Таймс скуэр, Нью-Йорк - 2003-02-25
Падение Times Square и 42 улицы началось с рокового финансового краха Биржи в 29 году
Сегодня мы вновь побываем в Нью-Йорке. И как уже повелось, я предварю сегодняшнюю прогулку цитатой. Вот что пишет о городе мира Сергей Довлатов: «Три города прошли через мою жизнь. Первым был Ленинград. Благородство здесь так же обычно, как нездоровый цвет лица, долги и вечная самоирония. Следующим был Таллин. Таллин - город интровертный… Разглядываешь готические башни, а думаешь о себе. Жизнь моя долгие годы катилась с Востока на Запад. Третьим городом этой жизни стал Нью-Йорк. Его эстетика созвучна железнодорожной катастрофе. Она попирает законы школьной геометрии. Издевается над земным притяжением. Освежает в памяти холсты третьестепенных кубистов. Нью-Йорк реален. Он совершенно не вызывает музейного трепета. Он создан для жизни, труда, развлечений и гибели…» Я цитирую главку Довлатова (она называется «Остров», и речь идет в ней, разумеется, о Манхэттене) - я цитирую ее с сокращениями, потому что время наших эфирных путешествий небезгранично… Место же, куда мы направляемся сегодня - Times Square - если не центральная точка этого острова, то уж точно, во всяком случае для коренных ньюйоркцев - его сердце. Для миллионов же американцев с этим местом ассоциируется само понятие Америки. Замечу, что у каждого ньюйоркца есть свой собственный образ Таймс скуэра, свои воспоминания, связанные с этим местом, свои истории. Для одних он ассоциируется с именем Синатры или с расцветом театров, с именами Джона Барримора и Фанни Брайс, для других - с выступлениями Дина Мартина и Джерри Люиса в пятидесятые годы, когда театральные разъезды были так же красочны и многолюдны, как новогодние празднества. Напомню вам, что именно здесь Нью-Йорк, а вместе с ним и вся Америка, встречают наступление Нового года. Для третьих это место ассоциируется с героями фильмов «Полночный ковбой» и «Водитель такси». Время действия фильмов развивается в не слишком привлекательный в жизни Таймс скуэр и Сорок второй улицы - между Седьмой и Восьмой авеню - период. Здесь пышным цветом расцвел тогда порнобизнес с вереницей порно-кинотеатров и секс-лавчонок. Даже в дневное время места эти не слишком располагали к прогулке: вас чуть ли не за грудки хватали нагловатые зазывалы с предложениями развлечься или купить за сходную цену всевозможные нелегальные товары - от фальшивых видов на жительство и абонентных телефонных карточек, до наркотиков и живого товара на любой вкус и цвет. Началось падение Times Square и Сорок второй улицы с рокового финансового краха Биржи в 29 году, вынудившего многих владельцев театров, уступая финансовому нажиму, дать пристанище «бурлеску», позднее растиражированному и низведенному до примитивного стриптиза. Послевоенный период, вызвавший чуть ли не массовое бегство из города среднего класса, ознаменовался окончательной оккупацией 42 улицы порнобизнесом. Я не стала бы совершать этот экскурс в прошлое, ели бы не одна поразительная деталь: так же как в 29 году финансовый крах привел к началу упадка этого района, биржевый кризис 87 года стал началом его возрождения. В начале восьмидесятых годов город и штат решили осуществить масштабный многомиллиардный проект реконструкции этого района, согласно которому здесь должны были возвести четыре, почти идентичных административных здания-гиганта по проекту Филиппа Джонсона и Джона Берги. Но изменившаяся финасовая ситуация подрубила под корень начинавшееся строительство, оставив, впрочем, небольшую лазейку для тех, кто по-прежнему не терял надежды изменить облик и дух этой, по определению Коры Каан, президента корпорации по реконструкции Сорок второй улицы, «дьявольской клоаки». Договор обязывал подрядчиков, независимо от того, удастся или нет осуществить проект, выделить в казну города весьма кругленькую сумму в 241 миллиард долларов. Это-то и дало возможность городским властям, не дожидаясь лучших времен, начать работу по ликвидации старых обветшалых кинотеатров, в которых крутились порно-киношки, и магазинчиков, снабжавших любителей «клубнички» необходимыми товарами. Довольно скоро появились первые приметы обновления, причем довольно неожиданные: сошедшие на берег матросы бурно выражали неудовольствие тем, что с панелей 42 улицы исчезли проститутки и сутенеры, а обретший в семидесятые годы печальную знаменитость кинотеатр “New Victory” (в дословном переводе «Новая победа») впервые открывший свои двери для публики как театр в 1900 году, снова им стал, причем театром - детским. Полный поворот руля: Сорок вторая улица легла на новый курс. Городские власти торжествовали. Но это было только началом… О том, в каком направлении развивались события дальше, и каковы их результаты, я расскажу в следующий раз, когда мы встретимся на Сорок второй улице, где теперь нам ничего, кроме денежных расходов, причем вполне невинного свойства, не грозит.