Старшая, Вера, была хороша, была неглупа, училась прекрасно, была хорошо воспитана, голос у нее был приятный, то, чтò она сказала, было справедливо и уместно; но, странное дело, все, и гостья и графиня, оглянулись на нее, как будто удивились, зачем она это сказала, и почувствовали неловкость.
Véra was good-looking, not at all stupid, quick at learning, was well brought up, and had a pleasant voice; what she said was true and appropriate, yet, strange to say, everyone - the visitors and countess alike - turned to look at her as if wondering why she had said it, and they all felt awkward.