Она не ограничивается территорией государств-участников, а включают юрисдикцию де-юре и контроль де-факто, базирующиеся на реальных связях, не обусловленных территориальным суверенитетом.
它并不限于缔约国领土，而是根据除领土主权外的各种真正的联系，包括法律上的管辖和事实上的控制。