После данного толчка, французское войско еще могло докатиться до Москвы; но там, без новых усилий со стороны русского войска, оно должно было погибнуть, истекая кровью от смертельной, нанесенной при Бородине, раны.
By impetus gained, the French army was still able to roll forward to Moscow, but there, without further effort on the part of the Russians, it had to perish, bleeding from the mortal wound it had received at Borodinó.