Когда президент уходит в отставку
Передача «Говорите с Америкой» 11 августа 2005 г.
Участники: , экс-президент Грузии , историк, независимый военный обозреватель, публикуется в пяти странах мира , первый вице-премьер – министр Кыргызской Республики, возглавляет комиссию по проведению инаугурации Президента КР Ведущая –  (в проведении передачи участвовал директор «Радио Алмаз» в Бишкеке ). : Когда президенты должны уходить в отставку? Оправдано ли изменение конституцию с целью продления срока президентства? Какое наследие оставляют президенты? Наш первый вопрос ко всем участникам программы: уход президента в отставку – это сдача позиции? Или сохранение собственного достоинства, или сохранение спокойствия в стране, или что-то другое? Как вы думаете? : Я думаю, что уход президента в отставку по указанным вами причинам абсолютно неоднозначен и по-разному может быть истолкован и обусловлен в разных странах. Потому что если уходит в отставку президент американский, это совсем не то же, что уходит в отставку президент Киргизии. Это неравнозначные величины. : Господин Шеварднадзе, ваше мнение? : Я полностью согласен с предыдущим ответом… В разных странах – разные ситуации. Иногда президент вынужден уйти в отставку. Иногда это проявление доброй воли для того, чтобы открыть дорогу молодым ребятам. Все зависит от того, какая ситуация складывается в стране. Разные ситуации и разная обстановка. : Господин Мадумаров, ваше мнение? : Это мужество очень большого политика, политика с большой буквы, каковым является Эдуард Амвросиевич Шеварнадзе, когда он понимает, что не только молодые, – каждое поколение имеет свои какие-то передовые, креативные мысли. И беда, трагедия того человека, который не понимает этого, и не считается с этим, и начинает сопротивляться. Против будущего сопротивляются исключительно безумные люди, я так считаю. : Практически все президенты стран Центральной Азии пытались изменить конституцию в целях продления срока своего пребывания на посту. И самым успешным на пространстве бывшего СССР оказался президент Туркменистана: он пожизненный президент. По мнению многих специалистов, Россия также пытается изменить конституцию, внести в нее поправку, чтобы продлить срок пребывания президента Путина на посту. Как вы думаете, Марк Штейнберг, оправдано ли это? : Конечно, нет. Я не сомневаюсь ни на единую секунду, что в большинстве случаев вот такое продление, закрепление президента на посту до его смерти, пожизненное, – оно идет только во вред государству. Что касается примеров, то можно предложить пример Ниязова. Он превратился из президента в самого настоящего средневекового тирана. Что же касается остальных, а в первую очередь, я думаю, нашим слушателям интересен российский президент, то в России, если судить в основном с военно-политической, военно-стратегической точки зрения, попытка закрепить власть одного человека, Путина, изменить конституцию, чтобы он после второго срока остался у власти, – она не оправдана. Она вряд ли принесет российскому народу не то что процветание, но даже элементарную стабильность. Это показали уже почти полтора срока его нахождения у власти. : И все-таки, почему же президенты стран бывшего СССР так крепко держатся за свои места? Г-н Мадумаров, как вы думаете, нет ли здесь проблемы преемственности? : Я думаю, что власть – это как сладкое: всегда будет притягивать. Но только слабый человек может попытаться до конца жизни оставаться у власти. А сильные люди, сильные политики, они, выполнив свой долг, выполняют конституционное требование и с достоинством уходят, чтобы открыть дорогу для следующих президентов. Я не думаю, что постоянное нахождение у власти того или иного человека способствует стабилизации, – особенно наше, старое поколение. Они привыкли говорить так: «Я не хочу, я устал, я хочу уйти от власти, но держусь у власти ради народа, ради спокойствия, ради стабильности». Я думаю, что в этом случае они очень сильно лукавят… Может быть, они считают, что народ это правильно поймет, но хотя бы перед самим собой они должны признаться в том, что они лукавят, очень сильно лукавят. : Полномочия президента Назарбаева истекают в январе 2006 года, однако дату выборов до сих пор так и не объявили. И Булат Абилов, спонсор казахской оппозиции, в интервью «Голосу Америки» на вопрос, почему же не объявлена дата выборов президента, сказал: это анекдотическая ситуация, когда до сих пор Конституционный Совет и министерство юстиции Казахстана не могут точно назвать дату президентских выборов. «В нашей стране, – сказал он, – долгое время никто на этот вопрос ответить не может: почему не назначена дата выборов? Это говорит о том, что конституция писалась под одного человека – под Нурсултана Назарбаева. И все годы, пятнадцать лет он находится у власти, является президентом независимого Казахстана». И, как считает Булат Абилов, проблема состоит в том, что власть боится честных выборов. Что вы думаете по этому поводу, как вы можете прокомментировать это, Марк Штейнберг? : Если вы обратите внимание на пять постсоветских республик Центральной Азии, то в этих странах президент отошел от завоеванной, так сказать, им власти только в одной – в Киргизии. И он ушел не добровольно, а потому, что там произошел государственный переворот, Остальные все президенты, все четыре, очень четко понимают, что их уход от власти, безотносительно от того, кто станет их преемником, будет крушением не только военно-политической, военно-стратегической линии, которую они выстроили, но он несет прямую угрозу их собственной безопасности и благополучию. И они держатся за власть не только по той причине, что любят находиться на высоте и имеют какие-то интересы. Там не меньшее значение имеет то, что уход президента от власти в значительной степени угрожает самой его жизни. И вряд ли его преемник захочет и сможет (все-таки это Азия!) обеспечить его благополучие и безопасность. : Я могу перебить предыдущего оппонента?.. Марк Штейнберг, вот посмотрите – двойной стандарт здесь просачивается…То, что Путин, если будет оставаться на следующий срок, – это ради стабильности России, и то, что Нурсултан Назарбаев будет оставаться на следующий срок – это как бы узурпация власти – я с этим категорически не согласен. Из государств Центральной Азии уж кто-кто, я думаю, но Назарбаев имеет право на это, если говорить о том, о чем говорит г-н Штейнберг. Почему? Потому, что Казахстан на сегодняшний день – самая процветающая страна, самая высокая зарплата, самая высокая пенсия, самые высокие новые технологии и инвестиции. Если исходить из логики г-на Штейнберга, я не должен делать различия между Путиным и Назарбаевым. Назарбаев как раз символ стабильности в Казахстане, и с именем Назарбаева связано нынешнее процветание казахского государства. : Г-н Шеварднадзе, что вы можете сказать по этому поводу? : Знаете что, разные бывают страны, и разные бывают ситуации. Например, в России… Я не верю, что если уйдет, допустим, г-н Путин, нельзя найти другого человека, которого можно избрать президентом. Это понятно, Россия большое государство с большими традициями, и вряд ли станет большой проблемой найти соответствующую замену. Здесь главный вопрос состоит в том, что нужно назначить выборы и определиться с кандидатурами. Что касается Казахстана или некоторых других республик Средней Азии, я смелее говорю, потому что сам ушел в отставку по собственной воле… потому что я сумел воспитать молодых людей, которые заняли мое место. В Казахстане и некоторых других республиках, допустим, в Узбекистане, не совсем такая же ситуация. Если после выборов придет человек, который займет другую позицию, категорически отличающуюся от той, что занимает г-н Назарбаев, или Каримов, или другие, это может изменить ситуацию. В Казахстане не такая страшная угроза фундаментализма, А например, в Узбекистане, несмотря на то, что мой друг Каримов применил силу против восставших людей, я это где-то и поддерживаю… Потому что отрицаю всякое кровопролитие, с одной стороны, а с другой стороны – если на место Каримова придет фундаменталист (а такая угроза реальна), тогда лучше, наверно, чтобы Каримов продолжал занимать пост президента Узбекистана. : Как относятся граждане США к своим бывшим президентам? : США - страна с огромным опытом демократического развития. Это великая культура – относиться к бывшим президентам с такими уважением. Я двенадцать раз встречался с Рональдом Рейганом, я до сих пор его уважаю и буду уважать, потому что он был действительно великий человек. Также я несколько раз встречался с президентом Бушем. Билл Клинтон – исключительно уникальный человек, очень одаренный. Это культура, которая воспитывалась десятилетиями. Уходит один президент, другой остается, но у всех американцев уважительное отношение к бывшим президентам. Поэтому придет такое время, когда и в Грузии, и в других республиках будет такое же уважительное отношение к бывшим президентам. : Тяжело ли быть экс-президентом? : Это очень тяжело, но это очень почетно. Я сейчас чувствую, что кое-что для своей страны, для своего народа я сделал. И я этим счастлив. А вообще это тяжело, безусловно, тяжело.