Социальные сети и ЧП
Весной будущего года в Европе пройдут первые международные учения по использованию социальных сетей в чрезвычайных ситуациях
В США первые учения по использованию социальных сетей для оперативного сбора информации и оказания необходимой помощи в случае стихийного бедствия успешно прошли в Калифорнии в сентябре этого года. В основу этих учений была положена идея краудсорсинга (crowdsourcing – этот термин ввел Джеф Хау в июне 2006 г.), то есть использования массового сотрудничества, и применение карт кризиса, созданных с помощью геопространственных технологий (crisis mapping). Сэмюэл Бендетт, научный сотрудник Центра технологий и политических исследований в сфере национальной безопасности при Национальном университете обороны Министерства обороны США, ответил на вопросы «Голоса Америки» о новой концепции реагирования на чрезвычайные ситуации с помощью социальных сетей. Как получилось, что социальные сети приобрели столь значимую роль в реагировании на чрезвычайные ситуации? В последние годы кардинально поменялась информационная ситуация. Если 10 лет назад происходила какая-то катастрофа: землетрясение, наводнение, – то информация об этом была монополией государства. Пострадавшее население полностью зависело от этого. Сейчас у людей есть мобильные телефоны и доступ в интернет. Люди могут быть в социальных сетях, даже не находясь перед дисплеем компьютера. В кризисных ситуациях первое, что восстанавливается, это именно электронная связь. В результате люди из жертв превращаются в поставщиков информации. Значит, мобильные телефоны стали средствами оповещения о стихийных бедствиях и катаклизмах? Совершенно верно. Это настолько новое явление, что правительства многих стран мира, социальные структуры и оборонные ведомства еще до конца не поняли, каким образом использовать его в добрых, гуманных целях. Когда произошло землетрясение на Гаити, первое, что было восстановлено, это электронная мобильная связь. Люди еще находились под развалинами домов, их еще не спасли, но они могли отправлять СМС со своих мобильных телефонов. То же самое могли делать спасенные, сообщавшие информацию о положении в пострадавших районах: в рабочем ли состоянии дороги, есть ли электричество, питьевая вода и так далее. Это одна составляющая, а вторая – это люди, которые не пострадали. Они могут сообщать информацию о кризисе через социальные сети: Facebook, Twitter, другие социальные сети практически во всех развитых странах мира. Например, в России, огромное количество людей поддерживают контакты в «Одноклассниках». В результате образуется так называемое информационное облако (informational cloud), которое служит постоянным источником информации для всех. Но где гарантия, что это информационное облако заслуживает доверия, что это не вброс ложной информации? Верно. Сейчас происходит эволюция понятия «информационное облако» и его использования. В сентябре этого года в Калифорнии состоялись учения под названием «Упражнение-24», которые длились сутки. В социальных сетях был симулирован кризис – землетрясение у побережья Калифорнии с сильными разрушениями инфраструктуры, источников энергии и связи, большим количеством пострадавших. Реагирование на этот «кризис» концентрировалось на том, что и как об этом пишут люди в социальных сетях, и что из этого можно извлечь полезного для принятия мер по оказанию помощи и преодолению последствий катастрофы. Были задействованы недавно разработанные специальные компьютерные программы, которые сцеживают информацию этого информационного облака, разделяя его на главные компоненты. Какие это компоненты? Инфраструктура, энергоносители, водоснабжение, медицинская помощь и т.д. Из информационного облака извлекается тематическое ядро в зависимости от того, о чем идет диалог в социальных сетях, например, в городе на такой-то улице есть пострадавшие, туда нужно направить спасателей. Получается как у Ильфа и Петрова: спасение утопающих дело рук самих утопающих. По логике, то, о чем вы говорите, в первую очередь касается министерств и ведомств, которые реагируют на чрезвычайные ситуации, а также социальных служб. Между тем, этим сейчас интересуется Пентагон. Почему? Потому что во время землетрясения на Гаити самую организованную помощь оказал контингент десантных войск. Американский экспедиционный корпус высадился в Гаити, чтобы помочь почти развалившемуся правительству страны и неправительственным организациям. Помощь была настолько эффективной, что это вынуждены были признать и сами гаитяне, и международная общественность, включая тех, кто обычно косо смотрит на помощь военных. Раз речь идет об оказании международной гуманитарной помощи во время стихийного бедствия, есть ли необходимость в проведении международных учений для приобретения опыта использования социальных сетей и координации мер по реагированию на чрезвычайные ситуации? Такие учения уже запланированы. Калифорнийские «Упражнения-24» будут проведены в Европе весной будущего года. В них будут задействованы силы НАТО и стран Восточной Европы. Каких именно? Насколько мне известно, Венгрии и Польши, поскольку неправительственные организации этих стран участвовали в создании агрегирующих систем и сцеживании информации из информационного облака во время землетрясения на Гаити. Планируются ли аналогичные учения с Россией и другими странами СНГ? Пока нет, хотя такое предложение было бы логично, поскольку в этом регионе много пользователей мобильных телефонов и участников социальных сетей, способных служить источниками информации.