Замечу раз навсегда: новоприбывший к нам Николай Парфенович, с самого начала своего у нас поприща, почувствовал к нашему Ипполиту Кирилловичу, прокурору, необыкновенное уважение, и почти сердцем сошелся с ним.
I will note once for all that Nikolay Parfenovitch, who had but lately arrived among us, had from the first felt marked respect for Ippolit Kirillovitch, our prosecutor, and had become almost his bosom friend.