Алексей Александрович аны эргиллибэт гына санаан дьиэтиттэн барыаҕыттан ыла, адвокатка сылдьан соҕотох биир эрэ да киһиэхэ арахсарга саныырын этиэҕиттэн ыла, ордук, бу олох дьыалатын кумааҕы дьыалата оҥорбут кэмиттэн ылата, кини арахсар санаатыгар улам-улам үөрэнэн испитэ, онон билигин ол санаата туолар кыахтаммытын чуолкайдык өйдүүр буолла.
С тех пор, как Алексей Александрович выехал из дома с намерением не возвращаться в семью, и с тех пор, как он был у адвоката и сказал хоть одному человеку о своем намерении, с тех пор особенно, как он перевел это дело жизни в дело бумажное, он все больше и больше привыкал к своему намерению и видел теперь ясно возможность его исполнения.