Ирина Хакамада: «Я открыла для себя, что выборы в Америке – это не формальность»
Ирина Хакамада – ведущая радиостанции «Серебряный дождь», политик и общественный деятель:
Матвей Ганапольский представляет первые впечатление от Америки известных российских политиков, деятелей культуры и искусства, а также общественных деятелей, которые когда-то первый раз пересекли границу США и открыли для себя новую страну, которую раньше видели только в кино и по телевизору Мое открытие Америки пришлось на «лихие девяностые», когда я занималась бизнесом и, вместе с известным политиком Константином Боровым, организовывала «Партию экономической свободы». В то время ныне известный политолог Сергей Марков работал с каким-то демократическим фондом, и они попросили его найти каких-то представителей из молодых нарождающихся партий. Марков нашел меня и предложил поехать в США, чтобы посмотреть, как там проводят предвыборную кампанию. А там как раз проходила предвыборная кампания Билла Клинтона и Альберта Гора. Меня, конечно, эта кампания поразила. Мы ездили по каким-то участкам, и я открыла для себя, что выборы в Америке – это не формальность. Мы увидели поразительную общую увлеченность этим процессом и то, что выборы – это, можно сказать, целая индустрия, в которой сам кандидат – лишь малая часть всего этого действа. Однажды нас привезли в какой-то провинциальный супермаркет, чтобы увидеть то, что называют «Встречей кандидата с общественностью». Собралась толпа с разноцветными шариками и плакатами, в ее центр вышла полная женщина, которая стала толпу заводить, по всей видимости, выкрикивая какие-то лозунги. Потом вышел какой-то мужчина и тоже заводил толпу. Потом выходили еще самые разные люди, что-то кричали, и толпа заводилась все больше и больше. Все это было похоже на рок-концерт, где перед выходом звезды, кто-то работает на разогреве. Стало понятно, что все эти люди готовят звездный выход кого-то из этой парочки. И вот, толпу «раскачали» до максимума, загрохотала музыка, к потолку супермаркета полетели шарики и появился Альберт Гор. Все восторженно разом выдохнули: «Уау!!!», а Гор достал бумажку с речью и …монотонно стал ее читать. Читал скучно, не отклоняясь от текста. У него там, по всей видимости, было написано: «Подними голову и скажи шутку». И он поднял голову и сказал шутку. Потом дочитал текст и удалился. Я была потрясена. Я открыла для себя удивительную машину выборов, которая кардинально отличается от привычного. В России все построено на лидере – какую «харизму» вытащишь, то народу и покажешь. А тут тебе и «харизму» придумают, и ты приходишь на готовое, когда все уже стоят «тепленькие», готовые слушать все, что ты им скажешь. И уходят все довольные, с шариками в руках, что бы ты им не сказал. А еще для меня было открытием, когда в какой-то бедной глубинке, под Лос-Анджелесом, мы наблюдали за тем, как в избирательном штабе работают волонтеры. И вот мы видим волонтера – эдакий латинос – два с половиной метра высотой и таких же размеров шириной. У него каждый мускул был с мою голову, хотя голова у меня не маленькая. И он стал нам важно говорить, что ему теперь все можно. Что его везде пускают, и везде ему двери открывают. Я ему ответила, что его, наверное, все боятся, потому и открывают. Но он сказал, что это раньше его все боялись, потому, что он раньше был преступником. «Но теперь я честный, – добавил он. – Поэтому мне все верят и меня все любят!». Потрясающий типаж, но, самое интересное, что говорил он совершенно искренне. Этот штаб прямо кишел волонтерами – самых разных возрастов и наций. Вот это волонтерство, когда ты помогаешь не за деньги, а за интерес – это удивительная черта Америки, где, казалось бы, все именно на деньгах и построено. А еще я открыла для себя магию американских улиц. Я люблю бродить по улицам, заходя неизвестно куда. И часто, узнав о том, где я бродила, мои американские друзья хватались за голову: «Боже, где ты была? Там же опасно!!!». Может, и опасно, но все равно интересно. Но главное, что открывает в Америке, наверное, каждый – это масштаб. Ты заходишь на обычную стоянку для машин и чувствуешь масштаб. Я однажды искала обычную аптеку. Мне дали адрес, но по нему стояло какое-то почти заводское здание. Но оказалось, что это аптека, размером с «Икею». А еще я открыла для себя, как американцы приучают людей читать книги. Они открывают книжные магазины, которые работают круглые сутки, и круглые сутки в них работают кафе. Ты можешь пить кофе и листать книгу, а можешь просто придти, взять книгу и читать ее круглые сутки. Американская модель потребления построена так, что если ты чего-то пока не покупаешь, то тебя туда завлекут тем, что ты любишь, а потом ты и книжки начнешь покупать. И рассчитана эта модель на всех. Абсолютно на всех. Из-за чего возникают разные курьезы. Однажды, когда я была депутатом, мы с коллегой опять были в Америке, и он захотел купить какую-то книгу про индейцев. И мы пошли в книжный магазин. А я была в то время крайне экстравагантным депутатом – коротко стриглась, носила джинсы, носила кольцо в ухе и вообще была похожа на субтильного мальчика-подростка. Мы зашли в магазин, я заказала кофе и стала выбирать, что почитать. Но в магазине был очень странный выбор книг – на всех обложках были фото каких-то качков в разных позах. Потом я вдруг увидела, что в магазине покупатели – одни мужики, которые на меня плотоядно пялятся и подмигивают. Оказалось, что это книжный магазин для геев. Мой коллега подходит ко мне и говорит: «Слушай, тут есть журналы про индейцев, но они там все какие-то полураздетые». Я его хватаю за руку и шепчу: «Какие индейцы?! Бежим отсюда!!!». Но, если говорить серьезно, то, конечно, Америка – это страна, в которой ты можешь для себя открыть и что-то общее – то, что для всех. И что-то личное – то, что будешь в дальнейшем использовать только ты. Потому что эта страна многогранна, ибо построена опытом людей разных наций, разных культур и традиций. Поначалу к этому трудно привыкнуть, но потом понимаешь, что именно это гарантия того, что ты в Америке найдешь свое, нужное только тебе. Америка – это «новая земля», которая остается новой всегда, какой бы старой она ни была.