Новая инициатива в Афганистане - 2004-02-18
«Если мы не ликвидируем опиумную экономику, мы не выиграем войну с терроризмом»
Американское командование в Афганистане намерено перейти к новой тактике военных действий против «Талибана» и «Аль-Кайды». Но приведет ли она к радикальному изменению обстановки? Командующий американскими силами в Афганистане генерал-лейтенант Дэвид Барно дал интервью журналистам, аккредитованным при Пентагоне. Беседа шла по спутниковой связи. Отвечая на вопрос о ситуации в стране, генерал сказал, что в последнее время произошли важные подвижки. В частности, подразделения пакистанской армии начали операции по зачистке так называемого «племенного района» Этот район Пакистана вдоль границы с Афганистаном по традиции контролировался вождями местных племен. Многие из них связаны кровными и историческими узами с талибами, и именно здесь, по данным разведки, нашли приют руководители свергнутого афганского режима и «Аль-Кайды». Пакистанские войска впервые в истории страны появились в «племенном районе», - подчеркнул генерал Барно: «Сейчас, во взаимодействии с пакистанской армией, мы разрабатываем совместные операции по обе стороны границы. Это будет тактика, если хотите, молота и наковальни: пакистанские части будут выдавливать алькайдовцев и талибов на афганскую сторону, а здесь их будем встречать мы и силы афганской армии». Размещение в племенном районе пакистанских военных гарнизонов, как заметил американский командующий, знаменует смену тактики: место спорадических рейдов займет планомерная зачистка и контроль над местностью. Впервые вожди и старейшины будут отвечать за помощь террористам. Уличенные в этом понесут наказание вплоть до разрушения их домов и высылку целых семей. На вопрос, ведется ли охота за Усамой бин-Ладеном, генерал Барно ответил, что глава «Аль-Кайды» остается важной целью, и его поимку координирует специальная группа. В подробности он не вдавался. Американский командующий лишь сообщил, что общее наступление на силы талибов и «Аль-Кайды» начнется в ближайшие месяцы. Спрошенный о том, включают ли предстоящие операции действия против производителей опиума, генерал сказал: «Наши ресурсы ограничены, и главной задачей сейчас является восстановление безопасности Афганистана». Вопрос о наркотиках был неслучаен. Как отмечают эксперты, подпольная опиумная экономика Афганистана по объему почти равноценна народному хозяйству и составляет три миллиарда долларов в год. Какая часть наркобизнеса идет на финансирование действий талибов, «Аль-Кайды» и группировки «Хезби-ислами» военного правителя Хекматъяра, сказать не берется никто. Но и в том, что опиум питает терроризм, никто не сомневается. Сотрудница газеты «Чикаго трибюн» Лиз Слай, побывавшая в Афганистане, приводит такие цифры: по данным разведки, рекрутированные талибами бойцы за участие в партизанских действиях против сил коалиции и афганской правительственной армии получают в день по 17 долларов. Премия за подрыв заминированного автомобиля составляет 25 тысяч долларов - громадная сумма по местным масштабам, где подушный доход не превышает двухсот долларов в год. Год спустя после свержения режима талибов Афганистан вновь стал главным производителем опиума в мире. По оценкам экспертов, отсюда на мировой рынок поступает 75 процентов героина. Площади под плантациями опиумного мака с 2001 года увеличились в Афганистане почти в 20 раз. Его выращивают в двадцати восьми из тридцати двух провинций страны. Кстати, сведения о том, что талибы в 2000 году якобы запретили сеять опиумный мак, как занятие, противное исламу, оказались мифом. На самом деле запрет был частью продуманной стратегии, заключавшейся в том, чтобы создать в мире опиумный дефицит и взвинтить цены на наркотик. Талибы создали тайный запас в две тысячи тонн опиума-сырца, который именовали в узком кругу «кошельком муллы Омара», верховного лидера талибов. Склад был обнаружен после свержения режима в горах к северу от Кабула. Согласно дипломатическим источникам в афганской столице, оперативники «Аль-Кайды» в Пешаваре, на территории Пакистана, получают каждые два месяца почти две тонны героина. С учетом цен местного рынка, это значит, что ежегодная выручка террористической сети составляет 38 миллионов долларов. Как заявил директор Афганского управления по борьбе с наркотиками Мирваис Ясини, террористы обеспечивают безопасность контрабандистов, а те финансируют их деятельность. Эксперты уверены, что тайные пути вывоза и доставки героина становятся так же дорогой, по которой аль-кайдовцы проникают в интересующие их государства. Связь между наркоподпольем и террористами не подлежит сомнению. Но реальная ситуация сложнее. «Опиумный бизнес проник во все слои афганского общества - от нищего фермера, возделывающего мак на своем участке, до военных правителей и государственных чиновников, получающих свою мзду, - пишет Лиз Слай в «Чикаго трибюн». – Искоренить эту практику в обозримом будущем невозможно: доход от героина просто нечем заменить. По мнению западных дипломатов в Кабуле, на это понадобится минимум десять лет. С другой стороны, если мы не ликвидируем опиумную экономику, мы не выиграем войну с терроризмом».