Вронскай долгуйарга туох да төрүөт cyoҕун билэ-билэ, кыайан туттумматах долгуйуутун кистии сатаан, төҥкөйөн туран кини илиитин уураамахтаата.
Он нагнулся к ее руке и стал целовать, стараясь скрыть свое волнение, которое, он знал, не имело никакого основания, но он не мог преодолеть его.