Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо было жить с другом на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером,4 что можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.
He thought of the amenities of a life, of friendship, and of how nice it would be to live with a comrade on, say, the bank of some river, and to span the river with a bridge of his own, and to build an enormous mansion with a facade lofty enough even to afford a view to Moscow.