Николинька, который был теперь пятнадцатилетний худой, с вьющимися русыми волосами и прекрасными глазами, болезненный, умный мальчик, радовался потому, что дядя Пьер, как он называл его, был предметом его восхищения и страстной любви.
Young Nicholas, now a slim lad of fifteen, delicate and intelligent, with curly light-brown hair and beautiful eyes, was delighted because Uncle Pierre as he called him was the object of his rapturous and passionate affection.