text: Produced by Leon Kuperman
  
  
  
  
  
  
  
  
  Красавице, которая нюхала
  
  
  
  табак
  Возможно ль? вместо роз, Амуром
  насажденных,
  Тюльпанов, гордо наклоненных,
  Душистых ландышей, ясминов и лилей,
  Которых ты всегда любила
  И прежде всякий день носила
  На мраморной груди твоей--
  Возможно ль, милая Климена?
  Какая странная во вкусе перемена! . .
  Ты любишь обонять не утренний цветок,
  А вредную траву зелену,
  Искусством превращену
  В пушистый порошок!
  Пускай уже седой профессор Геттингена,
  На старой кафедре согнувшися дугой,
  Вперив в латинщину глубокий разум свой,
  Раскашлявшись, табак толченый
  Пихает в длинный нос иссохшею рукой.
  Пускай младой драгун усатый
  Поутру, сидя у окна,
  Стаканы сушит все до дна,
  С остатком утреннего сна
  Из трубки пенковой дым гонит сероватый.
  Пускай красавица шестидесяти лет,
  У граций в отпуску, и у любви в отставке
  У коей держится вся прелесть на подставке,
  У коей без морщин на теле места нет,
  Чаек в прикуску попивает,
  И с верным табаком печали забывает,
  Злословит, молится, зевает.
  А ты, прелестная! . . но если уж табак
  Так нравится тебе--о пыл воображенья!
  Ах! если, превращенный в прах,
  И в табакерке, в заточеньи,
  Я в персты нежные твои попасться мог,
  Тогда б в сердечном восхищеньи
  Рассыпался на грудь под шалевый платок
  И даже, может быть. . о сладость
  вожделенья
  ...До тайных прелестей, которых сам
  Эрот
  Запрятал за леса и горы,
  Чтоб не могли нескромны взоры
  Открыть вместилище божественных
  красот.
  Но что! мечта, мечта пустая.
  Не будет этого никак.
  Судьба завистливая злая!
  Ах, отчего я не табак! . .
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  End of the Project Gutenberg EBook of Krasavitse, Kotoraya Niuhala Tabak, by 
  Aleksandr Sergeevich Pushkin