Некоторые критики считают, что эта история была добавлена к «Тысяче и одной ночи» одним из ее европейских переводчиков, Антуаном Галланом, французским востоковедом 18 века, который, возможно, слышал ее в устной форме от ближневосточного рассказчика из Алеппо.
Некоторые критики считают, что эта история была добавлена к «Тысяче и одной ночи» одним из ее европейских переводчиков, Антуаном Галланом, французским востоковедом 18 века, который, возможно, слышал ее в устной форме от ближневосточного рассказчика. из Алеппо.