Августовская война год спустя: изменились ли оценки?
Андрей Илларионов о причинах, поводах и последствиях российско-грузинского конфликта
Андрей Илларионов, ведущий научный сотрудник вашингтонского института Катона и президент московского института экономического анализа, сразу после начала российско-грузинского конфликта, четко и однозначно заявил прессе о своей позиции по этому вопросу. Спустя год после пятидневной войны Русская служба «Голоса Америки» попросила известного экономиста вновь прокомментировать причины, ход и последствия трагических событий прошлого года. Изменились ли ваши взгляды на причины, поводы и последствия войны между Москвой и Тбилиси? Моя принципиальная оценка той войны не изменилась. Я продолжаю утверждать, что это была хорошо спланированная провокация российских властей. Но сейчас изменилась доказательная база для тех выводов, которые я делал год назад. Если тогда существовали только предположения по многим вопросам, то сейчас факты российской агрессии изложены в многотомных исследованиях, которые провели международные организации и независимые аналитики. У российско-грузинского вооруженного конфликта – комплекс причин. Главной я считаю стремление Кремля обеспечить контроль за транспортировкой углеводородных ресурсов Каспия и Средней Азии в целом. А здесь именно независимая республика Грузия является важной транспортной артерией, через которую значительная доля энергетических ресурсов может быть поставлена на мировые рынки. Следующая причина – желание части российской политической элиты легализовать право собственности на объекты рекреационной инфраструктуры, существовавшей еще с советских времен в Абхазии. Именно в Абхазии была одной из самых высоких плотность санаториев и домов отдыха, принадлежавших московским силовым ведомствам. Эту собственность силовики старались удержать еще с начала так называемой абхазской войны в 1992-1993 годах. Наконец, еще одна причина связана с тем политическим и экономическим режимом, который возник в Тбилиси в 2003-2004 годах. Этот режим нацелен на присоединение Грузии к сообществу народов, строящих либеральную политическую систему и рыночную экономику, на ассоциацию с демократическими странами Европы и Америки. Ваша оценка причин войны понятна. А каким был, по вашему мнению, повод для конфликта? С российской и южноосетинской стороны предпринимались неоднократные попытки спровоцировать Грузию на военные действия. Это и подрывы газопроводов, линий электропередач, и железнодорожного полотна, это и взрывы полицейских участков, повлекшие гибель людей. Наконец, была транспортная и энергетическая блокада Грузии со стороны России. Михаила Саакашвили вынуждали на ответные силовые действия, но он все равно не шел на это. И тогда в 2008 году в ход были пущены военные провокации югоосетинских подразделений, нападения на села в грузинских анклавах вокруг Цхинвали. Это привело к гибели, как гражданских лиц, так и грузинских миротворцев. И все это происходило до 7 августа 2008 года. После пропагандистской кампании, нацеленной на полное уничтожение грузинских анклавов и после ввода регулярных подразделений российской армии, грузинские власти были вынуждены приступить к военной операции. Однако, я напомню вам, что Москва еще год назад заявила и продолжает заявлять сейчас, что одним из поводов конфликта стало нападение грузинской армии на российских миротворцев. Там действительно были жертвы. Как вы оцениваете этот аргумент? Этот аргумент хорошо известен. Действительно, погибли 10 российских миротворцев. Очевидно, это произошло утром и днем 8-го августа. Но надо добавить, что погибли не только российские, но и грузинские миротворцы. Причем грузинские миротворцы погибли за сутки до гибели своих российских коллег в результате массированного артиллерийского обстрела грузинских сел южноосетинскими подразделениями. Власти и пресса в Москве об этом почему-то не говорят. Что касается гибели российских миротворцев, то за прошедший год восстановлена буквально по минутам хроника тех событий. И она свидетельствует, что российские «голубые каски» фактически нарушили свой международный мандат: с территории российского военного городка южноосетинские наблюдатели стали координировать стрельбу своей артиллерии. Сейчас почти невозможно доказать, кто и когда произвел первый выстрел, но, повторюсь, хорошо известно, что южноосетинские наводчики координировали работу своих огневых средств с места дислокации российского миротворческого батальона. Именно по этим наводчикам грузинская сторона была вынуждена вести ответный огонь на подавление. Кстати, я добавлю, что когда части 4-й грузинской бригады оказались в Цхинвали, то грузинское командование приказало не открывать огонь по российским миротворцам. А грузинский миротворческий батальон вообще покинул зону конфликта и не принимал участие в боевых действиях. Эти факты подтверждаются российскими военными в их показаниях следственному комитету прокуратуры РФ. Скажите, а как дальше могут развиваться отношения Москвы и Тбилиси? Военный конфликт, который, как я считаю, развязали российские власти, не закончился. Он продолжается, правда, в настоящее время – с низким уровнем интенсивности. И я не исключаю, что он будет продолжаться до тех пор, пока не изменится нынешняя агрессивная политика российских властей на Кавказе. Для меня совершенно ясно, что до тех пор, пока в руководстве в Москве будут находиться лица, осуществляющие агрессивные действия против стран-соседей, российский народ будет оставаться заложником новых авантюр. Кстати, в той авантюре, которая была устроена летом - осенью прошлого года, погибло более 1000 человек. Среди них около 400 грузинских граждан и более 650 граждан России. Это приблизительные цифры, потому что Россия свой точный список потерь не обнародовала. Кавказская война оказала дополнительное негативное влияние и на глубину финансово-экономического кризиса в России. В августе-сентябре прошлого года все экономические индикаторы в России оказались рекордно низкими по сравнению с большинством других развитых стран мира. Очевидное объяснение бегства иностранного и российского капиталов – это нежелание инвесторов оставаться в стране, руководство которой проводило агрессивную политику по отношению к своим соседям. За авантюрную политику Кремля на Кавказе Россия заплатила 220 миллиардами долларов своих валютных резервов. Такова цена слов и цена действий нынешнего кремлевского руководства, политика которого, по моему убеждению, противоречит реальным интересам российского народа. Последний вопрос. Какую роль могла бы сыграть нынешняя американская администрация в урегулировании российско-грузинского конфликта? Я не могу и не хочу давать какие-либо советы американской администрации. Я полагаю, у нее достаточно своих советников и экспертов. Со своей стороны, я лишь отмечу, что если Белый дом сегодня не будет проводить политику «умиротворения» Кремля, ту политику, которая, в той или иной степени уже проводилась в прошлом, то есть серьезный шанс избежать возобновления военного конфликта на Кавказе. В противном случае я боюсь, что мы можем стать свидетелями нового, еще более серьезного вооруженного столкновения в этом регионе.