"All men must die," said a voice quite close at hand; "but all are not condemned to meet a lingering and premature doom, such as yours would be if you perished here of want."
- Все люди должны умереть, - произнес чей-то голос совсем близко от меня, - но не все обречены на мучительный и преждевременный конец, какой выпал бы на вашу долю, если бы вы погибли здесь от истощения.