Итоги саммита ЕС-Россия в Самаре
По сути, это были переговоры о необходимости начать переговоры
В Самаре завершился двухдневный саммит Европейского Союза и России. Еще до начала нынешнего саммита многие обозреватели окрестили его «провальным», «неудачным» и даже «бессмысленным»… Что стоит за всеми этими эпитетами? Как оценивают в России итоги сегодняшней встречи в верхах? Вообще-то в России никто и не обольщался насчет результатов нынешнего саммита. Ведь это, по сути, были переговоры о необходимости начать переговоры. Есть, конечно, и какие-то положительные подвижки. Например, активизируется процесс перехода к безвизовому обмену между ЕС и Россией. Сохраняется – после вступления Литвы в Шенгенскую зону – прежний порядок проезда россиян в Калининградскую область. Наконец, Евросоюз, несмотря на все сегодняшние разногласия, остается ведущим торговым партнером России. Однако количество этих разногласий растет как снежный ком. Если вспомнить прошлогодний ноябрьский саммит России и Евросоюза, то тогда главным камнем преткновения был запрет на импорт польского мяса. В начале нынешнего года к этому добавилась проблема размещения в Польше и Чехии элементов американской противоракетной обороны. А теперь возник так называемый «эстонский вопрос». То есть мы видим, что от саммита к саммиту не только затягивается узел старых проблем, но и появляются новые. Вот это и должно заставить задуматься кремлевское руководство. В чем же российская сторона видит причины нынешнего кризиса взаимоотношений между Москвой и Брюсселем? Во-первых, в том, что Москве все сложнее находить компромисс в диалоге с новой объединенной Европой, которая значительно выросла за счет новых членов – восточноевропейских стран и стран Балтии. Ведь, строго говоря, диалог приходится вести не с государством, а с союзом государств, у которых пока нет даже единой конституции. И появится она не раньше 2009 года. Сегодня в Самаре глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Барросу еще раз подчеркнул, что проблема отношений России с любой страной ЕС является проблемой взаимоотношений со всем Евросоюзом. Действительно, легко представить себе, насколько сегодня усложнились бы любые переговоры между Россией и США, если бы Москва вела их с Вашингтоном и еще параллельно улаживала конфликты с Калифорнией, Техасом или, допустим, Коннектикутом. И при этом каждый штат выдвигал бы свои специфические условия. И в каждом штате уже в ходе переговорного процесса приходили бы к власти новые партии, новые лидеры… Во-вторых, российская политическая элита убеждена, что сегодня у нее появились дополнительные «энергетические козыри». Создан, по сути, новый нефтегазовый блок, который объединил Россию и бывшие советские республики Средней Азии. А потому, дескать, пришло время более жестко отстаивать свои национальные интересы в конкуренции с Евросоюзом. Правда, все-таки и в Москве сейчас звучат голоса самокритики: мол, и мы тоже не всегда адекватно реагируем на позицию наших соседей. Взять те же «газовые», «винные» войны или недавние хулиганские акции у эстонского посольства в Москве, откровенно нарушающие Венскую конвенцию. Но такие голоса все-таки малочисленны, зато преобладает мнение, что во всем виноват Вашингтон. Дескать, если бы не было Америки (ну гипотетически представим такую геополитическую ситуацию), то Россия давно бы нашла общий язык по многим спорным вопросам со Старым Светом. Правда, не совсем верится, что при этом Москва тем более не пыталась бы использовать свои энергетические ресурсы как рычаг политического давления или же не допускала тех многочисленных нарушений гражданских свобод, за которые ее сегодня все чаще критикует Евросоюз. Кстати, что касается «гуманитарных проблем», то нынешний саммит – не исключение. Канцлеру Германии Ангеле Меркель пришлось лично ходатайствовать перед Кремлем не запрещать проведение в Самаре «Марша несогласных». Такой марш действительно прошел по одному из бульваров этого приволжского города. Хотя и прошел достаточно скромно: он собрал несколько сот человек. Правда, многие информационные агентства сообщают о попытках правоохранительных органов под любыми предлогами не допустить приезда в Самару руководителей и активистов движения «Другая Россия». Известно, в частности, что ни Гарри Каспаров, ни Эдуард Лимонов прилететь в Самару так и не смогли. Но повторюсь, марш все-таки состоялся. И даже Владимир Путин, выступая на пресс-конференции, заявил, что лично ему такие марши несогласных «ничем не мешают». А что касается отношения рядовых российских граждан к деятельности «Другой России», то многие россияне сегодня – конечно, с подачи государственных СМИ – убеждены: все эти акции организуются на иностранные деньги, и власть правильно поступает, когда такие акции запрещает. Сильно переубеждать этих людей не стоит. Достаточно предложить им самим провести в своем городе, где в обозримом будущем не планируется никаких саммитов, любой, самый мирный пикет или демонстрацию, но с критическими (хотя бы по отношению к местным властям) лозунгами. Может быть, тогда их отношение к акциям оппозиции изменится. А заодно несколько изменится и отношение к самой проблематике конфликта между Евросоюзом и Россией.