Открытие это, вдруг объяснившее для нее все те непонятные для нее прежде семьи, в которых было только по одному и по два ребенка, вызвало в ней столько мыслей, соображений и противоречивых чувств, что она ничего не умела сказать и только широко раскрытыми глазами удивленно смотрела на Анну.
This discovery, suddenly throwing light on all those families of one or two children, which had hitherto been so incomprehensible to her, aroused so many ideas, reflections, and contradictory emotions, that she had nothing to say, and simply gazed with wide-open eyes of wonder at Anna.