Дети знали Левина очень мало, не помнили, когда видали его, но не выказывали в отношении к нему того странного чувства застенчивости и отвращения, которое испытывают дети так часто к взрослым притворяющимся людям и за которое им так часто и больно достается.
The children knew Levin very little, and could not remember when they had seen him, but they experienced in regard to him none of that strange feeling of shyness and hostility which children so often experience towards hypocritical, grown-up people, and for which they are so often and miserably punished.