Убийство Хлебникова и российские СМИ - 2004-08-07
Журналист, нарушающий «неписаные правила», рискует жизнью
Убийство месяц назад в Москве американского журналиста Пола Хлебникова еще раз напомнило об опасности, грозящей журналистам в России со стороны закулисной коалиции между криминальными структурами, бизнесом и политиками. Каковы причины этой угрозы и как она влияет на российские средства массовой информации? Пола Хлебникова застрелили из проезжающей машины, когда он выходил из своего московского офиса. Ему был 41 год. Хлебников, потомок русских эмигрантов, много времени проводил в России. В последнее время он был главным редактором русской версии влиятельного американского журнала «Форбс». По-видимому, он считал, что благодаря этому посту он может чувствовать себя в безопасности. Московская журналистка  говорит, что это чувство безопасности должно было раздражать его недоброжелателей, кто бы они ни были: «У него было ощущение неуязвимости, которого нет у российских журналистов. Думаю, что одно это было достаточной причиной, чтобы преподать ему урок...». По словам Маши Гессен, в том, чтобы держать российских журналистов в состоянии страха, заинтересована действующая в тени коалиция между криминальными структурами, бизнесом, органами безопасности и, возможно, отдельными элементами из политического истэблишмента. Журналист, который нарушает неписаное правило и подвергает критике кого-либо из «неприкасаемых», рискует навлечь на себя угрозы, преследования, а порой рискует своей жизнью. «Этих «неприкасаемых» очень много, - говорит Маша Гессен, - их состав непрерывно меняется, как меняются и правила о том, что можно и что нельзя говорить о них. Эти правила широко обсуждаются, но они никогда не были зафиксированы на бумаге». По данным нью-йоркского Комитета защиты журналистов, Пол Хлебников стал пятнадцатым журналистом, убитым в России за годы президентства Владимира Путина. Сотрудник комитета, координатор по Европе и Центральной Азии  считает, что наибольшая опасность грозит тем журналистам, которые пишут о коррупции в правительственных сферах, об организованной преступности и нарушениях прав человека: «Эти явления, а также контрабанда наркотиков, оружия и женщин, широко распространены в России, но правительство, судебные органы и милиция не принимают против них серьезных мер». Американский журналист  из Гудзоновского института, специалист по российским органам правопорядка, добавляет, что опасно писать также и о состоянии некоторых из самых богатых людей России: «Крайне опасна тема денег, - подчеркивает он. - Если журналист раскрывает источники богатства, которое приобрел нечестным образом олигарх или бизнесмен, или показывает их связи с политической властью, его могут за это убить». По словам Дэвида Саттера, открытая критика правительства президента Путина тоже может принести журналисту неприятности, хотя в этом случае ему редко грозят физической расправой. Правительство применяет другие методы, чтобы заставить замолчать своих критиков, говорит Александр Лупис: «Когда Кремль хочет расправиться со СМИ, особенно с влиятельными телеканалами, он обычно прибегает к помощи судебных органов». Правда, российские власти утверждают, что такого рода меры применяются лишь для того, чтобы обеспечить выполнение законов о прессе или о налогах, и не имеют ничего общего с цензурой. Между тем Маша Гессен напоминает, что выражение политических мнений стало опасным занятием в России и что люди все менее охотно высказывают взгляды, которые могут показаться неугодными власти. «После опубликования моих статей с критикой Путина я получала угрозы, и неизвестные лица дважды проникали в мой дом, - говорит журналистка. - Причем оба раза мне ясно давали понять, что меня наказывают именно за эти статьи. Такого рода угрозы вызывают у меня чувство уязвимости». Аналитики считают, что даже если правительство непосредственно не причастно к актам насилия против журналистов, оно мало что делает для того, чтобы найти и наказать виновных. До сих пор не было предъявлено обвинений ни по одному из наиболее нашумевших дел. Александр Лупис считает, что безнаказанность в отношении убийц журналистов, по-видимому, идет на пользу правительству. «Беззаконие по отношению к журналистам, выступающих с критикой правительства, - говорит он, - является частью государственной политики в области СМИ. Она порождает у журналистов чувство уязвимости и склонность к самоцензуре, что чрезвычайно выгодно Кремлю: критикам затыкают рот, и правительство может почивать на лаврах...». Другие аналитики, как, например, Дэвид Саттер, убеждены, что правительство хотело бы привлечь к ответственности убийц журналистов. Однако большинство нападений совершается профессиональными киллерами, а заказные убийства в России раскрываются очень редко. Правозащитные организации, ведущие борьбу за свободу прессы, отмечают, что российские СМИ боятся нападений преступников и испытывают давление со стороны правительства. Поэтому они не могут свободно заниматься своим прямым делом - информировать и просвещать публику.