There 's a general reluctance to listen to migrants in environments that are not exclusively racialized , because theory seems to be a white thing , while experience and victimization are migrant things .
Вообще , чувствуется атмосфера нежелания слушать мигрантов в контекстах , в которых нет чёткого расового деления , ведь , кажется , теория — удел белых , тогда как тяжкая жизнь и виктимизация — удел мигрантов .