Приехав домой, Пьер отдал приказание своему всё знающему, всё умеющему, известному всей Москве, кучеру Евстафьевичу о том, что он в ночь едет в Можайск к войску, и чтобы туда были высланы его верховые лошади.
On reaching home Pierre gave orders to Evstáfey - his head coachman who knew everything, could do anything, and was known to all Moscow - that he would leave that night for the army at Mozháysk, and that his saddle horses should be sent there.