- А не говорил ли когда при вас... или как-нибудь мельком, или в раздражении, - хватил вдруг Николай Парфенович, - что намерен посягнуть на жизнь своего отца?
"Did he never say before you ... casually, or in a moment of irritation," Nikolay Parfenovitch put in suddenly, "that he intended to make an attempt on his father's life?"