Наташа смеялась при всяком слове, которое он говорил и которое она говорила, не потому, чтобы было смешно то, чтò они говорили, но потому, что ей было весело и она не в силах была удерживать своей радости, выражавшейся смехом.
Natásha laughed at every word he said or that she said herself, not because what they were saying was amusing, but because she felt happy and was unable to control her joy which expressed itself by laughter.