Ну, так знайте же, что никакой я теперь любви не ощущаю, н-никакой, так что мне самому даже странно это, потому что я ведь действительно нечто ощущал... - От праздности и разврата, - перебил Раскольников.
Well, let me tell you that I've no feeling of love now, not the slightest, so that I wonder myself indeed, for I really did feel something..." "Through idleness and depravity," Raskolnikov put in.