Сам убо, Господи Боже наш, пославый истину на наследие Твое и обетование Твое, на рабы Твоя отцы наша, в коемждо роде и роде, избранныя Твоя: призри на раба Твоего Константина и на рабу Твою Екатерину и утверди обручение их в вере, и единомыслии, и истине, и любви".... Левин чувствовал всё более и более, что все его мысли о женитьбе, его мечты о том, как он устроит свою жизнь, что всё это было ребячество и что это что-то такое, чего он не понимал до сих пор и теперь еще менее понимает, хотя это и совершается над ним; в груди его всё выше и выше поднимались содрогания, и непокорные слезы выступали ему на глаза.
O Lord, our God, who hast poured down the blessings of Thy Truth according to Thy Holy Covenant upon Thy chosen servants, our fathers, from generation to generation, bless Thy servants Konstantin and Ekaterina, and make their troth fast in faith, and union of hearts, and truth, and love...." Levin felt more and more that all his ideas of marriage, all his dreams of how he would order his life, were mere childishness, and that it was something he had not understood hitherto, and now understood less than ever, though it was being performed upon him.