Дмитрий Муратов: за нами будущее, а за ними черные подъезды 
Главный редактор «Новой газеты» хотел закрыть опасное, по его словам, для жизни журналистов издание, но его не поддержали
«Новая газета» по праву считается одной из самых независимых и передовых в России. Русская служба «Голоса Америки» побеседовала с ее главным редактором, Дмитрием Муратовым, об условиях работы журналистов, читательской аудитории «Новой» и планах на будущее. «Новая газета» – одно из самых независимых российских изданий. Но вы заплатили за свою журналистскую смелость очень высокую цену. Вы потеряли коллег и друзей – Анну Политковскую, Анастасию Бабурову, Наталью Эстемирову... – и это только за последние несколько лет. Не было ли у вас желания немного сгладить углы, перестать касаться определенных тем? Тут надо было поступать радикально, надо было закрывать газету – газету, опасную для жизни журналистов. Я предложил это сделать редакции газеты и акционерам газеты. Меня, как главного редактора, ни акционеры, ни редакция газеты не поддержали, и потребовали, чтобы я продолжал выполнение своих контрактных обязанностей перед редакцией. Просто решение 150-ти человек, которые составляют московскую редакцию газеты – продолжать работать. Я, честно говоря, думал, что ситуация была обратной … Нет, нет, нет. Мы до этого потеряли Игоря Домникова. Убили, отравили моего лучшего друга Юру Щекочихина, и когда была расстреляна Аня Политковская, я предложил закрыть эту газету, опасную для жизни людей. Ни одна правда не стоит ни одного моего специального корреспондента. Это непопулярная мысль. Меня просят руководители нашей пресс-службы, чтобы я никогда этого не говорил, но я все равно скажу – ни волоска никакая Чечня, никакие коррупционеры не стоят моих специальных корреспондентов. Но они хотят работать, и это их конституционное право реализовывать себя. Ну а коль мы договорились работать, то работать приходится почти по полной программе. Почти по полной программе? Почти по полной программе, исключая одну вещь – я не готов гарантировать даже на волосок безопасность своих сотрудников на Северном Кавказе, в первую очередь – в Чечне, поэтому работа специальных корреспондентов в Чечне ограничена, поскольку там не сильно действуют конституционные нормы, которые еще в минимальной степени сохраняются в Москве. Защитить там я никого не могу, и я пока не вижу вообще никаких тайн, которые там остались, честно говоря. Всем все очевидно. Несмотря на все трудности, газету вы закрывать не собираетесь. Какие у вас планы на следующие несколько лет? Планы очень серьезные. Мы, безусловно, будем сохранять бумажную версию, но в несколько другом преломлении. Основной упор, однако, мы сделаем на Интернет-платформу, на которой будет видео, радио, которая будет делаться как ежедневная газета, основная информация на которой будет обновляться 2-3 раза в сутки. У нас, скорее всего, будет английская версия – для экспатов и тех, кто читает нас за границей. Я еще раз убедился во время своей поездки в Вашингтон, какое гигантское количество людей посещает наш сайт. Вполне вероятно, что следующим шагом этого же года, 2010-го года, будет развитие социальной сети на базе аудитории газеты. Самое большое богатство, которое есть у «Новой газеты» – это ее аудитория: продвинутая, умная, интеллектуальная, ответственная. Мы хотели бы, чтобы наша аудитория активно участвовала в обсуждении друг друга и обсуждении нас. Кстати, о новых проектах, как развивается ваше сотрудничество с «Нью-Йорк Таймс»? Сотрудничеству с «Нью-Йорк Таймс» – пять недель. Мы начали выпускать вкладку лучших материалов этого издания. Верстку полос осуществляет редакция «Нью-Йорк Таймс», но мы находимся в постоянном диалоге, поскольку нам интересна не информация – она все равно опоздает, а мнения уникальных колумнистов, темы, которые выбирает «Нью-Йорк Таймс». У нас так мозги не заточены. Ну, например, новое развитие и ребрендинг конструкторов «Лего» или анализ картин, которые Обама повесил в Белом доме. Мне кажется, мы очень неплохо друг друга дополняем, и наша аудитория эту новую услугу восприняла, безусловно, с интересом. Вы динамично развиваетесь и у вас впечатляющие планы. Учитывая тенденции в России, в том числе в сфере СМИ, как вы считаете, удастся ли вам реализовать эти планы в полной мере? Между огромной частью разжиревшей, жестокой и коррумпированной силовой бюрократией и гражданским обществом идет война. Семнадцать убитых журналистов до недавнего времени и теперь еще Макшарип Аушев. Почти ничего не раскрыто. С одной стороны, Медведев просит, чтобы общество включилось в модернизацию и занялось собственной судьбой, а с другой стороны – власть имущие, такие властные рейдеры, пытаются всячески убрать народ из общественного и политического процесса, и прессуют, асфальтируют всякое проявление свободной мысли. Идет жесточайший, смертельный конфликт. У меня такое складывается ощущение, что началась предвыборная кампания, в которой участвую пока не конкретные личности, а стоящие за ними тренды. Первый тренд – общество должно отвечать за себя и идти в сторону от деспотии к цивилизованным ценностям, а второй – государство превыше всего, государство всегда право и будет делать, что ему выгодно. Коррумпированный чиновник будет играть желваками на щеках, изображая из себя государственника… Естественно, они вооружены, а мы безоружны. Естественно, за нами будущее, а за ними черные подъезды. Тут уж посмотрим, как все сложится, но мы будем продолжать работать.