Мировые цены на нефть
Для производителей нефти проблема в том, насколько мудро они распоряжаются получаемыми сверхприбылями
Цены на нефть вновь поднялись до рекордного уровня: стоимость барреля нефти на пятьдесят процентов выше, чем в августе прошлого года. Как влияют цены на нефть на мировую экономику? Цена за баррель нефти поднялась почти до 67 долларов, приблизившись к рекордному уровню 79 года, сразу же после иранской революции, с поправкой на инфляцию она составляет 80 долларов за баррель. Вахан Джаниджан, эксперт нефтяной индустрии института Форбса, считает, что рост цен на нефть обусловлен несколькими факторами: «Сложилась ситуация, при которой мы потребляем все, что мы производим, и это стало одним из камней преткновения. Другая причина – обеспокоенность безопасностью в Саудовской Аравии. Кроме того – политическая нестабильность в Ираке, Венесуэле и Нигерии. К этому в настоящий момент прибавилась серьезная обеспокоенность развитием событий в Иране». Возобновление Ираном программы переработки урана вызывает у дилеров опасения в том, что возможные ответные меры со стороны Соединенных Штатов и введение санкций скажутся на объеме нефтяных поставок второй по добыче нефти страны ОПЕК. Иран обладает десятой частью всех мировых запасов нефти. Снижение объема производства нефти и нефтеочистительных работ также повлияли на скачок цен. Приостановка работ 14 нефтеперерабатывающих заводов США вызывает предположения, что имеющиеся нефтяные запасы ниже потребительского спроса. Некоторые эксперты предсказывают, что, если ситуация с нефтеочистительными заводами не разрешится положительно, а на Ближнем Востоке сохранится напряженность, цена нефть может достигнуть 70 долларов за баррель. Развитие событий, однако, благоприятно для таких экспортеров нефти, как Иран: по предварительным прогнозам, доходы Ирана от продажи нефти составят в этом году 43 миллиарда долларов. Это самые высокие прибыли с тех пор, как Иран начал экспортировать нефть 98 лет назад. Для России повышение цены за баррель нефти на один доллар обеспечит дополнительные прибыли в один миллиард четыреста миллионов долларов. Эксперты считают, что Россия находится в чрезмерной зависимости от положения на нефтяном рынке, и что колебания цен неблагоприятно сказываются на ее экономике. Но в настоящий момент перспективы для России чрезвычайно весьма радужны. Тем временем, большой наплыв нефтедолларов в экономику может быть неблагоприятен для стран-производителей нефти. Экономист Уильям Клайн из вашингтонского Центра всемирного развития считает, что одним из последствий является угроза коррупции. Пример тому – Нигерия, где на протяжении целого ряда лет «нефтяной капитал» поглощался коррумпированными должностными лицами. Еще один пример – Венесуэла, где сверхприбыли стали разменным капиталом в борьбе за политическое влияние. «В идеале, страны-экпортеры нефти должны использовать сверхприбыли на ликвидацию накопившихся задолженностей, - продолжает экономист. - Но гигантский соблазн заключается в том, что эти нефтедоллары можно использовать в политических целях. В Венесуэле, например, было множество инициатив социальной помощи: выкупа некоторых задолженностей Аргентины, приведших к банкротству, или Эквадора – из соображений политической солидарности. Неизвестно, насколько эти программы жизнеспособны. Одна из сложных задач, стоящих перед странами-производителями нефти – использовать выгодную ситуацию разумно и последовательно». В то время как производители цен на нефть богатеют, ее потребители ощутят эффект роста цен не только на топливо, но и на товары, производство которых связано с нефтью. Высокие цены на нефть ударяют куда сильнее по развивающимся страны, чем по странам-импортерам нефти. Как правило, в них отсутствует валютная стабильность, или нет экономического роста, за счет которого можно было бы амортизировать скачок цен на нефть. По словам Клайна, рост цен на нефть вызывает нервозность экспертов, лишая их возможности определить вектор развития мировой экономики. Вместе с тем, относительно последствий, к которым могут привести высокие цены на нефть, прогноз куда более оптимистичен, чем следовало бы ожидать. «Я не считаю ситуацию катастрофичной, - говорит Уильям Клайн. – Но она вновь заставляет задуматься над фундаментальным вопросом относительно тех шагов, которые США предпринимают для того, чтобы ослабить зависимость от зарубежных поставок нефти и в поисках новых видов энергоносителей. А для производителей нефти проблема заключается в том, насколько мудро они распоряжаются получаемыми сверхприбылями». О том, каковы будут долгосрочные последствия высоких цен на нефть в это лето, можно будет судить в ближайшие полгода. В настоящий момент высокие цены, судя по всему, отражаются на общей картине развития мировой экономики. Тем не менее, по прогнозам Международного валютного фонда, ежегодный рост мировой экономики в этом и будущем году превысит четыре процента.