Всеми этими людьми, именно потому, что они не могли понимать его, было признано, что со стариком говорить нèчего; что он никогда не поймет всего глубокомыслия их планов; что он будет отвечать свои фразы (им казалось, что это только фразы) о золотом мосте, о том, что за границу нельзя притти с толпой бродяг и т. п. Это всё они уже слышали от него.
Because they could not understand him all these people assumed that it was useless to talk to the old man; that he would never grasp the profundity of their plans, that he would answer with his phrases (which they thought were mere phrases) about a "golden bridge," about the impossibility of crossing the frontier with a crowd of tatterdemalions, and so forth.