When he came back and sat down beside her, his dark eyes alertly searching her face, the pall of death receded before the vitality he radiated and the room seemed pleasant and homelike again, the lamps rosy and warm.
Когда он вернулся и сел рядом, внимательно глядя на нее своими черными глазами, атмосфера смерти рассеялась перед исходившей от него жизненной силой, комната снова показалась приятной и по-домашнему уютной, а свет от ламп стал теплым, розовым.