Новости Голливуда: «Час пик-3»
Странная пара характеров пришлась по душе аудитории последний раз шесть лет назад
Бог любит троицу. Особенно этим летом. Особенно в Голливуде, где вопреки мрачным предсказаниям критиков (простите, собратья по перу!), третьи картины популярных франшиз, а по-простому – киносериалов, показывают неожиданно отменные кассовые результаты. Когда пишутся эти строки, третий «Час пик» еще не вышел на экран, но поручусь – сборы будут отменные. Сегодня студии думают, что нашли магическую формулу с третьими и более сериями полюбившихся зрителю картин. Тому свидетельство невероятные сборы третьих «Пиратов Карибского моря», «Человека-паука», третьего «Борна» («Ультиматум»), четвертого «Крепкого орешка» и пятого «Гарри Поттера». Теперь очередь за третьим . Его успех будет зависеть от того, сумели ли авторы (сценарий Джеффа Натансона, постановка Бретта Ратнера) найти какой-то оригинальный подход к странной паре характеров, пришедшейся по душе аудитории последний раз шесть лет назад. Если вы спросите меня, то мой ответ будет – если и нашли, то лишь отчасти. «Ультиматум Борна» поражает (даже серьезных критиков!) новизной манеры съемок, острым монтажом (4000 монтажных «склеек», конечно, цифровых по сегодняшним временам), невероятными трюками, снятыми так, что у тебя возникало ощущение, что ты прыгаешь вместе с Борном с крыши одного дома в окно соседнего. Это было достигнуто тем, что один каскадер прыгал, а за ним летел в то же окно другой, но с камерой в руках. В сериале «Час пик», как известно, самым главным каскадером является сам Джеки Чан, исполнитель одной из двух равноценно главных ролей – инспектора Ли из полиции Гонконга. Несмотря на то, что боевые сцены в стиле восточных единоборств сняты натурально и довольно болезненно для Чана (о чем свидетельствуют традиционные на финальных титрах срезки испорченных дублей), не покидает ощущение хорошо отрепетированного балета (что, впрочем, близко к правде). Но будем снисходительны. В отличие от «Ультиматума Борна» (никак не могу отделаться от ошеломляющего эффекта этого фильма!) «Час Пик-3» все-таки хоть и экшен, но главным образом комедия. И своим успехом сериал обязан в первую очередь не трюкам, а взаимодействию китайца Чана с американским чернокожим комиком Крисом Такером, играющим разгильдяя-детектива лос-анджелесской полиции Джеймса Картера. В первом эпизоде фильма мы застаем Картера дирижирующим движение транспорта на оживленном перекрестка в Лос-Анджелесе. Не знаю, все ли шесть лет со времени предыдущего «Часа пик» он занимался этим в наказание за какие-то грешки, но большим мастером не стал. И, естественно, его манера управления движением приводит к массовому столкновению автомобилей. Но их у нас в Лос-Анджелесе так много, что не жалко. В это время Ли приставлен охранять китайского посла Хана, который на совещании Международного криминального суда, проходящем в Лос-Анджелесе, делает доклад о китайской организованной преступности, находящейся под контролем таинственной организации «Триады». Киллер из организации тяжело ранит посла во время выступления. Ли пускается в погоню, а «совершенно случайно» оказавшийся рядом Картер присоединяется к нему. Ли настигает киллера, но в последний момент не стреляет в него – как, впрочем, и тот в Ли. Как мы узнаем позже, Ли и киллер (Хируеки Санада) связаны узами детдомовского братства. Поскольку первый фильм показывал нам Чана как рыбу, вытащенную из воды, без языка в Лос-Анджелесе, а во втором Такер был этой самой рыбой в Гонконге, то сценарист придумал для третьей серии неплохой ход: он отправил (не без смысловой натяжки) обоих в Париж, где почему-то свили гнездо эти самые «Триады» и где оба героя не в своей тарелке. Париж всегда Париж. И из него довольно легко выжать дополнительную динамику для сюжета. Что режиссер Ратнер и делает. Если в первых двух картинах сериала этнические различия между китайцем Ли и чернокожим Картером были обыграны на 120 процентов, то теперь юмор выжимается из того, что в глазах антиамерикански настроенных французов они оба – безъязыкие американцы. Этот прием дает возможность устами французского таксиста-шовиниста (Иван Атталь) слегка поерничать насчет американской политики в Ираке и других частях мира. Но и французам тоже достается. Особенно забавен знаменитый режиссер Роман Полански, играющий эпизодическую роль французского полицейского инспектора-садиста. Автогонки по красивым улицам и площадям Парижа перемежаются сценами в кабаре типа «Фоли-Бержер», где работает певицей и танцовщицей Женевьева (Наоми Ленуар), носящая в себе (точнее – на себе) тайну «Триад», что делает ее смертницей. Несмотря на то, что Женевьева малоприятная особа, хотя и экзотически красивая, наши герои бросаются на ее спасение. Кульминацией борьбы странной пары Ли-Картер с «Триадами» становится центральная экшен-сцена. Где она происходит? Угадали – на Эйфелевой башне! Кроме реальных и довольно опасных съемок на башне, предоставленной (за круглую сумму!) в распоряжение съемочной группы, дополнительные сцены были сняты на точной модели элементов башни, построенных на студии в Лос-Анджелесе. Благодаря современным компьютерным эффектам различить где что невозможно. Экзотика легендарного места действия и сохранившаяся за эти годы «химическая реакция» между актерами позволяют как бы не замечать того, что Джеки Чан солидно прибавил в возрасте и не столь легок в движении, как раньше, и что Крис Такер не вносит ничего нового в свою типичную манеру подачи текста высокой амплитудой голоса. Думаю, что есть рациональное зерно в том, что режиссера Бретта Ратнера считают знатоком его публики. То, что интеллигентному наблюдателю может показаться в его фильмах примитивным и даже глупым, массовой аудитории нравится. Я был на съемках этого фильма и видел, как Ратнер снимал более 25 дублей одного малозначительного эпизода. Возможно, в этом перфекционизме режиссера отчасти и кроется секрет коммерческого успеха «Часа пик». Первого, второго и, возможно, третьего.