Еще меньше мог Левин сказать, что он был дрянь, потому что Свияжский был несомненно честный, добрый, умный человек, который весело, оживленно, постоянно делал дело, высоко ценимое всеми его окружающими, и уже наверное никогда сознательно не делал и не мог сделать ничего дурного.
Свияжский, күмән жоқ адал, мейрімді, ақылды адам болған соң да, оны нас еді деуге Левин аузы бара қоймайтын еді, істейтін ісін өзі үнемі жарқын жүріп, төңірегіндегілер түгел жоғары бағалағандай ширақ істейтін еді де, біле тұра, өмірі ешбір жаманшылық істеген, істейін деген түрі де жоқ еді.