Должно быть, он застрелился еще около полуночи, хотя странно, что никто не слыхал выстрела, а хватились только сегодня в час пополудни и, не достучавшись, выломали дверь.
He must have shot himself at about midnight, though it was strange that no one had heard the shot, and they only raised the alarm at midday, when, after knocking in vain, they had broken in the door.