Дипломатический конфликт между Минском и Вашингтоном продолжается
Интерью корреспондента "Голоса Америки" с бывшим председателем Верховного Совета Республики Беларусь Станиславом Шушкевичем
Дипломатический конфликт между Минском и Вашингтоном продолжается. За отзывом белорусского посла из Вашингтона и «настоятельной рекомендацией» американскому послу в Минске последовал демарш МИДа Беларуси с требованием сократить количество сотрудников посольства США в Минске. Реагируя на происходящее, в ходе брифинга в понедельник пресс-секретарь Госдепартамента Том Кейси заявил: «Беларусь, как и любая другая страна, свободна формировать дипломатические отношения с США или с любой другой страной. Мы, со своей стороны, заявили о том, что для нас важно оставить в Беларуси высокий уровень дипломатического присутствия, и продолжить усилия, направленные на освобождение Александра Козулина, а также работу по другим проблемам правозащитной тематики». Прокомментировать нынешнее состояние белорусско-американских отношений «Голосу Америки» согласился бывший председатель Верховного Совета Республики Беларусь Станислав Шушкевич. Станислав Станиславович, вы являетесь первым и единственным главой белорусского государства, принимавшим участие в обмене визитами на высшем уровне между США и Республикой Беларусь. С тех прошло уже пятнадцать лет. Расскажите, пожалуйста, как все начиналось, когда и как были установлены дипломатические отношения между Минском и Вашингтоном, чем запомнились лично вам эпохальные события тех лет? Прежде всего, первый демократический, или, скажем, более- менее демократически избранный Верховный Совет Беларуси принял решение, что надо устанавливать хорошие международные отношения со всеми государствами. После того, как 8 декабря 1991 года мы обрели независимость de jure, мною было подписано соглашение, ратифицированное белорусским парламентом через два дня. Таким образом, мы стали независимой и суверенной Республикой Беларусь. 25 декабря того же года Соединенные Штаты Америки и целый ряд других ведущих государств мира признали восемь новых независимых государств, образовавшихся на территории бывшего СССР после Алма-атинской встречи, состаявшейся 19 декабря 1991 года. Это было очень приятно, и тогда же было принято решение, что нужно устанавливать дипломатические отношения. К нам приехал первый посол США – господин Дэвид Суортц. Должен сказать, что этот человек, по моему мнению, полюбил Беларусь, и очень хорошо относится к стране и по сегодняшний день. Он начал очень конструктивно действовать. Мы много раз встречались. В результате наших совместных действий стало ясно, что если мы будем поступать достойным, демократическим образом, то станет возможным визит представителя Соединенных Штатов на самом высоком уровне. Честно говоря, я стремился к этому, потому что тогда о Беларуси мало кто знал. Я считал, что если визит президента США состоится – это будет великолепно. К счастью, президент Клинтон опередил меня. Он первым пригласил меня посетить Соединенные Штаты с официальным визитом. И летом 1993 года я там побывал. На меня произвело неизгладимое впечатление то, что США относились тогда к Беларуси как к стране, подающей надежды на установление в ней цивилизованной демократии. Я был встречен в Вашингтоне в соответствии с полным межгосударственным протоколом: почетным караулом, залпом из 21 орудия, - и воспринял прием на таком уровне как уважение к моей стране, ставшей на путь демократического развития. Я был счастлив пригласить президента Клинтона посетить Беларусь, и 15 декабря 1994 года он побывал у нас с официальным визитом. Для меня уже тогда было ясно, что мои дни на посту главы государства сочтены, поскольку этому визиту очень сильно противились те силы, которые были настроены не просто про-российски, а про-имперски. Они хотели поклоняться нашему восточному соседу, а не устанавливать с ним достаточно хорошие, дружественные отношения. Вот так развивались тогда белорусско-американские отношения. Лукашенко был избран на про-российской волне. Он говорил, что все здесь враги России. Поэтому такой шаг, как установление добрых отношений с США и другими западными странами, рассматривался, с его точки зрения, как враждебный по отношению к России шаг. Эту глупость вбивали в головы людей, и, надо сказать, небезуспешно. Александр Лукашенко, как когда-то Гитлер, создал миф о двух врагах: один враг – это внешнее «капиталистическое окружение», а второй враг, внутреннний – это оппозиция. Это состояние все углублялось. Это нравится России, потому что Россия финансово поддерживает режим Лукашенко, и обходится ей это примерно в 8 миллиардов долларов ежегодно. Поэтому наша экономика в тупике, мы можем в любой момент обвалиться, но Лукашенко удерживается у власти. Это полностью устраивает Россию, потому что ей легче договариваться с одним диктатором, чем, допустим, с демократически избранным парламентом. Как бы в благодарность за российскую поддержку, он делает то, что руководитель цивилизованного государства просто постыдился бы делать – ругает некоторые страны, например, Польшу. Теперь уже дошло до того, что достойно установленные отношения между Минском и Вашингтоном самым позорным образом напряжены. Чем объясняется последнее обострение американо-белорусских отношений? Это объясняется очень точными, наконец-то, прицельными экономическими санкциями, когда режиму было сказано: хватит заниматься противозаконными финансовыми операциями через «Белнефтехим». Поскольку, по-видимому, это затронуло личные интересы Лукашенко, он пошел на действия, недостойные занимающего такой пост руководителя, в недопустимой форме потребовав выдворения посла США в Беларуси Карен Стюарт. Станислав Станиславович, обращает на себя внимание то, что в комментариях по поводу действий американской стороны белорусский МИД тщательно избегает упоминания одной из главных причин введения этих экономических санкций – а именно того, что США настаивают на освобождении политических заключенных. Лицемерие всегда свойственно диктаторским и прокоммунистическим режимам, поэтому меня это абсолютно не удивляет, и я бы хотел, чтобы США не меняли своей позиции, и я надеюсь, что они её не изменят. То, что бывший кандидат в президенты Беларуси Александр Козулин совершенно незаконно осужден и посажен в тюрьму – это несомненно. В соответствии с нашим законодательством у нас не может быть политических заключенных, поэтому придание этому делу криминального характера – это чисто «властная» категория, а не судебная, не правовая. Поэтому я считаю, что Соединенные Штаты поступают совершенно правильно. А местная пропаганда – у нас нет независимых СМИ – объясняет происходящее так: Соединенные Штаты плохие, они хотят владеть всем миром, хотят топтать нас ногами, а мы вот-де сопротивляемся. Эта лицемерная позиция досталась в наследство от Советского Союза, и Лукашенко – один из лучших исполнителей этой роли. 25 марта отмечается 90 лет со дня основания Белорусской Народной Республики. Как предполагает отметить этот праздник в Беларуси демократическая оппозиция? Мы хотели бы отметить его официально и широко. У нас были обращения во все инстанции, чтобы этот день стал государственным праздником. Но когда мы обратились в так называемый парламент Беларуси, то там нам ответили вот так: поскольку праздники в Беларуси соблюдаются в соответствии с указом президента, то они ничего не могут сделать, то есть показали, что они, в общем-то, не являются законодательным органом. Это первая позиция. Этот праздник – день, когда была установлена белорусская государственность – он «затирается», осмеивается и принижается официальной пропагандой. Белорусская Народная Республика была признана тогда как минимум 12 странами – Украиной, Турцией, Финляндией, Австрией, Словакией, Литвой, Эстонией, Латвией, Польшей, Арменией, Грузией и Чехией. Когда образовался Советский Союз, за аналогичный временной отрезок он, практически, никем не был признан. В случае же с Беларусью была волна вот такого дипломатического признания народного, демократического движения в стране. Балтийские страны, как известно, пошли затем дальше по этому пути, а в Беларуси это было подавлено большевистскими имперскими силами.