Frank, Pitty and the servants bore her outbursts with maddening kindness, attributing her bad disposition to her pregnancy, never realizing the true cause.
Фрэнк, Питти и слуги выносили вспышки ее гнева с поистине умопомрачительным долготерпением, объясняя ее плохое расположение духа беременностью и, конечно же, не догадываясь о подлинной причине.