Стремов, тоже член комиссии и тоже задетый за живое, стал оправдываться, - и вообще произошло бурное заседание; но Алексей Александрович восторжествовал, и его предложение было принято; были назначены три новые комиссии, и на другой день в известном петербургском кругу только и было речи, что об этом заседании.
Stremov, who was also a member of the Commission, and also stung to the quick, began defending himself, and altogether a stormy sitting followed; but Alexey Alexandrovitch triumphed, and his motion was carried, three new commissions were appointed, and the next day in a certain Petersburg circle nothing else was talked of but this sitting.