На этом пункте Петр Ильич настаивал обстоятельно и хотя в результате твердо ничего не узнал, но все же вынес почти убеждение, что никуда Дмитрий Федорович и бегать не мог, как в дом родителя, и что стало быть там непременно должно было нечто произойти.
Pyotr Ilyitch persisted in returning to this point, and though he found out nothing conclusive, yet he carried away a conviction that Dmitri Fyodorovitch could have gone nowhere but to his father's house, and that therefore something must have happened there.