I began to grow vexed with him; it seemed so downright senseless and insane to be sitting there all day and half the night on his hams in a cold room, holding a piece of wood on his head.
Мне даже досадно на него стало: надо же так глупо, так бессмысленно целый день и половину ночи просидеть на корточках в холодной комнате, держа на голове какую-то деревяшку.