И солдаты, после тридцативерстного перехода, не смыкали глаз, всю ночь чинились, чистились; адъютанты и ротные рассчитывали, отчисляли; и к утру полк, вместо растянутой беспорядочной толпы, какою он был накануне на последнем переходе, представлял стройную массу 2000 людей, из которых каждый знал свое место, свое дело, из которых на каждом каждая пуговка и ремешок были на своем месте и блестели чистотой.
So the soldiers, after a twenty-mile march, were kept mending and cleaning all night long without closing their eyes, while the adjutants and company commanders calculated and reckoned, and by morning the regiment - instead of the straggling, disorderly crowd it had been on its last march the day before - presented a well-ordered array of two thousand men each of whom knew his place and his duty, had every button and every strap in place, and shone with cleanliness.