Вместо тысячи шестисот рублей за ним была записана длинная колонна цифр, которую он считал до десятой тысячи, но которая теперь, как он смутно предполагал, возвысилась уже до пятнадцати тысяч.
Instead of sixteen hundred rubles he had a long column of figures scored against him, which he had reckoned up to ten thousand, but that now, as he vaguely supposed, must have risen to fifteen thousand.