История любви и мужества
Дайана Акерман рассказывает о своей книге «Жена директора зоопарка»
«В жизни меня восхищают и интригуют две вещи – природа и человек», – говорит поэтесса и натуралист Дайана Акерман. Эти два аспекта тесно переплетаются в ее новой книге «Жена директора зоопарка». Она посвящена истории гитлеровской оккупации Польши и ужасам Второй мировой войны, истории мужества людей, спасших от смерти более 300 узников варшавского гетто. Автор книги говорит: «Мне показалась чрезвычайно интересной эта практически неизвестная страница Второй мировой войны, и я решила рассказать о женщине, которая вместе с мужем спасла жизнь стольким людям". Сразу же после оккупации Польши гитлеровцы начали жесточайшую кампанию преследования евреев. Директор Варшавского зоопарка Ян Жабинский и его жена Антонина были христиане, поэтому гонения их не коснулись. Но расизм нацистов поразил их. Зоопарк был разбомблен еще в первые дни войны. Многие животные погибли. Жабинские решили использовать освободившиеся помещения, чтобы прятать в них бежавших из гетто евреев. Так Варшавский зоопарк стал одним из самых надежных убежищ в истории войны. Ян и Антонина Жабинские прятали беглецов не только в вольерах для животных, но и в своем особняке на территории зоопарка. Одновременно в укрытиях могло находиться до пятидесяти человек. Нацисты об этом не знали, они и представить себе не могли, что люди "неполноценной расы" скрывались в непосредственной близости от них. «В этом и заключалась гениальность Яна Жабинского, – продолжает Дайана Акерман. – Будучи опытным зоологом, он как никто другой понимал особенности маскировки. Он знал – хотя нацисты разгуливают по территории зоопарка, а рядом расквартирован их гарнизон, они никогда не заподозрят, что в доме с огромными стеклянными окнами кто-то прячется, или что маленький мальчик носит еду беглецам, а не львам, которых давно уже не было». Антонина Жабинская не просто прятала людей у себя дома и в зоопарке. Она считала, что несчастные должны вести достойную жизнь, рассказывает писатель: «Она устраивала концерты, выставки, просто посиделки для беглецов. Кроме того, дом Жабинских был переполнен самой невероятной живностью. Звери давали прятавшимся в доме людям тему для разговоров. Их непосредственность была ярким контрастом ужасам и жестокостям войны». В Варшавское гетто было согнано 380 тысяч евреев, из них мало кому удалось дожить до конца войны. Чета Жабинских спасла триста человек. Стоило ли писать об этом? «Стоит писать даже об одном спасенном человеке, – отвечает Акерман. – Жабинские спасали людей, рискуя собственной жизнью. И не только своей – подумайте, в операции по спасению участвовали и почтальон, и доставщики продуктов, и горничные… О тайных операциях знали многие, и все хранили молчание. Нам необходимо помнить, что героизм не обязательно ассоциируется с силой. Акты героизма, совершенные во имя милосердия, совершаются каждый день. Мы просто о них не знаем. Почему-то нам больше нравится подчеркивать худшие черты человеческой природы». Очень жаль, считает Дайана Акерман, ведь сострадание и сочувствие такие же сильные стороны человеческой натуры, как и склонность к насилию.