But, she promised herself, never, never would she again try to prod him into words of love, never again would she try to make him throw away that foolish honor he valued more than love.
Но, поклялась она себе, никогда, никогда не станет она больше вытягивать из него слова любви, никогда не будет вынуждать его поступиться этой дурацкой честью, которую он ставит выше любви.