Всемирный банк в 17-й раз обнародовал результаты глобального рейтинга о состоянии бизнес-среды. Россия за год поднялась с 31-го на 28-е место. По итогам 2016 года было 40-е место, потом 35-е. Хотя позиция России улучшилась в этот раз всего на три ступени, все равно это успех. Если учесть, что в рейтинге участвуют 190 стран. Выше оказались, например, Казахстан, Ирландия и Австрия. На первом месте традиционно — Новая Зеландия с ее уведомительным порядком открытия бизнеса и мораторием на проверки всех контролирующих органов в течение первых трех лет. На втором и третьем местах — также завсегдатаи рейтинга Сингапур и Гонконг. Чуть ниже расположились все те же Дания, Южная Корея, Великобритания, США, Норвегия. И относительно новый участник, ворвавшийся в топ-10 не так давно, — Грузия. Ниже России — Япония, Испания и Китай. Достойная компания. Но есть одно «но». И даже не одно. Дело в том, что условия ведения бизнеса в любой стране, в которой высчитывается рейтинг Doing Business, состоит из 10 показателей: регистрация предприятий, получение разрешений на строительство, подключение к системе электроснабжения, регистрация собственности, получение кредитов, защита миноритарных инвесторов, налогообложение, международная торговля, обеспечение исполнения контрактов и разрешение неплатежеспособности. В этот раз Россия особенно продвинулась по трем показателям. Это ускорение процесса подключения бизнеса к электросетям, упрощение налоговых процедур и усиление защиты миноритариев. «Однако ни один из этих десяти показателей не учитывает состояние институциональной среды. Например, количество проверок бизнеса со стороны регулирующих органов и правоохранителей. Или, например, фаворитизм при фактическом распределении госзакупок», — говорит Валерий Миронов , заместитель директора Института «Центр развития» ВШЭ. Кроме того, известно, что эксперты Всемирного банка замеряют бизнес-среду только в Москве и Санкт-Петербурге, другие российские регионы не учитываются. «Понятно, что в наших столицах условия для предпринимательства отличаются в лучшую сторону. Хотя бы потому, что здесь есть кому пожаловаться, здесь проблемы находятся под прицелом СМИ, здесь отраслевые союзы, а в российских медвежьих углах что?» — говорит Миронов. Несовершенство критериев рейтинга признавал один из его основателей – Симеон Дянков , ранее работавший в ВБ и возглавлявший Российскую экономическую школу. Ему приписывается такое высказывание: если бы вы знали, из чего делается эта «колбаса», есть бы не стали. По мнению Миронова, маловероятно, что Всемирный банк будет проводить апгрейд рейтинга, добиваясь его совершенствования. Проблема в получении и сопоставимости статистических данных, которые можно собрать во всех странах-участницах. По мнению эксперта, наиболее приближен к реалиям ежегодный рейтинг Всемирного экономического форума (Давос). «ВЭФ учитывает такие важнейшие для бизнеса параметры, как стоимость кредитов, волатильность нацвалюты. Даже опросы Росстата дают иногда более объемную картину, поскольку учитывают уровень политической стабильности, спрос, налоговое бремя», — заключает Миронов В 2012 году в майском указе президента «О долгосрочной государственной экономической политике» была поставлена задача подняться в рейтинге со 120-й позиции, на которой наша страна оказалась в 2011 году, до 20-го места. Дедлайн для попадания России в топ-20 ведущих стран был обозначен 2018 годом. Россия тем не менее сохраняет цель войти в топ-20 рейтинга Doing Business, оправдывался потом глава Минэкономразвития Максим Орешкин. «Цель — попасть в двадцатку, она остается, будем активно работать в ближайшие шесть-девять месяцев по реализации дополнительных реформ, которые позволят достигнуть этой цели», — пообещал Орешкин. Новый дедлайн оказался снова не достигнутым. И шансов на то, чтобы спустя год войти в вожделенную двадцатку, практически нет. Сейчас двадцатую позицию рейтинга ВБ занимает Финляндия, разительно контрастирующая с Россией по всем параметрам, кроме природы и погоды. Так что, видимо, и спустя год российскому бизнес-сообществу придется утешаться тем, что у нас тут не Венесуэла, Эритрея и не «пиратская республика» Сомали, замыкающая нынешний Doing Business. Для того, чтобы подняться в рейтинге еще выше, необходимо, как бы это ни парадоксально звучало, решить часть проблем, которые остаются за пределами этого рейтинга. Об этом в интервью «Газете.Ru» говорил ранее Михаил Дмитриев , президент партнерства «Новый экономический рост». «Это прежде всего вопросы защиты прав собственности — здесь у России очень плохие рейтинги. Мы находимся примерно на том уровне, на котором по Doing Business находились в 2012 году, до начала работы с этим рейтингом», — считает эксперт. Например, в том же рейтинг ВЭФ по этой проблеме у России отнюдь не рекордная позиция — это где-то 115-120 места. Если не улучшить работу правоохранительной и судебной систем, гражданского и уголовного законодательства, борьбу с коррупцией, то добиться успеха невозможно. «Нерешенность этих вопросов ведет к тому, что правовые риски и риски потери собственности тормозят бизнес-активность», — считает Дмитриев. Рейтинг ВБ не совсем учитывает растущую роль государства в экономике, рост влияния госкомпаний и их могущества, в том числе и на судебном поле, где они сталкиваются с малым и средним бизнесом и практические гарантированно побеждают, отмечает управляющий партнер Экспертной группы Veta Илья Жарский. Не все хорошо и с формальными показателями. Сохраняются, например, квазиказначейские акции, которые искажают и делают непрозрачной структуру владения компанией и «делают нечестным распределение дивидендов, что в первую очередь бьет по интересам миноритариев». «Защита миноритариев как была слабой, так и остается таковой, поскольку сохраняются так называемые squeeze out, когда миноритариев могут «выдавить» из компании по цене ниже, чем они приобретали свой пакет», — говорит Жарский. Довольно спорный результат рейтинга, согласен Нарек Авакян , начальник отдела инвестиций « БКС Брокер ». «Это победа лишь по формальным признакам, но защита прав миноритариев в России вряд ли улучшилась в последний год, учитывая многочисленные скандалы и судебные тяжбы, связанные с выкупом акций крупных компаний», — говорит Авакян. В некоторых моментах условия улучшились, например, подключение к электроэнергии теперь действительно стало проще и быстрее. «Но к сожалению, все это локально и не может никак вызвать чувство безопасности у бизнеса», — добавляет Авакян.
Россия поднялась на 28-е место в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса. Но в топовую двадцатку попасть снова не получилось, хотя такая задача была поставлена президентом. Эксперты, впрочем, советуют не переоценивать значение этого рейтинга. К тому же российские реалии не позволяют сейчас говорить о принципиальном улучшении бизнес-среды при любом раскладе.
Не догоняет: кому Россия проиграла в Doing Business