Хлопонин и Северо-Кавказский федеральный округ
В новой должности Александр Хлопонин пробыл уже месяц. Какие пути решения проблем региона он успел наметить?
Прошло немногим больше месяца, с тех пор как Александр Хлопонин стал полномочным представителем президента в новом Северо-Кавказском федеральном округе. Несмотря на этот незначительный срок, полпред уже успел создать свою команду – в частности, выбрав двух заместителей, – и сделать ряд заявлений о плане будущих действий. Какие направления работы Хлопонина являются сегодня наиболее актуальными? На вопрос Русской службы «Голоса Америки» ответил президент Центра стратегических исследований и развития гражданского общества на Северном Кавказе «СК-Стратегия» Абдулла Истамулов: «Говорить еще рано, а единственная серьезная реформа, о которой говорил Хлопонин, – создание свободных экономических зон». А вот ответ Алексея Власова, главного редактора информационно-аналитического агентства «Вестник Кавказа»: «Я думаю, что главное направление – это социальная стабильность, развитие экономических проектов, направленных на подъем региона как единого социально-экономического кластера. Это, прежде всего, борьба с безработицей, коррупцией, преодоление клановых связей в политике». «В этом смысле Хлопонин просто интерпретировал те позиции, которые были озвучены во время последнего визита на Северный Кавказ Дмитрия Медведева», – считает Власов. Напомним, что Александр Хлопонин выступает за создание свободных экономических зон на курортах СКФО. Единственным налогом для местных компаний останется тогда НДС. Кроме того, они будут получать кредиты. Вместе с тем, инициатива 90-х годов со свободным экономическим пространством в Ингушетии ничего не дала. Кстати, Ингушетии, как и Чечни, нет в списке претендентов на возможные экономические преимущества. Абдулла Истамулов говорит, что «это направление правильное». Впрочем, он задается вопросом, как отследить денежные потоки. Неудачу Ингушетии в 90-х годах Истамулов связывает с коррупцией и надеется, что теперь появится шанс для успешной деятельности таких зон в СКФО. «На Кавказе средний уровень предпринимательства действительно выше, чем по России, – развивает свою мысль Истамулов. – Население очень способно. Если дать возможность развиваться малому бизнесу, предпринимательству, это очень хорошая идея». В оценке уровня предпринимательства на Кавказе с Истамуловым согласна Сулиета Кусова, председатель Общественного фонда развития культур народов Северного Кавказа, генеральный директор Центра этноконфессиональных проблем СМИ при Союзе журналистов России. «На Кавказе есть экономический потенциал, – говорит она, – и это, прежде всего, экономически пассионарные люди. Это горцы, кавказцы, всегда отмеченные умением экономически выживать в любых условиях, потому что сама среда их так воспитала». Кусова обратила внимание на то, что «Кавказ существует не в таком печальном экономическом положении, как констатируется». Что касается свободных экономических зон, то в них она не видит надобности. «Нужно только выполнить общие условия рынка и современной экономической модернизации, – предлагает свое решение Кусова. – Эти законы, – добавила она, – к сожалению, не работают не только на Северном Кавказе, но и по всей России. Они уже были и не дали эффективности ни в чем, кроме разворовывания средств. Думаю, что при условии их создания, на этот раз будет то же самое». По словам Кусовой, на Северном Кавказе «прекрасно существует и малый, и средний бизнес, фермерство, а уж вопрос промышленности и экономики – это задача федерального центра». Смогут ли включить СКФО в общероссийский комплекс? Заработает ли там промышленность? Кусова предлагает лучше ответить на эти вопросы. Если ответ отрицательный, «значит, будем жить на туризме и сельском хозяйстве», заключила она. Будет ли решение об экономических зонах принято? «Это вопрос об эффективности контроля, – продолжает тему Алексей Власов. – Здесь это зависит не от того, хороша или плоха сама по себе эта свободная экономическая зона, а в какой степени можно контролировать финансовые потоки, которые через нее идут. Думаю, что если Хлопонин здесь будет иметь достаточно ресурсов именно с точки зрения жесткого контроля за тем, как проходят средства через свободную экономическую зону, то в принципе ему удастся убедить центр в эффективности и целесообразности этого шага». Свободные экономические зоны создаются для развития туризма в регионе, заявлял Хлопонин. Однако не помешает ли этому проблема терроризма на Северном Кавказе? «Такие представления основаны на мифологии в общественном сознании», – полагает Салиета Кусова. По ее мнению, проблемы с терроризмом на Северном Кавказе в каждой республике свои. Это и вопрос градаций, подчеркнула Кусова: что считать бандитизмом, что – терроризмом? Да, насилие на Северном Кавказе есть, говорит она, но «даже в этой ситуации в Дагестане “Каспий” (санаторий – В. Л.) заполнен – не только дагестанцами, но людьми из соседних республик и из России. Санатории и турбазы не простаивают летом». Так или иначе, проблема боевиков, убийств на Северном Кавказе насущна. Какими ресурсами борьбы с терроризмом обладает Хлопонин? «Опираться Хлопонин может только на те методы, которые пока есть, – отвечает на вопрос Абдулла Истамулов. – Если брать за основу несиловые методы борьбы с терроризмом, экстремизмом, – для чего его и прислали сюда, – то во главу угла он будет ставить, разумеется, те методы, которые Ингушетия в последнее время взяла на вооружение. Это переговоры сначала, только в крайнем случае применение силы, это переговоры с политической оппозицией и с остальными. Я думаю, что параллельно будут существовать экономические и силовые методы – без силовых тоже не обойдется. А на кого будет опираться Хлопонин? Наверное, на тех, кто есть. Это люди от войны. Они другого ничего не знают, кроме как стрелять. Очень сложно будет им отвыкнуть от этого». Если силовые методы всем известны, то каковы упомянутые Истамуловым экономические методы противодействия терроризму? Их он видит в намерении Хлопонина снизить безработицу. «Я еще много лет назад говорил, что причины экстремизма на Кавказе – это на 90% причины экономические, – рассказывает Истамулов. – Когда людям есть, что терять, они не пойдут никуда». Правда, есть те, до кого и сейчас доходят «отголоски войны», «есть те, кто обижен силовыми структурами». Но, опять же, повторяет он, «есть очень много молодых людей, которые не могут себя реализовать и поэтому другого выхода не видят». «Они берут автомат, бегут в горы… – Им нужно работать», – заключил Истамулов. Противоположная точка зрения у Сулиеты Кусовой. Она не видит связи между терроризмом и безработицей. Вместе с тем Кусова говорит об «искусственно созданном дефиците рабочих мест». Она привела пример: «Есть село Гимры Унцукульского района Дагестана. Там несколько месяцев назад проводилась контртеррористическая операция. Я вернулась только недавно оттуда, и унцукульцы, увидевшись со мной, передали мне огромное количество материалов, где просто законодательно они добиваются компенсации за то, что их единственный способ добычи средств – абрикосовые сады (они аграрники) были залиты Ирганайской ГЭС, водохранилищем Ирагнайским. Практически, их лишили пастбищ, садов, не выплатили компенсаций. Они создали сайт правозащитный и вывесили лица ребят, которые ушли в горы. Да, конечно, там негде работать». Алексей Власов в свою очередь считает, что «на самом деле люди уходят в горы не только потому, что они не могут найти место работы». С его точки зрения, «здесь комплекс факторов работает. А создание рабочих мест – это, прежде всего, шаг к нормализации экономического положения в регионе, большинство субъектов которого относятся к дотационным». Пока заявления Хлопонина о борьбе с терроризмом носят общий характер. Таково общее мнение проинтервьюированных «Голосом Америки» экспертов. О заместителях полпреда – его соратниках, вместе с которыми Александр Хлопонин будет решать проблему столь непростого Северо-Кавказского федерального округа, знакомый с ними Абдулла Истамулов сказал: «Они очень хорошие менеджеры. Я встречался с ними, видел их. Думаю, что в плане развития, когда будут создаваться предприятия, какие-то программы, проекты, они очень пригодятся. Я не знаю, как они будут с боевиками воевать». А Сулиета Кусова убеждена, что «пройдет очень много времени, пока Хлопонин поймет, куда он попал и что ему делать».