Йеллоустоун: туристы в краю желтых камней
Каждый из нас хоть раз был туристом. Но далеко не все были йеллоустоунскими туристами
Допустим, вам и еще восьми сотням человек поручили, каждому на своем месте, охранять уникальный заповедник колоссальной величины. Парк под 900 тысяч гектаров. Вы должны охранять его так, чтобы к тому моменту, когда вы соберетесь на пенсию, геология, ландшафт и фауна заповедника не претерпели никаких изменений, не считая естественных, над которыми человек не властен. И, скажем, двести лет спустя после того, как здесь трудились вы и те, кто пришел вам на смену, благодарные потомки, оказавшись в этих краях, должны увидеть то же, что и вы, словно по описи, заверенной печатью. Как это сделать? Вы предлагаете наиболее эффективный способ: немедленно изолировать объект, поставить высокий забор, не пускать никого, кроме сотрудников, и распечатать заповедник целым и невредимым через двести лет – к приходу благодарных потомков. Но выясняется, что это неприемлемо. Парк не изолируют. Более того, каждый день, круглый год туда будут приезжать и неделями жить на его землях тысячи посетителей. Их всех тянет к заповедным красотам. Именно здесь они хотят отдыхать и развлекаться. Причем в безопасности и комфорте. За год их счет пойдет на миллионы... Так вот, вы прочли рассказ о Йеллоустоунe и об основной задаче Службы национальных парков США. Вопрос: можно ли выполнить подобную задачу в такой обстановке? Ответ: нельзя. Но она успешно выполняется. И в Йеллоустоуне, и в сотнях других парков по всей стране. Невозможное возможно при соблюдении важного условия: туристы должны относиться к заповеднику так же бережно – по зову сердца, как рейнджеры – по долгу службы. Туристы Йеллоустоуна, даже приехавшие на короткую автобусную экскурсию, обязательно получают некий минимальный набор сведений о заповеднике – либо от сопровождающих рейнджеров, либо читая статьи в Интернете, а также брошюры и надписи на стендах, либо в информационном центре. Эти знания нужны не только для расширения кругозора и собственной безопасности в парке, где бьют кипящие гейзеры и свободно разгуливают дикие, в том числе хищные звери, но и для безопасности самого парка. В общем, таким посетителям достаточно знать и соблюдать ряд «не»: не сходить с туристических троп в местах термальной активности, не приближаться к животным и не пытаться их чем-нибудь угостить, не разводить костров, не мусорить, не пачкать, ничего не ломать и не портить, не выносить из Йеллоустоуна «памятные» находки. Эти требования могут показаться ужасно скучными и очевидными, а некоторые – даже излишними в парке дикой природы. В каком-то смысле – ограничивающими свободу. Да и где от туристов этого не требуют? Но Йеллоустоун остается Йеллоустоуном. Во многом – потому, что здесь нехитрые требования соблюдаются абсолютным большинством приезжих. Неукоснительно, без принуждения и дополнительного контроля, на что не хватило бы никаких рейнджеров. Это абсолютное большинство понимает или ощущает, что они – случайные гости, а парк – великое достояние и национальное сокровище. Банально? Еще как! Но множество парков, лесов, озер и рек в некоторых странах (они не будут названы в нашем рассказе), погибли или гибнут из-за того, что, в первую очередь, граждане и власти этих стран живут по принципу «после нас хоть потоп». Тоже, кстати, банальному. Пытливые туристы, желающие глубже изучить Йеллоустоун, нуждаются и в намного более детальном инструктаже. Наконец, экотуристам, предпочитающим вообще уйти от благ цивилизации как можно дальше, необходима весьма серьезная теоретическая и практическая подготовка. В Йеллоустоуне возможность экотуризма существует, но пользуются ей немногие. Если попытаться более точно классифицировать йеллоустонских туристов, то можно условно разбить их на группы. Самая многочисленная группа. В Йеллоустоун приезжают из разных стран ненадолго и, как правило, один раз в жизни, потому что заповедник – лишь один из пунктов в обширном списке интересных мест, которые надо увидеть. Бегло осматривают главные достопримечательности. Домой едут с чашками и футболками, украшенными надписью «Yellowstone». В Йеллоустоун приезжают неоднократно. Многие живут относительно недалеко от парка и хорошо знают его географию. Стремятся запечатлеть на фото все пейзажи и зверей, встреченных на пути. Часто с помощью профессиональной фототехники, которую обычно используют репортеры информационных агентств и газет. Когда десять таких туристов снимают каких-нибудь высокогорных баранов, кажется, что бараны должны спуститься с горы и устроить пресс-конференцию. «Мы приезжаем дважды в год. В мае и сентябре. Это лучшее время для съемок животных, – рассказывает Дэйв Стрэйт из Монтаны, путешествующий со своей подругой Бесс Джордж. – Здесь просто потрясающе в эти времена года. Уникальность парка в том, что тут есть места, где такое большое скопление диких зверей. И не нужно тратить уйму времени на то, чтобы выследить одно-единственное животное». Домой такие туристы возвращаются с тысячами снимков и с твердым намерением опять вернуться в Йеллоустоун. Этих посетителей интересуют конкретные виды животных. Ради них они и приезжают в парк годами. Туристы знают повадки своих любимцев, места их появления и часами могут за ними наблюдать. В заповеднике известна большая и сплоченная группа любителей волков. Они успели дать клички чуть ли не всем серым в округе и способны безошибочно узнать каждого из них за сотни метров по мелькнувшему на горизонте хвосту. Члены группы состоят между собой в переписке. Они стараются всячески оберегать волков и выступают с инициативами по их защите. Домой едут, чтобы бороться в суде за право волков на жизнь. «Посмотрел бы я на этих любителей волков, если бы волки бегали у них во дворе! По-другому бы тогда говорили, – возмущается турист Гари Миллер. – Давайте еще пустим волков в нью-йоркский Центральный парк! В 1995 году сюда запустили другой вид волков, чтобы вернуть Йеллоустоун в первоначальное состояние. Они вытеснили более крупных, но малочисленных волков-одиночек, которые не образовывали таких больших стай. Говорили, что когда будет сто взрослых пар, разрешат отстрел для контроля численности. Сейчас уже триста пар, а защитники ходят по судам и добиваются запрета на охоту. А эти скоро вырежут всех оленей». У Гари неразрешимый идеологический конфликт с защитниками волков. Он примыкает к группе фанатов йеллоустонских оленей. И свой дом на колесах специально поставил в лагере, где олени ходят прямо рядом с трейлерами. У оленьих фанатов свои радости. Им, например, очень нравится слушать выразительные крики самцов в брачный период. «В первый раз я оказался здесь ребенком, – вспоминает пенсионер Миллер, – и с тех пор бывал в Йеллоустоуне всю жизнь. И каждый раз видишь тут что-то интересное, чего не видел раньше. И тебе никогда не надоедает сюда приезжать». Эти слова – лозунг еще одной группы туристов. Они не могут жить без Йеллоустоуна и ежегодно проводят здесь месяцы. Домой уезжать не хотят. Это, в основном, люди пожилые. Если молодые туристы платят 25 долларов с машины за недельный пропуск в парк, то тем, кому за 60, пропуск дается фактически бессрочный и за 10 долларов. Дестер Миллер, мать Гари Миллера, первый раз приехала в Йеллоустоун в 41-м – по работе. Парк тогда открылся для массового туризма. Гари в ту пору исполнился год. С тех пор миссис Миллер приезжает в парк регулярно. Скоро ей исполнится 92. «Как же восхитительно то, что здесь происходит, и то, что здесь сделано! Некоторые проезжают весь парк насквозь и ничего не видят, потому что у них нет времени. А вот если остановиться, побыть здесь, тогда ты понимаешь, какое чудо Йеллоустоун», – говорит Дестер Миллер. Увы, не все могут позволить себе долгие остановки и частые приезды. Но даже те, кто побывал здесь только раз, не забудут Йеллоустоун. И не потому, что горный воздух благотворно действует на память. Дело не в этом. Просто, увидев однажды, забыть Йеллоустоун невозможно.