Что стоит за американским походом российских субмарин
Александр Гольц: На сегодняшний день одной из основ российской внешней политики является поддержание ядерного баланса с Соединенными Штатами
4 августа со ссылкой на представителей Пентагона, газета New York Times сообщила, что две российские ядерные субмарины замечены вблизи восточного побережья США. Со времен окончания холодной войны российские подлодки не появлялись в этом районе. Российский военный аналитик Александр Гольц в интервью «Голосу Америки» сказал, что подобные действия вполне естественны для военно-морского флота. Существует ли вероятность того, что российские подводные лодки совершали подобные походы к берегам США и ранее, просто они не были обнаружены? Скорее, это все-таки один из первых таких походов. Между прочим, существует серьезная путаница в том, что это за подводные лодки. Я посмотрел статью в газете New York Times, там присутствует некий оксюморон – упоминаются многоцелевые подводные лодки типа «Акула». Но «Акулы» – это не многоцелевые субмарины, это стратегические подводные лодки, самые большие и самые шумные в мире. На сегодняшний день в составе ВМФ России только две «Акулы», причем одна из них оборудована исключительно под испытания новой ракеты «Булава». Так что здесь существует определенная путаница. Более-менее известно, что в конце 1990-х - начале 2000-х годов, вопреки тому, что сейчас говорят наши военно-морские начальники, не было дальних походов российских субмарин в Атлантику, к восточному побережью США. Если наши подлодки и ходили, то исключительно в районе Баренцевого моря. В 2007 году начались дальние полеты стратегических бомбардировщиков России, сейчас подводные лодки… Для чего это требуется России? Требуется разделить две вещи. С одной стороны, если у государства есть стратегические бомбардировщики и атомные подводные лодки, то их экипажи должны тренироваться. Точно так же американские подлодки плавают в Атлантике, Северном Ледовитом океане, приближаются к территориальным водам России. Это нормальная военно-морская жизнь. Я должен сказать, что есть некая разница между полетами стратегической авиации и нынешней историей. Когда Владимир Владимирович Путин, выйдя под телекамеры, заявил, что он решил возобновить боевое дежурство стратегической авиации, это было абсолютной неправдой. Потому что были возобновлены только тренировочные полеты стратегической авиации – боевое дежурство, это когда на борту самолета находится ядерное оружие. Полеты российских самолетов в Венесуэлу, на Кубу – это чистой воды милитаристская пропаганда. В данном случае никто ничего не сообщал, подводные лодки ходили тихо и я думаю, что инициатива предать гласности эту историю исходила от американской стороны. Существует ли связь между реализацией внешнеполитической программы России и действиями российских стратегических сил? Иногда да, иногда – нет. Сравнительно недавно были проведены успешные пуски ракет «Синева» и последовало совершенно дикое, на мой взгляд, заявление со ссылкой на представителя военного руководства России о том, что американские системы раннего предупреждения проворонили этот пуск. Говорилось, что-то типа: «Наши подводные лодки секретно подошли к Северному полюсу и оттуда осуществили пуск». Это совершеннейшая глупость, поскольку есть российско-американское соглашение, согласно которому мы заранее предупреждаем: где и когда будут пуски, даем противоположной стороне всю телеметрию этих пусков. И, слава Богу, что это соглашение действует. Из-за того, что по понятным причинам, российская армия находится сегодня не в лучшем положении, присутствует постоянное желание всякий раз заявить о какой-то победе, о каком-то достижении. В последние годы число походов атомных субмарин России существенно выросло. В то же время, российская пресса сообщает, что состояние российских подводных сил внушает тревогу – одна история с «Булавой» чего стоит. Чем объясняется столь значительный всплеск активности подводников? Ровно тем же самым. С одной стороны, наш подводный флот стареет. На смену основным стратегическим подводным лодкам «Дельта-4», должны придти подлодки нового проекта, которые должны быть оснащены ракетой «Булава» – однако пока этого не происходит. Тем не менее, экипажи должны тренироваться, подводные лодки должны совершать походы. Это нормально! Согласно некоторым прогнозам Россия готовит вторую грузинскую войну. Может ли этот поход быть своеобразным предупреждением Вашингтону, что с Россией лучше не связываться и на помощь Грузии не приходить? Увы, ничего исключать нельзя. Аналитик анализирует рациональные мотивы, у него нет другого инструментария. В противном случае он уподобился бы психоаналитику. Поэтому мы не всегда можем предсказать действия той или иной стороны, имея в виду грузино-российские сложные отношения, замешанные на многочисленных комплексах и т.д. Но у меня нет ощущения, что нас ждет война. Разумные люди понимают, что подобным образом грозить Соединенным Штатам не стоит. Фактом является то, что эти подводные лодки были засечены. Если мыслить в категориях холодной войны, это значит, что в течении минуты-двух они были бы уничтожены. И разумные люди в России – а я отношу к таковым военное руководство страны – это прекрасно понимают. Подобным образом грозить – вещь в высшей степени глупая. В тоже время, несколько лет назад российские боевые самолеты совершали демонстративные подлеты к американским авианосцам, имитируя атаку. Впоследствии эти летчики получали государственные награды…. В России существует такой вид государственной пропаганды, как милитаристская пропаганда. И это является одной из основ, если хотите, всей нашей внутриполитической пропаганды: «мы осажденная крепость; мы, вставая с колен, показываем кулак нашим главным врагам», среди которых, естественно, США и Запад. Практического военного смысла это не имеет. И это прекрасно понятно всем. Ваш прогноз на будущее: будут ли совершаться в будущем подобные акции? Разумеется, будут. На сегодняшний день, одной из основ российской внешней политики, одним из ее важнейших приоритетов является поддержание ядерного баланса с Соединенными Штатами. Что, опять-таки, к военным делам имеет косвенное отношение. Можно долго рассуждать о том, в какой степени это является карикатурой на эпоху холодной войны. Но фактом остается то, что российское руководство считает принципиально важным поддерживать этот баланс, полагая, что именно этот баланс обеспечивает России некое равное положение в отношениях с США. Не без успеха, заметим. Не случайно, в центре российско-американских отношений лежит вопрос о сокращении стратегических наступательных вооружений. Если продолжать жить в рамках этой логики, то нам надо будет периодически совершать эти патрули, плавать в Атлантическом океане, летать на стратегических бомбардировщиках и т.д. Сегодня начальник пресс-службы ВМФ России капитан первого ранга Игорь Дыгало сообщил русской службе «Голоса Америки» следующее: «Мы не комментируем действия наших подводных сил. Четкую позицию российской стороны на этот счет уже обозначил заместитель начальника Генштаба генерал-полковник Ноговицын». Как известно, ранее генерал-полковник Анатолий Ноговицын на пресс-конференции в Москве заявил, что «Дальние походы российских атомных подводных лодок – это нормальный процесс. Флот тоже не должен стоять у стенки, сидеть, сложа рукава. Мы тоже про них можем заявить, где они бывают, поэтому это нормальный процесс». Необходимо добавить, что в 2008 году стратегические подлодки России приняли участие в рекордно большом количестве боевых дежурств. Эту информацию опубликовала организация Федерация Американских Ученых (Federation of American Scientists) со ссылкой на источник в военно-морской разведке США. По состоянию на конец 2008 года, в составе военно-морского флота России находились 11 субмарин, оснащенных баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. В 2008 году они совершили десять боевых походов. В 2007 году таких выходов в море было три, в 2006-м году – пять, в 2002-м – ни одного. Уровень активности 2008 года – самый высокий за десятилетие. В 1984 году, в разгар Холодной войны, советские подлодки совершили 103 подобных выхода. Для сравнения, в 2008 году США обладали 14 стратегическими подлодками, 10 из которых постоянно находятся в море. В общей сложности, они совершили 31 боевой поход. Уровень активности стратегических субмарин США заметно ниже, чем на пике Холодной войны – к примеру, в 1967 году они совершили 131 боевой выход в море. Однако, это связано с сокращением числа подводных лодок, а не со снижением их активности. В среднем, каждая ядерная подлодка США проводит в боевом патрулировании 50-60 процентов времени (каждая из них имеет две команды, которые сменяют друг друга). Средняя продолжительность одного боевого похода в 2008 году составила 72 суток. В целом, из 14-ти ядерных субмарин США в каждый момент времени две находятся на техобслуживании, а 8-10 – на боевом патрулировании. Однако изменилась география операций – в разгар противостояния с СССР, американские субмарины большую часть времени проводили в Атлантике и в Северном Ледовитом океане, ныне – в Тихом. Великобритания и Франция (у каждого государства имеются по 4 подводные лодки этого класса) постоянно держат в море по 1-2 субмарины, которые ежегодно совершают, в среднем, по 5-6 боевых походов. Значительные усилия по созданию стратегического подводного флота предпринимают Китай и Индия. Китай в настоящий момент обладает одной старой подлодкой этого класса и 1-2 (точное количество неизвестно) новыми. Еще два (число также дебатируется) таких корабля строятся на китайских верфях. В 2008 году ни одна стратегическая подводная лодка Китая в боевом патрулировании не участвовала. Весной 2009 года Индия спустила на воду свою первую стратегическую подлодку, оснащенную баллистическими ракетами.