Изменится ли имидж Америки после ухода Джорджа Буша с поста президента?
"Следующему президенту вряд ли удастся перетряхнуть внешнюю политику страны", -полагает политолог Виктор Хансон
Что произойдет с имиджем Америки, после того как Джордж Буш-младший покинет пост президента в январе 2009 года? Есть мнение, что имидж изменится, и при этом в лучшую сторону. Но это отнюдь не консенсус, иное мнение высказывает калифорнийский историк и политолог Виктор Д. Хансон. Следующему президенту вряд ли удастся перетряхнуть основательно внешнюю политику страны, полагает Хансон. Одно дело, если бы ему, ради оздоровления обстановки на Ближнем Востоке, надо было бы свергать Талибан или Саддама Хусейна, но это за него уже сделал нынешний хозяин Белого дома. А укоренение конституционного строя в Ираке так или иначе позволит Америке постепенно уменьшить там свое военное присутствие. Преемник Буша мог бы, скажем, навести также мосты с Европой, но присутствие на континенте симпатизирующих США Николя Саркози и Ангелы Меркель снимает остроту проблемы. Более того, как бы французский и немецкий руководители ни клялись в верности союзу с США, реально помочь американцам в Афганистане или других горячих точках планеты они не смогут. Или не захотят. С Африкой на сегодня отношения у Америки тоже выстроены весьма прочно. Впрочем, почему бы и нет, учитывая, что по объему гуманитарной помощи «черному континенту» администрация Буша превзошла все предшествующие? Теперь – о противниках Америки. После того, как «ковбой Джордж» вернется на свое ранчо в Техасе, сможет ли легко замириться с врагами его преемник? Маловероятно, считает Виктор Хансон. Возьмем Россию: с одной стороны, она поймала державный кураж на нефтедолларах, с другой – озлоблена своим поражением в «холодной войне», мечтает о реванше и «цыкает» на беспомощную Европу за бесконечные лекции о правах человека. Этот настрой Кремля, что называется, есть объективная данность, он сильнее любой отрицательной реакции на конкретные внешнеполитические шаги Буша, и не пройдет, когда тот уйдет с исторической сцены. Не объяснить конъюнктурой и ситуацию вокруг Ирана. Все американские президенты за последние 30 лет, включая прогрессиста Билла Клинтона, желали нормализовать отношения с аятоллами – и все впустую. Режим по-прежнему нацелен на разработку ракетно-ядерного оружия и установление своей гегемонии на Ближнем Востоке. Ахмадинеджад мечтает стереть Израиль с карты мира – и не оттого, что Буш-младший президентствует в Вашингтоне. В отношении Пакистана, сдается, нет большой разницы между воинственным Бушем и сладкоречивым Обамой: и тот, и другой декларируют готовность в одностороннем порядке ликвидировать скрывающихся в стране главарей террористов, если Исламабад, обнаружив их местонахождение, не добьет бандитов по собственной инициативе. Буш, однако, на это не решается, не похоже, что отважится на это и президент – демократ. Усама бин Ладен стал воевать с Америкой задолго до прихода к власти администрации Буша. И война с джихадистами закончится, только в том случае, если одна из сторон капитулирует, либо с трансформацией политической культуры ислама, дающей буйные всходы экстремизма. Как бы то ни было, этот вопрос для Америки надпартийный и уж точно не сводимый к персоналиям президентов, а сугубо геополитический. Как и следующие дилеммы, которые перечисляет Виктор Хансон: Должна ли Америка гарантировать безопасность вновь созданного государства Косово, если сербы и их кремлевские покровители решат опрокинуть статус-кво силой? Готова ли Америка участвовать в еще одной войне в Европе без какой-либо благодарности со стороны мусульманского мира? Следует ли Америке давить на Китай в смысле устранения недобросовестной конкуренции и улучшения ситуации с правами человека? Что будет делать следующий президент, если китайцы в ответ начнут сбрасывать американские гособлигации, скопившиеся у них в огромном количестве? Стоит ли Вашингтону, несмотря ни на что, официально признать режим в Иране? Не приблизит ли это развязку драмы с ОМУ? Вопросы эти возникли не с приходом Буша в Белый Дом, а по причине двух долго действующих факторов: продвижение Америкой в мировом масштабе демократического капитализма, и участие американской армии на море и в воздухе в обеспечении глобального режима свободной торговли. Ни то, ни другое не по душе диктаторам и террористам, стремящимся перекроить сферы влияния в свою пользу, кто бы ни являлся хозяином Белого дома. На этой, если угодно, реалистической ноте завершает Виктор Хансен свои размышления в статье под названием «Ситуация в мире, год 2009».