Обзор печати от 2 мая 2005 г.
Цена политики зажима. Ностальгия по Сталину. Доступность радиоактивных запасов
Столичная  опубликовала статью своего бывшего московского корреспондента Фреда Хайата, в которой говорится о возможных последствиях путинской политики постепенного удушения демократии в России. «История не свидетельствует об однозначной корреляции между демократией и экономическим ростом, - замечает журналист. - Сингапур ограничил политическую свободу, но построил экономику мирового класса; демократическая Индия быстро развивается, однако на протяжении многих лет она проводила порочную экономическую политику. Но, так или иначе, общества, которые допускают критику власть имущих, в целом с большей готовностью исправляют свои ошибки и идут вперед более быстрыми темпами. Судя по всему, этот урок Россия готова вновь преподать миру. «Становится очевидно, - сказал Егор Гайдар во время своего недавнего визита в Вашингтон, - что те, кто изобрел систему сдержек и противовесов, не были глупейшими людьми в мире». Гайдар, по словам автора статьи в «Вашингтон пост», явно встревожен не только сворачиванием демократии в России, но и возможными последствиями этого. Как отметил бывший российский премьер, Путин никогда особенно не верил в демократию, но, тем не менее, вначале проводил здоровую экономическую политику и осуществил ряд значительных реформ. «В России, - продолжал Гайдар, - тогда еще были некоторые сдержки и противовесы: СМИ и бизнес-истэблишмент не контролировались Кремлем, региональные власти обладали собственной базой поддержки, в парламенте действовала жизнеспособная оппозиция. Все это к концу 2003 года было полностью или почти полностью уничтожено. Поэтому, когда недавно Путин предложил реформу социальных льгот, никто не поднялся и не задал вопросы: ни думский комитет, ни телевидение, ни торговая палата. Реформы были нужны, но глупо спланированы, что стало понятно только тогда, когда по всей стране прошли бурные акции протеста. Тогда Путин отступил. Сейчас правительство вряд ли предпримет попытку в этом направлении. Не примется оно и за другие назревшие реформы». «Пока цены на нефть остаются высокими, режим Путина, по-видимому, не будет под угрозой, - считает Гайдар. - Но те же растущие цены могут в итоге обернуться гибелью для однопартийного государства, которое воссоздает Путин. Если цены на нефть упадут, россияне тут же обнаружат, что государство больше не в состоянии выполнять свои обязательства перед гражданами, и что независимый бизнес из других секторов слишком слаб, чтобы восполнить этот пробел». «Эта ситуация, - отмечает обозреватель «Вашингтон пост», - хорошо знакома Гайдару, который изучал закат советской экономики с конца 70 годов, когда брежневское руководство верило в то, что цены на нефть будут высокими вечно, до 91 года, когда государство-банкрот распалось». На прошлой неделе Путин назвал этот крах «крупнейшей геополитической катастрофой века» и добавил, что «старые идеалы были разрушены». «Вряд ли стоит удивляться, - комментирует Фред Хайат, - что ветеран КГБ скорбит по идеалам государства-ГУЛАГа, но похоже, что он забывает об ужасной некомпетентности советского государства. Если Путин пройдет хотя бы половину пути к воссозданию прежней системы, у США появится причина для беспокойства – за безопасность огромного ядерного арсенала России, например, или за тысячи ракет, которые могут уничтожить эту страну и весь мир. Ностальгия по империи, о которой говорит Путин, разжигая ее среди своего народа, провоцирует вмешательство в дела соседних с Россией государств. Растущий национализм, как говорит Егор Гайдар, представляет самую серьезную опасность для России – и для мира. Этими словами журналист заканчивает свою статью в «Вашингтон пост». Статью своего московского корреспондента Дэвида Холли, в которой анализируется отношение россиян к личности Иосифа Сталина, поместила Автор статьи цитирует заявление общества «Мемориал» в связи с предстоящей установкой в Волгограде скульптурной композиции Зураба Церетели, где изображены участники ялтинской конференции 1945 года Рузвельт, Черчилль и Сталин. «Возвращение Сталина на пьедестал, - говорится в заявлении, - будет означать политическую реабилитацию одного из самых кровавых диктаторов в новейшей истории». Однако, несмотря на резкую критику со стороны немногочисленных сторонников демократии, авторитет Сталина растет в преддверии подготовки к празднованию 60-летия победы СССР над фашистской Германией. Москва увешана плакатами со знаменитыми словами Сталина: «Наше дело правое. Победа будет за нами». «Как показал недавний опрос, проведенный всероссийским Центром по изучению общественного мнения, - продолжает корреспондент, - более половины респондентов положительно относятся к Сталину. 20 процентов опрошенных считают его роль очень позитивной, 30 процентов – довольно позитивной, и только 12 процентов оценили роль Сталина как «очень негативную». В сегодняшней России Сталин служит символом для тех, кто выступает за мощное государство и возмущен произошедшей в постсоветской России эрозией социальной защищенности граждан. Писатель Александр Проханов, издатель левой националистической газеты «Завтра», называет себя сталинистом. Он считает главной причиной возрождения сталинизма разочарование в политике либерализации, начатой в конце 80 годов, и особенно то, что в результате этой политики многие слои населения оказались в нищете. «Сегодняшняя Россия ненавидит этих реформаторов и любит все, что они разрушили, - говорит Проханов. - Иными словами, люди любят Сталина просто потому, что реформаторы его ненавидят». Автор статьи приводит далее мнение Игоря Долуцкого, автора учебника для старшеклассников, который был запрещен за критическую оценку Владимира Путина и Иосифа Сталина. Долуцкий считает, что народная память о Сталине есть ничто иное как миф, который может принести много бед в будущем. «Суть этого мифа, - говорит историк, - заключается в том, что террор и репрессии могут успешно применяться для построения великой державы. По-моему, возвращение к сталинским традициям по-настоящему опасно». «Согласно опросу общественного мнения, - продолжает Дэвид Холли в «Лос-Анджелес таймс», - особенно позитивно относятся к Сталину россияне старше 60 лет. 67 процентов респондентов из этой возрастной группы положительно оценили его роль. Меньше всего сторонников Сталина среди россиян от 25 до 34 лет – 38 процентов. Между тем, среди респондентов 18-24 лет положительно отозвались о Сталине 45 процентов, а критически – 39». По словам Бориса Усика, директора Волгоградского музея Сталинградской битвы, возле которого будет установлена скульптурная композиция Зураба Церетели, люди не склонны связывать имя Сталина с диктаторским режимом и репрессиями. Противники реабилитации Сталина объясняют это отчасти тем, что в стране недостаточно говорится о жертвах сталинизма. Мемориалов, посвященных им, слишком мало. Один из них находится в подмосковной деревне Бутово, где между августом 37 и октябрем 38 года было расстреляно и погребено 20 тысяч 765 человек. «Большинство казненных были жителями московской области, но здесь покоятся и граждане других стран, в частности, Соединенных Штатов», - говорит священник Кирилл Каледа, который служит в построенной на месте массового погребения православной церкви. Среди расстрелянных возле Бутово был и его дедушка, известный православный священник Владимир Амбарцумов. По словам Отца Кирилла, после смерти Сталина его семье сказали, что дедушка умер в лагере от болезни почек в 1943 году… Полную правду о его гибели они узнали только в 94. Священник Каледа категорически против попыток найти оправдание репрессиям эпохи сталинизма. «Ностальгия по Сталину – просто-напросто безумие», - говорит он. Статья Дэвида Холли называется «Сталин – вновь на пьедестале». Московский корреспондент  Си Джей Чиверс посвятил свою статью мерам защиты от угрозы ядерного терроризма. «После терактов 11 сентября 2001 года, - пишет он, - Россия и Соединенные Штаты ускорили установку автоматических детекторов радиации в российских морских портах, на пограничных контрольно-пропускных пунктах и в аэропортах с целью предотвратить или зарегистрировать движение радиоактивных материалов по территории страны. Американские и российские официальные лица надеются, что совместная программа под названием «Вторая линия обороны» дополнит меры безопасности, установленные на ядерных хранилищах еще до развала СССР – при помощи устройств, которые могут обнаружить похищенные со складов материалы. С 98 года США истратили на эту программу 35 миллионов долларов». По словам автора статьи, некоторые элементы программы держатся в секрете, но обнародованная информация дает представление, как об амбициях ее инициаторов, так и о препятствиях, мешающих надежно оградить население от ядерных и радиоактивных запасов, оставшихся от времен холодной войны. Специалисты по нераспространению считают, что, хотя после 91 года значительная часть этих материалов была сконцентрирована на модернизированных складах, в системе охраны остаются опасные пробелы. «Более того, - добавляет журналист, - Россия по-прежнему не предоставляет Соединенным Штатам свободный доступ к своим наиболее секретным установкам. В результате остается неизвестным, какое количество ядерных материалов исчезло из российских хранилищ до того, как они подверглись модернизации», - пишет московский корреспондент газеты «Нью-Йорк таймс».