Ити барыта ынырык дьаабы этэ, ол эрээри Николайы билбэт, кини олоҕун толору билбэт, кини сүрэҕин билбэт дьоннорго көстүөхтээҕин курдук Левиҥҥэ кини букатын наһаа оннук сидьиҥник көстүбэт этэ.
Все это было ужасно гадко, но Левину это представлялось совсем не так гадко, как это должно было представляться тем, которые не знали Николая Левина, не знали всей его истории, не знали его сердца.