Пред ним стоял безукоризненно одетый молодой человек, с удивительно отделанными бакенбардами рыжеватого отлива, с пенсне, в лакированных сапогах, в самых свежих перчатках, в широком шармеровском пальто и с портфелем под мышкой.
Before him stood an irreproachably dressed young man with wonderfully well-kept whiskers of a reddish hue, with pince-nez, with patent-leather boots, and the freshest of gloves, in a full overcoat from Sharmer's, and with a portfolio under his arm.