Круг замкнулся
Сразу после развала СССР наметились линии атаки и раскола, направленные против бывших «союзных» в пределах «нерушимого»
Когда Косово провозгласило свою независимость, в числе наиболее упорных противников этого шага оказалась Россия. Вроде бы предсказуемо: люди, живущие в стеклянных домах, не должны бросать камни. У России за плечами, а может и не совсем еще за плечами, кровавый опыт Чечни. Чужой пример может оказаться заразительным для своих. Вот только странно, что сама Россия такие примеры подавать не стесняется. Сразу после развала СССР, помимо уже пылавшего в ту пору Нагорного Карабаха, наметились линии атаки и раскола, направленные против бывших «союзных» в пределах «нерушимого»: Приднестровье, Крым, пограничный спор с Эстонией. Но больше всего бед выпало на долю Грузии. Вначале — кровавая война в Абхазии с небывалыми со сталинских времен этническими чистками, затем и до сего дня — Южная Осетия. Говоря языком школьной математики, эта система уравнений с заданными условиями решения не имеет. Либо провозглашать свою независимость и выход из состава можно всем, либо никому. Иначе получается так называемый «двойной стандарт», в котором кремлевское руководство неустанно обвиняет США и их союзников. Но обвинять другого в «двойном стандарте» и самому его практиковать — это уже лицемерие в квадрате. Крапленая колода была введена в игру, как очевидно уже из вышеперечисленного, еще при администрации Бориса Ельцина, который предложил всем брать автономии сколько унесут, но почему-то не распространил это правило на Чечню с ее большинством коренного населения. А вот Абхазии, с ее меньшинством, была оказана помощь. Огромный постколониальный и постимперский опыт, накопленный за прошлое столетие, России бы очень пригодился, если бы к нему присмотрелись. Основное правило, вызубренное участниками этого процесса, гласит: границы не пересматриваются. Это отчетливее всего видно на примере Африки, где практически любая страна могла бы предъявить территориальные претензии к любой другой, но все боятся шелохнуться, понимая, чем это чревато. В Африке и без того кровопролития достаточно. И тем не менее Россия, одно из постсоветских государств, никогда в нынешних границах не существовавших, всячески провоцирует такой процесс пересмотра. В мотивировках многих внешнеполитических действий России легко усмотреть стандарты, которые куда более многослойны, чем просто двойные. Если она действительно хотела помочь осетинским, абхазским или сербским (нужное подчеркнуть) братьям, то почему столь прохладно встретила эшелоны этнических русских беженцев из Средней Азии? А уж если все-таки речь об осетинах, нельзя ли было чуть побережнее вести себя в Беслане? Не так давно Россия вместе с Китаем помешали остальным членам Совета безопасности ООН ужесточить санкции против Зимбабве. Стоящий во главе Зимбабве президент Роберт Мугабе, фактически уничтоживший экономику страны, проиграл недавние выборы, но остался у власти с помощью силовых приемов. Россия, тем не менее, уважает суверенитет Зимбабве. Но для Грузии, как и для многих других, она делает исключение, не только попирая ее суверенитет, но и требуя, чтобы законно избранный, как к нему ни относись, Михаил Саакашвили ушел со своего поста. Иными словами, она хочет увенчать вторжение государственным переворотом. Этот сценарий уже однажды разыграли в Афганистане. Ко всему прочему российские СМИ перешли на режим несоответствия фактам, примерно идентичный существовавшему в СССР. В частности, активно насаждаются слухи о том, что Грузия выступила против Южной Осетии по наущению США, и тщательно скрывается тот факт, что выступлению предшествовала массированная провокация. Известно, что блуждание в лесу без ориентира обычно выводит странника на собственный след и круг замыкается. Хорошим стандартом в такой ситуации мог бы послужить компас.