And though the consequent shock and alarm was very great and much more durable - indeed I believe it was half an hour before any of us were comfortable again - yet that was too general a sensation for any thing of peculiar anxiety to be observable.
Общее потрясение и переполох продолжались потом гораздо дольше - добрых полчаса, наверное, минуло, покуда мы вновь пришли в себя, - но в этом едином для всех порыве каких-либо признаков сугубого волненья ни с чьей стороны не замечалось.