Ол үрдүнэн, соруйан гынар курдук, кини сымнаан бардаҕын аайы, ордук кыйаханар суолун саҥаран иһэр.
Но как будто нарочно, каждый раз, как она смягчалась, она начинала опять говорить о том, что раздражало ее.