Странно, что вместо тяжелого и даже боязливого отвращения, ощущаемого обыкновенно в присутствии всех подобных, наказанных богом существ, мне стало почти приятно смотреть на нее с первой же минуты, и только разве жалость, но отнюдь не отвращение, овладела мною потом.
Strange to say, instead of the oppressive repulsion and almost dread one usually feels in the presence of these creatures afflicted by God, I felt it almost pleasant to look at her from the first moment, and my heart was filled afterwards with pity in which there was no trace of aversion.