Маврикий Николаевич растолковывал, как увидим ниже, такие капризные порывы ее, особенно частые в последнее время, вспышками слепой к нему ненависти, и не то чтоб от злости, - напротив, она чтила, любила и уважала его, и он сам это знал, - а от какой-то особенной бессознательной ненависти, с которою она никак не могла справиться минутами.
Mavriky Nikolaevitch, as we shall see later, set down these capricious impulses, which had been particularly frequent of late, to outbreaks of blind hatred for him, not due to spite, for, on the contrary, she esteemed him, loved him, and respected him, and he knew that himself - but from a peculiar unconscious hatred which at times she could not control.