Лесные пожары: скупой платит дважды
По мнению эксперта Гринписа Алексея Ярошенко, если российские леса останутся бесхозными, то нынешняя катастрофа может повториться
Сегодня тема номер один в России – это лесные пожары. Но если о природных причинах трагедии говорится много, то о недостатках государственного управления лесами – гораздо меньше. Вместе с тем, как считают эксперты международной экологической организации Гринпис, средств, которые Россия потратит на тушение пожаров и ликвидацию последствий, хватило бы не на один год существования полноценной государственной лесной охраны численностью в 20 тысяч человек. Подробности рассказал в интервью Русской службе «Голоса Америки» руководитель лесной программы Гринписа в России кандидат биологических наук Алексей Ярошенко. В какой степени можно говорить сейчас о субъективном, так называемом, человеческом факторе, проявившемся во время нынешнего природного катаклизма? Я думаю, если бы у нас в России велась нормальная государственная лесная политика, то ущерба от лесных пожаров в такой степени можно было бы избежать, во всяком случае, сократить их в 5-10 раз. И, самое главное, - избежать человеческих жертв. Миной замедленного действия стал, прежде всего, новый Лесной кодекс РФ, который вступил в силу в 2007-м году. Он в принципе не создает условий для существования лесного хозяйства. В частности, он вообще не предусматривает существования государственной лесной охраны. Раньше у нас работала система лесных обходов плюс централизованная система борьбы с крупными лесными пожарами. Сейчас всего этого нет. Кроме того, авиалесохрана теперь раздроблена на региональные подразделения, многие из которых фактически перестали существовать. Например, если во время существования единой системы авиаохраны лесов вопрос переброски авиационной техники из региона в регион решался в течение суток, то сейчас на подобную процедуру - переброску специалистов и техники из Сибири в европейскую часть страны - ушло несколько недель. Алексей, российские СМИ очень много пишут о лесных пожарах. А насколько, на ваш взгляд, объективный анализ дает пресса, насколько глубоко вскрывает причины произошедшего? Честно говоря, телевизор я практически не смотрю. Но вот из большинства наших печатных и онлайн СМИ, на мой взгляд, очень трудно понять, что же действительно происходит. Особенно в июле доля таких неправдоподобных сообщений была очень высока. И подобная, мягко говоря, неточная информация мешала правильно реагировать на ситуацию и принимать адекватные решения. Но такой упрек, можно сделать, не только прессе, но, например, и экологам. Ведь только в августе, несколько дней назад, на сайте вашей общественной организации появилось письмо советнику президента РФ по экономическим вопросам Аркадию Дворковичу по ситуации с лесными пожарами. Скажите, а можно было раньше прореагировать на эту угрозу, можно ли было предупредить нынешнюю экологическую катастрофу? Не только мы, но и многие ученые, специалисты лесного хозяйства предупреждали еще четыре-пять лет назад, что если Лесной кодекс в таком виде будет принят, то леса останутся бесхозными, и в ближайшие годы придет большая беда. В этом году опасная тенденция тоже начала проявляться рано. И мы сразу забили тревогу. Еще в апреле стали появляться очаги пожаров даже в лесопарковом поясе Москвы. Например, в Лобнинском районе десять дней длился пожар буквально в полутора километрах от бывшей конторы лесничества. Но Мослесхоз, руководителя которого сегодня наконец-таки уволили, тот пожар так и не заметил… В мае были еще катастрофические пожары во Владимирской, Ивановской, Рязанской областях. Они угрожали населенным пунктам. Однако и тогда власти не предприняли каких-то решительных мер. Уже тогда, по-моему, стало ясно, что наше государство в принципе не способно справляться с лесными пожарами. Сейчас многие в России сравнивают ситуацию в своей стране с соседними Беларусью и Украиной, где также много лесов, но лесных пожаров этим летом там гораздо меньше. Чем вы это объясните: более благоприятной дождливой погодой или более качественной организацией лесозащиты? В соседней Беларуси, особенно на юго-востоке, тоже до недавнего времени наблюдалась серьезная засуха. В Украине обстановка была еще тяжелее. Однако сейчас мы видим, что в Беларуси случаи крупных лесных пожаров единичны. Причем такие возгорания тушатся достаточно быстро. Серьезного ущерба нет. Причина очень проста: у нас официально ликвидирована лесная охрана, а лесное хозяйство существует только формально. А в Беларуси есть и лесная охрана, и лесное хозяйство достаточно мощное. Пусть это лесное хозяйство с точки зрения современной экономики не является идеалом, к которому следует стремиться, но оно сегодня работает. В Украине ситуация, я бы сказал, промежуточная. В Киеве идет череда реформ и пока наблюдается неопределенность, что дальше будет с лесным сектором. Но все равно, количество пожаров в украинских лесах на порядок меньше, чем в соседних – российских. Давайте сопоставим цифры. На борьбу с пожарами регионам в этом году российское правительство выделило ничтожную сумму в 2,2 миллиарда рублей. Для сравнения: на тушение пожаров в США на 1 гектар покрытой лесом площади выделяется 4,2 доллара, а в России – всего 0,033 доллара. Сравнение с соседями тоже не в нашу пользу: на ведение лесного хозяйства (что включает в себя и борьбу с пожарами) в Беларуси, к примеру, на 1 га леса выделяется 7,45 доллара США, в Казахстане - 1,05, у нас в стране – 0,55 доллара США. Алексей, и как, по-вашему, можно исправить ситуацию в будущем? Вот смотрите, сейчас, по самой минимальной оценке, на тушение лесных пожаров в масштабах страны нам требуется около 30 миллиардов. Поэтому главное, что может сделать государство, это привлечь для тушения дополнительные ресурсы, в том числе финансовые, ведь выделенные регионам средства давно уже иссякли. К сожалению, в этом году принципиально изменить ситуацию с пожарами уже не получится. Зато можно предотвратить повторение катастрофы в будущем. Для этого в стране необходимо воссоздать государственную лесную охрану, а также - единую систему авиационной охраны лесов. Штат российской гослесохраны, по мнению нашей экологической организации, должен включать не менее 20 тысяч человек, а ее единственная обязанность - состоять в охране лесов. Самое главное, лесная охрана не должна превратиться в очередное чиновничье ведомство с процветающим руководством и нищими инспекторами. Для этого она должна достаточно финансироваться из федерального бюджета, чтобы ее работники могли думать о выполнении своих задач, а не о том, где бы еще заработать на еду и другие первоочередные нужды. На обеспечение деятельности такой лесной охраны нужно, оценочно, 20 миллиардов рублей в год, дополнительно к тем средствам, которые сейчас выделяются на лесное хозяйство. Кстати, ущерб от одной только сгоревшей базы ВМФ в Подмосковье уже, по некоторым оценкам, составил 20 миллиардов рублей. А в относительно благополучном 2009-м году общие потери от лесного огня составил, по разным данным, от 30 до 40 миллиардов рублей. Так что скупой платит дважды, а то и трижды. Добавлю, что необходимо воссоздать единую систему авиационной охраны лесов и тушения крупных лесных пожаров (аналога бывшего ФГУ "Авиалесоохрана"), в том числе для обеспечения быстрой переброски квалифицированных сил и техники из «малогорящих» регионов в сильно горящие. И обязательно надо менять федеральное лесное законодательство. В нынешнем виде оно позволяет воровать, но не позволяет развиваться лесному хозяйству. И вы видите, что российская власть готова здесь что-то изменить? Нет, пока не вижу. Тот же Лесной кодекс – это продукт той самой законодательной, исполнительной власти, которую мы сейчас имеем. К сожалению, эта власть вообще не склонна признавать собственные ошибки. Однако наша задача все равно добиваться корректировки лесного законодательства и изменения системы управления лесами. Ведь если этого не сделать сейчас, то в ближайший жаркий и сухой год пожарная катастрофа в лесах России неизбежно повторится. Спасибо за беседу.