Обзор печати от 19 декабря 2006 г.
Игра без правил. Проснувшийся медведь. Убийство не для триллера.
Убийство Литвиненко, которое западные СМИ называют первым случаем ядерного терроризма, на некоторое время отодвинуло на задний план другие проблемы, связанные с Россией. Но в последние дни американские журналисты вновь обратили взоры на общие вопросы российской внешней политики, в первую очередь - на ее энергетическую составляющую.  в этой связи возвращается к делу концерна Royal Dutch Shell, который под давлением российских властей согласился продать российскому «Газпрому» значительный, возможно, контрольный пакет акций «Сахалина-2». Как отмечает в редакционном комментарии нью-йоркское издание, под аналогичный прессинг попали и другие иностранные энергетические компании, в частности, British Petroleum, которой грозит потеря лицензии на разработку месторождения газа недалеко от Китая. Газета считает, что в такой обстановке иностранные инвесторы должны четко определить: будут ли они и дальше благосклонно смотреть на Россию из-за сосредоточенных там запасов энергоносителей – действительно, впечатляющих. Ведь если Кремль решил, что может по своему капризу «пересмотреть» любой контракт, то сделки с ним превратятся в куда менее привлекательную перспективу. «Влияние России не столь велико, как кажется даже сегодня, когда напряженность на рынке энергии практически не спадает. Для нее становится реальностью снижение объемов добычи, и продолжение эксплуатации месторождений требует опыта и капиталов иностранных компаний. Западные корпорации, а также правящие круги Запада должны напомнить Москве, что с этой точки ее позиции очень и очень уязвимы. Москве также необходимо напомнить, что если право собственности будет нарушаться и дальше, в конечном счете от нее отвернутся все инвесторы. Даже приближенным Путина неплохо помнить, что без закона и порядка в стране их собственность будет зависеть от направления переменчивого политического ветра, - пишет «Нью-Йорк таймс». Джереми Шарон начинает свою статью в интернетовском издании  знаменитыми словами Екатерины Великой: «Я буду править самодержавно; таково мое ремесло». Владимир Путин, похоже, берет с нее пример, - замечает автор и продолжает. «Путин, чьи позиции подкрепляются высокими ценами на энергоносители, приступил к выполнению амбициозной программы, призванной восстановить за Россией роль ведущей мировой державы в противостоянии Америке и Европе. В основе этой внешнеполитической программы лежат две задачи: усиление контроля Москвы над бывшими советскими республиками и укрепление союзнических или дружеских отношений с государствами-единомышленниками в регионах, представляющих стратегическую важность. В доказательство Шарон указывает на то, что в погоне за международным влиянием Россия обхаживает самые одиозные режимы, проявляя, мягко говоря, неразборчивость в средствах. Москва продает оружие агрессивным ближневосточным странам, включая Сирию и Иран, использует свои энергоресурсы в качестве дипломатического рычага - особенно в отношении соседних государств, и занимает обструкционистскую позицию в ООН по таким вопросам, как геноцид в Дарфуре и иранская ядерная программа. Об усилении авторитарного характера российской власти, по мнению Шарона, свидетельствует недавняя волна политических убийств, жертвами которых стали видные критики Путина и войн в Чечне. Эти действия также показывают, насколько болезненно Москва воспринимает критику своей внешней политики, и ее нетерпимость к инакомыслию. Россия сохраняет немалое могущество на мировой арене. При этом Москва преподносит себя как оплот международного движения, противостоящего западному влиянию. «Непонятно другое: намерен ли Запад обуздать проснувшегося медведя, и если да, то каким образом», - указывает в заключении своей статьи Джереми Шарон. Тесс Герритсен, автор медицинских триллеров «Хирург», «Исчезни» и «Клуб Мефистофель», обращается в газете "Вашингтон пост" к делу Литвиненко через призму детективного жанра. Убийство бывшего российского агента, на первый взгляд, поражает чудовищным непрофессионализмом, считает она и приводит следующие аргументы: «Такого убийства вы не найдете ни в одном романе, если, конечно, это не пародия на детективный жанр. Начнем с выбора яда. Если бы убийца хотел быстрого и стопроцентно летального исхода, к его услугам огромный набор старых добрых веществ - от аконита до мышьяка и цианида. Любителям чего-нибудь экзотического вполне подошла бы доза сколина, парализующего мышцы жертвы, с тем, чтобы ее спокойно задушить». «Однако, - продолжает автор триллеров, - убийца Литвиненко выбрал полоний-210. Этот изотоп настолько токсичен, что с ним очень сложно обращаться; к тому же он оставляет за собой следы в виде пятен радиоактивного загрязнения, по которым видны все его перемещения. Сейчас их устанавливает британская полиция по всему Лондону. С таким же успехом преступник мог оставлять за собой хвост из хлебных крошек. Кроме того, яд оставил жертву в живых на несколько дней, в течение которых Литвиненко мог дать полиции ценнейшую информацию. Разве не верней было бы заманить его в темный переулок и прострелить ему голову? Или изобразить вооруженный грабеж?» «Но откройте любой шпионский роман, и вы увидите, что некомпетентность нельзя принимать за чистую монету. Тот, кого подозревают с первой страницы, почти всегда не виноват. Если бы наш нынешний роман писала я, Владимира Путина вычеркнули бы из списка злодеев сразу - как подозреваемый он слишком очевиден. Поэтому Путин точно не убийца, если, конечно, он не настолько гениален, чтобы приказать совершить убийство нарочито неуклюже с тем, чтобы никто не подумал, будто он настолько глуп, чтобы это сделать», - замечает писательница Тесс Герритсен.