"От всех моих поездок, écrit-il à l'Empereur, получил ссадину от седла, которая сверх прежних перевязок моих совсем мне мешает ездить верхом и командовать такою обширною армией, а потому я командованье оною сложил на старшего по мне генерала, графа Буксгевдена, отослав к нему всё дежурство и всё принадлежащее к оному, советовав им, если хлеба не будет, ретироваться ближе во внутренность Пруссии, потому что оставалось хлеба только на один день, а у иных полков ничего, как о том дивизионные командиры Остерман и Седморецкий объявили, а у мужиков всё съедено; я и сам, пока вылечусь, остаюсь в гошпитале в Остроленке.
"'From all my riding,' he writes to the Emperor, 'I have got a saddle sore which, coming after all my previous journeys, quite prevents my riding and commanding so vast an army, so I have passed on the command to the general next in seniority, Count Buxhöwden, having sent him my whole staff and all that belongs to it, advising him if there is a lack of bread, to move farther into the interior of Prussia, for only one day's ration of bread remains, and in some regiments none at all, as reported by the division commanders, Ostermann and Sedmorétzki, and all that the peasants had has been eaten up.