Он прибыл туда во время паники 1837 года, а затем остался там, чтобы контролировать поставленные под угрозу интересы Ротшильдов, вместо того, чтобы отправиться в Гавану.
Он прибыл туда во время паники 1837 года и остался, чтобы следить за интересами Ротшильда, вместо того, чтобы продолжить свой путь в Гавану.