядерная стратегия Москвы, по словам Фельгенгауэра, имеет следующую предпосылку: «Ослабление российских обычных вооруженных сил, особенно флота и авиации, ведет к тому, что у нас нет реальной возможности защитить наши ядерные стратегические подводные лодки в Баренцевом море. Кроме того, играет свою роль глобальное потепление: раньше советские лодки прятались подо льдом, теперь льды тают». Поэтому, говорит эксперт, Москва повернула вспять свой первоначальный план переместить российские ядерные подводные лодки в Баренцево море и прекратить ядерное присутствие на Дальнем Востоке. «Как стало известно уже из официальных источников, – добавил Павел Фельгенгауэр, – уже построена практически база в Вилючинске (на Камчатке – В.Л.) для размещения там новейших ядерных подводных лодок с баллистическими ракетами. На патрулирование они будут уходить в Охотское море. В отличие от Баренцева моря, которое открыто для американских подводных лодок и авиации, Охотское море закрытое». «Но Охотское море закрытое, только если мы контролируем все проливы, – подчеркнул Фельгенгауэр. – Поэтому нам нужно контролировать Курильские острова». Несмотря на все существующие между Японией и Россией разногласия, министр Сейдзи Маэхара сказал о необходимости поиска каких-то решений по проблеме Курил.