Обзор печати от 4 августа 2006 г.
«Эрмитаж»: кража без взлома, часть 2-я. Дуэль «Большого» и «Мариинки» в Лондоне. Кончина журналиста-ветерана
Мы уже сообщали, что первой в Америке на историю похищения ценностей из «Эрмитажа» откликнулась газета «Вашингтон таймс». Более обстоятельную статью на ту же тему поместила . Издание приводит не только новые подробности, но также мнения российских и иностранных экспертов, и рассматривает происшедшее на фоне общего состояния музейного дела в сегодняшней России и на Западе. Напомним, что из запасников одного из главных российских музеев с мировой репутацией бесследно пропало 221 ювелирное изделие. Стоимость похищенного, по предварительным оценкам, колеблется от 130 миллионов до 3 миллиардов рублей. «Российские информационные агентства назвали похищение экспонатов из «Эрмитажа» «кражей века» и национальным позором», – сообщает «Нью-Йорк таймс». «Директор «Эрмитажа» Михаил Пиотровский заявил на пресс-конференции, что доступ в хранилище имели только три сотрудника музея, и назвал случившееся «ударом в спину», – говорится далее в статье. «В доброе старое время мы полагали, что музейный работник неспособен причинить ущерб музею, что он априори невиновен, – цитирует газета слова Пиотровского. – Теперь мы на опыте убедились, что это не соответствует действительности и что мы должны со всей строгостью относиться как к себе, так и ко всем посетителям музея». «Деятели российской культуры восприняли известие о похищении экспонатов из «Эрмитажа» как святотатство. Заместитель директора агентства «Росохранкультура» Анатолий Волков заявил, что «метастазы стяжательства проникли даже в главный музей страны». Нью-йоркская газета отмечает, что по следам этой скандальной истории была усилена охрана в новой галерее Государственного музея изобразительных искусств им. Пушкина в Москве, где развернута выставка картин выдающихся американских и европейских мастеров XIX и XX веков. «В то время как россияне занимаются самобичеванием, один из иностранных экспертов по проблемам музейных краж расценивает предание гласности случившегося как положительный момент», – говорится в статье. «Во многих музеях, особенно в Америке, о фактах пропажи экспонатов полиции и советам директоров часто не сообщают, – сказал в интервью «Нью-Йорк таймс» по телефону председатель компании Art Loss Register Джулиан Рэдклифф. Эта компания ведет учет пропавших и похищенных произведений искусства. – Обычно считается, что персонал музея так или иначе причастен к произошедшему, но эти случаи часто замалчиваются из-за желания избежать скандала и не подрывать лояльность сотрудников. Так что, по-моему, решение «Эрмитажа» предать случившееся гласности можно только приветствовать», – заявил он. Нынешний летний театральный сезон в Лондоне безусловно проходит под знаком российской музыкальной культуры. Почти одновременно неделю назад в британской столице начались гастроли двух оперных компаний с мировым именем – московского Большого театра и санкт-петербургского Мариинского. На это неординарное культурное событие откликнулась большой рецензией Алана Райдинга дочернее издание «Нью-Йорк таймс» – . «В коммунистические времена оба этих театра были знаменосцами советского искусства за рубежом, – говорится в статье. – После распада СССР Мариинский (бывший Кировский ) театр по руководством своего неутомимого художественного руководителя и дирижера Валерия Гергиева очень быстро начал гастролировать за границей. Что же касается Большого театра, то после многочисленных перипетий и перетрясок его новое руководство наконец возобновило зарубежные гастроли. Даже с учетом многовековой истории обоих театров несколько удивительно, что они впервые выступают бок о бок на иностранных площадках – Мариинский в помещении Английской национальной оперы в лондонском Колизее, а Большой – всего в 400 метрах от него, в Ковент-гардене. Большой привез более обширную месячную оперную и балетную программу, а Мариинский – всего десятидневную, составленную из опер и балетов Дмитрия Шостаковича и приуроченную ко дня его рождения» «Так кто же оказался в выигрыше?» – задает вопрос рецензент. И сам отвечает: «Больше всего – лондонская театральная публика. Благодаря Большому и Мариинскому/Кировскому театрам, гастроли которых Англия впервые увидела в 50-е годы, она прониклась уважением к русскому балету, а после окончания «холодной войны» полюбила и русскую оперу». «В довершение следует упомянуть и о других примечательных событиях нынешнего «русского сезона» в Лондоне. Еще в одном лондонском театре – «Опера Холланд парк» – идет «Пиковая дама» Чайковского. В Глиндеборне под управлением российского режиссера Владимира Юровского осуществлена постановка оперы Сергея Прокофьева «Обручение в монастыре». И наконец «Опера груп» возобновляет в «Линбери студио тиэтр» оперу Дмитрия Шостаковича «Нос» по повести Гоголя. А Валерий Гергиев 20 августа представит в Альберт-холле «Леди Макбет Мценского уезда» Шостаковича в концертном исполнении. И наконец он же завершит исполнение цикла всех пятнадцати симфоний Шостаковича в Барбакане», – пишет рецензент «Интернэшнл геральд трибюн». поместила некролог британского журналиста и литератора Энтони Кейва Брауна, известного автора многих книг о шпионаже в XX веке. Последние 35 лет он жил в окрестностях американской столицы. В 50-е и 60-е годы Браун был корреспондентом лондонской газеты «Дейли мейл» и в этом качестве в числе других своих журналистских заданий освещал вторжение советских войск в Венгрию в 1956 году. Известен он и тем, что в 1959 году посетил опального писателя Бориса Пастернака и нелегально вывез за границу его стихотворение «Нобелевская премия», которое опубликовала «Дейли мейл» (после этой публикации Пастернака вызвали в Генеральную прокуратуру СССР, где ему угрожали судом за «измену Родине»). Во время службы в бейрутском корпункте газеты частым собутыльником Энтони Кейва Брауна был известный английский разведчик и одновременно советский агент Ким Филби. В 1994 году в свет вышла книга Брауна под названием «Предательство в крови». В ней он высказал предположение, что склонность к предательству Филби унаследовал от своего отца – бывшего крупного британского чиновника. Филби-старший был известен тем, что порвал с официальным Лондоном, поселился в Саудовской Аравии и пытался подорвать британское влияние на Ближнем Востоке.