Журналистская этика в России
Андрей Рихтер: «Большинство населения нашей страны не имеет доступа к другим средствам массовой информации кроме телевидения»
Вопросы российского и американского законодательства в области деятельности средств массовой информации рассматривались на семинаре, проходившем в Институте региональной прессы в Санкт-Петербурге. Актуальную сегодня тему журналистской этики и заказных материалов, которые могут быть использованы властями в политических целях «Голос Америки» обсудил с директором московского Института информационного права Андреем Рихтером. Анна Плотникова: Андрей Георгиевич, в течение последнего времени на центральных российских телеканалах в «прайм-тайм» демонстрировались телесюжеты журналиста Аркадия Мамонтова. В одном речь шла о якобы шпионской деятельности сотрудника британского посольства в Москве и о связях с ним московской Хельсинской группы. В другом утверждалось, что на территории Украины якобы существуют пресловутые «тайные тюрьмы ЦРУ», где пытают заключенных из Афганистана и Ирака. И хотя доказательная сторона этих сюжетов весьма неубедительна, опросы общественного мнения свидетельствуют, что российские телезрители им верят. А что, с вашей точки зрения, представляют собой такие сюжеты – журналистское расследование, либо нечто другое? Андрей Рихтер: Скорее всего, это, конечно же, не расследование журналистское, потому что эти материалы основаны, либо на одном источнике, либо на однотипных источниках, то есть, не дается точка зрения другой и третьей стороны в подобного рода конфликтах. Это, скорее, имеет отношение к паблик релейшенс. И, на мой взгляд, public relations и журналистика должны быть разделены. А.П.: В таком случае, может, следовало бы предварять подобные «сюжеты» ремарками «частное мнение», либо «на правах рекламы», либо как-нибудь еще, как это делают в газетах? А.Р.: Ну, в отношении телевизионных сюжетов – мы видим, как они поступают… Следует воздерживаться от подобного рода материалов, естественно. И следовало бы, может быть, рекомендовать это делать другим телекомпаниям. Либо делать это в соответствии с нормами журналистского профессионализма и журналистской этики. А.П.: А случайно ли, по вашему мнению, появление сюжета о связях московской Хельсинской группы с якобы разоблаченными британскими шпионами накануне утверждения российского закона о некоммерческих организациях, и выдача в эфир сюжета о якобы существующих в Украине тюрьмах ЦРУ перед выборами в Верховную Раду? А.Р.: Я не верю в случайности. Я не думаю, что у нас вообще что-нибудь может случиться случайно – извините за тавтологию. Конечно же, создавая материал на ту или иную тему, журналист думает о последствиях и, может быть, даже предполагает последствия. А.П.: Если же власти Украины подадут иск по поводу сюжета о пресловутых тайных тюрьмах, а представители московской Хельсинской группы попытаются обжаловать в судебном порядке (что они, кстати, уже обещали сделать) репортаж об их связях с «британским шпионом» – будут ли такие иски иметь шансы на успех? А.Р.: Правительство Украины вряд ли может подать иск. Должностные лица могут попросить о реализации своего права на ответ, распространить сведения, которые, как они считают, соответствуют действительности через телекомпанию. Что касается Хельсинкской группы, то, если репутация этой группы задета, они вправе потребовать, и компенсации морального вреда, и распространения своей точки зрения. А.П.: Как вы считаете, вследствие чего российские зрители верят в подлинность подобных сюжетов, несмотря на очевидную их идеологическую и сфабрикованность? А.Р.: Ну, вследствие того, что большинство населения нашей страны не имеет доступа к другим средствам массовой информации кроме телевидения. Более того, если идет речь о телевидении, то огромная часть населения имеет доступ фактически только к Первому и Второму каналам российского телевидения. И это, конечно же, очень плохо для информационной обеспеченности этих граждан. А.П.: А уместно ли говорить, применительно к современной российской журналистике, о таких понятиях, как «профессиональная этика», «моральные критерии» и «общественное осуждение»? Между прочим, на некоторых форумах в «Рунете» высказывалась точка зрения, что господин Мамонтов становится в профессиональной среде «нерукопожатной фигурой». А.Р.: Этот так. И, конечно же, вопрос этики – это неотъемлемая часть журналистики, это должно быть неотъемлемой частью журналистики. Это неотъемлемая часть журналистики везде. Проблема заключается в том, что в нашей стране, к сожалению, о журналистской этике забыли – прежде всего, журналисты забыли. И это сказывается, не может не сказаться на престиже самой профессии журналиста и на доверии граждан к журналистике. И результатом этого станет безусловно то, что при любом наступлении на свободу прессы граждане будут поддерживать такое наступление, потому что в их сознании свобода прессы – это свобода делать безответственные заявления.