В июне 1940 года нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотова направил телеграмму советским постпредам в Латвии, Литве, Эстонии и Финляндии. В ней он обратил внимание на то, что после заключенных с СССР пактов со странами Балтии военно-политический блок Латвии, Литвы и Эстонии, существовавший с 1934 года, «не только не ликвидировался, но и усилил враждебную деятельность» по отношению к Советскому Союзу. «Вообще, начиная с декабря 1939 года, «Балтийская Антанта» развила исключительную, никогда в прошлом не наблюдавшуюся активность, причем во всех возможных направлениях — военном, политическом, экономическом, культурном, печати, туризма и пр. Все эти мероприятия, как в крупных, так и второстепенных областях, носили и носят на деле антисоветский характер», — писал Молотов уже после того, как в странах Балтии появились советские военные. Поначалу «Балтийская Антанта», основанная 12 сентября 1934 году Латвией, Литвой и Эстонией для совместной обороны, не слишком волновал СССР, хотя и вызвал «настороженное отношение советских дипломатов, с неудовольствием констатировавших самостоятельность прибалтийских правительств», писал в 1999 году журнал «Отечественная история». В действиях «Балтийской Антанты», действительно, были «настораживающие моменты», указывал впоследствии российский дипломат Евгений Примаков. «Балтийская Антанта» могла быть использована Западом, прежде всего, Германией, против Советского Союза — именно этого в предвоенные годы опасались в Москве. В советской печати даже в эпоху гласности о «Балтийской Антанте» говорили в стиле пропагандистских клише. Журнал «Коммунист» писал в 1988 году, что блок прибалтийских государств определял свое существование «узкими классовыми интересами и недальновидностью». Однако первоначально этот союз не проявлял враждебности по отношению к СССР. Интересы входящих в него государств были сугубо прагматическими. Главный был у Литвы, которая была заинтересована в скорейшем возвращении Виленского края с городом Вильно (Вильнюс). Суверенитет над краем признавался СССР, однако в результате военных действий тогдашней Польши он был захвачен ей. «Литва пыталась искать варианты отношений с третьими силами, и потому в межвоенный период у Каунаса, тогдашней временной столицы, были неплохие отношения с Москвой», — рассказывал «Газете.Ru» историк Владимир Симиндей, руководитель исследовательских программ фонда «Историческая память». Аналогичные проблемы были у Литвы и с Германией из-за принадлежности Клайпеды. Но одним из главных опасений стран Балтии было возможное сближение Польши и Германии, которое на тот момент казалось вполне возможным. Создание блока было продиктовано суровой геополитикой и давало возможность трем государствам действовать на международной арене единым фронтом. При этом у руководства все трех стран стояли отнюдь не демократические силы, а авторитарные правители. «Не стоит забывать, что в Латвии и Эстонии с 1934 года были авторитарные националистические диктатуры, а в Литве — еще раньше, с 1926 года. Поэтому там подавлялись национальные меньшинства, свертывалась система образования, выдавливались их представители из госуправления, эстонизировались и летонизировались фамилии. Эти «прелести» касались всех — русских, евреев и даже немцев», — говорил «Газете.Ru» Симиндей. Однако понимая, что объединение не несет СССР угроз, советское правительство не слишком обращало внимание на военный блок балтийских стран. Интерес к деятельности своеобразной «Антанты» появился, лишь когда ее руководство стало настойчиво приглашать вступить в него Финляндию: «Особенно нежелательно было бы присоединение Финляндии», — писал в ноябре 1934 года тогдашний заместитель наркома иностранных дел СССР Борис Стомоняков. Зная, что финская армия представляет серьезную угрозу, в СССР открыто не желали присоединения этой страны к тройственному пакту. При этом тогдашний глава МИД Латвии Вильгельм Мунтерс заявлял, что никаких военных планов у «Балтийской Антанты» в отношении СССР не было. Однако в СССР всерьез стали беспокоиться об этом после того, как Москва фактически заставила Латвию, Литву и Эстонию подписать пакты о ненападении с Советским Союзом. Они впоследствии стали трамплином для инкорпорации этих государств в состав СССР. После того как Москва в 1940 году сместила правительства трех стран и установила там просоветский режим, договор о «Балтийской Антанте» был денонсирован. Правда, справедливости ради стоит отметить, что все три страны Балтии ранее подписали договоры с нацистской Германией. Это произошло 7 июня 1939 года в Берлине представителями Латвии и Эстонии, которые «формально сохраняли абсолютный нейтралитет, а по факту становились зависимыми от Германии», говорил историк Владимир Симиндей. После победы над нацисткой Германией все три государства оставались на долгие годы членами СССР, хотя Литва смогла получить свои территории назад, а Латвия сохранила Клайпеу. Сегодня согласно недавнему опросу «Левада-Центра» российское общество расколото относительно тогдашних событий. По данным опроса, 34% россиян заявили, что включение стран Балтии (Литвы, Латвии, Эстонии) в состав Советского Союза в 1940 году было результатом добровольного волеизъявления народов этих стран. Тем не менее 30% заявили, что это было сделано под давлением со стороны СССР, тогда как 10% сказали, что считают это следствием тайной договоренности между Иосифом Сталиным и Адольфом Гитлером.
12 сентября 1934 года был создан военно-политический блок «Балтийская Антанта» — именно тогда в Женеве Литва, Латвия и Эстония заключили пакт о сотрудничестве. Причем Литва преследовала сугубо прагматичные цели — восстановить суверенитет над Вильно, который к тому моменту заняла Польша. Поначалу СССР относился к этому благосклонно, но ситуация изменилась, когда к блоку захотели подключить Финляндию.
Конец союза: как СССР присоединил Прибалтику