Замечательно было для Левина то, что они все для него нынче были видны насквозь, и по маленьким, прежде незаметным признакам он узнавал душу каждого и ясно видел, что они все были добрые.
What struck Levin was that he could see through them all today, and from little, almost imperceptible signs knew the soul of each, and saw distinctly that they were all good at heart.