Профессор с досадой и как будто умственною болью от перерыва оглянулся на странного вопрошателя, похожего более на бурлака, чем на философа, и перенес глаза на Сергея Ивановича, как бы спрашивая: что ж тут говорить?
The professor, in annoyance, and, as it were, mental suffering at the interruption, looked round at the strange inquirer, more like a bargeman than a philosopher, and turned his eyes upon Sergey Ivanovitch, as though to ask: What's one to say to him?