Она сидела неподвижно, опустив голову на грудь; пред нею на столике была раскрыта книга, но глаза ее, неподвижные и полные неизъяснимой грусти, казалось, в сотый раз пробегали одну и ту же страницу, тогда как мысли ее были далеко... В эту минуту кто-то шевельнулся за кустом.
She was sitting quite still, her head sunk upon her breast; on a little table in front of her was an open book; but her eyes, fixed and full of inexpressible grief, seemed for the hundredth time to be skimming the same page whilst her thoughts were far away.