Ее как будто пугало это странное, неожиданное счастье, что тот, кого она выбрала еще тогда (она твердо была уверена в этом), что тот самый теперь опять встретился ей, и, как кажется, неравнодушен к ней.
It was as if she feared this strange, unexpected happiness of meeting again the very man she had then chosen (she was firmly convinced she had done so) and of finding him, as it seemed, not indifferent to her.