Van Helsing's face almost beamed, and as we lifted her from the bath and rolled her in a hot sheet to dry her he said to me: - "The first gain is ours!
Лицо Ван Хелсинга почти сияло, и, когда мы вынули ее из ванной и завернули в теплую сухую простыню, он сказал мне: - Начало игры за нами!