«Есть фундаментальная слабость в той политической системе, которая была создана Владимиром Путиным…»
Интервью с экспертом московского Института экономики переходного периода Кириллом Роговым
Более двух месяцев назад Дмитрий Медведев вступил в должностьпрезидента России, однако эксперты по-прежнему расходятся во мненияхотносительно его роли в российском политическом руководстве, точнее –относительно разделения функций между новым хозяином Кремля и его предшественникомВладимиром Путиным, ныне возглавляющим российское правительство. Своимиразмышлениями на эту тему с Русской службой Голоса Америки поделилсяэксперт московского Института экономики переходного периода КириллРогов. Уже второй раз в истории постсоветскойРоссии успешно завершена операция «Преемник». 8 лет назад ВладимирПутин пришел к власти как преемник Бориса Ельцина, а сегодня ДмитрийМедведев стал преемником Путина. Каково соотношение этих двух фигур внынешней российской политической системе? Оченьважно точно понимать, о чем в действительности идет речь. Вдвухтысячном году в стране была совершенно иная политическая ситуация,и слово «преемник» имело совершенно иное политическое содержание.Приходу Владимира Путина к власти предшествовала довольно острая борьбадвух властных группировок. Одну представлял Кремль, другую – союзПримакова и Лужкова. На парламентских выборах 1999 года другдругу противостояли несколько партий, апеллировавшие к электорату иконкурировавшие на электоральном поле. В этой борьбе Владимир Путинсумел утвердиться как лидер властной коалиции. Иное дело ДмитрийМедведев. Здесь мы имеем дело с совершенно иным типом преемственности.Медведев не вступал ни в какую борьбу, и никакие группировки ему непротивостояли. Он не выигрывал сам – в отличие от Путина, который невоспользовался рейтингом Ельцина, а вопреки низкому ельцинскомурейтингу, хотя и с административной поддержкой, сумел резко увеличитьсвой политический вес. Есть лишь один человек, благодаря которомуДмитрий Медведев занял то кресло, которое он занимает. Это ВладимирПутин. Нет никакой другой политической силы или группы интересов,которая поддерживала его бы в этом вопреки желаниям Путина. Тем не менее, сегодня многие обозреватели говорят о двоевластии вРоссии. Часто приходится слышать о том, что для российских чиновниковэто большая проблема: чей портрет вешать, на кого ориентироваться?Реальная это проблема или мнимая? Думаю, чтоопределенная проблема существует. Есть фундаментальная слабость в тойполитической системе, которая была создана Владимиром Путиным. Однаконикаких признаков двоевластия я не вижу, как не вижу и каких бы то нибыло признаков самостоятельности Дмитрия Медведева. Да и появлениятаковых я, честно говоря, не ожидаю. Правда, при определенныхусловиях, например, при ухудшении экономического положения в стране, танеустойчивость, ненадежность, кустарность, даже фантомностьполитической конструкции, которая была создана Владимиром Путиным длятого, чтобы «уйти, но остаться», – несомненно, даст себя знать. Тогдавозможны осложнения. Но я уверен в том, что их источником не будетДмитрий Медведев. Как, по-вашему, можно охарактеризовать режим, сложившийся при Путине и продолжающий существовать сегодня? Я бы назвал его полицейско-олигархическим. С экономической же точкизрения, в основе лежит проблема ренты – ее охраны, перераспределения ихранения. Конечно, это не олигархия в классическом смысле, потому чтоклассическая олигархия предполагает власть частного капитала. Этоименно образование полицейско-олигархического типа. Настоящейдиктатурой этот режим не является: доходы государства сегоднячрезвычайно высоки, и поэтому лояльности можно добиваться не толькосилой, но и покупкой. Этот механизм настолько эффективен, чтопозволяет режиму не применять силу и внешне выглядеть достаточнолиберально.