Не о корысти и военном прибытке теперь думали они, не о том, кому посчастливится набрать червонцев, дорогого оружия, шитых кафтанов и черкесских коней; но загадалися они - как орлы, севшие на вершинах обрывистых, высоких гор, с которых далеко видно расстилающееся беспредельно море, усыпанное, как мелкими птицами, галерами, кораблями и всякими судами, огражденное по сторонам чуть видными тонкими поморьями, с прибрежными, как мошки, городами и склонившимися, как мелкая травка, лесами.
Not of greed or the spoils of war were they thinking now, nor of who would be lucky enough to get ducats, fine weapons, embroidered caftans, and Tcherkessian horses; but they meditated like eagles perched upon the rocky crests of mountains, from which the distant sea is visible, dotted, as with tiny birds, with galleys, ships, and every sort of vessel, bounded only by the scarcely visible lines of shore, with their ports like gnats and their forests like fine grass.