Национальный банк Белоруссии заявил в пятницу, 1 ноября, о переходе на плавающий курс национальной валюты – белорусского рубля. «Обменные курсы национальных валют должны быть плавающие. Ценовая стабильность будет для нас и Центробанка России ключевым вопросом, цели по инфляции должны быть где-то близки», — сообщил глава Национального банка РБ Павел Каллаур. Но для начала надо будет перейти на режим таргетирования инфляции, в рамках чего курс национальной валюты будет плавающим. «Мы принципиально договорились (с Центробанком России ) о гармонизации денежно-кредитных политик по отдельным вопросам… и в Беларуси, и в России должен быть один режим монетарной политики — таргетирование инфляции», — отметил глава Нацбанка республики. По его словам, режим таргетирования в Белоруссии может заработать с 1 января 2021 года. Напомним, с 2015 года Нацбанк Белоруссии использует «управляемое плавание» курса нацвалюты. С июля 2017 года введен «плавающий курс». Суть его в том, что Нацбанк использует механизм привязки курса белорусского рубля к корзине иностранных валют. При этом в структуре корзины доля российского рубля составляет 40%, а доли евро и доллара США по 30% каждая. То есть некоторая синхронизация обменного курса произошла еще три года назад. То есть, после того, как в декабре 2014 года в России рубль был отпущен в свободное плавание шоковым образом. После обвала российского рубля обвалился и белорусский. «За первую половину 2014 года предприятия системы Минпрома заработали 2,1 трлн рублей прибыли. А весь 2014 год закончили уже с чистым убытком в 5,3 трлн рублей. То есть за вторую половину года они проели и прибыль первого полугодия, и получили еще убыток. А 5,3 плюс 2,1 — это 7,4 трлн рублей», — рассказывал тогдашний вице-премьер правительства Белоруссии Владимир Семашко. По его словам, до обвала курс белорусского рубля был 303−304 белорусских рубля за российский. Это стимулировало белорусский экспорт. «Хватало денег на то, чтобы выходить на новый цикл воспроизводства, платить налоги, покупать сырье, обслуживать кредиты. Во второй половине мы сильно «укрепили» — беру это в кавычки — белорусский рубль. Помните, почти в два раза. Это была неправильная политика», — напомнил вице-премьер. В результате, продолжал он, продукция Минпрома в тот год выросла на 8,7% по объему поставок в Россию, а в деньгах упала на 29%. Ситуация в России в то время, когда рубль был отпущен фактически в свободное плавание, складывалась не менее драматично. В декабре 2014 года было отмечено крупнейшее падение официального курс рубля по отношению к доллару: с 50,77 рубля за $1 цена подскочила почти до 100 рублей. Потом наступил откат примерно до того уровня, при котором мы живем сейчас, 60-65 рублей за $1. ЦБ обвал рубля, конечно, предвидел. Участникам рынка памятна ночь 16 декабря 2014 года. Тогда ЦБ повысил ключевую ставку до 17%. Сразу на 6,5 п.п. Если Нацбанк Белорусии надумает реально отпустить своего «зайчика» в свободное плавание, то белорусам обеспечены веселые дни. Но, похоже, власти Белоруссии и России действительно готовы усилить интеграцию экономик двух стран. Президент Белоруссии Александр Лукашенко не раз заявлял не просто о синхронизации денежно-кредитной политики, но даже о более жестком варианте — единой валюте Союзного государства России и Белоруссии. По его словам, платежным средством должен стать не белорусский и не российский, а «общий» рубль. К декабрю этого года, то есть, к 20-летию Союзного государства, планируется подготовить «дорожную карту» по углублению интеграции. И сегодняшнее заявление главы Нацбанка Белоруссии – отголоски готовящихся изменений. Отношение белорусского рубля к российскому на протяжении многих месяцев достаточно стабильно, в диапазоне 30,6 — 32,2. А к доллару «белорус» успешно укрепляется весь текущий год — с 2,16 до 2,05 USD/BYR. Инфляция в Белоруссии снижается, как и в России. В сентябре она составила 5,3%. Ориентир на конец года — не выше 5%. Самое смешное, что процесс интеграции России и Белоруссии был заявлен еще в 1999 году, он прописан в Договоре о создании Союзного государства. Но с тех пор мало что изменилось, и только после того, как взаимоотношения двух стран испортились на фоне скандала с налоговым маневром в России и потерях от этого маневра для белорусского бюджета, процесс интеграции стронулся с мертвой точки. При этом обе страны скептично оценивают перспективы сближения монетарной политики своих центробанков. Не говоря уж о создании единой валюты. На вопрос «Газеты.Ru» о том, когда может появиться единый российско-белорусский рубль, министр финансов Белоруссии Максим Ермолович ответил так: «Это такие фантастические вопросы. Очень нескоро. Много этапов в этой работе. Если посмотреть, как переходил на единую валюту Европейский союз , то увидим, что десятки лет потребовалось для построения этой системы. Мы, к сожалению, или счастью, должны пройти точно такие же этапы». При этом эксперты Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития отмечали ранее, что синхронизировать монетарную политику только России и Белоруссии непродуктивно. Нужна одновременная синхронизация всех пяти стран-членов Евразийского экономического союза. А это еще Казахстан, Армения, Киргизия. Эксперты ссылаются как раз на негативный опыт 2014-2015 годов. Обвалившийся рубль потянул за собой валютные курсы всех евразийских государств, что еще больше усугубило экономический кризис и усилило введенный против России санкционный режим. Например, Казахстан пошел путем постепенных небольших корректировок номинального обменного курса до перехода на новую, более гибкую денежно-кредитную политику в августе 2015 года. Армения выбрала новый уровень мягкой привязки к доллару США после периода высокой волатильности обменного курса в последние месяцы 2014 года. Киргизия девальвировала свой сом тоже плавно в последнем квартале 2014 года. А Белоруссия отказалась от скользящей привязки и после резкой девальвации отпустила свой рубль в сравнительно свободное плавание в начале 2015 года, отмечали эксперты ЕАБР. Эксперты советуют регулировать совместно не только инфляцию, но и другие макроэкономические показатели, влияющие на экономическую стабильность: размер госдолга и дефицит бюджета. Как в еврозоне. Переход Нацбанка на таргетирование инфляции и плавающего курса нужен прежде всего Белоруссии. Но дело тут не в стремлении Минска к большей экономической независимости от России, как отмечали ранее эксперты, отмечает Марк Гойхман , руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий. «Белорусам необходимо укреплять свою валюту по той причине, что две страны исключительно сильно связаны многочисленными переплетениями взаимных поставок товаров, услуг, комплектующих, технологий, перетоками капитала, рабочей силы», — говорит Гойхман. Различия в инфляции, как и колебания курсов валют, затрудняют хозяйственные и финансовые отношения, добавляет эксперт. Но при отказе от воздействия на курс белорусской нацвалюты следует опасаться более высокой волатильности, особенно в первое время после перехода на плавающий курс, уточняет эксперт. Отказ от управляемого курса белоррусского рубля, конечно, не будет означать полного хаоса в экономике. Но проблем не избежать. По этой причине, маловероятно, что Белоруссия, вступающая в полосу президентской избирательной кампании, готова к резким движениям в монетарной политике. А снижение инфляции с 5% до российского таргета в 4% тоже задачка не из простых. В России к этому шли несколько лет. К 2021 году реализовать этот план маловероятно, заключает эксперт.
Белоруссия хочет синхронизировать свою монетарную политику с российской. Инфляцию минские власти будут таргетировать, а нацвалюту отпустят в свободное плавание с 2021 года. Это сдвинет с мертвой точки создание Союзного государства, но сначала Белоруссия испытает на себе очередной валютный шок, предупреждают эксперты.
Славянское братство: Минск готовится к валютному шоку