Ушли все на минуту, мы с нею как есть одни остались, вдруг бросается мне на шею (сама в первый раз), обнимает меня обеими ручонками, целует и клянется, что она будет мне послушною, верною и доброю женой, что она сделает меня счастливым, что она употребит всю жизнь, всякую минуту своей жизни, всем, всем пожертвует, а за всё это желает иметь от меня только одно мое уважение и более мне, говорит, "ничего, ничего не надо, никаких подарков!"
We were left alone, she suddenly flung herself on my neck (for the first time of her own accord), put her little arms round me, kissed me, and vowed that she would be an obedient, faithful, and good wife, would make me happy, would devote all her life, every minute of her life, would sacrifice everything, everything, and that all she asks in return is my respect, and that she wants 'nothing, nothing more from me, no presents.'