Pro-Kyiv interviewees often didn ’ t make distinctions between Russian journalists and Russian military forces ( two even described them as “ terrorists ” ) , and considered the “ propaganda ” they produce to be simply another facet of the conflict underway .
Прокиевские респонденты часто не делали различий между российскими журналистами и российскими военными ( двое даже назвали их « террористами » ) и считают производимую ими « пропаганду » лишь ещё одним аспектом идущего конфликта .