Несмотря на то, что Борис приехал с намерением говорить о своей любви и потому намеревался быть нежным, он раздражительно начал говорить о женском непостоянстве: о том, как женщины легко могут переходить от грусти к радости и что у них расположение духа зависит только от того, кто за ними ухаживает.
Though Borís had come intentionally to speak of his love and therefore meant to be tender, he began speaking irritably of feminine inconstancy, of how easily women can turn from sadness to joy, and how their moods depend solely on who happens to be paying court to them.