Встречаясь с этим затруднением, историки этого рода придумывают самое неясное, неосязаемое и общее отвлечение, под которое возможно подвести наибольшее число событий, и говорят, что в этом отвлечении состоит цель движения человечества.
Met by this difficulty historians of that class devise some most obscure, impalpable, and general abstraction which can cover all conceivable occurrences, and declare this abstraction to be the aim of humanity's movement.