Женщины и космос: непростой союз
Женщины наравне с мужчинами делают все для того, чтобы космосом стал вторым домом для человечества
16 июня к МКС отправился «Союз ТМА-19». Довольно заурядное по меркам современной космонавтики событие было отмечено, тем не менее, двумя фактами, которые дадут ему больше шансов занять особое место в истории освоения космоса, чем полет к станции очередного «Союза», или «Прогресса». Во-первых, это была сотая миссия к МКС, а во-вторых, «Союз ТМА-19» доставил на МКС вместе с российским космонавтом Федором Юрчихиным и американцем Дугласом Уилоком еще одного члена экипажа станции – американку Шеннон Уокер. Уокер присоединится к своей соотечественнице Калдвелл Дайсон, уже находящейся на борту комплекса и таким образом впервые с начала пилотируемых полетов в космос на орбите в течение длительного времени будет работать экипаж, в состав которого будут входить две женщины. Таким образом, сделан еще один немаловажный шаг на пути полноценной интеграции прекрасного пола в процесс освоения космического пространства. Надо сказать, что, несмотря на традиционное восприятие обществом космонавтики, как преимущественного мужского вида деятельности, представители мира искусства уже на заре практического ракетостроения «включали» женщин в составы экипажей космических кораблей. Классический пример немецкий фильм «Женщина на Луне», снятый в 1928-29 гг. режиссером Фрицем Лангом. Затем был американский фильм «Запрещенная планета», вышедший на экраны в 1956 году. В этом списке нельзя не упомянуть произведение советского фантаста Ивана Ефремова «Туманность Андромеды», впервые опубликованное в 1957 году и экранизировано в 1967. Жизнь, казалось, шла по стопам искусства. В марте 1962 года, менее чем через год после полета Юрия Гагарина, из пяти девушек – летчиц-спортсменок аэроклубов была сформирована первая женская группа космонавтов. Слетать из них удалось лишь одной – Валентине Терешковой в июне 1963 года. Ее полет на одноместном «Востоке-6» проходил сложно. С заданием по ориентированию корабля она так и не справилась. При этом Терешкова довольно плохо себя чувствовала. Когда Валерий Быковский, летавший одновременно с ней на «Востоке-5» слышал по радио ее голос, ему казалось, что она плачет. По воспоминаниям историка космонавтики Ярослава Голованова, главный конструктор Сергей Королев буквально «кипел» в ходе полета Терешковой: «Чтобы я когда-нибудь связался с женщинами! – говори он. – Никогда!» И дома, когда вернулся в Москву, уже с добродушной улыбкой сказал Нине Ивановне (своей супруге – Ю.К.): «Запомни, детонька, бабам в космосе делать нечего!» И все же нужно отдать должное мужеству и стойкости Терешковой. Когда она говорила по телефону с политическим «отцом» советской космонавтики, руководителем страны Никитой Хрущевым, то бодрым голосом докладывала, что чувствует себя «отлично». Однако, по мнению летчика-космонавта Алексея Леонова, именно полет Терешковой заставил руководителей советской космической программы отказаться от мысли продолжить «женские» полеты в космос, хотя, справедливости ради следует упомянуть, что еще и в 1966 году в СССР рассматривался вопрос об отправке на орбиту многоместного корабля с чисто женским экипажем на борту. Но полет этот по ряду причин не состоялся. Была сделана попытка разбавить на орбите «сильный» пол «прекрасным» и в США. В начале 1960-х годов была набрана группа летчиц в количестве 13-ти человек для полетов по программе «Меркурий» (ее так и назвали «Меркурий-13» по аналогии с «Меркурием-7», состоявшей из семи человек группы первых американских мужчин-астронавтов). Увы, период существования «Меркурия-13» оказался еще короче, чем у их советских «сестер по космосу» – она была фактически распущена еще до полета Терешковой. Причина – предрассудки и… мужской шовинизм. Когда одна из членов группы Джерри Кобб добилась встречи с тогда еще вице-президентом Линдоном Джонсоном, он сказал ей следующее: «Джерри, если мы позволим тебе, или другим женщинам быть в космической программе, нам придется позволить то же самое черным, мексикано-американцам, да и вообще – всем меньшинствам. Мы просто не сможем этого сделать». «Плотину» из предубеждений, стоявшую на пути женщин, стремившихся стать космонавтами, по традиции первым прорвал Советский Союз. В 1982 году на орбиту отправилась в 8-суточный полет летчик-испытатель и чемпионка мира по высшему пилотажу Светлана Савицкая. В ходе этой миссии она несколько дней провела на борту космической станции «Салют-7». А в 1984 году отправилась уже в 12-ти суточный полет, часть которого также прошла на «Салют-7». В ходе этой миссии она также стала первой женщиной, вышедшей в открытый космос и первой – проведшей там сварку и резку металла. А в 1983 году следом за Терешковой и Савицкой на орбиту наконец-то отправилась американка Салли Райд (ходили разговоры, что на роль первой американки-астронавта ее выбрали из-за фамилии. «Райд» по-английски значит «ехать»). После этого полеты женщин на «шаттлах» стали довольно регулярным делом. Будничность сообщений об отправке очередной женщины за пределы атмосферы встряхнуло известие, традиционно пришедшее из России – впервые в истории космонавтики на длительную космическую вахту на борту орбитального комплекса заступила женщина. Елена Кондакова совершила 5-месячный полет на станции «Мир» в качестве бортинженера в 1994-95 гг. В мае 1997 года она вновь отправилась в космос, на этот раз на борту «шаттла», став первой женщиной в мире, летавшей, как на российском, так и на американском корабле. Пальму первенства космического «долголетания» отобрала в 1996 году у Кондаковой американка Шеннон Люсид, проведшая 188 дней в космосе, из которых 179 – на борту «Мира» (тогда же она установила американский рекорд непрерывного пребывания в космосе). Кстати, из всех семи американцев, совершивших длительные полеты на «Мире, именно Люсид, по общему мнению, лучше всего интегрировалась в российский экипаж, став своего рода «мамой» двум российским космонавтам, летавшим вместе с ней. После этого «женская» история космонавтики украшалась уже достижениями только ее соотечественниц. Эйлин Коллинз – первая женщина-командир «шаттла» (2005 г.). Кстати, это был также первый полет «шаттла» после катастрофы «Колумбии» в 2003 г. За ней последовала Пегги Уитсон – первая женщина-командир МКС (2007 г.). В том же году на орбиту отправился «шаттл», которым командовала вторая американка – Памела Мелрой. Интересно, что когда ее «челнок» пристыковался к станции, ей уже командовала Пеги Уитсон, что создало уникальную ситуацию в истории космонавтики – командирами всех одновременно летавших космических судов были женщины. В апреле 2010 года в ходе визита «шаттла» на станцию на борту МКС непродолжительное время работали целых четыре представительницы прекрасного пола. К настоящему времени с момента полета Гагарина в космосе побывали более полусотни женщин, из которых, увы, только три – россиянки. За всю же историю советской/российской пилотируемой космонавтики к полету готовились 18 женщин. Несколько лет назад, когда из отряда космонавтов ушла последняя – Надежда Кужельная, в нем остались только мужчины. Недавно в этот отряд пришла Елена Серова, у которой возможно когда-нибудь появится возможность стать четвертой российской женщиной в космосе. За статистическими цифрами стоят весьма непростые дороги, которые пришлось пройти женщинам, чтобы стать покорительницами космоса. Чисто с физиологической точки космос относится суровее к женщинам, чем к мужчинам – процесс вымывания кальция из костей в условиях невесомости идет у них заметно быстрее, чем у представителей «сильного пола». Кроме того, женщины более чувствительны к комфорту (или к его отсутствию), чем мужчины. Но, пожалуй, наибольшие трудности, с которыми приходится сталкиваться представительницам прекрасного пола в ходе космических миссий и подготовки к ним, связаны с проблемами морально-психологического характера. Об этом свидетельствует пример Лизы Новак – астронавта НАСА. В феврале 2007 года 43-летняя Новак – расставшаяся с мужем мать троих детей попыталась «разобраться» с помощью молотка, пневматического пистолета и веревки с 30-летней Колин Шипман, к которой собрался уйти бывший возлюбленный Новак – тоже астронавт НАСА, 41-летний Уильям Офелейн. Попытка не удалась. Новак была задержана и предстала перед судом. После этого случая даже американские специалисты вынуждены были признать, что женщинам профессия астронавта дается труднее, чем мужчинам, (хотя до инцидента с Новак подобное признание выглядело бы явной крамолой, способной негативно сказаться на карьере того, кто его сделал). «Женщинам приходится приносить больше жертв, чем их коллегам-мужчинам, – сказал доктор Джон Кларк, работавший когда-то врачом в НАСА. – Им приходится балансировать между двумя работами, одна из которых – быть матерью и женой, а другая – астронавтом... В отличие от большинства мужчин-астронавтов, им редко удается прийти вечером домой на все готовое». Кларк припомнил свой личный опыт, правда, более трагический, чем у Новак. Его жена – Лорел Кларк, тоже работавшая врачом в НАСА, погибла в 2003 году во время катастрофы «Колумбии». «Наша семейная жизнь складывалась непросто – ведь Лорел все время была в отъезде, а после еще и обогнала меня по служебной лестнице», – сказал он. Подобно тому, как дикий Запад никогда не был бы освоен без участия женщин, заатмосферное пространство никогда не станет средой обитания человека, если женщины не будут принимать участия в его освоении. Когда-нибудь космические миссии станут таким же обычным делом, как полеты на самолетах, но пока этого не произошло, можно лишь восхищаться теми женщинами, которые наравне с мужчинами делают все возможное, чтобы космосом стал таким же домом для человечества, как и Земля.