Споры об экстремизме в России
Круглый стол в Санкт-Петербурге привлек представителей как проправительственных, так и оппозиционных политических движений
В четверг в Санкт-Петербурге в помещении общественной правозащитной организации «Гражданский контроль» состоялся круглый стол на тему «Что такое экстремизм?». В дискуссии приняли участие представители как проправительственных, так и оппозиционных политических движений. «Мирные акции Движения гражданских инициатив, Объединенного гражданского фронта, демократической партии «Яблоко», НБП не согласовываются властями под любым предлогом и пресекаются милицией, а акции «Молодой гвардии», «Единой России», «Наших», «России Молодой», наоборот, милицией охраняются. Участников оппозиционных акций заносят в списки экстремистов». Так начинается пресс-релиз, посвящённый круглому столу о проблемах экстремизма, разосланный петербургским журналистам. Сопредседатель «Движения гражданских инициатив» Владимир Соловейчик отмечает, что городская администрация усиливает давление на оппозиционные движения, будь то «правые» или «левые», ввиду приближающихся местных, а затем и федеральных выборов. «Чем ближе дата выборов, тем труднее становится согласовывать публичные мероприятия в форме митингов и пикетов, тем больше ограничений для разного рода собраний, встреч с гражданами, – говорит он. – Например, администрации значительного количества районов фактически закрыли школы и другие муниципальные бюджетные учреждения для любых публичных мероприятий, причем неважно, идет ли речь о предвыборной агитации или, допустим, о семинаре по вопросам деятельности товариществ собственников жилья. Такого рода ограничения есть, в том числе и в плане давления на оппозиционных активистов. Это нормальная – естественно, «нормальная» в кавычках – практика для правоохранительных органов: когда они не могут предъявить ничего существенного, они наклеивают ярлык – и это звучит примерно как «диссидент» во времена тридцатилетней давности». Шутя Владимир Соловейчик сказал, что если так дело пойдёт и дальше, то вскоре в экстремизме российские власти будут обвинять всех, кто имеет, согласно классику, «невосторженный образ мысли». А если серьезно, то возрастающему давлению подвергаются все политические движения, несогласные с политикой властей, будь то на местном или федеральном уровне. Сейчас петербургская городская избирательная комиссия пытается не допустить к местным выборам кандидатов по списку демократической партии «Яблоко». При этом на реальные трудности чиновники и нынешние депутаты внимания не обращают. «Есть серьезные демографические, национальные проблемы, – говорит правозащитник Юлий Рыбаков. – Есть тяжелые, застарелые социальные проблемы. Есть проблемы, связанные с радикализацией молодежи, которая не имеет перспективы для того, чтобы каким-то образом реализовать себя в будущем. Но увы – государство озабочено сохранением себя, сохранением той элиты, которая сегодня захватила эту власть, командных, ключевых постов, которые сегодня находятся в руках у чекистов и чиновников. И все, о чем они думают (судя по тому, что они делают), это каким образом обезопасить себя от оппозиции». «Причем они даже не могут реально, адекватно оценить силы этой оппозиции, которая сегодня, увы, достаточно слаба. Их страх перехлестывает все разумные пределы, – продолжает Рыбаков. – Например, только что была попытка отменить закон о митингах и демонстрациях во время выборов: это говорит о полной неадекватности власти, которая в ужасе, в панике пытается отгородиться от своего собственного народа. О каких же тогда конструктивных решениях, шагах со стороны этой власти можно говорить? Увы, таких шагов мы не видим. Это скорее декоративные попытки – некие микрорешения выдавать за национальные проекты, неадекватные по своему масштабу и значимости, попытки заткнуть рот собственному народу». Пришедший на круглый стол председатель петербургского отделения движения «Наши» Леонид Курза заявил, что экстремистами нужно считать всех участников конференции оппозиционных движений «Другая Россия». И уже совсем заговорившись, всех участников прошедшей в июле прошлого года в Москве первой конференции «Другой России» представитель пропутинского движения назвал «сборищем фашистов». На возмущённые вопросы участников круглого стола, кого именно он имеет в виду – не бывшего ли премьер-министра России Михаила Касьянова, или многократного чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова, или бывшего советника президента Путина по экономическим вопросам Андрея Илларионова – смутившийся молодой человек ответил, что под этим термином он подразумевал членов Национал-большевистской партии и лично её лидера Эдуарда Лимонова. Но окончательно добил руководителя петербургских «Наших» вопрос, не является ли он сам участником подобного сборища, поскольку среди приглашённых на заседание круглого стола по проблемам экстремизма был и глава петербургского отделения НБП Андрей Дмитриев. Вот, кстати, его мнение по политической ситуации в России: «Мы всегда были в оппозиции, у нас последовательно оппозиционная линия. И, безусловно, в России не было и демократии никогда. Мы достаточно ощутили на себе груз полицейских дубинок, тюремных заключений, полную мощь вот этой вот государственной машины, которая нас давит, для того, чтобы понять, что это плохо, неправильно. И, безусловно, наши требования сегодня – это политические свободы, восстановление и создание нормальных демократических институтов». «Сильная власть, уверенная в себе, так бы себя не вела, – продолжает Дмитриев, – не бросали бы людей в тюрьмы за ненасильственные акции и не подавляли бы организацию таким образом, как это делается сейчас. Безусловно, мирная ненасильственная акция должна повлечь за собой символическое наказание в виде или штрафа или административного ареста. Митинги должны разрешаться кому угодно. Ну, если там нет, разумеется, призывов, противоречащих Конституции. Такие элементарные вещи, обычные гражданские свободы, которые достигнуты на Западе, – мы хотим того же для России». В целом же оппозиционеры, как правые, так и левые, сошлись во мнении, что, ограничивая политические свободы, нынешняя российская власть повторяет ситуацию начала ХХ века, когда несогласные с действиями царского правительства, уже не спрашивали разрешения на свои акции. А это, в конечном итоге однажды уже привело к революции, повторения которой даже под принципиально новыми лозунгами так боится нынешняя российская власть.