Строб Тэлбот и Георгий Мамедов о контроле над ядерными вооружениями 
Борьба с ядерной угрозой: расчеты, надежды, сотрудничество 
«Страх порой объединяет людей», – этим утверждением посол РФ в Канаде Георгий Мамедов начал свое выступление на организованной вашингтонским Институтом Брукингса конференции, посвященной истории американо-российских переговоров по контролю над вооружениями. Ссылка на собственный опыт была в данном случае как нельзя более уместна: представляя российского дипломата собравшимся, директор института – бывший заместитель госсекретаря Строб Тэлбот специально подчеркнул, что Георгию Мамедову пришлось поработать под началом всех четырех хозяев Кремля в ранге президента – от Горбачева до Медведева. В 1991 году Мамедов стал заместителем министра иностранных дел России, а в 2003-м был назначен послом РФ в Канаде. Впрочем, по собственному признанию дипломата, на конференции он присутствовал лишь в качестве друга Строба Тэлбота. Работая в такой области, как контроль над вооружениями, приходится думать далеко не об одних лишь проблемах безопасности, констатировал ветеран российской дипломатии. Здесь едва ли можно преуспеть, не принимая во внимание самых разных моментов. Один из них – способ принятия решений, характерных для той или иной страны. «Всерьез заниматься проблемой контроля над ядерными арсеналами мы начали после Карибского кризиса, – продолжил Георгий Мамедов. – Мы боялись ядерного конфликта, и этот страх был поводом для контактов с американской стороной». Конечно, отметил дипломат, имела место и другая точка зрения – точка зрения военных, преследовавших свои цели. Генералы строили свои сценарии – предусматривавшие, в частности, обмен ядерными ударами. … В 1983 году мир пережил очередное обострение международной ситуации, на смену которому вскоре пришла горбачевская перестройка, сразу же затронувшая сферу внешней политики. По словам Георгия Мамедова, все, что позднее удалось сделать для обуздания гонки ядерных вооружений, – наследие Рейкьявика, где лидеры двух супердержав сделали решающий шаг, чтобы покончить с наследием прошлого. С тех пор мир пережил изменения, которые в те дни едва ли можно было предвидеть, и в первую очередь – исчезновение Организации Варшавского договора и распад СССР. Однако вопрос о ядерных арсеналах не утратил остроты и сегодня: США и Россия по-прежнему в состоянии уничтожить друг друга в течение 15 минут. И все же, по мнению Георгия Мамедова, шаги, предпринимаемые в последнее время как в Вашингтоне, так и Москве, позволяют надеяться на новые результаты в сфере контроля над вооружениями – на этот раз обусловленные не страхом, но здравым смыслом: современная Россия, в которой ВПК уже не имеет прежнего влияния, жизненно заинтересована в интеграции в мировое сообщество. Как представляется нынешняя ситуация – и ее исторические истоки – американским специалистам по ядерному разоружению? По окончании конференции корреспондент Русской службы «Голоса Америки» обратился за комментарием к директору Института Брукингса Стробу Тэлботу. Алексей Пименов: Мистер Тэлбот, в своем выступлении Георгий Мамедов говорил о страхе как об одном из основных мотивов, обусловивших стремление обуздать гонку ядерных вооружений. Разделяете ли вы его мнение? Строб Тэлбот: Посол Мамедов говорил об истоках американо-российского сотрудничества в деле контроля над вооружениями в эпоху «холодной войны». Да, тут можно говорить о страхе, но можно говорить и о мудрости. О страхе взлететь на воздух и о мудрости этого не допустить. Это, несомненно, соответствовало интересам как американского, так и советского руководства на протяжении десятилетий. В наши дни – и посол Мамедов также отметил это обстоятельство – США и Российская Федерация уже не испытывают такого страха друг перед другом. По крайней мере, так должно быть. И сегодня Соединенные Штаты и Россия снова ведут в Женеве весьма многообещающие переговоры по контролю над вооружениями. Причем важно здесь не только то обстоятельство, что две великие державы предполагают сократить свои ядерные арсеналы, но и другое: пример, который мы подаем другим государствам, и, разумеется, решение задачи нераспространения ядерного оружия. А.П.: Хорошо известно, что в свое время одной из ключевых фигур в установлении контроля над вооружениями стал Михаил Горбачев. Чем, на ваш взгляд, это было мотивировано? С.Т.: Президент Горбачев стремился интенсифицировать процесс – не только установления контроля над ядерными вооружениями, но и их сокращения (вспомним, что в Рейкьявике он был готов обсуждать с президентом Рейганом меры по уничтожению ядерного оружия) потому, что он – очень умный человек. Потому, что он – великий государственный деятель. Ведь накопление ядерного оружия обеими сторонами было не только исключительно опасным делом, но также и чрезвычайно дорогостоящим. И особенно дорого оно обходилось Советскому Союзу. А поскольку целью Горбачева была модернизация советского общества, то, что он сделал, было поистине мудрым шагом. А.П.: Как заявил сегодня Георгий Мамедов, он ожидает от сегодняшних руководителей России и США нового прорыва в деле контроля над вооружениями – обусловленного уже не страхом, но здравым смыслом. Ваше мнение? С.Т.: Я очень внимательно слушал выступление посла Мамедова – и хотел бы лишь уточнить, что, коль скоро речь идет об идущих сегодня переговорах, он воздержался от каких-либо предсказаний. Он сказал лишь, что надеется – как надеюсь и я – что переговоры между Соединенными Штатами и Российской Федерацией завершатся успешно. Я имею в виду работу над соглашением, призванным заменить собой прежний договор по СНВ. Но я знаю по собственному опыту (как знает и посол Мамедов, чей опыт ведения переговоров намного больше моего): когда говорят, что переговоры завершены на девяносто восемь процентов, то это обычно означает, что немалые трудности еще предстоит преодолеть. Потому что оставшиеся два процента зачастую представляют собой большую проблему, нежели предыдущие девяносто восемь. Журналист и историк. Защитил диссертацию в московском Институте востоковедения РАН (1989) и в Джорджтаунском университете (2015). На «Голосе Америки» – с 2007 года. Сферы журналистских интересов – международная политика, этнические проблемы, литература и искусство