Может ли Турция стать энергетическим мостом между Азией и Европой?
На этот вопрос пытались ответить экперты на семинаре в фонде «Джеймстаун»
В фонде «Джеймстаун» прошел семинар с участием Митата Балкана, бывшего координатора по вопросам энергетики в Министерстве иностранных дел Турции и советника компании «Чалык Энерджи», Зейно Баран, директора программ по Евразийской политике в Гудзоновском институте, и Владимира Сокара, аналитика фонда «Джеймстаун». Трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан был первым проектом, позволившим экспортировать каспийскую нефть в Европу, минуя Россию. Проект стал возможным благодаря политической воле лидеров стран-участниц: Турции, Азербайджана и Грузии, считает Митат Балкан, бывший координатор вопросов энергетики в Министерстве иностранных дел Турции. По его мнению, Соединенные Штаты тоже внесли серьезный вклад в развитие проекта. В этой связи примечательны особые свойства каспийского проекта по сравнению с трубопроводом «Набуко». «В отличие от прежнего проекта, – говорит Митат Балкан, – необходимо, чтобы страны Европейского союза, как конечные потребители энергоресурсов, начали играть более активную роль в разработке единого пакета предложений для поставщиков из Каспийского региона. Это самый сложный вопрос, так как ЕС не имеет единой внутренней и внешней энергетической политики». По мнению Митата Балкана, отношение Соединенных Штатов к газопроводам из прикаспийского региона тоже изменилось. Сейчас американцы озабочены другими проблемами. Ситуация в Ираке не позволяет делать долгосрочные инвестиции в эту страну. Экономические санкции в отношении Ирана «отсекают» его от участия в каких-либо проектах. Растет конкуренция со стороны Китая и Индии. Россия, выбрав энергоресурсы как свое политическое оружие, все более последовательно пытается монополизировать европейский энергетический рынок. «У Турции, – продолжает Митат Балкан, – хорошие экономические и политические отношения с Россией. Турция находится в сильной энергетикой зависимости от России. До 60% турецкого импорта энергоресурсов приходится на Россию. Более того, Москва рассматривает Турцию как конкурента и делает все возможное, чтобы помешать ей стать энергетическим коридором, связывающим Восток и Запад». Возвращаясь к вопросу о ЕС, Митат Балкан отметил, что если комиссия Европейского Союза старается установить контакты со странами Каспийского региона с идеей продвижения проектов транспортировки газа в Европу, минуя Россию, то члены Союза на практике ведут совершенно другую политику. Например, Италия подписала соглашение по Южному потоку с Россией, Германия поддерживает Северный поток, аналогично ведут себя Австрия, Болгария, Греция и Венгрия. Все эти соглашения ставят под удар реализацию проекта «Набуко». Турция могла бы внести серьезный вклад в диверсификацию поставок энергетических ресурсов в Европу. Однако Европейский союз, который хочет видеть Турцию только в качестве транзитной страны, почему-то обязывает ее играть по всем правилам участника энергетической системы Европы, но без членства Турции в ЕС. И это не устраивает Турцию. «Турция, – говорит Митат Балкан, – предлагает разрешить энергетическую проблему до ее вступления в ЕС, и пока этого не произошло, брать на себя никакие обязательства не хочет». Более того, Турция видит себя в энергетических проектах не только в качестве транзитной страны, но и как потребителя газа. Она добивается права покупки определенной доли транспортируемого прикаспийского газа по цене поставщика, и свободы распоряжаться им по своему усмотрению – использовать внутри страны либо перепродавать в Европу. Многие считают, что этим самым Турция подрывает идею реализации проекта «Набуко». По мнению Матата Балкана – это незаслуженное обвинение. Зейно Баран, директор программ по Евразийской политике в Гудзоновском институте, считает нереальным расхожее мнение о том, что два проекта – «Набуко» и «Южный поток» могут сосуществовать. Выиграет тот, кто первый осуществит строительство газопровода. По мнению Владимира Сокара, аналитика фонда «Джейсмтаун», проект «Набуко» – единственная и последняя возможность поставок нероссийского газа по южному направлению в Европу. Это также может способствовать ослаблению чрезмерной зависимости европейского рынка от российского газа. Участники конференции подняли вопрос о возможности участия России и Ирана в проекте «Набуко». «Многие страны Европы, – считает Зейно Баран, – были бы рады, если бы Россия приняла участие в проекте, и только потому, что они не хотят злить Россию. Но ведь это противоречило бы в целом стратегической цели проекта. Участие же Ирана, в долгосрочной перспективе, не исключено. Сейчас это нереально из-за политической ситуации вокруг Ирана. Возможно, через несколько лет что-то изменится». Какой проект газопровода из Каспийского региона получит путевку в жизнь, покажет время, а пока – споры продолжаются.