If every desire a person has 
disappears, it would destroy them.
Wenn jede Begierde erlischt,
würde das einen Menschen zerstören.
Si pierde todos sus deseos,
se volverá un cascarón vacío.
S’ils disparaissent tous,
il finira handicapé.
Se tutti i desideri spariscono,
Стоит лишить его всего этого —
и получишь инвалида.