Проблема Путина и Северо-кавказская заграница
Силовая политика и “чеченизация” привели к гражданской войне на Кавказе - считают эксперты
В Центре Карнеги в Вашингтоне обсудили ситуацию и перспективы Северного Кавказа. Эксперт Центра Карнеги в Москве Алексей Малашенко назвал Северный Кавказ внутренней заграницей. Он напомнил про оптимистические ожидания, связанные с основанием почти год назад Северо-кавказского округа и назначением его главой успешного администратора Александра Хлопонина. Эксперт сказал, что за год все надежды на изменения к лучшему рухнули. “Теперь даже официальные политики в России признают, что мы имеем гражданскую войну на Кавказе, - сказал Малашенко. - Как бы не называли Путин и Медведев сопротивление: бандиты, преступники - по сути это политическая исламская оппозиция”. Эксперт отметил, что вооруженные атаки на представителей силовых структур и власти происходят на Кавказе практически ежедневно, что не может считаться нормальным явлением для мирного времени. “Но для России это уже стало нормальным, а для власти - привычным явлением”, - заметил Малашенко. По мнению эксперта, о крахе политики на Кавказе свидетельствуют покушения на назначенных Кремлем лидеров Чечни, Ингушетии, Кабардино-Балкарии и взрыв на Баксанской ГЭС. Он также отметил, что террористическая активность на Кавказе часто стимулируется действиями силовых структур. Малашенко полагает, что проблема стабильности на Северном Кавказе бесперспективна. Экономическое развитие региона, как другой путь стабилизации кавказских республик, также зашел в тупик, уверен эксперт. Он аргументировал свои выводы отсутствием реальной статистики о размерах инвестиций и неспособностью Кремля и его представителей в регионе контролировать финансовые потоки. Другим фактором дестабилизации Малашенко считает безработицу, уровень которой в различных республиках Кавказа колеблется от 30 до 70 процентов. По словам докладчика, для традиционных обществ Кавказа подобная безработица - один из ключевых факторов радикализации. “Смешными” назвал Алексей Малашенко идеи главы СКФО Хлопонина по решению проблемы безработицы. “Я думаю, Хлопонин думал о том, как помочь безработным на Кавказе, может быть даже думал об этом два раза. Однако его идеи, например - вывозить ингушей на работу в российские регионы - вызвали только смех”. Кризис власти Алексей Малашенко считает ключевой проблемой. По мнению эксперта, Александр Хлопонин не смог стать признанным лидером: “В глазах местных элит он так и остался вторым, они предпочитают общаться напрямую с Путиным или Медведевым. Хлопонин - хороший парень - и все”. Малашенко думает, что идея взять под контроль финансовые потоки, чтобы ограничить коррупцию, Хлопонину даже не приходит в голову: “Возможно, он думает, что Путин его не поддержит”. Особенно слабость Хлопонина ощущается в Чечне, где главу СКФО называют “младшим братом Кадырова”. По мнению эксперта, реальный лидер, “кавказский Лужков” и вместе с тем - трагическая проблема Чечни и Москвы это - Рамзан Кадыров, “который не может контролировать свои эмоции и амбиции, и которого невозможно контролировать извне, и никто не знает, что ним делать”. “Личная преданность Рамзана Кадырова Путину не снимает вопроса: что с ним будет дальше? Оставить навеки президентом Чечни? Я думаю, это головная боль даже для Путина”, - полагает Алексей Малашенко. Экперт уверен, что прозвучавшее в пятницу признание Медведева о ложной статистике на Кавказе, имело целью указать на виновного в подобном провале. Это было не самобичевание и не критика “беспомощного” Хлопонина. Автором “чеченизации” и тактики на силовое решение был Владимир Путин, и именно вину премьера в неудачах на Кавказе хотел подчеркнуть президент, - считает Малашенко. Положение вещей на Северном Кавказе Малашенко характеризует термином “демодернизация”. В условиях, когда Конституция России не работает и не принимается населением в качестве главенствующего закона, общество регулируется внутренними отношениями, национальными традициями, исламским правом. Ислам, считает Малашенко, приобретает все большую роль на Кавказе, становясь ключевым фактором политики. Шариатские суды становятся популярнее, замещая собой обесцененное гражданское право. В условиях подобного кризиса, ислам, по убеждению Алексея Малашенко, при умной государственной стратегии мог бы рассматриваться, как стабилизирующий фактор. Редактор журнала Foreign Affairs Джошуа Йаффа отметил возрастающую роль салафизма на Северном Кавказе. По его мнению, салафиты на Кавказе не представляют противо-правительственные позиции, они больше склоняются к отрицанию секулярного общества как такового, с его множествами пороков и недостатков - коррупции, низкой морали и отсутствием идеологии. Запрет на продажу и употребление алкоголя под угрозой смерти, нападки на салоны красоты и другие атрибуты секуляризма, по словам Джошуа Йаффа, свидетельствуют об упрочении идей салафизма. Йаффа полагает, что в стремлении к жизни по законам чистого ислама, салафиты могут не ограничиться акциями, направленными только против представителей власти и силовых структур. Сопротивление потенциально может метастазировать. В таком случае, возможен поворот к тактике массовых атак против гражданского населения. Подчеркивая, что мотивация сопротивления на Кавказе трансформировалась из национальной в религиозную, Йаффа вместе с тем отметил, что последним критическим толчком к радикализации служит жестокость и безнаказанность силовых структур на Кавказе. Ситуация при этом усложняется конфликтом между различными ветвями властных органов России, приводящем к хаосу, при котором даже прямые указания Кремля часто невыполнимы. Вместе с тем, Йаффа полагает, что даже наиболее радикальные подпольщики готовы вернуться к мирной жизни, при условии, что им позволят жить по законам шариата, при таком укладе, который позволит им соблюдать все требования их веры. Также как и Алексей Малашенко, Джошуа Йаффа высказал свои оценки личности и стиля Рамзана Кадырова. По словам Йаффа, Кадыров сознательно позиционирует себя, как спаситель и хранитель чеченских традиций, одновременно эксплуатируя исламскую идею, и представляя себя защитником и проводником ислама. При этом стиль правления Кадырова в Чечне Йаффа называет сталинским. Директор программы России и Евразии в Национальном фонде демократии Мириам Ланской разделила свой доклад на три главных пункта, по ее мнению, определяющих ситуацию на Кавказе и вокруг него. Первая проблема - вооруженное сопротивление и безопасность, по словам Мириам Ланской, неразрешима при нынешней власти в России. Ланской отметила, что гражданская война в России - результат провальной политики, в течение двух десятков лет лишающей население региона доступа к гражданским институтам. Искренние дебаты между Кремлем и сепаратистами невозможны, даже если допустить, что для этого пришло реальное время, полагает эксперт. Она отмечает, что региональные элиты вопреки общепринятому мнению не служат мостом между Кремлем и местным населением, а наоборот - выступают как дополнительный инструмент подавления. “Пока Рамзан Кадыров говорит, что любит Путина, “Единая Россия” получает в Чечне 96 процентов голосов. Для того же самого нужны и лидеры остальных регионов”. В отличие от Джошуа Йаффа Ланской уверена, что в среде северокавказского сопротивления преобладают не религиозные, а этно-сепаратистские настроения. Она отметила, что не верит, как и множество людей на Кавказе, в проект “эмиратов”. В качестве аргумента эксперт привела пример текущего конфликта внутри вооруженного подполья, разделившегося на сторонников “Имарата Кавказ” и этно-сепаратистов. Мириам Ланской верит, что другая причина радикализации на Кавказе - лишение активной части населения права на политическую позицию. “На Кавказе была классическая мирная оппозиция западного типа - в Ингушетии. Двух ее лидеров Магомеда Евлоева и Макшарипа Аушева расстреляли”, - сказала Ланской, подчеркнув при этом, что кризис власти играет роль платформы для радикализации. - Радикализация не случилась в вакууме”. По убеждению Мириам Ланской, в регионе значительно возрастает роль Грузии, пытающейся реализовать новую линию: стабильный, единый, свободный Кавказ, нацеленный на вхождение в Европейский Союз. Ланской считает, что августовская война 2008 года необратимо изменила настроения людей на Северном Кавказе, обнажив “исключительную двуличность” Кремля, обвинившего Грузию в геноциде осетин: “Представьте, как эти заявления восприняли в разрушенной до пепла Чечне. И какой болью они отозвались в душах ингушей”. Докладчики сошлись во мнении, что Кремль не сможет провести Олимпийские Игры в Сочи в 2014 году, так как не способен обеспечить безопасность в регионе. В журналистике с 1995 года. До прихода на «Голос Америки» в 2010 году работала собкором по Северному Кавказу в агентстве «Ассошиэйтед пресс», в «Общей газете» и в «Новой газете». С января 2016 г. работает в составе команды отдела Extremism Watch Desk "Голоса Америки"