Страдая и замирая в душе, как всегда в толпе, Наташа шла в своем лиловом, шелковом, с черными кружевами платье, так, как умеют ходить женщины, - тем спокойнее и величавее, чем больнее и стыднее у ней было на душе.
With a sinking heart, wretched as she always was now when she found herself in a crowd, Natásha in her lilac silk dress trimmed with black lace walked - as women can walk - with the more repose and stateliness the greater the pain and shame in her soul.