Компромиссы Таможенного союза
Что несет Таможенный союз предпринимателям России, Беларуси и Казахстана?
На этой неделе Независимая ассоциации предпринимателей (НАП) Казахстана обнародовала заявление, в котором говорится о том, что вступивший в силу с января Таможенный союз России, Беларуси и Казахстана является скорее политическим, нежели экономическим объединением. Бизнесмены заявили, что из-за ТС пострадает производственный бизнес Казахстана, так как «российские компании придут на казахстанский рынок со своими низкими ценами» и отечественные предприятия не выдержат конкуренции. Прежде всего, в НАПе РК беспокоятся за мелкий бизнес и за промышленность. «Уровень развития промышленности в России и поддержка со стороны государственных институтов России несопоставимы с нашими. Поэтому Казахстану в этом союзе определена роль только поставщика сырья», – считают предприниматели. При этом из России поступает информация, что по плану ТС должен принести всем трем государствам ощутимый доход уже в ближайшую пятилетку. «Интерфакс», ссылаясь на расчетные данные ученых РАН РФ, в качестве cуммарного интеграционого эффекта от создания Таможенного союза к 2015 году называет цифру в 400 миллиардов долларов и обещает повышение ВВП всех участников ТС до 15-20%. Может, казахстанским предпринимателям просто не хватает терпения? Павел Нефидов, гендиректор «Финансово-Банковского Совета СНГ» с офисом в Москве, заявления казахстанской НАП считает мерой упредительной, необходимой для привлечения внимания государства еще до того, как проблема даст о себе знать. Но даже если пока рано звать на помощь, значит ли это, что эта помощь не понадобится в будущем? По мнению главы Совета, столкновение интересов – естественный процесс для подобных объединений, и в нем каждая из сторон будет считать себя чуть-чуть ущемленной. Но если это чувство где-то и подтвердится на деле, то у каждого суверенного государства найдется набор инструментов, который не позволит провести лавинообразных изменений. «Не думаю, что может повториться ситуация подобно той, что развернулась, если не ошибаюсь, в 19 веке, когда в Индии появились англичане с дешевой тканью и погубили тем самым не выдержавших конкуренции местных ткачей, – рассуждает Павел Нефидов. – Возникновение союза – большой компромисс для каждой из его сторон, и самое главное для наднационального органа ТС – оперативно решать такие неувязки, приходить к так называемому плоду компромисса. Российская сторона тоже по целому ряду позиций пошла на определенные уступки и сейчас также в чем-то обнаружила ущемление своих интересов. Такие моменты свойственны и ЕС, и другим подобным объединениям. Если, к примеру, интересы экологов и рыбаков в Испании не совпадают, то руководством Европейского союза принимаются какие-то согласительные меры. Та же история продолжается с вступлением каждой новой страны в ВТО: по ряду позиций она выигрывает, но в то же время вынуждена мириться и с убытками в какой-то сфере. Над этими проблемами либо эффективно и оперативно работают, либо они растут». Павел Нефидов не разделяет скептицизма казахстанских предпринимателей по поводу судьбы мелкого бизнеса республики. На его взгляд, конкурентные преимущества у местных производителей окончательно не сотрутся. Зато страна получит открытый доступ к огромному рынку потребителей: «Величина рынка ЕС сегодня составляет порядка 450 млн, и эта цифра позволяет оставаться на плаву даже относительно нерентабельным программам. Та же тенденция со временем придет и к членам нашего ТС. Я ни минуты не сомневаюсь в том, что это выигрышное мероприятие для всех трех государств, так как даже еще до создания ТС у нас был налаженный товарооборот. Остаются сильными позиции молочных продуктов Беларуси на российском рынке, а Казахстан – сильный игрок на рынке зерна». Однако было бы наивно полагать, что процесс интеграции трех столь разных, пусть и соседствующих государств, пройдет гладко, без сучка и задоринки. Глава ФБС СНГ приводит пример советского «Госплана», в котором специалисты годами занимались планированием, но без неожиданностей все же не обходилось. «Все же я верю, что наднациональные согласительные органы ТС не позволят создать систему «или-или», – говорит Нефидов, – а со временем построят систему «и-и». Независимый экономист из Беларуси Сергей Чалый советует казахстанским, да и белорусским предпринимателям не торопиться с выводами. «Все решится летом этого года», – считает он. «Многое станет ясно 1 июля этого года. Примерно тогда будет обсуждаться механизм работы с так называемыми «чувствительными товарами», а в этом вопросе у каждой страны свои интересы. Если тогда станет ясно, что энергетические товары не являются товарами ТС, то я не вижу смысла двигаться дальше, – объясняет экономист. – В этом случае Россия просто покажет всем, что она не делает те вещи, которые декларирует. Обычно таможенные союзы создаются для снятия торговых барьеров, что повышает производительность и конкуренцию и в итоге приносит выгоду всем. Задача России в создании этого союза стояла не в том, чтобы увеличить конкуренцию, как она заявляет, а напротив – перенести все свои протекционисткие меры, принятые в прошлом году, на еще более широкую территорию. В 2009 году Россия избавилась от иллюзии того, что она меньше остального мира пострадала от кризиса и мало зависит от сырья. РФ в прошлом году вообще была чемпионом среди более или менее развитых стран по протекционистским мерам – примерно по 40% импорта стояли какие-либо ограничения. ТС как проект Путина был неожиданно озвучен, когда Россия была буквально готова войти в ВТО». Сергей Чалый считает, что в том виде, в котором сегодня существует ТС, он ни Беларуси, ни Казахстану особо не интересен: «Но они заинтересованы в следующем этапе интеграции, который может последовать за ТС – это создание Единого экономического пространства в 2012 году. И Белоруссию, и Казахстан по сути интересует одно и то же – возможность торговать своими энергоресурсами напрямую с поставщиками и сбыча продуктов конечной сборки. И если будет принято ЕЭС, тогда уже речь пойдет о создании чего-то, напоминающего общий рынок. Но ведь мы уже становились свидетелями того, как принимались отличные программы того, как «мы будем двигаться в сторону интеграции» и потом рушились через месяц после подписания. Так что предприниматели Белоруссии и Казахстана эти полтора года будут платить свою цену за то, чего в принципе может и не быть в итоге. Идея интеграции глубокая, но нет гарантии, что она осуществится до конца». Между тем, предприниматели Казахстана, радуясь плюсам Таможенного союза, не забывают загодя оценивать свои риски. К примеру, вице-президент НАП РК Тимур Назханов уверяет, что компании, которые занимаются производством промышленных камер для хранения скоропортящихся продуктов, подсчитали, что с новыми таможенными тарифами комплектующие для их товара подорожают в среднем на 20%. А значит, вырастут цены и на те продукты, которые хранятся в этих камерах.