Перспективы договора СНВ-3: комментарии экспертов
Эксперты, как и политики, находят в новом договоре как сильные, так и слабые места
Сенатский комитет по международным отношениям отложил голосование по Договору о сокращении наступательных вооружений (СНВ-3) до окончания августовских каникул законодателей. Каковы шансы на ратификацию договора между США и Россией? Новый договор СНВ был подписан президентом США Бараком Обамой и его российским коллегой Дмитрием Медведевым 8 апреля в Праге, столице Чехии. Он пришел на смену договору СНВ-1, срок действия которого истек в декабре прошлого года. Исполнительный директор частной исследовательской компании «Ассоциация по контролю за вооружениями» Дэрил Кимбэл считает, что новый договор СНВ является самым важным соглашением между США и Россией по контролю за стратегическими вооружениями за почти двадцать лет. «В настоящее время стороны не должны иметь более 2200 развернутых стратегических боеголовок, – говорит Кимбэл. – Этот договор требует сократить их число до 1550 боеголовок. Он также ограничивает число систем доставки стратегических ядерных ракет – у каждой стороны их должно быть не более 700 – ракет и бомбардировщиков, которые оснащены ядерным оружием». Кимбэл говорит, что в договоре есть и другой важный пункт. «Он восстанавливает систему мониторинга, верификации и обмена информацией, чтобы дать каждой стороне уверенность, что другая сторона выполняет требования договора, – поясняет он. – А это означает, что каждая сторона может двигаться вперед с уверенностью, что ядерные арсеналы сокращаются и что им не придется вести военное планирование исходя из наихудших предположений». Чтобы вступить в действие, СНВ-3 должен быть ратифицирован российским парламентом и американским Сенатом. Договор был официально представлен в Сенате в мае. Тогда государственный секретарь Хиллари Клинтон призвала Сенат к быстрым и решительным действиям, напомнив о предыдущих соглашениях между Вашингтоном и Москвой. «Московский договор 2002 года был одобрен 95 голосами, и никто не высказался против, – сказала Клинтон. – За ратификацию договор СНВ 1991 года проголосовало 93 сенатора, против – шесть». Для ратификации требуется, чтобы договор одобрили 67 сенаторов из 100. Администрация Обамы надеялась на быстрое принятие решения. Однако сенаторы-республиканцы стали высказывать замечания по некоторым положениям, отмечая, что процедуры верификации недостаточно убедительны, и заявляя, что договор ограничивает планы США по развертыванию систем противоракетной обороны. Один из руководителей Совета по национальной безопасности при президенте Джордже Буше-младшем, Фрэнк Миллер видит еще один спорный момент договора. «В консервативных кругах существует определенное беспокойство, что наши стратегические ядерные силы нуждаются в модернизации, и это действительно так, – говорит Миллер. – Стратегические вооружения, которыми сегодня располагают США, являются продуктом модернизации, проведенной еще администрацией Рейгана, то есть им по 20-30 лет. Их действительно нужно модернизировать». Миллер и другие видят здесь возможность для сделки, в которой демократы согласятся выделить больше средств на модернизацию стратегических вооружений в обмен на готовность республиканцев поддержать договор. Однако со сделкой или без нее, эксперт по контролю за вооружениями и бывший посол США в ООН Джон Болтон остается противником договора СНВ-3. «Я думаю, что положение США отличается от российской ситуации, и соглашение об уравнивании предельного числа ядерных вооружений в сочетании с ограничениями на системы доставки, на мой взгляд, вредит способностям США выполнять свои глобальные обязательства, – говорит Болтон. – У нас есть союзники в Азии и Тихоокеанском регионе, в Европе. У нас есть интересы по всему миру. Обязательства, которые есть у США, несравнимы с обязательствами России, с учетом их оборонных потребностей. Я думаю, этот договор составлен неосмотрительно». Однако Джозес Сиринчионе, президент фонда Ploughshares, работающего в области ядерной политики, не согласен с этим. «Представляется разумным, – говорит он, – что в самом начале процесса должны задаваться вопросы: «Что означает эта фраза?», «А эта?». Но на все такие вопросы были получены ответы. Эксперты по национальной безопасности пришли к практически единодушному выводу, что в целом этот договор отвечает национальным интересам США. И не только люди из администрации, но и все ныне живущие министры обороны, госсекретари, советники по национальной безопасности, которые выступали в Сенате, одобрили этот договор». Сиринчионе считает, что раз никаких вопросов по безопасности нет, то оппозиция договору объясняется политическими причинами. «Все потому, что если этот договор пройдет, то это будет первый случай, когда президент-демократ провел договор о сокращении вооружений в американском Сенате, – поясняет он. – Ратификация будет рассматриваться как победа президента Обамы накануне промежуточных выборов в ноябре, и его политические оппоненты не хотят отдать ему эту победу. Поэтому они пытаются затянуть процесс». Эксперты считают, что процесс уже затянулся. Комитет по международным отношениям Сената отложил голосование по договору, как минимум до середины сентября, якобы для того чтобы дать больше времени на разрешение сомнений республиканцев.