Похоже было на то, когда пьяный человек, воротясь домой, начинает с необычайным жаром рассказывать жене или кому из домашних, как его сейчас оскорбили, какой подлец его оскорбитель, какой он сам, напротив, прекрасный человек и как он тому подлецу задаст - и все это длинно-длинно, бессвязно и возбужденно, со стуком кулаками по столу, с пьяными слезами.
It was like the talk of a drunken man, who, on his return home, begins with extraordinary heat telling his wife or one of his household how he has just been insulted, what a rascal had just insulted him, what a fine fellow he is on the other hand, and how he will pay that scoundrel out; and all that at great length, with great excitement and incoherence, with drunken tears and blows on the table.