Гарри Каспаров: Тому, что я часто бываю в Америке, удивляться не стоит. Человеку, инновационного склада характера этого не избежать
Гарри Каспаров, тринадцатый чемпион мира по шахматам, политик, общественный деятель
Матвей Ганапольский знакомит читателей рубрики с первыми впечатлениями от Америки известных российских политиков, деятелей культуры и искусства, общественных деятелей, которые когда-то впервые пересекли границу США и открыли для себя новую страну. Новые материалы в рубрике «Матвей Ганапольский: Открывая Америку» в начале каждой недели. В 1988 году в Канаде было первенство мира по блицу. Я принимал в нем участие, а потом первый раз пересек американскую границу. Конечно, про Америку я был наслышан – книжки читал, фильмы смотрел, поэтому «температурного шока», когда падаешь в обморок от вида небоскребов, у меня не было. Но все равно – Нью-Йорк впечатлил, потому что это был не 2008 год, а 1988-ой, во времена Советского Союза, хотя я к тому времени уже объездил всю Европу. Мой первый приезд ознаменовался сеансом одновременной игры на пятидесяти досках в Южном Бронксе – это была часть благотворительной программы «Шахматы против наркотиков» – что-то в этом духе. Было много детей и много телевидения – это запомнилось. После этого поездок в Америку у меня было бесчисленное множество, и езжу я туда 22 года, так что выводы какие-то сделал. Конечно, Америка выделяется среди всех стран своей направленностью... я хотел сказать «в будущее», но понял, что в последнее время этот драйв значительно поутих. Но как бы ни менялось соотношение ВВП в мире, Америка остается флагманом инноваций, где созданы максимально комфортные условия для развития интеллекта, для раскрытия человеческого потенциала. Меня поразила одна вещь. Как известно, про СССР говорили, что там самая читающая нация, а в Америке – да кто там книгу в руки возьмет?! Но чем больше я знакомился с Америкой, тем больше понимал, что там печатается столько книг, сколько не печатается ни в одной другой стране. Конечно, не бывает, чтобы вся страна была нацией интеллектуалов, и понятно, что провинция отличается от столицы. Но все относительно: если в СССР была Москва, Ленинград да еще пара городов, где била культурная жизнь, то в Америке количество таких очагов поразительно, хотя мы знаем только Нью-Йорк, Бостон, Сан-Франциско. В Америке масса городов, за которыми скрывается колоссальный интеллектуальный потенциал, ибо эти, да и многие другие города, лишь скрывают ту огромную бурлящую массу, протуберанцы от которой вырываются наружу через выставки, экспозиции, семинары и небоскребы штаб-квартир корпораций. Нужно признать, что с конца 19-го века Америка является локомотивом инноваций. К сожалению, за эти 22 года поездок я убедился, что это желание инноваций постепенно меняется желанием тихо зарабатывать свои 10 процентов на удачно вложенных акциях, ничего при этом не делая. Безусловно, за все эти года у меня было много интересных встреч, причем мне было приятно, когда люди, с которыми меня сводила судьба, знают и любят шахматы. К примеру, Арнольд Шварценеггер не только сам хорошо играет, но и обучает шахматам своих детей. Известный певец Стинг тоже фанат шахмат, но играет намного хуже Шварценеггера – последний играет более осмысленно. Безусловно, Америка – это люди, хотя не могу сказать, что, например, меня как-то особо поразили вашингтонские политики. Например, кроме известного, уже покойного политика Тома Лантоса, который незадолго до смерти был главой комитета по международным делам, я бы не сказал, что кто-то меня впечатлил. И это при том, что я общался со всеми президентами и всей вашингтонской верхушкой. В Америке меня география привлекает больше людей, потому что она показательна. Самый головокружительный город для меня – это Сан-Франциско, потому что это преддверие Силиконовой долины. Это столица инноваций с бесконечными выставками и презентациями «айтишных» достижений. Удивительно, но даже при всей свободе в Америке Сан-Франциско ощущается еще более свободным городом, чем все остальные. Город и люди в нем абсолютно раскрепощены, именно оттуда выходят «пинк либералс» – самые либеральные демократы. Поразителен Нью-Йорк: Даунтаун, Сохо, Гринвич вилледж – это как отдельные города, создающие свою отдельную атмосферу на протяжении пяти километров пешей прогулки. Если говорить о моем круге общения в Нью-Йорке, то тут парадокс: это очень известные люди там, но совсем неизвестные в России. Это местная интеллектуальная элита, неизвестная за пределами США – например, Питер Тил, один из создателей PayPal, член совета директоров FaceBook. А еще мы дружим с Марией Бартиромо, она работает в CNBC. Список можно продолжать, но это, повторю, будут неизвестные в России люди, потому что интеллектуальная элита всегда известна только в своей стране, правда сейчас, в связи с Интернетом, ситуация меняется – эти люди становятся более известными уже во всем мире. Что касается вопроса, люблю ли я бывать в Америке, то он так не стоит: эта страна – часть моей жизни, потому что я уже много лет читаю лекции на самых престижных и необычных площадках. И совсем не про шахматы. Например, в ноябре у меня восемь лекций, вернее, семь в Америке и одна в Мексике. Одна из лекций будет в Google – я там выступлю в их штаб-квартире. Будет выступление в General Electric, причем там я буду выступать уже второй раз – это будет выступление перед их инженерами, и я буду рассказывать, как принимаются решения и как реагировать в разных ситуациях. Мне есть им что рассказать. Тому, что я часто бываю в Америке, удивляться не стоит. Человеку, инновационного склада характера этого не избежать.