Кини, кыһыытын-абатын толору этэр тылы кыайан була охсубакка, этиргэн аллараа уоһун быһа ытырбахтыы, киэҥ хара харахтарын дьиэгэниччи көрбөхтүү сытта.
Он лежал, не находя слов, чтобы выразить свою досаду, и лежал,как бы откусывая толстую нижнюю губу, смотря широко раскрытыми черными глазами.