Амнистия олигархам
Кристиан Барри: «Любое решение об амнистии должно опираться на рациональный этический расчет»
Переход от коммунистической экономики к свободному рынку в России и Украине потребовал укрепления института имущественных прав в обществе, в котором до недавних пор частная собственность была вне закона. Однако процесс приватизации был повсеместно омрачен коррупцией, взяточничеством, махинациями и злоупотреблениями, а иногда и убийствами. В результате, когда подвергается сомнению законность права собственности некоторых состоятельных лиц, называемых олигархами, на прокатные станы, нефтяные скважины, средства массовой информации и другое ценное имущество, под вопросом оказываются новые инвестиции в экономику. В вызывающих острые споры предложениях объявить амнистию для олигархов с тем, чтобы дать новый импульс развитию российской и украинской экономики, присутствуют и моральные, и правовые аспекты 31 мая Михаил Ходорковский, владелец «Юкоса» – в недавнем прошлом крупнейшей российской нефтяной компании – был приговорен к 9 годам заключения по обвинению в махинациях, жульничестве и уклонении от уплаты налогов. Новое правительство Украины собирается аннулировать продажу крупнейшего металлургического завода «Криворожсталь», который по заниженной цене достался консорциуму во главе с зятем бывшего президента Леонида Кучмы. На этих нашумевших примерах видно, насколько неопределенным является положение многих приватизированных предприятий в бывших республиках Советского Союза. Вашингтонский политолог Андерс Ослунд, выступающий в поддержку амнистии для постсоветских олигархов, считает, что неопределенность тормозит развитие экономики: «Если вы не уважаете прав собственности, у капиталистов исчезает стимул инвестировать в свое имущество, в результате чего замедляется экономический рост». А вот активный противник приватизации Богдан Король из украинского города Ивано-Франковска, наоборот, относит отсутствие экономического роста на счет коррумпированных элит, которые просто расхищают приватизированное имущество. Он выступает против приватизации советских предприятий, заявляя, что они были построены народом, и именно народу они и должны принадлежать. Богдан Король предлагает выделить каждому гражданину равную долю в государственной собственности: «Люди имеют право выбирать себе место работы на фирмах или фабриках и зарабатывать свою долю дохода от природных ресурсов, чего так и не удалось достичь в советские времена». Король считает несправедливым то, что некоторым украинцам приходится рыться в поисках еды в мусорных баках, в то время как коррумпированная элита процветает. Если предоставить амнистию, то она, по его мнению, должна касаться фондов и имущества, а не отдельных людей. Профессор экономики Московского университета Александр Аузан добавляет, что некоторые преступления нельзя прощать никогда: «Конечно, амнистия не может, должна распространяться на тяжкие уголовные преступления. Когда доказана вина людей в уничтожении других людей, я думаю, что в этом случае амнистия оказывается не моральной». По мнению сотрудника Фонда Карнеги Андерса Ослунда, слабое и зачастую противоречивое законодательство в бывших советских республиках сделало невозможным его соблюдение в процессе приватизации. Он отмечает, что главной причиной коррупции были не столько преступные наклонности, сколько страх перед экспроприацией: «Если вы бизнесмен, то вы попытаетесь защитить свою собственность путем подкупа чиновников на самом высоком уровне, чтобы защитить себя от экспроприации. Поэтому, чем слабее защита прав собственности, тем серьезней будет коррупция». Плохо продуманные законы осложняют не только приватизацию, но и всю систему правосудия в бывших советских республиках. Редактор нью-йоркского журнала «Этика и международные отношения» Кристиан Барри предлагает два пути выхода из этой ситуации. «Можно определить конкретные правонарушения, особенно самые грубые, и попытаться карать за них, либо уголовным наказанием, либо штрафами, - говорит Барри. - Второй путь представляет собой более общий, системный подход. Надо признать, что хотя нынешнее положение стало результатом злоупотреблений, однако в нем есть элементы, способные принести выгоды в будущем». Сопоставление уровня криминальности и коррумпированности с практическими выгодами от приватизации требует вынесения сложных правовых и моральных оценок. Кристиан Барри считает амнистию горьким лекарством, принять которое было бы легче, если бы люди верили своим государственным институтам, особенно судам: «Если система уголовного правосудия поражена коррупцией и различными проблемами, возникают реальные сомнения по поводу попыток исправить несправедливость в рамках системы, которая сама является несправедливой. Это может вызвать огромные проблемы». По мнению профессора Александра Аузана, проблема российских судов не в том, что они коррумпированы, а в том, что они подвержены политическому давлению со стороны исполнительной ветви власти. Он считает, что не будет недостатка в чиновниках, которые пожелают воспользоваться своими рычагами власти для того, чтобы украсть капиталы, возвращаемый в Россию по амнистии: «Именно это заставляет тех же предпринимателей создавать альтернативные формы решения споров – под видом этических комиссий, деловых объединений – искать решения в третейских судах». Профессор Аузан считает, что любая амнистия должна предусматривать выплату компенсаций в виде налогов, дополнительных платежей или общественных работ. Специалист по этике Кристиан Барри полагает, что чувства возмущения и недовольства, которые испытывают рядовые граждане в бывших советских республиках в отношении приватизации, могут быть смягчены повышением уровня жизни. Он, как и многие другие эксперты, считает, что любое решение об амнистии должно опираться на рациональный этический расчет, чтобы сбалансировать стремление к социальной справедливости и экономическое процветание.