Mr. Heathcliff, I believe, had not treated him physically ill; thanks to his fearless nature, which offered no temptation to that course of oppression: he had none of the timid susceptibility that would have given zest to ill-treatment, in Heathcliff's judgment.
Мне думается, мистер Хитклиф не притеснял его физически; юноша, бесстрашный по натуре, не искушал на подобные преследования: в нем не было и тени той боязливой податливости, которая в человеке такого склада, как Хитклиф, пробуждала бы желание давить и угнетать.