Но искушение это продолжалось недолго, и скоро опять в душе Алексея Александровича восстановилось то спокойствие и та высота, благодаря которым он мог забывать о том, чего не хотел помнить.
But this temptation did not last long, and soon there was reestablished once more in Alexey Alexandrovitch's soul the peace and the elevation by virtue of which he could forget what he did not want to remember.