Его призывали судить семейные дела, его делали душеприказчиком, ему поверяли тайны, его выбирали в судьи и другие должности, но от общественной службы он всегда упорно отказывался, осень и весну проводя в полях на своем кауром мерине, зиму сидя дома, летом лежа в своем заросшем саду.
They called him in to decide family disputes, chose him as executor, confided secrets to him, elected him to be a justice and to other posts; but he always persistently refused public appointments, passing the autumn and spring in the fields on his bay gelding, sitting at home in winter, and lying in his overgrown garden in summer.