При ближайшем рассмотрении
Самый большой ущерб археологическим объектам Ирака был нанесен не после вторжения войск коалиции, а в правление покойного диктатора
Многие помнят тревожные сообщения о разграблении мест археологических раскопок после вторжения войск коалиции в Ирак. Государство расположено на месте древней Месопотамии – колыбели первых цивилизаций, и представляет собой настоящую сокровищницу археологических артефактов и развалин. Тот факт, что за этим культурным достоянием не было установлено эффективного наблюдения, был вменен в вину войскам коалиции. Одним из главных объектов мародерства стал Багдадский музей: нанесенный ему ущерб оценивался в 170 тысяч экспонатов, что приблизительно равно всей музейной коллекции. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что расхищено и утрачено лишь 10% всех фондов, отчасти благодаря тому, что многое удалось заранее спрятать. Иное дело — места археологических раскопок, о которых рассказывались леденящие душу истории. Тут речь шла о массовых расхищениях, о доморощенных археологических экспедициях, вывозе реликвий за рубеж и тайной продаже в частные коллекции. Это в тех случаях, когда речь шла о местах, находящихся за пределами контроля американцев и союзников, где проверка таких сведений была затруднена. Что же касается контролируемых коалицией территорий, то пресса сообщала о дислокации военных баз и полигонов прямо в расположении древних руин и варварском к ним отношении, с нанесением невосполнимого ущерба. Я сам читал подобные репортажи, приправленные подобающим возмущением авторов. Об этих культурных преступлениях, вменяемых в вину коалиции, уже опубликованы целые книги. Один эксперт – Элизабет Стоун из американского университета Stony Brook – уверенно определяла масштабы нанесенного ущерба еще до посещения места катастрофы, по фотографиям со спутников. Но обстановка в Ираке сейчас относительно стабилизировалась, и в июне этого года группа археологов посетила ряд важнейших археологических раскопок с целью оценки нанесенного вреда. По сообщению Art Newspaper, экспедиция, обследовавшая восемь таких мест, не обнаружила там ни единого следа самодеятельной раскопки и мародерства. Естественные отложения на месте раскопок свидетельствовали о том, что их не трогали уже несколько лет. А если вернуться к уже упомянутому Багдадскому музею, то хотя ему был нанесен реальный ущерб, похищенные экспонаты начинают возвращаться. Недавно Иордания передала иракской правительственной делегации целую партию артефактов, изъятых у контрабандистов, и призвала другие страны последовать ее примеру. Судя по всему, эпизод мародерства бледнеет в сравнении с расхищениями при Саддаме: многие экспонаты на поверку оказались копиями. Установлено также, что самый большой ущерб местам археологических раскопок был также нанесен в правление покойного диктатора. Газета Wall Street Journal упоминает о недавнем эпизоде, когда американское правительство обратилось к Всемирному археологическому конгрессу в Дублине с просьбой указать, какие из мест раскопок следует особенно оберегать от возможных воздушных ударов. Участники конгресса поначалу убеждали друг друга вообще отказаться от такого сотрудничества, фактически призывая удерживать исторические объекты в качестве заложников. В конечном счете список был представлен, но конгресс присовокупил к нему осуждение агрессии. Wall Street Journal, конечно же, правая газета, поддерживающая администрацию, и всегда рада поставить на место ее оппонентов. Но факты говорят сами за себя: каждый ученый, помимо прочего, еще и человек со своими политическими взглядами, и эти его взгляды, а также общий энтузиазм, способны резко искажать профессиональную перспективу. К тому же аналогично настроенные журналисты склонны искать среди экспертов единомышленников, и тогда искажение удваивается.