Степан Аркадьич покраснел при упоминании о Болгаринове, потому что он в этот же день утром был у Еврея Болгаринова, и визит этот оставил в нем неприятное воспоминание.
Stepan Arkadyevitch reddened at the mention of that name, because he had been that morning at the Jew Volgarinov's, and the visit had left an unpleasant recollection.