On that day we had dreams of peace which we are reassessing today , realising how naïve we were to assume that a peaceful movement of any magnitude would be able to overthrow a regime backed by international powers , on the one hand , and whose crimes — among them the use of chemical weapons — have been met with international silence .
В тот день мы мечтали о мире , и мы пересматриваем те мечты сегодня , понимая , какими наивными мы были : предполагать , что мирное движение любой силы может сбросить режим , поддерживаемый международными силами , с одной стороны , и чьи преступления — среди которых использование химического оружия — были встречены международным молчанием .