Ол эрээри Петербурга тиийэн кэлээт уонна онно олоро түһээт, кини эргийэр төгүрүмтэтигэр, онно олорор, чопчу олорор, Москваҕа курдук, тыыннаах эрэ аатыгар олорбот миэстэлэригэр киирбитин кэннэ, бу саеаалар сүтэллэрэ уонна уот сыралыттан буоска курдук ууллаллара.
Но стоило только приехать и пожить в Петербурге, в том кругу, в котором он вращался, где жили, именно жили, а не прозябали, как в Москве, и тотчас все мысли эти исчезали и таяли, как воск от лица огня.