Филип Дженкинс о будущем христианства
Кровавые религиозные войны прошлого по сравнению с религиозными битвами будущего покажутся детской игрой
В эти дни, когда многие предрекают превращение ислама в самую многочисленную мировую религию, известный историк религии и автор популярных книг Филип Дженкинс советует с такими пророчествами не торопиться. В своей футурологической книжке  [Philip Jenkins , Oxford University Press] он предсказывает иное развитие событий. К 2050 году, утверждает Дженкинс, в шести странах – Бразилии, Мексике, Филиппинах, Нигерии, Конго и США – будет более чем по сто миллионов христиан. В иных случаях много более. Например, по его расчетам, в Бразилии будет 150 миллионов католиков и 90 миллионов протестантов. В целом в Африке к югу от Сахары христиан будет значительно больше, чем во всей Европе. В мире будет более миллиарда пятидесятников, которые будут завоевывать беднейшие массы своим экстатическим вариантом христианства. Хотя недемократические, порой теократические, но христианские режимы Южного Полушария будут соперничать друг с другом за господство в своих регионах, они при случае могут и объединиться против общего соперника – ислама. К 2050 году двадцать из двадцати пяти крупнейших государств мира будут либо полностью христианскими, либо мусульманскими. Острыми конфликтами чреваты по меньшей мере десять точек на земном шаре. Несмотря на то, что общее число христиан в мире будет превышать общее число мусульман, побеждать в региональных войнах будут скорее мусульмане, поскольку именно их будет поддерживать индустриальный Север – сам по себе христианский, но более заинтересованный в нефти, чем в вопросах веры. В чем мусульмане и христиане Юга будут заодно, это в отрицании секулярной идеологии Севера. Свобода вероисповедания, права женщин, отделение церкви от государства – все это будет одинаково отброшено в мусульманских и христианских странах. И те и другие будут вооружаться «оружием бедных» – химическим и бактериологическим, так что кровавые религиозные войны прошлого по сравнению с религиозными битвами будущего покажутся детской игрой. Свои малоприятные предсказания Филип Дженкинс основывает на двух факторах: динамика демографического взрыва в странах третьего мира и впечатляющие успехи исламского и христианского миссионерства в этих же странах, голодное население которых жаждет сверхъестественного спасения. Уже сейчас в Нигерии, Судане, Индонезии, Филиппинах и Бразилии мы видим, к каким скверным последствиям приводит стремительное разрастание религиозных движений, воюющих друг с другом за новообращенных и за политическую власть, пытающихся превратить свои верования в государственные законы, обязательные для всех. Уже несколько десятилетий, пишет Дженкинс, в католической церкви активно действуют приверженцы богословия свободы, проповедующие в третьем мире, в особенности в Латинской Америке, некое сочетание христианства и социализма. Их лозунг: «Католическая церковь выбирает бедных!» Католическая церковь, может быть, и выбирает бедных, но, как заметил один бразильский коллега Дженкинса, бедные выбирают пятидесятников. Пятидесятничество, по мнению Дженкинса, будет самым мощным из христианских течений в XXI веке. Возникшее сто лет назад, оно основано на буквальном толковании Библии, одержимости святым духом, видениях и пророчествах. В нем подчеркивается значение личной веры. Оно захватило умы и души сотен миллионов жителей Африки, Азии и Латинской Америки. Его проповедники – не выпускники семинарий и духовных академий, а выходцы из народа, свои, местные. В обществах, исстрадавшихся от кровопролития, опустошаемых эпидемией СПИДа, люди жадно тянутся к тем, кто обещает исцеление верой, кто утверждает, что Судный День – завтра. Дженкинс предсказывает также волну своего рода «обратного миссионерства». Так же, как белые миссионеры некогда несли крест и Библию в Африку и другие языческие части света, черные миссионеры рано или поздно почувствуют необходимость «спасти» погрязший в новом язычестве Север. Как я сказал, Дженкинс пророчествует не на пустом месте. Он тщательно изучил демографическую статистику и статистику имеющих место в сегодняшнем мире религиозных движений. Он не экзальтированный визионер. Пользуясь солидными научными методами, он только экстраполирует сегодняшние статистические данные на полвека вперед. В основе его предсказаний простая формула: будущие катастрофы пропорциональны росту народонаселения. И вот тут-то он, может быть, и ошибается. История не движется по прямой. «История, – как говорил один симпатичный персонаж у Солженицына, – друзья мои, загадочна».