И как ни дороги, ни милы мне многие люди - отец, сестра, жена, - самые дорогие мне люди, - но, как ни страшно и ни неестественно это кажется, я всех их отдам сейчас за минуту славы, торжества над людьми, за любовь к себе людей, которых я не знаю и не буду знать, за любовь вот этих людей", подумал он, прислушиваясь к говору на дворе Кутузова.
And precious and dear as many persons are to me - father, sister, wife - those dearest to me - yet dreadful and unnatural as it seems, I would give them all at once for a moment of glory, of triumph over men, of love from men I don't know and never shall know, for the love of these men here," he thought, as he listened to voices in Kutúzov's courtyard.