Его использование до шестнадцатого века относилось, прежде всего, к «призванию» Бога к человеку или к призыву всего человечества к спасению, особенно в Вульгате, и, более конкретно, к «призванию к священству», которое остается обычным смыслом в католицизме.
Мартин Лютер был первым, кто использовал его в современном смысле, чтобы описать жизненную задачу.