Левин ничего не отвечал теперь - не потому, что он не хотел вступать в спор со священником, но потому, что никто ему не задавал таких вопросов, а когда малютки его будут задавать эти вопросы, еще будет время подумать, что отвечать.
Levin made no answer this time, not because he did not want to enter upon a discussion with the priest, but because, so far, no one had ever asked him such questions, and when his babes did ask him those questions, it would be time enough to think about answering them.