Процедуры верификации – важнейший элемент нового соглашения по СНВ
Адмирал Маллен: договор позволит проверить число боеголовок на каждом носителе
Комитет по иностранным делам Сената США начал слушания по ратификации нового американо-российского Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (так называемый, СНВ-3). Одним из важнейших элементов нового договора является механизм проверки выполнения условий этого соглашения. Новый договор СНВ-3, недавно подписанный президентами США и России, пришел на смену договору СНВ-1 1991 года, срок действия которого истек в декабре 2009 года. СНВ-3 ограничивает число ядерных боезарядов у каждой из сторон до 1550 единиц и носителей (баллистические ракеты и стратегические бомбардировщики) до 700 единиц. Новый договор по СНВ также предусматривает «жесткие» (определение администрации президента Обамы) процедуры верификации выполнения каждой из сторон условий данного соглашения. Во время недавнего выступления в сенатском комитете по внешней политике глава Объединенного комитета начальников штабов ВС США адмирал Майкл Маллен рассказал о некоторых конкретных положениях нового договора в области верификации: «Данный договор впервые предоставляет возможность проверить количество боеголовок, размещенных на каждой межконтинентальной баллистической ракете, чего раньше мы делать не могли. Теперь мы сможем подсчитать количество боеголовок, размещенных на стратегических бомбардировщиках, чего также предыдущими соглашениями не предусматривалось. Мы сможем реально подтверждать факт уничтожения военного оборудования и объектов – в новом договоре СНВ есть пункты, в которых прописаны четкие меры технического контроля. В этом документе также есть специальное положение, запрещающее любое вмешательство в процедуру проверки выполнения договора СНВ. В новом договоре СНВ есть совершенно новое положение, предусматривающие, что каждая единица ядерного оружия в США и России будет иметь особый опознавательный код». Бывший госсекретарь США Джеймс Бейкер, участвовавший в переговорах по заключению советско-американского договора СНВ-1, представил сенаторам свой взгляд на новейшие положения нового соглашения. «Процедура контроля за выполнением условий нового договора по СНВ не является такой въедливой и обширной, как та, которую мы обсуждали по договору 1991 года. Как я понимаю, есть только 27 российских ядерных объектов, которые американской стороне придется инспектировать по условиям СНВ-3. Для сравнения по договору СНВ-1 таких объектов насчитывалось 73», – заявил Джеймс Бейкер В своем выступлении действующий госсекретарь Соединенных Штатов Хиллари Клинтон также говорила о процедурах верификации: «Мы потратили много времени на обсуждение вопроса проведения контрольных инспекций. И я должна признаться, что сначала не была вполне уверена - о каком количестве инспекций идет речь. Но затем один из наших весьма осведомленных участников переговоров показал мне карту всех объектов в бывшем Советском Союзе, которые мы тогда инспектировали. Впоследствии эти объекты были закрыты, подверглись сокращениям или были демонтированы, тем более, что они находились не только на территории России, но и в Казахстане, Белоруссии и других местах бывшего Советского Союза» Эксперты заявляют, что сейчас в России попросту меньше военных объектов, которые нужно инспектировать. Дэрил Кимбалл, исполнительный директор Ассоциации по контролю за вооружениями, неправительственной исследовательской организации: «Поверхностный анализ процедур проверки выполнения договоров СНВ-1 и СНВ-3 может навести кого-то на мысль, что новый договор не такой функциональный и надежный, как старый. Но действительность такова, что процедуры проверки созданы для мониторинга выполнения параметров, предусмотренных настоящим договоров СНВ. В договоре СНВ 1991 года имелось множество подпараметров, в соответствии с которыми требовался обмен значительной дополнительной информацией и инспекциями. Если мы посмотрим на требования по мониторингу, предусмотренные СНВ-3, то увидим современную, более конкретизированную, целенаправленную, более адекватную процедуру проверки выполнения условий соглашения». А вот мнение Фрэнка Миллера, бывшего высокопоставленного сотрудника Совета национальной безопасности США в период работы администрации президента Джорджа Буша-младшего: «Процедура верификации – не самоцель. Это механизм, который обеспечивает, чтобы четко выполнялись условия нового договора СНВ. Процедуры проверки выполнения любого соглашения создаются специально под условия конкретного договора. Процедуры верификации, предусмотренные новым американо-российским соглашением, не такие обстоятельные, как в договоре 1991 года. Но при этом не конкретизируется - к каким пунктам договора они применимы». Комитет по иностранным делам Сената США продолжает слушания по новому договору СНВ. Ожидается, что позднее в этом году этот договор поступит на рассмотрение полного состава Сената, который примет решение о его ратификации. Эксперты заявляют, что американские законодатели тщательно изучат процедуры верификации выполнения условий соглашения, чтобы убедиться, что новый американо-российский договор соответствует интересам Соединенных штатов Америки.