He could not tell them what the army saw when it marched back into Atlanta, the acres and acres of chimneys standing blackly above ashes, piles of half-burned rubbish and tumbled heaps of brick clogging the streets, old trees dying from fire, their charred limbs tumbling to the ground in the cold wind.
Не мог он поведать им о том, что увидела армия конфедератов после своего возвращения в Атланту: ряды печных труб, акр за акром торчавших над пепелищами; улицы, заваленные грудами обгорелых обломков и кирпича; старые деревья, умиравшие от ожогов, роняя на землю обугленные ветви, которые уносило порывами студеного ветра.