«Большая восьмерка» и российская демократия. Мнение экспертов
Эндрю Качинс: путинская «суверенная демократия» не имеет ничего общего с демократическими принципами «Большой восьмерки».
Россия недавно заняла по ротации председательство в «Большой восьмерке», и это вызвало дискуссию в США по поводу того, разделяет ли Россия гражданские ценности других индустриальных стран этой организации. В то время, как министры финансов «Большой восьмерки» совещались в Москве по вопросу энергоносителей и другим глобальным проблемам, государственный секретарь США , выступая по американскому телевидению, заявила, что «процесс демократизации в России забуксовал». В качестве примера она выделила меры по ограничению деятельности неправительственных организаций и газовый конфликт с Украиной. «Закон об НПО, равно как и использование энергоносителей в качестве оружия против Украины, – сказала г-жа Райс. – Россия сейчас председательствует в «Большой восьмерке», и мы надеемся, что она поведет себя так, как подобает руководителю этой организации». Руководитель американского внешнеполитического ведомства подчеркнула, что Россия – как ее правительство, так и общество – должна в полной мере интегрировать в жизнь демократические ценности, присущие странам «Большой восьмерки». Специалист по России , сотрудник вашингтонского Фонда Карнеги за международный мир, считает, что развитие российской демократии соответствует интересам индустриально развитых держав: «Вопрос о том, почему мы должны быть озабочены состоянием демократии в России, сводится к следующему: как правило, процветающие демократические страны проводят менее агрессивную внешнюю политику и выполняют обязательства по защите прав человека». Первые шаги российской демократии в 1990-х годах ассоциировались с хаосом – мафиозными убийствами, обманом, коррупцией, нелегальной приватизацией и утратой международного престижа, напоминает Качинс. С тех пор президент Путин взял линию на «суверенную демократию», которая, по мнению Качинса, не имеет ничего общего с демократическими принципами «Большой восьмерки». Качинс считает, что Путин добился централизации власти путем ограничения независимости российских СМИ и политической оппозиции. Однако централизация не вернула Кремлю былой всеобъемлющей власти, считает аналитик вашингтонского фонда «Новая Америка» : «На деле из-за царящей в государственных структурах коррупции центральная власть бессильна контролировать большинство регионов России. Бюрократы орудуют в союзе с региональной элитой и местными предпринимателями. В результате многие исходящие из Кремля директивы на местах не выполняются. Анатоль Ливен и Эндрю Качинс согласны с тем, что благоприятные экономические условия способствуют созданию нового среднего класса в России, но расходятся во мнениях по поводу возможности осуществления демократических реформ. «Я считаю, что администрация Путина не демократична, – говорит Ливен. – Она искренне стремится к развитию. Но я сомневаюсь, что она выполнит свою программу: мешает коррупция, дефицит интеллекта и динамизма у бюрократической элиты и целый ряд других причин». «В Российской Федерации растет средний класс, и это вселяет оптимизм по поводу будущего страны, – считает Качинс. – Чем больше людей приобретают недвижимость, которую нужно беречь и защищать, тем больше они будут требовать более эффективных и прозрачных политических и юридических институтов». Качинс считает, что развитие прочной демократии в России потребует времени, и ее должны требовать низы. В краткосрочной перспективе участие России в «Большой восьмерке», полагает он, поможет ускорить процесс ее демократизации.