Ее свежее дыхание касалось моего лица; иногда локон, отделившийся в вихре вальса от своих товарищей, скользил по горящей щеке моей... Я сделал три тура.
Her fresh breath touched my face; at times a lock of hair, becoming separated from its companions in the eddy of the waltz, glided over my burning cheek...