Обзор печати от 23 января 2006 г.
Грузия отрезана от российского газа. В России нарастает тревога по поводу ксенофобных преступлений. Долгое молчание Буша.
Московский корреспондент  Си Джей Чиверс анализирует последствия воскресных взрывов на юге России для энергоснабжения Грузии. Он отмечает, что прекращение поставок вновь подняло вопрос о надежности России как партнера в энергетической сфере, и продемонстрировало напряженность в отношениях между Россией и Грузией. Не случайно президент Грузии Саакашвили отмел утверждения России о диверсионной причине взрывов и заявил, что прекращение поставок имеет целью оказать политическое и экономическое давление на Грузию. В телефонной беседе с Чиверсом Саакашвили подчеркнул, что поставки газа прекратились как раз в тот момент, когда Россия пыталась убедить Грузию продать ей газотранспортную систему республики, и российские чиновники разного уровня выступали с завуалированными угрозами. Грузия полностью зависит от российского газа, но в последнее время она начала предпринимать шаги для получения электроэнергии из Турции и Армении. К концу года, после завершения строительства трубопровода от Каспийского моря, страна планирует начать импорт газа из Азербайджана и Центральной Азии, что, как отмечает Чиверс, сократит ее зависимость от бывших хозяев в Москве. Московский корреспондент  Фред Уэйр посвятил свою статью росту ксенофобного насилия в России. Он отмечает, что, по свидетельству правозащитных организаций, только за прошедший год преступления ненависти стоили жизни свыше 40 человек. «Некоторые эксперты усматривают в ультранационалистической угрозе, которая исходит от 50 000 скинхедов и нескольких неонацистских организаций, предсказуемую – пусть даже и отвратительную – болезнь роста общества, которое в последние полтора десятка лет было вырвано из своего кокона коммунистической эпохи и брошено в водоворот течений глобальной культуры, - пишет журналист. - Они высказывают мнение, что решение данной проблемы следует искать в лучшем образовании и в более жестких правовых ограничениях на фашистскую литературу, разжигание ненависти в интернете и проповедующие насилие компьютерные игры». «Однако другие мрачно говорят о «веймарской России» и предостерегают, что, хотя газетные заголовки пестрят сообщениями о насилии скинхедов, главной угрозой является новый тон национализма, антисемитизма и ксенофобии, который постепенно вползает в господствующую прессу и официальные дискуссии». «Любой авторитарный режим, подавив нормальную политическую оппозицию, начинает испытывать нужду во внутренних и внешних врагах, на которых можно было бы взвалить вину за несчастья народа, - сказала в беседе с автором статьи политолог государственной Высшей школы экономики в Москве Евгения Альбац. - Именно в таком положении оказался Владимир Путин после того, как надел смирительную рубашку на прессу, ослабил оппозицию и отменил выборы региональных губернаторов. Поиски врагов продолжаются». Фред Уэйр отмечает, что, судя по опросам общественного мнения, нетерпимость в России растет. Так, опросы Центра Левады показали, что 58% этнических русских поддерживают лозунг «Россия для русских», и 59% опрошенных хотят, чтобы был ограничен приток нерусских иммигрантов, главным образом из бывших советских республик Кавказа и Средней Азии, в то время как в 2002 году такое мнение высказали 45% опрошенных. Более того, как показали результаты опроса агентства "Pew Global Attitudes Project", расовая нетерпимость идет рука об руку с растущим авторитаризмом. 66 процентов россиян сегодня считают, что сильный лидер, а не демократия является лучшей формой правления, в то время как в момент распада Советского Союза в 91 году таких было 39 процентов. Статья обозревателя  Фреда Хайата посвящена российской политике президента Буша. Автор статьи считает, что, если продвижение демократии действительно является важнейшим устремлением Буша, то Россия – его главный провал в этом деле. «Президент Путин не самый репрессивный в мире руководитель страны, - пишет Хайат. - Диктатуры в Бирме, Северной Корее, Зимбабве, Беларуси, Узбекистане и Туркменистане подавляют людей гораздо сильнее. Но ни одна страна за время пребывания Буша в Белом доме не отошла так далеко и решительно от открытости к авторитаризму, как Россия. А со стороны Буша даже намека на возражение против этого не последовало». Автор статьи считает, что российский президент все больше попадает во власть паранойи, которая заставляет его самоизолироваться от всех, кроме бывших агентов КГБ. «Средства массовой информации контролируются Кремлем. Кремль контролирует также парламент, губернаторов регионов, находящихся на свободе магнатов бизнеса и судебную власть, - продолжает Фред Хайат. - Все эти институты и люди были свободны и независимы, когда Путин – и Буш – пришли к власти. Теперь они ослаблены, а Путин силен. Он преследует гражданские организации, потому что те являются последним оплотом независимой деятельности, а также потому, что уверен: эти организации будет использовать ЦРУ, чтобы угрожать его режиму». «Именно к такому человеку приедет в июле Буш, когда Путин будет проводить встречу Большой восьмерки в Санкт-Петербурге, - резюмирует Фред Хайат. - В царских дворцах снимут великолепные фотографии, и всем будет хорошо понятен смысл послания Путина своим подданным: я царь, и лидеры мировых демократий с этим согласны, они признают меня. Вопрос в том, готов ли Буш помочь Путину в передаче такого послания».