Читатель встречается с Онегиным, когда тому уже «наскучил жизни шум», ни чтение, ни сочинительство его тоже не увлекали – «как женщин, он оставил книги». 
Читатель встречается с Онегиным, когда ему уже «наскучил жизни шум», ни чтение, ни сочинительство его тоже не увлекали – «как женщин, он оставил книги». 