Европейский суд рассудит
Каждое выигранное дело против России создает прецедент. Что создаст дело Лебедева и Ходорковского?
В Независимом пресс-центре в Москве снова прошли так называемые Страсбургские посиделки, на которых адвокаты Центра содействия международной защите, а также юристы, журналисты, борцы за права человека, наконец, люди, потерпевшие, по их словам, несправедливость от российской Фемиды, обсуждают наиболее показательные дела против России в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). Значительную часть этих дел ведут специалисты Центра содействия международной защите. Директор этого центра Каринна Москаленко начала с главного: «Сейчас мы занимаемся тем, что создаем прецеденты», – сказала она о себе и своих коллегах. Напомним, что принципиально важным здесь является понятие «пилотный кейс». Как известно, в Страсбургский суд поступает огромное количество дел из России, зачастую однотипных. Раньше они решались по отдельности – теперь действует прецедент. Работа суда ускорилась. Это стало возможным после ратификации Россией, а именно Советом Федерации, 14-го протокола к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме Каринны Москаленко, являющейся адвокатом экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского, на Страсбургских посиделках была и ее коллега Елена Липцер, которая представляет интересы бывшего руководителя МЕНАТЕПа Платона Лебедева. Не так давно Европейский суд признал приемлемой жалобу Платона Лебедева о нарушении ряда статей Европейской конвенции при судебном разбирательстве. Речь идет о первом уголовном деле, возбужденном против Лебедева в 2003 году. Отметим, что аналогичную жалобу, поданную защитой Ходорковского также в связи с первым делом, ЕСПЧ признал приемлемой еще в мае прошлого года. Однако это не значит, что Российская Федерация была неправа, а Лебедев или Ходорковский – правы. Это значит лишь то, что жалобы заслуживают рассмотрения. Почему все так долго длилось? В чем заключается эта процедура? Елена Липцер сочла возможным рассказать кое-что о деле своего подзащитного, учитывая то, что он не любит, когда обсуждаются подробности разбирательства раньше времени. Как и Ходорковский. «Мы очень долго ждали этого решения, хотя жалобе в суде был дан приоритет», – сказала Липцер. Поскольку жалоба затрагивает, в частности, статью 6-ю Европейской конвенции (право на справедливое судебное разбирательство) и, таким образом, ставит под вопрос законность приговора Мещанского суда, правительство не спешило отвечать на запросы ЕСПЧ, утверждает адвокат Платона Лебедева. Правительство далеко не сразу выслало в Страсбург полный протокол судебного заседания, и до этого Липцер и ее коллеги посылали записи по частям, сказала адвокат. Отметим, что протокол насчитывает 15 томов помимо множества дополнительных документов. Говоря о нарушении 6-ой статьи, защита в первую очередь имеет в виду несоблюдение права Лебедева на то, чтобы ключевые свидетели по его делу были допрошены. Речь идет об Игоре Шувалове, а также о двух экспертах, которые проводили большинство экспертиз по данному делу, но в суде ни разу не появились, – В.Р. Елояне и П.В. Куприянове. Кроме этого, ЕСПЧ признал приемлемой жалобу, связанную с тем, что Лебедев, как и Ходорковский, находился в зале суда в железной клетке – что с точки зрения истца является унижением человеческого достоинства. Также истцом подана жалоба на нарушение принципа презумпции невиновности в отношении Платона Лебедева, которого, по словам защиты, бездоказательно держали в СИЗО с момента ареста в июле 2003 до вынесения приговора в мае 2005 под предлогом, что он скроется или окажет давление на свидетелей. Жалоба затрагивает еще множество статей Европейской конвенции, но и названного достаточно, чтобы признать приговор суда по первому делу Лебедева незаконным в случае принятия ЕСПЧ решения по существу в пользу Платона Лебедева, отмечают адвокаты. Тогда дело должно быть пересмотрено. Но в жалобе по делу Лебедева (то же у Ходорковского, ведь обвиняли их вместе) речь идет еще и о нарушении 7-ой статьи конвенции, которая гласит: «Никто не может быть осужден за совершение какого-либо деяния или за бездействие, которое согласно действовавшему в момент его совершения национальному или международному праву не являлось уголовным преступлением». Такой криминализацией некриминального действия, говоря языком юристов, защита Лебедева и Ходорковского считает обвинение в создании «вертикально-интегрированной компании с целью хищения нефти». Получается, если Лебедева и Ходорковского посадили за то, что не являлось уголовным преступлением, их надо отпустить. Но ведь заявлено еще нарушение статьи 6-ой, и тогда дело должно быть пересмотрено. Естественно, все это может произойти только при решении в пользу истца. Но если это произойдет, то как поступит Европейский суд в этой ситуации? Это и есть тот прецедент, о котором говорила Каринна Москаленко. Вернее, пока его нет, он только создается. Не стоит забывать о том, что против Ходорковского и Лебедева ведется сейчас второе дело. В интервью «Голосу Америки» Елена Липцер сказала, что все идет к приговору. Поэтому даже если отменят вердикт по первому делу, Лебедев (и Ходорковский) все равно будут сидеть. Однако и это в случае благоприятного для истца приговора может быть недостаточно. Липцер сослалась на дело «Гладышев против России», которое она вела в суде. Тогда адвокат его выиграла, суд признал приговор незаконным. Но Гладышев продолжает находиться в тюрьме. Верховный суд отменил приговор, но оставил человека в заключении только на основании тяжести обвинения. Такова официальная формулировка. С делом, казалось бы, уже выигранным, вновь придется обращаться в Страсбург.