Она, как старый эмигрант, отказавшийся жениться на даме, у которой он проводил несколько лет свои вечера, жалела о том, что Жюли была здесь и ей некому писать.
Like the old émigré who declined to marry the lady with whom he had spent his evenings for years, she regretted Julie's presence and having no one to write to.