Опять волна общего любопытства, как и около церкви в Хамовниках, надвинула всех пленных к дороге, и Пьер, благодаря своему росту, через головы других увидал то, чтò так привлекло любопытство пленных.
Again, as at the church in Khamóvniki, a wave of general curiosity bore all the prisoners forward onto the road, and Pierre, thanks to his stature, saw over the heads of the others what so attracted their curiosity.