Просвещенный консерватизм или призыв узаконить барство?
Никита Михалков обратился к властям и гражданам страны с новыми рекомендациями, как обустроить Россию
В России опубликован политический документ под названием «Право и правда. Манифест просвещенного консерватизма». Его автором является кинорежиссер, президент Российского фонда культуры Никита Михалков. Манифест выложен в Интернете, кроме того, он напечатан в нескольких экземплярах, которые переданы первым лицам государства. О сути этого документа, занимающего более 60 страниц, можно судить по фразам: «Эйфория либеральной демократии закончилась. Люди устали выслушивать декларации о политической независимости, внимать призывам к индивидуальной свободе и верить сказкам о чудесах рыночной экономики». «Мы служим Богу и Отечеству, а не идолам Теории и Истории, которым наши современники, лишенные веры, надежды и любви, вынуждены приносить кровавые жертвы». «Надо, наконец, понять и раз и навсегда усвоить, что Россия – континентальная империя, а не национальное государство. У России другой масштаб, другая мера, другой темп и ритм бытия». «Довольно смотреть на себя и мир, стоя на коленях… Мы вновь должны стать едиными и сильными, а Россия – Великой. В этом был, есть и будет главный смысл российской политики». Манифест (который уже успели сравнить с работой Александра Солженицына «Как нам обустроить Россию») вызвал оживленное обсуждение в среде политических экспертов и деятелей культуры. Корреспондент «Голоса Америки» связалась с некоторыми из них, и попросила прокомментировать последнюю работу известного режиссера. Политолог Станислав Белковский заметил, что назвать манифест «Право и правда» прорывным документом, довольно трудно, ибо «это – компиляция разрозненных идей, которые звучали в речах различных людей, в том числе и самого Михалкова в течение последних 20 лет». Станислав Белковский замечает: «Я прекрасно отношусь к просвещенному консерватизму и считаю, что авторитаризм на определенных этапах развития любой страны может быть полезен». Однако, как считает политолог, риторика Никиты Михалкова несколько устарела: «Сегодня страна находится в состоянии глубокого застоя, поэтому падать в консервативную пропасть – несвоевременно». Почему же Михалков решил опубликовать этот манифест именно сейчас? Собеседник «Голоса Америки» полагает, что президенту Российского фонда культуры нужно отвлечь внимание общественности от громких скандалов экономического характера, которые в последнее время сопровождают его имя. Это и строительство на его деньги гостиницы в одном из наиболее оживленных мест Москвы, против чего возражают жители окрестных домов, поскольку она поставит под угрозу безопасность их жилья. И скандал вокруг Российского союза правообладателей, который будет отныне получать отчисления с ввозимых в страну чистых дисков и цифровой техники. Станислав Белковский напоминает, что Михалков в силу семейных традиций, всегда был лоялен к любому существующему государственному строю, ибо это давало ему возможность личного экономического процветания. «Но поскольку сейчас сильна конкуренция за близость бизнеса к власти, Никита Сергеевич хочет занять и некую политическую нишу, в которой он был бы для Кремля необходим, а может даже и незаменим», – считает политолог. Артист Алексей Девотченко признался, что читал манифест «Право и правда» «по диагонали», поскольку вчитываться в каждую строчку текста ему было тяжело. Поэтому он обратил основное внимание на те фрагменты, где говорится о культуре. «Как ни покажется странным, я согласен с Михалковым в том, что в России наблюдается засилье ложной культуры», – говорит артист и замечает, что для него носителями ложной культуры являются, прежде всего, государственные телеканалы. А вот многие российские театры, считает Алексей Девотченко, несут подлинную культуру. Вместе с тем, из прочитанного текста артист понял, что его автор отстаивает традиции «пропагандистского, националистического, на грани шовинистического кинематографа». «Пафос культурного блока этого манифеста: “Мы должны восхвалять величие России, ее славное прошлое и замечательное настоящее”. Я этого категорически не приемлю», – замечает Алексей Девотченко и уточняет, что, с его точки зрения, такими событиями, как трагедии «Норд-Оста» и Беслана, расследованием убийства Анны Политковской и неэффективным тушением летных пожаров минувшим летом, российская власть доказала свою неспособность решать насущные проблемы. А Никита Михалков своим манифестом пытается продлить существование этой неэффективной власти. Заслуженный деятель искусств Российской Федерации, кинорежиссер Юрий Мамин считает, что Никита Михалков решил стать идеологом, но при этом у него довольно упрощенное представление об истории. «На самом деле он мечтает о законодательном закреплении барства», – говорит Юрий Мамин, и вспоминает, что присутствовал на одном из выступлений Михалкова перед петербургскими студентами. «Он им говорил: “Вы не понимаете, что такое крепостное право. Это вовсе не то, о чем вам рассказывали в школе”. На самом деле, уверял потомок древнего боярского рода, крестьяне любили своего помещика, ибо он заботился о них, как родной отец». «Очевидно, для Михалкова это – идеал России. И с точки зрения кинематографической картинки это воплощено в его фильме “Сибирский цирюльник”, где он сам играет императора Александра III – своего любимого исторического персонажа», – замечает Юрий Мамин. Возвращаясь к манифесту, он подчеркивает, что больше всего его поразило высказывание о государстве, где народ проявляет достойное подчинение авторитетной власти. «Гладенькая, но бессмысленная фраза. Как может быть подчинение “достойным”? И почему власть названа авторитетной? Уж лучше бы прямо говорил об авторитарной власти, которая ему так мила», – говорит Юрий Мамин. Соредактор журнала «Звезда», писатель-историк Яков Гордин считает себя сторонников консервативного либерализма. А его первое впечатление от обсуждаемого манифеста – наивность и поверхностность. Он отмечает, что Никита Михалков ссылается на многих российских мыслителей прошлого, и делает это совершенно напрасно. Так, упомянутый в манифесте «Право и правда» Борис Чичерин говорил, что главное для него – свобода, в том числе политическая, без которой свобода личная лишена гарантий. Это же относится к Пушкину, которого крупные исследователи, такие, как Георгий Федотов, называли «певцом Империи и Свободы». «То есть те, на кого ссылается в своем манифесте Никита Сергеевич Михалков, во главу угла ставили независимость и свободу внутри хорошо отлаженного государства», – замечает историк. В тексте есть много замечательных пожеланий: чтобы все жили хорошо, чтобы не было коррупции, а государство было бы богатым. Но, убежден Яков Гордин, таким оно может быть лишь при условии, что в нем живут свободные граждане. Писатель отмечает, что, судя по всему, Михалков симпатизирует идеям министра просвещения николаевской России графа Сергея Уварова – автора знаменитой триады «православие – самодержавие – народность». «Для Уварова идеалом был просвещенный раб, а для Пушкина – просвещенный свободный гражданин, уважающий законы и государственные устои», – замечает Яков Гордин. В манифесте говорится о необходимости восстанавливать историческую репутацию России. «Но на нее никто и не покушается, – говорит автор многих исторических книг, – нужно просто трезво смотреть на то, что у нас за спиной. Как говорил Чаадаев: “Я не научился любить свою родину с закрытыми глазами и опущенной головой”». По мнению же Якова Гордина, в манифесте звучит призыв закрыть глаза на то, что не нравится и требовать, чтобы все ориентировались на некую идеальную модель, разработанную самим Михалковым.