Левину не хотелось есть, он не курил; сходиться со своими, то есть с Сергеем Ивановичем, Степаном Аркадьичем, Свияжским и другими, не хотел, потому что с ними вместе в оживленной беседе стоял Вронский в шталмейстерском мундире.
Levin did not care to eat, and he was not smoking; he did not want to join his own friends, that is Sergey Ivanovitch, Stepan Arkadyevitch, Sviazhsky and the rest, because Vronsky in his equerry's uniform was standing with them in eager conversation.