Он не мог успокоиться, потому что он, так долго мечтавший о семейной жизни, так чувствовавший себя созревшим для нее, всё-таки не был женат и был дальше, чем когда-нибудь, от женитьбы.
He could not be at peace because after dreaming so long of family life, and feeling himself so ripe for it, he was still not married, and was further than ever from marriage.