Сам Ростов, завалив назад ноги и подобрав живот и чувствуя себя одним куском с лошадью, с нахмуренным, но блаженным лицом, чортом, как говорил Денисов, проехал мимо государя.
Rostóv himself, his legs well back and his stomach drawn in and feeling himself one with his horse, rode past the Emperor with a frowning but blissful face "like a vewy devil," as Denísov expressed it.