Вера была двадцатилетняя, красивая девица; Соня шестнадцатилетняя девушка во всей прелести только что распустившегося цветка; Наташа полу-барышня, полу-девочка, то детски смешная, то девически обворожительная.
Véra was a handsome girl of twenty; Sónya a girl of sixteen with all the charm of an opening flower; Natásha, half grown up and half child, was now childishly amusing, now girlishly enchanting.