Решение международного суда по Косово не изменит позиции США
О последствиях решения Гаагского суда для США рассуждает Брюс Джоунс
Поддержка Соединенными Штатами независимости Косова рассматривается экспертами, как один из противоречивых пунктов американской внешней политики. С одной стороны, администрация США всячески одобряла стремление косоваров к независимости, с другой – осуждала объявление независимости Абхазией и Южной Осетией. Изменится ли как-то официальная позиция США теперь, когда есть судебное решение о том, что декларация независимости не противоречит международному законодательству? Об этом и о будущем Косова в таком контексте корреспондент Голоса Америки Юлия Савченко спросила эксперта вашингтонского института Брукингс (Brookings Institution) Брюса Джоунса (Bruce Jones). Что решение международного суда будет означать для Косово? Для самого Косово это решение очень важно, оно ощутимо добавит уверенности в своей правоте тем, кто добивается повсеместного признания независимости. Я думаю, что после этого решения, многие государства, которые до сих пор не признали независимость Косово, теперь это сделают. Я не знаю, правда, как быстро это может достичь порога в 2/3 голосов, необходимых для признания Косово независимым государством на Генассамблее ООН. Для Сербии в свою очередь это практически означает точку невозвращения, после этого решения оспаривать законность независимости Косово Белграду будет трудно. Таким образом, вы считате, что можно ожидать заявлений многих государств о признании независимости Косово уже в скором будущем? Да, я думаю, что многие используют это решение как достаточный предлог для признания легитимности Косово. Многие страны просто ждали такого, если хотите, «зеленого света» от авторитетной международной организации. Эти государства до сегодняшнего дня проявляли осторожность и не хотели предпринимать действий, которые могли иметь нежелательные последствия и не соответствовали бы международному законодательству. Сейчас эти проблемы отпадают, и признать Косово становится очень удобно. Что это будет означать в более широком контексте для, скажем, бывших республик СССР, Испании и Китая, которые косовским прецедентом озабочены? Я не думаю, что будут какие -то огромные последствия. Формулировка международного суда очень сужена. Она не затрагивает каких-то общих принципов. Суд лишь признает, что нет формальных ограничений на провозглашение независимости в такой форме. Дальше этого определение не идет. Мы должны в данном случае проводить четкую разделительную линии между, с одной стороны, международным законодательством, а с другой – с принципами международной политики. Политическая поддержка независимости Косово не ограничивается принципам и мотивировкой, которыми руководствовался Международный суд в Гааге. Поэтому, я не думаю, что решение будет иметь какие-то ощутимые политические последствия. Это решение будет что то означать для США, в частности в контексте категорического несогласия Вашингтона признавать независимость Абхазии и Южной Осетии? Я не думаю, что правительство США как-то изменит свое отношение к этому вопросу. Такие решения принимаются в большинстве своем по политическим мотивам, международное законодательство для этого не слишком значимо – оно лишь налагает определенные ограничения. США и другие страны, которые поддерживали независимость Косово всегда подчеркивали, что, в их понимании, Косово – особенный случай, учитывая масштабы насилия и нарушения прав этнических групп. Может ли Россия воспользоваться решением суда и обвинить США в непоследовательности, приведя, скажем, пример Нагорного Карабаха, столкновения в котором бескровными назвать тоже нельзя? Россия должна быть в этом вопросе очень осторожна. Каждый пример, который Москва может привести в поддержку независимости, скажем, Нагорного Карабаха может обернуться против России в вопросе Чечни. Я еще раз хотел бы подчеркнуть, что надо проводить очень четкую линию между масштабами насилия и этнических чисток в Косово и всеми другими случаями. Чечня может, в какой- то степени, быть сравнима, но на этом, пожалуй, сравнения заканчиваются. Таким образом, вы считаете, что и после этого решения Косово будет рассматриваться как особый случай, а не как прецедент? У некоторых может, конечно, возникнуть искушение использовать это, как прецедент, но контраргументы в этом случае, скорее всего, будут очень сильными. Те, кто посчитают это прецедентом, скоро поймут, что опираться на решение суда для достижения каких-либо политических целей, в данном контексте, будет практически невозможно и для сеператистких устремлений в реальности не будет означать ничего. В российско-американских дискуссиях о разности трактовок сепаратизма это решение может обернуться каким-либо обострением? Думаю, что нет. Такой развитие было бы возможно в случае, если бы суд принял обратное решение и заявил о незаконности декларации косовской независимости. Вот тогда Россия могла бы попытаться поддержать усилия Сербии вернуть Косово, а Америка бы с этим категорически не согласилась. Тогда бы страсти могли разгореться. Но учитывая насколько специфична и узка трактовка суда, Россия вполне справедливо может заметить, что никакого прецедента это не создает. Это будет, конечно, больше американская линия, но в этом случае, России возможно будет даже выгодно этой линии придерживаться. Это, собственно, даже не в российских интересах вступать в ожесточенную полемику с Америкой по этому вопросу. «» : Высший суд ООН постановил, что провозглашение Косово в одностороннем порядке независимости от Сербии в 2008 году не противоречит положениям международного права. Албанцы вышли на улицы столицы Косово г. Приштина и отпраздновали принятие Международным судом заключения, обнародованного в четверг. Обязательной юридической силы заключение не имеет. Премьер-министр Косово Хашим Тачи назвал это решение «наилучшим возможным ответом для всего мира». Президент Сербии Борис Тадич назвал решение трудным для Сербии. По его словам, Сербия намерена продолжать бороться за возврат Косово любыми законными и мирными способами. Госсекретарь Хиллари Клинтон призвала все страны, не признавшие независимость Косово, сделать это. Она сказала, что Сербии и Косово пора на время забыть о существующих разногласиях и сообща строить лучшее будущее — будущее в составе Европейского союза. Журналист-международник cо стажем работы в России, Центральной Азии, Великобритании и США. На Русской службе "Голоса Америки" - с 2010 года. Освещает темы политики, международных отношений, экономики, культуры. Автор и ведущая программы «Настоящее время. Итоги»