Он был целомудрен и стыдлив до дикости, считал себя страшным уродом, ненавидел свое лицо и свой характер, приравнивал себя к какому-то монстру, которого можно возить и показывать лишь на ярмарках.
He was savagely modest and chaste, he looked on himself as a perfect monster, detested his own face as well as his character, compared himself to some freak only fit to be exhibited at fairs.