Князь Багратион посмотрел на Тушина и, видимо не желая выказать недоверия к резкому суждению Болконского и, вместе с тем, чувствуя себя не в состоянии вполне верить ему, наклонил голову и сказал Тушину, что он может итти.
Prince Bagratión looked at Túshin, evidently reluctant to show distrust in Bolkónski's emphatic opinion yet not feeling able fully to credit it, bent his head, and told Túshin that he could go.