И одни говорили, что мадам Шталь сделала себе общественное положение добродетельной, высокорелигиозной женщины; другие говорили, что она была в душе то самое высоко-нравственное существо, жившее только для добра ближнего, каким она представлялась.
And some people said that Madame Stahl had made her social position as a philanthropic, highly religious woman; other people said she really was at heart the highly ethical being, living for nothing but the good of her fellow creatures, which she represented herself to be.