Во французском Биаррице завершился второй день саммита G7. Оправдались худшие предположения о том, что между президентом США Дональдом Трампом и остальными мировыми лидерами возникли непреодолимые противоречия. И хозяин саммита президент Франции Эмманюэль Макрон решил уйти от неприятной ситуации. Нехитрым способом. В этот раз саммит G7 вопреки многолетней традиции завершится без итогового документа — коммюнике. «Нам необходимо адаптировать форматы. Финального коммюнике не будет», — сказал Макрон. Напомним, члены G7 — это США, Германия, Япония, Великобритания, Франция, Италия и Канада. Россию из этого клуба, который ранее назывался, соответственно, G8, выдворили в 2014-м в связи с присоединением Крыма. Впрочем, Макрон утешил общественность уточнением, что по итогам саммита «будут следовать договоренности и обязательства». Видимо, уже в двустороннем формате между странами. «Все в очередной раз выразят свою позицию, проведут жаркие дискуссии, но останутся при своем мнении. G7 превратился в архаичную площадку, на которой все говорят, но ни до чего не договариваются. По сути саммит потерял символ места, где принимаются реальные решения», — говорит политолог Александр Асафов. Тем не менее попытки обсудить горячие темы были. Главная из них, по крайней мере для мировой безопасности, но, похоже, не для Трампа, — иранская ядерная программа. По этому поводу на саммите случился скандал. Французские СМИ со ссылкой на дипломатический источник сообщили, что руководители стран G7 поручили Макрону переговорить с Ираном. Якобы Макрон получил мандат на это от имени всей «большой семерки». Но Трамп , между прочим, позавтракавший с Макроном, опроверг это. Он сказал, что не обсуждал предоставление французскому лидеру таких полномочий, передавал французский телеканал LCI. В воскресенье также стало известно, что закрытый для полетов авиации аэропорт Биарриц принял борт с иранской делегацией. Информация о прилете иранцев на саммит поступила от службы Flightradar24. Когда Трампа спросили, что он думает по поводу этой странной истории, тот отказался от комментариев. Как пояснял Bloomberg , Макрону нужен мандат, чтобы разрешить Ирану хотя бы в течение ограниченного периода времени продавать свою нефть. Вопреки санкциям США. Такая уступка от G7 необходима, чтобы снизить напряженность в Персидском заливе и, главное, не допустить размораживания иранской ядерной программы. Макрон уже обсудил эту идею с главой иранского МИД Джавадом Зарифом , приехавшим на саммит. Между тем опасность размораживания Тегераном ядерной программы вполне реальна. Исламская республика еще в мае начала отходить от условий соглашения с западными странами, касающихся запасов обогащенного урана. И уровня его обогащения. Собственно, лимит обогащения уже нарушен, он поднят с 3,67%, что предписывает договор, до 4,5%. Вторая бурная дискуссия на саммите касалась возможного возвращения России в Группу. Тему подогрел Трамп. Он сообщил в твиттере, что, «безусловно, возможно», что он пригласит российского коллегу Владимира Путина в качестве гостя на саммит G7 в 2020 году. Глава Европейского совета Дональд Туск выступил жестко по этому вопросу. Сказал, что будет выступать за приглашение на следующий саммит не России, а Украины. Туск уже общался по телефону «несколько дней назад» с Зеленским, и тот выразил заинтересованность в приглашении на саммит в США. Ответ Кремля был дипломатичен: если приглашение на саммит G7 в США поступит, то оно будет рассмотрено. Об этом сообщил пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков. Что касается возвращения России в Группу не как гостя, а как полноценного участника, то здесь тоже есть полярные мнения. На полях саммита канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что для зачисления России в организацию нужен прогресс в реализации минских договоренностей по урегулированию ситуации на Украине. «Мы обсуждали тему России и Украины, были разные мнения. Я от имени Германии ясно дала понять, что мы нуждаемся в прогрессе в реализации «Минска» для того, чтобы снова запустить переговоры об участии России в формате G7», — сообщила Меркель. Макрон также пояснял, что вернуться к формату «большой восьмерки», не решив проблему Крыма и Украины, было бы стратегической ошибкой. Приглашение Москвы без всяких условий может быть воспринято как признак слабости, отмечал французский лидер. Однако в клубе есть те, кто поддерживает возвращение Москвы к формату G8, указывал Трамп. И он в их числе. «Я думаю, что работа идет. У нас в G7 есть ряд людей, которые хотели бы, чтобы Россия вернулась. Я думаю, что это было бы выгодно в контексте многих вопросов в мире. Я думаю, это возвращение будет носить позитивный характер», — заявил американский лидер, передает издание Bloomberg. Здравый смысл, надеемся, «рано или поздно возобладает», подвели в Кремле итоги дискуссии о членстве РФ в Группе. Глядя на обмен мнениями, наблюдатели отметили, что у лидеров нет единой позиции не только по поводу России, но что лично у Трампа плохие отношения с остальными членами G7. Но президент США попытался опровергнуть слухи о разобщенности лидеров через свой твиттер. Он заявил, что считает ложными такого рода новости в СМИ. Нет, заявил Трамп, никаких якобы «двух дней катастрофы» на саммите G7 из-за плохих отношений стран-участниц. «У нас очень хорошие встречи, лидеры очень хорошо ладят... разговоры о мире!» — написал Трамп. Вот и все, чем может запомниться этот саммит. На саммиты «большой семерки» лидеры стали собираться в 1976 году, хотя сама идея родилась тремя годами раньше. По инициативе Вашингтона министры финансов пяти стран — США, Великобритании, Франции, ФРГ и Японии — в 1973 году договорились встретиться и обсудить проблемы первого энергетического кризиса, вызванного решением ОПЕК наложить эмбарго на поставки нефти в западные страны. Россия впервые присоединилась к «семерке» в 1991 году. Тогда на совещание был приглашен президент СССР Михаил Горбачев. В 1992 году первый президент России Борис Ельцин принял участие в работе саммита G7 в Мюнхене. В 1997 году «семерка» в Денвере (США) трансформировалась в G8. Но в 2014-м после присоединения Крыма к России лидеры семи стран отказались приезжать на саммит в Сочи и провели его в Брюсселе, без Владимира Путина. Маловероятно, что российский лидер поедет в качестве гостя на следующий саммит G7, который планируется в США, считает Алексей Макаркин , первый вице-президент Центра политтехнологий. «В качестве гостя — это понижение статуса однозначно. Россия долго добивалась членства в клубе мировых лидеров, и ее приняли сначала для обсуждения только политических вопросов, потом РФ стала полноценным членом, и возврат к статусу гостя, я думаю, неприемлем», — говорит эксперт. Статус гостя означает, что даже если Москве теоретически можно будет высказываться по темам, обозначенным в повестке, то принимать решения точно не полагается. У Путина к тому же есть возможность обсуждать глобальную повестку в двустороннем формате, что он и делает с лидерами США, Франции, Германии, Японии. Не отменен и формат G20, туда Россию по-прежнему зовут. При этом Трампу безразлично, что подумают лидеры о его идее пригласить Путина на саммит в США, а также вернуться к формату G8. «Трамп уже живет 2020-м годом, у него на уме выборы и горячее желание сохранить свой электорат, выполнить предвыборные обещания. И он дает понять своим избирателям, что может легко договариваться со всем миром, в том числе не с самыми удобными политиками», — объясняет Макаркин. Причем в случае с Путиным президент США осторожничает, не слишком приближая Россию, поскольку отголоски скандала о якобы вмешательстве Москвы в президентские выборы с целью поддержки Трампа еще никто не забыл.
Никакого коммюнике не будет. Так решил хозяин саммита G7 в Биаррице президент Франции Эмманюэль Макрон. Причина очевидна: форум выявил слишком много противоречий между Дональдом Трампом и остальными мировыми лидерами. В том числе по поводу членства России в клубе и перспектив иранской ядерной программы.
Трамп против всех: как российский вопрос расколол G7