Пред ним было чрезвычайно молоденькое личико, лет шестнадцати, даже, может быть, только пятнадцати, - маленькое, белокуренькое, хорошенькое, но всё разгоревшееся и как будто припухшее.
He saw before him the face of a quite young, fair-haired girl - sixteen, perhaps not more than fifteen, years old, pretty little face, but flushed and heavy looking and, as it were, swollen.