Варвара Петровна была в особенно возбужденном состоянии, хотя и старалась казаться равнодушною, но я уловил ее два-три ненавистных взгляда на Кармазинова и гневных на Степана Трофимовича, - гневных заранее, гневных из ревности, из любви: если бы Степан Трофимович на этот раз как-нибудь оплошал и дал себя срезать при всех Кармазинову, то, мне кажется, она тотчас бы вскочила и прибила его.
Varvara Petrovna was particularly excited, though she tried to appear indifferent, but I caught her once or twice glancing with hatred at Karmazinov and with wrath at Stepan Trofimovitch - the wrath of anticipation, the wrath of jealousy and love: if Stepan Trofimovitch had blundered this time and had let Karmazinov make him look small before every one, I believe she would have leapt up and beaten him.