Он бросил скамейку и пошел, почти побежал; он хотел было поворотить назад, к дому, но домой идти ему стало вдруг ужасно противно: там-то, в углу, в этом-то ужасном шкафу и созревало всё это вот уже более месяца, и он пошел куда глаза глядят.
He left the seat, and went off almost at a run; he meant to turn back, homewards, but the thought of going home suddenly filled him with intense loathing; in that hole, in that awful little cupboard of his, all this had for a month past been growing up in him; and he walked on at random.