Левин бэйэтин, ханнык да хоруй, кини санаатыгар, кыайан долгутуо суоҕун курдук кытаанахтык уонна холкутук сананна.
Левин чувствовал себя столь твердым и спокойным, что никакой ответ, он думал, не мог бы взволновать его.