Он чувствовал всю мучительность своего и её положения, всю трудность при той выставленности для глаз всего света, в которой они находились, скрывать свою любовь, лгать и обманывать; и лгать, обманывать, хитрить и постоянно думать о других тогда, когда страсть, связывавшая их, была так сильна, что они оба забывали оба всем другом, кроме своей любви.
He felt all the torture of his own and her position, all the difficulty there was for them, conspicuous as they were in the eye of all the world, in concealing their love, in lying and deceiving; and in lying, deceiving, feigning, and continually thinking of others, when the passion that united them was so intense that they were both oblivious of everything else but their love.