Мысль о том, что оба ее сына находятся на войне, что оба они ушли из-под ее крыла, что нынче или завтра каждый из них, а может быть и оба вместе, как три сына одной ее знакомой, могут быть убиты, в первый раз теперь в это лето с жестокою ясностью пришла ей в голову.
The thought that both her sons were at the war, had both gone from under her wing, that today or tomorrow either or both of them might be killed like the three sons of one of her acquaintances, struck her that summer for the first time with cruel clearness.