Ксенофобия в России<BR>Интервью с Николаем Буткевичем - 2004-04-22
«Тот факт, что преступников подвергают арестам, суду и наказаниям, говорит о значительном сдвиге в отношении к проблеме»
На этой неделе в вашингтонской штаб-квартире радиостанции «Свобода» состоялся брифинг директора «Союза советов по делам евреев в бывшем СССР» Николая Буткевича, посвятившего свое выступление оценке состояния ксенофобии в России. «Примеров проявления ненависти к иностранцам в России предостаточно, - говорит Буткевич. - Этому была посвящена конференция, состоявшаяся в марте этого года в Москве, на которой выступили многочисленные представители правозащитных групп и неправительственных организаций». Николай Буткевич указал на то, что в российской юриспруденции до сих пор отсутствует понятие “hate crime” или «преступление на почве ненависти», и до недавнего времени российские власти отрицали наличие проблемы, обращая внимание лишь на отдельные инциденты - нападения на выходцев с Кавказа, мусульман или евреев. Но не только меньшинства подвергаются дискриминации. Имеется немало случаев, когда жертвами становились русские в городах, где главные посты занимали представители меньшинств. «Положение, однако, меняется, - продолжает Буткевич, - и большая заслуга в этом принадлежит средствам массовой информации, которые все чаще сообщают об инцидентах, и милиции, которая начала арестовывать совершивших такие преступления лиц и подвергать их суду». Буткевич привел множество примеров, в том числе следующий: «Одно относится к 2001 году, когда примерно 150 бритоголовых совершили нападение на рынке в Ясенево, во время которого было ранено несколько торговцев. Убитых в этом случае, к счастью, не было. Из 150 нападавших только пятеро предстали перед судом, причем двух из них суд присяжных оправдал, включая организатора нападения, а другим рекомендовал легкие наказания». К сожалению, - отмечает Николай Буткевич, - обвинения выдвигаются по статье 282 Уголовного кодекса о подстрекательстве к действиям против отдельных лиц или групп, принадлежащих к определенным этническим или религиозным общинам. Хотя в российском уголовном кодексе есть более суровые статьи: 105 - за убийство и 111 - за нападения при отягчающих обстоятельствах». Но уже тот факт, что преступников подвергают арестам, суду и наказаниям, по мнению Буткевича, говорит о значительном сдвиге в отношении к проблеме. Очень полезным для россиян может оказаться американский опыт. На мартовской конференции в Москве неоднократно звучало имя сенатора Трента Лотта, лишившегося своего поста лидера большинства в Сенате после сказанной им фразы, хотя и не прямо выражавшей расовую ненависть, но и не осуждавшей подобную политику в прошлом. «Для российской аудитории, - сказал Буткевич, - это был наглядный пример». Не без сожаления Николай Буткевич отметил тот факт, что группы, проповедующие ненависть и нетерпимость, часто лучше организованы, чем правозащитные или неправительственные организации. Просвещение через информацию - очень важно: «Главные средства массовой информации, в основном, критикуют власти в этом вопросе и, таким образом, играют положительную роль. И, по сравнению с ельцинскими временами, критика, которая звучит сейчас, приносит плоды. Надо отдать должное и российскому правительству, которое активно реагирует на эту критику». Николай Буткевич привел результаты проведенного недавно опроса, согласно которому 25 процентов россиян негативно относятся к евреям и почти 40 процентов - к мусульманам.