Пьеру так естественно казалось, что все его любят, так казалось бы неестественно, ежели бы кто-нибудь не полюбил его, что он не мог не верить в искренность людей, окружавших его.
It seemed so natural to Pierre that everyone should like him, and it would have seemed so unnatural had anyone disliked him, that he could not but believe in the sincerity of those around him.