Джазовый клуб. Выпуск 35 - 2002-12-15
«Я мог состояться только в Нью-Йорке. Нью-Йорк закалил меня. Это город Джаза с большой буквы»
Записи, звучащие в программе: Мы продолжаем знакомство с выдающимся джазовым гитаристом Джоном Маклафлином. Автором всех композиций, вошедших в выпущенный в 2000 году диск «Душа вещей», как и его продюсером был сам Джон Маклафлин. Но вернемся к тому времени, когда слава только-только подходила к его порогу. В ноябре шестьдесят восьмого года ему позвонил Дэйв Холланд и сказал, что ударник Тони Уильямс, который слышал запись Маклафлина, сделанную в Лондоне, хотел бы с ним работать. «В феврале 69 года, - вспоминает Маклафлин, - я был в Нью-Йорке и два дня спустя - в студии, где шла запись. Я увидел их всех, всех моих кумиров: и Майлса Дэвиса, и Джака Диджонетта, и Гила Эванса». Чуть забегая вперед, скажу, что когда в 72 году Маклафлин выступал на мюнхенском Олимпийском фестивале джаза уже со своим оркестром «Махавишна», и его представляли как европейского музыканта, он решительно возражал против такого титула: «Я мог состояться только в Нью-Йорке. Нью-Йорк закалил меня, - говорит Маклафлин. - Это город Джаза с большой буквы». Семидесятые годы, когда Маклафлин начал работать в Нью-Йорке, были для многих музыкантов, в том числе и для Тони Уильямса, Орнета Колмана, Сесила Тейлора, годами серьезных испытаний - джаз в коммерческом отношении терпел неудачи. Не избежал их и Маклафлин. 3а два альбома, один из которых, по мнению историка джаза Берендта, заложил традиции сольной гитары в джазе, музыкант получил всего 2 тысячи долларов. В 81 году Маклафлин, десять лет тому назад признававшийся в любви к Нью-Йорку, с горечью рассказывал о своем разрыве с фирмой «Коламбия», лучшей звукозаписывающей фирмой, считавшей, однако, что только электронная музыка имеет шансы на успех. «По отношению к американцам, - говорит Маклафлин, - я считаю это просто-напросто неуважением, формой снисходительной опеки. Они смотрят на музыку, как на гамбургер». Именно в это трудное время музыкант встретился с Шри Чинмой, индийским гуру, учеником которого он стал, и по совету Майлса Дэвиса создал уже упоминавшийся мной оркестр «Махавишна». Живя в Париже, Маклафлин предсказывал возрождение интереса к джазу. Он не знал, что оно уже началось. Выпущенный Маклафлином в 83 году альбом как раз и был ярчайшим примером того, как преданность и последовательность в служении музыке одерживают верх. Диск «Страсть, благословение и пламя» стал праздником акустической гитары во время электронной чумы стиля фьюжен. Легионы акустических гитарных ансамблей последовали за примером, продемонстрированным Маклафлином Следующим его триумфом стал альбом 92 года “Que Allegria”, который он записал с ударником Трилоком Гурту и бас-гитаристом Домиником ди Пьяцца. В аннотации к альбому «Время, запечатлевшееся в памяти», посвященному пианисту Биллу Эвансу, Маклафлин пишет, что впервые услышал Эванса случайно, купив очередной альбом Майлса Дэвиса: «Я был поражен, - замечает гитарист, - той тонкостью, с которой Билл Эванс улавливал и откликался на одно из драгоценнейших качеств Дэвиса - остроту его музыкальных решений». Идею записать композиции знаменитого пианиста в исполнении гитары музыкант объясняет тем, что для него Билл Эванс является воплощением романтизма, а гитара, без сомнения, один самых романтических инструментов. Для участия в записи Маклафлин пригласил европейский квартет акустических гитаристов «Айгетта» и выпускника Джульярдской школы Яна Мареца, который играет на акустической бас-гитаре. Одной из труднейших задач в записи этого диска стали импровизации, которыми так славится Эванс: воспроизводить их было бы профанацией самого духа импровизации. Задача была разрешена Маклафлином довольно любопытно: он сочинил новые куски в развитие тем Эванса и строил собственные импровизации уже на их основе.