Your habitual expression in those days, Jane, was a thoughtful look; not despondent, for you were not sickly; but not buoyant, for you had little hope, and no actual pleasure.
Твоим обычным выражением в те дни, Джейн, была глубокая задумчивость: не мрачная, ибо ты не была больна, но и не ликующая, так как у тебя было мало надежд и никаких удовольствий.