НАТО ищет новые пути сотрудничества с Россией
Постоянный представитель США в НАТО комментирует заключительное коммюнике брюссельского совещания альянса
В Брюсселе завершилась встреча министров иностранных дел стран НАТО. Курт Волкер, постоянный представитель США в НАТО, в телефонном интервью «Голосу Америки» разъяснил некоторые положения заключительного коммюнике этого совещания. Господин посол, поскольку вопрос о предоставлении Плана действий по членству в НАТО (ПДЧ) Украине и Грузии снят с повестки дня, будут ли использованы существующие комиссии с этими странами или однолетние программы в качестве альтернативных инструментов для присоединения Украины и Грузии к НАТО? На встрече министров иностранных дел стран НАТО в Брюсселе был сделан важный шаг вперед. Мы подтвердили все условия принятых в Бухаресте решений, согласно которым со временем Украина и Грузия станут членами НАТО. Мы также договорились не принимать решения о предоставлении этим странам Плана действий по членству в НАТО. Мы не обсуждали их заявления, сосредоточившись на продолжении сотрудничества в рамках комиссий «НАТО-Украина» и «НАТО-Грузия». Безусловно, нам предстоит оказать серьезную помощь в проведении реформ в этих странах. Комиссии сыграют в этом важную роль, позволив создать условия для того, чтобы в будущем можно было вернуться к вопросу о предоставлении ПДЧ. Так что решения, которые были приняты сейчас, помогут Украине и Грузии подготовиться к вступлению в НАТО. Российские СМИ сообщали, что во вторник в Брюссель выехал главный военный представитель России в НАТО генерал Алексей Маслов. Встречался ли он или постпред России при НАТО Дмитрий Рогозин с участниками министерского совещания Альянса, чтобы обсудить возобновление сотрудничества в рамках комиссии «Россия-НАТО»? Нет, во время совещания НАТО в Брюсселе 2-3 декабря никаких встреч комиссии «НАТО-Россия» на уровне послов не проводилось. Таких встреч не было со времени начала войны в Грузии в августе этого года. Генеральный секретарь НАТО Яап Де Хооп Схеффер заявил, что все члены альянса согласились возобновить диалог с Россией, подчеркнув, что этот диалог будет ограниченным и поэтапным. Что это означает? Это отражает нынешний статус отношений между НАТО и Россией. После российского вторжения в Грузию мы прекратили контакты с Россией на высоком уровне в рамках комиссии «НАТО-Россия». Не было никаких встреч на уровне послов или министров, поскольку военной кампанией в Грузии была поставлена под вопрос принципиальная основа нашего сотрудничества с Россией во имя безопасности. Однако мы приняли решение о необходимости продолжения неформального диалога с Москвой и обратились к Генеральному Секретарю НАТО с просьбой продолжать поддерживать личные контакты, с тем, чтобы сотрудничать с Россией в ограниченных рамках. Это нельзя считать восстановлением работы комиссии «НАТО-России» в полном объеме. Один из представителей европейской делегации в НАТО, пожелавший не называть своего имени, сказал «Аль-Джазире», что в этом вопросе позиция США отчасти объясняется стремлением Вашингтона наказать Москву. Так ли это? Абсолютно, нет. Никто никого не пытается наказать. В 2002 году, когда была создана комиссия «НАТО-Россия», мы питали большие надежды на развитие нашего сотрудничества на основе общих целей и принципов во имя укрепления безопасности. Действия России поставили под сомнение основы наших взаимоотношений. Это не означает полного прекращения всякой совместной работы с Россией. Ее, разумеется, необходимо продолжать, но уже по-другому. И мы ищем пути продолжения такой совместной работы. После терактов в Мумбаи высказываются опасения, что Пакистан может менее охотно вести борьбу против талибов в приграничных с Афганистаном районах. Готовы ли к такому сценарию страны НАТО? Теракты в Мумбаи продемонстрировали, что и у НАТО, и у Афганистана, и у Индии, и у Пакистана – общий враг: экстремизм, который не останавливается перед самыми жестокими актами террора и уничтожением мирного населения. Для того чтобы бороться с этим врагом, мы должны объединиться и максимально сотрудничать для обеспечения безопасности и условий нормального развития этих стран. Афганистан остается приоритетом НАТО. В первую очередь нам предстоит приложить дополнительные военные усилия для укрепления общественной безопасности в стране. Однако в долгосрочном плане наша задача – помочь Афганистану обрести самостоятельность, построить систему государственного управления, создать независимые общественные структуры, полицию и силы безопасности, обеспечить развитие экономики. Во время совещания в Брюсселе состоялась также встреча 26 стран-членов НАТО и семерки стран-участниц Средиземноморского диалога, где обсуждалась проблема борьбы с пиратами у побережья Сомали. В этом году они уже захватили 40 судов разных стран. Хватит ли у НАТО сил и ресурсов для разворачивания еще одной - антипиратской - миссии? Безусловно. Большинство операций НАТО – наземные. Наши военно-морские ресурсы используются относительно редко. Так что они - в нашем распоряжении. Альянс оперативно отреагировал на просьбу ООН представить флот НАТО для обеспечения безопасности судов Продовольственной программы ООН, доставляющих гуманитарную помощь в страны Африки. Весной 2009 года страны Средиземноморского диалога планируют расширить миссию по обеспечению безопасности морского судоходства за пределы региона.