Но любить или не любить народ, как что-то особенное, он не мог, потому что не только жил с народом, не только все его интересы были связаны с народом, но он считал и самого себя частью народа, не видел в себе и народе никаких особенных качеств и недостатков и не мог противопоставлять себя народу.
But like or dislike "the people" as something apart he could not, not only because he lived with "the people," and all his interests were bound up with theirs, but also because he regarded himself as a part of "the people," did not see any special qualities or failings distinguishing himself and "the people," and could not contrast himself with them.