Честолюбивые планы его опять отступили на задний план, и он, чувствуя, что вышел из того круга деятельности, в котором всё было определено, отдавался весь своему чувству, и чувство это всё сильнее и сильнее привязывало его к ней.
His ambitious plans had retreated into the background again, and feeling that he had got out of that circle of activity in which everything was definite, he had given himself entirely to his passion, and that passion was binding him more and more closely to her.