Сам он постоянно был занят то писанием своих мемуаров, то выкладками из высшей математики, то точением табакерок на станке, то работой в саду и наблюдением над постройками, которые не прекращались в его имении.
He was himself always occupied: writing his memoirs, solving problems in higher mathematics, turning snuffboxes on a lathe, working in the garden, or superintending the building that was always going on at his estate.