Князь Андрей чуть заметно улыбнулся в первый раз, но княжна Марья, так знавшая его лицо, с ужасом поняла, что это была улыбка не радости, не нежности к сыну, но тихой, кроткой насмешки над тем, что княжна Марья употребляла по ее мнению последнее средство для приведения его в чувство.
Prince Andrew smiled just perceptibly and for the first time, but Princess Mary, who knew his face so well, saw with horror that he did not smile with pleasure or affection for his son, but with quiet, gentle irony because he thought she was trying what she believed to be the last means of arousing him.