Визит советника президента США в Россию
Российские политологи расходятся в оценках визита официального представителя Вашингтона в Москву
Сегодня в Москве состоялась встреча помощника президента США по национальной безопасности генерала Джеймса Джонса с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Официально переговоры были посвящены вопросам подготовки нового договора по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ). Вместе с тем, уже накануне нынешней поездки в прессе появились сообщения, что фокусе переговоров советника американского президента с российскими официальными лицами окажутся иранская и афганская проблемы, а также новая российская военная доктрина, которая впервые будет предусматривать возможность нанесения превентивного ядерного удара. Однако, как считает главный научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН Владимир Дворкин, не стоит преувеличивать роль визита генерала Джеймса Джонса в Москву и его плановых переговоров, которые, судя по всему, прошли успешно. Правда, процесс согласования позиций еще далеко не окончен. А срок действия нынешнего договора о сокращении наступательных вооружений, ограничивающего количество развернутых боезарядов до 2200 –1700 тысяч единиц, истекает 5 декабря 2009 года. Но, по словам Владимира Дворкина, не стоит «излишне концентрироваться» именно на этой дате. Хотя, конечно, было бы весьма желательно заключить новый договор СНВ до конца нынешнего года. А затем, не затягивая, ратифицировать его парламентами обеих стран. Это во многом предопределило бы успех международной конференции по разоружению, которая пройдет в Нью-Йорке следующей весной. «Визит представителя президента США в Москву, на мой взгляд, чрезвычайно своевременен, потому что на днях мир стал свидетелем кардинального изменения позиции России по афганскому вопросу, –заявляет в интервью Русской службе «Голоса Америки» Сергей Зацепилов, директор политических программ Международного центра за справедливую политику. – Еще недавно российская дипломатия категорически отрицала возможность участия в вооружении афганских сил безопасности, опасаясь быть вовлеченной в конфликт. А сейчас мы видим не только согласие России на транзит военных грузов международной коалиции через свою территорию, но и заявление Москвы о готовности вооружить легким стрелковым оружием афганскую полицию». Как полагает Сергей Зацепилов, сам в прошлом российский дипломат, много лет проработавший на Ближнем Востоке, наверняка афганская тема предметно обсуждалась во время нынешних встреч генерала Джеймса Джонса с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым и секретарем Совета Безопасности Николаем Патрушевым. В увязке с этим могла рассматриваться и иранская проблема, по которой за последние месяцы Москва и Вашингтон, хотя бы внешне сблизили свои позиции. Однако из этого не следует, что Белый Дом и дальше будет давить на Кремль, добиваясь его участия в антииранских санкциях, или ставя его перед фактом собственного одностороннего применения военной силы против этого государства. «Американской дипломатии свойственно предварительно «поднимать планку», а потом непосредственно в ходе переговоров ее же и опускать. Однако в данном случае Вашингтон вряд ли пойдет на такой дипломатический прием. И Москва это тоже понимает. При той эскалации насилия, которую мы наблюдаем в Афганистане, Пакистане, и Ираке, нанести сейчас удар по иранским ядерным объектам, значит окончательно взорвать весь регион», – делает вывод Сергей Зацепилов. Иранская тема постоянно находится в повестке дня американо-российских консультаций, как наверняка было и сегодня, акцентирует внимание Раджаб Сафаров, генеральный директор Центра изучения современного Ирана. Однако Москва и Вашингтон не всегда стараются выпячивать эту тему, давая понять, что позиция по Ирану вырабатывается не двумя великими ядерными державами, а всеми участниками многосторонних переговоров. Раджаб Сафаров напоминает, что еще вчера, до начала визита в Москву помощника американского президента, иранское политическое руководство приняло решение согласиться на условия МАГАТЭ, предусматривающие обогащение урана за границей. Однако это решение Тегерана не следует рассматривать, как капитуляцию Ирана перед Соединенными Штатами. Такая позиция продиктована политикой разумного взаимодействия с мировым сообществом и не изменит курс Исламской республики Иран на реализацию собственной мирной ядерной программы, которая впоследствии должна предусматривать создание национальной технологии полного ядерного цикла. «Я полагаю, что Джеймс Джонс в Москве продолжил американскую линию давления на российское руководство с целью ужесточения его позиции по иранскому вопросу. И я хочу подчеркнуть, что такое давление незаконно и неэффективно. Иран – суверенное государство, которое будет продолжать руководствоваться своими национальными интересами», – констатирует Раджаб Сафаров. «Не стоит увязывать согласие Ирана пойти на диалог с МАГАТЭ и Западом с сегодняшним визитом генерала Джонса в Москву. Это ведь не саммит, а просто рабочий визит помощника президента, – делает комментарий независимый военный эксперт Павел Фельгенгауэр, – но то, что Вашингтон использует любую дипломатическую возможность, чтобы продолжать воздействовать на позицию Москвы в иранском вопросе – это очевидно. Ведь если Кремль полагает, что теперь, когда Тегеран пошел на уступки, можно всем успокоиться, то Белый дом, напротив, убежден, что надо добиваться от Ирана точного и своевременного выполнения всех его обещаний». Что касается новой российской военной доктрины, которая будет утверждена в ближайшее время и которая предусматривает возможность нанесения превентивного ядерного удара, то, по мнению Павла Фельгенауэра, американские политики и тем более – военные, такие, как генерал Д. Джонс, прекрасно понимают: это не только хорошо выверенный, но и вынужденный шаг Москвы. И на него трудно повлиять. Ядерное оружие – оружие слабых. Российский обычный военный потенциал сегодня быстро деградирует и с большим трудом способен выполнять свои функции даже в одном локальном конфликте. Это показала и прошлогодняя война с Грузией. А значит, чем больше будет сокращаться и реформироваться российская армия, тем большую важность будет приобретать фактор ядерного сдерживания. Для американского обычного военного потенциала – сегодня самого мощного в мире – картина складывается в точности наоборот. И в этом, по мнению Павла Фельгенгауэра, сейчас кроется суть военно-стратегических противоречий между Америкой и Россией, что еще может негативно сказаться на ходе двухсторонних переговоров по разоружению и по противоракетной обороне. И не случайно сегодня по итогам встречи с Джеймсом Джонсом министр Сергей Лавров снова обратил внимание на важность «увязки» в новом американо-российской договоре проблемы наступательных и оборонительных вооружений.