Взрыв в «Домодедово»: аресты по заказу?
В России арестованы четверо подозреваемых в причастности к теракту в "Домодедово"
В среду 9 февраля российские информагентства сообщили об аресте четверых подозреваемых в причастности к террористическому акту в международном зале прилета московского аэропорта «Домодедово». По данным газеты «Коммерсант», в числе задержанных – шестнадцатилетний Ахмед и двадцатилетняя Фатима Евлоевы (впрочем, об их возрасте поступают противоречивые сообщения). Суд выдал санкции на их арест сроком на два месяца. В качестве третьего задержанного назван 20-летний Адам Ганижев, однако суд не дал санкции на его арест из-за несоответствия установочных данных фигуранта дела его документам. Задержание Ганижева продлено на трое суток. Последним из сообщников террористов, которых правоохранительные органы обнаружили на данный момент, стал, согласно сообщению ИТАР-ТАСС, двадцатитрехлетний Умар Аушев. По версии следствия, он провожал смертника в Москву. Кроме того, агентство сообщает, что в ходе экспертизы на руках Ахмеда Евлоева найдены следы взрывчатки, идентичные с бомбой, которую подорвал террорист. Еще один вероятный соучастник теракта – Ислам Евлоев – объявлен в розыск. О его родственных связях с Магомедом Евлоевым сведений нет. Президент Ассоциации ветеранов антитеррористического спецподразделения «Альфа», депутат Московской городской думы Сергей Гончаров считает, что таким образом силовики отреагировали на приказ президента – «найти и доложить». «Попытались сначала доложить о раскрытии теракта – президенту не понравилось. Он сказал, что никакого результата не видит. Сейчас ищут дальше. А самый лучший вариант – это действительно арестовать родственников тех бандитов, которые якобы причастны к взрыву в Домодедово», – заявил Гончаров. Ветеран «Альфы» скептически отнесся к утверждениям о стопроцентно достоверном характере поступившей информации. По мнению Гончарова, суд может и не признать задержанных виновными. «У нас похожие ситуации были неоднократно и часто из зала суда таких людей просто освобождали», – напомнил Сергей Гончаров. По его мнению, реагировать в конкретном случае надо так, как реагируют все страны, где борются с терроризмом: если человек причастен к данному акту, он должен быть арестован, допрошен и предан суду. «А если этого человека привезли в отделение ФСБ или МВД и через два часа убили «при попытке к бегству» – сказал ветеран «Альфы». По словам Гончарова, у ингушских правозащитников действия силовых структур могут вызвать опасения. «Они могут спросить: почему арестовывают людей якобы ни в чем не повинных?» – подчеркнул он. На подобные вопросы должны, по его мнению, отвечать представители следственных подразделений, занимающихся данной проблемой на Северном Кавказе и, в частности, в Ингушетии. Эксперт Московского центра Карнеги, политолог Николай Петров полагает, что данное дело должно рассматриваться не обязательно как работа по раскрытию теракта, а, вполне возможно, как «некое политическое прикрытие». Как он понимает, конкретных доказательств того, что личность террориста-смертника установлена правильно, нет. «Есть только некая аргументированная гипотеза. Мы не мы можем судить, насколько она точная. Но в рамках этой гипотезы, наверное, политически удобно то, что террорист – человек из Ингушетии, а не из Чечни. Так раньше было удобно объявлять, что он имеет славянскую или южно-европейскую, но не чеченскую внешность», – считает эксперт. По мнению Николая Петрова, публичное обнародование таких действий едва ли можно назвать законным и политически целесообразным. Аналитику представляется вполне очевидным желание властей продемонстрировать, что корень зла – где угодно, только не в Чечне. «Я вполне разделяю обеспокоенность правозащитников Ингушетии, когда заранее объявляются виновными люди, которые могут, вообще говоря, не иметь никакого отношению к теракту», – подчеркнул Петров. По словам аналитика, презумпция невиновности нарушена фактом ареста этих людей, среди которых, возможно, есть несовершеннолетние. «Тем более она нарушена фактом публичного объявления причастными к совершению преступления родственников предполагаемого террориста», – отметил Николай Петров. В пресс-службе правозащитного центра «Мемориал» сообщили, что сотрудники центра на Кавказе информацией о задержанных не располагают. Аналитический центр Stratfor опубликовал аналитическую записку, в которой не исключается возможность того, что Доку Умаров – один из лидеров боевиков – взял на себя ответственность за теракт в Домодедово, чтобы поднять свой авторитет в глазах вооруженного подполья. «Как это ни цинично звучит, раньше было проще», – признался Сергей Гончаров. «Прежде был только один источник опасности – Чечня, – уточнил он. – Было ясно, кто там главный бандит, и, по крайней мере, можно было хотя бы предположить, что он собирается сделать», – подчеркнул ветеран «Альфы». После того, как терроризм распространился по всему Кавказу, едва ли можно говорить о какой-то координации действий террористов, считает Гончаров. – Сейчас в каждой республике – свои полевые командиры, есть истинные мусульмане и неистинные, есть ваххабиты и так далее. Каждый занимается своим бандитским делом и получает за это деньги из разных источников. Одни доят местных коммерсантов, другие – местных чиновников. Третьи получают деньги из-за рубежа», – таков вывод, сделанный президентом ассоциации ветеранов «Альфы». «Он уже давно никем не руководит», – так Сергей Гончаров отозвался о Доку Умарове. Напомним, что ответственность за теракт в «Домодедово», совершенный 24 января (в результате взрыва погибло 36 человек, около 180 человек получили ранения) взял на себя лидер северокавказских боевиков Доку Умаров. 8 февраля в Госдуме РФ состоялась закрытая встреча депутатов с представителями силовых ведомств, во время которой было объявлено о раскрытии теракта. Имя Умарова как организатора взрыва не называлось.