Если бы жена тогда, объявив о своей неверности, ушла от него, он был бы огорчен, несчастлив, но он не был бы в том для самого себя безвыходном, непонятном положении, в каком он чувствовал себя теперь.
If his wife had then, on declaring to him her unfaithfulness, left him, he would have been wounded, unhappy, but he would not have been in the hopeless position - incomprehensible to himself - in which he felt himself now.