Обзор печати от 1 марта 2007 г.
Диктатура закона против власти закона. Силовики: кто есть кто. Ответ из МИДа
Вслед за «Вашингтон пост», «Нью-Йорк таймс» и «Уолл-стрит джорнэл» о перспективах политического развития России высказалась газета  Постоянный обозреватель этого издания Труди Рубин, как и ее коллеги-комментаторы, отталкивается в своем анализе от недавней мюнхенской речи президента Путина. По ее мнению, будущее России во многом зависит от того, какая правовая система утвердится в стране. «После мюнхенской речи президента Путина, в которой он обрушился на США Штаты за гегемонию на мировой арене, не прекращаются разговоры о новой «холодной войне», – пишет обозревательница филадельфийской газеты. – У нас нет оснований беспокоиться о возвращении «холодной войны»: сегодня Кремль не обладает той мощью, какая у него была в 60-е годы. Однако усилия Путина по восстановлению российской мощи и его готовность бесцеремонно использовать ее заставляют обратить внимание на то, какого рода государственную систему он создает в России. После своего прихода к власти в 2000 году Путин пообещал установить «диктатуру закона». Он отверг (или не усвоил) принцип «власть закона». Это принцип означает равенство всех граждан перед законом, в том числе и официальных лиц. Вместо этого Путин ввел в практику «управление с помощью закона». На практике это означает, что закон используется руководством государства как дубинка для оправдания своих действий». «Кардинальный вопрос заключается в следующем: пойдет ли Россия, оправившись от постсоветской травмы, на сближение с Европой – или же будет развиваться по усовершенствованной модели нефтяного автократического государства Третьего мира? Трудно представить, чтобы без подлинной правовой структуры Россия превратилась в современную развитую страну. Когда спрашивают мое мнение, в каком направлении движется Россия, я отвечаю: это будет зависеть от того, когда российские лидеры усвоят принцип «власть закона», – пишет Труди Рубин в газете «Филадельфия инкуайрер». Вопрос о будущем России в очень большой степени зависит от расстановки сил в ближайшем окружении президента Путина. Ранее мы познакомили вас со статьей на эту тему в «Нью-Йорк таймс». Сегодня мы включили в обзор статью политологов Иэна Бреммера и Сэмюэла Шарапа из  Журнал опубликовал ее в своем последнем номере под заголовком «Силовики в путинской России: кто они и чего они желают». В общей сложности, по мнению авторов статьи, в Кремле насчитывается от двух до десяти различных группировок. Из них основных три: либералы, технократы и (самая влиятельная) – силовики. Наиболее видные фигуры в этой группировке – Игорь Сечин, заместитель руководителя президентской администрации, помощник Путина Виктор Иванов и директор ФСБ Николай Патрушев. Эти трое входят в число самых влиятельных лиц в России. Все они связаны с друг другом и с Путиным давнишними дружескими связями. К числу фигур второго ряда в группировке силовиков авторы статьи причисляют главу компании «Роснефть» Сергея Богданчикова и Виктора Черкесова, главу федеральной службы по борьбе с оборотом наркотиков. «Силовики контролируют более десяти государственных ведомств полностью и еще несколько частично», – говорится в статье. По мнению авторов, «возвышение силовиков определенно ставит серьезную проблему перед американскими политиками. В том случае, если один из членов этой группировки придет к власти в 2008 году, не исключен поворот России в сторону более антизападной внешней политики. Пока что еще рано предсказывать, кто станет наследником Путина, но по мере приближения выборов борьба между различными кланами в Кремле будет обостряться, и это конфликт может выплеснуться наружу. В каких формах – вопрос открытый. Тем не менее можно уверенно утверждать, что кто бы ни стал будущим президентом России, силовики сохранят свои позиции в Кремле», – пишут Иэн Бреммер и Сэмюэл Шарап в журнале «Вашингтон куортерли». Выступая в Мюнхене после речи Путина, министр обороны США Роберт Гейтс заявил: «Одной «холодной войны» было вполне достаточно». Эту фразу подхватил российский министр иностранных дел Сергей Лавров и поставил ее в заголовок своей статьи, опубликованной на дискуссионной полосе газеты  Шеф российского внешнеполитического ведомства опровергает, как он пишет, «тезис некоторых западных журналистов и политиков» о том, что Путин чуть ли не намеренно «разжег новую “холодную войну”». «То, что сказал Путин в Мюнхене, на самом деле не ново, – пишет Лавров. – Он не сказал ничего такого, что мы не обсуждали бы напрямую с правительством Буша, и ничего такого, о чем не шептались бы в политических кругах Европы и мира. Все свои заявления Путин озвучил именно на конференции, поскольку ему хотелось привлечь внимание всего мира и начать диалог о том, в каком мире мы хотим жить сами и какой передать нашим детям. Путин, как и многие другие, считает, что мир не может жить в условиях диктата какой-то одной страны. Сама история показывает, что многие пробовали это делать, но ни у кого никогда это не получалось». «Новая "холодная война"? – задает вопрос российский министр в газете «Вашингтон пост». – Конечно же, нет. Демократический мир, в котором сильная Россия сосуществует с сильными Соединенными Штатами, сильной Европой, сильным Китаем, сильными Индией, Бразилией и другими странами, – вот что предлагает строить Владимир Путин. И к этому предложению, право же, стоит прислушаться».