Однажды он пришел ко мне и говорит: если убил не брат, а Смердяков (потому что эту басню пустили здесь все, что убил Смердяков), то может быть виновен и я, потому что Смердяков знал, что я не люблю отца и может быть думал, что я желаю смерти отца.
One day he came to me and said, 'If it was not my brother, but Smerdyakov committed the murder' (for the legend was circulating everywhere that Smerdyakov had done it), 'perhaps I too am guilty, for Smerdyakov knew I didn't like my father and perhaps believed that I desired my father's death.'