Варвара Петровна, разумеется, была уязвлена, а между тем и до нее уже стали доходить некоторые странные слухи, тоже чрезмерно ее раздражавшие, и именно своею неопределенностью.
Varvara Petrovna was wounded of course, and meanwhile some strange rumours had reached her which also irritated her extremely, especially by their vagueness.