Алексей Александрович откашлялся и, не глядя на своего противника, но избрав, как он это всегда делал при произнесении речей, первое сидевшее перед ним лицо - маленького, смирного старичка, не имевшего никогда никакого мнения в комиссии, начал излагать свои соображения.
Alexey Alexandrovitch cleared his throat, and not looking at his opponent, but selecting, as he always did while he was delivering his speeches, the first person sitting opposite him, an inoffensive little old man, who never had an opinion of any sort in the Commission, began to expound his views.