Два уровня внешней политики - 2004-01-19
«Громкая дипломатия всегда шла рука об руку с тихой»
Принято считать, что в сфере внешней политики в администрации Буша противоборствуют два лагеря - «ястребы» и «умеренные». В какой мере такая модель соответствует действительности? Сотрудница Гуверовского института в Калифорнии Кайрон Скиннер напоминает, что двойной подход к вопросам внешней политики - не изобретение команды Буша, а тактика, которой пользовалась едва ли не каждая администрация. Из недавних примеров достаточно вспомнить манипулирование кнутом и пряником, практиковавшееся командой президента Рейгана на исходе «холодной войны» и принесшее замечательные результаты. «Громкая дипломатия всегда шла рука об руку с тихой, - говорит доктор Скиннер. - Сейчас, после окончания военных действий в Ираке, мы отчетливо видим плоды тихой дипломатии. Это - поимка Саддама Хуссейна и разоружение Каддафи. Появились реальные надежды и на подвижку в ситуации с ядерной программой Северной Кореи. Все это стало результатом коллективных многосторонних усилий - договоренность с Каддафи, например, была достигнута через посредство англичан. Но тихая дипломатия работает только тогда, когда альтернативой является мощный удар. Вспомним: Рейган оказывал на Кремль колоссальное давление и даже провокационно разместил в Западной Европе ракеты средней дальности. Но одновременно он вел закулисную игру. В результате в 84 году в американо-советских отношениях произошел прорыв, закончивший «холодную войну». Декан гарвардской Школы государственного управления Джозеф Най также усматривает аналогии между политикой Рейгана и Буша, но при этом отмечает: «В 80 годы Рейган наращивал военную мощь Америки и одновременно активно помогал демократическим силам в Восточной Европе. Он громогласно отстаивал права человека в коммунистическом мире, подчас пренебрегая дипломатией. Это вызывало чувство благодарности к Вашингтону у многих людей за «железным занавесом». Сегодня, к сожалению, такого не происходит. Администрация, применив военную силу в Ираке, не спешит показать миру милосердное лицо Америки. А это, мне думается, сейчас важней всего остального». Многие наблюдатели относят промедление в передаче браздов правления в Ираке международным структурам на счет влияния в Белом доме так называемых «неоконов» - неоконсерваторов, сторонников жесткого курса во внешней политике, выступающих за силовую нейтрализацию угроз Соединенным Штатам. Профессору Наю ситуация видится иначе. «На мой взгляд, влияние «ястребов» в бушевской администрации сейчас меньше, чем оно было в марте прошлого года, - говорит он. - Тогда они бряцали оружием. А после легкой военной победы над Саддамом их обуяла гордыня. Но к осени стало ясно, что послевоенная ситуация в Ираке гораздо сложнее, чем представлялось, и что нам не обойтись без чужой помощи. Соответственно, голоса неоконов стали тише». Один из сенаторов, направляющих внешнюю политику, республиканец Чак Хэгел считает, что имиджу Америки в последние годы был нанесен значительный ущерб: «Многих из тех, кто помнил, что сделали Соединенные Штаты для Старого Света во Второй мировой войне и послевоенном восстановлении, уже нет в живых. Новое поколение выросло под защитой Америки, не ведая об этом. А кое-что из того, что мы говорили и делали в последние два года, сыграло на руку тем, кто твердил: «Америке нельзя верить. Она любит только себя, ей наплевать на остальной мир. Америка пойдет войной на любого, кто осмелится ей возражать…». Это неправда. Но ущерб нанесен. Поэтому мы должны не жалеть стараний в налаживании отношений с заграницей и убедить людей, что Америка - надежный партнер».