Это двигало Херстом; следуя более ранней стратегии Пулитцера, он поддерживал цену журнала на уровне одного цента (по сравнению с ценой в два цента в The World), предоставляя при этом не меньше информации, чем конкурирующие газеты.
Заметив, что сделал Пулитцер, сохранив цену своей газеты за два цента, Херст сделал журнал стоимостью всего один цент, предоставив при этом столько же информации, сколько конкурирующие газеты.