Он морщился, краснел, вставал и опускался, работая над собою в самом трудном для него в жизни деле - сказать неприятное в глаза человеку, сказать не то, чего ожидал этот человек, кто бы он ни был.
He blinked, went red, got up and sat down again, struggling with himself to do what was for him the most difficult thing in life - to say an unpleasant thing to a man's face, to say what the other, whoever he might be, did not expect.