No, she didn't want her children raised in this welter of hate and uncertainty, of bitterness and violence lurking just below the surface, of poverty and grinding hardships and insecurity.
Нет, не хочет она, чтобы дети ее росли среди этого разгула ненависти и неуверенности в завтрашнем дне, среди ожесточения и насилия, способных прорваться в любую секунду, среди бедности, тяжких невзгод, ненадежности.