Пьер с кроткою улыбкой сожаления и раскаяния, беспомощно расставив ноги и руки, прямо своею широкою грудью стоял перед Долоховым и грустно смотрел на него.
Pierre, with a gentle smile of pity and remorse, his arms and legs helplessly spread out, stood with his broad chest directly facing Dólokhov and looked sorrowfully at him.