Теперь, когда Лизавете Николаевне было уже около двадцати двух лет, за нею смело можно было считать до двухсот тысяч рублей одних ее собственных денег, не говоря уже о состоянии, которое должно было ей достаться со временем после матери, не имевшей детей во втором супружестве.
Now that Lizaveta Nikolaevna was twenty-two her private fortune might confidently be reckoned at 200,000 roubles, to say nothing of the property - which was bound to come to her at the death of her mother, who had no children by her second marriage.