Владимир Буковский вспоминает Александра Литвиненко
«Саша один из первых стал объяснять, что такое чекистская власть, которая пришла в России», – говорит бывший диссидент
К годовщине смерти Александра Литвиненко в издательстве Aquilion limited вышел на английском языке сборник статей, писем и интервью Литвиненко под названием «Обвинения» (Allegations). Предисловие к сборнику написал бывший советский диссидент Владимир Буковский. В беседе с «Голосом Америки» он отметил, что дата выхода книги не случайна. Мы специально так сделали, чтобы как-то отметить его гибель, и сделать так, чтобы его голос продолжал звучать также и после его гибели, в этом была идея. Это сборник его статей и отдельных интервью, наиболее интересных, наиболее оригинальных. Что вы хотите, чтобы читатель, после того как закроет последнюю страницу книги, понял об Александре? Я в предисловии довольно точно говорю, что я хотел бы этим добиться: я объясняю, что Саша у нас был спорный, он мог спорные темы поднимать, но очень важно помнить – Саша всегда был честным. То, что он пишет, он пишет искренне. Он может заблуждаться, может ошибаться, торопиться (с ним такое часто бывало: мало проверив полученную информацию, выходил с ней на публику), но это всегда было от чистого сердца. Никакой попытки фальсификации, обмана и так далее у него никогда не было. Какое наследие оставил после себя Александр Литвиненко? Вы знаете, он человек был неоднозначный, у него было много всего, трудно назвать что-то одно. Во-первых, он очень бурно и быстро развивался, на наших глазах он получал образование, которое не успел получить в России. Он много читал, много спорил, говорил, и так далее. Он был очень контактный человек. Он двигался все время, развивался, поэтому сказать одним словом, в чем его наследие, трудно. Но я могу сказать, что он, конечно, один из первых стал объяснять, что такое чекистская власть, которая пришла в России. И это было очень важно, потому что здесь это мало кто понимал. Когда я читала его письма, мне казалось, что человек, как говорится, «загибает», что такого не может быть. У вас не было такого ощущения? Я пытался проверить все это и выяснил, что он не «загибал», об этом я и пишу в предисловии. Часто возникало ощущение, что это недостоверно, а на самом деле последующие события все это подтверждали. У него много было таких историй, связанных с самим Путиным, он один из первых стал говорить, насколько Путин был замешан в организованную преступность в Петербурге в бытность свою замом мэра, и так далее. Это теперь все подтверждено и задокументировано. Он вообще много рассказывал о спайке организованной преступности и нынешней власти.