Но только что он хотел продолжать начатый разговор с княжной Марьей, он опять взглянул на Наташу, и еще сильнейшая краска покрыла его лицо, - и еще сильнейшее волнение радости и страха охватило его душу.
But as soon as he tried to continue the conversation he had begun with Princess Mary he again glanced at Natásha, and a still-deeper flush suffused his face and a still-stronger agitation of mingled joy and fear seized his soul.