But I was always left at the end of our times together with the sense that my own imagination was being stressed and stretched to the very edge of joining him beyond the ordinary world we live in , to find the age-old spirit and greater power that guides our immortal selves , and shapes our universal destiny .
Но всегда к концу наших встреч я оставался с чувством , что моё собственное воображение было поражено и растянуто до предела , что я присоединился к нему за границами обыденного мира , в котором мы живем , чтобы найти многовековой дух и великую силу , которая ведёт наше бессмертное « я » и определяет наше вселенское предназначение .