Он только чувствовал и знал, что надо, чтобы всё переменилось, так или этак, "хоть как бы то ни было", повторял он с отчаянною, неподвижною самоуверенностью и решимостью.
All he knew, all he felt was that everything must be changed "one way or another," he repeated with desperate and immovable self-confidence and determination.