«Обреченность ТВ-6 была видна» - 2002-01-24
Интервью с российским историком и политологом Николаем Злобиным<br><i>Первая часть</i>
Последние события вокруг российского телеканала ТВ-6 вызвали большой резонанс за пределами России и, в частности, в США. Мы попросили прокомментировать их российского историка и политолога Николая Злобина. Николай Васильевич - старший научный сотрудник вашингтонского Центра оборонной информации и директор русскоязычного информационного агентства «Washington ProFile», также находящегося в Вашингтоне. Кроме того, он является главным редактором выходящего здесь же журнала «Демократизация». Николай Васильевич, в отличие от того, что происходило вокруг закрытия НТВ в апреле прошлого года, насильственная смерть ТВ-6 как будто бы не вызвала в России ни бурных споров, ни протестов. Чем вы это объясняете? Ну, во первых, я думаю, что политическое значение ТВ-6 гораздо меньше, чем значение НТВ в свое время. Во-вторых, ТВ-6 и все, что происходит сейчас вокруг этой станции, вписывается в ту политическую линию, которая продолжается уже на протяжении определенного времени и не представляет из себя никакого резкого или заметного события. Это еще один логический шаг на том пути политической эволюции, который происходит в России за последние два года. Поэтому я думаю, что какая-то обреченность ТВ-6 была видна. И то, что происходило, многие восприняли как закономерное явление, против которых сегодня нет сил. Как вы думаете, что ждет телевидение в провинциях, в областях? Вот «Вашингтон пост» опубликовала статью Маши Липман, московской журналистки, которая говорит, что по примеру Москвы теперь местные власти в Российской провинции будут поступать гораздо более решительно с прессой и подминать ее под себя. Я думаю, что Маша упустила тенденцию: Москва действует по примеру провинциальных лидеров, которые уже давно подминали под себя - и во многих районах, регионах подмяли - местные органы информации, местные средства массовой информации, в первую очередь телевидение и местные газеты. И Москва сегодня делает то же самое на федеральном уровне или в центральных городах. Эта проблема крайне важна. Сейчас мы лишились независимых федеральных средств массовой информации. Примерно год-два назад мы стали лишаться местных независимых средств массовой информации, но, к сожалению, на это было обращено очень и очень мало внимания. И главный инструмент для борьбы с независимостью местных СМИ был выбран то же самый: экономический механизм, а также ограничение доступа к информации. В России очень много разговоров по поводу свободы прессы: есть она или нет, и большинство уверены, что свобода слова, свобода прессы в России есть. И в качестве примера всегда выдвигается один и тот же аргумент: мы можем, говорят журналисты, свободно критиковать и ругать правительство Путина в газетах. И они всегда удивляются, когда во всех разговорах со мной я им пытаюсь объяснить, что критика правительства не является критерием свободы прессы, независимости, а критерием является беспрепятственный доступ к информации, которого российские СМИ не имеют. Они не могут получить информацию. Критиковать без информации - это недоказательно, это значит подрывать свой собственный авторитет, свою собственную репутацию. В результате вера в средства массовой информации падает, доверие к ним падает, а это, собственно говоря, и нужно властям. А вот необходимость борьбы за доступ к информации, мне кажется, российские средства массовой информации еще не осознали. И общество в России, мне кажется, к сожалению, не концентрируется именно на этом аспекте: сделать власти подотчетными обществу через СМИ, имеющие прямой выход к любой информации, которую эта власть производит: любые финансовые, политические и другие документы, как это принято в нормальной демократической стране.