Можете представить, что, когда уехал тогда Николай Всеволодович (я начинаю с того именно места, где остановился, Варвара Петровна), этот господин, вот этот самый господин Лебядкин мигом вообразил себя вправе распорядиться пенсионом, назначенным его сестрице, без остатка; и распорядился.
Would you believe it, that as soon as Nikolay Vsyevolodovitch had gone (I'm beginning from where I left off, Varvara Petrovna), this gentleman here, this Mr. Lebyadkin, instantly imagined he had the right to dispose of the whole pension that was provided for his sister.