Надо мной смейся, но ко мне мать приехала, - повернулся он вдруг к Порфирию, - и если б она узнала, - отвернулся он опять поскорей к Разумихину, стараясь особенно, чтобы задрожал голос, - что эти часы пропали, то, клянусь, она была бы в отчаянии!
You may laugh at me, but my mother is here," he turned suddenly to Porfiry, "and if she knew," he turned again hurriedly to Razumihin, carefully making his voice tremble, "that the watch was lost, she would be in despair!