Обзор печати от 2 февраля 2002 г. - 2002-02-02
Путину сулят судьбу Фухимори. Почему не состоялся апокалипсис. Рукописи не горят
Газета  опубликовала письмо в редакцию председателя совета директоров телекомпании ТВ-6 Бадри Патаркацишвили. Письмо прислано из Тбилиси, где в настоящее время находится его автор. В России Патаркацишвили разыскивает Генпрокуратура. Письмо является откликом на опубликованную в «Нью-Йорк таймс» на прошлой неделе редакционную статью под заголовком «Критикам Кремля зажимают рот». Статья была напечатана в связи с насильственным прекращением вещания телекомпании ТВ-6. «Ликвидация Кремлем этой независимой телекомпании была осуществлена с помощью тех же методов, какие использовал в свое время перуанский авторитарный правитель Альберто Фухимори, - пишет Бадри Патаркацишвили. - В 1997 году телестанцию «Фреквенсия латина» точно так же отобрали у ее владельца Баруха Ивчера. После того, как станция выпустила в эфир несколько критических передач о перуанской службе безопасности, Ивчеру был предъявлен международный ордер на арест. Сходным образом действовала и российская Федеральная служба безопасности, которая стоит за спиной президента Путина. За то, что НТВ и ТВ-6 освещали зверства, творимые в Чечне, она объявила им войну». «В результате Борис Березовский, Владимир Гусинский и я, владельцы независимых российских СМИ, вынуждены проживать за границей под угрозой экстрадиции на основании фальсифицированных обвинений, - пишет Б. Патаркацишвили. - Однако на этом аналогия не кончается. Как известно, режим Фухимори рухнул. Шеф перуанской службы безопасности Владимиро Монтесинос привлекается к уголовной ответственности и ожидает суда. А телестанция «Фреквенсия латина» возвращена ее законному владельцу». Подобная же участь, по мнению автора письма, ожидает и нынешних российских правителей: «Российский народ, - пишет он, - не допустит превращения своей страны в банановую республику». Книга принстонского профессора-политолога Стивена Коткина «Предотвращенный апокалипсис. Крах Советского Союза 1970-2000» возбудила острый интерес далеко за пределами академических кругов. Обширными рецензиями на нее откликнулись многие издания. В предпоследнем выпуске воскресного литературного приложения к «Нью-Йорк таймс» -  появилась большая аналитическая рецензия на работу Коткина. Ее написал профессор-историк Орландо Фихес, автор книги «Народная трагедия: Русская революция 1891-1924». «По любым меркам распад СССР является одним из самых драматических событий в новейшей истории, - пишет рецензент. - Величайшая грозная империя распалась и перестала существовать практически почти без единого выстрела. Это произошло за каких-то шесть лет - с 1985 по 1991 год, и так неожиданно, что даже сегодня, десять лет спустя, мы все еще не способны уразуметь происшедшее. Не можем мы также толком разобраться в общественном строе государств, образовавшихся на месте бывшего Советского Союза. Вероятно, сегодня еще не настало время для написания всеобъемлющей работы на эту тему, - отмечает Орландо Фихес. - К тому же книга Стивена Коткина представляет собой сборник критических статей и не претендует на исчерпывающий анализ, несмотря на амбициозное название». Стивен Коткин руководит в Принстонском университете кафедрой изучения российских проблем. Он - признанный эксперт в области истории советской индустрии. Неудивительно, что основное внимание он уделяет кризису советской системы центрального планирования. «Такой подход, - пишет рецензент «Нью-Йорк таймс бук ревью», - позволяет сосредоточиться на долговременных факторах, которые в конечном итоге привели к распаду СССР и обусловили последующий переход к рыночной экономике». Отмечает Орландо Фихес и слабые стороны книги принстонского профессора: «Автор явно недооценивает два важных фактора, которые сыграли весомую роль в крушении советской системы. Первое - крах коммунистической идеологии. Без этого невозможно понять, почему лишь очень немногие коммунисты были готовы сражаться за сохранение прежнего режима. Второй фактор - чисто человеческий или, вернее сказать, личностный: я имею в виду одну конкретную личность - Михаила Горбачева. Вначале последний советский генсек вознамерился реформировать коммунистическую систему. Но в какой-то момент осознал необходимость демонтировать ее таким образом, чтобы нейтрализовать возможное отчаянное сопротивление партийных ортодоксов». «Политическое маневрирование Горбачева было обусловлено желанием предотвратить гражданскую войну и карательные меры против стран Восточной Европы, которые могли бы повлечь за собой неисчислимые жертвы. Горбачева-политика можно сравнить с Колумбом: из высоких идейных соображений он преследовал одну цель, но, отказавшись от них, обрел нечто лучшее». «Не подлежит сомнению, что Горбачев - герой нашего времени», - заключает свою рецензию на книгу Стивена Коткина в «Нью-Йорк таймс бук ревью» профессор Орландо Фихес. поместила рецензию Мари Арана на недавно опубликованную в английском переводе повесть Леонида Цыпкина «Лето в Баден-Бадене». Эта повесть, вызвавшая сенсацию в американских литературных кругах, издана с предисловием известной публицистки и общественной деятельницы Сюзан Зонтаг. В основу ее сюжета положен один из эпизодов биографии великого русского писателя Федора Михайловича Достоевского. Но есть в повести и вторая, «вставная» линия, носящая автобиографический характер. Автор «Лета в Баден-Бадене» - московский врач Леонид Цыпкин до сих пор практически неизвестен у себя на родине. Рукопись писалась «в стол» в глухие годы брежневского застоя и незадолго до смерти автора была переправлена на Запад, где ее в конце концов удалось издать. «Эта маленькая, захватывающая воображение повесть объемом в сто сорок шесть печатных страниц, безусловно, изменит наши представления о русской художественной прозе ХХ столетия», - пишет рецензент «Вашингтон пост». По мнению Мари Арана, «книга Леонида Цыпкина встанет в один ряд с произведениями таких писателей, живших и работавших в жестких тисках советского режима, как Маяковский, Бабель, Пастернак, Булгаков, Солженицын, Цветаева, Войнович, Аксенов. Она утверждает те качества, за которые мы ценим художественную прозу: способность интеллекта отделять милосердие от отчаяния, правду от лжи, и - самое удивительное - сохранить от забвения рукопись, похороненную в письменном столе».