And then they had called her to a sofa, where she now sat, ensconced between them, chattering alternately in French and broken English; absorbing not only the young ladies' attention, but that of Mrs. Eshton and Lady Lynn, and getting spoilt to her heart's content.
Затем они подозвали ее к себе, и она, усевшись между ними, начала усиленно болтать то по-французски, то на ломаном английском языке, завладев вниманием не только барышень, но и миссис Эштон и леди Лин и чувствуя себя на седьмом небе.