Кини Левини кууста уонна кинини кытта кэпсэтэригэр, туран баран, кинээс эргиллэрин холкутук күүппүт Вронскайы таба көрбөтө.
Он обнял Левина и, говоря с ним, не замечал Вронского, который встал и спокойно дожидался, когда князь обратится к нему.