Тот самый ясный и холодный августовский день, который так безнадежно действовал на Анну, казался ему возбудительно оживляющим и освежал его разгоревшееся от обливания лицо и шею.
The bright, cold August day, which had made Anna feel so hopeless, seemed to him keenly stimulating, and refreshed his face and neck that still tingled from the cold water.