For the first time, she realized that this was Ashley's baby and suddenly wished with all the strength left in her that he were her baby, hers and Ashley's.
Впервые до ее сознания дошло, что этот ребенок - сын Эшли, и внезапно со всей страстью, на какую еще было способно ее истерзанное существо, она возжелала, чтобы это был ее ребенок - ее и Эшли.