Если бы кто-нибудь имел право спросить Алексея Александровича, что он думает о поведении своей жены, то кроткий, смирный Алексей Александрович ничего не ответил бы, а очень бы рассердился на того человека, который у него спросил бы про это.
If anyone had had the right to ask Alexey Alexandrovitch what he thought of his wife's behavior, the mild and peaceable Alexey Alexandrovitch would have made no answer, but he would have been greatly angered with any man who should question him on that subject.