Она летела прямо на него: близкие звуки хорканья, похожие на равномерное наддирание тугой ткани, раздались над самым ухом; уже виден был длинный нос и шея птицы, и в ту минуту, как Левин приложился, из-за куста, где стоял Облонский, блеснула красная молния; птица, как стрела, спустилась и взмыла опять кверху.
It was flying straight towards him; the guttural cry, like the even tearing of some strong stuff, sounded close to his ear; the long beak and neck of the bird could be seen, and at the very instant when Levin was taking aim, behind the bush where Oblonsky stood, there was a flash of red lightning: the bird dropped like an arrow, and darted upwards again.