В 1928 году внутри ВКП (б) сформировалась очередная фракция, оспаривавшая линию Иосифа Сталина — так называемая правая оппозиция во главе с Николаем Бухариным , Алексеем Рыковым и Михаилом Томским. Предпосылкой к ее возникновению явилась резкая перемена партийного курса в деревне. Разразившийся годом ранее кризис в хлебозаготовках побудил власть активизировать переход экономики на плановую основу, развивая данное направление в народном хозяйстве и окончательно отказываясь от нэпа. От нововведений серьезно пострадали зажиточные крестьяне, против которых развернулась борьба: сторонники Сталина считали усиление позиций кулаков и нэпманов причиной всех бед в аграрном секторе. Напротив, поддерживавшие Бухарина партийцы хотели добиться уступок для крестьян, считая их успешность залогом к процветанию страны. Наряду с Лениным и Троцким, а также наркомом просвещения Анатолием Луначарским , управляющим делами Совнаркома Владимиром Бонч-Бруевичем и наркомом иностранных дел Георгием Чичериным Бухарин считался одним из самых образованных и эрудированных большевиков. Свободно владел тремя иностранными языками, а в повседневной жизни был дружелюбен и приветлив, оставаясь доступным в общении. За склонность постоянно рассказывать различные истории соратники шутливо называли его Колей-балаболкой. Имея возможность контактировать с иностранцами, Бухарин проявил себя как крупнейший деятель в истории Коминтерна, участвовал в создании Коммунистической партии США. Хотя из дня сегодняшнего может сложиться ложное впечатление о шансах Бухарина взять верх в столкновении со Сталиным, в рассматриваемый период это действительно были фигуры сопоставимого уровня. Любимец Владимира Ленина, главный интеллектуал партии особенно возвысился после кончины вождя, начав рассматриваться окружающими как вполне самодостаточный деятель. Отношения Бухарина со Сталиным в то время можно назвать дружескими. Они, во-первых, объединили усилия для устранения сначала Льва Троцкого, а затем группы Григория Зиновьева и Льва Каменева. Во-вторых, на многие вещи смотрели с одной колокольни. Выражаясь современным языком, между ними существовал броманс: Бухарин обращался к Сталину на «ты» и называл его партийной кличкой Коба, «лучший друг физкультурников» отвечал ему взаимностью и величал Бухарчиком. В личных беседах Сталин всячески подчеркивал, что именно они двое — настоящие наследники Ленина и потому должны руководить Советским Союзом. «Мы с тобой, Бухарчик, Гималаи, а все остальные — маленькие пятна», — сказал однажды Сталин, впоследствии вынужденный опровергать собственные слова. По словам знаменитого деятеля советских спецслужб и невозвращенца Александр Орлова, теплые отношения между ними начались, когда Ленин диктовал свое «Завещание», рекомендуя сместить Сталина с поста генсека и одновременно высказывая некоторые сомнения в отношении Бухарина, хотя в целом отзывался о нем тепло. Слова Ленина звучали так: «Бухарин — не только ценнейший и крупнейший теоретик партии, он также законно считается любимцем всей партии». «Подобно другим вожакам партии, обеспокоенным огромной популярностью Троцкого, Бухарин помогал Сталину и Зиновьеву принижать роль Троцкого в Октябрьской революции и оттеснять его от власти. Правда, пока был жив Ленин и руководители партии еще не были так ослеплены соперничеством и сведением счетов, Бухарин писал о Троцком в том же восторженном тоне, что и другие», — констатировал Орлов в своей известной работе «Тайная история сталинских преступлений». Однако диаметрально противоположный подход к нэпу превратил недавних союзников в непримиримых врагов. Знаменитый лозунг Бухарина, адресованный крестьянам: «Обогащайтесь, накапливайте, развивайте свое хозяйство!», Сталин парировал тем, что стране необходима ускоренная индустриализация страны. «Нэп вовсе не означает полной свободы частной торговли, свободной игры на рынке», — говорил он в одной из своих речей. В 1928 году Бухарин выступил против усиленной коллективизации, предлагая эволюционный путь, когда кооперация и общественный сектор будут постепенно экономически вытеснять индивидуальное хозяйство, а кулаки не станут подлежать устранению как класс, а будут постепенно уравнены с остальными жителями деревни. В статье «Заметки экономиста» он объявил единственно приемлемым бескризисное развитие аграрного и индустриального сектора, а все другие подходы, и в первую очередь сталинский, — «авантюристическими». В том же году Бухарин в полемике назвал Сталина «мелким восточным деспотом». Такое генеральный секретарь ЦК ВКП (б) пропустить, конечно, не мог. «Бухарин, будучи теоретиком и идеологом, не боялся вступать в спор ни с Лениным, ни со Сталиным, — отмечал в своей книге «К суду истории: О Сталине и сталинизме» известный историк Рой Медведев. — Но как человеку слишком мягкому, ему трудно было действовать в условиях жесткой политической борьбы. Он не стремился, подобно Троцкому и Зиновьеву, к власти в партии. Воспоминания о только что закончившейся острой борьбе с левой оппозицией не позволяли ему даже думать о том, чтобы развязать новую общепартийную дискуссию и обратиться ко всей партии с призывом поддержать его в спорах со Сталиным. Бухарин не хотел создавать новой фракции и разрабатывать оппозиционную платформу. К тому же соотношение сил внутри ЦК позволяло ему надеяться, что он сможет одержать верх, ведя дискуссию в рамках ЦК и Политбюро. Излишне говорить, насколько такая позиция Бухарина была выгодна Сталину». В свою очередь, доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского института истории РАН Евгений Анисимов полагает, что реальных возможностей бороться со Сталиным у Бухарина не было — поэтому умевший красиво говорить, но не обладавший навыками практика защитник крестьян был обречен на провал. «В 1928 году между Бухариным и Сталиным «пробежала черная кошка» — они заспорили по поводу индустриализации и коллективизации, — указывал историк в труде «История России от Рюрика до Путина. Люди. События. Даты». — По-видимому, Бухарин действительно был противником ликвидации нэпа, а также возражал против жесткого и быстрого построения социализма за счет крестьянства. А для Сталина именно такой план «победы социализма» являлся кратчайшим путем к абсолютной власти, и ради этого он смел, как пешку с шахматной доски, любимого им прежде Бухарчика. Сделать это не представляло труда. За спиной Бухарина стояли только двое его сторонников в Политбюро, Томский и Рыков, да «Стецкие-Марецкие» — так называли недруги молодых, образованных теоретиков марксизма, «красных профессоров». При этом ни амбиций, ни воли лидера, ни практических средств борьбы со Сталиным у Бухарина не было». Ряд исследователей указывают на многочисленные просчеты, допущенные Бухариным в сложной ситуации. Так, летом того же года он начал тайные переговоры с Каменевым и через него с Зиновьевым с целью добиться их поддержки в деле устранения Сталина от власти. Однако бывшие враги, которых сам же Бухарин во многом и потопил, настороженно отнеслись к предложению. В искусстве интриг подобного рода равных Сталину не было — вот и на этот раз он легко переиграл своего соперника. Запись переговоров с Каменевым «случайно» получили сторонники Троцкого, который находился в ссылке в Алма-Ате, но, разумеется, не забыл о роли Бухарина в своем свержении с политического Олимпа. Все материалы предали огласке. Сталин получил весомый козырь для реализации задуманной комбинации. На Пленуме ЦК в апреле 1929 года Сталин генсек заявил, что «вчера еще личные друзья, теперь расходимся с ним в политике». На этом же заседании состоялся разгром «группы Бухарина». В частности, его заявления в поддержку зажиточных крестьян, равно как и высказывания на аналогичную тему Рыкова и Томского, были интерпретированы как подготовка «новой атаки на партию и ее ЦК». Взгляды Бухарина были осуждены как «оппортунистские». Его было рекомендовано исключить из Президиума Исполнительного комитета Коминтерна и Политбюро ЦК КПСС. 19 июня 1929 года состоялось отстранение Бухарина с первого из двух постов: ему предъявили обвинение в «скатывании к оппортунистическому отрицанию факта все большего расшатывания капиталистической стабилизации, что неизбежно ведет к отрицанию нарастания нового подъема революционного рабочего движения». Отказавшийся «покаяться», 17 ноября 1929 года он был выведен из Политбюро ЦК. Вместе с ним исключили его единомышленников, членов Коминтерна из числа представителей Компартии США. «В итоге «за беспринципность» Бухарина сняли с поста главного редактора «Правды», исключили из Политбюро, а позже, как и его сторонников Рыкова и Томского, удалили из партии и жизни. Начались чистки партийных рядов от всех бывших «уклонистов» разных направлений», — резюмировал историк Анисимов. Запущенный маховик репрессий против одного из лидеров Коммунистической партии Советского Союза, бросившего вызов Сталину, но не сумевшему выйти из схватки победителем, 13 мая 1938 года привел его на расстрельный полигон «Коммунарка». Лишь полвека спустя, в 1988 году, Бухарина полностью реабилитировали, посмертно восстановили в партии и Академии наук СССР.
17 ноября 1929 года одного из виднейших деятелей Октябрьской революции и Коммунистической партии СССР Николая Бухарина исключили из Политбюро ЦК как «застрельщика и руководителя правых капитулянтов». Истинной причиной свержения яркого теоретика и идеолога с советского политического Олимпа явилась критика сталинского курса на коллективизацию. Падение Бухарина продлилось восемь с половиной лет и завершилось на расстрельном полигоне «Коммунарка».
«Удалили из партии и жизни»: как Сталин расправился с Бухариным