Они оба одинаково старались в последующей жизни вычеркнуть из своей памяти все уродливые, постыдные обстоятельства этого нездорового времени, когда оба они редко бывали в нормальном настроении духа, редко бывали сами собою.
They both alike tried in later life to blot out from their memories all the monstrous, shameful incidents of that morbid period, when both were rarely in a normal frame of mind, both were rarely quite themselves.