Везде было накрошено, насорено, намочено; большая, толстая, вся мокрая тряпка лежала в первой комнате посреди пола и тут же, в той же луже, старый истоптанный башмак.
Everything was in disorder, wet and filthy; a huge soaking rag lay in the middle of the floor in the first room, and a battered old shoe lay beside it in the wet.