Она остановилась, безжизненно уронив большие рабочие руки, сапно дыша, пыталась и не могла выпрямить изуродованную шею; оттого казалось, что смотрит она куда-то в сторону.
She halted, her big, toil-roughened hands hanging lifelessly at her sides, and breathed heavily, trying to straighten her scarred neck and failing, so that it seemed she looked sideways.