Русские не только не укрепляли позиции Бородинского поля влево под прямым углом от дороги (то есть, того места, на котором произошло сражение), но и никогда до 25-го августа 1812 года не думали о том, чтобы сражение могло произойти на этом месте.
Not only did the Russians not fortify the position on the field of Borodinó to the left of, and at a right angle to, the highroad (that is, the position on which the battle took place), but never till the twenty-fifth of August, 1812, did they think that a battle might be fought there.