Лицо его, бледное и забрызганное грязью, белокурое, молодое, с дырочкой на подбородке и светлыми голубыми глазами, было самое не для поля сражения, не вражеское лицо, а самое простое комнатное лицо.
His pale and mud-stained face - fair and young, with a dimple in the chin and light-blue eyes - was not an enemy's face at all suited to a battlefield, but a most ordinary, homelike face.