Когда стали засыпать могилу, он вдруг озабоченно стал указывать на валившуюся землю и начинал даже что-то говорить, но разобрать никто ничего не мог, да и он сам вдруг утих.
When they began filling up the grave, he suddenly pointed anxiously at the falling earth and began trying to say something, but no one could make out what he meant, and he stopped suddenly.