Кинини ким да истибэтэ, онон Константин, холуоһаларын уста туран, поддевкалаах тойон тугу саҥарарын иһиллээтэ.
Никто не услыхал его, и Константин, снимая калоши, прислушивался к тому, что говорил господин в поддевке.