Раевский с выражением нетерпения, привычным жестом наперед курчавя свои черные волосы на висках, поглядывал то на Кутузова, то на входную дверь.
Raévski, twitching forward the black hair on his temples as was his habit, glanced now at Kutúzov and now at the door with a look of impatience.