Это следует толковать никак не в качестве признака изменений психического здоровья населения, а как свидетельство изменений в соответствующей практике вследствие дестигматизации психических расстройств.
这种情况不应被解释为国民的精神健康状况已经发生变化，而是对于精神病的看法和做法有了改变。