She ran, and returned and ran again, many times before my sober footsteps reached the gate, and then she seated herself on the grassy bank beside the path, and tried to wait patiently; but that was impossible: she couldn't be still a minute.
Она убегала, и возвращалась, и опять убегала много раз, пока я своим размеренным шагом дошла до ворот, и тогда она села на дерновую скамью у дорожки и старалась терпеливо ждать; но это было невозможно: она не могла и минуты посидеть спокойно.