Обзор печати от 4 июля 2005 г.
Узбекистан: демократия или военная база? Польско-российские трения не утихают.
Столичная  поместила статью своего корреспондента Сета Розена, в которой обсуждается позиция, занятая Соединенными Штатами в отношении Узбекистана. Недавно в Вашингтоне побывал ведущий узбекский оппозиционер Мухаммад Салих, который призвал Соединенные Штаты закрыть свою базу в Узбекистане, если президент Ислам Каримов не даст добро на международное расследование жестокой расправы с демонстрантами в Андижане в мае этого года. «Соединенные Штаты должны быть заинтересованы в установлении подлинной демократии в Узбекистане, даже если для этого им придется оставить свою военную базу», - заявил Мухаммад Салих, ставший президентом недавно созданной «Узбекской демократической коалиции». Он выразил надежду, что американская администрация продолжит оказывать давление на правительство Узбекистана. Правительство США призвало президента Каримова провести независимое расследование событий в Андижане, но он ответил отказом. В статье говорится далее, что в 91 году Мухаммад Салих баллотировался на пост президента Узбекистана и вскоре после этого вынужден был уехать в Европу. По его мнению, если Вашингтон будет и впредь добиваться независимого расследования и еще более настойчиво требовать от Узбекистана легализации оппозиционных партий, это поможет мирному устранению режима Каримова и приведет к демократическим революциям наподобие тех, что произошли в Грузии, Украине и Кыргызстане. «Несколько недель назад президент Узбекистана ограничил доступ американцев к воздушной базе Карши-Ханабад, расположенной возле границы с Афганистаном. Эта мера вызвала разногласия в Вашингтоне между теми, кто считает, что президент Буш должен занять более жесткую позицию по поводу нарушений прав человека в Узбекистане, и теми, кто опасается оттолкнуть одного из главных союзников США в войне против терроризма, - говорится в статье корреспондента «Вашингтон таймс» Сета Розена. В статье варшавского корреспондента  Ричарда Бернстайна анализируются российско-польские отношения. Журналист отмечает, что эти отношения не поднялись с той низкой точки, на которой они находились в момент распада советского блока в 89 году. Об этом свидетельствует хотя бы недавний визит в Польшу советника президента Путина Глеба Павловского, который заявил, что поляки говорят о русских так же, как антисемиты говорят о евреях… В ответной реплике польский министр иностранных дел Адам Даниэль Ротфельд сказал: «Вы ищете врага и находите его в Польше». «К счастью, - продолжает автор статьи, - ни одна из сторон не угрожает вторжением или оккупацией, так что история польско-русских отношений, отмеченная войнами и разделами, вряд ли повторится. В то же время, едва ли не ежедневно можно услышать язвительные или сердитые высказывания, раздающиеся по обе стороны границы, и в этом, - замечает корреспондент, - ярко проявляются чувства уязвимости и подозрительнсти, оставшиеся в Восточной Европе со времен холодной войны». По мнению аналитиков, непосредственной причиной нынешней напряженности является роль Польши в украинской оранжевой революции, когда польский президент Александр Квасневский открыто поддержал лидера оппозиции Виктора Ющенко. «Как считают поляки, - продолжает автор статьи в «Нью-Йорк таймс», - переориентация Украины на Европейский союз и Запад – важнейший показатель постепенной утраты влияния в Восточной Европе, которая началась с победы Солидарности в Польше в 89 году». Подозрительность поляков к России, питаемая историческими событиями последних 50 лет, проявляется отчетливо и в самых разных аспектах. Так, в прошлом году Польша возмущенно отреагировала на заключение российской комиссии, которая расследовала убийство тысяч поляков в Катыни в 1940 году. Советское руководство утверждало, что это преступление было совершено германскими нацистами. Российская комиссия признала, что поляков убили советские военнослужащие, но отказалась квалифицировать эту акцию как преступление против человечества или как военное преступление. «По определению комиссии, это было обыкновенное уголовное действие. Вдобавок она отказалась открыть свои архивы проводившей аналогичное расследование польской комиссии», - пишет корреспондент «Нью-Йорк таймс» Ричард Бернстайн.