И только это чувство поставило его на ту высшую человеческую высоту, с которой он, главнокомандующий, направлял все свои силы не на то, чтоб убивать и истреблять людей, а на то, чтобы спасать и жалеть их.
And only that feeling placed him on that highest human pedestal from which he, the commander in chief, devoted all his powers not to slaying and destroying men but to saving and showing pity on them.