Москва – Тбилиси. Вернуться к истокам
Российские и грузинские СМИ ищут пути возобновления двустороннего диалога на уровне гражданского общества
В ситуации, когда нормальное и полноценное общение между Россией и Грузией прервано военным столкновением летом 2008 года, пресса – один из немногих каналов, по которым сегодня осуществляется диалог между российским и грузинским обществами. Тем более, когда есть важные исторические поводы. Ровно 19 лет назад, 9 апреля 1991 года, Верховный совет Грузинской ССР принял Акт о восстановлении государственной независимости. А за 190 лет до этого, в 1801 году, Грузия добровольно вошла в состав Российской империи, прося защиту от Турции и Ирана. Две даты стали поводом для виртуальной встречи в рамках организованного РИА «Новости» телемоста Москва-Тбилиси «Россия и Грузия – 19 лет независимости. Взгляд назад в будущее». Начало встречи получилось неожиданно острым и, фактически, конфликтным. «Современная грузинская государственность – это абсолютный, на 100% продукт вот этих двухсот лет пребывания Грузии, в разном качестве, в составе единого с Россией государства... С 1801 года я бы и отсчитывал те процессы, которые привели к появлению того, что называется Грузией, как государством. К сохранению и умножению грузинского православия, к возрождению и росту культуры грузинского народа, в первую очередь, на грузинском языке, который к концу 18 века находился на грани полного исчезновения», – заявил руководитель редакции стран СНГ и Балтии «РИА Новости» Алан Касаев. Эти слова г-на Касаева вызвали довольно холодную реакцию на противоположном конце телемоста. Председатель Народно-православного движения, сопредседатель российско-грузинской общественной комиссии Малхаз Гулашвили заметил, что «Алан, наверное, сам это придумал...», добавив, что «грузинское православие всегда ассоциировалось с грузинской государственностью». Еще болезненнее участники телемоста в Тбилиси отреагировали на показанный опрос, в котором москвичей спрашивали «Добровольно ли Грузия присоединилась к России?». « Там стоял вопрос выживания нации», «Им деваться было некуда...», – так звучали некоторые ответы горожан. Собственно, никто и не возьмется серьезно оспаривать добровольность вступления Грузии в состав тогдашней России, как и реальность тех угроз, с которыми кавказское государство столкнулись в ту пору, но сам тон ответов, видимо, показался тбилисским участникам конференции неприемлемым. «Это должны обсуждать ученые, а не прохожие на улице, которые повторяют то, что слышат с экранов телевизоров... Подобное обсуждение исторических вопросов и собственные интерпретации исторических фактов, типа того, что Грузию спасла Российская империя, а может, вы нам еще и алфавит создали, а может, вы еще и принесли христианство в Грузию? Не надо этого, потому что люди, которые разбираются, прекрасно знают, что чего стоит, поэтому привносить идеологические реплики с политического поля контрпродуктивно», – сказала политолог и бывший представитель по правам человека в Грузии Нана Девдариани. Напряженная обстановка, возникшая во время беседы между людьми, хорошо и много лет знающими друг друга – лишнее доказательство того, как тяжело сейчас выстраивать диалог между Тбилиси и Москвой. Тем не менее, участники постарались сосредоточиться на главной теме – каким должно быть будущее стран с исторически общими корнями. По словам президента международного фонда «Единство православных народов» Валерия Алексеева, отношения между Россией и Грузией «немыслимы в затяжном конфликте. Мы должны это рассматривать, как временный эпизод и очень незначительный в историческом периоде наших отношений. Хорошо, что в Грузии инициирует этот диалог именно православная общественность. Сегодня вообще приходит время народной дипломатии, потому что политическими методами очень трудно разрешить этот сложный узел, в который завязаны отношения наших народов». Заместитель директора Института СНГ Владимир Жарихин, рассуждая о действиях российских и грузинских политиков, отметил, что их поведение соответствует еще «юному возрасту» государств, если начинать отсчет от 1991 года, когда Россия и Грузия стали независимыми и в целом, и друг от друга. «У нас древние страны, но очень молодые государства. И мы, к сожалению, зачастую страдаем болезнями именно подросткового возраста... Когда мы получили в руки независимость, увлеклись вещами, которые казались главными, а оказались вторичными. Экономизмом, например, когда дружить надо с тем, от кого больше получишь. Второе – это провинциальный геополитизм. А проблемы духовных связей между народами отходили на второй план. Зато было увлечение созданием для своей страны и в своих политических целях собственной версии истории. И эти версии начали разделять народы, чем дальше, тем больше. Лишь возвращение к истокам, без агрессивного клерикализма, и восстановление нормального баланса в наших сердцах – вот огромная задача, которую необходимо решать», – подчеркнул г-н Жарихин.