Князь Андрей смотрел близко в эти зеркальные, непропускающие к себе глаза и ему стало смешно, как он мог ждать чего-нибудь от Сперанского и от всей своей деятельности, связанной с ним, и как мог он приписывать важность тому, чтò делал Сперанский.
Prince Andrew looked closely into those mirrorlike, impenetrable eyes, and felt that it had been ridiculous of him to have expected anything from Speránski and from any of his own activities connected with him, or ever to have attributed importance to what Speránski was doing.