Южный Кавказ: пути развития
Политика США по отношению к Азербайджану, Армении и Грузии оказалась неэффективной
Эксперты, выступавшие на конференции в Центре стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), отстаивали различные точки зрения, но сходились в одном: Южный Кавказ был и остается регионом, чрезвычайно важным для международной безопасности. При этом стабильности самого Южного Кавказа до сих пор угрожают «замороженные» конфликты – вокруг Нагорного Карабаха, Абхазии и Южной Осетии. Януш Бугайски (Janusz Bugajski), старший научный сотрудник Европейской программы Центра, отметил, что ситуация в регионе определяется тремя факторами: во-первых, проблемой территориальной целостности государств (к примеру, Армения продолжает оккупировать часть территории Азербайджана, а Россия де-факто контролирует часть территории Грузии), во-вторых, проблемой соблюдения международных норм (с одной стороны, международное право зачастую вступает в противоречие с местными традициями, а с другой – борьба за контроль за энергетическими и транспортными потоками приводит к конфликтам) и в-третьих – проблемой независимости Азербайджана, Армении и Грузии, которые под давлением более мощных игроков периодически бывают лишены возможности действовать самостоятельно. Многие выступавшие отмечали, что одним из результатов войны в Южной Осетии стало усиление позиций Турции, которая все более активно пытается влиять на ситуацию в регионе. «Чтобы решить проблемы региона, следует добиться, чтобы все три государства действовали не поодиночке, а совместно», – заявил Мамука Церетели (Mamuka Tsereteli), профессор вашингтонского Американского университета (American University). Он отметил, что залогом успеха на международной арене и способом разрешения «замороженных» конфликтов является успешная внутренняя трансформация Азербайджана, Армении и Грузии, основанная на принципах либеральной демократии. Только в этом случае возможно успешное развитие национальных экономик и рост международного авторитета закавказских государств, считает Церетели. Том де Ваал (Thomas De Waal), старший научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир (Carnegie Endowment for International Peace), отметил, что не стоит использовать термин «замороженный конфликт». В данном контексте речь может идти о конфликтах, для которых фактически не найдены пути решения. Де Ваал проанализировал позицию России относительно Абхазии, Южной Осетии и Карабаха, отметив, в частности, что Москва по-разному относилась к Сухуми и Цхинвали. По его мнению, по ряду причин Абхазия для России всегда имела большее значение, чем Южная Осетия – как потенциальное место базирования Черноморского флота, как стратегически более важный регион, да и как курортная зона. Этим частично объясняются действия России на Кавказе в последние годы. С другой стороны, позиция Москвы относительно Нагорного Карабаха изменилась – с точки зрения де Ваала, она стала более прагматичной: Россия больше не настаивает на том, что лишь она способна разрешить этот конфликт. В своем выступлении Стивен Бланк (Stephen Blank), профессор Института стратегических исследований при Колледже Армии США (US Army War College), отметил, что внешняя политика России – и не только на Кавказе – определяется отсутствием полноценного гражданского контроля над ее вооруженными силами. Это становится причиной политического авантюризма и подспудного желания Москвы решить любую проблему военными средствами. По мнению Бланка, лидеры России слепо доверяют своим военными, у них нет независимых источников информации о реальном положении дел. Именно это, по словам аналитика, и привело к войне в Южной Осетии. Как подчеркнул Стивен Бланк, вопрос о вступлении Грузии в НАТО пока снят с повестки дня. Аналитик назвал главную причину, по которой, по его мнению, не удается разрешить карабахский конфликт. Как указывает политолог, лидеры Армении и Азербайджана не говорят правды своим народам. Это и приводит к тому, что для населения этих стран характерны завышенные ожидания относительно перспектив урегулирования, из-за чего они не готовы идти на уступки. Владимир Сокор (Vladimir Socor), старший научный сотрудник Фонда Джеймстаун (Jamestown Foundation), обратился к теме торговли газом - этот вид топлива в двадцать первом веке приобрел такое же значение, какое в двадцатом имела нефть. Сокор отметил, в частности, что проект «Южный поток», который активно рекламирует Россия, является не более чем политическим блефом, призванным ослабить позиции Украины и Грузии как транзитных государств. Аналитик привел ряд аргументов в пользу этой гипотезы, обратив внимание на то, что российское руководство ни разу не указало источник газа, который предполагается транспортировать по «Южному потоку»; оно постоянно меняет прогнозы относительно объемов топлива, который предстоит транспортировать по этому газопроводу. Кроме того, Москва пролонгировала долгосрочные газовые контракты с балканскими государствами, которые должны получать газ по «Южному потоку», однако эти поставки должны проходить по имеющимся украинским газопроводам. Кроме того, эксперт обратил внимание на то, что модернизация украинской газопроводной сети обойдется, как минимум, в четыре раза дешевле, чем строительство «Южного потока». Алекс Григорьев специализируется на освещении вопросов международных отношений, обороны и безопасности, разведки, терроризма, ядерной тематики.