Сколько раз она ни говорила себе, что не надо позволять себе горячиться уча племянника, почти всякий раз, как она садилась с указкой за французскую азбуку, ей так хотелось поскорее, полегче перелить из себя свое знание в ребенка, уже боявшегося, что вот-вот тетя рассердится, что она при малейшем невнимании со стороны мальчика вздрагивала, торопилась, горячилась, возвышала голос, иногда дергала его за руку и ставила в угол.
However often she told herself that she must not get irritable when teaching her nephew, almost every time that, pointer in hand, she sat down to show him the French alphabet, she so longed to pour her own knowledge quickly and easily into the child - who was already afraid that Auntie might at any moment get angry - that at his slightest inattention she trembled, became flustered and heated, raised her voice, and sometimes pulled him by the arm and put him in the corner.