Памяти Бориса Ельцина: наследие внешнеполитического прагматизма
Эксперт фонда «Наследие», размышляет о достижениях и неудачах правления первого президента России
1 февраля первому президенту России Борису Николаевичу Ельцину исполнилось бы 80 лет. Сегодня, спустя 20 лет после распада СССР, еще раз стоит оценить его наследие. По-новому видятся его достижения, как внешние, так и внутренние. Став независимым государством в 1991 году, Россия столкнулась с рядом проблем в проведении внешне- и внутриполитических реформ, начатых при Михаиле Горбачеве. Система нуждалась в кардинальных изменениях после почти семидесяти пяти лет советской власти, заведшей страну и ее сателлитов в тупик. Борис Ельцин, первый всенародно избранный президент России, предложил тогда свое видение российского политического курса. Власть должна была быть основана на принципах демократии и уважения частной собственности, которые бы изменили роль России в мире. Ельцину было тяжело: рыночные и демократические реформы должен был осуществлять матерый коммунистический аппаратчик, кандидат в члены Политбюро. Несмотря на некоторые ошибки в реализации, это был правильный ход и единственный способ успешно сломать убыточную плановую экономику, интегрировать новую Россию в глобальные рынки и мировое сообщество. Распад СССР привел к экономическому коллапсу во многих бывших советских республиках, в том числе и в России. В магазинах катастрофически не хватало продуктов. Инфляция вышла из-под контроля. Администрация Ельцина пыталась провести радикальные рыночные реформы. Международные экономические институты, такие как МВФ, Всемирный банк, Министерство финансов США и их российские партнеры разработали политику для стран с переходной экономикой, которую иногда уничижительно называли «шоковой терапией». Но ничего лучшего противники рынка не предложили. Реформы начали показывать положительные результаты в 1996-97 гг., но азиатский экономический кризис и провал финансовой политики 1997-98 гг. вызвали серьезный экономический кризис и в России. В результате общественное мнение о Ельцине и его администрации во время его второго президентского срока ухудшилось. Тем не менее, исторический вклад в развитие России Бориса Николаевича Ельцина неоценим. Ельцин взял на себя руководство страной в момент усугубления кризиса сразу в трех плоскостях. Тогда Россия переживала политический кризис перехода от империи, имеющей влияние не только в республиках СССР, но и во всей Восточной Европе, к Федерации – национальному государству, вернее, многонациональному, но в котором русские впервые за две сотни лет составляли подавляющее большинство. Переживала страна и кризис экономический, переходя от централизованной плановой экономики к рыночной модели. Не менее болезненным стал кризис национальной идентичности – с переходом от понятия «советский народ» к понятию «граждане России». Страна должна была воссоздаваться заново. Несмотря на все трудности, Борису Ельцину удалось достичь положительных результатов в политических реформах, двигаясь от поздней советской авторитарной модели управления к нарождающейся демократии. Российское государство уже не было диктатурой. При Ельцине Россия пережила яркий этап освобождения, когда гласность по-настоящему ознаменовала собой свободу от цензуры. Еще в большей мере, чем при Горбачеве, представители оппозиции получили доступ к телеканалам и другим средствам массовой информации. Но до конца реформировать армию и силы безопасности и полностью перевести их под гражданский контроль ему не удалось. Еще одним достижением Ельцина в продолжении курса, начатого при Горбачеве, стало переосмысление отношений с Западом. Хотя сам Ельцин хотел видеть в Западе своего союзника, часть его кабинета противостояла налаживанию нормальных отношений с некоторыми странами СНГ и Восточной Европы. Но Ельцину удавалось «разруливать» зачастую непростые отношения, например, с Украиной. Несмотря на ряд значительных достижений в области контроля над вооружениями и нераспространения ядерного оружия, российские дипломатические отношения с США были зачастую напряженными из-за внешней политики России в ее «ближнем зарубежье». Проблемой, в частности, были вопросы политики России в части претензий на «сферы влияния» на постсоветском пространстве. К своей чести, Борис Ельцин успешно достиг наиболее убедительного императива постсоветского времени: политическое руководство России не применяло ядерное оружие и не передавало его государствам-изгоям. С другой стороны, коррупция и нищета позволили многим технологиям и специалистам «уйти» в такие страны, как Иран, где их применили для разработки баллистических ракет и ядерного потенциала. В то же время Ельцин не увидел возможности начать процесс присоединения России к Евросоюзу, а возможно, и НАТО (хотя в этих организациях особого энтузиазма принять Россию не наблюдалось). Достижения в продвижении демократии в сочетании с усилиями Ельцина по сокращению раздутого военно-промышленного комплекса России продемонстрировали приверженность первого президента мирным, демократическим преобразованиям постсоветской России. Демократические достижения правления Б.Н. Ельцина видятся сегодня в новом, актуальном свете. Но одновременно видна и его непоследовательность, например, неудача суда над компартией, отсутствие люстрации. Президент Медведев часто говорит о борьбе с коррупцией, но без реальной многопартийности, выборности должностей снизу доверху, независимых судов и открытых масс-медиа даже эти достижения могут быть сведены на нет, а страна отброшена назад, в царско-советское авторитарное прошлое. Ариэль Коэн, ведущий эксперт фонда «Наследие» по вопросам России, Евразии и международной энергетической политики. Директор-основатель Центра энергии, природных ресурсов и геополитики (CENRG) Института анализа глобальной безопасности, и Директор International Market Analysis – компании, занимающейся развитием бизнеса и политическими рисками в области энергии и природных ресурсов. Ариэл Kоэн учился в Гарвардском университете и получил степень магистра и докторат во Флетчерской школе дипломатии и права (Университет Тафтс).