Этот милый Свияжский, держащий при себе мысли только для общественного употребления и, очевидно, имеющий другие какие-то, тайные для Левина основы жизни и вместе с тем он с толпой, имя которой легион, руководящий общественным мнением чуждыми ему мыслями; этот озлобленный помещик, совершенно правый в своих рассуждениях, вымученных жизнью, но неправый своим озлоблением к целому классу и самому лучшему классу России; собственное недовольство своею деятельностью и смутная надежда найти поправку всему этому - всё это сливалось в чувство внутренней тревоги и ожидание близкого разрешения.
This dear good Sviazhsky, keeping a stock of ideas simply for social purposes, and obviously having some other principles hidden from Levin, while with the crowd, whose name is legion, he guided public opinion by ideas he did not share; that irascible country gentleman, perfectly correct in the conclusions that he had been worried into by life, but wrong in his exasperation against a whole class, and that the best class in Russia; his own dissatisfaction with the work he had been doing, and the vague hope of finding a remedy for all this - all was blended in a sense of inward turmoil, and anticipation of some solution near at hand.