Обзор печати от 24 ноября 2003 г. - 2003-11-24
В центре внимания сегодняшних американских средств информации - переворот в Грузии и отставка президента Эдуарда Шеварднадзе
Корреспонденты  Питер Бейкер и Сюзан Глассер сообщают из Тбилиси о том, что Шеварднадзе сдал власть в воскресенье в результате народного восстания, когда на улицы вышли десятки тысяч людей. Авторы статьи пишут о фейерверках, развивающихся флагах, танцах на крышах автобусов и других проявлениях народного ликования, вызванного этой бескровной «революцией роз», как ее назвал один из лидеров оппозиции. «Еще в субботу, через три недели после выборов, которые широко признаются сфальсифицированными, Шеварднадзе заявлял, что не уйдет со своего поста, - говорится в статье. - Но в воскресенье его покинула армия и полиция, к вечеру исчезли самые верные его сторонники. Прибывший срочно в Тбилиси министр иностранных дел России Игорь Иванов переходил от президента к лидерам оппозиции, вырабатывая условия отставки. И поздно вечером Шеварднадзе выступил по телевидению с заявлением, что покидает свой пост, чтобы избежать кровопролития». В другой статье, опубликованной в той же «Вашингтон пост», Хью Поуп пишет, что отставка Шеварднадзе не решает вопроса стабильности и территориальной целостности Грузии. «Революция до сих пор была ненасильственной, но ее хаотическое развитие может принять неожиданное направление», - считает автор статьи. Он отмечает, что оппозицию, которая заставила президента уйти, возглавляют трое его бывших сторонников. Глава оппозиции Михаил Саакашвили, окончивший юридический факультет Колумбийского университета в Нью-Йорке, был одно время министром юстиции Грузии. Председатель парламента Нино Бурджанадзе порвала с Шеварднадзе в августе. Третий из лидеров, Зураб Жвания, бывший активист экологического движения, был координатором команды реформаторов середины 90 годов. Автор подробно останавливается на деятельности ведущих неправительственных организаций Грузии, которые в течение лет от поддержки Шеварднадзе постепенно переходили к оппозиции в связи с ростом сепаратистских тенденций, анархии, коррупции, обнищанием населения. «В конечном счете, Шеварднадзе будут помнить больше за то, что он  сделал, чем за то, что он сделал, - пишет Даглас Берч в балтиморской газете . - В 89 и 90 годах, будучи министром иностранных дел СССР, он отказался послать танки для защиты разваливавшихся коммунистических режимов в странах Восточной Европы. А в воскресенье он снова предотвратил массовое кровопускание, уйдя в отставку вместо того, чтобы отдать приказ верным ему войскам выступить против демонстрантов, наводнивших улицы столицы и захвативших правительственные здания». «Я вижу, что так продолжаться не может, - сказал он, - выступая по телевидению. - Если мне придется завтра употребить мою власть, это приведет к большому кровопролитию. Я никогда не изменял моей стране, и потому наилучший выход - отставка президента». «Единственный оставшийся вопрос состоит в том, достаточно ли безопасно для Шеварднадзе оставаться в Грузии, или он с семьей найдет прибежище в своем имении стоимостью 13 миллионов долларов в германском курортном городе Баден-Бадене», - продолжает автор статьи, отмечая, что в Германии Шеварднадзе пользуется особым почетом как человек, содействовавший падению берлинской стены в 90 году. На бурной политической биографии Шеварднадзе останавливается также Ким Мерфи в газете . Он напоминает о выдающейся роли Шеварднадзе в реализации горбачевской политики гласности и перестройки и в наведении мостов между Советским Союзом и Западом. Как отмечает Мерфи, бывшие государственные секретари США Джим Бейкер и Джордж Шульц подчеркивают, что именно Шеварднадзе убедил их в серьезности стремлений Москвы осуществить рыночные реформы и договориться с Западом о контроле над вооружениями. Как министр иностранных дел, Шеварднадзе возглавлял множество проектов, связанных с пересмотром подхода Советских властей к международной политике. Им были поддержаны эксперименты с переходом к рыночной экономике в странах Восточной Европы, а помощь левацким освободительным движениям резко сокращена. Шеварднадзе поддержал вывод советских войск из Афганистана в 89 году и содействовал соглашениям с Западом о значительном сокращении вооружений. «Может быть, самым ярким моментом в глазах сторонников демократии в России был драматичный уход Шеварднадзе в отставку с поста министра иностранных дел в 90 году, как предупреждение о готовящемся антидемократическом перевороте, - говорится в статье. - После путча он на короткое время снова занял пост главы МИДа, но после распада СССР вернулся в Грузию как ее лидер. Однако с тех пор республику постоянно потрясали кризисы». В заключение своей статьи в «Лос-Анджелес таймс» Ким Мерфи приводит слова аналитика Людмилы Шевцовой из московского центра фонда Карнеги: «Люди верили, что его международный опыт, престиж и репутация помогут Грузии стать полноправным членом мирового сообщества, и что деньги и помощь Запада польются потоком. Однако Шеварднадзе заморозил Грузию на ряд лет. Все, что он мог дать своей стране, это руководство советского типа».