She thought of Charles who was dead and Ashley who might be dead and all the gay and gallant young men who were rotting in shallow graves and she forgot that she, too, had once thought them fools.
Промелькнула мысль о мертвом Чарлзе, об Эшли, который, быть может, тоже уже мертв, о всех веселых, храбрых юношах, гниющих в наспех вырытых могилах, и она забыла, что сама когда-то называла их про себя дураками.