«Персидское письмо» Барака Обамы
Иран может стать разменной монетой в большом торге между Москвой и Западом
То, чего с нетерпением ожидало экспертное сообщество, свершилось. Обратившись к своему российскому коллеге с конфиденциальным посланием, президент США связал продление Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) с американо-российским сотрудничеством в иранском вопросе. По сообщению «Нью-Йорк таймс», новый хозяин Белого Дома выразил также готовность отказаться от размещения элементов ПРО в Центральной Европе, если Москва поможет Соединенным Штатам заставить власти Тегерана отказаться от разработки стратегических ядерных вооружений. Реакция российского руководства на эти предложения была демонстративно скептической. Сначала пресс-секретарь Медведева Наталья Тимакова заявила, что в письме не содержалось никаких конкретных предложений, затем представитель Генштаба указал, что пролонгация СНВ-1 не отвечает интересам России; наконец, и сам Дмитрий Медведев подчеркнул, что «разменов» с США в области ПРО не будет. В свою очередь, президент США констатировал, что сообщение в «Нью-Йорк таймс» неточно охарактеризовало его письмо Дмитрию Медведеву. Стремясь дать своим читателям максимально многомерное представление о сложившейся ситуации, Русская служба «Голоса Америки» обратилась к проживающей в Лондоне известной иранской журналистке и политологу Назенин Ансари, являющейся стрингером «Голоса Америки». Госпожа Ансари, чем объяснить, что президент Обама решил обратиться к Дмитрию Медведеву именно сейчас? Прежде всего, администрация США открыто связала вопрос о стратегических вооружениях с переговорами между Америкой и Ираном. Иными словами, позиция Соединенных Штатов существенно изменилась. 10 февраля госсекретарь Хиллари Клинтон заявила, что администрация готова к переговорам с Ираном по широкому кругу вопросов. Кроме того, глава внешнеполитического ведомства США подчеркнула, что американская позиция будет зависеть от того, изменится ли позиция Тегерана по вопросу о ядерных вооружениях. При этом ключ к иранской проблеме находится в Москве. Об этом ясно заявил Николя Саркози, выступая в Мюнхене: как подчеркнул президент Франции, единственный способ решить иранскую проблему – ужесточение санкций; сделать же их более эффективными можно лишь при участии России. Москва, однако, отреагировала на эти сигналы более чем сдержанно. Как бы вы охарактеризовали позицию и интересы России в иранском вопросе? Думаю, что и позиция США (да и Запада в целом), и позиция России в значительной степени обусловлены мировым экономическим спадом. И здесь, и там ищут выхода из кризиса. России нужна помощь Запада – экономическая и финансовая. Западу же необходима политическая помощь со стороны России. В то же время у России есть свои проблемы, и связаны они с положением дел в соседних государствах – в частности, в Украине и Грузии. Поэтому Москва, несомненно, будет торговаться. И все же пришло время переговоров, и, по-моему, прийти к соглашению – не только по вопросу о ПРО, но и другим стратегическим проблемам, волнующим российское руководство, - в интересах как России, так и Запада. Отреагировал ли Тегеран на новую попытку наведения мостов между Вашингтоном и Москвой? Видите ли, в Иране немало политиков и экспертов, не склонных слишком доверять России. Один хорошо информированный иранский аналитик сказал мне, что, хотя ни у Ирана, ни у Запада не иного выхода, кроме переговоров, Иран будет стремиться во что бы то ни стало продолжить работы по обогащению урана на своей территории и не примет предложения перенести их в Россию. По словам моего собеседника, Иран, по существу, ничего не получил от сотрудничества с Россией. А теперь Россия хочет, чтобы Иран участвовал в новом проекте и снова вкладывал деньги. В общем, русским не доверяют. Кроме того, в Тегеране хорошо понимают, что у России немало общих интересов с мировым сообществом, и отдают себе отчет в том, что Исламская республика может стать разменной монетой в большом торге между Москвой и Западом. Иными словами, молчание иранских властей объясняется недоверием? Сегодня о реакции Ирана можно судить лишь по газетам, а к газетным сообщениям следует, разумеется, относится критически. Пока речь идет главным образом о том, что Россия не поддастся на увещевания из-за океана. А также о том, что Россия вернется в Ирак. Но за закрытыми дверями, несомненно, ведутся иные разговоры. Как, по вашему мнению, велики ли у новой инициативы шансы на успех? Я полагаю, что это лишь начало. У России – свои интересы, но мировой экономический кризис – это суровая реальность, с которой нельзя не считаться. России необходима западная помощь. Ну, а Западу, повторяю, необходимо политическое содействие со стороны России. Будем внимательно следить за событиями.