Всё это было оживленно, величественно и неожиданно; но то, чтò более всего поразило Пьера - это был вид самого поля сражения, Бородина и лощины над Колочею по обеим сторонам ее.
All this was vivid, majestic, and unexpected; but what impressed Pierre most of all was the view of the battlefield itself, of Borodinó and the hollows on both sides of the Kolochá.