Иван Ильич никогда не злоупотреблял этой своей властью, напротив, старался смягчать выражения ее; но сознание этой власти и возможность смягчать ее составляли для него главный интерес и привлекательность его новой службы.
Ivan Ilyich never abused his power; he tried on the contrary to soften its expression, but the consciousness of it and the possibility of softening its effect, supplied the chief interest and attraction of his office.