The din and hubbub of voices made it almost impossible to hear anything and, as if feeling the joy and excitement of the occasion, old Levi choked off "Lorena" in mid-bar, rapped sharply with his bow and, sawing away for dear life, the orchestra burst into "Bonnie Blue Flag."
В шуме и гуле голосов тонули все слова, а старик Леви, словно подхваченный всеобщим радостным возбуждением, вдруг оборвал на полутакте "Лорену", яростно прошелся смычком по струнам, и оркестр что было мочи грянул "Голубой заветный флаг".