Министр иностранных дел России Сергей Лавров отметил, что отношения РФ и Китая предполагают компромиссы и поиск консенсуса, благодаря чему вышли на беспрецедентно высокий уровень. Они включают стратегическое взаимодействие и многоплановое партнерство и не являются предметом диктата. «Всегда есть желание получить какую-то пользу, но если хочешь эту пользу получить через отношения с партнером, ты должен понять, что ты можешь дать ему взамен», — заявил Лавров в интервью «Известиям». В этом году государства отметили 70-летие установления отношений. Как отметил ранее глава Российского совета по международным делам (РСМД), экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов , совокупный потенциал двух стран в политической, экономической и военной областях «будет предопределять их влияние в мире», делая их «одними из ключевых центров будущего миропорядка». С момента установления дипотношений Москва и Пекин прошли долгий и сложный путь: от тесного сближения после революции в России, через идеологическую конфронтацию на грани военного конфликта времен «холодной войны», до стратегического партнерства в настоящем времени. В КНР о периоде плохих отношений с СССР говорят откровенно, отмечая, что необходимо извлекать уроки из прошлого, чтобы избежать ошибок в будущем. «Нельзя повторять ситуацию, где то дружба, то вражда», — говорил на недавней конференции «Россия и Китай: сотрудничество в новую эпоху» член Госсовета КНР в отставке, сопредседатель Китайско-Российского комитеты дружбы, мира и развития Дай Бинго. Мероприятие прошло в Москве в преддверии визита в столицу главы КНР Си Цзиньпина в июне. Ветеран советско-китайских отношений Дай Бинго сформулировал главные пожелания для будущих отношений: «Мы должны, как государства, всегда быть друзьями, никогда не быть врагами, не вмешиваться в дела друг друга, не относиться как старший к младшему». Эти принципы помогают России и КНР выстраивать прагматичные отношения, несмотря на то, что экономический потенциал этих государств неравнозначен. Если Китай, прежде всего, экономическая сверхдержава, то Россия — сверхдержава военная. Аналитики считают, что оба государства дорожат своей независимостью и всячески подчеркивают это в своих действиях. «Китай не старший брат для России, и Россия не старший брат для Китая», — констатировал сложившуюся ситуацию директор Института Дальнего Востока РАН , член РСМД Сергей Лузянин. При этом он отмечал, что оба государства стремятся к порядку в Большой Евразии, не основанному на доминировании США. В условиях сегодняшнего противостояния Пекина и Вашингтона у двух стран есть перспектива улучшения экономических связей. «Торговая война — это вызов развитию Китая в сферах экономической, энергетической и продовольственной безопасности. Как раз в этих областях Москва и Пекин могут укрепить сотрудничество», — говорится в докладе РСМД «Российско-китайский диалог: модель 2019». В планах Москвы увеличить торговый оборот между Россией и КНР до $200 млрд. В 2018 году он составил $108 млрд и имеет тенденции к росту. В то же время, если посмотреть на структуру торговли между двумя странами, пока главным в российском экспорте в КНР остается минеральное сырье, а доля машин и оборудования составляет всего лишь 1%. В то же время конфронтационные отношения США и России косвенно касаются и Китая. В Вашингтоне не скрывают, что в военном плане считают оба государства угрозой. В доктрине национальной безопасности США, созданной уже при Дональде Трампе, Россия и КНР названы «ревизионистскими державами». При этом Вашингтон не скрывает, что надеется на помощь Москвы в попытке усадить Пекин за стол переговоров по новому договору о ракетах средней и меньшей дальности, который хочет заключить Трамп после выхода из ДРСМД образца 1987 года. По мнению Белого дома, новый договор должен подписать и Китай, у которого на вооружении также есть немалый арсенал подобных ракет. В Пекине отвергают эти идеи. Однако, как отмечал бывший посол России в США, сенатор Владимир Лукин , подобные сложные вопросы могли бы обсуждаться Россией и Китаем на неформальном экспертном уровне, чтобы «узнать позиции друг друга». Лукин полагает, что такой формат может быть востребован с прицелом на будущее, ведь рано или поздно США и Россия поведут свой диалог на ядерную тематику.
Глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров объяснил, почему неправильно называть КНР «старшим братом» России. По его словам, подобные категории не подходят для анализа отношений КНР и России, которые прошли долгий путь от сотрудничества до вражды и стратегического партнерства. Оба государства сегодня нужны друг другу и строят свои отношения на основе прагматизма. Китай, прежде всего, экономическая сверхдержава, а Россия — сверхдержава военная.
«Не старший брат»: Лавров оценил отношения с Китаем