Пьер так больно страдал три года тому назад от оскорбления, нанесенного ему женой, что теперь он спасал себя от возможности подобного оскорбления во-первых тем, что он не был мужем своей жены, во-вторых тем, что он не позволял себе подозревать.
He had suffered so painfully three years before from the mortification to which his wife had subjected him that he now protected himself from the danger of its repetition, first by not being a husband to his wife, and secondly by not allowing himself to suspect.