С тоской думал я о завтрашнем дне... VII Этот "завтрашний день", то есть то самое воскресенье, в которое должна была уже безвозвратно решиться участь Степана Трофимовича, был одним из знаменательнейших дней в моей хронике.
I thought of the next day with distress.... VII This "next day," the very Sunday which was to decide Stepan Trofimovitch's fate irrevocably, was one of the most memorable days in my chronicle.