Его использование до шестнадцатого века относилось, прежде всего, к «призванию» Бога к человеку или к призыву всего человечества к спасению, особенно в Вульгате, и, более конкретно, к «призванию к священству», которое остается обычным смыслом в католицизме.
В прошлом это слово означало, что народы призывались следовать христианству.