Граф сам не курил и не говорил, а наклоняя голову, то на один бок, то на другой, с видимым удовольствием смотрел на куривших и слушал разговор двух соседей своих, которых он стравил между собой.
He neither smoked nor talked, but bending his head first to one side and then to the other watched the smokers with evident pleasure and listened to the conversation of his two neighbors, whom he egged on against each other.