После разных разговоров о подробностях действительно ужасных физических страданий, перенесенных Иваном Ильичем (подробности эти узнавал Петр Иванович только по тому, как мучения Ивана Ильича действовали на нервы Прасковьи Федоровны), вдова, очевидно, нашла нужным перейти к делу.
After many details of the really dreadful physical sufferings Ivan Ilyich had endured (which details he learnt only from the effect those sufferings had produced on Praskovya Fedorovna's nerves) the widow apparently found it necessary to get to business.