Теперь Галлахер утверждает, что песня была вовсе не о ней, но он чувствовал, что должен согласиться со слухами, говоря: «Смысл этой песни был отнят у меня СМИ, которые ухватились за нее.
Теперь Галлахер говорит, что песня не о ней, но он сказал: «Смысл этой песни был отнят у меня СМИ, которые ухватились за нее.