"I've neither cold nor fever, Nelly," he remarked, in allusion to my morning's speech; "and I'm ready to do justice to the food you give me."
- Я не простужен, не в лихорадке, Нелли, - сказал он, намекая на мои давешние слова, - и готов воздать должное пище, которую вы мне преподносите.