Он хотел сказать что-то, но вдруг лицо его сщурилось, сморщилось; он, махнув рукой на Толя, повернулся в противную сторону, к красному углу избы, черневшему от образов.
He tried to say something, but his face suddenly puckered and wrinkled; he waved his arm at Toll and turned to the opposite side of the room, to the corner darkened by the icons that hung there.