That, in itself, was strange, for in Atlanta every respectable newcomer hastened to present his credentials, to tell proudly of his home and family, to trace the tortuous mazes of relationship that stretched over the entire South.
Это уже само по себе было странно, ибо в Атланте каждый уважающий себя пришелец спешил представить свои верительные грамоты и с гордостью рассказывал о доме и семье, вычерчивая сложную сеть семейных отношений, охватывавшую весь Юг.