Спички в музее «холодной войны»
Экспозиция художницы Саша Чавчавадзе отражает ее видение противостояния США и СССР
Живущая в Нью-Йорке художница Саша Чавчавадзе открыла музей «холодной войны». Родословная Саши восходит к древнему княжескому роду, в котором были цари Грузии Ираклий II и Георгий XII. Бабушка Саши – представительница династии Романовых, воспитывавшаяся при дворе Николая II в Санкт-Петербурге. Среди родственников Саши немало членов королевских семей сегодняшней Европы. Однако для нее самой наибольший интерес представляет история «холодной войны», которую вели между собой США и СССР и о которой Саша тоже знает не понаслышке. Ее отец Давид Чавчавадзе, в течении четверти века работал на ЦРУ, о чем рассказал в своих мемуарах, опубликованных под названием «Короны и плащи». Вероятно, музей – слишком громкое название для созданной Сашей Чавчавадзе экспозиции, которая умещается в одной комнате. Это, скорее, ее творческая лаборатория. Первое, что видишь в ней, - инсталляции спичек. Интерес к спичкам у нее – от Владимира Набокова, который в своих мемуарах «Память, говори!» описывает детскую игру. Как выяснилось, отец Саши, родившийся в Лондоне, тоже увлекался игрой в спички, часами выстраивая враждующие армии, различавшиеся цветом серной головки, со своими генералами, капитанами и рядовыми. Но узнала обо всём этом от отца Саша совсем недавно. Она родилась в 1954 году в Западном Берлине, где переплетались в то время многие интриги «холодной войны», и где ее отец был оперативным сотрудником ЦРУ. «Мою мать страшно раздражало, что он выходил на контакт со своими агентами, толкая перед собой детскую коляску со мной. Это была его военная хитрость. Он рассказывал, как часами ходил по улицам, пытаясь понять, есть ли за ним «хвост», - рассказывает Саша. По ее словам, работа разведчика наложила отпечаток и на отца, и на семью в целом: :Ему приходилось свое сознание делить на отсеки – многого он не мог никому рассказать, и это повлияло на его способность быть отцом». Когда несколько лет назад отец подарил Саше сохранившиеся у него с детства спички и правила военной игры, произошел прорыв в отношениях отца и дочери. Как художник-концептуалист она обращает внимание на то, что в английском языке слово match означает не только «спичка», но и «пара», «точное соответствие». Идея симметрии, соответствия разных времён и местностей, красной нитью проходит у Набокова, и именно в этом преломлении Саша Чавчавадзе рассматривает холодную войну: «Конечно, во многом Советский Союз был ужасен – я не настолько наивна, чтобы не знать этого. Но в то же время Соединенные Штаты тоже играли в эту игру, а это была игра, игра со спичками… Отношения между СССР и США мне представляются в виде симметрии. В этом проекте я ищу связь между прошлым и современностью». Работая над этим проектом, Саша углубилась в историю – и кто скажет, случайно ли то, что история ее семьи столь тесно переплетена с историей России и США? Среди экспонатов, как говорит Саша, - «осколки» жизни ее деда и бабушки, белоиммигрантов, поженившихся в Лондоне и переехавших в Америку. В их доме на Кейп-Коде, колонии американской интеллектуальной элиты на Атлантическом побережье, частыми гостями были писатели Дос Пассос и Эдмунд Уилсон. Дед Саши, Павел Чавчавадзе, написал 5 книг; одна из них рассказывает о том, как в 1854 году княгиню Анну Чавчавадзе похитил Шамиль. Бабушка Нина, будучи членом династии Романовых, сторонилась других сановитых иммигрантов. Сама Саша, воспитывавшаяся как нормальный американский подросток, тоже не особенно интересовалась своей родословной: «Это не имело никакого отношения к моей жизни – до недавнего времени. Теперь я очень заинтересовалась родом Чавчавадзе. Не то, что я хочу быть княгиней, – мой интерес исключительно исторический и метафорический». Возвращаясь к Набокову, Саша говорит, что ее интересуют метафоры драматических перемен, перетекающих из одной формы в другую: «На самом деле, эта история любого иммигранта». Может быть… Но, ведь, как говорится, кровь – не вода.