Николай же Всеволодович слушал очень лениво и рассеянно, с своей официальною усмешкой, а под конец даже и нетерпеливо, и всё как бы порывался уйти.
Nikolay Vsyevolodovitch listened inattentively and listlessly with his official smile, and at last even impatiently, and seemed all the time on the point of breaking away.