Заключил он, что здесь, в нашем городе, устроена была Петром Степановичем лишь первая проба такого систематического беспорядка, так сказать программа дальнейших действий, и даже для всех пятерок, - и что это уже собственно его (Лямшина) мысль, его догадка и "чтобы непременно попомнили и чтобы всё это поставили на вид, до какой степени он откровенно и благонравно разъясняет дело и, стало быть, очень может пригодиться даже и впредь для услуг начальства".
In conclusion, he said that here in our town Pyotr Stepanovitch had organised only the first experiment in such systematic disorder, so to speak, as a programme for further activity, and for all the quintets - and that this was his own (Lyamshin's) idea, his own theory, "and that he hoped they would remember it and bear in mind how openly and properly he had given his information, and therefore might be of use hereafter."