Онтон дьиэлээх хотуҥҥа: «Мин эн сиилээһиҥҥэр-хоһулааһыҥҥар олох да наадыйбаппын, төптөрү ылаттаа», — диэбитигэр эмээхсиннэрэ иирэн туран кэлбит, ол иһин дьиэлээх тойон тобуктаан туран сиртэн халлааҥҥа тиийэ көрдөһүү бөҕө буолбут: «Дьэ, оҕолоотор оҕобут, ити түөһэйбит эмээхсини истимэ, оҕотун туһугар ыарыылаан утуйбакка түҥ-таҥ тылласта, ону бырастыы гынарыҥ буоллар, аахсыбакка хаалларан көрөрүҥ буоллар, күн-ый буолуох этиҥ!».
А когда мальчик, обращаясь к хозяйке дома, сказал: «Я не нуждаюсь в твоём осуждении, возьми их обратно!», старуха тут же начала сходить с ума. Потому хозяин дома на коленях стал просить прощения от земли до самого неба: «Ну, сыночек наш любимый, не слушай ты эту дряхлую старуху, она, ухаживая за больным ребенком, не проспав всю ночь, выражается бестолково. Ты прости ее великодушно, если ты оставишь ее в покое, то стал бы для нас и солнцем, и луною!».