Размышляя о своих ухаживаниях за Монро, Миллер писал: «Тогда она была для меня кружащимся светом, полной парадоксальностью и заманчивой тайной, в один момент уличной суровостью, затем поднимаемой лирической и поэтической чувствительностью, которую немногие сохраняют в раннем подростковом возрасте. ''
Размышляя о своих отношениях с Монро, Миллер писал: «Тогда она была для меня кружащимся светом, полной парадоксальностью и заманчивой тайной, в один момент уличной суровостью, затем поднимаемой лирической и поэтической чувствительностью, которую немногие сохраняют в раннем подростковом возрасте. ''