Whatever the reason , this has raised quite a few questions : How can we achieve reform when the state still treats those who voice concern about public issues as its enemies ?
Каков бы ни был повод , этот случай ставит перед нами вопросы : как мы достигнем реформ , если государство по-прежнему обращается с людьми , затрагивающими общественные проблемы , как с врагами ?