Из данного решения следует, что действия журналиста не подпадали под положения пункта 2 статьи 20 МПГПП, главным образом поскольку они не представляли собой пропаганды ненависти.
该项裁决似乎显示，记者的行为并不属于《公民权利和政治权利国际公约》第二十条第2款的范围，主要因为这些行为不构成提倡仇恨行为。