Сможет ли Трамп «продвинуться вперед» в отношениях с РФ
Эксперты не видят предпосылок для улучшения американо-российских отношений
Сделанные во время азиатского турне Дональда Трампа заявления о его желании улучшить отношения с Россией были скептически оценены в самих Соединенных Штатах. Как мы уже сообщали, представители американского разведывательного сообщества заподозрили, что Трамп позволяет Владимиру Путину манипулировать им. Сомневаются в возможности улучшения американо-российских отношений и эксперты. Многие из них, в частности, указывают на то, что в обеих странах на пути улучшения отношений стоят внутриполитические факторы: в США это расследование вмешательства России в президентские выборы 2016 года, которое ведет специальный прокурор Роберт Мюллер, и усилившееся с избранием Трампа противостояние между демократами и республиканцами; в России это предстоящие в марте следующего года выборы. Эксперты, собравшиеся в Центре Йордана по изучению России при Нью-Йоркском университете, оказались едины в своих оценках: несмотря на заявления Дональда Трампа о желании «продвинуться вперед» в отношениях с Кремлем, состояние американо-российских отношений сегодня хуже, чем даже в разгар «холодной войны», а перспективы их улучшения не вселяют оптимизма. В оценках причин такого положения дел выявились некоторые разногласия. Профессор Барнард-колледжа Колумбийского университета Кимберли Мартен считает, что российский президент Владимир Путин просчитался, если он сделал ставку на Трампа. «Администрация Путина не понимает, как в действительности функционирует американская политическая система, – сказала она в интервью Русской службе «Голоса Америки». – Он возомнил, что Конгресс не будет сдерживать президента Трампа, и не подумал, что даже некоторые советники Трампа могут удерживать президента от шагов, которые он, возможно, готов был предпринять. Он оказался не в состоянии спрогнозировать вектор американской политики перед лицом убедительных доказательств вмешательства или попыток вмешательства России в наши выборы, а также вызовов, которые бросает Россия американским интересам по всему миру». «Люди, понимающие политические процессы в США, помнят, что произошло в 2012 году с Законом Магнитского, – продолжает профессор Мартен. – Обама был против введения санкций против России, предусмотренных Законом Магнитского. Но Конгресс вынудил его пойти на это. Те же самые игроки, которые настаивали на принятии Закона Магнитского в Сенате и в Палате представителей, сохранили свое влияние по сей день. Те, кто помнит, что произошло тогда, понимают, что в Конгрессе не возобладают откуда ни возьмись пророссийские настроения. Даже в партии, к которой принадлежит президент Трамп, есть очень громкие голоса, постоянно дающие понять, что разворота в сторону Кремля не будет». Российский американист, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Иван Курилла соглашается с тем, что в Кремле нет адекватного представления о том, как работает американская политическая система. По его наблюдениям, не основанных на личном общении с президентом России, «у Путина есть определенный профессиональный перекос в сторону спецслужб и, видимо, какой-то информацией об Америке он обладает, но она предоставляется спецслужбами». “Я сам американист и знаю своих коллег в России, – сказал он. – К сожалению, я не вижу, чтобы государство, правительство прислушивались к тому, что американисты говорят. Есть, конечно, исключения. Это не значит, что принимающие решения люди совсем ничего не спрашивают про Америку. Они спрашивают, но у специалистов определенного профиля”. В то же время профессор Курилла видит проблему американо-российских отношений шире. Он указывает на преувеличенную антироссийскую риторику в Соединенных Штатах. «Изучение 200 лет истории американо-российских отношений заставляет меня думать, что сегодняшнее огромное общественное внимание к России и ее роли в американской политике сильно преувеличено, – поясняет эксперт. – Но дело в том, что эта антироссийская риторика стала первичной». «Исторически Россия и США являются друг для друга, как говорят конструктивисты, “конституирующим другим”, – продолжает профессор Курилла. – То есть, такой страной, по отношению к которой выстраивается собственная идентичность. То есть, «мы не такие, как они», или «русские не американцы», или «американцы не такие, как русские». Если мы посмотрим в историю, то увидим, что за последние полтораста лет особое внимание к России в США уделялось в моменты усиления внутреннего кризиса». «Для того, чтобы преодолеть внутренние кризисы, американцы часто используют Россию, – утверждает Иван Курилла. – Сегодняшний размах критики России показывает, что американское общество, извините, в кризисе. То, что с помощью России борются с Трампом или доказывают друг другу, что является американским, а что антиамериканским – это показывает, что в кризисе находится именно американское общество. Что не отменяет ответственности России за шаги, которые ею были предприняты». Экономист Владимир Попов, возглавляющий исследовательский отдел Института «Диалог цивилизаций» в Берлине, также опираясь на исторические параллели, пришел к выводу, что жесткая позиция в отношении России, занятая Соединенными Штатами, обусловлена изменившимся стратегическим балансом сил и представлениями о том, каким этот баланс будет в будущем. Он задается вопросом, почему отношения США с Китаем так отличаются от отношений с Россией, хотя «Китай более авторитарная, коммунистическая страна, представляющая большую угрозу США по своим размерам и динамике роста экономики, строящая острова в Южно-Китайском море». «И посмотрите, какие у США отношения с Китаем, – продолжает Попов. – Очень уважительные. Разве запрещают каким-то китайским чиновникам въезд в США, или вводят санкции против Китая»? В поисках рационального ответа на свой вопрос эксперт, в частности, указывает, что «разрядка» в американо-советских отношениях происходила на фоне конфликтов во Вьетнаме, в Анголе и в Мозамбике. «Не говоря уже о 1960-х годах, когда торговля между двумя странами резко увеличивалась и заключались важные соглашения, несмотря на Карибский кризис, арабо-израильский конфликт и ввод советских войск в Чехословакию в 1968 году, после которого никаких санкций не последовало, – приводит примеры эксперт. – Все это говорит о том, что были другие приоритеты, и все эти региональные конфликты не считались достаточно серьезными для того, чтобы ставить под угрозу характер двусторонних отношений». «Разрядка началась тогда, когда был достигнут стратегический баланс по ядерным вооружениям и стратегическим носителям, – говорит Владимир Попов. – Это произошло в конце 1960-х – начале 1970-х годов. До этого Советский Союз отставал в 10 и более раз по стратегическим носителям. Советская экономика развивалась и догоняла американскую до 1975 года. Когда же этот рост прекратился стало ясно, что советская система не является альтернативой капитализму и что она если и не развалится скоро, не будет притягательной для стран третьего мира. И вскоре последовали введенные Рейганом санкции против Советского Союза». «Сегодня американский истеблишмент – и демократический, и республиканский – видимо, оценивает ситуацию таким образом, что и российская экономика, и российское научно-техническое лидерство остались в далеком прошлом, – резюмирует эксперт. – Российская экономика будет продолжать отставать от американской, и чего тогда разговаривать с Россией, если скоро и ее нынешнего правительства не будет, и сама она может развалиться на несколько государств. Верно это представление или нет – покажет история». История, конечно, покажет, но прогнозы экспертов в краткосрочной перспективе – до президентских выборов в России в марте следующего года – не вселяют оптимизма. “Сегодня мы видим, что до президентских выборов никаких кардинальных изменений происходить не будет, – говорит руководитель московского Центра политико-географических исследований Николай Петров. – Это значит, что развивается идея “осажденной крепости” и так далее, с той только разницей, что Кремль, видимо, опасается чрезмерного ухудшения отношений, так как этим может лишить себя возможности маневра, и дальнейшего усиления санкций”. Эксперты не сомневаются, что Путин будет участвовать и победит на мартовских выборах, и это означает, что и после выборов в американо-российских отношениях мало что изменится. Профессор Кимберли Мартен утверждает, что Владимир Путин «эмоционально заточен на конфронтацию» с Америкой. Она признает, что, когда он пришел к власти, это было не так, и объясняет трансформацию российского лидера чередой разочарований, которые постигли Путина. «Его надежды на то, что США признают уникальную роль России в системе международных отношений, не оправдались, – указывает Кимберли Мартен. – Я думаю, важную роль сыграл односторонний выход США из Договора об ограничении систем противоракетной обороны, который был основой режима контроля над вооружениями и который обеспечивал особое стратегическое положение Советского Союза, а затем и России, в отношениях с США. Я думаю, в его глазах ситуация ухудшилась, когда США вторглись в Ирак, не заручившись поддержкой Совета Безопасности ООН. Я также думаю, что он действительно верит в то, что США заинтересованы в его смещении, и его боязнь смены режима доходит до параноидального уровня». Николай Петров чуть более оптимистичен: «Что произойдет после президентских выборов сегодня трудно прогнозировать, – констатирует он. – Мне кажется, что даже при наилучшем варианте произойдут какие-то радикальные изменения. Скорее всего, будет стагнация американо-российских отношений и, может быть, очень медленное, постепенное их улучшение. Я думаю, что в той фазе, в которой американо-российские отношения находятся сегодня и по вине российской стороны, и вследствие ответных действий американской стороны, и, во многом, под воздействием внутриполитических соображений и в России, и в Америке, эти взаимоотношения будут еще долго находиться на столь низком уровне». Интересно, что в этой дискуссии очень мало было сказано о Дональде Трампе. Очевидно, эти эксперты считают, что он не способен коренным образом изменить американо-российские отношения.