Кинилэр миигинниин бииргэ умайбыт көннөрү Пашка уонна Генка этилэр. Кинилэр иккиэн хаһан эрэ мин хоруорбут эт курдук буолбакка, сирэй курдук сирэйдээхпин билэр этилэр.
Это были просто Пашка и Генка, горевшие вместе со мной. Оба они знали, что у меня когда-то было лицо как лицо, а не как подгоревшее мясо.