Однажды в Москве, в присутствии княжны Марьи (ей казалось, что отец нарочно при ней это сделал), старый князь поцеловал у m-lle Bourienne руку и, притянув ее к себе, обнял лаская.
One day in Moscow in Princess Mary's presence (she thought her father did it purposely when she was there) the old prince kissed Mademoiselle Bourienne's hand and, drawing her to him, embraced her affectionately.