Вронский слушал с удовольствием этот веселый лепет хорошенькой женщины, поддакивал ей, давал полушутливые советы и вообще тотчас же принял свой привычный тон обращения с этого рода женщинами.
Vronsky heard with pleasure this light-hearted prattle of a pretty woman, agreed with her, gave her half-joking counsel, and altogether dropped at once into the tone habitual to him in talking to such women.