США на мировой арене в эпоху пандемии
О том, какие внешнеполитические задачи стоят сегодня перед США, «Голосу Америки» рассказал профессор Принстонского университета Гарольд Джеймс (Harold James, Princeton University) 
Внешняя политика США обусловлена целым рядом факторов и, в первую очередь, это касается Китая. Сейчас формируется определенный консенсус – это не только позиция Дональда Трампа – что Китай представляет реальную угрозу. Думаю, что мы сейчас наблюдаем сценарий нового типа «холодной войны», особенно с учетом развития информационных технологий, в направлении которых движется мировая экономика. Принимая во внимание выдающиеся достижения Китая в развитии информационных технологий, Китай воспринимается как угроза. Здесь я бы хотел провести историческую параллель с Великобританией и Германией перед Первой мировой войной. Тогда Великобритания самоуверенно считала, что контролирует ситуацию на мировой арене и упустила момент, когда Германия начала активно развиваться и превратилась в мощную индустриальную державу. Авторитарная Германия, бросила вызов британскому превосходству и это вылилось в серьезную гонку вооружений. Сейчас также происходит гонка, но в большей степени в сфере технологий, а не в области вооружений. Какого рода угрозу представляет Китай? Я думаю, что Америка чувствует, что уступает Китаю во многих отношениях. И есть что-то нервное в том, как американцы оценивают свое экономическое положение. Взгляните на то, что происходило в 1980-х – сейчас это выглядит абсурдно – тогда американцы всерьез говорили о противостоянии с Японией. Выходили книги, посвященные будущей войне с Японией… И я думаю, что если рассматривать отношения с Китаем с точки зрения уроков, извлеченных в 1980-х, то мы не должны допустить, чтобы наши отношения с Китаем были такими же взрывоопасными, какими они были между Соединенными Штатами и Японией. В этом смысле, сравнение Германии и Великобритании перед Первой мировой войной не совсем корректно, потому что у Германии тогда была большая производственная база и технологическое преимущество. Но Британия была мировым финансовым центром, как сейчас Соединенные Штаты, а Китай начинает опережать США во многих областях. Возможно, разумно считать его угрозой. Посмотрите, как Китай инвестирует по всему миру. Например, знаменитая программа «Один пояс – один путь» является связующим звеном между Евразией и континентальной Европой. Китай инвестирует во многие европейские страны. Большие инвестиции сделаны в Венгрии и Сербии, внутри Евросоюза и за пределами Евросоюза, в Центральной Азии, в Африке и Латинской Америке, в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Крупные китайские инвестиционные проекты реализуются в Пакистане и Шри-Ланке. Я думаю, это расценивается, как серьезный вызов. Считаете ли вы, что США добьются какого либо результата, блокируя работу китайских технологических компаний или вступая в конфронтацию с Китаем в Южно-Китайском море? Думаю, что это не изменит общей картины. Если США хотят укрепить свои позиции в области инвестиций, необходимо заботиться о развитии новых технологий, совершенствуя свою систему образования и решая внутренние проблемы страны. Я думаю, ошибочно стремиться ограничивать или запрещать чей-то доступ на рынок. Как вы относитесь к стремлению администрации Трампа запретить въезд в США партийным чиновникам и ограничить прием студентов из Китая? Я думаю, что это контрпродуктивно. Если США хотят сохранять влияние в мире, страна должна оставаться открытой. Университеты должны быть доступны для иностранных студентов. Конечно, сейчас много разговоров о шпионаже, и о том, кто первый получит доступ к информации о вакцинах и лекарствах от коронавируса. Но я не считаю, что это что-то решит. Если рассуждать о разработке вакцин или создании эффективного лекарства против коронавируса, то в этом участвуют много различных международных игроков. Эта работа ведется не только в США, но и в Великобритании, Германии, России и Индии… Работа идет во многих других странах, и здесь необходимо сотрудничать. Как вы оцениваете решения президента Трампа о выходе из некоторых международных договоров и организаций? Трудно ответить на этот вопрос, потому что это не очень последовательные действия. Например, если посмотреть на взаимоотношения с Китаем, то администрация Трампа хочет, чтобы Китай покупал американскую сельхозпродукцию, чтобы американские фермеры в ключевых избирательных округах голосовали за республиканцев и за Дональда Трампа. Поразительно, насколько непоследовательно поступает эта администрация. Иногда заявления администрации Трампа звучат так, будто они рассматривает Европейский Союз как угрозу, что, с точки зрения многих наблюдателей, выглядит довольно безумной идеей. Иногда она считает Россию угрозой, а иногда относится к ней как к союзнику, с которым можно иметь дело. Считает Турцию препятствием для урегулирования на Ближнем Востоке, а иногда демонстрирует необычайно тесные отношения с президентом Эрдоганом. Ни одна администрация не может быть полностью последовательной, но ни одна администрация, которая была бы настолько непоследовательной. И единственное, что кажется последовательным, так это то, что администрация не хочет быть униженной и не хочет рисковать репутацией, будучи вовлеченной в международные конфликты. Позицию администрации Трампа, которая не хочет втягивать нас в большие конфликты, положительно оценивают многие люди, которые, как и я, считают ошибкой вторжение в Ирак в 2003 году. Но, с другой стороны, боязнь быть униженной – странная позиция для страны, которая справедливо считает себя сверхдержавой. В некоторых статьях вы утверждаете, что Америка теряет лидерство в международных отношениях… Да, это связано с непоследовательностью политики и с разрывом трансатлантических отношений. Риторика в отношении Китая выглядит глупо и оскорбительно, когда президент говорит о «китайском вирусе» или употребляет расистские эпитеты. Как другие должны воспринимать политику Трампа, когда, говоря о вмешательстве России в выборы в США, деструктивных действиях России на Ближнем Востоке или опасных действиях Северной Кореи, Трамп регулярно общается с Путиным и заявляет о хороших отношениях с Ким Чен Ыном? Президент считает, что может более эффективно общаться с автократами. На ваш взгляд, каковы основные ошибки американской внешней политики? Мы недостаточно думаем о том, как развивается мир. И недостаточно задумываемся о том, как взаимодействовать с Китаем. Китай – это страна, которая, если с ней неправильно взаимодействовать, может и способна реально разрушить глобальное международное сотрудничество. Я думаю, что вся история человечества, начиная с 1945 года, это история о том, как возможно совмещать разные интересы. Можно легко вспомнить ситуации, когда обе стороны начинали преуспевать, благодаря сотрудничеству. У Китая есть серьезные проблемы, такие, как рост международного и внутреннего долга. И если задумываться о решении таких проблем, то очень важно возвращение Китая в систему международных отношений. Решение состоит не в том, чтобы попытаться наказать Китай или остановить его развитие. Сделать это невозможно. Опасность состоит в том, что динамика может выйти из-под контроля. И чтобы этого не произошло, необходимо выстраивать конструктивные отношения. Каким образом Америка должна демонстрировать свое лидерство? В первую очередь, это демонстрация открытости и диалог, поиск конструктивных решений в отношении глобальных проблем. Эпидемия коронавируса является классическим примером ситуации, для которой требуются глобальные решения. Советник президента США по торговле Питер Наварро говорит о том, что Соединенные Штаты стали зависеть от китайских поставок лекарств, и его идея заключается в том, чтобы Соединенные Штаты были более самодостаточны. В определенном смысле это справедливо, но не каждая страна может быть самодостаточной в производстве фармацевтических препаратов. Поэтому нам необходимо международное сотрудничество. Одна из причин того, что США так плохо справляется с эпидемией коронавируса, – конфронтационный подход. И выход из ВОЗ не очень оправданная стратегия в ситуации пандемии.