For a moment or two he looked very sad, and said in a sort of far-away voice, as though saying it rather to himself than to me: - "All over!
Одну или две секунды он смотрел очень печально, а затем произнес голосом как бы отдаленным, словно обращаясь скорее к себе, чем ко мне: - Все кончено!