А между тем там, в ногах постели, в ловких руках Лизаветы Петровны, как огонек над светильником, колебалась жизнь человеческого существа, которого никогда прежде не было и которое так же, с тем же правом, с тою же значительностью для себя, будет жить и плодить себе подобных.
And meanwhile, there at the foot of the bed, in the deft hands of Lizaveta Petrovna, like a flickering light in a lamp, lay the life of a human creature, which had never existed before, and which would now with the same right, with the same importance to itself, live and create in its own image.