Господа, бывавшие у Билибина, светские, молодые, богатые и веселые люди, составляли и в Вене и здесь отдельный кружок, который Билибин, бывший главой этого кружка, называл наши, les nôtres.
The gentlemen assembled at Bilíbin's were young, wealthy, gay society men, who here, as in Vienna, formed a special set which Bilíbin, their leader, called les nôtres.