Он чувствовал по озлоблению стариков, по любопытству непосвященных, по сдержанности посвященных, по торопливости, озабоченности всех, по бесчисленному количеству комитетов, комиссий, о существовании которые он вновь узнавал каждый день, что теперь, в 1809-м году, готовилось здесь, в Петербурге, какое-то огромное гражданское сражение, которого главнокомандующим было неизвестное ему, таинственное и представлявшееся ему гениальным, лицо - Сперанский.
From the irritation of the older men, the curiosity of the uninitiated, the reserve of the initiated, the hurry and preoccupation of everyone, and the innumerable committees and commissions of whose existence he learned every day, he felt that now, in 1809, here in Petersburg a vast civil conflict was in preparation, the commander in chief of which was a mysterious person he did not know, but who was supposed to be a man of genius - Speránski.