Кити знала, что эта неискренность его происходила от любви к брату, от чувства совестливости за то, что он слишком счастлив, и в особенности от неоставляющего его желания быть лучше, - она любила это в нем и потому улыбалась.
Kitty knew that this insincerity came from his love for his brother, from his sense of shame at being too happy, and above all from his unflagging craving to be better - she loved it in him, and so she smiled.