We are not going to descend to that conciliatory and pusillanimous form of discourse in which we do journalism as if we were asking for forgiveness , giving free explanations to the repressor instead of demanding them
Мы не собираемся принимать ту примиренческую и трусливую форму дискурса , в которой мы занимаемся журналистикой , как будто мы просим прощения , давая бесплатные объяснения тирану , вместо того , чтобы их требовать ...