Осмотрев всё со всею аккуратностью, Петр Степанович приподнялся и вышел на цыпочках, припер дверь, свечу поставил на стол в первой комнате, подумал и решил не тушить ее, сообразив, что она не может произвести пожара.
After a careful look round, Pyotr Stepanovitch got up and went out on tiptoe, closed the door, left the candle on the table in the outer room, thought a moment, and resolved not to put it out, reflecting that it could not possibly set fire to anything.