Проходя по тропинке, шедшей по большому незастроенному месту, примыкавшему одною стороной к Поварской, другою к садам дома князя Грузинского, Пьер вдруг услыхал подле самого себя отчаянный плач женщины.
As he was going along a footpath across a wide-open space adjoining the Povarskóy on one side and the gardens of Prince Gruzínski's house on the other, Pierre suddenly heard the desperate weeping of a woman close to him.