Все члены этой семьи, в особенности женская половина, представлялись ему покрытыми какою-то таинственною, поэтическою завесой, и он не только не видел в них никаких недостатков, но под этою поэтическою, покрывавшею их, завесой предполагал самые возвышенные чувства и всевозможные совершенства.
All the members of that family, especially the feminine half, were pictured by him, as it were, wrapped about with a mysterious poetical veil, and he not only perceived no defects whatever in them, but under the poetical veil that shrouded them he assumed the existence of the loftiest sentiments and every possible perfection.