Кэмниэ кэнэҕэс, урукку хамначчыт, үрүҥ бандьыыт бардам саллаата, онтон колхозтаах оҕонньор ону кэмсинэн кэпсии-кэпсии, ытыыра эбитэ үһү.
В конце концов, бывший батрак, белобандит, а потом старик колхозник горько плакал, рассказывая об этом и раскаиваясь.