Левин, убайын кытта кэпсэтэ туран, бэйэтин толооһун көннөрөөрү, Вонскайы кытта туох туһунан кэпсэтэрин толкуйдуу-толкуйдуу, тохтообокко кини диэки хайыһара.
Левин, говоря с братом, беспрестанно оглядывался на Вронского, придумывая, о чем бы заговорить с ним, чтобы загладить свою грубость.