Если бы Варвара Петровна осталась еще на три минуты, то, наверно бы, не вынесла подавляющего ощущения этой летаргической неподвижности и разбудила его.
If Varvara Petrovna had remained another three minutes she could not have endured the stifling sensation that this motionless lethargy roused in her, and would have waked him.