Он не верил ни одному слову Степана Аркадьича, на каждое слово его имел тысячи опровержений, но он слушал его, чувствуя, что его словами выражается та могущественная грубая сила, которая руководит его жизнью и которой он должен будет покориться.
He did not believe a single word Stepan Arkadyevitch said to him; to every word he had a thousand objections to make, but he listened to him, feeling that his words were the expression of that mighty brutal force which controlled his life and to which he would have to submit.