Свобода слова в век терроризма
Споры Алана Дершовица с одним из основателей США – президентом Томасом Джефферсоном
После трагических событий 11 сентября 2001 года в США разгорелись споры о том, как защищать страну от террористов и в то же время не нарушать Конституцию США в вопросе свободы слова. Недавно было обнаружено письмо, написанное одним из отцов-основателей США,Томасом Джефферсоном, из которого стало ясно, что такая же проблема волновала американцев еще двести лет назад. Письмо Томаса Джефферсона и его актуальность сегодня обсуждается в новой книге профессора права Гарвардского университета Алана Дершовица «Джефферсон: Потерянное письмо, удивительная находка и первая поправка в век терроризма». 50 лет, большую часть своей карьеры, Алан Дершовиц посвятил изучению первой поправки к Конституции США и принципов свободы слова, описанных в этом документе. Идея книги возникла у него в 2006 году. Дершовиц по обыкновению заглянул в любимый букинистический магазин в Нью-Йорке, и там ему показали старинное письмо, датированное третьим июля 1801 года. «Его написал, – рассказывает Алан Дершовиц, – Томас Джефферсон накануне 25-летия подписания Декларации Независимости. Он только что стал президентом после выборов, которые вызвали множество споров. В это время Джефферсон написал письмо о том, над чем я размышлял всю жизнь. Если бы я верил в судьбу, то подумал, что он написал это письмо для меня. Тогда и возникла идея книги. Мне так хотелось, чтобы это письмо стало доступно всем». Послание Джефферсона, уместившееся на одной странице, было ответом на публикацию популярного проповедника того времени, Стэнли Гризволда. «Гризволд писал, – продолжает Алан Дершовиц, – что если проповедь пастора, имама или раввина побудила его последователей совершить преступление, то этого человека следует наказать. Джефферсон посчитал это мнение ошибочным. Он отметил, что люди имеют право выражать собственное мнение, и что наказывать можно только по факту совершения преступления». В письме Джефферсона говорится, что не следует бояться деморализующих рассуждений, если есть те, кто может доказать их ошибочность. Он полагал, что истина рождается в споре, а не из слов, произносимых судьями. То есть, если люди имеют возможность публично обсуждать идеи и высказывать мнения, они сами решат, во что им верить, и как поступать. Дершовиц говорит, что в те времена, такое мнение было радикальным. «Джефферсон был настоящим демократом, – утверждает автор книги. – Ему импонировала идея суда присяжных, нравились отдельные личности, идея голосования. Но судей он не любил. Он считал, что если ввести цензуру, то принятие решения будет лежать на совести судей, которые будут решать за народ, что и когда можно говорить». В своей книге Алан Дершовиц спорит с Джефферсоном. В частности он утверждает, что разнообразие идей, которые нравятся Джефферсону, не всегда выполняют свою задачу. «Разнообразие точек зрения, – считает Алан Дершовиц, – вовсе не означает, что при принятии решения сделан правильный выбор. Взять хотя бы выборы 1932 года в нацистской Германии, или выборы в других странах после этого периода. Я не представляю, как Джефферсон отнесся бы к многочисленным ток-шоу на радио и телевидении, где ведущие и гости орут друг на друга; не знаю, посчитал бы он, что это суть демократического процесса». Джефферсон не был анархистом. Он считал, что люди должны выражать свои мнения, включая мысли о необходимости совершить преступление, но при этом государство должно быть готово наказать человека за любое преступление, совершенное по ложным побуждениям. В этом вопросе Дершовиц не согласен с мнением Джефферсона. «А что, – спрашивает он, – если мы не можем ждать совершения преступления? Если преступление – жестокий акт террора, такой, как атаки 11 сентября, или еще хуже – химическая, биологическая или ядерная атака? Должны ли мы позволять религиозному лидеру вдохновлять своих последователей на совершение актов терроризма, которые мы не сможем отразить? На эти вопросы трудно ответить. Но мне кажется, Джефферсон все равно бы выступил за свободу слова. Конечно, он бы признал существование опасности, но я все равно считаю, что лучше иметь возможность свободно обмениваться мнениями, чем находиться под контролем государства, которое может разрешить или запретить слушать определенную информацию». Дершовиц приветствует решение лидеров Дании, которые в 2005 году не откликнулись на призывы мусульман ввести цензуру в ответ на публикацию карикатур на пророка Магомета. «Стоит только начать делать исключения, – говорит он, – и все захотят попасть в число избранных, особенно, если это затрагивает их интересы. Другими словами, если можно ввести цензуру на слова, дискриминирующие женщин, то почему не сделать этого для выражений, касающихся расизма или антисемитизма? На выражения, направленные против мусульман или оскорбляющие геев? А как насчет слов, обидных для христиан. Тогда вообще больше нечего будет сказать». Новая книга Алана Дершовица о президенте Джефферсоне, вышла тогда, когда в США идут многочисленные споры о свободе слова в век терроризма. Она явилась прекрасным напоминанием о том, что мысли одного из отцов-основателей Соединенных Штатов, продолжают оставаться современными, несмотря на то, что они были высказаны 200 лет назад.