Когда Анна вышла в шляпе и накидке и, быстрым движением красивой руки играя зонтиком, остановилась подле него, Вронский с чувством облегчения оторвался от пристально устремленных на него жалующихся глаз Голенищева и с новою любовию взглянул на свою прелестную, полную жизни и радости подругу.
When Anna came in in her hat and cape, and her lovely hand rapidly swinging her parasol, and stood beside him, it was with a feeling of relief that Vronsky broke away from the plaintive eyes of Golenishtchev which fastened persistently upon him, and with a fresh rush of love looked at his charming companion, full of life and happiness.