«Армия подобрее, помягче» Стефани Гутманн
Как и прежде, нам нужны воины дерзкие и решительные, считает автор
Лет пятнадцать назад президент Джордж Буш (старший) призвал американцев стать в национальном масштабе «подобрее, помягче». Эта программа распространялась на все институции республики, в том числе и на вооруженные силы, которые вообще-то по своей природе всегда стремились быть «позлее, потверже». Любопытную книжку написала социолог Стефани Гутманн под названием  [Stephanie Gutmann , Encounter Books]. Изменение вооруженных сил США в сторону нежных чувств Гутманн связывает исключительно с возросшим числом и возросшей ролью женщин в военной форме, и это изменение ей не нравится. Гутманн встает на защиту традиционной культуры воинственности, которую она связывает с мужественностью как таковой. Недаром во многих языках, в русском и в английском в том числе, слово «мужественный» является синонимом слова «храбрый». К природно мужским качествам Гутманн относит – даже приятно перечислить – бесстрашие, безоговорочную преданность, дух соревнования, ну и, правда, агрессивность. Из женских на первом месте сочувствие, общительность. Она цитирует наблюдение одного из высших офицеров ВВС, где, как и в других видах вооруженных сил, появилось за последние годы немало женщин – и в качестве механиков, занимающихся ремонтом и подготовкой самолетов к полетам, и в качестве пилотов и членов летных команд. В армии, говорит этот офицер, очень многое зависит от слаженных действий команды. Мужчины и женщины понимают командные действия совершенно по-разному. С точки зрения мужчин, команда – это группа людей, старающихся как можно быстрее и точнее выполнить, что им велено. С точки зрения женщин, команда – это группа людей, которые собираются вместе и, прежде чем подробно не обговорят, как будут действовать, решения не принимают. Ясно, на чьей стороне в данном случае симпатии старого служаки. И Гутманн согласна: осторожность и общительность женщин, столь похвальные во многих других областях человеческой деятельности, требованиям военного характера, по ее мнению, противопоказаны. По существу, спор Стефани Гутманн, конечно, не с армией, а с тем направлением в феминизме, которое настаивает на равенстве полов не в юридическом, экономическом, политическом смысле, но и в области распределения социальных ролей. Женщины и мужчины совершенно одинаково способны выполнять любые общественные функции. Их традиционное разделение – не от природы, а от культуры, «патриархальной», традиционно ставящей женщину в подчиненное положение культуры. Выступая перед курсантами особо престижной американской военной академии Вест-Пойнт, генерал-лейтенант Клодия Кеннеди, самая высокопоставленная женщина в американской армии, говорила: «Сегодняшняя армия – это уже не армия ваших отцов». Имелось в виду, что это армия и матерей тоже. Кстати сказать, имя генерал-лейтенанта мелькало в телевизионных новостях и на первых страницах газет, когда она подала жалобу на другого генерал-лейтенанта противоположного пола, обвиняя его в сексуальных притязаниях. И добилась наказания пылкого соратника. Вот какие дела случаются среди современного генералитета. Но это так, к слову. Женщины могут работать наравне с мужчинами в научной лаборатории и в управлении фирмы, в больнице и в школе, говорит Стефани Гутманн, но утверждение, что современная военная техника делает физические различия между полами несущественными, по меньшей мере преждевременно. Большинство солдатских обязанностей по-прежнему связано с суровыми физическими нагрузками, а у женщин по-прежнему, замечает она, плечи, руки, торс в среднем на 55-60% слабее, чем у мужчин, женское сердце снабжает мышцы кислородом на 20% медленнее, чем мужское. За последние полвека, пишет Гутманн, в Америке было проведено три широкомасштабных эксперимента по культурной трансформации вооруженных сил. Первый, начатый Гарри Трумэном в 1948 году, – расовая десегрегация армии, – увенчался полнейшим успехом. Сейчас в американской армии и флоте афроамериканцы служат плечом к плечу с белыми американцами на всех уровнях – от рядового до крупнейших военачальников (наиболее известный пример – Колин Пауэлл, недавний госсекретарь США, а до того начальник Объединенного комитета начальников штабов). В 70-е годы в рамках так называемой «борьбы с бедностью» по программе тогдашнего руководителя военного ведомства Роберта Макнамары старались привлечь в армию как в своего рода образовательное учреждение беднейшую, малообразованную молодежь. Эта программа, по мнению Гутманн, провалилась. Современной армии нужны образованные, хорошо соображающие специалисты. Те же, кто не хотел или не мог учиться в средней школе, и в армии не очень-то обучаемы. Наконец, нынешняя программа интеграции в армию женщин, с точки зрения ее инициаторов, идет довольно успешно: женщин во всех родах войск и в военных учебных заведениях теперь немало. Но это-то, по мнению Гутманн, и нехорошо. Социологические исследования последних лет показывают, что с приходом женщин этос воинских подразделений действительно меняется. Снижается агрессивность, усиливается тенденция к «обговариванию» проблем, иными словами, американская армия действительно становится «добрее и мягче». А нам, считает Гутманн, между тем, как и прежде, нужны воины дерзкие и решительные. Я не специалист в этих делах, во всяком случае, не больше в них разбираюсь, чем всякий иной, кто прожил несколько десятков лет среди мужчин и женщин, но обобщения Стефани Гутманн меня не вполне убеждают. Может быть, у меня скособоченный жизненный опыт. Потому что среди женщин, с которыми мне приходилось иметь дело, было немало решительных командирш.